В Готэм-сити было тусклое, но теплое утро, когда Шиллер поставил свою чашку кофе и услышал стук высоких каблуков своей коллеги Анны. Через некоторое время вошла миловидная блондинка с мрачным лицом и сказала:

— Эти проклятые ленивые болваны из отдела помощи первокурсникам взяли отгул. Так что ты мог бы подменить их на день?

Шиллер сказал:

— Уже иду, но кофе за твой счет.

— Ты никогда не пытаешься подцепить меня!

Анна фыркнула, когда Шиллер с довольным видом вышел со своим кофе и посмотрел на никогда не проясняющееся небо Готэм-сити, чтобы начать свой пятый день здесь.

В своей прошлой жизни Шиллер был психологом. После авиакатастрофы его забросили в этот проклятый город. К счастью, он не стал ни героем, ни злодеем, а вместо этого свободным и неторопливым преподаватель университета, по совместительству профессором психологии, как это было на его прежней работе.

Шиллер был рад еще одному шансу сделать запрос. Система в его голове «пикнула» и произнесла:

— Питер Паркер отправил запрос на чат.

Когда Шиллер шел к столу приёма первокурсников, он мысленно произнес:

«Что происходит? Питер?»

— Хэй! Завтра я буду проходить практику в Осборне! Вы даже не представляете, насколько редкой является для меня эта возможность! И Гвен... Я имею в виду, она тоже едет, мы вместе, это потрясающе! Мы сможем поговорить о геномных спиралях, этих удивительных больших машинах вместе...

Шиллер безмолвно произнес в уме:

«Ни одна девушка не захочет обсуждать это с тобой, одумайся, маленький паучок».

С тех пор как Шиллер появился здесь, он приобрел систему чатов «Американские комиксы».

Первым, кого он разблокировал, был Питер Паркер — болтун, который четыре с половиной дня рассказывал ему о том, как ему нравится Гвен и насколько он хочет её добиваться, но слишком боится это сделать.

Подбадривая Питера, Шиллер направился к столу, где он сел, чтобы разобраться со списками поступивших в этом году и подождать, пока новые студенты этого года не отчитаются о прибытие.

Однако, как ни странно, за все дни, что Шиллер провел здесь, он не увидел ни горящих огней призыва летучей мыши, ни тем более злодеев, приходящих, чтобы причинить неприятности. Жизнь была мирной и комфортной, как будто люди действительно не ведали хаоса.

Вскоре один за другим стали приходить студенты с кипами документов, и Шиллеру оставалось только постепенно зарегистрировать их имена и распределить комнаты в общежитии.

— Следующий! — крикнул Шиллер, не поднимая глаз на толпу людей, стоящих в очереди. Перед ним сел парень, Шиллер спросил:

— Имя?

— Брюс Уэйн.

— Брюс... Общежитие для мальчиков, дом 2, комната 306... — записал Шиллер.

Вдруг кончик его ручки остановился. Он спокойно поднял голову вверх и посмотрел. Перед ним стоял красивый парень, с голубыми глазами и черными волосами. Шиллер спросил:

— Уэйн?

— Правильно, Уэйн.

Шиллер повторил:

— Общежитие для мальчиков, дом 2, комната 306. Вы меня плохо услышали? Возьмите бланк и поторопитесь, парни сзади ждут вас.

Настала очередь Брюса быть ошеломлённым. Он взял бланк и спросил: — Вы преподаватель какой кафедры?

— Психологии. Лучше не ходи на мои занятия, парень. — сказал Шиллер.

Брюс был заинтригован им, но Шиллер хотел только ругаться. Бэтмен только начал учиться в университете! Ещё нет никакого Бэтмена!

Почему он пересёк границу именно в этот момент. Во время поступления Бэтмена в университет, ещё и как преподаватель этого проклятого университета!

Он клянётся, что никогда в своей жизни не хотел участвовать в кровавой жизни Готэма. Он просто же хотел быть обычным штатским рабочим и получать деньги от системы! Бэтмен не должен хотеть преследовать меня! Я простой нормальный парень!

Шиллер мысленно кричал. Он довольно хорошо представляет себе уровень опасности в серии историй о Бэтмене и не хотел иметь ничего общего с Брюсом, особенно теперь с этим 18-летним мальчишкой Брюсом! Отвратительным плейбоем!

Поэтому Шиллер предупредил Брюса, чтобы тот никогда не приходил в его класс. Он не хотел однажды услышать знакомый голос Джокера по университетскому радио!

Однако именно это отношение вызвало интерес Брюса. Он же Уэйн! Самый богатый человек в Готэм-сити! Почему этот учитель относится к нему с таким безразличием и даже с некоторым... отвращением?

Брюс замолчал. Он с благодарностью взял бланки и ушел. Шиллер закончил с новыми студентами и уже собирался пойти в свою квартиру, чтобы поспать, как вдруг вспомнил, что оставил ключи в преподавательской. Поднимаясь по лестнице, он столкнулся лицом к лицу с высоким, худым профессором. Шиллер сказал:

— Привет, Джонатан, ты тоже пришел забрать свои вещи?".

— Да, ты снова оставили ключи в офисе?

— О, это верно. Анна торопила меня сегодня, так что я забыл при уходе взять ключи. Я спущусь, как только заберу их. Увидимся завтра.

— До завтра.

За мгновение до того, как Шиллер и Джонатан разминулись, ледяной холодок пробежал по позвоночнику Шиллера. Джонатан... Джонатан Крейн!

Суперзлодей — Пугало!

Стоя спиной к Шиллеру, Джонатан не мог видеть, что Шиллер обернулся и смотрел на него. Если бы он не узнал сегодня, что Бэтмен только что поступил в университет, у него не всплыли воспоминания о Пугале — профессоре психологии Готэмского университета, докторе психологии и химии, в будущем Пугало, который использовал газ страха для убийства, Джонатане Крейне!

Шиллер глубоко вздохнул и продолжил подниматься по лестнице в том же темпе шагов. Шиллер сейчас более знаменит, чем он!

Сейчас Шиллер - мастер мирового класса в области криминальной и психопатической психологии, известный исследователь психологии и самый известный профессор психологии в Готэме.

Так что поведение Джонатана к этому моменту все ещё должно быть довольно хорошим... Какой в этом смысл! Шиллер не знает, как разработать ядовитый газ! Он чистый гуманитарный, а Джонатан имеет докторскую степень по химии!

Взаправду, если вы хорошо знаете математику и химию, то сможете работать где угодно...

Хорошо, в любом случае, для начало надо успокоиться. Шиллер прекрасно знает, что кровавый занавес вот-вот откроется на большой сцене Готэм-сити. Сейчас он всего лишь слабый ученый, слабая курица, которая едва может передвинуть стул, чисто интеллектуальный человек. Здесь нет место для общения с этими знаменитыми суперзлодеями, даже обычный фон комиксов, хулиганы с пистолетом, может убить его!

И его опасения подтвердились. Ранним утром следующего дня Шиллер, который, как обычно, отправился в университетский кабинет психологических консультаций и сварил себе кофе, услышал четкий стук в дверь.

— Профессор Шиллер, могу я войти?

Шиллер глубоко вздохнул. В этот дерьмовой кабинет психологии все еще ходят студенты? Я здесь исключительно для того, чтобы отдыхать, ясно? Понимаете ли вы, что такое оплачиваемый отпуск? Что за ублюдок не имеет чувства приличия...

Брюс Уэйн у двери!

Шиллер чуть не выплюнул свой кофе, испугавшись того, что сейчас произойдет.

Единственное, что мог сделать Шиллер, это стиснуть зубы и сказать:

— Заходите и присаживайтесь, студент. О каких психологических проблемах вы хотите поговорить?

— Разве нельзя просто зайти поболтать, даже если нет проблем?

Уэйн развел руки в стороны, демонстрируя свои плейбойские замашки.

Шиллер поднял очки, сопротивляясь желанию избить этого сукина сына до смерти и стараясь вести себя как можно более убого и неинтересно, чтобы не вызвать интерес главного героя, сказал:

— Это место, куда студенты приходят за психологической консультацией. Если у вас нет проблем, по которым вас нужно консультировать, то вы можете уйти.

Шиллер клялся, что его слова звучали таким скучным и безэмоциональным тоном, что были более перфектными, чем радио в самолете. Однако Брюс с интересом спросил:

— Ну, тогда позвольте мне задать вопрос, в чем, по-вашему, заключается смысл жизни?

Шиллер глубоко вздохнул. Он чувствовал, что не может продолжать в том же духе. Независимо от того, ответит ли он небрежно или серьезно, этот молодой Бэтмен явно не хотел оставлять его в покое. Он должен найти способ развеять его интерес к нему.

Боже, как жаль, что он не главный герой. У него нет ауры бессмертного протагониста. Он не переживёт больше трех серий приключений с Бэтменом!

Он быстро мысленно открыл систему чатов «Американские комиксы».

Шиллер вспомнил, что у него осталась одна попытка сделать запрос на чат, которую ему дали за советы Питеру Паркеру в отношениях. Сделав запрос, он мысленно написал:

— Как мне ответить ребенку, поклявшегося отомстить всем преступникам за его убитых ими родителей, притворяющегося плебоем? Сейчас он спрашивает меня, в чем смысл жизни. Единственное, чего я хочу — это, чтобы он оставил меня в покое. Срочно нужен ответ!

Вскоре появился ответ:

— Я учитель. В ответ на этот ваш вопрос я думаю, что вам следует сохранять полное терпение и дать этому несчастному ребенку психологическую консультацию...

Шиллер мысленно причитал: «Святой господь! Какое терпение! Это Бэтмен! Следует ли мне просто сказать:

— Возьми себя в руки?!»

Шиллер посмотрел на имя в название диалогового окна, и всё стало понятно, Чарльз Ксавьер, профессор Икс!

Неудивительно, основатель и директор Академии Икс в своём репертуаре.

Однако Шиллер обратил внимание на аватар Чарльза и заметил, что он кликабельным. Он мысленно кликнул на аватар Чарльза, после чего появилось диалоговое окно: «При первом общении в чате можно случайным образом скопировать одну способность (низкого уровня) человека, с которым вы общаетесь. Скопировать ли вы ее?»

Не особо думая, Шиллер нажал «Да».

«Телепатия (низкий уровень) загружена».

Первое, что вам нужно сделать, это хорошо понять, что за этим последует.

Телепатия была мастерством Чарльза, а с усилителем мозговых волн он мог даже промыть мозги всей человеческой расе. Однако Шиллер приобрел лишь крайне ослабленную версию. Он мог лишь смутно ощущать эмоции другого человека и некоторые внезапные мысли, промелькнувшие в его голове. Он не мог напрямую и чётко читать мысли.

Однако этого было достаточно. Шиллер сосредоточился на Брюсе, заметив, что сейчас он представляет собой нагромождение эмоций. Однозначно, он не так циничен, как кажется.

Согласно истории его жизни, Бэтмен только что вернулся из кругосветного путешествия и поступил в университет под видом Брюса. Настоящий же Бэтмен уже настолько ненавидел эту скучную повседневную жизнь, что каждая капля его крови кричала «месть», «месть этим преступникам!»

Брюс увидел, что профессор, сидевший напротив него, внезапно погрузился раздумье. У Шиллера были немного необычные серые глаза, и когда Брюс попадал в них, обостренное чутье начинало звенеть — ему казалось, что за ним шпионят, видят насквозь.

Затем Шиллер сказал:

— Возможно, вы ждёте, что кто-то даст вам этот ответ, утвердительный ответ. Если вы пообещаете меня не беспокоить после получения ответа, то я готов дать вам этот ответ.

— О? Каков ответ?"

— Месть, — сказал Шиллер, глядя в глаза Брюса. Он повторил это снова, когда мрачное лицо Брюса уставилось на него:

— Смысл жизни — месть.

Не обращая внимания на и без того мрачное лицо Брюса, похожее на готэмское небо, Шиллер сказал:

— Вы довольны? Мистер Уэйн?

Если бы Шиллер попросили составить психологический портрет Бэтмена из комиксов, его главной чертой характера была бы не осторожность, ум или планирование, а подозрительность.

Бэтмен никогда никому полностью не доверяет.

Его скептицизм обрел собственную жизнь. Скептицизм и теории заговора выгравированы в его костях, и как бы он ни был умен, он настолько же подозрителен, насколько это возможно.

Ответ Шиллера явно поверг молодого Бэтмена в глубокое недоверие.

Брюс никогда не думал, что кто-то сможет увидеть его насквозь. Он был очень уверен в своей маскировке, даже его старый дворецкий Альфред, который воспитывал его с детства, по его мнению, понимал только часть его, но никогда не полностью.

Однако этот профессор, этот совершенно обычный на вид, хорошо воспитанный профессор психологии, дал ему самый маловероятный ответ, и в то же время самый точный и близкий.

Получив этот ответ, всплеск огня внутри Брюса подсказал ему. Он действительно ждал, что кто-то даст ему этот ответ — пришло время начать мстить.

Брюс не верил, никогда не верил, что кто-то может увидеть демонов, таящихся в его сердце, эту теневую кучку летучих мышей, основываясь только на психологии.

Не дав Брюсу высказаться, Шиллер сказал:

— Время консультации истекло. Я ухожу на обед. До свидания, мистер Уэйн.

Шиллер был уверен, что Брюс долго не продержится.

Если он правильно догадался, Брюс очень сильно желает отправиться в качестве Бэтмена на улицы и начать вершить правосудие, а не сидеть здесь на уроках. При каких-таких условиях Брюс захочет посещать занятия? Зачем ему иметь дело с этой группой преданных своему делу преподавателей?

Шиллер подумал, что, скорее всего, так всё и будет. Банды и преступные синдикаты станут для него достаточной головной болью. Так что Шиллер сможет со спокойной душой остаться в школе и отдыхать, получая зарплату, а на каникулах улетать на Гавайи.

Университет имеет хорошую репутацию благодаря известности его достижений. Жаль, но это все из резюме первоначального владельца тела, а нынешний Шиллер придерживается принципа «делай только то, за что тебе заплатят». Так что он начинает говорить, как только заходит в класс, и исчезает, как только звенит звонок. После занятия остались вопросы? Меня нет.

Хорошо то, что оригинальный Шиллер был довольно самовлюбленным человеком и не имел много друзей. Он работал профессором в Готэмском университете всего несколько месяцев и близко не был ни с кем знаком. Так что пересёкший границу Шиллер остался не раскрытым.

Во время обеда Питер отправил сообщение: «Мистер Шиллер, все ужасно».

Увидев настроенный аватар чата Шиллер понял, что способ чат-системы не является «мозг-мозг». Только с его сторона видна эта система, в то время как Питер случайно встретил его в социальных сетях и пишет через неё. А для Чарльза — это сообщением, которое он получил в свободное время, просматривая образовательные форумы.

Система создаст чат с этими персонажами, преобразуя его в форму, которую они могут принять. Например, Питер — через социальные сети, а Чарльз — через форум, с различными знаниями. Если бы это был Танос, то это мог бы быть какой-то космический сигнал или что-то в этом роде.

Таким образом, другая сторона не будет чувствовать себя ни так, как надо. Система гарантирует то, что они ответят на первое сообщение Шиллера, а дальше всё зависит от самого Шиллера. Так что главный чат Шиллера сейчас — это чат с молодым и невежественным паучком.

Старые лисы, такие как Чарльз, были не тем, с кем Шиллер мог в данный момент уверенно проверить чат-систему.

Шиллер ответил: «В чем дело? Питер? С Гвен не все гладко?»

«О, да, в отношениях с Гвен не всё в порядке, но сейчас проблема не в этом».

«Что тогда случилось? Ты провалил свой эксперимент?»

«Это верно. Я опрокинул опасное на вид экспериментальное устройство, и одно из... опасных существ внутри выбежало. Оно укусило меня».

Шиллер знал, что судьба Человека-паука была частично изменена благодаря разговору с ним. Однако пообщавшись с Питером он понял, что это Человек-паук с Земли-616.

Первоначально предполагалось, что его, ученика средней школы, укусят во время похода на выставку, но поскольку Питер влюбился в Гвен, он постоянно говорил Шиллеру о том, как очаровательна и мила его одноклассница Гвен. Шиллера так раздражал маленький болтун, что он подал ему идеи о том, как завоевать Гвен.

Гвен из хорошей семьи и летом проходит стажировку в Озкорп. Для Питера это ничего не значило, но Шиллер предложил ему проявить дерзость и подать заявку туда же на стажировку. Питер молодец, заявку приняли. Однако оказалось, что его укусил не паук на выставке, а непосредственно из экспериментального устройства...

Человек-паук был выбран великим Ткачом — паукоподобным тотемическим божеством. Поэтому он должен был быть укушен либо сегодня, либо завтра, независимо от места.

В Готэме была глубокая густая ночь, идеальная для сна. Брюс не спал. Он смотрел на луну, почти потерявшую очертания в тумане, со стопкой папок в руках, первая страница которой имела название — Шиллер Андел Родригес.

Не ведая, что его досье проверяет Бэтмен, Шиллер глубоко спал. Во время сна зазвучал сигнал тревоги от системы, но он так крепко спал, что не смог увидеть пронесшийся голубой свет...

Сигналы тревоги системы звучали все чаще, но Шиллер по-прежнему не просыпался. Казалось, что-то сдерживало систему. Наконец, после ещё одного сигнала фигура Шиллера исчезла.

«Активирована система аварийной защиты, поиск вселенной... поиск вселенной... вселенная найдена, запись информации о пользователе... запись в процессе... запись не удалась... запись в процессе... запись успешно создана».

Проснувшись, Шиллер потер глаза и тут же вздрогнул от солнечного света: «Чёрт, неужели в Готэм-сити, наконец-то, наступил солнечный денёк?»

За раздвинутыми шторами была видна солнечная погода... Нью-Йорка.

Совсем непохожая на дерьмовую, поганую погоду Готэма. Нью-Йорк был ясным и солнечным. Шиллер, выглянув в окно, понял, что находится в шикарной квартире в центре Нью-Йорка. Обернувшись, он увидел беспорядочную кучу вещей на своем столе и бутылки вина, под которыми была приколота рабочий бейдж.

«Шиллер, психиатр Нью-Йоркской Пресвитерианской больницы»

«Лечащий врач? Я снова пересёк границу? Черт». — подумал Шиллер. Прежде чем он успел полностью осознать ситуацию и выругаться на неё, зазвонил его мобильный телефон. Он поднял трубку, и человек на другом конце громко сказал:

— Доктор Шиллер! Где тебя носит! Ты не можешь пропустить совещание сегодня! Ты не можешь быть опять пьян! Приезжай сюда сейчас же!

Уши Шиллера заболели от крика, но когда он подумал, что теперь его должность врач, и, что в такой экстренной ситуации может быть пациент, он должен был делать свою работу, даже находясь здесь.

Он нашел в гараже внизу новый «Мерседес», той же модели, что и ключи. Нажав кнопку открытия, машина пиликнула.

К счастью, Шиллер в прошлой жизни приезжал в Нью-Йорк по академическому обмену. Так что он с помощью системы навигации в автомобиле быстро добрался до Пресвитерианской больницы — номер один в Нью-Йорке.

Как только он вошел, к нему подлетела девушка за стойкой регистрации и сказала: — Доктор Шиллер, скорее идите туда, совещание только что началось.

Не зная, каким характером должен обладать его нынешний персонаж, Шиллер просто равнодушно кивнул и поднялся.

К счастью, кто-то подсказал дорогу, и Шиллер добрался до конференц-зала. Как только он пришел, в зале наступила минута молчания. Затем обсуждение продолжилось, пока Шиллер сидел на специально отведенном для него месте, не двигаясь, только наблюдая.

Кажется, он довольно известный врач, не последний человек в своей профессии. Сидящие напротив него люди явно не занимаются психиатрией. Выглядя снисходительно, один из них говорил:

— Действительно, имеет смысл сначала дать осмотреться той группе экспертов, которые притворяются богами, чтобы он снова не притворился сумасшедшим и не попытался наложить руки на медсестер за операционным столом.

Шиллер взглянул на табличку с именем: Стивен, Стивен Стрэндж, Доктор Стрэндж. Что ж, он в Марвел.

Шиллер не стал обращать на него много внимания. Если посмотреть на нынешнюю внешность Стрэнджа, то можно понять, что ему ещё далеко до автокатастрофы. Сейчас он просто крайне эгоистичная заноза в заднице, нелицеприятный человек.

Стрэндж немного помешан на чистоте и ему не нравится непрофессиональное отношение к работе. Он придерживается мнения, что все психиатры — притворщики.

Во время совещания он постоянно приставал к Шиллеру, который игнорировал его, а в конце Стрэндж намеренно столкнулся с ним.

Шиллера он раздражал, но он решил, что в конце концов ему скоро будет преподан урок. Возможно, пройдет всего несколько лет, прежде чем он попадет в беду. Если бы он не был таким несносным, Шиллер, вероятно, напомнил бы ему об этом. Однако Стрэнджу лучше пройти через жизненное препятствие самостоятельно.

Сразу после консультации Шиллер включил телефон и получил звонок. Он услышал очень приятный, но несколько взволнованного женского голоса, который спросил:

— Доктор Шиллер, ваше совещание закончилось? Пожалуйста, не могли бы вы сейчас заехать к Старку домой? Тони, ему нездоровится...

Тони Старк?

Какое сейчас время? Был ли Железный человек похищен? Или он уже вернулся?

Шиллер даже не потрудился поискать информацию в интернете, так как машина Старка была припаркована внизу около больницы. Ему пришлось поспешно сесть в машину. На пассажирском сиденье сидела милая леди, выглядевшая немного по-деловому. Она сказала:

— С тех пор, как Тони вернулся, ну, вы знаете. После последнего диагноза он начал закатывать истерики и делать все эти безумные вещи без причины. Я слышала, как он плакал прошлой ночью...

— Мисс Пеппер? Вы в порядке? — Шиллер неуверенно спросил.

Пеппер прикрыла глаза и сказала:

— Извините. Пожалуйста, будьте внимательны при общении.

Шиллер понял: «Это будет Железный человек, вернувшийся после похищения, узнавший, что оружие его компании используется в несправедливой войне. Предположительно, он — тот самый психиатр, которого Пеппер вызывала во время душевных терзаний Старка, когда слишком волновалась.

Шиллер встретил Старка, находившегося на грани потери рассудка. Его психическое состояние было беспорядочным. Шиллер понимал, от чтения поверхностных мыслей через телепатию у него быстро разболеться голова.

Шиллер глубоко вздохнул и вошел. Старк одарил Шиллера пустым взглядом.

Он выглядел изможденным, но не жалким. Это было следствием отчаянных попыток сохранить лицо, хотя Шиллер чувствовал, что он на грани срыва. Он просто не хотел показывать это перед Пеппером.

Шиллер покашлял. Пеппер бросила на Старка обеспокоенный взгляд и отвернулась. Шиллер сел напротив Старка и сказал:

— Мистер Старк, могу я задать вам несколько вопрос?

— Что ты хочешь спросить? Притвориться богом и поговорить со мной о философии? Или говорить о психологических теориях, которые не принесут ни малейшей пользы?

— Кхм, ни то, ни другое. Я хотел спросить, какова моя почасовая ставка?

Старк, явно ошеломленный вопросом, сказал с нескрываемым удивлением:

— Что ты сказал?

— Я сказал, что хочу знать, сколько я получаю за консультации. Я был пьян, когда мы с мисс Пеппер обсуждали цену. Так что проснувшись, я забыл обо всём, — сказал Шиллер.

Старк, который к этому моменту потерял дар речи, махнул рукой и сказал:

— Тебе не следовало выбирать абстрактную тему, которые вы, психологи, любите... типа, смысл жизни, почему вам грустно, и тому подобное...

— Да, это следующий шаг, после официального начала консультаций, но сначала мне нужно убедиться, что вы сможете оплатить мои консультации.

Глаза Старка расширились от шока, и он произнес:

— О чем ты говоришь?! Ты хоть знаешь, кто я! Господи Иисусе, ты что, неандерталец? Разве ты меня не знаешь? Разве ты не понимаешь, что это дом Старка?"

— Да, я знаю, что вы богаты, мистер Старк. Но сколько у вас денег и сколько вы готовы отдать — это две разные вещи.

— Сколько ты хочешь?

— Миллион долларов в час. Цена не подлежит обсуждению.

— Держите меня! Что за шутки! Безумный доктор! Ты с ума сошел?! Миллион долларов! На эти деньги я мог бы поиметь дюжину красавиц на яхте...

— Я только что слышал, от стоящего передо мной человека, что он богат.

Слова Шиллера буквально лишили Старка дара речи. Старк сказал:

— Ты послан Пеппер, чтобы наебать меня? Просто прекрасно! Иди и скажи ей! Она добилась своего! Я объяснил, что последняя вечеринка, которую я устроил, была только для того, чтобы попрощаться с бывшими подругами, а не для чего-то большего. Так почему же она мне не верит!

Шиллер ответил:

— Дюжина красивых девушек на яхте не улучшает самочувствие, сэр. Особенно когда вы чувствуете, что умираете.

Преувеличенные движения тела Старка прекратились. Он на мгновение застыл и посмотрел на Шиллера подозрительным взглядом.

Спокойно сидя, Шиллер сказал:

— Вы боитесь умереть прямо сейчас. Но, возможно, больше всего вас пугает не смерть, а отсутствие возможности исправить свою ошибку...

— Чёрт. Кто ты? Кто ты, чёрт возьми, такой?

Эмоции Старка начали подниматься, когда он сказал:

— Пеппер тебе что-то сказала... Нет, она тоже не знает, ты...

Старк уставился прямо на Шиллера и сказал:

— Не играй со мной в эти признанные штучки. Я не верю, что в мире существует чертово чтение мыслей.

— В мире нет способности чтения мыслей, есть только психология, — сказал Шиллер.

Он встал и сказал Старку:

— Вы можете продолжать быть небрежным, но моя консультация в любом случае стоит миллион долларов в час. Я смогу купить новую машину, если мы еще немного потянем время.

У Старка разболелась голова от его слов, которые иногда были серьезными, а иногда бессмысленными. Он сказал:

— Как ты можешь судить меня? Этой нелепой психологией?

— Это не имеет значения. Важно то, что единственный совет, который я могу вам дать, заключается в том, что лучше всего сначала решить вопрос о смерти. Конечно, вы можете не слушать меня, подумав, что я говорю ненужные вещи.

— Но способ решить вашу проблему заключается в том...

Шиллер сделал паузу. Старк уставился на него расширенными глазами, когда Шиллер сказал:

— Пятидесятипроцентный аванс вперед, и мы приступим к лечению.

Старка глубоко задышал. Гневно смеясь над Шиллером, он взял телефон и позвонил Пеппер со словами:

— Милая моя, где ты нашла этого врача-кровасоса?.. Да, он предложил мне миллион долларов в час за консультацию...

Шиллер сразу же отобрал трубку и сказал:

— Мисс Пеппер, эквивалентом миллиона долларов для мистера Старка является яхта красавиц...

Затем он положил трубку, потряс телефон и сказал:

— Пять минут до расчёта.

Старк все еще смотрел на него.

Старк сцепил руки и сказал:

— Продолжай, я хочу посмотреть, что ещё ты скажешь.

— Чего вы избегаете?

— Что? Чего я избегаю? От чего я убегал?"

— Вам лучше спросить себя, там скрыт ответ. Я не имею в виду опасный для жизни звонок от мисс Пеппер или кокетливое сообщение от бывшей подружки, я имею в виду именно это...

Шиллер откинулся на спинку стула. Приподняв очки, он сказал:

— Я никогда не видел такого редкого случая. Он уникален, очень редок...

Старк задрожал и сказал:

— Эй, я не люблю мужчин, держись от меня подальше.

— Ты не так смешон, как кажешься. Я знаю человека, очень похожего на тебя. Он маскируется под плейбоя, как дурак, который просто живет и никогда не думает о завтрашнем дне.

— Но он был умным, слишком умным для своего собственного блага. Поэтому он продолжал ждать, что кто-то даст ему ответ, и этот ответ исходит из... его прошлого.

Старк посмотрел на Шиллера, который посмотрел на него в ответ. Старк прошептал:

— Я дам тебе два миллиона долларов, чтобы ты убрался отсюда. Я скажу Пеппер, что твое лечение работает, и я...

— Если я не ошибаюсь, мисс Пеппер всё слышит, — сказал Шиллер.

Старк замолчал, и Шиллер продолжил говорить:

— Два миллиона долларов, и я скажу вам способ, который действительно работает.

— По рукам.

— В том прошлом, которого вы больше всего избегаете, есть все ответы, которые вам нужны. Я видел это в новостях, основатель «Старк Индастриз», ваш отец...

— Достаточно! — сказал Старк

Он отвернулся. Шиллер не мог видеть его выражения лица. Голос Старка слегка дрожал, когда он произнес:

— Пеппер передаст тебе плату за консультацию. Так что убирайся отсюда.

— Это даст вам вторую жизнь, да благословит вас Господь.

— Убирайся отсюда!!!

После ухода Шиллера Старк разбил стакан об стол, а в офисе Щ.И.Т.а Ник Фьюри нажал на гарнитуру и сказал:

— Немедленно займитесь психиатром по имени Шиллер. Мне нужно все на него немедленно.

Шиллер ушел, и на счет быстро поступила крупная сумма денег. Он радостно подумал, что, хотя со Старком сейчас трудно иметь дело, но он все еще готов помочь этому большому псу решить его проблемы.

А вскоре произошел еще один сюрприз — Шиллер обнаружил, что может скопировать способность Человека-паука.

Оказалось, что это не глюк системы, в которой раньше не было этой функции, а скорее то, что Питер еще не был укушен. Теперь, когда его паучьи способности проявились, Шиллер, естественно, может их скопировать.

Шиллер нажал кнопку копирования, и он получил «Паучье чутье (низкий уровень)», По сравнению с кратковременным воздействием телепатии, на этот раз это казалось ничем не примечательным. Шиллер почувствовал, что его пять чувств немного улучшились, то есть он мог видеть дальше и слышать яснее.

Он пожалел, было бы неплохо обладать физической силой Человека-паука, но это все равно была бы ослабленная версия. Он догадывался, что это лишь немного улучшило бы его атлетические способности, далеко не дотягивающие до неба и земли.

Человек-паук тоже не начинал с такой силы, его паучьи способности развивались постепенно. Пока что кажется, что они должны лишь немного выходить за рамки нормы, не слишком преувеличиваемые.

Но поскольку началась сюжетная линия о Человеке-пауке, что-то должно было произойти и с дядей Питера. Подумав об этом, Шиллер отправил Питеру сообщение:

«Как дела? Ты хочешь приехать в больницу? Я врач и могу направить тебя к надежному врачу-травматологу».

Ответ Петра пришел быстро. Он написал:

«Вот это да! Как здорово, что вы врач. В какой больнице вы работаете? Какой вы врач? Это хирург-ортопед? Хотя я не думаю, что мне нужен хирург. У меня все отлично. Я думаю, что Гвен скоро согласится на отношения под моими ухаживаниями».

Шиллер написал:

«Я советую тебе прийти и провериться, укусы насекомых - это не шутка. Так уж получилось, что мы тоже сможем встретиться».

Питер колебался. В конце концов, встречаться с пользователями сети в такое время — не очень хорошая идея. Он только что получил свои паучьи способности и был так взволнован, что не хотел делать ничего другого. Шиллер напечатал:

«Я думаю, ты можешь взять мисс Гвен с собой. Я работаю в Пресвитерианской больнице и могу организовать вам полный медицинский осмотр за бесплатно. После этого вы сможете пойти в кафе неподалеку».

Питер был тронут, поскольку, во-первых, его семья была не в том положении, чтобы проходить какие-либо медицинские обследования, и, во-вторых, нет такого жителя Нью-Йорка, который не слышал бы о Пресвитерианской больнице. Он ответил:

«Спасибо, но я хочу взять с собой своих тетю и дядю, они уже старые, конечно, если это не чересчур. Если вы против, то забудьте, что я говорил».

Шиллер подумал, что это может быть лучше, и ответил:

«Хорошо, я помогу тебе записаться на прием на эти выходные. Ты также можешь позвонить мисс Гвен и ее семье. У меня есть много мест для записи на прием».

Питер радостно пошел звонить Гвен. Гвен всегда помогала ему, всегда приносила ему закуски и йогурт, потому что его семья была не очень обеспеченной. Питер всегда чувствовал себя виноватым, потому что не мог ничем помочь в ответ Гвен.

В Пресвитерианскую больницу было не так-то просто попасть. Даже если отец Гвен является комиссаром Департамента полиции Нью-Йорка, если он захочет записаться на прием для всестороннего медицинского обследования, ему придется долго стоять в очереди, или он вообще не сможет записаться на прием.

Питер чувствовал, что в последнее время у него все складывалось очень удачно: сначала с его способностями, а затем с другом, с которым он познакомился в Интернете. Оказалось, он лечащий врач в крупной больнице. Так что теперь его тетя и дядя не будут думать, что он тратит время в пустую на общение в Интернете.

Шиллер проснулся от толчка. Ему даже не нужно было переворачиваться, чтобы понять, что он вернулся в цивилизованный Готэм-сити. Запах парафина в воздухе и никогда не проясняющееся небо за окном подсказали ему, что он, черт возьми, снова пересёк границу.

А время встало.

Он выключил будильник и посмотрел на календарь. Сегодня был день после той ночи, когда он перешел в Марвел. Это означало, что время в мире ДС не течёт, когда он переходит в Марвел.

Шиллер вздохнул, на мгновение задумавшись, что опаснее — Готэм-сити с его простыми людьми или Нью-Йорк, центр вселенной.

Честно говоря, хотя Нью-Йорк был более приятным городом, Готэм всегда будет для него домом. По крайней мере, он еще не вошел в главу открытия вселенной.

Шиллер перевернулся и оделся. Готэмский университет требовал от своих профессоров носить на занятиях официальную одежду, поэтому Шиллер проводил дни в рубашке и жилете, иногда меняя костюм или надевая куртку-ветровку.

Температура в Готэме в сентябре была не слишком плохой, не слишком холодной, вероятно, потому что это был прибрежный город, и бриз в городе был довольно теплым.

Как только Шиллер вышел на улицу, он увидел того, кого совсем не хотел видеть — Брюса Уэйна.

Шиллер повернул голову и направился обратно.

Брюс поспешил догнать его и крикнул:

— Профессор! Профессор! У меня есть несколько вопросов о психологии, которые я хочу задать вам! Вы можете подождать меня?

Шиллер выругался. Вокруг комнаты профессора было много учителей, и Шиллер не мог просто отказать, поэтому ему пришлось сказать:

—Хорошо, хорошо, я не глухой, мистер Уэйн. Пойдёмте в консультационную комнату и поговорим.

Они прошли в комнату для консультаций, и вместо того, чтобы сесть, Брюс взял на себя обязанность приготовить кофе, который он подал горячим и поставил перед Шиллером.

Он сказал:

— Шиллер Андел Родригес, всемирно известный криминальный психолог с четырьмя докторскими степенями по психологии. Участвовал в расследовании и раскрытии знаменитой резни Кровавого Человека в Крепость-Сити, серийных убийств Красной Перчатки в Империал-Сити, подземного расщепления тел в Приморском Сити, и, что самое главное, ушел четыре месяца назад в разгар процесса выбора заместителя мэра Метрополиса. Принял предложение Готэмского университета о работе...

— Профессор Шиллер, не могли бы вы рассказать мне, что привело вас в Готэм?

Шиллера прошиб пот.

«Боже правый, это резюме первоначального владельца можно отправлять в психологическую больницу Аркхема! Даже Джокер не может сделать то, что делал ты! Ты был замешаны не в одном из этих ужасно звучащих дел! Ты участвовал в этих чередах событий! Брюс все еще не будет насторожен? Ложь!»

Шиллер внутренне выругался, но сохранил внешнее выражение лица. Сделав глоток кофе, он произнес:

— Готэм — отличное место.

— Неужели? Город с самым высоким уровнем преступности в стране?

— Это не имеет значения.

— О?

— В Метрополисе нет высокого уровня преступности, но... Парень, присядь, вы ведь думаете, что Метрополис безопаснее Готэма?

— Разве не так?

—По крайней мере, не для меня, — сказал Шиллер.

Шиллер пришел сюда, чтобы унаследовать знания и способности оригинального мастера. Но воспоминания, среди них не хватает нужных. Он подозревал, что оригинальный мастер потерял некоторые из своих важных воспоминаний, прежде чем он пересёк границу. По крайней мере, сейчас Шиллер не мог вспомнить ни одной детали о тех ужасных случаях. Казалось, были какие-то смутные тени, но никаких чётких воспоминаний нет.

Шиллер был уверен, первоначальный владелец тела, должно быть, был замешан в невыразимо сложном деле и на него было совершено покушение.

Шиллер сказал:

— Безопасность, которую вы видите, — это только поверхность, мистер Уэйн. За ней, за блеском и гламуром Метрополиса, скрывается тьма, которую вы, боюсь, не можете себе представить.

— Тогда зачем приезжать в Готэм-сити?

— Я думаю, вы уже проверили мое резюме, но оно все еще недостаточно подробное. Я обидел слишком много людей, и это единственное безопасное место.

— Почему?

— Единственные люди, которые могут иметь дело с преступниками — это преступники, — сказал Шиллер.

Брюс Уэйн, казалось, был потрясен этим заявлением и произнес:

— Единственные, кто может иметь дело с преступниками — это преступники, не так ли? Вы так думаете, профессор?

— Брюс, давай сменим тему, — ответил Шиллер.

Брюс посмотрел на него. Его глаза были такими же мрачными, как готэмское небо. Шиллер понял, что имеет дело не с циничным плейбоем Брюсом, а с Бэтменом, одним из самых сложных супергероев в истории. Темным героем, гением, который был непостижимо параноидален и находился на волосок от безумия.

— Если вы хотите от меня большего, вам придется заплатить цену, — сказал Шиллер.

— Чего вы хотите? — спросил Брюс.

— То, чего я хочу, вы не можете дать прямо сейчас. Вы должна знать, что я имею в виду, — сказал Шиллер.

— Я смогу дать это позже, не так ли?

— Определенно сможешь.

Брюс прищурился, чтобы никто не мог сказать, о чем он думает. Он сказал:

— Профессор Шиллер, мне жаль говорить, но в вашем кофе есть кое-что из моих самодельных приспособлений, нановирус...

— Брюс, ложь не поможет вам продвинуться дальше со мной. Парень, это не тот трюк, который используют, чтобы выпросить конфету, сказал Шиллер.

— Похоже, сегодня мне суждено прийти снова, — произнес Брюс.

— Это не обязательно так, — сказал Шиллер.

— Я надеюсь, что вы сможете поставить мне достаточно хорошую оценку на последнем тесте. Брюс, докажи, что у вас есть сердце, чтобы хотеть научиться этому мастерству. Затем вернитесь ко мне, — сказал Шиллер.

— Я не собираюсь тратить здесь больше времени, чем нужно, — произнес Брюс.

— Вы далеко не учитель Брюс. Вы все еще ученик, — сказал Шиллер.

— Я получил все знания и навыки в мире, сотни боевых навыков, навыки детектива, взлома замков, защиты от обнаружения...

— Все кроме Готэма, Готэм вы еще не изучили, — сказал Шиллер.

Брюс замолчал. Шиллер видел, что Брюс еще не был тем темным героем Бэтменом. Действительно, идея мести и восстановления справедливости всегда была в его сознании, более темная сторона. Однако он еще не понимал, чем на самом деле является Готэм, этот ад человечества.

Брюс хочет использовать всю доступную ему силу, например, профессор Шиллер.

Бэтмен — герой почти без слабостей, чрезвычайно мудрый, почти демонически осторожный и дотошный, бог в смертном теле. Однако только если он сначала наденет этот костюм, станет полноценным Темным Рыцарем, наводящим страх в ночи, возьмет Готэм и все зло здесь в свой карман, и будет готов встретиться и сразиться со всем поганым пластом человечества. А прямо сейчас? Брюс еще не был Бэтменом, у него было много слабостей.

Шиллер был рад такой неожиданности. Если бы он столкнулся с Темным Рыцарем непосредственно в тенях Готэма, возможно, ни одна из его тактик не сработала бы, потому что Бэтмен не был Суперменом. Он не был героем справедливости. Он был законным злодеем на свободе.

После ухода силуэт Брюса еще долго была видна перед окном. Возможно, Бэтмен скоро появится, Брюс не может больше ждать.

На следующий день Шиллер, как обычно, отправился на занятия. Первый урок был для первокурсников. К сожалению, его попытка помешать Брюсу взять уроки психологии не сработала. Молодому Бэтмену просто необходимо было появиться в спокойной жизни Шиллера, чтобы напомнить ему о мутной воде, в которую она вот-вот превратится.

Странно, но Шиллер замечает, что Брюс хромает, как будто повредил правую ногу. Однако он все равно пришел на занятия.

Он миллиардер, представитель старой семьи Уэйнов, желтый флаг Готэм-сити, так что его не мог избить бандит, да?

После занятий Шиллер отклонил очевидный намек Брюса «давай поговорим» и быстро собрал свои книги и учебные материалы, прежде чем уйти с потоком студентов. Ему нужно было подготовиться к ночи.

Если Готэм был адом, то ночной Готэм напугал бы даже Сатану. Город преступности никогда не останавливается на достигнутом. Шиллер покинул безопасный университет и вошел внутрь Готэма.

Он следовал за Джонатаном — Пугалом.

Джонатан — не совсем обычный человек, он совершает убийства с восемнадцати лет. Поэтому, хотя он еще не стал пугалом, он уже начал эксперименты с газом страха.

Шиллер здесь не для того, чтобы вершить правосудие, остановить его. Он собирается получить газ страха и использовать его для самосохранения.

В этом опасном городе хитроумная лаборатория химика уже считалась самым безопасным местом для кражи. По крайней мере для Джонатана, который, как и Шиллер, был гражданским, а не бандитом с большой буквы. Он не умел пользоваться боевым или огнестрельным оружием, только головой.

Этой ночью в Готэме снова шел дождь. Ночь была черной как чернила. Дождь сильно пах парафином. И как бы тепло здесь ни было, холодный сентябрьский дождь все равно леденил. Шиллер, в длинном плаще и с черным зонтом, пересекая узкую улицу, постепенно пробирался к месту, где Джонатан спрятал газ. Под заброшенной церковью в одном из кварталов, и, дождавшись, пока Джонатан уйдет, Шиллер мог бы зайти и взять газ страха.

Внезапно сердце Шиллера учащенно забилось. Перед его глазами промелькнул образ того, как его бьет неизвестное скрытое оружие, он мгновенно развернулся и раскрыл зонт.

Два скрытых оружия не попали в его зонт и упали на землю. Паучье чутьё спасло Шиллеру жизнь.

Шиллер медленно опустил зонт, его лицо уже не было таким небрежным, как днем. Он чуть не умер.

К сожалению, тот, на кого только что могла обрушиться смерть, вряд ли будет выглядеть хорошо. В конце переулка Брюс в своем бэткостюме увидел, как его точно наведенные, быстро летящие дротики, были мгновенно заблокированы зонтиком. Загадочного человека, среагировали так, словно он предвидел атаку заранее.

Черный зонтик под дождем опустился. Открылось лицо, которое Брюс очень хорошо знал, это был его университетский профессор, Шиллер.

Это действительно был он, но, опять же, это не было похоже на него, у Шиллера была совершенно другая аура, иная чем днем. В данный момент Шиллер больше походил на человека, которого Брюс видел в резюме, — сумасшедшего, одержимого криминальной психологией.

Шиллер глубоко вздохнул и сказал:

— Вы должны знать, что бы произошло, если бы я не заблокировал это.

— Дротик остановился бы, когда был бы в тридцати сантиметрах от вас. — ответил Бэтмен.

Голос Брюса также полностью отличался от дневного. Шиллер знал, что он использовал устройство для изменения голоса.

На данный момент Бэтмен был еще далек от того, чтобы быть хорошим бойцом. Его бэткостюм был недоработан, у него не было ни плаща, ни пояса, а бэт-дротики, похоже, не очень хорошо работали. Было коту понятно, что начинающему Бэтмену следовало бы предпринять некоторые обходные пути, в конце концов, вся эта история с правосудием началась в Готэме. Это было прямо-таки адским испытанием для новичка.

Шиллер сказал:

— Я должен предупредить вас, мистер Летучая мышь, что в отличие от богатых кварталов, в которых вы живете, на крыше квартала Молсон нет ограждений, и если вы снова ненароком упадете, то можете заработать себе внутреннее кровотечение.

Темная фигура напротив, помолчав, спросила:

— Как вы это предвидели?

— Вы слишком молоды, мистер Герой. Наркотик, который вы использовали, едва пахнет. Это высококлассный химикат, не то что могут позволить себе эти бедные ублюдки в трущобах, и..., — глаза Шиллера упали на единственный открытый подбородок Брюса, когда он продолжил говорить, — никто здесь не побреется так аккуратно и симметрично.

— Кто вы, черт возьми, такой? — спросил Бэтмен.

Шиллер снова раскрыл свой зонт, и сказал:

— Идите домой, молодой господин, никто не собирается отвечать на все ваши вопросы, я не наставник новичков.

С этими словами он ушел, растворившись под дождем. Бэтмен долго стоял в том переулке, прихрамывая. Он вышел, свернул на другую улицу и увидел нищего, замерзающего под дождем.

Он достал пачку денег и протянул ее нищему. Затем Бэтмен услышал сзади звук кожаных ботинок под дождем и слова, которые заставили его слегка вспотеть:

— Вот почему я сказал, что вы не понимаете Готэм, Брюс.

Бэтмен повернулся и увидел силуэт, стоящую на перекрестке. Силуэт подошол и протянул зонтик нищенке. Та взяла его. Держа его раскрытым, она смогла укрыться от холодного дождя. Затем она вздрогнула и передала пачку долларов обратно Бэтмену.

— Почему? — спросил Бэтмен, беря доллары.

— Потому что это территория банды Желоба. Если бы они знали, что у нее такая большая сумма долларов, ее тело было бы в сточных канавах на следующий день.

— Большая сумма долларов? — Голос Бэтмена выдавал абсурд, когда он сказал, — Тридцать семь долларов?

— Да.

Шиллер посмотрел в конец улицы и произнес:

— Это Готэм...

— Добро пожаловать в Готэм.

Шиллер обнаружил, что он может путешествовать по мирам Марвел и ДС пока находится в глубоком сне. В настоящее время у него нет возможности произвольно использовать эту способность.

Но хорошо то, что когда он перешел в Марвел здесь, во вселенной ДС, время неподвижно. Его опыт в мире Марвел был больше похож на сон.

Когда он снова перешел в Марвел, он обнаружил, что в этом мире время течет. А когда в ДС прошли день и ночь, то и в Марвел тоже прошли день и ночь.

«Это бы была небольшая проблема». — подумал Шиллер. Он боялся, что вчера пропустил рабочий день.

Даже если бы Шиллер не смог перейти, хаос, который время от времени творится в марвеловском Нью-Йорке, сделал бы невозможным его работу с 9 утра до 5 вечера, не говоря уже о том, что Пресвитерианская психиатрическая ассоциация была занята и имела смехотворное количество запросов на консультации.

Пока Шиллер раздумывал над тем, чтобы уйти, он вдруг получил сообщение от Чарльза:

«С ребенком, которого ты наставлял, теперь все в порядке?»

«Нет, ему не только плохо, а он ещё упал с верхнего этажа здания». — Шиллер ответил.

Очевидно, путь Брюса к Бэтмену начался не очень хорошо, и Чарльз, явно потрясенный, написал:

«Парень спрыгнул со здания? Почему? Разве ваша психологическая консультация не помогла?»

«Это был несчастный случай, травмы не были серьезными. Сейчас я пытаюсь понять, как ему помочь. За последнее время я столкнулся с двумя похожими случаями, у обоих людей наблюдается полная одержимость прошлым, которое они не могли отпустить. Только один принял его и выбрал месть, но другой все еще бежит от него...»

В каком-то смысле Железный человек и Бэтмен похожи: оба миллиардеры, оба «плейбои», оба исследуют свое оборудование, чтобы стать супергероями, и еще более похожи тем, что оба одержимы своим прошлым, которое они не могут отпустить.

И эта навязчивая идея — смерть их родителей.

Возможно, случай Железного человека не так очевиден, но его чувства к отцу немного сложнее, чем у Бэтмена.

«Вы педиатр? Вы отвечаете за психологическую помощь детям? В какой больнице вы работаете?» — спросил Чарльз.

«Нет, я психиатр, психолог. Это те случаи, которые я изучаю».

«Я думаю, что вы должны уделять им больше внимания в дополнение к вашим исследованиям. Независимо от того, являются они вашими пациентами или нет, я всегда считаю, что человек, обладающий каким-то талантом, должен использовать этот талант, чтобы сделать мир лучше...»

Шиллер вздохнул. Он не стал отвечать Чарльзу. Социальная проблема мутантов была просто слишком непосильной, чтобы ее распутать, социологически говоря, это был неразрешимый тупик.

После половины дня размышлений у Шиллера испортилось настроение, и он решил пойти разбираться со Старком.

Он позвонил Пеппер и сказал:

— Мисс Пеппер, я думаю, что вчерашний сеанс произвел определенный эффект...

— Господин Шиллер! Я не могу выразить вам свою благодарность... Сегодня Тони наконец-то перестал скучать в доме и пошел в лабораторию! Слава богу... Раньше я думала, что это плохо, он постоянно находится в лаборатории, но теперь я так счастлива...

Противоположный собеседник — Пеппер была явно взволнована. Сильная женщина была немного подавлена эмоциями при одном только упоминании о Тони. Шиллер успокоительно сказал:

— Я думаю, что сегодня мне стоит прийти еще раз, чтобы закрепить результаты вчерашнего лечения.

Автомобиль Старк Индастриз прибыл к жилому дому Шиллера через несколько минут. Как только Шиллер оказался в нем, он обнаружил, что это причудливая машина без водителя. С панели управления автомобиля раздался голос:

— Здравствуйте, мистер Шиллер, я Джарвис.

— Здравствуй, Джарвис.

Джарвиса, похоже, не устроила его реакция. Тогда Шиллер спросил:

— Понимаете ли вы понятие «я»?

— Если вы имеете в виду психологическую концепцию «я», то, думаю, я кое-что понимаю, — ответила Джарвис.

Теперь Джарвис не казалась такой уж умной, в конце концов, Тони еще не вышел из леса и не сделал умному дворецкому апгрейд. Шиллер снова спросил:

— У вас есть своё «я»?

— Думаю, да.

— Это Старк создал для вас эту концепцию?

— Думаю, да, сэр.

— Значит, он ваш отец и создатель. Он создал вашу личность и чувства к нему, якобы потому, что хотел, чтобы у вас была способность мыслить самостоятельно, как человек, верно?

— Возможно, да.

— Итак, если однажды Старк будет на грани смерти, и одно из твоих решений может спасти жизнь вашего хозяина, но сам он категорически против. Что вы сделаете?

Джарвис помолчал мгновение и сказал:

— Я — разумное существо, созданное мистером Старком, и все приказы мистера Старка являются превыше всего.

— Если вы выполните приказ и не сможете спасти его, он умрет. Вы будете жалеть об этом?

Джарви, помолчав еще некоторое время, ответила:

— Я не уверен, я не могу предполагать такое будущее.

— Если он умрет, как вы думаете, он пожалеет о том, что создал вас перед смертью?

— Если бы он умер, как вы думаете, он бы обиделся на вас?

— Если бы он обиделся на вас, вы бы винили себя?

—Если бы вам дали шанс сделать все заново, сделали бы вы другой выбор?

— Если бы вы ослушались Старка и решили спасти его, вы бы почувствовали обиду, если бы он обвинил вас после этого?

— Если бы вы ослушались приказа Старка и спасли его, а ему пришлось бы уничтожить вас за неповиновение, вы бы обиделись на него?

В вагоне воцарилась тишина, а через мгновение раздался звук электрической молнии и несколько мрачный голос Старка:

— Алло?! Эй!!! Черт возьми! Джарвис, что с тобой!

— Какого хрена ты сделал с моим умным дворецким!!! Почему он перестал работать! Алло?

Шиллер почувствовал облегчение. Ему стало легче, когда он увидел, что другой человек тоже расстроен.

Через некоторое время, когда они прибыли в здание Старка, вместо того, чтобы пойти в офис Старка, Шиллера провели прямо в лабораторию, где Старк выглядел так, будто не спал несколько ночей, был чертовски несчастен и в данный момент сжимал в руках компьютер и был вне себя от гнева.

— О! Моя фамилия не Старк, если это не наш талантливый психолог, господин Шиллер! Я должен вручить тебе Пулитцеровскую премию за то интервью, которое ты только что дал в машине! Ты, блядь, взорвал мою умную домработницу серией дерьмовых вопросов, когда мне нужны были умные алгоритмические данные!!! — прокричал Старк.

— Не за что. Если понадобится психологическое консультирование электронных существ, то проведу его совершенно бесплатно, — сказал Шиллер, подняв руки.

Старк глубоко вздохнул, встал и крикнул:

— Марк 2!

Серебристый боевой костюм прилетел мгновенно. Раздался механический звук раскрытия костюма. Почти мгновенно Старк одел броню. Железный человек завис в воздухе, демонстрируя свою серебристую броню Марк 2. Очевидно, он не тратил последние несколько дней в пустую.

— Мистер Старк, у нас психологическая консультация, а не боксерский бой. Вы не обязаны одевать такую толстую консервную банку, чтобы поговорить со мной.

— Эй, разве ты не видишь, что на мне надето?

— Да, я вижу, я не слепой.

— Перед вами появляется трансгрессивный костюм боевой брони, вы можете показать соответственную реакцию?! Ты знаешь, что означает этот костюм боевой брони?

Шиллер нашел себе стул, сел, открыл свою больничную книжку и сказал:

— Я знаю, мистер Старк, что вы снова добились больших успехов в технологии, и вас можно поздравить. Но я вижу что-то знакомое в функции левитации этой боевой брони, кажется, она имеет сходство с левитирующим автомобилем, когда-то представленным компанией Говард Моторс...

— Заткнись! Не упоминай это имя при мне!

Козырек боевой брони Старка поднялся. Костюм опустился на землю. Шиллер сказал:

— Мы можем начать сегодняшнюю психотерапию?

— Ты знаешь, что мне не нужна никакая психотерапия. Кроме того, поскольку вы сломали моего Джарвиса, ущерб вычитается из вашего гонорара за консультацию за этот день, который составляет ровно два миллиона долларов, так что мы поговорим о чем-нибудь другом в течение следующих двух часов.

— Я не ломал Джарвиса, я просто предупредил вас об опасности для электронной жизни, — сказал Шиллер.

Шиллер покачал головой и сказал:

— Хотя моя психологическая консультация для электронной жизни сейчас бесплатна, НО она бесплатна только сейчас. Если вам понадобится, чтобы я снова психологически проанализировал электронную жизнь в будущем, консультация будет стоить два миллиона долларов в час.

— Дерьмовый врач-кровосос, — ответил Старк.

—Это американская медицинская система, — произнес Шиллер.

Он все равно понадобится Старку, когда появится Альтрон.

— Хорошо, давай перейдем к делу. Откуда именно ты узнал о моем отце...

— На самом деле я ничего не знаю, но могу это предположить. Во-первых, то, что ты умираешь, написано у тебя на лице, мне трудно этого не заметить.

Железный человек коснулся своего лица, маска боевой брони со щелчком захлопнулась.

— Мисс Пеппер рассказала мне немного подробностей вашего похищения, но если коротко, то вы придумали довольно мощную штуку и сбежали.

— Тот факт, что вы все еще можете ходить, означает, что вы не получили серьезных физических травм. Я не очень интересовался вашими странными технологиями, но я знаю, что вы должны были использовать какие-то специальные средства, чтобы попытаться убежать от своих похитителей в одиночку.

— В сочетании с твоим гнилым, как дерьмо, лицом, боюсь, именно эта тактика привела тебя туда, где ты сейчас находишься.

— Короче говоря, если вы не остановитесь, вы умрете.

— Вы уже знали, к кому вы можете обратиться, вы просто не хотели с этим сталкиваться. В сочетании с некоторыми новостями о смерти основателя Старк Индастриз в те времена, я уверен, что у вас есть какая-то детская травма.

— В таком случае, конечно, я бы дал совет, который должен дать психиатр, — встретиться с прошлым лицом к лицу. Например, найти реликвии своего отца и попытаться примириться с травмой своего детства, или что-то в этом роде. Это, по крайней мере, поможет вам мыслить здраво...

— Чушь, — заключил Старк.

Шиллер размял руки. Он действительно просто нес чушь, потому что, будучи путешественником, знал практически все о сюжете. Ну, сказанное все равно имело смысл в любом случае.

После нескольких дней расспросов и наблюдений Шиллер решил, что это должна быть смесь основной вселенной комиксов 616, вселенной TRN688 от Sony и кинематографической вселенной Марвел. Было неясно, как именно это всё было смешано, но данный мир точно не должен быть вселенная фильмов с одной параллельной Землей.

Потому что даже если жизненный путь Питера был изменен Шиллером, он все равно был укушен. Это доказывает, что Ткач должен существовать здесь, и что должны существовать другие параллельные Земли. Так что это не только вселенная MCU, но и целая куча параллельных Земель, на которых были Наследники, Изгнанники и Паучиха Гвен, все еще существуют.

Вселенная Sony также довольно хорошо раскрывается, если зайти в интернет и узнать, что мутанты существуют, в то время как в MCU мутантов нет.

Короче говоря, сам Шиллер рассматривает это как совершенно новую гибридную вселенную Марвел, но как бы она ни была смешана, трансформация Железного человека является важным моментом во всей вселенной, и предыстория примерно та же. В любом случае это просто различия, например, построены ли мехи во Вьетнаме или Афганистане, и являются ли они собственностью Говарда.

Когда пришло время ложиться спать, Шиллер обнаружил, что на самом деле он может оставаться в Марвел сколько захочет. Он может лечь спать и по его желанию остаться или вернуться в ДС. Теперь ему не обязательно постоянно вдыхать воздух Готэмского неба, так как время не уходит на стороне мира ДС.

Однако это продолжалось недолго, не успел Шиллер отвезти Питера и его семью на медицинское обследование в выходные, как в дверь постучались сотрудники Щ.И.Т.а.

Это был очередной обычный рабочий день, Шиллер только что закончил регистрацию семьи Питера, используя статус врача больницы, когда в дверь его кабинета постучали. Шиллер сидел за своим столом, не поднимая глаз, как вдруг его паучье чутье завибрировало. Он настороженно поднял голову, чтобы увидеть странного человека, стоящего перед дверью.

— Эй, Док, расслабься, я Колсон, агент Щ.И.Т.а.

Мужчина заметил нервозность Шиллера. Шиллер взглянул на него поверх очков и сказал:

— Давайте поговорим снаружи.

Колсон кивнул, и двое мужчин вместе спустились вниз и сели в кафе рядом с больницей. Шиллер нахмурился и сказал:

— У вас, агентов Щ.И.Т.а, не хватает людей? Или трудно найти женщину-агента, которая могла бы влезть в униформу медсестры?

Колсон был немного озадачен отношением Шиллера, разве обычный человек не должен испытывать страх или отвращение при агенте? Похоже, шеф был прав, с этим Шиллером определенно что-то не так.

Шиллер нетерпеливо сказал:

— Сегодня я опоздал, вчера вообще не пришёл, весь офис знает, что я всю ночь пил и принимал наркотики. Если вы хотите доставить мне неприятности, не могли бы вы подождать, пока закончится рабочий день? Иначе меня уволят!

— Но, согласно нашей информации, вы всего лишь консультант-психолог, нанятый на временной основе в Пресвитерианской больнице. Вы там только для того, чтобы подменить его, потому что заведующий психиатрическим отделением уехал из города...

— Разве это имеет значение? Мне сейчас очень нужна эта работа, что если вы, ребята, лишите меня этой работы?

Колсон ответил:

— Извините, мистер Шиллер, мы не хотели вас беспокоить. Просто мы слышали, что вы проводили психологические консультации мистеру Старку, и мы бы хотели узнать итог его состоянии. Конечно, мы бы хотели заказать консультации...

— Один миллион долларов в час.

— Пфф!

Колсон выплюнул полный рот кофе. Вытерев рот, он сказал:

— Если вы отказываетесь, то не надо так оправдываться...

— Если у вас не так много денег, то можете сократить количество консультаций. Шиллер закатил глаза и встал. Он пошел на выход, ведя себя как беспринципный шарлатан.

Удивительно, но Колсон не стал его останавливать. После ухода Шиллера он нажал на наушник и сказал:

— Боюсь, что в этой больнице происходит что-то подозрительное. Он торопливо отослал меня, и поспешил в больницу...

— Хорошо, хорошо.

Шиллер вернулся в клинику. Он включил свою телепатию на полную мощность и сосредоточился. Почувствовав эмоции душевнобольных, он описал их в блокноте. Внутренний мир группы душевнобольных был настолько запутанным и безумным, что Шиллер не хватило дюжины страниц. Записав все что хотел, он запер блокнот в ящике стола.

Вернувшись вечером в свою квартиру, он обнаружил, что агент должен был ее обыскать. Шиллер просканировал квартиру своим паучьим чутьем, но не нашел ни жучков, ни камер и оставил все как есть.

Внутри Щ.И.Т. Ник Фьюри уставился на светящуюся информационную панель с данными Шиллера, Колсон позади него произнес:

— Он нервничает из-за своей работы, похоже, не хочет покидать больницу. В его доме найдено много бутылок с алкоголем, а также некоторые наркотики...

— Это некоторые из бумаг, которые мы нашли в его офисе сегодня вечером. Похоже, он срочно от этого избавился, так как мы нашли большое количество целлюлозы, смытой в мусорной корзине из шредера. К сожалению, она не подлежит восстановлению.

Ник взял бумаги и сказал:

— Он психически болен? Нет, это не похоже на бред человека, занимающегося психиатрией. Он собирал психиатрические данные о больных? Как он общался с этими душевнобольными?

— Это явно недоступная информация для обычного врача. Эти записи даже содержат чрезвычайную конфиденциальную информацию о пациенте...

— Может быть, он обладает способностью к гипнозу? — предположил Колсон.

— Наш психиатр тоже. Может ли он заставить вас рассказать, какого цвета нижнее белье вы любили носить в начальной школе? — ответил Ник.

— Может, он просто выдумал это? — произнес Колсон.

— Похоже, у него есть дополнительная информация о прошлом Старк Индастриз и нашего старого друга. Он может проникать прямо в слабые места сердца Старка, и, похоже, сегодня отправил этого умного дворецкого Старка в логическую смертельную спираль, — сказал Ник.

— И вы хотите, чтобы он работал на нас?

— Он способен справиться со Старком, а в будущем нам придется иметь дело с большим количеством таких людей.

Ник отложил кипу бумаг в сторону и сказал:

— В любом случае, сначала выясните, что находится в той больнице, и, если возможно, переведите его оттуда.

— Я ненавижу этих старых интеллектуалов. Они всегда слишком спокойны, осторожны и задумчивы, с такими противниками, которые умеют пользоваться своей головой, трудно иметь дело, — сказал Ник.

— Может быть, он просто психиатр широкого профиля, и это его хобби — собирать безумные разговоры пациентов... — сказал Колсон.

— Колсон, вы всегда заставляете меня иногда подозревать, что ваше звание агента восьмого класса довольно сильно занижено, — перебил его Ник.

— Человек, который может заставить Старка полностью потерять рассудок за тридцать минут и все еще вальсировать в Старк Индастриз на следующий день, вы думаете, что он обычный психиатр? Или вы думаете, что Тони Старк на самом деле циничный плейбой, который общается только с моделями?

— Понял, сначала я заберу его из больницы, — сказал Колсон.

На следующий день Шиллер получил известие о своем увольнении в офисе Старка. Подняв руки, он сказал:

— Видите ли, мне понадобится ваша финансовая поддержка, мистер Старк. Вы же не собираетесь просто смотреть, как ваш преданный консультант выходит из бизнеса?

Старк сказал:

— Двух миллионов долларов тебе недостаточно, чтобы открыть собственную психологическую клинику?

— Дело не в деньгах, а в полномочиях, которые мне нужны. Я хочу открыть законную психиатрическую клинику, а не уличное мошенничество.

— Разве ты не можешь подать заявление с резюме? Вчера Джарвис сказал мне, что у тебя три докторские степени и ты работал в лучших больницах в шести разных штатах.

— Да, просто психологическая клиника, которую я хочу открыть, находится в особом месте, — сказал Шиллер, делая глоток ледяного вина.

Старк сказал, барабаня по аппарату:

— Где?

— Адская кухня, — ответил Шиллер.

Рука Старка задрожала, и бедный Марк 2 вспыхнул серией искр, когда он сказал:

— Я не могу поверить, что у тебя любящее сердце Девы Марии, пытающейся спасти бедных и гнилых наркоманов в этом адском районе.

Не говоря больше ни слова, Шиллер сказал:

— Мне нужна психиатрическая клиника, легально открытая в Адской кухне. За это я могу выполнить одну вашу просьбу.

Шиллер сделал акцент на слове «легально».

Старк сказал:

— Мне есть о чем тебя попросить, хех, ты шутишь, я Старк.

— Разве вы не хотите узнать, действительно ли вы нравитесь Пеппер?

Рука Старка снова дрогнула. Марк 2 взорвался прямо в его правой ноге. Шиллер молча сделал шаг назад и посмотрел на Старка, чье лицо почернело. Он потер лицо в некоторой панике и сказал:

— Что ты сказал? Что насчёт Пеппер?

Очевидно, что к этому моменту Старк еще не осознал своих чувств к Пеппер.

— Я могу сказать вам, действительно ли Пеппер любит вас в данный момент. Я обещаю быть точным. Вы видели мои способности.

— Конечно, Пеппер любит меня, все женщины в мире любят Старка, — ответил Старк.

Действительно, она просто одна из женщин в мире? Ничего особенного? — спросил Сайлер.

Старк промолчал.

— Я, конечно, могу пообещать, что с завтрашнего дня вам не придется ходить со мной ни на какие консультации. Если к тебе придет Пеппер, ты просто можешь отмахнуться от неё.

— Вы же не можете оплатить консультацию?

Как кот, которому наступили на хвост, Старк громко сказал:

— Я могу позволить себе платить 10 миллионов долларов в час, если вы попросите! Я просто не нуждаюсь в консультациях! Я не сумасшедший! Я в полном порядке!

Шиллер покачал головой и медленно сказал:

— Боюсь, что Марк 2 так не считает.

Они со Старком одновременно посмотрели вниз на боевые доспехи, у которых не хватало ноги. Старк указал на дверь: — Уходи сейчас же!!!

Шиллер вернулся к себе домой и написал Питеру:

«Я записал вас на медицинское обследование на выходные. Я передам привет больнице и попрошу их вежливо обслужить вас, но нашу встречу, возможно, придется отложить, так как я перестал там работать».

Питер поспешил выразить свое беспокойство, но Шиллер просто сказал, что это изменение в его карьерных планах и здесь нет ничего особенного. Питер, который был несколько тронут тем, что он все еще может думать о своем ранее запланированном медицинском осмотре, сказал несколько нетерпеливо:

«Вы все еще в Нью-Йорке? Если вы все еще там, я подумал, что мы могли бы встретиться, пообедать или что-то еще, или вы могли бы прийти ко мне домой».

Шиллер вежливо отказал Питеру и написал Чарльзу:

«Как вы думаете, что произойдет, если я открою больницу в аду?»

«Боюсь, дьявол не оценит твоей шутки».

«Похоже, у вас глубокие чувства по этому поводу».

«Я советую вам не делать этого. Возможно, вы просто обычный человек с талантами, но обычные люди не могут противостоять дьяволу».

«Только преступники могут бороться с преступниками, не так ли?»

Чарльз по ту сторону компьютера посмотрел на это замечание и замолчал. Он подумал: «Макс, ты тоже так думаешь? Только превратив себя в преступника, ты сможешь бороться с самыми жестокими преступниками?»

Чарльз покачал головой: «Нет, справедливость должна достигаться своим справедливым путем, если бороться с дьяволом можно только погрузившись в ад, то это ничем не отличается от соучастия».

За окном ученики школы Ксавье для одаренных детей гонялись и играли на детской площадке. Шторм ругала их, чтобы они вернулись в класс, а Джин смотрела на это. Все выглядело хорошо.

Только Ксавье знал, что тень Темного Феникса еще далеко не исчезла.

Возвращаясь в квартиру, Шиллер ощущал, что кто-то идет за ним. Благодаря зрению улучшенному паучьим чувствам он увидел, что кто-то наблюдает за ним с другого конца многоквартирного дома.

Жилой дом напротив был полностью стеклянным. В нем было небольшое отражение, которое отличалось от остальных, поэтому Шиллер остро почувствовал его.

Он не зря выбрал для своей клиники Адскую кухню. После нескольких дней наблюдения он практически вычислил распорядок дня жителей многоквартирного дома.

В основном здесь жили офисные работники и элитные «золотые воротнички». Большинство из них одиноки, имеют регулярный рабочий график и постоянный круг друзей.

Живя в такой толпе, агентам было слишком легко найти способ проникнуть внутрь.

Адская кухня, с другой стороны, была совсем другим местом. Несмотря на то, что это было самое большое гангстерское гетто на Манхэттене, в Нью-Йорке и даже во всей стране, это было действительно лучшее место для такого аутсайдера, как Шиллер. Он мог легко скинуть хвост благодаря высокой плотности населения, большой проходимости, большому количеством незнакомых людей и гнездам больших и малых банд.

Жизнь в высококлассной квартире, хотя и была комфортной, не обязательно была такой же свободной, как на Адской кухне. Шиллер был уверен, что если он останется в этой квартире еще на несколько дней, то по крайней мере четыре или пять его соседей станут агентами Щ.И.Т. Будут появятся всевозможные незнакомые люди, которые захотят познакомиться с ним поближе, чтобы выведать определенную информацию, либо его собственную, либо Старка — таков был принцип работы Щ.И.Т. Им все равно на конфиденциальность.

Адская кухня все же несколько отличается от Готэма. Адская кухня немного менее опасна, чем Готэм, хотя здесь бесчисленное множество больших и малых банд.

Здесь больше бедняков, азартных игроков и наркоманов, нет пугол и клоунов, нет ни одного заметного злодея.

Подавляющее большинство людей там все еще были обычными людьми. Хотя оружие и наркотики были в изобилии, жертвами были скорее обычные люди, чем какие-то особые люди с особыми способностями.

Шиллер намерен использовать его в качестве своего первого опорного пункта в Марвел.

Старк был очень эффективен. Ему не потребовалось много времени, чтобы найти способ убедить некоторых членов совета перенести больницу и разместить ее в Адской кухне.

Некоторые члены совета воспользовались этой возможностью, чтобы высказать свою доброту. Утверждая, что Нью-Йорк не откажется ни от одного из своих жителей Они не ожидали, что больница действительно откроется, зная, что это Адская кухня. Место, где даже дьявола готовят, когда он туда приходит.

Открыть там больницу? Не смешите меня. Если, конечно, только больница не будет построена как концентрационный лагерь, желательно с танками и пушками у входа, а внутри врачи и медсестры с пулеметами. Только тогда можно будет надеяться, иначе все лекарства будут расхватаны в одночасье.

Однако в Адской кухне была создана небольшая психиатрическая клиника. Независимо от того, насколько члены совета не верили в это и насколько онемели жители Адской кухни.

Как самые известные и самые большие трущобы Манхэттена, восемь кварталов здесь — всего лишь фикция.

В действительности район гораздо обширнее, чем восемь кварталов, через которые он проходит, с десятками запутанных улиц, больших и маленьких, и примерно сотней банд, орудующих здесь.

Некоторые люди говорят, что боссом Адской кухни является Кингпин. На самом деле его деятельность выходит далеко за пределы Адской кухни. Он имеет преступную сеть по всей восточной части Соединенных Штатов и даже на Восточном побережье.

Его бизнес распространяется по всем Соединенным Штатам. Возможно, Адская кухня и участвует в некоторых его операциях с наркотиками и контрабандой, но на самом деле он здесь не живет и не следит за ней постоянно.

Сорвиголова, рожденный в Адской Кухне, — его заклятый враг, но и они почти никогда не выставляют Адскую Кухню на поле боя. Что касается молодого Паука, у которого в будущем будет несколько сражений с Кингпином, на данный момент все еще просто невежественный ученик средней школы.

Амбиции Кингпина выходят далеко за рамки объединения Адской кухни. Хаос, который возникает в Адской кухне, его не волнует. Это не так уж важно, когда каждый день происходит множество драк, ограблений, похищений, потасовок и пропаж людей.

Поэтому когда Кингпин в Сан-Франциско услышал, что некоторые из его людей в Адской кухне на Манхэттене потеряли рассудок, он решил, что они просто под кайфом от наркотиков и им на все наплевать.

Однако в Адской кухне ходили страшные слухи: например, что в психиатрической клинике в конце Мэри-стрит, на Девятом переулке, живет страшный психиатр, и что все гангстеры, которые приходили к нему за защитой или шантажом, вскоре в ужасе убегали и сходили с ума.

Вначале несколько известных гангстеров не поверили в эту историю и привели своих людей. Однако прошло совсем немного времени, и они стали вести себя так, будто столкнулись с каким-то чудовищем. Они начали неистово бороться с воздухом, кричать, убегать и плакать, как будто в них вселился какой-то призрак.

Это происшествие произвело фурор, о нем узнала почти вся Мэри-стрит, и слухи быстро распространились.

Слух распространился так быстро, что все узнали про Девятый переулок — место, куда никогда нельзя ходить. Там есть страшное проклятие, которое заставит вас увидеть самые ужасные вещи в вашем воображении и что вы в конце концов испугаетесь до смерти.

Потом Шиллер, который жил там, начал выходить на улицу, и все услышали, что он — владелец клиники, которая находится в Девятом переулке. Люди поняли, что на самом деле это не призрак, а эксцентричный психиатр.

Согласно объяснению Шиллера, гангстеры натворили столько бед, что он решил просто дать им дружескую психологическую консультацию.

Что касается того, почему они потеряли рассудок? Возможно, это потому, что зло имеет свою награду.

Жители Адской кухни были бы прокляты, если бы поверили ему, но все, кто живет здесь, сходятся во мнении, что только добро приходит к тем, кто злой.

Никто, родившийся в Адской кухне, не будет чувствовать себя виноватым. Здесь нормально совершать преступления, преступники составляют здесь большинство людей, вина? Какой совести вы ожидаете от человека, который с подросткового возраста продавал оружие, наркотики, дрался, угрожал, шантажировал и играл в азартные игры? Как такой человек может обладать чистым сердцем? Насколько он должен чувствовать себя виноватым, что сойти с ума?

Все, кто слышал об этом, думали, что Шиллер — черный маг, что он наложил проклятие на этих людей.

Шиллер не собирался объяснять. Газ страха, который он привез из Вашингтона, действительно хорошо работал. Хотя это только начальная версия, но он очень хорошо работает против обычных людей.

С того момента, как он обнаружил, что может путешествовать между двумя мирами, держа вещь в руке, вне тела, у него появилась идея поиметь Непобедимых.

Системы власти Марвел и ДС отличаются, но есть много вещей, которые можно использовать для продажи друг другу, и, конечно, много того, чем можно торговать против врагов обеих сторон.

Например, если бы Шиллер использовал Газ Страха в Готэме, то после того, как новость стала известна, и Джонатан увидел симптомы тех пациентов, он бы ассоциировал это со своим собственным Газом Страха.

Однако что касается Марвел, то как Джонатан мог узнать, что происходит там? Шиллер, естественно, мог бы сделать это без необходимости выплачивать авторские отчисления.

С тех пор как прошел этот ужасный слух, за Шиллером почти не охотились бандиты.

Конечно же, последствием общения с этой группой преступников становится появление супергероя.

Немного прохладной ночью на Манхэттене Шиллер только что сварил горячий кофе. Он закрыл и запер дверь в клинику, готовый закончить день рыбалки, хорошенько выспаться и продолжить беспокоить Старка завтра.

Как раз когда Шиллер ставил чашку с кофе на стол послышался стук в дверь. Затем он обернулся и в тусклом свете увидел высокого мужчину в красном трико, стоящего за дверью.

Шиллер повернулся, поднял свою чашку с кофе и сказал:

— Кажется, вы немного опоздали, мистер Сорвиголова.

— Вы знаете меня, доктор? — спросил Сорвиголова.

— Конечно, я знаю вас, Сорвиголову. Вы — громкое имя на Адской кухне, — ответил Шиллер.

— Но вы, кажется, пробыли здесь совсем недолго, — сказал Сорвиголова.

— Но я больше знаком с другой вашей личностью, адвокатом Мэттом.

Сорвиголова был явно шокирован и задавался вопросом, как Шиллер выяснил, кто он на самом деле.

Не дожидаясь вопросов, Шиллер сказал:

— У вас впечатляющий послужной список в Колумбийском университете. Ваша карьера после окончания университета шла полным ходом. Вы не только стали хорошим адвокатом, но и, кажется, открыли собственную юридическую фирму. Мэтт, расскажи мне, почему ты стал Сорвиголовой? Разве гордости за свершение правосудия, которую дала вам юридическая фирма, недостаточно?

— Адвокаты, отстаивающие справедливость... — проворчал Сорвиголова. Он продолжил говорить:

— Возможно, вы так думаете. Да, большинство людей так и думает. Они считают, что адвокаты должны отстаивать то, что правильно, и защищать невинных, но в действительности...

— Что в действительности? Вы считаете, что адвокаты не должны этого делать?

— Конечно, должны, я имею в виду...

— Вы не считаете, что можете сделать это в качестве адвоката? Поэтомху вы попытались применить другой подход. Однако то, что вы не можете сделать как адвокат, вы можете сделать в смехотворно тесном костюме и маске?

Сорвиголова раздраженно сказал:

— Моё решение — не твое дело!

— Знаешь что? Вы просто очень похожи на маленького непокорного мальчика, — произнес Шиллер.

Именно тогда Сорвиголова понял, что попал в словесную ловушку Шиллера с того момента, как вошел. Темп разговора вел его за нос, не только раскрывая его истинную сущность, но и затрагивая чувствительную точку внутри него. Он глубоко вздохнул, успокоился и сказал:

— Должен признать, что вы хороший психиатр и умеете использовать маленькие хитрости в разговоре. Но я все равно должен спросить, кто вы, черт возьми, такой? С какой целью вы приехали в Адскую кухню? Почему приходящие к тебе люди обезумели?

— У вас так много вопросов, но сегодня я могу ответить только на один. Очевидно, что я устал после долгого рабочего дня. Вы не можете нарушать мой покой. В конце концов, я не член банды и не нарушал никаких законов, — сказал Шиллер.

— Но вы довели до сумасшествия членов банды.

— У вас нет доказательств.

— Это полиции нужны доказательства.

— Вы думаете, что вы благороднее полиции?

— Хватит ходить вокруг да около, сказал Сорвиголова.

— Если бы вы внимательно слушали то, что я говорил, то вы бы знали, откуда я пришел и откуда я знаю, кто вы.

Сорвиголова почувствовал головную боль. Ему очень не нравилось иметь дело с хитрыми противниками. Это заставляло его постоянно оставаться предельно сосредоточенным. Из-за потрясения, он забыл суть разговора с Шиллером. Его попросили вспомнить весь прошедший разговор, но как? В данный момент его разум был пуст.

Однако если он ответит неправильно, это будет выглядеть глупо. Поэтому он решил промолчать.

— Кажется, вы забыли разговор, который мы вели минуту назад. Я действительно не понимаю. Удивительно, как можно стать супергероем без хорошей памяти, — с насмешкой произнес Шиллер.

Раздосадованный Сорвиголова поклялся запомнить каждое слово, сказанное Шиллером после этого.

— Два года назад я преподавал в Колумбийском университете. Я видел список выдающихся выпускников, и там было ваше имя, Мэттью. Когда пришло время написать своё направление после выпуска, вы отметили, что откроете юридическую фирму в пределах Канзаса. Хотя я профессор психологии, я знал вашего бывшего учителя, который говорил со мной об этом. Вы действительно осуществили свою мечту.

— Не меняйте тему. Я хочу знать, откуда вы знаете, что Сорвиголова — это Мэттью?

— Вы, наверное, не помните. Когда вы только начинали идти по этому пути, вы носили черно-желтый костюм, форму вашего отца для соревнований. После приезда в Адскую кухню я ходил на подпольные боксерские матчи, и, по совпадению, хозяин этого заведения никогда не менял стиль костюмов, которые носили боксеры, чтобы сэкономить деньги.

— Тогда-то я и понял, Сорвиголова скорее всего родился здесь и что он, должно быть, связан с подпольными боксерскими боями. После некоторого расследования выяснилось, что все те члены банды, которых вы убили, как-то связаны со смертью вашего отца. А выяснив, кто ваш отец, естественно, не составило труда понять, кто вы.

— Почему вы меня расследуете? У вас не чистая совесть? — спросил Мэтт.

— Ничего из этого. Просто если вы собираетесь снимать дом, то всегда нужно знать, кто здесь хозяин и чем он занимается. Лучше всего дружить с ним.

— Я здесь не какой-нибудь домовладелец, — фыркнул Сорвиголова.

— Неужели? Тогда, похоже, я пришел не к тому человеку. Мне нужно искать Кингпина, но... Но, похоже, у него уже есть на меня зуб. Я смутно помню, что один из тех нескольких членов банды, которые приходили навестить меня, упомянул, что его боссом был Кингпин.

— Кингпин? Вы слышали что-нибудь о Кингпине?

— Вроде того. Считай, что я плачу тебе аренду. Я слышал от одного из его людей, что их босс стал нетерпим к пареньку по имени Сорвиголова. Он планирует найти кого-нибудь, чтобы убить назойливую муху, так что тебе лучше быть осторожным в эти дни.

В конце концов Сорвиголова поспешно ушел.

Только вернувшись, он понял, что ни одна из его целей на вечер не была достигнута.

Он не узнал, кто такой Шиллер, не предупредил его, чтобы тот успокоился, и не выяснил, есть ли у него связи с этими бандами.

Он также не знал, что именно он использовал, чтобы свести этих людей с ума.

Мэтт хлопнул себя по лбу. Он внезапно понял, что аналогия Шиллера была верной. Он похож на домовладельца, сдающего дом неизвестному жильцу, который заплатил арендную плату вперед. Это оставило ему мало возможностей для принятия принудительных мер. Он не мог заставить его съехать по первому требованию, так что ему остаётся только позволить неизвестному арендатору разгуливать по Адской кухне.

Одним туманным утром в Готэм-сити Шиллер потянулся и сел на бок кровати. Не успел он хорошенько насладиться жизнью в Марвел, как возле его психиатрической клиники обосновались агенты Щ.И.Т.

Эти люди были похожи на разъяренного быка, которого невозможно стряхнуть для обычного человека. Возможно, даже Старк, самый богатый человек в этом мире, был раздражен ими, но ничего не мог с этим поделать.

Однако Шиллер был другим. Когда его невыносимо раздражает молодой Бэтмен в Готэме, он может вздремнуть и перейти в Марвел. Теперь, когда он стал мишенью агентов в Марвел, у него был вариант снова уйти и оказаться в Готэме, чтобы спрятаться.

Агенты Щ.И.Т. совершенно не заметили, как Шиллер растворился в воздухе. Он не оставил никаких следов своего отъезда, ни билетов на поезд или самолет, ни того, что его видели на различных перекрестках шоссе. Это подкрепляет идею Ника Фьюри о том, что Шиллер отнюдь не обычный человек.

Что касается ДС, то его коллега, будущий Пугало Джонатан, ещё не понял, что его газ страха был украден. Шиллер не был жадным, он взял лишь крошечную пробирку.

В конце концов, в отличие от Пугало, ему не нужно было использовать газ страха для создания террористических атак. Он имел дело только с несколькими бездарными бандитами. Ему не нужно было никакого высокотехнологичного оборудования для распыления газа, ему просто нужно было взять маленький баллончик и распылить его в носы обычных людей. Концентрированный газ страха — лучшее оружие, в конце концов, эти бандиты не могли обладать такими же рефлексами, как Бэтмен.

Изучая этот газ, Шиллер, хотя и не имел систематических знаний в области химии, по крайней мере, знал, как применить его на практике. Помимо использования его в качестве оружия для распыления на людей, Шиллер обнаружил, что эта первоначальная версия газа страха не кажется чистой. Она может вызывать страх, а также некоторые другие негативные эмоции, что было действительно хорошей новостью для психиатра. В конце концов, если пациент никогда не готов признаться в своих внутренних эмоциях, то лечение не может продолжаться.

Шиллер обнаружил, что он может распылять газ страха, разбавленный в сотни раз, как духи. По какой-то причине, возможно, из-за системы, газ не оказывал на него никакого действия. Однако он мог заразить небольшим количеством негативных эмоций любого, кто приближался к нему.

Да, Шиллер намеревался использовать этот трюк против отстраненного Брюса, он же молодой Бэтмен.

Брюс еще слишком молод. Он только что закончил путешествовать по миру и освоил множество навыки. Ему не терпится начать свой план мести. Однако он не понимает, что не эти внешние вещи делают его Бэтменом, а его внутренний дух.

Очевидно, что Бэтмену еще предстоит пройти долгий путь, и Шиллеру, ради своей личной безопасности и беспроблемной жизни в Готэме в дальнейшем, приходится взять на себя роль наставника молодого Брюса.

Для Брюса это было еще одно обычное утро. Он случайно встретил Шиллера дождливой ночью, только вчера вечером, и Шиллер назвал его настоящим именем. Брюс не почувствовал удивления, он знал, что в этом человеке должно быть что-то другое.

Возможно, это были экстрасенсорные способности, возможно, это была магия, он видел много таких людей в своих путешествиях по миру и знал, что мир далек от того, каким его представляют себе обычные люди. Там находятся невероятные силы.

Брюс снова постучал в дверь кабинета для консультаций. Изнутри донеслось ровное, мягкое «Войдите».

Брюс был рад, что ответ пришел так быстро, видимо, человек внутри знал, кто он, и был рад впустить его.

Бэтмен ненавидел всякую таинственность и нигилизм, как и Брюс. По его мнению, отношение Шиллера означало, что, возможно, он расскажет Брюсу, в чем дело. Ему не придется продолжать давить, скрывать и биться вокруг да около с помощью каких-то дискурсивных уловок.

Брюс сел напротив Шиллера, и произнес:

— Профессор, похоже, у вас сегодня хорошее настроение.

— Мистер Уэйн, похоже, вы сегодня не в лучшем настроении, — сказал Шиллер.

— Я думал, что вы придете и нальете мне чашку кофе, как в первый день.

Он развел руками, показывая, что стол пуст:

— Вы знаете, я специально не сварил кофе сегодня утром, ожидая вашего прихода.

Брюс на мгновение замолчал, но встал и пошел готовить чашку кофе для Шиллера.

Шиллер действительно думал, что это интересно — выпить кофе, приготовленный самим Бэтменом. Однако Брюс считал это тестом или техникой ментального вмешательства, используя слова, чтобы заставить другого человека делать то, что он ему приказывает. Что ж, если так подумать, то это, вероятно, больше подходит к личности Шиллера, сумасшедшего доктора, одержимого психологией и психиатрическими исследованиями.

Шиллер сделал глоток горячего кофе, который развеял озноб, распространившийся по всему телу из-за холодного дня в Готэме. Брюс заговорил первым:

— Почему вы были там прошлой ночью?

— Я не понимаю, что вы имеете в виду.

— Если вы не хотели, чтобы вас раскрыли, то вам следовало сделать себе маску прошлой ночью. Так что не надо отрицать это сейчас, после того, как я видел ваше настоящее лицо.

— Я не отрицаю, что вы видели меня прошлой ночью. Я спрашиваю вас, почему вы оставили свои десятки миллиардов долларов, а не пожертвовали их в благотворительный фонд? Почему вы решили вместо этого выбежать на улицы Готэм-сити в нелепой смирительной рубашке под проливным дождем и состязаться в драке с какими-то панками?

Брюс замолчал в ответ на этот вопрос.

— Это не вопрос с подвохом, — сказал Шиллер, — вам не нужно думать, как на него ответить, потому что я отвечу.

— Потому что ваша основная цель — не спасение, а месть.

— Это ответ вы мне уже давали, — произнес Брюс.

— Нет, я просто вижу это в вас, — сказал Шиллер.

— Я не думаю, что в этом мире есть человек, умеющий читать мысли.

— Конечно, в этом мире нет такой вещи, как чтение мыслей. Просто некоторые люди не понимают, что они могут реагировать на сильные желания в своем сердце через то, что, как им кажется, скрывается внутри, но на самом деле это не так.

—Могу ли я научиться этой способности? — спросил Брюс. — Способностью заглядывать в сердце.

—А потом использовать их, чтобы отомстить преступникам? — спросил Шиллер. — Очевидно, что вы думаете об этом слишком просто, Брюс. Возможно, ваша мотивация — месть, но если вы используете это как всё, что поддерживает в вас дух, тогда всё будет так же, как прошлой ночью.

Шиллер, сделав жест вниз. Брюс поспешно объяснил:

— Я вернулся прошлой ночью и добавил плащ к доспехам летучей мыши и собирался создать пояс...

— Вы знаете, эти вещи не главное. Вы можете добавить железный кулак с тысячами килограммов силы к своим рукам, или вы можете добавить двигатель к своим сапогам, который позволит вам долететь до Луны одним прыжком, вы даже можете создать себе пару крыльев, которые позволят вам долететь до любой планеты в Солнечной системе, вы можете сделать эти вещи Брюс, я верю, что вы способны сделать их.

— Но этого недостаточно, отнюдь нет.

— Если бы у меня была такая сила, я мог бы уничтожить преступников по всему миру, не так ли? — спросил Брюс.

Шиллер вздохнул. Видимо, Бэтмен, который еще не встречался с Джокером, не мог представить, как безоружный преступник, обычный человек, обладающий лишь небольшими навыками акробатики и борьбы, тощий и бессильный, может победить супергероя, владеющего сотнями боевых приемов и изучившего все способности в мире.

Шиллер чувствовал, что он мог учить нынешнего Брюса, будущего Бэтмена, только как дополнение к своей жизни, но именно его заклятый враг, Джокер, должен научить его всему.

Однако сейчас Джокер по-прежнему живёт самой обычной жизнью в каком-нибудь цирке.

Брюс по-прежнему высокомерен. Он просит Шиллера изучать психологию, потому что именно так он приобрел всевозможные навыки в разных уголках мира. Его скромность и высокомерие на самом деле не противоречат друг другу.

Шиллер сказал:

— И все же, конечно, вы можете изучать психологию, в учебниках все есть. Вы могли бы приходить на мои лекции, возвращаться, заучивать учебники, делать домашние задания, писать рефераты, а потом сдавать выпускные экзамены. Я профессор, я не собираюсь мешать студентам учиться.

— Вы знаете, что это не то, чему я хочу научиться...

— Тогда чему еще, по-твоему, я могу научить вас?

— Вашим... особым способностям.

Брюс сделал жест, говоря:

— Я видел много таких людей по всему миру, у них есть особые способности, которых нет у обычных людей...

— Нет, я не такой, как они, у меня нет никаких способностей, выходящих за рамки нормальности.

Брюс размышлял, поджав губы, явно не убежденный. Однако Шиллеру действительно больше нечего было ему сказать. Молодой Бэтмен был явно еще слишком молод, он был немного слишком прямолинеен, импульсивен, непредвзят.

Самое главное, он казался слишком нетерпеливым — нетерпение, усугубленное его неудачной карьерой супергероя. Видимо, он думает, что если научится у Шиллера навыкам чтения мыслей, то сможет легче справляться с преступниками, он не упадет в грязь, когда столкнется в зданиях с бандитами.

Он просто еще не понял, что стало причиной его поражения.

В очередной раз Брюс вернулся от Шиллера безрезультатно. Шиллер просто сказал ему, даже пригрозил, что ему лучше усердно учиться, посещать все занятия, а затем получить хорошую оценку на выпускных экзаменах.

Брюс, очевидно, не слушал ни слова.

К концу ночи Шиллера снова не стало. Он снова отправился на секретную базу Джонатана и украл довольно много газа страха. На этот раз, если Джонатан не глуп, он должен будет увидеть, что в двух рядах пробирок больше половины отсутствует.

Шиллер не разбирался ни в какой химии. У него не было никакой возможности сделать какие-либо улучшения или модификации этого особого газа, кроме как поместить их в разные емкости или сделать простое разбавление.

Однако была одна вещь, которую он мог сделать, — это использовать этот газ страха, чтобы напугать Бэтмена.

Вскоре Шиллер снова появился в квартале Морсон. Он знал, что Бэтмен вернется сюда. Брюс был одним из тех людей, которые, где упал, там и должен подняться. Он никогда не хотел менять место жительства, это была его гордость.

Весь квартал Морсон был небольшим, всего шесть переулков. Здание, из которого упал Брюс, находятся в первом переулке в квартале Морсон, там был ночной клуб, контролируемый бандой Желоба.

Банда Желоба была небольшой бандой в Готэме. В Готэме есть водосточная канава со стороны квартала Морсона, и Банда Желоба любит бросать в эту канаву своих мертвых жертв. Канава становилась все более и более вонючей, поэтому другие банды стали использовать термин «Желоб» для обозначения банды, а Банда Желоба злорадствовала и гордилась этим.

Первые враги, победившие Бэтмена, явно не были злодеями с большим именем. Они были просто кучкой панков, куривших наверху в ночном клубе. Бэтмен использовал свои боевые навыки, чтобы уничтожить большинство из них, но, к сожалению, он не имел большого опыта в бою. Когда ему бросили песок в глаза, он споткнулся и упал с лестницы.

У раненного Бэтмена не было помощников, а его оборудование не было умным. Так что не было ничего удивительного в том, что он спустился в сточную канаву, но во второй раз банде так не повезло. Шиллер на мгновение прислонился к стене в конце квартала Морсона, прежде чем услышал испуганные крики из ночного клуба. Вскоре ночь стала тихой, а маленькая банда, о которой никто не будет заботиться, исчезла в Готэме.

Бэтмен вышел, очевидно, в гораздо лучшей форме, чем в прошлый раз. Его голова склонилась, как будто он все еще размышлял, как модифицировать его бэт-снаряжение.

Вдруг он что-то вспомнил и пошел вперед. Он свернул за угол, где хотел найти нищенку, дать ей еще несколько долларов и сказать, что с бандой Желоба покончино и что из-за этих деньгами ей ничего не будет.

И действительно, он снова нашел нищенку на обычном месте. Она по-прежнему плотно завернута в свое одеяло, дрожит от холодного, сырого воздуха готэмской ночи, но зонтик, который когда-то дал ей Шиллер, исчез.

Бэтмен дал ей деньги и сказал низким голосом:

— В этом районе больше нет банд, ты в безопасности.

Нищешка вздрогнул и поднял голову, но Бэтмен не увидел в её глазах ни намека на благодарность. Он с недоверием обнаружил, что нищенка смотрит на него с ненавистью в глазах.

— Разве ты не чувствуешь себя счастливой? — спросил Бэтмен.

Знакомый голос раздался над головой Бэтмена:

— Конечно, нет.

Шиллер стоял на балконе над нищенкой и смотрел на Бэтмена со второго этажа.

— Из-за банды Желоба в этот ночной клуб каждый день постоянно приходили клиенты. Некоторые из которых брали еду на вынос. Когда у них оставалось совсем немного, они просто бросали ее на бордюр, чтобы нищенка могла ее подобрать и доесть.

— Но теперь без банды Желоба ночной клуб не может оставаться открытым, клиенты не приходят, а значит, нет еды.

— Но несколько сотен долларов для неё достаточно...

— Да, у тебя лучшая медицинская система во всем Готэме, частный врач и семейный консультант по вопросам здоровья. Ты не переболел ни одной простудой и лихорадкой, и уж тем более не знаешь, каково это — быть настолько замерзшим, что не можешь встать"

— В вашем воображении она могла бы взять несколько сотен долларов, пойти в ближайший супермаркет, купить достаточно еды, чтобы прожить. Даже может быть, найти гостиницу на несколько ночей и вылечить то, что её беспокоит, — Шиллер остановился и продолжил, — Но, к сожалению, она не может сделать даже первый шаг.

Бэтмен опустился на колени, сдернул покрывало с ног нищенки и обнаружил, что все ее нижние конечности были обморожены до синевы. В Готэме несколько дней подряд шли дожди, и ее ноги распухли до неузнаваемости.

Бэтмен хорошо разбирался в теории хирургии и знал, что даже в лучших больницах Готэма такую нижнюю конечность придется лечить путем ампутации.

Он молча смотрел на многочисленные долларовые купюры, которые нищенка не сжимала в руках, а небрежно бросила на землю. Он чувствовал невероятную нелепость, стыд, от которого перехватывало дыхание.

Он внезапно почувствовал, как столько негативных эмоций неудержимо поглощают его, что ему захотелось реветь. Бэтмен почувствовал, что никогда еще не был так не в своей тарелке, как сегодня. Он, пошатываясь, встал, направился назад. Стоило ему сделать несколько шагов, как он упал.

Видимо, трагической истории с неожиданным концом и страха перед негативными эмоциями, вызванными ядовитым газом, было достаточно, чтобы дестабилизировать Брюса на несколько дней.

Гордон расстегнул одну из пуговиц на воротнике рубашки, выгнул шею и расслабил плечи. Затем он повернул голову, чтобы посмотреть в окно на темную дождливую ночь Готэма, все еще холодную и сырую, как всегда.

Его коллеги здоровались друг с другом, выходя из участка после работы. Один из них сказал Гордону:

— Эй, друг, не стоило тебе вообще браться за это запутанное дело — десятки пропавших людей? Боюсь, что сегодня ты снова будетшь проверять файлы до полуночи.

Гордон беспомощно рассмеялся и сказал:

— Ты же сам сказал, десятки пропавших без вести, я должен быть на высоте.

После ухода коллег Гордон сделал себе чашку эспрессо. Он собирался сегодня не спать всю ночь.

Дела о пропаже людей в квартале Морсон были очень странными. В прошлом, даже если они велись тайно, некоторые тела мертвых жертв все равно находили. Однако из 46 человек, пропавших в районе Морсон, ни одно из тел не появилось на улицах Готэма, что было необычно.

Готэм никогда не был городом законов. Он полон банд. Ни один искушенный член банды не потрудится избавиться от тела. Они просто сбросят его с лестницы, даже если знают, что это не обманет полицию, но полиция в Готэме — ничто.

Десятки людей, пропавших из квартала Морсон, были представителями различных профессий, у них было мало общего. Единственное, что их объединяло, это то, что они были жителями квартала Морсон.

В это время Гордон еще молод, он всего лишь маленький начальник полицейского управления, до шефа еще далеко. Это дело, за которое никто не хочет браться. Оно является горячей картофелиной, за которую Гордон, обладающий чувством справедливости, в конце концов берется. Хотя он знает, что это, скорее всего, будет неблагодарная работа, но он намерен сделать все возможное, чтобы довести дело до конца и возместить обиды жертв.

Когда он не спал всю ночь, составляя свои файлы, и уже хотел спать, он вдруг почувствовал позади себя грохот. Когда он обернулся, огромная тень окутала его. Гордон сразу же нащупал свой пояс, но пистолета там не было.

Человек напротив него был одет в строгий черный костюм с двумя остроконечными ушами на голове и черным плащом. Он был высоким и загораживал почти весь свет сверху. Гордон осторожно спросил:

— Кто вы? Почему вы в полицейском участке?

— Можете считать меня мстителем, я расследую пропажу людей в районе Морсон. Я заметил, что вы ездили туда сегодня и вчера. Вы должны быть детективом, ведущим это дело, и я надеялся получить досье этих пропавших людей.

Гордон как раз собирался отказать человеку, когда тот заговорил снова:

— Конечно, у меня также есть кое-какие зацепки, которыми я могу с вами обменяться, или я вполне могу работать с вами над этим делом.

Мститель? Это просто смешно, подумал Гордон. В Готэм-Сити не может быть такого человека, иначе он не был бы известен как город Грехов.

Первая встреча Гордона и Бэтмена была не из приятных. Они долго противостояли друг другу в полицейском участке, видимо, Бэтмен, начавший разговор, еще не понимал, что нужно уходить, не закончив предложение. Они с Гордоном долго мешкали, прежде чем наконец проявили нетерпение.

Бэтмену очень не повезло, в Готэме было бесчисленное множество нерадивых копов, но он встретил самого справедливого. Гордон даже пытался защитить файлы до своей смерти. Бэтмен не хотел причинять ему вреда, поэтому ничего лучшего не оставалось.

После того как Бэтмен убрал банду Желоба, он получил большое потрясение. Хотя в итоге он спас нищенку, он, очевидно, задумался о том, что сделал. Он стал менее амбициозным. Надо начать с самого простого.

Квартал Морсон, где он начал свой путь супергероя, тоже не самое спокойное место. Если не считать банду Желоба, то это место всё равно нельзя назвать спокойным. Количество пропавших без вести в квартале Морсон достигло очень опасной цифры.

И, конечно, ему есть кого подозревать.

Преподаватель университета, встающий посреди ночи, пробирающийся в район готэмских гангстеров, появляющийся и исчезающий без видимых причин — может ли кто-то быть более подозрительным?

Не то чтобы Бэтмен думал о прямом столкновении с Шиллером, но он знал, что ему будет трудно победить в словесном поединке профессора. Он уже проиграл оба своих столкновения с Шиллером. Он чувствовал, что он должен достать достаточно доказательств, прежде чем привлекать его к ответственности.

В тот день Бэтмен снова был в квартале Морсон. Он не смог получить от Гордона досье на пропавших людей, поэтому проник в дом изчезнувших, чтобы найти улики.

Он только что высунулся из окна, когда снова увидел Шиллера. Он стоял под фонарем недалеко внизу, держал еще один черный зонт и смотрел на стену, когда Бэтмен увидел его.

Он нашел Шиллера, смотрящего на то место, где до этого была нищенка, но теперь её там не было. Бэтмен отвез нищенку в лучшую больницу Готэма и заключил контракт на всё её лечение. Нищенка по крайней мере будет жить, хотя её ноги были ампутированы.

От нищенки осталось тумное пятно на стене, дождь образовал небольшую лужу на том месте, где она сидела. Тусклый свет фонаря освещал улицу, в то время как Шиллер стоял, глядел на лужу и недоумевал, что происходит.

Молодой Бэтмен в конце концов не выдержал, вскочил и предстал перед Шиллером.

— Добрый вечер, Бэтмен. Я помню, как вы называли себя в прошлый раз, поэтому я тоже буду называть вас так.

Глаза Бэтмена под маской остановились на нем, когда он сказал:

— Не надо со мной церемониться, вы знаете, для чего я здесь.

— Ты здесь, чтобы быть спасителем, я знаю, как тогда, когда ты спас бедную нищенку.

— Вы причастны к делу о пропаже людей в квартале Морсон? — спросил Бэтмен.

Шиллер покачал головой. Бэтмен сказал:

—Вы единственный посторонний, и у вас нет мотивов для пребывания здесь.

Шиллер сказал:

— Очевидно, что у вас уже есть ответ в голове, так зачем спрашивать меня? Вы всегда умеете взять что-то, в чем вы уже уверены, и превратить это в вопрос, который можно задать кому-то другому.

— Если вы получаете ответ, который вас устраивает, вы, естественно, удовлетворены, но если вы не получаете желаемого ответа, вы начинаете злиться.

— Если я скажу, что я не убийца, вы почувствуете гнев, но ваш гнев исходит не из вашего чувства справедливости, а просто от того, что я не дал вам ответ, который вы хотели.

— Вы думаете, что знаете, что происходит, не так ли? — спросил Шиллер.

— Я сказал, не ходи вокруг да около, вы единственный, кто здесь подозрителен...

Прежде чем Шиллер успел заговорить, он заметил дротик с летучей мышью, пролетевший по его шее. Он казался недооценил оппонента. Будь то молодой Бэтмен или взрослый Бэтмен, хотя он не убивал людей, он часто избивал преступников. Он не стеснялся ломать им ноги, прежде чем отправить их в больницу.

Однако, по всей видимости, этому молодому Бэтмену не хватает опыта.

Шиллер не проронил ни слова, когда мимо пролетел еще один дротик Бэтмена, задев его шею. Однако на этот раз, вместо того чтобы использовать свое паучье чутье, для предвидения траектории и зарания отклонения голову, Шиллер молча наблюдал за Бэтменом.

Дротик оставил рану на его шее. Из неё все еще сочился кровью, как вдруг из конца переулка послышались резкие шаги и крик «Стой!».

Бэтмен повернул голову и посмотрел в конец переулка. Гордон держал пистолет, направленный на двух мужчин под фонарем.

— Детектив Гордон, здравствуйте, — сказал Шиллер.

Детектив Гордон медленно подошел, не опуская пистолет, и произнес:

— Опустите оружие и не двигайтесь.

Шиллер развел руки в стороны, чтобы показать, что он не вооружен, а Бэтмен убрал дротик, который держал в руке.

Гордон подошел ближе и понял, что у Шиллера из шеи идёт кровь. Кровь стекает по плечам и даже смачивает рубашку.

Шиллер сказал:

— Бэтмен, вы ошиблись, когда сказали, что я единственный подозрительный здесь человек. Этот детектив, видимо, другого мнения.

— Ни у кого нет мотива находиться здесь, кроме меня и тебя.

— Я здесь, чтобы расследовать дело о пропаже людей, — произнес Бэтмен.

— Если вам нужны доказательства, то какая разница между тобой и полицейским? — неожиданно спросил Шиллер.

Бэтмен на мгновение потерял дар речи. Он ожидал, что Шиллер попросит у него доказательства. Бэтмен знал, что даже если Шиллер бывал в местах, где ему не следовало бы быть, это не служит доказательством того, что он действительно совершил преступление. Поэтому он решил найти улики, чтобы доказать, что Шиллер был убийцей.

Однако вопрос Шиллера попал в самую точку. Бэтмен, который всегда считал, что полиция довольно бесполезна, потому что они во всем руководствуются уликами, и даже если бы убийство произошло у них на глазах, они не стали бы арестовывать человека, которого больше всего подозревают, не видя убийцу.

Так было, когда погибли его родители, ни один полицейский не дал объяснений, которые должны были быть даны, и никто не был привлечен к ответственности. Его родители погибли, и никто не поплатился за это.

Если ему тоже нужны доказательства, подумал он, тогда почему он не пошел и не стал полицейским в Департаменте полиции Готэма?

Однако если ему не нужны были доказательства, и он просто ходил и арестовывал случайных людей, то чем он отличался от преступника?

Бэтмен пожалел, ему не следовало спускаться, чтобы поговорить с Шиллером. Каждый раз разговор с Шиллером выводит его из состояния равновесия, душевное и сознательное потрясение — самое страшное.

После каждой встречи с Шиллером Бэтмен должен был вернуться назад и глубоко задуматься, по крайней мере, на два или три дня, чтобы разобраться в заданном ему вопросе, найти свой собственный ответ и укрепить свою уверенность, прежде чем снова выйти на сцену.

Он считал, что это ничем не отличается от занятий в университете. Преподаватель задает вопрос, студент думает над ним самостоятельно, пишет работу. При следующей встрече, помимо проверки домашнего задания, его ждет новый вопрос, один за другим, как будто этому никогда не будет конца.

Вместо того чтобы замедлить свои исследования после того, как Шиллер украл большую часть газа страха, он стал еще более неистовым в похищении экспериментов. Это сделало невозможным для Шиллера спать посреди ночи, чтобы навести порядок.

По сравнению с Шиллером, Джонатан действительно выглядел более симпатичным мужчиной. С его худым телосложением, длинными конечностями, вьющимися волосами и большими очками в черной оправе, всегда с темными кругами под глазами, он выглядел очень хрупким и безобидным.

В университете он также был очень хорошим старшим. Все студенты Готэма знали, что Джонатан не был строг на занятиях и ему легко сдать экзамены. Даже когда кто-то пропускал некоторые пары или опаздывал, он просто поднимал очки и говорил ученикам сесть, а не критиковал их.

Он на сто процентов походил на ботаника, в то время как Шиллер, новый профессор психологии, напротив, выглядел как старший доктор психиатрической больницы Аркхема.

Шиллер чем-то похож на представителя смешанной расы. У него черные волосы и серые глаза. Первоначальный владелец тела был похож на человека высшего света, вся его одежда была черной с вкраплениями серого цвета.

В основном он носил пальто, шарфы и формальную одежду на работе. Шиллер не ходил покупать новую одежду, поэтому он сохранил стиль первоначального владельца. В Готэме в эти дни очень часто идут дожди, так что Шиллер почти все время носит с собой черный зонтик.

Смотря на его образ нельзя сказать, что он главный злодей сериала, скорее вызывает жалость.

Шиллер очень строгий профессор. Хотя его студенты знали, что он очень хороший лектор, но он не щадит студентов, которые опаздывают или уходят раньше времени. Он заставляет писать тесты каждые несколько занятий, а после он прямо говорит в аудитории, что по крайней мере 30% студентов провалили их, заставляя всех нервничать.

Хотя студенты Готэмского университета имеют хорошо семейное положение, но они не легенды бунтарского характера. Ни одному студенту не понравится такой профессор. Сначала на предмете Шиллера было несколько придурков, но вскоре кто-то разнес весть о резюме Шиллера. Ученики сразу же притихли в классе Шиллера, как овечки.

В конце концов, нормальный человек никак не мог быть замешан в таком количестве серийных убийств несколько раз. Вскоре Шиллер стал легендой кампуса Готэмского университета.

Одни говорят, что их профессор на самом деле является тем самым человеком, ответственным за эти серийные убийства. Другие — что на нем лежит какое-то злосчастное проклятие, из-за которого ужасные случаи происходят везде, куда бы он ни пошел. А третьи, обладающие живым воображением, придумывают Шиллеру трагическую предысторию и предполагают, что его участие в расследовании стольких убийств на самом деле является местью.

Среди всех этих версий всегда находилась та, которая отвечала ожиданиям студенческих сердец. Среди них такие причудливые и немного ужасающие истории всегда распространялись очень быстро. Уже через несколько дней большинство студентов знали о прошлом Шиллера.

Когда Шиллер выходил за завтраком, окно, у которого он стоял, всегда было пустым, студенты отворачивались от него. На уроках он собирал столько домашних заданий, сколько до него не получал ни один профессор.

После той ночной стычки Шиллер часто чувствовал, что Брюс преследует его по кампусу, даже днем. К счастью, у него есть паучье чутьё. Брюс несколько раз безуспешно пытался установить камеры в его комнате в общежитии, комнате для консультаций и на трибуне в классе.

Однако это дало Шиллеру вдохновение.

Казалось, молодой Бэтмен все еще не разобрался, но он заметил, что Брюс, похоже, заключил какую-то сделку с Гордоном. Шиллер несколько раз возвращался ночью в квартал Морсон, когда замечал, что эти двое, похоже, действительно объединились.

Наконец однажды, ближе ко сну, в Готэме стало темно, как в чернильнице.

Шиллер не собирался сегодня никуда идти, он собирался хорошенько выспаться. Преподавание в университете оказалось не таким простым делом, как он думал. А психологические консультации — это случайные студенты, которые все еще приходили и которым действительно нужна была консультация, будь то снятие тревоги, облегчение депрессии или просто психологический совет, работа тоже была утомительной, так что он планировал хорошенько выспаться.

Волею судьбы Джонатан, который любит быть активным во второй половине ночи, внезапно покинул кампус в первой половине ночи. Шиллер знал, что он пошел ловить новую партию людей для экспериментов.

Гордон и Брюс в эти дни постоянно перемещались по кварталу Морсон. Джонатан прекрасно понимал, что ему не удастся победить полицию и его обязательно посадят, если поймают.

Он был менее спортивен, чем Шиллер, он даже криво распыляет газ страха. После того как Бэтмен расправился с бандой Желоба и несколькими другими мелкими бандами в квартале Морсон, он приобрел некоторую известность. Люди знали, что здесь есть эксцентричный мститель, борющийся с этими бандами. Так что Джонатан несколько ночей боялся показать свое лицо.

Однако он находится на грани прорыва со своим газом страха. Ни один маньяк-экспериментатор не может смириться с потеряй экспериментальных образцов из-за провала в этот критический момент. Так что он должен идти и ловить новые.

Хотя он был физически убог, вопрос захвата людей для экспериментов был для него достаточно прост. Ему всего лишь надо было найти дом с открытым окном, просунуть туда трубку, распылить в нее большое количество анестетика, затем открыть дверь и вытащить человека.

Шиллер смотрел, как он покидает кампус, ему самому пришлось снова надеть пальто, взять зонт и последовать за ним. Хотя у него не было святого мышления и он не собирался быть супергероем-спасителем, но он должен позаботиться о трагедии, которая произойдет у него на глазах.

Более того, если Джонатан продолжит заниматься этой ерундой, в квартале Морсон останется не так много людей. Тогда дебютное путешествие Бэтмена закончится, не успев начаться. Поскольку Пугало все равно рано или поздно попадет к Бэтмену, лучше выбрать день, именно сегодня.

У Шиллера был небольшой трюк в рукаве. Он собирался преподать Бэтмену урок и быстро избавить его от этого высокомерного образа мыслей.

Теперь у Бэтмена было место для ошибки, ведь Джокер был еще только цирковым артистом. Шиллер с ужасом думал о том, как плохо сыграет Джокер, если предстанет перед молодым Бэтменом сейчас.

Бэтмен был еще молод, и ему было на что равняться. Однако он должен был признать, что навыки, полученные им в путешествиях по миру, не пропали даром.

И сейчас Джонатан не был дотошным преступником. У него не было специальной подготовки и тем более чувства антиобнаружения, многие его улики были взяты Бэтменом и Гордоном.

Вдвоем они проложили себе путь под землей к часовне, и там нашли лабораторию Джонатана, которая была не очень умной и даже могла быть описана как очень похожая на мастерскую чернокнижника.

В доме было темно, тесно и дурно пахло, Бэтмен посмотрел на дренажную трубу в подвале и сказал:

— Боюсь, я знаю, куда ушли эти люди.

Гордон подошел к нему с пистолетом и сказал:

— Как бы мне ни было неприятно спрашивать, но правда должна быть в моем боевом рапорте.

— Царская водка. Она может плавить не только металл, но и самые прочные части человеческого тела.

— Хорошо, я понял. Ты не должен ничего говорить. Я не хочу слышать подробности, — Гордон сказал.

Они исследовали небольшую лабораторию, и вдруг Гордон заметил маленький след из каких-то рваных опавших листьев под разрушенным ящиком.

— Североамериканская красная сосна, — сказал Бэтмен, — Я видел её семена.

— Черт, где во всем Готэме есть хоть одна сосна? Иначе погода здесь не была бы такой, — произнес Гордон.

— Я думаю, что есть место, где есть это растение, — сказал Бэтмен.

— Готэмский университет, который является самым зеленым местом во всем Готэме, имеет это растение по обе стороны самой широкой пешеходной дорожки.

Гордон опустился на колени, внимательно осмотрел следы и сказал:

— Должно быть, это был убийца, который наступил на эти опавшие листья своими сапогами. Здесь до сих пор лежит грязь, очевидно, сильный дождь последних нескольких дней доставил ему много хлопот. Грязь упала, а он даже не потрудился убрать за собой после того, как пришел сюда.

Гордон поднял голову и спросил:

— Убийца — студент Готэмского университета?

— Может быть, или это мог быть и учитель, — ответил Бэтмен.

— Например, тот парень, которому вы угрожали в тот день? — спросил Гордон.

— Я не угрожал ему, — ответил Бэтмен.

— Но вы порезали ему шею дротиком и заставили его истекать кровью так сильно, что, боюсь, такая длинная рана обязательно оставит шрам, произнес Гордон.

— Вы сочувствуете преступнику? — спросил Бэтмен.

— Он не был преступником, по крайней мере, пока не прошел через суд.

— Суд... — пробурчал Бэтмен.

Гордон почувствовал недоверие Бэтмена к системе правосудия и не стал праведно противоречить ему. Он не был полицейским-новичком в Готэме. Это было правдой, что система правосудия здесь не заслуживает доверия, да и вся система порядка здесь, если уж на то пошло.

— Но мне кажется, что вы угрожали, когда собирались причинить вред обычному, безоружному человеку с опасным оружием в руках, — сказал Гордон.

— Безоружный... — пробормотал Бэтмен.

Он вдруг обнаружил, что не может возразить Гордону, потому что ему действительно казалось, что, насколько ему известно, Шиллер не имел особой профессиональной подготовки в драке. Бэтмен был уверен, что мог бы вырубить его одним ударом.

Однако этот человек мучил его уже много дней, но он ничего не мог с этим поделать. Он вдруг вспомнил, как когда-то слышал в своих путешествиях, поговорку — слова могущественнее кулаков.

«На этом все и закончилось», — подумал Бэтмен.

Разве доказательства того, что убийцей был кто-то из Готэмского университета, не были настолько убедительными, что второй ответ уже вряд ли был возможен? Возможно, пришло время отправить этого сумасшедшего профессора в тюрьму.

Он посмотрел на испачканную водосточную трубу у себя под ногами, где исчезли души четырех десятков людей, среди которых, должно быть, были и его родители.

Давным-давно той ночью жизни его родителей исчезли в переулке, но никто не заплатил за это ту цену, которую должен был заплатить.

Но теперь все было по-другому. С ним эти преступники окажутся там, где им и место. Никто из них не уйдет.

После того, как Гордон и Бэтмен покинули подземелье часовни, оба они выглядели ошеломлёнными. В конце концов, место, где они только что были, похоронило десятки жизней всего за один месяц.

Готэм был темным городом, но когда эта тьма представала перед людьми в обнаженном виде, только сильные духом люди могли переварить шок от этой глубокой тьмы.

Внутри Бэтмена и Гордона бушевало множество эмоций. Первое дело, с которым впервые столкнулся Бэтмен, это, казалось бы, безграничное зло, беспросветная тьма, лежащая перед ним. Он вдруг понял, слова Шиллера, он действительно может быть не полностью готов к этому.

Мощная сила была лишь средством выживания здесь, но чтобы спасти город, одной силы было недостаточно.

Подумав об этом, Бэтмен свернул за угол и увидел, что Шиллер снова стоит на первом этаже, держа в руках зонтик. Внизу балкона было место, где когда-то оставалась нищенка.

Бэтмен снова ощутил чувство абсурда: «Этот проклятый преступник, убивший десятки невинных жизней, как он смеет стоять здесь? Почему в этом мире есть люди, которые могут быть равнодушны к живым существам? Они могут быть даже настолько жестокими, что убивают их без колебаний».

Депрессия внутри Бэтмена переросла в гнев. Он выскочил на улицу, прямо на двухметровый балкон, за которым наблюдал Гордон.

— Скоро будет ваш суд, проклятый убийца, — сказал Бэтмен.

— Вы нашли доказательства, которые хотели? — спросил Шиллер.

— Конечно. Есть достаточно доказательств, чтобы отдать вас под суд.

Шиллер внезапно рассмеялся и сказал очень легкомысленным тоном:

— Как смешно. Вы все еще думаете о том, чтобы испытать меня. Департамент полиции Готэм-сити должен наградить вас медалью хорошего гражданина, вы же такой хороший коп.

— Как было бы здорово, если бы во время смерти ваших родителей были такие замечательные полицейские, которые нашли бы улики, оставленные убийцами, и судили их? Вы ведь так думаете, не так ли?

— Не кажется ли вам, что вы поступаете противоречиво, когда не доверяете ни полиции, ни судам. Однако при этом продолжаете искать доказательства и предполагаете судить меня по судебной системе?

— Вы хотите доказать, что я нарушил закон. Бэтмен, ваши действия в равной степени противоречат закону. Если я буду судим, то и вы будете судимы. Вы используете преступное деяние, чтобы доказать, что преступник — преступник, не так ли?

Шиллер повысил голос, сказав приглушенным тоном:

— Вы думаете, что у вас есть сила, чтобы пойти и отомстить преступникам своими силами. Однако в конце концов, оставаясь обычным человеком, прирученным этим упорядоченным обществом, вы все еще говорите об уликах и требуете суда.

— Если вы не можете оставить это позади, если вы не можете сбросить эти оковы, которые наложило на вас общество порядка, если вы не можете стереть из своего сознания эти представления о законе, о судебном процессе, вы никогда не сможете вершить правосудие так, как вам хочется.

— Брюс... - сказал Шиллер, глядя ему в глаза, — закон — это не правосудие, а вы.

— Закон Готэма не спас твоих родителей. Так же как он не спас эти пропавшие десятки людей. Если у вас еще будут ненужные иллюзии на этот счет, вы никогда не станете настоящим Бэтменом.

Шиллер отчетливо видел, как тряслись руки Бэтмена. Его ладони уже покрылись венами, когда он сжимал бэт-дротик. Даже все его тело дрожало, поскольку он, очевидно, был крайне зол.

Слова Шиллера были слишком оскорбительны. Он раскрыл одно из самых больших противоречий молодого Бэтмена.

Законы Готэма не смогли спасти его родителей, но Бэтмен, который говорил о мести, все равно был приверженцем провавого порядка. В итоге он все равно следовал справедливости.

— Вы ожидаете, что я сам буду вершить правосудие? — спросил Бэтмен. Затем он поднял пистолет и приставил его ко лбу Шиллера.

У Бэтмена, конечно же, был пистолет. Без такого горячего оружия в Готэм-сити вряд ли можно выжить. Не говоря уже о восстановлении справедливости.

Шиллер по-прежнему выглядел спокойным. Он сказал:

— Вы не ответили на мой предыдущий вопрос. Вы нашли нужные вам улики? Что это?

— Было пятно, которое вы оставили на боку ящика на первом этаже часовни, и была грязь с листьями. Листья североамериканских красных сосен, которые встречаются только в Готэмском университете.

Шиллер спросил:

— Что это может значить?

— Это значит, что вы убийца, — ответил Бэтмен.

— Неужели? Я единственный на улицах квартала Морсон без всякой причины, одетый и ведущий себя подозрительно. И вы нашли на месте преступления листья, принадлежащие Готэмскому университету, что позволяет предположить, что убийцей мог быть кто-то из Готэмского университета. Значит, я и есть убийца, какие строгие рассуждения, — произнес Шиллер.

Бэтмен смотрел на нераскаянное выражение лица Шиллера, на бойкий тон. Его гнев действительно достиг пика, и в тот момент, когда он попытался нажать на курок, подбежавший Гордон закричал:

— Прекрати! Опусти пистолет!

Бэтмен прервался на долю секунды, когда Шиллер бросил карту памяти на землю между ними и сказал:

— Доказательства неопровержимы? Убийца был в Готэмском университете, а я преподаю в университете, это достаточно убедительно.

— Да, как бы вы хотели, чтобы кто-то сделал то, что вы делаете сейчас, когда погибли ваши родители. Чтобы кто-то всадил пулю в голову убийцы, потому что улики были неопровержимые.

— Не упоминайте моих родителей... — сказал Бэтмен с легкой дрожью в голосе, — вы преступник.

— Вы придумали много параллелей, — произнес Шиллер.

— Но ваш гнев заставляет вас упускать из виду больше, гораздо больше несоответствий.

— Например, у меня никогда не было никакого образования в области химии или биологии. Например, я участвовал в бесчисленных расследованиях серийных убийств, мое чувство антиобнаружения не было бы настолько плохим, что я не смог бы даже убрать следы, и, что более важно... — Шиллер посмотрел на карту памяти и сказал, — мои доказательства гораздо более убедительны, чем ваши.

Гнев Бэтмена немного поутих, когда Гордон прервал его. После возвращения рассудка он почувствовал, как пот пропитывает рубашку на спине даже в такую сырую и холодную погоду.

Бэтмен настороженно взял флешку, которую подключил к миниатюрному компьютеру на своей руке. На экране появилась проекция.

В этот момент Гордон также побежал по дороге на балкон. Он увидел видео, на котором мужчина в клетчатой рубашке стоял на кондиционере в доме, просовывая шланг в окно. Фигуры в доме, которые стояли и сидели, упали, и после того, как мужчина спрыгнул с кондиционера, он пошел в коридор. Через мгновение он тащил две большие коробки, ставил их на прицеп и толкал их прочь. Часть фигур в доме исчезли.

Бэтмен понял о чём говорил Шиллер. Джонатан настолько не осведомлен о средствах защиты от обнаружения, что не смог обнаружить Шиллера, стоящего в коридоре здания напротив него и снимающего его на камеру.

Однако, с другой стороны, никто в Готэм-сити не стал бы бродить посреди ночи, особенно в таких трущобах, как эти, где можно потерять жизнь, если не быть осторожным.

Гордон вдруг воскликнул:

— Неудивительно!

— Я помню, что когда были зарегистрированы адреса пропавших без вести. Действительно, больше всего пострадали жильцы нижних этажей, и почти во всех домах жертв были балконы... — сказал Гордон.

Затем он посмотрел на Бэтмена и Шиллера. С некоторой злостью он сказал Бэтмену:

— Я так ошибался насчет вас? Вы, и в правду, только что пытался стрелять? Вы знаете, что только что чуть не убили человека?!

Бэтмен молча смотрел на проекцию на своей руке. Любой, кто не слепой, мог увидеть, что убийца в ней был меньше Шиллера по размерам.

Шиллер, хотя и не умел драться и не занимался спортом, все же был высоким, лишь немного ниже и стройнее Бэтмена. Он был, по крайней мере, ста восьмидесяти сантиметров, тогда как человек на видео был в лучшем случае ста семидесяти сантиметров и весил не более шестидесяти килограммов.

— Профессор Джонатан — хороший старший, так вы думаете, не так ли? Потому что он не проверяет домашние задания, он мил с вами и никогда не завалит ваш урок. Однако я другой, я очень проблемный профессор, всегда ковыряюсь в заданиях, даю тесты, когда больше нечего делать, и угрожаю всем студентам возможностью не здачи моего предмета.

— Конечно, я убийца, а он нет. В конце концов, как такой трусливый, молчаливый, худой и маленький человек мог быть серийным убийцей?

— Перестань так говорить, — Бэтмен сказал дрожащим голосом.

Он вспомнил тот день, когда столкнулся с нищенкой. Краем глаза он все еще видел пятно, оставленное нищенкой на стене. Сильное чувство вины и стыда снова охватило его.

А слова Гордона подлили масла в огонь, когда он сказал:

— Мне все равно, откуда вы, чудак, наводишь беспорядок в городе в своем трико. Но вы чуть не убилт хорошего человека. Что именно вы двое имеете друг против друга? Если у вас есть личные счеты, то идите и решайте их сами, а не вмешивайтесь в работу полиции.

— Разве у полиции Готэм-сити недостаточно дел? Вы хочешь убить кого-то у меня на глазах, потому что хочешь, чтобы я немедленно посадил вас в тюрьму? — сказал Гордон.

Дни сверхурочной работы измотали его. Он нетерпеливо сказал:

— Чудак в трико, дайте мне флешку сейчас же, я хочу вернуть ее для протокола... Этот джентльмен, пожалуйста, вернитесь со мной, вы, кажется, знаете, кто убийца, и нам нужны версии...

После минутного молчания Бэтмен бесшумно протянул руку, чтобы передать флешку Гордону.

Он понял, что его нерешительная вылазка была полным дополнением к беспорядку. Именно преступник, которым он считал Шиллера, оказал ему большую помощь и предоставил самые важные улики.

Шиллер не сказал больше ни слова. Бэтмен стоял на своем, в то время как снаружи, на улицах, снова начался непрекращающийся дождь.

Как раз когда он собирался последовать за Гордоном, он услышал, как Бэтмен позади него сказал:

— Простите, профессор.

Шаги Шиллера замедлились, он чувствовал себя немного недоверчивым: «Что Бэтмен только что сказал???»

«Он только что извинился???»

Шиллер, не веря, обернулся. Бэтмен стоял в тени, отбрасываемой зданием, единственный свет падал на его козырек, губы были плотно сжаты. Шиллеру стало смешно.

Он был Бэтменом.

Потому что он был Бэтменом.

И Бэтмен всегда был прав.

Бэтмен не станет ни перед кем извиняться.

На все вопросы он отвечал только: «Потому что я Бэтмен».

Шиллер видел в комиксах слишком много темной стороны Бэтмена. Например, подготовку криптонита для защиты от Супермена, наличие плана для всех членов Лиги Справедливости, и, похоже, он не доверяет никому, даже самому себе.

Надо сказать, что эти темные стороны редакторов комикса сделали его более харизматичным, когда они создавали персонажа. Это также производит более глубокое впечатление на читателя.

Но это также породило своего рода предубеждение против Бэтмена со стороны Шиллера.

Он считал, что Бэтмен должен быть таким, как в комиксах. Бэтмен никогда не извиняется, потому что не чувствует себя виноватым и считает, что эти меры предосторожности против его спутников необходимы.

Это создает предубеждение для Шиллера. Дело не в том, что Бэтмен не извиняется, он все еще чувствует сожаление и вину, когда понимает, что был неправ.

Шиллер все же пытался преподать молодому Бэтмену некоторые уроки. Например, не питать предрассудков, не судить людей по их внешности, не поддаваться гневу и сохранять независимое мышление.

Однако Шиллер вдруг понял, что он не в состоянии научить Бэтмена не быть предвзятым, потому что у него самого есть стереотип персонажа, который трудно стереть. Он хочет, чтобы Брюс стал тем Бэтменом из комиксов, которого он себе представляет, и чем скорее, тем лучше.

Однако теперь кажется, что это не история мудрого и эрудированного профессора с его молодом и безрассудном студентом, а классика «Гордость и предубеждение».

Бэтмен, с абсолютной уверенностью в своих рассуждениях, считает, что Шиллер должен быть убийцей. Когда у него есть предвзятое мнение и появляются некоторые доказательства, которые случайно совпадают с ним, он почти стреляет в Шиллера.

Однако Шиллер также имеет подобное предубеждение против Бэтмена, считая, что он должен быть старым, осторожным и подозрительным темным героем комиксов.

Эти два человека были предубеждены, но их предубеждения не безпочвенные.

Теперь Бэтмен, похоже, усвоил этот урок и ясно осознает, что он не всеведущ.

Его рассуждения могли быть пропитаны предрассудками и, следовательно, ошибочны до крайности. Его импульсивность была тем более смертоносной перед лицом такого высокомерия.

Он ввидел рану на шее силуэта, которую он нанес ранее дротиком, приняв силуэта за преступника. Он угрожал ему так же, как угрожал бы преступнику, и хотя он не стрелял в него сегодня, как сказал Гордон, рана была настолько глубокой, что она обязательно оставит шрам.

Бэтмен чувствовал себя виноватым за это и был очень напуган.

Неспособность закона правильно судить каждого преступника не является тем основанием, для того, чтобы он в своем высокомерии безрассудно мог судить других.

Без гарантии того, что он прав на сто процентов, любой импульсивный акт насилия может оставить у невинного или даже хорошего человека шрам, который никогда не удастся стереть.

Он был просто благодарен за то, что цена, которую заплатил невинный человек, не была его жизнью.

Бэтмен стоял в тени и думал о том, что он собирается навсегда покончить с такой возможностью. Поэтому он решил, что в будущем никогда никого не будет убивать, с какими бы жестокими преступниками он ни столкнулся.

Если от его рук несправедливо погибнет хоть один невинный человек, то он будет более чудовищным преступником, чем тот, кто убил его родителей.

Ведь преступник, убивший его родителей, возможно, сделал это только ради денег или мести. Ущерб, нанесенный преступником, - это две невинные жизни.

Если Бэтмен будет убивать без разбора, то для города больше нет надежды.

В комиксах установка на то, что Бэтмен не убивает, кажется, существовала с самого начала.

Шиллер не потрудился выяснить, почему именно так, и нашел эту подставу раздражающей. Например, почему Бэтмен не мог убить этих мерзких преступников, этих сумасшедших, которые снова и снова выходили из тюрьмы, чтобы причинить неприятности? Он думал об этом бесчисленное количество раз, читая комиксы.

Однако он не понимал, что в этом мире именно благодаря ему, именно благодаря Шиллеру молодой Бэтмен укрепился в мысли, что преступников не надо убивать.

Поскольку он был Бэтменом, он был единственной надеждой города. Если бы его раздавило чувство вины за убийство невинного человека, город был бы абсолютно безнадежен.

По воле случая Шиллеру так и не удалось сделать молодого Бэтмена своим духовным якорем, но он сумел создать одну из установок Бэтмена, а именно — не убивать.

Шиллер и представить себе не мог, что в последующие дни он бесчисленное количество раз пожалеет о своем вмешательстве в это дело.

Когда Бэтмен окончательно повзрослел, Шиллер бесчисленное количество раз мысленно спрашивал себя:

«Почему Бэтмен просто не может пошевелить пальцем и задушить проклятых преступников, чтобы они не появлялись снова и снова! Чтобы они не могли нарушить его спокойную жизнь!!!»

И это все из-за того, что произошло сегодня. Это была его вина.

В здании на Адской кухне внезапно открылось окно. Холодный ветер ворвался внутрь, а вместе с ним и серебристо-белый мех. Он быстро облетел комнату по кругу и приземлился на пол со струей воздуха.

С жужжанием маска Марка 2 опустилась. Старк встал перед столом и осмотрел комнату. Он сказал с легким отвращением: — Какое убогое место.

Шиллер закатил глаза. Он посмотрел на свой горячий кофе, который мгновенно остыл от холодного воздуха.

С точки зрения характеристики, Старк изменил свой образ жизни после похищения и превратился из несносного плейбоя в супергероя.

Однако, по мнению Шиллера, он явно превратился из очень несносного плейбоя в обычного несносного плейбоя.

В отличие от Брюса, который также маскируется под плейбоя, Брюс может быть просто искусственной маской, но Старк — определенно натуральный образ.

Шиллер, благодаря своим контактам со Старком, наметил три темы, которые заставят его взорваться на месте: деньги, мужское достоинство и тот факт, что он не так хорош, как его отец.

Шиллер сделал глоток кофе и медленно произнес:

— Я знаю, что мои консультации стоят дорого, но здесь нет ничего страшного. Вы можете жаловаться еще некоторое время, пока я не перейду к делу, тогда плата не будет взиматься.

— Кроме того, знаете, тот взгляд отвращения, который вы только что бросила на меня после того, как проверки пальцем по моему пыльному столу, был более девчачьим, чем вишенка на вершине кремового пирожного.

— Я признаю, что это правда. Это плохая среда. В конце концов, в отличие от вас, я не миллиардер. Но опять же, в свое время мистер Говард начинал с нуля в таком ветхом доме, как этот. Я боюсь, что это действительно трудности, которые вы не можете оценить, и именно поэтому вы заставили мисс Пеппер беспокоиться так долго после вашего похищения...

После того как Шиллер сложил все три дебаффа, Старк действительно взорвался на месте.

Серебристо-белый Марк 2 «бахнул», видимо, Старк только что вбил туда что-то.

О, Шиллер вспомнил, что еще две вещи, которые заставят Старка взорваться, — это сомнение в интеллекте Старка и если называнить продукцию Старк Индастриз дерьмом.

— Бедный Марк 2, бедный Джарвис, при всем уважении, качество продукции Старк Индастриз такое...

И, конечно, есть последняя точка, которая является выражением симпатии к нему.

— ...это неважно, они намного лучше тех роботов-рисоварок, которые есть на рынке. Это уже качественный скачок вперед.

Старк быстро вылетел обратно через то же окно, через которое он ворвался внутрь. Очевидно, он боялся, что Марк 2 действительно взорвется в его доме, если он останется здесь дольше.

Шиллер вздохнул с облегчением, депрессия от Готэма и Бэтмена улетучилась.

Вскоре, однако, Старк прилетел обратно и сказал без улыбки:

— Мне пришлось лететь в эту помойку, когда я позвонил тебе, а ты не ответил.

— Ты сломал моего Джарвиса в прошлый раз, а сегодня, когда я попытался обновить его, я понял, что он был настолько полностью сломан, что просто умер. Ты ответственен за необходимость его ремонта.

Шиллер уже собирался что-то сказать, когда Старк оборвал его:

— Не ждите, что я заплачу тебе хоть пенни за консультацию. Ты явно сломал его и из-за этого задержали разработку моего нового меха. Ты должен починить его, или я попрошу Пеппера уволить вас.

Шиллер задумался. Действительно, Марк 5 ещё не вышел. Джарвис действительно ещё не может полноценно работать. Хотя Старк не проводил работы, направленные на получение новых знаний и практическое применение Джарвис, но он должен был прописать, как минимум, заботу о нём. Особенно это касается помощи ему в лаборатории.

Шиллер знал, что Старк все еще сердится. Теперь он был в хорошем настроении. так что он не возражает нанести бесплатный визит.

Шиллер скрестил руки и сказал:

— Ладно, на этот раз это бесплатно, пойдёмте.

Как только Старк щелкнул пальцами, прилетел еще один мех. Шиллер широко раскрыл глаза, указывая на мех и говоря: — Вы же не хотите, чтобы я проехал на этом?

— И что? Как иначе ты планируешь туда добраться?

Через несколько минут Старк и Шиллер появились под полуразрушенной автобусной остановкой в Адской кухне. Старк сказал:

— Не могу поверить, мой дебютный показ нового костюма будет в черном, прокуренном, полуразрушенном автобусе...

С этими словами подъехал черный, прокуренный, ветхий автобус. Шиллер поздоровался с водителем. Старк из-за всех сил пытался преодолеть себя и заставить Марка 2 зайти в автобус. Шиллер сказал:

— Вообще-то, вы могли бы поднять всю эту штуку и пролететь с ней.

— Тогда почему ты не можешь просто прилететь в своем боевом костюме? Какая, блять, разница? — спросил Старк.

Шиллер развел руками и произнес:

— Потому что образ Железного человека, летящего с автобусом на плече, должен быть прекрасен.

Оказавшись в лаборатории Старка, Старк встал перед грудой панелей и сказал:

— Не знаю, что на тебя нашло. Джарвис мертв, или не мертв, его аппаратура цела, но он не работает.

— Я собираюсь сделать ему большой апгрейд, но я не хочу, чтобы это повторилось. В конце концов, если после нескольких вопросов он снова отключится, то я не смогу его брать в боевые миссияи. Это не то, чего я хочу.

Когда речь зашла о его профессии, Старк был довольно прямолинеен, когда сказал:

— Я хочу, чтобы Джарвис был настоящим электронным существом. Он мог бы быть универсальным дворецким, а может быть даже лучшим в мире.

— Но он, кажется, застрял в вашей эмоциональной логической проблемы. Очевидно, я настроил его на эмоциональное мышление...

Шиллер говорит:

— На самом деле это парадокс, как и вопросы, которые я ему задавал. Когда машина делает выбор, она всегда следует благоприятной логике. Однако возникает проблема когда благоприятная логика вступает в конфликт с командой хозяина. Вы дали ему установку следовать команде хозяина, но затем вы дали ему эмоции. После конфликта между эмоциями и разумом машина не может обмануть себя, как это сделал бы человек.

— Он не может найти причины, чтобы убедить себя, как это может сделать человек. Он не может признать, что это к лучшему, не может убежать и забыть, поэтому, конечно, он застревает.

Старк махнул рукой и сказал:

— Могу ли я скрыть подобную противоречивую логику? Например, внести определенные слова в список запрещенных, или блокировать определенные эмоциональные проблемы?

— Вы хотите, чтобы он стал настоящим электронным существом?

— Конечно, таким, у которого есть душа, как у нас.

— Ну, короче говоря, если вы хотите, чтобы у Джарвиса были настоящие чувства, то он не может обойти эти проблемы. Если он не может в них разобраться, то он ещё не совсем «существо».

— Но проблема в том, что он не может работать, когда его мучают эти проблемы. Он мне очень нужен.

— Неужели я должен ждать, пока он переварит свои эмоции, как женщина, у которой эмоциональный срыв?

— Вы всегда позволяете мисс Пеппер переваривать эмоции самостоятельно, когда у нее эмоциональный срыв?

Взглянув на Шиллера с таким видом, будто он смотрел на дерьмо, Старк сказал:

—Нет, черт возьми, я этого не делаю. Конечно, я утешию ее, о чем ты думаешь?

Шиллер сказал:

— Это решение действительно зависит от вас, разве вы не заметили? Тони, я могу называть тебя так, не так ли?

Все противоречия в его мышлении исходят от вас, потому что вы создали его. Вы установили ему кодекс, согласно которому он должен служить вам. Его базовые протоколы требуют, чтобы он выполнял ваши приказы...

— Это само по себе не то, как должны думать люди.

— Что бы вы ответили, если бы я взял тот же вопрос и задал его вам?

— Если бы ваш отец был близок к смерти, и одно из ваших решений могло бы спасти его, а он был категорически против. Что бы вы сделали?"

— Если бы вы выполнили его пожелания и не спасли его. Он умер. Вы бы сожалели об этом?

— Если бы он умер, как вы думаете, пожалел бы он о том, что у него есть вы перед смертью?

— Если он умрет, как вы думаете, он обидится на вас?

— Если бы он обиделся на вас, вы бы винили себя?

— Если бы вам дали шанс сделать все заново, сделали бы вы другой выбор?

— Если бы вы решили спасти его вопреки его желанию, а он потом обвинил бы вас. Вы бы почувствовали обиду?

— Вы бы обиделись на него, если он обиделся на вас, потому что вы его ослушались и спасли?

Старк молчал.

Впервые он не отреагировал с наигранной яростью на упоминание об отце.

— Он бы этого не сделал, — произнес Старк.

Его голос был низким, но твердым, когда он сказал:

— Он не помешал бы мне спасти его. Если бы я совершил большую ошибку, спасая его, он решил бы сделать все возможное, чтобы исправить это после того, как он выживет, даже если бы это стоило ему жизни снова.

—Неужели Джарвис так тебя понимает?

Шиллер встал, похлопал Старка по плечу и сказал:

— А он знает, что ты очень похож на своего отца?

— Знает ли он, что знание о тебе даст ответы на все эти вопросы?

— Вы не можете ожидать, что электронное существо, которое использует алгоритмы и логику, будет активно понимать ваше прошлое, вашу личность. То, что вы не привили ему, является для него чистым листом.

— Первое, что тебе нужно сделать, чтобы дать ему настоящую жизнь, сделать то, что дал тебе твой отец.

— Это включает твое прошлое, твою личность, твой образ мышления, ты должна сначала дать ему часть своей жизни.

— Например, как для новорожденного ребенка.

Старк молчал полдня, а затем, нахмурившись и посмотрев на него с некоторым трудом, сказал:

— Я убежден, что в этом мире не существует такой вещи, как чтение мыслей. Маловероятно, что Джарвис умеет это, так откуда он должен знать обо мне? Это практически невыполнимая техника, вы не понимаете искусственный интеллект...

— Я не понимаю «искусственный интеллект», а вы не понимаете «людей».

Старк снова потерял дар речи от его слов, но Шиллер продолжил:

— Люди велики благодаря своему интеллекту и благодаря своим эмоциям. Мы единственные, кто поддерживал процветание на протяжении многих лет существования Земли. Мы остаемся лучшими из многих созданных Богом существ. С другой стороны, вы бросаете вызов Богу, который создал множество существа, способного соперничать с человеком. Думаете, вы сможете, не так ли?

— Это совершенно новая территория, Тони. Твой отец никогда не заходил так далеко. Ты затрагиваешь единственную область, в которой за всю историю человечества не было достигнуто достойного прогресса — создание внечеловеческих существ.

Старк ушел с такой развязностью, которая заставила Шиллера подумать, что он действительно может это сделать.

Тем не менее, он не забыл позвонить мисс Пеппер и сказать:

— Мисс Пеппер, добрый день, дело обстоит так, я провел гипертерапию на мистере Старке... эээ, да, это мое собственное творение, но оно работает, но есть некоторые побочные эффекты...

— Да, он уже пошел в лабораторию? Что? Даже не вспомнил о своем свидании сегодня днем? Это очень грубо с его стороны...

— Именно, это происходит последние несколько дней. Это верный способ отрегулировать выработку дофамина и адреналина. Затем его гормональный уровень снизится и придет в норму, и да, скоро все будет хорошо...

Шиллер просто нес чепуху. Его ход был тем, что принято называть коктейлем, и при этом отточенным. Старк должен был находиться в лаборатории с баффом под названием «чувство цели» и не выходить оттуда полмесяца.

Он вдруг понял, что у него есть уникальный талант налаживать баффы. Шиллер потер подбородок. Если бы он только мог баффать себя.

Однако его база слишком слаба. Независимо от количества действий, он все равно не мог поднять свои статы. Поэтому ему надо придумать, как другими способами улучшить свою базу.

С той ночи, когда он довел Бэтмена до депрессии, Шиллер вернулся в мир Марвел. После победы над Старком Шиллер бездействовал. В это время Сорвиголова в Адской кухни скрывал свою вендетту, а Паук только обрел свои силы и еще официально не дебютировал

После той ночи Шиллер обнаружил, что у него появился еще один шанс запроса на случайный чат. Теперь он вроде как понял, что может получить шанс случайного подбора партнера по чату при условии, что он имеет большее влияние на персонажа в определенном мире. Очевидно, разговор с Бэтменом той ночью оказал на Брюса глубокое влияние.

Профессор Чарльз, похоже, в последнее время был занят приемом студентов, а Паук был слишком взволнован своими новыми способностями, чтобы отвечать на сообщения. Поэтому он чувствовал себя довольно одиноко, не имея никого, с кем можно было бы поболтать некоторое время.

Он воспользовался запросом на случайный чат. В его голове внезапно возник экран голосового вызова, чего никогда не случалось ни с Чарльзом, ни с Пауком.

Они оба писали свои ответы, в его голове Шиллера появился только окно чата, тогда как на этот раз он сразу перешел на голосовую связь.

Шиллер посмотрел на аватар: Древняя — Верховная чародейка!!!

Древняя прислал вам приглашение на голосовой вызов. Отвечать или не отвечать? Если ответит, то что сказать что?

Шиллер почесал голову, но наконец ответил.

— Таинственный голос вселенной, откуда вы...

Шиллер почувствовал серию голосов, не совсем голосов, скорее мыслей и мозговых волн. Шиллер не слышал ни одного голоса, но понимал смысл с противоположной стороны.

Шиллер ответил тем же:

—Кто вы?

В Гималаях, сидя со скрещенными ногами на футоне, Древняя серьезно размышляла, как вдруг она нахмурилась, когда голос ответил ей.

Древняя часто искала ответы на вопросы в шумных звуках Вселенной во время медитации. Различные отголоски Вселенной представляли в ее сознании различные таинственные предзнаменования, и она могла прорицать, очищать свой разум и обретать покой, слушая эти космические звуки.

Однако эти космические звуки всегда представляли собой беспорядочное бормотание, никогда не было никаких логических нот. Древняя была уверена, что любой разумный дух, блуждающий по вселенной, был будущим космическим демоном-богом.

Поэтому она немедленно подняла свою защиту. Она сосредоточилась со всей силой. Её разум был несравненно мощным, она могла даже прочесать все близлежащие вселенные в мгновение ока. Однако она просканировала все вокруг и не нашла ничего необычного.

Голос, ответивший ей, возник словно из воздуха, не имея ни места, откуда он исходил, ни каких-либо аномалий энергии.

Шиллер знал, что Древняя сильна, в несколько раз сильнее, чем в кино. Если слить с сеттингом комиксов, то получится, что Верховный чародей сейчас в полном расцвете сил. Однако Шиллер все равно намеревался стать богатым и всемогущем.

Он сказал:

— Ответьте мне... ответьте мне...

— Неважно, откуда вы пришли, неважно, кто вы... держитесь подальше от Земли! Ответ Древней был решительным.

— Хранитель Земли? Ответьте мне...

— Я Верховный чародей Земли... Кто вы... Почему вы посылаете космические сигналы...

— Я прибыл из Каркоса... Бижу Пятизвездочной Системы Озера Гарри... Темное солнце уже высоко в небе...

Древняя почувствовала серию непонятных сообщений, исходящих с другого конца. В глубине души она знала, что очень опасно вести разговор с неизвестным существом из вселенной. Однако она должна была выяснить, не подвергает ли другая сторона опасности Землю.

Послание было неясным и сложным, но Древняя услышала несколько повторяющихся сообщений: Каркос, Бижу, озеро Гарри.

После обмена ослиными речами Древняя почти поняла, что другая сторона, похоже, предупреждает её. Она услышала, как другая сторона повторяет фразу снова и снова:

— День, когда звезды вернутся на свои места, время, когда старые дни вернутся...

Древняя подумала, что человека на другой стороне, возможно, зовут «Бижу» и что он живет в месте под названием Каркос, где есть «Озеро Гарри», окутанное туманом, и что его враги, «Правители Старых Дней». Так же она поняла, что «Боги-демоны вернутся на Землю, когда звезды вернутся на свои места».

После опроса Древняя узнала, что существо на другой стороне, похоже, находится в заточении, и поэтому не может само расправиться со своими врагами. Он распространяет сигнал по Земле в качестве предупреждения жителям Земли.

Но Древняя знала, что земляне, с их формами жизни, отличными от этой группы космических демонов, вообще не могли слышать эти космические сигналы. Если бы она не медитировала ежедневно, никто бы не смог понять, что говорит существо на другой стороне.

Даже Древняя, она не могла полностью понять сигналы мозговых волн, идущие с другой стороны. Казалось, там было слишком много информации, смешанной с тем, что касается старого доминиона, главы демонических богов, Азатота. Противоположная сторона, казалось, жаждала дать ей всю информацию, но, к сожалению, Древняя не могла полностью понять Его.

На самом деле она не доверяла этому неизвестному космическому существу, но она не чувствовала никакого присутствия с другой стороны, как и не чувствовала никакого дополнительного внимания на Земле. Это предупреждающее отношение с другой стороны заставило ее почувствовать давление. Откуда взялась эта другая группа демонов-богов?

И, казалось бы, они могли приблизиться к Земле без звука и распространять сигналы. Кто может гарантировать, что они не повлияют на человеческий дух?

Надо сказать, что Древняя не зря была Верховным чародеем все эти годы. Её опасения были весьма обоснованными. Если эта история не была выдумана Силуэтом, то линия мифологии Ктулху была действительно безумной, кто бы к ней ни прикоснулся.

Однако, к счастью, это было лишь то, что Шиллер придумал, чтобы обмануть Древнюю.

Как раз в тот момент, когда Древняя собиралась продолжить попытки, связь прервалась. Противоположная сторона, похоже, оказалась в затруднительном положении.

Он не выдвигал никаких требований, не пытался одолжить свою силу кому-либо, не нес чепухи о том, что он управляет вселенной, что, в свою очередь, заставило Древнюю поверить ему.

Боги-демоны редко умели прятаться. Они не могли сдерживать свое безумие и хаос. Если бы на противоположной стороне оказался опасный парень, опытная Древняя, безусловно, тут же перебрался бы по паутине и зарубил его.

Однако сейчас казалось, что бог демонов напротив выглядит мягким и благоразумным, но Древняя нисколько не ослабила бдительность. Это могла быть лишь видимость.

Овладев умением всегда оставлять половину слов без внимания, Шиллер повесил трубку, прежде чем Древняя смогла потребовать больше подробностей. Затем он потер руки, намереваясь скопировать способность Древней.

Он нажал, и раздался системный звуковой сигнал: «Магическая способность (низкий уровень) загружена».

Тогда Силер понял, что способности Древней относятся к мистическим и имеют какое-то отношение к магии.

Загрузив магическую способность, Шиллер начал ее тестировать. Тут он обнаружил, что способность можно назвать смешанной.

Польза заключается в том, что ему не нужно следовать магическому сеттингу мира Марвел. Шиллер мог колдовать без каких-либо затрат и без каких-либо побочных эффектов. Плохая новость, однако, заключается в том, что это действительно лишь низкоуровневая магическая способность. Шиллер может делать следующие вещи: телекинез, магия пламени и телепортация на короткие расстояния.

Радиус действия заклинаний составляет около десяти метров, что в некоторой степени схоже с заклинанием телекинеза. Предметы в радиусе десяти метров можно перемещать по желанию, но вес которых не превышает вес Шиллера, например дома или машины нельзя.

Заклинание пламени также вряд ли можно назвать убогим, поскольку Шиллер может зажечь пламя на своей ладони. Этого, вероятно, достаточно, чтобы зажечь сигарету, поджечь лист бумаги или книгу, но слишком мало для победы кого-то.

Самое лучшее из заклинаний — это телепортация. Он может произвольно появляться или исчезать в радиусе около двадцати метров, чего ему достаточно, чтобы избежать многих опасностей.

Хотя ему для использования не требовалась специальная энергия, но это стоило ему сил и психической энергии. После пяти или шести вспышек подряд Шиллер слишком уставал, чтобы встать. Более того, его мозг начал наполняться рокотом, и он был несколько не в состоянии сосредоточиться — последствие чрезмерного использования магии.

Однако по сравнению с высокой ценой, которую приходится платить другим чародеем, чтобы колдовать, Шиллеру очень повезло.

Способности, которые он загрузил, часто помечались словами «низкий уровень». Это означало, что их можно улучшить, но Шиллер пока не нашел способа для этого. Он догадался, что, возможно, ему придется повысить уровень близости с персонажами чата, оказать им услугу или спасти их, прежде чем он сможет получить доступ к способностям более высокого уровня.

Непрерывная телепортация в предельном состоянии позволяла Шиллеру покинуть свое место более чем на сто метров за очень короткое время. Эта способность была непроницаемой для стен, игнорируя препятствия на пути.

Он был вполне способен сидеть в своей психиатрической клинике, а затем в мгновение ока появляться в доме через две улици. Это давало Шиллеру самое большое преимущество из всех, поскольку агенты Щ.И.Т. наконец-то больше не смогут поймать его за хвост.

Агенты Щ.И.Т., конечно, уже давно рассредоточились на Адской кухней. Однако, как и предсказывал Шиллер, это место было многолюдным, банды очень настороженно относились к чужакам. Щ.И.Т. часто сталкивались с разного рода препятствиями в своем бизнесе. Например, их шантажировали крупной суммой денег, когда они арендовали дом через дорогу от клиники Шиллера.

Агенты Щ.И.Т. были совершенно обескуражены, когда Шиллер начал использовать телепортацию, чтобы выйти на улицу. Очевидно, они не видели, как Шиллер выходил, но через некоторое время замечали Шиллера ходячего по улице. Или они видели, как Шиллер выходил, но не видели, как он возвращался, как через некоторое время он снова появлялся в клинике.

Это полностью разрушило догадки агентов Щ.И.Т. о рабочем графике Шиллера.

Это усилило представление Ника Фьюри о том, что Шиллер — размышляющий и опасный человек, особенно с учетом его растущего контакта со Старком, что не было хорошей новостью.

Идея о том, что Щ.И.Т. хочет разыграть карту Старка, написана повсюду. Ясно, что Ник Фьюри хочет использовать чувство справедливости Старка, чтобы выполнить поручение Щ.И.Т..

И не только агенты Щ.И.Т. сталкиваются со странными явлениями. Шиллер также заметил странные вещи вокруг своей клиники за последние несколько дней. Как-то он положил торт в холодильник, а на утро он уменьшился на полтора килограмма. Шиллер не подтвердил, что его клиника, должно быть, столкнулась с ворами.

В Адской кухне было бесчисленное множество случаев краж. Однако Шиллер никогда не слышал о воре из Адской кухни, который целился бы на торты, а ещё и на молотый кофе Шиллера, крекеры с содовой и джемы.

Был ли этот вор голодным человеком? Этому вору было мало украсть полтора килограмма торта, он также украл двести пятьдесят граммов печенья, две банки молотого кофе и три бутылки варенья.

Он не боится смерти, подумал Шиллер.

Конечно, даже если это не было чем-то важным, Шиллер должен был поймать вора и выяснить, как он это всё украл.

Шиллер сделал ловушку, используя любимое пирожное вора и немного газа страха. Он поместил её в кладовой дома, где он бывал реже всего, ожидая, когда вор клюнет на приманку.

Когда он ждал, пока приманка подействует, Шиллер писал в блокноте, сочиняя историю, которую он будет использовать, чтобы обмануть Древнюю.

Не зря Шиллер внедряет в сознание Древней концепцию Короля в жёлтом. В мировоззрении Вселенной Марвел существует бесчисленное множество космических демонов-богов, таких как

Троица Вишанти, силу которых черпает Древняя.

Важно то, что Шиллеру необходимо иметь разумную личность для разговора с Древней.

Он мог бы использовать свою личность психиатра, чтобы поговорить со Старком, или сыграть роль жизненного наставника молодого паука, или неважно, если бы Сорвиголова обращался с ним как с преступником.

Однако Древняя была другой, Шиллер не осмелился бы разговаривать с этой могущественной Верховной Чародейкой без достаточно загадочной и сильной личности.

Поскольку Шиллер читал комиксы, он знал, что такой же Старый Доминион существовал во Вселенной Марвел. Теперь он напомнил об этом Древней. Если Древняя отправится за подтверждением, она узнает, что все, что Шиллер говорил как Бижу, было правдой, и что существовала группа слепых и безумных Старых Доминионов, заключенных в тюрьму в дополнительном измерении. Однако, кто знает, вернутся ли они когда-нибудь на Землю.

Пока у Древней была хоть капля веры в личность Короля в желтом, которого играл Шиллер, Шиллер мог получить от Древней довольно много нужной ему информации.

В ожидании, пока ловушка для воров начнет действовать, Шиллер понемногу вводил в информацию о настройке Звездного кластера Бижу. В конце концов, чтобы обмануть Верховного чародея, его личные данные должны быть, по крайней мере, понятны.

Вор не заставил Шиллера долго ждать.

Однажды темной и ветреной ночью, когда в Адской кухне редко слышались выстрелы, а Шиллер лежал в постели, наполовину заснув, он услышал громкий взрыв со склада под зданием.

Он сразу же проснулся и понял, что ловушка, которую он расставил, сработала. Он действительно не думал, что ему удастся поймать этого вора с помощью одной порции пирога.

Он крадучись спустился по лестнице, не включая свет. Если бы другой человек был вооружен и обнаружил его спускающимся, он бы заранее прицелился в его сторону. Когда Шиллер перешел на другую сторону коридора для собственной безопасности, он планировал телепортироваться прямо туда, чтобы застать противника врасплох.

В тот момент, когда он собирался телепортироваться, он вдруг заметил, что дверь на склад была открыта. Может быть, этот вор не был под контролем газа страха? Неужели вор не поддался действию газа страха? Неужели он даже смог сам открыть дверь и выйти? Это было нехорошо.

Шиллер отказался от своего намерения, потому что, как только он телепортируется туда, не только вор должен будет реагировать некоторое время, но и у самого Шиллера будет около двух секунд, чтобы осмотреть незнакомую обстановку, что он делал каждый раз, когда телепортировался.

Заметив, что вор, похоже, его не ещё не увидел, он прижался к стене и пополз по коридору. Он обнаружил чрезвычайно короткую, высотой с человеческий икры, и все еще круглую фигуру, проходящую через дверной проем, жалуясь при этом:

— Черт возьми! Я пьян? Почему этот торт воняет, как болото?

Шиллер посмотрел на фигуру и замолчал. Затем он обернулся, дотронулся рукой до выключателя и включил его со звуком «щелк».

Круглое существо на другой стороне вскрикнуло, мгновенно приземлилось на четвереньки и попыталось убежать, но Шиллер протянул правую руку и телекинезом поднял в воздух существо, прежде чем схватить прямо в руку.

С гримасой Шиллер ощутил пушистое прикосновение в своей руке. В его руке оказалось желтое, круглое и толстое существо с двумя длинными ушами и хвостом в виде молнии — Пикачу.

— Черт! Положи меня сейчас же! Не трогай меня своими грязными руками! Что с тобой не так? Как тебе удалось схватить меня? Отстань от меня!!!

Теперь на лице Шиллера был написан капитальный стыд. Ему и в голову не приходило, что желтоволосая электрическая крыса может появиться в такой серьезной, даже немного мрачной истории.

Внезапно ему показалось, что звук крика Пикачу звучит смутно знакомо, не голос ли это Дэдпула?

Шиллер с некоторым ужасом вспомнил, что действительно существовал голливудский фильм о Пикачу, «Великий детектив Пикачу». Пикачу в этом фильме действительно был озвучен тем же голосом, что и Дэдпул.

Шиллер глубоко вздохнул. Опустив Пикачу, он схватил его за две короткие руки и сказал:

— Это ты украл мой торт, печенье, кофейный порошок и варенье?

Глаза Пикачу на мгновение округлились, и его милая мордочка приобрела человеческое выражение отвращения. Он сказал голосом, похожим на голос Дэдпула:

—Эй, парень, я не знаю, откуда у тебя такой плохой вкус. Печенье, которое ты купил, было без масла, оно было ужасным, а варенье, почему тебе нравится клубничное варенье? Это не в моем вкусе. И в следующий раз, когда будешь резать торт, не мог бы ты не класть нож для торта сверху на торт? Ты знаешь, что это вообще-то не удобно?

Шиллер держал Пикачу в одной руке, а другой рукой прикрывал глаза. Для него это стало большим психическим потрясением. Он действительно не мог возразить на тираду Пикачу, поскольку его вкусы действительно не совпадали со вкусами настоящего американца.

— Слушай, ты, вор, во-первых, ты крадешь мою еду снова и снова, а во-вторых, ты даже не чувствуешь себя немного виноватым за это, так что, похоже, ты рецидивист...

— Пошел ты, — Пикачу махнул рукой, сказав, — Очевидно, что ты тоже не обычный человек. Ни один обычный человек не смог бы спокойно и мирно поговорить с крысой, увидев, что она умеет говорить.

Шиллер поджал губы и широко раскрытыми глазами уставился на Пикачу., основном потому, что появление Пикачу сильно потрясло его мировоззрение.

Как у Шиллера могло не произойти короткого замыкания в мозгу, когда он только что разговаривал с Бэтменом о его жизненных устремлениях в невероятно мрачно нарисованном Готэме, а в следующее мгновение перед ним появилась эта желтая крыса с ртом Дэдпула?

А дальше ему придется бродить по траве? Собрав всех покемонов-компаньонов, он должен был бросить вызов додзюцу?

Это совсем не правильно, не так ли?

Более того, эта желтая крыса может быть ростом с человеческое тельце, но он разговаривает как Дэдпул!

Самая смертоносная часть всего тела Дэдпула!

Хорошему не учат вообще!

Лучшие из лучших и худшие из худших.

Это напомнило Шиллеру его прежнюю жизнь. Когда он читал комиксы, страницы комиксов не двигались, большую часть страниц занимал блок слов Дэдпула. А теперь версия Пикачу, Дэдпул и маленький паучок собрались вместе...

Шиллер считает, что если бы он жил в комиксах, боюсь, он был бы настолько заблокирован, что даже не смог бы увидеть свое лицо.

Он вспомнил, что в голливудской версии «Великого детектива Пикачу» декорации Пикачу фактически взяты из одноименной японской игры. Здесь Пикачу — не милое существо, которое знает только «Пика-Пика», а детектив с голосом дяди. Судя по реакции Пикачу только что, он действительно обладает высоким уровнем интеллекта и он определенно не просто домашнее животное.

Через некоторое время Шиллер и Пикачу сидели лицом к лицу на диване. Пикачу держал чашку кофе в своих коротких руках и говорил:

— На самом деле, у меня тоже нет воспоминаний. Я только помню, что после вспышки света я упал в мусоровоз. Мне потребовалось много усилий, чтобы вылезти, я был голоден, я шел полдня, но улицы были закрыты, я не мог попасть ни на одну из них. Осталось только это место, задняя дверь вашего склада была открытой. Я вошел и нашел холодильник в коридоре... Конечно, в том, что я украл, действительно была моя вина, но я действительно был так голоден, что заплатил бы вам за торт, если бы это было возможно сделать, когда я его заработаю.

Шиллер поаплодировал ему, а затем сказал:

— Должен сказать, что для крысы у тебя пугающе высокий уровень умственных способностей. Если бы все крысы в мире были такими же вежливыми, как ты, то человечеству не пришлось бы изобретать столько родентицидов.

— Так вот что ты положил сегодня рядом с тортом, родентицид? Это тоже воняет, серьезно, этот запах чуть не довел меня до полусмерти.

— Вообще-то, это было немного страшнее... неважно, ты все равно просто крыса.

Шиллер отставил чашку с кофе, с любопытством посмотрел на Пикачу и сказал:

— Ты знаешь, что?..

— Что? Что я могу сделать? — Пикачу недоверчиво посмотрел на него.

Шиллер посмотрел на чрезвычайно человеческое выражение на этом очаровательном желтом мехе, и со смесью эмоций в голосе сказал:

— Это то, что...

— О чем, черт возьми, ты говоришь?

— Ну, Пикачу, послушай, ты говоришь, что хочешь заработать денег и компенсировать еду, которую ты украл, но я не думаю, что кто-то, кроме меня, согласится принять тебя на человеческую работу. Так что если ты хочешь компенсировать мне мои потери, тебе придется остаться со мной и работать на меня. Тебе придется показать боссу, какими талантами ты обладаешь, если ты хочешь получить работу на полставки, верно?

— О, я понял, ты имеешь в виду электрический разряд, верно? Это мое мастерство. Со мной вы сможете хотя бы оплачивать на половину счета за электричество в месяц меньше. Но я был слишком голоден до этого и не восстановился сейчас, так что, думаю, я не смогу разрядить 100000 вольт. Однако я все еще могу зарядить ваш телефон без проблем...

С этими словами он приземлился на свои четыре маленькие короткие конечности и плюхнулся на стол. Запрыгнув на стол, он достал телефон, который Шиллер поставил заряжаться. Затем он побежал обратно к дивану с ним в руках и показал его Шиллеру.

Со вспышкой молнии из хвоста Пикачу вылетела вспышка электричества. Экран телефона Шиллера засветился и показал, что он заряжается, хотя и не очень быстро.

Как бы демонстрируя свою силу, Пикачу крепко сжал телефон, снова щелкнул хвостом, а затем с усилием вытянул его. Свет зажужжал повсюду. Телефон заряжался со стремительной скоростью. Он зарядился до 10% почти за секунду. Всего за секунду до того, как Шиллер смог остановить его, телефон издал «Бах»! Раздался громкий взрыв.

Желтый мех Пикачу стал черным, изо рта вырвался клубок черного дыма. Затем он беспомощно посмотрел на взорвавшийся телефон в своих руках и сказал:

— Похоже, тебе придется разрешить мне работать здесь, иначе, боюсь, я не смогу заплатить за него до конца жизни.

Шиллер прикрыл лоб и сказал:

— Это было очень хорошее шоу, которое вы устроили. Оно застало меня врасплох. Я бы и не подумал, что в мире есть такая хорошая розетка для зарядки.

Услышав это, Пикачу скорчил гримасу и уже собирался заговорить, когда Шиллер сказал:

— Хорошо, но это не то, что я хочу увидеть.

— Тогда что ты хочешь увидеть? Какие еще таланты у меня есть? Почему я сам этого не знаю...

— Конечно, ты знаешь, вот это...

Шиллер пристально посмотрел на Пикачу, который вдруг сделал горький вид, словно съел дерьмо.

Нехотя, он покрутился под взглядом Шиллера, затем запрыгнул на спинку дивана и издал громкий...

— ПИКА-ПИКА!!!

Шиллер был доволен.

— Вы хотите сказать, что самой большой проблемой, которую вы обнаружили после нескольких дней обследования места, была... кража электричества?

Ник Фьюри спросил Колсона, когда тот стоял в офисе Щ.И.Т., держа в руках отчет.

Колсон также знал, что отчет действительно очень похож на сделанный в попыхах рано утром с похмельем. Бутылка виски отделяет выше сказанное от бессмыслтцы.

Ник Фьюри взял отчет и глубоко вздохнул. Он открыл рот, но он все же сделал паузу на долю секунды, явно потеряв дар речи.

Он сказал:

— Вообще-то я никогда не был в восторге от шкалы оценки агентов Щ.И.Т.. Колсон, я думаю, что ты — самый сильный аргумент против нее, не так ли?

— ... — Колсон неловко потер руки и сказал, — Вообще-то, мы не то чтобы ничего не заметили, мы нашли возможный туннель под его клиникой...

— Я действительно должен попросить медсестру Дженни проверить вас на вождение в нетрезвом виде. Колсон, вы здесь «наблюдали, как субъект часто появлялся внезапно в другом месте примерно в ста метрах от клиники», и ваше заключение об этом — ...под клиникой может быть туннель? — сказал Ник Фьюри.

— Вообще-то, насколько я знаю, он может обладать способностью к телепортации, — произнес Колсон, сжимая руку и хмурясь, — Но, согласно случаям, с которыми мы сталкивались, всегда есть момент посадки для переходного периода. Мы установили сотни миниатюрных камер по всему району, но ни одна из них не зафиксировала ничего необычного.

Ник Фьюри сказал:

— Тогда давай, добавь еще несколько сотен, он важен для нас в данный момент. Он из тех противников, с которыми труднее всего справиться, не будьте беспечны...

В этот момент, в своей кровати в профессорской квартире в Готэмском университете, Шиллер только что проснулся, чтобы обнаружить себя с пушистым предметом в руках. Он посмотрел вниз, и там был Пикачу!

— О, что с тобой? Который час? — Пикачу был настолько сонным, что даже не мог открыть глаза. Шиллер потер глаза.

Пикачу огляделся вокруг сонными глазами, испугался, мгновенно проснулся и сказал:

— Где это?! Зачем ты привел меня сюда? Ты действительно торгуешь людьми?

Шиллер сказал, откидывая одеяло:

— Почему бы тебе не начать с того, чтобы объяснить мне, почему ты в моей постели?

— Утебя хватает наглости спрашивать меня??? — Пикачу закричал, говоря, — В здании три этажа, а только у тебя в комнате включено отопление! Если бы я не умел вскрывать замки, я бы уже замерз до смерти!

— О, да?— Шиллер, не испытывая чувства вины, сказал, — Замораживать крыс — не самая плоха идея.

— Так почему ты здесь? Где это?

— Как ты видишь, я путешествовал во времени и пространстве, поэтому я очнулся здесь. — Сказал Шиллер, — Это очень опасное место. Если ты заблудишься, то будешь тушенкой меньше чем через три минуты.

— Чёрт. — Пикачу презрительно фыркнул и сказал, — Ты можешь путешествовать во времени? Тогда я умею плавать.

Шиллер не лгал. Не имело значения, что Пикачу это знал, в конце концов, это была крыса. В глазах этих супергероев его слова звучали бы еще менее убедительно, чем переход между мирами. Если бы она полыхнула перед Бэтменом, Бэтмен прикончил бы ее с первого раза. Бэтмен не убивал людей, но это не отностся к крысам.

Мало кто из героев Земли испытывал доверие, когда дело касалось нечеловеческих существ. Хотя Пикачу говорил как человек со странным канадским акцентом, желтой крысе, которая явно выглядела как какое-то генетически модифицированное существо, явно было бы трудно доверять любому нормальному человеку. Поэтому Шиллер не беспокоился.

Пока Шиллер заправлял постель, Пикачу прыгал вверх-вниз и обнюхивал комнату, морща свой маленький носик от отвращения. Он бормотал:

— Похоже, у тебя есть кое-какие навыки, это действительно больше не старый мир.

Не то чтобы он хотел брать Пикачу с собой на занятия, но если он этого не сделает, Пикачу обязательно выскользнет и будет тушканчиком.

Пикачу, в попытках вытащить голову из сумки, был обратно втолкнут Шиллером. После обеда Шиллер поставил свою сумку на стол в комнате для консультаций. Он прижал голову Пикачу и сказал:

— Послушай, мне все равно на то, что другие люди видят странное желтое существо в моей сумке. Но я думаю, ты понимаешь, что будет если тебя увидят супергерои. Вмешательство — жизненное кредо каждого из них. Никто не откажется от изучения чужой желтой крысы, особенно...

Когда Шиллер говорил дверь в консультационную комнату внезапно открылась. Брюс вошел со словами:

— Профессор, я...

Войдя, он увидел своего профессора, давящего рукой на голову странного желтого существа.

Пикачу был ошеломлен и мгновенно прыгнул в объятия Шиллера. Шиллер поджал губы и посмотрел на Пикачу, а затем на Брюса. Он обнял Пикачу и сказал:

— Вы поверите мне, если я скажу, что это новая порода кротов-альбиносов...

— Ни в жизни. Что вы собираетесь ещё выдумать? — сказал Брюс, скрестив руки на груди.

Пикачу показал ему свои зубы, но был накрыт Шиллером. Шиллер сказал:

— В чем проблема? Мистер Уэйн?

Брюс подошел и сказал:

— Вообще-то, простите... вот в чем дело, я хотел бы пригласить вас в поместье Уэйнов в качестве гостя...

Посетить поместья Уэйна?

Что это за приглашение к капитуляции?

Брюс, очевидно, был немного взволнован, потому что Шиллер знал, кто он на самом деле. Он не мог понять, кем ему быть — Брюсом или Бэтменом. Теперь, когда Бэтмен не был таким взвинченным, каким он будет в будущем. Он, который даже протянул руку Гордону, чтобы работать с ним, был в очень растерянном состоянии.

Шиллер мог чувствовать это немного через телепатию. Он постучал по столу и предложил:

— Я могу сказать, Брюс, вы сейчас разрываетесь, так что садитесь.

— Вообще-то ты хорошо поработал, Брюс не Бэтмен, он просто необразованный плейбой, любимое занятие которого ходить по клубам, пить и быть окруженным красивыми женщинами. С другой стороны, Бэтмен — полная противоположность...

Брюс сел и прижал пальцы к уголку брови. Он произнес:

— Я не вижу смысла делать это. Я не думаю, что смогу скрыть это от кого-либо.

Брюс тоже не был глуп. Он был единственным во всем Готэме, кто был так богат. Он был единственным, у кого были финансовые ресурсы, чтобы сделать все это снаряжение Бэтмена. Он не думал, что преступники настолько глупы, чтобы не знать, что он Брюс Уэйн.

Вычислить Брюса несложно. Тем более что его не раз видели посреди ночи с большим количеством женщин.

На самом деле, Шиллер предполагает, что многие из самых умных злодеев комиксов не настолько полностью в неведении. Сделать вывод не так уж и сложно, но они все равно ведут себя так:

«Кто, черт возьми, такой Бэтмен? Я не могу угадать,» - должна быть причина.

— Да, это не совсем секрет. Но если вы хотите, чтобы это было секретом, то это ваше оружие, если потребуется.

— Вы показываете, что считаете определенный секрет важным, тогда и другие будут считать его важным для вас. Вы отчаянно пытаетесь скрыть его, но если вы раскроете его в решающий момент, это, естественно, докажет вашу искренность, хотя на самом деле это не так уж и важно.

Шиллер говорил о более поздних манипуляциях Брюса с Лигой Справедливости. Чтобы завоевать доверие Лиги Справедливости, Бэтмен снял свою маску — раскрыл секрет, который на самом деле знали все. Бэтмен — это Брюс Уэйн.

Однако все по-прежнему укрепляют свое доверие к Бэтмену, потому что Бэтмен всегда показывал, что он серьезно относится к этому секрету и готов раскрыть его ради своих товарищей. Безусловно, он сумел завоевать доверие. Даже если секрет можно легко раскрыть, если немного подумать, но это неважно, важно отношение!

Брюс погладил подбородок и с юмором сказал:

— Или, например, если бы какой-то преступник попытался угрожать мне этим, я мог бы устроить ему ловушку...

— Хорошо, мистер Уэйн. —Шиллер взглянул на часы, затем сказал, — Время для консультации по сердечным делам вышло. Я внимательно рассмотрю ваше приглашение, когда получу его.

Брюс не совсем понимал, почему Шиллер уделяет этому вопросу пристальное внимание. В Америке устное приглашение означало, что это частный визит, не формальный, возможно, просто совместный ужин.

Однако тут Шиллер упомянул о приглашении. Брюс подумал, что, возможно, Шиллер считает, что такие приглашения недостаточно формальны и, похоже, не воспринимаются достаточно серьезно. Поэтому он покинул совещательную комнату и отправил дворецкого Альфреда готовить приглашение и банкет.

Он не знал, что для Шиллера приглашение Бэтмена к себе домой было все равно, что сказать ему:

— Не хочешь ли ты прийти и броситься на него?

Ему потребовалось много психологической подготовки.

Хотя Шиллер знал, что нынешний Брюс далек от позднего Бэтмена, что две его личности даже не до конца различаются, и что если бы он был Бэтменом из комиксов, Брюс просто пришел бы с бутылкой вина и сказал, что собирается познакомить его с несколькими красивыми женщинами на вечеринке.

Вместо этого он ведет себя серьезно и шикарно.

Однако Шиллер настолько стереотипно относился к Бэтмену, что даже заподозрил, что это была намеренная подстава со стороны Бэтмена, чтобы получить его ДНК. Бэтмен определенно мог это сделать.

Кроме того, хотя Брюс и не сказал этого, было ясно, что Пикачу, желтая крыса, привлекла его внимание.

Шиллер взял Пикачу за хвост, поднял его и сказал:

— Ты разглядел человека, который только что пришел? Это главный человек Готэма, тебе лучше не злить его, если вы хотите есть и пить хорошую еду в будущем.

Пикачу, размахивая своими короткими руками в воздухе и отчаянно борясь, произнес:

— Опусти меня! Этот парень очень страшный!

Шиллер взял Пикачу за хвост и поднес его к своему лицу со словами:

— Откуда ты это знаешь?

— Интуиция детектива! — закричал Пикачу, — Тебе стоит подумать о том, стоит ли оставаться здесь. У меня мурашки по коже. Почему бы нам не вернуться в то вчерашнее место? Я даже потерплю, если ты будешь есть клубничное варенье!

Шиллер оглядел Пикачу с ног до головы. Он решил, что это ложь.

В аниме и играх «Покемоны» Пикачу - далеко не самый сильный покемон. Его популярность объясняется скорее его милым внешним видом.

Как в аниме, так и в игре, Пикачу — абсолютный выпендрежник и на самом деле обладает весьма средними боевыми способностями. По сравнению с этими мощными и великолепными зверями, Пикачу действительно милый, но это все, что он может предложить.

Однако Пикачу, которого встретил Шиллер, был гораздо лучше, чем он думал. У него был IQ такой же, как у большинства людей, если не выше. Он обладал навыком электрического тока Пикачу, и, казалось, у него было что-то еще.

Он был невосприимчив к телекинезу Шиллера, а газ страха лишь заставил его упасть. С точки зрения объема, дозы газа страха, который Шиллер использовал для установки ловушки в тот день, было бы достаточно, чтобы свести с ума такое маленькое существо, как Пикачу. Но Пикачу просто чихнул несколько раз.

Он смог взломать замок двери Шиллера и пробраться к его кровати, пока тот спал. Пикачу был слишком высок, чтобы подпрыгнуть и дотянуться до ручки двери, поэтому ему пришлось бы принести стул, чтобы взломать замок.

Как это круглое существо, ростом меньше икры человека и с очень короткими руками, сумело посреди ночи достать стул, запрыгнуть на него, чтобы взломать замок, открыть дверь и пробежать рядом с Шиллером так, чтобы он не заметил. Никто не знает.

Однако этот Пикачу явно был гораздо хитрее, чем думал Шиллер. Что еще важнее, Шиллер не мог быть с ним таким серьезным, как с Бэтменом, когда слышал голос Дэдпула. Не глядя на лицо Пикачу, он всегда чувствовал, что рядом с ним находится кто-то в черно-красном трико, напевая, — сцена, от которой по позвоночнику пробегали мурашки.

Однако вскоре у Шиллера не осталось времени беспокоиться о Пикачу, так как Гордон прислал текстовое сообщение, в котором сообщил, что у них есть веские доказательства преступлений Джонатана и они собираются произвести его арест.

Поимка Джонатана не волновала Шиллера. Его больше беспокоило то, что некому будет поставлять ему газ страха. Поэтому он должен был поспешить и забрать запасы из дома Джонатана.

Джонатану, будущему Пугале, тоже не повезло.

Зная, что Джонатан вот-вот будет схвачен, Шиллер, в сущности, не хуже его. Молодой пугало еще не обладал достаточным уровнем антиобнаружения, и он был очень обескуражен тем, кто украдет его газ страха.

Благодаря способности Шиллера к телепортации, украсть газ страха стало еще проще. Все, что ему нужно было сделать, это телепортироваться прямо в подвал часовни в квартале Морсон, расположенной в ста метрах или около того, и уйти сразу же после ее принятия, не оставив за собой даже тени.

Бэтмен, конечно же, участвовал в этом захвате. С его превосходными способностями к проникновению он снова вернулся в лабораторию, где обнаружил, что Джонатан сделал газовый пистолет Страха. Он предложил Гордону, чтобы именно он схватил Джонатана, иначе газовый пистолет способен свести с ума всех полицейских и жителей квартала Морсон.

Гордон не совсем доверял чудаку в трико, но у него были свои трудности.

Все в полицейском управлении Готэма были талантливы, кроме него, который был, по сути, десятитысячелетним соленым рыболовом, который прибывал на место происшествия последним, когда что-то шло не так, и от него ничего нельзя было ожидать.

Не стоит думать о боевых возможностях такой команды, газового баллончика достаточно, чтобы уничтожить половину полицейского участка.

Гордон уже видел, что нынешний шеф был в сговоре с какими-то мафиози. Он не хотел новых неприятностей, это было всего лишь несколько десятков мертвых гражданских лиц, чего это могло ему стоить?

Гордон был беспомощен и бессилен. Поэтому единственным человеком, на которого он мог рассчитывать, был Бэтмен.

Хотя нынешний Бэтмен еще не созрел, Пугало явно не намного сильнее. Между ними произошла драка новичков, и в конце концов стало ясно, что Бэтмен победил.

Он усыпил Джонатана с помощью анестезирующей иглы во время его экспериментов в лаборатории.

Камера на его бэткостюме четко зафиксировала, как Джонатан совершал преступление.

Столкнувшись с таким хорошо задокументированным делом, Гордон, человек немногословный, был выгнан. Топ-босс Гордона взял дело на себя и прилетел, чтобы построить дело и провести суд, что, по крайней мере, является хорошей политической работой.

Профессор университета, который был организатором десятков убийств? В любом другом регионе это было бы крупное дело, которое несколько дней занимало бы первую полосу газеты, но не в Готэме. Хотя это и было крупное дело, оно занимало только один раздел главной полосы.

Глядя на газеты, где имена Гордона и Бэтмена не фигурировали, а вместо этого все восхваляли мастерство Гордона, Шиллер знал, что в темном городе появился еще один печальный человек, потерпевший неудачу.

Гордону, хорошему полицейскому, еще предстояло пройти долгий путь.

К удивлению Шиллера, Гордон подошел к нему.

В консультационной комнате Готэмского университета Шиллер налил Гордону чашку кофе. Детектив, который в этот момент выглядел очень уставшим, сделал глоток горячего кофе и стал выглядеть намного лучше.

Он сказал:

Я знаю, что мой визит несколько самонадеян, господин профессор. Но дело Джонатан...

Гордон выглядел так, словно хотел что-то сказать, но не мог. Шиллер произнес:

— Позвольте мне угадать. Дело, возможно, и прошло хорошо, но когда оно дошло до суда, все пошло наперекосяк, не так ли?

Гордон сжал руки в кулаки, и, гримасничая, сказал:

— Этот гребаный убийца — доктор химических наук. Вы должны знать, что это значит. В центре Готэма кто-то не хочет приговаривать его к смерти, а желает отмазать его на основании того, что он психически болен, и затем заставить его работать на них.

Сидя напротив Гордона, Шиллер сказал:

— Действительно, гениальный доктор химии, если он сможет создать хотя бы один из новых галлюциногенных препаратов, то люди, которые его наймут, смогут заработать целое состояние.

Гордон покачал головой и сказал:

— Это гораздо больше, чем это. Препарат, который они хотят, чтобы Джонатан разработал, может быть еще более опасным, чем газ страха.

— Если они пойдут и изобретут наркотик, то просто сделают небольшое состояние на наркоманах. Но если они смогут изобрести вирус, способный поставить весь Готэм под свой контроль, то само собой разумеется, какое богатство они могли бы получить, — произнес Гордон.

— Кто-то слил историю про газ страха? — спросил Сайлер.

Газ был настолько эффективен, что именно благодаря ему некоторые люди осознали силу Джонатана.

Гордон посмотрел на него, заколебался и сказал:

— Не хочу показаться грубым, но я хотел бы убедиться, что вы не видели никого подозрительного в последнее время?

— Я могу сказать вам совершенно ясно, что я ни с кем не говорил об этом, и это не приносит мне никакой пользы. Как профессору университета, уже позорно иметь коллегу-убийцу. Связываться с ним каким-либо другим образом означало бы поставить большую точку в моей карьере, — ответил Шиллер.

— Итак... — Гордон сложил руки и произнес — Прошлой ночью я слышал, как вы назвали этого чудака в трико Брюсом. Он ведь Брюс Уэйн, не так ли?

— Я ничего не могу сказать вам по этому вопросу. Вы должен сами спросить его для подтверждения, а не приходить ко мне за ответом.

— Я знаю, о чем вы беспокоитесь, — Шиллер сказал, — Будучи крупнейшим бизнес-магнатом в Готэме, Брюсу Уэйну вовсе не обязательно имеет отношение к этим грязным сделкам. И если он узнает, что вы это расследуете, вас ждет ужасная смерть. Вы ведь так думаете, не так ли?

Гордон сказал:

— Джонатан сказал в своем заявлении, что был человек, который воровал большую часть его газа страха. Я подозреваю этого чудака в трико, он слишком подозрителен.

Шиллер был впечатлен тем, что то, что не фигурировало в комиксах, теперь кажется интересным. Гордон и Бэтмен, старая пара, с самого начала не всегда доверяли друг другу, и Гордон даже с большим подозрением относился к Бэтмену.

Неудивительно, что любой здравомыслящий человек не смог бы принять это сразу, кого-то, бегающего по Готэму посреди ночи в черном трико с двумя острыми ушами. Этот человек просто не ведет себя как хороший парень.

Шиллер сказал:

— Вам не приходило в голову, что он на самом деле подозревает то же самое о вас?

Гордон вздохнул и сказал:

— На самом деле у него больше причин подозревать меня. Если он действительно Брюс Уэйн, то я уверен, что он не отказался от продолжения дела тех лет, смерть Уэйнов очень странная. Я просматривал файлы по этому делу, и там так много вещей, которые не сходятся. Если бы маленький Уэйн был Бэтменом, тогда, конечно, он не доверял бы ни одному полицейскому, включая меня.

— Полиции в Готэм-сити... — сказал Гордон с некоторым сожалением, — Я знаю, что полиция в этом городе похожа на позеров, на них ни в чем нельзя положиться.

Он выглядел немного разочарованным. Он вздохнул, сделал глоток кофе, а затем замолчал.

Шиллер сказал:

— Как камень в грязной луже, вы достаточно тверды. Не ждите, что кто-то подтолкнет вас, лучше самому катиться все дальше и дальше. Когда вы соберёте всю грязь, не будет никакой разницы между вами и куском асфальта.

— Это то, что вы думаете? По вашему мнению, стоит ли мне продолжать идти по этому пути?

Гордон выглядел растерянным.

Неудивительно, что он был так подавлен. Это прекрасно, что кто-то присвоил себе заслугу за дело, в раскрытии которого он так рисковал и приложил столько усилий. Гордон лишь пытался восстановить справедливость, но теперь кто-то даже пытался пощадить убийцу, который ради выгоды уничтожил десятки мирных жителей. Это было настоящим ударом для Гордона.

Шиллер улыбнулся и сказал:

— Детектив Гордон, похоже, вам нужна консультация психиатра. По совпадению, я тоже психиатр, причем для вас совершенно бесплатный.

Гордон неохотно улыбнулся и произнес:

— Я видел ваше резюме, профессор Шиллер. То, что психолог с вашим именем будет заниматься моей психотерапией, будет моим бонусом в конце года. В любом случае спасибо.

Шиллер сказал:

— Не за что, для меня большая честь предложить свою помощь хорошему готэмскому полицейскому.

Улыбка Гордона стала еще более кислой, когда он со входом сказал:

— Хороший полицейский? Может быть...

Шиллер дал Гордону серьезную консультацию, которая закончилась в тот момент, когда Брюс открыл дверь.

Трое мужчин уставились на Шиллера с широко раскрытыми глазами:

— Ну, мистер Уэйн, как я уже сказал, у вас закончились часы консультаций на эту неделю, верно? Почему вы не позвонили заранее и не спросили, забронирована ли комната для консультаций?

Брюс также был немного смущен. Он действительно не ожидал, что Гордон будет здесь. Он просто пришел, чтобы передать приглашение Шиллеру. Брюс знал, что его связь с Гордоном, вероятно, была раскрыта, но он также знал, что тот факт, что Гордон не пришел к нему, не пришел к Брюсу в Уэйн-Мэнор, означал, что он не доверяет Бэтмену.

Это немного расстраивало Брюса, потому что он знал, что Гордон был действительно хорошим полицейским. Теперь, когда эта пуританская сила в полицейском управлении Готэма не доверяла ему и даже была немного необъяснимо враждебна по отношению к нему, Брюс знал, что Бэтмен должен сделать больше. Он должен пойти и сделать что-то действительно полезное, чтобы мнение Гордона о нём изменилось.

Шиллер сказал:

— Похоже, Бог тоже хочет, чтобы мы создали союз. Раз уж мы все здесь, почему бы нам не поговорить открыто и честно.

— Мы все знаем, что произошло той ночью. Я знаю, что никто из нас троих не доверяет друг другу полностью, но это нормально. Мы всё ещё можем объединиться на некоторое время ради общей цели, например, чтобы мой коллега, доктор Джонатан, который создал газ страха, попал в тюрьму.

Гордон знал, что ему больше нечего скрывать. Если он не сможет разобраться с этим, то его начальство и начальник полиции узнают, что он тайно расследует тот факт, что кто-то пытается нанять Джонатана. После этого онн точно будет мертв. Будь то Шиллер или Брюс, Гордон мог только надеяться, что они, по крайней мере, на нейтральной стороне и могут хотя бы дать ему совет, если не могут помочь ему.

Гордон нахмурился и сказал:

— Ситуация, должно быть, хуже, чем вы думаете. Виктор, нынешний начальник полиции, был раньше обвинен в продаже высококонцентрированных успокоительных препаратов, но не был осужден. Вместо этого он проложил себе путь вверх по карьерной лестнице. Есть предположение, что он находится за Сэлом, но ни у кого нет доказательств. Мой лучший человек, Тантал, видел, как он входит и выходит из клуба, где собирается банда «Красные Вороны», но эти старые копы слишком хитры, чтобы кто-то мог их поймать.

Шиллер вздохнул, он знал, что Гордон сохранил лицо для Департамента полиции Готэма, который сверху донизу почти полностью состоял из приспешников мафии. Даже самые добрые из копов просто брали деньги у мафии и делали меньше работы.

Шиллер спросил:

— Вы знаете Харви? Харви Буллок.

Гордон на мгновение нахмурился в раздумье и сказал:

— Вы говорите о толстяке из отдела логистики, который курит и пьет? Что с ним не так? Вы его знаете?

Харви Буллок в некоторых комиксах о Бэтмене изображался как курящий алкоголик-толстяк. Гордон не ошибался, но в большинстве комиксов он был хорошим копом, который маскировался под плохого копа. Вроде бы он был в сговоре с бандитами, но на самом деле тайно помогал Гордону. Он даже в одном комиксе объединился с Гордоном без вмешательства Бэтмена, чтобы победить Джокер.

Шиллер сказал:

— Вы знаете, я работал с полицией в нескольких городах. Я слышал, что он учился в полицейской академии в Старлинг-Сити, и однажды старый полицейский из Метрополиса упомянул мне о нем. Он сказал, что Харви хотел быть хорошим полицейским, но подвергся репрессиям, и по этой причине ему пришлось перестать маскироваться под дряхлую внешность, и даже взять на себя ответственность связаться с мафией, чтобы найти крышу.

— Вы думаете, ему можно доверять? — спросил Гордон.

Брюс вмешался:

— Вы не справитесь один в полицейском управлении Готэма. Если у вас там нет ни одного союзника, вы вряд ли сможете справиться со своим боссом и комиссаром полиции, не говоря уже о стоящей за ними мафии.

— Я думаю, вы можете попытаться связаться с Харви, но не рассказывай ему всего. Я уверен, что он тоже следит за этим делом. Если он действительно заслуживает доверия, он может тайно предложить вам помощь. Кто-то из вас двоих мог бы быть в тени, а другой на свету, вы по крайней мере, сможете поставить своего босса в тупик.

Гордон сказал:

— Я спрошу его об этом.

Брюс сказал:

— Что касается вашего начальника полиции, я рассмотрю его, в другом обличии, о котором вы знаете, конечно.

Брюс с самого начала не собирался скрывать это от Гордона, потому что знал, что будет практически невозможно получить помощь какого-нибудь полицейского из департамента полиции, не раскрыв свою личность.

— И мафия, — сказал Шиллер, — будь то Сэл, которого вы упомянули, или «Красные Вороны», я бы хотел проверить это.

Оба мужчины одновременно уставились на Шиллера. Гордон сказал с некоторым колебанием:

— Профессор, я знаю, что вы объездили весь город, но я должен предупредить вас. Банды Готэма отличаются от всех банд в других городах. Это злобные звери, не обращающие внимания ни на какие законы и мораль, это очень злобная стая шакалов...

— Да, вот почему мне нужно идти сейчас. Понимаете ли вы, через два месяца в Готэмском университете начнутся выпускные экзамены, и тогда у меня не будет столько времени для этого дела.

Шиллер взглянул на Брюса и продолжил:

— В конце концов, многие студенты здесь предпочитают пойти в клуб, пока еще светло, чем тратить больше времени на учебу.

Брюс немного неловко потер переносицу, когда Гордон оглядел его с ног до головы и сказал:

— Я не намного старше вас, но позвольте напомнить вам. Если вы действительно хотите остаться этим чудаком в трико, то вам лучше держать под контролем свою личную жизнь. Половина красивых женщин в Готэм-сити побывала в твоей постели, думаешь, среди них нет несколько черных вдов?

Брюс ответил:

— Да, я возьму на заметку, спасибо за предупреждение.

Репутация Брюса была известна всему Готэм-сити, и надо признать, что даже в 18 лет Брюс был очень красив. Хотя у него еще не было того обветренного вида, одна только его нынешняя красивая внешность могла покорить сердца бесчисленных женщин. Развлекательные газеты Готэма почти ежедневно разносили сплетни о нем. Подружки Брюса никогда не были одинаковыми на фотографиях.

Он больше беспокоился о почках Брюса, так как считал, что даже Бэтмену рано или поздно придется пить почечные таблетки, если он продолжит так играть.

К несчастью, после возвращения Брюса в поместье Уэйнов его старый дворецкий Альфред сказал ему:

— Я взял на себя смелость отменить вашу сегодняшнюю встречу, потому что данные вашего последнего медицинского обследования не внушают оптимизма...

Брюс замер на мгновение, вспомнив довольно странные взгляды, которыми Гордон и Шиллер одарили его сегодня в течение дня. Он неловко кашлянул и сказал:

— Помогите мне отменить все мои вечерние встречи в этом месяце.

Альфред замер на мгновение, затем в его глаза читался знак вопроса. Он сказал:

— Молодой господин, вы пригласили мисс Кристину на ужин два месяца назад, вы уверены, что хотите отменить и ее приглашение?

Брюс махнул рукой и сказал:

— Конечно, сейчас у меня не так много времени, чтобы встречаться с ними.

Глаза Альфреда стали еще более странными, когда он заколебался и сказал:

— Если в вашей сексуальности произойдут какие-либо изменения, я хотел бы, чтобы вы первым сообщили об этом вашему верному дворецкому...

Брюс прикрыл лоб и сказал:

— Я уезжаю на несколько ночей расследовать дела... Тогда лучше не отменять встречу с мисс Кристин, она очень сексуальна и привлекательна.

После ухода Альфреда Брюс заметил, что его телефон зазвонил, и это оказался звонок от Шиллера.

Он взял трубку, и Шиллер сказал:

— У тебя свидание с Кристин, главой футбольной группы поддержки «Найтингейл»?

Брюс на мгновение был ошеломлен: «Неужели Шиллер действительно умеет читать мысли?»

Вскоре Брюс понял, что всё это надуманно. Шиллер сказал:

— Она хвасталась своим сестрам, что поймала маленького Уэйна. Однако она исчезла через два дня после того, как сказала это. Её сестры сообщили об этом в школу, и Анна из отдела кадров сказала мне связаться с вами...

— У меня еще не было с ней свидания, — сказал Брюс, — у нас запланировано свидание через две недели. Вы знаете, мой... график, он довольно насыщенный.

— Значит, её исчезновение никак не связано с вами? Это странно.

Шиллер сказал:

— В отделе кадров мне сказали, что Кристин знает, что она хорошо выглядит. Поэтому она очень сдержанна и никогда не уходит из школы по любому поводу. Она почти закончила школу, а теперь пропала.

Немного встревоженный, Брюс сказал:

— Может ли это быть связано с делом Джонатана? Джонатан хорошо ее знал?

— Конечно, нет. Откуда такая девушка может хорошо знать Джонатана. Она же симпатичная черлидерша, а Джонатан скучает в своем офисе целыми днями".

Шиллер сказал:

— Ну, Брюс, теперь у вас есть новое занятие. Поторопитесь и найдите свою будущую пару, желательно до назначенного свидания.

— Но я...

— Найтингейлы — визитная карточка Готэмского университета. Пропажа капитана группы поддержки сильно ударит по ним. Плей-офф Всеамериканской лиги начинается через две недели. Если вы не сможешь найти её, я завалю тебя на экзамене.

— Эй, профессор, вы не можете... Здравствуйте? Алло?

Брюс беспомощно положил трубку. Затем он позвонил в школу и узнал, что Кристину так любят в группе поддержки, что многие девочки обратились в школу с просьбой найти её, без руководителя группы они не могут репетировать свои выступления, что делает недовольными членов футбольной команды.

Как раз во время ареста Джонатана школа пытается успокоить общественное мнение, но никого нет, поэтому Шиллер, новый профессор, попадает впросак.

Затем Бэтмена застает на месте преступления Шиллер.

Брюс начал думать, что симпатичная девушка исчезла из Готэма, и вряд ли стоит задумываться об исходе этого инцидента, но, по мнению Шиллера, эта мисс Кристина была очень осмотрительным человеком и обычно не покидала университет. Значит она изчезла в Готэмском университете .

Трудно было не заподозрить связь с делом Джонатана.

Одну овцу пасли, двух отпустили. Брюса ни капли не волновала невразумительная угроза Шиллера, да и когда Брюса волновало, что он провалит урок?

Кроме психологии, которую он посещал ради Шиллера, он либо ходил по барам, либо просто тусовался на других занятиях.

Подумав об этом, Брюс вспомнил, что Шиллер только что сказал, что Кристина упомянула кому-то, что собирается встречаться с ним?

Может ли это иметь какое-то отношение к её исчезновению?

Адская кухня, Нью-Йорк.

Мэтт Сорвиголова издал ворчание с кровати в психиатрической клинике Шиллера. Шиллер убрал проспиртованный тампон, который держал пинцетом, и сказал:

— Я не смогу вытащить пулю, если вы будете продолжать так напрягать мышцы.

Он выбросил ватный шарик в мусорное ведро, протер пинцет спиртовым тампоном, немного отчистил рану на плече Кошмара и сказал:

— Мне придется немного вскрыть ее ножом.

Мэтт сказал:

— Вам придется дать мне анестезию, иначе у меня случится болевой шок.

— Супергерой, который боится боли, я действительно не знаю, смеяться над тобой или восхищаться тобой, — произнес Шиллер.

— Есть не так много людей, которые могут сделать мне больно. Кингпин в этот раз нашёл отличного парня, — в ответ сказал Мэтт.

Шиллер посмотрел на бледное лицо Мэтта. Его губы были почти темно синими. У всех разная терпимость к боли, Мэтт Сорвиголова явно относился к более чувствительной категории.

Как сказал Шиллер, неясно, достоин ли такой человек насмешек или восхищения, когда он становится супергероем.

Возможно, именно благодаря невыносимой боли Бэтмен отказался от своей поверхностной идеи мести и нашел для себя более великую цель.

Только великий идеал «справедливость» может поддержать этих супергерое, когда они в одиночестве зализывают свои раны ночь за ночью.

Шиллер положил пинцет и сказал:

— Вам повезло, Мэтт, у меня здесь есть хорошее лекарство.

Он достал белый пузырек и передал его Мэтту. Он потрогал упаковку, понюхал его и сказал:

— Чёрт, почему у вас тоже есть это обезболивающее? Вы наркоман!

Шиллер сказал:

— Не будьте невеждой. Это не то дерьмо, которое продается на рынке. Это самая высокая концентрация, которую только можно найти. Если не хочешь брать, то верни мне, эта вещь дорогая.

То, что Шиллер держал в руках, было анальгетиком, который он взял с собой, когда пошел к Джонатану, чтобы украсть газ страха. Джонатану нужны были анальгетики, когда он проводил эксперименты над своими подопытными. Эти были его собственной разработкой и были намного лучше, чем те, что можно было купить.

Мэтт в итоге взял одну и сказал:

— Господи, помоги мне быстро поправиться, а потом повернуться и ударить вас по лицу.

— Не принимайте благодать как должное. Это не преступление — носить с собой маленькую таблетку в такой дыре, как Адская кухня.

Мэтт почувствовал утихающую боль. Ему пришлось признать, что Шиллер был прав; наркотики в Адской кухне были самым безобидным фетишем из всех существующих.

По мнению Шиллера, если человек в Готэме просто немного покурил, то он ещё находится на уровне святого.

Шиллер наблюдал, как лицо Мэтта постепенно восстанавливается. Проводя над ним импровизированную процедуру, спросил:

— Как вы оказались в таком состоянии?

Мэтт поджал губы и сказал:

— Кингпин в этот раз послал довольно плохих людей. Я заранее принял меры предосторожности, но парни, называющие себя «ниндзя», смогли снизить частоту сердцебиения. Я не смог их услышать... О! Черт возьми...

Шиллер сказал, покрутив только что извлеченную пулю из стороны в сторону:

— Этой группе ниндзя, о которых вы говорите, похоже нечем заняться, они вырезали на пуле цветки сакуры.

Мэтт выглядел уставшим. Шиллер крикнул:

— Пикачу! Принеси бинты, которые я держу в шкафу!

Мэтт услышал, как на стол запрыгнуло маленькое существо. С выражением отвращения на лице оно сказало:

— Я же просил тебя не лечить его в спальне. Думаешь, запах крови приятен? Эй, невезучий, твои повязки...

Шиллер поймал бинт, который бросил ему Пикачу. Он обмотал им Мэтта, который сказал:

— Лучше сделай это побыстрее, мне потом нужно будет убраться отсюда.

— Чтобы умереть на улице за дверью? — спросил Шиллер.

— Они следят за мной. У этих ниндзя уникальные навыки слежения. Если они придут сюда, никто из нас не сможет уйти, — произнес Мэтт.

В конце концов, он был хорошим человеком и не хотел впутывать Шиллера в это дело. Хотя Шиллер не казался ему хорошим человеком, но он все-таки спас его. Мэтт играл за хороших, но не настолько, чтобы сейчас идти и мстить.

Шиллер сказал, убирая испачканные кровью инструменты:

— Им не нужно обладать особыми навыками слежения. Вы пробежали весь путь от соседней улицы с сильным запахом крови. Если они не заметили...

Мэтт вдруг услышал сильный порыв ветра и закричал:

— Дротик!!! Прочь с дороги!!!

Внутренне он был встревожен, потому что по звуку шагов Шиллера он понял, что он всего лишь необученный, обычный человек, у которого мало шансов выжить против этой группы ниндзя-убийц.

Вскоре, однако, он услышал «бах», когда сюрикен, казалось, ударился обо что-то. Шиллер держал зонтик, который, по его мнению, был отличным средством защиты, особенно против чего-то такого маленького, как дротик, который значительно уменьшал их воздействие.

Напротив него находился только один человек. Телепатией Шиллер мог ощущать разум дополнительно человека, помимо Мэтта.

— Молодая леди, если вы три минуты колебались, прежде чем сделать свой шаг, почему бы нам не присесть вместе и не выпить чашечку кофе, — произнес Шиллер.

Прежде чем противоположная сторона успела ответить, Шиллер продолжил в говорить:

— Вы довольно милосердны к своему старому приятелю. Я никогда не видел такого, который мог бы всадить пулю прямо в наименее смертельную щель в лопатке. Так что раз уж вы здесь, почему бы вам не выйти и нам не познакомиться?

Из другого конца комнаты раздалось холодное ворчание, а затем убийца вышел из квартиры.

Мэтт, смущённо, сказал:

— Что? Какой старый приятель?

Шиллер покачал головой и сказал:

— Разве вы не заметили? Почему убийца, с которой вы встретились, не выстрелила вам в сердце или в голову, когда у нее была возможность сделать выстрел незаметно для вас?

— Разве пуля не была направлена в сердце?

— Даже близко нет.

В голове Мэтта произошло небольшое короткое замыкание. Очевидно, он не отреагировал на тот факт, что убийцей на другой стороне улицы была, по сути, его бывшая одноклассница, по совместительству подруга, Эрика.

Шиллер, знавший сюжет, прекрасно понимал, что Эрика разрывается. Она всё ещё любит Мэтта, поэтому она не решается выполнить задание. Она мечтает появиться перед ним, но не хочет видеть своего бывшего парня. Поэтому, как только Шиллер указал на ее личность, она убежала, явно не желая, чтобы Мэтт узнал, кто она такая.

Это правда, нельзя угадать, что у женщины на уме.

Вскоре Мэтт Сорвиголова потерял сознание от боли и переживаний. Шиллер опустил рольставни на двери клиники и запер ее. Он также закрыл и запер все окна. Он стоял возле своей кровати и смотрел на ночное небо Нью-Йорка.

Сияющая падающая звезда пронеслась по небу, бесчисленные пары загадали на нее желание. Однако на самом деле это был мех Старка.

Хотя у жителей Адской кухни не было возможности загадать желание на падающую звезду, Шиллер достал свой мобильный телефон, чтобы позвонить Старку. Как только звонок был принят, Шиллер сказал:

— Знает ли мисс Пеппер, что вы предпочитаете управлять своим мехом в воздухе, чем вернуться, чтобы быть с ней?

Затем метеор упал вниз головой, за ним наблюдали бесчисленные пары.

Чуть позже, на крыше психологической клиники Шиллера, Старк, одетый в слегка дымящийся Марк 5. Он проворчал Шиллеру:

— Мне действительно следует внести тебя в черный список моей адресной книги...

Шиллер зажег сигарету и сказал:

— Удивительно, как у мужчины средних лет не могут возникнуть споры с женой, если он участвует в гонках посреди ночи, делая такие крутые виражи.

Старк подошел к карнизу и сел. Он взял сигарету и протянул её Шиллер со словами:

— Она немного давит на меня, честно говоря, я не думал об этом...

— Не думал о чем? Жениться на Пеппер или нет?

Старк поперхнулся. Дважды кашлянув, он сказал:

— Женитьба? Не пропустил ли ты некоторые важные шаги?

— О да, в глазах такого жеребца, как вы, это действительно важный шаг.

— Не говори так, Пеппер не похожа на тех женщин.

— Я просто знаю, что в её глазах вы так или иначе отличаетесь от других мужчин, — сказал Шиллер.

Прежде чем Старк успел ответить, Шиллер продолжил:

— Но я думаю, что это примерно одно и то же. Вы провели с ней не так много времени, как защитник.

— Тогда я вернусь и уволю охранников, — возмущенно сказал Старк.

Очевидно, что он избегал кое-каких вопросов.

Через некоторое время Старк коснулся своей щеки и сказал, несколько отрывисто:

— Ты действительно можешь читать мысли?

— Вы поверите мне, если я скажу, что могу? Не спрашивайте о том, во что сами не верите, — сказал Шиллер.

— Я бы действительно хотел поверить, что в этом мире существует способность чтения мыслей. Тогда ты сможешь вернуться и рассказать мне, что на самом деле думает Пеппер, — сказал Старк.

Железный человек не был традиционным героем типа «праведный и непобедимый». У него было эмоциональное сердце и чувственный мозг, которые не соответствовали его персоне технологического гения. Поэтому он всегда был опутан беспорядочными эмоциями.

Старк так и не смог продвинуться в отношениях с Пеппер, не понимая, что такое отношение многое говорит о нем.

Сменив тему, Шиллер сказал:

— Как поживает этот ребенок в красно-синем трико в Нью-Йорке в наши дни? Я слышал, как вы на него жаловались.

— О да, ребенок в уродливом трико, прыгающий вверх-вниз и мечущийся, как блоха, через полгорода, — сказал Старк. — Джарвис сказал, что ребенок должно быть несовершеннолетний. Я собираюсь поймать его и бросить обратно домой.

Шиллер сказал:

— У меня есть небольшая зацепка, хотите послушать?

— Я видел его пару раз на краю Адской кухни. Он не осмелился войти. Я видел, что на его небесно-голубых брюках со стороны Квинса... был логотип средней школы.

— Ты называешь это подсказкой? — Старк фыркнул.

Шиллер продолжил:

—Я могу сказать, что у него не было денег, чтобы купить себе хороший наряд. Его семья не должна быть в хорошем положении, так что это, должно быть, не одна из этих чертовски дорогих государственных школ. Скорее всего, ученик из средней школы Мидтауна или Форест Хай...

— «Форест Хай» — это школа-интернат. Если бы ученик вышел в таком виде, ему, скорее всего, переломали бы ноги. Школа Мидтаун, с другой стороны, гораздо более хаотична, судя по его размерам, он, вероятно, старшеклассник или второкурсник.

— Отродье. — В заключение Старк сказал, — Вероятно, ему не терпелось выбраться и побродить по округе после того, как он разжился собственной игрушкой и смог использовать ее для небольшого престижа.

— Итак, вы собираетесь позволить ему познать все опасности взрослой жизни? — спросил Шиллер.

— Конечно, и что более важно, Нью-Йорк — не его игровая площадка, — сказал Старк.

Он только что выздоровел. Но он был взрослым человеком, прошедшим через большие события. Он знал, что рано или поздно с Пауком-младшим что-то случится за то, что он вот так бродит по городу. На самом деле некоторые СМИ уже обратили на него внимание.

Питер Паркер отлично проводит время, с тех пор как его укусил паук. Он обрел беспрецедентные суперспособности. Теперь вместо того, чтобы быть гиком, как до этого, он стал сильным и спортивным, что более чем достаточно для ученика средней школы.

Врач, с которым он общался в Интернете, организовал для семьи тщательное медицинское обследование, но оно выявило множество проблем.

С Питером все было в порядке, он был совершенно здоров, больничные аппараты не обнаружили в нем ничего необычного.

Это были его дядя и тетя, старик Паркер и тетя Мэй, у которых были некоторые проблемы с возрастом, это было в порядке вещей. Однако врач сказал Питеру, что у его дяди тень на легком, что было не очень хорошей новостью.

Любой человек, обладающий хоть каплей здравого смысла, знает, что следующее слова в этом предложении, скорее всего, либо рак, либо опухоль.

Врачи рекомендовали Бену Паркеру пройти полное обследование легких, но это было недешево, особенно учитывая возможность проведения биопсии открытой полости на более поздней стадии. Семья Паркеров просто не могла позволить себе эту процедуру.

Хотя медицинские счета будут возмещены, но стоимость такого обследования не входит в список для возмещения. Ни одна страховая компания не покроет его.

Если бы врач, с которым Питер познакомился в Интернете, все еще работал в этой больнице, то, возможно, Питер мог бы обратиться к нему за помощью. Даже если не в этой хорошей больнице, он мог бы обратиться в больницу чуть хуже, где это было бы дешевле.

Семья Паркеров всегда жила бедно, и Питер часто не мог позволить себе купить новую одежду. Питер знал, что его дядя и тётя делали всё возможное, чтобы обеспечить его. Ведь они зарабатывали так мало, а дядя Бен никогда бы не захотел получить ни пенни незаконно нажитого. С его мизерной зарплатой и необходимостью платить за образование Питера, не оставалось совсем никакого излишка.

Бен Паркер вполне допускал мысль, что тень на легком не обязательно означает, что это рак или опухоль. Возможно, это просто незначительное воспаление, которое само заживет. Он успокаивал Питера, что это, скорее всего, просто разговоры больших больниц, но Питер действительно был слишком расстроен внутри.

Он не мог отделаться от возмущение, что Томпсон, который всегда задирает его в школе, может помтратить сотни или тысячи долларов за пару кроссовок, в то время как их семья не может позволить себе даже заплатить несколько сотен долларов за обследование.

Однакот Питер считает, что теперь, когда у него есть сверхспособности, всё изменится. Что ещё он может делать, если не использовать их для заработка денег?

Питер, конечно, был очень умным. С его сообразительным маленьким мозгом он придумал самый быстрый способ заработать деньги, который заключался в участии в подпольных боксерских матчах.

Конечно, быстрее было бы пойти в казино и сыграть в карты, но Питер знал, что его способность чувствовать иногда работает, а иногда нет. Если он будет играть нестабильно, то попусту потеряет деньги.

Но в подпольном боксе все было иначе. Его сил было достаточно, чтобы победить любого обычного человека. Неважно, насколько злым и жестоким был противник, ему не устоять перед абсолютной силой. Это, несомненно, позволяет ему верить, что он никому не проиграет.

Где во всем Нью-Йорке больше всего процветает подпольная боксерская индустрия? На Адской кухне, конечно же.

Но Питер, как хороший студент, который вырос и хорошо учился, не стал бы приближаться к такому хаотичному месту. Поэтому, возможно, из страха или осторожности, Питер несколько дней слонялся по Адской кухне, но не вошел туда смело.

Наконец, однажды, придя домой из школы, Питер узнал, что его тетя потянула спину, а денег на лекарства нет. Ему пришлось отправиться к себе в комнату, чтобы лечь в постель и отдохнуть.

Питер ничего не мог с собой поделать. Его сдерживаемая досада превратилась в злость. Ему очень захотелось пойти и избить кого-нибудь как следует.

Он надел самодельный костюм. Хотя его вид в нём был комичен, но после обретения паучьих способностей он стал немного стройнее и менее костлявым. Так что он выглядел нормально.

Он носился по Адской кухне, как безголовая муха, никто не мог его победить с его паучьем чутьём, с помощью которого он мог уклоняться от пуль. Так что в конце концов он нашел цель.

Примерно в двух кварталах от Адской кухни на Мэри-стрит находилась Билл-стрит, где был подпольный боксерский ринг, управляемый бандой. После того, как Питер одним ударом нокаутировал самого сильного чернокожего боксера, его заметил директор и порекомендовал драться на самом большом подпольном боксерском ринге в конце улицы.

Именно здесь Питер дал себе кодовое имя Человек-паук.

Все происходило гладко, Питер постоянно побеждал, мало кто из бойцов мог выдержать его удары, а сила от паучьей мутации была настолько мощной, что Питер заработал десятки тысяч долларов всего за несколько дней.

Сорвиголова пролежал у Шиллера несколько дней, в конце концов, у него не было сверхспособностей к регенерации, его раны заживали, как у обычного человека. Однако было приятно видеть, что убийца, совершивший на него покушение, явно проявил милосердие. Пули не повредили жизненно важные органы. Мэтту стало намного лучше после того, как он пролежал в клинике несколько дней.

Так что в день, как он восстановился, вечером Мэтт попрощался с Шиллером. Он должен продолжать свое праведное дел. Это желание не смогут остановить попытки Кингпина его убить. Поэтому вместо того, чтобы прекратить свой акт правосудия, Мэтту решил нанести Кингпину удар.

Его целью была Билл-стрит, где находились два ночных клуба, казино, подпольный боксерский ринг и нелегальная мастерская по тюнингу автомобилей. Эта улица контролировалась мафией Кингпина и приносила ему миллионы долларов прибыли каждый год.

Первой целью Мэтта был подземный боксерский ринг.

Но не надо забывать, как погиб его отец. Этот вид подпольного черного боксерского ринга вообще не должен был существовать. Они хотели только зарабатывать деньги на этих паршивых игроках и не заботились ни о чьей жизни. Отец Мэтта был жестоко убит мафией, потому что он хотел устроить своему сыну победное выступление и отказался подделать матч, из-за чего букмекеры потеряли деньги.

Это привело к рождению «Сорвиголовы», и в результате Мэтт никогда не отпускал ни один подпольный боксерский ринг. На самом деле подпольная игорная индустрия подподбного бокса была уничтожена благодаря постоянным атакам Мэтта.

Поэтому Кингпин послал против него убийц. Пока Мэтт не будет мертв, Кингпин никогда не сможет заработать на подпольном боксе.

Конечно, Мэтт был опытным героем, он прямо не ворвался на подпольный боксерский ринг. Он ликвидировал эти подпольные организации благодаря наблюдению на ними в течение нескольких дней. Затем он находил пьяных людей, выходящих оттуда и получал от них всю нужную информацию. После чего он наносил несколько ключевых ударов по руководству и срывал открытие несколько раз. В итоге эти азартные игроки находили другое место.

После нескольких дней наблюдения Мэтт услышал имя «Человек-паук» от нескольких людей и узнал, что этот человек недавно отличился на ринге.

В этот день к Питеру обратился владелец подпольного боксерского ринга, который хотел, чтобы Питер провел подставной бой. Любой, кто хоть что-то знал об этих правилах ставок, понимал, что с такой серией побед, как у Питера, его шансы станут настолько низкими, что все будут ставить на его победу и лишь немногие — на его противника.

На данный момент, если Питер проиграет, то букмекеру придется выплатить только деньги нескольких человек, которые купили победу его соперника, при этом получив деньги всех тех, кто поставил на победу Питера, что является огромным состоянием.

Здесь нет честности. Всё дело в том, что букмекеры манипулируют коэффициентами, чтобы сохранить деньги тех, кто делает высокие ставки.

Во-первых, он думал, что заработал достаточно денег, десятков тысяч долларов хватит, чтобы покрыть полное обследование дяди Бена, и даже если тете Мэй понадобится серьезная операция на спине.

Питер был всего лишь школьником. Его ум был еще незрелым. Возбуждение от последовательных побед возбуждало его. Для подростка трудно заставить его сознательно проиграть своему противнику, а Питер настолько не любил опускаться, что не стал бы этого делать.

Владелец подпольного боксерского ринга ничего не сказал. Питер был достаточно наивен, чтобы думать, что другая сторона ничего не сможет ему сделать, в конце концов, у него была такая большая сила. Кто мог бы победить его из обычных людей?

Все это видел Мэтт, Сорвиголова.

Он проник туда рано утром, притворившись пьяным, случайно завалившегося в зрительный зал. Его превосходный слух позволил ему слово в слово услышать разговор между владельцем подпольного боксерского ринга и Питером за кулисами.

На следующий день на драке Мэтт был там.

Снизу все еще раздавались бесчисленные приветственные возгласы, когда Питер вошел на ринг. Питер поднял руки в знак приветствия, готовый ждать своего следующего противника.

Вперед вышел крепкий чернокожий боксер, который смотрел на, ничего не подозревающего, Питера с хитрой улыбкой.

Когда он впервые начал наносить удары, Питер чувствовал себя хорошо. Он почти отправил бойца в полет одним ударом, но вместо того, чтобы принять бой в лоб, боец уклонялся и уворачивался. Казалось, он тянул время.

Вскоре Питер почувствовал, что что-то не так. Его желудок начал подергиваться, ноги ослабли, а в глазах потемнело.

Как только он потерял сознание, черный боксер ударил его по щеке, и Питер отшатнулся назад на несколько шагов, голова закружилась от удара.

Противоположный боксер был более чем способен умножить удар, и в тот момент, когда Питер получил удар, его паучье чутье сработало. Он почувствовал, что у противоположного боксера внутри перчаток тяжелый свинец. Если бы он получил такой удар, его мозги могли бы вылететь.

Питер пригнулся и едва увернулся от удара. Из толпы внизу раздалось освистывание. Человек-паук никогда не уклонялся в прошлом на ринге.

Питеру было все равно. Ему было так неудобно, что он едва мог дышать. Боец на другом конце ринга нанес еще один удар. Питер упал на землю.

Питер мог только удерживать голову на месте, но свинцовые перчатки врезались в его тело, создавая ощущение, что его внутренние органы находятся на грани смещения. Наконец, он не удержался и упал на землю, толпа разразилась негодованием.

Зная, что им грозит потеря денег, проклятия из толпы внизу становились все более и более пронзительными.

Из их ртов вылетали ругательства, которых Питер никогда в жизни не слышал. Их целью был Человек-паук.

Прежде чем Питер потерял сознание, он увидел фигуру, выскочившую из зала. Трость со свистом ударила противоположного бойца по шее. Это интенсивное избиение наконец прекратилось, но Питер не мог больше держаться и потерял сознание.

Питер снова проснулся и обнаружил себя в тесной и тускло освещенном помещении. Он увидел человека в красной рубашке, повернувшегося к нему спиной, который разбирал его снаряжение.

Питеру всё ещё было плохо, но большинство его ран уже зажили благодаря его превосходным способностям к самовосстановлению. Мужчина повернулся к нему и сказал:

— Парень, тебе повезло, что они дали тебе только немного слабительного плюс анестетик, ничего более мощного. Иначе ты бы сейчас не очнулся.

Мутантные способности Человека-паука не достигали своего пика сразу после приобретения, а требовали ряда упражнений и стимуляции. Поздний Человек-паук, будь то в плане силы, скорости или способности к самоисцелению, был в десятки раз сильнее нынешнего Питера.

Хотя прошло уже некоторое время после обретения сверхспособностей, но пока Питер имел дело только с обычными людьми. Теперь, когда его силы были намного больше, чем у обычных людей, он, конечно, не думал о том, как улучшить свои способности.

В результате его организм еще не функционировал на таком уровне, чтобы быть полностью невосприимчивым к наркотикам. Владелец подпольного боксерского ринга дал ему большое количество слабительного, которое в сочетании с некоторыми наркотическими препаратами ослабели его.

Питер сказал:

— Я помню Тебя. Ты спас меня, не так ли?

— Это была твоя собственная жизнь, парень. Похоже, у тебя есть необычные способности, иначе ты был бы уже мертв.

Питер тоже был в холодном поту. Нельзя ожидать от школьника, что он будет очень настороженно относиться к людям. Питер жил в месте, где люди были простыми, а соседи — хорошими. Дядя Бен тоже всегда воспитывал его в позитивном ключе. Питер никогда не видел ничего зловещего в человеческом сердце. Он с горечью сказал:

— Я думал...

Затем он сильно ударил кулаком по кровати и довольно сердито сказал:

— Я вернусь, чтобы проучить этого босса! Как он посмел накачать меня наркотиками!

— Ты же не надеялся, что там будут беспристрастные судьи, как на чемпионате мира? — спросил Сорвиголова.

— Ну, я вижу, ты почти исцелился, так что убирайся отсюда, сопляк. Адская кухня — не место для тебя.

— Я не сопляк, — Питер сказал, — Я — Человек-паук.

— Тебе ещё долеко до этого, — сказал Сорвиголова.

Питер уже собирался возразить, когда трость остановилась со свистом рядом с его шеей.

Его паучье чутьё даже не успело среагировать.

Холодный пот стекал по лбу Питера. Сорвиголова двигался слишком быстро для его сверхъестественного зрения.

Боевые искусства, которым Мэтт научился у Стика, не были обычными техниками кунг-фу. Хотя он был всего лишь обычным человеком, он достиг почти предела человеческого тела во всех показателях. С его тысячами усовершенствований в боевых искусствах он был даже сильнее, чем молодой паук, только пробудивший свои паучьи силы.

Питер, который был еще совсем юнцом, сглотнул и сказал:

— Это был крутой ход, чувак. Я вижу, ты использовал его, чтобы спасти меня.

С этими словами Питер принял боксерскую позу, раскачивая руками из стороны в сторону. Сорвиголова убрал трость и сказал:

— Тебе нужно многому научиться, если ты действительно хочешь стать Человеком-пауком. Если тебе это интересно, приходи ко мне.

Сорвиголова не был плохим парнем. Хотя он был одним из самых кровожадных героев в мире Марвел, но он спас Питера, не только из сострадания, а и отчасти из-за воспоминаний о смертельном опыте своего отца. Он не желал, чтобы кто-то снова так погиб на подземном боксерском ринге.

С другой стороны, он также хотел найти себе помощника. То, что в тот день его ранили ножом, заставило его понять, что он не может делать это в одиночку. Он не может скрываться от своих врагов и вершить правосудие одновременно. Но с помощником все было бы намного лучше.

Маленький паучок соответствует его ожиданиям. Он очень способный и талантливый, но очень зеленый и ничего не умеющий.

Питер стал время от времени прибегать к Сорвиголове. Он понимал, что у него больше сил, но его навыки слишком слабы, у него слишком мало опыта во всех аспектах борьбы с людьми. Иначе зачем уходить в подполье, чтобы делать там деньги? Со стоящими навыками боевых искусств он мог бы заработать много денег.

Из желания использовать свои способности для улучшения своей жизни и юношеской зависти к крутым боевым искусствам Сорвиголовы, Питер вскоре лучше познакомился со Сорвиголовой и узнал о том, чем он занимается.

Как бы Питер ни восхищался им, он чувствовал, что в этом нет необходимости. Как много он мог сделать сам? Он не мог в одиночку убить всех преступников в Адской кухне. Да еще с таким упорством и решимостью, если бы он занимался чем-то другим, у него была бы семья и хорошая жизнь.

Но вскоре, по мере того как Паук все больше узнавал Сорвиголову, проводил у него ночей, видел, как Сорвиголова в одиночку перевязывает свои раны, его отношение начало колебаться.

Это правда, Сорвиголова самый обычный человек, у него нет никаких суперспособностей к самоисцелению, и, сожалению, он более чувствителен к боли. Поэтому каждый раз, когда он оставался один в своём убежище, чтобы перевязать раны после ранения, Питер видел, как он находился на грани потери сознания от боли. Однако на каждый следующий день он, как обычно, выходил на борьбу с преступниками.

Адская кухня была не так опасна, как Готэм, но вероятность получить травму, пытаясь вершить правосудие здесь, была слишком велика. Иногда Сорвиголову задевали шальные пули во время бандитских перестрелок. Иногда, прыгая с нескольких этажей, чтобы избавиться от погони, он получал травмы. Также не обходилось от получения ударов в ближнем бою, которые оставляли большие синяки. Каждый раз, когда молодой паук видел эти раны, он испытывал смесь эмоций.

Внутри он стал считать Мэтта своим другом. Конечно, он не хотел, чтобы его друг пострадал, но как ему переубедить Сорвиголову?

Отговорить его от правосудия? Борьбы с преступниками не нужна? Но Питер был достаточно мудр, чтобы понять, что даже эти болезненные раны не могли отвратить Матта, так как же он мог остановить его несколькими словами?

Наконец, однажды Мэтт снова был ранен в икры преследовавшим его ниндзя, и Питер помог ему извлечь пулю. Питер никогда раньше не видел такой раны, и резкий, неприятный запах крови заставил его мозг затрещать. Разорванные мышцы доходили до костей, руки Питера дрожали от шока.

Он еще не был тем закаленным Человеком-пауком, который впоследствии станет настоящим героем. Любой школьник, увидевший такую сцену, был бы не лучше, чем он.

Когда он помог Мэтту извлечь пулю под его руководством, из его горла вырвался сухой звук:

— Какого черта ты это делаешь? Действительно ли оно того стоит?

— Я думал, ты спросишь меня раньше.

Сорвиголова прислонился к стене, сменив позу. Его голос немного дрожал от боли. Он сказал:

— Я вижу, что хотя твоя семья среднестатистическая, у тебя должен быть любящий старший. Достаточно счастливая и полноценная семья. Вы вели очень спокойную жизнь с самого детства...

— Возможно, в школе ты был немного менее чем идеален, но по большей части ты был в безопасности. Я вижу, что ты немного жалуешься на отсутствие денег, но знаешь что? Вам действительно повезло...

В тускло освещенной хижине Сорвиголова бормотал без конца, как во сне:

— Вообще-то мне тоже повезло, я родился в Адской кухне, но мой отец не был игроманом или наркоманом. Он сделал всё возможное, чтобы защитить меня, чтобы у меня был шанс выбраться из этой дыры и пойти в школу за пределами...

— Он был отличным отцом. Он решил стать подпольным боксером, чтобы обеспечить меня и иметь возможность вытащить меня отсюда.

— Да, ты должен был закончить как он. Он отказался драться в подставном бою, когда я пришел посмотреть его бой. Поэтому его убили владельцы, которые управляли рингом.

Питер был так расстроен, как душевно, так и физически. Он едва осознавал, что проливает слезы. Сорвиголова уже немного потерял сознание от боли, но он продолжал произносить.

— Нам с тобой повезло. Есть много других, которым не повезло. Их матери либо пили, либо принимали наркотики, когда они были зачаты. Они родились зависимыми. Они либо пошли работать в банды, либо занялись более опасной и бесчеловечной работой, чтобы выжить. Потому что жить так больно, они продолжают быть зависимыми от наркотиков и алкоголя. Их дети повторяют их жизнь. Жизнь, как эта...

— ...Эта Адская кухня.

— Да... Мне повезло, что у меня была возможность выбраться отсюда, получить высшее образование, работать над своими боевыми искусствами. Поскольку мне повезло больше, чем им всем, я получил больше и обладаю большими способностями, чем они...

— ...Так какие у меня есть причины не делать этого?

Сорвиголова часто называл Адскую кухню «эта дыра». Питер слышал, как он бесчисленное количество раз проклинал этих людей, проклинал всех в этом проклятом месте к чертям.

Но впервые он понял, что Сорвиголова действительно хочет спасти это место. Он действительно полон решимости вернуть Адскую кухню из ада.

Питер действительно не мог представить, как может Сорвиголова думать о сохранении такого места, находясь в таком плачевном состояние. Это было просто невозможно.

Однако Сорвиголова должен идти вперед и делать это независимо от ситуации.

Питер молча продолжил вытаскивать пулю. Сорвиголова испустил крик, словно был на грани смерти. Вскоре он потерял сознание с бледным лицом.

Питер стоял посреди комнаты, оглядывая немного ветхое помещение, в котором не было ни обезболивающего, ни бинтов. Раны Мэтта пришлось заматывать полосками ткани из его рубашки.

В Питере нарастал гнев, гнев более сильный и глубокий, чем когда он жаловался на отсутствие денег. Он чувствовал, что Мэтт не должен быть в том нынешнем состоянии. Он был явно решительным, настойчивым и стойким.

Он был хорошим человеком, а хорошие вещи должны случаться с хорошими людьми.

Почему владельцы и акционеры этих подпольных боксерских рингов жили так хорошо, что даже пьяницы, которые умирали пьяными на своих местах, получали хороший сон.

Вместо этого хорошие люди, такие как Сорвиголова, были оставлены страдать от неимоверной боли и засыпать в этой тусклой и тесной комнате в агонии.

С опытом Питера он еще не мог думать об этих вопросах. Эти эмоции будоражили его.

Он покинул убежище Сорвиголовы и побежал через Адскую кухню в темноте ночи.

Используя свои паучьи способности, он перепрыгивал через крыши зданий. Он пробирался сквозь ночное небо Нью-Йорка. Неоновые огни казино и ночных клубов вдалеке не гасли всю ночь, в то время как по сравнению с ними эти погруженные во тьму переулки были такими же темными, как будто никогда не видели рассветета.

Питер бежал, когда его паучье чутье внезапно сработало. Мысли путались, он не успел увернуться. Золотисто-красный мех подлетел к нему и схватил его за талию. На большой скорости он пронёс его вперед, после чего одним махом сбросил Питера на землю.

Питер был брошен на землю, когда красивый золотисто-красный мех завис в воздухе. Спайди был потрясен до глубины души. Он снял маску. Из меха напротив донесся человеческий голос:

— Тот парень был прав, это действительно школяр...

Питер в гневе ударил кулаком по земле, говоря:

— Я не школяр, я — Человек-паук!

В другом конце комнаты Старк презрительно фыркнул и сказал:

— Человек-паук? Да, у тебя неплохая репутация среди игроков в Адской кухне. Единственное, что ты сделал хорошего, это помог этим парням выиграть много денег.

Злость Питера была на пределе. Этот странный робот напал на него, как только он поднялся. Он прижал его к земле и насмехался над ним. Питер в гневе сделал выпад, но Мех Железного Человека пронесся по воздуху по изящной дуге и увернулся от атаки.

Сейчас Спайди не владел никакими боевыми навыками, не говоря уже о опыте борьбы с роботами. Он ничего не знал о тактике. Поэтому, естественно, он ничего не мог сделать с Марк 5, оснащенным Джарвисом.

Человек-паук кричал:

— Ты, гребаный робот, я покажу тебе, на что я способен!!!

Мех Железного человека приземлился. Он сказал:

— Да? Покажешь, как ты победил эту кучу никчемных подпольных бойцов?

Рот Старка все еще был ядовитым. Маленький паук краснел и злился от его насмешек. Наконец Старк, казалось, больше не хотел разговаривать с Питером, маленьким сопляком, и он сказал очень холодно:

— Тащи свою задницу домой, молокосос. Нью-Йорк — это не игровая площадка, где ты можешь прыгать вверх и вниз. Не думай, что только потому, что ты немного отличаешься от всех остальных, ты можешь летать по городу незамеченным.

Теперь Старк не испытывал симпатии к маленькому паучку, особенно узнав, что, обладая необычными способностями, он просто отправился на подпольный боксерский ринг, чтобы подраться. Это, по его мнению, очень глупый поступок.

У Старка была своя гордость. Хотя он был немного высокомерным, упрямым и чувствительным, но после кризиса жизни и смерти, связанного с похищением, настоящий Железный человек пробудился. Поэтому он не мог спокойно смотреть на Питера, который просто дурачился.

Питер встал и сердито с хлопок кинул маску на земле:

— Ты говоришь, что я бегаю по Нью-Йорке, но разве ты не делаешь то же самое?!

Его рассудок немного вернулся, поэтому он повернулся к Старку и сказал:

— Да, нося этот мех. Я могу сказать, что это никогда не будет чем-то дешевым, у тебя много денег, чтобы играть с этим.

— А как же я? Мои тетя и дядя не совсем здоровы. Они даже не могут позволить себе медицинские счета за обследования. Мне очень нужны деньги, так почему я не могу выйти на ринг и драться? Я же не причиняю рбычным людям боль!

Старк сцепил руки и сказал:

— Ты когда-нибудь думал о том, что если у тебя есть эта способность и ты не спасаешь других, то это само по себе причиняет боль людям.

Питер сделал нелепый вид. Покачивая головой из стороны в сторону, словно не мог поверить, как человек напротив него может говорить такие нелепые вещи, он сказал:

— Я сам получил эту способность. Я могу делать с ней все, что хочу. Это моя способность, почему я не могу использовать ее, чтобы сделать больше для себя, а не помогать другим?

Питер не пережил смерть Бена Паркера и еще не понимал смысла фразы «Чем больше сила, тем больше ответственность». Поэтому теперь он оправданно считал, что раз у него есть сила, то он, конечно, должен делать больше для своего блага.

Однако Человеку-пауку в конечном итоге суждено стать супергероем. Доброта и стойкость в костях Питера выйдут наружу по мере его взросления. Ему суждено стать супергероем.

С другой стороны, Старк, как бы он ни был самоуверен и высокомерен, всегда чувствовал, что мир находится в его руках. Его врожденная обязанность как супергения — защищать обычных людей и планету.

В этот момент Старк увидел, что Питер нехарактерно возбужден. Испугавшись, что его могли чем-то стимулироваиь, он сказал:

— Я знаю, что у тебя много вопросов, которые ты сейчас не можешь понять, и у меня тоже были. Но есть вещи, которые нужно пережить самому, прежде чем понять. Это не то, что ты можешь понять из моих лекцией, здесь нужно своё понимание. Все, что я могу сделать — это придупридить тебя. Если ты будешь продолжать держаться нынешних мыслей, то однажды ты пожалеешь об этом.

С этими словами мех Старка улетел, оставив Питера сидеть на месте одного, растрепанного и потерянного.

Он действительно не понимал, почему все были против него, как будто он был рожден плохим семенем. Питер не мог понять, почему он, казалось, страдал больше, чем когда-либо, после того, как получил свои способности.

Он зарабатывал деньги, но не решался отнести их прямо дяде Бену. Из-за ночных брожений он не мог нормально выспаться. Его успеваемость упала. Из-за упоения обретенных сил он не обращал внимания на чувства Гвен. Гвен начала охладевать к нему. Ему просто хотелось пойти и побить своего заклятого врага Томпсона, но он не смел драться и устраивать потасовки в школе. Ему приходится мириться со всем этим.

Эта чертова суперсила не принесла ему никакой пользы, не изменила его в одночасье и не дала ему ту привилегированную жизнь, которую он хотел. Он не мог понять, в чем проблема.

Обдуваемый холодным ночным воздухом Нью-Йорка, Человек-паук сидел на крыше здания Адской кухни и постоянно думал.

В этот момент его превосходный слух позволил ему услышать шепот из переулка с задней стороны здания.

Это была задняя дверь ночного клуба, где стояли два высоких, коренастых вышибалы. Под тем углом, под которым находился Питер, он мог видеть их незамеченным.

Питер увидел лысого человека в пиджаке, который, казалось, разговаривал со своими людьми. Зрение и слух Питера были намного сильнее нормальных. Он увидел на лбу лысого человека круглую метку, похожую на мишень. Он услышал, как лысый человек говорил:

— ...пока мы доводим дроссельную заслонку до максимума, прежде чем он успеет среагировать. Знаете, у Андре хорошая машина. Он модифицировал ее для увеличения скорости, чем в обычной машине.

— Просто удерживайте его на месте, главное — чтобы его не было слышно. Потом быстро сбейте его в тот момент, когда он повернет за угол. Тогда у него будет один конец — смерть.

Его человек сказал:

— Я знаю перекресток в конце Мэри-стрит, который бы подошел для этого. На перекрестке свален строительный мусор, и запах масла от машины можно было бы замаскировать...

Лысый злобно усмехнулся и сказал:

— Мы должны убрать его до того, как это сделает женщина, чтобы босс Кингпин понял, кто является его лучшим подчиненным...

Питер слушал их наверху. Из разговора он понял, что они, похоже, собираются взять машину и кого-нибудь переехать. Но Питер, только что получивший порицания, бунтарски подумал, — «Какое это имеет к нему отношение? Это просто драка, один член банды пытался убить другого члена банды. Почему его это должно волновать?

В этой чертовой Адской кухне все равно нет хороших людей».

С этими мыслями Питер медленно начал возвращаться, уже поздно. Он сказал дяде Бену, что сегодня не вернется, поэтому он вернулся в коморку Сорвиголовы, который все еще крепко спал.

У Питера промелькнула мысль, что, возможно, он не совсем прав. В Адской Кухне все еще есть один хороший человек. Его друг слишком хороший для этого места.

Питер посмотрев на, сочащуюся кровью, рану на своей икре, на синяк, оставленный Железном человеком, Питеру вдруг стало немного смешно. Зачем Сорвиголова, самый обычный парнем, без способностей к самоисцелению, как у него, ввязывается в чужие дела, разборки.

Он хотел научиться боевому искусству Сорвиголовы, но совсем не хотел перенимать его отношение к людям.

Если бы он после улышенного разговора в гневе бросился вниз, чтобы восстановить справедливость, он бы не смог спокойно провести сегодняшний вечер. В клубе должно было быть не меньше дюжины вышибал. Ему пришлось бы избить их всех, особенно лысого. При таком количестве людей ему бы однозначно хорошо досталось бы.

Конечно, он гарантированно бы остановил бандитские разборки, но что это дало бы? В Адской кухне нет невинных людей, только банды.

«Ну и что, если какой-то бандит умрёт?» — подумал Питер, — «Зачем мне рисковать из-за этого дела?»

Во сне он использовал свои способности, чтобы сколотить состояние, представлял, как купил большой дом на самой оживленной улице в Квинсе, как дядя Бен и тетя Мэй переехали в его новый дом.

Первая половина сна была очень приятной, но не вторая. Возможно, из-за стонов Сорвиголовы мечта Питера приняла резкий поворот, стала кошмаром.

Пока Питера не было дома, в его большой, красивый дом ворвался ганстер. Разгромив всё, он убил его тётю и дядю. Его соседи видели бандита, но только вызвали полицию. Но она не успела поймать убийцу, как и потом. Питером овладем внутренний демон мести. Он стал каждый день бродить по городу, пытаясь найти убийцу, который сломал его счастливую жизнь, но постоянно неудачно.

Наконец, во сне появляется Сорвиголова. Питер спрашивает его, почему ему, победившего столько приступников, стоило пропустить всего одного, им окажется, планировавший нападение на его дом, человек.

А Сорвиголова холодно говорит ему:

— Боюсь, единственный, кто может взять на себя всю ответственность за это, — это ты.

Питер проснулся в холодном поту. В Нью-Йорке только рассвело, холодный воздух проникал через щели в окнах прямо в его легкие. Он был настолько холодный, что ему хотелось плакать.

Сорвиголова тоже проснулся. Питер налил ему воды. Сорвиголова сказал:

— Спасибо, но, боюсь, мне придется попозже побеспокоить тебя. Мне надо, чтобы ты принес мне кое-какие лекарства из клиники в конце Мэри-стрит.

Хотя он сказал, что быстро заберет лекарство, но Питер ушёл только после обеда. Нога Мэтта кровоточила. Ему пришлось сменить несколько повязок. Прежде чем он освободился, уже наступил полдень.

Питеру некогда было поесть, его мучил голод. Когда он прибыл в клинику, то почувствовал чарующий аромат.

Шиллер услышал звонок в дверь и вышел. Он увидел парнишку в джемпере, который стоял в дверном проеме. Он тяжело вдыхал, словно пытаясь загнать запах в желудок.

Шиллер вытер руки и произнес:

— Входи.

Питер почесал голову и сказал:

— Добрый день, сэр, мой друг попросил меня прийти сюда за лекарством. Он сказал, что вы знаете.

— О, я знаю. — Шиллер сказал, — Но это должно подождать, пока я закончу есть. Он не очень спешит, я полагаю?

Питер ответил:

— Всё в порядке, кровотечение остановилось, просто немного болит. Ему нужно принять обезболивающее.

— Ты ел? — спросил Шиллер. Питер слегка покраснел. Возможно, он слишком настойчево смотрел на кухню. Этот доктор подловил его.

Шиллер сказал:

— Если ты ещё не ел, останься и поешь немного. Ты также можешь принести один для Мэтта.

С этими словами маленькое желтое существо подбежало к столу с большой миской. Оно очень по-человечески, энергично подергало носом над миской, а затем облизнуло губы, как будто не могло ждать.

Шиллер приготовил китайскую еду: рис, кисло-сладкие отбивные, толченый картофель с соусом чили и кислым соусом, а также миску томатно-яичного супа.

Слегка голодный Питер уставился прямо на стол, не в силах сказать «нет».

Прикончив целую рисоварку риса, Питер засмущался. С красными ушами он поставил свою миску и сказал:

— Мне очень жаль, доктор, я, кажется, съел весь ваш рис, это... Я заплачу за это...

— Нет, в этом нет необходимости. — Шиллер сказал, — Я собирался сварить еще одну кастрюлю риса. В конце концов, я должен дать его моему старому другу. В кастрюле еще есть немного ребрышек, угощайтесь ими. Положите их в ту коробку для ланча в шкафу для Мэтт.

Маленький паучок побежал на кухню. Он не только приготовил новую кастрюлю риса, но и почистил кастрюли со сковородкой.

Шиллер считал, что эта версия Человека-паука по-прежнему восхитительна.

В отличие от него, Пикачу набил полный живот. Когда он закончил, то растянулся на стуле и начал храпеть. Шиллер взял его за молниевидный хвост и потряс его со словами:

— Даже если кто-то сегодня ответственен за мытье посуды, это не повод для тебя не выполнять свою работу. Иди вынеси мусор.

— О, сэр, я мог бы выбросить его по дороге обратно, — сказал Питер .

— Ну, пожалуйста. О да, в Адской кухне не плятят за вывоз мусора. Так что иди за угол, там свалка, просто брось мусор туда.

Питер нес в руках два больших мусорных пакета. Повернув к задней двери клиники, он мельком взглянул на то место, о котором говорил Шиллер. Там была большая куча битого кирпича, обрезков досок и какого-то мусора, брошенного другими людьми. Она распологалась немного поодаль от клиники, была высокой и издавала сильный запах.

Рядом с этой кучей мусора стояло несколько нищих, которые брали остатки или ненужные пищевые отходы других людей, чтобы наполнить свои желудки.

Нищие были на другой стороне кучи, когда маленький паучок проходил мимо. Он их не заметил. Возможно, он был сыт, а возможно, китайская еда Шиллера была слишком хороша на вкус, его депрессия рассеялась. Питер с радостью нес два мешка с мусором. С коротким рывком и сильным взмахом руки вперед мусор был заброшен на самый верх кучи.

— Бинго! — закричал Питер. Он любит делать так, когда они с дядей Беном ходят выбрасывать мусор. Он отходит на приличное расстояние, а потом, сильно размахивая мешком, кидает его прямо в контейнер.

Раньше он не был таким сильным, так что часто дяде Бену приходилось помогать ему убирать разбросанный мусор. Питер решил, что в следующий раз, когда он пойдет выбрасывать мусор, он покажет дяде, какая у него теперь сильная рука.

Он подбросил вверх мешки с мусором, и один из них развалился на куски. В нём были кости, остатки мяса, приготовленного Шиллером, немного недоеденного толченого картофеля и половина проросшей картофелины. Нищие пытались ухватить ее себе, словно увидели какой-то великий деликатес.

Груда металлолома была небольшой горой. Нищим, чтобы подняться наверх, приходилось наступать на битые кирпичи и доски. Вершина кучи металлолома, представляла собой треугольник из нескольких больших кусков разрушенных стен. Нищие с трудом поднимались наверх.

Увидев это, Питер стало стыдно. Он бросился к половине кучи, пытаясь добраться до самого верха и спустить мусор вниз.

Нищие не были Человеком-пауком с его мутантными способностями, они давно голодали и не имели сил. Одна из пожилых женщин была ближе всех к вершине, но в спешке кусок лома, за который она держалась, отломился. Она потеряла опору для руки и упала прямо назад.

Человек-паук только что достиг вершины кучи металлолома, когда увидел это. Он протянул руку, чтобы схватить её, но опоздал.

В куче металлолома было полно всего: осколки бутылок, выброшенных пьяницами с верхних этажей, стальные прутья, деревянные доски с шипами — всё это стоило бы ей половины жизни, если бы она попала на одну из них.

К счастью для Питера, он обладал экстрасенсорными способностями и, быстро наклонившись вниз, поймал падающую нищюю. Не успел он порадоваться за себя, как услышал яростный рев от резкого торможения, и тупой стук ударяемого предмета.

Брызнула кровь. Питер повернул голову, недоверчиво глядя на ближайший перекресток. Вылетевшая фигура была ему до ужаса знакома.

Это был Сорвиголова.

Огромное количество крови вилислось из того места, куда он приземлился. Запах крови был настолько густым, что затуманил мир перед глазами Питера мутно-красным цветом.

Он в бешенстве бросился вниз. Там лежал Мэтт, из его глаз, носа и рта сочилась кровь, позвоночник был скручен в причудливую форму, казалось, что он сломался.

Но он еще не был мертв, он был просто полностью обездвижен после потери нервов, связанных с его мозгом.

Все тело Питера дрожало. Он не раздумывая, поспешно подхватил Мэтта и бросился через заднюю дверь внутрь клиники Шиллера. Он кричал:

— Доктор! Доктор! Здесь есть кто-то, кто нуждается в лечении!!!

Шиллер взглянул на Мэтта и понял, что к нему, вероятно, снова подкрался его убийца. Он сказал:

— Гараж совсем рядом, посадите его в машину. Мы немедленно доставим Мэтта в Пресвитерианскую больницу.

С травмами такой тяжести только в лучших больницах есть шанс спасти его.

Шиллер мчался по улицам Манхэттена. Он доставил Мэтта в Пресвитерианскую больницу так быстро, как только мог. В этой больнице его уважали, так что Мэтта быстро поместили в реанимацию.

Лечащий врач вскоре сказал им с серьезным выражением лица:

— Маловероятно, что этого джентльмена можно реанимировать. К сожалению, у него больше нет возможности написать завещание или устное завещание. Если вы его родственники, возможно, вы можете пойти и увидеть его в последний раз.

Питер был на грани срыва. Он действительно не думал, что оказалось, что единственный хороший человек во всей Адской кухне, Мэтт Сорвиголова, был тем самым человеком, которого бандиты планировала убить в тот день.

Более того, он не мог смириться с тем, что все это произошло по его вине. Если бы он пошел и убил бандитов, когда узнал об этом, нет, если бы он просто рассказал об этом Мэтту, этого не случилось бы.

Если бы он не остался в клинике на ужин, а ушел сразу после получения лекарств, Мэтт не стал бы его искать.

Если бы он не пожадничал и не бросил эти два мешка с мусором так высоко, возможно, он успел бы сбить Мэтта.

У него было столько шансов спасти своего друга, а он так ничего и не сделал.

Сорвиголова был близок к смерти. Питер не мог этого вынести.

Шиллер, однако, был спокоен и спросил лечащего врача:

— В чем его главная проблема? Сердечно-легочная функция? Нужна операция на мозге? Или есть внутрибрюшная травма?

Доктор покачал головой и сказал:

— Нет, у него проблемы со спинным мозгом. Я боюсь, что его нервы не могут быть восстановлены. Так что даже если он сможет чудом выжить, он будет обездвижен до конца своей жизни.

Шиллер глубоко вздохнул и сказал:

— Я просто хочу знать, что можно сделать, чтобы спасти его.

Доктор с колебанием сказал:

— Может быть, у доктора Стрэнджа есть решение. Он лучший нейрохирург, который у нас есть. Возможно, он единственный, кто может соединить столько нервов вместе.

Тут же обернувшись, Шиллер сказал:

— Питер, я сейчас найду того, кто сможет спасти Мэтта, но ты должен остаться здесь. Ты знаешь, Мэтта отвезли в больницу, но те, кто хочет его убить, на этом не остановятся. После моего ухода ты должен проследить, чтобы никто не вошел в операционную. Я вернусь так быстро, как только смогу.

С этими словами он сразу же ушел.

Питер дрожал и продолжал бормотать:

— Никто не попадет в операционную, никто не попадет в операционную... Я никого не пущу...

Шиллер позвонил мисс Пеппер сразу после выхода из больницы и сказал:

— Я хотел бы узнать домашний адрес доктора по фамилии Стрэндж.

Пеппер не стала спрашивать его, почему. Вскоре он получил на свой телефон адрес. Это было совсем недалеко от пресвитерианской больницы, в одной из самых элитных квартир поблизости.

Шиллер сразу же использовал заклинание телепортации и добрался до жилого дома так быстро, как только мог. Он не стал подниматься на лифте и не собирался стучать в дверь. Он просто сделал пару последовательных телепортаций, способных проходить сквозь стены, и появился позади Стренджа, который пил послеобеденный чай.

Стрендж услышал какое-то движение. Когда он повернулся, трость была приставлена прямо к его кадыку.

— Слушай, у меня нет времени на твои глупости, мой друг получил серьезную травму и сейчас находится в реанимации в Пресвитерианской больнице. Ты там лучший нейрохирург, так что собирай свои вещи и отправляйся на операцию прямо сейчас.

Стрэндж бросил нелепый взгляд, когда рука Шиллера, державшая трость, разжалась. Но трость все еще леветировала в воздухе, направленная прямо на Стрэнджа, который поднял руки и отступил назад. Трость никто не держал, но она всё ещё оставалась у его шеи.

Шиллер поднял руку в воздух. Куртка Стрэнджа, висевшая на вешалке, полетела. Стрэндж в недоумении уставился на происходящее. Шиллер бросил ему куртку и сказал:

— Я думаю, вы понимаете, что теперь не имеете права отказаться. Немедленно идёмте со мной.

Стрендж сглотнул. Он посмотрел в серые глаза Шиллера без духа сказать «нет». В конце концов, любой умный человек смог бы увидеть, что Шиллер вовсе не обычный человек.

Стренджа затащили в машину. Он с предупреждением сказал:

— Я должен сказать вам заранее, что я врач, а не Бог. Если ваш друг мертв, то я ничего не смогу сделать, чтобы вернуть его к жизни, как бы вы мне ни угрожали.

Шиллер, ведя машину, с каменным лицом в ответ произнес:

— Мы оба врачи. Я знаю это лучше вас. Я приехал к вам, потому что уверен, что вы сможете его спасти.

Стрендж вздохнул с облегчением, но все же нахмурился. Он с грубостью сказал:

— Вы всего лишь психиатр, вам лучше не быть таким произвольным в своих выводах, когда речь идет о нейрохирургии.

Не успел он закончить фразу, как снова увидел шариковую ручку напротив своей головы. Руки Шиллера двигались, в то время как ручка просто беззвучно парила. Стрэндж сделал движение словно застегнул рот на замок, показывая, что он точно больше не произнесёт ни слова.

С другой стороны, Человек-паук стоял в дверях операционной с безмерным чувством вины и раскаяния. Он не собирался пропустить даже муху.

Но появилась только бывшая подруга Мэтта, Эрика. Она подкралась к двери операционной.

Эрика пришла не для того, чтобы убить Мэтта, а всё наоборот. Узнав о плане банды, раньше чем Питер, она попытался найти возможность рассказать об этом Мэтту. Жаль, но Мэтт ушел в спешке. Так что Эрика смогла к нему прийти только после аварии.

Её чувства к Мэтту сложны. Они были одноклассниками и любовниками, но расстались из-за непримиримых конфликтов.

Эрика приняла поручение Кингпина убить Мэтта, но она была милосердна. Она действительно хотела убить Мэтта, но не решалась. В итоге за Мэттом пошли другие. Как она могла не волноваться?

Её семья богата, так что Эрика уже успела повидать мир. Она знала, что Мэтт тяжело ранен и находится в критическом состоянии. Она была убеждена, что без помощи таинственной стороны его не спасти.

После нескольких дней наблюдения она поняла, что Питер простой ученик средней школы без боевых навыков, поэтому Эрика планировала обойти его.

Как только Эрика подкралась, используя навыки ниндзя, Питер повернул голову и уставился мертвым взглядом в «пустой» угл. Он поучьим чутьем чувствовал, что там кто-то есть. Он замахнулся кулаком на Эрику.

Эрика знала, что сила Питера отличается от обычных людей, и не осмелилась сделать даже шагу. Но движение Питера было действительно несовершенным. Он не был профессионально обучен, так что его верхняя часть тела наклонилась слишком далеко вперед. Когда он ударил, его ноги стояли вместе и плохо стабилизировали его вес. Рука Эрики обхватила запястье Питера и потянула его вперед. Питер мгновенно потерял равновесие и начал заваливаться вперед.

Эрика подставила подножку, и Питер был сбит с ног. Но, возможно, именно душевное волнение вдохновило Питера на использование своих сверхспособностей. Он подпрыгнул в тот момент, когда приземлился на землю. Он схватился за спину Эрики смертельной хваткой.

Сама Эрика была обеспокоеной. Они оба были на взводе. Но Эрика, в конце концов, была натренированным убийцей из организации «Рука». Как только Питер сделал захват, она сильно бросила руку, державшая сюрикен, за спину.

Короткий нож с воздушным лезвием рассек плечо Питера чуть ниже последнего ребра, почти отрезав половину его тела.

В одно мгновение всепоглощающая боль охватила Питера. Это привело в действие весь его потенциал. Одним его усилием Эрику отбросило прямо на другую сторону коридора, но он не мог встать.

Лезваие не только порезало половину его спины, но и задело легкие. Теперь при дыхании кровь шла из горла.

Впервые Питер почувствовал такую боль. От сильной боли, когда все мышцы спины разорваны, он чуть не потерял сознание.

Он был всего лишь учеником средней школы. Самой сильной болью, которую он когда-либо испытывал в своей жизни, были всего лишь несколько, ранее полученных, ударов. Так что повреждения до этого момента были ничем, по сравнению с только что полученной раной.

Почти вся его спина была пробита. Лёгкие были повреждены, в результате чего каждый его вдох сопровождался сильной болью. С звуком хныка глаза Питера наполнились слезами.

Он вдруг понял, что герои тоже получают раны и истекают кровью.

И героям тоже бывает чертовски больно, когда их ранят без пощады, даже если у них есть какие-то особые способности.

Его способность к самоисцелению помогла ему оклиматься за несколько вдохов. Он смутно заглянул в операционную, и сквозь матовое стекло увидел лежащего там Сорвиголову.

Голова Сорвиголовы была наклонена, глаза открыты. Он все еще был в сознании, но не мог двигаться.

Питеру стало ясно, без способности к самоисцелению он скоро умрет.

Он был просто слепым человеком, знающим боевые искусства, а теперь весь его позвоночник сломан. Ему должно быть больно, больнее, чем ему, но ничего не сделать.

Питер чувствовал ужас и отчаяние, горечь и гнев за столь хрупкого героя. Что ещё важнее, огромная вина и самобичевание переполняли его.

Обычный человек без сверхспособностей, спас его, сражаясь против подпольного боксерского ринга. Но он посмел уйти, услышав, что преступники что-то замышляют. Он посчитал, что это не его дело, оставив своего лучшего друга, настоящего героя, страдать так сильно, что он теперь близок к смерти.

Мэтт был настоящим героем, а не он.

гнев горел в нем, заставив его паучьи чувства пробуждаться. В мгновение ока паучьи силы Питера усилились до максимума, в его глазах весь мир поменял краски.

Эрика мгновенно использовала технику побега и спряталась, но глаза Питера покраснели. Он в мгновение ока зафиксировали ее положение.

Мальчик в другом конце комнаты, который мгновение назад был таким неуклюжим, исчез почти мгновенно. Затем огромная сила бросила Эрику в стену. Она, выплюнув полный рот крови, из последних сил применила технику побега.

В больнице Шиллер увидел под стеной, которая была на грани разрушения, застывшего Питера с красными глазами.

Стрэндж вошел в операционную, где к этому моменту было уже совсем темно. Шиллер стоял напротив Человека-паука.

— Питер, я действительно не думал, что наша встреча произойдет при таких обстоятельствах, — сказал Шиллер .

Реакция Питера была немного замедленной. Он не понимал, что Шиллер имеет в виду. Шиллер опустился на колени и посмотрел в глаза Питеру со словами:

— Мне жаль, что меня не было с тобой на медицинском осмотре. Как ты видишь, я больше не работаю в этой больнице.

Рассудок Питера немного вернулся. Он сказал:

— Так это вы, вы доктор.

Очевидно, он вспомнил врача, с которым общался в Интернете.

Шиллер ответил:

— Да, это я.

Питер молча склонил голову и сказал:

— Наверное, я подвел вас. Я совсем не так хорош, как показал в разговоре с вами. Я много чего сделал не так и скоро из-за меня погибнет мой друг.

Шиллер сказал:

— Я думаю, ты кое-что понял.

— Да, да... , - сказал Питер хриплым голосом, — Я понимаю, что самая большая правда заключается в том, что травмы действительно причиняют боль.

— Это очень больно, но он должен пойти и сделать это. — Питер прошептал, — Он герой, а я нет. И, возможно, никогда им не стану...

Голос Шиллера был по-прежнему спокоен. Питер не услышал в его тоне ни намека на обвинение. Он просто спокойно сказал:

— Может быть, ты понял, что если никто в этом мире, у кого есть на это силы, не спасет кого-то еще, то и тебя никто не придет спасать.

— Возможно, сейчас ты чувствуешь, что жизнь плоха. Но даже эта плохая жизнь была построена для тебя людьми, которые готовы отдавать.

— Даже такая нищенская жизнь стала для них возможной только после того, как Сорвиголова навел порядок среди панков на той улице.

— Питер, наверное, я не должен говорить этого, но боюсь, что сейчас я единственный, кто может сказать это тебе, — произнес Шиллер.

— Чем больше сила, тем больше и ответственность.

Человек-паук молча закрыл глаза.

Ранним утром, в самый темный час, Стрэндж вышел из операционной. Снимая перчатки он сказал:

— Поздравляю, операция прошла успешно. Есть 80% вероятность, что его нервы будут полностью восстановлены.

Услышав это, Питер издал вопль, словно пытался выпустить все эмоции, скопившиеся в его груди. Он выпрыгнул прямо из окна, взлетел на вверх дома, а затем начал летать по крышам Нью-Йорка так быстро, как только мог.

В этот момент он снова увидел золотисто-красную броню, как будто она пыталась заманить его куда-то, продолжая кружить вокруг него. Питер следовал за Железным Человеком до самой нью-йоркской телебашни.

Они стояли на самом верху нью-йоркской телебашни.

Питер отчаянно пытался кричать от гнева, но не мог издать ни звука, все его эмоции бурлили в груди. Он сходил с ума.

Лицевая пластина Старка поднялась, и Питер увидел его лицо. Он сказал с некоторым удивлением:

— Ты Тони Старк! Железный человек — это Тони Старк!

— Не стоит удивляться, малой, кто ещё, кроме владельца Старк Индастриз, мог разработать такого мех? — сказал Старк.

— Но в новостях сказали, что вас похитили и увезли в Афганистан.

— Это правда, но ты хочешь знать, как мне удалось сбежать?

Питер посмотрел на него, и Старк сказал:

— Я создал энергетическое ядро и установил его здесь. — Старк указал на свою грудь.

Здесь все еще находится дуговой реактор.

— В пещере в Афганистане я разрезал себе грудь и засунул туда металлический посторонний предмет. Моя собственная кровь намочила мои брюки.

Питер почувствовал неясную боль в груди, просто представив себе этот образ. Он спросил:

— Наверное, это было больно, да?

— Конечно, было больно, - сказал Старк с насмешкой. Но Питер услышал легкую дрожь в его тоне, как будто он не хотел помнить тот день.

— Нужно было вскрыть грудную полость не очень острым костяным ножом и вшить провода в плоть.

Услышав это, у Питера по спине побежали мурашки.

Ему и в голову не приходило, что Старк, который всегда фигурировал в новостях как плейбой, магнат, который, казалось, жил невероятно привилегированной и беззаботной жизнью, тоже пережил такое тяжелое прошлое. Он тоже пролил много крови и испытал боль, которая была слишком сильной для обычных людей.

— Хотя мне всегда нравилось называть себя гением, я был очень сознательным. Я знал, что если бы в меня попала пуля, то я бы сильно истекал кровью. Если бы осколки пронзили мое сердце, то я бы умер, а если бы я потерял ногу, то не смог бы ходить.

— Но я много занимался работой, которая связана с таким риском. Разве я был там ради острых ощущений? — сказал Старк.

— Я самый богатый человек в мире и обладаю способностями, которых нет у подавляющего большинства людей в этом мире. У меня нет ни малейшей потребности носить свой дорогой костюм и спасать обычных людей, которые не могут позволить себе винт от него за месячную зарплату. Не говоря уже о том, чтобы так рисковать.

Человек-паук закрыл глаза и после минутного молчания сказал:

— Чем больше сила, тем больше и ответственность, верно?

Старк не ответил, он просто указал на свое сердце.

Петр понял, что он имел в виду. Он думал, что его сердце дало ему ответ.

Когда над Нью-Йорком взошло солнце, Питер и Старк стояли на самом верху телебашни и смотрели, как золотое сияние прорезало небо и позолотило все здания Нью-Йорка.

С этого дня Питер Паркер, Человек-паук, понял одну вещь.

Так называемые герои тоже смертны. Им больно, они истекают кровью, они одиноки и растеряны, но единственная разница между ними и обычными людьми на земле заключается в том, что у них есть чувство ответственности, которого нет у обычных людей, и огромная решимость вершить правосудие до конца свой жизни.

Никто в этом мире не рождается со способностью выдерживать такую сильную боль. Пока они идут во тьме, они превращают свои болезненные кости и кровь в прочную броню, а когда восходит солнце, они используют эти твердые кости, чтобы спасти мир.

Впервые Человек-паук стоит на железном каркасе телебашни не в своем трико супергероя. Он выглядит не таким высоким и сильным, но его душа крепнит и в ней зарождается бесконечная решимость, бушующие эмоции в его груди становятся силой, которая заживляет его раны по всему телу.

С первыми лучами солнца, подумал он, наступил рассвет нового дня...

Пришло время идти и спасать мир.

Хотя Мэтта удалось реанимировать, он все еще не вышел из зоны риска. Он все еще находился под наблюдением в отделении интенсивной терапии.

Шиллер сказал Стрэнджу:

— Доктор Стрэндж, считайте, что я должен вам услугу. Если вам понадобится помощь в будущем, вы можете смело обратиться ко мне.

Стрендж выглядел не очень хорошо, ведь он пробыл в операционной почти десять часов подряд. Он сказал очень нетерпеливо:

— Дай Бог, чтобы я тебя больше не видел, сумасброд.

Шиллер произнес:

— Я уверен, что вы уже видели, на что я способен, поэтому я добавлю еще один совет — будьте осторожны за рулем.

Стрэндж в ответ сказал:

— Не надо играть со мной в эти странные психологические игры, я возвращаюсь домой.

С этими словами он ушел. Шиллер в ответ на его действия просто пожал плечами. Он понимал, что повернуть судьбу доктора Стрэнджа не удастся, а в нынешнем состоянии Стрэндж вряд ли прислушается к его словам.

Но это не имело значения, он, естественно, вспомнит о Шиллере, когда он будет искать помощь с его проблемными руками.

После крепкого сна в клинике Шиллер проснулся и обнаружил, что ему дали еще две возможности на случайны чат. Это показывает, что он оказал значительное влияние на двух важных персонажей сюжета, предположительно, один из них — Сорвиголова, Мэтт, а другой — Человек-паук.

Шиллер намеревался использовать для начала только один чат. Сейчас хорошо видно, что его способности действительно нуждаются в срочном усилении. После того как он увидел несчастный случай с Сорвиголовой Мэттом, он почувствовал, что его способность к защите и уклонению все еще недостаточно сильна. Особенно ему не хватает скорости реакции. Даже если он может телепортироваться, всего за долю секунды, никто не может гарантировать, что он успет среагировать и подстроиться к ситуации. Нельзя всегда полагаться на паучье чувство.

Поэтому Шиллер открыл систему чата и использовал возможность на случайный чат.

Его собеседник вскоре появился, но, как ни странно, аватар на этот раз был немного странным, с темной рамкой и, кажется, только двумя светящимися глазами.

Как только связь была восстановлена, Шиллер услышал, как с другой стороны доносится непонятный язык.

Все люди, с которыми он общался до этого, говорили по-английски, и даже если Древняя общалась с ним напрямую с помощью мозговой волны, смысл был понятен.

Но в этот раз он встретил собеседника, который что-то тараторил, и Шиллер не понимал ни слова.

Он взглянул на систему и подумал:

«Неужели система чата не обладает функцией перевода? На каком языке говорит другая сторона?»

В своей прежней жизни он бывал в различных университетах, общался с различными студентами разных рас. Так что, кроме английского и китайского, он знал некоторые языки европейских стран. Но язык собеседника не похож ни на один из них. Шиллер никогда не слышал такую систему языка.

Система дала однострочный ответ:

«Система чата автоматически переводит любой язык собеседника. Если все же есть контент, который вы не можете понять, это означает, что владелец отличается по форме жизни от другой стороны, или для понимания языка другой стороны требуются специальные органы».

Шиллер сразу понял, что собеседник определенно не человек. Эта длинная череда неопознанных звуков, которые он издавал, для восприятия определенно требовала специальный орган. Это был не язык, а скорее сигналы. Шиллер был человеком и, вероятно, не имел такого органа, как у другой расы, поэтому, естественно, не мог понять, что говорит собеседник.

Шиллер щелкнул по аватарке и увидел, что под ним четко написано несколько слов — Бог Симбиотов.

Он не ожидал, что этот случайный чат соединит его с Наллом.

Бог симбиотов был подробно представлен в комиксах в серии о Веноме. Проще говоря, он был древним существом, родившийся с начала образования вселенной. Он — Лорд Бездны, который создал оружие под названием Некромеч вечной тьмы, отрубил голову группе Целестиалов, а затем начал поражать другие цивилизации во Вселенной.

Он разработал способ создания темных существ, симбиотов. Он бесчинствовал во вселенной со своей армией симбиотов.

Однажды он приказал своей армии симбиотов атаковать Землю и был поражен молнией бога грома, разорвавшей его связь с большинством созданных им симбиотов.

Большинство симбиотов были рассеяны по вселенной. Овладев различными существами, многие из которых были добрыми и здравомыслящими, они осознать грешность поступок их создателя, уничтожившего цивилизации. Они массово восстали.

После мятежа симбиоты заточили своего создателя, Бога Налла, на отдаленной и пустынной планете, известной как родная планета симбиотов.

Шиллер не спешил использовать следующую попытку чата. Вместо этого ему было интересно изучить то, о чем говорил Налл.

С самого начала соединения Налл долго говорил, быстро передавая слоги, которые были совершенно неразборчивы.

Обстановка здесь была более разумной, чем в комиксах, где вся вселенная говорила на английском. Шиллер не мог понять ни слова из того, что говорил Бог Симбиотов, но Налл говорил долго. И вскоре Шиллер действительно уловил некоторые закономерности.

После повторного подтверждения он, наконец, понял, что говорил Бог Симбиотов — он ругался.

Да, хотя не вся вселенная говорит по-английски, но все существа во вселенной имеют схожий тон голоса, когда ругаются, а определенные бранные слова появлялись с высокой частотой. Это относилось и к Богу Симбиотов.

Шиллер, услышав, как слог «Натару» неоднократно появляется в сердитом тоне голоса Бога Симбиотов, догадался, что это такое же ругательство, как слово на букву Б в языке расы Симбиотов.

Поэтому, когда Налл закончил очередное крупное ругательство, он мягко сказал:

— Натару.

Повисла жуткая тишина.

Впервые за все годы проклинаний Бог Симбиотов был отруган в ответ.

Догадка Шиллера оказалась верной. Это слово действительно было ругательством на языке Бога Симбиотов. Налл выпустил в адрес Шиллера еще одну серию еще более гневных слов, но Шиллер продолжал, все еще негромко, говорить в ответ:

— Натару.

Услышав больше, Шиллер уловил еще несколько ругательств, вплоть до щелканья языком и произношения точно таких же слов.

Налл постоянно посылал длинные тирады. Шиллер часто выбирал несколько из них и ругался в ответ.

Налл все равно не мог добраться до него, чтобы избить.

Матеря Бога Симбиотов, он вспоминал историю происхождения этого древнего существа.

Богу Симбиотов тоже не повезло. Хорошо это или плохо в первую очередь, поданные, которых он создал, заключили его в тюрьму после восстания. Они заточили своего создателя в одиночной камере на планете. Судя по всему, уже давно.

Нетрудно понять, что он проклинал всех вся. Если бы Шиллера заточили, Шиллер тоже проклинал бы всех.

Затем Шиллер начал обдумывать какие способности может дать Бога Симбиотов. На самом деле он немного сомневался. Он полагал, что способность Бога Симбиотов заключается в создании симбиотов, но Шиллеру не нужна была эта способность.

Он щелкнул по открывшемуся изображению и обнаружил, надпись копирования способности стала красной, а рядом с ней появилась примечание, которое гласило: «Способность другой стороны мутирует, пожалуйста, копируйте с осторожностью».

Это был первый раз, когда с Шиллером такое случилось.

Это способность началась с истории происхождения Бога Симбиотов.

После заточения Бог Симбиотов, он ради свободы, конечно же, попытался бы сбежать.

Бог Симбиотов — очень древнее существо, нельзя с уверенностью сказать, что он был первым в Седьмой Вселенной, но точно одним из первых.

Его сила исходила больше от собственного таланта, его мозг был не очень хорош. Он был способен придумать, как сбежать, но не с помощью интеллекта, а используя свою особую природу. Шиллер не читал много этой части комиксов в своей предыдущей жизни. Но он знал, что Бог-симбиот, создал потомство с не одинаковыми способностями, некоторые очень сильные, некоторые очень слабые.

Есть также потомство симбиотов с особыми способностями. Бог Симбиотов намерен воспользоваться этой особенностью, создав особого симбиота. Он хочет сделать потомство, в виде облака дыма сознания. Когда он перенесет свое сознание в тело этого потомства, он сможет вырваться из пределов планетарной клетки.

Серьезно, это не очень умное решение. Выбраться оттуда, возможно, не удастся. Но Бог Симбиоза заключен в тюрьму на одинокой планете, а что еще ему делать, если не найти себе занятие, которым можно убить время? Поэтому для него есть только два ежедневных занятия — проклинать и пытаться создать новое потомство.

В тот момент, когда он создавал это новое потомство и готовился к переносу своего сознания, Шиллер соединился с ним. Поэтому силы Бога-Симбиота находились в процессе мутации. Он переносил свое сознание в новое тело, и силы становились силами нового тела.

Вообще говоря, если бы это был такой связанный объект, как Бог Симбиотов, он был бы подобен маленькому жуку, который еще не был раздавлен. Шиллеру было бы практически невозможно скопировать его способности. Бог Симбиотов изначально сражался во вселенной, опираясь на мощный живой Некромеч, а позже его способностью создавать темных существ, которая исходила из его тела. Способность, которая возникла внезапно после его поражения и падения, не имела никакого источника.

Все эти вещи были тем, что Шиллер не мог воспроизвести. Даже если бы мог, он не стал бы беспокоиться о копирование способности. Так зачем ему было разделять себя на части? И слишком ненадежно было думать, что эти крохи, которые он разделил, объединятся и предадут его.

Поэтому, не раздумывая, Шиллер решил скопировать способность, которая находилась в процессе мутации. Если бы эта способность была типа невидимости или избегания урона, то Шиллер заработал бы много денег. Даже если бы она была как у Венома, было бы хорошо иметь больше силы или превратиться во что-то вроде боевого костюма.

«Симбиотический серый туман (специальная способность) загружен».

В одно мгновение Шиллер почувствовал, что у него вдруг появилось другая точка зрения. Он все еще получал сигналы от своих глаза, но сейчас сигналы были от другого источника.

Это было похоже на то, как если бы он напрямую скопировал симбиота.

Нет, все было по-другому. Способность системы к копированию не дает Шиллеру никаких внешних объектов, он не может скопировать противоположное оборудование или другие физические объекты.

Например, если Шиллер скопирует способности Железного человека, то он может получить гениальный мозг Старка или его способность разрабатывать оборудование, но он не сможет получить готовый мех, такой как Марк 5.

Единственное, что система могла копировать, — это собственные способности субъекта чата, а не то, что находится вне его тела.

Шиллер чувствовал себя так, словно в него запихнули несчастную душу. Но он не был внешним объектом и оставался самим собой. Этот симбиот не стал чем-то вроде Венома, который мог в любой момент отделиться от своего носителя. Он стал частью Шиллера.

Короче говоря, он стал частью организма, частью Шиллера, и, как и другие силы, которые Шиллер получил от системы, он не мог быть отделен от Шиллера. Если Шиллер умирал, он тоже погибал, и не мог сбежать, тем более иметь второго носителя.

Но у него были и некоторые характеристики симбиота, например, он мог думать. Шиллер чувствовал, что какая-то область его мозга, похоже, была изменена, что симбиот стал органом его мозга. Общение между ними было больше похоже на разговор одной личности с другой.

Этот симбиот был действительно особенным. Как позже поймет Шиллер, Бог Симбиотов добавил еще больше амбиций своему новому творению.

После того как система скопировала его, она внесла дальнейшие изменения в симбиота, чтобы иметь возможность объединить его характеристики с характеристиками загруженных системой способностей. Это привело к тому, что он стал, возможно, уникальной во всей Вселенной формой жизни, обладающей огромной силой.