Деревянная лачуга площадью едва ли в десять квадратных метров, из окна свирепо завывает сквозняк. На столе ветер перелистнул страницу пожелтевшего дневника.

Страница первая.

«Кажется, я всё еще сплю. Иначе с чего бы мне видеть во сне „Мир Фантазии“ – этот провал века?»

«Дизайнер игры, чтоб ты сдох. Мало того, что днем ты тратишь мою молодость, так еще и ночью продолжаешь меня истязать».

«Что и говорить, пользователи не зря окрестили этот шедевр эпическим мусором номер один, сделанным левой пяткой. Зря я тогда купился на красивые арты персонажей и вбухал сотню, чтобы выкупить место в закрытом бета-тесте».

«В итоге всего за три месяца игра умудрилась растерять всех игроков, финансирование у заказчика лопнуло, и серверы пришлось закрыть».

«Слышишь, дизайнер!»

«Мог бы ты хоть десятую часть бюджета, потраченного на рисовку, пустить на доработку этого детсадовского сюжета?»

Страница вторая.

«Кажется, я действительно всё еще не проснулся».

«Я проходил эту игру вдоль и поперек раз сто».

«Завершил все основные квесты и скрытые ветки».

«Облазил каждый дюйм карты, добыл все секретные сокровища и прошел все скрытые подземелья».

«Прокачал все профессии до максимума».

«Но пройти её до конца невозможно. Просто невозможно».

«Так почему она снова мне снится?»

Страница третья.

«Не проснулся?»

«Попью воды и лягу дальше».

«Я буду спать, спать, спать, спать…»

Страница четвертая.

«Быть не может!»

«Это абсолютно невозможно».

«Почему я всё еще внутри сна?»

«Голова раскалывается. Умираю от голода. Это из-за того, что я слишком долго спал?»

«Ладно, даже во сне нельзя помирать с голоду. Поем и снова лягу».

«…»

«Кажется, я, вероятно, возможно, скорее всего… действительно не могу проснуться».

Страница пятая.

«У меня есть подозрение, что весь мир – это один огромный „Мир Фантазии“».

Страница шестая.

«Я попал в другой мир».

Страница седьмая.

«Да, точно попал».

«С точки зрения науки это кажется мне вполне научным. С точки зрения теологии – недостаточно мистическим».

«Никаких золотых пальцев, никакой Системы, никаких читов».

Страница восьмая.

«М-да…»

«Ни отца, ни матери, сирота казанская, родственников ноль».

«Нога хромает, правая рука сломана».

«Хорошо, отлично, значит, старт на уровне сложности Ад?»

«Посмотрим, что у меня есть?»

«Маленькая лачуга, дряхлая мебель и единственный оставшийся, ничтожный, но такой тяжелый мешочек золотых монет».

«На монетах отчеканен профиль императора Дузе – настоящие имперские золотые монеты».

«Окей, всё-таки оставили лазейку. Потрачу одну монету, чтобы подлечить свои увечья».

Страница девятая.

«Да чтоб вас! Никто не предупредил, что сейчас эпоха империи Фран! Откуда тогда взялись золотые монеты империи будущего?!»

Ледяной ветер ворвался в окно, заставив страницы дневника с шелестом перелистываться, пока не открылась самая последняя.

«План по убийству Владыки демонов».

«Владыка демонов. Обладает талантом различать истину и ложь, превосходными физическими данными и неисчерпаемым Источником маны».

«Владеет темной магией, некромантией, при смерти впадает в состояние берсерка, имеет три стадии трансформации…»

«Впервые Владыка демонов появляется в подземелье Зимнего Солнцестояния, откуда выходит уже на максимальном уровне».

«Слухи о Владыке демонов, похоже, связаны с падением империи Фран…»

«По словам самого Владыки демонов, вначале он был очень слаб, ничего не мог сделать и никого не мог защитить».

Хлоп!

Дневник захлопнулся. Покрытая мозолями и обветренная рука убрала тетрадь в нагрудный карман, после чего человек сложил ладони лодочкой у самого рта.

— Фу-у-у… — вырвалось облачко пара. — Ну и холодина.

Он потер ладони. Прошло три года. Су Бэй наблюдал целых три года.

Зная сюжет игры, Су Бэй понимал: если ничего не предпринять, в конце концов он точно погибнет. Никто не хочет умирать. Нужно действовать.

Когда он только попал сюда, отряд Героя еще не был сформирован, Владыка демонов еще не пробудился, ангел не собирался сходить на землю, а дьявол всё еще томился в заточении.

Мир пребывал в иллюзии процветания. Но всё это благополучие за три года было разрушено до основания. Пожары войны, нищета, столкновения и распри.

Теперь империя Фран пала. На её руинах возникла империя Дузе. Всё вернулось к той точке, где начинался сюжет «Мира Фантазии».

Эти три года Су Бэй, словно человек-невидимка, скитался по Миру Фантазии, скрывая свое существование. Он собственными глазами видел, как сменялись королевства, а простые люди страдали от невыносимых мук.

Порой его охватывало неописуемое одиночество. Но он не мог ничего изменить, боясь, что любой его поступок вызовет эффект бабочки и исказит ключевые события сюжета.

Ведь нынешние бедствия – это только начало. В будущем станет только хуже. Все погибнут. Если только… не убить Владыку демонов.

Три года он точил свой клинок ради этого момента.

Су Бэй поправил и без того аккуратный воротник и надел шляпу-цилиндр с тремя заплатами. Взяв Меч Столбняка, выуженный из мусорного бака, и накинув фамильный черный плащ, он шагнул в ночь, наполненную воем студеного ветра.

…

Вход в подземелье Зимнего Солнцестояния. Су Бэй затаился в кустах, прислонившись спиной к сосне и скрывшись в тени. Тело затекло, и когда он сменил позу, с его шляпы посыпался слой снега, упал на плечо и рассыпался по земле.

— Неужели не сегодня? — Су Бэй вздохнул, сильнее съеживаясь от холода. Всё-таки это были лишь догадки, выстроенные на косвенных деталях. Если он так и не встретит Владыку демонов, поделать будет нечего.

Хрусть!

Раздался звук шагов по кустарнику. Вдалеке показался силуэт в огромной черной фетровой шляпе. Фигура была укутана в просторную магическую мантию, скрывающую все детали.

— Это Владыка демонов? — Су Бэй нахмурился, следя за каждым движением незнакомца.

Владыка демонов вроде не был магом? Но нельзя исключать возможность маскировки. Фигура приблизилась к входу в подземелье Зимнего Солнцестояния и замерла в нерешительности, словно раздумывая, стоит ли входить.

Каждый день в подземелье спускались сотни отрядов, но маги-одиночки были редкостью. Тем более глубокой ночью.

Су Бэй больше не колебался. Никто не походил на Владыку демонов больше, чем этот подозрительный, крадущийся тип.

Вжик!

Обнажив меч, он двинулся вперед. Су Бэй шел тяжело, не заботясь о скрытности. Силуэт замер, слегка вздрогнув. Рука, сжимавшая черную мантию, напряглась, но никаких действий не последовало.

Су Бэй подходил всё ближе и вдруг заметил, насколько хрупким было тело под фетровой шляпой. Рост составлял от силы метр тридцать или сорок. В памяти Су Бэя Владыка демонов был великаном в два с половиной метра – могучим, с горящим взором.

Дзынь!

Он вскинул руку. Острие меча подцепило поля шляпы и сбросило её. Шляпа взметнулась вверх, подхваченная метелью.

Длинные белоснежные волосы рассыпались, словно павлиний хвост, и затрепетали на ветру. Бледное изящное лицо слегка приподнялось, веки были опущены. Она походила на белую жасминовую лилию, расцветшую на ледяном ветру.

Владыка демонов не мог быть человеком. Категорически. Владыка демонов – это демон, мужчина, бессердечный мерзавец, играющий судьбами Героев. К такому выводу Су Бэй пришел после сотни игровых сессий.

Су Бэй нахмурился, осознав, что, возможно, совершил колоссальную ошибку и вляпался в какую-то невероятную побочную миссию. Ветер свистел, снежинки ложились на лезвие меча и плечи девушки. Его рука, сжимавшая рукоять, невольно дрожала – то ли от ветра, то ли от холода.

Голос девочки звучал неземно, легко и в то же время устало и хрипло:

— Ты тоже пришел… чтобы убить меня?

Су Бэй холодно кивнул, затем закрепил железный меч на поясе, снял цилиндр и направился к девушке. По заснеженной пустоши, словно в немом кино под свист ветра, раздалось мерное: топ, топ.

Один шаг. Второй. Жажда крови окружила девочку, словно вода, мешая дышать. Глядя на приближающуюся мощную фигуру, она отступила на полшага и зажмурилась, ожидая неизбежной и непредсказуемой смерти.

— Пожалуйста, сделай это быстро, — прошептала она. — Прошу тебя.

— Хм… — Су Бэй издал неопределенный звук.

Раздался тихий вздох, и вдруг голову девочки окутало нечто мягкое и теплое. В нос ударил запах сухого сена, древесной стружки и какой-то тревожный, трудноописуемый аромат. Она приоткрыла глаза: огромный цилиндр сидел на ней косо, закрывая один глаз.

— Э?

Нет, не это было главным. Главным было то, что враждебность отхлынула, словно прилив, а шаги за спиной начали удаляться. Девочка тут же развернулась – грациозно и ловко, словно бабочка. Если не считать того, что она чуть не потеряла равновесие, слишком резко встав на носочки.

Порыв ветра взметнул её широкую мантию, под которой на миг блеснуло роскошное платье с расшитым бриллиантами подолом, сверкающим на ночном снегу. Злоба пришла внезапно и так же странно исчезла.

Поняв, что если она промолчит, этот мужчина просто уйдет, девочка глубоко вдохнула, сжала кулачки и крикнула во весь голос:

— Меня зовут Моли! А тебя?

Из-за истощения и долгих скитаний её крик едва перекрывал завывание ветра, долетая до ушей Су Бэя. Но тот не остановился. Его походка была решительной, движения – размеренными, однако при внимательном осмотре становилось ясно, что уходит он очень быстро. За время одной фразы он отдалился уже на десять шагов.

Су Бэй не хотел ввязываться в неприятности. Хотя он и перепутал её с Владыкой демонов, любой, кто знал сюжет «Мира Фантазии» так же хорошо, как он, понимал сразу: эта девчонка по имени Моли – сплошная проблема. Возможно, огромная проблема, тянущая за собой целую цепочку других.

По правилам игры принятое задание необходимо выполнить, иначе упадут характеристики, а что еще хуже – удача, из-за чего в поздней игре начнется сущий ад. Поэтому, не имея стопроцентной уверенности, Су Бэй выбрал самый надежный способ: не брать квест вовсе.

Жизнь у него всего одна. Это не то задание, за которое стоит браться тому, у кого нет запасных попыток. Ему бы забиться в какой-нибудь угол, жить долго и счастливо, играть в игры как заправский хикки и лишь изредка спасать мир ради собственного долголетия.

Видя, что Су Бэй не останавливается, Моли помедлила, стиснула зубы и выпалила на одном дыхании:

— Если ты решил сбежать с места происшествия только потому, что ошибся человеком, то это очень низко! Ты должен извиниться!

— Что скажет на это быстро шагающий бесчестный господин? Тот самый, который сбил магическую шляпу ценой в десять золотых монет, а взамен подсунул цилиндр, не стоящий и пяти медных монет?

Су Бэй на секунду замер. «Бесчестный господин», значит? Что ж, пусть этот господин и дальше остается бесчестным.

Он подавил желание ответить и, увидев впереди спасительный поворот, мысленно выдохнул. Но тут до него донесся голос Моли – мягкий и тихий, почти неразличимый за ветром и шагами.

— Дайана…

Услышать было почти невозможно. Если бы ветер продолжал дуть. Но именно в этот миг наступило затишье. Слова Моли прозвучали отчетливо.

Су Бэй запнулся и вдруг сорвался на бег.

— Меня зовут Дайана Фалан, — крикнула она. — И Дайане нравится эта шляпа!

Поняв, что Су Бэя не удержать, Моли горько улыбнулась. Она сняла с головы поношенный цилиндр, прижала его к груди и искренне произнесла:

— Спасибо за подарок. Пусть империя хранит тебя.

Её голос был едва громче писка комара. Но Су Бэй всё равно услышал. Если бы не услышал – одно дело. Но услышав, он уже не мог просто сбежать.

Су Бэй знал это имя и знал, что за ним стоит.

Дайана Фалан. Последняя принцесса империи Фран.

В самой игре у этой принцессы не было собственной сюжетной линии, но по обрывкам фраз других персонажей становилось ясно: она сыграла важнейшую роль. Война между Героем и Владыкой демонов, а также распри между остатками империи Фран и новой империей Дузе стали одной из причин гибели мира. А эта девочка несла в себе самую чистую кровь династии. Её благословение – это удача целого павшего королевства.

Исходя из игрового опыта Су Бэя, он только что прошел все этапы активации: встретил беженку Моли, перехватил её и сбил шляпу. Более того, вторая сторона уже внесла предоплату – благословение принцессы Фран. Эта дорогая награда обязывала его отнестись к делу серьезно. Такое благословение вполне могло спасти ему жизнь в будущем. Побег перестал быть вариантом.

На повороте Су Бэй замер и обернулся. Моли снова надела нелепый цилиндр и помахала ему рукой. Даже её прощальный жест был исполнен нежности.

— Фух… — выдохнул он и медленно, но твердо зашагал обратно к ней.

При виде возвращающегося Су Бэя лицо Моли ожило, а рука застыла в воздухе. Он подошел и произнес бесстрастно, словно исполняя формальность:

— Озвучь свое поручение, Дайана Фалан.

— Мне больше нравится имя Моли, — ответила она. — А как зовут тебя?

— Су Бэй. Итак, в чем твое поручение?

— Поручение? — Моли на миг растерялась, но быстро сообразила, что происходит. — Поручение? Ты правда хочешь мне помочь? — Её губы приоткрылись, брови взлетели вверх, а глаза цвета сапфиров засияли от радости.

— Да, — Су Бэй кивнул. — Ты дала мне награду, я выполню работу. Проси что угодно. Не обещаю, что справлюсь, но я приложу все усилия.

Награда? Моли закусила губу, задумалась и вытащила из-под мантии свиток с гербом империи Фран – изображением сороки. Это был магический манускрипт, хранивший секретное заклинание империи; от него исходил мощный поток маны.

— Это самое ценное, что у меня есть. Подойдет как плата?

— Нет, — Су Бэй отмахнулся, едва взглянув на свиток. — Ты уже заплатила, так что больше ничего не нужно.

— Э? Когда это?

Заметив его непреклонный взгляд, Моли на секунду замерла, а затем испуганно прижала руки к груди и прошептала:

— Нет, нет… Я сама не могу быть наградой! Я еще маленькая!

Воздух словно застыл. Моли осеклась, увидев в глазах собеседника шок, смешанный с легким презрением. Густой румянец залил её бледные щеки, будто белая лилия внезапно окрасилась в цвета розы.

— Так ты про то благословение? — Она спрятала лицо в цилиндр и присела, скрывшись под магической мантией, словно страус в песке. В этот миг ей хотелось целиком провалиться в эту шляпу.

Су Бэй не понимал, откуда у Моли берутся такие нелепые мысли и странные заблуждения. Впрочем, причины были уже не важны. Глядя на свернувшуюся в клубочек девочку, он, как истинный затворник, невольно почувствовал желание протянуть руку и погладить её – словно встреченного на улице бездомного котенка.

Сдержав этот порыв, который мог быть воспринят как домогательство, он произнес максимально ровным и безразличным тоном:

— Слова благословения и были оплатой. Так что излагай свои требования.

Он нарочно отвернулся, давая ей возможность прийти в себя, и добавил:

— Возродить династию, убить врагов или что-то еще – я отнесусь к этому серьезно.

Возможно, его спокойствие подействовало, а может, стратегия смены темы сработала, но Моли встрепенулась. Она поправила цилиндр и изумленно уставилась на него.

— Господин Су Бэй, я вовсе не горю желанием отправлять тебя на смерть. Такие вещи не делаются по щелчку пальцев. И вообще, я об этом даже не думала.

Она помедлила и сбивчиво продолжила:

— Меня правда многие преследуют. Те, кто хочет убить, те, кто хочет запереть, и те, кто хочет использовать меня, чтобы свергнуть новую власть. Многие из них – мои старшие родственники, которые раньше дарили мне чудесные подарки на дни рождения. Я не хочу им мстить.

Увидев, что Су Бэй слушает всё так же беспристрастно, Моли решилась озвучить то, что было для неё единственно важным:

— Пожалуйста, позаботься обо мне, господин Су Бэй. До тех пор, пока я не смогу выжить сама.

— Позаботиться? В плане жилья и еды? — Су Бэй нахмурился. — Стать тебе отцом? Это не так уж и сложно.

— Нет-нет-нет-нет! — Она замахала руками так интенсивно, что цилиндр на голове начал подпрыгивать. — Я имею в виду… со мной сейчас одни хлопоты и опасности, но… я хочу жить.

Она гордо подняла голову, и Су Бэй почувствовал, насколько сильна в ней эта воля к жизни. Понятно. Вот только сам Су Бэй, зная весь сюжет наперед, не был уверен, что сможет уцелеть в грядущем хаосе. Подобное поручение казалось непосильным.

Глядя на приунывшую девочку, он шумно выдохнул. Его рука дернулась, чтобы похлопать её по плечу в знак поддержки, но он лишь сжал кулак и тут же его разжал, спрятав руку. — Хорошо, — бросил он холодно. — Я постараюсь. Ночью в подземелье Зимнего Солнцестояния мало людей, но на всякий случай нам лучше уйти.

— А? — Радостно пискнула Моли и вскинула голову. — Ну и ну, не пугай меня так!

Убедившись, что он не шутит, она с облегчением поправила шляпу и засеменила следом за Су Бэем, тихо ворча себе под нос:

— Какой же невыносимый господин Су Бэй.

Несмотря на жалобы, она невольно улыбнулась, и по её лицу тут же потекли слезы. Почти три месяца скитаний: от блистательного Священного города до пограничного Города Зимнего Солнцестояния. Прятки днем, переходы ночью, зрелище народных страданий и аристократической роскоши, вечный риск для жизни.

Её предавали, пытались заколоть, подменяли еду и травили воду в колодцах. И вот впервые Моли встретила кого-то, в ком не было ни капли злобы. Совсем.

С тех пор как она пробудила способность чувствовать чужую злость и это стало известно всем, её жизнь превратилась в кошмар. Путь до этого места был невероятно труден. Ветер со снегом едва не сорвал с неё цилиндр. Она вскрикнула, придерживая шляпу, и пошла след в след за Су Бэем. Слёзы на её щеках замерзали, превращаясь в льдинки, и падали в снег, рассыпаясь в пыль – вместе с её прошлым.

Су Бэй шел впереди, не оборачиваясь. Ветер шумел так сильно, что он притворился, будто ничего не слышит.

Тык.

— М? — Су Бэй вздрогнул всем телом. Поняв, что в спину его ткнул мягкий детский пальчик, он затрепетал и прибавил ходу.

— Ой?

Дав волю чувствам и вытерев слезы, Моли хотела заговорить с ним, но его реакция так её напугала, что она забыла свой вопрос. Она пару раз моргнула и снова догнала его.

Тык.

Су Бэй снова дернулся, прошел пару шагов и обернулся. Его холодные глаза без слов задавали вопрос: «Что ты делаешь?»

Моли хихикнула и с любопытством спросила:

— Господин Су Бэй так мало говорит и почти не меняется в лице… Это потому, что ты такой крутой?

Су Бэй замер.

— Или ты просто социофоб? — Добавила она.

Само собой. Какой затворник не страдает социофобией? Он не подтвердил и не опроверг – просто промолчал. Овернувшись, он глухо бросил:

— Не смей больше меня тыкать. Есть дело – говори.

Тык.

Су Бэй рывками повернул голову, пытаясь подобрать слова, но не зная, как её остановить. В конце концов, в одном тычке не было ничего криминального. Он обреченно отвернулся и пошел еще быстрее.

Как известно, люди обожают испытывать чужое терпение. Поняв, что перед ней социофоб, Моли разговорилась. Ей не терпелось заставить его сказать хоть что-нибудь.

— Господин Су Бэй, а почему ты сначала хотел меня убить? Ни в старой империи Фран, ни в нынешней империи Дузе вроде бы нет законов, позволяющих просто так убивать людей. Ты что, на самом деле киллер? — Она преувеличенно ахнула, явно считая эту версию абсурдной.

Ответа не последовало. Моли надула губы и снова вытянула палец.

Тык!

Су Бэй, вздрагивая, ускорялся. Она не отставала, придерживая одной рукой цилиндр, а другой продолжая свои атаки:

— Мне ужасно любопытно, господин Су Бэй!

Не выдержав натиска, он наконец сдался. Резко остановился и развернулся.

— Прости! — Моли мгновенно отдернула руку и натянула шляпу на глаза, извиняясь. — Ох, я совсем заигралась. Глупая Моли, только нашла доброго человека, и так грубо себя веду.

Она начала мысленно себя корить, но услышала лишь тяжелый вздох Су Бэя.

— Ладно, я отвечу на твои вопросы, только не трогай меня больше.

Я – Су Бэй. Обычный социофоб.

В прошлой жизни, еще до перемещения, я был тем самым незаметным учеником, который вечно сидел в углу класса. Мои оценки болтались где-то посередине, а после уроков я превращался в истинного затворника: не высовывал носа из дома, играл в игры и наслаждался газировкой перед монитором.

После перемещения я три года прожил в полном одиночестве. Возможно, именно мой характер определил такой жизненный путь, а может, сам образ жизни окончательно превратил меня в социофоба. Как бы то ни было, общаться с людьми мне сейчас крайне тяжело. Если говорить точнее, я совершенно не умею выстраивать отношения – у меня попросту нет такого опыта. Я даже не знаю, как вежливо поддерживать обычный разговор.

Да, признаю, я безнадежен в социальном плане.

Поэтому, когда Моли вдруг повела себя как старая знакомая и в шутливой потасовке допустила физический контакт, Су Бэй ощутил острейший дискомфорт. Даже осознание того, что нынешняя реальность – это всего лишь «Мир Фантазии», не помогало. Он пытался убедить себя, что поручение Моли – это просто игровой квест, который нужно выполнить.

Но когда ее пальцы коснулись его спины, Су Бэй понял, что больше не может обманывать себя фразами вроде «это просто игра». Он шел по заснеженным улицам города в двадцатиградусный мороз, но кожа под одеждой буквально горела. Все тело зудело, словно по нему ползали сотни муравьев, а лицо пылало, будто от жара факела. И этим факелом была Моли.

Хотелось сбежать. Просто сорваться с места и умчаться прочь. Какой же… отвратительный опыт.

Су Бэй уставился в небо, изо всех сил стараясь убедить себя, что в действиях Моли не было ничего необычного. Хотя кого он обманывает? Разве станет нормальный человек тыкать в спину того, кого знает всего один день? В этом нет ничего нормального.

Пока Су Бэй пребывал в своих мыслях, Моли, видимо, почувствовала, что перегнула палку, и притихла. Глядя на его застывшую спину, она тихо позвала:

— Господин Су Бэй?

— Да, я слушаю, — отозвался он мгновенно.

Должно быть, его напугали эти тычки. Пусть даже отвечать было неловко, это казалось куда предпочтительнее прикосновений. «Я определенно рожден для роли одинокого убийцы», – подумал Су Бэй, подбирая слова для ответа, но в итоге решил просто сказать правду:

— Я обознался.

«Вот оно что. Так вот почему в воздухе сначала висела жажда крови, а когда я сняла шляпу, она бесследно исчезла».

— А? — Моли ухватилась за поля своей шляпы-цилиндра и удивленно моргнула. В ее голове завертелись мысли.

«Значит, на том перекрестке должен был пройти кто-то другой?»

Ее глаза внезапно расширились. Нет, это невозможно. Путь, по которому она бежала в подземелье Зимнего Солнцестояния, был предсказан ее учителем – великим архимагом Дорианом, носившим титул «Пророк». Учитель изучал бесчисленные параллельные миры и выяснил, что вероятность встретить кого-то в окрестностях этого подземелья составляла один шанс из десяти тысяч.

Пока Моли не встретила Су Бэя, она была уверена, что сможет выжить, спрятавшись в глубинах подземелья и дождавшись помощи. Сама встреча с ним уже была той самой десятитысячной долей процента. Какова же вероятность, что здесь окажется еще один случайный прохожий? Это исключено.

Моли сглотнула, ее лицо слегка побледнело. Неужели Су Бэй все-таки пришел именно за ней? Может, он не обознался, а просто что-то перепутал? Тело девочки задрожало от страха, походка стала неуверенной, а мысли путались. И вдруг…

— Бум! — Она врезалась головой в его спину. Не удержавшись на ногах, Моли плюхнулась прямо в снег. Она сидела, обхватив голову руками, и продолжала лихорадочно соображать. Наконец, набравшись храбрости, она спросила, стараясь казаться спокойной:

— Скажите, господин Су Бэй…

— Слушаю, — Су Бэй уже обернулся, в нерешительности раздумывая, стоит ли протянуть ей руку.

— …Можно узнать, что за человека вы собирались убить?

На этот вопрос было непросто ответить. Су Бэй понимал это лучше всех. Он ведь не мог признаться, что знает сюжет и вычислил место появления начального Владыки демонов, чтобы провести операцию по его ликвидации. Раскрывать статус «попаданца» – верный способ навлечь беду.

Поэтому он выбрал туманную формулировку:

— Это вопрос политики. Что-то вроде противостояния Фран и Дузе.

— Вопрос убеждений?! — Подхватила Моли.

Будучи в самом центре политического шторма, она мгновенно поняла этот уклончивый ответ. «Значит, господин Су Бэй на стороне империи Дузе? Но если так, у него нет причин оставлять меня в живых».

Моли запуталась еще сильнее. Ее взгляд потерял фокус, она задумчиво прикусила палец. Не стоило любопытствовать, теперь загадок стало только больше.

— Но ведь захватчики – это всегда зло. Выходит, господин Су Бэй творит плохие дела? — Моли поднялась, даже не отряхнув снег с одежды, и робко заглянула ему в глаза.

— Лишать жизни – это всегда грех, — Су Бэй не стал спорить.

Но это не было его истинным убеждением. Он просто не хотел отвечать искренне и пафосно, ведь это заставило бы его чувствовать себя неловко. Проще говоря, он стеснялся. Убийство – неправильное средство, но не всегда неправильная цель. Разве ошибка – совершить малое зло ради великого мира? Су Бэй и сам не знал ответа. Ведь нынешний Владыка демонов еще не стал собой и не совершил ни одного нападения на людей.

— Как глубоко, господин Су Бэй, — Моли почувствовала, что голова идет кругом.

Неужели он осознал свою ошибку и решил свернуть с неверного пути? Но он ведь с самого начала знал, что это грех, а значит, шел на это осознанно. Тогда он не должен считать свой поступок неправильным. «Обманывает. Как маленькую обманывает».

Хотя… неважно. Моли прикусила губу, решив не допытываться. Она боялась, что если продолжит расспросы, то узнает что-то по-настоящему пугающее. Легко отмахнувшись от серьезной темы, она тут же сменила русло беседы:

— Ладно, оставим эти мрачные разговоры. Давайте лучше обсудим то, как лихо вы сбили с меня шляпу.

Су Бэй с облегчением выдохнул. Он боялся, что Моли продолжит копать и случайно раскроет его тайну. Но ответ на ее новый вопрос казался очевидным:

— Мне нужно было подтвердить твою личность.

— Ну-у-у…

Моли подбирала слова, стараясь говорить непринужденно:

— Конечно, остаться в живых куда важнее, чем сохранить шляпу. Но все же… это ведь подарок моего учителя.

Она намеренно добавила в голос нотки кокетства, намекая на важность утраченной вещи. Разумеется, она не ждала возмещения, ей просто хотелось посмотреть, изменится ли лицо Су Бэя от осознания того, что он не сможет расплатиться. Увидеть бы на этом застывшем лице хоть каплю смущения или паники. Что угодно, только не эту вечную маску безразличия.

— Нужно возместить ущерб? — Спросил Су Бэй. Его лицо осталось неподвижным.

— А вы сможете? — Моли надула губы от разочарования.

Судя по его виду, у него и десяти золотых монет в кармане не найдется. А ведь десять золотых – это месячный доход крепкого отряда искателей приключений. Или пожизненные расходы бедной семьи. Даже обедневший аристократ не всегда может выложить такую сумму разом.

— Пожалуй, прямо сейчас – нет, — серьезно ответил он.

Вообще-то у него был мешочек с золотом, но светить им перед кем попало не стоило. Если же считать его честный заработок за три года на вполне приличной работе, то накопил он всего две серебряные монеты и сорок три медные. До десяти золотых было как до луны.

— Ну, тогда ничего не поделаешь, — вздохнула Моли. Шляпа-цилиндр чуть сползла ей на глаза, и она исподлобья наблюдала за спутником.

— Я верну долг. Позже.

Никаких эмоций. Неужели он правда не умеет чувствовать? Или у него паралич лицевых мышц? Моли разочарованно вздохнула и скрестила руки на груди:

— Ой, да ладно, не нужно. Просто в будущем относись ко мне хорошо, этим и расплатишься.

Район Цюй, будучи окраинными трущобами Города Зимнего Солнцестояния, славился своими разбитыми дорогами. Мостовая из неровного булыжника была такой, что любая карета рисковала развалиться на части, едва въехав сюда. Дома здесь строили в основном из дерева или дешевого камня, а населяли их старики, калеки и беспризорники.

Жилье Су Бэя считалось по местным меркам элитным. У него была стабильная работа, поэтому даже дорожка перед его дверью была выложена чистыми и ровными плитами песчаника. Сидеть на них было удобно, хотя через какое-то время пятая точка все же начинала ныть.

В данный момент Су Бэй как раз сидел на пороге, ожидая, пока Моли закончит мыться. Как она сама выразилась, нет ничего прекраснее, чем принять ванну после трех месяцев скитаний. А если это горячая ванна – то это предел мечтаний. Су Бэй понимал ее чувства, поэтому раздобыл деревянную лохань и нагрел целый чан воды.

Подобно тому как простолюдины дивятся роскоши аристократических кварталов, принцесса Моли с любопытством изучала быт бедняков. Для нее все здесь было в новинку.

— Ого, так горячую воду получают, сжигая уголь? — Спрашивала она. — И вы правда освещаете комнаты обычными свечами? Господин Су Бэй, эта кровать такая жесткая, на ней вообще можно уснуть? Вы едите эти лепешки без основного блюда? А это что? А вон то…

В конце концов, под холодным взглядом Су Бэя Моли смущенно притихла и отправилась мыться.

Пока она была занята, Су Бэй размышлял о ее будущем. Окраина города была идеальным местом, чтобы спрятать принцессу. Большинство местных жителей едва умели читать, они и понятия не имели о смене власти в столице, не говоря уже о том, как выглядит дочь свергнутого короля. Стучать на нее было некому.

Кроме того, жизнь здесь была дешевой, так что прокормить лишний рот Су Бэю не составляло труда. И наконец, Город Зимнего Солнцестояния находился очень далеко от резиденции правителя Дузе. Даже если их раскроют, у них будет время, чтобы скрыться.

Обдумав все, Су Бэй негромко спросил, повысив голос, чтобы его услышали за дверью:

— Сколько тебе лет?

Внутри послышался всплеск воды и испуганный вскрик.

— А?! — Внезапный вопрос застал Моли врасплох. — Мне… мне только что исполнилось восемнадцать!

Восемнадцать? Су Бэй погрузился в молчание.

«Мне тоже восемнадцать. Мой рост – метр восемьдесят, я выгляжу как взрослый мужчина и полон сил. Моли утверждает, что ей восемнадцать, но в ней едва наберется метр сорок, у нее детское личико и крошечное тело. Она за идиота меня держит?»

— Говори правду.

— Ну… на самом деле шестнадцать, — промямлила Моли. Сказав это, она по макушку окунулась в воду и принялась пускать пузыри, глядя на дверь. «Я не хотела врать. Просто не хочу, чтобы меня считали ребенком».

Детский мир – это когда от тебя все скрывают, а твою судьбу решают взрослые. Им плевать, нравится тебе это или нет, их волнует только результат. Даже ее последний план побега был составлен другими людьми.

Су Бэй, конечно, не догадывался о глубине ее переживаний. Он прикидывал, чем может заняться шестнадцатилетняя девушка. Сидеть дома – слишком подозрительно. Чтобы надежно скрыть ее личность, нужно создать ей новую биографию, которую подтвердят окружающие. Шестнадцать лет – возраст подходящий. В этом возрасте уже можно работать, например, официанткой.

С ее милой внешностью и редкими голубыми глазами она наверняка полюбится горожанам и быстро станет «своей».

— Четыр… надцать, — донеслось из-за двери. — Теперь честно! Пожалуйста, не пугай меня больше.

Голос Моли звучал жалобно. Видимо, затянувшееся молчание Су Бэя заставило ее сердце биться чаще. Она испугалась, что он возненавидит ее за ложь, поэтому выдала новую цифру. Су Бэй нахмурился и промолчал.

— И это всё! Я уже не маленькая, не смей относиться ко мне как к ребенку! — Голос девочки был нежным и хрупким, как тонкое стекло. Казалось, она вот-вот разрыдается. Су Бэй не знал, что ответить, и после долгой паузы тихо произнес:

— Будешь учиться.

— Что? — Моли моргнула. Учиться? Дочери аристократов редко посещали школы. В их кругах считалось, что девице до шестнадцати лет не пристало показываться на людях. А уж дочь короля и вовсе обучали лучшие учителя мира в частном порядке. Идея пойти в школу была для нее в новинку, и это ее захватило.

— Мне можно? Я ведь никогда не ходила в школу.

Она от избытка чувств едва не выскочила из лохани, но вовремя спохватилась, прикрылась руками и снова присела, поглядывая на окно. Деревянный дом был старым, в стенах и у окон хватало щелей.

— Буль-буль, — снова пошли пузыри, в которых слышалось сдавленное хихиканье.

— Решено. Будешь учиться, — кивнул Су Бэй, сидя на пороге.

Это был отличный вариант. В четырнадцать лет Моли как раз попадала в младшее отделение академии Линдун. А поскольку Су Бэй там работал, у него была льгота на бесплатное обучение родственников. Он запишет ее как свою сестру. Так будет проще о ней заботиться. И что еще важнее – в академии учеников кормят бесплатно. Это сэкономит кучу денег.

Внезапно Су Бэй вспомнил об одной важной детали и спросил:

— Моли, у тебя есть класс?

— А-а-а-а!! — Моли как раз закончила мыться и переодевалась за лоханью. От неожиданности она задела чан, и остатки воды выплеснулись прямо на нее. Одежда мгновенно промокла насквозь.

— Какой ужас! Ненавижу вас, господин Су Бэй! — Проворчала она, глядя на стену. Там висел комплект одежды. Она задумчиво прикусила палец, переводя взгляд с сухой одежды на стене на свое мокрое платье. «Была не была!»

Спустя мгновение дверь со скрипом отворилась. Не дождавшись ответа, Су Бэй удивленно обернулся. Тишина. Их взгляды встретились.

Моли стояла в его огромной домашней одежде. Горловина футболки сползала с плеч, превращая верх в подобие платья. Снизу виднелись голые лодыжки – казалось, она забыла надеть штаны. Щеки девочки пылали, она крепко сжимала воротник руками, чтобы наряд совсем не свалился.

Су Бэй едва не лишился чувств. Моли виновато подняла глаза и жестом пригласила его войти, словно это она была хозяйкой дома:

— Зайдете?

Едва переступив порог, Су Бэй зажмурился от нестерпимого блеска. На стене висело платье. Это была не просто одежда в стиле «лолита» – подол был расшит магическими камнями, цена которых могла бы покрыть стоимость половины района Цюй. Рядом висела черная мантия явно на пару размеров больше. С обеих вещей на пол уныло капала вода.

А на Моли, соответственно, были его шорты и футболка. Осознав масштаб катастрофы, Су Бэй вздохнул, убрал лохань и снова разжег уголь, чтобы развесить намокшие вещи у огня.

Моли все это время привыкала к новому наряду и молчала. Наконец она подала голос, выдав несусветную глупость:

— А может, завтра в полдень вывесить их на улицу под солнце?

В обычном мире это было бы логично. Но не в районе Цюй. Здесь уровень преступности зашкаливал. Вывесь такую дорогую вещь на просушку – и на следующий день ее детали найдутся в десяти разных домах, а к третьему дню лоскуты ткани разлетятся по всем закоулкам трущоб.

Коротко объяснив ситуацию, Су Бэй уселся на единственный в комнате стул и указал Моли на край кровати.

— Так ты пробужденная?

— Конечно! Я очень способная. Учитель говорил, что мой талант – один из лучших в мире.

Су Бэй замер и сосредоточенно спросил:

— И какой ранг?

— Ну-у… — Моли покраснела и прошептала:

— Маг-подмастерье.

Судя по всему, для четырнадцати лет первый ранг магии в этом городе считался бы гениальностью. Но ты же принцесса павшего королевства! И с «лучшим в мире талантом» ты всего лишь на первом ранге? Су Бэй потер виски, стараясь не смотреть на смущенную девочку. Он достал блокнот и вырвал из него листок.

— Вот сведения о школе, — он протянул бумагу ей.

На листке были подробно расписаны данные об академии Линдун, информация о классе Моли и список правил, которые нельзя нарушать. Девочка одной рукой придерживала сползающий воротник, а другой взяла записку и принялась внимательно читать.

— Завтра идем в академию, — подытожил Су Бэй. Он поднялся и сел на стул в самом дальнем углу комнаты. — Спи. Завтра рано вставать.

Моли моргнула и похлопала по кровати рядом с собой:

— Господин Су Бэй, а вы разве не на кровати спите?

Су Бэй покосился на нее с выражением, которое так и говорило: «Ты правда веришь, что принцесса, получившая блестящее образование, может быть настолько глупой?»

— Ой!

До Моли наконец дошло, какую нелепость она сморозила. Густо покраснев, она юркнула под одеяло с головой. — Спокойной ночи, господин Су Бэй.

Спустя долгую паузу донеслось тихое:

— Спокойной ночи.

Су Бэй открыл блокнот. Лунный свет падал на страницы, и он перечитал свои заметки о следующем этапе. Согласно сюжету игры, через два года из подземелья Зимнего Солнцестояния выйдет Владыка демонов. Он вызовет Прилив магии и захватит Город Зимнего Солнцестояния, сделав его своим первым оплотом. Тогда Герой возьмет в руки Святой меч, соберет армию героев и даст бой у стен города.

До начала этих событий оставалось два года. Су Бэй не мог грубо менять сюжет, иначе будущее станет непредсказуемым. Раз уж план по устранению магического лидера провалился, пора запускать запасной план: налаживать связи с еще не раскрывшимися гениями, чтобы повысить свои шансы на выживание. Академия Линдун была идеальным местом для этого. Именно поэтому он там и осел.

Ночь сгущалась. Су Бэй записывал данные, а из-под одеяла на него поглядывали два ярко-синих сапфира глаз.

Утро. Солнце едва показалось над горизонтом, было около шести часов. Зимой в этом городе рассветы всегда поздние.

Су Бэй встал пораньше, привел себя в порядок и глянул на кровать, где под одеялом сопел маленький комочек. Все это казалось сном. Совершенно нереальным сном.

Заметив, что одеяло сползло, Су Бэй подошел поправить его. Моли спала очень осторожно – свернувшись калачиком и нахмурившись, словно даже во сне не чувствовала себя в безопасности. Стоило ему коснуться края одеяла, как она едва не проснулась от испуга.

Приготовив нехитрый завтрак, Су Бэй ненадолго отлучился по делам.

Через полчаса Моли окончательно проснулась. У изголовья ее ждала лепешка и школьная форма.

— Ой…

Вспомнив события вчерашнего дня, она недоверчиво посмотрела на свои руки. Может, она и правда начала новую жизнь? Моли быстро оделась и вышла на улицу.

Су Бэй сидел на стуле и безучастно смотрел на восходящее солнце. Моли подошла поближе:

— Господин Су Бэй, о чем вы думаете?

Он не шелохнулся. Его голос прозвучал так, будто он говорил сам с собой:

— Будет ли будущее прекрасным?

Моли надула щеки, подошла и изо всех сил тряхнула его стул:

— Господин Су Бэй, взбодритесь! Как можно говорить такие унылые вещи? Все обязательно наладится!

Су Бэй наконец пришел в себя, окинул взглядом ее новую форму и кивнул. Он пошел вперед:

— Идем.

Моли засеменила следом, продолжая свои нравоучения:

— Мы уже пережили самое худшее, дальше падать некуда. Значит, впереди только свет. Вы должны верить в это…

Су Бэй резко обернулся.

— Ой! — Моли вспыхнула, тут же прекратив поток вдохновляющих речей. Она опустила голову и, стараясь не смотреть ему в глаза, принялась толкать его в спину, заставляя идти быстрее. — Нельзя же так внезапно оборачиваться, господин Су Бэй!

От прикосновения к спине у Су Бэя по коже пошли мурашки, и он прибавил шагу. «Она что, так скрывает свое смущение?» – подумал он, но спрашивать не стал.

Академия Линдун находилась совсем рядом, на стыке трущоб и элитного района Хуа. Это было самое величественное здание в городе, хотя сам город был крошечным – самым захудалым местечком в империи Дузе. Аристократы презирали этот захолустный край, где жили лишь бедняки и простолюдины. Школа здесь не приносила дохода, и директор Канвэн Котт содержал ее исключительно на собственном энтузиазме. Су Бэй искренне уважал таких людей. В эти смутные времена директор был одним из немногих, кто пытался нести свет знаний в мир.

Через десять минут они уже были в административном корпусе. Су Бэй несколько раз глубоко вздохнул и постучал в дверь кабинета директора.

— Войдите.

Су Бэй толкнул дверь. Внутри, за столом, заваленным грудами книг и бумаг, сидел седовласый старик в монокле. Это был Канвэн Котт – добрый и мудрый человек. В кабинете царил творческий беспорядок, едва оставалось место, чтобы пройти. Су Бэй подвел Моли к столу.

— Здравствуйте, господин директор. Я сотрудник академии Линдун. Согласно правилам, я имею право на бесплатное обучение для своих близких родственников. Это моя сестра, ей четырнадцать лет. Я хочу зачислить ее в третий класс младшего отделения.

Су Бэй выпалил заранее заученную тираду на одном дыхании и вытолкнул опешившую Моли вперед.

— Э-э… — пискнула она, встретившись взглядом с директором.

После недолгого молчания Канвэн медленно произнес:

— Приемная комиссия находится не здесь. Тебе нужно спуститься этажом ниже, там кабинет завуча младших классов, но…

Су Бэй, услышав первые слова, тут же схватил Моли за шиворот и потащил к выходу, успев закрыть за собой дверь.

— …но я могу сам оформить документы… — договорил Канвэн в пустоту. Он в недоумении уставился на закрытую дверь. — Неужели этот парень все еще такой социофоб? И когда это он успел обзавестись сестрой? Стоп, эта девочка… она кажется мне знакомой.

Канвэн задумчиво погладил бороду и покачал головой:

— Да нет, показалось, наверное.

Город маленький, неудивительно, что лица кажутся знакомыми. Директор вернулся к бумагам. На верхнем листе значилось: «О временных мерах по обращению с магическим орудием №26 – Лютый холод».

В коридоре Моли во все глаза смотрела на Су Бэя. Она была поражена до глубины души. «Господин Су Бэй… он что, настолько боится людей?»

— Идем в приемную комиссию, — бросил он, делая вид, что ничего не произошло.

Только две капли пота на лбу выдавали его крайнее нервное напряжение. Из-за тревоги он всегда говорил слишком быстро и никак не мог побороть привычку отводить взгляд. «Да уж, мое место только в видеоиграх», – сокрушался он про себя. Су Бэй вздрогнул, почувствовав чье-то присутствие за спиной, и обернулся.

Моли подошла и осторожно коснулась ладонью его взмокшей спины. Когда Су Бэй испуганно отшатнулся, она недовольно надула губы. Но тут же предложила:

— Давайте лучше я все сделаю, господин Су Бэй!

Тот промолчал и просто пошел вперед, показывая дорогу. У кабинета завуча Моли первой нырнула в дверь, обернувшись у порога:

— Господин Су Бэй, подождите здесь и ведите себя хорошо. Моли со всем разберется!

Через пару минут из комнаты донесся ленивый голос:

— Пусть опекун зайдет и распишется.

Су Бэй вошел. На столе лежали лист бумаги и ручка. Но он застыл как вкопанный и глухо произнес:

— Я не умею писать.

— Что?!

— Ах да, точно. Забыл.

Первый выкрик принадлежал Моли. Второй – невозмутимому завучу. Су Бэй с каменным лицом повторил:

— Я неграмотен.

— Тогда поставь отпечаток пальца и можешь идти. Я сам отведу девочку в класс, — кивнул завуч, указывая на подушечку с краской.

В этом городе полно взрослых не умело читать и писать, в этом не было ничего зазорного. Образование всегда было уделом «приличных людей», а знания стоили дорого. Су Бэй приложил палец к бумаге и вышел. С завучем они были старыми знакомыми, так что он был уверен: о Моли позаботятся.

Су Бэй уже опаздывал на работу на полчаса. Он поспешил к воротам академии и зашел в каморку охраны.

— Грязный червь! Почему ты опоздал? Ты хоть понимаешь, что эта работа – милость академии? С таким отношением проваливай отсюда, я добьюсь твоего увольнения!

— Ты хоть представляешь, сколько желающих найдется на десять медных монет в месяц? Они будут готовы ночевать в этой будке, лишь бы служить школе! А не дрыхнуть, как ты, ленивая скотина…

Студенты, проходившие мимо, слышали этот рев даже через закрытые двери. Все знали: это завхоз Стивен опять распекает беднягу Су Бэя. Ведь в штате рабочих академии их было всего двое.

Через десять минут Су Бэй, без всякого выражения на лице, вышел из кабинета завхоза и сел у окна.

Когда он только пришёл в академию, его поставили на должность привратника.

Тогда завхоз, видя пятнадцатилетнего Су Бэя одиноким и беспризорным, обсудил дело с руководством и устроил его в академию работником.

Замкнутый характер, молчаливость и холодная отрешённость Су Бэя произвели на Стивена сильное впечатление – он решил использовать это и, приукрасив, пустил по академии несколько «историй».

Меньше чем через две недели школа зашумела: байки множились, обрастали деталями, начали даже ходить сборники коротких рассказов.

«Если ослушаться указаний, тебя схватит завхоз и выбросит в подземелье Зимнего Солнцестояния».

«Городские страшилки: работник, что ест по ребёнку за раз».

«Если завхоз пристально смотрит в глаза – знай, он уже пометил тебя».

Имя Су Бэя быстро стало известно всем ученикам академии Линдун.

На вид он действительно был пугающ: лицо без эмоций, взгляд холодный, голос ровный и ледяной.

Он в самом деле выглядел устрашающе.

После того, как слухи распространились, за ним закрепилась слава человека, способного довести кого угодно до слёз одним взглядом.

Любой ученик, хоть раз опоздавший, после наказания учил урок навсегда и вторично уже не рисковал.

Прогулы и опоздания почти сошли на нет.

Редкий дар для школьного сторожа.

Теперь, сидя у ворот, Су Бэй видел, как проходящие мимо студенты невольно ускоряли шаг, боясь попасть под его взгляд.

Хотя на деле смотрел он вовсе не на них.

Просто Су Бэй страдал сильной социофобией.

Однако из-за сложившихся предубеждений никто этого не замечал.

Из-за страха к нему редко кто подходил поздороваться.

Разве что исключения.

Например, благородная, но обедневшая девушка по имени Алиша.

У ворот она приветливо улыбалась каждому проходящему, не забывая и Су Бэя.

— Доброе утро, господин Су.

— Здравствуйте, — холодно ответил тот и невольно вспомнил историю семьи Уинзор.

Две дочери графа, Алиша и её старшая сестра Аманьла, оставались потомками самого высокого дворянского рода среди учеников академии.

Увы, когда королевство сменило власть, семья Уинзор выбрала не ту сторону и понесла тяжёлые потери – почти до полного истребления. Лишь сёстры уцелели, ценой какой-то сделки.

Что именно они уступили – неизвестно, но от графского титула остался лишь чин баронета, да и тот лишён наследования: их потомки уже не будут дворянами.

Теперь Алиша и Аманьла жили бедно, и обучение в академии Линдун было для них лучшим выходом.

При всём этом Алиша оставалась светлой и доброжелательной, не позволив реальности сломить себя.

А вот Аманьла погрязла в пьянстве и азартных играх.

Су Бэя особенно занимала эта история потому, что в «Мире Фантазии» Алиша появлялась и в поздних главах.

По сценарию она становилась одной из немногих обладательниц шестого ранга.

Правда, её класс описывался невнятно – предположительно какой-то скрытый.

Теперь же Алиша шла по дорожке, её мягкие светлые волосы сияли под солнцем, стройная фигура и юный блеск притягивали множество взглядов.

Но ни один юноша не решался подойти: отвечали лишь те, к кому она сама обращалась.

Причин было две.

Первая – пропасть между простолюдинами и дворянством.

Вторая – клеймо рода Уинзор: потомки изменников отпугивали даже тех, кто сочувствовал.

Алиша всё это понимала.

И всё же не уставала приветствовать каждого.

С улыбкой и лёгкостью она направилась к старшим классам.

Полчаса спустя у ворот стало тихо.

Из-за славы Су Бэя никто не опаздывал: даже самые медлительные приходили на пять минут раньше звонка.

Следом прозвенел колокол начала урока.

Су Бэй закрыл ворота и взялся за метлу.

Когда ворота запирались, его обязанности сторожа сменялись на обязанности уборщика.

Зимой в Городе Зимнего Солнцестояния снега выпадало немало, и чистил их, по сути, один Су Бэй.

Руководство намекало, что можно и «для вида» подмести.

Но Су Бэй после каждого снегопада вычищал всё до последней снежинки.

Отчасти – от скуки.

Он только взялся за метлу, как из-за ворот высунулась рука и помахала изнутри школы.

Белая, ладная рука, с мозолями на пальцах.

Су Бэй поднял взгляд на хозяйку этой руки.

Женщина с пьяной улыбкой, стиснув веки, чтоб не уснуть на ходу: высокая, пышная, зрелая и обворожительная.

Разве что наряд не вязался с зимой.

В страшные морозы Города Зимнего Солнцестояния она щеголяла в короткой юбке – типичная жертва принципа «лишь бы красиво».

— Госпожа Аманьла, вы опоздали.

— Тише, маленький Су Бэй, если ты не скажешь, что я опоздала, значит, я не опоздала вовсе.

Намёк был ясен: впусти и не донеси.

Су Бэй спокойно смотрел на неё и не двигался.

— Хик…

Аманьла икнула и протянула руку вперёд.

— Вжух!

Из рукава сорвалась шёлковая лента, обвилась вокруг его запястья и дёрнула к воротам.

— Маленький Су Бэй, ты ведь не хочешь, чтобы вся школа узнала про твою социофобию?

Она медленно протянула левую руку, собираясь коснуться его подбородка через решётку.

— Щёлк!

Су Бэй достал припасённые ножницы и одним движением перерезал ленту, отступив от заигрываний.

Такого мастерства без десятков тренировок не добиться.

— Будь паинькой, открой мне, Су Бэй~ – Аманьла повисла на воротах: отпусти – и рухнет.

Трудно поверить, что это преподаватель, да ещё наставник по боевой подготовке.

— Госпожа Аманьла, вы пьяны. Возвращайтесь домой, я отмечу вам день отпуска, — ровно сказал Су Бэй.

С его холодным голосом совет прозвучал, как приказ.

Он не был злым, просто не мог позволить пьяной женщине шагнуть в школу к ученикам.

— Нельзя, маленький Су Бэй, я уже три дня не появлялась в классе. Если не получу аванс, нам с Алишей нечем будет жить.

— Ты ведь не хочешь видеть, как бедная Алиша ради еды попадёт в беду, правда?

Аманьла выдавила из глаза несуществующую слезу.

— Просто у вас кончилось вино?

— …

Она приоткрыла глаза.

На мгновение повисла тишина.

Су Бэй внутренне вздрогнул, даже его обычная маска равнодушия дала трещину.

— Маленький Су Бэй~

— Прошу тебя.

— Бедная учительница умоляет.

— Пусти меня внутрь.

— Аманьла без вина – это как академия Линдун без меня.

— Я просто не выдержу.

— Будь добр, я познакомлю тебя с сестрёнкой.

— Пожалуйста, пусти.

— Мне нужна эта зарплата.

— Ууу…

— Маленький Су Бэй~

— Су Бэй, ну пожалуйста~

— Я тебя очень прошу~

— …

Су Бэй в конце концов сдался: не прошло и трёх минут. Он тяжело вздохнул и отпер ворота – слишком уж неловко было, если бы это кто-то увидел.

— Су Бэй~

Аманьла бросилась к нему, намереваясь обнять и поцеловать, но он уже отступил на пять шагов и холодно смотрел.

— А?

Она наклонила голову, пьяно прищурившись.

— Маленький Су Бэй не хочет, чтобы я поблагодарила его как следует?

— Нет, — быстро ответил он.

Пауза – взгляд опасно ожил – Су Бэй подчеркнул:

— Не-ет!

За три года из всех, с кем ему приходилось общаться, именно эту баронетку он понимал меньше всего.

Социофоб и душа компании – природные враги.

— Уу‑уу, обидно… Су Бэй ненавидит учительницу, да? Я ведь знаю, я дрянь – пью, играю, готовлю плохо, да и добра во мне немного…

Похоже, перед самым обмороком у неё вспыхнул краткий миг просветления: глаза увлажнённые, голос дрожит, а упрёки сыплются потоком.

И вдруг…

— Шлёп!

Аманьла рухнула без чувств.

Вот ведь допилась. До отметки не доберётся точно.

Су Бэй тяжело вздохнул.

Настоящий пьяный болван.

Оставить её тут нельзя – не по-человечески и с репутацией проблемно.

А раз так – надо действовать заранее.

Он огляделся: никого.

Снял куртку, укутал обнажённые бёдра Аманьлы, подхватил её на руки и отнёс в сторожку.

После утреннего выговора завхоз ушёл, и комната пустовала.

Уложив Аманьлу на узкую кровать, он нахмурился: платье сбилось, юбка задралась. Су Бэй поколебался, стоит ли поправить, но в итоге просто накрыл её своей курткой.

Взяв метлу, вышел на улицу, продолжать уборку.

Из‑за двери послышалось сонное бормотание:

— Проклятый Кашу… ты тридцать седьмой, кто меня отверг…

…

Академия Линдун раскинулась широко – здесь учились почти все дети Города Зимнего Солнцестояния от тринадцати до восемнадцати лет.

За воротами шёл корпус младших классов.

Снега много, но дети лепили из него снеговиков и фигурки – чистить легко.

Су Бэй подметал и мимоходом слушал голоса учителей: кто-то объяснял буквы, кто-то диктовал правила. Иногда он невольно заглядывал в окно и запоминал новые символы.

Да, символы – ведь читать он толком не умел.

Речь этого мира совпадала с прежней, а письмо – нет: в «Мире Фантазии» алфавит состоял из кружков и линий, замысловатых узоров собственной логики.

В первый раз, увидев такие знаки, он только пробормотал: «Да уж, что за каракули и крестики».

За три года редких подглядываний он освоил лишь самые простые фигуры.

Имя своё записать до сих пор не мог.

Продолжая уборку, он прошёл мимо классов, где учили распознавать монстров и травы. Всё это ему давно было не в новинку.

Как ветеран, прошедший «Мир Фантазии» сотню раз, он знал все сюжетные ветви, кроме единственной концовки, которую пока никто не достиг.

Между учебными зданиями были широкие дворы. Два корпуса он привёл в порядок – прошло уже несколько часов. Впереди осталась самая большая постройка.

Здание старших средних классов.

Там учились лучшие дети города – те, кому предстояло стать авантюристами, исследовать подземелья, штурмовать Небесные города… жить на грани смерти.

Будущее континента покоилось на таких, как они.

И всё же это было началом трагедии.

Юные герои погибали чаще всех.

Су Бэй отвёл взгляд и продолжил сметать снег. Издалека доносился детский смех с тренировочного поля.

Вокруг площадки собрались в основном девушки – выделялась беловолосая Моли.

На середине пока что неопасное сражение: ученики по очереди вступали против пойманного зелёнокожего гоблина.

Учитель стоял рядом, комментируя и наставляя.

Су Бэй краем глаза отметил, как многие мальчишки исподтишка посматривали на Моли, и, пойманные её взглядом, спешно отворачивались, делая вид, что рассказывают друзьям о своих «подвигах».

Она, конечно, была любимицей класса.

Нежная, кроткая, словно цветок среди камня, по контрасту с грубым нравом северян казалась чудом.

Попав сюда, Моли сделала из волчьей стаи клуб преданных псов – закономерно стала всеобщей любимицей.

Су Бэй радовался, что у неё всё хорошо.

Лишь бы её не обидели.

Среди парней, кто особенно часто на неё посматривал, выделялся один: стоял ближе остальных, держался уверенно и выглядел безупречно.

Золотые короткие волосы, прямой нос, взгляд полный силы – лучший ученик школы, Ланселот Уильям, наследник баронского титула.

Рыцарь-подмастерье первого ранга, фронтовой боец первой линии, прошедший вместе с отрядом три вылазки в подземелье Зимнего Солнцестояния и однажды покоривший десятый уровень – редчайший успех.

Его имя звучало по всей школе чаще, чем дурацкие байки о привратнике – он был живой легендой.

Су Бэй посмотрел на него один раз и вновь отвёл взгляд, продолжив мести.

Ничего примечательного.

Боевая сила гоблина меньше взрослого человека – да ещё и прирученного, к тому же без оружия.

Хотя и такая цель для учеников далека от лёгкой.

Причин этому было множество.

Но, по мнению Су Бэя, главная одна: они слишком в безопасности.

Без настоящего страха нельзя переступить предел.

Это он узнал ещё во время своего первого похода в подземелье.

Хотя на поле шла практическая тренировка, внимание большинства учеников давно улетучилось.

Кому скучно – те болтают, кто-то витает в облаках, кто-то просто глазел по сторонам.

И вдруг кто-то заметил Су Бэя, усердно подметавшего снег у дорожки.

— Эй, смотрите, это же он?

— Тот самый «ужасный работник»?

— Ага! Помните про задиру Пита из соседнего класса? Говорят, после одного опоздания и разговора с ним парень потом неделю ревел, а через год вдруг взялся за учёбу и стал отличником.

— Вот да. Теперь он примерный ученик.

— Неужели у этого работника действительно такая страшная сила?

Шёпот пошёл по кругу, и вскоре полкласса уже косилось в сторону сторожа, перешёптываясь.

Под такими взглядами Су Бэй чувствовал неловкость, но стоило ему поднять глаза, как все притихли и уткнулись в снег.

Лишь один знакомый, мягкий и любопытный взгляд по‑прежнему не отводился.

Он перевёл взор – Моли, с улыбкой, сияющей как луна над зимним небом.

Их взгляды встретились. Она подняла руку и слегка помахала.

Хорошо, что остальные смотрели в другую сторону – иначе слухи полетели бы новые.

Су Бэй терпеть не мог лишнего внимания.

Он был социофобом, и легенды о «жутком работнике» его вполне устраивали: пусть лучше боятся, чем лезут знакомиться.

Но когда Моли шагнула ближе, а её взгляд стал слишком открытым, Су Бэй прищурился – взгляд‑предупреждение.

Моли тут же замерла, надула щёки и, тихо фыркнув, отвернулась.

Звук был едва слышен; рядом стоящие девочки даже не поняли, что произошло.

Зато Ланселот, рыцарь-подмастерье первого ранга, услышал всё отчётливо. Он обернулся, окинул взглядом площадку, задержал взгляд на стороже и, касаясь рукояти меча, задумался.

Ему было чуждо это ученическое пустословие.

Какой там «работник-привидение»? Страх рождается от собственной слабости.

Он, Ланселот, станет личным рыцарем принцессы и великим рыцарем Святого Света – его не испугает никакая глупая байка.

Среди сверстников он казался чересчур зрелым – холодным и гордым, как ледяная статуя.

Лишь глядя на новую ученицу Моли, позволял себе чуть теплее взгляд.

Увидев, что та с интересом слушает сплетни, он непроизвольно нахмурился и тоже прислушался.

Учёба, впрочем, не вызывала у него ни малейшего интереса – обычный гоблин, один взмах меча и конец.

Моли подошла ближе к болтающей группе и мягко спросила:

— Та самая легенда о работнике… это о нём?

— Моли, лучше не говори о нём громко! Говорят, он умеет читать мысли и по ночам приходит за теми, кто его обсуждает.

— Хватит пугать, — усмехнулся сосед, толкнув друга. — Но если честно, тот грозный учитель Аманьла при виде него всегда смирная становится.

— Говорят, он её приручил!

— Что, даже её?! Невероятно.

— Кто вообще может справиться с учительницей Аманьлой?

— Я слышал, мой кузен Кашу отказал ей во флирте и получил перелом.

— Как?! Он же опытный авантюрист, щитоносец начального уровня!

— Вот! А это ведь целый второй ранг.

— Тогда их «работник» должен быть третьего!

— У нас в школе есть хоть кто-то третьего ранга?

— Чтобы укротить Аманьлу, нужно как минимум третий!

— Вы серьёзно? — Вставил кто-то. — Я однажды видел, как она, измотанная и с разбитым лицом, спала в сторожке!

— Значит, опять получила от него нагоняй?

— Да, кажется, он её «вразумил» до слёз!

— Невероятно… ведь Аманьла же ассасин, а это самый изворотливый класс!

— Вот-вот, я бы всё отдал, чтобы стать подмастерьем ассасина.

— Не иначе, его сила куда выше, чем кажется.

Моли слушала всё более ошарашенно и незаметно вспыхнула.

«Приручил»… что за выражение.

Бестолочи, думают полмозгом.

И всё же узнать, что господин Су Бэй в школе вызывает столький страх, оказалось приятно.

Представив, как этот замкнутый мужчина молчит перед студентами, а они сами додумывают ужасы, она едва сдержала улыбку.

Выходит, не одна я его боюсь.

Пока Моли витала в своих мыслях, болтовня становилась всё громче – и наконец учитель взорвался.

— Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Три резких хлопка ладоней.

— Все по местам, разбиться по группам!

Он мрачно глядел на притихших учеников.

— Вы, бездельники, не хотите учиться? Думаете, жизнь на ферме или в заводском цеху легче?

— Считаете себя лучше обычных учащихся?

— Запомните, вы, жалкие! Из вас лишь треть перейдёт в высшую секцию!

— Остальные пойдут учиться выживанию с нуля!

— Или хотите, как этот работник, всю жизнь мусор мести?!

Громкий голос резал воздух.

Су Бэй расслышал каждое слово – и словно ничего не услышал. Руки продолжали двигаться размеренно, ни на мгновение не остановившись.

Ему было всё равно.

Класс стих. Никто не смел поднять головы. Только Моли смотрела: губы приоткрыты, взгляд растерянный, мысли путались.

Когда-то и она считала уборку унижением.

Но сейчас… это звучало как оскорбление.

При всех, на глазах у того, кто трудится каждый день, учитель смеялся над его работой – как родители, что сравнивают детей, не задумываясь, кого при этом ранят.

Моли упрямо сжала зубы.

В тишине послышалось её частое дыхание и шаг вперёд.

— Как вы можете! Любой труд заслуживает уважения!

Тишина.

И снова тишина.

Атмосфера застыла, лицо Моли под этим давлением порозовело до алого.

Смятение.

Нервозность.

Желание сбежать.

Весь класс будто уставился на нее – колючие взгляды, каждый нацелен в спину.

«Глупая Моли… как же сразу в первый день учебы все так завертелось?»

Она сглотнула, готовясь к выговору.

Во дворце дети, перечившие взрослым, никогда не отделывались легко.

Хотя, пожалуй, так везде.

Но, странно, – здесь что-то иначе.

Ругательства не последовали, как ожидалось.

Моли, насупившись, опустила голову, приготовилась к упреку, но…

Учитель замер.

Он не знал, через что прошла эта девочка, но догадывался, что воспоминания у нее не самые радостные.

Он вспомнил слова завуча, передававшего ему Моли, – мол, эта новенькая сестра одного из сотрудников.

Неудивительно, что она так отреагировала.

Учителя охватило чувство вины.

Снизу, от парт, тянулось перешептывание.

Одни удивлялись, что обычно такая мягкая Моли вдруг вспылила. Другие соглашались, заражаясь эмоцией.

— Да, да! Вот у меня отец просто продает лепешки, и я никогда им не стыдился! — Воскликнул кто-то.

— Он готовит самые вкусные лепешки во всём Городе Зимнего Солнцестояния! — Подхватил другой.

Шум нарастал.

Для детей их родители – всесильны, даже если профессия у тех не знатная.

— А у меня папа официант, но он крутой! — Добавил кто-то. — В юности он был странствующим бардом!

Учитель, глядя на искренних учеников, неловко усмехнулся.

— Ребята, — тихо произнес он, — учитель должен извиниться, особенно перед Моли.

Моли подняла голову.

— Э?

Такого она еще не видела.

Оказывается, взрослые тоже умеют признавать ошибки.

Резкий контраст ошеломил ее – словно вдруг открылось окно, за которым другой мир.

«Если бы тогда взрослые поступали так же… не пришлось бы так быстро взрослеть».

Моли ощутила, как к глазам подступают слёзы.

Но сдержала себя. Она ведь уже взрослая. Взрослые не плачут. Только дети плачут.

Она не понимала, что между Городом Зимнего Солнцестояния и столицей огромная культурная пропасть.

Даже в обучении – у знати один подход, у простолюдинов другой.

В академии Линдун не поощряли подавление учеников.

Учитель поклонился низко и произнес:

— За свои слова я приношу извинения. Я, Итан Браун, прошу прощения у вас, дети.

— Но все же, — добавил он, — я человек грубоватый, не мастак говорить. Никакой дискриминации я не имел в виду.

— Я лишь хотел сказать: если вы мечтаете стать авантюристами, без решимости вам не обойтись.

Итан расстегнул пару пуговиц, отвернул ворот.

Класс ахнул.

Его грудь покрывали шрамы, переплетенные словно карта дорог – немые следы прошлых битв.

Каждый шрам был уроком, оплаченным кровью.

— Я просто думаю, — сказал он, — что большинство из вас, не попав в старшие классы, попробует стать авантюристами.

— Все ведь мечтают о приключениях – сражениях, далеких мирах, драконе под седлом. — Он вздохнул. — Но авантюрист – не профессия ради смеха.

— Если не будете серьезны, я не подпишу вам разрешение на зимнюю практику.

— На этом всё. Звонок!

Ученики поднялись, загомонили, разбредаясь кто куда.

Останутся ли слова Итана в их памяти – одному богу известно.

Зато Моли почувствовала: ей нравится это место.

Она невольно подняла взгляд, ища глазами Су Бэя – хотела поделиться радостью.

Но его, разумеется, не было.

Су Бэй уже ушел, доделав уборку. В голове у него вертелась мысль о зимнем практическом экзамене.

Ежегодное событие для младших классов: Ассоциация авантюристов присылает задания уровня C, далее преподаватели делят их на категории D, C, B, A и S, а ученики формируют команды по силе.

Для третьекурсников это ещё и вступительный экзамен в старшую школу – результат мог решить всё.

Обычно ребята выбирали задания чуть выше своих возможностей, надеясь героически прорваться.

Из-за этого число травм было высоким. Иногда даже случались смерти.

«Лишь бы Моли не выбрала слишком сложное задание», – подумал он.

→

Травма доставит слишком много хлопот.

Так рассудив, Су Бэй незаметно вернулся в сторожку.

Там Аманьла уже пришла в себя.

Она потерла лоб, вспоминая неловкие детали вчерашнего запоя.

Услышав шаги, подняла взгляд, увидела невозмутимого Су Бэя – и мягко улыбнулась.

— Су Бэй, парень, как учителька здесь оказалась?

— Опьянела, — сухо ответил он.

Улыбка застыла.

Выражение лица стало таким, будто она проглотила что-то отвратительное. Она юркнула под одеяло и тихо всхлипнула:

— У-у… Я ведь не устроила дебош, да?

«Ты до сих пор не поняла, что причина твоего одиночества – твоя ужасная, абсолютно катастрофическая пьянка?»

Типичный случай – плохой игрок, но хочет веселиться.

— Устроила, — честно сказал Су Бэй.

— Замолчи! — Аманьла зажала уши курткой и, извиваясь на кровати, кричала:

— Не хочу слышать! Ты, мелкий грубиян, не понимающий романтической атмосферы!

Су Бэй замолк, налил себе чай и сел в кресло.

Чай был самым обычным видом в Городе Зимнего Солнцестояния – дешевым, посредственным по вкусу. И всё же ему нравился – потому что чай выдали в школе.

— Который раз ты видишь меня в таком виде, а, мелкий? — Спросила Аманьла, уставившись на него. Взгляд вдруг смягчился: парень повзрослел, подурнеть не успел.

Когда они познакомились, ему было пятнадцать. Сейчас – восемнадцать. Уже взрослый.

Восемнадцать – возраст, когда в Городе можно жениться.

«Воспитала? Хм… возможно, это даже неплохо», – глаза Аманьлы озарились задумчивым огнем.

Су Бэй не уловил перемен. Он пригубил чай и ответил:

— Семнадцать раз.

— Так много?! — Аманьла подскочила. — Тогда выбора у меня нет… — пробормотала. — Придется действовать радикально.

— Помнишь все до мелочей, стойкий же ты, Су Бэй, а? — Ее голос стал мягче, она наклонилась. Теплое дыхание коснулось его лица.

Он поежился, отпрянул в кресло. — Неподходяще.

— Что? — Сузила глаза Аманьла, и пальцы сжались в кулак.

Су Бэй, вспоминая судьбу тех, кто когда-то отвергал Аманьлу и поплатился конечностями, выпалил:

— Я… просто предпочитаю младших!

— У меня есть младшая сестра, милая девочка, — торопливо добавил он. — Всю жизнь мечтал о «воспитательном» жанре, понимаешь?

Он заранее сбил её с темпа, превратив возможное заклинание в бессмысленный жест речи – классика выживания.

Ответ сработал: страх перед гибелью делает чудеса.

Вдруг у двери послышались торопливые шаги – чья-то тень метнулась прочь из сторожки.

Су Бэй ощутил головную боль.

«Что-то пошло не так. Совсем не так… Неужели это была Моли? Нет. Наверное, нет…»

Он пытался сам себя убедить в обратном.

Вернемся на пять минут назад.

Моли, решив поделиться радостью и рассказать, как ей полюбилась школа, подошла к двери и, услышав голоса, остановилась.

Она хотела подождать, чтобы эффектно ворваться. Но подслушанный разговор… выбил почву из-под ног.

«Вот это да, сейчас заварится что-то интересное!» – подумала она. Но «интересное» в итоге рухнуло ей же на голову.

Глаза расширились, дыхание сбилось, в ушах зашумел ветер. Она рванула прочь.

— Не-не-не… так нельзя, Моли ещё слишком мала… это совсем нельзя… как же так… — бормотала она, убегая.

Взгляд был растерянный, в глазах блестела влага. В голове шумело от смятения.

— Ву-ху, похоже, та малявка у двери всё не так поняла, — весело протянула Аманьла, трепля Су Бэя по голове, с видом наблюдателя, радующегося чужим бедам.

Такое поведение между учителем и работником школы вряд ли можно назвать уместным.

Но Су Бэй решил промолчать, хмыкнул, поднялся и осторожно отстранился от её руки, словно от кошачьей лапки.

— Аманьла, прошу, хватит шутить надо мной.

Она прищурилась, лукаво усмехнулась. — А кто сказал, что это шутка?

Су Бэй беспристрастно смотрел, как она корчит гримасы.

— Ха, не удалось напугать, — фыркнула Аманьла, подмигнув, потом высунула язык. — Невинность почти убедительна, да?

Су Бэй сохранил каменное лицо, и ей стало скучно.

— Ладно, хватит. — Она вздохнула, бросив на него угрожающий взгляд. — Но я злопамятная. Отказался от меня – готовься к бедам.

Она потянулась, махнула рукой и, не оборачиваясь, вышла из комнаты. — Пора на занятия. Увидимся!

— Лучше не надо.

— А?

— Я хотел сказать: до встречи.

Переигранный взгляд с вызовом в конце – и Су Бэй, не желая продолжения, внутренне взмолился, чтобы та больше не приставала.

Последующие дни прошли спокойно. Никаких визитов Аманьлы. Всё выглядело привычно. Почти.

Почти – потому что теперь в его комнате жила Моли.

Человеческое присутствие делает тишину другой. И всё же жизнь шла в том же ритме – спокойном и размеренном. Настоящий Су Бэй умел сохранять баланс.

Он понимал, почему Моли насторожилась после того разговора.

Они и так слабо знакомы, а теперь живут под одной крышей. Её осторожность абсолютно оправданна.

Но, к его удивлению, вечером Моли всё равно вернулась домой – пусть и молча.

С той ночи они почти не общались. Моли теперь отводила взгляд, будто боялась встречи глазами.

Это заставило Су Бэя вспомнить юность – времена, когда он не был затворником.

В средней школе девочка часто просила у него ластик. Ему казалось, между ними завязалась связь. Он признался ей в чувствах. Письмо прочитали вслух всему классу.

Даже сейчас в памяти всплывал тот позор. Тогда он понял, насколько девочка ненавидит нежеланное признание.

Теперь, думая об этом, Су Бэй не собирался оправдываться.

Текущее положение его вполне устраивало. Тихо и спокойно. Без разговоров.

Он должен лишь помочь Моли жить дальше. Больше ничего.

Главное – не мешать. Пусть всё остаётся, как есть.

Так он не совершит ошибок. Принцип мёртвого спокойствия: если ничего не делать – не потерпишь поражения.

Таким он стал в своей прежней жизни и оставался теперь, даже в этом мире.

Настоящий мастер бьёт только по цели.

А он – мастер.

Вечером, как обычно, они не перекинулись ни словом.

Су Бэй сидел у стола, глядя в дневник, переполненный заметками о временной линии «Игры».

По сюжету, в эти дни должна появиться та самая легендарная оружие – с множеством жертв вокруг.

Он задумался… но тишину прервал мягкий голос за спиной.

— Эй.

Прикосновение к спине заставило его выпрямиться. Он повернул голову – перед ним стояла Моли, держа лист бумаги.

Она избегала взгляда, протянула листок. — Скоро зимняя проверка, для участия нужна подпись родителя.

— Прошу вас, господин Су Бэй.

Немного уж слишком вежливо. Но она всегда такая.

Су Бэй смотрел на неё, не торопясь брать перо.

Моли заволновалась, сжала пальцы, спросила:

— Что-то не так, господин Су Бэй?

— Я не умею писать, — спокойно сказал он.

— А? — удивилась она и вскоре сообразила:

— Ах да. Тогда откуда запись при поступлении?

— Скопировал от скуки.

— И это сработало? — Моли округлила глаза. Затем улыбнулась. — Может, я научу?

— Спасибо.

Он уступил ей место. Моли села, пунцовая, глаза слегка блестели, но притворилась спокойной.

Она взяла ручку, легко вывела несколько штрихов – и на листе появились загадочные каракули.

Ожидаемо неразборчиво. Но по контурам можно повторить. Су Бэй аккуратно вывел своё имя.

Моли наблюдала, как он сосредоточен, как контуры лица становятся четче в слабом свете. Хоть и молчал, но казался живым, настоящим.

Она не знала, был ли смысл его слов тогда, в сторожке. Но знала одно – Су Бэй не желает ей зла. Этого достаточно. С ним спокойно.

«Наверное, он лгал, чтобы отделаться от Аманьлы…», – подумала она, чуть улыбнувшись.

Может, всё это просто его жалкая попытка защиты.

Но забыть не получалось. Всякий раз, глядя на него, в памяти всплывали те фразы – и пламя смущения поднималось вновь.

«Почему, Су Бэй, ты выбрал именно меня прикрытием, глупый, бессовестный Су Бэй!»

Она сердито уставилась на него.

В этот момент Су Бэй обернулся, хотел что-то сказать, но замолчал, смущённо моргнув.

Он так и не понял, за что получил этот взгляд.

— Н-неплохо, — торопливо выдала Моли, отворачиваясь, будто хваля почерк, чтобы скрыть волнение.

«Глупый Су Бэй… зачем так резко поворачивать голову!»

Ища тему, чтобы сгладить неловкость, она заговорила:

— До экзамена три дня, на него уйдут, ну… два?

Она с сомнением посмотрела на него. — Наверно, два?

Он внутренне усмехнулся. «С чего бы мне это знать?»

А ещё подумал: «С её рассеянностью как она собирается сдать?»

— Придётся ночевать вне школы? — Уточнил он.

— Если два дня, то да. Но учитель в нашей команде – та самая… — она замялась, — потому всё будет в порядке, даже ночью.

Она колебалась, стоит ли назвать имя, боясь испортить хрупкий мир.

— Аманьла? — Спокойно подсказал Су Бэй.

— Да, — сразу кивнула Моли. — Именно она.

И, к её удивлению, тени неловкости не последовало. Всё было по-прежнему спокойно.

Моли украдкой рассматривала его. Каким же он был человеком?

Молчаливым, словно это врождённое качество. Настоящий интроверт и к тому же – искренне немногословный.

И, конечно же, бессовестный. Да, именно так: использовал её в качестве щита – без капли стыда.

Не любит старших. Но и симпатии к младшим не видно. Может, ему ближе ровесницы?

Су Бэй не уделял быта ни малейшего внимания: ни любимых блюд, ни развлечений, ни компании, ни вредных привычек – вообще ничего.

Будто он не отсюда, чужак в чужом мире.

И всё же каждый день тренировался, вставал рано, ложился поздно, систематично вёл записи в дневнике. Словно часы – идеально точные, движимые одной целью.

Странный человек. Очень странный.

— Что, задумалась? — Спросил он, заметив её пристальный взгляд.

— Н-нет! — Поспешно мотнула головой Моли.

Она понимала: спрашивать о его прошлом сейчас преждевременно. Их отношения не так уж близки.

— Тогда… — начала она, стараясь сменить тему, — разве господину Су Бэю не интересно, какое задание я выбрала?

Волнение выдало её: глаза распахнуты, щёки горят. Слишком милая сцена, чтобы оставаться равнодушным.

— Расскажи, — выговорил он, стараясь казаться заинтересованным.

— Даже не притворяешься! — Фыркнула Моли. — По тебе видно, что совсем не интересно!

— Верно, — признался он.

— Какая наглость! — Она подпрыгнула и обеими руками схватила его за шею, аккуратно покачав.

Её ладони были крошечные и мягкие, хватка – почти ласковая, как лёгкий массаж.

Су Бэй замер, удивленно посмотрел на неё.

Нет, так приличные девушки себя не ведут. Это совсем не по-аристократически.

Покраснев, Моли отпустила, отвела взгляд. — Ученики часто так шутят между собой… у меня просто не было друзей, вот решила попробовать. Ничего страшного же.

— Ничего, — кивнул он сдержанно, заметив её пылающие уши.

И правда, всего пару недель – и вот уже настоящая девчонка из простого района. Верни её сейчас во дворец – никто бы не поверил, что перед ними принцесса.

Он невольно усмехнулся. Уйти от дворцовых манер можно за десять дней, а обучаться им годами.

— В общем, — Моли села на кровать, болтая ногами. — Раз уж тебе всё равно, я всё равно расскажу. Это ведь часть моего поручения.

Тон был вызывающе-уверенный, с тенью капризной гордости. Прямо как в аниме, подумал Су Бэй, только без экрана.

Он повернулся к ней всем телом. Пусть говорит.

В худшем случае – просто информация.

— Это людоеды, — сообщила Моли, подняв палец. — Немного рискованно, но интересно! Я не стала брать самый сложный уровень S, выбрала А. Село под названием деревня Тишины, примерно пятьдесят ли отсюда.

— Цель – выследить людоедов. Поэтому выбора особо не было… — добавила она.

Дальше Су Бэй почти не слышал. Всего три слова – «людоеды», «деревня Тишины» – и память ушла вглубь.

Людоеды. Гуманоидные монстры, внешне неотличимые от человека, общающиеся запахами, питающиеся людьми.

Когда-то их было множество, но великий архимаг Пророк Дориан Грей вместе с другими архимагами запечатал род через запретное заклинание – за невиданную резню.

Так гласила хроника «Игры».

Но на деле вымерли не все. В дальнейшем они вновь появлялись – и их родной очаг находился именно там, в деревне Тишины.

Су Бэй не помнил, чтобы академия Линдун когда-то брала этот квест. Сюжет игры был слишком обширным. Но он знал одно – этот квест ни разу не был выполнен успешно.

А значит, кто-то погиб.

Это задание никак не могло быть уровня C. Даже для А-ранга оно чрезмерно.

В такие миссии идут лишь те, кто готов умереть.

Смотря на серьезное лицо Су Бэя, Моли успокаивающе сказала:

— Не стоит так переживать, господин Су Бэй. ( – _ – ) ( – _ – )

— Либо сталкиваемся с целым кланом людоедов, либо с несколькими мерзавцами, прячущимися среди людей. — Она продолжила объяснять с уверенностью. — Наша задача – помочь жителям деревни Тишины распознать скрытых людоедов и выследить их.

— В деревне меньше тысячи человек, — добавила она. — С зельями, что раздала академия Линдун, мы быстро всех проверим.

— А если что-то пойдет не так, я смогу использовать свой врожденный дар – чувствовать тех, кто питает ко мне злые помыслы. — Моли улыбнулась. — Так что задание несложное.

— Поэтому, господин Су Бэй, вам не о чем тревожиться. — Сияющая уверенность Моли казалась заразительной.

На словах всё выглядело безобидно. Однако Су Бэя не покидало беспокойство. Если уж Ассоциация авантюристов точно оценила и задание, и уровень сложности… почему тогда оно столько раз заканчивалось провалом? Никто ещё не смог его выполнить.

Су Бэй не понимал, где скрыта ошибка. Но одно он знал точно: за безопасность Моли отвечает именно он. Поэтому… проще всего было избежать угрозы.

Он молча смотрел на Моли, не решаясь выговориться. На лице застыло тягостное раздумье.

— У вас ещё какие-то сомнения, господин Су Бэй? — Моли впервые видела его с таким выражением. Её руки, лежавшие на одеяле, сжались в кулаки. Она и не думала, что он станет так колебаться. Ведь задание несущественное… но его взгляд сбил её с толку.

— Через три дня у меня день рождения. — Су Бэй сказал это ровно, как о чём-то незначительном.

Моли удивлённо склонила голову, распахнув глаза. — Ээ? — Выдохнула она. — День рождения? Вы никогда не говорили, что он у вас есть.

— Раньше не с кем было праздновать, вот и не упоминал, — ответил Су Бэй устало. Голос прозвучал тише обычного.

Хотя лицо оставалось спокойным, Моли ощутила в его словах одиночество. «Как я могла не знать…» – подумала она, тяжело вздохнув. Уже полмесяца живут под одной крышей, а она так и не узнала даже этого. Пусть он и скрывал нарочно – всё равно было стыдно. Мысль, что Су Бэй прожил все эти годы в одиночестве, без ни одного праздника, защемила сердце.

— День рождения стоит отметить как следует. — Она улыбнулась, хоть в голосе проскользнула досада. — Но тогда с заданием не получится.

На её лице мелькнуло разочарование, но вскоре Моли снова подняла голову и бодро заявила:

— Не беда! Я завтра подам заявку – пусть задание перенесут. Возьму другое, не мешающее твоему празднику.

— Кстати, Уильям выбрал единственное S‑классовое задание. До его начала ещё пять дней. Если присоединюсь к нему, смогу и помочь, и заработать больше очков, чем за А‑ранг. — Она улыбнулась уже теплее.

Су Бэй молча смотрел на эту улыбку. Потом тихо сказал:

— Спасибо. — Помолчал и добавил: — И… извини.

Моли качнула головой. — Не нужно извинений, господин Су Бэй. — Её глаза засверкали лукаво. — А ты запомни мой день рождения: девятое сентября!

Если забудет – получит кулаком, решила она про себя с улыбкой. Так под этим решением вечер перетёк в ночь, а затем – в следующий день.

→

Тем же вечером, пока Су Бэй кипятил воду, у него сводило правое веко. — Господин Су Бэй! — Донёсся радостный голос. — Из академии пришло сообщение: из-за сильного снегопада все выездные задания перенесли на четыре дня. — Моли засияла. — Значит, я смогу отпраздновать твой день рождения – и лишь потом выполню миссию!

Она светилась от счастья. И успеет на экзамен, и рядом с ним в этот день. Просто чудо!

Но Су Бэя вдруг передёрнуло – веко свело судорогой. Движения закипевшего чайника застопорились. Он медленно обернулся, помолчал, и, тщательно подбирая слова, выдавил:

— А если… предположим… я ошибся с датой? — Его голос прозвучал неуверенно. — Вдруг праздник стоит отложить тоже на четыре дня? — Он посмотрел испытующе. — Ты поверишь?

Он почти гордился собой – столько сказал сразу; если только это подействует… ведь день рождения с самого начала был выдумкой.

— О‑о? — Глаза Моли опасно прищурились, улыбка посерела. — Господин Су Бэй, вы что, всё ещё принимаете меня за ребёнка? — Она топнула. — Это уже слишком! — Рявкнула, бросившись к нему. — Так когда у вас настоящий день рождения?!

Су Бэй отступил, уклонившись, и устало пробормотал:

— Скоро же Новый год… — Помолчал. — Почему бы не встретить его вместе?

Он самодовольно отметил – ложная дата двадцать восьмого декабря, перенос на четыре дня даёт первое января. Отличное оправдание. Но Моли не велась. — Переживём Новый год – и я пойду на испытание! — Заявила она сердито. — Виной всему проклятая погода! — Пискнула и, уперев руки в бока, добавила:

— Ну и что, господин Су Бэй, ещё придумаешь оправдание, чтобы меня остановить?

Теперь ей всё было ясно. Она не могла понять, зачем он так упорно мешает. День рождения лишь повод. И всё же, использовать его для отговорок – низко!

— Так всё-таки, господин Су Бэй, — в упор спросила она, — когда у вас день рождения?

— Послезавтра, — спокойно ответил он.

— Э… значит, вы изначально не врали? — Пробормотала Моли. Он посмотрел на неё ровно, почти холодно. От этого ей самой стало неловко. — Я не хотела сердиться… просто ты потом снова начал меня дурачить. — Она опустила глаза. — Господин Су Бэй, не стоит считать меня ребёнком. У меня есть своя голова. — Её голос дрогнул, но в нём зазвучала сила. — За время бегства я пережила куда больше, чем кажется. Одним заданием меня не напугать.

Су Бэй встретил её взгляд – ясный, решительный. И всё же кивнул. Новая Моли расцветала, как бутон, пробивающийся из холода к свету. Возможно, бороться с этим – не мудро. Лучше помочь ей раскрыться.

Всегда найдётся тот, кто понесёт тяжесть чужой судьбы.

Когда‑нибудь придёт мой черёд, подумал Су Бэй, делая запись в дневнике. То, что он собрался предпринять, шло вразрез с его собственным «трёх‑не‑вмешательством».

Не вмешиваться в побочные сюжетные линии. Не браться за поручения, где нет ключевых фигур. Не соваться туда, что не изменит ход истории.

Деревня Тишины, по всем правилам, не имела значения. Как и сама Моли – персонаж, который по первоначальному сценарию должен был погибнуть. Даже её смерть ничего не изменила бы для него.

Всё уже давным‑давно пошло наперекосяк – но Су Бэй всё равно решил вмешаться. Он дал обещание: Моли должна жить. А дав слово – исполни. Так он убеждал себя. Хотя и понимал: это плохо вписывается в логику.

Каждый раз, глядя на сияющую энтузиазмом Моли, он вспоминал тот самый день – их первую встречу. Как снял с неё капюшон… и увидел глаза, полные пустоты. Это был не просто взгляд безнадежности – это была пустыня души. Такой взгляд он видел в зеркале. Это была другая версия самого себя – потерянная душа без дома и мира.

Теперь, даже вернув улыбку, Моли носила в себе ту же безысходность. Под маской приветливости скрывалась последняя жизнь павшей империи Фран, чуждая новому миру.

Она жила – и старалась жить – за мёртвое королевство, за всех, кто сгинул. И Су Бэй хотел, чтобы она продолжала. Она была тем редким, кто мог понять его без слов. Делала одиночество терпимее. Поэтому, узнав о её решении, он решил подготовиться сам.

Записей о деревне Тишины в его дневнике было мало – пара сухих строчек. Но он снова и снова вспоминал пути, события и сюжет из «Игры», связанный с этой местностью. И наконец припомнил важную фразу: когда‑то её произнёс безымянный NPC, погибший, лишь передав её.

«В деревне Тишины нельзя доверять никому. Потому что, возможно, он не человек.»

На первый взгляд – банальность. Людоеды же не отличимы от людей. Но что, если здесь есть нечто большее?

В раздумьях его отвлёк негромкий стук.

«Тук‑тук‑тук.»

Три удара вернули его в реальность. Су Бэй поднял голову – за окном стояла Моли с тортом, сияющая сквозь снег. «Так вот, значит, какой сегодня день…»

Он не придавал значения датам, тем более дням рождения, потому заранее ничего не готовил. А она – запомнила.

Это и правда было неожиданно. Но… — Оно ещё съедобно? — Спросил он, глядя, как снег оседает на крем.

— Господин Су Бэй, вы просто невозможны! — Донёсся её веселый голос. — Неужели не чувствуете – это же сюрприз!

Он улыбнулся. Редко, но искренне. Пусть день не настоящий – атмосфера самая что ни на есть праздничная: снег, свечи, торт. «Пусть будет этот день моим днём рождения», – подумал он. «Наверное, я его запомню».

— Спасибо за сюрприз, — сказал он тихо.

Моли ахнула, глядя на его лицо. — Господин Су Бэй… — прошептала она. — Не знала, что вы умеете улыбаться!

Он моргнул, сбитый с толку. Что за глупость? Разве это редкость – уметь улыбаться? Но видя её сияющую радость, снова стал прежним – холодным. — Вы так говорите, будто я чудовище.

Моли поспешно вошла, сняла перчатки и подула на окоченевшие пальцы. — А что я могу поделать? Вы же никогда не улыбались! А на улице… жутко холодно. — Она протянула руки к огню. Дыхание клубилось инеем, искры света отражались в ресницах.

— Не удивительно, что в академии такие длинные каникулы: когда холода день ото дня набирают силу, дома и правда теплее всего…

Зима в Городе Зимнего Солнцестояния была беспощадна. Академия Линдун начинала каникулы позже всех, зато отдых длился дольше.

— Господин Су Бэй, вы себе не купили тёплой одежды? — Моли окинула взглядом собственное пухлое пальто и его старое, всё в латках.

Он купил её наряд, но себе – нет. Считал, что не нужно. Три года одно и то же пальто, внутри тепло, снаружи… можно потерпеть. Денег и так в обрез.

— Куплю позже, — отмахнулся он, не глядя. — Обязательно.

— Вот именно, всё держишь в себе. — Моли надула губы. — Продай хоть один бриллиант с моего старого платья! Всё равно не ношу.

С тех пор как она влилась в академию, то платье с бриллиантами больше не примеряла. Слишком выделяющееся для этого города. — Хватит болтать, — сказала она наконец. — Пора резать торт!

«Ш‑х!» – вспыхнула сталь. Одним плавным движением он разрезал торт на восемь идеальных кусков.

Моли взвизгнула, волосы встали дыбом. — Г‑господин Су Бэй… хоть кто‑нибудь говорил вам, что перед разрезом нужно загадать желание?!

— Ах да. Забыл. — Он кивнул. — И правда, был такой обычай…

— К тому же нельзя разрезать, пока я его держу! — Возмутилась Моли. — А если бы вы зацепили меня лезвием?!

— Не задел бы, — спокойно ответил он.

Она поняла по‑своему. И её прорвало. — Да чтоб ты… ты бессовестный! — Крикнула, сунув торт ему прямо в лицо. — Наглый, отвратительный!

Это было впервые, когда Су Бэй видел её по‑настоящему рассерженной. Впервые живой. Комната обратилась в хаос, крем летел во все стороны.

Когда стихло, Моли была вся в сливках, а его плащ – в пятнах. Теперь они вполголоса болтали, она ворчала, он извинялся. В бурлящем пламени свечей две тени колыхались на стенах. Снаружи бушевал снег, но в доме царило тепло. Мир разделился на два – холодный и светлый, и граница пролегала меж их плеч.

«Бах!»

Снаружи раздался сокрушительный удар – дверь дрогнула. Сила была немалой, и точно не дружеской. Что, медведь? — Прищурился Су Бэй.

В такую погоду визитёров быть не могло – он знал всех, кто жил поблизости. Он сорвал со стены железный меч и тихо подошёл к двери.

«Бах, бах!», – удары повторились ещё громче. Похоже, медведь раздражён. Может, голоден до безумия. В окрестностях района Цюй, у самой границы леса, такое редко, но случается. А самое разумное – думать о худшем.

Он распахнул дверь с мечом наготове – и оба застыли. — Ама… Аманьла‑сенсей? — Изумилась Моли, выглядывая из‑за его спины.

Наставница стояла прямо перед лезвием. На металле виднелись ржавые пятна. Одно неловкое движение – и потребовалась бы вакцина от столбняка. Даже Аманьлу пробрал холодок. — Ну ну… не думала, что у маленького Су Бэя такие рефлексы! — Пошутила она и легонько отодвинула клинок пальцем.

Он молчал, ровно глядя ей в глаза – «Что тебе надо?» читалось без слов.

— Как что, — улыбнулась Аманьла. — Пришла поздравить с днём рождения. — Из‑за спины она достала новый пуховик. — Вот подарок. Нравится, братец?

Су Бэй растерялся. Откуда она узнала? Ведь дату он придумал всего три дня назад и никому не рассказывал. Ответ был очевиден.

Он не стал брать вещь, но Моли торопливо отвела его в сторону, пропуская наставницу внутрь. — Это… — начал он, однако Аманьла перебила:

— Не пугай моих учеников! — Виновато усмехнулась она. — Моли ради твоего праздника сегодня отпрашивалась – и купила торт. Без уважительной причины я бы её не отпустила.

Су Бэй кивнул. Зная преподавательский стиль Аманьлы – «Я могу прогулять, а вы – нет, я прийду, но вы не уйдёте» – он понимал, что она не шутит. Не зря пять лет подряд держит титул самой нелюбимой учительницы академии.

— Так что перестань мрачнеть, — сказала она, взмахнув курткой. — Я и извиниться пришла за то, что вечно пьяной тебе хлопоты приношу. Примешь или снова гордо отвергнешь?

Он уже собирался отказаться – но та просто швырнула куртку на кровать. — Всё равно носить некому. У нас с Алишей две женщины, ей не подойдёт…

— Кстати, это мой дневной запас алкоголя, — криво усмехнулась она. — Уверен, хочешь обидеть мою доброту?

Глаза её сузились – улыбка стала опасной. Он быстро снял вещь и повесил на крюк. — Благодарю…

Моли подала оставшиеся два кусочка торта. — Учитель, хотите попробовать?

Аманьла не стала отказываться – схватила кусок, за два укуса съела. Моли остолбенела: рот так широко… невероятно.

— Только одна кровать? — Оглядываясь, спросила наставница.

Моли кивнула. — Да, только одна.

— А как же вы… — Аманьла запнулась, ткнув пальцем. — Спите?

Моли вспыхнула. — Не так, как вы подумали! Мы спим раздельно!

— А твой господин где? — Уточнила та с подозрением.

Моли показала на стол. — Вот…

— Что‑о? — Аманьла ахнула. — В такую стужу – на столе?

Моли опустила глаза. — Простите, я так эгоистично…

— Тогда решено! — Заявила Аманьла. — На время экзаменов Моли поживёт у меня. Я покажу ей приёмы боя на снегу и прочие тонкости. — Улыбнулась. — Дома нас двое с Алишей, не стесняйтесь. Ей, кстати, скучно – друзей нет, всё сама с собой болтает. Уже страшно. Пусть Моли составит компанию, а я взамен закажу вам крепкую двухъярусную кровать. Договорились?

Стороннему взгляду причина выглядела очевидной – наставница заботилась о них обоих. Отказывать не имело смысла. Впрочем, решение зависело от Моли.

Су Бэй посмотрел на неё. За ним – и Аманьла. Та растерялась. Её пальцы нервно сцепились. Наверное, и правда стоит съездить. — Спасибо, учитель, — сказала она и протянула руку. — Буду вам признательна.

Аманьла пожала пальцы – тёплые, нежные, как у аристократки. — Ох, не переживай. Я давно мечтала о такой очаровательной младшей сестрёнке…

— Но ведь у вас есть Алиша‑семпай? — Удивилась Моли.

— Не напоминай, — вздохнула та. — Алиша и без меня всё умеет, я рядом будто ни при чём. Какая уж тут старшая…

Когда она упоминала Алишу, глаза светились гордостью, хотя в голосе звучала грусть. Моли это чувство знала – так когда‑то смотрел на неё отец.

— Алиша и правда замечательная, — мягко сказала она.

— И ты, Моли, тоже, — ответила Аманьла и, погладив её по волосам, повернулась к Су Бэю. — Пора идти. Чем позже, тем опаснее дорога. Я заберу её. Ладно?

Он кивнул. На пороге Моли обернулась, махнула рукой. Он – тоже. — Если заскучаешь, приходи на Уолл‑стрит, 123. Алиша тебе обрадуется, — улыбнулась Аманьла, уводя её в метель.

Оставшись один, Су Бэй тихо вздохнул. Так даже лучше: теперь ничто не отвлекает – можно заняться деревней Тишины без страха за неё. Меньше забот… видимо. Но в доме стало странно пусто. Десять с лишним дней – разве хватит, чтобы привыкнуть? И всё‑таки, наверно, хватило.

Он сел на кровать, вдохнул – запах жасмина. Потянулся к одеялу, прижал к лицу…

— Господин Су Бэй! — Дверь распахнулась, и влетела снежная тень. По обе стороны от неё кружила метель. Моли стояла на пороге, широко распахнув глаза – застыла, увидев его с одеялом в руках.

— Я имела в виду… то есть, господин Су Бэй… — растерянное лицо Моли вновь обрело спокойствие. Она бросила на него странный взгляд, порывалась что-то сказать, сглотнула несуществующую слюну и медленно произнесла:

— Вы случайно не извращенец?

— Нет.

— Точно нет?

— Нет.

— Может, объясните? Я бы выслушала.

— Нужно.

Их диалог был стремителен, но после наступила тишина.

Прошло несколько мгновений, объяснения так и не последовало. Лицо Моли всё сильнее розовело, и вскоре пунцовело до предела, а над головой словно поднялось облачко пара.

Ещё секунда – и она бы, наверное, не удержалась на ногах и упала в обморок.

Пока Моли едва не «закипела», Су Бэй всё же придумал оправдание.

— Проверял, нет ли у одеяла странного запаха, стоит ли его менять.

— Э? — «вскипевшее» лицо Моли резко остыло, но следом залилось уже стыдливым румянцем.

— Что за чепуха! У девочек не может быть неприятного запаха в постели, всегда же пахнет… приятно! — Моли, краснея, возразила, но, перехватив его странный взгляд, вдруг засомневалась, наклонилась к одеялу и осторожно вдохнула.

— Н-нет… вроде нет запаха, — моргнула она неуверенно.

Наверное, нет…

Хотя, может, немного моего собственного?

Она понюхала рукав – и лицо вновь окрасилось ярче.

— Есть посторонний запах, — нахмурился Су Бэй.

— Это аромат тела! Аромат! Как можно называть это «запахом»? — Моли топнула ногой, взвизгнула. — С детства все родные говорили, что от меня пахнет жасмином, потому и зовут Моли!

Су Бэй просветлел.

Хотя раньше слышал подобное, теперь впервые столкнулся сам.

Значит, у девушек и правда бывает собственный, едва заметный аромат.

— Вот уж… Я же специально пришла сказать, чтобы ты не выбрасывал моё постельное бельё. Я ещё буду на нём спать, — буркнула она.

Вернулась только ради этой фразы? Странное тепло поднялось из желудка и разлилось по телу, словно мягкий пожар, согревая изнутри.

Су Бэй кивнул:

— Не выброшу. У меня одна-единственная постель.

— А?! — Моли округлила глаза. — Так ты собираешься укрываться этим же одеялом?

— Ну да, а что?

Моли закусила губу, будто не решаясь сказать главное.

— Хм… — она надула щёки, вытащила из рукава палец и направила на него. — Делай как хочешь, только… без глупостей!

Жест выглядел забавно, неуверенно, будто при небольшом давлении она бы тут же уступила.

— Какие ещё глупости? — Удивился Су Бэй.

Мгновение застыло.

Су Бэй смотрел на обиженное, вспыхнувшее лицо Моли холодно, почти без эмоций – как машина.

— Я… я не знаю! — Пробормотала она, топнула и выскочила за дверь.

Снаружи вновь показалась её голова, и она уточнила:

— Господин Су Бэй ведь действительно не извращенец, да?

Су Бэй метнул в ответ ледяной взгляд, промолчал.

— Фу! — Фыркнула Моли и скрылась.

Слушая затихающие шаги, Су Бэй наконец выдохнул.

Он страдал от социофобии, но вовсе не был глупцом.

К тому же – закоренелый интроверт.

Конечно, он понимал, что подразумевалось под «глупыми вещами».

Только такие разговоры – трясина: шагнешь, и не очистишься, хоть в реку прыгай.

К счастью, Моли была не слишком сообразительной.

Он подошёл к двери, взглянул ей вслед.

Вдали, под елью, Аманьла взяла Моли за руку, направляясь к Уолл-стрит.

— Если не хочешь уходить, зачем тогда уходишь? — Удивилась Аманьла, наблюдая, как та оборачивается каждые три шага, а потом, спустя десять минут, внезапно бежит обратно.

— На этот выезд господин Су Бэй нашёл множество причин, чтобы отговорить меня участвовать в испытании, — сжала кулачки Моли. — Он очень за меня переживает. — Она подняла взгляд, решительно добавила:

— Я не хочу, чтобы он тревожился понапрасну. — И чуть мягче: — Если выполню задание как следует, он точно посмотрит на меня иначе… доверится больше.

Аманьла взглянула на неё тепло, невольно улыбнулась.

— Ха~… — усмехнулась она. — Ну чистая простушка. Прямо как моя Алишa.

Моли обиженно уставилась:

— Слишком уж жестоко, Аманьла-учительница.

Аманьла негромко, но достаточно ощутимо погладила её по голове, взъерошив прядь белых волос:

— Хахаха, да я ведь сказала – милая, Моли!

— Вы тоже считаете меня ребёнком! — Прошипела она сквозь зубы.

— А не маленький ли ты всё же озорник, а? — Лукаво прищурилась Аманьла.

Фраза точно угодила в болевое место. Моли ненавидела, когда её принимали за ребёнка, поэтому рванула в ответ самым ядовитым языком:

— Говорит та, у кого и капли учительской строгости не осталось!

Аманьла и сама сорвалась, схватила её за голову обеими руками и яростно растрепала волосы:

— Что, прости? Без… наставниче­ского духа?! — Процедила по слогам. — Ах ты мелкая! Забираю слова обратно – до Алиши тебе далеко!

— И я не возьму свои обратно! А ещё я видела, как Аманьла-учительница признавалась господину Су Бэю у сторожки…

— А-а-а-а! Замолчи, мелочь! — Вспыхнула Аманьла.

Снег усиливался, ветер хлестал, и вскоре их фигуры растворились в белой метели.

…

В ту ночь Су Бэй не спал.

Он собрал вещи – старый плащ, заштопанный по швам, и ржавый меч у пояса. Шляпу Моли унесла, поэтому натянул капюшон плаща.

Тепла в нём мало.

На улице стылый холод.

Подаренное Аманьлой новое пальто он не надел.

Прикинул время – вернётся аккурат к Новому году.

Пусть новое останется для праздника – к счастью.

Когда всё было готово, Су Бэй, не колеблясь, вновь шагнул в виющий снег и исчез.

Дорога к деревне Тишины была пустынна и молчалива.

На деле Су Бэй никогда ею не ходил, но в уме проигрывал путь с десяток раз.

Деревня Тишины лежала за пределами королевства Дузе, на границе с Эльфийским озером и Деревней Кузнецов. Меж трёх королевств раскинулась горная гряда – ничейная земля.

Место неловкое: стоит одной стороне занять, две прочие насторожатся. Поэтому зона оставалась без власти – бесполезный край.

Сюда почти не добирались: путь трудный, выхода тоже нет. Даже солнце редко пробивается сквозь густые кроны.

За год едва ли находился хоть один путешественник.

Тем не менее здесь сложился небольшой посёлок.

Если на границах Города Зимнего Солнцестояния было холодно, то севернее, у деревни Тишины, мороз сковывал дыхание: стоило подставить ладонь ветру – и через десять секунд она немела.

Говорили, что в стороне королевства гномов вечная зима: лизнет собака железо – язык не оторвёшь.

И всё же благодаря хребтам и густому лесу снегу сложно укрыть селение с головой – не тонет в белизне.

К тому времени Су Бэй уже пересёк границу Города Зимнего Солнцестояния.

Никаких постов, никаких стражей. Не требовалось даже пограничных бумаг – редкость для Дузе.

Причин было две.

Первая – бунты только стихли, а поскольку в Зимний Солнцестой не дошли, стража, возможно, ещё оставалась лояльна павшей империи Фран и не спешила высовываться.

Вторая – людей на севере мало, а теперь ещё и снег валит стеной. Никому не охота стоять на вахте ночью.

Так что Су Бэй просто выбрал обходную тропу и не встретил ни души.

Снег усиливался.

К девяти утра засиял первый луч солнца, но ночь в пути отняла тепло.

Он достал из внутреннего кармана термос, сделал глоток и бережно убрал обратно. Горячая вода зимой – настоящая драгоценность, ради которой иной зверь или человек мог убить.

И не только человек.

В окрестных еловых чащах водились белошёрстые медведи, снеговые питоны и волки – охотники на снежных оленей и кроликов.

В здешних снегах выживает лишь крупный зверь с густой шерстью и жиром под кожей. Одни сжигают жир, чтобы согреться, другие пожирают ради него. И человек также входит в список добычи.

Теперь Су Бэя окружили снеговые волки.

Шесть, семь, восемь – серо-белые тени, сливающиеся с пейзажем, с зелёными глазами, светящимися во мраке.

Среди всех зверей метели волки – самые коварные. Любой бывалый авантюрист предпочёл бы медведя или змея – но не стаю.

Потому что волки всегда охотятся вместе. А их вожак по силе уже граничит с чудовищем.

Даже опытный воин первого ранга может погибнуть, став ещё одним куском мяса.

…

Тем временем Аманьла привела Моли в академию Линдун. Их появление вызвало волну пересудов – студенты мгновенно зашептались о странных отношениях между ними. Но разговоры быстро стихли: никто не рискнул дразнить преподавательницу, иначе нарвёшься на затрещину.

К тому же сегодня был важный день – день выявления черт у будущих профессианалов, первый шаг к выбору пути.

Волнение витало в воздухе. Подростки мечтали о редких, чудесных особенностях.

— Все по порядку! — Голос Аманьлы раскатился по аудитории. — После проверки – на плацу самостоятельная тренировка. — Она добавила с твёрдостью:

— Раз вы профессии­оналы, у каждого есть особенность. — Голос стал строже. — Но не паникуйте, если результат окажется обычным. — Пауза. — Это – норма.

— Иногда встречаются черты вроде «Ловкость», «Дух», «Источник» или даже элементарные – «Огонь», «Вода». Какая бы ни досталась, помните: она не определяет вашу судьбу полностью. Главное – не терять веру в себя. — Последние слова прозвучали с тяжёлой силой. — Начинаем проверку.

Процесс шёл быстро: большинство обладали простыми чертами, и шар реагировал в одно касание. Особенные результаты сразу передавали директору.

В кабинет директора занесли пачку протоколов. Там, помимо седого Канвэна, уже сидела гостья – стройная девушка в белой форме церкви Святого Света, с прямыми чёрными волосами и величавой осанкой. Руки сложены на коленях, от неё исходила благоговейная аура.

Это была Элина, святая дева Церкви Святого Света. В восемнадцать лет она уже овладела множеством светлых умений, стала жрецом третьего ранга. Сейчас странствовала по миру, углубляя цикл медитаций. Сияющий шар она принесла для проверки по указу сверху.

— Не ожидала, что в глуши найдутся столь одарённые ученики. Значит, именно поэтому вы покинули Церковь, магистр? — Холодно произнесла она.

— Нет, — Канвэн поправил очки и ответил ровно:

— И, кстати, я предал Свет. Не зови меня так.

— О, не преувеличивайте, — произнесла Элина. — Вы изменили Свету, но не вере. Свет по-прежнему окружает вас.

— Черта «Сродство» всегда раздражала меня. Вам бы с эльфами дружить, а не к Свету примыкать, — усмехнулся Канвэн, но за шуткой чувствовалась доля горечи.

— Свет – моя вера, — спокойно ответила она.

Он подивился её равнодушию – не дрогнула. И в этом была странная печаль.

Канвэн опустил взгляд к спискам: одобрительно хмыкнул, перелистывая.

— Итак… Иосиф, сын кузнеца. Черта «Дух». — Он поднял брови. — Неплохо, отличный помощник для магов…

— Замечательная способность, — вплела Элина, — с наклонностью к созиданию. Могу порекомендовать ремесло призывателя.

Канвэн не стал отвечать, ища дальше. Морщины у глаз обозначились глубже.

— Джули… «Огонь»? — Задумчиво пробормотал он.

— Возможная главная нападающая, — уточнила Элина. — Нам она подошла бы идеально. Вы недовольны?

— Девочка скромная, ученица-лекарь и фармацевт. «Огонь» ей не по душе, — пожал он плечами.

Беседа текла спокойно, не касаясь прошлого.

Вдруг за дверьми поднялся гул. Элина подняла голову – в её голосе прозвучало лёгкое удивление.

— Двойная черта? Мой прибор может не уловить, — произнесла она, пробегая имя глазами – и замерла.

Канвэн быстро вынул листок у неё из рук, встал. На месте левого рукава – пустота.

Он подошёл ближе. В этот миг глаза Элины засветились, волосы окрасились в золото.

— Моли… Это – та самая, верно? — Спросила она.

Тяжесть его взгляда ощутимо давила. Он колебался, затем сухо вымолвил:

— Просто сестра одного из работников академии.

— Я не ошиблась. — Элина вскинула голову. — Мы играли вместе в детстве. Её черта – «Источник»: бесконечная мана.

Канвэн помедлил. Напряжение сгущалось: одно неверное действие – и либо смерть Элины и гнев Церкви, либо её победа и раскрытие тайны. Обе дороги вели к беде.

Наконец он выдавил тихо:

— Ты не можешь её забрать. Таково пророчество Пророка Дориана. То самый шанс – один на десять тысяч.

— Готова ли Церковь Святого Света вызвать гнев Башни Магов? — Сурово добавил он.

Элина задумалась, но промолчала.

А затем новая весть пронеслась по академии.

Информация о другой редчайшей черте взорвала классы. Даже напряжение между директором и святой девой рассеялось.

— Черта «Король»…

Гул одобрения прошёл по залам.

— Сильнейшая из всех, рожденная для боя. — Голоса наперебой вспоминали, что даже двойные черты не дотягивают.

Элина ощутила укол любопытства.

— Как интересно… Имя? — Спросила она.

— Ланселот Уильям, — произнёс Канвэн, иронично фыркнув. — Новый «король», не успел старый исчезнуть. Но императоров Франа было много, а истинный только один.

— Хотя, — добавил он тихо, — нельзя сказать, что «Король» лучший в бою. Однажды он уже проиграл «Синхронизации».

Элина кивнула. — «Синхронизация» – это когда тело и разум движутся в унисон, словно механизм; идеальная экономия усилий. Да, сильнейшая техника ближнего боя.

— Но и короткий век, — заметил он.

— Зато «Король» устойчивее, — согласилась она. — И потом, «Синхронизация» давным-давно исчезла. А «Король» – вот он, рядом.

В её глазах разгорелся фанатичный блеск. Если бы она смогла забрать ученика с такой чертой, Церковь укрепила бы свои позиции – возможно, обрела бы нового магистра.

Порыв почти заставил её действовать, но здравый смысл удержал.

— Пусть будет так, — проговорила она. — Я не верю вам, Канвэн. Но сама увижу «переменную», о которой говорил Пророк. А если понадобится, Свет не дрогнет перед Башней Магов…

Элина забрала данные о Су Бэе и вскоре покинула академию Линдун.

Она направилась к его дому – проверить, кто он такой. Канвэн её не остановил: вряд ли даже святой деве Церкви Света суждено было застать Су Бэя врасплох.

Он верил, что мальчишка справится. Ведь Су Бэй был гением – тот, кто в одиночку прошёл двадцать уровней подземелья Зимнего Солнцестояния и вернулся живым. Даже маг третьего ранга не рискнул бы на такое.

Значит, не меньше второго ранга. А возможно, и третьего.

…

Су Бэй, разумеется, не подозревал, что за ним теперь наблюдают, хотя ничего не скрывал. Это чуть нарушало его план, но не критично. Он продолжал двигаться по намеченному курсу, избегая вмешательства в линию событий, чтобы не нарушить будущие вероятности.

Снегопад стих. Лес погрузился в гробовую тишину.

Ни взмахов клинка, ни криков.

Су Бэй встряхнул меч, стряхнув кровь, и убрал его в ножны – чисто, без лишних движений.

Он стоял среди окровавленного круга, но на одежде – ни единой капли. Позади валялись восемь волков и вожак, с одинаковым надрезом на горле: не глубоко, не мелко – ровно столько, сколько нужно.

— Ни одной лишней капли силы, — подумал он, убирая термос и делая ещё глоток. Ветер стихал, солнечный луч пробивался сквозь облака. Самое время в путь.

К вечеру он достигал окраин деревни Тишины. Холод крепчал, ночи обещали лютые.

На полпути – трактир. Меж северным селом и Городом Солнцестояния. Место выгодное и опасное одновременно.

Он вошёл внутрь.

Там оказалось шумно. Су Бэй ожидал увидеть пустоту, но зал был полон. Он быстро окинул взглядом.

За стойкой стоял небритый мужик с мутными глазами и дрожащими руками – точное воплощение образы пьяницы.

Слева, у двери, сидели пятеро подростков в одинаковой форме – ученики из посёлка Рассвет. Их учитель, тучный мужчина по имени Харей, с улыбкой беседовал с бродячим бардом.

Справа, в одиночестве, расположился путешественник в чёрном плаще. Пол – снег, лицо скрыто. Это была Элина.

Она вычислила маршрут Су Бэя и, поняв его цель, опередила его, прилетев сюда первой. Это было несложно: сопоставить следы, ветра и время. Её цель – не ловушка, а наблюдение. Понять, кто он.

Уловив его взгляд, Элина едва заметно скользнула глазами навстречу. Слишком молод… Подозрительно, что приютил девочку – наверняка из низменных побуждений. Холодный, отрешённый – не простой парень. Да, красивый, но с тенью.

Впечатление – крайне плохое.

Она нахмурилась и снова уставилась в тарелку.

【 】

Су Бэй отвёл взгляд, на секунду задержавшись на вывеске. Там мелко значилось: ночлег – десять медных монет, дорого, но разумно. В этих краях торгуют не деньгами, а шансом уцелеть.

Редкий случай щедрости – он заплатил. Заодно заказал кипяток и кусок чёрного хлеба, всего тринадцать монет. Сел в угол, слушал разговор барда с Хареем, потягивал воду большими глотками – она струилась по шее, скрываясь под воротник.

Из беседы он понял: барда звали Карл, эльф, собирающий путевые заметки; прибыл утром и остался ради вдохновения. Учитель Харей вёл учеников на практику: простые задания, отработка боевых приёмов. Все – первого ранга, слаженная команда. Сегодня добыли голову снежного вожака – праздник, вот и заглянули выпить.

Путешественник справа не участвовал в разговорах, перед ней лежала тарелка фруктов, почти нетронутая.

Медленно опускалась ночь. Учащиеся клевали носом; Харей одёрнул их и увёл в комнаты. Карл тоже развернулся к лестнице. И вскоре будто бы задремал и сам Су Бэй, склонившись к столу. Вдоль стены затихла и Элина.

Снаружи поднимался туман.

Хозяин трактира открыл глаза – мутные, голодные. Его губы расползлись в улыбке, обнажая окровавленные зубы и застрявшее между ними мясо.

Он достал из-под стойки тяжёлый нож – острую свиарезку. В тишине послышались шаги и звук волочащегося тела.

— По… мо… ги…

Звук оборвался.

Раздался визг, удар – и влажное чавканье. Кости трещали, кровь булькала на плитке.

Су Бэй приоткрыл глаза. Тело ныло, не слушалось.

Не успел защититься – яд?

Глаза метнулись к Харею. Тот дрожал, стиснув кулаки – четверо учеников без сознания.

Су Бэй понял: отрава либо в пище, либо в воде… Нет, не только.

Туман?

Он задержал дыхание – и силы начали возвращаться.

Быстрый взгляд – встреча с Хареем. Су Бэй показал жест: «зажми нос».

Тот подчинился, но остался слаб, губы посинели. Пустой взгляд.

Понятно: пища и туман сработали вместе – второй активировал первую. И дым парализует мышцы.

Трактир и вправду торговал не только ужином, но и смертью.

Су Бэй выпрямился.

Придётся быстро.

Шорох насторожил хозяина. Он повернул голову – точнее, рукой провернул её назад. Во рту у него торчала человеческая рука, а глаза выражали скуку.

— Добровольно идёшь на смерть? — Хрипло промолвил он.

— Хм, — кивнул Су Бэй, коротко ответив.

Бармен, наблюдая, как Су Бэй вынимает меч, всё больше терялся в догадках.

Он видел, как тот выпил яд, съел отравленный хлеб, вдохнул усыпляющий порошок. Даже тварь третьего ранга давно бы лежала и билась в судорогах.

Тем более человек.

Да ещё такой, кожа да кость, с лицом мальчишки.

Недоумение бармена быстро переросло в ужас.

Потому что клинок достиг цели.

Мгновение – и всё.

Голова взмыла в воздух, в глазах застыли неверие и паника.

Без объяснений. Без жалости.

Даже самый стойкий третий ранг святого рыцаря или священник церкви Святого Света, наделённый силой очищения, не смог бы безнаказанно проглотить столько яда.

Что за тварь перед ним?

Голова бармена упала на пол, так и не найдя ответа.

Ответ, впрочем, прост.

Су Бэй был не чудовищем.

«Кап…»

По лацкану плаща стекала вода.

Су Бэй встряхнул подол, осыпая на пол крошки чёрного хлеба.

Да ну?

Разве люди действительно едят всё, что им вручат?

Глядя на его движения, Элина застыла, словно ударенная пощёчиной.

Да, она отравилась.

Она привыкла к открытой борьбе и честным интригам, никогда не сталкивалась с подлым ядом.

Будь не предусмотрительность Су Бэя – сегодняшний день закончился бы для неё позором.

Сейчас её сила Святого Света уже начинала очищать тело от токсинов.

Когда мана немного восстановилась, Элина зашептала заклинание и вызвала очищение.

Мягкое сияние взметнулось, вспыхнуло и пролилось росой. Попавшие под свет люди заметно ожили.

— Ха-а! — Выдохнул Харей, едва почувствовав силу. Он рухнул на колени, плача и с яростью ударяя кулаками по трупу бармена.

Он бил до тех пор, пока тело не разлетелось, обнажив сердце, из которого вырывался чёрный смрад. Только тогда Харей остановился и прошептал:

— Людоед… вот кто ты был…

Он закрыл лицо руками, рыдая, и пополз к мёртвому ученику.

Прошло немало времени, прежде чем Карл очнулся. Он сонно потер глаза – вчера ел больше всех и отравился сильнее.

К тому моменту Су Бэй уже покинул таверну, прихватив недоеденный чёрный хлеб и опустошив все кубки с медными монетами.

Он знал, как использовать любую возможность.

На ходу, откусив хлеб, Су Бэй приподнял бровь.

Не зря этот хлеб был освящён святым светом.

Мягкий. Сладковатый.

Неудивительно, что священники Света – отличные помощники.

Может, стоит нанять одного в повара?

Интересно, сколько запросят?

Размышляя об этом, Су Бэй продолжил путь.

— Эй, авантюрист, подожди! — Донёсся крик сзади.

Разобравшись с мёртвым, Карл приободрил плачущего Харе и тут же задумал кое-что новое.

Нет ничего полезнее, чем идти в поход с сильным авантюристом.

К тому же спокойствие Су Бэя внушало уверенность.

Решив, Карл поспешил следом.

— Брат, куда направляешься? Возьми меня с собой! — Выдохнул он, подбегая.

Хотя Су Бэй выглядел совсем юным, Карл всё равно уважительно обратился к нему как к старшему. Чем выше сила, тем выше и старшинство.

— Не стоит. — Су Бэй вежливо остановился, но холодно отказал.

Карл не растерялся – опустил руку в карман и протянул золотую монету.

Су Бэй задумался.

Деньги ему были нужны. Дом требует средств. Двуспальная кровать – тоже. А меч и вовсе изношен.

Пока он молчал, Карл стиснул зубы и вывернул карман до дна – три золотые, горсть серебряных.

Потом начал расхваливать себя:

— Вот всё, что у меня есть. Позволь идти с тобой! Я могу быть проводником – барды в этом лучшие, поверь…

— Ладно. — Перебил его Су Бэй и не без сожаления взял одну монету.

Платить, чтобы стать проводником. И работать за это же вознаграждение.

Деньги в этом мире зарабатывались, пожалуй, слишком легко.

«Мир без капиталистов», – усмехнулся Су Бэй, переведя взгляд на Элину, которая, как оказалось, всё это время шла за ним. Он поднял золотую монету.

С близкого расстояния даже плащ не скрывал её черты.

Это была их первая встреча лицом к лицу.

— И мне платить? — Смутившись, спросила Элина, стянув капюшон и обнажив лицо и прямые волосы цвета ночи.

Она попыталась взять очарованием то, чего не хватало в кошельке. Такой приём работал на многих авантюристов – ради золота и красоты они готовы на многое.

А Элина, благословлённая святым светом, нередко оказывалась для них роком.

Увидев, как Су Бэй принимает Карла в команду, она решила, что присоединиться – лучший способ наблюдать.

Но денег у неё не было. Всюду о ней заботились служители церкви Святого Света.

Подумав, она пошла ва-банк.

Су Бэй глянул на неё, повернулся и пошёл дальше. Карл поспешил следом.

Значит, он согласился?

«Холодный тип, но вовсе не безразличный», – отметила Элина. — «Молли нельзя позволять идти с ним».

Оценив ситуацию, она двинулась за ними.

Су Бэй, почувствовав шаги позади, снова оглянулся – и нахмурился.

Что ещё? Без платы, но с претензиями.

Он протянул ладонь, раскрыв её: на ней блестела золотая монета.

«Она мне отдаёт?» – мелькнуло у него.

Нет, Элина замерла, поняв неверно.

Она не умела испытывать стыд – не могла. Но схватилась мысленно, осознав нелепость.

«Неужели не подействовало? Или я недостаточно красива?»

Глядя ему прямо в глаза, она первой нарушила молчание:

— Могу заплатить потом. В долг.

— Нет. — Су Бэй отказал и, отметив её смятение, перевёл взгляд на чёрный хлеб. Он моргнул.

Потом поднял хлеб и показал его ей.

— Ты будешь готовить.

Элина моргнула, не веря.

Готовить?

С чего бы ей уметь готовить?

Но, увидев звёздные следы на хлебе – следы её же магии света – внутренне вспыхнула.

Это была злость. Чистейшая, святая ярость, которую вызывает лишь святотатство.

Он использовал её святую силу… как приправу. На чёрный хлеб!

Элина ледяным взглядом пронзила Су Бэя, и, сжав губы, коротко бросила:

— Без проблем.

Да, она кипела от гнева. Но ради Молли и ради правды о Су Бэе готова была терпеть.

Лишь ответ удивил Су Бэя – без отказа, без злости.

Странно. Может, не слишком набожна? Видимо, какая-то новичок церковной школы – раз в её возрасте и без ранга.

— Отлично. — Су Бэй кивнул, доволен испытанием.

В мыслях он уже решил: после задания позовёт её в дом, на должность повара.

Главное, чтобы не сдернула цену. Слухи гласят, стажёры у церкви получают мало, а ум у неё явно не острый.

Может, согласится работать за медную монету в неделю. Ну – в крайнем случае, за серебряную.

Су Бэй прищурился: предвкушение нормальной еды приятно грело душу.

Деревня была невелика – куда меньше Города Зимнего Солнцестояния.

Хотя чуть больше района Цюй.

Но людей тут было куда меньше, чем ожидал Су Бэй.

И всё же место нельзя было назвать отсталым.

Он отметил: горы рядом, ручьи, воздух чистый.

Немного воображения – и с парой таверн, казино, чайных можно сделать неплохой курорт.

Такова была его первая мысль.

Люди – как люди. Собаки – как собаки.

И не отличишь, кто из них людоед.

Лучше считать всех подряд людоедами.

— Брат, а точно ли в деревне есть людоеды? — Нахмурился Карл.

Он не увидел ни одной твари, достойной звания зверя.

— Не знаю, — покачал головой Су Бэй.

Он действительно не знал. Возможно, источник угрозы был за окраиной. Или – прямо среди «людей».

— Брат, позволь мне организовать ночлег. У меня тут знакомые, — скромно предложил Карл.

— Ладно, — кивнул Су Бэй.

Элина молча шла рядом, холодная, словно случайная спутница.

Вскоре Су Бэй привёл их к двухэтажному дому.

Карл оживлённо поздоровался с хозяином, что-то прошептал и указал на спутников. Вскоре всем нашлось место.

Быть бардом – привилегия. Их любят везде.

Комнаты были простыми: босоножки у порога, множество размеров; пальто у стены, крючки уставлены до отказа.

— Брат, комнат мало – только две. Может, тебе с этой девушкой в одной? — Усмехнулся Карл.

Су Бэй замер и посмотрел на Элину.

Элина прищурилась. Её мнение, похоже, никого не интересовало.

Она ответила взглядом – холодным и молчаливым.

Су Бэй тоже хранил тишину, не зная, что сказать.

Карл, решив, что между ними искрит, с удовлетворением отправил обоих в заднюю комнату.

Вскоре настала пора обеда.

Хозяин, которого звали Джимми, накрыл богатый стол: мясо свежего зверя, овощи с огорода.

— Гости – друзья, ешьте досыта, — радушно сказал он. — Может, немного пива к мясу?

Су Бэй собрался поблагодарить, но Карл, подмигнув, вмешался:

— Не стоит, старина Джимми. У нас секретное задание.

Су Бэй низко опустил голову, пряча лицо, и сделал вид, что увлечён едой.

Другие не заметили, но Элина – да. Она наблюдала пристально.

Су Бэя нахлынуло смущение. Лучше бы он шёл один.

Устал.

Он тяжело вздохнул, сдерживая нервное дыхание, и, чтобы не впасть в панику, тихо ткнул Элину палочками, показывая на еду.

Она встретила взгляд, но не двинулась. Её молчание было холодным упрёком.

Святой Свет – не инструмент кухни. Он не для жарки и тушения.

Су Бэй понял намёк и тоже промолчал.

А Элина лишь отметила странность – заметила, как он избегает разговоров.

«Социофоб?» – удивилась она. Неприятная черта, хотя безвредная.

Но её симпатии он и так не вызывал – теперь упал в глазах вовсе.

Она решила: уйдёт этой ночью. И, если получится, заберёт Молли.

Су Бэй, как она решила, – не тот, за кого стоит держаться. Обычный, ничем не примечательный. Таких миллионы.

Он не мог быть тем самым «одним на тысячу». Если чудо и случится – скорее с «Королём» или с Молли.

Даже Пророк Дориан Грей может ошибаться.

Он когда-то предсказал, что Элина сойдёт с пути «Божества» и встанет на путь человеческий – но нынешняя Элина всё яснее ощущала свою божественную природу. Её сила росла, и путь к вершине становился отчётливей.

Так что и Пророки ошибаются.

Пусть даже Дориан был великим архимагом – предвидение не даёт абсолютной истины.

Вернувшись к столу, Элина потеряла к нему интерес – её куда больше занимала ломтик яблока на тарелке.

Она спокойно взяла его палочками и съела. Су Бэй выдохнул, стараясь не выдать растерянности.

Карл заметил неловкость и поспешил перевести внимание, положив кусок сочной говядины в тарелку Су Бэя.

— Что не ешь, брат? Ешь! Свои ведь! — Улыбнулся он.

Су Бэй лишь коротко кивнул.

— Хорошо.

Позже он вышел в уборную – и, уставившись на грязные полотенца, ненадолго задумался.

Вернувшись наверх, он осмотрел комнату. Элина сидела на кровати, неторопливо доедая ягоды, и Су Бэй снова почувствовал к ней жалость.

Вот почему профессия авантюриста смертельно опасна…

— Что ты здесь ищешь? — Наконец спросил он.

Элина замерла, отсчитывая ягоды, потом спокойно ответила:

— Расследую.

Расследует? Людоедов?

— Ты уже проверила? — Уточнил он.

— Да. — Она кивнула и отрезала, — Бессмысленно. Пустая трата времени.

После этого поднялась, чтобы уйти.

Да, следовало уйти. Ей не нужно было идти за ним. Зачем она вообще пришла в дом – сама не знала. Наверное, дала ему последний шанс.

Но – увы. Перед ней был обычный человек. Слишком серый. Без искры.

Су Бэй, следя за ней, нахмурился. Хотел остановить – но причин не было.

Он лишь проводил её взглядом.

— Эх. — Он тихо вздохнул. Боялся людей, но не был плохим. Просто… слишком хорошим.

Он пересчитал время и вновь осмотрел комнату – затем вспомнил убранство внизу.

Множество кружек, но разных комплектов. Полотенца – старые, новые, с разными запахами и складками, будто у каждого была своя привычка.

У порога пальто – старые и новые. Даже детские.

Могло показаться, что семья большая. Но чистота в доме – будто для гостей. Постоянно свежо, слишком аккуратно.

Значит, комнаты – гостевые.

И гостей тут – часто.

Почему дом всегда готов к приёму ночёвок?

Потому что гости приходят – и не уходят.

И нередко – не уходят вовсе.

Су Бэй стискивал рукоять меча, заставляя себя не слушать голодный урчание.

Он не ел. За столом делал вид. Осторожность – главный навык выжившего.

Снаружи всё выглядело обыденно, но потому-то и жутко. Слишком спокойно – значит, неправильно.

Он шагнул к окну.

И в ту же секунду деревню затянуло туманом.

Туман лёг на деревню.

Не только на дом – на всё вокруг.

Откуда он взялся?

Что его породило?

Су Бэй не знал. Но по опыту понимал: ничего доброго впереди.

С улицы тянуло тяжёлыми шагами.

Слышалось, как что-то волокут по земле; удары, треск, глухие стуки – всё смешалось в хаос.

Су Бэй приоткрыл дверь и увидел Джимми. Тот, с исказившимся лицом, хохотал, нападая на Элину.

— Бах! — Гулко разнёсся удар.

Без маны под контролем Элина выглядела беспомощно, сжимая посох, как палку. Она отбивала атаки, но едва держалась.

Исправная, но всё же маг – без магии она полуслепа и хрупка.

Су Бэй отметил: для ученицы она держалась удивительно стойко – тело выносливо.

Но взгляд его невольно сместился на нападавшего.

Джимми обезумел. Глаза налились кровью, руки и ноги двигались вразнобой, сила тела росла – до уровня чудовищ первого ранга.

Не человек – зверь. Людоед, утративший маску.

Лишённый интеллекта, он опирался на грубую физику. Таких легко отличить – если успеешь.

Но в тумане, где сила на их стороне, любое правило рушилось.

— Бах! — Элина отлетела, но, сменив хват, всё же отразила удар и отпрянула к двери, где стоял Су Бэй.

— Кх… — звук удара о дерево заглушил её стон, но она поднялась, цепляясь за стену, и сквозь стиснутые зубы бросила:

— Ты рыцарь первого? Или второго ранга? Сможешь продержаться десять минут?

Она видела его технику – лишь рыцари так владеют клинком.

Су Бэй кивнул, не открывая рта.

Говорить – значит дышать. А дышать в тумане – значит терять силы. С его выносливостью хватит воздуха на пять минут.

Он мельком глянул на Элину – побледневшую, согнувшуюся, с дрожащими пальцами. Отравление и смог – двойной удар.

Может, она вовсе не жрица света, а рыцарь Света первого ранга?

Элина почувствовала его взгляд, и её обдало волной смущения, злости и вины. Он предупреждал её, а она не послушала.

Она и сама готовилась к заданию, но недооценила деревню. Думала – пара огров, с её светом всё решит. Оказалось – кошмар куда глубже.

Когда она вышла из дома, туман только подступал. А уже тогда на улице людоеды рвали людей на части, прямо под фонарями.

Обычные жители прятались за закрытыми дверями, дома – без света.

Жизнь в деревне балансировала на грани гибели.

А в отчётах Ассоциации авантюристов было сказано: всего «несколько» людоедов, «затесавшихся среди людей».

«Эти бюрократы…» – сжала зубы Элина. — Их нужно проучить, всю эту безмозглую верхушку.

Её гнев быстро сменился холодным рассудком. — Мой бой с Джимми поднял шум. Думаю, людоеды уже собираются вокруг. — Голос её дрожал. — Шума быть не должно. Мы отравлены; если окружат – не выживем.

Су Бэй молча смотрел на неё с сочувствием.

Она говорила, а значит – дышала. Это её убивало.

— Действуем вместе. Закрепимся здесь. Десять минут – и я восстановлю ману, смогу очистить воздух. — Элина тяжело выдохнула.

С её «сродством» к свету это было правдой – десять минут на восстановление, и она снова в силе.

Но, встретив взгляд Су Бэя, его зажатые ноздри, она осознала всё.

«Понятно…»

Причина слабости – в тумане.

Значит, в трактире всё прошло легко, потому что воздуха было меньше. Здесь же – яд густой, тяжёлый.

Элина сосредоточилась, проверяя своё тело. Её мана едва тлела. Проглотив слюну, она побледнела сильнее.

Плохо дело. Даже час – мало. Элина, ты идиотка…

Вспомнив множество людоедов снаружи, она впервые по-настоящему испугалась. Мысли путались, руки дрожали.

В тот же миг из тумана раздался свист и – удар.

Громыхнуло.

Сила первого ранга против обычного человека – несоизмерима. А рыцари превосходят всех в теле и реакции.

До четвёртого ранга рыцари властвуют на поле боя; потом сила падает, но до тех пор с ними не сравниться.

А монстры – как рыцари, но без страха.

То есть, если сравнивать напрямую – победа зверя почти неизбежна.

Джимми бесновался, захлёбываясь хрипом; изо рта летели брызги, атаки следовали одна за другой. Элина теряла равновесие, отступая всё ближе к стене.

Защищаться больше было негде.

Если бы он навалился сверху – и капля его слюны упала бы ей на кожу – она бы не выдержала. Только не это!

«Лучше пусть Су Бэй навалится сто раз, чем это чудовище один!», – пронеслось в её голове.

— Не… не надо! — Вскрикнула она, захлёбываясь страхом, и вслепую взмахнула посохом.

— Громых!

Удара не последовало.

Вдох. Второй. Элина приоткрыла глаза – перед ней стоял Су Бэй, вскинув клинок.

А Джимми… исчез.

Дверь же была выбита, снаружи повеяло трупным смрадом.

Элина моргнула – слова застряли в горле. Дверь разрушена. Всё пропало.

Её «божественность» дрогнула – тьма сомнений накрыла.

Из тумана, тяжело топая, надвигались другие. Их было много. Голодных. Звериных.

Появлялся новый противник.

Отряд людоедов.

Перед лицом опасности разрушение Божественности наносило Элине куда больший урон.

Святые девы церкви шли по пути «бога», и вероятность утратить Божественность в этом процессе была отнюдь не мала. Элина не была первой, и уж точно не станет последней.

А когда она ввязалась в инцидент с деревней Тишины, эта вероятность возросла многократно.

Причин тому было три.

Во-первых, туман подавлял всплески энергии и пробуждал определенные желания.

Иными словами, он подавлял «божественную» сторону и пробуждал человеческие желания.

Во-вторых, тело включало защитный механизм.

Когда Божественность была подавлена, а жизни угрожала смертельная опасность, «человеческая» сторона захватывала контроль над мозгом и совершала инстинктивные действия.

Были и другие причины, как крупные, так и мелкие. Например, Элина обрела Божественность не с рождения, а в процессе практики, потому она была нестабильной.

Или то, что Элина, будучи святой девой Церкви Святого Света, раз за разом попадалась на одну и ту же уловку. Чувство вины и самобичевание ослабили её способность поддерживать Божественность.

Стоило Божественности дать трещину, как восстановить её становилось крайне трудно.

В общем, Элина понимала: с ней всё кончено.

— За… заполнено…

Как только Божественность рухнула, все эмоции разом нахлынули на неё, переполнив разум до краев. Голова кружилась.

— Хватит… хватит впихивать.

— Больше не лезет.

Дрожащей рукой она подняла свой посох и со всей силы вдарила себя по голове несколько раз.

Тишина…

Всё ещё тишина…

Хлоп!

Су Бэй своими глазами видел, как Элина вырубила саму себя.

Неужели настолько хрупкая?

Даже такой удар не выдержала.

Неудивительно, что ей пришлось идти по пути «бога».

Видимо, «человеческая» сторона была слишком никчёмной.

— Три минуты.

Су Бэй мысленно отсчитывал время задержки дыхания и вышел на улицу.

Судя по всему, сейчас был день, но похоже на это не было.

Солнца над головой не видно, а перед собой не разглядишь и собственной ладони.

Туман был настолько густым, что на улице терялась всякая ориентация. Ощущались лишь яростные потоки воздуха, бьющие со всех сторон.

Су Бэй закрыл глаза. Его сердцебиение постепенно замедлилось. Он подбросил нож в руке и перехватил его обратным хватом.

Обратный хват сокращал дистанцию атаки, но увеличивал площадь защиты.

С северо-запада двое, около первого ранга.

С востока один, чуть слабее первого ранга.

Прямо с севера один, судя по силе, возможно, второго ранга.

Оценив обстановку, Су Бэй совершил всего три движения.

Сначала отставил правую ногу назад, выставил меч вперед и накопил силу, чтобы первым перейти в атаку.

Прежде чем они окружили его, он ринулся прямо на самого сильного из людоедов.

Затем, словно грузовик, врезался в цель. Инерция, завернутая в смертоносную технику, разорвала противника в клочья, даже несмотря на второй ранг.

И наконец – отвод меча.

Плавное движение с широким размахом. Убирая клинок, он попутно разрубил остальных людоедов, пытавшихся окружить его.

Изящно, уверенно.

Потоки воздуха прекратились, а значит, поблизости больше не было живых существ.

Но…

Су Бэй поднял голову. Сквозь туман он встретился взглядом с тенями, прячущимися в домах.

Людей не видно, невозможно отличить человека от монстра.

Но Су Бэй чувствовал: всё ещё далеко от конца.

Да.

В густом тумане, среди всех этих домов, помимо дрожащих от страха обычных людей, бесчисленные алые глаза пристально следили за силуэтом в тумане, оскаливаясь в усмешке.

Су Бэй молча отвел взгляд и направился обратно в дом.

Он не мог видеть сквозь туман, а потому не мог разглядеть и скрывающихся людоедов.

Три минуты.

Туман начинал рассеиваться ровно через три минуты.

Су Бэй чувствовал, как туман рассеивается, причем с невероятной скоростью.

Он ненадолго замер, затем снова поднял голову.

Су Бэй легко встретился взглядом с дрожащими от страха людьми, прятавшимися в домах.

Они смотрели на него с ужасом, тревогой и беспокойством.

Людоеды отлично замаскировались под обычных людей.

Затем он перевёл взгляд на землю.

Тела людоедов разбросаны по земле, словно невинно убитые простые люди.

А.

Когда туман поднимается, ничего не разглядеть.

А когда рассеивается, не понять, кто выжил – человек или призрак.

Их взгляды полны страха, ужаса и тревоги.

Не так смотрят на хорошего человека.

Су Бэй тихо усмехнулся.

Значит, я – оборотень?

Вернувшись в дом, он обнаружил, что Элина уже пришла в себя. Её лицо было холодным, как при первой встрече.

Су Бэй застыл и не удержался от вопроса:

— С тобой всё в порядке?

Странно. Её личность же только что рухнула, разве нет?

Как она снова её восстановила?

Элина кивнула и спокойно произнесла:

— Всё в порядке. Снаружи всё решено?

Су Бэй кивнул, не обращая внимания на странное поведение Элины, и направился прямиком к комнате Карла, после чего с силой пнул дверь.

Бам!

Дверь распахнулась.

В дверях Карл лежал на кровати, словно мёртвый, с головой, запрокинутой набок, изо рта текла слюна.

Если бы не непрерывный храп, трудно было бы понять, жив ли он вообще.

— Чёрт, пока снаружи идёт жаркая битва, этот тип спокойно дрыхнет в доме! Не мог бы он просто сдохнуть?!

М?

Что это было?

Су Бэй в недоумении обернулся.

— Что-то не так? — Элина невозмутимо смотрела на Су Бэя, её осанка была безупречна, и она ни малейшим жестом не выдала, что слышала этот голос.

?

Я ничего не говорил, Карл спит. Если не ты, то кто?

Послышалось?

Су Бэй покачал головой, развернулся и холодно подошёл к Карлу, после чего с силой его растормошил.

— Что, что случилось? Уже пора обедать? — Карл сонно приоткрыл глаза.

Услышав слова Карла, лицо Элины потемнело, а руки крепче сжали посох.

— Почему не я сплю без задних ног? Тогда бы я не превратилась в это… у-у-у…

Су Бэй резко обернулся и уставился на Элину.

Элина с невозмутимым лицом странно встретилась с ним взглядом и нахмурилась:

— Что-то не так?

Там точно было бормотание, да?

Определенно было бормотание, да?

Странно. Это что, галлюцинация?

Су Бэй впервые усомнился в собственных суждениях.

А сзади Элина вздрогнула от его внезапного поворота, неловко перехватывая посох из руки в руку, скрывая смущение.

Почему он слышит даже такие тихие звуки?!

И вообще, с чего это рыцари могут усиливать свои чувства?!

Несправедливо.

Слишком несправедливо.

Когда её Божественность рухнула, Элина осознала: если она вернётся в церковь в таком состоянии, её определённо лишат статуса святой девы.

Столь тяжкий удар был для неё абсолютно неприемлем.

Поэтому, тщательно всё обдумав, Элина приняла решение – латать дыры, пока не поздно.

Сначала держать образ, постепенно восстанавливая свою Божественность.

Однако случилось то, чего Элина совершенно не ожидала.

Когда она ступила на путь «бога», Элина, из-за отстранённости от эмоций, всегда говорила то, что думала.

Не лгала и ничего не скрывала.

После краха эта привычка въелась в самую суть.

Но теперь её внутренний мир стал куда богаче, чем прежде.

Что и привело к нынешнему состоянию.

Не сдержаться.

Совершенно невозможно сдержаться.

Слишком много моментов, над которыми хочется посмеяться. Как можно не высказать их вслух?!

А-а-а-а, чёрт!

Проклятый Су Бэй, проклятые все!

Я тоже сдохну!

— Чтоб вы все отправились в ад!

Элина не сдержалась, и внутренняя мысль вырвалась наружу.

Повисла тишина.

— Что вы на меня так смотрите?

Элина с высокомерным видом окинула взглядом Су Бэя и Карла сверху вниз, после чего холодно произнесла привычным тоном:

— Разве людоеды не должны отправиться в ад?

— Святой Свет освещает мой путь, направляя меня очищать всю скверну и зло.

Голос торжественный, выражение лица серьёзное.

На мгновение показалось, будто священное сияние снизошло на Элину.

Су Бэй с Карлом застыли, ошарашенные.

Карл был действительно потрясён.

А Су Бэй застыл потому, что узнал личность Элины.

Элина, черта «Сродство», действующая святая дева церкви Святого Света. В записной книжке Су Бэя она занимала седьмое место по приоритету прохождения.

Через два года Элина станет свидетелем трагедии, что разрушит её Божественность. Она вернёт себе «человечность», но из-за этого её сила упадёт, и её бросит Церковь Святого Света.

Ещё через год Герой пригласит павшую Элину в свою команду, и тогда начнётся официальный сюжет игры.

А в позднем периоде игры Элина, удерживая баланс между «богом» и «человеком», унаследует власть ангелов «Святости» и «Заповеди», после чего вступит в серию битв с Владыкой демонов.

Иными словами, одна из главных героинь позднего периода «Мира Фантазии».

Су Бэй записал это в дневнике и планировал забрать Элину в самый тяжёлый для неё момент, окружить заботой и вниманием, проникнуть в её сердце и оставить там неизгладимый след.

Крепко взять её за горло.

В итоге превратить в один из козырей для собственного выживания.

Но, судя по всему, намеченный план провалился.

Только вот почему в этот момент времени, в этом задании, всплыл сюжет с Элиной?

И, похоже, её Божественность уже разрушена, причём «человеческая» сторона значительно превосходит «божественную».

Если принять эту точку зрения и вспомнить услышанные ранее голоса, то это была не галлюцинация.

В конце концов, в игре Элина внешне молчалива, но на деле язвительна, упряма и туго соображает – эти черты характера Су Бэй тоже хорошо помнил.

Хотя непонятно, почему Элина здесь оказалась, раз это уже произошло, нельзя делать вид, что ничего не видел.

Надо что-то предпринять.

По крайней мере, нельзя допустить, чтобы Элина погибла в этой деревне.

В конце концов, судя по нынешним наблюдениям, у Элины ни с головой, ни с силой не очень – она из тех, кто в любую яму прыгнет.

Приняв решение, Су Бэй стал смотреть на Элину с мучительным выражением лица.

Су Бэй вздохнул, глубоко вдохнул и собрался с духом.

В конце концов, процесс получения инструмента для прохождения игры всегда был нелёгким.

Приложить чуть больше усилий – это нормально.

Именно этот взгляд крайне не понравился Элине.

Что это за взгляд?! У тебя что, есть ко мне какие-то претензии?!

Этот взгляд похож на то, как её добрый старый отец смотрел на неё в детстве, когда она шалила.

Элина бесстрашно встретилась с ним взглядом, скрывая внутренний дискомфорт, и спокойно произнесла:

— Есть вопросы?

Су Бэй отвёл взгляд и задумался. Затем, к шоку Карла, подошёл, схватил Элину за рукав и потащил в заднюю комнату, закрыв за собой дверь.

— Коротко и ясно. Я говорю, ты слушаешь. — Су Бэй опустил голову, обдумывая всё странное, что происходило по пути, и начал делиться с Элиной своими выводами, демонстрируя искренность.

— В деревне Тишины немало людоедов, замаскированных под обычных людей.

— Людоеды не глупы. В отличие от других низкоранговых монстров, они умеют использовать еду и яд для поимки добычи.

— Туман влияет на жизненные привычки и дикость людоедов, одновременно подавляя выносливость и ману людей.

— Туман длится примерно три минуты, можно избежать отравления, задержав дыхание.

— Заклинания Святого Света могут очистить еду. Перед едой нужна твоя помощь.

Су Бэй долго излагал свои выводы, но все они были уже очевидны.

Элина недовольно произнесла:

— Я похожа на идиотку?

Спокойный взгляд Су Бэя явно давал ответ в духе «разве нет?», что заставило Элину стиснуть зубы.

— Я не споткнусь на одном и том же месте трижды. Я серьёзно. Хватит смотреть на меня свысока, ты, этот… тип!

— Кстати, твой образ же был социофобный и бесчувственный, почему ты так много болтаешь? Мне больше нравилась твоя холодная версия. Верни её обратно.

Су Бэй посмотрел на постепенно меняющуюся Элину и вздохнул.

А Элина, осознав свою странность, поспешно закрыла рот.

Воцарилась неловкость. Впрочем, Су Бэю было не неловко, а вот пальцы ног Элины уже выскребли в её сапогах трёхкомнатную квартиру.

Умереть, умереть, умереть, умереть!

Не сдержаться, совершенно не сдержаться.

Почему я озвучила то, что думала?! А-а-а!

Во взгляде Элины промелькнула убийственная решимость, она начала прикидывать возможность заткнуть рот свидетелю.

Конечно, Элина только думала. Святой Свет не позволил бы ей творить зло.

Вскоре они вышли из комнаты.

Снаружи Карл взглянул на часы, затем на них двоих, и его глаза расширились.

Неуверенно и медленно он произнёс:

— Братан, всего пять минут? У меня есть лекарство, не хочешь подлечиться? Моё средство очень эффективное, одна таблетка…

Бам!

Карл медленно повалился на пол.

Позади него Элина застыла с поднятым посохом, из верхушки которого вился дымок.

Как же хорошо.

Наконец-то выпустила эмоции.

Элина больше не хотела их сдерживать. Она подняла голову, посмотрела на ошарашенного Су Бэя и улыбнулась.

Затем спокойно произнесла:

— Он слишком шумный.

Сказав это, она взмахнула рукой и освятила обеденные остатки Святым Светом.

— Сначала поешь.

Су Бэй указал на Карла, хотел что-то сказать, но промолчал.

— Сначала поешь.

Тон Элины стал жёстче, а улыбка – зловещей.

— Хорошо.

Су Бэй закрыл рот, развернулся, не оглядываясь, и направился в гостиную.

Бам, бам, бам!

Сзади Элина, стиснув зубы, изо всех сил тыкала посохом в голову Карла, выплёскивая недовольство:

— Гони-гони-гони свою тачку, ты, помойка с мозгами, забитыми порнухой, бездельник-паразит! Отправляйся в ад вместе с людоедами, ты…

Кажется, Элина стала ещё более ненормальной, чем в игре.

Су Бэй ел остывшую еду и размышлял о возможности вычеркнуть Элину из списка прохождения.

Пять минут спустя.

Карл, шатаясь, потирал голову и бормотал:

— Братан? Слышал, людоеды снова появились. Я что, чуть не попал им на зуб?

— Башка раскалывается от боли.

Су Бэй смотрел в нос носом, в сердце сердцем, преспокойно продолжая есть, и инстинктивно покачал головой.

Но, увидев холодную улыбку Элины, решил, что лишние хлопоты ни к чему, и покачал головой, затем кивнул.

Карл окончательно запутался и нахмурился:

— То есть меня чуть не сожрала полгруппы людоедов?

Надо признать, он умел разбирать тексты.

Рядом с Карлом Элина с мрачным лицом похлопала его по плечу и холодно произнесла:

— Сначала поешь. Я тебя вылечу.

Глаза Карла загорелись.

В команде есть жрец Святого Света! Чего мне бояться ранений?!

Стоп.

Карл снова нахмурился и с недоумением спросил:

— Почему сначала поесть?

— Разве нельзя сначала меня вылечить? Эта полгруппа людоедов здорово врезала, башка раскалывается.

Элина стиснула зубы, еле сдерживая желание прибить Карла наповал. Её тело дрожало.

Увидев это, Карл прозрел.

— Понял! Вы только что закончили, и тебе тоже больно.

— Это я бестактный. Надо сначала поесть, все должны поесть.

Бам!

Элина сжала правый кулак, застыв в ударной позиции. Контроль над выражением лица окончательно рухнул.

Деревянный стул в левой руке со скрипом превратился в пыль под её ладонью.

Казалось, вокруг Элины вился чёрный туман, словно она вот-вот свихнётся.

Она медленно подняла голову, брови сошлись в иероглифе «川», означающем реку, глаза полны ярости.

Затем Элина яростно уставилась на Су Бэя и сорвалась на крик:

— Он очнулся! Объясняй! Обязан объяснить!

Совершенно невозможно сдержаться! А-а-а!

— Братан? Почему мне кажется, будто я проспал несколько снов и голова идёт кругом, — Карл потёр голову, не найдя ни единой ранки, и окончательно запутался.

— Как это одновременно болит и приятно?

Су Бэй косо взглянул на Карла и ответил:

— Она тебя вылечила.

Карл прозрел.

Верно! Людоеды меня избили, а она залечила раны.

Она хороший человек.

Карл кивнул и снова спросил:

— С ней всё в порядке? Я про тело…

Карл не знал, как объяснить, но Су Бэй, видя, как лицо Элины снова почернело, тут же его прервал.

— Хватит болтать.

Карл удивился:

— Ты же мой друг, разве нам есть что скрывать?

— Ей не нравится. — Су Бэй устало покосился на него и взглядом указал в сторону.

— О-о, невестка стесняется. Тогда больше ни слова.

Су Бэй прищурился, голова тоже заболела, так что он не стал ничего объяснять.

В основном потому, что хлопотно.

Изменить мышление Карла сложно. Достаточно добиться цели – чтобы он перестал нести чушь.

Затем Карл что-то вспомнил, повысил голос, явно желая донести до сидящей поодаль Элины:

— Кстати, братан! Вечером в деревне Тишины будет праздник у костра. Во-первых, это традиция, а во-вторых – чтобы приветствовать гостей. Мой хороший друг Питер позвал меня привести вас.

— Пойдём, братан?

Су Бэй посмотрел на Карла, ожидая продолжения.

Если бы дело было только в этом, Карл не стал бы громко объявлять – явно есть скрытая информация, которую нужно донести.

Должны быть хорошие новости.

Увидев это, Карл загадочно улыбнулся.

— Обычно праздник у костра в деревне Тишины – просто формальность. Но на этот раз иначе.

— На этот раз я воспользовался связями и организовал крупное мероприятие. Почти все жители деревни Тишины придут, и люди, и нелюдь.

— Как только поднимется туман, людоеды больше не смогут скрывать свою сущность. Кто человек, а кто призрак – всё выйдет наружу.

— Это идеальный момент, чтобы выловить их всех разом.

Затем Карл подмигнул:

— К тому же жители деревни Тишины гостеприимны, любят принимать гостей издалека. Можно пригласить красивых парней и девушек потанцевать…

Последнее было уже лишним.

Су Бэй кивнул, не выказав никаких эмоций.

А Элина тоже задумалась.

Время летело быстро.

До Нового года оставалась одна ночь.

Это был срок, когда Моли должна была отправиться на экзамен.

В этот момент в кондитерской семьи Уинзор Алиша, одетая в горничную, торопливо и неуклюже выбивала чеки.

Именно что торопливо и неуклюже.

Суматошная работа не позволяла Алише правильно считать. Она часто недосчитывала клиентам несколько медных монет или клала лишние пирожные.

Рядом Моли в панике исправляла ошибки, останавливая уходящих клиентов с объяснениями.

Но Алиша лишь улыбнулась, склонив голову набок, и озадаченно сказала:

— Правда? Я ошиблась?

— Эх?! Алиша-сэмпай же лучшая по математике на курсе! Как она могла не заметить ошибку?! — Моли громко жаловалась, словно жалея деньги, потраченные впустую из-за ошибок в расчётах.

А клиенты весело наблюдали за этим и шутили:

— Ничего подобного. Алиша – потомок виконта, гениальная девушка. Как она может ошибаться?

В тоне слышались насмешка и презрение.

Однако Алиша, казалось, совершенно этого не замечала.

Именно поэтому у кондитерской Алиши всегда толпились клиенты, готовые потратить немного денег, чтобы посмеяться над аристократкой, словно это был десерт после обеда.

Только Моли одна серьёзно считала счета и препиралась с клиентами.

Но как ей одной справиться со всем? Пока она кропотливо завершала один расчёт, Алиша уже обслужила пять клиентов.

Среди суматохи Алиша посмотрела на Моли и улыбнулась нежной улыбкой.

Что касается Аманьлы, сегодня был её день выпивки.

Завтра она не будет пить, чтобы гарантировать хорошее самочувствие к послезавтрашнему отъезду.

В отличие от семьи Уинзор, Ланселоту, потомку барона, не нужно было работать ради жизни.

В этот момент он пировал и праздновал с молодыми аристократами своего возраста из городка Рассвета.

Что касается экзаменационного задания, хотя академия оценила его как ранга S, на деле это была лишь задача ранга C от Ассоциации авантюристов.

Даже самая сложная задача ранга C не представляла для него трудности.

Ведь он – «Король».

…

Наступила ночь. В самом центре деревни высилась куча соломы, плотно обвязанная и скрывающая что-то внутри.

Факелы окружали солому, излучая жаркое пламя.

Одно блюдо за другим: свинина, баранина, говядина, а также домашнее ячменное пиво.

Праздник ещё не начался, но уже немало людей танцевало и пело вокруг костра древние народные песни.

Су Бэй, Элина и Карл выделялись на их фоне. Во-первых, из-за одежды, а во-вторых, они скованно стояли в стороне, резко контрастируя с остальными, наслаждавшимися атмосферой.

Вскоре их стало двое.

Су Бэй с Элиной наблюдали, как Карл ушёл.

Карл непринуждённо подошёл и заговорил с фигуристой девушкой, после чего достал из кармана губную гармошку и заиграл приятную мелодию.

Навык барда применён, словно павлин распустил хвост, демонстрируя себя.

Вскоре Карл, взявшись за руки с партнёршей, танцевал и прыгал, слившись с праздником у костра.

Остались только Су Бэй и Элина, застывшие на месте.

Элина не умела танцевать.

До того, как стать жрицей Церкви Святого Света, она была простой девушкой и не училась танцам.

А потом – и подавно. Времени на изучение этикета не было.

Су Бэй – точно так же.

До перерождения он был затворником, и парные танцы ему были не нужны.

После перерождения всегда был один.

Не говоря уже о том, что он социофоб.

В этот момент, среди толпы, Су Бэй задействовал уникальную способность социофоба и отлично спрятался.

Вскоре он исчез из поля зрения Элины.

Полностью пропал.

Элина опешила.

Куда он делся?

Однако вскоре она поняла, что опешила слишком рано.

Юные и привлекательные девушки всегда были объектом внимания молодых парней.

Тем более такая святая и прекрасная, как ангел, девушка, как Элина.

Одного взгляда на её гордое и холодное лицо хватало, чтобы разбудить в мужчинах желание завоевать.

И вот Элину окружили.

Её приглашали танцевать, петь, пить пиво и есть мясо.

Элина никогда не сталкивалась с подобным. Обычно, даже когда ей признавались в любви, никто не был настолько смелым и откровенным.

Трудно сказать, то ли северяне такие простодушные, то ли только в деревне Тишины так принято. Эти мужчины совершенно не скрывали своих взглядов, и Элина чувствовала себя так, будто по ней ползают муравьи.

Наглые, пошлые улыбки, откровенные жадные взгляды скользили по её телу.

Элина не могла терпеть подобные взгляды.

Поэтому она просто перестала терпеть.

Большим пальцем правой руки она провела по дубовому кольцу на указательном пальце, и её посох снова появился в руке.

Она без церемоний взмахнула посохом, расчищая пространство вокруг.

Холодным взглядом она окинула всех вокруг.

— Все собрались? Если собрались, стройтесь по порядку. Я проверю вас Святым Светом на наличие людоедов, выловлю предателей и расчищу путь.

Услышав это, тысячи сельчан застыли.

В один миг тысячи голов разом повернулись к Элине.

Можно сказать, Элина умела думать головой и знала, как говорить.

Она решила, что, пока все в сборе, стоит применить заклинание разведки – проверить каждого с ног до головы и сразу вычислить волка.

Но ей и в голову не пришло: а что, если все окажутся волками? Как тогда быть?

Этой фразой она подожгла до того мирную атмосферу.

В одно мгновение тысячи глаз уставились прямо на Элину.

Давление.

Книга впервые опубликована на 𝕥𝕨𝕜𝕒𝕟.𝕔𝕠𝕞

Давление нестерпимое.

Словно невидимая рука сжала ей горло.

От тяжести этого взгляда дыхание Элины стало тяжелее, кожа покрылась мурашками.

— Н-не может быть… тьфу ты, все волки?!

С трудом подавив дрожь, Элина сохраняла внешнее спокойствие, глазами искала в толпе Су Бэя.

Она и не думала, что он сможет перебить столько людоедов.

Просто рядом с ним было бы спокойнее – даже если уж и погибнуть, то вместе, а не быть единственной, кого сожрут живьем.

Молчание длилось недолго – его разорвали голоса жителей.

— Ха-ха, что вы, барышня, шутите, должно быть, — один из мужчин громко рассмеялся. — Мы ведь все друг друга знаем, где людоед, а где хороший человек – уж точно не спутаем, бок о бок живем много лет.

Из толпы вышел седой старейшина, опершись на посох.

Взгляды за его спиной были полны почтения.

Он был старостой деревни, самым уважаемым из всех.

— И верно, — поддакнул кто-то. — Тем более тут и детишки, и старики. А вдруг ваше волшебство ранит их? Кто возместит ущерб?

Элина хотела объяснить, что Святой Свет мирных людей не тронет.

Но голоса множились, шум заглушил её вовсе.

Подожди-ка.

Что-то странно.

Жители разделились на две явные группы.

Одни говорили бодро, уверенно, а другие – дрожали, глаза полны страха.

Первые держались рядом со старостой, будто подчинялись ему.

А у вторых на шее были верёвки – словно у ручных зверей.

Элина ощутила, как закипает злость.

Она не была дурой.

Картина стала ясна.

И тогда…

Внезапно.

На глазах у изумлённой толпы Элина подняла посох и направила прямо на старосту.

— Святой Свет, откройся!

Мгновение – и фонтан тёмной, зловонной крови взметнулся вверх. Свет пролился вниз и сложился в знак:

«Огр-людоед» (вождь людоедов).

Все, кто попал под действие заклинания, без исключения оказались людоедами.

Тишина.

Абсолютная.

Слышно было лишь, как Элина сглотнула.

Слишком поспешила.

Когда она ещё владела Божественностью, привычка действовать раньше, чем подумать, была её второй натурой. И похоже, после возвращения к человеческой форме ничего не изменилось.

Но она не могла стерпеть.

Как можно держать людей на поводке!

Элина прикусила губу. Сердце грохотало под грудью, дрожало от праведного гнева.

И всё-таки она просчиталась.

Едва кончик посоха опустился, огр-людоед протянул лапу и схватил его за головку.

Рывок был такой силы, что воздух взорвался хлопком.

Огр поднял голову, губы расползлись в безумной улыбке.

Из чёрных, разъеденных кровью зубов тянуло гнилью. Смрад ударил в лицо даже на расстоянии метра.

Давление резко возросло.

Элина не ожидала, что перед ней – людоед третьего ранга.

Третьеранг, да ещё из тех, кто телом крепче прочих, – король среди себе подобных.

А за его спиной стояло целое воинство.

Вот теперь всё стало по-настоящему скверно.

Силы несопоставимы.

Лидеру – третий ранг.

Остальные – от половинчатых до второго.

Против такого Элина, пусть даже высокоранговый жрец Святого Света, не имела шансов.

В подземелье это был бы особый рейдовый данж, требующий три сбалансированные команды авантюристов.

Элина мрачно сжала челюсть. — Корона!

На кончике посоха сгустился свет.

Сперва – искра. Мгновение спустя – шар размером с кулак.

И в следующий миг вспышка поглотила тело огра целиком.

Взрыв обжёг пространство, вспыхнуло белое солнце, испепеляя всё вокруг.

Это был один из немногих её боевых приёмов. Попавшие в эпицентр людоеды расплавились, обращаясь в кровавую жижу.

Но сам огр лишь лишился руки; лицо покрылось копотью от взрыва.

Хороший удар, сказала себе Элина. Ещё пару таких – и, может, удастся убрать главаря первым.

По записям, среди третьего ранга огры не считались сильнейшими, просто жили плоти.

А она – Элина, ученица Церкви Святого Света, элита третьего ранга.

И вдруг глаза расширились: рука дрожала, злость поднималась до горла.

Позади огра один из людоедов вывел на цепи человека-пса и, со скучающим видом, оторвал ему руку.

— А-а-а!

— Проклятые твари! Сдохните все, чтоб вас пропала вся деревня…

Фраза оборвалась.

Огр сжал череп и повернул – голова оторвалась.

Он жевал с треском, хруст костей смешивался с мясом. Раны на теле затянулись прямо на глазах.

Через десять секунд у него вновь выросла новая рука.

А вокруг стояли сотни таких же пленённых людей-псов.

Элина вздохнула, вновь коснулась посохом земли. Теперь другое заклинание.

— Солнечные часы!

Из‑под тени взвился едва видимый луч, тенью пронзив рот огра, пока тот жевал.

Огр лишь вскинул руку – и засмеялся.

Лучи взорвали череп в его ладони, брызги разлетелись.

— Я ведь хотел, — промычал он глухо, — чтобы вы поумнели. Погрелись у костра, выпили, повеселились – разошлись без нервов.

— Мы бы дождались следующей партии авантюристов, вы бы жили спокойно. — Он облизнул зубы. — Но раз не понимаете по‑хорошему – останьтесь, будете питомцами.

Огр сплюнул глазное яблоко, ухмыльнулся. — Вот интересно, каков вкус жреца из Церкви Святого Света? Съем у тебя руку, подрастёт – съем вторую. — Он облизнулся. — Кормить буду хорошо, гулять водить, а если настроение испортится – поиграем. — Он хохотнул. — Через пару лет родятся маленькие огры, сильные, как мы с тобой. — Он смерил её взглядом. — Жаль, ты некрасива: рот маловат, глаза не красные… всё в груди осело. — Он оскалился. — Но да ладно, людоеды не привередливы, и у нас впереди целая жизнь – понравится тебе со временем.

С каждой его фразой лицо Элины темнело. Серебряные зубы скрипели, пальцы на посохе побелели от напряжения.

В руках она держала не просто орудие боя – но и оружие, чтобы покончить с собой, если понадобится.

Уж лучше умереть, чем пережить подобное.

Толпа людоедов сжимала кольцо.

Элина сражалась, отступая, – бой вязкий, напряжённый, каждая секунда на вес жизни.

Вернёмся на десять минут назад.

С другой стороны деревни, в одной из изб, Су Бэй рыскал в поисках улик.

Он уловил скрытый смысл в словах Карла.

Раз все ушли на праздник у костра – значит, дома стоят пустыми.

Для представления достаточно, чтобы Карл был там. Никто не заметит, что двоих не хватает.

Что до безопасности самого Карла…

Книга впервые опубликована на 𝙩𝙬𝙠𝙖𝙣.𝙘𝙤𝙢

Сколько бы ни было людоедов, пока сохраняется негласное согласие не поднимать шум, всё останется спокойно.

Элина наверняка пришла к тому же выводу – уж слишком очевидная логика.

Наверное, она сейчас осматривает другие места, подальше от толпы? Наверное.

Мимолётное беспокойство прошло по груди Су Бэя.

За это время он обошёл несколько домов и собрал достаточно свидетелей и вещей, чтобы доказать: деревня Тишины давно захвачена людоедами.

Доказательств более чем достаточно.

Оставалось лишь уйти живыми и донести всё до Ассоциации авантюристов – и дело можно считать завершённым.

Тогда уже отправят сильных специалистов – профессий второго цикла, чтобы зачистить этот ужас.

Безопасность Моли тоже будет обеспечена.

А другой путь прохождения – крайняя мера, Су Бэй пока даже не рассматривал его.

Ведь предупреждение игры «Не доверяй никому» говорило само за себя.

Все волки.

Ну кто рискнёт врезаться лбом в босса?

Любой игрок знает: прямая атака на босса – самая тяжёлая стадия, нередко оборачивается сценой мгновенной гибели.

Сначала чистят мелких, потом мини‑босса. Так делают даже новички.

Но Су Бэй, опытный игрок, всегда искал короткий путь к победе.

Собрав доказательства, он вернулся к поискам скрытых деталей – решил усилить досье ещё парой пунктов.

Так и наткнулся на старую тетрадь.

Писал не он – судя по записям, принадлежал этот дневник старосте деревни.

И точно, комната соответствовала.

Вдали слышалось глухое эхо – будто где-то началось веселье.

Праздник у костра начался, подумал Су Бэй и открыл первую страницу.

Буквы – вперемешку с пиньинем, но читать не составляло труда.

Первая страница:

«Величайший Господь даровал мне власть вызывать чёрный туман. Он усиливает наших и подавляет чужаков. Благодаря Ему мы смогли занять деревню Тишины».

Вторая:

«Мы молимся. Мы верим. Мы возносим Ему хвалу. Тьма наполняет воздух, мы идём в бой».

Третья:

«Наш Господь велик, милосерден и всесилен. Он научил нас действовать, когда сил меньше, и побеждать, даже если шансов нет».

Четвёртая:

«Мы заняли деревню Тишины. Пленили человеко-псов, развили туризм и построили цепь производства, как повелел Господь».

Пятая:

«Больше нам не нужна сила тумана. Когда он плотнее обычного – значит, Господь подаёт знак к действию».

Дальше пустота. Лист за листом – лишь пятна, каракули, и, наконец, последняя запись:

«Господь вскоре назовёт мне своё имя, примет меня в число избранных. Он – Дьявол. Он – Бог. Он – одна пятьдесятвторая часть Мира. Он – источник силы, не имеющий равных. Он – …»

За последней строчкой – длинная черта, скрывающая имя.

Дальше ничего.

Выглядело как записки фанатика, но между слов проступала страшная правда.

Деревня пала из-за чьей-то воли – существа, способного в одиночку подчинить себе племя людоедов.

А огры лишь фасад, инструмент.

Су Бэй захлопнул тетрадь и выдохнул.

Он ведь хотел обойти этот эпизод стороной, избежать встречи… но судьба вывела прямо на него.

В записях упоминалось особое оружие.

«Обжорство» – демоническое оружие №17, одна из семи страшнейших боевых реликвий демонов. Оно способно усиливать чудовищ и пробуждать в них бездну голода.

Одна способность – возбуждать неистовую жажду еды, подавляя прочие желания. Поглощая эту энергию, оно выделяло черный туман – концентрат дебаффов: истощение тела, маны, духа, внимания.

Даже Су Бэй, переселенец с иными вкусами, вдыхая этот воздух, ощущал аппетит.

А ведь местная еда ему всегда казалась отвратительной.

Вот почему Элина с Карлом не смогли устоять и ели отравленное.

Вторая способность – превращать желание в энергию и питать союзников.

Так рождались целые армии чудовищ.

Третья – суть всех демонических артефактов.

Материализация.

«Обжорство» могло создавать куклу, впитавшую его волю.

В этот момент из‑за двери донесся крик:

— Брат! Брат, Элина в беде! Её окружили людоеды!

Карл влетел в дом, оступаясь на ходу, с лицом, искажённым паникой.

Су Бэй обернулся – и сразу ответил ударом.

Да.

Он выхватил меч.

Серебряный всполох рухнул сверху, заставив Карла замереть. Тот поднял руку, ловя клинок на пальцы, глаза полны недоумения.

— Брат? Что ты делаешь? Зачем?

Су Бэй сменил стойку: резкий горизонтальный взмах последовал мгновенно.

Свист.

Ничего не рассекло – противник был словно стальной. Отдача свела суставы пальцев.

Карла отбросило, он поднялся из‑под завала мусора.

Одежда разодрана, кожа испачкана кровью – но без ран.

Пока он вставал, тело вновь стало целым.

— Брат, так ты третьего ранга? Я-то думал, четвёртого. Хотел ведь отпустить вас по‑доброму. А теперь, выходит, незачем, — сказал Карл, хлопнув ладонью по брюкам и улыбнувшись.

— Угадай теперь, брат, какой у меня ранг?

Материализация «Обжорства» имела силу выше третьего ранга, но до четвёртого не дотягивала.

Почти вершина среди бойцов – без доступа к повторной специализации.

По сути, разницы между таким и четвертым уже не было.

Су Бэй наклонился вперёд, словно натянутая тетива.

Карл покрутил шеей; лёгкость в движениях, ни капли напряжения.

— А, кстати. — Он прищурился. — Почему ты сразу ударил? Ошибки ведь не делал, кажется. Скажи хоть, где прокололся. В награду я оглушу Элину и передам тебе. — Он усмехнулся. — Знаешь ведь, Церковь Святого Света за неё душу продаст, а я бы ещё лет пять пожил в кайф… да увы, не судьба.

Су Бэй, глядя на его спокойствие, не мог уловить мотив.

— Подумай быстрее, брат, — продолжал Карл. — Иначе к моменту, когда добежишь, она будет уже мокрым комком теста. — Он хмыкнул. — Людоеды – племя простое: еда и размножение. Три года – и целая деревня от потомства.

Слова его сопровождал наползающий туман.

Су Бэй сузил глаза.

Слишком много несостыковок. С самого начала он подозревал, но не хотел действовать поспешно.

Теперь думать было некогда.

Следовало действовать.

Он решил довериться Элине.

И потому, не колеблясь, вновь ринулся в атаку.

Нельзя дать Карлу раскрыть своё поле.

Побочные задания могут помочь завершить квест быстрее, а могут и привести к встрече с скрытым боссом.

Невезение – Су Бэю достался именно второй вариант.

Возможно, всё началось с того, что он раскрыл дневник, запустив ключевое событие.

А может, босс с самого начала пришёл именно за ним.

Перед лицом «Обжорства» Су Бэй впервые показал всю свою силу.

Насколько он силён? Этого и сам Су Бэй не знал.

После перехода в этот мир любое умение из «Мира Фантазии», которое он когда‑то учил как навык низкого уровня, теперь осваивалось мгновенно.

И так было со всеми классами без исключения.

Да, он не просто авантюрист третьего ранга, а представитель пяти классов сразу.

Только вот Су Бэй до сих пор не мог провести второе пробуждение и перейти на следующий ранг.

А без пробуждения невозможно раскрыть свою «Особенность» и получить личную силу.

А значит, и путь к четвёртому, пятому рангу закрыт.

Что уж говорить о шестом ранге полубога.

Может, такова плата за универсальность всех классов, а может, дело в чём‑то другом.

Так или иначе, именно это заставило его отказаться от идеи развивать собственную силу и сосредоточиться на прохождении сценария, чтобы просто выжить.

Но в пределах третьего ранга Су Бэй был существом, превосходящим норму.

Если бы он всё ещё находился в игре «Мир Фантазии», то увидел бы, что уровень «Обжорства» застрял на отметке «40», тогда как у него самого был «39» – но с пятью классами за спиной.

Пять классов! Одно это звучит как легенда.

Пять путей – это пять наборов универсальных навыков.

От рейнджера – ловкость и «Орлиный глаз».

От ассасина – ловкость, «Слабое место» и «Низкочастотный взрыв».

От мага – медитация и «Ловкость разума».

От жреца – медитация и устойчивость к негативным эффектам.

От рыцаря – усиленные чувства, базовая физическая и магическая защита.

Плюс целая коллекция усиливающих заклинаний‑баффов всех пяти классов.

Су Бэй не стал забивать голову бесполезными умениями и не учил атакующих техник вовсе. Он овладел лишь тем, что действительно нужно, доведя каждое из них до мгновенного применения.

Стоило ему поднять меч, как десятки низкоуровневых баффов лёгли на его тело один за другим: «Благословение Святого Света», «Ясность ума», «Усиление урона» и многие другие.

Плотный сияющий поток окутал Су Бэя с головы до ног.

Если бы в этот момент перед глазами открылся интерфейс персонажа, то шкалы его характеристик взлетели бы далеко за пределы третьего ранга.

Он чувствовал: даже пробуждённого сейчас сумеет убить собственными руками.

— Эй, слышишь? — Донёсся голос. — Это что, правда?

Улыбка Карла застыла. Он приоткрыл рот, но слов не нашёл.

— Брат, это уже слишком! Выруби всё это, ну правда, послушай младшего, выключай, ага? — Голос его сорвался на нервный смешок.

Карл понимал, с кем имеет дело.

Ни один авантюрист не способен собрать на себе такое число баффов сразу.

Даже когда он сам участвовал в рейдах главным атакующим, столько усилений ему не доставалось.

Какой здравомыслящий воин станет объявлять себя поддержкой?

Авантюрист без атакующих умений – не авантюрист, а шут.

Даже если решишь играть саппорта, кто станет тратить силы, изучая только низкоуровневые баффы? Это ведь удел бездельников.

И ведь для овладения каждым из них нужны недели практики!

Ты обладаешь таким даром и не стремишься к пробуждению? Хочешь умереть третьерангником?

Эти навыки позже всё равно теряют значение.

У Карла язык чесался – столько поводов язвить, что он даже не знал, с чего начать.

Теперь же он жалел.

Очень жалел.

Не следовало подходить к Су Бэю так близко.

Хотел подкрасться, а вышло хуже некуда.

На таком расстоянии даже пробуждённый четвёртого ранга не выдержал бы удара Су Бэя.

Карл ещё попытался улыбнуться, моргнул, замахал руками:

— Брат, недоразумение! Всё недоразумение! Что ты хотел сделать, напомни‑ка?

Он пятился, суетливо шурша сапогами по полу.

В следующее же мгновение его голову отсекло.

Быстро.

Неимоверно быстро.

Увидеть Су Бэя он не успел: сначала мелькнуло лезвие – потом полетела голова.

Без замаха, без подготовки, без задержки.

Карл машинально ощупал пальцами пустоту на шее, а его голова, катясь по полу, «булькала», пока обе руки не подхватили её и не приставили обратно.

Снаружи в дом хлынули чёрные струи тумана, обволакивая его тело и мгновенно затягивая рану.

Через секунды Карл снова стоял как новенький.

Он зашипел от боли, скривился и заорал:

— Брат, это чертовски больно! Почти убило, честное слово, чуть‑чуть не хватило!

Выразительность в лице и жестах зашкаливала.

Су Бэй нахмурился: он знал, что означало «чуть‑чуть».

Марионетки не умирают. Прислужники тоже. Карл мог поглощать энергию «Обжорства» из тел других людоедов и восстанавливаться. Но боль при этом была самая настоящая.

Кому понравится просто стоять и терпеть?

Карл прищурился и наконец достал оружие, процедив сквозь зубы:

— В моих жилах королевская кровь эльфов. Я обладаю высшими талантами эльфийской расы. Не вынуждай меня становиться твоим врагом, брат.

— Неужели ты правда думаешь, что раз я называю тебя братом, то ты и вправду мой брат?

— Я начинаю злиться.

— Сейчас покажу, кто из нас настоящий брат.

Он натянул тетиву, и лук вспыхнул ослепительным светом.

Изящные руны покрывали древко, а само оружие было выковано лучшими дворфийскими мастерами – редчайший артефакт.

— Эта стрела будет очень больной, не говори потом, что я не предупреждал…

Звук растаял.

Су Бэй снова взмахнул мечом.

Он прошёл мимо Карла – их силуэты пересеклись.

Десятки клинков света изрезали тело Карла на множество кусков.

Су Бэй спокойно повернулся к окну: чёрный туман уже собирался обратно, слизью стекая к разрозненным кускам плоти, стягивая их воедино.

С такой скоростью скоро вновь появится целый Карл.

Убить невозможно.

Слишком хлопотно.

Тратить время на это Су Бэй не собирался.

Он лишь встряхнул клинок, стряхнув с него кровь, и направился к выходу.

Туман расползался стремительно.

Пока длился бой, вся деревня Тишины уже погрузилась в него с головой.

Внутри тьмы видимость почти исчезала.

Обычный человек не различил бы даже вытянутую руку.

Даже Су Бэй, обвешанный баффами, видел не дальше десяти шагов.

Но он ощущал впереди слабый источник света.

С каждым мгновением сияние меркло, словно пламя свечи, догорающее на последнем дыхании.

Для Элины это и было последним дыханием: она жгла остатки маны, и то, что до сих пор держалась, уже казалось чудом.

Только вот пользы от этого мало.

Она убила десятки людоедов и теперь стояла на пределе.

Не её вина – жрица никогда не была бойцом. Для поддерживающего класса подобное достижение впечатляло.

А для Су Бэя всполохи её свящённого света напоминали маяк: каждый такой навык светил издалека, указывая путь.

Эта искра помогла ему сориентироваться.

Что до людоедов, преграждавших дорогу… они были всего лишь бумагой.

Су Бэй, как стрела, прорвал кольцо из тысяч врагов, разметав его в клочья.

На миг движение замедлилось…

… но, увидев, как вдали свет Элины едва вспыхнул и почти погас, Су Бэй перехватил дыхание и рванул вперёд.

Быстрее, ещё быстрее, всё стремительнее.

С вершины гор, что обнимали деревню, можно было увидеть: тьму перерезала одна-единственная линия, будто чернильное поле рассек меч.

Мгновение – и Су Бэй достиг центра.

Он остановился напротив Элины, тяжело дыша.

— Ты… зачем ты всё ещё здесь?

Элина стояла с поднятой рукой. Перед ней мерцал бледный световой щит, сдерживающий натиск идущих из тьмы людоедов.

Хорошая реликвия – вероятно, её тайное сокровище.

Теперь же заклинание почти иссякло, оставив лишь прозрачный контур, кажущийся готовым рассыпаться.

Она открыла в щите щель, впуская Су Бэя внутрь.

Маной была полностью истощена; даже голова гудела, и привычная собранная маска едва держалась.

Заметив окровавленного Су Бэя, она удивлённо моргнула и устало улыбнулась:

— Стой рядом, когда «Защита Святого Света» спадёт, я восстановлюсь и попробую сделать последний рывок.

— Я вытащу нас обоих. Потом ты беги один. Возьми мой перстень, отнеси его в Церковь Святого Света и передай, что случилось здесь. Только постарайся, чтобы тебя не заподозрили.

Говорила она как будто прощаясь. Следы крови тянулись за её каждым шагом.

Сняв посох, она протянула ему деревянное кольцо.

Су Бэй принял и коротко ответил:

— Да.

Элина продолжила, словно не расслышала:

— Куда ты делся раньше? Я думала, сбежал. А оказывается, был рядом? Тебе ведь стоило уйти. Сейчас не выбраться – повсюду людоеды. Неверится, что на самой границе империи Дузе может существовать целая деревня этих тварей.

— Да. — Только и смог сказать Су Бэй.

— Терпеть это не могу. Знаю, что правильнее было бы отступить, привезти подмогу. Но когда вижу, как они обращаются с людьми, как со скотиной, не могу просто стоять и смотреть.

— Все говорят: в смутные времена первыми гибнут святые. Но ведь сейчас не смута… Почему же мне всё равно суждено умереть?

— Да. — Кивнул Су Бэй, соглашаясь бездумно. Она, в общем-то, говорила разумно.

Элина знала, что говорит.

— Не понимаю! Ассоциация авантюристов просто зря ест свой хлеб? Солдаты у границы Города Зимнего Солнцестояния хоть раз заглядывали сюда? Если это войско людоедов выдвинется, сколько людей погибнет?!

— Почему так?!

— Да. — Снова кивнул Су Бэй, глядя, как её взгляд мутнеет, а голос становится бессвязным.

Она измоталась до предела, мысли вихрем рвались наружу, и язык не поспевая выдавал всё, что приходило в голову.

Пока световой барьер таял, она остановилась, выпрямилась, перехватила дыхание.

— Приготовься. Сейчас я отдам всё, что осталось, прорву оборону. Увидишь просвет – беги. Изо всех сил. Понял?

— Да. — Покорно ответил он.

— Ну а ты сам не хочешь хоть что‑нибудь сказать? — Прошептала она, нахмурившись.

— Да.

И терпение её лопнуло. В голове вспыхнула мысль: ну пусть, всё равно умирать!

— Ты что, издеваешься?! — Взорвалась она. — Да чтоб тебя! Неужели трудно сказать хоть слово, тупой ты боров! Я тут умираю, а ты…

Фраза захлебнулась кровью – Элина потеряла сознание, захваченная собственным гневом.

Тело дёрнулось и рухнуло прямо на руки Су Бэю.

Он поймал её.

Спина у неё мягкая, но кожа горела, словно огонь внутри плавился в каждом движении.

Он заметил это ещё при встрече – она сжигала себя. Подготовка к последнему заклинанию.

Чем дольше вступление – тем мощнее удар. И тем неизбежнее конец.

Если только не вмешается нечто особое.

Потеря сознания тоже особое.

Су Бэй тяжело вздохнул, разорвал плащ на ленты и привязал её за плечи к собственной спине.

Плащ три года служил верой и правдой, и вот пришёл его час.

Вдалеке, поднимаясь над толпой людоедов, Карл восседал на троне, который несли четверо из них.

Перед ним стоял огр‑людоед, сжимая каменный дубин в руках и сверкая злым взглядом.

Похоже, бой не обещал лёгкости.

Су Бэй не был неуязвим. Прорываясь сюда, он вымотался до предела.

Но в деревне туман только густел.

Он должен был найти равновесие между задержкой дыхания, чтобы не вдохнуть тьму, и сбережением сил.

Одним махом решить схватку – но при этом не истощить себя насмерть.

Людоеды двинулись стеной, без разогрева – сразу в полную силу.

Су Бэй чуть отклонился, уходя от удара на волосок, и, скользнув по воздуху, ответил плавным, почти изящным взмахом клинка.

Он не бросился к Карлу и огру напрямую.

Он плыл по битве, как по волне, не гонясь ни за кем, оставляя после себя каскад мертвецов.

Плывя по течению.

И именно тогда Карл прищурился, получив от тумана какое‑то послание. Резко обернулся – глядя вдаль, за пределы гор.

Он ничего не увидел, но чувствовал чужой взгляд.

И не ошибся.

Высоко на горе стояла девушка с лисьим хвостом, глядя на деревню через подзорную трубу.

Она была лиса-красавица с мягкими, но решительными чертами лица и лёгким изумлением во взгляде.

— Кто он такой? Почему оказался тут и устроил весь этот бедлам?

— Разве Всезнающий ангел не говорил, что магическое орудие в итоге попадёт к Владыке демонов?

— Выходит, Всезнающий не такой уж всезнающий.

— Ха‑ха, ну и ладно. Постою здесь дольше – ещё засекут. Пора назад.

— А заодно высмею Всезнающего.

Она фыркнула, махнула хвостом и ушла, оставив бой позади.

В деревне схватка шла к концу.

Долго она не тянулась.

Су Бэй двигался без суеты, но косил врагов с чудовищной скоростью.

Три трупа в секунду – не меньше.

Через пять минут всё поле устлали тела, потоки крови стекали в глину.

Туман растворился.

Жажда, взвинченная кровью и бойней, угасла. Даже огр отступил.

Вокруг Су Бэя осталась пустая площадь.

Карл нахмурился и произнёс:

— Брат, ты своё кровавое шоу уже отыграл. А теперь, может, возьмёшь свой груз на спине и пойдёшь? Я прикрою и даже гарантирую счастливый путь.

— Брат, послушай младшего, остановись, ладно?

（Слияние двух сцен завершено）

— Брат, ты и вправду мой брат.

— Умоляю, не тронь больше, ладно? Уйди, пусть всё закончится по‑доброму. Встретимся потом – ты снова брат, я снова младший брат, и всё будет по‑старому.

Карл говорил с искренностью и болью.

Су Бэй кивнул и ответил сухо:

— Да.

Он выдохнул и глубоко втянул воздух.

Задохнулся туманом – будто вдохнул что‑то дурманящее: в голове закружилось, веки потяжелели.

Даже Карл показался вкусным.

Он усилием воли подавил приступ, отметив про себя: не зря «Обжорство» – имя громкое, даже вдыхая его миазм, третьерангник теряет разум.

Теперь вокруг остались лишь редкие уцелевшие: людоеды старше второго ранга полегли, огр без дыхания валялся у ног, остальные разбежались, попрятались кто в домах, кто в оврагах.

Из укрытий они смотрели на Су Бэя как на демона во плоти.

Он стоял в центре, с мечом, холодный и молчаливый, глядя прямо на Карла.

— Брат, видишь, мне нечего сказать. Хочешь – убей, не стану сопротивляться. Признаю поражение, — ровно сказал Карл, поднимая руки.

Он вроде смирился – но Су Бэй знал: тот и смерть подделает, стоит отвлечься.

Он махнул мечом и добил двух людоедов, что притворялись мёртвыми у его ног.

Тело Карла дёрнулось – страх пробрал его до костей.

— Брат, ты же понимаешь: убьёшь всех – мне-то что? Не устал махать? — Карл сглотнул. — Может, я стану твоим заложником? Авантюрист ты или нет – меня одного достаточно, чтобы оправдаться, верно?

Он рассеял туман, показывая покорность.

Но Су Бэй покачал головой:

— Обжорство, ты лишь дух оружия. Мне нужен сам меч.

Карл усмехнулся, словно и ожидал этого:

— Вот как. Странно только – я ведь последний раз пробуждался ещё во времена Войны богов и демонов. С тех пор прошли века, втрое больше, чем тебе лет. Почему ты знаешь обо мне?

— Так вот зачем ты пришёл. Значит, ловушка была для меня.

Су Бэй нахмурился.

Никто не охотился на Карла. Он просто расчищал путь Моли и случайно наткнулся.

Объяснять это не хотелось. Всё внутри было выжато.

Он кивнул:

— Да.

— Так, так… — Карл поджал губы. — Ты из какой силы? Магистр демонов? Ангельский легион? Или, может, оставшийся Герой?

— Нет, погоди… ты не из Империи, верно?

Он судорожно перебирал в памяти события Рагнарека: тогда не было никого столь безумного.

— Неужели ты из… — договорить не успел.

На лице мелькнул ужас, и он хрипло рассмеялся.

Су Бэй ничего не понял. «Какой ещё покровитель? За спиной-то у меня никого нет… хотя… за спиной действительно кто-то есть… Элина?»

Он задумался.

Тело наливалось усталостью, разум притупился. Магические баффы высосали всю энергию, и теперь накатила отдача.

Он будто выжат до капли.

Осталось лишь одно желание – поесть и лечь спать.

Домой. Успеть к рассвету. Встретить Новый год с Моли.

Сходить за мясом. Купить что‑нибудь сладкое. Может, даже фрукты.

Не знал только, клеят ли тут парные надписи. Если нет – сам нарисует.

Интересно, как там Моли?

Мысль о доме накрыла Су Бэя волной.

На вопрос Карла он не стал заморачиваться и машинально кивнул ещё раз:

— Да.

Он даже не услышал, что тот сказал. Всё плыло перед глазами.

Глядя поверх Карла, он отметил тлеющие угли костра, где горели соломенные клочья.

Там, под ими, скрывалась статуя – из камня, потемневшего от дыма.

Огонь пожирал её лицо.

Если бы не присмотреться, никто бы не догадался, что в статуе запечатано само «Обжорство».

Су Бэй поднял меч.

Камень раскололся, и на свет показался чёрный, как бездна, клинок – демоническое оружие.

В ту же секунду лезвие рассекло Карла.

Он рванулся к мечу, вцепился и выдернул его из камня.

Мясные ошмётки вокруг судорожно зашевелились, задышали, собрались обратно… и замерли.

Всё оборвалось.

Наступил рассвет.

Су Бэй повесил меч на пояс, поправил на спине сползающую Элину и направился к дому.

— Брат, как ты догадался, что со мной что-то не так? Я же и виду не подал.

— Каждый раз, как туман, ты засыпаешь.

— Тут я бессилен, брат, дистанция до тела слишком велика. Чтобы связаться, нужен сон. Только во сне я могу достучаться до себя настоящего.

— Но и этого мало, чтобы заподозрить.

— Да.

Су Бэй кивнул, раздражённо вздохнув.

Проходящие мимо авантюристы бросали странные взгляды: он шёл по дороге один, с женщиной без сознания за спиной – и переговаривался в пустоту.

Но внимательный слух мог уловить, что второй голос звучит от его пояса, из меча.

Головная боль возвращалась. Он считал, что избавился от болтливого Карла, но ошибся – тот вернулся в ином облике.

Да, демоническое оружие «Обжорство» и был Карл.

— Ну расскажи, брат! Интересно же! Как именно ты понял? — Не унимался меч. — Давай, а я, в благодарность, скажу, где лежит «Похоть». С твоими манерами и моим аппетитом, плюс ей – втроём будем непобедимы!

— Хе‑хе‑хе…

И ведь в какой‑то мере он был прав. Когда‑то игра «Мир Фантазии» создавалась для гурманов жанра галга‑игр: главным героем всегда выступал мужчина, а женских персонажей было море.

Стимул, удовольствие, погружение – разработчики знали рецепт успеха.

Цензура удержала проект от превращения в откровенный хентай, и всё же ставку делали на сюжет.

Хотя сюжет был откровенным мусором.

Но теперь Су Бэй не игрок. Для него это – реальность.

Попади кому‑нибудь в руки оружие «Похоть», и история действительно могла бы свернуть на крайне пикантную дорожку.

Су Бэй невольно ушёл в мысли, пока «Обжорство» наяривал без остановки, и только потом очнулся от его воплей.

— Ну, брат, расскажи! Будь человеком, удовлетворишь моё любопытство – я тебе помогу!

— Вместе мы – сила!

Су Бэй вздохнул.

Он не собирался сотрудничать с демоническим оружием – этим врагом человечества по сути. Но пару слов в обмен на тишину по дороге – разумная сделка.

Вокруг никого. Он раздумал немного и заговорил.

— В первую ночь трактирщик взял не тебя, а студента из толпы. Это показалось мне странным.

— А что тут странного? — Вмешалось «Обжорство». — Я, может, ростом под два метра, а тот ученик мелкий и слабый. На кого нападёшь? Естественно, на того, кто проще… может, у трактирщика просто своя, так сказать, любовь к мальчикам, а?

Су Бэй бросил на меч тяжёлый взгляд. Тот умолк.

— Они действовали слаженно. В тумане логичнее убить сильнейшего. Но трактирщик будто нарочно тебя проигнорировал.

— Ну ладно, пусть так. Но ведь этого мало, чтобы во мне сомневаться!

— Не только это. Пока ты рядом – людоеды спокойны. Уходишь – сходят с ума.

— Где ты – там туман.

— Ты называешься бардом, но пьёшь и ешь без страха отравления. Опыт у тебя вроде огромный, а осторожности – ноль.

— Ты знаешь всех в деревне, но не подозреваешь, что они людоеды.

— И наконец, самое важное – тебе удалось собрать всех жителей на одну ночь у костра. Это был твой звонок. Значит, деревня принадлежала тебе.

«Обжорство» помолчало, а затем фыркнуло, подружески:

— Ну надо же, настоящий умник. Хотел ведь вас предупредить, чтобы ушли. Честно.

— Не думал, что ты наоборот всё перевернёшь и чуть весь мой дом не вынесешь.

— И кто б знал, что та тупая груда мяса у тебя на спине решит взорваться и доведёт дело до апокалипсиса!

— После чего… ну, вышло, как вышло. Я не хотел воевать, правда, мне от этого никакой пользы.

Быть может.

Сказать, лжёт он или нет, Су Бэй не мог.

Лицо оставалось безмятежным, но внутри зрело странное чувство: казалось, Карл с самого начала преследовал именно его. С первой встречи в таверне.

Сценарий будто был продуман заранее. Его заискивание – не маска ли?

Су Бэй не заметил, как клинок на поясе прижался теснее.

Если бы меч вновь обрёл человеческий облик, то стоял бы рядом Карл, втягивая с наслаждением запах Су Бэя.

Запах, от которого ломило сознание – знакомый, пугающе сладкий.

Да, это он. Запах Владыки демонов.

Теперь всё иначе. Теперь я первый. Теперь я главный.

Клинок дрогнул от восторга, припрятав свой трепет.

Он ещё не понимал, какая судьба ждёт его впереди.

После долгой дороги Су Бэй наконец добрался до своей хижины.

Обратный путь он прошёл быстро, и, когда переступил порог, солнце ещё не скрылось за холмом, хоть небо уже начинало темнеть.

Словом, день клонился к закату.

Моли обещала вернуться к Новому году, но её всё не было.

В пустом доме никто не появлялся, на столе у изголовья тонким слоем легла пыль.

Что до Элины, Су Бэй без раздумий оставил её в сторожке у ворот академии.

Домой приводить – даже речи быть не могло.

И не только потому, что одинокий мужчина и женщина вызвали бы пересуды – сама атмосфера между ними была какой-то раздражающе неловкой.

Страх перед чужими у него стал привычкой: Су Бэй и Элина едва знакомы.

В конце концов, всего-то полтора дня знакомы.

Пока нёс её на спине, чаще всего забывал, что за плечами вообще человек, и потому впечатлений не осталось.

А уж потом – и подавно.

Реальность ведь не игра: персонажи из любимых аниме в трёхмерном мире теряют всю прелесть.

Покорять кого-то? Уже не имеет смысла.

Он спас ей жизнь – значит, рано или поздно долг вернётся.

Мораль и принципы Церкви Святого Света заслуживают доверия. Эта церковь – будто сетевой маркетинг: каждый служащий в ней мечен светлым ореолом святости.

Сострадание – по умолчанию, а привычка «взял – верни, не оставайся в долгу» идёт бонусом.

Главное, что уговаривать их легко.

В дневнике ту строчку с именем Элины Су Бэй обвёл кружком, подписал сбоку «покорена» и даже добавил комментарий в скобках.

Он распахнул окно.

Ветер и снег подняли пыль, метнули её на лицо Су Бэя, холодом резанули по коже.

Это хоть немного протрезвило.

Затем он сел за стол и начал записывать сведения об «Обжорстве».

Кстати, «Обжорство» он забросил в груду хлама, рядом с кастрюлями и ржавыми сковородками.

Не боялся, что кто-то утащит – дом у него развалюха, и никто туда не сунется рыться в мусоре.

Разве что из страха наткнуться на вонючий носок или дохлую мышь.

К слову, ничего подобного в доме нет.

Су Бэй потёр заледеневшие уши и чуть прикрыл окно.

Ветер поутих – стало терпимо.

С тех пор, как он отошёл от «Обжорства», голос меча ни разу не прозвучал.

Так что уши отдохнули.

Возвращаться к нему Су Бэй не собирался: использовать нельзя, разрушить тоже не выходит.

Кто вообще оставил «Обжорство» в деревне Тишины?

Или оно там изначально было запечатано?

Закончив запись, он устало поднялся, взял две серебряные монеты и вышел наружу.

Когда вернулся, в руках у него были пакет с мясом, другой с фруктами и бутылка сока.

Мясо – утка. Дороже курицы, но на праздник можно позволить.

Фрукты – яблоки, мандарины и бананы: в районе Цюй других просто не найти. За чем-то получше пришлось бы ехать в район Хуа, а туда без документов не пройти.

Су Бэй был в Городе Зимнего Солнцестояния без прописки, а значит – формально никто.

Чтобы попасть в Хуа, нужны были бумаги и разрешения, а он не хотел связываться с бюрократией.

Он аккуратно разложил фрукты, достал сковороду и начал жарить мясо.

Город Зимнего Солнцестояния – пустыня для гурмана, да и весь этот мир, по правде, тоже.

Наверное, потому, что в «Мире Фантазии» вообще не было прописано понятие еды – оттого и здесь всё безвкусное.

Ни до заказов в доставке, ни до его собственных блюд не дотягивает.

Но он не придирчив: ест, что есть.

Хотя раз праздник – нужно хоть немного ощущения праздника.

Не сложно, но давно он не стоял у плиты, пришлось вспомнить движения и потратить время.

Когда всё было готово – мясо с зелёным перцем, тарелка фруктов, две чашки апельсинового сока.

Времени ещё оставалось. Моли так и не возвращалась. Может, просто не до того.

Да и ладно.

Полмесяца вместе – расставание на пару дней и уже чужие.

Так всегда бывает.

Су Бэй, едва ослабевший от сна, смежил веки.

Давно не спал как следует.

Так и уснул, глубоко и без сновидений.

Не знает, сколько времени прошло.

Пока снаружи не послышались «топ-топ-топ» – лёгкие, весёлые шаги.

— Я вернулась. →

Дверь скрипнула едва слышно – будто котёнок осторожно разрывает пакет с кормом и, неуверенно, просовывает голову внутрь.

— Господин Су Бэй?

— Э? Ой… ой-ой! — заметив, что он спит, Моли поспешно прикрыла рот, выдохнула приглушённое «м-м», потом на цыпочках вошла в дом.

Обернувшись, тихонечко притворила дверь и только тогда повернулась снова – рассматривала Су Бэя.

Он сидел, подперев лоб рукой, как ученик на скучном уроке, клонился вперёд, дремал, кивая – на это невозможно было смотреть без улыбки.

Моли удивлённо приблизилась.

Но, подойдя ближе, вдруг нахмурилась, снова шагнула. Что за…

От него шёл густой запах лакрицы – видно, недавно мылся, – но поверх этого чувствовался другой, металлический, едкий – кровь.

— Ох… — она невольно прижала ладонь к губам, мысли закружились вихрем.

Где он был? Что делал?

Диапазон широкий: от «убил кого-то» до «зарезал гуся к празднику».

Моли сглотнула и вдруг услышала едва различимый шёпот.

Кто меня зовёт?

Она распахнула глаза, подняла голову – не Су Бэй: звук шёл из-за спины.

Осторожно развернувшись, подошла к источнику – шаг за шагом, на цыпочках.

Из груды хлама?

Она наклонилась, заглянула в ворох кастрюль и мисок – и никого.

Значит, показалось. От усталости, конечно.

Да, она же последние дни почти без сна – готовилась к финальному экзамену, осилила наконец заклинание второго ранга.

И всё это время отдыхала только, помогая Алише в кондитерской…

Вздохнув, Моли глянула на дремлющего Су Бэя, подхватила платье и присела напротив.

И – так не рассчитал, завалила его спину. Тот очнулся, моргнул, уставился на неё.

Подумав секунд пять, кивнул.

— Привет.

Моли только руками всплеснула. Вожделенная встреча – и начинается вот так? Где эмоции? Разве мы чужие?

— Господин Су Бэй, вы… не скучали по мне?

Нет, конечно. Полмесяца знакомы, не виделись два дня всего.

Он помотал головой, потом, решив, что так нехорошо, добавил неуверенно:

— Немного.

— Лучше бы молчали! — Обиженно надула щёки Моли.

Он послушно замолк, и между ними снова повисла тишина.

Для Су Бэя день был таким же, как позавчера: просто ещё одно хлопотное дело. Хлопотное – где-то между «встать с постели» и «убить магистра демонов».

Но молчание только злило Моли.

— Господин Су Бэй! О чём вы задумались?

— О своих мыслях, — честно ответил он.

— Я же не вопросом говорю, я – это… — она запуталась в словах, щеки вспыхнули.

Ей было радостно снова его видеть. С ним она ощущала что-то редкое – бескорыстное, тёплое. Такое бывает только с матерью.

Как будто он… воспитывает её?

И чем дальше думала, тем жарче разливалось внутри. Взгляд стал смущённым, почти пронзительным.

𝟨𝟫𝙨𝙝𝙪𝙭.𝙘𝙤𝙢

К тому же сейчас, казалось, он ещё мягче к ней относится. Только вот говорить по-прежнему не умеет…

— Голодна? — Он посмотрел на её пустой взгляд, кивнул в сторону стола. — Ешь.

Ну вот. Это и есть настоящий Су Бэй.

Холоден снаружи, но добр внутри.

Моли сама себя успокоила и тут же улыбнулась, взяла палочки, попробовала кусочек.

— Э!? — Вскрикнула она, как только вкус ударил по рецепторам, и её белая прядь дыбом встала. — Это откуда!?

Су Бэй приоткрыл глаза, с любопытством уставился на её вздыбленную «антенну».

И правда, настоящая «дэ-ахо» – не к добру.

Наверное, у Аманьлы в академии успела привести волосы в порядок, потому и вид теперь такой ухоженный: одна прядь выдается наружу, будто колос.

И вот теперь она дерзко торчит вверх.

— Купил. — Он ответил и, заметив, как прядь колышется, уточнил:

— Настроение хорошее?

Моли сощурилась от удовольствия. — Хорошее. Очень вкусно. Даже в столице не ела ничего подобного. Где купили?

— В четырёхстах метрах на восток. — Он следил глазами за её прядью – вверх-вниз, вверх-вниз.

— Замечательно! — Кивнула она, проглотила, но вдруг удивлённо подняла брови. — А там вообще готовят?

И прядь у неё тут же изогнулась, как вопросительный знак.

— Нет.

Он задумался, опершись щекой о ладонь. Магическая реакция? Возможно, это проявление источника маны, а не просто причёски?

— Не готовят? Тогда кто же? — она замерла. Глаза округлились, палочки застылли в воздухе.

Ответ был очевиден, и Су Бэю даже не пришлось говорить.

— Господин Су Бэй, вам… я в тягость? — Тихо спросила она, и даже «антенна» поникла, изображая (눈_눈).

— Нет, — удивился он.

— Тогда почему, если готовите так вкусно, кормили меня лепёшками без вкуса!? — Голос дрогнул.

— Слишком хлопотно. — Он говорил спокойно.

— Я так и знала! — Она уткнулась взглядом в пол.

— Готовить хлопотно. — Поспешил уточнить он.

Она вскинула на него большие глаза, синеву которых блестели слёзы. Не моргая, смотрела в упор.

Милая.

Необыкновенно милая.

Он не удержался – отвёл её прядь, потрепал по голове.

Моли застыла. Даже забыла вдохнуть. Это был первый раз, когда он коснулся её сам.

И будто в эту секунду между ними стало ближе. Или просто они сами стали ближе.

В небе раздался грохот. За окном вспыхнули огни.

Новый год.

(Изначально думал оставить сцену под само празднование, но не стоит тратить на неё лишнюю краску.)

Семья Уинзор.

— У-у-у, Алиша… сестрёнка опять не вышла замуж! — Аманьла вцепилась в младшую, всхлипывая у неё на груди, выплакивая очередное разочарование года.

— Не расстраивайся, сестра, — мягко гладила её по спине Алиша. — Ты замечательная. В следующем году обязательно найдёшь своего человека.

— Правда? — Оживилась Аманьла.

— Конечно. — Алиша улыбнулась, и та тут же всхлипнула сильнее:

— Ах, Алиша, ты мой ангел…

【Запомните наш адрес – лучший портал тайваньских романов. Twkan. Com】

…

Академия Линдун.

Зал заседаний совета попечителей.

Редкий случай – все четверо на месте.

Директор, Канвэн Котт, занял главное кресло. Постучал соединёнными пальцами по столу и строго произнёс:

— Стивен, убери бутылку. Мы на совещании.

Стивен – завхоз, бывший лучший ассасин империи Фран, тот самый, что однажды покушался на Королеву эльфов и остался жив; ныне почётный гражданин Дузе.

Он криво ухмыльнулся, пожал плечами, спрятал флягу.

— Одри, перестань вертеть хвостом. Смотри на меня.

Одри, лисица-полуразумная, заведующая старшими курсами, последняя из «святых меча» старого мира и, по слухам, связанная контрактом с одним из ангелов.

Одри рыкнула, оскалилась, но подчинилась – плюхнулась грудью на стол.

— София! София! Чёрт побери, слушаешь ты меня?! — Канвэн обернулся к третьей. — Брось бумажки, это совещание.

София, куратор младших классов, автор магических формул, преподававшая Моли, ныне священник и учёный.

При его крике она просто плотнее вставила затычки в уши и продолжила чертить уравнения.

Команда была впечатляющая: святой рыцарь Канвэн, Повелитель теней Стивен, святой меча Одри и святой пастырь София.

Легендарная четвёрка в захолустье вроде Города Зимнего Солнцестояния выглядела почти издевательски.

Империя Дузе не допустила бы такого объединения в столице – слишком опасно.

В конце концов, восстань они, государству не устоять.

Теперь все четверо сидели вокруг овального стола и обсуждали одно – деревню Тишины.

— Одри, ты там была. Что видела? — Начал Канвэн без прелюдий.

— Су Бэй интересный. Но в пределах нормы. Возможно, стоит наблюдать. Не уверена, что надо вкладываться. Хотя… любопытный он.

— Стивен, ты с ним контактировал. Можно ли исправить его аномалии? — Спросил Канвэн, переводя взгляд.

— Нет, — тот мотнул головой. — Он странный. Не прошёл ни одно церемонии богопосвящения. Ни один бог не дал ему благословения.

— Значит, и путь пробуждения закрыт… — Канвэн нахмурился. — Такого не бывает. Любой с потенциалом – хоть младенец – имеет тропу пробуждения.

Он постучал пальцем по столу, перевёл взор на Софию.

— Есть ли шанс, что он просто… появился внезапно, из ниоткуда? — Спросила она спокойно, извлекая наушники.

— Других идей нет? — Тихо уточнил Канвэн.

→

— Есть, — сказала София, записывая на листке формулу. — Того бога, что даровал ему благословение, больше нет в живых.

— Чтоб меня… — выругался Канвэн, хмурясь. — Тогда уж проще признать его пришельцем извне.

— Теоретически возможно, — кивнула София. — Мы ведь многое не знаем. Я всего лишь пятый ранг.

Она подвела итог сказанному Стивеном:

— Сложно. Проще отказаться.

— И всё? — Канвэн не унимался.

— Это всего лишь предсказание, — спокойно ответила она. — Ошибка у Пророков случается в одной трети случаев. Не критично.

— Хотя возможность пробуждения всё же есть, — добавила София, не поднимая головы.

— Говори, — коротко бросил Канвэн. Он уже чувствовал, что решение будет дьявольски тяжёлым.

— Пройти пять уровней Магической башни и получить её признание.

Канвэн скривился:

— А если одну?

Взгляд Софии на него был таким, будто она видит шимпанзе, решившего решать интегралы.

— Та штука вообще не для людей, — буркнул он. — Я в третьем ранге входил туда и выползал на карачках, чуть не потерял веру в себя.

Башня, чуждый артефакт, повторяла силу богов их юных времён, ограничиваясь третьим рангом. Испытание было открыто лишь тем, кто слабее.

Даже победители получали жалкие осколки знаний, вроде простой техники меча – и лишь за прохождение пяти этажей.

Десятый этаж приносил вторую часть, дальше каждые пять – новую.

Всего двадцать пять. И лишь единицы доходили до пятнадцатого, дальше сил не хватало.

Полубоги не связывались, сильные считали бессмысленным, а отважные авантюристы возвращались с пустыми руками.

— Может, отправим его туда? — Предложил Канвэн, посмотрев на Стивена.

— Меня спрашиваешь? — Тот усмехнулся. — Он парень толковый, но если ты его угробишь, родить себе нового не сможешь.

— Думаешь, я похож на твоего сына? — Взорвался Канвэн.

Стивен промолчал.

— Зато у нас есть повод: королевская дочь Дузе собирается туда же с группой молодых талантов. Пусть Су Бэй прицепом идёт. В крайнем случае, кто-нибудь его подлатает. — Канвэн перевёл взгляд. — София, возглавишь наблюдение?

Она даже не подняла глаз, но через мгновение кивнула.

— Три месяца на исследования и десять золотых монет сверху, — пообещал Канвэн.

После паузы София нехотя одобрила.

(Переходная глава.)

По сути, «Новый год» – это одна секунда, когда небо вспыхивает и гаснет, оставляя лишь тёплое эхо в сердце. ░▒▓█► – ═ ═ – ◄█▓▒░

Но это был первый Новый год Су Бэя в этом мире – настоящий, прожитый.

И в этом была своя значимость.

Они с Моли сидели бок о бок, смотрели сквозь окно, как над Городом Зимнего Солнцестояния расцветают залпы.

Главный фейерверк шёл от района Хуа, от Уолл-стрит, а в Цюй – лишь редкие, одинокие вспышки.

Моли широко раскрыла глаза, в них плясали огоньки.

В столице таких не было – там фейерверки колдуют магией: красивее, но без звука, без реального взрыва.

Тихо, спокойно. Может, и хорошо так.

Су Бэй наблюдал, как с каждым громким залпом её «антенна» дрожит, и усмехался про себя.

Редкий момент спокойствия. Выражение лица у него тоже смягчилось. — Купим? — Спросил он.

— В следующем году. — Тихо ответила она.

— М-м? — Переспросил он.

— В следующем, — улыбнулась Моли. — Давайте встретим его вместе, господин Су Бэй. И сами запустим фейерверк.

Он замирает. Эти слова он уже слышал.

«Будем на связи после выпуска», – говорили школьные друзья.

«На каникулах увидимся» – обещали одноклассники.

«Встретимся на вершине» – кричали выпускники на прощальном банкете.

И всегда финал один – связь обрывается.

Так что для него «в следующем году» звучит как «больше никогда».

Если молчать заранее – не будет боли от разочарования.

Но всё же он улыбнулся и кивнул:

— Как должно быть.

Так закончился их праздник.

Он не собирался идти в гости – и никто бы не пришёл к нему.

Прошла ночь. Комната осталась прежней, разве что кровать теперь двухъярусная: внизу он, наверху Моли.

Поздно ночью, когда усталость свела веки, они разошлись спать.

Су Бэй лёг внизу, чтобы при любой опасности первым реагировать.

Когда дыхание Моли стало ровным, он и сам уснул. Крепко, без снов.

Ночь угасала. Скоро рассвет.

Моли ворочалась, глаза то открывались, то смыкались. Что-то тревожило. Она тихо спустилась вниз.

Су Бэй спал без движения. Девушка подошла к куче хлама, нахмурилась.

Откуда этот странный зов?

Она присела, вглядываясь в груду никчёмных вещей, и заметила рукоять меча.

Рука потянулась раньше, чем успела подумать.

Это он?

— Госпожа… великая госпожа…

В тот же миг «Обжорство» содрогнулось, словно в судорогах, и само подалось вперёд, укладывая рукоять в её ладонь.

Моли взвизгнула, не успела даже выпустить.

— Госпожа! Будущая Королева! Это я, «Обжорство»! Я нашёл вас! Дождался!

Волны тёмной энергии потянулись к её телу, струились в ладонь.

В мгновение ока худенькая фигура вытянулась, плечи расправились, а черты лица заострились, становясь опасно чарующими. Сила внутри остановилась на втором ранге, разум вспыхнул вспоминаемыми, как будто врождёнными, заклятиями.

Моли обмерла. И тут же со всей силы швырнула меч обратно. Грохот кастрюль прогремел по комнате.

Тело мигом вернулось к прежнему росту; лишь непослушная прядь крутилась над головой, выдавая внутренний хаос.

Процессор, как говорится, сгорел.

Су Бэй проснулся от шума, перевернулся на бок, посмотрел на Моли.

— Дом рушишь? — Спросил он.

— Господин Су Бэй… всё пропало… я всё испортила… — сипло выдохнула она, дрожа. — Меч… он… заговорил! Передал мне… что-то странное…

— Я превращаюсь в демона! — Воскликнула она. — Если я стану чудовищем, прошу, ударьте не слишком больно…

— Нет, подождите, — поправилась. — Лучше сильно! Чтобы сразу умереть, вдруг начну творить зло…

Губы дрожали. Она думала о том, как хрупкое счастье рушится после стольких испытаний. Почему в доме лежит такая опасная вещь? Почему – прямо среди посуды?

Су Бэй пропустил мимо ушей драму, быстро выделил из слов главное.

В комнате висел лёгкий чад «Обжорства». Он прищурился, заметил в воздухе чёрные струйки.

— Голодна? — Спросил, уже поднимаясь.

Он подошёл к очагу, разжёг пламя, подогрел остывшую еду.

Если меч впитал в неё энергию, аппетит – естественная реакция.

— Э? Сейчас не время думать о еде! Хотя… есть правда хочется, — пробормотала она, смирившись со своей судьбой и садясь на кровать. — Всё равно умру.

— Это магический меч, — сообщил Су Бэй, не поднимая глаз. — Злой, но не глупый.

— Ага… — выдохнула Моли. Смертный приговор звучал буднично, и от этого даже спокойнее.

Он подал тарелку. — Не бойся. Ничего не будет…

— Не станет послушной марионеткой…

— Если снова заговорит или попытается тебя прельстить – не слушай…

Он поднялся, подошёл к куче и, вытащив «Обжорство», рявкнул:

— Ещё раз попробуешь – отправлю к монахам Церкви Святого Света, там тебе быстро выжгут душу…

Через несколько мгновений воздух притих.

Моли, осознав, что жива и цела, облегчённо выдохнула. Её «антенна» снова задорно подпрыгнула, завертелась волчком.

— Э!?

Но в голове вдруг промелькнули странные заклятия. Она застыла, бросила тревожный взгляд на Су Бэя.

Неужели всё-таки поддалась?

Нет… наверное, просто эффект остаточный.

Но почему у меня появились новые заклинания?

Су Бэй и Моли что-то пытались объяснить, но Моли совершенно не слушала. ✿.｡.:* ☆:**:…:**:.☆*.:｡.✿

— О, это магический меч?

— Скажите, господин Су Бэй, магический меч вообще можно держать дома?

— Может, стоит запаковать его в коробку и хранить аккуратно?

— Кто вы вообще такой, господин Су Бэй, почему у вас есть магический меч?

Моли сыпала вопросами, не давая передышки, а в ответ получала лишь расплывчатые, скомканные ответы.

Но её это нисколько не волновало – в голове всё ещё звенели три слова: «моя девушка».

Она сглотнула, прикрывая смущение торопливыми вопросами.

Наверное, господин Су Бэй имел в виду «свой человек» ради семьи?

Значит, он считает меня сестрой?

Получается, мы уже почти семья…

Моли задумалась и невольно улыбнулась.

Однако сама беседа между Моли и Су Бэем застала врасплох Обжорство: тысяча вопросов набежала к губам, и ни один нельзя было вымолвить.

«Моя девушка»? «Девушка» кого? Что за мои?

Вот чёрт.

Этот Магистр демонов ещё ребёнок, а ты, брат, осмелился так говорить? Животное!

Всё происходящее, наложившись на увиденную им сцену, окончательно спутало картину.

Парень, что изменил Церкви Святого Света и встал на сторону Порядка, теперь живёт с будущей Владычицей демонов?

Да нет, я отказываюсь это принимать.

Да вы в разных лагерях, брат!

Хотя изначально я приблизился к Су Бэю из-за демонической ауры Магистра, такая смена ролей всё равно не укладывалась в голове.

Я-то думал, он слуга владычицы демонов.

А выходит, сам не знает, кто его госпожа, да и госпожа ещё не пробудилась.

Хуже того – она слушается его!

Обжорство, несмотря на глуповатый нрав, после раздумий пришёл к выводу: личность владычицы пали раскрывать ни в коем случае нельзя.

Непонятно, как этот парень относится к Магистру и к демонам вообще, а значит, нужно обеспечить хозяйке спокойное становление.

Но чтобы наладить с ней отношения, надо сперва втереться в доверие к нему.

Так Обжорство пришёл к авантюрно-логичному выводу:

выгоднее угождать брату, чем самой госпоже.

Мыслительный процесс в нём заработал как часы, и вскоре он начал заискивать:

— Брат, я просто видел, что она твоя девушка, вот и подумал, может, если ей понравлюсь, она скажет за меня пару добрых слов, заслугу зачтут…

— Всё ж ты мой брат, значит, она сестра. А я, как брату, помогаю – вижу, она голодна, вот и подкинул ей энергии, чтобы подкрепилась.

Две фразы – и оба опешили.

— Сестра, — мгновенно поправил Су Бэй, поняв главный просчёт, и строго добавил:

— Не вздумай мутить что-то недоброе.

— Не буду, брат. Максимум поболтаю с сестрой, без плохих мыслей! Я же твой самый верный пёс – скажешь «вперёд», и я побегу!

Су Бэй невольно нахмурился, недоумевая.

Хорошее магическое оружие – и зачем-то нарочито делает из себя собаку.

Не испортит ли он Моли своим дурным примером?

Моли только бодро покачивала хвостиком-антенной. Мысли ей в голову не лезли: просто в доме стала болтать говорящая сабля – и стало веселее.

Она любила, когда вокруг шумно.

…

На следующий день.

Едва занялась заря, Моли с кругами под глазами, едва держась на ногах, вышла во двор.

Вчера они проболтали всю ночь напролёт, и только под утро, после прощаний с Обжорством и Су Бэем, Моли отправилась на выпускные испытания.

А Су Бэй вернулся в школу и занялся своей обычной работой.

Последние дни шли под снегом – вся его служба теперь сводилась к чистке дорожек.

И через пару дней работы не станет вовсе.

Не потому, что снег прекратится, а потому, что с каждым днём его всё больше, а расчистить невозможно.

Холодный сезон в Городе Зимнего Солнцестояния приходит рано и уходит поздно. Середина января – начало февраля считаются самыми суровыми неделями.

В то время люди почти не выходят из домов, запасаются водой и провиантом, а порой лежат неделями, как зимоспящие зверьки.

Можно сказать – готовятся к зимовке, а можно – просто ленятся.

Сегодня же погода выдалась неплохая: снег кружился медленнее, даже солнце выглянуло, но людей вокруг не было.

В разгар выпускных экзаменов школа опустела: почти без студентов и преподавателей она казалась пустынной.

На огромном дворе, среди тихо падающего снега, Су Бэй в одиночестве водил метлой – спина его выглядела особенно одиноко.

Но он был не один.

Элина стояла неподалёку, морщила лоб, глядя на его спину, и хмуро думала.

Оба живы.

А ведь, по-хорошему, кто-то должен был не вернуться.

Хотя нет – один погиб… Карл. Но кого это волнует?

Она машинально начала прокручивать бой в памяти.

Тогда на них нападала целая тысяча людоедов. Среди них – вожак, огр-людоед.

Своим всплеском сил я могла его сразить. Но выйти из окружения – едва ли: тело не выдержало бы такого напряжения.

Если бы я пыталась выбраться сама, меня бы уже не было в живых.

Тем более после рывка сил я должна была быть измотана – на ногах едва стоять.

А в итоге мы оба вернулись целыми.

Что, он тоже взорвался силой?

Значит, мы действовали вместе, плечом к плечу, и прорвали Прилив магии в деревне Тишины?

Похоже на то.

Значит, этот человек не прост, способен пробиться сквозь Прилив второго ранга и спасти меня… значит, как минимум третий ранг.

Элина, обдумав, приблизилась и, похлопав Су Бэя по плечу, встретив его удивлённый взгляд, холодно произнесла:

— Сотрудничество вышло удачным. Есть интерес создать со мной команду искателей приключений?

Что за сотрудничество?

Какую ещё команду?

Что происходит вообще?

Ты же вроде должна была пойти к отряду Героя?

Су Бэй нахмурился, собрал вопросы в одно короткое слово:

— Что?

Элина слегка растерялась, затем повторила:

— Давай создадим приключенческую группу. Будем спускаться в подземелья, делить добычу или поровну, или по вкладу.

Она решила, что он просто в шоке от удачи, не верит в услышанное предложение, и потому просит повторить.

Ну ладно, я скажу ещё раз.

Элина и не думала об отказе. Всё-таки она жрец Святого Света – высший целитель среди всех классов. Путь её ясен: карьерный рост в Церкви Святого Света, спокойно поднимаясь до полубога.

А то, что Божественность разрушена, не беда.

С её дарами я смогу восстановить Божественность.

Пробуждение не за горами.

Наверное…

На миг в голове мелькнуло сомнение, но Элина быстро вытеснила его, заставив себя верить.

Главное – никому не показывать, что Божественность разрушена.

Если узнают – статус святой девы будет отозван.

При одной мысли об этом сердце схватило, дыхание участилось.

Надо быстрее. Нужно пройти подземелье, найти артефакт, что починит Божественность. А если не получится – искать реликвии, стирающие чувства.

Только тогда я уже не испытаю ничего человеческого.

Эти мысли проносились вихрем, но слова Су Бэя, прозвучавшие вслед, разрушили её холодную маску.

Он даже не перестал мести, просто бросил через плечо:

— Твоя Божественность разрушена. Зачем создавать отряд, если не можешь продвигаться? Почему не обратишься в Церковь Святого Света?

Холодное лицо Элины побледнело; пальцы сжались до боли, шаги тяжело врезались в снег, оставляя глубокие следы.

Элина до сих пор не может забыть тот день, когда Церковь Святого Света забрала её к себе. Тогда она поклялась: больше никогда не вернётся в прошлую нищету.

Её отец был солдатом империи Фран. После войны не получил ничего, кроме болезни. Ни один жрец не хотел исцелять человека с таким прошлым, и отцу оставалось только глотать пилюли, продлевающие жизнь.

Мать погибла во время Прилива магии.

А старшая сестра, Нина, стала искательницей приключений и спускалась в подземелья, добывая материалы, чтобы содержать семью.

Жизнь была трудной, но не без света.

Пока Богиня судьбы не ударила вновь, и куда жестче.

Отряд Нины, с ней во главе, случайно активировал скрытое подземелье – Землю Мёртвых в Священном городе.

Для их уровня это было смертельной ошибкой. Никто не погиб, но весь отряд погрузился в бессмертный сон.

С тех пор Элина бросила учёбу. В тринадцать лет она перестала быть ребёнком, не осмеливаясь даже завидовать сверстникам: любая эмоция вызвала бы у отца желание добывать на жизнь ценой последнего здоровья.

Перелом настал, когда ей исполнилось пятнадцать.

Тогда у неё обнаружили исключительный дар Святого Света. Элина прошла путь «Бога» и стала святой девой. В обмен на шанс вознестись по дороге Божественности Церковь продлила жизнь Нины, пожертвовав для этого артефакт.

Каждый год отцу выделяли золотые монеты на лекарства и жизнь.

Стоило лишь потерять статус святой девы, и Церковь отобрала бы всё.

Там не знают жалости – они «боги» без человеческих чувств.

Для них важны только выгоды и договорённости, а не судьба одной девушки.

Нельзя, чтобы это случилось.

Семья – всё, что делает Элину живой; даже на пути Божественности она не смогла отрезать это чувство.

Главное – не дать Церкви узнать, что её Божественность разрушена.

Потерять всё – недопустимо.

Никогда!

Сжав кулаки, она подняла голову и холодно спросила:

— Кто ты такой?

— Откуда знаешь обо мне?

— Ты копал в моём прошлом?

— Говори, зачем тебе эта информация? Хочешь шантажировать?

Элина смотрела в спину Су Бэя, не замечая, как из прокушенной губы капают алые капли, оставляя кровавые точки на белом снегу.

Су Бэй без выражения лица покачал головой:

— Ты слишком далеко зашла.

Он не имел в виду ничего особенного – просто сказал, что подумал. Не представлял, что вызовет такую бурю.

В «Мире Фантазии» не было сказано, почему Элина стала святой девой и зачем ей этот титул. Су Бэй не знал, что он для неё – вопрос жизни и смерти.

А ведь теперь было видно: страх утраты статуса давил на неё сильнее смерти.

Элина была готова даже принять унижение, лишь бы сохранить тайну.

Он понимал, что в игре это тоже было отголоском её истории: Божественность разрушена, и только отряд Героя смог принять её, когда остальные отворачивались.

Но Су Бэй не считал Божественность благом – люди с ней редко доживали до счастливого финала.

В Церкви Святого Света существует два пути, и путь Божественности открыт лишь немногим избранным – не столько по таланту, сколько по слепой преданности Свету.

Для самой Богини Святого Света такие девы были сосудами её воли.

Су Бэй смотрел на дрожащие плечи Элины и чувствовал неловкость.

Он не мог просто сказать: «Так было по сценарию».

Он опустил взгляд и снова взялся за метлу.

Элина стояла неподвижно, затем тихо произнесла сквозь горькую улыбку:

— Назови свою цену.

— Я не могу отказаться от звания святой девы Церкви Святого Света.

— Держи мой секрет, пока не восстановлю свою Божественность. За это я готова на всё.

— Не нужно, — спокойно ответил Су Бэй. — Я не собираюсь никому говорить.

— Нет.

Он остановился, не поворачиваясь. Сзади прозвучало твёрже:

— Нет.

В её голосе дрожал всхлип, дыхание сбилось: Элина не верила в добро без платы.

С детства ей твердили: всё – сделка.

— Я верю только в обмен, — произнесла она. — Назови условие – я выполню. Даже если речь обо мне.

Су Бэй поднял голову, встретившись с её взглядом.

Он видел там отчаяние.

— Не нужно, — повторил он после паузы.

— Ты сомневаешься, — сказала Элина ровно.

— Не нужно.

Это была не нерешительность, а ошеломление.

— Ты всё-таки сомневаешься, — упрямо продолжила она. — Пока не назовёшь цену – я не поверю. И не проигнорирую.

В голосе проскользнула угроза. Ещё чуть-чуть, и она бы решилась на крайний шаг.

«Убить его, чтобы сохранить тайну?»

«Смогу ли?»

Она не знала.

Ей всего восемнадцать, но должна решать сама.

Тогда Су Бэй обернулся и спросил:

— Что тебе важнее – стать четвёртым рангом или вернуть Божественность?

Он понимал: сценарий уже не обойти стороной.

Элина – одна из главных, дожившая до финала. Вражды с ней заводить нельзя.

Значит, нужно помочь.

Помочь ей – и этим обеспечить себе будущее.

Так Су Бэй воспринял её судьбу как своё второе поручение.

Не просто хранить тайну, а решить всю проблему целиком.

Кажется, это выполнимо.

Он ведь помнил, как в игре отряд Героя спасал Элину от разрушения Божественности, и какие для этого нужны материалы.

— Какая разница? — Подняла она голову. Лицо ещё сохраняло внешнюю твёрдость, но в глазах отражалась полная усталость.

Похоже, жизнь вот-вот её переломит.

Элине всего восемнадцать. Такая ноша ей не по силам.

Хотя внешне она уже будто взрослая женщина, особенно на фоне Су Бэя, который в восемнадцать только и умел, что играть.

Но всё это слишком тяжело даже для неё.

Су Бэй с вздохом развёл руками и заговорил:

— Конечно, есть разница. Восстановить Божественность – значит снова пойти дорогой Церкви Святого Света. А без неё можно обрести силу иными способами.

— Мне необходимо вернуть Божественность, — твёрдо сказала Элина.

Почему – не пояснила, но в голосе звучала решимость.

Сценарий явно пошёл не так. В игре она отрекалась от Божественности, а здесь – наоборот, всеми силами стремилась её вернуть.

— Мне не нужно твоё участие. Просто храни мой секрет, — отвела она взгляд, слегка отвергая его доброту.

— Хорошо, — кивнул Су Бэй и добавил:

— Тогда вот моё условие: пока не восстановишь Божественность, если есть свободное время, приходи ко мне готовить и прибирать.

Элина подумала и чётко произнесла:

— Хорошо.

На этом разговор закончился. Су Бэй снова взялся за метлу, а Элина, стоя позади, мрачно наблюдала. В её глазах не было ни юности, ни блеска, лишь усталость и бесчувствие.

Когда-то её взгляд был холоден и бездушен из-за Божественности, теперь же в нём лишь опустошение.

Может, быть бездушным служителем Света и правда легче, чем жить человеком.

Су Бэй молча мёл снег, в уме пролистывая историю Элины из блокнота.

Надо будет поехать в Священный город.

Оттуда она родом – поможет лучше понять её прошлое и выполнить поручение.

Но сюжет шёл своей дорогой.

Вскоре Стивен завхоз вызвал его в кабинет.

— На зимних каникулах запланирована поездка. Твоя задача – сопровождение и забота о студентах.

Так сказал Стивен.

Ни маршрута, ни сроков не уточнил. Если пункт окажется не по пути, миссия Элины подождёт.

Времени мало – дела пересекаются.

Су Бэй тяжело выдохнул.

Наутро он проснулся в странном состоянии – словно между сном и явью.

Может, галлюцинация?

Он повернулся на другой бок, решив отвлечься вторым сном.

— Вставай, — прозвучал холодный голос.

Он узнал его сразу – Элина.

Вот только он точно не заказывал услугу «личное пробуждение».

Су Бэй приподнялся и прищурился.

Перед ним стояла Элина в форме горничной, с метлой и тряпкой в руках, тщательно вычищая и без того чистую комнату.

Даже щели у окон блестели от чистоты.

На столике дымилась кружка кипятка и лежал кусок чёрного хлеба, посыпанный пылью Святого Света для вкуса.

Она двигалась спокойно, будто всё это для неё привычная рутина.

Было видно – работать по дому ей не впервой.

Заметив, что он проснулся, Элина сказала сухо:

— Завтрак – две медные монеты, стирка – двадцать. Всего двадцать две. Оплатишь.

— Пора вставать, вода остынет.

Су Бэй выпил залпом кипяток, растерялся и выдавил:

— Что это ты делаешь?

Элина бесстрастно села, усмехнулась:

— Готовлю и убираюсь. Разве ты не намекнул, что я должна быть горничной?

— Я хоть и не служанка, но работу по дому знаю. Уверена, справлюсь.

Нет, не это я имел в виду.

Хотя… выглядит мило.

Су Бэй придвинул к ней хлеб:

— Ешь сама.

— И про это… — он оглядел комнату. — Так стараться не нужно.

Принимать служанское внимание он не привык. Готовить и убирать для себя просто, а вот чтобы за ним ухаживали – не по нутру.

Видимо, не создан он для богатской жизни.

Элина без смущения откусила хлеб и ответила:

— Пока не восстановлю Божественность, мне нужно тут пожить. Ты заметил потерю Божественности – значит, и другие смогут. Надо минимизировать риск.

— Да и Моли моя подруга. Близкая. Она ведь живёт у тебя?

— Я про бывшую принцессу империи Фран.

Су Бэй удивился, но ничего не сказал – ни «да», ни «нет».

Он не знал, насколько близки они с Элиной, но понимал, что новая власть Дузе вряд ли пощадит наследницу бывшей империи.

Чтобы не выдать Моли, он промолчал.

Элина продолжала спокойно:

— Я постараюсь восстановить Божественность в течение месяца. Так что задержу тебя ненадолго.

— Тайну Моли не выдам. Пока не обрету силы, не смогу никого защитить.

— А при этом можешь считать меня пленницей. Так тебе спокойнее.

— В общем, выгода будет на твоей стороне.

Она окинула комнату взглядом, хмыкнула и добавила:

— Дом у тебя маленький. Где я спать буду? Надеюсь, в обязанности горничной не входит ночное дежурство? В крайнем случае, лягу с Моли – место найдётся. Что скажешь?

Су Бэй смотрел, как она рассуждает сама с собой, и чувствовал усталость.

Перед ним стояла упрямая девушка, привыкшая принимать решения. Так было и в той игре – именно Элина часто выбирала путь для всего отряда Героя.

Скорее всего, всё это родом из детства и нужды. Но ему с таким характером не по пути.

Он долго молчал и выдавил наконец:

— Плохо.

Элина тут же ссутулилась, пальцы побелели от напряжения.

Теперь Су Бэй понял: всё это было не из желания поиграть в горничную. Просто она боялась, что он расскажет кому-то, и решила остаться под присмотром.

Настолько не доверяла никому, что готова была на любые ухищрения, лишь бы не допустить утечки.

Никто не узнает, сколько сил ей стоило придумать «разумное» объяснение.

Тогда Су Бэй сдался и добавил:

— Я имею в виду – со мной тебе спать неудобно. Лучше действительно ляг с Моли.

Переход вышел резкий; в её взгляде мелькнула обида.

Су Бэй отвёл глаза, не зная, куда их деть.

Неловко.

К тому же кровать и так на двоих – третья лишняя.

Что же, искать трёхспальную?

В двадцати метрах комнаты – едва ли.

Голова у него шла кругом.

Пожалуй, съехать стоило бы ему самому.

Если однажды на тебя с неба свалится прекрасная девушка – не спеши радоваться, подожди немного. Возможно, следом приземлится вторая.

Конечно.

Жизнь не становится лучше от появления одной прекрасной девушки. Но и хуже от двух тоже не станет.

Хотя, пожалуй, и не лучше.

После трёхдневного «сервиса горничной» Су Бэй довольно быстро привык к этому распорядку.

В сущности, ничем не отличалось от повседневной жизни.

Для восстановления Божественности Элина старалась не разговаривать без необходимости.

А Су Бэй всегда был немногословен.

Никаких типичных для «Игры» пикантных сцен между ними тоже не возникало.

Когда оба стараются быть осторожными, вероятность случайностей резко снижается.

В этой странной, но устойчивой гармонии три дня пролетели незаметно.

И всё пошло прахом, как только Моли вернулась домой.

…

— Э-э-э-э-э?! Что-что-что? — Моли с силой хлопнула дверью, затем, убедившись, что это и правда её дом, решительно распахнула её снова.

В комнате горничная в строгом чёрно-белом наряде с улыбкой глядела на неё; на стуле сидела Элина, а Су Бэй, устроившись у кровати, молча перелистывал чей‑то дневник.

— Бум! — Дверь снова закрылась.

— Скрип… — Потом опять распахнулась.

И снова. И снова. Будто она надеялась, что каждый раз, открывая дверь, окажется в другой реальности, как в сказке.

Но сказка не пришла. Древняя дверь не выдержала и, треснув, развалилась, оставив в створке сквозное отверстие.

Моли приоткрыла её краешек и, высунувшись, заглянула внутрь, растерянно размышляя, не стала ли лишней в этой компании.

Как так вышло, что всего за три дня господин Су Бэй уже обзавёлся женой и, похоже, живёт с нею счастливо и беспечно?

Горничная с высоким хвостом, прямыми чёрными волосами и ослепительной фигурой, вокруг неё – светящееся сияние Святого Света.

Моли недоверчиво прищурилась, разглядывая Элину. Лицо показалось смутно знакомым, но и подозрительным: чего она хочет?

Такая красавица – и вдруг влюбилась в обычного Су Бэя, у которого, кроме внешности, за душой ничего нет?

Моли не успела додумать, как дверь внезапно распахнулась сама, и две руки сомкнулись прямо перед её лицом.

Элина ловко схватила Моли за рукав и повела к кровати, глядя мягко, но властно.

— Элина‑сестра?! — Моли округлила глаза. — Ты‑ты‑ты… как оказалась здесь?

— Давненько не виделись, Моли. — По‑прежнему с мягким выражением, но в холодном тоне прозвучало отчуждение.

Когда‑то, в годы бегства, Моли жила под покровительством Церкви Святого Света. Тогда ею занималась молодая святая дева Элина – добрая, почти старшая сестра.

Её Божественность тогда ещё не оформилась полностью, и сердце оставалось человеческим.

Сейчас же её взгляд был холоден, движения безупречно вежливы и бесстрастны.

Моли поняла, что перед ней стоит уже не человек, а ступившая на путь «Божества» женщина, утратившая человеческие чувства.

Это пугало. И запутывало.

Её глаза метались от Су Бэя к Элине и обратно.

Может ли обладающая Божественностью вообще задумываться о любви?

Не должна бы.

Перед внутренним взором Моли вспыхнула нелепая картина: Богиня Святого Света нисходит на землю, а в это время Элина и господин Су Бэй…

→

Так кто же тогда? Это Богиня Святого Света с ним в объятиях или сама Элина?

Или они чувствуют одно и то же?

Значит… он с самой Богиней?

О нет!

Постой…

Что я вообще думаю?!

Моли в панике закрыла лицо руками.

Осознав, что мыслью коснулась святотатства, она робко приоткрыла пальцы и исподтишка взглянула на Элину с виноватым видом.

После долгого разговора Элина всё же убедила Моли принять их странное соседство под предлогом «мер безопасности».

— Так это… ради моей защиты? — Моли опустила голову, чувствуя, как любопытство растворяется в унынии.

Элина посмотрела на неё с лёгкой жалостью.

И всё же правду она сказала недаром – это действительно можно было назвать защитой.

Работы в империи Дузе подходили к концу. По последним новостям из Латинума, принцесса Луминара Дузе собиралась оставить дела и отправиться на отдых к Магической башне.

Для Моли это было плохим предзнаменованием.

Если принцесса свободна, значит, власть завершила текущие дела и теперь займётся зачисткой остатков павшей империи Фран.

А Город Зимнего Солнцестояния, стоящий на дальнем рубеже, наверняка попадёт под пристальное внимание.

Моли сжала кулаки, и радость от успешно сданных экзаменов растворилась в тревоге.

Если бежать дальше – то только в другую страну или спуститься в подземелье Зимнего Солнцестояния.

Но куда идти потом?

Выслушав разговор, Су Бэй понял, что Моли тревожится. Он подошёл и мягко потрепал её по волосам.

— Всё будет хорошо. Я обещал тебе. — Он помолчал. — Значит, всё будет хорошо.

Слова прозвучали неловко, но обещание было твёрдым.

Он же дал клятву защищать Моли – значит, так и будет.

Моли тихо смотрела на него, на мгновение задержав взгляд, потом кивнула.

Но на сердце легче не стало. Где‑то глубоко она приняла иное решение.

Если всё пойдёт к худшему… Если его втянет в беду…

Она просто уйдёт.

Не принесёт никому беды.

Моли не знала, насколько силён господин Су Бэй, но не могла позволить, чтобы ради неё он вступил в войну против целой державы.

И это заметила Элина.

Она странно посмотрела на них обоих, словно что‑то поняла, но удержалась от слов.

Это не её дело.

Ей самой едва хватало сил заботиться о себе, чтобы ещё думать о других.

Так, под мягким уходом разговора, поздний вечер опустил их тревогу на дно.

Потом заговорили о мелочах: о Городе Зимнего Солнцестояния, об академии Линдун, о грядущем празднике и экзаменах.

Элина слушала и понимала: то, что Моли притихла, вовсе не значит, что страх исчез.

Он просто ушёл глубже – как мина на дне моря.

Когда‑нибудь она взорвётся.

Да, настоящая глубинная мина.

Спрятанная в тишине, чтобы, если рванёт, задеть лишь себя – никого вокруг.

Пожалуй, единственный верный выбор.

После коротких утешений Су Бэй перестал слушать разговор Моли и Элины. Мысли унесли его к двум словам, мелькнувшим раньше – имени и месту.

Луминара Дузе.

Драгоценная дочь императора Дузе, шестнадцатилетняя рыцарь‑гений, отмеченная милостью богов, избранница и…

Будущая Герой.

Имя, стоящее первым в его дневнике – вершина списка целей, величайшая из будущих союзниц.

И, что важнее, спасительный билет до конца времён.

Но путь к ней не так прост, как хотелось бы.

Из‑за происхождения Моли сблизиться с Люминарой будет нелегко.

Сначала нужно уладить конфликт между ними – а это почти невозможно.

Не из‑за характера, а из‑за политики.

И ещё… из‑за Магической башни.

Той самой Башни Героя?

Легендарная локация, с которой начинались все великие истории.

Су Бэй пролистывал свой дневник, восстанавливая память.

Про башню в сюжете мало сведений, но все фракции называли её по‑разному: Башней Героя, Магической башней, Вратами богов, Гробницей новичков, Местом, близким к божествам…

Она прославилась тем, что породила двух ключевых фигур.

Героя и Магистра демонов.

Луминара и предшественник Магистра – оба открыли в башне свои силы и вышли оттуда изменёнными навсегда.

Может, дело не в самой башне, а в том, кто входил внутрь.

Только избранные могли её пройти.

Так или иначе – талант у них был чудовищный.

Оба заслужили признание богов. В «Мире Фантазии» эти двое – абсолютные главные герои, которых Су Бэй когда‑то в игре побеждал лишь после десятков попыток.

Согласно дневнику, Луминара отправится в Магическую башню в конце января.

Для него это – отметка в календаре, срок выхода в путь.

Придётся идти туда. Хотя бы просто познакомиться с будущим Героем.

Он обдумывал план, как внезапно нахмурился.

Разве завхоз Стивен не обещал ещё одно поручение?

Су Бэй почесал подбородок.

Одни дела тянут за собой другие. Придётся, возможно, отпрашиваться.

Зарабатывать деньги важно, но ещё важнее – остаться в живых.

На том и решил.

…

Без особых событий время прокатилось к середине января.

В Городе Зимнего Солнцестояния творился настоящий кошмар – вьюга, мороз, лёд, снег до колен.

Например, стоило Моли выйти утром за табелем об успеваемости, как порыв ветра подхватил её прямо с порога.

Мгновение – и кругом только белая пелена.

Семьдесят килограммов живого веса, а ветер унёс – Су Бэй только хлопал глазами.

Но за жизнь он не волновался.

В конце концов, Моли уже маг второго ранга – с собой справится.

В доме остались только Су Бэй и Элина – оба укрылись под одеялом, спасаясь от холода.

Да, прямо вдвоём в одном тёплом коконе.

Элина окончательно сдалась перед здешней стужей и приостановила свои «служебные» обязанности горничной.

Поклялась: восстановит Божественность – и ни шагу больше в этот злосчастный город.

Су Бэй не возражал.

Уговаривать человека выйти из‑под одеяла зимой – всё равно что звать врача учиться медицине.

Перед этим Элина как раз закончила полумесячный отчёт перед церковью Святого Света через свой кристалл связи. Даже при таком морозе её бросило в пот.

Причём лицо оставалось совершенно спокойным – лишь бы не выдать тревоги.

— Фух… — Выдохнула она, садясь на кровать. Тепло разлилось по телу.

— Последователи Святого Света умеют лгать? — Скабрезно поинтересовался Су Бэй.

Он насчитал, что из десяти сказанных ею фраз как минимум три были неправдой.

Обычный человек – и то честнее.

Элина криво усмехнулась:

— После восстановления Божественности – нет. А пока я человек. И очень не хочу умереть.

Для верной церкви это звучало почти кощунственно.

Последователи Света славились фанатичной честностью и чистотой веры. Такую Элину любая инквизиция посчитала бы еретичкой.

— Это не помешает восстановлению? — Спросил он, будто невзначай.

— Тебе‑то какое дело? — Элина прожгла его взглядом. Замолчи уже.

Но быстро смягчилась и вздохнула:

— Конечно, помешает. Но при такой погоде день туда – день сюда роли не играет. Или, ты хочешь взять с меня доплату за проживание?

— Спокойно выгоню на мороз. — Он ответил с самым честным лицом.

— Искренний до боли, — буркнула Элина.

Полторы недели под одной крышей сделали своё: неловкость растаяла, разговоры стали проще. Пожалуй, говорить помогало даже согреваться.

Когда Моли не было дома, Элина позволяла себе слабость – немного ослабляла контроль над Божественностью, расслабляясь и болтая без оглядки.

Так полдня и пролетело.

К полудню Моли ворвалась в дом вихрем – вся в клубах инея и магических огней.

На ней пестрели десятки чар: защита от холода, ускорение, устойчивость к ветру, снижение трения; многие из них Су Бэй ни в учебниках, ни в игре не встречал.

Наверное, редкие заклинания империи Фран.

— Я вернулась! — Объявила она, удерживая перед собой лист с жирной отметкой «Отлично» – будто школьница, надеющаяся на похвалу.

В её взгляде читалось: «Вот, господин Су Бэй, я и сама умею справляться!»

— Недурно. — Голоc Элины был холоден, как лёд за окном. Роль «Божества» она вернула мгновенно.

— Замечательно. — Су Бэй улыбнулся – неловко и криво, будто боится, что от его улыбки станет страшно.

— Кх‑кх… — Моли скрыла пылающее лицо за нарочивым кашлем, теребя подол и зажимая улыбку. — Хе‑хе…

Затем с жаром принялась рассказывать про экзамен.

— Вот здесь – разведка противника. — Она ткнула в лист и сурово продолжила:

— А знаете, сколько людоедов оказалось в деревне Тишины?

— Что? Где‑где? — Элина остановила её. Брови приподнялись.

— В деревне Тишины. Горы, речка… Вы бывали там? — Искренне спросила Моли.

Это имя пронзило память Элины, словно нож. В один миг в груди вспыхнули все тени прошлого.

Лицо её потемнело; рот приоткрыт – и сразу же плотно сжат.

Она перевела взгляд на Су Бэя и вдруг поняла, почему он туда ходил.

Но как он заранее узнал, что там беда?

Элина, всматриваясь в него, подумала: быть может, он способен на куда большее, чем кажется.

Может, из него выйдет надёжный союзник?

Мысли заработали – путаясь в домыслах и догадках.

— Вы просто не представляете, деревня Тишины оказалась гнездом людоедов – не меньше пары десятков! — Моли махнула руками в воздухе. — Среди них было несколько особей второго ранга!

— Наставница Аманьла уже собиралась снимать нас с задания, уверяла, что выполнить его невозможно. — Моли всё говорила на одном дыхании. — Но мы с товарищами решили рискнуть.

— И вы не поверите… — Она расправила плечи. — Мы всех очистили. Всех до единого!

— Два дня без сна, но мы справились. Академия даже повысила ранг задания с А до SS, и я получила лучший результат в классе!

Элина, слушая взволнованный рассказ, лишь мысленно усмехнулась. Что ж, для группы первоуровневых магов – и такое достижение уже подвиг.

— Правда, странно другое, — добавила Моли, нахмурившись. — Эти огры‑людоеды были будто вялыми. Слишком слабыми.

«Слабыми?» – отозвалась мысль Элины.

Неужели это остаточное влияние её Святого Света после той битвы?

Она тяжело нахмурилась и спросила нарочито буднично:

— Подробней.

Моли задумалась, подбирая слова:

— Почти все огры второго ранга едва дышали. У многих – раны, переломы, части тел отсутствуют. Похоже, недавно там шла страшная бойня. А низшие… тоже не в лучшей форме. — Она сжала колени ладонями. — Но больше всего поразило, что они выглядели…

— Испуганными? — Подсказала Элина.

— Да. Именно. — Моли кивнула с недоверием к собственным словам. — Они словно потеряли всякий инстинкт. Разве монстры могут бояться смерти?

В мире чудовищ страх равносилен гибели; он изгоняется из породы ещё в зародыше. Страх делают их добычей.

Элина подалась вперёд, вглядываясь в небо за окном, как будто видела ту деревню заново.

«Не может быть…», – мелькнуло в её мыслях. Даже если я тогда выплеснула весь Свет, этого бы не хватило, чтобы стереть столько тварей сразу.

«Не я…», – она уронила взгляд вниз, на нижнюю койку, где лежал Су Бэй.

Он тихо листал дневник, что‑то помечая, будто не слышал разговора.

Вот оно. Всё сходится.

Он. Только он мог такое сотворить.

Никакой другой маг или святая этого не сделает без жертв. Значит, Су Бэй заплатил цену. Какую?

Не тело – иначе бы ощутила. Что‑то другое: душу? Годы жизни? Чувства?

Да, возможно, чувства.

И вправду, он странно безэмоционален, будто внутри вытравлено всё человеческое.

Нет страха, нет даже вожделения.

Элина взглянула на свои изящные руки и на тело, в котором соединились милость и красота. Мог ли мужчина устоять перед такой женщиной?

Все – нет. Даже верующие. Все хотя бы раз выдавали взглядом желание.

А этот – равнодушен. Совсем.

Поняв это, она тяжело вздохнула.

«Вот оно как… Поэтому ему неинтересна я.»

Она вернулась к разговору, пытаясь говорить с Моли как ни в чём не бывало. Но взгляд ускользал, и голос звучал рассеянно.

Моли чувствовала – Элина где‑то далеко мыслями, и от этого сама понурилась.

Разве семьдесят убитых людоедов – это мало?

Она теряла уверенность, глядя на эльфийку, что замирала в своих тайных мыслях.

— Плюх! — Звук захлопнувшейся обложки дневника оборвал разговор.

Су Бэй отложил тетрадь, посмотрел на унылую Моли и нахмурился.

Что за перемена? Ведь пришла, сияя, а теперь будто пасть проглотила.

Он перевёл взгляд на Элину – та глядела на него с жалостью, словно на голодного пса, у которого он отобрал мясо.

Он поморщился. Неужели опять что‑то не то сказал?

Пока он ломал голову, что же произошло, вокруг воцарилась тишина.

«Ну кто мне, наконец, объяснит, что сейчас случилось?», – подумал он, глядя в никуда.

Су Бэй так и не получил нужного ответа, и вскоре это дело утонуло в потоке времени.

Быстро подошёл конец месяца.

Сегодня был особенный день.

В Городе Зимнего Солнцестояния шло всеобщее празднество – весь город отмечал этот день.

Не только он – весь Дузе, вся империя ликовала.

Причина проста: принцесса империи, самое её сокровище – Луминара – объявила о поездке, решив навестить жителей провинций.

Через два дня она прибудет в Священный город и там издаст серию новых, общественных указов.

И, поскольку Город Зимнего Солнцестояния находился совсем рядом со Священным городом, его жители тоже получили часть благ.

Им роздали копчёное мясо, зерно, овощи, фрукты и прочие припасы.

Было ещё множество ощутимых перемен к лучшему.

Конечно, эти меры распространялись на всю страну.

Снижались налоги, уменьшались требования для обучения детей простолюдинов и так далее.

Даже обычно безмолвный район Цюй оживился – крестьяне ходили друг к другу, обсуждая преобразование империи.

Кто именно правит страной, простым людям было не важно; важно лишь одно – стали ли их жизни лучше.

Сказать можно одно: первый шаг к возрождению Дузе удался.

Кое‑кто, узнав о маршруте принцессы, заранее собрался отправиться в Священный город, чтобы увидеть её собственными глазами, а то и получить благосклонность, став личным стражем.

Все радовались.

Кроме Моли.

Узнав о визите Луминары, Моли тоже улыбалась, делая вид, будто её это не касается.

Но Су Бэй и Элина всё же уловили в её взгляде тень грусти.

Что и говорить, когда‑то и она была такой же – любимицей народа, а теперь живёт, как изгнанница.

Су Бэй не знал, как её утешить. Подумав, предложил:

— Пройдёмся по городу?

Как и следовало ожидать, мало какая девушка способна отказаться от прогулки.

Так и решили.

…

Город Зимнего Солнцестояния. Центральная торговая улица.

— Тебе стоит выходить? — Спросил Су Бэй, шагая рядом с Элиной. Впереди, перепрыгивая через ступени, бежала Моли, с любопытством озирая всё вокруг.

Элина холодно ответила:

— Не помешает. Почти восстановилась.

В голосе её звенела отчуждённость и холодная сила – Су Бэю показалось, будто он стоит рядом со статуей.

На вид и правда всё было в порядке.

Он промолчал.

Но на деле всё иначе.

Днями и ночами Элина трудилась – её Божественность почти восстановилась и уже вошла в финальную стадию. Причём – уже несколько дней подряд.

С тех пор это «финал» никак не завершался.

Будто разбитый кувшин, который удалось собрать, но швы всё равно видны и не исчезают.

Неужели всё так и останется?

Только восстановив Божественность, можно пройти путь Церкви Святого Света – стать Посланником Святого Света.

Лишь тогда она удовлетворит требования церкви.

Путь Человечности, дарующий звание Святого Пастыря, Церковь не признаёт.

О невозможности полного восстановления Элина Су Бэю не говорила.

Причина простая.

Во‑первых, незачем.

Во‑вторых, он тут ничем не поможет.

Короче говоря – бесполезно.

Если не удаётся полностью восстановиться, придётся продвигаться силой.

Элина сжала кулак, внутренне приняв решение.

Впереди Моли, не унимаясь, прыгала на месте – вглядывалась в улицу, где больше всего было авантюристов.

Это была особая торговая зона, где продавали рабов и магических зверей. Среди покупателей преобладали тридцати-сорокалетние профессионалы, успевшие отчаяться в повышении ранга, поэтому искали помощь у редких рабов или боевых питомцев с особыми способностями.

Для Моли, ещё ученицы, место казалось загадочным и притягательным.

Уловив этот интерес, Су Бэй колебался, потом проверил карман: три золотые монеты. Этого хватало, чтобы не ударить в грязь лицом. Увидев Моли светящиеся глаза, он неохотно кивнул.

→

Они пошли к рынку рабов, первой линии торговой улицы.

Едва Моли ступила туда, как будто попала в волшебный сад – глаза сияли, руки сами тянулись всё потрогать: то погладить по голове получеловека‑лисицу, то взять за ладошку девушку‑кошку.

Даже самые простые из них стоили минимум золотую монету.

Чем дальше они шли, тем дороже и редкостнее становились рабы. Цены быстро взлетели выше возможностей Су Бэя.

Пришлось только смотреть.

Пройдя примерно половину улицы, Моли внезапно остановилась.

Она дёрнула Су Бэя за рукав и показала вперёд – на клетку.

Там сидела эльфийка. Кожа её была черна, четыре тонкие цепи тянулись от рук и ног и впивались в плоть до крови.

Эльфийка смотрела зло, с мрачной, почти звериной яростью, не спуская глаз ни с одного прохожего.

Но, встретившись взглядом с Моли, вдруг успокоилась.

В следующее мгновение она с силой метнулась, ударяясь о решётку, бешено гремела цепями.

Послышался резкий, пронзительный рёв – особая звуковая волна, от которой у многих авантюристов пошла кровь из ушей.

Моли вздрогнула, но не отпрянула.

Она почувствовала исходившую от пленницы ненависть.

Не личную – к людям. К этому миру.

Но в то же время ей показалось, что себя эльфийка ведёт к ней с какой‑то странной близостью.

Почему?

Наблюдая чудовищную попытку, смахивающую на самоубийство, Моли закрыла глаза, не в силах смотреть дальше.

Сердце защемило. Боль была настоящей.

Она уже протянула руку, будто хотела коснуться пальцев узницы, но Элина успела схватить её за ворот и оттащить назад.

Работорговец поспешно замахал руками, подходя к ним.

— Не трогайте! Это тёмный эльф, у неё кровь демонов. Говорят, их народ когда‑то был личной стражей Магистра демонов – безжалостен и дик.

— Их племя не как прочие эльфы, они людей едят.

— Так что, если не собираетесь покупать, я за раны не отвечаю.

Он ещё долго извинялся перед задетыми посетителями, потом повернулся к Су Бэю и Элине, оценивая их взглядом.

Опытный глаз целовал вывод: глава семьи – молодая пара перед ним.

Он и усомнился: разве не слишком молоды, чтобы иметь почти взрослую дочь?

Наверное, сестрёнка.

Су Бэй посмотрел на Моли, потом перевёл взгляд на табличку у клетки.

Там было крупно выжжено: десять золотых монет.

Сумма, которой у него не было и быть не могло.

Разве что воспользоваться мешочком с сомнительными деньгами…

Подумав, Су Бэй вздохнул, достал из кармана три золотые монеты и отрицательно покачал головой.

Моли отвернулась, опустила плечи.

Но настоявать не стала – поняла всё без слов.

Лишь у выхода всё ещё оборачивалась, шагая, будто в последний раз.

И когда чёрная фигура почти скрылась из поля зрения, Моли подняла руку и тихо помахала.

Неожиданно тёмная эльфийка тоже медленно подняла руку и ответила жестом прощания.

Су Бэй и Элина этого не увидели.

Зато работорговец – да.

Он провёл ладонью по бороде, сузив глаза, и злобно прошептал:

— Скажи‑ка, ты что-то заметила?

— Та девчонка… не одна ли порода с тобой, а, тёмный эльф?

Эльфы этой расы никогда не мягчали перед чужими – только перед своими.

Значит, то дитя – тоже тёмный эльф.

— Такая молодая и красивая тёмная эльфийка, без следов дикости… Да это клад, мечта любого знати. Стоимость – четырёхзначная.

Уловив похотливый замысел хозяина, заключённая зарычала, яростно дёргаясь, цепи выгибались и дрожали – вот-вот лопнут.

Но всё было напрасно.

Работорговец не обратил внимания на её ярость, лишь провожал Моли взглядом и загадочно усмехался.

（Неужели кто-то и в Новый год читает роман?）

（С Новым годом, хи-хи.）

После происшествия на рынке рабов Моли окончательно расхотелось заглядывать в лавку редких зверей.

На этом всё вроде бы и закончилось. Но нет.

Моли стала чуть более молчаливой.

Все видели: прогулка, призванная развеять тоску, обернулась наоборот – стала хуже.

Даже меч «Обжорство» суетился, глядя на Су Бэя с раздражением:

— Тьфу ты, как можно даже дочь воспитывать не уметь!

— Что она хочет – дай ей!

Размышляя, меч уже прикидывал – не запустить ли ночью в Моли магическую волну, чтобы та пробудилась и стала непобедимым Владыкой демонов. Тогда уж точно не станет печалиться.

Ведь быть непобедимой – значит, не знать тревог. Так «Обжорство» думал.

К счастью, это оставалось на уровне мыслей.

Стоило бы только попытаться – Су Бэй выбросил бы его за окно.

Меч затаил лёгкую злобу и ночью, окутанный туманом, тихонько приподнял с него одеяло.

Су Бэй, ничего не зная, просто стал просыпаться от холода. К счастью, днём он отсыпался, так что недосыпом это не грозило.

Но плохой сон всё же сказывался – раздражение накопилось, терпение ослабло.

Когда он получил письмо из академии, чуть не поджёг его, решив, что это реклама.

Он ведь не умел читать и не понял, что текст был важен.

«Собраться тридцать первого января у академии Линдун, сопровождать старших учеников в поездке в Священный город, отвечать за питание и проживание.»

Священный город? Уж не совпадение ли?

А сегодня как раз тридцать первое.

— И ниже написано: получатель Су Бэй, — добавила Моли, дойдя до конца листа. Потом подняла глаза, ткнула себя в грудь и будто спрашивала взглядом: кто же позаботится обо мне?

Готовить Моли не умела вовсе.

В этот момент подошла Элина. Только что закончила разговор с Церковью Святого Света, лицо вновь стало холодным.

— Нам, кажется, пора расстаться, — тихо сказала она. — Мне тоже пришёл вызов – в Священный город.

— После отъезда не вернусь. Да и нет смысла.

— Уверена, ты позаботишься о Моли, верно?

Она бросила взгляд на Су Бэя, а затем, перехватив его удивление, перевела глаза на Моли.

Издали прочитала текст письма и на миг застыла.

— Опять ты, неотвязная душа, — пробормотала она, чуть заметно улыбнувшись. — Всё-таки придётся вместе ехать.

Это не радовало, но и одиночество среди фанатиков Света казалось ей ещё хуже – там каждый шаг претворялся в испытание терпения.

— И всё же, — добавила она, — знакомое лицо рядом не помешает. Хотя Су Бэй всё равно раздражает.

Тот вздохнул: мысль оставить Моли под опекой Элины отпала сама собой.

Поняв причину вздоха, Моли надула щёки и произнесла:

— Да иди уж, не волнуйся! Моли вовсе не ребёнок и прекрасно о себе позаботится.

— Хорошо, — кивнул он.

— Тц! — Моли с силой топнула ногой, обиженно выкрикнув:

— Слишком-то ты лёгок на согласие, Су Бэй‑сан!

Разумеется, оставлять Моли одну он не собирался.

Неважно, справится ли она сама – после взгляда работорговца у него сомнений не осталось.

【 】

Он прекрасно понял, что тот задумал.

Недооценивать внимание противника с чутьём третьего ранга нельзя – Су Бэй это знал.

Вот и решение было очевидным.

…

Академия Линдун. Площадь сбора.

Су Бэй стоял в самом конце колонны, разглядывая оживлённых старшеклассников, окружённых шумными разговорами.

Вливаться в беседу он не собирался.

Не сказать, что был один – на поясе висел меч «Обжорство», значит, наверняка не один.

Позади Моли вертела в руках слишком большую для себя куртку, прячась за Су Бэем и из‑под полы наблюдая старших учеников.

Разговоры старшего курса были куда умнее, чем у младших.

Обсуждали, какой состав отряда сильней, как сочетать умения, какие твари опаснее и кто кем станет после повышения ранга.

Никаких разговоров о завтраках и милых питомцах, как у младших.

Но главное – это была элита академии.

Большинство – третьекурсники, чуть меньше второкурсников и всего одна ученица первого года.

Да и ранг ни у кого не ниже второго.

Из всех Моли знала только одну.

Алишу, младшую сестру Аманьлы.

Она-то и была та самая единственная первокурсница.

Стояла, как и они, в стороне, вежливо приветствуя старших, но в разговор не принимали.

Су Бэя, впрочем, интересовали не ученики.

Возраст у них был примерно одинаков – преимущественно семнадцать-восемнадцать, максимум его ровесники. Ни опыта, ни авторитета перед ними он не имел.

Да и, в конце концов, это он – человек, прошедший всю «Игру» сотни раз.

Мысли его были о другом: об Элине.

Неясно, восстановила ли она полностью Божественность.

Да и даже если да – рано или поздно та вновь разрушится.

Зато теперь у неё есть опыт, значит, в следующий раз падать будет не так больно.

Но если Элина решит войти в Магическую башню, ей нужно знать главное: нельзя принимать благословение Богини Святого Света.

Нужно победить её.

От этого зависнет всё – останется ли Элина владычицей своей Божественности или станет её рабой, безвольным оружием.

По сюжету она должна была идти туда только через два года, уже утратив Божественность и вернувшись к статусу профессионала. Тогда хоть и внизу, но сила её превосходила третий ранг.

И лишь с такими характеристиками она едва побеждала Богиню Света.

Сейчас же у неё не хватит возможностей, и исход исказит цепочку событий.

Последствия могут быть непредсказуемыми.

И хоть цель одна – Священный город, дорога у каждого своя.

Это и тревожило Су Бэя.

Тем временем Элина влилась в процессии Церкви Святого Света.

Впереди шёл их командир – четвёртого ранга светлый рыцарь, Посланник Храма Стер.

Он приветливо протянул руку, но Элина лишь холодно прошла мимо и заняла место в центре колонны.

Всё соответствовало её «божественной» стороне.

В этот день в путь выступили не только академия Линдун и Церковь Святого Света – множество отрядов двинулось одновременно.

У всех цель одна – завоевать расположение Луминары.

Но академия Линдун отличалась: руководство не просто не пыталось подружиться с принцессой – были слухи, что задумывается об убийстве.

Так начался грядущий вихрь событий.

В «Игре» об этом рассказывалось скупо, но из обрывков диалогов можно было уловить масштаб и сложность происходящего.

А именно таких ситуаций Су Бэй не выносил.

Сложно, туманно, к тому же в формате крупного рейда.

Беспокойство только росло.

Он бы с радостью промотал всё это, сразу к моменту пробуждения Героя и Магистра демонов – там каждая деталь была знакома.

Больше всего тревожил нынешний руководитель отряда.

Им оказалась София, заведующая младшими курсами академии.

Формально лидер экспедиции, но шагала она, уткнувшись в листочек с формулами, и застревала где-то посреди дороги.

А поскольку Су Бэй шёл в самом хвосте, следя, чтобы никто не отстал, София оказывалась прямо перед ним.

Лидеру быть в одном шаге от замыкающего – абсурд.

Судя по всему, она вот-вот отстанет окончательно.

Су Бэй ускорился и с сомнением оглядел эту рассеянную женщину.

Тонкие губы, белёсая кожа, глаза за чёрными оправами – усталый блеск безумия, будто знание зашло слишком далеко.

Не похоже, что она осознаёт, что происходит вокруг. Весь её мир – в шариках формул перед глазами.

— Сомневаюсь, что с такой можно поручить безопасность отряда, — подумал Су Бэй.

Ради порядка он подошёл и тихо сказал:

— Вы отстали, учитель.

Ноль реакции.

Даже бровью не повела. Словно не услышала вовсе.

Су Бэй замер. Повышать голос он не рискнул – не хватало ещё нарваться на взгляды старшекурсников.

Моли, видя его колебания, шагнула вперёд, коснулась Софии по плечу:

— Учитель, вы отстаёте!

Помогло не сразу.

Минут десять, казалось, она «зависла». Но потом моргнула, собрала листки и посмотрела вперёд.

— Семьдесят три метра.

Да, расстояние до колонны именно такое.

Потом она повернула лицо к Су Бэю.

— Работник Су Бэй?

— Я, — ответил он.

Она узнала его, вопрос был лишь подтверждением. Извлекла заранее подготовленный клочок бумаги и механически зачла:

— По задаче академии Линдун мы направляемся в Священный город для базовой практики учащихся.

— Наши студенты сильны и талантливы. Перед выпуском каждый обязан пройти испытание новичка‑авантюриста и показать результат.

— Испытание проходит в башне, сила небольшая, награды средние. Но, коль скоро вы член персонала, академия не содержит праздношатающихся. Так что присоединяетесь к отряду и проходите испытание.

— Требование – пять этажей.

— Вопросы?

Су Бэй прищурился и спокойно произнёс:

— Магическая башня?

София кивнула, не поясняя ни слова.

— И это вы называете «испытанием новичка»? — Подумал он, ошарашенный. Даже этот флегматик не поверил ушам.

— Кто передал приказ? — Спросил он вслух.

— Я, — ответила София.

Усмехнулась странно – рот натянулся в подобие улыбки, от которой по спине бежали мурашки.

— А если не справлюсь? — Уточнил Су Бэй.

— Тогда безопасность… её, — она кивнула на Моли.

— Э-э? При чём тут я? — Изумилась Моли, у которой даже волосок‑антенна подпрыгнул.

— Почему так? — Нахмурился Су Бэй.

Она склонилась ближе, почти касаясь губами его уха, и шепнула так, чтобы ребёнок не услышал:

— Академии известно, кто она. Имперские сыщики уже близко, скоро выйдут на след. Один ты не справишься. Но академия рассчитывает на тебя.

— Докажи свою ценность – и я гарантирую, что вас обоих защитят.

Он хмурился, долго молчал. Потом перевёл взгляд на Моли.

Та хлопала глазами, пытаясь понять, о чём шёл разговор, антенка над макушкой колебалась, складываясь в вопросовительный завиток.

Су Бэй выдохнул, едва заметно улыбнулся и сказал:

— Хорошо.

София снова изогнула губы и холодно добавила, будто зачитывая протокол:

— Семья в пути – значит, дополнительная нагрузка. Хочешь, чтобы Моли осталась в составе – придётся потрудиться. Понятно?

— Хорошо, — повторил он.

— Э? Так я всем мешаю? — Нахмурилась Моли. — Может, я тогда домой пойду? Не хочу создавать хлопоты. А Су Бэй‑сан должен работать усердно!

— Не стоит, — мягко остановил её Су Бэй, удержав за рукав. — Не бойся. Всё нормально.

Оставить девочку одну – слишком опасно.

Да и избегнуть облавы не удастся. Раз уж академия знает, значит, правда раскроется в ближайшие дни.

Лучше пройти испытание и получить покровительство.

Если пройдёт – чудесно.

Тем более, Су Бэй оставался в Городе Зимнего Солнцестояния не просто так: это место станет ареной финала между Храбрецом и Владыкой демонов.

Там же по легенде находился тайный отряд пробуждённых – сильная команда, до поры не участвовавшая в основной линии сюжета. Они сыграют важную роль в Отражении Прилива магии, хоть и будут потом обречены.

Кто именно входил в этот отряд, Су Бэй не знал: в «Игре» о них почти не писали.

Но сейчас, до развертывания событий, такая группа близка к непобедимости.

А значит, поможет ему выжить.

Вот почему добраться до их поддержки так важно.

А если вдруг не получится, всегда можно будет бежать вместе с Моли – из Священного города к королевству гномов путь проще, чем обратно.

Так оба негласно пришли к согласию.

София, убедившись, что он согласен, вернулась к началу колонны, зажигая в руке слабое пламя и бросая в него исписанный листок плана.

— План Повелителя теней из империи Фран, исполнение – святой пастырь той же империи, — пробормотала она с усталым вздохом. — Чтобы обмануть постороннего и дать ему шанс спасти принцессу Фран… заставив пройти пять этажей Башни.

— Невероятно.

— Ну и плут ты, Стивен.

София, а точнее академия Линдун, будто просчитала всё наилучшим образом, но для Су Бэя это не было большой проблемой.

Он и сам проявлял интерес к Магической башне.

Так что по сути, ему просто дали дополнительный повод попробовать силы.

У него на поясе «Обжорство» наконец дождался людей вокруг и стал напоминать о себе.

— Брат, можно я хоть словом обмолвлюсь? Совсем скукота, задохнусь же! — Простонал меч.

Су Бэй не возражал, лишь коротко кивнул.

Он был не из разговорчивых, нужды в болтовне не имел.

Главное, что «Обжорство» теперь сможет развлечь Моли.

Да и не страшно, если заговорит, лишь бы держал язык за зубами.

Пока не выпустит туман, никто не догадается, что перед ними демоническое оружие.

Всё-таки видевшие «Обжорство» в деле жили едва ли не по три сотни лет.

Настоящие старые чудовища.

София – одно из таких чудовищ?

Вряд ли. На вид она скорее зрелая и ещё полная сил женщина, совсем не старая ведьма.

Су Бэй сомневался, насколько уместно такое определение.

Пока он порой украдкой посматривал на Софию, Моли не выдержала и ткнула его локтем.

— Нельзя так! По-моему, Элина куда лучше подходит! — Шепнула она.

Су Бэй промолчал, а вот «Обжорство» не удержался.

— Все они рядом с моей госпожой и пылинки не стоят, — хмыкнул меч.

Осознав, что меч говорит о ней, Моли вспыхнула с головы до ног, хорошо хоть капюшон скрывал лицо.

— Ч-что ты такое несёшь… Не лезь клинком между нами!

Хорошо ещё, у «Обжорства» не было тела, иначе он наверняка взялся бы наставлять будущего Владыку демонов, чтоб тот побыстрее действовал, пока не поздно.

«Обжорство» не чувствовало человеческих эмоций. Для него все отношения молодых людей – обычная физиология: нет родства – создай; есть – ходи в кость.

Хотя, честно говоря, словосочетание «вносить разлад» меч трактовал странно.

Су Бэй пришёл к выводу, что педагогика академии Линдун оставляет желать лучшего.

Он взглянул на Моли: девушка уже спряталась под плащом, даже её торчавший вихор свернулся колечком. Стоило их взглядам встретиться, как она тут же отводила глаза.

— Не стоит смущаться, — спокойно заметил Су Бэй. — Он всегда болтает в таком духе.

Моли надула губы. Легко сказать! Она знала, что меч просто городит чепуху, но покраснеть всё равно не могла не покраснеть.

Что тут поделаешь?

Девушка злобно сверкнула глазами на «Обжорство».

От этого взгляда магический меч истинно занервничал.

Вот ведь тьма…

Переиграл в шутки.

С такими темпами останется без обеда.

— Сестра, я ведь просто язык распустил, не принимай близко! — Замямлил меч. — Ты с братом – идеальная пара. А я так, под ногами мешаюсь. Надо биться – я первый полезу. У нас с ним связка железная: он атакует, я прикрываю, ты усиливаешь – неуязвимая тройка, понял? Только не дуйся!

«Обжорство» прямо рассыпался в угодничестве, ожидая похвалы от Моли и лёгкого обмена любезностями.

Но та лишь насторожилась.

— Не вздумай искусить господина Су Бэя! Он не станет заключать с тобой никаких тёмных договоров!

— Верно ведь, Су Бэй? — Уточнила она, обернувшись.

— Мм. — Он коротко кивнул.

Моли довольно улыбнулась, вихор на макушке радостно вздрогнул.

«Обжорство» тяжко вздохнул.

Вот обидно. Всего-то помогал, а уже клеймо «злого меча» навесили.

Когда магический клинок избавится от этих стереотипов?

Отряд двигался неторопливо, без порталов – только пешком через дикую местность.

К счастью, окрестности между городами давно очищены от сильных тварей высшими авантюристами.

Вступив в глушь, отряд тут же перешёл в боевую готовность.

Первым поднял руку священник: несколько чар легли на головы магов, вспыхнули светлые ореолы – словно маленькие ангелы раскрыли крылья.

Вокруг раздались визги – тонкие, пронзительные, как свист, в котором легко узнать вой снежных гоблинов.

Из тьмы загорелись сотни белых глаз – густая стая окружала их.

Эти сноровистые жители Зимнего леса ценились как редкая порода – вне этих мест их почти не встречали.

Выносливее обычных зелёнокожих собратьев, они обладали толстой шкурой и медлительным умом.

Учёные считали причиной холод, но Су Бэй подозревал, что дело просто в тяжёлых шкурах.

И правда – толстенные куртки, стрелой не пробить.

Но даже такая броня не могла удержать учащихся.

София не вмешивалась – даже головы не подняла, погружённая в свой бесконечный анализ.

Хотелось верить, успеет завершить свои исследования прежде, чем погибнет.

Командира в отряде хватало: старшекурсник умело руководил процессом, выдвинув магов вперёд – все они дружно запели формулу Огненного шара.

Против снежных гоблинов это самое надёжное средство.

Су Бэй не сомневался в боевом уровне студентов.

Если не справятся с гоблинами, дальше идти и незачем.

Тем более это всего лишь тварь первого ранга, с которой даже награды серьёзной не дают – разве что когти да зубы стоят внимания.

Мех, к слову, тёплый – отличный материал на зимние плащи.

Отряд продвигался быстро.

Су Бэй, шагавший последним, выглядел откровенно расслабленным.

Моли, заметив скуку, предложила сыграть в крестики-нолики.

Быстро надоело – ничья за ничьей, так что они перешли к гомоку.

Откуда в этом мире гомоку – он не понимал, но и не возмущался: простая игра, да ещё и любимая среди домоседов.

Не умеешь в гомоку? Значит, не настоящий задрот.

Су Бэй играл не блистательно, зато безошибочно – линия обороны железна: «не побеждаю, зато не проигрываю».

Против Моли ничья следовала за ничьей: не выигрывал, но и не сдавался.

Тем временем «Обжорство», глядя на их партию, едва не взорвался от нетерпения.

— Да чтоб тебя, брат! Хватит ставить в оборону, атакуй! — Вопил он. — Она три камня подряд сложила, а ты оба конца перекрыл! Кто тебя вообще учил так играть?!

— Брат, слушай меня! Дай мне слово, бей атакой прямо слева, иначе что это за игра?! — Бушевал меч. — Так не выиграть!

Су Бэй нахмурился. — Почему не подсказываешь ей?

«Обжорство» замолк и невольно вспомнил, как когда-то дерзко наставлял предыдущего Владыку демонов – и за это был брошен на дно вулкана – целых пять сотен лет.

Если бы не неуничтожимость, давно бы переплавился обратно в руду.

— Сестра-то играет без ошибок, — буркнул он наконец, — а вот ты… смотреть больно. Так вообще не победить.

— Но я разве проиграю? — Удивился Су Бэй.

Меч вновь умолк, потом с сомнением спросил:

— А разве не ради победы в гомоку играют?

— Проигравший побеждает – как? — Поинтересовался Су Бэй.

Чисто логически – безупречно, но меч чувствовал, что что-то тут не так.

Решив проверить опытным путём, он оживился:

— Просто ты ещё со мной не играл! Я ведь шахматный король демонов! Никто мне не ровня… ну разве что сам Владыка был чуточку лучше.

Су Бэй не сказал ни слова – просто снял меч с пояса и протянул Моли.

Она с лёгким раздражением приняла «Обжорство».

«Мы тут с Су Бэем играем, а ты, железка, куда лезешь?» – читалось в её взгляде.

Под этим взглядом даже голос меча стал тише.

Но собравшись с духом, он вновь осмелел. — Госпожа, доверьтесь мне! Позвольте сыграть с братом одну партию! — Я покажу, как он останется без штанов и гордости, — хохотнул он. — Потом объясню вам, как такого обыграть!

— Замолчи, — Моли вспыхнула. — Немедленно!

Так меч и Су Бэй вступили в поединок.

Минуту спустя «Обжорство» тараторил самоуверенно, камни ставил мгновенно — казалось, перед ними неудержимый гений.

Через пять минут речь сбилась, движения замедлились, а в бормотании слышалось напряжение:

— Подожди, сестра, мозги догоняют… почти придумал мат, осталось немного…

Минуло десять – и теперь меч вполголоса ругался сам с собой:

— Тут бесполезно, там заблокировано… эх, будь можно съесть этот камень… а нельзя – дьявол! Раздражает…

К пятнадцатой минуте внутри клинка будто выдохлась жизнь:

— Не может быть… не верю! Раз не победил, значит, просто не закончил… ведь я же не проиграл!

Спустя двадцать минут – тишина.

Победа недостижима, а Су Бэй спокойно уводил всё дальше к развязке. Меч уже не сопротивлялся – понял: хода нет.

Прошла ещё минута.

— Что, язык проглотил? — Спросил сонно Су Бэй. Он только разогрелся – составил цепочку из десяти безупречных оборонительных ходов и уже готовился перейти в наступление.

— Брат… ты, конечно, выиграл, — с трудом вытянул из себя «Обжорство». — Но… я ведь не признал поражения. Потому как – я ещё не проиграл!

— Кроме того, старею, совсем подзабыл приёмы. Ещё раз сыграем – через пятьдесят ходов я тебя добью.

— Хорошо. — Су Бэй спокойно кивнул.

И через полчаса меч швырнул камни. — Да кто вообще у тебя выиграет, черепаха ты! — Выдохнул он. — У тебя броня небес, защита как скала… хотя, отмечу, убойной силы меньше!

После этого «Обжорство» официально сдался – но язык за ним остался.

С тех пор, наблюдая за новой партией между Моли и Су Бэем, меч уже ворчал вполголоса:

— Ну, ход так себе, но брат у нас тонкий стратег… — или: — Неплохо, хотя с левого верхнего фланга атака пошла бы лучше…

С каждой минутой он становился всё более нервным, и в какой-то момент отвернулся – словно боялся, что вот-вот сдетонирует от напряжения.

Моли же наслаждалась процессом – для неё это просто приятное занятие.

Су Бэй тоже не гнался за победой.

Они играли спокойно, без страсти, без азарта. После двух партий остановились – достаточно.

Итог прост: Моли не выиграла, Су Бэй не проиграл.

Продолжи они дальше – он бы победил, но девушка пожаловалась на большой размер доски и предложила сменить игру.

Тем временем отряд углубился в Зимний лес. Снежных гоблинов они больше не встречали.

Теперь противниками становились снежные волки и медведи – существ первого и второго ранга, а порой даже элитные снежные орлы. С ними возни было куда больше.

— Не та дорога? Почему тут встречаются элитные особи? — Раздражённо спросил старшекурсник у Софии.

Она и не подняла взгляда, отчего тот почувствовал себя униженным.

Этот юноша звался Олини – председатель студенческого совета, маг третьего ранга с редкой особенностью «Огня» – гордость академии Линдун.

Вежливый на словах, он внутренне ровно презирал всех преподавателей школы.

Даже его куратор не мог противостоять ему в бою.

Олини считал, что весь преподавательский состав обязан его уважать – ведь он – достояние академии.

Всего в Линдуне шесть студентов третьего ранга, и все они составляли его личную команду – в её центре стоял он сам, неоспоримый лидер.

Ему всего восемнадцать, а перспектива – божественного уровня.

Как он знал, среди преподавателей пробуждённых нет – все лишь наёмные ветераны, одряхлевшие авантюристы.

Даже директор, вероятно, из той же породы.

Вот почему Олини смотрел на всех свысока, часто твердя: «Родись я в Латинуме – давно стал бы пробуждённым!» или «Будь я из знати – был бы истинным гением».

Сейчас, не дождавшись ответа Софии, он нахмурился и уже раскрывал рот, чтобы обрушиться на неё, но при виде утончённого лица и внушительных форм промедлил.

Улыбнувшись для приличия, он решил не портить момент: мол, зачем грубить, когда можно очаровать?

Развернувшись, он задумался, какая же она будет – в ту ночь, в Священном городе, на шелковых простынях…

Он ведь герой судьбы, достойный всего.

Не заметил, как в этот момент София нахмурилась: стоит ему ещё раз взглянуть на неё таким взглядом – и она обрежет эту похоть молитвой очищения, не раздумывая.

Ей плевать на его статус или возраст.

Когда она работала в империи Фран, видела тьму так называемых гениев и знала: ценен лишь тот, кто сумел выжить.

Многие рождались одарёнными, но немногие доживали до признания.

Олини между тем строил команду. — Рыцари – впереди! — Приказал он. — Щитоносцы – на полшага вперёд, мечники – на полшага назад, помогают прочищать путь. Следом – рейнджеры прикрывают с дистанции. Маги – отдых, готовить точечный залп. Священники усиливают рыцарей – никаких разрывов в благословении!

— Ассасины добивают раненых, не тратьте силы впустую.

Кроме его личной шестерки, все остальные студенты – второго ранга, пусть и элитные. Так что большого вклада от них не ожидалось.

Отряд двигался организованно и уверенно.

Отряд академии Линдун был силён: шесть бойцов третьего ранга, да ещё два десятка второранговых.

Среди них – четырнадцать старшекурсников, пять второкурсников и один новичок.

Пять магов, пять рейнджеров, пять рыцарей, три священника, два вора – сбалансированный состав.

Даже случайная встреча с одиночным трёхранговым элитным монстром не стала бы бедой: при слаженной атаке первый залп покалечил бы его, второй стер с лица земли.

Считая изолированную Софию и замыкавших строй Су Бэя с Моли – всего двадцать девять человек.

Если приплюсовать «Обжорство» – тридцать, но клинки к живым не причисляют.

Олини с отрядом стоял в центре, не вмешиваясь в зачистку. Мол, собирают силы на более крупных тварей четвёртого ранга.

Студенты не роптали – ведь он силён, значит, прав.

Даже если не прав – а кулак всё равно аргумент.

Никто и не пытался задать очевидный вопрос – есть ли в лесу чудовища четвёртого ранга. Каждый знал ответ, но молчал.

Так, ведомые их апломбом, они прорвались вглубь Зимнего леса.

Деревья расступились – впереди открылась поляна с прудом, воздух потеплел, солнце пригрело. Идеальное место для отдыха – даже монстров не видно.

Олини решил, что пора передохнуть.

Надолго бы завис с такой компанией – и София здесь, и милая первогодка Алиша с её ослепительной, почти взрослой грацией и смущённой улыбкой. От одного взгляда сердце колотилось.

Будь она не дочерью подзащитного дворянина, давно бы «поухаживал» в кампусе.

Но вот – идеальная возможность: ни свидетелей, ни опасности.

Теперь командует он – самая сильная сила в группе, а весь прочий люд вымотан боями.

Улыбнувшись, он хлопнул ладонью по бедру и громко объявил:

— Здесь безопасно! Отдыхаем два часа, всем стоять лагерем!

Толпа облегчённо выдохнула – битвы и марш измучили всех, отдых был заслужен. Место живописное, вода рядом – идеальный привал.

А Олини уже направлялся к Алишe, расправив плечи и включив обаятельную улыбку.

Только вот – где она?

Моли заметила, как Су Бэй напрягся. — Господин Су Бэй, что случилось?

Он не ответил – только нахмурился и, прикрыв глаза, вслушался в лес.

Мысли его были тревожны: «Почему этот дурак остановил всех именно здесь?»

Место без мелких зверей, но с мягким климатом – явный признак чужого домена. Логово сильного монстра.

Если точнее – ранг Лорда.

И этот идиот решил поставить лагерь прямо в его владениях?

«Ждут, когда вернётся хозяин и всех сожрёт?» – в мрачной иронии подумал он.

Моли уже собиралась что-то спросить, но София – замыкавшая поход – вдруг подняла голову.

Она свернула записи исследований и впервые за всё время приоткрыла глаза – золотистые, с бегущими внутри строки данных.

Выражение лица стало серьёзным. Она повернулась на восток: шкала опасности взлетала стремительно – белый, жёлтый, янтарный, тёмно‑жёлтый.

— Идёт что-то большое, — прошептала она. — Быстрое – и с потенциалом боли.

Три тысячи метров.

Две тысячи.

Тысяча.

Это не второй ранг.

Третий… нет, не просто третий.

Элитный? Неправильно… Лорд уровня.

Три ранга – и ранг Лорда.

Пятьсот метров.

Триста.

— Чёрт… Не одна особь. Две! — Нахмурилась она.

София подняла посох. Хоть она и служительница Святого Пастыря, но как пробуждённая пятого ранга владела множеством боевых заклинаний.

Да, её класс не предназначен для уничтожения, но особое свойство «Проницательность» и артефакт «Истинные очки» позволяли за доли секунды вычислять слабые точки врага – и одним выстрелом уносить даже четвёртораргового элита.

Но вот трёхрангового Лорда – нет.

Не то чтобы они сильнее четвёртых – просто прирождённое превосходство в телосложении и навыках делало их почти бессмертными для элиты.

Особые приёмы, чудовищный запас прочности и высокий разум.

Сложно. Очень сложно.

Когда силуэты монстров проступили среди деревьев, София сразу их узнала.

Слаймы.

Два огромных, как холмы, с отвратительно злыми мордами. Они катились навстречу, руша камни и деревья – настоящие живые волны.

Это были два Короля слаймов.

Слаймы, милые питомцы Священного города, известные своей безобидностью, частенько жили при дворцах знать. Из их тел делали даже косметику и ткани.

Но с Лордом это уже не имело ничего общего.

Лорд‑слайм = гигант + жидкая форма → почти полная невосприимчивость к физике и магии.

При диаметре в пять метров и вязкости, как у студня, они нейтрализуют все атаки третьего ранга и выдерживают даже удары четвёртого и пятого.

Одни из самых живучих существ своего уровня.

София прикинула соотношения силы и обороны – вышло неутешительно: чтобы уничтожить одного Короля слаймов, нужно как минимум полторы минуты непрерывной атаки.

Выдержат ли остальные это время?

Сомнительно. Эти чудовища хоть и медлительные, но против учеников более чем смертоносны.

Однако выбора не было. Она могла лишь рассчитывать на подопечных.

Тем временем у пояса Су Бэя дрожал и вспыхивал «Обжорство» – смеялся.

— Забавно… очень забавно. — Голос клинка гулко ворчал. — Вот он, брат, твой кошмар! Ловушка судьбы! Хочешь, помогу? Бесплатный громила всегда к услугам. — Вон на этих жалких тварей посмотри. — Ха, держу пари… одну минуту – и их смоет в кашу.

В этот момент Олини, ищущий в передних рядах тепло, оказался в дерьмовом положении.♝🐜 👌🎈

Позиция не та, и не только.

Его отряд не мог мгновенно поддержать, а пришедшие монстры были не простой шушерой.

Какой из этого развалюхи-отряда сможет сдержать двух монстров ранга Лорда третьего ранга?

Если удастся задержать одного – уже повезло!

Не успел Олини занять позицию, как в прорыв ворвался Король слаймов, словно тигр в стадо овец, и одним рывком развалил выстроенный студентами строй.

Прошло и полминуты не прошло.

Это не пошаговая игра, монстры не будут ждать, пока враг приготовится.

Король слаймов не станет милосердным к тем, кто вторгся на его территорию.

Дуанг～

дуанг～

дуанг～

Три прыжка.

Перепрыгнув через крепких рыцарей, он ринулся прямо в хрупкую группу магов и жриц в тылу.

Один прыжок.

И один из них уже оказался внутри тела Короля слаймов.

— Спасайте, спасайте! Задохнётся, в теле Короля слаймов есть парализующий яд.

— Если захватят – нечем дышать, спасайте!

С другой стороны происходило нечто иное.

Софии было не до этой кучки идиотов, что превратились в кашу.

Её задача – как можно быстрее уничтожить этого Короля слаймов.

Значит, придётся использовать мощный приём, который сожрёт почти всю силу.

Она взмахнула рукой, и в её руках вспыхнула сияющая посохом, раскалённый, как раскалённый металл, а из его наконечника вырвался ослепительный белый свет, вырисовывая в воздухе огромный крест, будто впитавший в себя солнце.

Святой Свет озарил всё вокруг, растворяя всякую жизнь, что не может сопротивляться.

Пробуждённый навык – Крестный суд.

Король слаймов был пригвождён к кресту, его тело стремительно сжималось и исчезало, за мгновение уменьшившись на три дюйма.

Увидев эту опасность, Король слаймов понял, что перед ним пробуждённые, с которыми не по силам тягаться, и без колебаний применил свой последний приём.

Бум!

Оглушительный взрыв, и желеобразное тело Короля слаймов задрожало.

А затем, будто в кучу говна вставили фейерверк, рвануло, и во все стороны полетели капли и струйки.

София, как ближайшая цель, получила всё по полной: липкая жидкость с головы до пят стекала по её стройному телу, оставляя на земле мокрое пятно.

А множество осколков слаймов собрались в сотни маленьких Королей слаймов диаметром в пять сантиметров и бросились врассыпную.

Суть Короля слаймов – его почти невозможно убить, но против пробуждённых он почти не представляет угрозы.

Если в отряде нет пробуждённых, Король слаймов может устроить настоящую бойню.

Но если есть пробуждённые, даже ранг Лорда – просто картон.

Поэтому, как только Су Бэй понял, что София – пробуждённая, он предвидел именно такой поворот и быстро увёл Моли под прикрытие большого дерева.

— Можно сказать, что тут было по полной: и дерьмо, и моча летели во все стороны, — «Обжорство» смотрел на это зрелище и не удержался от комментария.

Он отлично умел смотреть на чужие страдания.

— Заткнись, какая мерзость!

Моли щёлкнула «Обжорство» пальцем по лбу и добавила:

— Господин Су Бэй, а мы не пойдём помогать? Тем старшекурсникам ведь может быть очень опасно?

И тут, как раз, чёрный комок с глухим стуком запрыгал и вдруг ринулся прямо на Моли.

— Ааа! — Моли вскрикнула, инстинктивно выставив руки, и на ладонях у неё запрыгал мягкий, желеобразный шарик, словно горячий картофель.

— Э-э? Что это?

Шарик прыгал по рукам Моли, потом нырнул ей в объятия и устроился там.

— Это же тело Короля слаймов, повезло тебе, Моли, ты что, от рождения обладаешь сродством к монстрам?

— Правда? А теперь вспомнила, с детства мелкие зверушки постоянно лезли ко мне в объятия, — Моли задумалась, а потом вдруг вскрикнула:

— Э-э, это же Король слаймов? Такой страшный зверюга, а стал таким милым комочком.

Нет.

Кто это говорит?

Моли оцепенела во второй раз, и мурашки побежали по коже.

— Ааа, кто ты? Алиша-сама?!

В тени дерева сидела Алиша, подперев щёку рукой и наблюдавшая за полем боя.

Судя по всему, она уже давно была здесь, даже раньше, чем Су Бэй с Моли.

Алиша повернулась, мягко улыбнулась Моли и кивнула Су Бэю с доброй улыбкой.

Су Бэй остался холодным, но задержал на ней взгляд подольше.

Когда появился ещё один человек?

Там вообще кто-то был с самого начала?

Когда она появилась там?

Он не заметил.

Это заставило Су Бэя, всегда более осторожного, чем обычные люди, насторожиться.

В сюжете описание Алиши слишком скудное, как и сама она сейчас – словно человек в состоянии Шрёдингера.

Если не смотришь на неё, не думаешь о ней специально, очень быстро забываешь о её существовании.

Разве что она сама не поздоровается.

Если не смотришь на неё, очень быстро теряешь её след.

Может, это какая-то особенность?

Су Бэй размышлял.

— Немного невежливо так пристально смотреть на ещё несовершеннолетнюю девочку, — Алиша мягко посмотрела на него, и в голосе прозвучала обида:

— Как ты думаешь, господин Су?

Похоже, она чувствовала себя неловко из-за того, что редко бывала объектом внимания со стороны парней, поэтому и сказала так.

Но Су Бэй решил, что это просто мешает проявлению её особенности, поэтому она и выразила недовольство.

Услышав это, Су Бэй ещё не успел ответить, как Моли поспешно объяснила:

— Э-э, господин Су Бэй совсем не такой человек, Алиша-сама.

Моли не хотела, чтобы между господином Су Бэем и Алишей-самой возник конфликт, ведь с обеими у неё хорошие отношения.

Хотя с господином Су Бэем всё же лучше.

Так подумала Моли и лихорадочно соображала, как сменить тему.

— А вы не волнуетесь? Ведь это же Король слаймов!

Она нарочито широко раскрыла глаза, будто не понимала, почему все так спокойны.

Очевидно, она не замечала одного.

Прямо сейчас у неё в объятиях лежал Король слаймов и покачивался, словно прыгал по клеточкам.

— Если бы это был другой монстр того же уровня, было бы непросто, но с Королём слаймов вряд ли кто-то погибнет.

— Хотя и выглядеть будем жалко.

— К тому же я всего лишь первокурсница, господин Су Бэй – обычный служащий, а ты вообще из младшей школы.

— Даже если ничего не делать, ничего страшного.

— Мы же трое, кого в отряде нужно защищать в первую очередь.

— Не мешать – уже помощь.

Длинная речь, логичная, убедительная.

Су Бэй кивнул.

Алиша с лёгкой улыбкой спокойно смотрела на поле боя, не собираясь вмешиваться.

— Ну да, — Моли моргнула, словно поверила, и тоже устроилась на поваленном дереве.

Это не её забота.

Главное, чтобы никто не погиб.

А вот «Обжорство» у Су Бэя на поясе был недоволен и с тревогой смотрел на будущее демонов.

Ты же будущий Магистр демонов, а ведёшь себя заботливее, чем обычные люди.

Тогда это уже не та забота, что положена Магистру.

Это работа Героя!

Неужели Магистра выбрали не того?

«Обжорство» нахмурился, чувствуя, что где-то явно что-то пошло не так.

Но он не осмеливался сказать это вслух и мог только держать это в себе.

На поле боя студентов, растоптанных вторым Королём слаймов, вскоре подоспела помощь.

София вступила в бой как раз в тот момент, когда Олини уже превратился в разбитое мясо и был облит слизью, как пирожное.

Вскоре второго Короля слаймов жёстко подавили.

Действительно, всё обошлось.

София даже успела быстро смыть с себя липкую жидкость, оставшуюся после боя.

А Су Бэй всё это время точно рассчитывал время.

Если бой закончится за пять минут, смертельных исходов не будет.

Ведь даже если не задерживать дыхание, тело двухрангового профессии способно выдержать удушение не менее пяти минут.

Так кризис закончился – с перепугом, но без жертв.

После великой битвы поле осталось в полном беспорядке. •._.••´¯``•.¸¸.•` ６９Ŝｈⓤ𝕏.ⓒ𝔬м `•.¸¸.•´´¯`••._.•

Олини поспешно вернулся в центр отряда и принял лечение от жрицы третьего ранга. В уме он твердо решил больше никогда не отделяться от товарищей.

Больше он не хотел испытывать подобные мучения.

Если бы он сражался вместе с отрядом, его бы не избил в одни ворота Король слаймов. По крайней мере, продержался бы пару минут и выглядел бы достойней.

А так погибнуть за мгновение – стыдно донельзя. Пусть и прожил целую минуту, но всё это время его только и делали, что колотили, меняя позы.

Для воина третьего ранга это было унизительно, особенно после всех его громких заявлений, будто он будет набирать силы, чтобы достойно встретить грядущие опасности.

Так Олини окончательно утратил право «гавкать» и лишился трети уважения в академии. Он лишь думал о том, как вернуть себе лицо в Магической башне: убить юного бога и тем самым вернуть утраченное.

Остальные одноклассники выглядели не лучше.

Во время боя многих девушек Король слаймов просто втянул внутрь своего тела.

Теперь, выбравшись наружу, они едва держались на ногах – идти прямо было испытанием, любое движение давалось с трудом.

К тому же все были покрыты липкими остатками, от которых исходил неприятный, тягучий запах.

Парни ещё держались. Новое воспринимали проще: стащили с себя одежду, стерли слизь и, посмеиваясь, устроили новую «битву слизью» – на этот раз для забавы.

Для них приключения – это выживание между смертью и опасностью. Пережить бой – значит получить лучший урок.

Хотя не для всех.

Некоторые девушки с трудом снимали слизь с одежды и волос, и кое-кто из них уже был на грани срыва.

Раздеться они стеснялись – максимум снимали обувь, выливали из сапог липкую массу и безжизненно глядели на мокрые носки, не зная, что с ними делать.

А под одеждой…

Даже мысли о том, чтобы раздеться, были им неприятны. Всё‑таки им всего по пятнадцать-шестнадцать – не дело вести себя неприлично, даже если привыкли к беспечности.

Оставалось терпеть.

И считать это очередным испытанием.

Главной темой разговоров, однако, стала Софи́я.

Никто не ожидал, что президент студенческого совета, на которого все возлагали надежды, окажется не способен защитить даже себя.

Зато та самая учительница, которую все игнорировали, выступила вперёд – словно нисшедшая богиня, моментально устранив угрозу.

Так что теперь ученики, прежде сторонившиеся её, наперебой обращались к ней.

— Учитель, над чем вы сейчас работаете?

София молчала.

— Это связано с нашей экспедицией?

София снова не ответила.

— Учитель… А вы такая красивая! Скажите, каким кремом вы пользуетесь…

Услышав это, София приподняла голову. Её бледное лицо на солнце выглядело ещё болезненнее.

— Убирайся.

Характер у Софии бывал вспыльчив, хоть и не часто. К счастью, только иногда срывался.

А тем временем Алиша незаметно вернулась в строй и будто бы никогда не покидала его.

На первый взгляд она то и дело приветливо махала сокурсникам, расспрашивала о самочувствии старшекурсников.

Но если присмотреться – её словно и не было: невозможно понять, где она стоит и что делает.

Невольно пробирала дрожь.

Су Бэй и Моли тоже держались в самом хвосте – оттуда, где они и шли раньше, – поэтому никто не обратил внимания.

Они молчали, стараясь избежать лишнего внимания.

Лишь бы никто не заметил, что на них нет ни следа слизи.

Объяснять это было бы слишком хлопотно.

Но теперь Моли выглядела чуть иначе – у неё появилось два странных спутника.

Она стояла, скрестив руки, а между локтями, словно прыгая на ладонях, резвились два слайма – один белый, другой красный.

𝟨𝟫ˢʰᵘˣ.ᶜᵒᵐ

Два маленьких Короля слаймов.

По размеру они были крошечными: их можно было спрятать в воротнике или прицепить к волосам, будто украшения.

Су Бэй промолчал, фактически дав молчаливое согласие.

С виду и не скажешь, что это Короли слаймов; разве что обычные юные создания.

Увидев это, «Обжорство» заметно занервничал. Мысли его забегали быстрее обычного.

Он понимал: пробуждение силы Владыки демонов близко. Нужно как можно скорее помочь Моли попасть в Магическую башню и получить благословение божества – пусть сила откроется официально.

А дальше будь что будет.

Иначе, если и дальше будет так тянуть на себя чудовищ, всё очень скоро всплывёт наружу.

Он прекрасно знал: тот парень напротив – вовсе не дурак.

Да и чувствовал, что Су Бэй уже всё понял и лишь позволял происходящему идти своим чередом.

Прошло ещё полдня, и София, подняв жезл, открыла путь со скоростью турбины. К утру первого февраля Академия Линдун добралась до Священного города.

— Отдыхайте. Собрание в полдень.

Не успели отозваться, как послышалось «фьюююу» – София рассыпалась искрами и исчезла.

Она просто пропала, и ученики переглянулись, не понимая, куда деться.

— Так где же нам собраться к полудню? — Спросил кто-то.

— Да откуда мне знать?!

Отряд распался.

Для Су Бэя в этой толпе, кроме школьной формы, теперь всё смешалось – трудно было понять, кто из них тот самый студент Академии Линдун.

Но это было неважно.

Он помнил: официально его задача – заботиться о быте учеников.

Хотя после разговора с Софией по дороге он понял: всё это лишь предлог. Руководство просто хотело проверить его потенциал и потому запихнуло в состав группы.

Так что теперь, без тени угрызений совести, он взял Моли и тоже тихо исчез из толпы.

Ученики других академий тем временем тоже один за другим прибывали в Священный город.

По выражениям лиц легко было заметить, насколько различались их статусы.

С выходцев из крупных городов буквально капало высокомерие – заносчивее даже, чем Олини. Некоторые отпрыски знати открыто указывали ему на ошибки, а тот лишь молчал, не смея возразить.

Другие составляли рейтинги гениев из разных академий – утверждали, что подняться выше пятого этажа способны считаные единицы, не говоря уж о прохождении всей башни.

Даже к юной принцессе из Ду́зе относились с сомнением, уверяя, что её потолок – пятый уровень, и лишь усилием воли она сможет слегка перевалить за него.

А те, кто прибыл из маленьких городов, выглядели, как простачки из провинции: глазели по сторонам, кто-то отправился исследовать квартал удовольствий, а кто-то – на рынок рабов подыскивать себе телохранителя.

Для них испытание Магической башни – скорее зрелище.

Главное, что они здесь.

Священный город кипел, шумел и казался вдвое оживлённее обычного.

Су Бэй прибыл не с пустыми руками: кроме трёх золотых монет, доставшихся от «Обжорства», у него было несколько серебряных – хватит, чтобы прожить без нужды.

Он снял с Моли номер в ближайшей гостинице – одинарный, но на двоих.

— Несовершеннолетним нельзя. У нас не квартал удовольствий, никаких особых услуг, — решительно сказала служанка, глянув на юное лицо Моли, выглядывающее из-под плаща.

Она резко выставила руку, словно собиралась позвать стражу – на лице мелькнула тень подозрения: возможно, стоит сообщить в магистрат о похитителе несовершеннолетней.

Это ведь Красная зона!

— Это моя сестра, — спокойно сказал Су Бэй.

— Даже если сестра, всё равно нельзя.

— Родная.

— Родная… постой… родная – можно! — Служанка вспыхнула и торопливо нагнулась за регистрационной книгой, причём из‑под её юбки выглянула полосатая кошачья хвостика.

Вдруг она подняла голову, подозрительно сузив глаза. — А точно родная?

— Сестра! Не выдумывайте! — Воскликнула Моли, пунцовея до кончиков ушей. Её вихорь над макушкой закрутился, как спираль, едва не взвившись вверх от смущения.

Сняв комнату в гостинице, Су Бэй оставил Моли одну.

Под предлогом разведки он активировал ближайший телепорт и перенёсся в соседний городок.

Десять серебряных монет – ощутимый удар по кошельку.

Но иначе было нельзя.

Он запомнил: вернуться нужно к полудню.

Когда заработал портал, его слегка закружило – словно три секунды ехал в лифте, поднимающемся на пятидесятый этаж. Мир перед глазами поплыл.

Это был его первый опыт перемещения через телепорт. Пожалуй, последний – слишком скверное ощущение.

Он прибыл в городок Кули.

Ориентируясь по собранным данным и собственной памяти, направился вглубь.

Постепенно улицы становились всё тише; бесплатные участки сменялись покосившимися домами.

Пейзаж напоминал район Цюй в Городе Зимнего Солнцестояния – те же щели между досками, скрипящие ставни, запах плесени и бедности.

Кажется, у любого города есть свой нищий угол.

Пройдя ещё немного, Су Бэй остановился. Память и подсказки привели его в нужное место.

Это даже не трущобы, а настоящий лагерь беженцев – хуже, чем то, где он сам когда-то жил.

Но никаких соломенных хижин, как в воспоминаниях, не было видно.

Так где же?

Су Бэй нахмурился и постучал в ближайшую дверь.

Через мгновение створка приоткрылась, и из щели выглянул единственный глаз старухи. Лицо было усеяно морщинами, извивавшимися, как черви. Она молча рассматривала гостя.

— Здравствуйте, — осторожно произнёс Су Бэй.

— Что тебе нужно? — Прохрипела она.

Голос дрожал от старости, едва слышный, будто его доносил сам сквозняк.

— Скажите, вы знали Элину?

— Элину? А кто это такая? — Её мутные глаза на миг оживились, но скоро снова потускнели – видимо, воспоминание ускользнуло.

— Девочка с чёрными волосами. Тихая.

— А-а, та, что почти не разговаривала? Кажется, её увезли в город, да?

— А семья, что жила вот здесь? — Су Бэй указал на груду руин.

Зрачки старухи заметно сузились – слова застали её врасплох.

— Их тоже… увезли. Похоже. Не помню уж точно…

— Когда это случилось? — Не отпускал он.

Вопросы посыпались один за другим; не оставляя женщине времени на обдумывание.

Та уже хотела закрыться, но, увидев серебряную монету, всё‑таки буркнула:

— Давненько. Может, и правда к лучшей жизни забрали… Старик у неё был хромой, дочка больная, всё спала. Одни бы они не выжили, наверное. Так что пусть уж живут в достатке, а?

— Думаешь, старик, едва ходящий, мог ухаживать за спящей изо дня в день девушкой, да ещё самому оставаться целым? — Негромко спросил Су Бэй.

Но ответом был хлопок двери. Старуха не захотела говорить больше.

Он остался стоять на пороге, задумчиво глядя в никуда.

Он знал: именно это прошлое заставило Элину, уже почти достигшую уровня полубога, потерять Божественность из-за одного-единственного всплеска эмоций.

Если бы не то воспоминание, она никогда бы не сломалась на грани прорыва.

Разрушить Божественность существу того уровня – значит выбить основу собственного «я».

Такое возможно только при испытании невыносимой правдой.

Она ведь почти стала земной богиней, посланницей Святого Света.

А значит, срыв был вызван чем-то чудовищным: кто-то распахнул дверь, которую она столько лет держала взаперти, и уничтожил всё внутри.

→

Из событий позднее Су Бэй помнил: Элина никогда не говорила о родных.

Никогда.

Значит, не хотела вспоминать.

Похоже, именно тогда с её семьёй случилась беда.

Неужели всё бесполезно, и его вмешательство не изменило судьбу?

Су Бэй прищурился и пошёл дальше, стуча в двери одну за другой.

Наконец, он дошёл до развалин, где должна была стоять прежняя хижина.

Это место, где Элина когда-то жила. Возможно, позже она переезжала, но сюда вернулась перед тем, как уйти служить в церковь Святого Света.

Су Бэй наклонился, изучая узор на выбитом полу и следы магии, оставшиеся на осколках.

Пол и камни явно переворачивали повторно.

Разрушение было замаскировано под естественное обрушение.

И на полу виднелись следы Святого Света.

Но Элина сюда больше не приходила.

Селяне уверяли: ни разу.

И это логично.

Если бы она вернулась, её Божественность рассыпалась бы вмиг, а вместе с ней и иллюзия «защищённого дома».

Но защитила ли она его на самом деле?

Ответ был очевиден.

Неудивительно, что, когда всё всплыло, Элина рухнула духом, её сознание обрушилось.

Потому что на стенах руин остались следы Святого Света.

Если не она их оставила – кто?

Всё ясно без слов.

Существо, которому она молилась, предало её.

Что же до самих жителей…

Он не сомневался: они что-то знали. Все до единого. Просто повторяли одну и ту же историю.

Но Су Бэй решил пока не применять другие методы.

Все следы указывали в одном направлении – на местную церковь Святого Света.

До полудня оставалось немного. На разбирательство времени не хватало.

Он взвесил всё и направился к ближайшей торговой улице у входа в городок.

Пара шагов – и на перекрёстке появилась улочка с магазинами и соседняя – с увеселительными заведениями.

Он выбрал вторую и зашёл в старую таверну, на вид очень давнюю.

Внутри стояла тишина.

Совсем никого.

Нет, всё-таки кто-то был.

За стойкой, едва виднеясь из-за её края, сидела низкорослая женщина и протирала кружку – хозяйка заведения.

Услышав шаги, она повернулась.

Невысокая, грубоватая, с чертами, выдающими родство с дворфами.

— О, паренёк, рано ты. Беда, девки мои опять дрыхнут, чтоб их. Эх, эти дармоедки: только и знают, что кровь из меня тянут! — Она фыркнула, тыкая пальцем куда-то наверх. — Подъём, клуши! Принцессы… ромашки… кошечки… красавицы…

— Так что, клиент, особые пожелания будут? Я всё найду: зверолюди, эльфийки, людские красавицы – юные, зрелые, какие пожелаешь. Даже если нет, сыграют как надо.

— Только помни: у нас правила. Девчонки – только выпить и поговорить. Если хочешь большего – сперва спроси, без разрешения ни-ни. За последствия не отвечаю.

— А если не удержишься – ступай в соседнюю гостиницу. Там дешевле, да и хоть землетрясение устрои́ – никому дела нет.

— Нет, я ищу не их. — Су Бэй покачал головой.

— Меня, значит? — Женщина прищурилась и шумно втянула воздух. — Пахнет неприятностями…

— Мне нужно узнать кое-что, — мягко сказал Су Бэй и положил на стол золотую монету, придвигая её к женщине пальцем.

— Посмотрим, что ты там разнюхал. Имей в виду, даже у меня в этом городе есть свои моральные принципы. — сказала она.

— Два года назад, Элина.

Дворфийка‑хозяйка вытянула палец, прижала золотые монеты, незаметно сунула их за пояс и посерьёзнела.

— Что именно хочешь узнать? Девчонки этой уже нет в городе, хотя слава о ней должна была остаться. Теперь она вроде бы святая дева в церкви Святого Света?

— А ведь раньше, говорят, молчаливая была, тёмная такая девчонка.

— Если ты её добиваться собрался, брошу совет: брось. Я слышала, такие, как она, не способны к человеческим чувствам. Да и поклонников у неё – хоть отбавляй, всю эту улицу заполнишь. Даже сосед старый Ван к ней неровно дышит. — При упоминании соседа дворфийка сжала челюсти.

Можно было бы выудить побочный квест, но Су Бэя это не заинтересовало.

— Меня интересуют её родные, — прямо сказал он.

Повисла долгая пауза.

Хозяйка глядела на него, потом усмехнулась, хмуря лоб, опрокинула кружку пива.

— Хочешь правду или байку? За правду ты заплатил мало.

— За ложь можешь пойти к любой болтушке, я на сказках не зарабатываю.

— Сколько нужно? — Спросил Су Бэй.

— Дело не в деньгах… хотя за хорошие деньги я тоже бы не отказалась. — Она подмигнула.

У Су Бэя денег почти не осталось, из ценного разве что «Обжорство». Он потянулся к поясу.

— Братец, не надо! Не надо, говорю! — Взвизгнул «Обжорство». — Деньги у меня есть! Я в деревне Тишины целый клад запрятал! Только не бросай меня, брат!

«Обжорство» завопил, не ожидав, что разговор затронет и его, и торопливо заговорил шёпотом, слышным только Су Бэю, надеясь загладить вину.

Ему нельзя было уходить. Рядом с юным Владыкой демонов он обрел шанс – а теперь всё рухнет.

Он мечтал быть первым военачальником. Потеря этого – всё равно что смерть.

Су Бэй слышал его панику, но не дрогнул. Уже собрался действовать, пока дворфийка не произнесла следующее:

— Чувствую, на тебе артефакт мастерской работы, совершенной ковки, из дела рук наших дворфов. Даже вижу отблеск Святого Света на нём. — Её взгляд стал настороженным.

Святой Свет. Слово кольнуло память.

Деревня Тишины. Кольцо.

— Если заплатишь такой ценой, расскажу всё, что знаю, — продолжила она. — На этой улице народ не богомольный, но связываться с церковью Святого Света никто не хочет. Разве что я.

— Клянусь богиней Свободы, от этих лживых фанатиков одни беды. Пусть убираются прочь. — В её глазах вспыхнулся странный огонь.

Су Бэй понял неважную, но любопытную деталь: перед ним вряд ли была верная служительница богини Свободы. Те не любят деньги. А вот жрица бога сделок – запросто.

Он не раздумывая достал кольцо. То самое, что Элина оставила ему в деревне Тишины.

Кольцо подтверждало её личность и давало возможность говорить в церкви от её имени. Для Су Бэя бесполезная вещь.

И всё же – заплатить за спасение Элины её собственной реликвией… Смешная случайность. Или фатальная закономерность.

Он бросил кольцо дворфийке.

Та поймала его без лишних слов, сразу оживилась.

— Вот это мужчина по душе! И прямой, и молчаливый. По нашим меркам красавец. Будь я моложе лет на пятьдесят, мы бы закрутили роман. Увы, мне шестьдесят и дочь есть. — Она гордо повела плечом.

𝟨𝟫𝒔𝒉𝒖𝒙.𝒄𝒐𝒎

— Впрочем, дочке шестнадцать, и внешность в мать. Уже в возрасте невесты… — Подпив, хозяйка разговорилась.

— Побыстрее, прошу. Мне к обеду ребёнка кормить, — оборвал её Су Бэй.

Настоящий убийца беседы.

Та лишь цокнула языком, вздохнула:

— Эх, жаль. Такой мужчина, да уж семья есть… — И, осушив кружку, зло добавила: — Ладно уж, пусть эта история будет залогом нашей дружбы. К чёрту Святой Свет, слушай.

Она на мгновение закрыла глаза, вспоминая.

— Отец Элины умер. И умер страшно – буквально задохнулся на улице. Народ видел. Формально болезнь, но все знали – замешан епископ Иэн.

— Старик присвоил церковные деньги, предназначенные отцу Элины на лечение, и промотал их на пьянки да карты. В итоге не осталось даже на полпузыря зелья. — Слова отскакивали, как ножи.

Су Бэй молчал. Смотрел, как она осушает бокал.

— Я тоже тогда в делёжку влезла. Дал мне эти две несчастные серебряные монеты. Будто я на них куплю совесть. — Она сплюнула. — А старшая сестра Элины, по слухам, у него в руках. Держит как заложницу, чтоб, когда тайное всплывёт, торговаться.

— И ведь добился своего, – хмыкнула она. — Несчастная семья: годы труда – и всё в корм убийце её отца. Кто ж не проникнется жалостью?

Да. Элина сама бы расплакалась, узнав правду.

Су Бэй кивнул.

— А против Иэна никто не пойдёт. В городке Кули церковь Святого Света – его царство. Да и с лордом Слотом они дружки не разлей вода. Один прикрывает другого, сверху проверки – будто по нотам. — Она презрительно фыркнула. — Смрад и разруха. Народ стонет, я не могу смотреть спокойно. Ты мне скажи, это государство Дузе лучше старой Фран? Сомневаюсь.

— Новое дворянство совесть потеряло, власти у них – выше крыши. Войны затевают без меры. Даже наше Королевство Белой Сосны едва в горах уцелело. — С этими словами она пригубила ещё глоток.

Су Бэй больше не слушал. Эмоциональные речи дворфийки про родные земли ему впрок не шли.

Он поднялся и покинул трактир.

Пока шёл обратно, прокручивал в голове расстановку сил в Кули.

Лорд Слот – представитель знати. Церковь Святого Света – власть над народом. Объединившись, они держат всё под контролем. Неудивительно, что соседи Элины в один голос твердят одно и то же.

К полудню он ускорил шаг. По дороге крестьяне, обливаясь потом, трудились под палящим солнцем; авантюристы спешили в подземелья за добычей. А где‑то в стороне знати верхом катались на лошадях, беззастенчиво хватаясь за прилавочные плоды, да ещё смеялись.

Жарило всё сильнее, свет заливал землю, добавляя крестьянам пота и усталости.

Су Бэй потер виски, выдохнул тяжело.

С Элиной вопрос требовал терпения.

Главу местной церкви Святого Света, даже в филиале, не ниже Святого Пастыря. Рядом с ним – святой рыцарь не ниже четвертого ранга.

Для городка Кули это потолок силы. А лорд Слот и вовсе пробужденный.

Не считая десятков прихвостней под их началом.

Так что прямое нападение исключено. Даже если Су Бэй обменяется с одним из них ударом на удар, остальные насмерть сомнут. Глупо.

Оставался обходной путь.

«Обжорство» зашипело весело: «Ке‑ке‑ке!» – и завелось рассказывать свои хитрости…

К полудню Су Бэй вернулся в городок Яли.

Он отбросил тревоги и поднялся в гостиницу.

В комнате, на кровати, Моли спала, свернувшись клубком. В объятиях у неё дремали два 【Короля слаймов】.

Су Бэй ступал тихо, прикрыл дверь.

«Пум!» – дверь сразу же снова приоткрылась.

Моли стояла в проёме: левая рука держала ручку, правая тёрла глаз, другой глаз чуть‑чуть приоткрыт, ресницы дрожат, вид уставший, голос сонный.

От неё пахло молоком, перемешанным с тёплым сладким ароматом – должно быть, вытянулась под одеялом.

Она шагнула, потянулась к его вороту и мягко произнесла:

— Есть хочу.

— Хорошо, — ответил Су Бэй.

— Просто уснула… потому что вас не было, господин Су Бэй.

— Хорошо.

— Немного устала. А вы не устали?

— Не очень.

Голос её едва держался, будто выжат. И не зря: две 【Короля слаймов】 постоянно пили из неё ману, к тому же путь через Зимний лес занял целый день.

Даже при её черте «Источник» нужно отдыхать. Один сон – и восстановится.

Су Бэй подумал и щёлкнул пальцами.

Раз.

Два.

【Короля слаймов】 выкинуло обратно на постель.

Моли моргнула, не понимая.

— С собой таскать не стоит. Пусть дома останутся, — сухо пояснил он.

Но слаймы заскулили, подпрыгивая, будто собрались принять боевую форму.

— Сяо Хун, Сяо Бай, оставайтесь дома, ладно? — Моли вернулась, махнула им рукой. Слаймы дрожали, будто взорвутся, пока она не потрепала каждую слизистую головку. — Не балуйтесь. Вернусь быстро.

Слаймы смирились, перекатились в постель.

Их двое вышли. Дорога к Магической башне шла через торговые улочки: повсюду запах жареного теста, сладостей, жаркого на углях. Моли хватала понемногу от всего. Её миниатюрный аппетит был удивителен – одну шпажку мяса могла грызть десятки раз, громко похрустывая, будто маленькая белка.

Су Бэй подумал: «Девушки – существа странные. Щёки – как у хомяка, желудок – как у рыбки».

Он сунул ей под нос шпажку жареной рыбы.

— Э? — Моли моргнула, потом тихо:

— Ау.

Откусила крошку хвоста и с изумлением заметила, что на лице Су Бэя мелькнула лёгкая улыбка. Она перевела взгляд – на отца, кормившего ребёнка у лотка. И мгновенно вспыхнула.

— Господин Су Бэй!

— Ты ешь.

Он подал ей следующий кусочек.

Моли надула щёки, но всё же послушно прикусила. В глазах – молчаливое недоумение и протест.

Где‑то вдалеке скрипнула крышка гроба – древние духи явно не одобрили это зрелище.

Так, в компании шашлыков, они дошли почти до Магической башни.

Толпа сгущалась, торговцы сменили еду на материалы, броню и зачарования. Все кричали: «Лучше моего не найдёшь!» – и цены ломили нещадно. Одноразовое грабительство.

Перед башней народу набилось – не протолкнуться. От входа – до внешнего кольца толпы по слоям стояли знать, а ближе к центру – Луминара с охраной. За ними – дети министров и герцогов. Дальше – остальные.

Между ними оставлена лишь узкая тропинка для претендентов. Смотреть шли, будто на звериное шоу.

Из молодых героев сейчас никто не входил. Все наблюдали, оценивая силу так называемых младших богов.

— Того парня знаю, Рит из городка Яли. Девятнадцать лет, третий ранг, черта – «Сила». Может, продержится минут десять, — произнёс кто‑то.

— Уже интересно, — отозвался другой.

Знать тут же устроила тотализатор: сколько продержится юноша против юного божества. Итог: пять минут тридцать секунд.

Су Бэй зевнул. Ему было скучно. Бесконечно интереснее кормить Моли.

Одно за другим выбывали претенденты. Лишь немногие были замечены вельможами.

Потом толпа взорвалась возгласами – один из дворян победил младшего бога, но заплатил тремя мощными артефактами. Башня оказалась куда жестче, чем ожидали. Люди отступили.

И тут вышла Луминара. Сердце её забилось.

«Тук‑тук». Тяжело, будто гром. Башня отзывалась на зов. Казалось, она ждала только её.

В тот же миг Моли замерла. Прижала ладонь к груди.

— Странно.

— Сердце… будто выскочит.

«Обжорство» внутри восторженно взревело: «Быстрее! Быстрее! Покажи этим насекомым, кто вы такие!»

Луминара двинулась к Магической башне медленно, словно на прогулке. 💔♤ ６➈Ⓢ𝔥𝔲𝕩.ᑕ๏ⓜ 🍩♗

Через десяток шагов ускорилась; вскоре шаги превратились в бег, а тело уже не слушалось – будто кто‑то управлял им.

Всего несколько рывков – и она вошла в Башню.

А в Моли тем временем боролись порывы. Её тянуло туда.

Но Су Бэй, мягко погладив по голове, остановил её.

Позади, почти бесшумно, возникла София и тихо сказала:

— Твоя очередь. Нужна помощь скрыть личность?

Су Бэй кивнул, продолжая держать ладонь на голове Моли и глядя на Башню.

Да, надо было затаиться. София это понимала.

Если он пройдёт хотя бы первый этаж, знать обратит внимание. И начнут копать – рано или поздно выйдут на Моли. Поэтому без маскировки никак.

— Тогда готовься, — ровно произнесла София.

Он не спросил, к чему готовиться. Ответ вскоре явился сам.

Из толпы крикнули:

— Принцесса вошла! Пора и нам! — И целая группа авантюристов рванула к Башне.

Знать оцепенела.

— Дерзкие псы! Как смеют эти подонки входить вместе с принцессой!

— Принцесса такая же человек! Я покажу, что лучше её, дойду до пятого этажа! — Закричал один.

— Верно! — Поддержали другие.

— Да я сильнее любой бабы! — Выкрикнул третий.

Знать словно кипятком облили: кто осмелился так выразиться о принцессе!

«Пак!» – кто‑то из своих же двинул наглецу по щеке. Тот опешил: «Да за что?!» Но у ворот началось месиво. Людей стало слишком много, стражники не различали своих. К тому же кое‑кто прикинулся охраной.

Стоило ряду сломаться – и толпа ринулась следом. Один за другим, десятки тел вливались в проход.

Настал хаос.

Су Бэй усмехнулся. София устроила представление. Умеет, нечего сказать.

— Надо, я кину тебя внутрь? — Спросила она невозмутимо.

Полный сервис: и подстава, и доставка.

Но Су Бэй покачал головой. Нагнулся к Моли:

— Будь умницей. Пока я не выйду – не входи.

Моли послушно кивнула. Он не стал объяснять. Если Су Бэй сказал – значит, так нужно.

А вот «Обжорство» не выдержало.

— Брат, можно я тоже подожду снаружи? Клянусь, ни шагу туда без тебя! — затараторило оно. — Там ведь существа какого уровня? А если мне корпус прорвут? — Тон его дрожал. 𝟨𝟫sɥnx˙ɔoɯ — Я же тебе душу открывал, брат! Дай послужить делу — оставь меня охранять госпожу! Ну, вон, как телохранитель, а?

Су Бэй лишь бросил взгляд. Безмолвный. «Обжорство» вообразило, что убедило, и зачастило ещё громче:

— Брат, подумай! Без вождя жить нельзя! А если нас никто не поведёт? Мир рухнет! — Оправдывалось оно, плетя туманные речи.

И, не добившись эффекта, пустило густую едкую дымку – «туман Обжорства», надеясь одурманить Су Бэя и вырваться.

Но яд лишь заволок самого Су Бэя, скрыв его тело. Тот засиял множеством светящихся кругов. Ауры наслаивались и вспыхнули ослепительно.

Один за другим активировались эффекты: 【Природное сродство】, 【Благословение Святого Света】, 【Мастер боевых искусств】, 【Лёгкая поступь】, 【Дыхание ветра】, 【Медленное исцеление】, 【Ясность ума】…

Дальше – рывок. Су Бэй присел слегка, и толчок ног превратил землю под ним в паутину трещин.

Мгновение – и луч света прорезал толпу, отбрасывая людей в стороны, устремившись к Башне.

— Что это?!

— Не вижу! Туман и свет… хоть скажи – Ультрамен! — Крикнул кто‑то.

— Ты что, детскую мангу смотришь? Бредни! — Осмеял другой.

— А ты читал, чтобы знать?! — Огрызнулся первый.

Толпа притихла. Никто толком не видел, кто ворвался внутрь. «Обжорство» тем самым даже помогло – туман сбил наблюдателей с толку.

Так Су Бэй, в день первый февраля, перешагнул порог Магической башни и оказался на её нижнем этаже.

Без единой передышки. Вокруг взметнулся лес, сплошные цветы и кроны смыкались над головой, не пропуская шаг.

Перед ним возник бог природы и леса.

Юный бог природы и леса выглядел как беззаботная девочка – босиком, она сидела на ветке, болтая ногами, с озорной и милой улыбкой. 😝🍬 ６❾ѕнⓊⓍ.ⓒỖм ✎♩

Коснувшись кончиками пальцев воздуха, она осыпала вокруг Су Бэя россыпь семян.

Затем, подняв руки вверх, хлопнула в ладони, и растения одно за другим проросли в безумном темпе.

Впереди быстро выросли колючие кактусы, перекрыв путь Су Бэю.

Чуть дальше взметнулись деревья войны, сплошной стеной уходящие корнями в почву, будто медитируя в глубине земли.

А позади раскинулись бесчисленные горохострелы, без устали обстреливавшие место, где стоял Су Бэй.

Ничего не скажешь, даже в детской ипостаси богиня владела силой, недостижимой для простых практиков.

Играть с ней в магические дуэли было равносильно самоубийству.

Её мощь соответствовала третьему рангу: умение без ограничений комбинировать заклинания превращало их в полноценную боевую магию.

Ни один нормальный маг лесного аспекта этого уровня не смог бы создать и десятка растений – разве что в редчайшем порыве вдохновения.

А для юного божества это было делом одного взмаха руки.

К счастью, Су Бэй полагался на предельную силу атаки, избегая прямого магического противостояния.

Коснувшись земли носком ботинка, он будто бы растворился в воздухе: горох посыпался мимо, врезаясь в стену и вспыхивая там грибным облаком.

В следующее мгновение неподвижная тень Су Бэя рассыпалась осколками.

Бог природы и леса подняла взгляд.

С высокого неба опустился ослепительно белый клинок, целя прямо ей в макушку.

«Вшш…»

Бог природы и духа леса взмахнула рукой: под ней содрогнулось дерево, разрослись ветви, сдерживая удар за ударом Су Бэя.

За густыми листьями пряталось тело древоподобного воина – мускулистая фигура третьего ранга обрушила на Су Бэя тяжёлую ладонь.

«Грох!»

Меч столкнулся с древесной рукой.

Древняя плоть раскололась, отрубленная рука отлетела в сторону.

Су Бэй приземлился, клинок прочертил по земле десятиметровую борозду.

Оба сделали по ходу обмена лишь пробный удар.

На первый взгляд – паритет. Но Су Бэй понимал: он переоценил себя.

Божество есть божество – куда сильнее, чем он предполагал.

Кактусы перекрыли наземный путь, и у него осталась лишь атака с воздуха.

Но противник контролировал даже небеса, не оставляя ему ни одной слепой зоны.

Су Бэй спокойно сосредоточил энергию, готовясь к следующему раунду.

Оставалось одно – действовать быстрее.

В этот миг в его голове прозвучал чей-то голос:

«Бог природы и леса боится крови.»

«Она теряет сознание при виде крови.»

Брови Су Бэя дрогнули.

Что это было? Чей голос?

— «Обжорство»? — Тихо произнёс он.

Ответа не последовало.

Су Бэй нахмурился. Даже если это не «Обжорство», меч обычно всё равно отзывался.

Полная тишина означала одно: кто-то лишил их связи, отобрал у меча возможность говорить. Возможно, даже осознание.

Он невозмутимо огляделся.

Но юный бог тоже не упускала шансов.

Стоило Су Бэю на долю секунды задуматься, как она атаковала снова: одна из листьев метнулась, будто бритва, прямо к его шее.

Он резко отпрянул. Лист лишь чиркнул по коже, оставив кровавую линию на подбородке.

Су Бэй замер.

На листе блеснула алое пятно.

И в тот же миг богиня побледнела.

На глазах, потеряв самообладание, она в отчаянии выплеснула всю мощь, стремясь поскорее завершить бой.

Су Бэй сжал челюсти и, шагая по взлетающим ветвям, стал приближаться к ней всё ближе.

Чем меньше оставалось расстояния, тем заметнее становилось, как её дыхание сбивается, стучит чаще.

Решившись на эксперимент, Су Бэй прикусил палец и размашисто брызнул кровью вперёд.

«Пак!»

Листья шурша осыпались, деревья обмякли и рухнули, растворяясь в земле.

— Ты… бессовестный! — Выкрикнула она.

→

Её глаза закатились, тело обмякло.

Су Бэй озадаченно смотрел, как богиня падает без сознания, и, осторожно перевернув детское тело, коснулся его кончиком меча.

Лицо богини побелело, дыхание сбилось; она тряслась в судорогах, словно от озноба.

— Через пятнадцать секунд убей её и переходи на следующий уровень, — прозвучало в его голове.

Он отсчитал время и коротким движением перерезал ей горло.

Так он без лишних эксцессов перешёл в следующий слой башни.

Тем временем, в другом пространстве, богиня природы и леса погладила Луминару по лбу и мягко улыбнулась:

— Ты заслужила моё признание. Дарю тебе моё благословение. Прими мою силу и защити наш мир.

Зелёный свет хлынул волной, и раны на теле Луминары начали заживать.

Её дыхание выровнялось, кожа засветилась здоровым светом, она стала выглядеть даже лучше, чем до испытания.

Растерянно Луминара подняла ладонь. Она ясно ощущала, как по телу струится новая сила – благословение богини и сродство с Законом.

В её взгляде мелькнула решимость. Цель жизни обрела очертания.

Так она спокойно ступила в следующий уровень.

Оба вошли во второй слой одновременно.

Снаружи башни громко ахнули.

— Кто-то прошёл первый этаж!

— Кто?

— Да принцесса же, кто ещё…

София стояла в стороне, наблюдая, как всё новые участники вылетают из башни, и никак не могла увидеть среди них Су Бэя.

Странно.

Во второй слой кроме Луминары никто не дошёл.

Но Су Бэй не выбыл. Застрял на первом этаже?

Интересно, под каким богом сейчас этот уровень. Наверное, под тем, кто умеет тянуть бой – иначе с Су Бэем не продержался бы и двух раундов.

В углу кулачки сжимала Моли, тихо шепча:

— Господин Су Бэй, прошу вас, держитесь…

А внутри башни, на втором уровне, Су Бэй сделал глубокий вдох и привёл дыхание в порядок.

Хорошая новость – рана на лице затянулась. Так что боли он мог не бояться.

Плохая новость – силы и сосредоточение пока не восстановились.

Он поднял взгляд и увидел вдали женщину в чёрном готическом платье с косой в руке – богиню смерти. Она подняла лезвие и, не двигаясь с места, провела резкий взмах.

Из клинка вырвался поток чёрной смерти, прочертив воздух прямой линией.

— Осторожно, не подпускай её. Смерть несёт «мгновенную смерть» – кто коснётся, тот погибнет. — Голос снова отозвался в его голове. — Она боится прикосновений.

Су Бэй не сомневался, отступил на шаг и затаил дыхание, собирая всю силу.

Если тела не бояться… значит, можно рискнуть.

Он метнулся вперёд, взмахнув клинком, и оба лезвия – меч и коса – встретились в искрах. Усиленный чередой баффов, Су Бэй всё же смог продавить её, прижимая противницу к стене, пока камень не треснул под ударом.

Глаза богини вспыхнули звёздами, во взгляде взвилось безграничное пламя смерти. Оно вспыхнуло подолом его одежды и стало пожирать тело.

Чёрный огонь охватил его лицо, но Су Бэй оставался невозмутим. Одной рукой он схватил богиню за лицо и навалился сверху, добиваясь преимущества самым прямым методом.

Её тело дрогнуло. В глазах сверкнул страх – сила угасла, хватка ослабла.

— Похотливый ублюдок, ты сгниёшь в аду! — Выкрикнула она.

И тут в голове Су Бэя раздалось:

— Шесть секунд.

Он не отреагировал, продолжая удерживать богиню, глядя с прежним хладнокровием.

Когда чёрное пламя поглотило один её зрачок, Су Бэй лишь тогда поднял меч.

Шесть секунд истекли.

С подсказками, которые сами нашёптывают решения, выиграть было делом техники. ⁶⁹ˢʰᵘˣ.ᶜᵒᵐ

Су Бэй поднялся и отошёл. За его спиной тело богини смерти постепенно исчезало.

Некогда скорбеть по падшей богине – впереди ждал сильнейший противник: Валькирия.

О происхождении голоса Су Бэй не задумывался. В этом не было смысла.

Без помощи этого шёпота пройти башню было бы почти невозможно, не говоря уже о скорости.

Оставалось только верить.

В другом месте богиня смерти провожала Луминару, говоря:

— Пусть смерть обнимет тебя, и ты утратишь страх перед ней. Иди, Герой, шагни навстречу своей судьбе.

Луминара улыбнулась – ярко и ослепительно.

Теперь она знала свою цель.

Я – Герой. Моё предназначение – искоренить зло и рассечь мрак.

Она верила в это беззаветно.

Пускай тело разрушится, воля останется несгибаемой.

Мощная промывка мозгов – иначе не скажешь.

Третий слой.

— Двигайся. — Голос вновь шепнул в его голове. — Держи преимущество.

Су Бэй отказался от ухищрений и вновь активировал все усиления.

Перед ним стояла Валькирия – с белым клинком, серыми глазами и длинными волосами, ростом вровень с ним.

Белое и чёрное. Две краски на тесной арене размером двадцать метров.

Это узкое поле сулило только одно – бой в упор.

Валькирия подняла меч – над ней зазвучал гром Закона, один за другим на тело лёгли сто аур усиления.

По разрушительной мощи она превосходила его. Но Су Бэй был универсальнее.

Мгновение – и они сошлись.

Черное и белое разорвали воздух напополам. Гул стал громче, затем обернулся звоном стали – клинки скрежетали без остановки.

Бой шёл в ритме бури. Валькирия не думала – её меч сам находил идеальный путь. Каждое движение – воплощение атаки, выточенной тысячами схваток.

Су Бэй не думал – его клинок двигался в унисон с инстинктом. Ни грамма лишней силы, каждый удар приходился в цель.

Они были зеркалами: чистая техника, разница лишь в позициях – она наступала, он оборонялся.

Холодный взгляд Су Бэя не менялся. Для него это было лишь продолжение бесконечных сражений.

Молниеносные удары, отскоки, встречные выпады – никакого прощупывания, только максимум усилий.

Бой доставлял Валькирии удовольствие. Она рождена побеждать – и упивалась этим.

Лицо сияло восторгом, движения рвались вперёд, полные страсти.

Но Су Бэй пришёл не ради победы.

Он дождался, когда она окончательно увлечётся.

В нужный момент отбил её удар и направил «Обжорство» вниз, к ногам.

Валькирия взвела клинок – Су Бэй мгновенно изменил траекторию и резанул вверх.

По воздуху слетела прядь серебристых волос.

Богиня застыла.

Что? Он… срезал мне волосы?

С младенчества она побеждала всех в ближнем бою – никогда не уступала и волоска.

Теперь же стояла, соблюдая дистанцию, и даже не сразу поняла: Су Бэй не промахнулся. Он метил именно в это.

Кто вообще целится в волосы?

Но и этого хватило, чтобы заслужить её признание.

— Ты достойно прошёл испытание. Я открою тебе следующий этаж… — произнесла Валькирия, опуская меч, но не успела договорить.

«Кхак!»

Лезвие сверкнуло – следуя подсказке в голове, Су Бэй без колебаний отсёк голову юной Валькирии.

Даже не будучи настоящей, она всё равно застыла в недоумении.

→

Зачем он… убил меня?

Снаружи башни поднялась какофония голосов:

— Третий этаж! Принцесса прошла третий этаж!

— Не зря её зовут гением! Один шанс на столетие!

— Выходит, она способна дойти до пятого!

Услышав это, Моли невольно подняла взгляд.

Принцесса…

Я ведь тоже вроде принцесса. Пусть и наполовину…

На миг ей даже показалось, что говорят о ней. Но тут же усмехнулась самой себе:

Глупая Моли.

Она надула щёки и задумалась: как было бы здорово, если бы Су Бэй пришёл и повёл её гулять. Скучно одной сидеть.

И тут рядом кто-то опустился на скамью.

Она подняла глаза – и замерла.

— Учитель София?

…

Следующий уровень.

Книги.

Бесконечные полки, уставленные томами.

Море из страниц.

Храм Мудрости.

На одной из раскрытых книг сидела богиня мудрости. Огромная шляпа почти полностью прятала её фигуру.

Увидев Су Бэя, она, в отличие от остальных, не бросилась в бой.

Он остановился, спокойно осмотрел зал.

Никаких подсказок в голове – значит, прохождение не требуется?

Богиня приподняла шляпу, глядя на него поверх книги:

— Я… какая по счёту?

Числом?

— Четвёртая.

— На этот раз я – четвёртый этаж… Понятно. — Она грустно вздохнула. — Нет смысла сражаться. Я не твой соперник.

Она и впрямь плохо билась. Любой, кто прошёл три испытания, не составил бы труда победить.

— Ответь на три вопроса. Если буду довольна твоими ответами – получишь моё благословение.

Су Бэй молчал, пальцы коснулись рукояти. Богиня напряглась, книга перестала шелестеть.

— Что ты делаешь?

— Я спрашиваю: что ты делаешь?!

— Ты собираешься…

Он поднял ногу, готовясь к атаке.

— Если без этого никак… — пробормотала она и глубоко вдохнула. — Тогда мне остаётся только самой дать тебе благословение.

Су Бэй замер.

Богиня уже сформировала заклинание, но, увидев, что он не ослабил хватку, нервно усмехнулась:

— Но получив благословение, рубить меня больше нельзя, ладно? — Заметила она. — Я хоть и не воительница, но и не тесто без обиды.

— Разозлишь меня – пожалеешь.

Она выглядела грозно, но дрожала от страха. Сыгранная уверенность, доведённая до совершенства.

Пожалуй, богиня мудрости была позором для пантеона. Настоящим исключением среди богов.

Су Бэй не колебался – выхватил клинок.

Видя это, богиня мигом расклеилась, грозный вид осел, уступив место жалобной гримасе:

— Ну вот, зачем… знаешь, ты просто счастливчик, что мне всё равно! Я докажу это делом – среди всех богов Божественного царства я самая удобная жертва!

— Мне ведь всё время достаётся… — простонала она.

Звук лопнувшего листа – и она рассыпалась бумажными обрывками. Книга под ней хлопнула, захлопнувшись.

Покончил с собой.

«…»

Что это вообще было?

Богиня мудрости оказалась просто… шутницей?

Су Бэй нахмурился. Прошлые богини были холодны, без эмоций, типичные божества. А эта – будто пародия, слишком человечная.

Может, она живёт не в Божественном царстве, а среди людей – потому и выглядит настолько живой?

Уходя на следующий этаж, он так и не смог понять.

Пятый этаж. ♨♖ ➅❾ⓢ𝔥ù𝓍.Ćⓞ𝕄 😲😳

Богиня удачи стояла спиной к входу – в алом платье, открывавшем плечо, с бокалом вина и вращающей на пальце монету.

— Угадай, орёл или решка, — сказала она, не оборачиваясь.

И тут в голове Су Бэя вновь прозвучал голос:

— Не гадай, не спрашивай, не говори. Богиня удачи не выносит вони. — Пауза. — Используй запах пота.

Су Бэй кивнул и шагнул вперёд.

Богиня не повернулась. Нажала монету – выпала сторона с гербом.

В тот же миг ноги Су Бэя сами заплелись, и он перекувырнулся.

С вероятностью почти нулевой он умудрился упасть. Но рядом с богиней удачи даже невозможное становилось неизбежным.

Он перекатился, мгновенно поднялся, продолжая атаку, и размахнул мечом.

Клинок выскользнул из ладони и отлетел в сторону.

Не из-за ошибки – его свело судорогой.

Ну конечно. В этой битве ничего не будет обычным.

Юная богиня удачи играла по другим правилам.

Любимица мира – её саму сопровождало везение. Сокровища сами находили её, возможности падали в руки.

Ей не нужно было искать шанс. Шанс всегда был при ней.

А у Су Бэя, напротив, удача была отнята.

Хорошо хоть богиня всего третьего ранга. Сможь она оперировать законом «Неудачи», Су Бэй не имел бы ни малейшего шанса.

Но удача относительна.

Если она на одной чаше весов – другой конец качает вниз.

Он вновь схватил меч, не позволяя провалу повлиять на действия.

Земля под ногами треснула, и он упал – но перекатился, снова поднялся, оказываясь прямо перед богиней.

Она подняла глаза – монета вновь закружилась между её пальцев.

Голос в голове подсказал:

— Создай подряд несколько случайных событий. Чем больше, тем лучше.

Су Бэй разом сосредоточился. Магия потекла по венам, тело засветилось.

Удача третьего ранга имела предел. Перегрузить диапазон – значит сломать баланс.

【Святой Свет】 – простейшее заклинание. Обычно используется для освещения.

Но доведённое до предела, оно способно ослепить.

Вспышка вспорола тьму. Из света вылетел меч – прошёл мимо щеки богини и, казалось, промахнулся.

Однако к рукояти была привязана полоска чёрной ткани. Она резко изменила траекторию, и лезвие полоснуло по её горлу.

Богиня успела взглянуть на чёрную ленту – и та в тот же миг лопнула. Из-за света вылетел чёрный предмет.

Она не успела уклониться: перед глазами пронеслась подошва ботинка.

Судьба спасла её от удара – но внутри обуви оказался носок.

Запах шёлкий, терпкий, отвратительно человеческий.

Он не требовал прикосновения, чтобы действовать.

Богиня удачи побледнела, губы дрогнули – она сдержала рвоту.

Отвлечённость стоила ей защиты: абсолютная удача перестала работать, осталась лишь относительная.

Она по-прежнему была удачлива – избежала прямого контакта с носком. Но одного дыхания испорченного воздуха хватило, чтобы опрокинуть всю её стойкость.

Для неё запах пота был хуже смерти.

И именно тогда Су Бэй ударил.

Меч одним движением оборвал её мучение.

На этот раз он не стал ждать очередной подсказки. Пятый уровень был окончен.

…

Снаружи башни раздался взрыв восторга.

— Пятая! Она прошла пять этажей! Немыслимо!

— Принцесса непобедима!

— Я ведь с начала верил в неё!

— Тьфу ты, врал же сам, что после герцогского отпрыска даже трёх этажей никто не пройдёт!

— Да пошёл ты…

Но в тот момент башня вспыхнула ещё раз.

Все смолкли.

— Эй… мне показалось, или она мигнула дважды?

— Нет, ты видел правильно.

— Да быть не может…

— Чёрт, кто ещё мог пройти все пять? Разве теперь этот кто-то не получил благословение сразу пяти богинь?

— Может, лаг? Ошибка башни?

Снаружи царил хаос.

Но София лишь тихо улыбнулась. Су Бэй всё ещё не появился.

Рядом с ней дрожа сидела Моли. Всё сильнее сжимала руки.

Так хочется войти. Так нестерпимо хочется.

— Нельзя… Господин Су Бэй сказал ждать его, — прошептала она.

…

После пятого этажа перед Су Бэем опустились два портала. Между ними – сундук.

Как в подземельях: только там ящики падали каждый уровень, а тут – один раз за пять.

С удачей Су Бэю обычно не везло.

А уж после убийства богини удачи – и подавно. На его характеристике «удача» теперь явно висел дебафф.

Но открыть сундук – это святое. Даже зная, что шанс мизерный, он надеялся на легендарный дроп.

В «Мире Фантазии» ведь нет гарантийных выпадений. Только надежда на чудо.

Он приоткрыл крышку.

Никакого сияния. Ни белого, ни зелёного, ни синего, ни даже фиолетового. Только густая темнота.

Ожидаемо.

Су Бэй сунул руку внутрь и достал карточку.

«Приглашение Богини мудрости».

【Эффект】: Богиня мудрости приглашает тебя в своё Божественное царство.

Вот так.

Не пустой сундук – просто содержимое подменено. Мстительная попалась, запомнила.

Он убрал карточку, не собираясь использовать.

И к следующему уровню идти не планировал.

Развернулся к порталу выхода.

— Идём дальше, — поспешно прозвучал голос в его голове. — Не уходи!

Су Бэй не слушал. Не верил, что этот шёпот принадлежит благим силам. Слишком осведомлённый, чтобы быть простым союзником. Скорее, бог, задумавший захватить его тело после прохождения.

Лучше остановиться вовремя.

Тем более каждая битва выжала из него силы. Концентрация на исходе.

Продвижение дальше – чистое безумие.

Тогда голос сорвался почти в панике:

— Постой, подожди! Не уходи! Ты должен идти дальше!

— Если остановишься, как защитишь тех, кто дорог тебе?

— Ты ведь знаешь, что она – Владыка демонов… знаешь, не так ли?

Все фразы налетели разом, как залп фейерверков, оглушая, пока Су Бэй замер на пороге портала.

Молчание. Долгое.

Наконец он поднял голову и тихо спросил:

— Кто ты?

Моли – Владыка демонов. 🐍♠ ❻➈Ⓢ𝐇υא.ⓒＯм 🍓👺

Об этом знал Су Бэй – и думал, что кроме него пока никто не подозревает.

Причём знал он давно.

Вернее, с самого начала Су Бэй лишь сомневался – но несколько совпадений превратили сомнения в уверенность.

Например, когда по пути 【Король слаймов】 явно проявил дружелюбие к Моли.

Ещё раньше, в ту ночь после возвращения из деревни Тишины, «Обжорство» неожиданно взбесился.

【Запоминай адрес – читай лучшие тайваньские романы на 🆃🆆🅺🅰🅽.🅲🅾🅼】

А ещё раньше была та самая операция, которую Су Бэй готовил три года.

В момент, когда должен был появиться Владыка демонов, он увидел бегущую от смерти Моли у входа в подземелье Зимнего Солнцестояния.

С тех пор в нём поселилось подозрение.

Но, увидев Моли впервые, Су Бэй был уверен, что перед ним – человек.

Живой.

И очень милый.

Девушка с благородными манерами, в которой сочеталось всё прелестное и светлое, свойственное людям.

Даже её непоседливость не раздражала – напротив, придавала ей живость и тепло.

Кем бы ни была она в будущем, Владыкой демонов или нет…

Когда Су Бэй встретил Моли, она была всего лишь слабой, истощённой беглянкой – принцессой без дома и защиты.

Потому он, едва взглянув, решил оставить её и уйти.

Но проявленная доброта вызвала цепную реакцию.

Так всё и началось.

Вскоре Моли сама поставила условие – и между ними возникла связь.

Су Бэй был не против.

Нет ничего надёжнее, чем прижаться к колену будущего Владыки демонов.

А пока Моли под его защитой, Су Бэй, как честный представитель нового поколения, считал, что даже самый тёмный характер должен стать светлым.

Тем более что Моли оказалась вовсе не дикой – напротив, послушной до умиления.

Так началась программа «воспитания Владыки демонов».

Кто сказал, что Владыки демонов – обязательно зло?

Даже в романах это давно не работает.

Моли всего лишь очень несчастный человек.

Если бы Су Бэй с самого начала правильно направлял её, возможно, будущего Владыки демонов и вовсе не существовало бы.

Без Владыки и Героя не было бы и противостояния – а значит, и конец света можно отменить.

И тогда Су Бэй смог бы жить спокойно.

Когда он берётся за дело, то лишь в решающие моменты.

Ведь мастер играет только в финалах.

Когда голос в голове вскрыл тайну Моли, Су Бэй не растерялся – но мысли забурлили.

Потом он задал самый прямой вопрос.

— Кто ты?

Звук его голоса долго дрожал в воздухе, не получая ответа.

На самом деле, это было не столь важно.

Хотя бы для Су Бэя.

Даже если бы он услышал незнакомое имя, не удивился бы.

Но вот отношение собеседника имело значение.

Угроза или предложение.

Партнёр или враг.

— Поднимайся, — прозвучал чужой голос. — У меня не хватает сил передавать мысли. Клянусь, я не враг, я…

— Ладно. — Су Бэй кивнул и развернулся.

Вопросов у него было десятки.

А что до опасности…

В Магической башне сильнейший всего лишь третьего ранга – кто тут кому угроза, ещё спорно.

Только времени уйдёт много.

Ещё в играх он ненавидел длинные и унылые кат-сцены, которые нельзя пропустить.

Теперь сам в одной из них.

Под руководством голоса Су Бэй начал бесконечный подъём по башне.

Двигаясь вровень с Луминарой, он всегда входил в следующий уровень одновременно с ней.

Шестой этаж.

Седьмой.

Восьмой…

…

Снаружи Магической башни.

— Чёрт! Чёрт! Чёрт!

— Её высочество совсем сорвалась с катушек!

— Я в шоке! Её высочество – навсегда богиня!

𝟨𝟫𝓈𝒽𝓊𝓍.𝒸𝑜𝓂

С момента входа Су Бэя и Луминары прошло уже больше двух часов.

Снаружи толпа аристократов и авантюристов открыла ставки, споря, на каком этаже остановится принцесса.

Даже Церковь Святого Света прислала делегацию, планируя провести обряд Пробуждения, но, узнав, что её высочество всё ещё в башне, тоже задержалась посмотреть, насколько далеко та дойдёт.

По хроникам, последний, кто дошёл до пятнадцатого уровня, стал новым божеством – Божественным вором, уникальным в своём роде. Его путь «ассасина, ставшего богом» до сих пор считался самым популярным.

Говорили, тот Вор достигал такого мастерства, что мог за одно мгновение обчистить весь город – и незаметно подарить каждому жителю новые штаны.

Безупречная техника.

Никто даже не замечал подмены.

Вот что значит сила божества.

Станет ли принцесса такой же?

Позади, в тени, давно перестала заниматься своими опытами София.

Узнав, что кто-то прошёл десятый этаж, она потеряла интерес ко всему, что делала.

Кто, увидев пир из тысячи блюд, станет доедать булку?

Су Бэй и был тем самым пиром, из-за которого София забросила булку.

Теперь ей хотелось исследовать тело Су Бэя.

Прямо сейчас.

Как же он это делает?

Как прошёл десять этажей?

Не с читами ли?

Моли смотрела на башню, проливающую вверх свет, и глаза её мутнели.

Эта башня…

Зовёт меня.

Так же, как когда-то «Обжорство».

Нельзя.

Нельзя идти.

Нельзя мешать господину Су Бэю.

Моли вцепилась в колени, причиняя себе боль, чтобы не потерять сознание.

Десятый этаж.

Пятнадцатый.

Двадцатый.

Каждые пять уровней Су Бэй делал остановку, сверяясь с ритмом Луминары.

Это было время, когда та открывала сундуки, а он отдыхал.

Дальше он уже лишь с трудом успевал за ней.

Отчасти из-за усталости, отчасти потому, что Луминара получала всё новые благословения.

Су Бэй слабел, она крепла.

Он проходил этажи, убивая богов, а она – получая их благословения.

Потому на последних уровнях Су Бэй сражался, выкладываясь до конца.

Одним дыханием вырезал всех подряд.

К счастью, последние четыре бога были не бойцы – иначе бы он не совпал с Луминарой по времени спуска.

Су Бэй не хотел шумной славы сразу после выхода.

Но в итоге, измотанный, он достиг двадцать четвёртого уровня и шагнул на двадцать пятый.

Навстречу ему стоял высокий мужчина с крыльями и чёрным мечом за спиной.

Ангел.

Тот мягко улыбался, глядя на Су Бэя с одобрением.

— Наконец-то ты пришёл, Су.

Су Бэй сразу понял, кто это. По сценарию игры – ангел Мудрости, десятый в ангельской иерархии, полубог, «Всезнающий» Михаил.

За его спиной торчал меч первого номера серии Магистра демонов – Магический меч «Хаос», по имени Апофис.

Что-то не сходится.

Су Бэй прищурился и вскинул меч.

Если он бог – всё ясно. Но если ниже…

Полубоги не знают столько о других божествах.

— Эй-эй-эй, подожди, что ты делаешь?!

— Не бей! Не бей, я реально умру!!

— Не бей, не бей! Иначе я не воскресну!

— Всезнающий ангел вдруг заговорил голосом, совсем не соответствующим образу.

В игре он был воплощением хладной мудрости.

А сейчас – клоун.

Су Бэя это сбило, но в то же время показалось подозрительно знакомым.

В башне лишь Богиня мудрости проявляла столько живости, да и система не указала её слабого места.

Значит, перед ним – она.

— Мудрость?

— Нет, я Всезнающий ангел! — Ответ был слишком поспешным, будто заранее заученным.

Выдержав секунду, «ангел» окончательно распался в лице.

— Подожди, подожди! Убери меч! Я сказал, убери! Отойди, быстро отойди!

Су Бэй двигался медленно – а значит, страшнее.

Ангел пятился, тараторя тяжёлым пулемётом слов:

— Опусти меч, слышишь?! Оскорбить Всезнающего ангела значит оскорбить саму Богиню мудрости! Если ты зарежешь её посланника, тебе конец, Су Бэй! Полный конец! Ты свернул не туда!

— Услышал? Богиня мудрости не потерпит, чтобы её не уважали! Немедленно покайся, старайся кормить и почитать её, иначе знания перестанут входить в твою голову навсегда!

— Что ты задумал, а? Не боишься божественного суда? Пусть Богиня мудрости и бездарна в битвах, но она всё равно бог, может убить тебя книгой!

— Готов ли ты заплатить цену за неуважение?! Сейчас же преклонись и поцелуй мне ступни, я сделаю тебя вторым ангелом…

— То есть не я, а сама Богиня – своим вторым ангелом, Мудрейшим! — Поправился он на бегу. — Так что радуйся, пока можешь!

Чем дольше говорил – тем выше тон, тем быстрее слова срывались.

Пока лезвие Су Бэя не коснулось его горла. Тогда «ангел» сник и умолк.

— Ладно, ладно, признаю! Я Богиня мудрости! Только не бей, хорошо? — Пискнула она. — Мудрейший тоже звучит неплохо, правда? Давай просто забудем, что это случилось. Хочешь – дам тебе моё божественное звание. Даже открою путь к богам.

— Я же Богиня мудрости, понимаешь? Знаешь, сколько людей падало ниц, вымаливая у меня вдохновение? — Она дёрнула плечом. — А ты… ты просто пользуешься тем, что я мягкая мишень…

Су Бэй слегка поднял меч – и болтовня прекратилась. Девочка мгновенно подняла руки вверх.

— Всё-всё, молчу!

Пух! — Во вспышке дыма исчез Всезнающий ангел.

Из клубов тумана показались белоснежные ступни.

Выше – раскрытая книга.

На её страницах сидела девушка в синем платье и огромной шляпе, скрывающей пол-лица.

На вид лет пятнадцать-шестнадцать, чуть взрослее детской версии с четвёртого уровня.

Шляпа и платье – на размер больше, так что из-под ткани торчали лишь кончики ног и пальцы.

Су Бэй подумал, что так она выглядит ещё глупее.

Кто, скажите, прячется под шляпой, будто под одеялом?

— Дело есть? — Спросил он, пропуская мимо ушей прошлую трескотню.

— Конечно. Зачем бы ещё я звала тебя? — Голос стал нарочито деловым. — Хочу предложить сделку.

Она сняла шляпу, показывая лицо – и впервые казалась почти серьёзной.

— Слушаю. — Су Бэй кивнул.

— Три выбора. — Она подняла три пальца, потом опустила один. — Первый: убей Моли. Тогда, когда жизнь твоя окажется под угрозой, я позволю тебе войти в моё Божественное царство и дожить до глубокой старости. Приглашение будет вечным.

Су Бэй прищурился.

— Твоё желание ведь просто жить? — Продолжила она. — Убьёшь Владыку демонов – и мир избавится от конфликтов с Героями. Больше не будет войн. А с моей защитой ты будешь жить, пока сам не устанешь.

Она провела рукой в воздухе, рисуя круг:

— Одним уколом в эту точку – и никто не узнает, что сделал ты. Сойдёт?

Внутри круга сидела Моли, зажав в ладонях колени, жуя сладости, пытаясь задушить зов внутри.

Слова её дрожали, тихо доносились из башни:

— Господин Су Бэй, держитесь, возвращайтесь скорее к Моли. — …— Моли больше не может. — …— Хочет войти в башню. — …— Там наверняка станет легче, да? — …— Нет, нельзя. Су Бэй просил ждать. — …— Но так тяжело… — …— Моли хочет домой…

Су Бэй молчал, поднимая меч.

— Ты ведь сам понимаешь, что растишь её как инструмент для выживания, — тихо сказала Мудрость. — Так почему бы не использовать готовый инструмент?

Предложение было заманчива.

Когда-то, в начале пути, он бы не колебался.

Ведь живым быть важнее всего.

Тогда он чувствовал себя гостем в этом мире, кому всё чуждо.

Убить будущего Владыку демонов – разве это грех?

Просто шаг к безопасности.

Но теперь… даже мысль об ударе по Моли вызывала спазм в груди, будто кто-то вцепился пальцами в сердце.

Девочка, ждущая его за стенами башни… не просто инструмент.

Ответ был очевиден.

И в ту секунду, когда он поднял меч, Су Бэй уже выбрал.

— Сейчас я избавлю тебя от этой обузы, — начала Мудрость, но договорить не успела.

Звук стали разрезал воздух.

Лезвие остановилось у её рта.

«Я давно не способен быть тем, кем был раньше».

Моли – семья.

Тишина повисла ненадолго.

— Понимаю, — прохладно сказала Мудрость. — Похоже, ты понял, что это не игра. Что для тебя важнее – не выживание, а связь.

Она опустила второй палец.

— Второй выбор. Уйди от неё. Получишь то же.

Меч Су Бэя не дрогнул.

— Хм. Не хочешь и этого… Тогда остаётся третий. — Последний палец лег к ладони. — Возьми тот меч и отдай Моли. Позволь ей стать Владыкой демонов. Пусть история пойдёт своим чередом. Что скажешь?

Су Бэй усмехнулся, рубанул – и сказал:

— Четвёртый.

Су Бэй решил проверить, выдержит ли тело Богини мудрости прямой удар, прежде чем решать – убить или подружиться. ✊💚 ඏ☆

Решение он принимал осознанно.

Меч взметнулся и рассёк воздух, целя в её лоб.

Но хоть Богиня и выглядит весёлой, принимать её за клоуна – значит стать клоуном самому.

Среди богов она не воительница – лишь в сравнении с ними. А это была её частичная проекция; связь с телом всё же имелась.

【Глава впервые опубликована на сайте 𝙩𝙬𝙠𝙖𝙣.𝙘𝙤𝙢】

А значит, уровень силы – настоящий, божественный.

Меч Су Бэя врезался в пустоту. Волна синего света гася удар, отбросила Богиню назад. Воздух колебался, словно вода.

Защитный купол мага.

Сила, построенная на мане – способ блокировать почти любой урон.

Но прочность оказалась не абсолютной. Значит, перед ним – не целая Богиня.

Если оценить… где-то сила третьего ранга. Слабовата для божества мудрости.

Су Бэй застыл с мечом, прицениваясь: стоит ли похоронить этот аватар и унести магический меч попозже?

Шансы пятидесятипроцентные.

— Ха-ха, не так быстро! — Донёсся её смех.

Полуразбитая, в пыли, она всё равно ухмылялась. — Ты правда думаешь, что я мягкая игрушка? — Голос стал шумным, почти пафосным. — Я – Богиня! Пусть я здесь лишь дух, но связана с телом напрямую!

— Это не арена, человек!

Слова прозвучали гордо, но Су Бэй видел фальшь. Богиня мудрости была в его глазах ровно такой – слабой, разговорчивой и до смешного уязвимой.

— Кстати, Луминара уже вынула другой меч и стала Героем, — добавила она. — Та версия меня всё ещё занята, так что времени у меня мало.

— Драться с тобой смысла нет. Лучше ты возьми меч и уходи. Если выйдешь без него, раскроешь себя, и это поставит под удар тебя и Моли.

— Между прочим, я вручила тебе приглашение. Надеюсь, однажды ты посетишь моё Божественное царство. — …— Не бойся, боги великодушны. Я – особенно. — Она хихикнула.

Не пойдёт.

В башне она третий ранг, но за её пределами – нет.

Стоило задуматься – и Су Бэй тут же отказался.

Сомнений не было: стоит появиться, как он окажется рабом, если не хуже.

Но, что удивительно, Богиня добровольно отдала меч. Без подвоха? Не похоже. Что-то замышляет.

— Она боится, — догадался Су Бэй. — Боится, что я убью её дух.

Он не стал тянуться к оружию. Меч подождёт. А Богиня – вот кого надо удержать.

— У меня есть вопросы, — сказал он наконец.

— Да ты издеваешься?! — Фыркнула она. — После всего этого ты ещё требуешь ответы? Думаешь, со всеми богинями можно обращаться, как с мягкими фруктами?!

Звякнула сталь.

Су Бэй прищурился.

— Ну… ладно… — Она быстро смягчилась. — Пожалуй, сделаем так: три вопроса. Но с условием. За это ты мне должен. Когда-нибудь я потребую ответную услугу.

— Потому что знание – это мой удел. — Глаза её вспыхнули. — Оно бесценно, и нарушить этот закон не могу даже я.

— Что скажешь? Откажешься – я просто уйду. — Она сжала кулак. — И проверим, насколько мягкий из тебя фрукт.

Поток магии вспыхнул вокруг неё. Давление – божественное, сильнее, чем у Богини элементов. Подсказок система не дала.

Рискнуть? Су Бэй обдумал и убрал меч.

Знать меру – тоже тактика.

Одна услуга за три ответа. И шанс наладить отношения.

Для Су Бэя обмен выгоден, особенно учитывая, что вне башни он останется третьего ранга, а она – нет. Плюс её подчинённый полубог Всезнающий и армия фанатиков.

— Хорошо, — кивнул он.

И едва согласился – ощутил нечто странное. Что-то невидимое прошло сквозь тело, связало его ниточкой с Богиней.

Контракт.

Божественная сила, подобная самой ткани мира.

В игре Су Бэй достигал максимума уровня, сражаясь против Героя и Владыки демонов, и даже с древними реликвиями и артефактами оставался слабее на один удар. Ведь они обладали властью, а не просто силой.

Эта нить – то, чего игрокам никогда не хватало.

И как только договор был заключён, сила Богини рассеялась, и она обмякла.

— Хорошо! — Рассмеялась она, повалившись на раскрытую книгу. — Теперь бей сколько хочешь – не сможешь! Мы связаны!

Она рухнула лежмя, расслабилась, как полотенце без прутика, болтая ногами над страницами.

Су Бэй прищурился, чувствуя, что его жёстко надули. Может, стоило ставить клинок к горлу дольше.

Зато теперь он не говорил с врагом.

Вздохнув, он увидел, как Богиня щёлкает пальцами, сдувая невидимый пот, тянется и улыбается.

— Спрашивай. Всё, что захочешь. Всё, что можно рассказать, я расскажу. — Улыбнулась она.

Богиня мудрости выглядела расслабленно и даже весело, будто вовсе не придавала значения вопросу Су Бэя.

В конце концов, Мудрость – её власть. Не существовало вопроса, на который бы она не знала ответа.

Су Бэй задумчиво молчал.

Сейчас размышлять, обманули его или нет, не имело смысла.

Лучше сосредоточиться и решить, о чём спросить.

Сначала он задал тот вопрос, который с самого начала не давал ему покоя.

— Что такое «Владыка демонов» и «Герой» на самом деле?

Об этом Су Бэй думал уже давно.

Это звание, символ или же особая сила?

Именно этот вопрос заставил богиню мудрости внезапно посерьёзнеть. Её взгляд на мгновение застыл, а выражение обрело величие божества.

Будто вопрос Су Бэя ударил в самую суть мира.

Она медленно произнесла:

— Изначально тебе, на твоём уровне, было бы невозможно прикоснуться к этой теме.

— Но ничего страшного. Раз уж спросил – расскажу.

Богиня мудрости закрыла глаза, ненадолго упорядочила мысли и продолжила:

— Говоря просто, владыка демонов – это вождь демонов, избранный судьбой тогда, когда их род находится на грани вымирания. Он рождается, чтобы возродить демонов.

— А герой – это тот, кого избрали божества. Существо с особой конституцией, способное принять большинство божественных благословений и сражаться от имени богов, защищая человечество и сдерживая демонов.

— Так считает большинство, даже на уровне полубогов.

После короткой паузы богиня заговорила вновь – и сказанное было истиной, способной свести с ума целый мир.

— На самом деле…

— «Владыка демонов» означает не только символ, но и уникальный путь восхождения к божественности. Эта тропа – единственная, и место на вершине до сих пор пустует.

— Конкретный маршрут этого восхождения скрыт в первом оружии серии Магистра Демонов – в этом магическом мече за моей спиной.

— Ему соответствует иная тропа, сокрытая в первом ангельском оружии, – «Герой».

В голове Су Бэя раздался гул.

Его здравый смысл, выстроенный годами игры, рухнул под этим откровением.

«Владыка демонов» появляется, когда демоны слабеют, – дитя их утраченного благоволения.

«Герой» – избранник богов, наделённый благословением.

Они – прирождённые противники.

Это давно было известно, и подтверждение из уст богини не удивило Су Бэя.

Но то, что оба пути ведут к божественности, потрясло его до глубины души.

Это дорога к становлению богом – и никто ею ещё не прошёл.

Выходит, «Владыка демонов» и «Герой» – просто пути восхождения, которые теоретически может пройти любой, даже без благословений и судьбы на стороне?

Если кто-то первым достигнет вершины… он сможет заменить их обоих.

Су Бэй внезапно осознал поразительную возможность.

Что, если кто-то сумеет овладеть обеими тропами и раньше Моли с Луминарой стать полубогом?

Тогда он будет и героем, и владыкой демонов одновременно.

Достаточно уничтожить такого человека – и исчезнут оба полюса. Может, тогда войн больше не будет?

— Не забивай голову. Это путь к божественности, да, но особый – лишь для владыки демонов и героя. Даже если кто-то получит доступ, без нужных условий пройти его будет невозможно. — Богиня улыбнулась. — К тому же магический меч и святой меч способны извлечь лишь они. Это ведь общеизвестно, не так ли?

— И даже если кто-то совершил бы невозможное, он всё равно не превзошёл бы их. Для владыки демонов и героя продвижение – всё равно что глотнуть воды. Даже без пути они поднимаются почти без усилий, а с ним – лишь быстрее.

— Для них это путь восхождения, а для других – тупик.

Тон богини разом пресёк фантазии Су Бэя.

Да, если бы это было так просто, игроки давным-давно нашли бы этот скрытый класс.

В конце концов, в «Мире Фантазии» нет тайн, которые фанаты не разгадали бы – ни скрытых заданий, ни профессий.

Это была одиночная игра, где можно бесконечно перезапускать сюжет ради одного результата.

И Су Бэй тоже принадлежал к таким людям.

Но он никогда не слышал, чтобы на форумах появлялись хоть намёки на подобное.

Он подавил волнение и отложил открытие в сторону.

После чего задал второй вопрос.

— Моли – человек. Почему же она стала «владыкой демонов»?

— Она с рождения владыка демонов, — без колебаний ответила богиня мудрости. — Как Луминара с рождения герой.

Что за бессмыслица?

Су Бэй нахмурился, но богиня продолжила:

— Ещё до рождения её окутала судьба. Просто родилась она человеком. В другой жизни могла бы быть кем угодно: кошачьей девушкой, полу-лисой, эльфом, дворфом, даже гоблином или минотавром.

— Так или иначе, она прежде всего владыка демонов, а уже потом человек.

Это…

Ответ был невероятным, но в то же время логичным.

Богиня мягко улыбнулась.

— Кто вообще сказал, что владыка демонов не может быть человеком?

— Это её участь. Она не может от неё сбежать. Что должно быть её – будет её.

Судьба.

Су Бэй по привычке думал, что владыка демонов непременно должен иметь демоническую кровь.

Но разве это обязательно?

Так же как пастух собаки руководит стадом, так и среди людей может родиться лидер демонов.

Кровь Моли могла измениться позже – через обряды, трансформацию, или, возможно, через сам путь «владыки демонов».

А может, её кровь менялась до сих пор.

— Последний вопрос. Что ты хочешь спросить? — Тихо напомнила богиня.

Су Бэй поколебался.

И всё же спросил:

— Если Моли не станет владыкой демонов… что будет дальше?

Богиня погрузилась в молчание.

Она думала. Это не просто вопрос – это возможное, но ещё не свершившееся событие.

Оно касалось времени и судьбы.

— На твоём месте я бы ответила, что такого не может быть, — сказала она наконец. — Но ты бы не удовлетворился.

— Ты умеешь задавать сложные вопросы.

— Точного ответа нет. Но я могу показать, какие исходы наиболее вероятны.

Она очертила в воздухе круг и слегка коснулась его кончиком пальца.

— Это уже касается власти богини судьбы. К счастью, мы с ней сестры, так что я одолжу немного её силы.

— Надеюсь, она не обидится, хе-хе?

Когда богиня коснулась круга, по воздуху пробежали волны, и постепенно в них сформировалось зеркальное полотно.

— Подними голову.

— Я покажу тебе реку судьбы, что неизменно течёт сквозь все линии времени.

— Она столь широка и могуча, парит в высоте и не имеет ни единого притока.

— Это факт среди бесчисленных миров и времён.

— То, что неизбежно свершится.

— Смотри…

Су Бэй поднял взгляд.

На зеркальной глади начали проступать мерцающие картины, и первой стало то самое место – вход в подземелье Зимнего Солнцестояния.

Там, где он впервые встретил Моли.

Первая эпоха.

Моли, спотыкаясь, вошла в подземелье.

Но в этот раз Су Бэя там не было.

Обладая сродством к монстрам, она легко нашла с ними общий язык.

Осев на двадцатом уровне – в уютном кратере с горячими источниками, единственном месте подземелья, пригодном для жизни, – Моли устроилась среди чудовищ.

Время шло. Империя Дузе направила поисковые отряды к городу Зимнего Солнцестояния, и вскоре туда потянулись искатели приключений.

Демонов начали безжалостно истреблять. Один за другим они падали на глазах у Моли.

И вот, когда авантюристы дошли до двадцатого уровня, они разрушили её тихий мир.

— О, да тут ещё один гибрид с кровью демонов! Возьму тебя в качестве питомца, — засмеялся один из них.

Моли отчаянно сопротивлялась, но была повержена и стояла на грани смерти.

Тогда в ней пробудилась тьма. Вспышка силы смела всех нападавших.

Так слух о рождении владыки демонов разнёсся по миру, и люди отправились на войну против подземелья.

Моли оказалась по другую сторону фронта. Поняв, что одна лишь оборона бесполезна, она призвала прилив магии и захватила Город Зимнего Солнцестояния.

Дальше были сражения в магической башне, побеги, восхождения… жизнь, полная бегства и крови.

В конце концов она встретилась с отрядом Героя – и пала от их рук.

Затем одно за другим промелькнули пейзажи разрушенного мира: пепел, руины, тишина после человеческих бурь.

Картина застыла.

Богиня смотрела без эмоций, будто видела это уже не раз.

— Что ж, тоже вариант, — сказала она равнодушно. — Иногда владыка демонов побеждает героя, но чаще бывает наоборот.

— Впрочем, эта линия времени теперь не имеет значения.

— Потому что в ней появился ты.

— В твоём существовании нет места ни в одной известной линии, а раз ты здесь – всё будущее уже иное.

— Посмотрим, какими могут быть новые исходы.

— Даже я их ещё не видела.

Отражение вновь задрожало.

Вторая эпоха.

Подземелье Зимнего Солнцестояния.

Су Бэй успел перехватить Моли.

На сей раз он не дрогнул – его меч вонзился в её тело.

Кровь стекала, лицо бледнело. В её глазах стояли лишь вопросы: почему опять она, почему смерть настигла даже теперь, когда появился шанс?

Почему она обязана умереть?

Она не успела задать их вслух – лишь улыбнулась, глядя в небо, и ушла с миром.

В тот же миг тело Моли затряслось – волны чёрной энергии вспыхнули цветами смерти, вокруг распустились невидимые цветы из её избыточной маны.

Но даже в безумии первой ступени она не смогла победить Су Бэя.

И вновь пала от его руки.

Потом тело выросло – метр пятьдесят, восемьдесят, два метра. Волосы потемнели до бездны, лицо застыло мраморной маской, а кончики пальцев выпускали потоки магии, способные пробить лес.

Бой кончился смертью Су Бэя. Моли рухнула и погрузилась во мрак.

Дальше всё повторялось, как и прежде.

Картина застыла.

— Хо-хо, кто бы мог подумать. Я и не знала, что в одной из линий ты попробовал именно так, — богиня хихикнула, наблюдая с интересом. Она достала крошечный мангал, подожгла страницу книги и с аппетитом запекла сладкий клубень, измазав лицо в чёрной копоти.

— Ну что, глянем следующую?

Третья эпоха.

Су Бэй приютил Моли. Всё шло так же, как сейчас – только события в деревне Тишины он тогда не предотвратил.

Моли потеряла контроль, и вся деревня погибла – вместе с её спутниками и Аманьлой.

Никто не выжил.

Так открылась её подлинная сущность.

И никто не поверил, что жители деревни были людоедами.

Ведь словам владыки демонов никто не верит.

На этот раз война была страшнее прежних. Высшие классы, даже полубоги, вступили в бой. Государства разрушались, цивилизации исчезали.

К концу осталась лишь Моли – последняя из демонов, против целого отряда Героя.

Финал был тот же: смерть.

Экран застыл вновь.

Су Бэй молча смотрел, потом наконец произнёс:

— Поставь время на мою текущую линию.

— Эх, а я только вошла во вкус, — богиня фыркнула и взмахнула рукой.

Картины перелистнулись вперёд – к моменту, когда Су Бэй вошёл в магическую башню.

Теперь зеркало показывало три возможных исхода.

Первый: Су Бэй убивает Моли и становится союзником Мудрости. Но девушка, на глазах у всех, пробуждает свою демоническую силу и идёт той же дорогой, что и прежде – только больше не возвращается к городу Зимнего Солнцестояния.

Второй: Су Бэй уходит, оставляя Моли. Она прощается с улыбкой, но вскоре оказывается в тюрьме, предана и вынуждена принять своё проклятие.

Третий: Су Бэй остаётся рядом. Вместе они противостоят отряду Героя. Благодаря его знаниям о будущем Моли способна тягаться на равных – иногда даже чуть выигрывать.

Но конец неизменен: Су Бэй слишком слаб. Защищая его, Моли погибает, увлекая врага с собой в смерть.

За этим следовали новые эпохи – третья, пятая, седьмая, десятая, девяносто девятая… Пока зеркало не погасло.

Су Бэй всё смотрел и не мог отвести глаз.

Когда отражение исчезло, богиня только фыркнула, недовольно вздохнув.

— Вот и поймали за кражу судьбы. Скаредная она, эх, не дала даже чуть-чуть силы занять.

После чего, не оборачиваясь, поспешно скрылась, махнув рукой.

— Ладно, мне нужно бежать. Удачи!

Лишь спустя долгое молчание Су Бэй очнулся.

Он посмотрел на магический меч.

Во всех линиях его присутствие не меняло сути.

Как будто всё предопределено.

Моли неизбежно оборотится в демона.

Погибнет. И война завершит историю.

Та самая широкая река судьбы не оставляла побочных ручьёв, где Моли могла бы выжить.

Лучший исход – прожить вместе пару десятков лет под его защитой и с тем мечом.

Но разве это всё, на что она осуждена?

И кто вообще спросил, хочет ли она этого?

Хочет ли она стать владыкой демонов?

— Я заберу меч, — тихо произнёс он. — И спасибо.

Су Бэй сказал это в пустоту, потом снял меч со стенда.

Он был не так уж и тяжёл, даже с ножнами.

После этого Су Бэй шагнул к портальной печати.

И покинул магическую башню.

Снаружи башни было странно тихо – будто через город прошёлся грабитель.69ֆɦʊӼ.ƈօʍ

Даже торговые крики исчезли.

И едва Су Бэй покинул пределы башни, случилось нечто странное.

Огромная Башня Героя исчезла без следа.

Вероятно, из-за того, что святой и магический мечи были извлечены, – подземелье временно закрылось.

Луминара уже ушла. Едва вытащила святой меч, как получила титул Героя.

Для империи Дузе это было событие века. Дворяне обсуждали, как устроить торжество, поприветствовать нового Героя и помочь ему набрать соратников для грядущей битвы с владыкой демонов.

Предложить старшим богам уничтожить будущее зло заранее? Нет уж. Ведь убить владыку демонов может только Святой меч героя.

Так что охота за демоном – дело Героя. К тому же нынешний Герой – принцесса Луминара. Что может быть надёжнее?

Везде царило веселье: знать пировала, простолюдины толпились на улицах, лавочники делали выручку. Вокруг башни же стало пусто, ни души.

Су Бэй вздохнул: люди умеют быстро собираться на зрелище.

Он ещё не успел прийти в себя, как «Обжорство» первым ожило.

— Эй, брат, ну брат, я не хочу туда! Не гони меня обратно! Пусть я останусь тут, а? Я тебе хоть на колени встану!

— Подожди… ой, а я и не в башне? Ха-ха-ха, брат, ты лучший! Так что, дашь остаться с сестрой?

— Я ей всё внимание, всё тепло… Э, подожди-ка, где все?

— Башня куда делась, а?!

Четыре фразы – и в каждой ругательство.

Очень в духе вспыльчивого демонического меча.

Не обращая внимания на болтовню «Обжорства», Су Бэй направился направо.

Нужно было забрать Моли и уходить. Пропажа башни в Священном городе привлечёт внимание.

— Брат, а чего тут сирота одна осталась? — Удивился меч. — Остальные где? Сестра где? Башня? Призраки, что ли?

Су Бэй повернулся к той, кого меч назвал «сиротой».

Кто ещё мог сидеть там, дрожа, как не Моли?

Он подошёл ближе. На девушке была красная накидка – явно со спины Софии, слишком велика для Моли.

Ткань скрывала её почти целиком.

— Плохо себя чувствуешь? — Спросил Су Бэй.

Моли подняла голову. Лицо было бледным, губы искусаны в кровь – видно, сдерживала что-то внутри.

— Нет, что ты, Су Бэй-сан. Ты вернулся! — Её глаза засветились радостью. — Тебя долго не было – случилось что-нибудь? Ты не ранен? Если что, я немного умею лечить! А, да, София сказала, что у неё есть срочные дела и она ушла.

Су Бэй всё так же смотрел на неё, и Моли, заметив взгляд, неловко улыбнулась.

— Я и правда не болею, — тихо добавила она.

Но взгляд её сам собой опустился вниз – на вторую рукоять у его пояса. И оторвать глаз она уже не смогла.

Су Бэй молчал.

Моли сперва заботилась о нём, потом рассказала новости, а только в конце – о себе.

Как не любить такую девочку?

Он улыбнулся, но взгляд его омрачился: искусанные губы «не болят» – не верилось.

— Пойдём домой, — сказал он, взяв Моли за руку и помогая подняться.

Девушка, кажется, давно ждала момента, чтобы высказаться, и потому сразу посыпались вопросы.

— Су Бэй-сан, почему башня исчезла? Это случилось, когда ты вышел. Это связано с тобой?

— Не знаю, — покачал он головой.

— А как она выглядела внутри? Красивая?

— Не очень, — снова отрицательно.

— А опасно было?

— Так себе.

— Эм… вообще-то я кое-что хотела сказать… — неуверенно начала Моли.

Су Бэй по привычке кивнул, потом осознал, что уже пятый раз качает головой, и исправился – кивнул снова.

Девушка надулось, как колючая рыбка, и упрекнула:

— Ты меня вообще слушаешь? Я ведь ждала тебя так долго! Разозлюсь сейчас!

— Не злись, — быстро ответил он.

Но это звучало неубедительно. Моли надула щёки ещё больше.

Он напрягся, подбирая слова, и наконец выдал:

— Пожалуйста, не злись.

Добавленное «пожалуйста» выглядело как откровение.

Даже «Обжорство» замолкло от изумления.

Хотя мечу было не до них – он всё рассматривал второго соседа на поясе хозяина.

— Эй, а кто это такой крутой, что висит рядом со мной? Надо будет проверить его уровень.

Моли посмотрела на Су Бэя – встретились взглядами. Несколько секунд тишины, и она вдруг рассмеялась.

— Я вовсе не злюсь. Су Бэй-сан такой наивный.

Он опешил, но не ответил. Сам удивился, когда стал таким простодушным.

— Я всё время хотела войти в башню, — призналась она. — Но боялась, что доставлю тебе хлопот. Так и сдерживалась.

— Молодец, — кивнул он после короткой паузы.

— Но теперь, после того как башня пропала, желание не ушло, — Моли отвела взгляд, уставившись на меч у его пояса. — Он словно зовёт меня.

— Говорит, что я должна его вытащить.

— Наверное, это неправильно, но я не могу побороть себя. Почему?

Она дрожала от страха. Глаза покраснели, дыхание сбилось.

— Мне страшно, Су Бэй-сан.

— Очень страшно.

Моли прижала руки к груди, словно пытаясь удержать сердце, и стояла, еле дыша.

Су Бэй понял, как слаба она сейчас.

Он посмотрел на меч у пояса и спросил:

— Ты хочешь стать владыкой демонов, Моли?

— Что?! — «Обжорство» взвыло. — Брат, самоубийца!

— Владыкой… демонов? — Моли замерла. — Это то, чего хочешь ты?

— Нет. Это просто путь, — спокойно сказал он.

— Не хочу! — Моли покачала головой. — Совсем не хочу. Даже звучит ужасно. Мне не нравится.

— Я хочу стать Путешественником.

Путешественник – высшая ступень Гурмана, маг, познавший вкус мира. Самая романтичная профессия, и самая свободная. Та, что дышит приключениями.

После бесконечных побегов Моли мечтала только об этом – свободе, где никто не преследует.

— Хорошо, — кивнул Су Бэй.

— А ты? Хочешь быть Путешественником? — Спросила она. — Но у меня путь закончился здесь. Дальше – ничего. Хотя и этого хватит. Полубогом я, может, никогда и не стану. Зато увижу другие страны. Это ведь замечательно, да?

В её глазах сверкали звёзды и море. Такая Моли должна смеяться, а не страдать.

Су Бэй обхватил рукоять меча и сказал спокойно:

— Если ты хочешь стать Путешественником, я попробую.

— Попробуешь что? — Удивилась она.

— Вытащить меч.

В тот миг, когда пальцы коснулись рукояти меча, из него хлынул бурлящий черный туман, отбрасывая Моли назад, вместе с чем «Обжорство» завопил: «Ай-ай, что происходит?!»

— Господин Су Бэй! Что вы творите, остановитесь! — Не выдержала Моли, выкрикнув так, что в голосе звенела тревога.

Сердце ее бешено колотилось, лицо дергалось, словно от спазмов.

Поступок Су Бэя вызывал в ней дикое беспокойство.

Казалось, будто неведомая тяжесть сорвалась с ее плеч и легла на него.

Так быть не должно.

— Господин Су Бэй… что вы хотите сделать? — Прошептала она.

— Послушайся и отойди подальше, — спокойно сказал Су Бэй.

Если Моли не хочет становиться Владыкой демонов и при этом обречена судьбой, то, может, стоит попробовать иначе.

Это её судьба.

Но не моя.

«Я не принадлежу этому миру. Какое у меня может быть предназначение?»

«Я – пришелец из другого мира!»

Су Бэй зарычал, уцепившись за рукоять изо всех сил. Вокруг тела вспыхивали усиления, ослепительный свет сцепился с густой тьмой. Земля трещала и проваливалась под ногами.

Невидимое давление окутало все вокруг. Казалось, чьи‑то огромные руки сжали ему горло, а цепи оплели конечности и кости.

Кровь бурлила, разум тускнел, сознание погружалось в темноту.

Дыхание сбилось, потом исчезло вовсе – он забыл, как вдыхать.

Рукоять задрожала, противясь его хватке, будто безмолвно шепча четыре слова:

«Неверный пароль».

— Неверный ты, блин! — Прорычал Су Бэй.

В глазах мелькнули строки условий: базовые критерии отклонены, новые всплывают одно за другим.

【Удача Владыки демонов】(отсутствует)

Активация «Апофиса» невозможна.

Запуск второго протокола.

Активация пути «Владыка демонов». Необходимы условия:

【Потерянное пламя цивилизации】(активно)

【Уничтожено десять и более божеств】(активно)

【Получен один магический меч】(активно)

【Освоено три и более базовых класса】(активно)

【Обладание особой характеристикой】(активно)

【Временный доступ к умению Владыки демонов: «Пришествие Владыки демонов»】

【Открыто первое условие пути Владыки демонов】

【Ты – Владыка демонов: удача (зачеркнуто), лидер демонических рас (зачеркнуто), прирожденный гений. Пусть мир узнает твое имя – и имя будет передано всем расам.】

【Совершить убийство во имя Владыки демонов – достаточно великое, достаточно страшное.】

Рукоять была вытащена на треть из камня.

Су Бэй молча опустил меч, собираясь вложить клинок обратно, и вдруг замер.

«Апофис» начал сливаться с телом «Обжорства». Постепенно два меча переплетались, пока не стали единым.

«Апофис» полностью перестроил «Обжорство».

«Обжорство» узнал знакомый поток силы, остолбенел, пролепетал:

— Б‑брат, ты что задумал?! Разделить Владыку демонов надвое?! Ты вообще нормальный?!

— У тебя нет удачи, дара, тела. Заберешь путь Владыки демонов – как демоны дальше жить будут?!

«Обжорство» задрожал всем клинком. Ощущая, как в нём разливается «Апофис», он не выдержал, выругался:

— Черт, ты спятил, брат. Эти демоны сами жрать начнут. Если узнают, что путь Владыки демонов перекрыт, их жрецы взбесятся, а безмозглые сожрут Моли, чтоб вылепить нового демона!

— Да тебя самого демоны теперь разыскивать будут! О прощай, нормальная жизнь, максимум пятьдесят уровней подземелий, и даже без ужина из пяти блюд! — Он завопил. — А я что? Я теперь труп твой, ё‑карный театр!

— Проклятье…

— Ты на полном серьезе думаешь стать Владыкой демонов?! Что у тебя в голове, брат?!

— Хватит шуметь, — нахмурился Су Бэй.

Черный туман вокруг него рассеялся. Со стороны могло показаться, что ничего не произошло.

Но Моли видела все своими глазами.

Она почувствовала, как в ней ослабло напряжение желаний, и глянула на пояс Су Бэя, где висело обновленное «Обжорство». В голосе дрогнула тревога:

— Господин Су Бэй?

— Все в порядке. Возвращайся, быстро, — тихо сказал он.

Моли кивнула, послушно, но все же спросила:

— А вы не идете?

— Элина пришла, — так же спокойно ответил Су Бэй.

Моли кивнула и, решив, что он просто хочет побыть один, поспешно развернулась и побежала к гостинице.

— Возвращайтесь вечером, я ужин приготовлю! — Крикнула на бегу.

— Хорошо, — ответил Су Бэй, задрав голову.

Он посмотрел в сторону Священного города.

Пока все радовались празднику, по улицам все еще проходили дозоры рыцарей.

А в районе Магической башни стража патрулировала особенно тщательно.

Только сегодня им тоже хотелось праздника: они зашли в кабак, выпили за удачу, решили, что заслужили отдых.

Вот только командовал этим отрядом не кто иной, как святой рыцарь Церкви Святого Света – Стер, тот самый, что должен был встречать Элину у ворот Города Зимнего Солнцестояния.

Будучи паладином четвертого ранга, Стер почувствовал бурю энергии со стороны башни. Вскочил как ужаленный и помчался туда.

— Что за чертовщина творится?! — Стер мчался, и, заметив, что башня исчезла, взревел. — Да кто ж это сделал?! Тысячи пробужденных теперь лишатся пути развития!

Су Бэй уловил звук.

Близко. Очень быстро.

К нему приближался пробужденный.

Он нарочно отправил Моли прочь – чтобы не попала под удар.

Когда Стер оказался совсем рядом, Су Бэй приподнял рукоять и резко вонзил меч в собственное тело.

Клинок не ранил его. Вместо этого расплавился, расползаясь по телу, словно лавовый металл, и застыл черной броней, обретая форму доспехов Владыки демонов.

Шлем. Сапоги. Цельный панцирь.

Так выглядело Пришествие Владыки демонов.

Внутри его тела хлынула магическая сила. Су Бэй стал похож на живой вулкан: черное пламя взвилось к небу. В нем бурлила дикая ярость, волна убийственного инстинкта вырывалась наружу.

А затем – «Обжорство» развернуло свое поле. Густой пар клубился вокруг.

Даже пролетавший комар, вдохнув эту мглу, решился бы напасть на лягушку – лишь бы насытиться.

Су Бэй поднял меч – клинок оставался в ножнах.

Стер вошел в густую темную мглу, и Су Бэй тут же получил обратную связь.

Он точно рассчитал момент, предугадав движение противника, и со всей силой обрушил меч в том направлении.

— Грохот! — Земля вздрогнула.

Четвертый ранг, священный рыцарь – один из лучших защитников среди пробужденных – не выдержал удара. От столкновения осталась лишь кровавая дымка.

Су Бэй замер, ожидая ответного удара, не осознавая, что бой давно окончен.

Минуту спустя снял пришествие Владыки демонов и нахмурился.

— Третий ранг, что ли? Слишком хлипкий, — пробормотал он, размышляя.

Разум, уже частично искажённый магией, с трудом возвращался к плану.

Он едва не забыл выполнить главное условие активации пути Владыки демонов.

Тогда Су Бэй опустился на колено, взял меч и, смочив ножны кровью Стера, вывел на земле четыре пиньинь-символа:

«Я — владыка демонов».

После чего покинул эту землю.

В это же время в городе‑государстве Латинум благородная девушка с длинными до пояса голубыми волосами и огромной волшебной шляпой вернулась домой – и, едва переступив порог, разрыдалась: «У‑у‑у!»

— У‑у‑у, уважаемая герцогиня Глостер, Лилико избили!

— О, небеса, кто посмел обидеть мою любимую доченьку? — Всполошилась золотокудрая леди, прижав Лилико к себе и ласково взъерошив ей волосы.

— У‑у‑у, все так ужасно! Сначала ударил, потом погнался и чуть не добил – ты бы больше не увидела Лилико! — Причитала та сквозь слёзы.

Герцогиня гладила дочь по спине, стараясь успокоить, и спросила недоуменно:

— Но ведь моя Лилико – талант: маг третьего ранга уже в шестнадцать лет. Кто вообще способен тебя победить? — Потом прищурилась. — Неужели ты опять с той принцессой поссорилась?

— Не‑ет! Просто какой‑то странный тип. Я сама не поняла, как это случилось – будто у него читы! — Вскинулась Лилико. — Но я отомстила! Забрала у него все пять сундуков и не оставила ни одного!

— Пусть подавится от злости! — Фыркнула она и сдула челку, чувствуя себя победительницей.

— Шестнадцать лет живу, а такого унижения не знала! Злюсь‑злюсь‑злюсь! — Вскинула руки Лилико.

Видя, что дочь вроде остыла, герцогиня перевела разговор.

— Ну‑ка, хочешь сладкого, милая? Пирожное для храброй девочки? — Мягко предложила она.

Наивная Лилико сразу повелась на приманку и, вскинув три пальца, заявила в полную силу:

— Лилико хочет две порции!

…

Церковь Святого Света, филиал в Священном городе.

На главном месте сидел епископ Иэн, задумчиво глядя в никуда, затем медленно повернулся к Элине. На лице его сияла мягкая, почти отеческая улыбка.

— Святая дева Элина, Стер был для нас опорой. Его смерть здесь, в Священном городе, – страшный удар для всей церкви.

— Нам необходимо отыскать убийцу и принести его в жертву перед Богиней Святого Света.

Элина слушала без тени выражения на лице. Когда он закончил, ответила холодно:

— И что вы от меня хотите?

— Я, как епископ, должен оставаться здесь, — продолжил он с лицемерной мягкостью. — А из всех наших служителей только вы обладаете достаточной благодатью и силой. К тому же можете призвать Богиню Святого Света. Вашу миссию бы осветили лично.

— Если вы согласитесь возглавить отряд, я ходатайствую о финансовой помощи для вашей семьи – и для вашей сестры, и для отца.

Элина молчала, потом коротко кивнула:

— Ладно. Но пойду одна.

На взгляд Элины, местные священнослужители были просто обузой – ни монстров не видели, ни крови.

Они и до второго ранга‑то не дотягивают; обычная команда авантюристов из второранговых и то полезнее.

Так она поднялась и ушла в сторону руин башни.

Иэн лишь проводил её благодушной улыбкой, сияя святой аурой.

На месте события Элина нахмурилась: пусто, выжжено, пахнет чем‑то знакомым. И туман – знакомый.

На земле какие‑то кривые надписи. Девушка прищурилась, медленно вслух прочла:

— «Во, ши, мо, ван»… — потом опешила. — Это что, «Я – Владыка демонов»?

Она моргнула. Почерк до боли знаком.

— Кто же это? — Пробормотала она. Раз убит Стер, значит, убийца не ниже четвертого ранга. Паладин – не из слабых; чтобы мгновенно его лишить жизни, нужно пробить и броню, и барьеры, и парализовать цель.

И все же всё здесь выглядело знакомо. Слишком знакомо.

«Где я могла видеть такую чушь?», – Элина нахмурилась.

…

В гостинице.

Су Бэй наблюдал, как Моли жует запечённый сладкий батат, болтая без умолку:

— И значит, господин Су Бэй прошёл только до пятого этажа, потому что вас задержала Богиня мудрости аж на три часа? — Уточнила она.

Су Бэй кивнул, не моргнув глазом.

Он вовсе не собирался рассказывать ей о демонах, проклятых мечах и распаде мира. Ей не нужно это знать. Пусть просто живёт, идет к своей мечте – стать Путешественником.

С этими мыслями он вертел в руках шевелящийся предмет – царственный, но крайне раздражённый 【Король слаймов】. С тех пор как «Обжорство» слилось с «Апофисом», слайм будто взъелся на владельца: стоило прозевать – и он уже пытался залезть ему в нос, чтобы задушить.

Моли, воспользовавшись моментом, мягко потрепала Су Бэя по волосам. Когда он удивлённо посмотрел на неё, тут же отдёрнула руку и сделала вид, будто ничего не случилось, глядя в окно.

— Всё равно замечательно, — сказала она тихо. — Кроме принцессы Лумина́ры никто ещё так далеко не доходил. Пятый этаж – это же невероятно. Даже знатные семьи с лучшими наставниками так не могут.

Су Бэй посмотрел на неё и улыбнулся.

— Вот теперь вы улыбнулись! — Восторженно сказала она.

— Это странно? — Спросил он, быстро скрывая выражение.

— Очень! Я думала, вы вообще не умеете улыбаться, мистер каменное лицо! — Засмеялась Моли.

«Обжорство» еле сдержалось от комментариев.

«Вот же весело… Владыку демонов пополам раскроили, а они тут романтические ужины устраивают. Подождите, герои соберут пати и наваляют вам обоим – вот тогда‑то посмеётесь…»

Только Су Бэй уже обдумывал план.

Выходя на улицу, он достал из-за пазухи потёртый блокнот и зачеркнул строку напротив имени Элины.

Пора приступать к вербовке героической команды.

Он знал десятки концовок, сотни сценариев, читал этот сюжет вдоль и поперёк.

Он знал, кто войдёт в отряд Героя.

И решил: пройдёт по списку и переманит их всех.

«Так кто же я – Владыка демонов или Герой?», – усмехнувшись, подумал он, почесывая подбородок.

Хотя временная линия слегка сместилась, в общем всё шло по плану.

После появления Героя и Владыки демонов события развивались так, как помнил Су Бэй. Он проходил «Мир Фантазии» сотню раз и знал механику как свои пять пальцев.

Победить в лоб нельзя.

А если нельзя – значит, не стоит.

В любой игре без прокачки не пройти. Где это видано – идти напролом без стратегии?

Причина поражения Владыки демонов проста: пока он спасается бегством, Герой растёт в силе и собирает команду.

Один – в бегах, другой – прокачивается. Вот и разрыв.

Поэтому с Геройским отрядом демону никогда не тягаться один на один.

В дуэли – ещё куда ни шло, пятьдесят на пятьдесят. Но группой – семь на три не в пользу демона.

А если переманить её союзников в свою команду? тогда силы уравняются. Даже перевесят.

Решение очевидно.

Нельзя победить – вербуй.

Он просмотрел список из пяти будущих спутниц Героя.

После пробуждения Луминара около полугода будет тренироваться – осваивать Святой меч, изучать приёмы пробужденных.

В терминах игры это начало кампании: вступление, ролик, выбор фракции.

Кто идёт по маршруту Героя – окажется её первым союзником.

А кто выбирает путь Владыки демонов – в это время штурмует подземелье Зимнего Солнцестояния в поисках следов демона.

Итак, по канону у Су Бэя было шесть месяцев на подготовку.

Но куда идти первым? Может, в королевство Белых Скал, откуда родом её первой соратницей станет одна воительница?

Подумав, он отложил идею. Сейчас там идёт война с королевством гномов, к тому же напали фанатики из империи Дузе. Опасно. Попадёшь в плен – заставят руду копать.

Следовательно, ждать мира.

Тогда начать стоит с самой доступной цели.

Хотя по сюжету Элина – четвертая союзница Лумины, зато он с ней уже знаком, и она не раз предлагала объединиться.

А через Моли доступ к ней проще.

Нужно лишь решить один вопрос – спасти её сестру.

Иначе Элина, даже пробудившись, сломается, падёт в ранге, рухнет внутренняя сила.

Чтобы освободить сестру, придется столкнуться с двумя пробужденными из местного отделения церкви: епископом‑Святым Пастырем пятого ранга и паладином четвертого ранга. А ещё с лордом Слотом, убийцей из тени, также четвертого.

Один танк, один хил и один дамагер – команда идеально сбалансированная. Сложнейший сетап.

«Если запустить Пришествие Владыки демонов, может, и успею снести одного из них…», – подумал он. — «Но если застряну в их окружении – конец».

Кроме того, похоже, паладинов в их рядах больше одного. Он чувствовал: тот рыцарь у башни – пробужденный, пусть и зеленый, без опыта. Иначе не влетел бы в его зону «Обжорства» без щитов и барьеров.

Совесть не мучила Су Бэя за тот бой.

Во‑первых, эти святозарные благородные давно в доле с Иэном. Брали мзду, покрывали его грязные дела. Их руки в крови отца Элины.

Во‑вторых, свидетели ему ни к чему. Если хоть кто‑то узнает, что он связан с Моли, – заподозрят. А подозрение – уже приговор.

Неуловимый Владыка демонов – не Владыка демонов вообще.

Моли, заметив, что он снова замер, спросила:

— Господин Су Бэй, о чём вы задумались?

— Ни о чём, — тихо ответил он, повернувшись к ней. — Скажи, сколько тебе нужно до третьего ранга?

— Э‑э? Мне? — Удивилась она. — Не знаю… Может, завтра? А может, через неделю? Или через месяц?

Она смутилась, поправила прядь и виновато усмехнулась. За все годы она больше спала, чем тренировалась.

— Я ведь даже во сне продвигалась, — призналась она. — Заснула – проснулась второй ранг. А первый перешла так же.

— Хотела стать Путешественником – освоила немного магии. Даже ветку Жреца случайно активировала. Один святой отец хотел взять меня ученицей, но я отказалась: скучно.

— А потом… стала учить всякое забавное: разговор с животными, спиритизм, ускоренный рост растений… — Моли подняла палец и ткнула им себе в подбородок, задумываясь. — Иногда мне снятся странные заклинания. Жутковатые какие‑то.

Она могла трепаться бесконечно – и Су Бэй не возражал.

— Всё хорошо, — успокоил он. — Просто твой талант… слишком невероятен.

В этом ли чудо? Для обычных людей достичь третьего ранга к восемнадцати – подвиг, требующий изнуряющего труда. А для Моли – вопрос сна и хорошего настроения.

Всего четырнадцать, а уже второй ранг. И даже во сне к ней тянутся дары Владыки демонов.

Сам Су Бэй, обладая всеми профессиями третьего ранга, всё равно уступал ей во второй форме демонической трансформации.

А что будет, когда дойдёт до третьей – Пришествия?

Он задумался, глядя в никуда.

И вдруг за спиной раздался холодный голос:

— Что вы тут делаете?

Обернувшись, Су Бэй увидел Элину, стоящую перед ними, суровую, с загадочным артефактом в руках – похожим на увеличительное стекло.

Он нахмурился: «Разыгрывает Шерлока, что ли?»

(Автор смеётся: глава болтливая, но нужная – объяснить, почему Су Бэй убил без угрызений. Честно, не люблю такие вставки, но нужно. Ведь забота об истории – тоже труд, правда же?)

— Эй? Элина-сестра что-то ищет? Мы с господином Су Бэем всё время рядом, можно нас спросить.

Издалека Моли уже махала рукой, подпрыгивая к Элине.

Её торчащий волосок на макушке трепетал в такт прыжкам, будто выражая чистое любопытство.

Су Бэй сразу догадался, зачем та пришла.

【А теперь важная вставка: заходите на наш сайт для чтения романов】

Всё-таки он специально оставил след Магистра демонов.

Хотя при чём тут он, Су Бэй?

Он вежливо кивнул Элине. — Здравствуй.

— Мне нездоровится, — вздохнула Элина и пояснила своё поведение. — Один храмовый рыцарь Церкви Святого Света был убит. Епископ Иэн поручил мне найти преступника.

— Преступник оставил след, по которому можно предположить, что сбежал куда-то сюда.

— Но раз он оставил след нарочно, не исключено, что это ложный след.

— Так что он мог побежать и в обратном направлении.

— В целом, настроение у меня так себе.

На лице Элины почти не было выражения, но в голосе отчётливо звучало уныние.

Похоже, поручение ей попалось не из лёгких, вот она и раздражена.

Погодите-ка.

Храмовый рыцарь.

По сведениям трактирщицы, в Священном городе при Церкви Святого Света числится всего один храмовый рыцарь.

?

Неужели я моментально снял её танка?

Су Бэй немного занервничал и уточнил:

— Кто умер?

— Это ведь не крупный город. В Священном городе лишь один храмовый рыцарь. — Разумеется, Стер.

Су Бэй опешил.

Неужели я убил Стерa?

— Ох, разве это не опасно? Может, поручить это кому-нибудь другому? — Обеспокоилась Моли.

Так как она подошла ближе, её объятые обеими руками Короли слаймов тоже злобно зашипели на Элину, скривив рожицы (▼皿▼#), будто собирались напасть.

Магические создания с рождения не выносят Святого Света, а от Элины его исходило особенно много.

В глазах Короля слаймов Су Бэй и Элина – враги одного уровня.

— Говорят, он ранен тяжело, еле ходит, почти калека, — холодно отозвалась Элина. — Надо лишь остеречься последнего удара.

Су Бэй снова замер, нахмурился.

Ещё один сильный противник?

Но ведь он и сам цел.

Значит, не он убил храмового рыцаря.

Он убил простого святого рыцаря.

Так кто же тогда убил храмового?

Лицо Су Бэя посерьёзнело.

Священный город, как видно, хранит немало тайн.

Говоря это, Элина невольно бросила взгляд на двух крошечных созданий в груди Моли и внезапно застыла.

Затем без выражения сглотнула.

Какие же они милые.

Слаймы?

Откуда такие очаровательные экземпляры, меньше обычных, с явными признаками разума?

Редкий вид?

— Милые, правда? Элина-сестра, хочешь подержать? — Спросила Моли, заметив её реакцию.

— Неинтересно, — холодно отказала Элина.

Моли подбежала ближе, улыбнулась. — Ну подержи, им ты явно нравишься. Всё норовят вырваться ко мне из рук, я уже держу из последних сил.

Элина нахмурилась, неловко переступила ногой, снова сглотнула – на шее проступила отчётливая дуга движения.

Но голос остался сдержанным. — Вот как?

— Правда! Смотри, как они улыбаются (▼皿▼#) – прямо живые выражения, — Моли протянула одного из Королей слаймов вперёд.

Элина всё же кивнула и стремительным движением безэмоционально подхватила его. — Раз уж ты настаиваешь, так и быть, обниму чуть-чуть.

Стоило ей протянуть руки, как слайм с визгом (〃＞皿＜) вырвался, вцепился ей в ворот, прыгнул на грудь, оттолкнулся и снова подскочил вверх.

Потом метнулся волнистой каплей, ухватил Элину за волосы и, подпрыгивая, разбрызгивал слюну ей прямо на макушку.

«Пора преподать этой святой деве Святого Света хороший урок», – сверкала злоба в его крохотных глазах.

Но в глазах самой Элины это было просто… очаровательно.

Какой прелестный!

В её лице проступила безмятежность. Мягкое желе пружинило на её голове, и всё тело наполнилось ощущением покоя.

Липкие капли медленно стекали по щеке, грозя попасть за воротник.

— Немного шалит, — сказала Элина, вытирая капли, и мягко взяла слайма в ладони.

Тот хаотично бился в её пальцах, словно стараясь её развеселить, пока глаза не приняли вид (T ^ T). Элина невольно расслабилась и почти забыла, что вообще ищет убийцу.

Су Бэй же насторожился.

Что-то здесь не так. Словно Король слаймов злится, но забыл принять истинную форму. Наверное, так оно и есть.

Тут Обжорство прояснил ситуацию.

— Хе-хе-хе, брат, скажу тебе, злость у обоих уже за восемьдесят, а эта девка со Светом всё не реагирует. Сейчас взорвутся.

Су Бэй кивнул и крикнул двум девушкам:

— Пора.

— Э? Уже? — Отозвалась Моли и, подхватив Короля слаймов, вприпрыжку вернулась к нему.

Су Бэй взглянул на Элину. — Создадим отряд?

— Ого?! — Пискнула Моли, изумлённо уставившись на него.

Он и слова не сказал о таком намерении!

Она ведь ещё ученица, сил мало. Неужели он собирается отправиться без неё?

Несправедливо!

Она тоже хочет в поход. Только не за учебники.

Надулась, недовольно топнула в тени Су Бэя и стала стегать его по спине торчком волоса.

Впереди Элина приостановилась, потом откашлялась. — Ты мне предлагаешь?

Су Бэй кивнул. — Сейчас нас двое – я и Моли. Нужен жрец. Собирайся? Лут и материалы – выбирай первой, экипировку под тебя подстроим.

— Эхей?! — Встрепенулась Моли, руки в боки, волосок радостно трепещет. Всё-таки господин Су Бэй её не бросит.

— Смелое заявление, — заметила Элина. — Отряд из двух, даже без базового состава, и ты зовёшь меня? Знаешь, что другие готовы были предложить ради моего участия?

Она хотела было похвастаться, но, наткнувшись на спокойный взгляд Су Бэя, осеклась.

— Ладно, по большому счёту из уважения к Моли. Да и для пробуждения мне нужна практика. Вступлю, — сказала она после паузы.

— В основном ради Моли, — добавила снова.

Су Бэй лишь кивнул. — Тогда для начала поможем тебе поймать преступника, а через пару дней спустимся в подземелье, притрёмся.

Поймаем – не поймаем, неважно, главное – втянуть.

Заодно разрушить её Божественность окончательно.

Пора раскрыть ей правду.

Интересно, выдержит ли она.

Священный город был велик. Один только городок Яли мог занять Элину поисками на несколько дней.

Троица шла по улице.

Впереди Моли, прячась под коричневой кепкой и длинным пальто, тщательно укуталась, чтобы никто не узнал её.

【Вот тут автор опять просит заходить на сайт читать книги】

Она держала увеличительное стекло Элины, разглядывая землю и делая вид, будто ищет следы убийцы.

Время от времени серьёзно кивала, как настоящая детективша.

Позади шли Элина и Су Бэй, обсуждая детали организации отряда.

Иногда чей-то взгляд заставлял Су Бэя насторожиться.

Он понял: в Священном городе Элину знают куда больше, чем в Городе Зимнего Солнцестояния, где её почти никто не узнавал.

Там ведь даже церковь Святого Света отсутствует – слишком глухой край, не удостоенный Света.

Эта публичность нервировала его, по спине ползла липкая струйка пота.

К тому же это могло выдать личность Моли.

Проходя мимо магазинчика одежды, он решительно завёл обоих внутрь – время на смену образа.

Снаружи теперь никто не узнает, кто они.

На лицах у всех появились маски.

Су Бэй примерил череп, выглядя холодным и мрачным.

Элина выбрала льва, выглядела внушительно и молчала.

Моли же надела маску котёнка, и ей это понравилось настолько, что она начала подражать повадкам – «мяу-мяу», поджимая лапки и прищуриваясь.

Так троица перестала выглядеть подозрительно.

Ведь в Священном городе подобные забавы – норма, маскарады проходят на каждом углу.

После трёхдневных бесплодных поисков Моли наконец утомилась и махнула рукой в сторону огромного парка развлечений Яли.

— Мяу~ господин Су Бэй, пойдём туда!

— Неинтересно, — холодно бросила Элина.

Су Бэй посмотрел на сияющую Моли, что тянула его за рукав, потом на невозмутимую Элину – и снова на Моли. — Ладно.

Парк оказался огромным, битком наполненным семьями в масках, потому ничья внешность не вызывала подозрений.

Моли первой завлекла их к тирu.

— Пять медных монет за пять дротиков! Попади на пятьдесят очков – получишь куклу в натуральную величину! На сорок – любую крупную с пола, на тридцать – утешительный приз! Не проходите мимо! — Выкрикивал хозяин.

— Играть! — Радостно сказала Моли.

— Ладно, — кивнул Су Бэй.

— Скучно, — буркнула Элина.

Продавец улыбался, вручая каждому по связке дротиков. — Не бойтесь, всё деревянное, безопасно, можете играть смело…

— Смотрите, как я умею! — Моли прикрыла один глаз, прицелилась и бросила.

Ш-ш-ш-ш-ш…

Дротики один за другим вонзились в мишень, сложив в форме сердца. У неё вышло сорок очков. Она воскликнула от радости – выиграла большую игрушку!

А у Су Бэя все пять дротиков улетели в один и тот же центр, пробив мишень насквозь.

Он похолодел: «Попал, конечно, но, кажется, сейчас получу втык».

Тишина.

Почему продавец молчит?

Су Бэй с Моли обернулись – и увидели, как Элина добросила последний дротик.

Бух! — Он попал в голову продавца.

Бедняга, уже покрытый четырьмя снарядами, взвился, сверкнул глазами и рухнул на землю, подняв дымок.

Су Бэй оцепенел.

Моли бросилась к нему, трясла за плечо:

— Быстрее, помогите, хозяин вырубился!

Элина спокойно сложила пальцы, отправив заклинание исцеления. Вспышка – и продавец воскрес из обморока.

— Средне, — заключила она.

Через несколько минут, после извинений и обещания не брать приз, они ушли. Продавец, ворча, пригрозил не видеть их больше.

Моли повернулась к спутникам, надулась. — Нехорошо! Господин Су Бэй испортил мишень, а Элина-сестра попала в человека!

— Без магической фиксации прицела это нормально, — упёрлась Элина.

— Но ты же промахнулась мимо всего!

— …

Дальше их путь привёл на площадку с машинками-бамперами.

Волосок Моли задрожал от возбуждения.

— Ладно, — кивнул Су Бэй.

— Скука, — фыркнула Элина.

Через минуту все трое уже гнали в двадцатипользовательской арене. Неожиданно веселее всех оказалась Элина – она без слов таранила и Су Бэя, и Моли, будто мстя за тир.

Перед этим она уже «выбила» всех детей, теперь охотилась на Моли.

— Хватит! Если ещё раз, меня разорвёт! — Застонала Моли, глаза пошли кругами, торчок на голове обмяк. Казалось, она осознаёт тщетность жизни.

Су Бэй рванул к ней, закрывая своим авто.

— Что, хочешь бой? — Спросила Элина.

Он молчал, не сдвигаясь.

— Святой Свет не отступает! — Гордо выкрикнула она и снова пошла в лобовую.

Бах. Бах. Бах. Бум…

После последнего удара обе машины рассыпались.

Хозяин аттракциона вытянул руку, потом заорал:

— Ва-ы-ы вы троооое – вон отсюда!!

— …

— Скука, — повторила Элина.

Моли тяжело вздохнула. С ними, похоже, играть одно наказание. В следующий раз – ни в какие управляемые штуки.

Потом они покатались на горках и подъёмниках – и, наконец, обошлось без аварий.

Два часа спустя Су Бэй потратил целый золотой, прежде чем они покинули парк.

— Ура, Моли сегодня счастлива, — подытожила она.

— Дорого, — мрачно пробормотал Су Бэй: осталась одна золотая.

— Средне, — вставила Элина.

— Ничего не дорого, — надулась Моли. — Если бы не вы, не пришлось бы платить девяносто девять серебряных монет в убытке! И вообще, тебе понравилось! Отходила грустная, уходила довольная!

— Неправда. Брехня, — пробормотала Элина, уводя взгляд – чтобы никто не заметил смущения. Оказывается, изобретения гоблинов тоже могут радовать.

Су Бэй лишь кивнул. — Моя вина.

В этот момент в кармане Элины замерцал кристалл связи. Она подняла, выслушала сообщение и после долгой паузы сказала:

— Забыли о деле.

Причина возвращения Элины была проста – Су Бэй стал знаменит.

Точнее, прославился его облик Магистра демонов.

За несколько дней вести о рунах, оставленных им в Магической башне, облетели и Церковь Святого Света, и резиденцию градоначальника. Горожане уже открыто обсуждали происшествие.

Даже родители начали пугать детей древней присказкой: «Будешь непослушным – отдадим тебя Магистру демонов!»

История о том, как Магистр убил храмового рыцаря, мгновенно стала сенсацией, возглавив обсуждения наравне с восхождением Луминары как Героя.

Обе темы стали самыми горячими за второй год царствования Дузе.

Поздний, но стремительный взрыв слухов объяснялся просто – епископ Иэн узнал всё последним.

Он ведь даже не был на месте происшествия.

Только когда имя Стерa потускнело на храмовой плите, он понял, что тот мёртв, и тут же велел Элине искать виновного.

Причина выбора проста: между ними давняя вражда, и наказание Элины выгодно при любом исходе.

Пусть погибнет, или справится – Иэн ничего не теряет. Денег у него наворовано предостаточно, возвращаться на покаяние ему не хотелось.

— Да хранит меня Святой Свет, — пробормотал он, потирая висок.

…

После объяснений Элины Су Бэй наконец всё понял и успокоился.

Значит, действительно он убил Стерa.

А сам цел. В городе сильных нет. Волновался зря.

Странно, неужели Церковь даже между своими обманывает? Не говорили ли, что «свои своих не предают»?

Хотя… Иэн и Элина – точно не свои.

Су Бэй задумался и решил, что время пришло.

Раз уж момент складывается, пора воплотить план.

А Элина всё говорила и даже не догадывалась:

— Появление Магистра демонов – огромная угроза. Если мы найдём его раненым и сможем подавить, это даст людям десятилетия спокойствия…

Она не заметила, что идёт за Су Бэем, а тот уже вывел их к сектору телепортов.

Стоило остановиться на платформе, как Моли радостно подняла руку. — Господин Су Бэй, я заплатила!

Элина не успела ничего сказать – вспыхнул свет, круг телепортации активировался.

— Постой, куда мы…

— …

Яркая вспышка, десять секунд – и всё кончилось.

Трое оказались на окраине городка Кули.

— Где это мы? — Ошарашенно спросила Элина, оглядываясь. Ей никто ничего не объяснил.

— Тропа, — невозмутимо ответил Су Бэй.

— Какая ещё тропа? Я это место будто знаю… — пробормотала она, пока перед глазами не выросла знакомая деревня. — Что это? Почему мы здесь? — Переспросила, растерявшись.

— Ты решила привести меня сюда нарочно? — Насторожилась она, нахмурившись.

Моли, заметив напряжение, одёрнула рукав Су Бэя, закивала в сторону Элины, моля глазами: «Скажи хоть что-нибудь!»

Но пояснять было нечего – Элина и сама распознала пейзаж.

Городок Кули.

Её родина.

Хотя прошло пару лет, она помнила его в каждом сне. Это место она избегала – боялась потерять Божественность, не подходила близко.

Даже думать о возвращении не смела.

— Хочешь меня уничтожить? — Холодно произнесла она, наконец осознав всё.

Без колебаний остановилась. — Я возвращаюсь.

Су Бэй задумался, решив, что обман тут бесполезен. — Если не пойдёшь дальше, пожалеешь.

— Узнал обо мне, да? Тогда должен знать, что, приблизившись, я потеряю Божественность, — прошипела Элина.

— Ты всё равно должна вернуться, — спокойно сказал Су Бэй.

— Не сейчас. Потом – не сломаюсь, — холодно ответила она.

— А сейчас – должна, — твёрдо повторил он.

— Да чтоб тебя! — Сорвалась она, чувствуя, как её Божественность дрожит. Пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы не рассыпаться окончательно.

Моли, видя, что воздух искрит, встала между ними. — Не ссорьтесь! Пожалуйста!

Она не понимала сути, но сказала от сердца. — Элина-сестра, Моли верит, что господин Су Бэй не желает тебе зла.

— Он именно этим и занят, — отрезала Элина, скрестив руки. — Хотя… любопытно, что он задумал.

Су Бэй редко говорил много. Слова копились в голове страницами, но наружу пробивалась одна фраза.

Он устал объяснять и потому выдал суть.

— Твой отец умер.

Эти три слова разом остолбенили обеих.

— Э-э-э-э?! — Взвизгнула Моли, её волосок завертелся пропеллером. Вот это поворот. «Не вмешивайся», – кричали все внутренние инстинкты.

Когда они успели так разозлить друг друга?

В школах фраза «твой отец умер» – последнее, что бросают, когда спор доходит до предела.

— Господин Су Бэй! Как ты мог так сказать?! — Воскликнула Моли и поклонилась Элине до земли. — Элина-сестра, простите! Он не со зла, я его потом отругаю!

Элина затряслась, глаза налились гневом, грудь тяжело вздымалась – сейчас бы пламя выплеснуть.

Шагнула к нему, плюясь словами:

— Твоя – мать – в – могиле!

Надо признать, рваный ритм делал оскорбление весомым.

Су Бэй только вздохнул. Он сожалел: ведь говорил правду.

С этого места уже виднелась деревня – и дом Элины, точнее, то, что от него осталось.

Он указал пальцем. — Я серьёзно. Твой отец мёртв. И дома больше нет.

Хруст.

Элина перевела взгляд – и Су Бэй отчётливо услышал знакомый звук.

Её Божественность треснула.

Так что, когда кто-то говорит тебе, что твой отец умер, нужно внимательно разбирать контекст и смысл сказанного.

Потому что вполне может оказаться, что он говорит правду.

— Твой отец действительно умер, — спокойно произнёс Су Бэй.

Молчание.

Первое издание романа: Тайваньская сеть романов →𝑡𝑤𝑘𝑎𝑛.𝑐𝑜𝑚, здесь вы читаете главы без ошибок и пропусков.

Снова молчание.

Воздух словно застыл, перестал двигаться.

Дыхание участилось.

Слух будто отказал, оборвал все звуки.

Осознав страшную истину, Элина уже не слышала ничего, кроме нарастающей пустоты.

Тело и душа удалялись от неё, будто выскальзывая из этой реальности.

Небо поднималось всё выше.

Пад…

Раздался глухой удар.

Элина с силой рухнула на землю.

Не в силах вынести этот удар, она на миг потеряла дыхание и упала в обморок.

Неожиданно, но закономерно.

Воздух стал ещё тяжелее. Даже ветер звучал, как вопль скорби.

— Значит, Су Бэй, вы сказали правду, — тихо произнесла Моли.

Она выглядела растерянной, но вскоре её лицо смягчилось скорбью.

Она знала, что значит потерять отца. Эту боль она помнила на собственной коже, поэтому понимала Элину глубже, чем кто-либо.

Сначала приходит неверие. Потом оцепенение, холод, тишина. Слова застревают, мысли тонут, и лишь спустя какое-то время память разворачивается – и остаются только слёзы.

Моли сочувствовала Элине.

Су Бэй смотрел на Моли и на без сознания лежавшую Элину, чувствуя, как в груди сжимается.

Он тяжело вздохнул.

Он предвидел эту сцену – представлял себе множество раз, как всё случится.

Но ни одна из тех фантазий не передавала и десятой доли реальности.

Смерть всегда остаётся тяжёлой темой. Какая бы ни была подготовка – спокойно принять её невозможно.

Разве знание снижает боль?

Нет. Оно лишь делает её осознанней.

А эмоции заразны, переплетаются, как дыхание.

— Су Бэй, мне… так больно, — хрипло произнесла Моли.

Глаза её покраснели, она подошла к нему ближе.

Наверное, вспомнила и своё.

Ещё три месяца назад, перед бегством, она потеряла обоих родителей.

Страдание словно преследовало её.

Су Бэй мягко притянул Моли к себе, усадил рядом с Элиной, медленно гладя девушку по спине, успокаивал.

Все страхи и неловкости в такую минуту не имели значения.

— Когда Элина очнётся, Су Бэй, вы поговорите с ней, ладно?

— Ладно, — кивнул он.

…

Когда Элина очнулась, Су Бэй уже подобрал слова.

Он хотел начать, но девушка вдруг холодно спросила:

— Где моя сестра?

— Должна быть жива, — ответил Су Бэй.

Он и сам не знал наверняка, ведь не проверял.

Но промедлить не мог. Элине сейчас был нужен именно этот ответ.

И слова о живой сестре придали ей сил – мёртвые глаза чуть ожили.

Будто в измождённое тело вдохнули искру жизни.

— Элина! — Моли кинулась к ней и обняла, поглаживая по спине.

Она хотела поддержать, но не знала как. И потому просто крепче прижала Элину, пытаясь передать тепло.

Элина слабо откликнулась, неловко обняла её в ответ и тихо, безжизненно произнесла: «Всё нормально. Я в порядке».

— Всё нормально… я в порядке… — повторяла она всё тише и тише.

Прошло немного времени, и она, подняв взгляд, спросила:

— Это Церковь Святого Света?

— В основном Иэн, — ответил Су Бэй.

Снова повисла тишина. Две капли слёз упали на пол – слышно было, как они ударились, будто о пустое сердце.

— Церковь Святого Света не могла не знать.

— Они ведь обещали заботиться о моей семье.

— Лжецы.

— Как смешно.

— Даже если я была для них лишь инструментом – и то ведь можно было сдержать слово.

— У меня ведь не осталось никого, кроме семьи!

— Они и так уже жили с трудом…

— Зачем им делать ещё больнее?!

Элина дрожала, опустив голову. Слёзы текли без звука, а слова путались.

— Если сама Богиня Святого Света не может спасти святую деву, кого тогда она спасает?

— Кого она вообще способна спасти?

— Она слепа?

— Почему она благословляет таких, как он?!

— Как вообще такой человек может быть епископом?!

Элина кричала, обращаясь то к Су Бэю, то будто к самой Богине. С каждым словом голос становился громче, отчаянней.

Пальцы сжались в кулаки, ногти впились в ладони.

Тишина. Замирание. Спокойствие перед бурей.

Взгляд поднялся, и в глазах вспыхнуло золото – настоящее пламя, густое, как металл, и яркое, как гнев.

Если Богиня Света не в силах судить – я сделаю это сама.

Она поднялась. — Помоги мне, — сказала тихо.

— Хорошо, — кивнул Су Бэй.

И в тот миг вокруг Элины вспыхнуло пламя света.

Настолько яркое, что от него слепило даже тени.

Из груди Элины вырвался чистейший Свет – сначала едва заметные искры, но через мгновение они затопили руки и ноги. Из ладони вырвалась струя света, свернувшаяся в золотой Святой меч.

Пламя прошло по позвоночнику, кости трещали, вырастая в две сияющие пары крыльев.

Прядь за прядью золотые волны бежали по волосам; кончики засветились, словно расплавленное солнце.

В этот день.

Над Священным городом, под куполом церкви Святого Света, сверкнуло солнце и пробило купол.

Оно рухнуло прямо на статую Богини Святого Света.

Мрамор треснул, статуя рассыпалась, а изнутри высыпались горы серебряных и медных монет.

Иэн смотрел на это, и его лицо застыло от ужаса.

Элина стояла на обломках статуи, ступнями по осколкам, держа в руках Святой меч. И направила клинок прямо в Иэна.

Во имя Богини Святого Света – вершится Суд.

В этот миг я и есть Святой Свет.

Если смотреть издалека, в Церковь Святого Света падало солнце, занимающее половину неба.👮🎈 ６➈𝐬𝓗ｕ𝐱.ⒸＯ𝐦 ♘🐟

А если приглядеться – за ним тащилась крохотная чёрная точка, размером с пулю.

Эта чёрная «пуля» шла следом, как хвост, и упала у входа в главный зал церкви.

То был Су Бэй.

Он стоял спиной к дверям, лицом к толпе верующих Святого Света, с застрявшим в ножнах мечом «Обжорство» в руке.

Он охранял вход, оставляя Элине пространство, чтобы сразиться с Иэном один на один.

При этом Су Бэй не слишком верил в её победу.

Не потому что она слаба. Сейчас Элина, впитав силу самой Богини Света, почти равнялась полубогу, хоть и с изъянами.

Но между богом и пробуждённым пропасть.

Полубог против пробуждённого – это как взрослый против зародыша.

Никакого шанса. И разница не в уровне силы, а в самом виде бытия.

Но всё же Су Бэй беспокоился не о бою.

А о том, что Элина теряет Свет.

Без Божественности её тело не могло удерживать силу Богини. Оно медленно разрушалось.

Как смертное тело может вместить Божество?

Прежние святые девы пользовались Светом лишь через оболочку Божественности – аккуратно, по капле.

Никто не осмеливался впустить поток в себя целиком.

А Элина осмелилась. И теперь свет прорывался наружу, разрывая кожу, исцеляя раны и вновь их уновляя.

Ослепительные лучи отражались от разбитой статуи Богини, прожигали землю. От их жара даже борода Иэна вспыхнула, и он вновь стал похож на своего молодого облика.

Иэн понял происходящее. Подавил страх, выпрямил спину и, надев маску властного, холодно произнёс:

— Что ты творишь, Элина! Разрушаешь статую Богини, оскверняешь веру, вламываешься в церковь! Хочешь, чтобы тебя лишили сана?

— Немедленно прекрати. Я помолюсь, попрошу Святой Свет простить тебя.

Элина усмехнулась. Смех её звучал, как насмешка – над ним и над собой.

Перед глазами прошла вся их история. Как он когда-то клялся помочь ей, как обещал спасение. И теперь это выглядело до абсурда жалко.

Разве можно было верить, что в Церкви есть спасение?

Без Божественности в ней стало больше человеческого – но взгляд её оставался бездонным, движенья тише ветра.

Из этого взгляда – снисходящего и далёкого – веяло насмешкой богини, глядящей на смертных снизу вверх.

— Где моя сестра? — Спокойно спросила она, вонзив меч в землю.

Иэн внутренне обрадовался. Раз заговорила – значит, есть шанс тянуть время.

Любой разговор был на руку, даже если бы её слова были проклятиями.

Он понимал: её сила держится на грани. Ещё минута – и равновесие рухнет.

Когда Свет перестанет успевать сшивать тело, Элина просто распадётся.

Ему нужно было тянуть лишь одну минуту.

Сражаться он не мог – пробуждённый против полубога? Это даже не бой.

Пытаться сразить Элину Светом – как если бы вор сам попался на краже у себя.

— Мне нужно объясниться, — осторожно начал Иэн, стараясь говорить медленно. — Ты пришла сюда, потому что не нашла дом. Твой отец и сестра исчезли…

— На самом деле я отправил твоего отца в большой город. Ты же понимаешь, Священный город не так уж велик. Я просто хотел, чтобы ему было лучше.

Элина медленно склонила голову, улыбаясь странной, вывернутой улыбкой. Иэн закашлялся от страха, но продолжил:

— Твоя сестра тоже жива. Она покоится в легендарном сокровище – Гробе Живых Мертвецов. — Он говорил всё тише, будто оправдываясь. — Это священная реликвия, которую Церковь выменяла у эльфов за огромную цену. Она поддерживает жизнь умирающих ещё лет на десять.

— Так что всё хорошо: отец доволен, сестра спасена, а вот твои поступки… твои грехи могут всё разрушить! Остановись, пока не поздно!

Иэн говорил всё медленнее, повторяя мысли по кругу, растягивая слова, лишь бы дотянуть минуту.

Когда золотое пламя в зрачках Элины почти погасло, лицо Иэна исказилось торжеством.

— На колени, вероотступница! Я дал тебе шанс покаяться, но теперь караюсь Святым Светом!

Он сорвал с шеи крест и активировал своё главное пробуждённое умение.

Крест вспыхнул, удвоился и соткал в воздухе энергетический силуэт, сияющий Святой энергией.

Святой артефакт «Крест Света» в соединении с умением «Крестный суд» – сила, способная испепелить даже элитного монстра пятого ранга.

— Пробуждённая техника. Суд Святого Света! — Возгласил он.

Но Элина вдруг улыбнулась.

— Старый лицемер, – вот уж кто верно служит богу: хранит ворованные монеты прямо в статуе Богини, — хрипло сказала она.

В теле Элины Свет внезапно схлопнулся в чёрную точку. Всё утихло.

Иэн облегчённо выдохнул. Даже усмехнулся. Погладил подбородок – и лишь теперь заметил, что больше не имеет бороды. Он раздражённо взмахнул рукой: энергия его Света вновь послушно собралась в кресте.

— Скажу тебе правду, — насмешливо начал он. — Половина того золота – пособия, что Церковь выплачивала твоему отцу. Неплохой куш! Помнишь, как он умолял дать ему лишние две медные монеты, чтобы дожить и увидеть, как ты повзрослеешь? — Ха! И просил не воровать всё подчистую!

— Смешной. Убогий калека! Зачем таким жить дольше? Лучше б я потратил эти деньги, чтобы моему сыну купить титул! — Оскалился Иэн. — Кстати, умер он пятнадцатого июля. Помню – луна тогда была яркая. Купил клубнику, хотел умереть красиво. Только вот умер, не съев ни одной ягоды!

— Смешно, правда? Он ведь недостоин был даже клубники! — Продолжал он. — А твоя сестра? Бесполезная обуза. Место ей в крематории!

Элина стояла, молча слушая. Каждое слово било её в сердце ножом.

Потом подняла голову и улыбнулась – тихо, мирно, как человек, исчерпавший все силы. Горячие слёзы скатились по шее.

В памяти всплыли картины. Тот день – 15 июля. Её день рождения. Клубника… её любимое лакомство.

Сестра не выжила. Отец умер в нищете. Всё, к чему она стремилась – оказалось прахом.

Зачем было всё это служение Церкви, ради чего все эти жертвы?

Может, если б она не пошла в Церковь, они умерли бы хоть с достоинством.

Она тихо рассмеялась и проглотила слёзы – солёные, без капли сладости.

— Хватит, — прошептала она.

И в тот миг чёрная точка внутри груди вспыхнула и разрослась, озарив всё вокруг.

Зрение Иэна побелело от слепящего света. Когда он понял, что происходит, было поздно.

— Н-нет… как?! — В ужасе выдохнул он. — Откуда в ней столько Святого Света?!

Несправедливо! Он молился дольше, чем она; был верен Свету сильнее всех!

— Свет… взгляни на меня! — Вскрикнул он в отчаянии. Но ответом ему было пламя, пожирающее его тело частицами, превращающее в пепел – и сам пепел растворялся в сиянии.

Потоки Света пролились через разрушенный купол и осветили весь Священный город.

Над ним вновь раскрылось синее небо.

Птицы реяли свободно. Без цепей и стен.

Элина улыбнулась. Спокойно.

Заставить Иэна испытать надежду, прежде чем уничтожить её – это было всё, что ей оставалось сделать.

«Наверное, теперь и я стану свободна», – подумала она.

Она раскинула руки. Свет в теле собрался в один сгусток, рос, уплотнялся и вырвался наружу.

Он расширялся, раздвигая стены церкви, заполняя главный зал.

Никаких заклятий, никакой воли. Один только чистый Свет – и им было довольно, чтобы переполнить всё вокруг.

Будто насмешка над Иэном и его словом «веры».

И тело Элины начало трескаться под яростью Света.

С каждой секундой из ран вытекало уже не сияние, а алая кровь.

Когда Элина вошла в главный зал церкви Святого Света, Су Бэй у дверей столкнулся с атакой.

Верующие церкви сомкнулись вокруг, обступив его плотной стеной.

Человек пятьдесят: рыцари, жрецы, маги, лучники.

Ни одного ассасина.

В Церкви Святого Света таких не любили – слишком уж скрытны. Тут ценили «честные» профессии.

Теперь они распределились: половина бросилась на бой, другая занялась руганью – равновесие труда.

Причина проста – Су Бэй перегородил вход, и у большинства не было места для атаки.

Задние ряды не могли прорваться, и поэтому решили внести вклад словом – крикнуть, подбодрить, выразить участие.

— Во славу Святого Света! Рыцари, вперёд!

— Жрецы, держите исцеление! Больше баффов! И не забудьте дебаффать противника!

— Чёрт, кто ослепил меня?!

— Кто ставит баффы не туда?! Противник уже сияет как солнце!

— Что за чушь, рыцарь промахнулся! Почему враг получил Святую броню?!

— Как можно промазать по себе?! Идите лучше к гоблинам на конвейер – хоть там польза будет!

— Маги, целимся! Целимся, мать вашу, вы мне волосы опалили!

— Кто стреляет мне в зад?! Попадись ты мне…

Су Бэй стоял поражённый.

Коллективная бездарность, будто поставленная на поток.

Он чуть махнул мечом – и десяток противников повалился. Большинство – от собственных ошибок.

Он выбрал самый экономный способ сражения.

Да, с того самого момента, как приземлился, он выпустил туман «Обжорства».

Стоило вдохнуть хотя бы чуть-чуть – и любой боец, какого бы ранга ни был, терял самообладание. Жажда, безумие, голод – и всё.

Именно поэтому верующие Церкви сходили с ума.

Задние ряды хоть могли наброситься на жертвенные фрукты, не думая о вере или приличии.

Сейчас, если бы сама Богиня Света предстала перед ними – её бы приняли за обед.

А передовые рыцари остались без добычи и всё сильнее бесновались.

Переглянувшись, они с алыми глазами шагнули друг к другу – и сцепились.

Началась мясная свалка, словно безумная оргия боя, визга и укусов.

Они валялись, кусались, оставляли кровавые следы и даже метки на шее – лиловые, в форме ягод.

Когда Моли добралась до места, она застыла с раскрытым ртом.

Она поспешно подняла два сияющих 【Короля слаймов】, прижала их к глазам.

— Моли не смотрит! Моли не смотрит! — Пискнула она.

𝟨𝟫𝓼𝓱𝓾𝔁.𝓬𝓸𝓶

【Короли слаймов】 и сами таращились, не веря, что видят, их прозрачные тела дрожали, будто мигая глазами.

— Не смотрим! Не смотрим! — Повторила Моли, а Су Бэй нахмурился и усилил плотность тумана, закрывая от неё поле боя.

Такое детям видеть нельзя.

Между тем, тревогу в городе уже подняли: из дворца Слота заметили вспышки и мгновенно активировали точечный портал, перебрасывая стражу прямо к церкви.

— Что за хаос тут творится?! — Выругался Слот, появившись у ворот.

Он увидел вывеску «Церковь Святого Света», но вокруг – сцены, достойные притона греха.

— Да чтоб меня… эти святоши, наконец, показали своё истинное лицо? — Пробормотал он.

Но ответа не последовало: пока он моргал, трое его солдат уже бросились в безумие.

— Отравленная область?! — Рявкнул Слот и резко втянул воздух… только чтобы наглотаться тумана.

За считанные минуты все, кто был слабее четвёртого ранга, уже пали.

Сам Слот дрожал – в груди пульсировал чудовищный голод.

Он вдохнул слишком много маны «Обжорства» и теперь терял контроль.

Пытаясь взять себя в руки, он затаил дыхание – и тут перед глазами вырос чёрный меч в ножнах.

Он успел только вдохнуть – и туман с ревом ворвался в его лёгкие. Крик захлебнулся.

А следом обрушился удар.

Голова разлетелась, словно арбуз под молотом, и мозг брызнул по полу.

Су Бэй стряхнул с клинка кровь.

Дальше бояться было некого – в городе не осталось никого выше третьего ранга.

Он вернулся к двери и прислонился к ней спиной.

Сквозь гул боёв он слышал, как Иэн хвастается своими «заслугами» – и молчал.

Поднял взгляд к небу, сжал рукоять меча. В груди было тяжело. Хотелось что-то сказать, но слова не шли.

Жар за спиной становился всё сильнее. Он выдохнул и обернулся, открывая двери.

Навстречу ему шла Элина – в крови, но с ослепительной, живой улыбкой.

Как распускающаяся роза, рожденная из света и крови.

Время летит.

Прошло три месяца, на календаре – май. Конец месяца.

Город Зимнего Солнцестояния, между районом Хуа и районом Цюй. В трёхэтажной вилле.

Первый этаж. На диване раскинулась Элина, лёжа буквой «大», не двигаясь вовсе.

Совсем как солёная рыба. Изредка только моргнёт, иначе подумал бы – мертва.

На столике рядом – фруктовая тарелка. Фрукты аккуратно разложены, видно, целое утро их не трогали, даже несмотря на клубнику.

В таком состоянии она уже три месяца. И похоже, продолжит.

После событий в Священном городе вскоре вскрылись преступления епископа Иэна – коррупция, воровство, и даже смерть Слота и паладина Стера оказались связаны с ним.

Все трое посмертно подверглись позору. Аристократы смаковали скандал, таскали их имена из грязи в грязь, конфисковали имущество, десятую часть пустили на компенсации пострадавшим.

История на этом завершилась.

Элина получила щедрые отступные, а Церковь Святого Света согласилась отпустить её в отпуск – на сколько захочет, столько и отдыхай.

Даже пообещали устроить её на спокойную должность при отличных условиях и выделить виллу в городке Уто. Подробности обговаривали Су Бэй и новый епископ церкви в Священном городе. Элина же только кивала, безразлично слушая, о чём они говорят.

Ей уже всё равно. Хоть решат, что пора умирать – и то примет.

Конечно, Церковь Святого Света не могла позволить ей умереть. По крайней мере, сейчас нельзя.

Если святая дева погибнет в самой церкви, да ещё по вине епископа – слухи разнесут храм в прах. Репутация падёт на годы вперёд.

Потому переговоры были обязательны, и задача нового епископа – ублажить Элину.

Су Бэй не умел вести переговоры. Он молчал, иногда задумывался. Чувствовал неловкость – епископ производил впечатление его строгой классной руководительницы из школы, так что взгляд сам собой прилипал к двум голубым камням на груди собеседницы.

Социофобия обострилась.

А его каменная физиономия лишь больше пугала епископа, заставляя добавлять всё новые уступки.

Лишь когда тот уже готов был встать на колени, Су Бэй кивнул:

— Ладно.

Он даже не понял, на что конкретно согласился – всё внимание держал на Элине.

Беспокоился, не сорвётся ли она.

Когда заметил, что Элина, кажется, еле держится, нахмурился так, что епископ едва не рухнул перед ним на колени.

После переговоров Су Бэй забрал Элину обратно в Город Зимнего Солнцестояния.

С тех пор по Священному городу поползли разговоры, главным образом от нового епископа:

— Я бы лучше сразился с монстром ранга Монарха, чем снова беседовал с тем мужчиной. Он слишком хорошо торгуется.

Статус святой девы для Элины окончательно канул в прошлое. Без Святого Света нельзя быть святой.

В следующие три месяца Церковь Святого Света исправно присылала Су Бэю золотые монеты, реликвии и даже личные вещи отца Элины: старое пальто, изношенные трусы и медный перстень.

Последним подарком стал документ на право собственности – де-факто дом.

После этого Су Бэй отвёз Элину в виллу и поручил Моли присматривать за ней. Так миновало три месяца.

Моли, как обычно, бодра и болтлива: рассказывает новости, подкармливает двух слаймов, располневших на груди, уже намечая четвёртый ранг.

А Элина всё так же лежит безучастно. Только тяжело дышит, будто в ответ.

Три месяца она не поднимала глаз, иногда переворачивалась, если уставала лежать на одном боку. Ела тоже только с руки Моли.

Иногда всё же вставала – по насущной нужде. От потери крови и плохого питания кожа побледнела, тело осунулось.

Хоть сейчас умери.

Моли надуло щёки. Взяв новенький десерт, она терпеливо кормила Элину с ложечки.

Первое июня.

Район Цюй. Деревянный домик.

Су Бэй закрыл книгу с надписью «Детские сказки для начального чтения». Читая по слогам, он кое-как осилил её, запомнил вид некоторых букв и звуки. Теперь – примерно уровень младших классов.

За эти дни он много узнал: мир обретал очертания – из чёрно-белого стал цветным, насыщенным.

Произошло многое.

Великая политика: королевство Белых Скал, империя Гринокс и Техноград подписали союз, вынудив империю Дузе согласиться на мирный договор. Луминара собирается посетить Белые Скалы ради дружбы между державами. Путь её начнётся с Города Зимнего Солнцестояния, где она проведёт несколько дней.

Потому в подземелье Зимнего Солнцестояния авантюристов стало заметно больше, а солдаты выправились и начали дежурить по уставу. Су Бэй теперь ходил с Моли осторожнее, опасаясь, что кто узнает её личность.

В меньших новостях вспыхнуло восстание рабов. Несколько торговцев убито, десятки рабов бежали. Говорят, помогали внешние силы.

И ещё – важное: в Городе Зимнего Солнцестояния Техноград строит первый парк развлечений в районе Цюй. У гоблинов грандиозный план: сделать такие парки повсюду, чтобы у каждого ребёнка было счастливое детство.

Но если послушать управляющих академии Линдун, дело пахнет иначе: гоблины будто пиявки – требуют землю, прибыль и чтобы город сам платил за материалы. Оттуда же сыплется поток отборных ругательств.

Моли мельком рассказывала о жизни в школе: преподавательница Аманьла недавно пробудилась, стала слишком сильной, теперь с ней никто не решается встречаться – «жены бьют мужей, пропадает мужское достоинство».

Многие одноклассники бросили идею стать авантюристами и выбрали мирные профессии.

Вот таковы новости последних месяцев.

Су Бэй потер виски, вздохнул и поднял со стола конверт с приглашением. Приберёг дом, навёл порядок и вышел.

Это было приглашение от семьи Рассел – формально, чтобы извиниться за историю со Слотом. Но между строк – важная весть: сестра Элины жива. Легендарный Гроб Живых Мертвецов всё это время находился у наставницы Элины, Грейс, и не передавался Иэну.

Вчера полубог, служитель Святого Света, левое крыло спасения и правое возмездия, сама «Источник Святого Света» Грейс вернулась в церковь, развеяла ложь Иэна. Гроб, как выяснилось, цел и был выкуплен герцогиней Глостер за баснословную сумму – в качестве дара Элине.

Пожалуй, такой подарок способен вернуть её к жизни.

Су Бэй направился к дому Элины, чтобы сообщить: твоя сестра жива.

Подойдя к дверям, Су Бэй достал ключ, открыл замок и, сняв обувь, вошёл в зал.

Элина, конечно, не бросилась встречать. Да и Су Бэй не ждал.

Услышав входную дверь, она поняла, кто пришёл. Моли в это время ещё училась в академии.

Но Элина даже не пошевелилась. Не прикрыла юбку, задравшуюся до бёдер, хотя знала, что стоит кому заглянуть – увидит «святое сияние».

Плевать. Всё уже без разницы. Может, попробовать, каково это – умирать? Тогда, истекая кровью, вроде почувствовала боль не до конца – словно чужую.

Су Бэй сел сбоку на край дивана; с этого ракурса видно лишь мертвенно-бледное лицо Элины.

Она лениво скользнула по нему пустым взглядом и вновь уставилась в потолок.

— Твоя сестра жива.

Брови Элины дрогнули. Она перевела глаза вверх и усмехнулась с презрением. Мол, кого обманываешь?

— После обеда пойду к герцогу Глостеру, — продолжил Су Бэй. — Заберу твою сестру. Пойдёшь со мной?

Элина покатилась на другой бок и закатила глаза. Не верит. Если бы жива – давно бы объявилась. Храм прочесали тогда вдоль и поперёк. Надежды не осталось.

— Не пойдёшь – отправлю Моли после школы. — Су Бэй ожидал подобного. Без раздражения поднялся и вышел. — В любом случае, гроб уже в пути. Подождёт пару часов.

Оставлять Элину одну он не мог: без Моли она и вправду могла умереть – хоть бы от голода.

Дверь за ним закрылась. Элина отвернулась набок. Пустые глаза наполнились влагой. По щекам скатились две тихие слезинки.

Пальцы на коленях сжались, ногти разодрали ладонь – кровь стекла по запястью.

Столько времени прошло, а стоило услышать об сестре – сердце снова рвануло. Она понимала, Су Бэй не хотел зла. Но…

Она ещё не оправилась. Её прошлое всё ещё держит.

…

Су Бэй заглянул в академию, оформил отгул для Моли, затем направился в сторону городского дворца.

Замок лорда стоял в середине района Хуа, на Уолл-стрит – яркий контраст с нищим районом Цюй, в каких-нибудь трёх ли отсюда. Разрыв не только в богатстве, но и в самой ткани мира – между классами.

Показав приглашение, он вошёл в охраняемый квартал. Здания из камня, на стенах вензеля и магические контуры. Каждое имение – особняк с садом, питомцами и волшебными существами вроде слаймов или породистых зверей.

Здесь жили потомки знатных фамилий. Чтобы иметь адрес в районе Хуа, нужно либо золото, либо власть, либо связи. Иначе стыдно заходить через ворота.

На улицах – патрулирующие рыцари в отполированных доспехах. Пожалуй, первый ранг, не меньше.

Су Бэй направился к самой высокой башне. Хоть его одежда и неброска, никто не взглянул свысока. Без высокомерия, без предвзятости – благородные ценят внешнюю вежливость. Это успокаивало.

По пути он вспомнил, что мимо проходит район, где жила преподавательница Аманьла. Хотел было заглянуть – купил по дороге фрукты – но у самого порога передумал. Не предупредил же заранее. Нехорошо. И, кажется, страшновато.

Переведя дух, он пошёл дальше и вскоре оказался у ворот дворца лорда.

Показал приглашение. Навстречу вышла изящная эльфийка-управляющая. Провела его в отдельную комнату, подала чай и сладости, а сама замерла у стены – безупречная осанка, чуть пригубленная улыбка.

Су Бэй неловко сидел, ни к чаю, ни к сладкому не притрагивался. Оттого, что эльфийка не спускала глаз, стало неудобно. Он изредка менял позу – и неизбежно встречался с её взглядом и этой неизменной улыбкой.

«Уста не свело?», – мелькнуло у него.

Почувствовав его смущение, она шагнула ближе:

— Господин, не стесняйтесь, пожалуйста. Угощайтесь.

— Хорошо. — Су Бэй взял пирожное и откусил.

— Вы ведь из района Цюй? — Спросила она. — Я родом из дворца, меня купили ещё ребёнком. До сих пор ни разу не бывала там. Говорят, народ там веселее, правил меньше, цены ниже.

— Верно. — Коротко ответил он.

После этого наступила тишина. Эльфийка едва не скривилась за спиной – «и всё?!» – но, улыбку не убирая, продолжала разговор.

— Герцог Глостер грозно звучит, но на деле милосердный человек. Десятилетиями почти не вмешивался в дела своих городов – Зимнего Солнцестояния, Священного и Города Львов, давал им жить свободно. Очень человечный правитель.

Су Бэй подумал: «Просто ленивый», – но вслух сказал:

— Да, верно.

Эльфийка продолжила:

— Говорят, от семьи прибудет их единственная дочь, Лилико – юная гений, о которой слагают легенды в империи, но никто почти не видел. Ходят слухи, что она холодна, сдержанна, таинственна. А теперь впервые взялась за семейные дела, решив показать себя безупречно. Надеюсь, беседа пройдёт мирно, пожалуйста, не ссорьтесь.

Су Бэй вздохнул. Всё это звучало тревожно: холодная, принципиальная, строгая – явно не из лёгких собеседниц. Лучше взять подарок и уйти поскорее.

Он собрал дух и взглянул на дверь, откуда донёсся размеренный стук каблуков. Громкий, уверенный шаг, шаги приближались. Дверь распахнулась.

На пороге – высокая фигура в белой вуали и тёмно-синем платье. Изящная, но ещё юная. Су Бэй застыл, прищурился и вдруг нахмурился.

Вуаль дрогнула. И – хлоп! — Дверь захлопнулась.

За дверью.

Лилико, зажимая белую шляпку руками, присела и стукалась лбом о стену. В глазах плескалось отчаяние. Как же так?! Мир что, и правда настолько мал?

Почему именно он? И с Элиной он теперь связан? Как так получилось, что человек со стороны Магистра демонов связан с верующей Святого Света?!

Не укладывается. Совсем не укладывается. «Я же не понимаю!»

Нет, надо собраться. Всё равно…

«Я, Лилико, живая Богиня мудрости, дочь герцога Глостера, сверхгений». Чего мне бояться?

Абсурд. Не станет же он грубить мне при свидетелях.

— Угу! — Лилико кивнула самой себе, взяла дыхание и открыла дверь вновь.

На лице – безупречное благородство, осанка – совершенство. Настоящая аристократка.

Су Бэй сидел на месте, выпрямившись, но явно скованно. Только взгляд спокойный.

— Так-так… — каблуки отчеканили ритм по полу. Десятисантиметровые, тянут к полу, но тянут и рост – почти метр шестьдесят пять.

Гулко, чеканно, уверенно. От каждого шага у эльфийки-управляющей сердце подпрыгивало к горлу. Так вот она, власть рода Глостер. Даже походка – давление, даже дыхание – хлыстом.

«Само благородство!» – успокаивала себя эльфийка, чтоб не дрожать. Лилико подошла ближе, и Су Бэй заметил неладное: походка странная, будто новичок на каблуках.

«Сломает ногу…» – подумал он. Не успел додумать, как раздалось приглушённое «пак!»

Тишина.

Эльфийка застыла, побелев. Лилико вывернула ногу и со всего размаху приложилась головой об стеклянный стол перед Су Бэем.

Положение катастрофическое. В голове управляющей застонал набат: конец всему! Дочь герцога Глостера рухнула в доме лорда!

«Кто проектировал этот пол?!» – взвыла мысль. «Этого идиота расстрелять!»

— Лилико-сама…

— Я в порядке. — Лилико упёрлась ладонями, поднялась. На лбу – красное пятно. Лицо без эмоций. — Я в порядке.

В этот момент стол жалобно треснул. Из трещины побежала паутина, и стол рассыпался в пыль.

Уголки её глаз вспыхнули – то ли боль, то ли сдержанные слёзы. Но виду она не подала. Глянула на Су Бэя ровно, открыла рот – и не смогла произнести ни слова.

Пауза затянулась. Воздух стал густым, как перед бурей. Управляющая едва не упала в обморок.

Наконец Су Бэй решился:

— Передача?

Лилико кивнула.

— Снаружи?

Она снова кивнула.

— Забираю.

Су Бэй поднялся. Управляющая быстро подхватила ручку двери, помогая ему выйти.

— Господин, прошу сюда. — Голос дрожал. И, повернувшись к девушке, добавила:

— Лилико-сама, я помогу.

— М-м. — Лилико кивнула.

Стоило им выйти, как её улыбка спала. Лицо сморщилось от боли. Слёзы брызнули из глаз, она закусила подол, приглушая всхлипы.

— Ай-ай-ай-ай-ай-ай! — Тоненько сорвалось из груди. Слёзы бежали сплошным потоком, затопив пол мелкой блестящей лужей.

— Лилико старалась… честно старалась… даже не заплакала при людях… — хныкнула она. — Зачем я надела эти каблуки! Позор!

Усмирив рыдания, она достала карманный блокнот и записала ручкой: «Пункт 972: больше не носить каблуки».

Очевидно, за плечами уже 971 провал. Глядя на цифру, девушка ещё сильнее сникла.

…

Тем временем снаружи управляющая вытирала пот со лба, наблюдая, как Су Бэй забирает с повозки гроб.

— Эта Лилико страшновата, — шепнула она. — Ни слова не сказала, так глядела – будто съест.

— Благородным всем свойственно, — ответил Су Бэй. — Не поймёшь, что у них в голове.

Однако сам он думал иначе. У этой «леди» слишком уж нарочитое величие, будто игра. Опытная актриса, не иначе.

Но с Лилико у него появились новые вопросы. Она ведь живая. Настоящая. Значит, не богиня. А по «Миру Фантазии», все боги жили в Божественном царстве, и Су Бэй за всё время ни разу не встречал живого бога – лишь имена из хроник, как старого императора в легендах.

Значит, что она? Может, потомок Богини мудрости? Или её отпрыск на земле?

Лилико владела приглашением в Божественное царство мудрости, знала тайны богов, имела колоссальные знания – но в ней не ощущалось божественности, не было той высшей «Божественности», присущей богам. Скорее капризная пятнадцатилетняя наследница, избалованная и немного нелепая.

И в оригинальном сюжете её вовсе не существовало. Бабочка, меняющая прошлое?

Су Бэй оставил эти мысли. Поднял гроб – вес совпадал, внутри явно человек.

Поблагодарив управляющую, попросил передать Лилико слова прощания и пошёл прочь. Вопросы потом.

Сейчас главное – вернуть сестру Элины. Вернуть смысл. Вдохнуть в неё жизнь.

Дальше – путь к Белым Скалами, что надо начать уже в этом месяце. Лучше уйти прежде, чем прибудет Луминара.

Су Бэй, неся гроб на плече, медленно удалился.

В трёхэтажной вилле.🍧♣ ❻➈ŜⒽ𝕦𝐗.𝒸σ𝓶 ♠😺

Су Бэй вошёл в дом и увидел, как Моли кормит Элину, а в её одежде под тканью туда‑сюда шевелятся два Короля слаймов.

Снаружи это выглядело так, будто под одеждой перекатываются два маленьких сугроба, время от времени вызывая у Элины странные гримасы и хриплое дыхание.

Моли пояснила, что так она массирует мышцы Элины, чтобы та не пролежала и не ослабла.

Да, в этом был определённый смысл.

Вот только Су Бэю вся сцена показалась подозрительно странной.

Позволять порождениям тьмы массировать бывшую святую деву церкви Святого Света – чем это отличается от того, чтобы Магистр демонов подружился с Героем?

Иначе как чудом это не назвать.

Увидев, как Су Бэй с гробом на плече входит в дом, Моли радостно замахала рукой, даже не вытащив ложку изо рта Элины.

Вскочив, она нечаянно задела ложку.

— У‑у‑у…

— У!!

Ложка вошла целиком, почти до горла!

От боли Элина распахнула глаза – ей на миг даже показалось, что она видит умершего отца.

Моли в панике выдернула ложку и обеими дрожащими руками стала гладить Элину по плечу. — Элина‑сестрица, всё хорошо? Прости, прости, это Моли виновата…

Когда Элина снова обмякла и лицо её застыло, Моли облегчённо поднялась встречать Су Бэя.

— Добро пожаловать, господин Су Бэй! — Сказала она. — И даже сестру Элины старшую благополучно принесли домой.

Элина не повернула головы, будто не слышала.

Но в ту минуту она сделала для себя важный вывод: умереть можно, но только не от ложки – слишком мучительно. Лучше уж какая‑нибудь быстрая смерть.

Позади раздались шаги Су Бэя.

Перед Элиной поставили гроб.

Брови девушки едва дрогнули, но, уставшая, она даже не смогла нахмуриться.

Прошло немного времени, пока она тихо произнесла:

— Спасибо за заботу. Но я не собираюсь умирать, не нужно доводить до такого.

Оба, Су Бэй и Моли, явно старались‑ведь даже гроб нашли.

И ведь выглядит он, признаться, солидно…

Безжизненным взглядом Элина осмотрела гроб – и вдруг застыла. Зрачки медленно сфокусировались, потом моргнули.

Похоже…

Не уверена… надо посмотреть внимательнее…

Постой!

— А‑а! — Вскрикнула Моли, подскакивая.

Элина резко села, тело дёрнулось, и слаймы вылетели из‑под её одежды, шлёпнувшись Моли прямо в лоб и издав два звонких «двань‑двань».

Король слаймов состроил физиономию (▼皿▼#): очевидно, находиться рядом с бывшей святой ему осточертело.

— Тук‑тук. — Су Бэй постучал по крышке гроба.

Глухой звук – дерево плотное, не бутафория.

Он спокойно сказал:

— Кто откроет – я или ты?

Сказал он это так обыденно, будто предлагал стереть защитный слой с лотерейного билета.

Но это было совсем не то же самое.

Элина уже не могла оставаться спокойной. Проведя ладонью по краю крышки, она ощутила тот самый знакомый материал, ту же мощь жизни, что спала внутри.

Этот гроб… тот самый. Несомненно.

Неужели… это правда?

Но…

— Он хранился у твоего наставника. Позавчера герцогиня Глостер выкупила его и отправила тебе – как компенсацию за историю с городским управлением, — объяснил Су Бэй.

Осознав связь событий, Элина расплакалась.

— Я позволила ненависти затмить разум. Глупая… ведь должна была догадаться. Госпожа Грейс ни за что бы не оставила тело моей сестры где‑то в стороннем месте – она просто боялась, что я не удержу Божественность…

— Да и епископ Иэн вряд ли достоин хранить реликвию легендарного ранга…

Хотелось сказать многое, но, глядя на гроб, Элина лишь молчала.

Наконец, собравшись, отодвинула крышку – и перед ней предстала спящая в нём девушка.

Это была её сестра, Элини.

На вид ей чуть за двадцать. Руки покрыты мозолями от рукояти меча, кожа грубовата, черты лица благородны и решительны; схожесть с Элиной была явной.

Узнав это лицо, Элина потерялась. Сидела тихо, пока небо за окном не потемнело. Тогда закрыла крышку, повернулась.

Су Бэй и Моли напротив увлечённо играли в гомоку.

Элина застыла – и вдруг улыбнулась.

Три месяца прошло – а она впервые улыбнулась.

И, пожалуй, за три года – впервые искренне.

Она почти забыла, что такое улыбаться. Но чувство оказалось приятным: вот оно, быть человеком.

Элина посмотрела на них с теплом. Что сказать? Поблагодарить?

Наверное, стоило бы. Но, кажется, не для этого они старались.

Она понимала: Су Бэй и Моли хотят, чтобы она снова встала на ноги. Но зачем им это?

У Моли причины были, а у Су Бэя?

Знали‑то они друг друга меньше полугода.

Что же он видит во мне? Думает составить со мной отряд? Да кому нужна калека вроде меня…

Элина сжала ладони. Свет Святого Света, едва вспыхнув, тут же погас. Всё, она стала ничем, пустотой.

В этот момент Моли оглянулась и заметила, что Элина смотрит на них. — Элина‑сестрица, иди сюда‑а! — Она похлопала рядом по снегу. — Господин Су Бэй сказал, он уже узнал, от кого идёт это проклятие сна!

Дыхание Элины участилось. Су Бэй чуть повернул голову:

— Скорее всего… от демонического оружия одиннадцатого порядка – «Сновидение». — Оно способно создавать сон, из которого нельзя проснуться.

Элина схватила его за плечи, дыхание частое и горячее било в лицо. Су Бэй отшатнулся, нахмурился.

Пахнет ужасно. Три месяца без чистки зубов: сладковато‑молочный аромат с душком.

Увидев в его взгляде явное отвращение, Элина покраснела, кашлянула. — Что ещё ты знаешь? Есть способ решить?

— Есть два, — кивнул он. — Тот, кто во сне, должен осознать, что спит – тогда сможет выбраться сам. Или кто‑то снаружи должен убить носителя «Сновидения» и разорвать сон силой.

— Помоги мне, — мгновенно потребовала Элина.

Су Бэй посмотрел на неё. В глазах у девушки пылал гнев; она проснулась, ожила. Только Святого Света в ней больше нет, как нет у него пути Магистра демонов. Дорога прервана, а сила упала до первого ранга. Это предстояло исправлять.

Пока Су Бэй размышлял, Элина насторожилась: неужели он откажется? Ведь у неё ничего не осталось – ни силы, ни даже… привлекательности. Может, подкупить? Чем?

— Деньги твои, дом твой, я буду на тебя работать, только помоги! Помоги, помоги, помоги! — Выдохнула она скороговоркой.

Моли дернула Су Бэя за рукав, поддерживая.

Тот очнулся, качнул головой:

— Сейчас ты слишком слаба, не выйдет.

Лицо Элины побледнело. Моли возмущённо потрясла его рукав – как он может так холодно говорить?

Су Бэй продолжил:

— Потому сначала восстановись, потом займёмся проклятьем.

— Ты хоть не пугай так, — Элина с облегчением светло засмеялась и, не сдержавшись, обняла его. — Уже думала, ты откажешь!

— Перестань так громко дышать, дух сумасшедший! — Прорычал он.

— Плюх! — Раздался удар – Су Бэй ногой отшвырнул её.

— Фью! — Элина, перевернувшись в воздухе, рухнула вниз головой прямо на Моли, погребя девочку под собой. Та отчаянно замахала руками.

— Не могу дышать! Элина‑сестрица, не могу дышать! — Пищала Моли, а из‑под груди Элины торчала маленькая ладошка. — Спасите! Господин Су Бэй, ау, спасите‑еее…

Город Зимнего Солнцестояния. Дикие земли.

Вход в подземелье Зимнего Солнцестояния.

Июнь – один из тех месяцев, когда деятельность отрядов авантюристов достигает своего пика.

У входа в подземелье Зимнего Солнцестояния отряды сновали туда-сюда, обмениваясь опытом и тонкостями прохождения уровней.

Торговцы, заранее заняв лучшие места, вовсю зазывали покупателей, предлагая свежайшие разведданные о подземелье, а также всевозможные зачарованные материалы и зелья.

Встречались и одиночки, ищущие группу, или же команды, которым не хватало бойца. Тем, кто был готов отправиться в путь в одиночку, предлагали весьма щедрое вознаграждение.

И на фоне этой шумной, гармоничной суеты у входа в подземелье одна группа явно выбивалась из общего ритма.

Со стороны их перепалка больше напоминала детскую игру в дочки-матери, чем совет серьезных искателей приключений.

— Сердце чудес, Слеза Богини и сосуд с кровью, наделенной атрибутом Света… причем монстр должен быть как минимум четвертого ранга и обладать статусом ранга Лорда… — Элина записывала за Су Бэем перечень необходимых материалов, и ее пальцы заметно дрожали.

— Это… это же… — она запнулась. — И это не считая прорвы дорогущих вспомогательных ингредиентов! Ты бы еще сказал, что мне проще заново родиться, бестолочь!

— Если бы я могла достать все это, то зачем мне тратить такие баснословные деньги на восстановление? Я бы лучше сменила профессию. Мне кажется, у меня есть талант к пути следопыта.

На обычно невозмутимом лице Су Бэя чуть дрогнули брови.

«Нет, таланта следопыта у тебя нет». — Хотя ему не хотелось лишний раз расстраивать Элину, после той игры в дартс в парке развлечений он мог с уверенностью сделать подобный вывод.

Позволь Элине стать следопытом, и в опасности окажутся вовсе не враги. Существовал немалый риск, что она ненароком отправит Моли в затяжную трансформацию неудачным выстрелом.

Су Бэй вздохнул и принялся объяснять:

— Насчет Слезы Богини у меня есть план. Сердце чудес можно отыскать на двадцатом этаже подземелья Зимнего Солнцестояния. Самое сложное – это третий пункт.

— Однако я слышал, что в вашей Церкви Святого Свет есть один Драконий рыцарь. Его партнер по контракту – световой дракон пятого ранга, полукровка ранга Монарха.

На мгновение воцарилась тишина.

Лицо Элины застыло в оцепенении, и она долго не могла прийти в себя.

Спустя примерно десять секунд молчания Элина протянула руку и закрыла уши Моли. Одарив девочку успокаивающим взглядом, она наконец дала волю сдерживаемому негодованию и, скрежеща зубами, набросилась на Су Бэя:

— И откуда только у тебя, черт побери, такой спокойный тон?! Говоришь так, будто нам нужно всего лишь немного куриной кровушки сцедить!

— Ты хоть понимаешь, что это тебе не курица?! Это же партнер по контракту господина Отриади, Молотоборца возмездия, одного из четырех полубогов Церкви Святого Света! Что я, по-твоему, должна предложить ему взамен целого сосуда крови его дракона?!

Элина была в такой ярости, что у нее потемнело в глазах.

Стоит помнить, что ранги монстров делятся на обычный, элитный, ранг Лорда, ранг Монарха, легендарный и мифический. В нынешние времена, когда о мифических и легендарных существах почти ничего не слышно, наличие партнера ранга Монарха позволяло Отриади стать сильнее на добрую треть.

Священник Отриади лелеял своего чешуйчатого питомца как величайшее сокровище, ценя его жизнь выше собственной.

Это был не просто питомец, а скорее драконий «папенька».

С какой стати ему позволять пускать кровь своему «родителю» ради бывшей святой девы с разрушенной Божественностью?

Су Бэй погрузился в раздумья. Сомнения все же закрались, и он еще раз сверился со своим дневником.

Затем он медленно произнес:

— Кажется, он влюблен в твою наставницу.

Элина снова замолчала.

Она понятия не имела, откуда поползли эти слухи, но они были слишком уж дикими.

— Ты хочешь сказать, что господин священник Отриади, столетний старый девственник, влюблен в мою наставницу – бесчувственную женщину-робота, которая вот-вот сама превратится в божество?

— Сдается мне, твои источники информации – это даже не сомнительные сплетни, а полная чушь. Скорее уж я поверю, что я родная дочь Богини Святого Света, чем в этот бред. Ты с ума сошел?

Глядя на бесстрастное лицо Су Бэя, Элина, продолжая ругаться, внезапно замялась, словно решив вовремя минимизировать убытки.

В ее душе поселилась неуверенность.

Хоть она и не знала, где Су Бэй раздобыл эти сведения, но все же…

Священник Отриади и впрямь частенько оказывал Грейс знаки внимания. Он то и дело поправлял свои немногочисленные седые волосы, пытаясь излучать своеобразное обаяние.

«Неужели это, черт возьми, правда?»

Помолчав немного, Элина добавила:

— Допустим на миг, что это правда. И что дальше?

— Ты собираешься их свести? Хочешь, чтобы земное воплощение Богини Света с идеальной Божественностью закрутило страстный юношеский роман с самым ревностным и могучим священником Света? Да это же святотатство!

— Ты разрушаешь сами основы Церкви Святого Света! Если там узнают о твоих помыслах, тебя признают еретиком и очистят так, что даже пепла не останется – ни единого черного пятнышка!

Последние фразы она выкрикнула слишком громко.

Несмотря на то что уши Моли были закрыты, она всё услышала. Девочка испуганно приоткрыла рот, не ожидая, что дело примет такой пугающий оборот, и поспешила вмешаться.

— Господин Су Бэй! Нельзя так делать, это слишком опасно!

— И сестра Элина, пожалуйста, не ругайся больше.

Элина умолкла, осознав, что и впрямь перегнула палку.

Посмотрев на милую Моли, она буркнула:

— В любом случае, это его вина.

— Сестра Элина, нужно успокоиться, на нас уже многие оглядываются, — Моли легонько ткнула Элину в спину и указала на любопытных прохожих.

— Ничего я не… Это всё он, говорит такие возмутительные вещи… Ладно, ладно, я молчу.

Встретившись с кротким взглядом Моли, Элина устыдилась своего поведения. Чувствуя на себе взгляды окружающих, она поправила шляпу-котелок на голове девочки, чтобы та ненароком не раскрыла свою личность и не навлекла беду.

В это время Су Бэй мысленно возвращался к сюжету игры.

Процесс исцеления Элины звучал невероятно сложно, но Су Бэй помнил, что в игровом сценарии Луминара решила этот вопрос именно так.

Правда, было одно условие.

В сюжете Луминара предоставила весомый аргумент, заставив госпожу Грейс лично встретиться со священником Отриади, чтобы выменять драконью кровь. Тем аргументом было сердце подлинного дракона.

Заметив, что к ним приковано всё больше внимания, Су Бэй отбросил лишние мысли.

Он протянул руку и активировал вход в подземелье Зимнего Солнцестояния. На портале высветились пустые поля.

Для входа требовалось вписать название отряда авантюристов и имена всех его участников.

Су Бэй помедлил.

— Кстати, а как мы назовем наш отряд? — Вставила Элина.

— Отряд авантюристов «Святой Свет», — предложил Су Бэй после недолгих раздумий.

Это послужило бы отличным прикрытием для Магистра демонов. Никому и в голову не придет, что команда демонического владыки может называться «Святой Свет».

— Да иди ты! Отрядов с таким названием если не сотня, то уж восемьдесят точно наберется.

Элина оттолкнула Су Бэя и, немного поразмыслив, выдала:

— Пусть будет отряд авантюристов «Утренняя заря». Красиво звучит, глубоко и со смыслом. А главное – в этом названии чувствуется надежда и сила возрождения.

Элина с гордым видом задрала подбородок, явно довольная собой.

Су Бэй, вспомнив о чем-то, нахмурился:

— Обыкновенно. Никакой изюминки.

— Ха?! И это говорит человек, предложивший «Святой Свет»? — Рявкнула Элина.

— Отряд авантюристов «Свет», — продолжил предлагать Су Бэй.

— Уж лучше «Искупление».

— «Рассвет».

— «Надежда».

Они стояли на своем, выдвигая вариант за вариантом и тут же отметая предложения друг друга.

В конце концов Элина выдохлась. Су Бэй тоже оставил попытки придумать что-то стоящее.

Оба одновременно повернули головы и посмотрели на Моли, которая внимательно слушала их спор.

— Моли, скажи ты, — нахмурившись, произнесла Элина.

Су Бэй кивнул в знак согласия.

— Э-э? Вы спрашиваете меня?

Моли захлопала ресницами и, подумав немного, негромко произнесла:

— Как насчет отряда авантюристов «Ирис»?

— Почему именно ирис? — Спросила Элина.

Моли прикрыла глаза, вспоминая, как выглядит цветок, и уголки ее губ дрогнули в улыбке.

— Он похож на летящую бабочку, что порхает на ветру, принося людям добрые вести и благословения. Он символизирует свет и свободу. Это посланник любви.

Затем Моли посмотрела на Элину и Су Бэя. Вернее, ее взгляд был устремлен на Су Бэя.

Словно отвечая на тот нечаянный вопрос о том, «будет ли будущее прекрасным», который он задал давным-давно, при их первой встрече.

Моли вспомнила тот момент и, вновь давая свой ответ, с абсолютной уверенностью произнесла:

— Ирис также означает, что мы все будем счастливы. И будущее обязательно будет прекрасным.

Слово за словом, и Моли вдруг густо покраснела.

Ей стало ужасно неловко от того, что она вот так, ни с того ни с сего, принялась болтать о каких-то глупостях.

Опустив голову, она невнятно пробормотала:

─ Я это просто так сказала… На самом деле, отряд авантюристов «Утренняя заря» — тоже очень хорошее название.

─ А? Как по мне, ты отлично придумала, ─ отозвалась Элина. ─ А то, что предлагала я, и правда избито до невозможности. Су Бэй, а ты что думаешь?

Элина повернулась, собираясь спросить его мнения.

Но господин Су Бэй уже закончил вводить название. Он лишь недоуменно переспросил:

─ Ты что-то сказала?

В поле ввода красовалось название: отряд авантюристов «Ирис».

─ Да ничего. А ты знатно потакаешь Моли — соглашаешься со всем, что она ни скажет. К слову, ко мне ты не проявляешь вообще никакого интереса. Уж не потому ли, что ты латентный лоликонщик? Предупреждаю, Моли еще слишком мала…

─ Прекрати сейчас же, сестрица Элина! ─ залившись краской, во весь голос завопила Моли, издав оглушительный писк испуганного сурка.

Су Бэй оборвал эту бессмысленную перепалку:

─ Приготовиться. Я вхожу.

─ Ой, мы готовы! ─ поспешно отозвалась Моли.

Портал открылся, и Су Бэй первым перешагнул через порог.

Моли, надув губы, уставилась на Элину, явно выражая обиду за ее бестактные подозрения.

─ Ладно тебе, я же пошутила, ─ Элина взяла Моли за руку, и они вместе шагнули в проход.

Перед глазами раскинулась бескрайняя белизна.

Первый ярус подземелья Зимнего Солнцестояния.

Повсюду лежал глухой, слепящий снег.

Хотя они и находились в неведомом пространстве, климат здесь в точности повторял Город Зимнего Солнцестояния в самый разгар суровых зимних холодов. В такую погоду даже целая группа искателей приключений первого ранга вряд ли сдюжила бы против стаи снежных волков.

В этом и заключалась уникальная особенность здешних мест.

Лютый холод.

Именно благодаря этому климату здесь когда-то родилось редкое демоническое оружие под номером двадцать шесть — «Лютый холод».

Этот меч, способный создавать абсолютный ноль, открывал простор для множества боевых стилей и разительно отличался по своей сути от «Обжорства».

Су Бэй поднял голову, сверяясь по солнцу, и сухо скомандовал:

─ За мной.

Преодолеть первый ярус было несложно — главное, не сбиться с пути, а солнце служило надежным ориентиром.

Но как раз в этот момент Моли вдруг отступила на несколько шагов назад. Растерянно моргая, она протянула руку и уставилась на занесенную снегом землю.

─ В той стороне… там что-то странное.

Ее слова заставили спутников насторожиться.

─ Талант к поиску сокровищ? ─ Элина нахмурилась и, приспособив свой посох вместо лопаты, принялась разгребать сугробы.

Для добротного посоха, изготовленного на заказ в самой Церкви Святого Света, это стало своеобразным вторым рождением.

Су Бэй согласно кивнул и без лишних сомнений обнажил магический меч «Обжорство», используя его как инструмент для копки. Помнится, во время бегства Моли постоянно натыкалась на разные редкие находки — удача будущего Владыки демонов была делом серьезным.

Конечно, с Луминарой дела обстаяли схожим образом, ведь после благословения Богини удачи та тоже превратилась в истинную любимицу небес.

Су Бэй орудовал «Обжорством», а меч не смел издать ни звука. Он лишь безмолвно и яростно вгрызался в снег, вымещая недовольство усердной работой. С тех пор как они объединились с Элиной, Су Бэй строго-настрого приказал «Обжорству» молчать, дабы не раскрыть свою личность и не навлечь лишних бед.

И хотя артефакту претило это молчание, сейчас они с Су Бэем были в одной лодке, так что приходилось подчиняться.

Вспомнить только былые времена — разве могло оно помыслить, что его ждет подобная участь? «Обжорство» ведь надеялось, что сделало гениальный ход, присягнув Магистру демонов. Оно мечтало поглотить другие демонические орудия, обрести небывалое величие и возглавить весь список великих артефактов.

Путь-то открылся, да вот только хозяин оказался Магистром лишь наполовину, отчего мечу оставалось лишь мысленно стенать: «Я не вижу пути вперед, вообще не вижу». Жизнь казалась беспросветной.

Троица копала все глубже и глубже, уходя все дальше в сторону от спуска на второй ярус.

Пока, наконец, они не наткнулись на дверь.

─ Приехали, тупик, ─ изрекла очевидную вещь Элина.

─ Действительно, ─ подтвердил Су Бэй.

Они подняли глаза.

На двери красовались изящные древние узоры. Магический контур все еще действовал, источая невероятную, мощную ману. Рисунок плетения был настолько сложным и запутанным, что приложить к нему руку должен был как минимум полубог, причем сам круг выполнял лишь защитную функцию.

Каков размах.

─ Скрытая зона? Раз она не обязательна для прохождения, то даже на первом ярусе сложность там будет запредельной, ─ лицо Элины помрачнело, когда в памяти всплыли горькие воспоминания.

Она всем сердцем ненавидела подобные скрытые зоны. Если бы не одна из них, ее сестра Элини не попала бы в беду. Из-за той нелепой случайности Элини погрузилась в вечный сон. А ведь с ее обширными знаниями и превосходным мастерством мечника она ни за что не сгинула бы в дебрях Тишайшего леса.

Су Бэй покосился на Моли.

Пожалуй, именно она сейчас имела наибольшее право голоса. Су Бэй предполагал, что в оригинальном сюжете игры Владыка демонов смог выйти на пик своей силы не только благодаря зачистке подземелья Зимнего Солнцестояния, но и за счет этой скрытой зоны.

А значит, сложность этого места могла оказаться куда выше, чем он предполагал. Нужно было все тщательно взвесить.

Заметив на себе взгляд Су Бэя, Моли сделала пару шагов вперед, протянула руку и прижала ладонь к двери, замерев.

В то же мгновение на поверхности вспыхнули и побежали яркие сполохи света.

─ Господин Су Бэй, кажется, у нее есть разум. Она приветствует меня и хочет, чтобы я открыла ее. Но в то же время она отталкивает меня, давая понять, что мне еще не хватает сил.

Дверь мягко спружинила, и Моли покачнулась, отступив назад.

Элина нахмурилась и решительно шагнула вперед, прижав руку к створке:

─ Что еще за нежности, дай-ка я погляжу.

Стоило ей коснуться поверхности, как наружу вырвался мощный импульс силы, от которого вся дверь содрогнулась.

─ Что за чертовщина! ─ Элину затрясло крупной дрожью вслед за дверью.

Су Бэй почуял неладное:

─ Отпусти!

Но было поздно.

Руны на двери стремительно соединились одна с другой, сложившись в гигантский магический круг.

Раздался оглушительный взрыв.

─ Сестрица Элина улетела! Совсем улетела! ─ закричала Моли.

Ее пальцы замелькали, за одну секунду сплетая десяток смягчающих заклинаний, однако поймать отброшенную взрывом Элину она все равно не успела.

Пока Су Бэй на мгновение оцепенел, Элина уже унеслась вдаль и с размаху воткнулась в сугроб.

Раздался глухой хруст. Из снега сиротливо торчали только ноги.

Моли бросилась вперед:

─ Ой-ой, спасать надо, спасать, господин Су Бэй!

Приложив некоторые усилия, они, словно репку из грядки, вытянули Элину наружу.

─ А-апчхи!

Элина непрестанно чихала. Она замерзла так, что превратилась в ледышку и вся дрожала. Поспешно сотворив пару заклинаний, она попыталась согреться. Все-таки статус жрицы первого ранга при ней остался, и пускай без Святого Света, но залечить ушибы простым исцелением она могла.

Придя в себя, Элина сердито забормотала:

─ Это только потому, что я сейчас растеряла былую силу, иначе я бы не потерпела такого оскорбления! Проклятье, как же зло берет, я уничтожу ее!..

Но перед ней была всего лишь дверь.

Су Бэй вздохнул.

В этом была вся Элина. Даже обладая Божественностью, она оставалась упрямой и вспыльчивой особой, готовой мстить обидчику на месте. Что уж говорить про нынешнее состояние, когда Божественность была утрачена. Теперь ее упрямство возвелось в абсолют — она расшиблась бы в лепешку, но не отступила.

И как только Луминара выбрала ее себе в соратники, да еще и позволила развиться до таких высот в будущем?

Продолжая ругаться под нос, Элина вдруг нахмурилась, припоминая детали случившегося:

─ Кстати, эта дверь наотрез отказалась меня впускать. Дала понять, что если я прикоснусь еще раз — пришибет на месте. Не могу это терпеть, просто сил моих нет!

Элина замахнулась посохом, собираясь как следует проучить строптивую преграду.

Сзади в нее намертво вцепилась Моли, не давая напарнице совершить глупость:

─ Сестрица Элина, давай сдержимся! Нас же убьет взрывом, честное слово, в следующий раз мы точно не выживем!

─ Не может быть! Я просто ударю ее посохом, она не посмеет снова взорваться! Я должна отомстить, а-а-а, не могу терпеть…

Не обращая внимания на буйство Элины, Су Бэй подошел ближе. Он решил проверить все лично.

Он протянул руку и коснулся поверхности.

Но едва пальцы соприкоснулись с дверью, Су Бэй тут же отдернул руку назад.

Дело было плохо.

Он отчетливо ощутил, что дверь… ликует. Она трепетала от восторга и предвкушения, словно распахнувшая объятия девчушка, завидев желанного гостя.

Определенно, это была ловушка.

Раздался протяжный скрип, и дверь распахнулась сама.

За ней открылся вид на величественный Ледяной дворец.

Су Бэй среагировал мгновенно: обнажил меч, активировал усиление и со всей силы нанес рубящий удар назад.

Туда, откуда с воем хлынул неистовый ураган, несущий тонны колючего снега.

Су Бэй изо всех сил сдерживал напор бури.

Элина, все еще рвавшаяся в бой, потеряла равновесие и вместе с державшей ее Моли полетела кубарем прямо внутрь Ледяного дворца, увлеченная мощным потоком.

Видя, что огромные створки уже закрываются, Су Бэй перестал сопротивляться ветру.

Порыв урагана подхватил его и швырнул внутрь, вслед за спутницами.

Дверь с грохотом захлопнулась.

Снаружи продолжал валить густой снег. Вскоре он полностью укрыл необычное препятствие, надежно спрятав его под белым покрывалом.

Священный город. Дикая зона. Глубины скрытого подземелья. 𝟨𝟫𝕤𝕙𝕦𝕩.𝕔𝕠𝕞

Луминара сжимала рукоять меча обеими руками, стоя с закрытыми глазами в напряжённой задумчивости.

Перед ней лежала поверженная громадина.

Приглядевшись, можно было различить черты чудовища ранга Лорда – земляного дракона.

Четвёртого ранга, вид поддраконов – такие твари крайне опасны.

Они не только невероятно живучи, но и быстры; а главное – чересчур живучи: даже её Святому мечу с трудом удавалось пробить их броню.

Луминара потратила массу времени, сил и немало редких артефактов, прежде чем прорвала защиту и прикончила его.

Но открыв сундук, стоявший за телом босса, обнаружила внутри лишь пустоту.

Иными словами, кроме самого драконьего трупа, а также незначительного роста навыков и умений, в награду она не получила ничего.

Для любого авантюриста такое окончание похода было бы невыносимым.

Как будто весь день вкалывал, а сосед, тот самый старый Ван, прокрался к тебе домой – не через дверь и не через окно, а словно из воздуха.

Как он вообще туда попал?

Если бы это был единичный случай – можно было бы списать на совпадение.

Но подобная странность повторялась раз за разом – и это уже настораживало.

Разве сундуки не считаются даром богов тому, кто прошёл испытание?

Почему же они пустые?

Кто способен похитить содержимое, не открывая сундук?

Луминара нахмурилась, чувствуя тревогу – будто кто-то незримо следил, оставляя её лишь в собственной тени.

Пусть удача и шла с ней рука об руку, но одно дело – удача, другое – ресурс: силы, артефакты, энергия уходили без подпитки, что выматывало даже её.

Такой износ неизбежно замедлял рост и приближение к следующему рангу.

Это случайность… или только со мной?

Впервые Луминара ощутила растерянность.

…

Подземный дворец.

Тишина.

Стоило переступить порог – свет исчез.

Воздух густо пропитался запахами железа, крови, плесени и гнили – такой плотный, что казался ощутимым на вкус.

Су Бэй прищурился. Даже усиленные магией глаза, переполненные баффами, различали лишь влажные стены и сеть глубоких следов от мечей у основания.

Место дышало древностью, будто памятью прошлых эпох.

Обзор был почти нулевым: пространство огромное, но за пределами десяти метров всё тонуло во мраке.

Если закрыть глаза, можно было услышать, как капли воды звенят, падая на лёд.

Ни ветра. Ни звука. Абсолютная глушь.

Это было замкнутое святилище без выхода – путь только вперёд.

Су Бэй поднял оглушённую Элину и коротко обернулся к стоящей позади настороженной Моли.

— Держись рядом со мной.

Хорошо, что Элина больше не могла пользоваться Святой магией – иначе ему пришлось бы напомнить и о запрете на освещение.

Здесь следовало быть собранным на все сто двадцать процентов.

Это не лёгкий «скоши-уровень» вроде деревни Тишины.

Не то время, как когда-то у Магической башни, где всё имело заранее прописанное решение.

А к тому же с ним теперь ещё и обуза.

— Моли, занимай середину, веди себя тихо, я прикрою. — Элина держала посох, с серьёзным видом, даже не осознавая, что остаётся бойцом первого ранга.

— Хорошо, Элина‑сестра. — Моли кивнула, тоже напряглась до предела.

После резни в деревне Тишины она уже не была оранжерейным цветком.

Су Бэй вздохнул, услышав их перепалку.

Кажется, кое‑кто путает, кто здесь настоящая обуза.

Хотя ничего, давление идёт спереди.

Раз я выдержу, тыл будет в безопасности.

Если я рухну – им останется лишь тонкая мембрана защиты, которая лопнет с одного удара.

Су Бэй крепче сжал «Обжорство», оставаясь настороже.

С каждым новым шагом ветер впереди гудел всё громче, будто навстречу им дышало само подземелье.

𝟨𝟫🅢🅗🅤🅧.🅒🅞🅜

Прямо напротив.

— Крах…

Где‑то раздалось глухое скрежетание костей, будто стены ссыпались в пыль, и вонь старых костей ударила в лицо.

Звук был громкий – Су Бэй мигом замер.

— Что это было?

— Какая к черту возня, — пробурчало «Обжорство».

Следом вспыхнули две бледные точки.

Глаза?!

Перед ним куча костей начала собираться воедино: «клак‑клак» – звонко, размеренно, ритмично.

Стопы, голени, бёдра, таз, позвоночник, грудная клетка – всё вставало на места одно за другим, пока не осталось лишь шея.

Но головы не было.

Скелет‑воитель застопорился.

— Голова? — раздалось из грудной клетки глухое рычание, будто само тело вопрошало у них о пропаже.

Су Бэй нахмурился.

Почему это существо решило, что её голова у них?

Он повернул взгляд в сторону, молча оценивая ситуацию.

Почему именно у них?!

Су Бэй заметил рядом с Моли двух «Королей слаймов», что играли волейболами с круглыми шарами, и впал в задумчивость.

— Э‑э? Что такое? — Моли, решив, что Су Бэй смотрит на неё, тут же откликнулась. — Господин Су Бэй, что‑то не так?

Моли сложила руки, мягко подбросила мяч к белому «Королю слаймов».

Шлёп.

Мяч перехватила Элина.

Она задумчиво уставилась на добычу.

Спустя несколько секунд кивнула. — Добавь и меня.

Что именно она там просчитала?

Мяч снова ушёл в круг. После нескольких обменов полетел к Су Бэю.

Он взглянул на сжатый в ладонях шар, потом – на весёлую четвёрку позади, и вновь вперёд – на чёрную, пропитанную смертью фигуру безголового воина.

Контраст был поразителен.

Позади – будто детская комедия, впереди – сцена из боевого эпоса.

На ощупь было ясно: мяч и есть недостающий череп скелета.

Возвращать?

Су Бэй задумался. Затем мягко отбил череп обратно в очерчившийся круг, передав Моли.

Тело скелета дёрнулось и, не поняв, что происходит, издало болезненный скрип.

— Вы… ищите смерти…

Звук резал слух, словно дерево царапало стекло.

Стоило ему подняться, как на череп опустился луч белого света.

Обычное заклинание очищения – простейшее, но смертоносное для нежити.

Это был единственный приём Элины, который сохранял практическую пользу. С добавкой Святого Света можно было бы парализовать врага или даже распылить его тело чудом очищения.

Жаль, без этого свет лишь задержал шаг противника.

Элина вздохнула. — Чуть‑чуть не хватило, почти мгновенно бы добила.

Скелет‑воитель дёрнулся, словно пружина, и с грохотом метнулся вперёд.

— Обычные скелеты‑воители не поднимаются выше третьего ранга, но этот создан из тела пробуждённого пятого ранга. Мастер работал умело…

— Силой он, вероятно, на уровне третьего ранга, но владеет приёмами и характеристиками четвёртого элитного уровня…

— Без головы утрата видна, но в целом держится как элита…

Элина оценила врага. Будучи бывшей святой девой Церкви Святого Света, она чувствовала нежить лучше кого угодно. Это был её вклад в команду – последний, какой могла дать.

Если команда столкнётся с угрозой, что не одолеет, у неё хотя бы останется кровь, которую можно пролить во имя Господа.

Святой Свет всегда с ней – даже когда она больше не способна излучать его.

Су Бэй кивнул – сигнал понятен.

Четвёртый ранг. Элитный уровень. Обычное дело.

Пыльный листок бумаги.

— Отступите.

— Не геройствуй, ладно? Если есть артефакты, доставай сразу, иначе затянешь бой – а нежить не устаёт. → – Элина нахмурилась.

— Если не справишься, я вмешаюсь…

Сказано будто между делом – как если бы это ничего ей не стоило.

На самом деле, чувствуя себя в большом долгу перед Су Бэем и Моли, Элина уже решила: жизнь за них – не плата, а возвращение долга.

А потом он, возможно, сумеет вернуть к жизни её сестру.

𝔱𝔴𝔨𝔞𝔫.𝔠𝔬𝔪 – лучший опыт чтива на Тайване.

Но все эти расчёты строились на одном «если»: если Су Бэй проиграет.

А ведь она ни разу не видела его настоящего боя, и это тревожило.

Да, он помог тогда, в стычке с Иэном, но она была погружена в своё сражение и почти не видела, что творил напарник.

Она полагала, что человек, способный в одиночку зачистить деревню Тишины, эквивалентен половине пробуждённого – где-то на уровне третьего ранга на границе пробуждения.

Но даже с такой силой против четвертого ранга, да ещё элитного, – этого мало.

Элина нахмурилась, но вдруг увидела, как Моли шагнула вперёд – и тут же строго оборвала её.

— Моли, стой. Держись позади, не отвлекай Су Бэя…

Та моргнула, сжала в ладонях «Короля слаймов» и мягко ответила:

— Всё хорошо, Элина‑сестра. Я не пойду. Просто попрошу Сяо Бай и Сяо Хун помочь.

Элина напряглась. Моли была слишком неопытной, не понимала, что значит противостоять монстру четвёртого ранга.

— Нет, слаймы тут не помощники. — Голос стал жёстким. — Сяо Бай и Сяо Хун милые, не стоит посылать их на смерть.

— Скоро ты сама увидишь, насколько жесток бой…

— Даже если они редкие, огненный и ледяной слаймы, потолок их силы – второй ранг. У слаймов он вообще невысок…

— Этого хватит лишь на жалких жрецов из церкви Святого Света, а не на серьёзных бойцов…

Моли кивнула задумчиво, но потом спросила:

— А если вдруг третий?

Элина удивилась: третий ранг – невероятная редкость. Такие слаймы сродни поддраконам.

Приняв её вопрос за любопытство, Элина, уже с мягкой улыбкой, продолжила:

— Третий ранг – это уже «Король слаймов». Существа ранга Лорда, способные давить скелетов‑воителей в одиночку…

— Это уже материал для средней академии…

— Слаймы устойчивы к режущим атакам и магии стихий, скелет‑воитель не пробьёт их защиту…

— Разве что мощные пробуждённые умения смогут нанести им урон, но у скелета таких нет – значит, «Король слаймов» победит…

— Чтобы сломить такого противника, нужна сила хотя бы пятого ранга или элитный четвёртый из числа лучших…

— А если их двое? — Моли не унималась, подбрасывая слайма на ладонях.

— Двое? — Элина качнула головой, усмехнувшись. — Тогда скелету и дышать некогда, будут бить без передышки…

— Но это из области фантазий. Один «Король слаймов» редчайший, а два – что найти яйцо дракона…

— Да и у всякого Лорда ярко выраженное чувство территории. Если только они не делятся из одного родителя, пойдут друг на друга…

Тем временем бой уже начался.

Элина напряглась, наблюдая. — У меня есть немного исцеления, облегчённый буст. Су Бэй, не сдерживайся…

Су Бэй и скелет‑воитель сошлись в лобовом столкновении. Чистая дуэль мечей.

Совсем не так, как она ожидала.

Элина полагала, что Су Бэй с трудом удержит равновесие под всплеском силы – но нет: они били на равных.

Дальше пошёл обмен молниеносных ударов.

Неправда. Не равных.

Су Бэй явно доминировал, а скелет лишь оборонялся, отступая.

Это…

Невероятно.

Элина с ужасом осознала: он – чудовище. Настоящее.

Его сила далеко превосходила её ожидания. Значит, зачистка деревни Тишины далась ему без усилий – без рывков, без сверхприёмов, просто лечением и стальной волей.

Такое невозможно. Не для простого человека.

Элина многое повидала среди авантюристов – команды неровные, глупцы перемежаются с талантами.

Но кто бы ни был самым сильным – всех объединяло одно: это были люди.

Третий подавляет четвёртого? О таком она не слышала никогда.

Неужели он гений?

Элина вдруг осознала, что Су Бэй, тихо помогающий ей весь путь, – редчайший талант, не уступающий её врождённому дару Святого Света.

Похоже, она оказалась в отряде, которому суждено великое будущее.

Возможно, им суждено будет уничтожить даже Владыку демонов.

— Хотя, пожалуй, это предел…

— Человек утомляется, а нежить нет; скоро защита сменится нападением…

— Надеюсь, у Су Бэя есть последний козырь…

Она подняла посох, начав плести заклинания восстановления и поддержки.

Сделала, что могла.

Но ошиблась всё же.

Потому что Су Бэй ещё даже не распахнул своих карт.

Он парировал хаотично, удары будто наобум, не целясь в уязвимости врага – лишь привыкал к телу, усиленному «путём Магистра демонов».

Скелет был для него просто камнем для заточки.

Впервые он испытывал тело, вступившее на путь «Владыки демонов».

Стоило приоткрыть лишь треть силы – и уже чувствовалось колоссальное превосходство.

С таким телом, подумал Су Бэй, он легко прошёл бы встречу с богом третьего ранга без шкоды.

Такова мощь «Магистра демонов».

Он ещё не полностью пробудился, и только треть силы вывела его на уровень, позволивший подавлять элитного четвёртого.

Когда‑то против Стера он выкладывался до конца, потом против Слота – всего одним движением. Контраст очевиден.

С уязвимой ясностью он прочувствовал этот рост – и содрогнулся.

Если «Герой» тот же, логично, что их трудно убить игрокам в Миру Фантазии.

Читерство? Да.

Ах да, ведь теперь читы у меня.

Всё в порядке.

Бой тянулся. Су Бэй, привыкший к телу, наконец собрался нанести решающий удар.

Но вдруг остановился. Позади мелькнули два шара – красный и белый.

— Постой, Моли! Зачем ты их бросила?!

Элина, решив, что он сбился от усталости, окликнула:

— Держись ещё десять секунд!

— Попробуй отвлечь скелета! Я вытащу их назад!

Держа верёвку, она уже собиралась кинуть спасательную петлю.

Но через секунду застыла в ступоре.

Это… сон?

Перед ней два «Короля слаймов» стремительно росли – разрастаясь до размеров, недосягаемых для второго ранга.

Это были настоящие монстры третьего уровня. И силой превышали многих Лордов.

Два «Короля слаймов»?!

— А?

Как маг второго ранга могла приручить тварей третьего, не став для них жертвой?

Вспомнив, как часто она таскала их за собой, мяла, как хлебное тесто, как те терпеливо массировали ей плечи, Элина ощутила ледяной пот.

Одно движение – и её могли бы раздавить.

— Я идиот… думала, Моли просто обычная двоечеловек второго ранга… забыв, что она принцесса империи Фран…

— Верно, это же наверняка имперское наследие…

Элина потрогала кончик носа.

Будто на него водрузили красный клоунский шар.

Так выходит…

В этой команде бесполезна только я?

— Ах‑ха!

Под пустым взглядом Элины Моли направляла двух «Королей слаймов», устроивших жестокую двойную атаку против скелета‑воителя. 𝟨𝟫🅂🄷🅄🅇.🄲🄾🄼

Они били яростно, грозно, с рожицамиヽ(｀⌒´メ)ノ, словно играли с жертвой.

А заодно жевали и мозг самой Элины.

Она вспомнила, как недавно учила Моли с видом наставницы – будто объясняла миллионеру, что значит «иметь миллион».

Стыд пригвоздил.

𝕥𝕨𝕜𝕒𝕟.𝕔𝕠𝕞 – оригинальный источник.

Она повернулась к рядом стоящему Су Бэю, злобно стиснула зубы. — Мы ведь команда! Почему я ничего не знаю?!

— Как мы потом будем сражаться вместе?!

— Что ты от меня скрываешь?!

— Сколько ещё собираешься мне недоговаривать?!

— Что ещё от меня утаено?!

Су Бэй онемел от потока обвинений.

Он моргнул.

Что я, собственно, скрывал?

Неужели она узнала, кто я – Магистр демонов?

Нет, не может быть.

Он нахмурился: нет, маска цела.

Так, может, дело в Моли?

Вполне возможно. Ведь девчонка второго ранга управляет существами четвёртого уровня. Слишком нелогично.

Хотя может, врождённый талант?

Связать всё в голове пока не удавалось.

— Что ты хочешь сказать? — Хмуро спросил он.

— Ты тупица? — Элина взорвалась. — Почему скрывать? Мы ведь должны знать друг друга, чтобы действовать слаженно!

Она кипела; дрожащие серебристые зубы звенели. — Что ты ещё скрываешь?!

Су Бэй помолчал, затем спокойно произнёс:

— Если ты уже догадалась – скрывать больше нечего…

— Так что собираешься делать?

Он выглядел невозмутимым, но внутренне напрягся. Каким будет её ответ?

Элина изогнула брови и недоумённо пробормотала:

— А?

— Что ты несёшь?

— Я же всё видела, при чём тут «догадалась»?

— И вообще, что мне делать?

— Мы команда. Чем вы сильнее – тем я счастливее. У какого целителя не дрожит душа от гордости, когда его бойцы рвут противников?

— К тому же у нас два круглых, мягких, но при этом чёртовски крепких танка в переднем ряду…

Она подсобрала брови. — Но раз мы команда, скрывать нельзя. Я должна всё знать…

Су Бэй молчал.

Что‑то не совпадает. Кажется, она говорит про другое.

Он прищурился. Так вот о чём речь – про «скрытую силу».

Испугала же.

Хотя будь она в курсе, что он Магистр демонов, осталась бы ли вообще рядом?

Нет, лучше пока ничего не рисковать. Пусть привяжется сильнее.

Собравшись, Су Бэй тихо ответил:

— Ты ведь не спрашивала…

— А ты не мог сам сказать?!

— С чего?

— Я знать не знала, что не знаю! Что спрашивать?! — Рявкнула Элина.

— А я не знал, что ты не знаешь, знаешь ли. — Тихо бросил Су Бэй.

Она замерла. Злость карытком забурлила, мысли запутались. — Тихо. Я подумаю…

Су Бэй кивнул и перевёл взгляд вперёд.

Два «Короля слаймов» продолжали зверствовать, словно ожившая аркада. Скелет наконец вырвался – лишь для того, чтобы быть впечатанным обратно одним ударом красного слайма.

Волна смеха почти сорвалась с губ Су Бэя.

Через время, очнувшись, Элина снова спросила:

— Так это была твоя полная сила?

— Треть…

— Что?!

— Ты пробудился?

— На треть…

— Издеваешься?

𝟨𝟫𝕤𝕙𝕦𝕩.𝕔𝕠𝕞

— Треть туда, треть сюда… Я сама уже прожарилась на три четверти! — Вспылила она. — Треть силы, треть пробуждения… ты следом скажешь, что можешь убить легендарного монстра?

— Думаешь, ты драконорожденный?

— Такие дела только с чистокровными древними драконами, и то при невероятных условиях!

Су Бэй нахмурился. — А чистокровного дракона так трудно убить?

Он вспоминал о них лишь по слухам из Мира Фантазии – представления о реальной силе были туманными.

Элина же уверенно сказала:

— Испокон веков лишь Герои могли драться с драконом на равных. Даже им требовались особые условия и дух, чтобы победить чистокровного, да и то не самого умного…

Он задумался. — А Луминара тоже такая?

— Нет. — Элина помотала головой. — Прошлые Герои удостаивались благословений максимум четырнадцати богов, а та принцесса – двадцати…

— Говорят, ещё четверо просто позволили ей пройти испытание, не подарив милости…

— По потенциалу Луминара – сильнейший Герой в истории…

— Значит, боги могут и не благословлять? — Нахмурился Су Бэй. — Им просто не нравится?

— Кто знает. — Элина пожала плечами. — Насколько я слышала, только богиня мудрости тогда отступила. Остальные – неизвестно…

— Но благословение Богини мудрости и не столь важно, оно почти утрачено. Её последователи давно не получали отзыва…

— Может, она пала…

Как бывшая святая дева Церкви Святого Света, Элина знала многое о таких вещах: ведь в церкви служили живые полубоги – четыре на её памяти. А с ними и сохранились древние знания.

Су Бэй долго молчал, переваривая услышанное, и наконец произнёс:

— Значит, и боги умирают…

— Да. Божественная война, — кивнула Элина. — Мало кто знает, но даже божества меняют череду…

— Эти истории живут лишь в древних архивах. Церковь хранит такие…

— Последняя Божественная война предшествовала созданию империи Фран. Тогда погибли многие боги, а Богиня Святого Света стала символом веры на континенте…

На какое‑то мгновение повисла тишина.

Су Бэй задумался: если даже боги могут пасть – то сможет ли он, ставший Магистром демонов и предавший отряд Героя, вообще выжить?

Неизвестно.

Но в любом случае – отступать нельзя.

Он не видит далеко вперёд, но знает одно: цепляться за каждый шанс жить нужно здесь и сейчас.

Элина похлопала его по плечу и мягко улыбнулась. — Ладно, не стоит так глубоко лезть. Последняя такая война случилась века восемьсот назад, если не больше…

— Лучше сосредоточься на следующем боссе…

Она посерьёзнела. — Обычно, чем глубже мы проходим скрытое подземелье, тем оно тяжелее…

— Вероятно, следующий противник будет близок к уровню Лорда – четвёртого ранга…

— Так что в следующий раз хочу знать, на что ты способен: надо рассчитывать силы…

А в это время скелет‑воитель окончательно растворился в каше, оставленной «Королями слаймов».

Красный завладел его костяным мечом, белый – позвоночником, и теперь оба азартно размахивали трофеями.

Су Бэй взглянул на них, потом на Элину, что уже стояла в боевой стойке, глядя вперёд.

— Не нужно подыгрывать. Делай, как чувствуешь. — Спокойно сказал он.

Не потому, что не хотел координации, просто силам Элины первого ранга хватило бы разве что на то, чтобы позволить монстру насытиться на треть.

…

…

В ледяных залах подземного дворца.🎈💛 ６❾Ｓ𝓱ᑌ𝓧.Ć𝕠Μ 💜🔥

Су Бэй и его спутники, преодолев первое препятствие, двинулись дальше.

Впереди, расчищая дорогу, важно шагал 【Король слаймов】 ＜(｀^´)＞ – во всей своей гордой осанке, размахивая костяным мечом и хлыстом из позвоночника, изредка оставляя на стенах гулкие удары.

Похоже, он вновь обрел уверенность, потерянную в схватке с Софией.

— Сколько же силы ты тогда на самом деле использовал? — Спросила Элина, не унимаясь всю дорогу. Получив от Су Бэя очередное уверенное «тридцать процентов», она лишь закатила глаза и отстала.

Явно не поверила ни на грамм.

— Да врешь ведь. Кто ж тебя переплюнет в бахвальстве… — пробормотала она.

Но вдруг Су Бэй резко остановился.

— Фьюу… — свистнул воздух.

Два 【Короля слаймов】 со страшной скоростью отлетели обратно, скорчив жалкие рожицы o(╥﹏╥)o и вялые до невозможности.

Оба, с выражением полной печали, прижались к груди Моли, ища утешения для ушибленного достоинства.

Судя по всему, их крепко отделали, даже прорвали защиту – желе из тел вытекало ручьем, пропитывая платье Моли.

Су Бэй настороженно посмотрел в сторону темного угла впереди.

Из тени выплыл силуэт – нижняя часть парила над землей, словно подол рваного платья.

Ржавчина, кровь, плесень, тлен.

Фигура скелетообразная, кожа словно прилипла к костям, лицо уродливо, без глазниц. На истлевшей одежде – золото, самоцветы, диковинные безымянные трофеи.

Лич.

Каждый лич – существо ранга Монарха, и при этом одно из самых коварных.

Все они поклоняются единому повелителю – Королю-личу, почти мифическому существу, чьи появления в истории сопровождались Бичом нежити.

— Хехехе… две штуки 【Короля слаймов】! Урожай нынче богатый, достойный интереса великого Гаргамеля.

Из тьмы выплыл сам Гаргамель, в одно мгновение очутившись рядом с Моли. Уткнувшись взглядом в прижатых к ней трясущихся слаймов, он захохотал:

— Хехехе!

— К слову, меня звать Гаргамель.

— Смотрю на этих милых 【Королей слаймов】 – и аж глаз выпадает от восторга. — Он постучал пальцем по глазнице, усмехнувшись. — Ой, забыл, глаз-то у меня нет.

Моли вздрогнула, отпрыгнула, но сдержала нервный смешок от его черного юмора. — Ха-ха, вы забавный, господин Гаргамель.

В тот момент, как лич оказался рядом, Су Бэй метнулся, заслонив собой Моли; клинок встретился с костяной лапой.

— Звяк!

Один короткий удар – и оба отпрянули.

Гаргамель, отлетев немного назад, почесал голову и пробормотал с нарочитым пафосом:

— Взглянув на непроницаемые лица противников, великий Гаргамель искренне недоумевает. — Он поднял палец. — Почему вы не смеётесь? — Пауза, — Не смешно? — Еще пауза, — Или вы просто угрюмые? Хехехе. — А ведь больше смеяться вам не придется. — Знаете почему? — Потому что вы станете скелетами, а скелеты не умеют смеяться! Ха-ха-ха!

— Кстати, личи тоже не умеют выражать недоумение, — добавил он со смехом, загоготав. Но Су Бэй и спутники не разделили веселья.

Гаргамель снова оказался там, откуда появился, словно вообще не двигался.

Су Бэй стоял спокойно, без тени страха. Внутри же прикидывал, откуда начать рубить – лучше всего с его болтливой челюсти.

Этот тип раздражал ничуть не меньше, чем «Обжорство», только болтал вразнос.

Позади, Элина нахмурилась. — Этот противник… за гранью моих ожиданий. — Четвертый ранг, лич. — Его сила ужасна: он сохранил все способности при жизни и не знает смерти.

Су Бэй кивнул, но про себя согласился лишь с первой частью.

В «Мире Фантазии» ему уже доводилось встречать личей – мерзких боссов, которых можно было убить лишь методом проб и ошибок.

Он знал, что личи хранят души в филактериях, и пока сосуд не уничтожен, тело восстановится снова. Так что бессмертие условное – главное, найти филактерию.

Су Бэй осматривался, прикидывая, где можно спрятать подобный сосуд.

— Не путайте меня с обычными чудовищами, ничтожества. — Лучше уступите и сами примкните к армии Гаргамеля. — Мужчины станут скелет-воинами, женщины – стрелками, слаймы – нежитью. — А ты… — лич указал на Моли, вздохнув. — А ты иди, ты слишком мила.

Видя, как остальные инстинктивно прикрыли Моли, Гаргамель усмехнулся. — Не поймите превратно, просто мне нужно убить четверых – ровно четверых. В прошлый раз четверо пришлых стащили у меня «Лютый холод»…

Четверо? Су Бэй нахмурился. Кто в Городе Зимнего Солнцестояния мог на такое решиться – и украсть у лично лича артефакт?

— Черт, без моего «Лютого холода» меня самого аж разрывает… хоть сердца и нет, — проворчал Гаргамель и взмахнул костлявой рукой. — Восстаньте, мои дети!

Позади раскрылась черная воронка, откуда хлынули легионы скелетов. Они заполнили весь зал, не оставив и клочка свободного пола.

— Боже мой, коллекцию пора чистить – слишком много мусора. — Ну что ж, готовы? Хехехе!

Он раскинул руки и расхохотался. Подвешенный самоцветами плащ взметнулся, вспыхнув редким блеском среди тьмы.

Элина, напротив, побледнела. Она шагнула вперед, собираясь встать рядом с Су Бэем, но тот, ухватив за ворот, оттащил ее назад.

— Ты совсем? — Выругалась она, встав рядом с Моли.

— Не мешай, — спокойно ответил Су Бэй.

Вызывая армию мертвецов, Гаргамель извлек из груди глазное яблоко и отпустил его – оно зависло в воздухе. 💔♤ ６➈Ⓢ𝔥𝔲𝕩.ᑕ๏ⓜ 🍩♗

— Исторический момент превращения 【Короля слаймов】! Пусть все эти ублюдки посмотрят, каков настоящий лич! — Он хрипло захохотал. — Прогнали меня – и потеряли единственного истинного учёного!

Тем временем, во всех уголках царства нежити, другие создания Монаршего ранга также доставали свои «передатчики» – кто орган, кто амулет.

Цербер выплюнул кость, на которой вспыхнуло изображение. — О, да это же Гаргамель! Тот, что век экспериментировал без результатов. Посмотрим-ка, посмеемся.

Вожак Мясников поднял тесак, лезвие засветилось. — Гаргамель, позор всей нежити. Восьмой эфир пошел? Наверняка снова делает шоу. Чего он вообще стоит?

Скелет-владыка снял с плеч голову. — Не обращайте внимания. Он – наша вечная стыдоба.

Теневой демон оторвал от себя собственную тень:

— Это тот идиот, что пытался перековать «Лютый холод» под некро-атрибут… В итоге сто лет во льду сидел, а меч еще и своровали!

… Такова была их особая форма связи – общая нить контракта с Богиней смерти. Все мертвецы обязались делиться открытиями, чтобы умилостивить богиню и заслужить её милость.

Однако почти никто из них не показывал исследования публично. Лишь изгнанник, Гаргамель, устраивал вот такие прямые трансляции, стараясь доказать свою значимость.

— Близнецы 【Короля слаймов】… Если их слить воедино после обращения в нежить, получится правитель ранга Монарха – 【Владыка умертвий слаймов】. Хехехе… Подождите же! — Он вскинул руку. — Всё, что я потерял, верну собственноручно!

Гаргамель взмахнул лапой:

— Вперед, размелите их в прах!

Напротив, Су Бэй неспешно поднял меч и, легкими точными движениями, разрубил сразу несколько скелетов. Казалось, ударов почти не видно – только результат: ни один не прорывается.

Элина невольно ахнула, впервые увидев то, чего не увидела в деревне Тишины. — Даже ничего… выглядит впечатляюще, — прошептала она, всё же добавив громче:

— Эй, триступенчатый, ты вообще справишься? Третий ранг, да еще и скелет-воитель прет на нас!

Су Бэй поднял глаза, заметив, как из общей массы отделяются тела, формируя более крепких скелет-воителей. Он протянул руку. — Пятьдесят процентов мощности.

И разом активировал ауры: «Безумие», «Ясность ума», «Всплеск дикости», «Концентрация духа», «Кипение звериной крови», «техника очищения сердца»…

Вокруг вспыхнул свет.

Элина остолбенела. Это что, целая пачка профессий?! Как он может объединять навыки разных классов, нивелируя их побочные эффекты?

Она прекрасно знала – у навыков с издержками всегда колоссальный прирост. Если устранить все минусы… сила возрастает в разы. А тут таких сочетаний – десятки.

Баффы сыпались один за одним, пока от Су Бэя не исходил искрящийся поток маны – настолько мощный, что даже взмах вызывал отдачу воздуха.

У зрителей на «эфире» отняло дар слова.

Прошла доля секунды – и один из лордов тихо спросил:

— Что Гаргамель творит?

Фраза стала триггером – обсуждение вспыхнуло.

— Неужто он хочет экспериментировать с этим человеком?

𝟨𝟫sɥnx˙ɔoɯ

— Парень силен. Куда мощнее, чем был я при жизни…

— Может, получится легенда…

— Чудовищное везение, прямо псовье счастье у Гаргамеля…

— А ведь он всего третьего ранга. Может, у лича есть шанс!

— Ха, если тот создаст легендарную нежить, ему и правда воздастся – вот бы не издевались над нищим юнцом!

Тем временем сам Гаргамель уставился на Су Бэя в оцепенении. — Ц… ц-цафа… — он «вытер» несуществующие глаза и рот. — Что за великолепие! Фигура, лицо, потенциал… превосходный материал! — Захлебнувшись, он закивал. — Если сохранить сознание и добавить пару редких ингредиентов – получится существо уровня полубога!

— Прекрасно! — Взревел он. — Согласись на смерть по собственному желанию – отпущу тех двоих!

Он осёкся.

Перед лицом вспыхнул белый свет. Даже без глаз он ощутил ослепляющее сияние, а затем – приближающуюся руку.

Гаргамель сжался, активируя десяток реликвий, создавая стены из пламени, льда, молний – но всё рушилось одна за другой.

Он метнул заклинание замещения, меняясь местами с костяком – но Су Бэй был быстрее. Рука оказалась там же. Одна и та же – будто в двух местах одновременно.

Гаргамель не успел осознать, как его череп сжали. Взгляд – вниз: пол стремительно приближался.

Грохот. Пол треснул. Тело ли́ча разлетелось на куски.

Он не погиб окончательно, но испугался до дрожи. Увидев над собой клинок Су Бэя, взвизгнул:

— Брат, не бей, это всё недоразумение! Дай объяснить!

Су Бэй нахмурился – клинок замер. Этой секунды хватило личу, чтобы восстановить телепорт. Он вновь обменялся местом с костью и вырвался из поля боя и эфира.

Сразу же активировал десятки защитных чар, поверх – щит пробуждения, замедляющий ударное оружие. Затем извлек доспех и нацепил, вдавив в него кучу самоцветов.

Спустя десять секунд он уже восседал на костяном троне, поднятом четверкой скелет-воителей, с парой скелетов-массажистов у ног и ветром, раздувающим плащ для солидности.

Су Бэй глядел на всё это представление и, не дождавшись слов, напомнил:

— Ну а объяснение?

— Объяснение? — Фыркнул Гаргамель. — В том, что сделаю из тебя легендарную нежить! Ты будешь моей собакой, вставшей на задние лапы, лающей по команде! Трепещи, смертный! — Он воздел руки. — Ты разозлил льва! Теперь вкусишь настоящего ужаса!

На канале нежити цари в безмолвии наблюдали за картиной, а потом загалдели вновь. ★😳 ❻➈𝔰𝒽𝓾Ж.ｃㄖ𝐌 🍓🐜

【С этого момента запомните наш домен – лучший портал тайваньских романов 𝘵𝘸𝘬𝘢𝘯.𝘤𝘰𝘮】

— Гаргамель ничего не умеет, кроме как выпендриваться, — хмыкнул один. — Самый слабый из нас, и при этом самый пафосный.

— Факт, — добавил другой. — Все его пробуждения – сплошная защита. Атакующих техник почти нет, даже базовую «Смерть и разложение» не освоил.

— Но особая черта у него интересная. Посмотрим, чем кончится…

— Слышал, у него есть костяной дракон?

— Вряд ли покажет. Противник – всего третий ранг, характеристик мало, выдохнется быстро…

— Да кого этим удивишь! Он просто жалкий, хоть и позирует красиво…

— Ха! Будь у меня такой «питомец», я бы и сам зазнался…

В это время Гаргамель, на костяном троне, хлопнул ладонями. Мертвые тела осыпались и срослись заново – из простых скелетов выросла армия элитных воителей и лучников числом под тридцать.

Такое войско могло смять любого лорда четвертого ранга, а уж 【Король слаймов】 из них сделал бы лишь желе.

— В атаку! — Заорал лич. — Сломайте их хребты! — Он расхохотался. — Думали, те скелеты были сильны? Так это были пешки! У Гаргамеля таких с десяток батальонов!

Элина обернулась к Моли. — Су Бэй справится?

Моли нервно сжала ладони, кивнув – потом покачала головой и тихо произнесла:

— Господин Су Бэй сможет.

Она никогда не видела, как он сражается, но верила – он должен быть силен. Ведь когда-то видела, как он боялся. И если сейчас не боится – значит, опасности пока нет.

Элина думала иначе. Уже само присутствие лича означало угрозу. Пересиливать ранги могли лишь избранные – либо при помощи артефактов, либо по благословению богов. Но лич – бывший гений при жизни, потомок самой Богини смерти. Сможет ли Су Бэй?

Если нет, придется ей. Она взглянула на ладонь, где алел обратный «Святой Свет» – багровый, а не золотой.

— Семьдесят процентов, — произнес Су Бэй, обращаясь к ней.

Когда дойдет до ста, секрет все равно всплывет. Лучше покончить раньше.

Элина застыла. Волоски на шее встали дыбом. — Ч-что? Семьдесят?!

В тот миг из земли пополз туман «Обжорства». Су Бэй достал магический меч, провел им и снова опустил.

Мгновение – и тьма опустилась на поле боя. Скелет-воители смешались, начали путаться, теряя координацию. Один даже в панике выхватил у соседа ребро, пытаясь пришить к себе.

— Вы что, с ума сошли? — Взревел Гаргамель, теряя понимание, что происходит.

А Су Бэй, двигаясь внутри тумана, видел всё ясно: точки света вместо тел. Он начал методично сбивать вершины этих светляков – головы. Каждый взмах – и очередной череп летит в сторону.

Зрители-мертвецы сходили с ума – им был виден только хаос и разлетающиеся кости. — Черт, Гаргамель мог бы хотя бы «Смерть и разложение» активировать! — Возмущались они. — Или «Смертельный крик» – хоть что-то!

— Вот почему его выгнали!

— Хотя всё равно… он же четвертого ранга! Неужто проиграет живому?

— Жаль, если бы он знал «Смерть и разложение», в этом тумане всё, что дышит, истекло бы кровью за секунды…

Позади, Элина вдруг осознала: туман этот – тот самый, из деревни Тишины! Тогда Су Бэй скрывал секрет – «Обжорство»!

Она ведь исследовала это явление и сразу узнала: источник был именно этот меч.

Значит, Су Бэй подчинил его. Вот в чем тайна.

Но ничего плохого ведь нет: сам артефакт не злой, зло – в руках владельца. У него всё под контролем.

Подумав, Элина нахмурилась: будто забыла нечто важное… но времени не было – барабанные перепонки лопнули от внезапного звука.

Всё утонуло в гуле. Она уронила ладонь, перепачканную кровью, и даже крик Моли не слышала. Волна звука, резкая как нож, пронзила все пространство.

Это был «Смертельный крик» – единственное пробуждение, что знал Гаргамель. Ближняя волна способна убить любого; её окружной радиус ломает все живое.

В эфирах выдохнули с облегчением: лич спасен, атака страшна. Но вопль оборвался. Как будто сам крик задушили.

В тумане Су Бэй, потеряв слух, бросил взгляд в сторону Моли – и решил. Шагнул. — «Пришествие Владыки Демонов»…

Гаргамель содрогнулся от ужаса. Вся тьма вспыхнула чернее самой смерти. Поток звериной ярости, не принадлежащий этому миру, смял пространство.

Это была сила, что способна уничтожать нежить.

— Н-нет… ты… ты…

Договорить он не успел – тьма оборвала слова. Раздался хруст ломающихся костей, а потом все стихло. Душа угасла.

По эфиру разлилась тишина. Никто не сомневался: личи воскресают, но сейчас пламя жизни угасло вместе с филактерией.

Одна из костей воинов треснула – изнутри сверкнула аура сосуда души. Он был разрушен в один миг. Такого не мог сделать человек.

Осознание пробежало по всем зрителям – волной. Ужасом.

Мир нежити понял: на свет явился новый Магистр демонов.

В царстве нежити воцарилась тишина: даже короли нежити притихли. 👻🐸 ６➈𝔰Ĥ𝐮Ж.ĆᗝⓂ ♨🐯

Этот день они запомнят навсегда – слишком тяжёл был его след.

За спинами королей нежити маячили ещё более мрачные тени.

Если присмотреться, можно было заметить, как повелители нежити склонились перед ними, полупоклоном отдавая почтение и внимая их обсуждению.

— Владыка демонов возродился. Нам стоит выбрать сторону?

— Нет. Финалы прежних войн всем нам известны.

— Чем бы ни закончилась битва, гибнет всегда больше всего наш народ, нежить.

— Верно. Это ведь не игра в домики – умный спасает шкуру.

— Но «Герой»‑то, эта безрассудная дурочка, прокачивается и вот‑вот дойдёт до нас. Не считает она нас безобидными.

— Прячемся. Триста лет – и Владыка демонов, и Герой оба подохнут, это уже здравый смысл. Для нас, нежити, триста лет – что короткий сон.

— Согласен…

— Поддерживаю…

— Придерживаюсь того же…

— Следите за своими подданными, чтобы ни один идиот не задел этих двух ходячих катастроф.

— И что, распространяем слух о возрождении Владыки демонов?

— Не стоит…

…

В подземном дворце туман ещё не рассеялся.

— Бра‑а‑ат, бра‑ат, я так жажду заполучить тело этого лича… Если не позволишь – я сдохну! Ну разреши мне, дай плоть, дай… Я лишь чуть заскочу, чуть потрогаю… Если не подпитаюсь – упущу шанс…

«Обжорство» содрогалось в руках Су Бэя, стремясь воплотиться через тело лича.

Эльфийскую оболочку, что была до этого, Су Бэй уже сломал, и с тех пор Обжорство никак не находило подходящий сосуд.

Не то чтобы оно было недовольно силой тел, просто вкус у него своеобразный.

Всё, лишь бы не человек: скелет подойдёт, а уж лич – тем более.

Такой шанс редок, и меч завибрировал в ладонях хозяина, как ребёнок, которому пообещали леденец.

Су Бэя это окончательно выбило из колеи.

Он качнул головой, стряхивая из уха сгусток крови.

Понял, что временно оглох, поднял голову и наложил на себя пару восстановительных баффов.

Закончив, опустил взгляд на меч, нахмурился.

— Совсем свихнулся?

«Обжорство» дрожало и прыгало, пытаясь показать намерение, и Су Бэй ослабил хватку.

— Хрясь!

Су Бэй замер.

— Шух!

В одно мгновение Обжорство вырвалось из рук и вонзилось в тело лича.

Туманными струями наполнило его изнутри, скелет с хрустом собрался вновь.

Десять секунд – и всё было закончено.

Перед ними снова стоял Гаргамель, воссозданный до мельчайшей детали.

Тут же раздался глухой «бдзынь» – ножны Обжорства рухнули на пол.

В голове лича вспыхнуло пламя души: не холодное синее, как прежде, а густо‑чёрное пламя.

Туман редел.

Исчезал.

Элина подняла взгляд.

Гаргамель стоял напротив Су Бэя; меч вонзён в землю между ними.

Элина побледнела – сердце ухнуло вниз: неужели всё, конец ей?

— Такая уж трудная схватка? — Пробормотала она и, взмахнув рукой, наложила на Су Бэя пару простых исцеляющих чар, настороженно глядя на тело лича.

— Не справился? Тогда отступай. — Лишь теперь донёсся её голос. — Лич, конечно, рангом Монарх, навык его был жутковат. Я сама ничего не слышу, можешь не отвечать…

Элина беспокоенно звала, но Су Бэй не шелохнулся.

— Вернись, а я прикрою!

Рядом Моли стояла, моргая, глядя на Гаргамеля: странно, куда подевалась враждебность?

→

Обжорство быстро сообразило обстановку, ум блеснул.

Сначала подошло к Элине, исцелив её уши заклинанием третьего ранга, затем задрал нос и гаркнул:

— Эй, дурочка, форму держи! Чего орёшь? Ещё раз гавкнешь – башка всмятку!

Потом, сменив тон, склонило череп, подошло к Моли, церемонно поклонилось и ласково произнесло:

— А вот вы, госпожа, и спокойны, и благородны. Видно, великие дела вам суждены и красота у вас с умом в ладу!

Элина остолбенела. Моли – тоже.

Под их ошеломлёнными взглядами Обжорство ткнуло себя в череп костлявым пальцем и гордо заявило:

— Я, великий господин Гаргамель, Король нежити, полностью покорён моим братом!

Меч выдернул себя из пола, подхватил ладонями и подскочил к Су Бэю:

— Верно ведь, брат?

Су Бэй промолчал, нахмурился.

Что здесь вообще произошло?

Он слышал лишь гул, уши ещё закладывало.

Су Бэй спокойно убрал меч в ножны, повесил на пояс. Размышлять не стал: хоть так даже лучше – меч под рукой, функции те же, а ныть перестал.

Увидев, что у Су Бэя ещё сочится кровь, Гаргамель хлопнул себя по лбу:

— Вот дурак, я ж сам оглушил тебя этим воплем. Ну ничего, брат, побилися – значит сроднились!

Он засуетился, рыскал по телу, пока не достал пару мутных эликсиров и сунул их Су Бэю.

Су Бэй повертел бутылочки, толком не понимая надписей – образование у него начальное, алхимия лича уж точно выше его уровня. Однако от зелья веяло живительной силой, и на этикетке красовался «код здоровья», так что он сделал пару глотков.

Здоровье, не здоровье – какая разница: Обжорство не навредит, им теперь жить и умирать вместе.

— Глоть‑глоть‑глоть…

Одна бутылочка – и тело Су Бэя засветилось зелёным. Будь это игра, над головой мелькали бы уведомления «HP +1».

Через десять секунд он был полностью здоров.

Элина вздохнула с облегчением, настороженность спала, и она подошла ближе, гадая, почему лич вдруг стал таким покладистым. Уж не стук ли по голове помог?

Обжорство мгновенно потеснило её, оставив место Моли, вежливо притянуло девушку между собой и Су Бэем и протянул ладонь:

— Брат, идём внутрь. Там мои сокровища, бери что хочешь, не понравится – разнеси хоть всё подчистую.

— Всё твоё, — сказал он и хлопнул себя по лбу. — Нет, что я несу, всё твоё и так твоё!

Элина уже не знала, смеяться или хвататься за голову.

Обжорство всё просчитало: Су Бэй – нынешний Владыка демонов, оно – его меч, их судьбы связаны. Святой меч – тоже меч. Так почему бы не стать угрозой и ему?

Триста лет летаргии или триста бурь – выберем второе.

Брат с братом, за дело – и вершины возьмём!

Обжорство пошло вперёд, и добродушная мина сменилось холодным черепом: повелитель в строю.

У самого конца Ледяного дворца.

Ни единого сундука.

Похоже, изначально место было скрытым уровнем, но после разрушения Гаргамелем стало обычной площадкой без награды свыше.

Зато тут лежали драконьи кости.

Древние, покрытые метками Гаргамеля…, видимо, его последняя карта.

Однако теперь кости были почти разрушены, очертания угадывались лишь смутно.

Внутри этой громады стояли три исследовательских стола, заваленных алхимическими материалами и останками существ.

Стоило подойти ближе – и резкий запах крови ударил в нос.

— Тьфу, мерзавец, и это ты делал? — Не сдержалась Элина, морщась и глядя на Обжорство.

— Верно, — кивнул меч. — Перевоспитание, как говорится, ваша инициатива.

Они начали рыться на столах.

Там были записи Гаргамеля, его наброски и вещи немалой ценности.

— Драконья кровь! — Воскликнул Обжорство, вытаскивая стеклянную банку с густой, бурлящей жидкостью. — Вот зачем я держал кости – хотел вернуть им жизнь!

Су Бэй лишь скользнул взглядом: разновидность крови низшего вида, неполноценная, ценности почти нет. Используешь – погубишь материал, вот почему Гаргамель не тронул.

Полюбопытствовав ещё, они нашли немало ценного, но ни одного кольца‑хранилища.

Су Бэй приказал Обжорству всё алхимическое добро отправить в свой некромантский карман – мало ли пригодится.

После уборки столы засияли чистотой.

И тогда заметили карту.

Обычную игральную – «Пиковая тройка».

Су Бэй наклонился, поднял карту, провёл пальцами по знакомому рельефу, полон странных чувств: в этом мире карты редкость, но эта выглядела как из его родины.

Перевернув, он остолбенел.

На лицевой стороне шла надпись: «Владыка демонов не может убить Героя».

И слова эти были по‑китайски.

— Это артефакт «Игральные карты»? — Послышался за спиной тихий голос.

Он обернулся – Элина стояла совсем близко. Су Бэй невольно отстранился, чувствуя лёгкий аромат роз.

Элина встретила его взгляд и пояснила:

— Его создал новый бог – Божественный вор. Всего пятнадцать карт, каждая по стоимости равна эпическому оружию. Могут и нападать, и защищать, и хранить. Но действуют только, если их признает владелец. Поскольку никто такого признания не удостоился, их больше коллекционируют, чем используют.

Божественный вор. Новый бог. Игральные карты. Китайские слова. «Владыка демонов не может убить Героя».

Мысли в голове Су Бэя путались клубком. Ничего сложного по отдельности, но вместе – хаос.

Неужели и вор был попавшим в игру земным игроком? Или просто выучил язык?

Стал богом, но зачем оставил это послание? Где он сейчас? И всё ли это не проделки Мудрости?

Слишком много вопросов.

Су Бэй выдохнул, показал Элине надпись на карте:

— Что это за символы?

Элина прищурилась:

— Выглядят как древний код, особые знаки.

𝟨𝟫ⓢⓗⓤⓧ.ⓒⓞⓜ

— Говорят, в смертельной опасности Божественный вор рассеял своё оружие по миру со словами: «Желаете моих сокровищ – берите, ищите! Всё, что я открыл, разбросано повсюду!» Эти легенды веками гнали авантюристов на поиски карт, но за последние двести лет пыл поугас.

…

— И где сейчас этот вор? — Спросил Су Бэй.

Элина промолчала – вид у неё стал задумчивый.

Обжорство хихикнуло:

— Хе‑хе, вот уж забавная байка…

— Пустая болтовня, — поморщилась Элина. — Людская чушь.

Обжорство даже не посмотрело на неё, важно вскинуло череп:

— Подумаешь, грудью взяла умом не блистает. Я‑то три ранга, она – еле первый, да и путь заблокирован. А я с братом – расту, мощь наша безгранична. Чего мне ей угождать?

Оно склонилось к Су Бэю и произнесло серьёзно:

— Говорят, Божественный вор пробрался в божественное царство Богини Святого Света и спер у неё… кхм, нижнее бельё. Та чуть не раскрошила его божественную душу. Герой! Я бы сам весь пантеон обчистил, им и божественные семена украл бы!

— Вор ворует вор вору, ха‑ха! — Вернувшись в тон, меч сделал руками жест хватания.

Су Бэй на миг застыл, потом хмыкнул:

— Говорят, талант, что тут добавить.

Элина усмехнулась:

— Да, слух позорный, но самый популярный. Все смеются, никто не верит.

— Большегрудая и недалёкая, — заметило Обжорство.

— Ах ты! — Элина замахнулась посохом, но тот вовремя увернулся.

Они препирались, а Су Бэй тихо убрал карту. Грудь кольнула лёгкая тоска, будто всё рушится в туман.

— Господин Су Бэй? — Донёсся голос.

Он обернулся – Моли держала его за рукав, глаза тревожные.

— Господин Су Бэй грустит?

— Не особо, — ответил он.

— Не грустите! — Улыбнулась она. — Я вот колечко нашла, посмотрите.

На её ладони сияло чёрное кольцо-простое, старинное. Су Бэй взял, попробовал надеть и влил немного маны.

— Странно, не срабатывает…

Голос его стал мягким, высоким, почти женским. Элина уронила посох, Импульсом шарахнула Обжорство по черепу. Моли застыла с раскрытым ртом.

— Что? — насторожился Су Бэй и посмотрел в отражение на столе.

Да чтоб её… он стал… девицей? Мужеледица?!

Су Бэй мгновенно стянул кольцо и, хладнокровно глядя на спутниц, дал понять одним взглядом: скажете хоть слово – убью. 😡🎀 ６➈𝕤𝕙υⓍ.ᑕσＭ 🐊💚

Парень‑девица? Ни за что.

Ни принять, ни простить.

— Мурашки по спине, такой холодный взгляд… — прошептала Элина, зябко передёрнув плечами. Нашла он, впрочем, иное занятие: любовалась новым обликом Су Бэя. Ледяная красавица, идеал из фантазий.

Обжорство оставалось равнодушным: для него различия полов так же непонятны, как человеку различить самца и самку гоблина без практической демонстрации.

Моли же стояла в восторге и недоумении одновременно: как красиво, как необычно!

Все эти взгляды вызывали у Су Бэя тупую боль где‑то под рёбрами. Он вздохнул и посмотрел на кольцо.

Скорее бы избавиться от этой штуки: одно воспоминание об этом сюрпризе уже тошнило.

— Тебе? — Спросил он у Элины, решив, что бывшей святой пригодится маскировка.

— Ой, так ты хочешь, чтоб я стала мужиком, а потом ты воспользуешься? Нет уж, мечтай! — Фыркнула та.

Не слушая её бред, Су Бэй повернулся к мечу.

— А мне зачем? — Развёл костлявыми руками Обжорство. — Я скелет, у нас пола нет. Хотя хочешь – покажу, как я выглядел бы в женском теле…

Он был чересчур услужлив, за что Су Бэй мысленно выругался и тут же отказал.

Кольцо отправилось в карман.

— А я? А мне? — Моли подняла руку.

Глазёнки поблёскивали – кольцо казалось таким забавным! Спрятаться, сменить обличье, странствовать где угодно…

— Для него нужна огромная мана, тебе пока рано, — хладнокровно ответил Су Бэй. — Пусть полежит у меня.

Нет уж. Лучше пусть остаётся милая, какая есть.

Он вперёд посмотрел – будто видел перед глазами трансформировавшуюся Моли: два с половиной метра росту, мышцы клубами, чёрные рога. Настоящий чертополох. Кто же подпустит к ней без боя?

Слишком рискованно.

Почему, однако, его собственное тело почти не изменилось, а у Моли переворот кардинальный? Может, всё зависит от мысли, какой себя видишь?

Он быстро отогнал нелепое предположение.

Нет. Даже думать в эту сторону страшно.

— Если бы могла выбрать облик, — спросил Су Бэй напоследок, — какой бы выбрала?

— Конечно, взрослый! Чем старше и страшнее, тем лучше, — засмеялась Моли. — Тогда никто не узнает, никто не будет искать!

Она улыбалась, ярко, искренне, будто рассказывала не о боли прошлого. Су Бэй неловко ответил на улыбку, губы натянулись в жёсткую линию – ясно, что на душе муторно.

Когда Элина взяла Моли за руку, подбадривая, он уже снова был как камень. Взгляд блуждал, дыхание стало частым.

𝟨𝟫sɥnx˙ɔoɯ

— Можно двигаться, — сказал он наконец.

…

Они прошли через портал и оказались у входа на следующий уровень.

Подземелье Зимнего Солнцестояния, этаж второй.

Взору открылась белоснежная равнина.

Но в отличие от первого этажа, здесь белизна была не ровным полотном, а рыхлой, живой – из‑под снега пробивались растения.

Белые травинки с ледяным отблеском – снежная трава, редкий материал для зельеварения.

Из неё готовили зелья усиления, восстановления, а ещё – добавки к магическим предметам, усиливающим связь с морозными элементами.

Её любили фармацевты: легко сорвать, просто хранить, продай – и заработай.

Но там, где растёт снежная трава, обычно водится особый зверь.

— Ой, какой милый! — Моли присела, протянула руку.

Перед ней сидел пухлый белый кролик, едва по колено. Она провела ладонью по мягкой шерсти, и сердце растаяло.

Вот оно, счастье странствий – касаться красоты мира.

Моли прижала зверька к груди, щекой скользнула по пушистому боку.

Её грудь вздрогнула – где обитали две миниатюрные копии Королей слаймов, они вывели возмущённые рожицы (▼皿▼#), мол, кто такой этот наглец, застолбивший их место?

Но кролику, простому созданию без разума, не было дела до их угроз. Он уютно устроился прямо на них и даже подтолкнул лапками поближе.

Какое нахальство!

Слаймы скорчили страдальные мордочки o(╥﹏╥)o – никак не совладать с этим комком шерсти.

Тем временем с другой стороны Элина орудовала посохом:

— Прочь, тупые ушастые, прочь! — Стаей белых бомб на неё сыпались снежные кролики. Они чувствовали на ней остатки Святого Света – природный антагонизм.

Их бесила эта аура, и потому они бросались, не жалея себя.

Мгновение – и Элина уже под грудой пушистой массы. Один из кроликов умостился прямо ей на лицо, безмятежно грызя снежную траву, не обращая ни малейшего внимания на хозяйку местности.

Элина едва не сорвалась: сейчас бы вспыхнула ярость, но Су Бэй поспешил вперёд. Стоило ему ступить – весь табун разлетелся, словно снежинки.

— Чтоб вас, думала, обниматься лезут, а они – кусаться! — Бушевала Элина, и взгляд на кролика в руках Моли стал недоверчивым. — Ещё одно такое чудо – и взорву. Увижу – испепелю!

Су Бэй задумчиво посмотрел на её питомца: странно, обычно эти твари избегают людей, не лезут под руки.

Неужели всё дело в Моли?

Он всмотрелся. Когда кролик встречался глазами с Королями слаймов, тот лишь наивно ёрзал, норовя теснее прижаться к девушке. Но стоило ей отвернуться – в глазах зверька мелькал человеческий насмешливый блеск, задница нагло подпихивала слаймов, почти вышвыривая их наружу.

Су Бэй пригляделся и замер.

Неужели… это – Король снежных кроликов?

Моли гладила снежного кролика, устроившегося у неё на коленях. Вдруг тот спрыгнул и, подпрыгивая, засеменил вперед, время от времени оборачиваясь – будто звал всех за собой.

Моли моргнула и снова прижала к себе смятого в комок, усталого 【Короля слаймов】, бросив взгляд на Су Бэя.

— Пойдём посмотрим, — сказала она.

В конце концов, это всего лишь второй уровень. Опасность тут невелика, беспокоиться не о чем.

Разве что наткнуться на скрытое подземелье.

Но такие случаются редко; шанс встретить сразу два скрытых подземелья подряд сопоставим с тем, чтобы вытянуть три легендарные карты подряд в игре.

Вскоре 【Король снежных кроликов】 вернулся, таща на себе белый пуховик, который полностью накрыл его голову.

Снежный кролик подпрыгивал, потерял равновесие и кувыркнулся прямо к ногам Моли.

Она испуганно вскрикнула, подхватила его на руки, снова сжав до комка 【Короля слаймов】.

Однако 【Король слаймов】 решил, что кролик всё притворяется, и с выражением чистейшего раздражения хотел бы разорвать этого «зелёного актёра» в клочья и зажарить.

Успокоив кролика, Моли приняла пуховик и улыбнулась.

— Это… мне?

Кролик шевельнул ушами.

Моли провела рукой по ткани, слегка удивлённая.

Никто из присутствующих не узнавал этой одежды.

После того ужаса с кольцом смены пола Су Бэй не решался сам примерять незнакомые вещи.

Поэтому он поднял руку и сотворил заклинание «Опознание».

Если задуматься, почему он редко использует его – просто поводов не было. Но кое-какие бытовые умения он всё же знал: опознание, кузнечное дело, алхимию, изготовление зелий, зачарование…

Мастер на все руки, значит, и вторыми профессиями владеет всецело.

Правда, Су Бэй мог лишь сказать, что «слегка разбирается» – на уровне мастера, но не выше.

Ведь над мастером стоит звание великого учителя – того, кто одним заклинанием способен определить даже цвет и модель чужого белья, сколько лет носят и насколько оно пропиталось потом.

До такого уровня Су Бэю пока далеко, поэтому он действительно «слегка разбирается».

Тем более в «Мире Фантазии» нельзя прокачать побочные профессии до мастерского уровня – баланс игры. Хоть плати, хоть нет, ограничения стоят.

Что ж, жаль.

Стоило Су Бэю взмахнуть рукой – и свойства пуховика раскрылись, словно девичьи тайны, без остатка.

Перед глазами промелькнул поток данных, который вскоре сложился в чёткое описание:

【Пуховик марки «Снежный кролик»】 (редкий) (без зачарования) (без улучшений)

【Свойства】:

«Постоянная температура»: поддерживает комфортное тепло тела.

«Защита»: создаёт барьер в зависимости от объёма маны.

«Подмена оболочки»: при смертельном ударе блокирует один раз урон, после чего вещь разрушается.

【Примечание】: Сшит из шерсти 【Короля снежных кроликов】, подарить его может лишь тот, кого признало всё племя снегокроликов.

Су Бэй, взглянув на результат, кратко подытожил:

— Защита, тепло, жизнь.

— Можно было и не говорить, — фыркнула Элина, вспоминая свои не самые приятные ассоциации. — Так лаконично, что ничего не понять.

Су Бэй перевёл взгляд на Моли.

Та кивнула с задумчивым видом, надела пуховик и радостно воскликнула:

— О‑о! — Потом обернулась к нему:

— Значит, вот какой эффект, господин Су Бэй! Просто чудесно!

Повернувшись вокруг своей оси, Моли продемонстрировала обновку. Размер подошёл идеально.

Су Бэй одобрительно кивнул. Вполне неплохо.

Элина, стоявшая позади, молчала и погрузилась в раздумья о смысле жизни.

— Не сомневайся в узах между моим братом и сестрой! — Презрительно хмыкнул «Обжорство». — Ты просто грудь без мозгов, глупая косуля…

После примерки отряд снова двинулся вслед за снежным кроликом и вскоре наткнулся на портал.

Су Бэй замер.

Известно, что спуск на нижний уровень подземелья Зимнего Солнцестояния возможен тремя путями.

Обычно авантюристы сражаются с монстрами – и, убив достаточно, активируют переход. Это быстро и безопасно, к тому же приносит ресурсы и сундук с наградой богов.

Опытные группы предпочитают рискованный способ – сразиться с хранителем уровня.

Награда выше, но и цена непомерна.

А вот путь через сам портал выбирают редко: он появляется случайно, найти его трудно, и сундука за ним нет.

И всё же…

Глядя, как Моли с улыбкой гладит кролика, Су Бэй не мог нарушить эту тихую гармонию.

Просто смотреть – уже приятно.

Если Моли счастлива, всё остальное имеет ли значение?

— Пошли. Вниз.

…

Академия Линдун.

Конференц‑зал.

Директор Канвэн восседал во главе стола, лицо каменное.

— Коллеги, произошло непредвиденное. Прошу взглянуть на документы, — произнёс он.

Минутой позже.

— Это достоверно? — Одри опустила хвост и спросила с тревогой.

— Без сомнений. Это результат исследований Софии.

— Чёрт побери, и ты веришь, что София способна хоть что-то исследовать? — Скривился Стивен. — Может, она просто вытянула у тебя деньги?

София взмахнула рукой – и Стивен замолк, получив заклинание молчания.

Канвэн тяжело вздохнул:

— Как бы ни не хотелось признавать, нам нужно готовиться.

— Я получил те же новости из Царства нежити и Священного города.

Магистр демонов пробудился.

— Следовательно, достоверность этих материалов подтверждается.

Предполагаю, угроза реальна.

Будьте начеку и не покидайте свои посты.

Прилив магии близится.

Первым удар примет Город Зимнего Солнцестояния.

…

…

…

Спокойной ночи.

Под предводительством магических зверей отряд Су Бэя стремительно достиг десятого уровня.

Глядя на сияющее снаряжение Моли, Элина почувствовала лёгкое неверие и стала сомневаться в учебных пособиях по прохождению подземелий.

Какие фармы монстров – когда сами монстры несут тебе добычу?

На пути встречались снежные кролики, волки, медведи, скорпионы, фазаны – любая тварь норовила примкнуть к Моли, будто напроситься в проводники.

Если бы Элина не знала, кто она, заподозрила бы, что Моли и есть один из этих монстров в человеческом облике.

За гранью логики.

Путь оказался чересчур лёгким. Пока не случалось ни опасности, ни трудностей, Су Бэй занял себя изучением артефакта «Игральные карты», решив попробовать их в действии.

Невероятно, но карты подчинились при первой попытке – едва он влил в них крохотную долю маны.

Су Бэй нахмурился, но не стал ломать голову: просто начал анализировать способности артефакта.

Предметы делятся по рангу: обычные, хорошие, редкие, превосходные, выдающиеся, эпические, легендарные и божественные.

Мастер вроде Су Бэя способен создать вещи уровня «превосходные» – как пуховик Моли, с едва заметным розовым сиянием.

«Игральные карты» же относились к разряду эпических – куда выше.

Редкие «оранжевые» предметы уровня великого учителя создаются лишь из лучших материалов при идеальных условиях – достояние элиты.

А эпические вещи вообще дар природы: материал уникален, обработка требует удаления всех изъянов и выделения чистейшей сути.

Легендарные же – это мифы, о которых лишь рассказывают.

Что до божественных – разница огромна: меч божества и его бельё формально оба «артефакты», но, очевидно, неравноценны.

Кроме того, существуют святыни и демонические оружия – они отдельной категории.

Так что артефакт «Игральные карты» пусть и не божественный, но как оружие эпического уровня силён.

Исследовав его вдоволь, Су Бэй понял структуру предмета.

Всего есть три способности.

Первая – разделение: вложив ману, можно «растереть» одну карту до пяти и метнуть их, каждая по силе не уступит выстрелу рейнджера.

Вторая – коллективный бросок: все пять карт вместе – и получается взрыв по мощности близкий к заклинанию «взрывной огненный шар».

Третья – хранилище. Позволяет спрятать украденный предмет в пространстве карты – крайне удобно.

Изучив потайное содержимое колоды, Су Бэй обнаружил записи «Божественного вора» – заметки и путь развития, а также список его «подвигов».

На чистом китайском были перечислены случаи: украл сердце королевы эльфов и бросил её; выдернул божественное семя у императора нежити и сделал из него лампочку; похитил мать одной дворфийской принцессы и др.

Почти ни одного доброго поступка.

Закончив, Су Бэй перешёл к изучению его умений.

Путь «Божественного вора» развивался от профессии ассасина.

Поздние его наследники – воры – не блистали мощью, но отличались абсурдными и опасными трюками. Никто не хотел иметь с ними дела – ни как союзник, ни как враг.

Некоторые их приёмы можно было освоить без пробуждения, и они оказывались весьма полезными.

→

Например, базовая техника «Кража» – позволяла незаметно похитить предмет размером с ладонь и весом до ста грамм.

Су Бэй, решив, что это несложно, сразу приступил к практике.

Навык усвоился наполовину – не хватало лишь испытания.

Он огляделся.

На кого бы попробовать?

Моли сидела рядом, прижимая маленького белого медвежонка; взгляд у неё был чист и спокойный. Су Бэй невольно улыбнулся.

Нет, Моли воровать нельзя.

Он перевёл взгляд на Элину.

Та нахмурилась, глядя ледяным взглядом.

И эту не стоит.

Что бы украсть?

Одежду – точно нет, совесть всё-таки имеется.

Хм… тогда что насчёт кольца на костяшке «Обжорства»?

Он незаметно сократил расстояние, сконцентрировался и тихо сжал пальцы.

Готово.

Только в ладони лежала… розовая носочка.

Су Бэй остолбенел.

Ошибся целью? Пытался стянуть кольцо с «Обжорства», а получил чей‑то носок?

Да откуда у «Обжорства» носки?

Он прищурился и уловил знакомый аромат жасмина. Носок был крошечный, аккуратный, и явно принадлежал Моли.

— …Моли?

Впереди девушка вспыхнула, быстро опустила голову, озираясь.

Её лицо пылало, а ножки терлись друг о друга – босые, холодные.

— Что… что происходит? — Прошептала она. — Где мой носок…

Она беспомощно огляделась и невольно посмотрела на Су Бэя.

Краем глаза заметила, как он резко спрятал что-то в нагрудный карман.

Моли отвела взгляд, густо покраснела.

Даже представить себе, что сказать, было невыносимо стыдно.

Лучше не поднимать эту тему. Потом купит новую пару, когда выйдут из подземелья.

Хотя сколько ни ломала голову, понять, как именно потеряла носок, так и не смогла.

Навряд ли кто-то вообще решился бы тронуть её старые вещи.

— Почему такая жара, — пробормотала Элина, коснувшись потного лба Моли. — Неужели в таком холоде у тебя температура?

— Нет-нет, Элина‑сестрица, — поспешила та ответить. — Это просто мишка слишком тёплый… и милый.

Глядя на злобно щерящегося медвежонка, Элина обречённо замолчала.

Рядом «Обжорство» вертело в руках своё кольцо, недоумённо шепча:

— Странно, кольцо само треснуло… ведь оно должно было блокировать направленные умения. Неужели нападение? — Он насторожился, окинул место взглядом и готовился ловить «злоумышленника», мечтая о награде.

Так или иначе, отряд шёл дальше.

Су Бэй хранил безмолвие, украдкой поглядывая на Моли.

Девушка не поднимала головы, вся в румянце.

Элина молча шла сзади, обиженно размышляя, почему от неё монстры шарахаются.

«Обжорство» напряжённо следило за окружением.

Так, с разными мыслями, они добрались до двадцатого уровня.

Двадцатый уровень оказался совсем иным.

До этого каждая группа авантюристов сражалась в отдельном пространстве.

Теперь перед ними раскинулся огромный «перевалочный пункт подземелья» – одно из двух безопасных мест всего подземелья Зимнего Солнцестояния и главная торговая зона.

Это был обширный мир внутри мира – место, где пересекались все группы, достигшие двадцатого уровня.

Короче говоря, зона свободного исследования.

Стоило им войти, Моли и Элина одновременно замерли от восторга.

Перед ними плескалось кристальное озеро, вдоль него тянулись зелёные леса и горные цепи.

Птицы пели, бабочки порхали, белки носились по ветвям.

Меж палаток выросли целые деревушки и торговые кружки.

— Вау!

— Так себе… — буркнула Элина.

«Обжорство» напряжённо держало концентрацию, не снимая защитных чар.

Су Бэй, уже бывший здесь, не удивился, но вновь ощутил лёгкое благоговение – живая природа не сравнится ни с какой игрой.

— «Сердце чудес» можно достать только через сделку с друидами, — сказал он вполголоса.

— Что? — Нахмурилась Элина. — Эти упрямцы? Да с ними вообще можно разговаривать?

Друиды – слуги Богини Природы, фанатично верные лесу.

Их отличал крайний изоляционизм: кроме животных, они общались разве что с феями и эльфами.

Ходила даже поговорка:

«Мы презираем людей за их эгоизм, гоблинов – за жадность, демонов – за жестокость, орков – за дикость, дворфов – за тупость.

Лишь мы, друиды, смиренны, любим мир и живём с природой – мы венец эволюции».

Первый архидруид постарался влить гордость в своих последователей – и добился.

Ко всему прочему, кланы драконов и нежити они терпеть не могли.

Самое упрямое племя из всех известных.

Хотя… — размышлял Су Бэй. — Если с ними смогла договориться Луминара – значит, можно попытаться.

— Тогда попробуем, — произнёс он.

Перед ними стояла группа авантюристов: они весело обсуждали добычу.

— Ещё немного – и хватит ресурсов, — говорил один. — Можно обменять на путь пробуждения, иначе дальше пойдём на убой.

— Главное, чтобы рыцарь Дэниел получил повышение. Без него мы бы сюда не дошли.

— Разумеется, Дэниел – наш главный защитник!

Похоже, команда была в хорошем настроении – шанс на разговор есть.

Су Бэй сделал пару шагов, немного замешкавшись.

— Эй, парень, чего стоишь? — Окликнул их один из членов команды и махнул рукой. — Есть дело?

Элина нахмурилась.

Моли, подбежав ближе, поднялась на носочки и шепнула:

— Господин Су Бэй, вы хотите спросить дорогу?

Су Бэй кивнул.

Моли с улыбкой обратилась к авантюристам:

— Здравствуйте! Не подскажете, где можно найти друидов?

— Друидов? — Переспросил глава группы. — Эти надменные типы никогда не сидят на месте. Говорят, кто-то видел их следы, если пройти по той тропе вглубь леса. Не ручаюсь, но попытайте удачу – там поблизости даже торговый пост авантюристов есть.

— Спасибо вам, дяденьки, — Моли вежливо поклонилась и вернулась к своим.

Су Бэй кивнул и направился, сжимая кулаки.

«Когда же я смогу быть хоть немного смелее, – думал он. – …В следующий раз – обязательно.»

С каждым шагом людей вокруг становилось больше, магазины попадались всё чаще.

Скоро они приблизились к павильону Ассоциации авантюристов.

На входе дежурная в зелёной форме приветливо произнесла:

«К звездам и к безднам! Добро пожаловать в Ассоциацию авантюристов!»

Су Бэй ощутил знакомую тоску в печени.

— Добрый день, авантюристы! Меня зовут Катрин. Хотите оставить заказ или принять?

Моли подошла ближе, поставила ладони на стойку:

— Катрин‑сестрица, скажите, можно ли отследить следы друидов?

— Вы хотите подать поручение? — Профессионально улыбаясь, уточнила Катрин, несколько раз окинув взглядом Элину, Су Бэя и «Обжорство».

Нежить в этих краях редкость, особенно личи.

Су Бэй кивнул.

— Информация стоит одну серебряную монету. Но Ассоциация не гарантирует успех.

Если хотите, чтобы проводники вышли с вами, нужно заплатить пятьдесят серебряных. Девяносто процентов пойдут группе, десять – комиссии Ассоциации.

Су Бэй достал из кармана единственную золотую монету – всё, что у него было – и передал.

— Второй вариант.

Катрин дала сдачу и скрылась в палатке.

— Можно ли доверять этой Ассоциации? — Тихо спросила Элина, вспомнив трагикомедию с деревней Тишины.

— Не знаю, — ответил Су Бэй. — Но лучше, чем бродить вслепую.

Через минуту из палатки вышел… друид.

Су Бэй тихо выругался про себя.

Вот что значит – платить за встречу с тем, кто весь этот час сидел в соседней комнате.

— Это вы искали друида? — Насмешливо бросил тот. Но, увидев среди них лича и девочку с двумя слаймами, мгновенно застыл.

— Раз увиделись, значит, поручение выполнено. Бывайте.

«Обжорство» нахмурилось и поплыло вперёд.

— Эй‑эй‑эй, что ты делаешь? Я же друид! Ты хочешь потерять уважение в этом уровне? — начал тот, но договорить не успел.

«Обжорство» схватило его за ворот и отвесило знатного тумаков.

— Тварь! — Заорал друид.