После 100 лет подношений я стал предком племени. The mountain man has a brilliant plan С Вечностью в руках любое наследие достанется ему. Шэнь Цань пришёл в себя посреди Великой Пустоши. Там природные катаклизмы идут рука об руку с набегами чумных насекомых, что порабощают целые племена, а шаманы, забывшие о человечности, сжигают всё живое, принося его в дар чудовищам. Слабый здоровьем, он мог рассчитывать лишь на роль жреца в Храме Предков крошечного горного Племени Пылающего Пламени. Но на первом же обряде, когда клинок Луань уже занёсся над шеей дикого зверя, в юноше пробудилась сила Жертвенного сосуда. Теперь он впитывает жизненную силу жертв и за мгновение проживает десятилетия тренировок. Он оттачивает до предела техники культивации, шаманские искусства и духовные ограничения. Там, где прочие упираются в тупик, Шэнь Цань прокладывает человечеству новую дорогу. ==================== Храм Предков. Племя Пылающего Пламени. Дождь лил не переставая. Шёл тридцать третий день. Наконец-то ливень немного утих. Вождь племени Хо Тан с тревогой взирал на густую темно-белую пелену, скрывшую небо и землю. Тяжело вздохнув, он всё же произнёс: — Пока горные потоки немного ослабли, Ву Кан, выведи людей на охоту за дикими зверями. Возьми с собой молодёжь из племени — им нужна закалка. На склоне горы, усеянном бесчисленными пещерами, послышались ответные крики. Сотни фигур вышли из пещер и, подобно ловким обезьянам, устремились к бушующей воде. Поток воды с грохотом бился о скалы, мутная поверхность была усеяна вырванными с корнем деревьями и травой. Выбегающие фигуры, каждая крепкая, как чёрный медведь, одним прыжком преодолевали несколько метров, снуя между выступающими из воды камнями в поисках добычи, выброшенной потоком. — Плюх! — А Цаня поглотила вода! Внезапно среди множества медвежьих фигур одна, относительно небольшая, была захвачена волной. — Буль-буль-буль… — Кха-кха… «Разве я не на сверхурочных? почему я тону?» эта мысль промелькнула в голове Шэнь Цаня, прежде чем острая боль пронзила череп, и поток чужих воспоминаний хлынул в его разум. Затем он почувствовал, как чья-то огромная рука схватила его и выдернула из воды. … Месяц спустя. — Этому дождю нет конца. Стоя у входа в пещеру, Шэнь Цань оцепенело смотрел на проливной дождь. Казалось, будто Млечный Путь прорвал плотину — взгляд тонул в белой пелене, скрывшей небо и землю. Сквозь пелену виднелись воины племени, дежурившие у края потопа в надежде выловить бревна или туши животных. В таких условиях выжить могли только те, кто владел боевыми искусствами. Молодежь, не достигшая нужного уровня, безвылазно сидела в пещарах. Дождь шел и шел, создавая гнетущую атмосферу. Помимо постоянного чувства тревоги, Шэнь Цаня раздражала вечная липкость и сырость. За месяц он так и не смог до конца осознать тот факт, что оказался в Великих Пустошах. Это был бескрайний, полный первозданной дикости мир, где не прекращались природные катаклизмы и рыскали чудовища. Вот этот ливень шёл уже больше шестидесяти дней, бурные потоки не останавливались, а из далёких гор время от времени доносился громоподобный рёв зверей. Не обладая боевыми искусствами, выжить в такой среде было невероятно трудно. Шэнь Цань пощупал свой крепкий пресс. Кто бы мог подумать, что его метр восемьдесят три покажется столь невыразительным? В племени Пылающего Пламени практиковали Кулак Мифического Быка, вдохновленный одним из зверей Великой Пустоши - Куйню. Соплеменники ели мясо без удержу и яростно отрабатывали удары, вырастая крепкими, как телята. Только он один рос медленнее. Всего-то метр восемьдесят три. А Юнь мог уложить десять таких, как он. А Юнь был его другом детства, его рост — всего два метра с небольшим. За этот месяц Шэнь Цань больше не ходил вылавливать добычу из воды, боясь снова стать обузой для сородичей, которым пришлось бы его вытаскивать. Вздохнув, он развернулся и вошёл в пещеру. На костре жарился кусок звериного мяса, запах разносился по округе, но у него он не вызывал ни малейшего аппетита. Но есть всё равно было нужно. Шэнь Цань достал горшочек, отсыпал щепотку мелкой соли и посыпал ею мясо. То, что у такого примитивного, дикого племени оказалась мелкая соль, было для него неожиданностью. Когда он впервые увидел её в племени, то почувствовал, будто потерял целое состояние — шанс прославиться был упущен. Жуя жареное мясо, безвкусное, как труха, он рассеянно блуждал взглядом, а мысли унеслись далеко-далеко, пока в пещеру не вошел, похожий на медведя, А Юнь. — Брат Цань, дядя Ву Кан велел позвать тебя в храм предков. — В храм? Зачем? Шэнь Цань засомневался. Неужели его безделье раскрыли? Он весь месяц ничего не делал, только ел и спал. … Храм предков находился в центре, в окружении множества пещер племени. В просторной пещере храма лежал мокрый, крепко связанный лианами горный бык, только что выловленный из паводка. Охота и принесение добычи в жертву предкам было правилом, передававшимся в племени из поколения в поколение. И жертвенная добыча должна была быть очищена от крови, плоти и костей хранителем храма, и только после этого её можно было разделить между людьми. Но из-за непрерывных ливней охотничьему отряду приходилось довольствоваться тем, что удавалось выловить в воде, и поймать живую добычу было трудно. Глава отряда Ву Кан, доставивший добычу, не ушёл, а заговорил со смотрителем храма. — Дядя, ты же давно говорил, что силы уже не те и нужен тот, кто продолжит дело хранителя храма. Как ты смотришь на то, чтобы взять с собой А Цаня? — Этот паренёк телосложением слабоват. В прошлые разы, когда ходили на охоту, он едва поспевал за отрядом. В этот раз чуть не утонул, я уж думал, не выживет. — С таким хилым телом он и омовений звериной кровью не выдержит. Снова идти с нами на охоту для него слишком опасно. Пусть уж лучше пойдёт к тебе — подметать храм предков. Думаю, предки не осудят. Хо Шань, перетирая в руках серо-коричневую траву, не оборачиваясь, ответил: — Это всё дети нашего племени. С чего бы предкам быть недовольными? — Я и правда стар. Нельзя, чтобы некому было храм передать. Если А Цань согласен, пусть остаётся со мной. В охотничьем отряде без него не обеднеют. Ву Кан, услышав это, заколебался. Стать хранителем храма означало, что в будущем он не сможет покидать племя, будет день за днём подметать храм, жить однообразной жизнью. Молодёжь в племени была горяча, никто не хотел сторожить храм, все стремились охотиться в диких землях — там можно было проявить удаль и обнимать пышнотелых девок. Он и раньше говорил с А Цанем об этом, но тот всегда упрямо отказывался. Шэнь Цань подошёл к пещере храма. Ещё не войдя, он услышал рёв зверя, а за ним — зов главного охотника. — Заходите скорее вы двое. А Цань, голова ещё болит? Ву Кан посмотрел на подошедшего Шэнь Цаня. — Уже лучше. Шэнь Цань поклонился хранителю Хо Шаню, почтительно назвав его «дедушкой». Почти все взрослые воины племени когда-то ели «секретные травяные шарики» Хо Шаню. Глядя на статного старика, Шэнь Цань вспомнил, как тот заталкивал в него горькие лекарства. — А Цань, дядя Хо Шань стар, в храме предков не хватает человека. Приходи-ка ты сторожить храм вместе с дядей Шанем. — Сторожить храм предков? Шэнь Цань опешил. Память подсказывала ему, что храм предков — это духовный центр племени, святыня в сердцах всех сородичей. Конечно, раньше он очень не хотел сторожить храм — это бы его только связало. Но теперь… — Я согласен оберегать храм предков, — твердо произнес он. В этом опасном мире лучше быть под защитой стен, чем «обедом на вынос» для монстров в лесу. Ву Кан удивился такой покорности, решив, что парень повзрослел после несчастного случая. — Дядя, все уже заждались. Давай поскорее принесём жертву предкам и разделим мясо. Хо Шань кивнул в сторону собравшихся у входа в пещеру соплеменников. — А Цань, иди сюда. Шэнь Цань поспешно отозвался, поправил сбившуюся одежду и направился к Хо Шаню. Пещера храма была глубокой. В самом её конце стояли деревянные таблички с именами предков — особой святости от них не исходило. Но когда подошёл ближе, Шэнь Цань почему-то ощутил торжественность. Рядом с табличками, на деревянной подставке, лежали ножи, бронзовые кубки и другая утварь. Рукояти ножей были литыми, полыми внутри, с бронзовыми шариками, и при движении издавали чистый, звенящий звук. Это были ножи луань — специальные ножи для жертвоприношений. Бронзовые кубки почернели, по форме напоминали треножники-дин, на их дне давно засохла бессчётная звериная кровь. Сейчас Хо Шань, стоя спиной к Шэнь Цаню, взял в руки жертвенный нож. — На этот раз будешь проводить обряд ты. Хватит духу? ---------- Наследие — Вот так сразу? Шэнь Цаня онемел от слов старика. Никакого испытательного срока? Едва стал хранителем храма — и сразу в бой? Слишком быстро, старик чересчур торопится. — Не бойся, учись у меня. Хо Шань взял в руки жертвенный нож и чашу для крови, вложил их в ладони Шэнь Цаня, затем снял с деревянной подставки медный сосуд с густой алой жидкостью. — Следуй за мной. Шэнь Цань послушно пошёл за ним. Увидев это, Хо Шань, собиравшийся уйти, остановился и жестом попросил всех присутствующих замолчать. — Первый шаг обряда — молитва и нанесение знаков на уши зверя. Я буду рисовать рядом, а ты учись. Шэнь Цань кивнул, принимая такой стремительный переход к обучению. В его памяти процесс жертвоприношения в храме предков отпечатался давно, он видел его бессчётное количество раз. Молитва означала, что после нанесения знаков на зверя нужно было шептать ему в уши «Заклинание жертвенного зверя»: *«Жертва тучна и обильна, зерна в избытке»* — просьба о чистоте жертвы без скверны. Говорили, что в больших племенах обряды были куда сложнее: пойманных зверей ещё и выкармливали, очищая им желудки целебными травами. Питались они лучше, чем воины Пылающего Пламени. Перед жертвоприношением отбирали зверей с одноцветной шкурой, без единой царапины. Даже сосудов для подношений было на любой вкус. Племя Пылающего Пламени не могло похвастаться такими условиями. Хо Шань, несмотря на почтенный возраст, действовал решительно. Одним пальцем он чертил на земле магические знаки, заставляя Шэнь Цаня повторять. — Неплохо, теперь можешь рисовать на ушах зверя. Рисунки Шэнь Цаня выходили извилистыми, слабоватыми на вид, но Хо Шань похвалил его и протянул медный кувшин с алой жидкостью, показывая, что можно приступать. … Горный бык, крепко связанный, бился на земле. А Юнь подошёл и придавил его. — Брат Цань, рисуй спокойно, я его держу. Но сил у А Юя всё же не хватало — бык раскачивался вместе с ним. — А ну, помогите все! А Цань сегодня впервые проводит обряд. Опозорится — нам всем будет стыдно, предки скажут, что у нас совсем нет единства в племени. С этими словами Хо Шань тоже шагнул к быку. Собравшиеся у входа соплеменники с хохотом вошли и намертво прижали связанное животное. — Дяди и братья, А Цань благодарит вас! Шэнь Цань поклонился. Хоть его и бросили в дело, как утёнка в воду, но с такой поддержкой на душе стало спокойно. Он оглянулся на Хо Шаня — тот мягко кивнул. — А Цань, расслабься, мы держим крепко. Старик сдавил рога быка, не давая тому пошевелиться, и оттянул его уши наружу. Шэнь Цань, окунув палец в алую жидкость, принялся наносить знаки на уши быка. Это оказалось труднее, чем на земле: мягкие уши заставляли пальцы выводить ещё более извилистые линии. — А Цань, это твоё первое жертвоприношение. Предки, видя, что есть преемник, только порадуются, не станут винить. Подбодрённый, Шэнь Цань действовал всё увереннее. Вскоре оба уха быка покрылись знаками, а он сам забормотал заклинание: — Жертва тучна и обильна, зерна в избытке… Произнеся слова, он взял у Хо Шаня жертвенный нож, поднял его над головой и поклонился в сторону алтаря. Затем, сжимая нож, подошёл к быку. Этот горный бык хоть и не достиг ступени, но уже оброс чешуёй. Ударь в чешую — с его силой, даже не достигшей первой ступени Разрушения Камня, пробить шею зверя было бы трудно, не то что набрать крови в чашу. А уж разделить тушу на лопатки, рёбра и бёдра для подношения предкам — об этом и думать не стоило. — Сюда! Кто-то из сородичей подал голос. Шэнь Цань увидел, как большая рука раздвинула чешую на шее быка, открыв ему место между пластин. Хо Шань наблюдал за этим. Десятилетия назад, когда он сам впервые закалывал жертву для предков, соплеменники помогали ему так же. Из поколения в поколение… и вот он состарился. Теперь настала очередь передавать опыт следующему поколению. Не тратя времени на благодарности, Шэнь Цань сжал нож и ударил. Чавк! — вместе со звоном бубенчиков лезвие вошло в шею быка. В этот миг глаза Шэнь Цаня застлала алая пелена. Ему почудилось, что среди кровавого свечения нечто впиталось прямо внутрь него. Он машинально хотел протереть глаза, но вдруг ощутил, как в сознании проявилась мысль, а в чувствах возник изящный треножник, словно слившийся с его плотью и кровью. [Жрец: Шэнь Цань] [Уровень боевых искусств: не достиг ступени] [Артефакт: Жертвенный Треножник] [Метод закалки: Кулак Мифического Быка (низкокачественный)] [Техники: отсутствуют] [Свойства: Священный сосуд подношений, поглощающий жизненную силу жертвы] [защищающий тело, питающий дух, развивающий боевые искусства.] [Жрец отнял у жертвы (горного быка) 33 года жизненной силы] В этот миг после [Кулак Мифического Быка (низкокачественный)] появились слова (можно развить). То, что единственный передаваемый в племени боевой метод признан низкокачественным, удивило парня. Этим кулаком, ещё до его попадания сюда, прежний владелец тела занимался больше десяти лет. Суть была проста: ешь мясо, тренируй кулак, укрепляй тело. Когда закалка была достаточной, можно было окунаться в звериную кровь для финального рывка. Шэнь Цань видел этот процесс: будущие воины погружались в желоб с кровью, позволяя ей пронизывать тело, потом выпрыгивали и начинали отрабатывать кулак Мифического Быка. Так повторяли, пока не сдавались или не достигали успеха. Грубый метод. На прошлогоднем празднике из одиннадцати окунавшихся в кровь преуспели лишь трое, двое из которых пробовали не в первый раз. Низкая успешность, высокий травматизм. Не говоря уже о других — сам Шэнь Цань тренировался больше десяти лет, а до финального рывка было всё так же далеко. Низкокачественный кулак — название оправдывало себя. Поглощение энергии звериной крови было ничтожным. Но теперь появилась возможность развития! Шэнь Цань мгновенно всё понял. Если хватит жизненной силы, Кулак Мифического Быка можно развить до более высокой ступени. А жизненная сила… Одно жертвоприношение принесло ему тридцать три года. А племя охотится постоянно. — Р-р-р! Рёв быка, от которого заложило уши, вырвал Шэнь Цаня из раздумий. — Мо-о-о! Бык рванулся от боли, но его держали мёртвой хваткой. По правилам жертвоприношения, при забое кровь не должна разбрызгиваться — это высший класс. Очнувшись, Шэнь Цань быстро подставил чашу. Сколько бы зверь ни бился, его держали крепко — ни капли не пролилось. — Ого, похоже, А Цаню благоволит судьба. Бык-то и не рвётся почти, — заметил Хо Шань, чувствуя, как ослабевает натиск. С помощью соплеменников Шэнь Цань завершил второй шаг — взятие крови. Подняв чашу над головой, он под руководством Хо Шаня направился к алтарю. Кровью нужно было умастить двери храма, столбы, каменные барабаны и жертвенную утварь. Остатки вносились внутрь. Но из-за ливня постройки племени у подножия горы были смыты. Весь род переселился выше, спасаясь от воды, и обряд упростили. Шэнь Цань окропил кровью каменные столбы и барабаны в пещере, а чашу поставил на алтарь. Затем начался раздел туши. Сначала предкам — семь частей: хребет, лопатки, рёбра, бёдра. Их клали на медный поднос и вносили в храм. Левая лопатка предназначалась предкам первой. После этого остальное мясо делили между всеми. С помощью соплеменников Шэнь Цань разделал тушу. Медленно, с остановками, но обряд был завершён. Одно практическое дело стоило десятка тренировок. Когда Шэнь Цань поставил поднос на жертвенный стол, Хо Шань, подошедший помочь, заговорил: — А Цань, в древности наш род, кроме предков, приносил жертвы Небу, Земле и чудовищам, моля о покое. Шэнь Цань и так знал это из устных преданий племени. Но сейчас он молча слушал. — Жир и голову зверя сжигали на костре, дым уходил в небо — это жертва Небу. — Остатки туши закапывали в яму, кровь и плоть возвращали земле — это жертва Земле. — Живого зверя приносили на алтарь — это доставалось чудовищам. — Но, приняв наши подношения, они нас не защитили. — Гром, землетрясения, чудовища, иссохшие земли на тысячи километров, бескрайние воды — тогда наши предки перестали верить в Небо и Землю, перестали чтить чудовищ. Только собственным рукам они доверили свою жизнь, добывая пропитание в Великой Пустоши. — Эти таблички — не бездушная утварь. В них — сама суть нашего наследия, оберегавшего Племя Пылающего Пламени три сотни лет. Отныне эту ношу я передаю тебе. ---------- Жертвенный сосуд — В будущем у старика появится время, чтобы систематизировать многолетний опыт целительства. Если ты не захочешь учиться, я могу выбрать еще несколько человек из племени, чтобы передать знания им. — Цань готов учиться. Он согласился, не раздумывая. Овладеть дополнительным ремеслом всегда полезно. В его памяти мир Великой Пустоши не изобиловал чудесными техниками — по крайней мере, в их племени Пылающего Пламени и окрестностях шаманизм больше тяготел к лечению болезней и ран. И даже это работало через раз: медицина в представлении старого Хо Шаня ограничивалась травяными шариками и отварами. Помимо лечения, на плечи шамана-целителя ложилась важная задача: нейтрализовать неистовство в крови свирепых зверей. О других аспектах магии Шэнь Цань не знал — возможно, из-за узости кругозора. Ведь даже вождь их племени, сильнейший из всех, достиг лишь третьей стадии боевых искусств — Царства Небесных Каналов. Методы самосовершенствования в этих краях были крайне примитивны. Чтобы стать воином первой стадии (Разрушения Камня), нужно было окунуться в кровь монстров первого ранга, есть их мясо и выполнять упражнения по закалке, впитывая эссенцию зверя. Для второй стадии (Раскалывания Гор) — всё то же самое, но со зверями второго ранга. Почему же так важны манипуляции с кровью? Обычное поедание мяса и практика «Мифического Быка» не позволяли преодолеть пределы человеческого тела. Только погружение в мощную, неистовую кровь диких зверей давало шанс на прорыв. Этот кулак был основной техникой племени, имитирующей движения горного быка. Однако после достижения третьей стадии эта техника переставала работать. Требовались настоящие руководства, позволяющие имитировать циркуляцию крови внутри зверя. Повадки зверя скопировать легко, но движение энергии внутри него не увидишь невооруженным глазом. Вождь племени прорвался на третью стадию лишь благодаря силе крови зверя третьего ранга, но без дальнейших методик застрял на месте. Он попросту не знал, куда направлять поток крови, понимая лишь, что на этой стадии нужно открывать Небесные Каналы. За триста лет истории племени сменилось более десяти вождей. Методом проб и ошибок, ценой собственных жизней, они смогли вычислить расположение лишь одного нужного канала. Это не было секретом — об этом рассказывали всем детям, когда обучали их Кулаку Мифического Быка. Этот кулак был не только методом закалки, но и способом укрепления тела перед окунанием в кровь. Дети начинали тренироваться с восьми-девяти лет. Тех, кто показывал лучшие результаты, отбирали для погружения в кровь зверей первого ранга. Именно поэтому воины племени были огромными и крепкими, как медведи. Размер тела — самый простой показатель силы. Но даже при такой подготовке шанс на успех составлял всего 30-40%, а порой и 10-20%. Кровь зверей была слишком агрессивной. Прорыв был лотереей, где ставкой была жизнь. Именно на таких играх со смертью человечество отвоевало себе место под солнцем. Помимо риска при прорывах, многие воины погибали преждевременно из-за скрытых травм и эрозии организма эссенцией монстров. За триста лет ни один вождь не умер своей смертью. Жизнь в Великой пустоши была суровой: землетрясения и наводнения случались постоянно. А Юнь родился во время потопа, а сам Шэнь Цань — во время землетрясения, когда племя понесло огромные потери, а его родители погибли. На этом фоне нынешний дождь, идущий шестьдесят дней, казался пустяком. В летописях племени упоминался ливень, длившийся полтора года. Великая пустошь — место, где опасность подстерегает на каждом шагу. Всё-таки быть хранителем храма лучше всего, — думал Шэнь Цань, — не нужно покидать племя. Пока соплеменники приносят подношения в храм предков, я смогу непрерывно поглощать долголетие добычи». --- Разделка Горного быка закончилась быстро. Шкуры пошли на доспехи, кости — на наконечники стрел, даже внутренности были вычищены и съедены. После сегодняшнего ритуала Шэнь Цань официально переехал в храм предков, став преемником старика Хо Шаня. Оставалось только ждать, когда наставник передаст дела окончательно. — Обустраивайся в западной келье, — сказал Хо Шань. Став хранителем, ты должен жить в храме. Именно поэтому молодежь не стремилась на эту должность — сидеть в четырех стенах скучнее, чем охотиться. Прежний владелец этого тела тоже ненавидел перспективу стать жрецом и рвался в охотничий отряд. Но у нынешнего были другие планы. «Я буду хранителем. И буду им до конца жизни. Что в этом плохого? Я просто обожаю прибираться у предков!» — иронично подумал он. Тишина, покой, а во время великих праздников вождь лично приносит в жертву зверей третьего ранга. Кто знает, сколько лет жизни можно из них вытянуть? Шэнь Цань обустраивал свою каменную комнату, когда вошел А Юню с охапкой шкур. — Брат Шэнь Цань, я принес тебе постельные принадлежности. Бросив вещи на каменное ложе, А Юнь помедлил, а затем выпалил: — Брат Шэнь Цань, когда я стану воином, часть моей добычи всегда будет твоей! Он убежал прежде, чем Шэнь Цань успел ответить. — Эх, парень... Жаль, что твой настоящий брат Шэнь Цань уже «растворился в воде», — вздохнул он, расстилая шкуры. Прежде чем лечь, он решил заглянуть к старику. — Наставник, нужно ли подметать в храме вечером? Хо Шань, изучавший записи на шкурах, улыбнулся. Ему понравилось, как ученик его назвал. — Вечером следи, чтобы масляные лампы не гасли. А если проголодаешься — бери мясо с алтаря. Шэнь Цань замер. — Какой же хранитель не подворовывает подношения? Предки — это духи, ты должен помогать им снимать пробу, — подмигнул старик. Вернувшись к себе, Шэнь Цань наконец сосредоточился на своем «золотом пальце» — таинственном артефакте внутри него. В сознании возник призрачный треножник. [Жрец: Шэнь Цань] [Уровень боевых искусств: не достиг ступени] [Артефакт: Жертвенный Треножник] [Метод закалки:Кулак Мифического Быка (низкокачественный) [Доступна эволюция] [Запас лет: 33] «Как запустить улучшение?» — подумал он. Внутри трипода возник туманный силуэт, начавший выполнять движения «Кулака Мифического Быка». Первая форма — «Раскалывание горы». В мыслях стали всплывать сообщения: [1 год тренировок:] Ваши движения скованы, мышцы и кости не согласованы. Вы тупы, как булыжник. — Эй, эта штука еще и ругается! — возмутился Шэнь Цань. — Давай еще два года! [3 года тренировок:] Кулак всё еще зажат. Вы не понимаете, где допускаете ошибки. Тупы, как мешок с соломой. ... [10 лет тренировок:] Вы так и не поняли принцип единства костей и удара. Из ваших семи отверстий сознания открылись шесть... но седьмое (мудрость) наглухо забито. ---------- Улучшение Кулака Мифического быка 【Ты погрузился в горькие тренировки Кулак Мифического быка. Шел пятнадцатый год — день за днем, без отдыха. Ты был близок к одержимости, поэтому остановил практику и погрузился в размышления, ища способ изменить технику.】 【На семнадцатый год тебя осенило. Хотя Кулак Мифического быка— это техника кулачного боя, для ее практики необходимо задействовать всё тело. Куйню он же Мифическог бык — один из зверей-катастроф Великой Пустоши: он стоит на одной ноге, а его движения подобны раскату грома. Постепенно ты начал постигать суть.】 【На двадцать первый год, созерцая образ Куйню, подпирающего небо одной ногой, ты осознал истинный смысл: стоять на левой ноге, а силу выпускать через правый кулак. Скручивая поясницу и вращая бедрами, ты выбрасываешь кулак, подобно тарану.】 【На двадцать пятый год ты словно прозрел. Ты постиг тайну накопления силы через шаг, когда удар следует за движением стопы.】 【В последующие восемь лет ты пытался продвинуться дальше в понимании главного стиля племени, но твоя голова снова стала подобна камню.】 [Затрачено 33 года жизненной силы. Ты успешно повысил «Кулак Мифического быка» с низкого качества до начального уровня. При практике задействуется 30% мышц, костей и крови всего тела.] ... В ночной тишине комнаты тело Шэнь Цаня подергивалось, словно в глубоком сне. Спустя примерно четверть часа он внезапно открыл глаза, в которых читалась сильная усталость. — Сон длиной в тридцать три года... не отличишь от реальности. Все воспоминания о тренировках были в его голове, будто он действительно десятилетиями практиковался в замкнутом пространстве. — Кулак Мифического быка начального уровня. Неужели я гений? — пронеслось в голове Шэнь Цаня, когда он сел на каменную кровать. Техника Кулака Мифического быка передавалась в племени Пылающего Пламени с момента его основания. За столько лет многие пытались её улучшить, но никто не достигал таких результатов. Ему же потребовалось «всего» тридцать с лишним лет, чтобы совершить качественный прорыв. Задействовать 30% всего тела при тренировке — звучит солидно. Кто он, если не гений? Спустившись с кровати, он встал в начальную стойку обновленного Кулака Мифического быка. В технике было три основных приема: «Куйню, разверзающий гору», «Куйню сотрясает вск четыре сторны» и «Громовой удар Куйню». Он успел улучшить только первые два, но этого хватило, чтобы поднять уровень всей техники. Стоило ему начать движение, как мышцы рук и ног натянулись с небывалой силой, а кости рук, ног и даже позвоночник включились в работу. Такого опыта у прежнего владельца тела никогда не было. Метод закалки племени строился на поедании мяса и окунание в кровь, чтобы впитать энергию в тело. Естественно, чем больше мышц и костей задействовано, тем выше эффективность усвоения этой энергии. Через несколько движений по телу разлился жар, который становился всё сильнее. Но спустя четверть часа Шэнь Цань внезапно пошатнулся. Желудок предательски заурчал. — Работает! — Вместо испуга он почувствовал радость. Чувство голода означало, что тело начало активно тратить ресурсы. Значит, эффективность обновленного кулака действительно возросла. Более того, при такой скорости усвоения энергии можно достичь уровня Разрушения Камня, даже не погружаясь в опасные чаны с кровью, а просто идеально усваивая обычное мясо монстров. Для Великой Пустоши критерий первой стадии прост: нужно попробовать разбить чёрный камень — обычный камень в Великой Пустоши. Это сила одного обычного дикого зверя. Для Шэнь Цаня такая классификация казалась грубой, но сейчас его больше заботило другое — как «позаимствовать» жертвенное мясо у предков. Если бы не этот бесконечный дождь, охотники приносили бы добычу чаще, и он мог бы поднять технику до среднего или даже высшего уровня. — Наставник говорил, что взять немного жертвенной еды — это не воровство. Когда Шэнь Цань вышел из своей кельи, он увидел, что Хо Шань уже проснулся и вышел из восточного крыла. Видя, что ученик встал так рано, старик удовлетворенно кивнул. Вместе они занялись уборкой: протирали алтари, мели пол, смахивали пыль с табличек предков. В конце старик снял с алтаря кусок мяса. — ту часть приготовим на обед, а остальное раздадим малышам из племени. Это мясо называлось «Цзо» или «Мясо Благословения». Оно символизировало дар от предков. Вскоре у входа в храм послышались шаги — дети пришли за своей долей благословения. Шэнь Цань вынес мясо детям. Один из мальчишек, Хо Юань, подполз к нему на коленях: — Брат А Цань, ты теперь правда хранитель храма? Значит, больше не пойдешь на охоту? — В храме должно быть тихо, — приструнил его Шэнь Цань, раздавая куски. — Вот, держи. Это благословение предков. Ешьте, и станете сильными воинами. Хо Юань обнял свой кусок мяса и, прежде чем убежать, крикнул: — Брат А Цань, только не плачь! Вот стану сильным воином, добуду Горного Куйню, и ты сам проведешь ритуал для предков! Шэнь Цань лишь хмыкнул. Плакать? Сейчас он хотел лишь одного — быть лучшим хранителем. Пока племя приносит жертвы, его запас жизненной силы будет расти. Главное, чтобы этот дождь не шел еще два с половиной года. Почувствовав запах жареного мяса, которое уже начал готовить наставник, Шэнь Цань подошел к алтарю. В чаше для крови еще оставалось больше половины содержимого. Убедившись, что наставник не смотрит, он поклонился табличкам предков и осторожно коснулся сосуда, похожего на его внутренний Жертвенный Треножник. ---------- Искусства Шаманов К сожалению, когда он коснулся сосуда, никакой реакции не последовало. После нескольких попыток Шэнь Цань сдался. Он посмотрел на густую звериную кровь, но подавил в себе желание «стащить» немного. Раз уж Кулак Мифического Быка можно улучшать, задействуя всё больше мышц и костей, то для максимальной эффективности стоит дождаться, пока техника не достигнет среднего или даже высшего уровня. А пока для роста сил вполне хватит и обычного мяса. — А Цань, пора есть. После еды будешь учить со мной заклинания и символы шаманов. Шэнь Цань зашел в восточную келью и увидел, что Хо Шань уже разложил вареное мясо. В горшке ученика была отборная вырезка и две разломанные кости с сочным костным мозгом. В горшке самого наставника были лишь простые обрезки. — Стар я стал, зубы уже не те, — улыбнулся Хо Шань, заметив взгляд парня. — А ты молод, в боевых искусствах у тебя еще есть надежда. Пробуй, не опускай руки. Старик сел за свой каменный стол и снова погрузился в изучение потрёпанных свитков из шкур. В боевых искусствах главное — питание, но люди разные: кто-то усваивает энергию лучше и легче переносят давление звериной крови. Шэнь Цань со своим щуплым телосложением раньше явно проигрывал сверстникам, и Хо Шань старался его поддержать, помня себя в молодости. Вернувшись в свою келью, Шэнь Цань быстро опустошил горшок, выпив бульон до последней капли. Почувствовав, как по телу от желудка разливается тепло, он начал практиковать Кулак Мифического Быка. Пещера была просторной — площадью около 30 метров, места для тренировки вполне хватало. ... Через четверть часа он остановился. По телу гуляли горячие потоки, и он явно ощущал, как прибывает сила. Жаль, не было прибора, чтобы измерить точный прирост. Это доказывало: улучшенная техника работает в разы эффективнее. — Если я доведу Кулак Мифического Быка до высшего уровня, то, возможно, стану воином вообще без надобности купаться в крови, просто на обычном мясе, — мечтательно подумал он. Он прибрал за наставником, вымыв посуду дождевой водой, и вернулся в восточную келью. — Эти знания передавались в нашем племени из поколения в поколение. Взгляни, — Хо Шань протянул ему пожелтевший свиток. — Если не поймешь знаки — спрашивай. Свиток оказался иллюстрированным: травы, минералы и коренья были тщательно зарисованы. Пока Хо Шань хмурился над своими записями, периодически сверяясь с полками, Шэнь Цань задумался: «А можно ли улучшить искусство шаманов?» В каком-то смысле он сам был жертвой несовершенства медицины племени Пылающего Пламени. Это была не вина Хо Шаня, а ограниченность наследия. Племя не смело экспериментировать, боясь навредить себе, и строго следовало старым рецептам, где в состав лекарственных шариков могло входить что угодно: от редких трав до золы с крыши или шерсти монстров. Как только он об этом подумал, в сознании обновились данные: [Мастер Жертвоприношения: Шэнь Цань] [Уровень боевых искусств: не достиг ступени] [Техника закалки: Кулак Куйню (Начальный уровень)] [Искусства Шаманов: Медицина племени Пылающего Солнца (Низкое качество), Шаманские техники](нет) [Запас лет: 0] Значит, шаманское искусство тоже можно развивать.! И даже больше: шаманское врачевание — лишь одна из ветвей пути шамана. Прошло полмесяца. Шэнь Цань полностью взял на себя уборку храма, давая Хо Шаню возможность сосредоточиться на записях. Дни тянулись в молитвах, изучении трав и бесконечных тренировках. Дождь не утихал, новых живых жертв не было, поэтому запас лет не рос, но благодаря усиленному питанию и новой технике Шэнь Цань чувствовал, как крепнет его тело. В его келье даже появился черный камень высотой в метр высотой — он использовал его в качестве цели, проверяя, когда сможет его сокрушить и достигнуть первой ступени. — А Цань, обедать! — позвал Хо Шань, протягивая горшок, в котором мяса было вдвое больше, чем обычно. — Ешь сколько влезет, не стесняйся. После еды — тренировка, чтобы разогнать энергию по жилам. Закончив серию ударов, Шэнь Цань тяжело выдохнул и вышел к выходу из пещеры. Его отвлек шум снаружи. — Проклятый дождь, — пробормотал он, чувствуя кожей тяжелую влагу. Внизу, у подножия горы, бушевал поток, разбиваясь о скалы с громоподобным ревом. Из-за наводнения племя несло огромные убытки: постройки и поля смыло, погибло больше сотни соплеменников. Самого Шэнь Цаня спасли чудом. Люди пытались выловить из воды хоть какие-то припасы, но в мутных волнах всё реже попадалось что-то ценное. — Смотрите, еще одного вынесло! — закричал кто-то внизу. Вождь племени Хо Тан вместе с воинами второй стадии Раскалывания Гор стоял у кромки воды. Охотники баграми вытащили на берег огромное дерево с дуплом, опутанное лианами. Внутри дупла застряло изуродованное, раздувшееся от воды тело. — Вождь, это уже третий, — доложил один из воинов. — Опять никаких знаков отличия. Непонятно, из какого они племени. Судя по всему, где-то выше по течению случилось нечто ужасное. Целое племя пыталось спастись на плотах и бревнах, но было поглощено стихией. Хо Тан выглядел мрачным. Дождь шел уже более восьмидесяти дней, но если эти люди бежали только сейчас, значит, их согнала с места не только вода. Скорее всего — свирепые звери, не боящиеся наводнения. А если они уничтожили то племя, значит, могут прийти и сюда. В следующие дни выловили еще четыре тела. Атмосфера в племени Пылающего Пламени стала гнетущей. Каждый понимал: следующими в этом ледяном потоке могут вылавливать уже их. Внезапно тишину над горами разорвал яростный лай, переходящий в рев. Звук был настолько мощным, что даже Шэнь Цань, тренировавшийся в храме, замер и похолодел. К счастью, это оказался лишь водный монстр второго ранга — странная рыба-мутант, а не кто-то из высших хищников. Но тревога в воздухе только нарастала. ---------- Процветает Племя. Мне хорошо вдвойне. К востоку от племени Пылающего Пламени раскинулось Великое Болото — Даецзэ. В нем обитает диковинная рыба: одна голова, десять тел, а голос — точно собачий лай. Появление этой твари у границ племени означало лишь одно: наводнение докатилось до самих Великих Болот, дав рыбе возможность подняться вверх по течению. Узнав, что это «всего лишь» зверь второго ранга, соплеменники облегченно выдохнули. После того как река принесла мертвые тела, всех, кроме несмышленых детейтерзала тревога — люди боялись появления по-настоящему ужасающих хищников. Бедствия в Великой Пустоши не знают законов и расписаний. Страх рождается из беззащитности, Шэнь Цань ощущал это в полной мере. Его терзало лишь одно: хватит ли ему времени стать сильнее, пока не нагрянет какая-нибудь тварь третьего ранга. Племя закипело работой. Куски мяса передавались воинам стадии Раскалывания Гор. Рыба второго ранга была щедрым даром неба посреди затянувшегося ливня. Ее кровь — бесценный ресурс для прорыва на вторую стадию, ведь в племени уже несколько лет не рождалось новых мастеров. Вождь Хо Тан немедленно приказал начать охоту. Люди выживают в Великой Пустоши не только благодаря силе, но и благодаря хитрости, инструментам и слаженности. В воду полетели куски мяса, чтобы выманить рыбу к берегу. — Гав! Снова этот лай. Из мутной воды выпрыгнула угольно-черная рыба. Ее туша была раздутой, словно несколько тел сплавились воедино. Огромная пасть размером с мельничный жернов захлопнулась на приманке. — Бросай! Когда рыба подплыла ближе чем на десять метров, в нее вонзились крючья. Ее выдернули из воды и с грохотом приложили о скалу. Кровь хлынула из ран. — Собирайте скорее! Нельзя терять ни капли! Шэнь Цань не разглядел всей схватки, но огромную тушу увидел отчётливо. Рыбу притащили в храм предков. Шэнь Цань уже поправил свои одежды, готовясь к работе. — Наставник, позвольте мне! — воскликнул он, видя, как старик потянулся к ножу. Как и в прошлый раз, рыбу крепко держали соплеменники. Только на этот раз — воины второго ранга, сильнейшие в племени. Он осмелился работать с рыбой второго ранга только потому, что знал: они помогут. Впрочем, если бы это делал наставник, было бы то же самое. В молодости Хо Шань был воином ступени Разрушения Камня, но с возрастом его жизненная сила истощилась. — Малыш А Цань, ты и правда стал хранителем! Тогда режь смело, мы не отпустим! Шэнь Цань кивнул. И тут же опешил. Нанести шаманские знаки на уши зверя. Простите, а где у рыбы уши? — Место внутреннего уха у рыбы — по бокам головы, у костей, — раздался голос следовавшего за ним Хо Шаня. С наставником за спиной Шэнь Цань запрыгнул на рыбий череп и нашёл место внутреннего уха. Резкий запах ударил в нос, едва не сбив его с ног. Стоявший рядом Хо Шань встревоженно наблюдал. Когда он сам стал хранителем, он только через два с лишним года практики взялся за жертвы второго ранга. А Шэнь Цань был с ним от силы полмесяца. Чем сильнее зверь, тем мощнее его аура. Шэнь Цань, стиснув зубы, окунул пальцы в кровь из чаши и начал выводить знаки на рыбьей голове. «Чего дёргаешься? Пришло время платить по счетам», — бормотал он про себя, шевеля губами. — Жертва тучна и обильна, подношение полно и готово... Найдя место внутреннего уха у основания костей головы, Шэнь Цань с силой вонзил ритуальный кинжал — Луань. [Мастер Жертвоприношения похитил у жертвы второго ранга — рыбы Хэло — 370 лет долголетия] В голове Шэнь Цаня вспыхнуло сообщение. В тот же миг рыба, до этого яростно бившаяся, затихла. Три каменных желоба заполнились драгоценной кровью. Воины смотрели на нее с жадностью — этот ресурс мог изменить их судьбу. — Когда я подберу нужные травы, можно будет начинать купание в крови, — голос Хо Шаня заставил воинов отвести взгляды. Звериная кровь была буйной. Перед каждой процедурой в неё добавляли травы для смягчения. Эффект был невелик, но даже малейшее снижение риска могло кому-то спасти жизнь. Разделка закончилась лишь к рассвету. Мясо второго ранга предназначалось элите племени. Шэнь Цань, как хранитель, отрезал самый сочный кусок и отдал его А Юню. Закончив дела, Шэнь Цань заглянул в восточную келью. Хо Шань сидел над тремя кучками трав, на лбу старика собрались глубокие морщины.. Он пытался улучшить рецепт, который бы смягчил ярость звериной крови при закалке. — Нефритовая орхидея, семена лотоса, почва Горного Сердца... — шептал старик, то убирая, то возвращая компоненты. Он колебался десятилетиями. Ошибка в пропорциях могла не просто испортить кровь, а убить воина во время прорыва. Шэнь Цань тихо встал в углу. «Улучшить рецепт усмирения крови для стадии Раскалывания Гор», — приказал он своему внутреннему Треножнику. Он ясно понимал: если племя Пылающего Пламени будет сильным, он будет в безопасности. Защита соплеменников — это его собственная страховка. В призрачном треножнике снова возник крошечный силуэт. На этот раз он не бил кулаками, а сидел в позе созерцателя. 【Ты, только вступивший на путь медицины, возомнил себя великим мастером. Выбрав рецепт второго ранга для изучения, ты захотел его улучшить. Десять лет ты корпел над исследованиями и, приложив все свои способности, составил собственный «улучшенный» рецепт.】 【Соплеменники использовали его и все погибли. Смерть их была ужасна: они словно раки сварились в кипятке, источая аппетитный аромат. На это невозможно было смотреть без содрогания.】 【На тринадцатый год ты изменил формулу на новый «Величественный рецепт». Соплеменники использовали его и... от них не осталось даже костей.】 【Прошло еще пятнадцать лет. Одержимый идеей, ты сам принял составленный тобой рецепт и скончался.】 ---------- Кулак Мифического быка высшего качества [Шестнадцать лет. Ты снова начал сопоставлять травы и обнаружил, что если убрать из рецепта траву черного гу, смягчающий эффект немного улучшается.] … [Тридцать три года. Ты сократил одиннадцать ингредиентов до восьми. Соплеменники применили и эффектно взорвались.] … [Семьдесят девять лет. Количество ингредиентов в рецепте сократилось до семи.] [Восьмидесятый год. Кровь, смягчённая улучшенным рецептом из семи трав, использовали трое соплеменников. Все трое успешно прорвались на ступень Раскалывания Гор.] [Восемьдесят пятый год. Ещё трое попробовали. Двое прорвались, один потерпел неудачу.] [В последующие более чем десять лет, как бы ты ни менял пропорции, эффекта больше не было. Ты понял. Осознал, что ты — посредственность. Основа шаманского пути у тебя поверхностна, как воздушный замок, как башня из песка. В конце концов, нужно начинать с азов.] … — А Цань. Шэнь Цань открыл глаза и увидел перед собой Хо Шаня. — Не заболел? Почему у тебя такой уставший вид? С этими словами Хо Шань достал из глиняного горшка на деревянной полке лекарственный шарик. Размером с детский кулак. Чёрный, корявый, и главное — даже не круглый. — Вот, возьми, съешь. От шарика исходил резкий запах сырости и гнили, от которого Шэнь Цань мгновенно взбодрился. В нём непроизвольно всколыхнулись воспоминания о поедании таких пилюль. — Наставник, я в порядке. Наверное, просто устал от тренировок. Он не сказал, что не будет это есть, а просто взял шарик и сунул за пазуху. *«Шаманское целительство нужно срочно улучшать. Я скорее стану собакой, чем сожру гадость».* — Наставник, остальное я доделаю. С этими словами Шэнь Цань потянулся к горшку, намереваясь незаметно уменьшить количество трав. Но Хо Шань сам взял одну порцию и высыпал на каменную ступку. Количество трав не уменьшилось — в конце концов, Хо Шань не решился ничего менять. Когда первая порция трав была истолчена в порошок, Шэнь Цань поспешно сказал: — Наставник, толочь травы и я могу. Хо Шань кивнул, отсыпал готовый порошок и вышел из пещеры. Шэнь Цань выглянул наружу и принялся отбирать травы. К счастью, за почти сто лет виртуальных экспериментов он натренировал сноровку, иначе не управился бы так быстро. Отобранные травы он разложил по местам. Пока он не мог ничего объяснить, лучше было держать это в тайне. Прежде чем Хо Шань вернулся, он высыпал готовый порошок в два корыта с кровью и размешал медным прутом. Когда Хо Шань подошёл посмотреть, порошок уже полностью смешался с кровью — ничего не было видно. При перемешивании кровь словно закипала. Так продолжалось около двух часов, пока она наконец не успокоилась. Кровь, взятая у зверя, если дать ей отстояться, тоже теряет часть буйства. Но чем дольше стоит, тем слабее эффект. Чтобы сохранить пользу, в племени кровь отстаивали всего одну ночь. Закончив с перемешиванием, Шэнь Цань заметил, что наставник Хо Шань вернулся в пещеру и снова погрузился в раздумья над свитками из шкур. Шкуры были истёрты до дыр — видно, что их пересматривали бессчётное количество раз. Поразмышляв, Хо Шань начал что-то записывать — похоже, у него появилась новая идея. Этот свиток был сшит из нескольких кусков; в развёрнутом виде достигал трех метров в длину. Плотные ряды иероглифов с иллюстрациями — и всё это были записи о попытках улучшить рецепт смягчения крови. От самого начала и до того места, где сейчас писал Хо Шань, было задокументировано тринадцать вариантов улучшений. Хо Шань снял с полки ещё два свитка — тоже записи о попытках улучшить рецепт. Только почерк был другой — видимо, писали прежние хранители храма. Все эти улучшенные рецепты так и остались на бумаге. Каждое улучшение было лишь догадкой. — Не решаюсь, — вздохнул Хо Шань. — Двести лет назад в племени Бишань появился шаман, который улучшил их рецепт смягчения крови. Дважды подряд воины племени, пытавшиеся прорваться на ступень Раскалывания Гор, потерпели неудачу. — У них были воины ступени Небесных каналов, и это не было бы смертельным ударом. Но в этом мире, где балом правят бедствия, племени Бишань не выдержало последствий своих ошибок. — Воины ступени Раскалывания Гор гибли один за другим, новые не появлялись, и в итоге племя распалось. В Великой Пустоши, где нет точных цифр успеха, чтобы проверить, хорош ли новый метод, нужно проводить несколько экспериментов. А кровь зверей достаётся нелегко — каждый раз нужно копить. Если несколько экспериментов подряд провалятся, это отбросит племя на десяток лет. А если ещё и бедствие случится — для племени это гибель. Нынешний рецепт хоть и неэффективен, но он обеспечил племени триста лет жизни. Как сейчас, когда Шэнь Цань тайком улучшил рецепт. Получится ли у соплеменников прорваться, зависело не только от этого, но и от закалки кулаком, и от удачи. Даже при стечении всех обстоятельств нельзя гарантировать сто процентов успеха. Что уж говорить о племени, которое сейчас переживает бедствие и, возможно, столкнётся с появлением сильного чудовища. Хо Шань порылся на деревянных полках и достал ещё один облезлый свиток. — В записях предков сказано: после большой беды приходит большая зараза, плодятся новые болезни. — Дождь идёт столько дней. Сколько живых существ утонуло, став пищей для этих тварей. Вскоре перед Шэнь Цанем выросла стопка из семи-восьми свитков. А Хо Шань всё искал на полках, пытаясь впихнуть в его голову как можно больше знаний. Шэнь Цань почувствовал дежавю: до попадания сюда он перерабатывал, и здесь то же самое. Такое ощущение, что зря он попал в другой мир. — Читай не торопясь.Нужно времени, чтобы войти в суть шаманское целительства. Шэнь Цань не хотел никуда входить, он хотел пользоваться читами. В этой Пустоши без чита не выжить. Вот если бы все соплеменники были воинами ступени Небесных каналов и каждый день добывали зверей третьего ранга — вот тогда бы он, хранитель, блаженствовал! Хо Шань, хоть и хотел впихнуть в Шэнь Цаня все знания сразу, сохранял остатки разума. Глубокой ночью он всё же отправил его отдыхать. Вернувшись в западную пещеру, Шэнь Цань, слегка возбуждённый, снова принялся за расчёты. В этой долбаной среде ни капли безопасности. Нужно как можно скорее стать воином. [Запас лет: 272] На добычу от рыбы Хэло и расчёт рецепта второго ранга ушло 98 лет. Тогда, начиная расчёт, Шэнь Цань не особо задумывался — просто чувствовал, что это нужно сделать. — Продолжим расчёт Кулака Мифического Быка. — Давай сразу двести лет. Как только мысль возникла, в трёхногом кубке появилась тень и приняла начальную стойку «Бык несётся вперёд». [Ты вложил двести лет жизненной силы в отработку Кулака Мифического Быка.] [Даже свинья, проживи она двести лет, обрела бы проблеск разума. Ты просто бил кулаком сорок лет. Свинья врезалась в дерево, ты врезался в свинью — и правда кое-что уловил. Третий приём Кулака Мифического Быка покорился тебе волей случая.] [Качество Кулака Мифического Быка повысилось до среднего. При отработке задействуется шесть десятых всех костей и мышц тела.] [Но даже средним кулаком ты остался недоволен. Углубившись в тренировки, ты впал в безумие.] [Ты помешался. Каждый день мычал, как бык.] [Через год ты наконец пришёл в себя и перестал мычать.] [На сто восьмой год во время отработки кулака ты внезапно услышал внутри себя звук, похожий на хруст костей. Едва уловимый, но ты чутко уловил это изменение и назвал его «Раскат грома Мифического Быка».] [Ты ухватился за этот раскат, постепенно овладел им. Качество твоего Кулака Мифического Быка повысилось до высшего.] [При отработке задействуется более восьми десятых всех костей и мышц тела.] [Ты смутно почувствовал, что в раскате грома кроется большая тайна, но ты слишком устал. Расчёт окончен. Всего потрачено сто семнадцать лет жизненной силы. Остаток возвращён. Итого остаток жизненной силы: 155 лет.] На каменной лежанке Шэнь Цань открыл глаза. Первым чувством было не возбуждение, а: — Му-у-у. Он тут же зажал рот рукой и долго тупо смотрел в потолок пещеры, переживая экзистенциальный кризис: «Кто я? Где я?» Наконец пришёл в себя. Голова раскалывалась. Он полез за пазуху, откусил кусок от вонючего шарика. Пилюли наставника Хо Шаня были мерзкими на вкус, но эффект, наверное, всё же был. Полежав ещё немного, Шэнь Цань почувствовал, что головная боль утихает, а усталость отступает. — Кулак Мифического Быка высшего качества! — Хе-хе… Шэнь Цань лежал на лежанке и не вставал. Повышение качества техники не превращалось в силу мгновенно. Но это не проблема. Хранитель может «воровать» еду. Племя Пылающего Пламени хоть и невелико, но предков не обижает. Есть у предков кусок — будет и у него миска. — Завтра соплеменники будут купаться в крови. Этот кулак… ---------- Предки явились. Шэнь Цань прищурился, глядя на свод пещеры. Улучшенный рецепт уже был готов, но только в сочетании с подходящим методом закалки кулачной техники шансы на успех станут по-настоящему высокими. «Я ведь не зря ворую ваши подношения, так что и вам пора явить свою силу», — прошептал он. Сначала он заглянул в восточный грот — наставник Хо Шань всё ещё отдыхал. Шэнь Цань тихо выскользнул наружу. Когда он вернулся, в его руках было несколько тонких каменных пластин и ритуальный нож — Луань. «...Среднее качество или всё-таки низшее?» — Шэнь Цань погрузился в сомнения. По соседству от племени Пылающего Пламени находилось племя Спящего вулкана, в котором было несколько воинов царства Небесных Меридианов. Там практиковали фрагмент древнего учения, который, по слухам, позволял развить девять меридианов. Среди их методов закалки тела было три техники, и «Кулак Мифического быка» — одна из них. Эффект Кулака Мифического быка в племени Спящего вулкана был гораздо лучше, чем в Пылающем Пламени, но Шэнь Цань не знал, был он низшего или среднего качества. Скорее всего, низшего. Отдавать низший было обидно, а высший давать он не собирался — не настолько глуп. Соплеменники могли не отличить качество на глаз, но результат не обманет. Если такая новость разлетится — пиши пропало. Вещи, которые ты не в силах удержать, легко могут обернуться гибелью для всего племени. Поколебавшись, Шэнь Цань взял нож в левую руку и начал вырезать символы на камне. Изначально низкое качество Кулака Мифического Быка было связано с отсутствием важных деталей. Каменные пластины размером с ладонь были тонкими. Всего три формы — на них ушло пять пластин. Хоть он и резал левой рукой, после тренировок сил было предостаточно, и рука не дрожала. Закончив, Шэнь Цань направился вглубь пещеры Храма Предков. В храме племени было множество божественных алтарей, а в самом центре, в окружении других святынь, стояла безмолвная трёхфутовая ниша. Она была посвящена не основателям племени, а великим предкам, открывшим путь боевых искусств. Такие были в каждом племени Диких Земель. Шэнь Цань рассудил, что надписей на ней нет, потому что создателей пути было слишком много, а их имена затерялись в веках. «Предки, великие мудрецы, защитите, помилуйте... дайте время на развитие. Прошу, не подведите». Поклонившись, Шэнь Цань в один прыжок заскочил на алтарь. Ножом Луань он аккуратно приоткрыл щель в табличке. Делать нечего — среди всех святынь эта была самой большой. Наставник Хо Шань говорил: разве предки станут винить младших? Всё ради выживания. Шэнь Цань запихнул каменные пластины в трещину святыни. «Только если племя продолжит существовать, вам будут приносить жертвы каждый год. Не вините меня, предки». Спустившись, он мысленно отпустил себе грехи, прикинул время и закричал: — Учитель, беда! Предок треснул! Последствия «раскола предка» были серьёзными. За триста лет существования племени святыня треснула впервые. Пришёл даже вождь. Хо Тан смотрел на треснувшую безымянную табличку, нахмурив брови. Бесконечный дождь, а теперь ещё и это — дурное предзнаменование. Шэнь Цань разглядывал вождя: лицо Хо Тана было грубым, потемневшим от ветра, покрытым глубокими морщинами. — Дядя Хо Шань. Хо Шань стоял, немного ссутулившись. Он десятилетиями присматривал за храмом, и никогда не было осечек. А сегодня... стоило только взяться за лекарство... Шэнь Цань заметил, что наставник не на шутку напуган, и в душе пожалел о своей поспешности. Услышав слова вождя, Хо Шань пришёл в себя. Из-за наводнения, вымывшего кости чужаков, в племени и так было неспокойно, а раскол святыни мог усилить панику. Хо Шань тут же выпрямился. — Я ещё в прошлом году заметил, что табличка безымянных предков начала трескаться, просто не было времени её подправить. А Цань пришёл недавно и не знал об этом. Это я, старый дурак, отложил все на потом. Видя, как Хо Шань берёт вину на себя, Шэнь Цань вмешался: — Наставник, там... там кажется что-то есть. Его слова снова приковали взгляды к табличке. Вскоре её сняли, и из трещины показались каменные пластины. Камень внутри дерева? Что это? — Это же похоже на Кулак Мифического быка. — Движения вроде те же, но детали отличаются. Пластины передавали из рук в руки: вождь Хо Тан, Хо Шань и другие воины сразу узнали технику. Хо Шань замер, глядя на треснувший алтарь, о чём-то раздумывая. Хо Тан поглаживал шершавый камень, и его взгляд было трудно прочесть. — Опробуйте, — скомандовал он. Остальные воины не были столь задумчивы и сразу начали практиковать. — И правда, отличается! Начальная стойка чуть сдвинута. — О! О! Есть чувство! Каждый из присутствующих тренировал этот кулак десятилетиями. Стоило им попробовать движения с пластин, как они тут же ощутили разницу. Шэнь Цань немного опасался разоблачения: подделать древность камня за короткое время сложно. Но глядя на своё щуплое тело — метр восемьдесят три, самый слабый среди соплеменников, чей средний рост был выше двух метров... Камни подделать можно, но как «сочинить» на ходу работающую технику? В племени за триста лет таких талантов не рождалось. Даже если он сейчас признается, никто не поверит. Как только воины начали тренировку, подозрения вождя поутихли. Неужели предки действительно спрятали это в святыне? Хо Шань тоже был в замешательстве — в свитках об этом не было ни слова. — Вождь, эта техника реально работает! Я чувствую, как задействуется больше мышц и костей. Сразу есть захотелось! — И мне! — Предки явились! Даровали технику! Восточный грот. Снаружи воины усердно тренировали новый кулак, не спеша окунаться в звериную кровь. Внутри Хо Шань восстанавливал святыню, а Шэнь Цань помогал придерживать её. — Предки спрятали технику как-то слишком уж надёжно, — пробормотал вождь. Теперь ему казалось логичным, что камни внутри дерева выглядели новыми — они ведь были изолированы от мира. Все эти годы племя пыталось улучшить кулак, но никто не решался на серьёзные правки из страха всё испортить. Кроме наследия предков, объяснений не было. Хо Шань промолчал, поглаживая святыню. — Интересно, — заговорил он, — этот кулак, оставленный предками, лучше или хуже, чем у племени Спящего Вулкана? Вождь промолчал. Воины Спящего Вулкана были сильны, их охотничьи угодья были огромны. Теоретически, люди должны помогать друг другу, но если бы всё решалось логикой, никто не стал бы развивать боевые искусства. Основатели Чжиянь явно предвидели это. Вскоре Хо Тан вышел из грота. — Хо Нин, Хо Юнь, Хо Янь — вы остаётесь. Остальные — разойтись! Эти трое были выбраны для прорыва в царство Раскалывания Гор. Три дня они тренировали новый кулак, прежде чем прыгнуть в котлы с кровью — нельзя было медлить, иначе энергия крови выветрится. Прорыв происходил прямо в храме. Шэнь Цань заметил, что Хо Юнь выбрал тот котел, где кровь была смешана по его тайному рецепту. Рецепт исправлен, техника дана. Теперь всё зависело от удачи. Прорыв не был красивым зрелищем. Трое мужчин в котлах стали красными, как варёные креветки. Периодически они выпрыгивали и начинали неистово отрабатывать Кулак Мифического быка, чтобы усвоить энергию, а затем снова ныряли в кровь. Шэнь Цань наблюдал за этим полдня, пока ему не надоело смотреть на голых мужиков. Во время ударов от их тел исходил кроваво-красный пар — это была лишняя энергия. В старом варианте такого пара было гораздо больше. Спустя три дня гора содрогнулась от мощного рёва. Царство аскалывание Гор оправдывало своё название. На склонах гор появились извилистые трещины — знак рождения новых мастеров. Все трое успешно прорвались. Радость прогнала уныние из племени. Теперь у них было три новых молодых мастера — огромный прирост силы. Племя ликовало, и Шэнь Цань вместе с ними. Мастера требовали немедленно идти к воде — ловить добычу. Предки явили чудо, а значит, нужно устроить великое жертвоприношение! ---------- Предельная трансформация переход на стадию Разрушения Камня Снова дождь.. Мутные потоки воды, подобные грязевым драконам, вырывались из горных ущелий, а гигантские волны с грохотом разбивались о скалы. Охотники племени стояли на берегу, надеясь вновь поймать удачу и выловить рыбу Хэло. Внутри племени весть о «явлении предков» разлетелась по всем пещерам, и атмосфера заметно оживилась. От юнцов, только начавших путь, до ветеранов царства Разрушения Камня с десятилетним стажем — все практиковали улучшенный «Кулак Куйню», дарованный предками. Шэнь Цань не был исключением. Наставник Хо Шань специально освободил его от дел в храме, чтобы тот выучил новую технику. Притворившись, что тренируется вместе со всеми пару дней, Шэнь Цань почувствовал, что его ментальные силы восстановились. Ночью, под аккомпанемент дождя, он отдал приказ системе: [Продолжить улучшение Громового Мифического Быка.] Прошлая симуляция намекнула, что в этом резонансе скрыта великая тайна. Более того, «высшее качество» позволяло задействовать лишь 80% тела — Шэнь Цаню этого было мало. Он жаждал совершенства. Внутри Треножника возник призрачный силуэт. [После 150 лет тренировок ты наконец «открыл все семь отверстий» — твоё понимание стало абсолютным.] [Через год резонанс стал двойным...] [Через 30 лет — семикратным.] [Еще через 20 лет резонанс достиг восьми ударов.] [После восьмого удара ты почувствовал, что уперся в стену. Прошло еще 20 лет, и ты снова превратился в быка и начал мычать во сне.] [Му-у-у!] Силуэт в треножнике бесконечно повторял удары. Семь, восемь... и вот, наконец — девять! Девятый раскат грома заставил фантом содрогнуться, а в его разум хлынуло озарение. [Спустя еще 30 лет твоего ослиного упрямства, ты освоил Девятый Резонанс.] [Девять Раскатов — это предел Кулака Мифического быка. Теперь он закаляет всё: плоть, кости и даже внутренние органы.] [Поздравляю тебя, упрямец! Ты пробудил вспомогательную магическую способность: Все превращается в одно.] Шэнь Цань открыл глаза на каменной кровати. [Жрец: Шэнь Цань] [Уровень боевых искусств: отсутствует] [Техника: Кулак Мифического быка(Высшее качество / Предел)] [Техники: «Все превращается в одно»] [Запас лет: 15] [Все превращается в одно: позволяет идеально усваивать любые ресурсы для развития. Обладает эффектом «море принимает все реки».] Спустя день, плотно пообедав трижды, Шэнь Цань осознал мощь этой способности. Она была великолепна. Подкрепляя еду тренировкой Кулака, он чувствовал, как каждое волокно мяса превращается в чистую силу. Более того, он ради эксперимента съел горсть сухих листьев — и организм переработал даже их! Он буквально «выжимал жир из камня». После такого метаболизма из организма выходила лишь абсолютно сухая труха. С таким талантом ему не нужны были дефицитные ресурсы. Пока соплеменники ждали редкую кровь зверей 2-го ранга, он мог достичь того же результата, просто поедая обычное мясо в больших количествах. море принимает все реки, что количество переходит в качество. Царства Разрушения Камня и Раскалывания Гор теперь были для него лишь вопросом времени. Ему больше не нужно было купаться в котлах с кровью — его тело само превращало еду в энергию для прорыва. --- Для маленького племени главной проблемой была добыча зверей 3-го ранга. Вождь Хо Тан был единственным мастером Небесных Меридианов, и он не мог уходить далеко на разведку. Великие племена, вроде Спящего Вулкана, имели по несколько таких мастеров, которые могли неделями рыскать по пустошам в поисках раненых или старых опасных монстров. Племя Пылающего Пламени же полагалось на удачу. А удача улыбается раз в десятилетие. Но Шэнь Цаню было плевать. Благодаря новой способности он мог скопить мощь, питаясь зверями 1-го и 2-го рангов, и все равно достичь уровня вождя. Прошло десять дней. Шэнь Цань почти не выходил из своей пещеры, только ел и тренировался. Внезапно он замер. По телу разлилась горячая волна. — Прорыв... — прошептал он. — Как же хочется есть. Он подошел к огромному черному камню в углу пещеры и просто сжал его край правой рукой. Хруст! Кусок камня разлетелся в пыль в его ладони, а по самому валуну пробежала трещина. Боевой ранг: Царство Разрушения Камня — Сила одного дикого зверя. --- Пока он был занят прорывом, соплеменники тоже освоили улучшенный Кулак Мифического Быка. Эффект был неплох. Откуда Шэнь Цань это знал? Потому что… В восточной пещере. Перед ним лежало несколько свитков из шкур. Один — с зарисованной техникой улучшенного кулака. Другой — список членов племени. Шэнь Цань глянул и обнаружил, что в списке было двое с таким же именем, как у него. Оба родились у подножия горы, когда разводили костры. В списке были имена и портреты. Портреты, в общем-то, отражали особенности каждого. Всего сто тридцать три человека, из них двадцать семь — новые, и имя А Юя было среди новеньких. Это были те, кого в племени считали потенциально способными стать воинами ступени Разрушения Камня. С появлением улучшенной техники число таких кандидатов за короткое время выросло на пятую часть. Все, кто считал, что у них есть шанс, приходили к Хо Шаню записываться и ждали очереди на кровь. — Запиши имя Хо Сюня. Ему за сорок, если сможет стать воином, тоже будет считать, что повезло с предками. Хо Шань велел записать, но то и дело вздыхал. Чудо предков — это хорошо, но нынешние обстоятельства были ужасны. Не было звериной крови. Ливень не прекращался, где в ближайших окрестностях было взять добычу? Когда дождь кончится, звери, избежавшие наводнения и обезумевшие от голода, станут ещё более свирепыми. А после потопа обязательно появятся болезни — вот это была настоящая угроза для племени. Для воинов они были большой проблемой, а что говорить о стариках, женщинах и детях? Если болезни распространятся, всё племя могло вымереть. Шэнь Цань в свободное время как раз изучал рецепты против эпидемий. Чумные насекомые — тоже разновидность тварей Пустоши. Когда они распространяются, их становится тьма-тьмущая. Их яд, попадая на человека, вызывал опухоли, гнойники, затем разложение внутренностей — и человек становился инкубатором для новых тварей. Эпидемии не разбирают, кто силён, а кто слаб. Если подготовиться, для Пылающего Пламени это мог стать шанс усилиться за счёт других племён. Чем сильнее племя, тем лучше питаются предки. В почитании предков он был самым искренним. ---------- Нашествие чумы и обломки корабля На развёрнутом свитке из шкуры Шэнь Цань увидел изображение одного вида болезнетворных тварей. Тело полупрозрачное, покрытое такими же прозрачными волдырями, наполненными чумной жидкостью. Это был лишь самый обычный вид паразита. В преданиях племени Пылающего Пламени говорилось, что существуют даже чумные чудовища — огромные монстры, ставшие живыми инкубаторами для паразитов. Подчиненные воле мириадов организмов, они бродили по миру и оскверняли воду и почву. Говорили, что люди когда-то пытались приносить жертвы этим чудовищам, но становилось только хуже. В эти дни племя Пылающего Пламени воду для питья добывали из колодцев, пробитых прямо в толще горы. Поднятую воду фильтровали через мелкий песок и древесную золу, а затем обязательно кипятили перед употреблением. Дикий мир кажется примитивным, но чтобы выжить и передать наследие, человечество уже наступило на все возможные грабли. Новые поколения лишь превращали старые ошибки в горький опыт. Что касается мора после наводнения, то племя за триста лет своей истории привыкло делать запасы на случай бедствий — например, шаманские травы. Но знания их лекарей были скудны, и грядущая катастрофа обещала стать суровым испытанием. Наставник Хо Шань с каждым днем выглядел всё более встревоженным. Чем масштабнее потоп, тем больше гибнет живых существ, и тем страшнее будет вспышка эпидемии. Даже вождь Хо Тан — мастер царства Небесных Меридианов — выглядел изможденным. — Старики сказывали, — заговорил Хо Шань, глядя в пустоту, — что в далеких землях есть Великие Племена. Они живут в небесах, им не страшны ни наводнения, ни землетрясения, ни даже чума. Они могут прогнать даже самых ужасных зверей катастроф. Интересно, как выглядит жизнь в таких местах? — Мы лишь маленькое племя, — отозвался Шэнь Цань. — Нам даже вообразить такое трудно. Он принялся изучать новый свиток с описанием трав. Ему нужна была база, чтобы использовать свой чит — систему дедукции. Если он сможет вывести настоящую формулу против чумы, племя выживет, а он сам станет сильнее. Семь дней спустя. В западном гроте Шэнь Цань закончил тренировку. [Жрец: Шэнь Цань] [Уровень боевых искусств: Разрушения Камня(2 силы зверя пустоши] Его сила удвоилась. И дело было не только в обычном мясе. Хоть они с Хо Шанем и ели мясо каждый день, это были запасы обычных монстров. Племя было бедным — дождь лил уже четыре месяца, и запасы таяли. Элитное вяленое мясо 1-го и 2-го рангов вождь запретил трогать — это был неприкосновенный запас, чтобы воины не теряли боеспособность в случае внезапной атаки. Шэнь Цань не стал претендовать на запасы воинов. Он нашел источник получше — жертвенную чашу предков. В чаше на алтаре всё еще оставалась кровь той самой двухголовой рыбы 2-го ранга. Она не портилась, превратившись в нечто вроде густого кровавого янтаря. Поскольку Хо Шань был занят варкой лекарств, а уборка в храме лежала на Шэнь Цане, одплживать кровь было проще простого. Каждый день он добавлял по маленькой ложечке этой эссенции в свою кашу. Благодаря способности «Все превращается в одно», его тело усваивало энергию 2-го ранга на 100%. Спустя неделю он почувствовал, что готов увеличить дозу до двух ложек. Поклонившись алтарю, он прошептал: — Предки, подсобите... пошлите нам еще одну такую рыбу. Дождь не утихал. Вечером со стороны берега прибежали несколько воинов. Они патрулировали территорию вокруг горы. Вскоре вождь Хо Тан и группа воинов скрылись в темноте, а когда вернулись, они затащили в пещеру огромный обломок древесины длиной около 18 метров. Это был не просто кусок дерева. На нем были видны следы соединения, заклепки и остатки странных узоров. — Что это? — прошептал Шэнь Цань. Хо Шань лишь молча сжал его плечо, призывая к спокойствию. Это был фрагмент корабля. — Нашли в долине к востоку от горы, — тяжело дыша, доложил воин. — Его забило в расщелину вместе с мусором. Если бы не патруль, никогда бы не заметили. Ву Кан — мощный воин — со всей силы ударил кулаком по дереву. Раздался глухой гул, но на поверхности не осталось даже вмятины. — Железное дерево третьего ранга, — определил Хо Шань, сверяясь со свитком. — Оно растет только в глубинах Великих Гор. Мы в племени даже обработать его не сможем, не то что построить из него судно. Шэнь Цань всё понял. Если судно из такого сверхпрочного материала было разнесено в щепки силой воды, то насколько же чудовищным был этот потоп в других землях? Это был корабль не просто сильного племени, а кого-то гораздо выше рангом, чем их соседи. — Неужели это судно Высшего племени Линюй( рыбо-людей)? — прошептал кто-то из воинов. По легендам, это племя жило в тысяче километров отсюда. Если обломки их кораблей принесло к горе племени, значит, мир за пределами их маленького убежища превратился в сущий ад. ---------- Ранги Племен. Предки снова трещат Если племя Племя Спящего Вулкана считалось маленьким тираном в здешних окрестностях, заставляя последних проявлять осторожность, то о племени ЛИнюй здесь только слышали, те даже не утруждали себя визитами в эти края. Эта карта осталась еще со времен основания племени. Говорили, что племя Линюй находится за тысячи километров, но на самом деле это было лишь предположением. Никто точно не знал расстояния, знали лишь, что существует такая невероятно могущественная сила, и называли его «Верховным племенем». Спустя долгое время Шэнь Цань внезапно осознал: оказывается, верхушка нынешнего племени во всем полагается на догадки. Однако в одном они не ошибались — у племен действительно была иерархия. Пылающее Пламя и Племя Спящего Вулкан официально назывались «низшими дикими племенами». Ни колдовства шаманав, ни техник совершенствования, ни каких-либо ценных реликвий — просто нищие маленькие кочевники. Над низшими, кажется, стояли высшие племена, а еще выше шло деление на титулы маркизов и графов, что, по-видимому, соответствовало более высоким уровням боевых искусств. Но в племени не сохранилось детальных записей об этом наследии. Каждый день они боролись за выживание в Великих Пустошах; выжить было высшим благом, а о развитии можно было только мечтать. Неудивительно, что Хо Тан выглядел таким изнуренным. Великие Пустоши кишили бедствиями, жизнь людей была трудна, и Шэнь Цань начинал понимать, почему существует разделение на высшие и низшие племена. Такое дикое племя, как Пылающее Пламя, было слабым, но ведь существовали и сильные! Пока он здесь ел грубую пищу и траву, где-то в могущественных племенах люди выбирали между печенью дракона и костным мозгом феникса. Раз есть сильные племена, естественно, развивается порядок подчинения, чтобы поддерживать величие сильных. Даже если предкам великих племен было плевать на почести, их потомки обязательно придумывали бы титулы, чтобы возвысить собственный статус. Хоть Пустоши и были первобытными, обряды жертвоприношений и понятия о регалиях уже давно сформировались. Старейшины, собравшиеся в храме предков, так и не пришли к какому-то решению, а между тем уже близился рассвет. — Сначала спрячьте его в храме. Железное дерево третьего ранга — ценная вещь. Если удастся изготовить из него оружие и раздать воинам племени, их сила значительно возрастет. Вот только мастерства племени не хватало, чтобы его обработать. В этот момент Шэнь Цань узнал, что в самом конце пещеры, за обвалившимися камнями позади алтаря, есть лаз, ведущий вниз. Хо Тан не стал созывать соплеменников; он сам с грохотом разгреб камни, прокопав путь в 15 метров, пока не открылось небольшое отверстие. — А Цань, об этом деле нельзя болтать. Люди в племени любят поговорить, Среди наших много болтливых — если кто услышит, разнесёт по всему племени. После того как вход заблокировали, Шэнь Цань получил строгое наставление от Хо Шаня. По сути, ему прямо сказали, что в племени полно языков без костей. — Наставник, я понимаю. Шэнь Цаню не было особо любопытно, что спрятано в пещере. Храм предков и так был его территорией, рано или поздно он всё увидит. На рассвете все разошлись. Шэнь Цань принялся за уборку храма, заодно выметая остатки земли и камней после недавних работ. Закончив, он подошел к выходу подышать воздухом. Если этот дождь продолжит лить, неизвестно, хватит ли запасов племени. Даже трехранговый корабль разбился — Шэнь Цань чувствовал, что их вождь Хо Тан явно не такой крепкий, как Железное дерево. — Бесполезно переживать. Вздохнув, он вернулся внутрь. Если придет беда, способная уничтожить корабль третьего ранга, племя Пылающего Пламени все равно не выстоит. Бессмысленно переживать о таких катаклизмах. Лучше посмотреть на то, что под носом — как доработать рецепт лекарство против эпидемии. Если получится улучшить эффект и помочь Пылающему Пламени пережить бедствие, пока соседи страдают, племя сможет поглотить их и окрепнуть. Развитие через катастрофу. Звучало цинично, и Шэнь Цань сам это чувствовал, но такой сценарий был вполне вероятен. На данный момент у него оставалось 15 лет жизни для рассчета. Монструозных рыб в воде больше не появлялось. Он встал перед алтарем. — Предки, явите чудо! Разве вы не хотите рыбки? Если хотите — покажите знак, и пусть больше не приплывают обломки кораблей и конечности, а то вождь совсем перепуган. ... Пять дней спустя. Шэнь Цань уже обладал силой трёх зверей. Звериная кровь в бронзовом сосуде почти закончилась, поэтому он плеснул туда воды, добавил измельченной костной муки и всё перемешал. На вид — почти как оригинал. Всё равно этим мазать каменный барабан; если предкам не нравится вкус — пускай терпят. Уборка, еда, тренировка кулачного боя, изучение наследия лекарей — так проходили дни Шэнь Цаня. В эти дни он заметил, что вождь часто уходит. В отличие от воинов уровня Разрушения Камня, воины уровня вождя могут открывать свои каналы, и их энергия превращается в ци крови, способную окутать всё тело. Они могут буквально скользить по воде, перебираясь на другие вершины. Два дня спустя в храм затащили питона. Это был дикий зверь первого ранга. Увидев её, Шэнь Цань снова опешил. Черт возьми, где у змеи уши?! Анаконда была длиной в 15 метров и толщиной с бочку. Её притащил Хо Тан, избив до полусмерти. [Жрец похитил 87 лет жизни у дикого зверя первого ранга] ... Вечером Шэнь Цань ел змеиный суп. Мясо и бульон разлились по телу приятным теплом. Кроме той части, что пошла на жертвоприношение, остальное мясо разделили и разнесли по пещерам, где соплеменники начали его обрабатывать. Большая часть пошла в запасы. ... [Владелец алтаря похитил 57 лет жизни у облачного ястреба первого ранга] В храме предков Шэнь Цань убрал нож от шеи ослабевшего пернатого хищника. Всё-таки вождь — это сила: стоит ему выйти, и он то и дело приносит живую добычу. Горы вокруг племени были зачищены еще в первый месяц потопа, а случайные звери, вытесненные водой на вершины, были пойманы сразу. Чтобы найти добычу теперь, нужно было уходить очень далеко. В племени только Хо Тан был способен на такие вылазки. Видимо, обломки Железного дерева его действительно напугали, иначе он не стал бы так часто рисковать собой. Дикие звери были лишь попутной добычей во время разведки. [Запас лет: 159 лет] Глядя на накопленные годы, Шэнь Цань почувствовал, что этого достаточно для началього рассета рецепта против чумы. За два месяца тренировок он перестал быть профаном и зазубрил всё наследие племени. У племени Пылающего Пламени было три способа защиты от болезни: окуривание травами, ношение мешочков с лекарствами для стариков и детей, и, самое важное — употребление целебного отвара. Что касается уничтожения чумных чудовищ, то это была задача воинов. ... [Начата дедукция рецепта против чумных чудовищ для племени Пылающего Пламени] [Вы вкладываете 100 лет жизни, желая повторить успех с Техникой Кулака Мифического быка] ... — Мастер, табличка предков снова треснула! — Спустя два дня, выбрав утро, когда Хо Шань крепко спал, Шэнь Цань разбудил его. Пришел и Хо Тан, на его лице читалась явная усталость. В этот раз треснула не та безымянная табличка, которую чинили раньше, а табличка предка-основателя по имени Хуань. Хо Шань дрожащими руками вытащил из трещины старый свиток из звериной шкуры. Древний на вид. Разумеется, Шэнь Цань специально нашел этот пустой кусок среди старых запасов самого же Хо Шаня. — Трава Очищения, кора Магнолии, Анемаррена, Шлемник... Это рецепт от чумы! Состав трав и пропорции немного отличаются, — Хо Шань был в восторге. Хо Тан взял табличку предка Хуаня и начал внимательно её осматривать. Дожди лили месяцами, кругом была жуткая влажность. Таблички были деревянными, и за ними ухаживали каждый день, иначе они бы давно заплесневели. Обычно дерево трескается от сухости, почему же они лопаются в такой сырости? Хо Тан бросил взгляд на Шэнь Цаня. Тот в это время разглядывал другие таблички с таким видом, будто хотел снять их все и проверить на наличие секретов. Увидев это, Хо Тан отвел взгляд. Он бережно вернул табличку на алтарь. Похоже, предки действительно явили свою милость. ---------- Дождь стих, исцеление от чумы Шэнь Цань вернулся к своей рутине. Уборка храма предков. Чистка алтарных табличек. Тайное поедание каши, замешанной на жертвенной крови зверей. Вкус оставлял желать лучшего, но ежедневное ощущение прилива сил приводило его в восторг. Сегодня дождь всё еще лил. В пещере вырос очередной урожай грибов. С тех пор как он вывел улучшенный рецепт лекарства против чумы, всё внимание Шэнь Цаня было сосредоточено на тренировках. Благодаря способности «Все превращается в одно» любая съеденная пища полностью трансформировалась в его собственную мощь. Сила росла стремительно. Сейчас он уже обладал силой пяти зверей. По его прикидкам, чтобы совершить прорыв на уровень Разрушения Камня, ему потребуется сила девяти. У входа в храм предков появился А Юнь, которого не было видно много дней. — Брат А-Цань, когда в следующий раз появится звериная кровь, я смогу стать воином уровня Разрушения Камня! — возбужденно делился он радостью. — Как только стану воином, обязательно добуду дикого зверя, чтобы поднести его предкам. Два диких зверя первого ранга, которых вождь Хо Тан притащил ранее, дали достаточно крови, чтобы в племени появилось еще пятеро воинов уровня Разрушения Камня. Те соплеменники, что готовились стать воинами, годами практиковали Кулак Мифического быка, а с обновленной техникой результат оказался поразительным. Согласно спискам Хо Шаня, А Юнь был следующим в очереди на закалку кровью. Его талант был незаурядным — он обошел многих тридцатилетних соплеменников, вырвавшись вперед. А как доказать превосходство в племени? Разумеется, в драке. Пока лил дождь и выйти было нельзя, все только и делали, что боролись в проходах пещер. — Брат А Цань, это тебе, — поговорив немного, А Юнь достал из-за пазухи сверток со странным запахом и сунул его Шэнь Цаню. Внутри, в куске кожи, лежало несколько кусков вяленого мяса дикого зверя. — Мне скоро предстоит закалка кровью, так что я и без этого обойдусь. Шэнь Цань не стал отказываться, завернул мясо обратно и пристроил сверток под мышкой. — Брат А Цань, я пойду. Проводив его, Шэнь Цань вернулся в пещеру. Его младшие товарищи были куда целеустремленнее предков — видимо, предкам придется еще раз напомнить о себе. --- Сто двадцать седьмой день великого дождя. Шэнь Цань обрел силу шести зверей. Рано утром, пока он подметал храм и вычищал грибы, снаружи донесся шум. — Дождь стихает! — Вода уходит! Крики эхом разнеслись по всему племени. Уровень паводка у подножия горы опустился на 6 метров. Хо Шань, который редко покидал храм, вышел к берегу, чтобы осмотреть местность. На месте, где изначально стояла вода, вбили деревянный столб. Через три дня вода отступила на 36 метров вниз по склону. Через пять дней новая кромка воды была уже в 100 метрах. Несмотря на то, что снаружи всё еще моросило, Хо Шань, вернувшись с берега, сразу отправился на совет к Хо Тану. Вскоре во всех жилых пещерах племени запылали костры. Из складских гротов выносили корзины с лекарственными травами. Соплеменники, сидя у огня, медленно выпаривали из них лишнюю влагу. Время от времени в костры подбрасывали полынь — густой ароматный дым наполнял все проходы пещер. Хо Шань вместе с Шэнь Цанем принялись за работу. На огонь водрузили огромные медные котлы. Шэнь Цань засыпал туда приготовленные смеси трав, и, как только отвар закипал, его начинали раздавать старикам, женщинам и детям. Женщины у костров не только следили за сушкой трав, но и перетирали часть растений в порошок, скатывая их в плотные шарики. Каждый — от младенца до могучего воина — получил такой лекарственный шарик для постоянного ношения при себе. Шэнь Цань тоже крутил эти шарики: растирал травы в пыль, добавлял немного воды, ловко формовал и подсушивал у огня. Вскоре все пещеры пропитались резким запахом лекарств. Детям запретили выходить наружу, а самых маленьких и вовсе посадили в плетеные корзины поверх сушащихся трав. Все были настороже, словно ожидали врага. Спустя еще два дня выглянуло солнце. Шэнь Цань впервые увидел солнце в этом мире. Дождь действительно прекратился. На месте отступившей воды лежал толстый слой ила; всё, что было затоплено, стояло голым — ни травы, ни листьев. --- Пещера храма предков. Шэнь Цань, чьи руки почернели от лекарственных соков, жадно пил из большой керамической чаши отвар — тот самый улучшенный рецепт против чумы. Отныне каждый в племени был обязан выпивать по чаше в день. Костры больше не гасили — траву варили непрерывно. Поначалу Шэнь Цань хотел блеснуть советами о гигиене и проветривании, но быстро понял, что в этом нет нужды. Как только вышло солнце, скалы вокруг пещер покрылись сохнущими шкурами зверей. Соплеменники не просто сушили вещи, но и окуривали их дымом лекарств. Все жилые пещеры и склоны гор вокруг них буквально «прожаривали» огнем. Остатки вываренных трав разбрасывали по всем углам. Даже места для отхожих нужд заливали звериным жиром и выжигали огромным пламенем. Взрослые мужчины под предводительством воинов начали собирать поваленный лес, стаскивая его на соседние вершины для просушки. Если чумные насекомые появятся, вокруг племени зажгут гигантские сигнальные костры, чтобы отпугнуть заразу. Воин Ву Кан во главе бойцов уровня Разрушения Камня отправился в разведку. Нужно было осмотреть земли в радиусе 50 километров. Во-первых, выследить сильных зверей, запертых на возвышенностях паводком. Во-вторых, найти и закопать трупы животных в иле, чтобы те не стали пищей для чумных насекомых. Места захоронений помечали — именно там позже должна была вырасти Трава Очищения, основной ингредиент для будущих запасов лекарств. Весь народ действовал как единый механизм. Спустя два дня Ву Кан тайно вернулся. Пошептавшись с ним, Хо Тан вместе с Хо Шанем покинул племя. Шэнь Цань тут же взял на себя приготовление добавок для нейтрализации звериной крови. Снова под покровом ночи в храм притащили добычу — двухметровое чудовище второго ранга, Рыбу-меч, покрытую острыми костяными шипами. [Жрец похитил 230 лет жизни у Рыбы-меч второго ранга.] В этот раз удалось собрать два каменных желоба крови, но Хо Тан сразу же унес их, не оставив в храме. На рассвете он вернулся снова, притащив изможденного Горного Куйню. Тот был в плохом состоянии, крови хватило лишь на один желоб. Согласно правилам, старые остатки из ритуального сосуда нужно было использовать до того, как залить новую кровь. Шэнь Цань хотел было припрятать немного, но почувствовал, что Хо Тан не просто так скрывает тушу зверя второго ранга — вождь явно чего-то опасался. Поэтому Шэнь Цань дочиста вымазал алтарь старой кровью и наполнил сосуд свежей кровью Горного Куйню. Хо Шань, собиравшийся дать наставления, удовлетворенно кивнул, увидев рвение ученика: — Не говори о звере второго ранга. Соплеменникам ни слова. Шэнь Цань понимал ситуацию. Получив новый запас лет жизни, он тут же задумался о рассчете улучшенного состава для нейтрализации крови зверей первого ранга. --- Спустя день. — Р-р-а-а! — Снаружи раздался мощный рев, заставивший всех высыпать из пещер. Огромный Горный Куйню длиной около 20 метров стоял, источая густую ауру ярости. В отличие от своих сородичей, отощавших во время потопа, этот зверь был в самом соку, с лоснящейся чешуей и лоснящимся мехом. Толстые цепи сковывали его шею и ноздри, а концы цепей держал в руках воина, сидевший у него на спине. РОслый воин смотрел на всех свысока, а вокруг его рук едва заметно пульсировала алая ци крови. — Хо Тан! К тебе гости, почему ты не встречаешь? ---------- Амбиции вождя Прибывший был воином Царства Небесных Каналов. Человек из Племени Спящего Вулкана. Едва уловимое, но властное давление его кровавой ци заставило соплеменников в пещерах прикусить языки. Хо Тан вышел из своего грота навстречу гостю, заслоняя собой всё племя. — Хуан Ши, наводнение едва закончилось. Вместо того чтобы оборонять своё племя от чумных чудовищь, ты явился в моё Пылающее Пламя? Хуан Ши, сидевший в позе лотоса прямо на спине Горного Куйню, оценивающе разглядывал пещеры племени. Только услышав вопрос, он соизволил перевести взгляд на собеседника. — Вы случаем не находили чего-нибудь ценное из большой воды? — Хуан Ши, дикие звери, вынесенные потопом — добыча того, кто их поймал. Являться за ними к чужому порогу — это уже слишком. — Неужели ты думаешь, что моему племени Спящего Вулкана не хватает пары твоих облезлых туш? — Хуан Ши холодно хмыкнул. — Хо Тан, скажу прямо: вы видели обломки корабля из трехрангового железного дерева? — Корабль из Железного дерева? — Хо Тан на мгновение замер, в его глазах отразился неподдельный ужас. — Ваше племя Спящего Вулкана смогло построить такой корабль? Хуан Ши спрыгнул со своего зверя и, пройдя мимо Хо Тана, направился прямиком к жилым пещерам. Остановившись у входа, он достал из-за пазухи гладкий клык и обратился к собравшейся детворе: — Мелкие, а ну-ка признавайтесь: вылавливали вы очень-очень большие бревна? Тому, кто скажет правду, достанется этот клык синеклыкого волка. — Хуан Ши, ты... — Хо Тан шагнул вперед. — Хо Тан, я просто спрашиваю. Если ваше племя действительно подобрало обломки Железного дерева, мы, Спящий Вулкан, можем обменять их на другие ресурсы, — Хуан Ши подбросил клык на ладони. — Эта вещь всё равно бесполезна для Пылающего Пламени, у вас даже сил не хватит разрубить Железное дерево. Договорив, он снова посмотрел на детей: — Ну же, кто первый скажет, того и клык. — Мы ловили бревна! — блестящий клык дикого зверя был слишком сильным искушением для ребенка. Малыш выкрикнул это раньше, чем родители успели зажать ему рот. — Ха-ха! Говори, где они лежат? — продолжал заманивать Хуан Ши. Ответ последовал незамедлительно. В Пылающем Пламени была отдельная пещера для хранения дров. Хуан Ши сразу направился туда, но вышел довольно быстро. — Хо Тан, трехранговое Железное дерево — это ноша не по плечу твоему Пылающему Пламени. Если найдете его — лучше отдайте нам в обмен на ресурсы. Вновь запрыгнув на своего Горного Куйню, Хуан Ши посмотрел на вождя свысока: — Если сейчас ничего не поймали — ладно. Но если обнаружите дерево в будущем, не вздумайте скрывать. Иначе это плохо кончится для всех нас. С этими словами он дернул поводья. Двухранговый Горный Куйню длиной около 20 метров шумно выдохнул из ноздрей клубы пара и помчался вниз по склону. Вскоре в одной из пещер раздались звонкие шлепки. Тот самый малец, что вылез с ответом, теперь заливался слезами, получая по мягкому месту. — Он не отдал клык! — вопил ребенок сквозь рыдания. — Слова как ветер, обманул даже дитя. Пожалел паршивый клык волка... Если и найдем дерево, ни за что им не отдадим! — возмущались соплеменники. Люди племени Спящего Вулкана вели себя крайне заносчиво, совершенно не уважая их племя. — Вождь, — к Хо Тану подошли несколько сильных воинов. Тот лишь махнул рукой, призывая всех разойтись и вернуться к делам. Хоть они оба считались «низшими племенами», между ними была пропасть. Среди диких гор, где не было власти «верховных племен», Спящий Вулкан был самым наглым соседом. Кровавая ци Хуан Ши была явно сильнее, чем у Хо Тана, так что ему оставалось только смириться с его поведением. Шэнь Цань вернулся в пещеру храма предков. Его мысли всё еще были заняты тем Горным Куйню под седлом гостя. «Вот если бы я его сожрал, точно бы прорвался на уровень Раскалывания Гор», — подумал он. Вождь оказался человеком опытным. Видно, что его лицо, изборожденное морщинами, не просто так подставлялось ветрам и морозам. Он заранее предугадал визит соседей. Похоже, тот обломок корабля — действительно сокровище. Раз уж воин Царства Небесных Каналов явился с угрозами, Пылающему Пламени нечего было сказать — сила была на стороне врага. Появление незваного гостя вызвало волнение в племени, но Шэнь Цань уже улегся на свою каменную постель. Он занялся делом — рассчетом снадобья для нейтрализации крови зверей. Имея за плечами опыт с рецептом второго ранга и месяцы изучения основ медицины, в этот раз процесс шел гораздо легче. [Снова встав на путь медицины, ты обнаруживаешь, что твои знания заметно углубились. Ты с первого взгляда видишь изъяны в старом рецепте.] Пока Шэнь Цань занимался расчетами, в пещере вождя Хо Тан сидел в полумраке при свете дрожащего пламени светильника. Его лицо скрывали тени. Внутрь вошла сгорбленная фигура. — А Тан, Хо Лэй и Хо Пань успешно прорвались. Оба теперь воины уровня Раскалывания Гор. Старик не мог скрыть радости. Предки благоволят! Сначала улучшенная техника кулака, затем новый рецепт от чумы — казалось, на племя обрушилась великая удача. Благодаря новой технике оба воина совершили прорыв успешно. Услышав добрые вести, Хо Тан наконец немного расслабился. Если посчитать, за два коротких месяца в племени прибавилось пять воинов уровня Раскалывания Гор.. Теперь их общее число достигло восемнадцати. Всего в племени Пылающего Пламени, включая младенцев в колыбелях, насчитывалось 2177 человек. Из них 179 человек находились на стадии Разрушения Камня. Среди изначальных бойцов уровня Раскалывания Гор четверо были уже в преклонном возрасте, как вошедший Хо Юнь — их кровь давно пошла на спад. В случае драки они могли выдать свою полную мощь лишь один последний раз. В племени не было должностей старейшин, поэтому двое старших воинов — Хо Юнь и Хо Юй — просто помогали вождю в делах. Остальные двое стариков уже почти не вставали. Таким был круг управления Пылающим Пламенем: вождь Хо Тан, предводитель охотников Ву Кан, жрец Хо Шань и двое старейшин. — Пока не разглашай о прорыве Хо Лэя и его товарища, — распорядился Хо Тан. Дождь кончился, но пришла новая опасность. А вместе с ней — и новые возможности. Пять новых воинов давали Хо Тану надежду. Опыт прошлых лет говорил: за великим потопом следует великий мор. Даже если племя подготовилось, чумные твари найдут любую лазейку. Но теперь у них было больше защитников и, что важнее, новый рецепт. Если он окажется эффективным — или хотя бы чуть лучше, чем у соседей — это станет шансом для Пылающего Пламени. Визит Хуан Ши был не только из-за дерева. Он пришел разведать обстановку. Если какое-то племя окажется обескровленным после потопа, Спящий Вулкан нанесет удар. Такое уже случалось. Почему они не напали сразу? Всё просто: у каждого самостоятельного племени есть свой воин Царства Небесных Каналов. Если Спящий Вулкан рискнет напасть прямо сейчас, Хо Тан заберет одного из их сильнейших воинов с собой в могилу. У соседей их было несколько, и терять таких людей ради поглощения разоренного племени — бессмысленная затея. Лучшая тактика — следить за ослабленным племенем, как хищник следит за раненым зверем, и добить, когда болезнь сделает свое дело. В Великих Пустошах стоит тебе показать слабость — и ты станешь пережитком истории. Сила Спящего Вулкана внушала трепет: вода еще не сошла, а их воин уже преодолел 1500 километров ради разведки. Пылающее Пламя могло отправить лишь обычных воинов, и ради безопасности их предел разведки составлял всего 150 километров. Впрочем, и в этом радиусе в 150 километров уже находилось несколько племен. ---------- Жертвы прибыли, а вместе с ними и чумные насекомые [Расчет длился сорок шесть лет. Ты успешно улучшил состав нейтрализующего снадобья первого ранга.] В западно пещере храма предков Шэнь Цань открыл глаза. Все-таки прилежный ученик, освоивший теорию, сильно отличается от того, кто тычется вслепую. В этот раз расчет прошел легко. Он действительно начал разбираться в принципах создания снадобий. [Жрец: Шэнь Цань] [Уровень боевых искусств: Раскалывания Гор (Сила шести зверей)] [Техника закалки: Кулак Куйню (Высший ранг)] [Путь Шамана: Искусство лекаря Пылающего Пламени (Средний уровень)] [Способности: «Все превращается в одно» [Запас лет: 317 лет] Шэнь Цань заметил, что его уровень владения медициной Пылающего Пламени подрос. Впрочем, это логично: их наследие было скудным, и раз он сам улучшил ключевые рецепты, то и общий уровень мастерства обязан был подняться. Теперь, имея на руках идеальные составы для закалки кровью и улучшенную технику кулака, шансы воинов племени на успешный прорыв должны были возрасти вдвое. О развитии рядовых бойцов в ближайшее время можно было не беспокоиться. Шэнь Цань аккуратно переписал оба рецепта на старый кусок шкуры, планируя подстроить очередной «знак от предков». «Надеюсь, они меня простят, — подумал он. — Постоянно заставлять их таблички трескаться как-то не по-сыновьи». --- — А Цань, сначала поешь, а потом иди в пещеры к людям, — Хо Шань поставил на грубый каменный стол большую чашу с едой. Шэнь Цань, как будущий преемник жреца, сильно облегчил жизнь старику. Всю рутину Хо Шань переложил на него: проверку котлов с отваром, замену износившихся оберегов у соплеменников и контроль за окуриванием жилых помещений. В племени жило более двух тысяч человек, и такой обход занимал почти целый день. В одной из широких пещер, разделенной на семейные ячейки, его заметил маленький Хо Юань. Мальчишка попытался спрятаться, но Шэнь Цань ловко поймал его за рукав. Не обращая внимания на жалобные просьбы, он зажал пацану нос и влил лекарство. — Свободен, беги играй, — бросил он. Остальные дети, увидев участь, покорно выпили свои порции сами. — Брат А Цань, старый жрец просит тебя вернуться. Дядя Ву Кан вернулся с охоты! --- Ву Кан ушел на разведку совсем недавно, и Шэнь Цань не ожидал, что тот так быстро вернется с добычей. Вернее, с подношением для предков. Не зря многие ждали, что он станет вторым воином стадии Небесных каналов. Вернувшись в храм, Шэнь Цань уже точил нож. Ву Кан притащил Горного Куйню первого ранга — такого же худого, как и предыдущие. Но настоящий сюрприз ждал его глухой ночью. Его подняли с постели, когда он уже видел десятый сон. В центре храма лежало нечто странное — помесь дракона и черепахи с множеством лап под брюхом. Чудовище было покрыто ранами и едва дышало. — А Цань, быстро, начинай обряд! — скомандовал Вулкан. После того как таблички начали трескаться, рвение воинов к подношениям выросло в разы. [Жрец похитил 320 лет жизни у жертвы — драконье-чешуйчатой черепахи Сюань второго ранга.] Как только обряд завершился, Ву Кан, даже не закончив полную разделку, начал частями заворачивать тушу в шкуры и уносить из храма. Это уже второй зверь второго ранга, который исчезает в неизвестном направлении — и в племени при этом никто не объявлял о новых мастерах. Ясно было одно: за этим стоит вождь Хо Тан. Шэнь Цань не задавал вопросов, просто делал свою работу. В это время Хо Шань уже готовил старые добавки, чтобы засыпать их в желоба с кровью. Шэнь Цань понял: пора действовать, иначе наставник использует плохой рецепт. — Наставник, я тут протирал таблички и заметил... кажется, еще один предок преподнес нам дар! — Шэнь Цань быстро запрыгнул на алтарь, выбрал случайную табличку и слегка надавил силой шести зверей. Хруст! Когда Хо Шань подбежал к алтарю, он увидел в руках ученика новый свиток. И, разумеется, еще одну «пострадавшую» табличку. --- Вождь явился незамедлительно. Хо Шань, изучив рецепт на шкуре, замер в оцепенении, а затем молча унес свои старые заготовки обратно в боковую пещеру. — Сначала вынесите кровь, — распорядился Хо Тан. Ву Кан быстро вытащил желоба из храма. Хо Тан несколько раз прошелся перед входом в каморку Хо Шаня, хотел войти, но передумал. Заглянув внутрь, он увидел, как старик, едва не уткнувшись носом в стол, дрожит от возбуждения. — Это рецепт смягчения крови! Для первого и второго рангов! Предки услышали нас! — воскликнул старый жрец. Снаружи Хо Тан от радости хлопнул в ладоши и начал мерить шагами площадку перед пещерой, что-то бормоча под нос. --- Весь следующий день Шэнь Цань помогал наставнику готовить компоненты. А на вторую ночь его снова разбудили. В храме лежали два связанных черных медведя — огромный и поменьше. Их пасти были стянуты кожаными ремнями, а сами они были избиты до полусмерти. Рядом стоял промокший насквозь Хо Тан. — А Цань, за дело. Приноси жертву. Под звон ритуального ножа в голове Шэнь Цаня замелькали уведомления: [Похищено 81 год жизни у Горного медведя первого ранга.] [Похищено 281 год жизни у Горного медведя второго ранга.] И снова всё — кровь и мясо — было немедленно унесено вождем. В последующие ночи ситуация повторялась: то Горный Куйню (87 лет), то двухранговый Синезубый Волк (260 лет). Хо Тан развил невероятную активность. Пока племя спало, он как одержимый носился по горам, добывая зверей и забирая готовые лекарства у жреца. Шэнь Цань видел, как счетчик его жизни перевалил за 1300 лет. С таким запасом уже можно было замахнуться на изучение настоящих боевых заклинаний. Наконец, очередной ночью Хо Тан вернулся с пустыми руками. Его лицо было мрачнее тучи. — Чумные насекомые появились. В 90 километрах отсюда, у обрыва, я видел первых крылатых тварей. Бросив эту фразу, он скрылся в глубине пещер. Тишина ночи взорвалась шумом: на всех вершинах вокруг племени вспыхнули заготовленные костры. В огонь бросали охапки полыни, и горький дым окутал поселение плотным кольцом. Если раньше они просто ждали, то теперь враг был на пороге. --- Ву Кан пришел к вождю, обвешанный свежими лечебными оберегами. Хо Тан разложил перед ним карту. — Ву Кан, бери людей и проверь эти точки: Черные Воды, Каменный Риф, Хребет... Он указывал на соседние племена. — Проверь, как у них дела. Если увидишь, что где-то началась эпидемия — немедленно назад с докладом. Я приготовил вам запас отвара и выварил вашу одежду в лекарствах. Будьте осторожны. — Сделаю, — кивнул Ву Кан. Он явно понимал серьезность приказа и мгновенно исчез в темноте. Проводив его до выхода, Хо Тан долго смотрел на ночное небо, подсвеченное заревом костров, и тихо прошептал: — Да хранят нас предки. Пусть Пылающее Пламя возвысится. ---------- Рецепт шаманского снадобья Появление чумных насекомых не оставило Шэнь Цаню времени на отдых. Ему, как будущему жрецу, нужно было немедленно проверять состояние каждого соплеменника. Хо Шань был уже слишком стар, так что Шэнь Цаню пришлось взять основной удар на себя. Он трудился до самого рассвета, и только тогда смог ненадолго перевести дух. Благо, будучи воином, он почти не чувствовал усталости. Когда паводок отступил, на равнине у подножия горы показались крыши строений, возведенных племенем когда-то давно. Но сейчас ни у кого не было времени выкапывать дома из толстого слоя ила. У входа в храм предков ярко пылали костры, распространяя густой аромат трав. Предки в виде алтарных табличек не боялись заразы, но жрецы были людьми из плоти и крови. Шэнь Цань бросил в огонь охапку сушеного зелья. На его лице была повязка из грубой ткани, плотно закрывающая рот и нос. «И что же это за штука такая — шаманизм?» — размышлял он. Когда-то он думал блеснуть умом и предложить всем носить маски, но оказалось, что местные лекари додумались до этого давным-давно. Самих насекомых в поселении еще не видели, и, честно говоря, Шэнь Цань не горел желанием с ними встречаться. На самой высокой каменной площадке родового холма неподвижно замер Хо Тан. Он сидел там с того самого момента, как пришла весть о первых крылатых тварях. Вокруг него на скалах, словно обезьяны, примостились зоркие воины, не сводя глаз с горизонта. — А Цань, иди поспи, старик сам присмотрит, — из пещеры вышел Хо Шань. Как главный знахарь, он был сейчас на пределе бдительности. Чумные насекомые бывали разными: одних можно было увидеть, другие были почти невидимы. Как только у кого-то начинался жар или случался обморок — человека следовало немедленно изолировать. — Наставник, я полон сил, — ответил Шэнь Цань, уговаривая старика вернуться в тепло. Усталость Хо Шаня была видна невооруженным глазом. Присев у костра, Шэнь Цань развернул свиток из звериной шкуры. В нем хранились записи о великих катастрофах, которые Племя Пылающего Пламени переживало с момента своего основания. Предыдущие жрецы записывали всё довольно туманно, используя старые, несовершенные рецепты, но Шэнь Цань смог провести примерный расчет. После каждой чумы племя теряло от 10% до 20% населения. Это только погибшие. Те же, кто заражался и долго восстанавливался, составляли 60–70% от общего числа. Это означало, что после эпидемии всё племя оказывалось буквально обескровленным и беззащитным. В основном страдали старики и дети. Воины благодаря крепкому телу переносили болезнь легче, если только насекомое не впивалось в них напрямую. Именно сохранность костяка бойцов позволяла племени выживать в Пустошах веками. Чумные твари боялись огня и ненавидели запах горящих трав. При хорошей подготовке их можно было отогнать еще на подлете. Но если они нападали тучей — никакие костры бы не спасли. Племя ждала бы неминуемая гибель. В записях упоминалось некое Племя Бурных Вод, которое когда-то подверглось такому нашествию, потеряло всех воинов и просто исчезло из истории. Шэнь Цань понимал: исчезли они не сами по себе, их просто поглотили соседи. Кризис — это всегда возможность. Если его улучшенные снадобья сработают и удержат от заразы, Пылающее Пламя сохранит мощь. А если кому-то из соседей не повезет... что ж, это шанс. Кроме того, вождь тайно притащил уже трех зверей второго ранга. Их кровь куда-то исчезла, и Шэнь Цань догадывался, на что она пошла. Тяжело быть вождем, столько тайн. Куда проще служить предкам. Прошло пять дней. Шэнь Цань ел и спал прямо у костров. В летописях говорилось, что первые зараженные обычно появлялись на второй день после обнаружения насекомых. Шел пятый день, а в племени всё было спокойно. Ежедневные проверки показывали, что соплеменники бодры, хоть и пропахли насквозь жгучим дымом лекарств — буквально «промариновались». Это значило одно: улучшенный рецепт работает. Вождь Хо Тан всё еще сидел на вершине, словно каменный страж. Его взгляд был острым, в сердце боролись восторг и тревога. Пятый день! Рецепты предков спасают их. В год великого бедствия, если сила племени не падает — это уже победа. А ведь сила Пылающего Пламени на самом деле выросла. Из крови тех зверей второго ранга удалось получить пять чаш чистого снадобья, и четверо воинов уже успешно совершили прорыв. С учетом Хо Лэя и Хо Паня, в племени тайно появилось шесть новых мастеров уровня Раскалывания Гор. Об этом знали лишь единицы. --- На диких землях, омытых потопом, в низинах и стоячих водах расплодились мириады черных точек — мелких паразитов. В оврагах и глухих местах гнили туши зверей, наполовину скрытые илом, и под их шкурами шло постоянное шевеление. Но в радиусе нескольких километров вокруг поселения Пылающего Пламени все лужи были засыпаны, а остатки падали — сожжены дотла. По раскисшей земле шагали полтора десятка воинов. На них были одежды, вываренные в отварах, а лица скрыты многослойными повязками. Резкий запах трав постоянно бил им в ноздри. Несмотря на день, каждый держал в руке особый факел, испускающий густой ароматный дым. У каждого за спиной было масло, травы или сухой хворост, а также стрелы и топор. Каждого нагрузили под завязку. Их задачей было выслеживать чумных тварей. — Брат Пи, смотри! Твари! — раздался резкий окрик. Группа мгновенно ощетинилась оружием. Из-за холма вылетела стая — несколько десятков насекомых размером с кулак. Их прозрачные крылья зловеще поблескивали на солнце. Хо Пи приказал всем встать спина к спине и приготовить луки. Но насекомые, не долетев до людей, начали беспокойно кружить в воздухе, а затем резко свернули и умчались прочь. — Снадобье работает! — выдохнул главный в отряде. Густой запах трав и дым факелов просто отпугнули тварей. — Быстро, один назад — доложить вождю! Остальные за мной, проследим, чтобы они не свернули к нашему холму! --- Спустя сутки. В низине, окутанной дымом, Хо Пи докладывал вождю: — Вождь, насекомые идут с юга. Мы выслеживали их весь день. Огромных роев пока нет, а те несколько тварей, что мы подбили стрелами, уже сожжены. Остальные улетели далеко. Хо Тан слушал внимательно. Первыми всегда появлялись крылатые особи, способные преодолевать горы и реки. Они могли появиться где угодно, и если находили благодатную почву для размножения — племени конец. Пылающему Пламени пока везло, но их собственные усилия по очистке окрестностей сыграли ключевую роль. — Снадобья жреца — чудо, не иначе, — говорили воины, вернувшиеся из патруля. — Твари боятся, даже приближаются. — Продолжайте дозор, — распорядился вождь. В последующие дни насекомых замечали всё чаще. Самые наглые подлетали на полтора километра к племени, но, учуяв вонь горелых трав, улетали прочь. Впрочем, несколько детей и слабых здоровьем людей всё же проявили симптомы болезни. Их немедленно изолировали вместе с семьями в пещерах на отдельном склоне. Там их лечили большими дозами отваров, окуриванием и целебными ваннами. Шэнь Цань выходил из такой пещеры, а за ним, как верный медведь, топал А Юнь, таща корзины с травами. Навстречу им шел Хо Тан. — А Юнь, отнеси травы в храм, — велел вождь. Тот кивнул и убежал. Хо Тан подошел вплотную к Шэнь Цаню: — А Цань, предки защищают нас, и это великое благо. Но тебе не кажется, что у нас в этот раз... как-то слишком мало зараженных? Шэнь Цань опешил. Вождь, это ты к чему? Я что, перестарался? ---------- Племя Спящего Вулкана Как преемник жреца и главный шаман в разгар эпидемии, Шэнь Цань обладал неоспоримой властью. Его слово было законом: если он говорил, что ты болен — значит, ты болен. Соплеменники не смели сомневаться. В последующие дни Шэнь Цань, обходя пещеры, одного за другим выявлял тех, кто выглядел хоть немного вялым, и отправлял их в карантин. Заодно он изолировал и тех, кто жил с ними в одной пещере. Всего за несколько дней число «зараженных» превысило три сотни. И цифра продолжала расти. Разумеется, это был приказ вождя Хо Тана. Видя такой резкий скачок заболевших, остальные члены племени занервничали, но Шэнь Цань не останавливался. Он читал хроники прошлых лет и знал: для убедительности этого мало. Чтобы не вызвать подозрений у соседей, ущерб от мора должен был выглядеть не менее тяжелым, чем в прошлые десятилетия. Вскоре число изолированных достигло пятисот человек — почти четверть всего населения Пылающего Пламени. Выполняя поручение вождя, Шэнь Цань не терял времени даром. Он окуривал освободившиеся пещеры сильными снадобьями и расселял там здоровых людей, чтобы уменьшить тесноту и духоту в жилых пещерах. Теперь ему оставалось лишь время от времени «находить» новых больных для отчетности перед невидимыми наблюдателями. Глядя на Шэнь Цаня с вершины холма, Хо Тан довольно кивнул. Мальчишка оказался сообразительным — схватывал всё на лету. Молодое поколение подает надежды. — Эх... — вождь тяжело вздохнул. — Такой светлый ум, но путь воина совсем не дается. Тело слишком слабое. Даже с улучшенным Кулаком Мифического быка он едва держится. Впрочем, Хо Тан смирился. Старый жрец Хо Шань говорил, что у парня талант к знахарству, а значит, в племени он не пропадет. Главное, что А Цань сразу понял скрытый смысл приказа: Пылающее Пламя во время мора не должно отличаться от своих соседей. Иначе Племя Спящего Вулкана придет и заберет всё. Хуан Ши наверняка всё еще рыщет неподалеку в поисках обломков того корабля. --- — А Цань, иди ешь, — позвал Хо Шань, когда ученик вернулся в храм. Старик не ожидал, что всего за несколько месяцев юноша станет его полноценной правой рукой. Работа в племени была налажена идеально. После еды Шэнь Цань привычно отработал Кулак Мифического быка. Несмотря на внешнюю хрупкость, он не прекращал тренировки ни на день. Закончив, он растянулся на каменной постели. [Начать расчет шаманского исскуства] Это была не первая его попытка. С тех пор как его запас жизни перевалил за тысячу лет, он загорелся этой идеей. Но результат не радовал. Внутри треножника застыла неподвижная тень. [Ты потратил три года в медитации.] [В руках ни зернышка, а хочешь сварить котел каши на всю деревню? Опять пытаешься получить всё из ничего] [Три года рыбалки без наживки. Хочешь улова — дай хоть горсть крупы.] [Вложить еще 100 лет жизни. Продолжить расчет...] [Расчет провален. Ты совершенно не смыслишь в тайнах шаманизма. Потрачено 90 лет жизни.] [Пытаться вырастить дерево без корней — пустая затея. Хватит переводить годы.] Шэнь Цань сплюнул. Треножник не первый раз язвил. Но правда была горькой: нельзя придумать колдовство, не имея ни малейшего представления о егосути. Это всё равно что пытаться представить гарем императора, ни разу не видев даже одной женщины. — Похоже, мне нужны хоть какие-то зацепки. Обрывки свитков, древние знаки... хоть что-то, — пробормотал он и уснул. --- Прошел месяц. В храме предков прибавилось три десятка новых табличек. Рецепты Шэнь Цаня работали отлично: почти все, кто действительно заболел, выкарабкались. Не перенесли мор только самые дряхлые старики. Шэнь Цань продолжал попытки расчета, используя знахарство как зацепку. Шаманское врачевание, шаманское искусство — в обоих словах одно начало, он не верил, что связи нет. Но попытки заканчивались крахом. В один из дней, когда он выходил из карантинной пещеры, землю снова сотряс тяжелый топот. Из-за горизонта показался знакомый всадник на Горном Куйню. Хуан Ши вернулся. Хо Тан мгновенно преградил ему путь. В его взгляде читалась решимость пойти на всё: — Если Спящий Вулкан решит напасть на нас во время мора — я устрою вам кровавую баню. Хуан Ши даже не слез со зверя. Он внимательно осмотрел поселение, задержав взгляд на изолированном холме с сотнями больных. В его голове созрел расчет: поглощать такое больное племя сейчас — только заразу разносить. — Пылающему Пламени везет, — холодно бросил он. — Не попали под настоящий рой насекомых. — Лишь милость предков, — сухо ответил Хо Тан, не опуская копья. — Не нервничай, Хо Тан. Мы все соседи, Спящий Вулкан не бьет в спину слабых. — Хуан Ши явно лгал, не моргая. — Я здесь по тому же делу. Вы нашли обломки корабля из Железного дерева? — Ты уже проверял всё в прошлый раз. Хочешь еще? — Вода ушла, скоро начнется время охоты и пахоты. — Хуан Ши возвышался над вождем. — Неважно, нашли вы их тогда или найдете позже. Если кто-то в Пылающем Пламени спрячет хоть щепку от корабля и я об этом узнаю — пощады не будет. Этот корабль нужен нашему племени. Кто скроет его — наш враг. Племя Пылающего Пламени... разве вы можете позволить себе потерять воина уровня Раскалывания Гор? А воина Царства Небесных Каналов? — Бывай! — Он развернул зверя и умчался прочь. --- Шэнь Цань смотрел вслед уходящему всаднику. В словах гостя не было и намека на обещанный «обмен ресурсами» — только голая угроза и давление силой. «Считает себя выше, раз сидит на звере? — зло подумал Шэнь Цань. — Ничего, придет время — он станет моей закуской». Но одна мысль заставила его вздрогнуть. Тот обломок корабля! Шэнь Цань вспомнил, что когда его принесли в храм, на поверхности темного дерева были вырезаны странные узоры. Могли ли на корабле третьего ранга остаться следы древнего Колдовства? ---------- Очередное появление Хуан Ши Мысль о колдовстве окончательно захватила Шэнь Цаня. Ему не терпелось вытащить тот обломок корабля и изучить его как следует. Корабль из Железного дерева, скорее всего, принадлежало Племени Линюй(рыбо-людей) А если оно оттуда, то вероятность наличия на нем шаманских искусств была крайне высока. Теперь визиты Племени Спящего Вулкана выглядели логично. Вероятно, они уже нашли более крупные части корабля и осознали, какую выгоду те сулят. Именно поэтому, не дожидаясь ухода воды, они отправили воина Царства Небесных Каналов прочесывать окрестности, используя и угрозы, и выгоды. Вернувшись в храм предков, Шэнь Цань начал прикидывать, как бы незаметно прокопать лаз за алтарем. В это время вождь Хо Тан тоже погрузился в раздумья. Повторный визит Хуан Ши лишь подтвердил ценность находки. Что касается предложений об «обмене» — они были соседями сотни лет, и каждый знал цену словам другого. Спящий Вулкан никогда не отдаст соседям то, что реально может укрепить их силу. «Интересно, как там Ву Кан?» — Хо Тан не находил себе места. Тот ушел в разведку месяц назад, и вестей до сих пор не было. Желание поживиться за счет ослабленных соседей было велико, но Пустоши полны опасностей, и риск был огромен. --- Очередной приезд Хуан Ши не вызвал в племени особого шума — люди были слишком напуганы мором. Шэнь Цань продолжал свою работу по изоляции. Благодаря эффективному рецепту и отсутствию массовых налетов насекомых, ситуация с эпидемией оставалась под полным контролем знахаря. Закончив дела поздней ночью, Шэнь Цань дождался, пока старый Хо Шань крепко уснет, и прокрался за алтарь. В качестве инструмента он взял ритуальный нож. Он копал этот лаз уже не первый день. Снаружи казалось, что за алтарем просто груда камней и завал, но внутри между валунами были щели. Разобрав маскировку, Шэнь Цань проскользнул в узкий проем. Внутри оказалась естественная пещера. Воздух был спертым. Осветив пространство факелом, он сразу нашел обломок Железного дерева. В этот раз он начал кропотливо изучать узоры на нем. Звериный орнамент больше всего напоминал рыбью чешую. Шэнь Цань закрепил факел и принялся копировать линии на кусок шкуры. Закончив, он сравнил рисунок с оригиналом: извилистые переплетения чешуек казались странными и пугающими, напоминая причудливые иероглифы. Закончив осмотр, он выбрался наружу и тщательно заделал вход. — Простите, предки, — он коротко поклонился табличкам, мысленно оправдав свои действия, и вернул нож на место. Решив впредь по возможности не беспокоить покой предков, он с довольным видом спрятал шкуру за пазуху и вернулся в свою пещеру. Там у него уже скопилось немало свитков и трав, взятых у наставника. Шэнь Цань сменил одежду и при свете факела разложил скопированный узор на столе. Орнамент был неполным: угадывался силуэт некоего существа, но был ли это зверь или рыба, понять было невозможно. Однако изгибы линий очень походили на чешую. Он замер за столом, впиваясь взглядом в рисунок, стараясь запечатлеть каждую линию в своей памяти. --- [Ты вложил 10 лет жизни в постижение неизвестного узора. Десять лет созерцания — и никакого результата.] Шэнь Цань открыл глаза на своей постели. Его взгляд был чист и пуст. Десять лет жизни ушли в никуда, не оставив даже тени понимания. Треножник на этот раз промолчал, не отпустив никакой колкости. «Значит, я на верном пути», — сообразил он. — Продолжаем. [Ты смотрел на узор еще 10 лет. Взгляд пылал страстью, но ты всё еще ничего не понял.] [Прошло еще 20 лет. Ты бесконечно копировал рисунок, пытаясь уловить скрытую суть, которая казалась то близкой, то недосягаемой.] [Ты начал сомневаться, не возомнил ли ты о себе лишнего, решив, что любой узор можно превратить в колдовство.] [На 22-м году ты усомнился в собственной гениальности.] [В отчаянии ты начал перерисовывать узор снова и снова. Сто раз... тысячу раз...] [Горы исписанных шкур заполнили пещеру, но озарение не приходило. На 37-м году ты прекратил попытки. Дедукция завершена.] — Продолжай! [Упрямец, ты снова здесь.] --- [Упрямец, сегодня сотый год твоего труда.] [Век копирования принес вспышку озарения.] [Ты пытался схватить её, но она ускользала. Ты не сдался и снова принялся за рисунок, пока наконец не ухватил ту самую нить.] [Бесчисленные чешуйки на чертеже начали складываться в картину текущей воды — то бурной, то спокойной, то вздымающейся волнами. В каждом изгибе была мощь потока.] [Ты начал использовать эту зацепку, чтобы постичь более глубокие тайны.] [Спустя еще 10 лет ты осознал истинный смысл этих линий. В них крылась тайна подчинения воды и движения по ней.] --- [Прошло еще 50 лет. В процессе копирования эта тайна наконец застыла в твоей руке в виде одного кривого, ломаного символа.] [Ты понял, что этот знак слишком прост. Ты хотел продолжить постижение, но твоя голова слишком устала. Дедукция закончен.] --- В пещере Шэнь Цань потирал гудящие виски, глядя на иероглиф, только что начертанный на шкуре. Шаманское искусство: Управление водой — крайне обрывочное, даже не начальный уровень. Было непросто, но начало положено. Теперь, когда есть зацепка, дальше должно быть легче. Шэнь Цань стер символ и уничтожил свои зарисовки. Он делал это не из страха перед соплеменниками, а ради защиты от чужаков. Люди из Спящего Вулкана вели себя в Пылающем Пламени наглее, чем у себя дома. Если они ворвутся с обыском, нельзя оставлять улик. Выйдя подмести храм, он столкнулся с Хо Шанем. — А Цань, ты выглядишь изнуренным. Сегодня я сам обойду племя. — Не нужно, наставник. Я справлюсь. Поев, Шэнь Цань отправился на ежедневный обход, проверяя больных. Весь день он был занят делами племени, а ночью возвращался к дедукции. --- В полутора тысячах километров оттуда. Под палящим солнцем над вершинами гигантских деревьев разливалось сияние. Здесь, на выровненном плато огромной горы, раскинулось поселение. Одна его часть состояла из пещер, другая — из каменных дворцов и домов. Племя стояло так высоко, что наводнение его не коснулось. В центре построек находился огромный грот. Внутри горел очаг, наполняя воздух ароматом полыни. Свет пламени падал на груды обломков Железного дерева, прислоненные к стенам. На каждом обломке были вырезаны знаки. Сухощавый старик почти уткнулся носом в один из них. — Наследие верховного племени Линюй глубоко и необъятно, как бездна. Его невозможно постичь! — Не вижу сути, совсем не вижу! В пещере из множества мелких щеп был собран контур существа: тело рыбы с четырьмя лапами, а вместо головы — размытое человеческое лицо. Один этот узор подтверждал происхождение обломков. Племя Линюй. Великое племя, о котором в этих горах лишь слышали легенды, но чьих границ никто не достигал. Племя, где правили мастера, познавшие тайны «Божественного Хранилища». То, что старик не мог понять, для тех воинов было обыденностью. Хуан Чжоу отвел взгляд от дерева и присел у огня, погрузившись в мысли. Прошло два месяца с находки первого куска. С тех пор они нашли еще десяток, но ежедневные бдения над узорами не принесли ему ровным счетом ничего. Как главный жрец и шаман племени, он заставлял смотреть на знаки и молодых воинов, но те видели лишь царапины. И это логично: он был самым мудрым в этих землях, и если уж он не знал ответа, то остальным и подавно ничего не светило. Соседи же вообще были дикарями — максимум, на что они были способны, это сделать из Железного дерева наконечник копья. Их навыки колдоства заканчивались на приготовлении лечебных шариков из грязи. ---------- Техника управления водой Линюй — А Сэ, сходи к вождю, спроси, не нашли ли они новых обломков, — распорядился старик Хуан Чжоу. Молодой воин, дежуривший у входа, кивнул и быстро скрылся в глубине пещер. Старик хмурился: разгадать тайну знаков не получалось, и теперь вся надежда была лишь на то, чтобы собрать как можно больше фрагментов корабля. Если удастся воссоздать хотя бы половину корпуса, звериный узор станет полным, и, возможно, придет озарение. В это время в грот вошел широкоплечий великан — вождь Племени Спящего Вулкана, Хуан Юнь. — Дядя, есть новости? — пробасил он. — Пока нет. Колдовство — это божественное искусство, рожденное из способностей великих тварей Диких Пустошей. Его нельзя понять, просто поглазев на доски. — Я отправил Хуан Ши и Хуан Шаня на поиски. Один пошел на юг, другой на север. Любой новый обломок будет немедленно доставлен в племя. В этих краях никто не посмеет встать у нас на пути. Старик кивнул: — Нужно найти место, где корабль разбился. Если нам повезет найти останки того, кто им управлял, мы сможем обрести истинное наследие Шамана. Судя по собранным фрагментам, на корабле был изображен Линьюй — легендарное существо с лицом человека, телом рыбы и четырьмя лапами. Племя, использующее такой тотем, находится более чем в пяти тысячах километров отсюда. То, что обломки их судна принесло сюда паводком, почти невероятно. — Не волнуйся, — глаза Хуан Юня хищно блеснули. — Если какой-то шаман из Линьюй сгинул в наших лесах, его секреты станут нашими. Разница между сильным и слабым племенем не только в воинах, но и в колдовстве. Мы ждали этого шанса пятьсот лет. --- Племя Пылающего Пламени Шэнь Цань лежал на каменной кровати, погрузившись в глубины своего сознания. [Ты вложил еще 30 лет жизни в копирование узоров. Твои движения стали плавными, и ты наконец уловил искру духа, подобную юркой рыбе.] [Эта искра идеально дополнила твой первый символ. Спустя еще 50 лет ты начертал второй знак.] [Два символа переплелись, создав в твоем разуме образ водной ряби и всплеск волны.] Шэнь Цань открыл глаза. Его накопленный срок жизни теперь составлял 1011 лет. Расчет колдоства был невероятно затратным — он уже сжег более трехсот лет. Но это того стоило. Два магических знака буквально впечатались в его мозг. «Пора идти ва-банк. Треножник, давай на тысячу лет!» [Упрямец, ты верен себе.] [Вложено 1000 лет жизни для воссоздания полного Искусства Власти над водой.] [Используя два знака как опору, ты пробиваешься сквозь тайны стихии. Процесс скучен и изнурителен, но ты непоколебим. Третий знак... четвертый... Пятый...] [Ты извлек девятый знак. И вдруг все девять символов выстроились в ряд и начали стремительно перестраиваться.] [Перед твоим взором возник призрак существа: лицо человека, тело рыбы, четыре лапы. Оно выглядит полупрозрачным, словно пустая кожа без плоти.] [Ты понимаешь: это лишь часть целого. Звериный узор на обломке корабля был лишь чешуей этого существа, а у твоего призрака чешуи вовсе нет.] [Поздравляю! Потратив 573 года, ты успешно постиг Искусство Управления над водой племени Линьюй.] Шэнь Цань резко сел. Он опустил ладонь в большой глиняный кувшин с водой, стоявший рядом. Вода в кувшине вдруг ожила, превратилась в струю и обвилась вокруг его запястья. Стоило ему поднять руку, как водяная лента, словно прозрачная змейка, поползла к плечу. Управление водой было лишь верхушкой айсберга. Магия Линьюй оказалась огромной системой, от которой он отколол лишь крохотный кусочек. Девять знаков смогли создать лишь бледную тень существа. Это означало, что знаков Линьюй существует гораздо больше. «Значит, Линьюй — это действительно Верховное племя... раз их вещи не ломаются даже после такого долгого пути», — подумал Шэнь Цань. Теперь он был уверен, что Спящий Вулкан нашел гораздо больше обломков, раз они так одержимы поисками. Светало. Пора было убирать храм и идти на обход. Пока мор не утихнет, расслабляться нельзя. «Наш вождь — тот еще старый лис», — хмыкнул Шэнь Цань, выходя из пещеры. Он не жаловался, наоборот — ему нравилось, как Хо Тан ведет дела: прячет кровь зверей, изолирует здоровых людей, заранее готовится к угрозе. Очень мудро. --- В полдень, возвращаясь из «карантинных» пещер, Шэнь Цань увидел всадника. Это был Вулкан. Он не показывался в племени больше месяца, с самого ухода воды. Шэнь Цань поднял глаза на вершину холма. Вождь Хо Тан стоял там неподвижно, как камень. «Что-то случилось», — пробормотал юноша и пошел обедать, чтобы после тренировать Кулак Мифического быка. В это время в главной пещере Хо Тан слушал доклад Ву Кана. Лицо вождя выражало целую гамму чувств: боль, разочарование, ярость. — Говоришь, соседним племенам повезло? Ни одно не пострадало от крупного роя чумных насекомых? Благодаря новому знахарству Шэнь Цаня сила Пылающего Пламени не только не упала, но и выросла: три новых мастера уровня Раскалывания Гор официально и шесть — тайно. Боевая мощь племени фактически удвоилась. Хо Тан уже наточил свои клинки, надеясь подобрать земли ослабленных соседей... но, как выяснилось, грабить было некого. Все перенесли беду. Вождь прижал руку к груди, пытаясь успокоить разочарованное сердце. Удачного момента для расширения придется ждать дальше. ---------- Стадия Раскалывания Гор Отправив Ву Кана отдыхать, Хо Тан глубоко вздохнул и покачал головой. Он слишком долго был подавлен. Как только предки явили чудо и сила племени немного возросла, он тут же нестерпимо захотел расширения. Но где же найти столько «легкой добычи»? Ву Кан осмотрел окрестные племена: хотя все они пострадали от нашествия паразитов, сила их воинов почти не убыла. Если и наносить удар, то нужно искать тех, кто уже шатается и стоит на грани гибели. «Я слишком многого хочу», — подумал он. Но даже если легкой наживы нет, племя всё равно должно развиваться. Каждое стихийное бедствие бьет не только по людям, но и по зверям в лесах. Дождь лил более ста двадцати дней, наводнение охватило огромные территории. Теперь, когда вода отступила, настало время изголодавшимся зверям выйти на охоту. Измученные голодом, они будут предельно свирепы, а в схватках за добычу многие из них получат ранения. После эпидемии каждое племя воспользуется этим шансом, чтобы выйти на охоту. Хо Тан внезапно осознал, что ошибся в расчетах: он слишком сосредоточился на людях и совсем забыл про зверей пустоши. У племени теперь есть улучшенный Кулак Мифического быка и сбалансированное снадобье — при наличии звериной крови наступит лучшее время для роста. Будут воины — и соплеменникам не придется бояться, что они останутся без жен! К тому же, ливень шел так долго, что звери третьего уровня наверняка тоже пострадали. Если удастся найти раненого зверя третьего уровня, то Ву Кан сможет совершить прорыв в Царство Небесных Каналов, а сам Хо Тан попробует еще раз ударить по барьеру своей культивации. К счастью, еще не поздно! Этот месяц — самый разгар эпидемии, когда защита племени важнее охоты. Даже если кто-то и выходит наружу, то лишь поодиночке для разведки. — Позовите Ву Ка... — Хо Тан хотел было отдать приказ, но передумал и сам направился к выходу из пещеры. --- В одной из пещер на «изоляционной горе» весело потрескивал костер. Жена Ву Кана варила снадобье и сливала готовый отвар в каменный желоб. Тёмная жидкость лилась прямо на голову Ву Кана, заполняя емкость. В воздухе стоял густой аромат трав. — Вождь, почему вы здесь? — Ву Кан открыл глаза и увидел Хо Тана, стоявшего у входа. Его жена уже вышла из ниши. Хо Тан занял её место у огня и жестом велел Ву Кану продолжать процедуру. — Когда ты осматривал окрестности, видел ли ты в лесах зверей пустоши? — Да, но их не так много, — Ву Кан припомнил свои странствия последнего месяца; паразитов он видел гораздо чаще. — Отдохни два дня. Я хочу, чтобы ты возглавил охотничий отряд. Как минимум, вы должны принести кровь зверя, — Хо Тан поворошил костер деревянной палкой. — Охота на обычных зверей — это вторично. Важнее всего найти раненого зверя третьего уровня. Ты уже давно мастер стадии Раскалывания Гор, пришло время попробовать пробиться в Царство Небесных Каналов. Даже если сейчас не выйдет, это станет фундаментом для следующей попытки. Но помни: за такими зверями нужно идти вглубь гор, будь осторожен. — Раз вождь приказывает, я выступлю завтра. Кого мне дадут в отряд? — Пока тебя не было, еще четверо соплеменников совершили прорыв на стадию Раскалывания Гор. Людей у тебя будет достаточно. --- Ночью. Завершив развитие техник, Шэнь Цань отдыхал на каменной кровати. Развитие шаманских искусств с помощью Жертвенного треножника сильно выматывало душу, однако после каждого восстановления он чувствовал, что его дух становится крепче, а применение изученных техник — увереннее. Освоив колдовство управления водой, он на несколько дней столкнулся с «бутылочным горлышком». Оказалось, что трата от 50 до 80 лет жизненной силы в день на развитие, даже если ничего не удавалось открыть, не изнуряла его на следующее утро, а наоборот — повышала ментальный потенциал. Это было похоже на тренировки Кулака Мифического быка: как еда превращалась в физическую силу, так и жизненная сила, вложенная в развитие, укрепляла дух. К этому моменту он уже расшифровал тринадцатый шаманский символ в системе магии племени Линюй. Внезапно он услышал шум в пещере. Его наставник Хо Шань о чем-то вполголоса переговорил с пришедшим. — Железное дерево... — голос был тихим, но Шэнь Цань «услышал» его. Вскоре шорох раздался за алтарем. Движения были осторожными, но Шэнь Цань чувствовал их предельно ясно. Это было странное ощущение — он не просто слышал, а словно воспринимал всё духовным чутьем. Он узнал пришедшего — это был вождь Хо Тан, который возился в потайной нише за алтарем. Интересно, что за дела у вождя посреди ночи? Любопытство возникло, но Шэнь Цань не стал вставать. Он перевернулся на другой бок и заснул. А Хо Тан в это время подошел к обломку корабля из железного дерева. Во всём племени только он обладал силой, способной расщепить этот материал. Он решил изготовить несколько копий из железного дерева, чтобы вооружить воинов перед схваткой со зверем третьего уровня. Проверив обломок, Хо Тан принялся за работу. --- На следующее утро Хо Шань предупредил Шэнь Цаня, чтобы тот не болтал о ночных делах вождя, дабы избежать лишних слухов среди соплеменников. Шэнь Цань кивнул и после завтрака отправился проверять больных. Постепенно эпидемия пошла на спад. Воины начали выходить наружу, расчищая каменные дома и залы у подножия горы, занесенные илом. В мирное время люди предпочитали жить в домах — в пещерах было слишком сыро и холодно. Самым величественным строением внизу был старый Жертвенный зал, хотя из-за частых бедствий предков приходилось то и дело «переселять». Спустя три дня, под вечер, Шэнь Цань вернулся в пещеру храма. После ужина он принялся за тренировку Кулака Мифического быка. Свист воздуха от его ударов заставлял Хо Шаня то одобрительно кивать, то качать головой: техника А Цаня выглядела свирепой, но его телосложение, казалось, совсем не менялось. Старик лишь вздохнул и вернулся к своим делам. В какой-то момент, после серии ударов, по телу Шэнь Цаня словно прошла горячая волна энергии. Сила вырвалась наружу мощным потоком и лишь спустя долгое время улеглась. — Фух! — он восстановил дыхание. Перед глазами всплыли данные: [Жрец:: Шэнь Цань] [Артефакт: Жертвенный Треножник] [Уровень боевых искусств: Уровень Раскалывания Гор (Сила десяти зверей) [Уровень Колдовства: отсутствует] [Способность: Все превращается в одно] [Техники: Кулак Куйню (Высший), Знахарство Пылающего Пламени (Среднее), Искусство Управления воды Линюй (Низшее)] [Запас лет: 29 лет] Данные изменились, но Шэнь Цань не удивился — Треножник лишь отображал его текущее состояние. В шаманизме он всё еще «ощупывал камни, переходя реку». Чтобы составить внятную систему обучения для новичков, ему всё еще катастрофически не хватало жизненной силы. --- Ночь. Глубина горного хребта. Берег водоема, образовавшегося после ухода воды. В каменном гроте среди валунов несколько теней прижались к стенам. Они молча жевали вяленое мясо второго уровня, восстанавливая силы. Из темноты появился Ву Кан и, приникнув к щели между камнями, уставился на воду. Водоем был невелик. По мере того как уровень воды падал, в центре показался огромный спинной плавник высотой в несколько метров, а вокруг белело множество костей. Всмотревшись, Ву Кан скользнул обратно в грот. — Я проверил все углы вокруг, других зверей нет. Поели? Тогда за работу. Нужно ударить, пока эта Чешуйчатая Змея спит. ---------- Одержимость чумным насекомым Солнце стояло высоко в зените. У подножия родовой горы фигуры ростом более двух метров с легкостью ворочали огромные валуны, быстро возводя террасы для полей. Шэнь Цань, как жрец-хранитель, тяжелым физическим трудом не занимался. Да его бы и не пустили: в племени сложилось твердое мнение, что А Цань — парень «нежный», и его дело — разбирать травы вместе с Хо Шанем. То, что его телосложение и талант к боевым искусствам оставляют желать лучшего, стало общим фактом для всех соплеменников. Шэнь Цань вышел из карантинной пещеры и окинул взглядом долину. Работа спорилась: поселение внизу было почти очищено от ила. — А Цань, тебя зовет вождь, — перехватил его один из воинов. Юноша развернулся и направился к пещере Хо Тана. Как глава племени, тот имел отдельное жилище, которое служило и местом для собраний. — Вождь, — войдя, Шэнь Цань первым нарушил тишину. — А Цань, старый Хо Шань говорит, что у тебя талант к знахарству. Что ты уже почти догнал его, — Хо Тан внимательно изучал юношу. После того как парень помог ему с фальшивой изоляцией, вождь понял: А Цань — один из немногих в племени, у кого голова работает в нужном напралении. А таких нужно растить. В Пылающем Пламени полно тех, кто готов лезть на рожон, но думающих — единицы. — Я позвал тебя, чтобы ты подготовил снадобья смягчения крови. Они мне скоро понадобятся. Сделай всё так же скрытно, как с изоляцией, чтобы соплеменники не прознали. Подготовь три порции для второго ранга, они будут нужны мне сегодня за полночь. — Слушаюсь, вождь. Приступлю немедленно. Шэнь Цань не задавал лишних вопросов. --- Ночью в храме предков Шэнь Цань с горящим взглядом смотрел на едва живую дикую рыбу. Срок жизни заканчивался, и вот — подношение! Соплеменники действительно не подкачали. Все прошло гладко: предки получили свою долю, а Шэнь Цань — свою. [Жрец поглотил 232 года жизни Змееголовой рыбы второго ранга] Ритуальный нож вскрыл тушу, три каменных желоба наполнились кровью, после чего мясо и остатки рыбы унесли. Хо Тан, однако, остался. — Старый Хо Шань, чумных насекомых давно не видели у границ, да и больные в изоляции идут на поправку. Как думаешь, мор заканчивается? — вождь решил проконсультироваться с опытным знахарем. Хо Шань задумался. В этом году благодаря новым снадобьям насекомые даже не приближались к жилью, и зараженных было куда меньше. О том, что половина «больных» Шэнь Цаня — притворщики, он, конечно, знал. — Дома внизу расчищены, ил там плодородный, — продолжал Хо Тан. — Если мор прошел, пора выпускать людей на пашню и сбор трав. С едой лучше поспешить. И еще — я пока не буду переносить храм предков вниз. — Решай сам. А Цань теперь жрец, я умываю руки, — проворчал Хо Шань. — А насчет мора... надо свериться с записями предков. — Как вождь скажет, так и сделаю, — вставил Шэнь Цань. Ему было выгодно оставить храм на горе: так гораздо удобнее принимать ночные «жертвы» и поглощать годы жизни. Очевидно, улучшенная техника кулака и новые лекарства пробудили в вожде амбиции. Шэнь Цань не возражал — его дело служить предкам и забирать срок жизни. И это его вполне устраивало. Изучение хроник — а это было всего пять обрывков шкур — показало: самый долгий мор длился три месяца, самый короткий — один. Судя по всему, Пылающее Пламя благополучно миновало пик бедствия. Но для Шэнь Цаня все было не так очевидно: они знали, что у них всё хорошо, но не имели понятия, что творится за пределами их земель. Хо Тан решил действовать осторожно: часть людей спустится пахать, но жить они будут в другом месте, и прием защитных отваров не прекратится. --- В храме снова прозвучали ритуальные слова: «Жертва тучна и обильна, подношение полно и чисто». Нож вонзился в шею очередной твари. [Жрец поглотил 57 лет жизни Мифического быка первого ранга] [запас лет: 1098 лет] Шэнь Цань вышел к выходу из пещеры вдохнуть свежего воздуха. Его запас снова перевалил за тысячу лет. Внизу на террасах уже пробивалась первая зелень. Охотники регулярно приносили добычу. Зверей первого ранга сдавали днем для купания воинов в крови, а зверей второго ранга — глубокой ночью, и их кровь вождь забирал лично. Охотничий отряд тоже разделился на две группы. Шэнь Цань не лез не в свое дело и не спрашивал, куда снова пропал Ву Кан. --- В это время в горах Ву кан и его отряд осторожно продвигались сквозь заросли. Один воин шел впереди, прокладывая путь, другой следовал за ним, посыпая землю сухим пометом свирепого хищника для отпугивания мелких тварей. Ву Кан страховал группу, перемещаясь по флангам. Замыкающий шел в десяти ли позади, собирая помет обратно в мешки по меткам на ветках. Они были в пути двадцать дней, не нашли ни одного зверя второго ранга и зашли очень далеко. — Обходим Племя Несущих Гору, — Ву Кан сверился с картой на шкуре. Земли в радиусе 300 километров были им знакомы. Племя Несущих Гору жило у подножия вершины с огромным валуном на пике. Это племя находилось ближе всех к глубинам хребта. Дальше тоже жили люди, но Пылающее Пламя о них почти ничего не знало — за последние триста лет они редко заходили так глубоко, опасаясь потерь. Ву Кан надеялся найти здесь зверя третьего ранга, пока другие племена сидят в обороне из-за мора. Миновав земли соседей, отряд начал подъем на ту самую гору с валуном. — Странные они, эти Несущие Гору, — прошептал один из воинов, глядя вниз. — Почему костры не горят? Неужели думают, что мор кончился? Ву кан замер. Месяц назад он уже был здесь: тогда над стоянкой соседей клубился дым костров и стоял густой запах трав, а воины были в полной боевой готовности. Сейчас же внизу не было ни намека на дым. — Остановимся здесь, — приказал Вулкан. Когда стемнело, в поселении соседей не зажегся ни один огонь. Это было неестественно. — Спускаемся. Ждите меня у подножия, я пойду проверю, — Ву Кан принял решение. Он осторожно подобрался к границе Племени Несущих Гору. Там, где раньше полыхали защитные костры, теперь была лишь холодная зола. Ву Кан поднялся на западный склон, откуда открывался вид на жилые пещеры. Тишина была зловещей. От этого холода Ву Кан крепче стиснул зубами повязку, пропитанную снадобьями. Резкий запах трав привел его в чувство. Он прождал до рассвета. С первыми лучами солнца он увидел, как из пещер выходят люди. Они двигались странно — их движения были дергаными и жесткими. Никто не разговаривал, никто не приветствовал друг друга. Атмосфера была мертвой. Страшная догадка вспыхнула в его мозгу. Ву Кан похолодел и бросился прочь, едва не скатившись с обрыва. — Ву Кан, что там? — спросили воины, когда он вернулся. — Обезьяна, ты самый быстрый — немедленно назад в племя! Нет, в само поселение не заходи! Зови вождя. Скажи ему... скажи, что в Племени Несущих Гору чумные насекомые... — Насекомые, способные захватывать тела. Воины застыли в ужасе. — Слышал?! — Ву Кан отвесил Обезьяне пинка. — Отдайте ему все остатки защитных отваров. Обезьяна, вымойся в них дочиста, прежде чем приближаться к нашим границам! ---------- Создание талисманов Шэнь Цаня разбудили посреди ночи. В храме стоял Хо Тан. От него за версту разило лекарственным отваром, а лицо было мрачнее тучи. — Чумные насекомые, способные захватывать тела, — глухо произнес вождь. — Всё соседнее племя затихло. Люди там теперь — как ходячие мертвецы. От описания Хо Тана у Шэнь Цаня по коже поползли мурашки. Казалось бы, мор отступил, на полях внизу уже зеленели всходы проса, жизнь возвращалась в русло — и вот новая напасть, еще более жуткая. — Где находится Племя Несущих Гору? Шэнь Цань разложил карту и быстро отыскал их стоянку. Племя Пылающего Пламени занимало южную окраину хребта Великих Гор. Хоть это и считалось окраиной, местность представляла собой бесконечную череду пиков и узких долин. Горы громоздились одна за другой, и никто из местных не знал, на сколько десятков тысяч километров тянется этот хребет. Племя Несущих Гору жило в 150 километрах к северо-востоку, глубже в горах. — В хрониках предков сказано, что некоторые насекомые могут брать под контроль диких зверей, но чтобы людей... о таком я не слышал, — Хо Шань горько усмехнулся. — Должно быть, в глубине гор сдохла какая-то невероятно мощная тварь, раз породила такую заразу. Сто пятьдесят километров — расстояние плевое. Даже если у заразы нет крыльев, рано или поздно она доползет до их границ. — Когда дожди только кончились, Ву Кан проверял соседей — тогда там всё было нормально, — заметил Хо Тан. — Видимо, трупы зверей в лесах никто не убирал, и насекомые появились оттуда. Хо Шань молча перелистывал обрывки шкур с записями предков, надеясь найти решение. Но бедность наследия племени проявилась в самый критический момент. — Подробностей нет, — разочарованно выдохнул старик. — Только пара строк о насекомых, управляющих зверями. — Значит, будем рыть глубокие рвы вокруг поселения, зальем их жиром и подожжем. Сгорят за милую душу, — предложил Хо Шань проверенный охотничий метод. — Сколько у нас осталось трав от мора? — спросил вождь. — Хватит на полгода. Хо Тан облегченно вздохнул. Но Шэнь Цань добавил: — Вождь, если соседи пали, это беда не только нашего племени. Нам нужно объединиться с остальными. Однако Хо Тан лишь покачал головой. Объединение казалось ему невозможным. Даже при возросшей силе он предпочитал глухую оборону. Чтобы вести за собой других, нужна неоспоримая мощь, а без нее союз превратится в грызню. Что же касается помощи от Спящего Вулкана — те, скорее всего, только обрадуются гибели мелких племен. Шэнь Цань не стал спорить. Его задачей было обеспечить выживание соплеменников, а значит — и свое собственное. Потерять Пылающее Пламя сейчас означало стать рабом или жертвенным мясом в другом племени. Чужаков никто не жалеет, их ценность в этих горах ниже, чем у женщин или детей. Пока вождь ушел отдавать приказы, а Хо Шань готовил отвары, Шэнь Цань погрузился в расчет. Теперь он был настоящим Шаманом пусть и непризнанным, и должен был найти способ борьбы с заразой. [Расчет колдовства против мора] [Ты осознаешь, что в исскустве шаманов главное — поймать искру озарения. Ты решаешь смешать знахарство и колдовство: варишь целебные травы, смешиваешь их с кровью зверя, используя знаки Линьюй как каркас.] [Три года ты пытаешься начертить талисман — неудача. Упрямец не сдается.] [Семь лет ты ищешь подходящий материал. Идеально подходит кожа Куйню. Раз за разом ты пытаешься соединить таинственную суть знака с силой трав.] [Наконец, спустя сто лет попыток, один из знаков вспыхивает алым светом при начертании. Запах трав на мгновение становится нестерпимо резким, а затем впитывается в кожу.] [Поздравляю! Ты создал свой первый талисман: «Талисман, отгоняющий мор».] --- В пещере Хо Шань увидел, что Шэнь Цань замер с отсутствующим взглядом, и набросил ему на плечи меховую накидку. Вдруг юноша вздрогнул. Из его рук посыпались травы. Он вскочил и притащил свою чашу для еды и кубок для крови. — А Цань, ты чего? — Наставник, меня озарило! Шэнь Цань насыпал травы в чашу и поставил на огонь. Под недоуменным взглядом Хо Шаня он смешал кипящий отвар с кровью зверя, достал кусок кожи быка и начал писать. Хо Шань не мешал. Он сам когда-то, сорок лет назад, пробовал рисовать талисманы, мечтая оказаться гением. Не вышло. Его талант ограничился лишь скатыванием травяных шариков. Шэнь Цань закончил начертание. От символа на коже пошел тонкий аромат лекарств. — Наставник, посмотрите. Хо Шань пригляделся. Выглядело необычно. — Неужели у тебя дар к начертанию талисмановв? Шэнь Цань протянул ему кисть: — Попробуйте сами. Хо Шань попробовал. Его почерк был похож, но в линиях не было той энергии, что у ученика. Его рисунок пах просто травой и кровью, не более того. — Старею, — вздохнул Хо Шань, откладывая кисть. — Похоже, твой дар в колдовстве куда выше, чем я думал. Я не знаю, что это за знак, но в нем чувствуется сила. — Это предки наставили, — скромно ответил Шэнь Цань. Он нарезал кожу быка на аккуратные лоскуты и принялся один за другим штамповать «Талисманы, отгоняющие мор». Хо Шань не препятствовал, считая это безобидным увлечением — вреда от лишнего куска кожи с запахом трав не будет. В пещере воцарилась тишина, нарушаемая лишь треском масляной лампы. Сделав пять оталисманов, Шэнь Цань почувствовал сильное головокружение. Его ментальные силы были на исходе. — Устал — иди поспи, — заботливо сказал старик. --- Через несколько дней пришли уточняющие новости. Племя Несущих Гору пало окончательно. Ву Кан нашел в их поселении скелеты более десяти крупных зверей. Твари пришли из глубин гор, оставляя за собой шлейф зловония и гниющей плоти. Почему соседи не заметили угрозы вовремя — осталось тайной. Насекомые, сожрав плоть зверей, превратили поселение соседей в инкубатор. Теперь, расплодившись, орда «одержимых» разделилась на несколько групп. И одна из них уверенно двигалась в сторону Пылающего Пламени. ----------