Короткие любовные истории Шинономе Юко (Новелла) MORIHASHI Bingo Старшеклассник Эита Минами вступил в библиотечный комитет вовсе не из любви к чтению — ему просто нужно было тихое место, где можно без толку провести время. Но его спокойные дежурства рушит одноклассница Шинономе Юко: она настолько поглощена книгами, что листает их по дороге домой и прячет под партой прямо во время уроков. Эита подмечает несостыковку: книг выдаётся куда больше, чем возвращается, однако полки от этого не пустеют. Юко намекает, что разгадка связана с самим процессом чтения, и советует ему взять какую-нибудь книгу, чтобы убедиться. А дома его ждёт другая проблема: вместе с ними живёт Аруми, девушка старшего брата Кёскэ, в которую Эита в детстве был влюблён без взаимности. Теперь он страшится встречи с собственной юношеской глупостью и ощущает, как после той истории часть его души будто омертвела. Кёскэ — образцовый старший брат, заядлый книгочей и, как выясняется, подписчик литературных журналов, в одном из которых публикуется сама Шинономе. Выходит, она не просто ненасытная читательница, а писательница, у которой есть свой редактор. Эита оказывается меж двух миров: привычного, где он сторонится Аруми и чувствует себя ничтожеством рядом с братом, и нового, который ему приоткрывает Юко со своей одержимостью короткими рассказами и нежданной славой в литературе. Он просит у неё автограф на журнале, взятом у брата, — этот шаг может выдать её секрет, но иначе Эита не видит способа приблизиться к миру, который она ему показала. ==================== Цветные иллюстрации [[image:/storage/reader-images/60636fb7288d1b004499a59d238256c878c27262.png]] [[image:/storage/reader-images/49a967704f102e27e9194a4f0be2f39a05a76efc.png]] [[image:/storage/reader-images/378bb295df1c64c0b71937d9ecd3141472a58935.png]] [[image:/storage/reader-images/cc5a650e70a5e11a9afca44dcd81939edc981432.png]] [[image:/storage/reader-images/3423d06cb0699acef443828aeb1ab0c5f0563cdd.png]] [[image:/storage/reader-images/e7089528214f4f127df2b4cdfe8232e66d548c20.png]] [[image:/storage/reader-images/88ed847766912559afb74a14b4397ddaf6f11a9a.png]] [[image:/storage/reader-images/81345b59f8ded8c83318b5fb7b14dbb4cbb269b4.png]] [[image:/storage/reader-images/76a572e4acf803cd32d99137a35b67095a8a4c80.png]] ---------- Пролог «Она… слишком молода, чтобы быть девушкой, но лишена наивности маленькой девочки». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Каждые среду и пятницу. С момента окончания занятий вплоть до звонка в пять-тридцать вечера. Вот когда я на дежурстве. Делать здесь особо нечего, а потому я провожу большую часть времени за стойкой. Когда ко мне обращаются ученики, мне просто нужно поднести штрих-код внизу книги к сканеру, затем повторить действие с библиотечной карточкой. Это процесс, который автоматически сохраняет в компьютер записи об ученике вместе с идентификационным номером взятой книги. Лёгкое задание, отнимающее не более десяти секунд моего времени. Всё что остаётся это передать книгу ученику и известить его о дате истечения срока. — Срок истекает в следующую пятницу. «Срок ис-те-ка-ет в сле-дую-щую пят-ни-цу». Всё произносится на рефлексе без необходимости в обработке моим мозгом. Конечно, я поменяю «пят-ни-цу» на «сре-ду», если это среда. Когда этот процесс завершится, я снова вернусь к бессознательному состоянию. Если честно, я попусту трачу время. Тем не менее, это причина, по которой я решил стать членом библиотечного комитета, так что я не жалуюсь. Я подавил зевок, когда заметил взгляд проходящей мимо стойки девушки. Потом я направил своё внимание на сидящую рядом со мной Шинономэ Юко. Как правило, каждая из стоек взятия и возврата книг управляется членом на дежурстве. Я отвечаю за взятие, в то время как Шинономэ отвечает за возврат. Мы более или менее приспособились к нашим ролям без предварительного обсуждения, но недавно кое-что пришло мне в голову. — Эй. Прошептал я Шинономэ, после того как убедился, что поблизости никого нет. Шинономэ, которая сидела с прямой спиной и читала книгу в мягкой обложке, ответила даже не взглянув на меня. — Да? —Ничего особенного, правда. Я только что заметил… что моя рабочая нагрузка на стойке взятия немного больше, чем у тебя. — Неужели? Взгляд Шинономэ остался зафиксирован на её книге. Она даже не удосужилась посмотреть на меня, говоря — как будто она совершенно не заинтересована в том, что я говорю. Однако, я не мог выйти из разговора на полпути, так как я был тем, кто его начал, поэтому я продолжил говорить. — Я не помню, чтобы ты что-то делала за последний месяц или около того. В ожидании её ответа, я наблюдал за тем, как Шинономэ переворачивает страницы своими стройными пальцами. Несмотря на это, её внимание было приклеено к книге. Полагаю, её любовь к книгам — это причина, по которой она вступила в библиотечный комитет в первую очередь. Полагаю, ни для кого не будет неправильным говорить, что я часть меньшинства, которое вступило в комитет, несмотря на отсутствие какого-либо интереса в чтении. Тем не менее, любовь Шинономэ к книгам совсем не нормальная. Это потому что она всё время читает. И это не преувеличение. Всё своё время на дежурстве она проводит за чтением, за исключением тех случаев, когда к ней кто-то подходит. Даже возвращаясь домой после дежурства, она по-прежнему читает, пока идёт. Будучи её одноклассником для меня не редкость видеть, как она, делая записи в классе, читает спрятанную в парте книгу. С тем какая она, такое чувство, будто она поражена какой-то болезнью, при которой она умрёт, если не будет читать и потому вынуждена постоянно зарываться своим носом в книги. — Тогда как насчёт того, чтобы поменяться? Из-за ответа Шинономэ я вернулся в чувства. — А? Что ты имеешь в виду под этим? — Ты думаешь о том, как несправедливо то, что ты делаешь больше работы? Я не против обмена нашими работами. Даже когда она произносила это, глаза Шинономэ по-прежнему были зафиксированы на книге. — Нет, это не то, что я имел в виду. Я неуклюже отклонил неожиданное предложение Шинономэ. — Возможно я делаю больше работы, но не похоже, что на самом деле я очень занята или что-то такое. Я просто нахожу это немного интригующим. Шинономэ вложила закладку между страниц и закрыла книгу с громким хлопком — я понятия не имел было ли это, потому что её наконец-таки заинтересовал наш разговор или потому что она закончила главу книги. В любом случае, её глаза наконец-таки смотрели в моём направлении. — Интригующим? Что ты имеешь в виду под этим? — Тебе придётся вернуть книги, которые ты взял, не так ли? Как-то не похоже, чтобы все возвращали их книги, после даты истечения срока, тогда почему больше людей берут? Думая, что это может быть просто иллюзия с моей стороны, я в самом деле посчитал количество берущих и возвращающих книги людей. Вскоре стало очевидным то, что берущих книги людей в разы больше, чем возвращающих их. Есть лимит в три книги на ученика и они могут брать книги максимум на неделю. С высоким трафиком в одалживании книг, не означает ли это, что скоро у библиотеки закончатся книги, которые можно предложить? Но дело не в этом. Исходя из моего наблюдения из-за стойки, убывания в числе учеников одалживающих книги не произошло (хотя это изначально не большое число). Однако дефицита в доступных книгах нет, так что не похоже, что есть какие-либо проблемы, вызванные недостатком возвращения книг. Шинономэ довольно долгое время молча смотрела на меня. Она, наконец-то, немного наклонила голову, из-за чего мягкие пряди её волос слегка дрогнули. — Ты никогда раньше не брал книгу, не так ли, Минами? — Не-а… На самом деле я не читаю. — Поэтому ты и не понимаешь. Я и так это знаю — в моём ответе был намёк на раздражение, но я не злился или что-то такое. Факт того, что я не читаю правда, так что с этим ничего не поделать. — Так, я пойму, если возьму книгу? — Если возьмёшь одну… ты должен понять, если поставишь себя на место кого-то, кто берёт книги. Я обдумал её слова, но не мог полностью понять суть. — Я не понимаю. — Имеется в виду, что есть специфичные дни, в которые тебе захочется одолжить книгу. — Хмм?.. С этой подсказкой от неё я, наконец-таки, куда-то направился. — А, потому что это выходные… да? Шиномомэ твёрдо кивнула. —Многие люди будут брать книги в пятницу и читать их в выходные. Затем они вернут книги в понедельник. Теперь это звучит, как типичная причина явления. — Но, что насчёт сред? Я провёл некоторые подсчёты людей, которые берут книги по средам также довольно много. Шинономэ ответила на мой вопрос, не теряя ритма. — Наверное, потому что по средам публикуются «книжные новости». «Книжные новости» — публикация, которая что-то вроде мини-газеты. Её сделала Шиина, школьный библиотекарь. Каждую неделю она размещает её на досках объявлений в школе. Публикация перечисляет колонки, в которых рассказывается о различных книгах, а также о книге рекомендации недели. — Ах… так они придут в библиотеку, после того как прочтут её. Я чувствую некое сочувствие по отношению к Шиине, но я никогда не думал, что есть кто-то, кто действительно прочёл бы публикацию. Но для тех кто надеется взять из библиотеки какие-нибудь книги, «Книжные новости» дают причину сделать именно это. — Так вот как оно… Пока я бормотал себе под нос, ко мне подошёл очередной ученик, чтобы оформить книгу, так что я закончил наш разговор и вернулся за стойку для того, чтобы продолжить выполнять задачу, с которой я был крайне хорошо знаком — произнести стандартные фразы, прежде чем проводить ученика своими глазами. После того как ученик ушёл, именно Шинономэ стала той, кто фактически возобновил разговор. — Могу ли я тоже задать тебе вопрос? «С её стороны это довольно редко», — подумал я, смотря на Шинономэ. — Да? — Какая причина у тебя для вступления в библиотечный комитет? На короткий миг, я задумался о том, собирается ли она в самом деле отчитывать меня, но почувствовал облегчение, заметив, что в глазах Шинономэ не было намёка на предостережение. Я прекрасно знаю о том факте, что меня в комитете не одобряет много людей. — Ну, откровенно говоря, это потому что я не заинтересован во вступлении в какие-либо клубы. В нашей школе есть странное правило. Правило, что все ученики должны участвовать в клубной деятельности. На самом деле для меня это чертовски проблематично, но мне также не достаёт мотивации для организации протеста против учителей. Следовательно, моей первой целью при поступлении в школу был поиск клуба, лишённого живости. Если честно, то мне действительно неинтересны клубы, связанные со спортом. Большая часть клубов будет задействована в ежедневных тренировках, где вам придётся доводить себя до изнеможения, выдерживая при этом крики от учителей или старших. Просто избавьте меня от этого, правда. Меня также не очень привлекает усталость. Учитывая это, единственными осуществимыми целями остаются клубы гуманитарных наук. В отличие от спортивных клубов, в клубах гуманитарных наук не случится ситуаций, в которых ты будешь покрываться потом. Однако членов клуба так или иначе связывает вместе своего рода дух товарищества, нечто в чём я также не слишком хорош. «Для любителей фильмов, давайте соберёмся вместе и пообсуждаем фильмы! Мы покажем нашу собственную кинопостановку во время школьного фестиваля!» И всё в таком духе. Я довольно апатичный человек и чего-то, что я действительно хочу делать тоже нет. Я просто не могу делать такие вещи, как говорить о фильмах. Меня не привлекает таскание на своём плече видеокамеры одной рукой и управлять ей, во время записи сцен. Ежедневное кормление лягушек, если я присоединюсь к биологическому клубу — для меня ощущается как сущее наказание. Когда я разочаровался в том, что должен делать, я случайно подслушал разговор о библиотечном комитете. Присоединиться к библиотечному комитету сродни вступлению в клуб, так что во вступлении в другой клуб, если ты того не хочешь необходимости нет. После дальнейшего расследования, я понял, что всё, что должны делать члены комитета — это управлять стойками по графику с двумя дневными сменами и участвовать в проводимой раз в неделю встрече. И всё. Это выглядит как самая лёгкая работа из доступных, больше чем в любом другом клубе. Когда она закончила слушать моё обоснование вступления в библиотечный комитет, Шинономэ осталась невыразительной — на её лице нет видимых признаков эмоций. С другой стороны, я всё равно не могу догадаться о чём она обычно думает, так что не удивлюсь, если в действительности у себя в голове она укоряет меня такими словами, как: «Что это за шутка?». С точки зрения книголюбов, для меня довольно презрительно вступать в библиотечный комитет, несмотря на отсутствие у меня интереса к книгам. Это и есть причина, по которой в комитете меня многие избегают. Шиина, библиотекарь, задавала мне этот вопрос несколько раз на некоторых встречах. «Минами, нет ничего, что ты хотел бы прочитать или есть ли книги, которые ты хотел бы порекомендовать?» И моим ответом всегда будет «Нет». Остальные члены будут радостно перечислять своих любимых авторов и книги, в то время как я буду единственным, кто выглядит так, словно пытается отдалиться от остальных. — Ты злишься? Я задал вопрос молчащей Шинономэ. Шинономэ слегка покачала головой. Я никогда не ожидал, что она улыбнётся, пусть это и была маленькая улыбка. — Я не злюсь. Затем она продолжила, — Потому что для меня это то же самое. С тех пор как я услышал этот ответ от человека, которого считал тем, кто любит книги больше чем, кто бы то ни было, я стал уделять больше внимания девушке по имени Шинономэ Юко. Это было в первую неделю июня — период времени, когда некоторые ученики уже переходили на летнюю форму. ---------- Том 1 Глава 1 «Ромимэригана родилась на планете Грандо, одной из множества планет в далёкой от солнечной системы. Грандо была прекрасной планетой, с большим количеством природных ресурсов, схожей с тем какой была Земля в её лучшие времена. Не было большого числа стихийных бедствий или опасных существ, так что люди не нуждались в продвинутой цивилизации для комфортной жизни. Они просто занимались охотой или сбором диких фруктов всякий раз, когда испытывали голод. Когда были сыты они собирались со своими товарищами и весело кричали во весь голос, как будто пели. На фоне этого примитивного образа жизни, Ромимэригана была единственной, кто чувствовала себя иначе по сравнению с остальными членами группы. Она всегда чувствовала, что жизнь не должна быть простым наполнением чьего-либо живота». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Как только закончились занятия, большинство учеников начали готовиться к клубной деятельности. Поскольку это было установленное школой правило, все состояли в каком-нибудь клубе. И причина правила в том, что Частная Старшая школа Оусей — была построена сравнительно недавно. Для того чтобы повысить общественную осведомлённость о нашей школе, они настояли на том, что все ученики должны были принимать активное участие в клубных деятельностях. Это не секрет, так как наш директор со страстью говорил о проблеме во время церемонии открытия. Благодаря нашей «культуре», подавляющее большинство учеников принимают активное участие в своих клубах. В особенности это касается спортивных клубов, где они будут тренироваться чуть ли не ежедневно. Я даже слышал такие вещи, что есть ученики, которых принимают в эту школу, как спортсменов. Несколько парней переодевались в свои бейсбольные или баскетбольные формы. Я слышал, что в бейсбольном и баскетбольном клубах количество членов подавляющее до такой степени, что для первогодок в клубных комнатах нет места. Как результат они вынуждены переодеваться в классах. Потом я вспомнил, что в клубах софтбола и лакросса дела обстоят примерно так же. Более того, два этих клуба предназначены только для девушек. Но, разумеется, девушки ни за что не станут в открытую переодеваться в классе. Они по-быстрому делают это в дамских комнатах, прежде чем вернуться в класс. Так что всё, что я сделал это остался на своём месте и смотрел на девочек. Они болтали между собой, так как закончили переодеваться и все выглядели довольно счастливыми. Не только девочки, но и парни из бейсбольного и баскетбольного клубов разговаривали между собой, пока переодевались в свои формы. Я единственный был странным. Единственный человек, который невыразительно ошеломлён. Здесь в этой школе не было никого из моих друзей из средней школы. За последние два месяца, с тех пор как я поступил сюда, я также ни разу не общался со своими одноклассниками. Именно так проходило время. Я не в том положении, чтобы жаловаться, поскольку быть в гордом одиночестве моё решение. Всё же, я не мог не чувствовать себя неловко по этому поводу. Единственным что мешало мне покинуть класс, было то, что вход в него и коридор были заполнены учениками, подготавливающимися к клубам, ходить через толпы — это боль в заднице. Через пять минут толпа должна начать расползаться. Я направил своё внимание в угол класса. На место Шинономэ Юко. Шинономэ читает, как обычно. С того самого разговора за стойкой, я иногда заводил беседу с Шинономэ. По крайней мере, это побеждает моё проведение времени впустую. С такой мыслью в голове, я встал и пошёл к Шинономэ. Однако её взгляд был по-прежнему прилеплен к её книге. — Что читаешь? У меня не было ничего конкретного для обсуждения, поэтому я начал разговор первым, что пришло в голову. Шинономэ продолжала читать, даже ни разу не взглянув на меня. — Книгу. Это был её ответ. — Это я и так знаю… Но разве типичным ответом не стали бы название или автор книги? В ответ на её безэмоциональный ответ, я издал странный смешок. После этого присел на свободное место рядом с ней. — Поскольку Минами не читает, я сомневаюсь, что ты так или иначе поймёшь, что я читаю. Ответила Шинономэ. Верно. Сомневаюсь, что я узнаю о названии или авторе, если это не от известного автора в японских учебниках. Вероятность практически равна нулю. — Ну, да… Но, по крайней мере, ты можешь рассказать мне краткое описание или нечто подобное, правильно? На самом деле это меня тоже не слишком интересовало. Всё, что я хотел, это убить время говоря с Шинономэ. Это и послужило интересом к книге. И поэтому Шинономэ ответила, — Сборник коротких историй. — Сборник коротких историй… это как их компиляция? — Верно. — Они интересные? — М-м-м. Честно говоря, я даже не уверен можно ли считать это разговором. Но это лучше, чем быть одному. — Так тогда ты тоже читала сборник коротких историй? Я спросил то, что пришло в голову. Когда я выполнял свою смену за стойкой, Шинономэ быстро положила книгу на стол, при этом ненадолго покинув свой пост. Именно тогда я увидел название книги. Я не мог вспомнить название или автора, но я помню, что видел слова «сборник коротких историй». — Ты прав. Пробормотала Шинономэ. — Тебе нравится читать короткие истории? Этот вопрос заставил Шинономэ впервые оторвать глаза от книги. Она подняла глаза к потолку, словно обдумывала ответ. — Хм-м. Понятно?.. По какой-то неизвестной для меня причине, Шинономэ не ответила обычными заготовленными ответами, которые давала всякий раз, когда я задавал ей такие вопросы. Полагаю, у книголюбов будут свои собственные причины для таких вещей. — Ну… Лично я предпочитаю читать более длинные истории. Не то, чтобы я много читал, так что этот ответ был основан на впечатлениях, которые у меня были, когда я читал в начальной школе. Тогда я был энергичным читателем и тем, что всякий раз приходило мне на ум было… Если б история была чуточку подлиннее. Когда книга была действительно интересной, мне хотелось навечно погрузиться в этот восхитительный мир. Но сейчас, я сомневаюсь, что тогда действительно имел это в виду. Я бормотал себе под нос, когда заметил, что Шинономэ смотрит на меня. — Что-то не так? По какой-то причине, казалось, будто Шинономэ сдерживает слова. Это совсем на неё не похоже, учитывая её обычные безэмоциональные ответы, всякий раз, когда с ней говорили. — Так Минами-кун тоже так думает. Это стало тем, что в итоге произнесла Шинономэ. — Ты ссылаешься на? — Факт того, что ты предпочитаешь длинные истории. — Ага. Раз ты всё равно будешь читать, то тебе не кажется, что целесообразнее, если истории… длиннее? Только когда я закончил свой ответ, я понял — блин. Шинономэ, вероятно, предпочитает короткие истории длинным. Скорее всего, она недовольна моим ответом, когда я сказал, что длинные истории лучше. Однако я не планировал извиняться за свои слова. — И, как правило, длинные истории лучше продаются, верно? Короткие истории редко когда бывают бестселлерами. Именно тогда я понял, что на самом деле как-то провоцировал Шинономэ своими словами. Тем не менее, мне было интересно, как Шинономэ отреагирует, учитывая её однообразные выражения лица и нехватку проявления эмоций. С того разговора за стойкой, мой интерес к Шинономэ немного увеличился. Шинономэ недовольно сжала губы в форме волны и уставилась на меня. Такое проявление эмоций нечто невероятно редкое для Шинономэ. — Я смотрю на это не так. Сказав это, она опустила голову и вернулась к чтению своей книги. После этого она не смотрела на меня. Как будто она говорила: «Если мы продолжим разговор, то это будет пустой тратой времени». И опровергать его дальше довольно бессмысленно. Вообще говоря, с моей стороны было неправильно озвучивать своё мнение Шинономэ, учитывая тот факт, что я не кто-то, кто читает. Более того, в мои намерения не входило выведение Шинономэ из себя. — Ясно… н-ну, я мало читаю… поэтому, я всё равно сомневаюсь, что мои взгляды имеют значение. Пробормотав нерешительный ответ, я осмотрел класс. Людей вокруг было немного, что означало, что я наконец-то мог отправиться домой. —Увидимся. Я попрощался с Шинономэ, хотя её внимание было по-прежнему зафиксировано на книге. Затем я вернулся к своему месту и собрал сумку. Какая странная девчонка. Я думал, что она будет проявлять немного эмоций, поэтому её прохладный ответ оказался несколько неожиданным. Однако этот её ледяной ответ послужил лишь тем, что разогрел мой интерес в ней ещё сильнее. Возможно это из-за того, что я не очень хорошо лажу с людьми, которые выкладываются на полную. В конце концов, думаю я довольно апатичен по отношению ко всему. ***** Когда я почти дошёл до дома, я почувствовал запах специй. Пахло так, будто он доносился из моего дома и в результате я оказался немного подавлен. — Карри, да… Я не ненавижу карри, но и не люблю его. Проблема заключается в поваре. Когда я прошёл в дверной проём запах специй стал более резким. — Я дома. Тихо прошептал я, так чтобы никто не услышал и разулся. Но как я и ожидал, из кухни ко мне вышла Аруми, шаркая тапочками по полу. — Эита, где твоё «Я дома»? Я нахмурился, услышав это. — Я уже сказал… Отговорка от меня, но не похоже, что Аруми примет её. Она надулась. — Э… Но я ничего не слышала. Повтори? Я не мог не вздохнуть. Впрочем, я не жажду начинать ссору в дверях, поэтому поддался. — Я дома. Я сделал, как она и просила. Аруми блеснула улыбкой и твёрдо кивнула головой. — М-м-м! С возвращением! Пока я вяло входил в дом, то своими руками показал чёткий сигнал Аруми не забирать у меня сумку. Затем я развернулся и увидел, что у входа стояли только моя обувь и обувь Аруми. Озадаченный тем что увидел, я спросил. — Э?.. Где мой брат? Услышав это, Аруми пожала плечами. —Сказал, что идёт в книжный магазин. Скоро вернётся, я думаю? Так он ушёл забрать свои книги и при этом оставил в нашем доме постороннюю, чтобы готовить? Что за самонадеянный человек. Однако Аруми, вероятно, разрыдается, услышав это от меня, так что полагаю лучше держать такие мысли при себе. Идя в гостиную бок о бок со мной, Аруми нацепила огромную улыбку и сказала. — Сегодняшний ужин… — Карри. Я закончил её предложение прежде чем это сделала она. Аруми была невероятно удивлена. — Э? Откуда ты знаешь? — Ну, запах… — Ах, верно… Ты на секунду удивил меня. Я подумала, что ты экстрасенс. — Это невозможно… Когда я поднимался в свою комнату на втором этаже, Аруми прокричала в моём направлении. — Не забудь повесить свою форму на вешалку! Не разбрасывай её! Кстати, никаких закусок! Мы поужинаем, как только вернётся Кёске! Я не слишком-то доволен тем, как Аруми зовёт моего брата просто по имени… но ей также не нужно знать мои взгляды на это. Когда я добрался до своей комнаты, первое, что я сделал, это бросил своё пальто на кровать. Тем не менее, я помнил то, что ранее сказала Аруми. В итоге я повесил форму на вешалку, хотя это и было напряжно. Если бы она случайно зашла в мою комнату и увидела, что моя форма висит на вешалке неопрятно, то я бы услышал ещё ворчание. Затем я вынул из сумки книги и положил на их место учебники для уроков, которые будут у меня завтра. Нет домашнего задания, которое нужно делать прямо сейчас. Потом я убивал время, в скуке катаясь по кровати, ожидая ужина. Именно тогда я подумал, что было бы здорово, если бы я мог немного почитать, прямо, как всегда делает Шинономэ. В смысле, у меня ведь нет каких-либо хобби. Тем не менее, в моей комнате нет книг. Будет позорно, если в результате я буду читать свои учебники. Поскольку я решил что-нибудь почитать, я вышел из комнаты. Моя комната и комната брата обе расположены на втором этаже, а вместе с ними ещё и кабинет моего отца — хотя его сейчас нет дома. Сейчас оба моих родителя за границей. Из-за его работы, моему отцу потребовалось уехать в Америку. В итоге мать уехала вместе с ним. Если мы просто говорим о ком-то ещё, то, наверное, это будет мой уехавший в одиночку в Америку отец. Однако моя мама — это та, кто постоянно цепляется за моего отца, невзирая на факт того, что ей сорок, почти пятьдесят лет. — Я поеду вместе с папой, хорошо? В любом случае это только на три года. И она уехала даже прежде чем мы могли дать наше согласие. Просто услышав всё это, вы, вероятно, думаете, что она действительно беззаботная и свободная мама. Однако основной причиной того, почему она сделала это, был Кёске. Кёске, который на пять лет старше меня — некто кто гораздо более зрелый, чем его возраст. На самом деле бывают времена, когда он более серьёзный и реальный «взрослый», чем мой отец. — Я рядом с братом, поэтому маме спокойно. Вот так вот. — Более того, Аруми тоже рядом, так что вы двое можете время от времени просить её помочь с работой по дому. Другая причина в том, что девушка Кёске, Аруми, достаточно близка к тому, чтобы входить и выходить из нашего дома, как член семьи. Она встречалась с Кёске ещё с того времени, когда они учились в старших классах, а с прошлого года все уже относились к ней как к члену семьи. Я открыл дверь в папин кабинет с целью найти книгу, чтобы убить время. Может у Кёске и есть большая коллекция книг в его комнате, но если я войду в его комнату без хорошей на то причины, он будет ворчать. И мне тоже не нравится это слушать. Я включил свет и стал искать книжную полку, находившуюся в углу кабинета. Изначально я думал, что у моего отца будут какие-нибудь романы, но это было просто глупо с моей стороны. Всё чем он обладает — это связанные с наукой документы высокого уровня. Не слишком удивительно, так как это связано с профессией моего отца. Даже так, они должны сойти для убивания времени. Поэтому я выбрал книгу наугад и принялся листать страницы, но это закончилось тем, что я также быстро вернул книгу обратно на её изначальное место. Не могу сделать этого. Я не смог понять ничего из содержания. Утомительно даже читать эти невероятно сложные крестовидные записи. — Сдаюсь… Бормоча себе под нос, я услышал скрипящие звуки со стороны двери. Они доносятся с лестницы. Судя по темпу шагов, это должно быть Кёске. Когда я вышел из кабинета, то столкнулся с Кёске, который поднимался по лестнице. Он заметил, что я выходил из кабинета, поэтому наклонил голову и спросил. — Что ты делаешь? — Да так, ничего… Просто было интересно, смогу ли найти книгу для чтения. В ответ на это, Кёске поднял руку и поправил очки. — Книгу?.. Ты хочешь прочитать книгу? Он знал про моё отсутствие интереса к чтению в последние годы и потому был немного удивлён ответом. — Ага… но их сложно понять, так что это убило мой интерес. Пока я шёл мимо Кёске, при этом давая ему объяснение… — Эита. Было названо моё имя. Повернув голову, я увидел Кёске положившего руку на ручку двери его комнаты. После он сказал. — Как насчёт моих книг? Мне хотелось отклонить его предложение, но поступить так было бы довольно неестественно. — Ах… Эм… спасибо. Кёске немного поднял подбородок и позвал меня войти в его комнату. В тёмной комнате, наполненной запахом сигарет, бок о бок стояли три большие книжные полки. Каждая из них была заставлена книгами до краёв. Что касается оставшихся книг, они были беспорядочно размещены практически везде. Сложно найти место, где я могу встать. Иногда, когда выполняла работу по дому, Аруми ворчала об этом. — Это просто чудовищно. Это практически как логово дьявола. — Что ты хочешь почитать? Сняв с плечей сумку и бросив её на кровать, Кёске зажёг сигарету и закурил. Он заимел привычку в прошлом году, но сейчас он довольно заядлый курильщик. Кажется, он курит всё время — за исключением сна и еды. — Ну, сойдёт всё что угодно, пока оно способно убить время. Как раз когда я закончил говорить это, что-то пришло мне на ум… — Такие вещи, как сборники коротких историй? Тут же добавил я. Потому что на ум пришла Шинономэ Юко. — Сборники коротких историй… ха. С бормотанием, Кёске начал копаться в книгах, которые были сложены, как куча Дженги. В моих глазах это выглядело так, будто Кёске искал беспорядочно. Тем не менее, Кёске — тот, кто может овладеть положением книг. Он проворно вытянул книгу из середины и бросил мне. — Как насчёт того, чтобы начать с этой? Эта книга под названием «Девять историй». Я знал кто такой автор Д. Д. Сэлинджер, но никогда раньше не читал его книг. Я легонько кивнул, прежде чем выйти из его комнаты. В тот миг, когда я ступил за порог его комнаты, было такое впечатление, будто моё окружение сразу же освежилось. Никогда бы не подумал, что останусь в его комнате на такой долгий промежуток времени. В своей комнате, я лёг на кровать и начал листать книгу, которую только что одолжил у Кёске. Прежде чем я успел закончить хотя бы одну страницу, с этажа ниже меня донёсся голос Аруми. — Эита! Время ужинать! От её голоса я в очередной раз погрузился в мрачность. Хотя это не чья-то вина. Я прекрасно понимал это. Книжка Кёске оказалась украшением на моём столе, прежде чем я начал истории. Когда мы закончили ужинать, я совершенно забыл о книге — сразу же лёг спать. ***** Следующий день. Оставаясь на своёи месте, чтобы дождаться, когда толпа разойдётся, я заметил, что Шинономэ не читала — вместо этого она собирала сумку и готовилась уходить. Я не уверен в том, что это потому, что у неё такие же причины, что и у меня, но Шинономэ всегда проводила некоторое время за чтением после занятий. Она довольно редко спешит. Мне стало интересно, не наступило ли время её смены в библиотеке. В дни её смены, Шинономэ после окончания занятий направляется непосредственно в библиотеку. Тем не менее, так как Шинономэ и я разделяли одни и те же смены, случаев, когда ей нужно было идти в библиотеку, а мне нет, было не так уж и много. Я даже проверил дату, чтобы убедиться и это был вторник. Наблюдая за протискивающейся мимо учеников Шинономэ, которые набились битком в дверях, я пришёл к этому заключению: Всё-таки Шинономэ человек, так что будут дни, когда у неё тоже что-то запланировано. Затем я остался в классе ещё ненадолго. Однако ждать пока время пройдёт, ничего не делая — довольно скучно. Тогда я вспомнил причину того зачем одолжил у Кёске книгу — для таких вот моментов. Хотя было жаль, поскольку книга осталась на моём столе дома. Я не могу прочитать её, если у меня нет её с собой. «Принесу книгу завтра», — подумал я. И так как толпа редела, я вышел из класса. На то, чтобы пройти от Старшей Оусей до ближайшей железнодорожной станции уходит примерно десять минут. Железнодорожная станция расположена в несколько отдалённом районе, но торговые улицы вокруг неё постепенно наполняются жизнью, когда у школьников заканчиваются уроки или позднее, когда люди идут с работ. Как правило, на своём пути к железнодорожной станции я бы проходил через торговые улицы. Если бы была большая толпа, я бы шёл в обход, используя переулки с меньшим количеством людей вокруг. Но так как сегодня людей на улицах немного, я пошёл прямо на торговые улицы. На полпути мимо меня с небольшим расстоянием в запасе пронёсся шаткий велосипед. Я не мог не развернуться и не посмотреть на велосипед. — Это было близко… Бормоча себе под нос, я осознал, что прямо передо мной была кофейня. Так как стена кофейни была заполнена большими стеклянными окнами, я с лёгкостью мог видеть интерьер магазина с того места, где стоял. В интерьере магазина не было ничего особенного. А поскольку это была простая кофейня, это не должно было так меня беспокоить. Но причина того почему я был зафиксирован до такой степени, что даже остановился, была в том, что через стекло я увидел Шинономэ. Шинономэ, которая всё ещё была одета в школьную форму, пила чай с незнакомым мне молодым человеком. Он был слишком молод, чтобы быть её отцом, но и как её брат не выглядел. Но если мы говорим о её парне… То это возможно. Шинономэ может быть немного мрачным человеком, но выглядит она довольно хорошо. Неудивительно, что у неё есть парень. *Вздох* Я не мог не вздохнуть. Я бы стал сталкером, если бы продолжил так на неё пялиться. Более того, я не намерен вмешиваться в личные пространство и жизнь Шинономэ. Я развернулся и возобновил свой путь к железнодорожной станции. — Шинономэ, хах… Это не невозможно. Но всё же, что-то чувствовалось не совсем правильно. Мы говорим о Шинономэ, ком-то, кто всё время читает. Даже когда вы разговариваете с ней, она едва ли оторвёт глаза от книги. То, что она ходит на миленькое свидание со своим парнем, кажется нереальным. На самом деле, я был просто потрясён фактом того, что Шинономэ встречалась с человеком. И так как я испытывал сложности с принятием случайного открытия, мой разум был занят тем самым эпизодом. Хотя это не от того, что я влюбился в Шинономэ. Скорее, это потому что, кажется, что Шинономэ в некотором смысле очень похожа на меня. Есть Шинономэ, которая читает книги с довольно скучающим выражением на лице, при этом, не выражая счастья. Затем есть я, который не мотивирован почти во всём, что существует. Между нами есть своего рода сходство. Но если у Шинономэ может быть парень, при том какая она, то это означает, что парень мог обладать «чем-то определённым», которое могло зажечь её страсть. Если подумать, то позиция того, что Шинономэ — это девушка, не интересующаяся ничем кроме её книг, была лишь моим полнейшим предположением. — Ну ладно. С моей апатичной личностью, более вероятно, что тот, кто получает негативное внимание — это я. Я вспомнил, как однажды бормотал себе под нос в поезде и был одарен шокированным взглядом сидящей рядом со мной дамы средних лет. Я ответил сухим кашлем и притворившись, что заснул. Когда я пришёл домой, Аруми нигде не было видно. В гостиной Кёске курил, попивая кофе. — Где Аруми? Кёске погасил остатки сигареты в пепельнице. — Она не придёт, так как ужинает со своим клубом. — Тогда что нам делать с нашим? На завтрак мы обычно сами делали себе тосты или что-то такое, но ужин довольно-таки отличается от этого. Аруми заботится об этом, если она рядом, но если нет, то нам двоим приходится улаживать это самостоятельно. Аруми довольно редко не приходит к нам домой, поэтому, когда её нет рядом, мы просто принимаем импровизированное решение. — Хочешь готовить или предпочтёшь что-нибудь заказать? Казалось, что мысль о том, что он будет готовить, никогда не приходила Кёске в голову. Вообще говоря, он не тот, кто относится к еде по-особенному, так что я не удивлюсь, если он скажет: «Я не против пропустить ужин, если ты не готовишь». — Полагаю, я готовлю… После того как я нехотя согласился на задание, Кёске вытащил из кармана рубашки, которую повесил на стул кошелёк и передал его мне. Наши родители отправляют деньги на расходы, на проживание на банковский счёт, который они полностью доверили Кёске. — Так, какие-нибудь особые пожелания? Это было нечто, что я спросил небрежно и ответ Кёске был таким, какой я и ожидал — он был равнодушным. — Всё равно. — Понял. Я пожал плечами и вышел из дома. Если бы он только позвонил или написал мне раньше, я бы купил всё, пока шёл домой. Я учился в начальной школе, когда впервые повстречал Аруми. Кёске тогда был в старшей школе и Аруми начала часто бывать у нас дома. В качестве девушки Кёске, конечно же. Но тогда я всё ещё был ребёнком, поэтому не понимал таких вещей. Прежде чем я понял, я уже влюбился в Аруми. Что касается того, что произошло дальше, не думаю, что мне нужно углубляться. Однажды, в определённый момент, я неожиданно понял реальность вокруг себя. И с тех пор, я боялся Аруми. Или если конкретно, я боялся столкновения со своей тупостью за то, что влюбился в Аруми, хотя я всё ещё был ребёнком. Если подумать об этом, то, наверное, это было временем, когда часть моей души остыла. «Есть вещи, которые ты не можешь изменить, как бы сильно ты не старался» — это стало болезненным уроком, который я извлёк из безумной любви к Аруми. — Какая боль… Проворчал я, бросая ингредиенты для ужина в корзину. Дома, Кёске и я съели приготовленный мной ужин в тишине. Кёске не тот человек, который выразит свои мысли о еде. Я не жажду его похвалы, но было бы здорово, если бы он сказал, по крайней мере, что-нибудь. Это всё вина Кёске за то, что он невероятен почти во всём, что делает. Как его младший брат, я чувствую себя неполноценным по сравнению с ним. Даже если я пока что отложу дело Аруми в сторону, думаю, Кёске, наверное, просто подавит мою душу и в некоторых других областях. Я ненавижу то, как с течением времени мыслю всё более и более пессимистично. Пока мыл тарелки, я решил свалить вину за всё произошедшее на Шинономэ. Факт того, что у неё есть парень, нанёс мне огромный удар. Но это не из-за того, что я любил её. Точнее, на самом деле я надеялся на то, что она была отчуждённым человеком. Тем не менее, это было просто моё принятие желаемого за действительное. На самом деле я не хотел, чтобы Шинономэ говорила вещи вроде: «Мне не нужен парень» и я не хочу говорить такие вещи, как: «Я надеюсь, у тебя не появится парень». Интересно, какой была бы реакция, скажи я такое ей. После того как я попытался представить себе сцену, раздалось короткое хихиканье. Одного этого оказалось достаточно для незначительного поднятия моего меланхоличного настроения. Всё-таки люди странные существа. Думая о таких вещах, я смыл пузырьки с тарелок. Потом я потёр пальцем поверхности тарелок, что произвело чистый скрипящий звук. Это заставило меня ещё раз улыбнуться. Мне нравится мыть посуду, нечто довольно неожиданное, учитывая мой апатичный характер. ---------- Том 1 Глава 2 «Во временной период известный на Земле, как “зима”, почти невозможно собирать растения или охотиться на животных для пищи. Поэтому, жители Грандо собираются в маленькой пещере и сбиваются в кучу для тепла, изо всех сил стараясь пережить сезон, двигаясь настолько мало, насколько возможно. Перед более молодыми и крепкими ставится задача по сбору минимального количества пищи необходимого для выживания. Однажды настала очередь Ромимэриганы собирать пищу. Одетая в простую зимнюю одежду сделанную из плющевой пряжи, в своей погоне за фруктами или съедобной корой для своих товарищей, она забрела в горы. Для чего конкретно я живу? Задаваясь этим вопросом, как обычно, она устремилась вперёд на поиски еды для её товарищей. Именно тогда она столкнулась с мужчиной». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Среды — дни моих смен за стойкой, поэтому после занятий я сразу же направляюсь в библиотеку. В то время как члены библиотечного комитета всё ещё добираются до библиотеки, Шиина, библиотекарь, справляется с взятием и возвратом книг в одиночку. Тем не менее, как у библиотекаря, у неё также есть и другие обязанности. — Остальное оставляю на твоё попечение. Когда я добрался до библиотеки, Шиина ушла в маленькую комнату за стойкой и начала работать над её овормлением — вероятно над «Книжными новостями». Она могла бы делать это с помощью программного обеспечения для обработки текстов, но Шиина настаивает на выполнении вручную и это включает в себя рамку и всё такое. Для неё есть более эффективные варианты, но я не вправе говорить что-либо, так как это то, что она любит делать. Похоже, стойка заимствования книг снова забирала больше времени. Как обычно, лицо Шинономэ было зарыто в книгу, в то время как я безостановочно работал. Мне удалось бросить быстрый взгляд на книгу, которую читала Шинономэ, когда я взял быстрый перерыв на туалет. Казалось, она отличалась от той книги, которую она читала вчера — размер слов и качество бумаги были не совсем такими же. Есть вероятность того, что спроси я её о книге, которую она читает, наш разговор бы повернул в том же направлении, что и вчера, поэтому я остановил себя. Но если бы я мог завести разговор с Шинономэ, то темой у меня на уме стали бы её отношения с мужчиной, которого я увидел вчера на торговой улице. Хотя сегодня утром, когда проснулся я не так занудствовал об этом, нет никаких гарантий того, что я не подниму эту тему случайно. Интересно, как отреагировала бы Шинономэ, если бы узнала о том, что я видел её в такой рода ситуации. Время подходило примерно к пяти часам дня и в библиотеке осталось не так много людей. Неожиданно из маленькой комнаты выскочила Шиина и бормоча себе под нос, выбежала из библиотеки. Что случилось? Как раз тогда к стойке подошёл ученик, так что я упустил возможность спросить об этом Шиину или Шинономэ. Несколько минут спустя, Шиина вернулась с чем-то, что выглядело как действительно тяжёлая картонная коробка в её руках. Может она и немного старше нас, но она действительно маленького роста. Я больше не мог смотреть, так что вышел из-за стойки и забрал из её рук коробку. — Спасибо. Пройти сюда весь путь из служебного помещения действительно утомительно… Несмотря на то, что ей вот-вот должно было стукнуть тридцать, на лице Шиины, пока она ворчала была очень юная улыбка. Согласно Икехаре, члену библиотечного комитета, Шиина была невероятно популярна среди группы мальчиков в школе. Картонная коробка, которую я забрал из рук Шиины, была чертовски тяжёлой. Прилепленный на коробку заказ на поставку, указывал на то, что это была срочная доставка. — Что в этой коробке? Задал я вопрос библиотекарю, идя вперёд. Шиина в смущении потрогала свои щёки. — Книги для библиотеки… Я забыла уточнить место доставки, поэтому вместо библиотеки их доставили в служебное помещение. Я кивнул головой, узнав причину её поспешного побега из библиотеки. Я принёс коробку книг в маленькую комнату, где Шиина создаёт свои «Книжные новости». Думая, что моя работа была выполнена, я направился на выход. Однако Шиина остановила меня. — Ах, подожди. У меня есть к вам просьба. Прежде чем я смог дать ей ответ, Шиина высунула голову из комнаты и… —Юко, зайди в комнату, пожалуйста. По какой-то неизвестной причине Шиина позвала Шинономэ. Итак, мы оба стояли бок о бок, не имея понятия, что происходит. Шиина открыла коробку и взглянула на книги внутри. — Пожалуйста, помогите мне наклеить штрихкоды на книги. [[image:/storage/reader-images/35bbc4c07e092f92a0f2efacfc00bf6f032d3394.png]] Я никогда прежде их не клеил, поэтому не совсем уверен как это делать. — Ха-а. Для меня не было причин отказываться от работы, поэтому я нехотя кивнул. — Юко знает, что делать, так что я буду рассчитывать на вас двоих. Пожалуйста, постарайся запомнить, как это делается, Минами. Я возьму на себя стойки. Сказав это, Шиина вышла из комнаты. Совершенно очевидно, что единственными, кто остались в этой комнате были я и Шинономэ. Пока я не знал, что мне делать, Шинономэ начала молча вынимать книги из коробки. Она уже начала работать. — Ты делала это раньше? Я задал вопрос. Продолжая вынимать книги из коробки, Шинономэ ответила. — Да. Но я не помню, чтобы меня назначали на задание в дни, когда я бывал на сменах вместе с Шинономэ. — Когда? — Я записалась в комитет на неделю раньше, чем Минами. Тогда я это и делала. — А, понятно. Хотя есть странное правило, что мы должны участвовать в совместной учебной деятельности, нам был дан буферный период в месяц с апреля по май, чтобы решить в какие клубы мы будем вступать. Иначе говоря, у нас есть месяц, когда мы не должны участвовать в каких-либо активностях. Для тех, кто уже решил в какой клуб они будут вступать или учеников, кто быстро принял меры, они начнут принимать участие в активностях в течение апреля. Но что касается меня, то узнав о существовании библиотечного комитета, я предпочёл прожить беззаботную жизнь в апреле, с отмазкой мол: «Мне тяжело решить к чему присоединиться». Возможно именно поэтому я упустил шанс поработать с Шинономэ. Шинономэ прекратила доставать книги из коробки и встала, как если бы что-то вспомнила. Она тихо прошла к компьютеру в углу комнаты. Пока я наблюдал за ней краем глаза, Шинономэ проверила на компьютере наличие записей о уже сохранённых в базе данных книгах. С перечисленной сверху десятичной классификацией Дьюи (1), она затем начала распечатывать штрихкоды через какую-то программу. Так она действительно искусно справляется с этой задачей. Кроме того, мы не сможем продолжить выполнять задание, если у нас нет штрихкодов с самого начала. Поскольку Шинономэ не назначила мне какого-либо задания, я мог только возобновить то, в чём она остановилась на полпути, продолжив доставать книги. Я доставал книги по одной за раз и начал аккуратно складывать их на столе. Но это оказалось выполнено довольно быстро, так что я не был слишком уверен в том, что должен делать дальше. Брать инициативу на себя и спрашивать: «Что дальше?» — слишком болезненно и потому вместо этого я решил смотреть на книги. Одной из них был журнал с названием «Йотака». Никогда раньше его не видел, но судя по напечатанному на обложке тексту, он выглядел как какой-то литературный журнал. Так как остальные книги были длинными романами, я протянул руку и быстро пролистал журнал. Журнал, наверняка, имеет своего рода эксклюзивные колонки или интервью и этого должно оказаться достаточно для того, чтобы убить время, пока Шинономэ разбирается с её следующим распоряжением. Верхняя статья была озаглавлена как «Мир в глазах Нишизоно Юко». Так как автор не был кем-то, о ком я слышал ранее, я чуть было не перевернул страницу мгновенно, чтобы найти какие-нибудь другие статьи, которые бы заинтересовали меня больше, но затем мои руки остановились почти так же быстро. — Хм-м?.. Из моего рта просочился дурацкий звук. Это было немного неловко. Я поднял голову и несколько раз сравнил страницу в журнале с Шинономэ, чья спина была прямо передо мной, когда она работала за компьютером. На открытой странице была фотография того, что выглядело как женщина-писатель называемой Нишизоно Юко. Тем не менее, как на это не смотри, Нишизоно Юко выглядит прямо как Шинономэ. — О-ох?.. Что это? Всё это кажется мне нереальным. Однако безэмоциональная Нишизоно Юко в журнале, очевидно, была Шинономэ. она Шинономэ Юко. Услышав издаваемые мной странные звуки во второй раз, Шинономэ поняла, что что-то было не так и развернулась, чтобы посмотреть на меня. — Что случилось?.. Спросила она. Я рефлекторно спрятал журнал в руке. Понятия не имею почему сделал это, но почему-то было чувство, что это не то, что ей следует видеть. Или возможно я не хотел, чтобы Шинономэ поняла, что я узнал. — Ах!.. Увидев в моей руке журнал, Шинономэ вскрикнула. Такая взволнованная реакция была чем-то, что вы не совсем ожидаете от неё. Затем Шинономэ подбежала ко мне, забрала журнал, который я прятал под столом и закрыла статью обложкой. — Ты видел? В ответ я наклонил свою голову. — Ч-что? — Фотографию. Я ни за что не мог проявить невежество с прямолинейными вопросами от неё. На самом деле у меня не было причин притворяться, поэтому я ответил. — Ах, эм… там кто-то кто выглядит прямо как ты. Услышав это, Шинономэ вздохнула. — Она не просто выглядит как я… это я на фотографии. — Нишизоно Юко. — Пожалуйста, не используй то имя… это действительно неловко… Пробормотала Шинономэ с опущенной головой. — Э? Так что происходит? Ты писатель, Шинономэ? — Полагаю… — Что в этом смущающего? Хотя я не в том положении, чтобы говорить такое. Разве это не должно быть чем-то, чем можно гордиться? У меня есть дальний родственник, которого я никогда не видел, который тоже книгу написал. Моя мама купила книгу и восхваляла её до небес. Шинономэ ответила с опущенной головой. — Пожалуйста, не… рассказывай об этом никому в школе… — Но всё же, это лишь вопрос времени, когда кто-то узнает об этом, особенно когда в журнале напечатано твоё фото. Шинономэ глубоко вздохнула и в меланхолии уставилась в направлении двери. — Вот почему я сказала Шиине не покупать «Йотаку»… Я также проследовал за её взглядом. — Ха? Шиина знала? — Она тоже любит читать… так как она рано или поздно узнает об этом и я решила, что могла бы так же рассказать ей… — Вот как… Я начал рассортировывать информацию у себя в голове. Короче говоря, появившаяся в журнале автор «Нишизоно Юко» никто иная, как сама Шинономэ. Шинономэ не хочет, чтобы кто-либо знал об этом, но Шиина уже знала об этом… Хм-м, полагаю, вот и всё. — Нишизоно Юко. Как только я закончил произносить это, меня встретил суровый взгляд от Шинономэ. — Я уже говорила тебе не использовать это имя. — Даже так… это ты, не так ли? — Ты не неправ в этом… — Но… почему Нишизоно? — В этом… нет особого смысла… — Дай-ка угадаю, ты выбрала «запад» (Ниши) из-за иероглифа «восток» в твоём имени (2)? Это была просто случайная причина, возникшая у меня в голове, но Шинономэ кивнула головой довольно быстро. — Верно. Я ожидал, что она отклонит мой ответ, так что это было действительно неловко. — Эм… в э-этом нет ничего плохого, я думаю? Это довольно простая причина. Я нацепил приветливую улыбку, когда Шинономэ метнула быстрый взгляд в моём направлении. Затем она положила журнал на стол. — В любом случае, ни слова никому другому. Хорошо? В этот самый момент, мне на самом деле захотелось пошутить над ней, сказав «Нет». Вообще говоря, мой интерес к Шинономэ был только из-за моего любопытства, но по какой-то неизвестной мне причине, в моём сердце внезапно появились детские чувства «желания поиздеваться над девочкой, которая мне нравится». Но это будет выглядеть так, как будто я влюблён в Шинономэ, так что я по-быстрому восстановил свои чувства и выполнил разворот на 180 градусов со своими намерениями. — Ммм, я ни слова не скажу, если этого желает Шинономэ. В итоге я дал довольно неопределённый ответ. После тёплой благодарности от неё, мы вернулись к тому, что должны были делать в комнате, то есть к приклеиванию штрихкодов на книги. На журнал «Йотака» с фотографиями Шинономэ внутри штрихкод приклеен не был. После того как мы закончили со всеми книгами, кроме «Йотаки», Шинономэ взяла журнал и сказала, что собирается встретиться с Шииной. — Можешь идти, если хочешь, Минами. Я так и сделал. Возможно Шинономэ планировала пожаловаться Шиине или что-то вроде того. Однако было такое чувство, что Шиина в самом деле пустоголовая, так что я не совсем уверен в том, что Шиина поймёт, что происходит, даже если Шинономэ пожалуется. Пока я рассеянно шёл по ведущей к станции улице, я заметил книжный магазин. Было внезапное желание купить журнал, но я пристрелил идею. Я ни за что не стану покупать дорогой журнал только из-за нескольких страниц статье внутри. И почему-то, мне кажется, что в моём доме в любом случае есть экземпляр журнала. В конце концов, это Кёске — книжный червь, который будет покупать любой литературный журнал, который могут предложить. ***** Ужин состоял из мяса с печёным картофелем, приготовленный на медленном огне шпината и ризотто с дасимаки-тамаго (3). Всё было сделано умелой Аруми. Кёске, как обычно, ел блюда в тишине. Аруми не спрашивала у Кёске его мнения о блюдах. — Блюда вкусные, Эита? Вместо этого, я стал тем, кому задали вопрос. — М-м-м… Услышав мой ответ, Аруми зафиксировала свой взгляд на моём лице. — Не просто «м-м-м». Я буду гораздо счастливее, если ты скажешь это прямо. — Это вкусно. — М-м-м! Спасибо! Я очень хорошо знал причину того, почему Аруми настаивала на разговоре со мной. Однажды она заставила Кёске задать несколько вопросов, насчет себя. — Ты ненавидишь Аруми? Это был временной период, когда я постепенно осознавал отношения между Аруми и Кёске. Раньше я был очень близок к Аруми, но начал отдаляться от неё, когда понял ситуацию. Аруми чувствовала себя довольно беспокойно по этому поводу. — Это не… совсем так. — Тогда тебе следует быть с ней полюбезнее. Она, правда, хочет поладить с тобой. «Эти слова полностью предназначены для тебя, который является воплощением безразличия», — мне так сильно хотелось сказать это. Не то чтобы они особенно близкая парочка или что-то такое, но каким-то образом Аруми совершенно не волновалась о её отношениях с Кёске, что я находил невероятно удивительным. Они давно строили между собой доверительные отношения, не оставив места для меня. — Ладно… Это был разговор, который произошёл два года назад. После того как мы закончили ужинать, Кёске тут же вернулся в его комнату. Когда закончила мыть посуду, Аруми сказала мне. — Сегодня я ухожу домой. Не ложись слишком поздно, Эита. Аруми оставила мне материнский совет и ушла домой. Я снова вернулся в свою комнату. Увиденные «Девять историй» лежащие на столе, напомнили мне о Шинономэ. И так я подошёл к его комнате, постучался в дверь и вошёл, даже не дождавшись его ответа. Кёске читал тонкую книжку, при этом куря сигарету. — Чего?.. Я осмотрел комнату. — Эм… у тебя есть журнал «Йотака»? — Ты дочитал книгу, которую одолжил? — Лишь наполовину… мой учитель по японскому порекомендовал нам журнал, так что я подумал, что взгляну. Я не намеревался раскрывать информацию о Шинономэ. Причина, по которой я сделал это была не из-за моего обещания ей, а потому что я не хотел разглашать свои личные дела Кёске. Кёске указал на стопку книг в углу комнаты и сказал. — «Йотака» возможно где-то там. Где-то поблизости от кучи книг была обложка с очень знакомым изображением на ней, которая должно быть была последним выпуском журнала. Я поднял его. — Тогда забирай. Сказав это, Кёске вновь стал чтать книгу, но не до того, как сказал: «Не забудь вернуть его». Я вернулся к себе в комнату сразу же после того, как взял в свои руки журнал и начал листать эксклюзивную статью, которую нашёл в «Йотака». Выглядела она как интервью и интервьюируемая (она же Шинономэ), отвечала на вопросы под псевдонимом «Нишизоно Юко». — Какова ваша мотивация быть писательницей? Нишизоно: Нет какой-то особой причины, я просто каким-то образом стала одной из них. — В настоящее время вы работаете над короткими историями, так что будет какой-либо длинный роман в будущем? Нишизоно: Я не загадывала так далеко. В любом случае не сейчас. Через статью можно почувствовать, насколько она холодна. В интервью не видно даже таких вещей, как *смеётся*. И поскольку я знал Шинономэ лично, то сразу же мог представить себе сцену. Это было то, что я не заметил в библиотеке, но они опубликовали одну из работ Нишизоно Юко после статьи. Это был короткий рассказ под названием: «Слабые Сопротивления Аквариумных Детей». Когда я закончил читать его, то не смог понять. Я не почувствовал ничего по поводу истории; она не была ни интересной, ни скучной. Сюжет продвигался в прямолинейной манере. Он ощущался скорее механическим, хотя на самом деле это очень походило на Шинономэ. Возможно у меня было бы другое впечатление от истории, если бы я был кем-то кто часто читает, но как кто-то, кто почти не читает, я думаю, что для меня достижение уже то, что я дочитал рассказ. Поискав в интернете имя «Нишизоно Юко», я узнал, что она впервые появилась на сцене два года назад за то, что выиграла «Литературную Премию Новичков Йотака». Так как она одного со мной возраста, это означает, что Шинономэ начала работать как писательница ещё, когда была во втором классе средней школы. Это должно быть очень впечатляюще. Есть вероятность того, что Кёске знает о Нишизоно Юко куда больше. Каковы его взгляды на этот рассказ? Он хороший или нет? Наверное, он поделится своим мнением, если я спрошу. Я хотел обсудить его с ним, но в итоге не сделал этого. Вне зависимости от мнения Кёске, это не изменит того факта, что Нишизоно Юко на самом деле Шинономэ, а уж тем более тот факт, что она моя одноклассница. Я не имею отношения к тому, с кем она встречается. Мы не более чем одноклассники и по случайному совпадению мы также являемся членами библиотечного комитета. Просто по какой-то неизвестной мне причине, я был потрясён сценой её отношений с мужчиной. Меланхоличное чувство в моём сердце было готово вот-вот разорвать мой разум. Как любительница книг Шинономэ не была удовлетворена только чтением в одиночестве. Она начала играться с написанием, которое оказалось хорошо принято. Такое чувство, что меня оставили позади. Серьёзно, она должна была быть такой как я, кем-то кто практически ни в чём не заинтересован — что за умышленная вспышка раздражения от меня. Если подумать, это просто было моё впечатление о Шинономэ. Она уже была писательницей до того, как я узнал её, так что у меня не было права говорить вещи вроде того, что она оставила меня позади. Шинономэ с самого начала была на другом уровне. Прямо сейчас мои чувства очень схожи с теми, которые были у меня, когда я понял отношения Аруми с Кёске. Напрягать свой мозг в попытке найти способ заставить Аруми обратить на меня внимание лишь затем, чтобы понять, что эти двое уже состояли в отношениях. Я ничего не мог сделать, чтобы изменить этот факт. Но я не знал о том, что происходит и потому в итоге тратил все свои усилия, отдавая все свои силы, чтобы добиться чего-то. Это был огромный удар для меня, так что в итоге я проживал свою жизнь в какой-то истерике, избегая Аруми. «Так не пойдёт», — помня об этом, я сел на кровать. В последнее время я был слишком меланхоличен, а мой разум всё время цеплялся за незначительные вещи. Может я и тот, кто выбрал жить неудачной жизнью, решив быть апатичным по отношению к практически всему, но я всё равно должен думать более позитивно. Я взял «Йотаку» и встал с кровати. Засунув журнал в свою сумку, я вышел из комнаты и пошёл в ванную. «Завтра попрошу Шинономэ подписать журнал», — подумал я. Это может привести к тому, что я не буду нравиться Шинономэ, но это не было слишком плохо. Пока отмокал в горячей воде, я понял, что на самом деле очень хорошо понимаю Шинономэ. И я чувствую себя очень счастливым, когда вижу несчастное выражение Шинономэ. Возможно это от того, что Шинономэ только это выражение мне и показывает. ***** План, который был у меня вчера, оказался сорван — Шинономэ покинула класс сразу же после того, как закончились уроки. И так как я должен был держать это в секрете, единственным моментом, когда я мог попросить её о подписи, был после уроков. Это было довольно изматывающе. В другие подобные времена она бы неторопливо читала книги. Но сегодня оказалось по другому. И когда я понял, что причина раннего ухода Шинономэ может заключаться во встрече с парнем, которого я видел в прошлый раз, эмоции, которые я испытал были неописуемы. С тем как я угадываю каждое движение Шинономэ, мне кажется, будто я сталкер. У меня было чувство, что я снова увижу Шинономэ идущей на свидание в кофейню, если просто так пойду домой (хотя её там может и не быть в первую очередь), так что у меня не было другого выбора кроме, как всегда прожигать время в классе. Подтвердив, что в классе больше никого не осталось, я вынул «Йотаку» и начал читать его. Я планировал, чтобы Шинономэ расписалась на той странице, где была её фотография. Это было нужно не только за тем, чтобы позлить её, но и за тем, чтобы немного подразнить Кёске. Кёске довольно редко возвращается к книге во второй раз, так что, скорее всего, он бросит его в кучу книг, не пролистав страницы снова. Если это случится, то брошенный в угол журнал будет иметь в себе роспись Шинономэ. Но никто не узнает. Прежде чем Кёске станет известно о его существовании, может пройти от пяти до десяти лет. Так же есть шанс того, что он избавится от него, даже не узнав. Даже если он заметит его, то навряд ли скажет что-то по этому поводу. На самом деле, он может не понять, что это был мой розыгрыш. Это будет замечательно. Для меня довольно мрачно говорить такое, даже при том, что это розыгрыш о котором может никто и не узнает, но в нём всё ещё есть некое значение для меня. После того как я позволил своим мыслям некоторое время вольно бегать, настало время для возвращения домой. С тех пор как Шинономэ покинула класс, прошло уже больше часа. Этого должно быть достаточно для того, чтобы я не увидел её, верно? С этой мыслью в голове, я начал двигаться в сторону дома. Но на самом деле от того, что я делал дальше, ситуация усугублялась. Поскольку я стремился избегать Шинономэ, мне следовало сторониться торговой улицы. А всё из-за того, что проходя мимо того же самого кафе, я случайно столкнулся с двумя выходившими из дверей людьми. Ими были никто иные, как Шинономэ и юноша. Я пытался тянуть время, но в итоге вместо этого стал выглядеть так, будто ждал, чтобы наброситься на них. Это было неловко. [[image:/storage/reader-images/200faa1f9f4bd7a7f05d745e660f89661ed359a3.png]] — Ах… Шинономэ и я почти одновременно испустили вскрик. Увидев это, юноша рядом с Шинономэ посмотрел на нас с недоумевающим выражением. — Эм… вы двое знакомы? Спросил у Шинономэ мужчина. Шинономэ легонько кивнула и ответила. — Он мой одноклассник… — А-ах, понятно… На лице мужчины показалось обеспокоенное выражение, когда он произнёс это. От этого выражения, казалось, что он думал: «Никогда не думал, что нас увидят в таком месте, как это». С виду ему было около двадцати пяти лет. Учитывая его возраст, наверное, быть увиденным одноклассником своей девушки старшеклассницы в самом деле неловко. Что касается меня, я также понятия не имел о том, как должен вести себя, столкнувшись с ними. Во-первых, я в плохом настроении просто от того, что вижу их вместе. Более того, я умышленно потратил своё время на то, чтобы избежать столкновения с ними, но это лишь усугубило ситуацию. — Эм… кто он? Твой брат? Поразмыслив, я задал вопрос, после того как решил, что невозможно, чтобы это было так. Более того, была также огромная разница в возрасте между ними. Шинономэ покачала головой. — Он мой редактор. Однако тем, кто нацепил удивлённое выражение, услышав ответ, на самом деле оказался сам «редактор». — Э? Нормально ли рассказывать? Разве ты не хотела, чтобы я держал это в секрете? — Минами знает об этом. Шинономэ нисколько не колебалась с ответом. Это было встречено удивлением от мужчины. — Ясно, так есть кто-то, кто знает… Сказав это, он принялся рыться во внутреннем кармане своего пальто и вытащил держатель для визиток. Затем он выбрал карточку и передал её мне. — Тогда, представлюсь. На визитке было написано «Редакционный отдел Йотаки Аикава Юджи». — Если будешь работать над романом, можешь связаться со мной в любое время и я взгляну на него. В настоящее время мы уделяем особое внимание раскрытию талантливой молодёжи. «Наверное, он тратит свои усилия впустую, учитывая тот факт, что я в жизни романа не писал», — подумал я. Но поправлять его было бесполезно, потому я молча принял его визитку, кивнув. — Кстати, я надеюсь, что ты сможешь убедить Юко поработать над длинным романом. Кажется, в данный момент ей не хватает вдохновения, так что помоги ей, если сможешь. Это профессиональные привычки редакторов или это уникально для случая Аикавы? Никогда не думал, что услышу такую просьбу, учитывая то, что он повстречал меня впервые. Честно говоря, я не слишком хорошо общаюсь с такими людьми, как он. — Ладно. Аикава блеснул кривой улыбкой, когда увидел моё невыразительное лицо. Потом он повернул свою голову к Шинономэ. — Что ж, у меня ещё одна встреча с другим автором, так что, пожалуйста, продолжай работать над черновиком. Шинономэ поклонилась в направлении Аикавы, который махал рукой. Я последовал её примеру. Замерший на месте, словно вкопанный, я подумал: так он её редактор. Вероятность существует, учитывая работу Шинономэ, как писательницы. Причиной, по которой это никогда не приходило мне в голову являлось то, что среди людей, которых я знал не было редакторов. Когда Аикава исчез из нашего поля зрения, Шинономэ тихо вздохнула. — Это действительно впечатляюще. Услышав мой комментарий, Шинономэ наклонила голову и спросила. — Что впечатляюще? — Ну, факт того, что у тебя есть редактор. — Ничего особенного. Это вполне обычно. — Да это никак не обычное дело… Сколько ты знаешь старшеклассников, у которых имеются редактора? — М-м-м, верно. Тем не менее, редактор был назначен мне, даже несмотря на то, что я не такой уж и великий автор. — Не, тот факт, что ты писательница достаточно впечатляющ. — Правда?.. Разве писателей не пруд пруди? Шинономэ была невыразительна как всегда. Я не мог сказать была ли она скромной или просто такой, какая она есть. По какой-то неизвестной причине, я почувствовал облегчение, когда узнал, что этот мужчина был её редактором, а не парнем. Чтобы не дать ей прочесть свои мысли, я начал рыться в своей сумке под её наблюдением, вытащил «Йотаку» и протянул его ей. На краткий миг Шинономэ показала выражение отвращения. Она посмотрела на меня. — Что это такое? В ответ я блеснул кривой улыбкой. — Могу я получить твой автограф? Это был мой ответ. Шинономэ молча смотрела на меня, прежде чем слегка наклонить голову. Именно тогда я понял, что, наверное, так наклонять голову это её привычка. В последнее время я видел, как она делала это довольно часто. — Почему ты просишь у меня автограф? — Ах, ничего особенного… Я просто нашёл это интересным. — Ты действительно купил этот журнал? — Мой старший брат любит читать, так что я одолжил его у него. — Ты рассказал своему брату обо мне? — Не-а. Я обещал тебе не рассказывать, не так ли? — Однако он заметит это, если я подпишу журнал, нет? В итоге я объяснил Шинономэ о читательских привычках Кёске, о том, как он не станет читать книгу во второй раз, так что он, наверное, просто бросит журнал в угол комнаты, когда я верну его ему. Я также объяснил ей, что заставить её расписаться в журнале Кёске было всего лишь моим розыгрышем. На самом деле это может быть очень грубо с моей стороны. С её точки зрения, это могло прозвучать как то, что её подпись была не тем, чего я действительно хотел. Однако Шинономэ не разозлилась на меня. Вместо этого она рассмеялась. — Какой ты странный. Сказала она. — Но Минами, у тебя с собой есть маркер? Это обрушилось на меня только, когда она напомнила мне. У меня в сумке есть канцелярия, но это были только ручки. Страница с фотографией напечатана на глянцевой бумаге, так что расписаться на ней чем-то кроме маркера было бы тяжело. — Ах, ты права… — Ты должен был подготовить его, если попросил об автографе. — А у тебя с собой нет, Шинономэ? — Разумеется, нет… у меня есть гелиевые ручки, но они, вероятно, размажутся. — Тогда как насчёт следующего раза? Я подготовлю маркер. Услышав мою просьбу, Шинономэ снова наклонила голову. — Поскольку ты так настаиваешь, конечно. Из кафе выходили люди, поэтому мы резко прекратили наш разговор и уступили им дорогу. Затем Шинономэ молча зашагала в направлении станции. Я засунул журнал в сумку и последовал за ней. Похоже, Шинономэ тоже ездит на поезде. Когда мы одновременно прошли через проход, я понял, что поезд, на который она садилась, отправлялся в противоположном направлении от моего. — До свидания. Попрощалась со мной Шинономэ. Я кивнул и собрался было пойти на платформу, но меня остановило обращение Шинономэ. — Минами. Я развернулся. Посмотрев на меня какое-то время, Шинономэ продолжила. — Насчёт подсписи. Я ожидал, что она скажет вещи вроде «Давай отменим это». — О… Если ты не хочешь, то ничего страшного… Услышав это, Шинономэ покачала головой. — Это не так. Я подпишу журнал. — А, правда? Тогда принесу журнал в пятницу. — Однако можешь выслушать мою просьбу? Это был довольно удивительный вопрос от неё, так что я никак не мог скрыть своего недоумения. Более того, он был фактически инициирован Шинономэ. Так как это я попросил её об одолжении, у меня нет причин отклонять эту просьбу. — Ах, м-м-м, конечно… Так в чём дело? Важной была её просьба. Однако Шинономэ не ответила мне. — Я расскажу об этом ещё раз в тот день. — Эм… ладно. После этого Шинономэ оставила меня в моём недоумевающем состоянии и развернулась. — Увидимся завтра. Я молча смотрел на уходящую после произношения этой её фразы Шинономэ. Когда она ушла, образ этой провокационной улыбки, надолго остался у меня в голове. 1. Десятичная классификация Дьюи — система классификации книг, разработанная в девятнадцатом веке американским библиотекарем Мелвилом Дьюи; 2. Иероглиф «東» в фамилии 東雲 (Шинономэ) — кандзи для «востока», в то время как иероглиф «西» в 西園 (Нишизоно) — это кандзи для «запада»; 3. Дасимаки-тамаго — вариант рецепта тамагояки (сладкого или пряного омлета) с добавлением к яйцам бульона даси. ---------- Том 1 Глава 3 «Мужчина привёл Ромимэригану в причудливый, серебряный дом. Хотя она не могла учуять ничего своим носом, каким-то образом дом был наполнен ароматом, который успокаивал её. Мужчина предоставил Ромимэригане еду, которую она никогда прежде не видела. Она была неприятно сладкой, но более чем уняла её голод. “Кто этот человек”, — подумала Ромимэригана. Она никогда не встречала никого за пределами своего племени. Однако они знали, что в мире, который они назвали «Грандо» также существовали и другие племена. Её товарищ соплеменник, Пеги-Лизия, хвастался своей встречей с другим племенем и тем как они изгнали его. Это заставило её думать, что все остальные племена были источником угрозы для её племени. Однако мужчина перед ней был невероятно сердечен». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Когда я в пятницу добрался до школы, то особого взаимодействия между мной и Шинономэ не было. Она занималась своей обычной вещью — безостановочно читала, даже ни разу не взглянув на меня. Какое-то время казалось, что вчерашний разговор был ложью. Если подумать, то пусть я и попросил у Шинономэ автограф, её позиция заключалась в том, чтобы сохранить свою личность писательницы в секрете. Наверное, она не коснётся этой темы, пока вокруг нас есть другие ученики. Облокотившись подбородком на руку и слушая скучный урок истории, я начал вспоминать разговор, который был у меня с Шинономэ вчера. «Однако можешь выслушать мою просьбу?» Что это за просьба? «Есть сумка, которую я всегда хотела». Конечно, она ни за что не скажет такое. Не чувствуется, что она меркатильный человек. Более того, с её романами, публикующимися в журналах, она должна получать от них немалые авторские гонорары. Она, наверное, гораздо богаче меня. Всё же, я понятия не имею, чего Шинономэ хотела бы от меня. Понятия не имею о том, насколько для автора утомительно давать автограф, но она ни за что не пойдёт на крайние меры и не скажет что-то вроде: «Твоё присутствие вызывает отвращение, так что просто умри», надеюсь. Уроки продолжались без каких-либо примечательных событий и вскоре занятия на день закончились. Я проигнорировал учеников, которые готовились к их клубной деятельности, вмиг собрал свою сумку и встал, готовясь уходить. Я вполне мог дождаться, когда толпа разбредётся вместо того, чтобы спешить, если меня ничего не ожидает, но сегодня не тот день, чтобы так поступать. Шиина справляется со стойками сама, в ожидании того, когда члены комитета появятся в библиотеке, но мне жаль говорить, что Шиина не та на кого можно рассчитывать. Она забудет просканировать штрихкод из-за лёгкой потери концентрации. Затем, когда осознает ошибку, она занервничает, что приведёт к таким вещам как неоднократная неспособность просканировать штрихкод. Так что на самом деле она соберёт огромную очередь перед стойкой. Когда я непреднамеренно повернул голову, то понял, что Шинономэ тоже встала. Просто идти в библиотеку в одиночку было бы нехорошо, поэтому я сравнялся с Шинономэ и вместе с ней вышел из класса. Я не мог разговаривать с ней из-за других учеников вокруг нас. Когда мы дошли до лестницы, ведущей на самый высокий этаж, где располагалась библиотека, я, убедившись, что вокруг никого не было, наконец-таки, нарушил тишину. — А, да, я уже прочёл его. Рассказ Шинономэ. Услышав это, Шинономэ остановилась, чтобы посмотреть на меня. — Э? Я не ждал от неё каких-то радостных эмоций. На самом деле, я думал, что получу какой-нибудь холодный ответ вроде «Ох» или «Спасибо». Вместо этого тем, кто заволновался был я. — Ах… что-то не так? Я не должен был читать его? — Это… не то, что я имела в виду. После этого Шинономэ снова зашагала, так что я последовал её примеру. — Эм, если честно, я не совсем понял историю. — М-м-м, мне часто такое говорят. — Но всё же, это действительно невероятно. У тебя есть рассказ, который опубликовали. — Правда?.. Я вспомнил редактора, которого встретил вчера — Аикаву Юджи. Он надеялся, что я смогу убедить Шинономэ поработать над длинным романом. — Всё что ты до сих пор написала это короткие рассказы? — Да, просто короткие рассказы. Тогда я вспомнил наш более ранний разговор о коротких и длинных историях. Я на мгновение заколебался, думая стоит ли мне избегать этой темы. Услышав, что я предпочитаю длинные истории, Шинономэ закончила разговор довольно безрадостно. Подними я тему сейчас, есть шанс, что я нарвусь на её плохую сторону. После длительных размышлений я решил начать с: — Шинономэ, ты любишь короткие истории? И снова, Шинономэ остановилась. Я последовал её примеру. Мы случайно остановились на лестничной площадке, в результате чего сцена выглядела так, будто был парень решивший признаться девушке в месте, где никого не будет. Как неловко. — Вместо того, чтобы говорить, что я люблю их… Наконец-таки заговорила Шинономэ, но наклонила голову посреди предложения. — На самом деле для этого есть масса причин… — Много причин? Шинономэ не обратила внимания на моё сомнение. Вместо этого, она продолжила смотреть на меня, сказав. — Минами, ты однажды сказал, что предпочитаешь длинные истории, я права? Я умышленно избегал темы, но Шинономэ всё равно решила поднять её. — Я говорил такое раньше, но… знаешь что? Я спрашивал о твоей любви к коротким историям… Шинономэ протянула в мою сторону две свои руки, как будто пыталась прервать меня. Увидев мою реакцию, она опустила голову и сказала. — Эм… ты можешь посчитать то, что я собираюсь сказать странным, но, ты не против всё равно выслушать меня? Я кивнул. — Минами, когда-нибудь задумывался о том, действительно ли ты живёшь жизнью главного героя? Это был довольно странный вопрос с её стороны, так что на этот раз наступила моя очередь в замешательстве наклонять голову. — Главный герой?.. Я?.. Шинономэ проигнорировала мои вопросы и продолжила. — На самом деле, я думаю, что каждый представлял себя им хотя бы раз. Представлял себя главным героем в эпической саге, сталкивающимся со всевозможными ситуациями, встречающимся и отделяющимся с самыми разными людьми — и история будет продолжаться так и дальше. Для сравнения, это было бы очень похоже на огромный том эпоса. Это было не всё, что Шинономэ хотела сказать. — Тем не менее, это не то, что я думаю. Люди ничтожно крошечны. Возвращаясь к аналогии, которую я привела ранее, это бы заполнило примерно 50-60 страниц достойным содержанием — размер короткой истории. То, что Шинономэ сейчас сказала было очень философскими вещами, вещами в милях от того, что мог бы иметь в своём сознании такой обычный человек, как я. Так как я не мог напрямую согласиться или не согласиться с ней, моим лучшим вариантом действий было туманно кивнуть головой в ответ. — Ты упоминал это ранее, не так ли? Что короткие истории не продаются так же хорошо, как длинные. — У-ум… — Я думаю, ты прав. Длинные истории составляют большинство бестселлеров и должно быть это из-за того, что большинство людей предпочитает читать длинные истории. С другой стороны, это означает, что коротким историям не хватает содержания или должно быть персонажи не так интересны аудитории. — Вот… как? — Хотя я не совсем уверена, правда ли это… но мне интересно имеет ли это какое-то отношение к тому, что я сказала раньше. Все надеются стать главными героями какой-нибудь эпопеи, но в реальности дела обстоят не так… наверное это причина, по которой люди жаждут длинной истории. Они обращаются к длинным историям, чтобы представлять то, что они не могут делать в реальной жизни. Я понимал, что Шинономэ пыталась сказать, но не до такой степени, чтобы смочь окончательно согласиться. Так что всё, что я делал это стоял и продолжал слушать её. Это был первый раз, когда я видел Шинономэ такой разговорчивой. — Следовательно, я хотела показать людям, то насколько замечательна идея того, что «жизнь — это как короткий рассказ» и позволить испытать это чувство большему количеству людей. Короткие рассказы действительно кратки, но существует множество историй, которые ты захочешь перечитывать снова и снова. Может мы и не живём жизнью достойной эпопеи, но мы по-прежнему можем ценить её благодаря интересным отрывкам, находимым повсюду. Я наконец-таки смог начать понимать, что Шинономэ пыталась передать. Ну, едва. — Так вот почему ты пишешь короткие рассказы? Я в удивлении наблюдал за тем, как Шинономэ сделала твёрдый кивок. Это ещё раз заставило меня осознать то, как сложно было написать роман. Итак, прежде чем вы сможете принять решение о длине истории, над которой будете работать, вы должны практически достигнуть какого-то вывернутого просветления. Как кто-то, кто ни разу не задумывался о написании книги, понимать её причины — это не баклуши бить. — Это просто… невероятно. Я дал небрежный ответ. Шинономэ молча возобновила шаг с опущенной головой. Если бы только она сказала вещи, вроде: «Я пишу из-за денег». Или… «Длинные рассказы слишком хлопотные». Или что-то вроде этого. Я бы с лёгкостью принял те объяснения. Затем я мог бы ответить такими вещами, как: «А-а, понятно» или «Ты действительно права». Однако «причины» Шинономэ были ошеломляющими. Они звучали скорее как проповедь, которую вы услышите от дзэн-монаха. Пока я размышлял про себя, мы дошли до библиотеки. Как и ожидалось, Шиина вошла в взволнованное состояние, за время моего короткого разговора с Шинономэ. —А-ах! Поторопитесь, вы двое! Быстрее! Шиина замахала руками сразу же, как только заметила нас. После обхода растянувшейся очереди и достижения стоек, мы начали работать над выдачей и приёмом книг. За нами стояла Шиина, которая сделала огромный, преувеличенный вздох… — Ах, слава богу… Я не знаю, что бы делала, если бы вы двое не появились. Проворчала она. Честно, я сомневаюсь, что в этом мире существует ещё один библиотекарь, который не может справиться даже с крошечной толпой перед нами. Когда мы разобрались с очередью из учеников перед нами, Шиина сказала нам, что должна продолжить работу над «Книжными новостями», как обычно. Так что она исчезла в маленькой комнате. Если подумать, то ты не можешь точно назвать взятие целой недели для работы над небольшой публикацией рациональным, даже если выполняешь это от руки. Если бы это выполнял другой человек, он, наверное, взял бы половину требуемого для завершения этого вручную времени. И как обычно большая часть учеников здесь для того, чтобы одалживать книги, потому Шинономэ сидела рядом со мной, читая. Обложка книги не отличалась от тех, что она читала раньше, но с тех пор как я узнал её настоящую личность и выслушал эту её ошеломляющую речь, она почему-то стала выглядеть по-настоящему элегантно во время чтения. Интригующе. Когда число посетителей начало снижаться, я вспомнил то, что запланировал на сегодня. И потому, я потянулся к своей сумке, которая лежала в углу и вытащил журнал. — Шинономэ… это. Шинономэ безучастно смотрела на меня, когда я протянул ей журнал и маркер, после чего последовала кривая улыбка. — Так ты всё ещё помнишь. Я думала, что всё то, что ты сделал вчера, было спонтанно. В яблочко. Я ответил. — Ммм, на самом деле ты права… но это не то, что каждый день видишь. Я имею в виду, как часто ты можешь попросить своего одноклассника дать тебе автограф? — Вместо того, чтобы звать это автографом, это больше похоже на то, что я пишу своё имя на журнале. Ты не против? — Разумеется, это не имеет значения. Автограф есть автограф, да? После этих слов Шинономэ медленно открыла журнал. Я поспешно остановил её, когда понял, что она собиралась расписаться на обратной стороне обложки. — Подожди, пожалуйста. Было бы гораздо лучше, если бы ты смогла расписаться на той странице, где твоё фото. Шинономэ продемонстрировала мне то, что, вероятно, было самым шокированным выражением, которое она только могла сделать. — Э? — Да ладно, так это будет выглядеть гораздо больше как автограф. С недовольным выражением на лице Шинономэ написала на странице маленькое «Нишизоно Юко». Хотя это выглядело скорее как записка, нежели автограф, но не благодаря миниатюрному размеру слов. Тем не менее, я не вправе жаловаться насчёт этого. — Сделано. После того как подтвердила, что чернила высохли, Шинономэ закрыла журнал и вернула его мне. — М-м-м, спасибо. Когда я получил от неё журнал, то вспомнил «просьбу» Шинономэ. — Точно, что у тебя за просьба, Шинономэ? Услышав мой вопрос, Шинономэ опустила голову и ответила. — Давай отложим это на потом. — На потом? — М-м-м, на потом. Когда пойдём домой. У меня не было иного выбора кроме как согласиться, так как это было то, чего она желала. И всё же, не похоже, чтобы вокруг нас кто-то был, так что для неё не было причин переживать о том, чтобы быть услышанной кем-то. — Ах, ладно… Шинономэ бросила взгляд на сидящего меня. — Ты не против… прийти домой немного позже? — Конечно… — Хорошо. Больше Шинономэ не говорила. Так как большая часть учеников у стойки для взятия книг, у меня не было времени на то, чтобы думать о чём-то кроме работы. Но всякий раз, когда я заканчивал с работой и отдыхал, я не мог не думать. Что она собирается попросить у меня? Моё сердце ударило чувство беспокойства. Что касается Шинономэ, она не обращала на меня ни малейшего внимания и продолжала читать книгу. Я не знал, что было у неё в голове. ***** Даже при том, что с тех пор как я стал членом библиотечного комитета прошло больше месяца, я впервые шёл домой вместе с Шинономэ. Для нас было нормальным уходить, не дожидаясь другого. Во-первых, мы не были так близки, так что для этого не было причин. Даже если бы мы вместе вышли из библиотеки, то я бы умышленно изменил маршрут, которым добираюсь до дома. То есть, если бы мы пошли домой вместе, то пришлось бы находить тему для разговора или в противном случае, мы бы угодили в неловкую ситуацию. Ситуацию, которую я ненавижу. Кроме того, находить тему для нарушения тишины — сущее наказание. Тем не менее, исключения существуют для всего и сегодня оказалось днём, когда я не мог избежать похода домой вместе с Шинономэ. В конечном счёте, это я был тем, кто попросил у Шинономэ автограф, так что я обязан откликнуться на её «просьбу» с того момента, как она согласилась на мою. Загвоздка в том, что наша протагонист Шинономэ ещё не просветила меня насчёт этой «просьбы». — В любом случае, пожалуйста, следуй за мной до станции. Вот что она сказала. Как и ожидалось, пока мы добирались до станции, между нами висела неловкая тишина. Пока я размышлял над тем будет ли лучше сохранять статус-кво или мне следует начать повседневный разговор, заговорила Шинономэ. — Я рассказывала тебе раньше… о причинах, по которым пишу короткие рассказы… — А, ага. Так? — Аикава… кстати, он редактор… сказал, что предпочитает, чтобы я работала над длинной историей. Я кивнул. Это было то, что он сказал мне при нашей самой первой встрече, так что должно быть это правда. — Я уже сообщала ему свои мысли по этому поводу… но он сказал, что мне лучше написать длинный роман. Когда я приобрету большую популярность, не будет поздно вернуться к коротким рассказам. — Вот оно как… — Если честно, то помимо причин, о которых я говорила ранее, существует ещё одна причина, почему я не готова писать длинные истории… Мы дошли до входа на торговую улицу, как раз, когда она говорила это. Она развернулась, чтобы посмотреть на меня посреди предложения и спросила. — Ты не возражаешь, если мы пойдём в кафе? В этом и был вопрос. — Конечно… секунду. Я вынул свой кошелёк, чтобы проверить достаточно ли у меня с собой денег. Шинономэ издала крошечный смешок, когда увидела это. — Я заплачу за тебя. — Это не обязательно. Как я могу заставить тебя сделать такое? — Всё в порядке, так как это я обращаюсь с просьбой. Кроме того, не то, чтобы я была бедной с авторскими гонорарами, которые я получаю. Несмотря на все её слова, я всё равно заглянул в свой кошелёк. Но внутри не оказалось даже купюры в 1000 йен. Тут и там была отдельная мелочь, но совсем чуть-чуть. Знай я об этом раньше, то взял бы денег у Кёске под предлогом оплаты своего ужина на дом. Вообще говоря, я не огромный едок и не балую себя какими-либо увлечениями. Я привык не носить с собой слишком много денег. — Тогда… спасибо за предложение. Я чувствовал себя действительно никчёмным от того, что меня угощала девушка. Было бы лучше, если бы она была леди, которая старше меня, но мы говорим об однокласснице. — Тебе не нужно возражать, правда. Сказав это, Шинономэ снова улыбнулась. С нашим остановленным разговором, Шинономэ пошла впереди и привела меня в кафе. Это было кафе, где я встретил Шинономэ и её редактора. Это был моё первое посещение кафе. Промежутки между столиками были действительно просторными, так что это в самом деле было местом, способствующим дискуссии. Официант отвёл нас к угловому столику. Шинономэ заказала чашку горячего кофе. — Что насчёт тебя, Минами? — Ах… мне то же самое. Я планировал ничего не заказывать, но это было бы очень неловко, в итоге я заказал тоже самое. Пока мы ждали наше кофе, Шинономэ не проронила ни слова. С тем как обстояли дела мы никуда не продвигались, так что я готовился начать разговор. Однако именно тогда мобильный телефон в моём кармане завибрировал. Я вынул телефон и понял, что это было сообщение от Аруми. «Сегодня у нас будут сукияки, так что приходи домой, как только сможешь». Я не большой фанат сукияки… думая о таком… «Возможно я немного опоздаю, так что вы и Кёске начинайте без меня». Отправил ответ. Ответ пришёл меньше чем через тридцать секунд. «Это свидание? Ты на свидании?» Я решил проигнорировать сообщение и убрал телефон обратно в карман. Так вовремя. Официант пришёл с нашим кофе. Шинономэ добавила в свой кофе ложку сахара, в то время как я в свой ничего не добавил. — Так, на чём мы остановились? Спросила Шинономэ, размешивая её кофе. — На том, что есть ещё одна причина, по которой ты не хочешь работать над длинной историей. Шинономэ кивнула, когда я закончил говорить. — Верно, это. — Так, значит, что помимо желания того, чтобы твои читатели поняли больше о красоте коротких историй, есть что-то ещё? — М-м-м. Я повторил то, что услышал на лестнице — слава богу, я услышал всё правильно — и призвал Шинономэ продолжить. Шинономэ разок дунула на свой кофе и сделала глоток, прежде чем продолжить. — Без соответствующего знания или опыта, работать над длинной историей невероятно сложно… Я был мысленно готов к какой-нибудь странной причине от неё, но то, что Шинономэ сказала только что было удивительно обычным. Чем-то, что я чувствовал, что могу понять. — Эм… и? — Однако мне едва шестнадцать, и я не обладаю уникальным опытом… Честно говоря, очень трудно придумать что-то стоящее. — Так вот почему ты пишешь короткие рассказы? Но почему ты не можешь растянуть короткие рассказы до чего-то гораздо более длинного? — Это не сработает. Короткая история фундаментальным образом отличается от своего аналога. — Понятно… Я не совсем всё понимаю, но это должно быть правдой, поскольку слетело с уст Шинономэ, которая писательница. Тем не менее, я не считаю, что это имеет какое-либо отношение к «просьбе» Шинономэ. [[image:/storage/reader-images/3ce94528a99b7070130c0eb66cd5a3692aaf5559.png]] — Итак, насчёт моей просьбы… — М-м-м. — Я думала о том, чтобы попробовать свои силы в длинной истории…Вопросы поднятые Аикавой были также обоснованными. Так как я писательница, чьи работы уже публиковались на рынке, я, по крайней мере, должна попробовать поработать над длинной историей. — Ох… Это не плохо. Учитывая её неудовольствие нашей предыдущей дискуссией про разные типы историй, для Шинономэ было удивительно принять такое решение. Тем не менее, я не могу помешать ей написать такую. Это должно быть к лучшему, что её редактор призывает написать длинную историю. — Так что я думала обратиться к тебе за помощью в сборе сведений… У Шинономэ были некоторые трудности с произношением этого. — Ах, так вот оно что. Наконец-то, я смог понять, что она пыталась передать. Я кивнул, чтобы показать своё одобрение. — Конечно, если это всё, что нужно. Услышав мой ответ, Шинономэ в удивлении посмотрела на меня. Я ожидал, что она будет счастлива, но, кажется, это было не так. Как всегда, я не мог прочесть её эмоции лишь по выражениям её лица. — Тебя действительно… устраивает? — Я более чем готов помочь, если это всё, что нужно. Шинономэ отпила кофе и вздохнула с облегчением. Затем она опустила голову и произнесла. — Аикава сказал, что для длинных историй лучше будет затронуть романтику. Хоть я и не был слишком знаком с книгами, я мог более или менее принять эту идею, когда подумал о том, как Аруми читает романтические новеллы, невзирая на незаинтересованность в чтении. Полагаю, продавать романтические новеллы гораздо проще. — Романтика, хах… это довольно хорошо. — Но я никогда прежде не влюблялась… так что я не совсем понимаю… «Ах, так вот как оно», — подумал я. Для стороннего наблюдателя Шинономэ обладала такой аурой, как будто она не из тех, кто влюбляется. Я сказал Шинономэ, что было бы здорово не быть зацикленной на написании романтической новеллы, но Шинономэ покачала головой. — Я бы хотела поработать над жанром, так как я в любом случае бросаю себе вызов. — Жанр, который ты имеешь в виду… романтика, верно? Шинономэ кивнула, держа чашку в руке. — Но ты никогда прежде не влюблялась, не так ли? — Вот почему мне нужна твоя помощь. Я почти видел, куда направлялся наш разговор. Мои движения застыли, как раз когда я подносил чашку с кофе к своему рту. — Какая помощь? — В вещах… связанных с любовью… — К-как мне это сделать? — Э-эм… ну… Именно тогда Шинономэ прочистила горло и посмотрела прямо на меня. — Пожалуйста, встречайся со мной. ***** Как я и ожидал, Кёске и Аруми всё ещё не поужинали, когда я пришёл домой. — Уже так поздно, Эита… ты проголодался? Надувшись, спросила Аруми. Что касается Кёске, он беспечно читал газету в гостиной. — Я отправил вам сообщение с просьбой начинать без меня, не так ли? Проворчал я. В спешке подготавливая стол, Аруми сказала. — Потому что еда будет лучше на вкус, если все едят вместе, разве нет? Эта мысль была, вероятно, связана с тем, что она потеряла обоих своих родителей, когда была молодой. Кёске и я никогда не испытывали ничего подобного. Даже когда наши родители уехали за границу, мы, братья, будем есть в тишине, не испытывая ни одиночества, ни беспокойства. После того как усадила меня на моё место, Аруми начала доставать миски, при этом смотря на меня с улыбкой. — Ч-чего? — Это было свидание, не так ли? Я оказался безмолвен, так как её вопрос вызвал воспоминания о просьбе Шинономэ. — Н-ничего подобного… И на самом деле это было не так. Я думаю. Я запаниковал, когда услышал от Шинономэ предложение встречаться. За всю мою жизнь мне никогда не предлагали встречаться и факт того, что той кто сделал это была Шинономэ потряс меня ещё сильнее. Однако Шинономэ сказала. «Не в реальном смысле… нам просто нужно притворяться парой. Как ходить куда-нибудь на свидания… такие вот вещи. Есть места, куда для меня ходить в одиночку слишком неудобно и я никогда не пойму, как ощущается свидание, если не испытаю его с кем-нибудь ещё…» Вот так вот. Если честно, это ничто иное как исследование. Цена, которую я должен заплатить за «автограф» — это стать притворным парнем Шинономэ. Вот и всё. Всё же, я с трудом могу сдерживать своё смущение, когда Аруми называет это «свиданием». — Это твоё волнение очень подозрительно… и так? Я не буду смеяться над тобой, так что рассказывай. Ты практически смеёшься надо мной своей манерой речи, нет? Я сдерживался. Это мало чем отличается от того, что Аруми бывает пустоголовой. — Это правда не свидание. После того, как я отстоял свою позицию с притворным самообладанием, Аруми бросила спрашивать. Затем она позвала Кёске присоединиться к нам за ужином. Даже когда мы ели, Аруми разговаривала больше всего. Кёске молчалив по своей природе, и я уже привык к тому, какой он. Поэтому у меня нет привычки заводить разговор. Я встал, когда закончил есть. Аруми, которая убирала со стола рядом со мной, спросила у меня. — Эита, обязательно расскажи об этой девушке, если у тебя действительно есть девушка, хорошо? — Да, да. Её манера речи привела меня в уныние. Аруми всегда считала себя «сестрой». Причина, я вполне в ней уверен. Поскольку Аруми девушка Кёске, то если их отношения продолжат развиваться в том же духе, она рано или поздно станет моей «сестрой». Но на данный момент, мне трудно делать то, что она только что сказала. Я не хочу звать тебя «сестра». Какая пустоголовая. Я привык считать, что Кёске и Аруми притворялись, что не понимали мои чувства, несмотря на то, что знали о моей любви к Аруми. Но по мере того, как мы дольше общались вместе, я заметил… Они оба вообще не замечали моих чувств. Это невероятно дремуче с их стороны и, пожалуй, единственная общая черта, которую они разделяют. В своей комнате на кровати, я достал мобильник в попытке стереть меланхолию внутри себя. Тем на что я смотрел, был номер Шинономэ, который сохранил в своём телефоне совсем недавно. «В любом случае… как насчёт обменяться нашими номерами телефонов и почтовыми адресами?» Я сделал, как она и предложила. Всё же, в такой ситуации, мне следовало быть более осведомлённым и вместо этого взять инициативу на себя и спросить её номер и почтовый адрес, верно? Если бы мы действительно встречались взаправду, то я мог бы полностью выложиться. Но, к сожалению, это «если». В конечном счёте, моё задание — это «помощь Шинономэ в её сборе сведений». В результате я согласился стать её притворным парнем и делать вещи, которые делали бы влюблённые. Кроме того, я совершенно невежественен в том, каково это «быть как парой любовников». — Я вообще этого не понимаю… Подсознательно проворчал я. Я снова и снова останавливался на этой теме. Разве работа редакторов — это не помощь авторам в их исследованиях? Этот Аикава парень, которому к тому же немного за двадцать, так что не похоже, чтобы он не подходил на роль её притворного парня, если бы он захотел. А поскольку он ещё и гораздо богаче меня, то должен был встречаться с девушкой или двумя раньше. У меня же такого опыта нет. Шинономэ упоминала, что никогда прежде не влюблялась. В этом я тоже не слишком отличаюсь. Моя первая любовь Аруми — это любовь, которая так и не принесла плоды. Не нужно говорить, что, когда дело доходит до свиданий, у меня нет опыта. Я потряс головой, когда осознал, что мои мысли неслись в довольно опасном направлении. Я изо всех сил стараюсь не слишком сильно задумываться над вещами, но это действительно беспокоит, так как она всё время в доме. Факт того, что она дурочка лишь усугубляет положение. Я не тот, кого называют невинным, но всё же это удручает. Тем не менее, неловкость могла быть намного хуже текущего положения дел. Это довольно грубо по отношению к Шинономэ, но я решил написать ей, чтобы отвлечься от этого вопроса. Вскоре я не знал, что должен написать. «Похоже, вещи приобретают довольно странный поворот, но я сделаю всё возможное, чтобы помочь тебе». Это было сообщение, которое я написал после длительных колебаний, но вместо этого оно лишь ещё сильнее расстроило меня. «Спокойной ночи». И потому я добавил это. Затем я вспомнил об автографе Шинономэ, поэтому я пошёл в комнату Кёске, чтобы вернуть ему журнал. В комнате никого не было. Наверное Кёске принимает ванну или что-то такое. Я положил журнал в кучу книг, в которой он лежал изначально. Я получил сообщение от Шинономэ, когда вернулся в свою комнату. «Спасибо. Спокойной ночи». Сообщение без милых картинок, без смайликов, без всего. Это действительно было очень похоже на Шинономэ. Сообщения Аруми или редкие сообщения от моей мамы — во всех них есть смайлики. Однако каким образом я должен помогать Шинономэ с тем, какая она? Автограф, который я попросил у неё по прихоти привёл к довольно интригующему развитию событий. Я захлопнул свой мобильник, встал с кровати и потянулся. Затем я открыл окна своей комнаты. Когда я ощутил влажность воздуха в сезон дождей, я сделал глубокий вдох. Кёске следует завязывать с сигаретами. Серьёзно. В момент, когда я захожу в его комнату, дышать становится чертовски трудно. После нескольких глубоких вдохов я почувствовал себя гораздо лучше и потому закрыл окна. Потом из-за двери донёсся голос Аруми зовущей меня принять ванную, от чего я снова погрузился в меланхоличное настроение. Сегодня она, наверное, останется на ночь. Обычно так бывает по выходным. И она снова появится перед моими глазами в этом беззащитном виде после ванны. Эх, ну что за дурочка. Пока быстро шёл в ванную, я неожиданно представил себе моющуюся Шинономэ. На моём лице появилась кривая улыбка. Я нахожу очень странным думать о таких вещах в такое время, но Шинономэ в моём воображении выглядела чертовски хорошо. Её кожа была такой же гладкой, как у ребёнка, но, конечно же, я никогда раньше не видел её. Определённо нет. ---------- Том 1 Глава 4 «Когда она пришла в себя, серебряный дом парил в воздухе, с колоссальной силой грохоча. Ромимэригана несколько раз кричала в страхе, но мужчина утешал её. Несмотря на их языковой барьер, Ромимэригана знала, что мужчина пытался успокоить её. Ромимэригана подумала про себя: Каким непостижимым человеком он был. Ромимэригана успокаивалась, когда слышала его голос. С этим, Ромимэригана покинула Грандо, планету, на которой родилась и выросла. Потребуется долгое время, прежде чем она узнает название своей планеты (и по этой причине — концепцию самой планеты). Когда она упиралась взглядом в чёрное море за окном серебряного дома. Возможно это была причина того, почему она родилась в этом мире. Не просто для того, чтобы есть или выживать, но ради этого «чего-то определённого», которое дремало в глубинах чёрного океана. Там также был странный мужчина, которому удалось успокоить её. Гигантская надежда нежно охватывала её сердце, подавляя беспокойство». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Каждую среду или пятницу. Мы с Шинономэ шли домой, когда заканчивали наши смены за стойками. Бывали случаи, когда мы сразу же направлялись к станции и разделялись, но в основном мы шли в обход и посещали кафе — кафе, где говорили о нашем «свидании». — Можем ли мы на самом деле говорить, что встречаемся, с тем как сейчас обстоят дела? Вот что я сказал однажды, крутя почти пустую чашку кофе. Так как Шинономэ читала книгу, её реакцией было немного приподнятые глаза вверх. — Что? — Может ли редкое посещение кафе считаться за сбор сведений? Шинономэ захлопнула её книгу со звуком «па». Шинономэ читала, даже если мы были в кафе, так что всё, что я мог делать это смотреть на неё, когда она читала и время от времени озвучивать свои мысли вслух. Это практически не отличается от вещей, которые я делаю, чтобы убить время за библиотечной стойкой. Если вы ищите какие-то изменения вне того, что я сказал, то дома я обмениваюсь сообщениями с Шинономэ. Однако их содержание было совершенно не любовным — просто вещами, без которых я и так прожить мог. — Что нам тогда делать? Смотря на Шинономэ с опущенной головой пробормотавшую вопрос, я закинул кубик льда себе в рот и разгрыз его. — Я не очень знаю, как ответить на твой вопрос… — Какие у тебя взгляды на то, каким должно быть «свидание», Минами? — В ответе на это я также не слишком уверен… Я никак не могу ответить на нечто столь концептуальное. Я только озвучил мрачный вопрос, который был у меня в голове. — Посмотрим, типичные парочки, наверное, совсем не похожи на нас. — Какой должна быть типичная парочка? — Эм… «Должен ли я всё разъяснить», — задался я вопросом. Но опять же, Шинономэ не та, кого назовёшь обычной. Обычные люди не просят притворяться парой только, чтобы собрать сведения. Следовательно, у несчастного меня не оставалось иного выбора, кроме как говорить. — Например… пара будет вместе фильмы смотреть или ходить на свидание на выходных и всё такое? Я сам не слишком уверен. Я перечислил мысли, которые были у меня в голове. Шинономэ снова наклонила голову, как будто размышляя о чём-то. И тогда? — Давай сделаем это. Сказала она. — Типа пойдём на свидание на выходных? Я искал подтверждение от неё. Шинономэ кивнула. — Ты свободен завтра, Минами? — Завтра? Это было как гром среди ясного неба, но не то, чтобы у меня было что-то запланировано. Я провожу большую часть своих выходных, слоняясь без дела по дому. — У меня ничего не запланировано. — Тогда мы можем встретиться завтра? — К-конечно… где? — А где будет лучше? Она стреляла залпами из вопросов, но я всё равно отвечал. — Типа посмотреть фильм или что-то такое… Я не слишком хотел смотреть фильм, но это было единственным, что я смог придумать. — Хорошо. Сказав это, Шинономэ снова вернулась к своей книге, что, вероятно, означало конец разговора. Я испустил нежный, несчастный вздох. Честно говоря, я сам не слишком уверен насчёт этого. Если бы той, кто предложила фильм была Шинономэ, то я был бы более чем готов составить ей компанию, так как в настоящее время её парень. Если бы тем, кто хотел пойти был бы я, то сделал бы предложение с самого начала. Удивительно, что наш разговор закончился таким образом. Так вот как оно встречаться? Я раньше никогда не встречался с девушкой, так что и сам был не слишком уверен. Но основываясь на моих впечатлениях, разве мы не должны быть счастливее и восторженнее от этого? Быть «парой» довольно бесполезно, если это не так. Хотя если подумать, Шинономэ и я оказались «парой» только из-за некоторых необычайных обстоятельств. Я ничего не могу поделать. Любовь не входила в уравнение, когда мы оказались парой. Всё это было лишь за тем, чтобы Шинономэ смогла собрать сведения для её романа. Когда мы стали парой не было радости. Думая о таких вещах, я отправил к своим скрипящим зубам ещё один кубик льда. Шинономэ молча читала. С учётом всего сказанного, какое у неё впечатление обо мне? Сомневаюсь, что она меня ненавидит, иначе мы бы не оказались такими, какие мы сейчас. Но я также не думаю, что она любит меня. Я задавался вопросами, безучастно смотря на Шинономэ. Тогда, какие мои чувства по отношению к ней? В этом я также не слишком уверен. Она мне не не нравится. Я считаю её «интересной» из-за случайной встречи и это чувство не изменилось. Но я не уверен, что это любовь. Шинономэ упоминала, что «прежде никогда никого не любила». Хотя для меня это не так. Я любил Аруми, поэтому испытывал безумные чувства от влюблённости в другого человека. Другими словами, мои чувства к Шинономэ не были близки к тем, что были у меня к Аруми. Пока я размышлял в тишине, Шинономэ тихонько чихнула. Это прозвучало очень схоже с чихами крошечного животного, вроде хомяка или ежа, которых я считал милыми. Я рефлекторно засмеялся. Шинономэ заметила. Она уставилась на меня в смущении. — Почему ты смеялся? — Не, ничего особенного. Я на самом деле думал, что Шинономэ была действительно милой, но я ни за что не расскажу ей о своих чувствах. Опять же, не похоже, чтобы мы с Шинономэ были настоящей «парой». Для меня нет необходимости ломать голову над тем, как мы смотрим друг на друга. Шинономэ подняла голову, чтобы взглянуть на висящие в кафе часы. Их стрелки подводили нас к уходу домой. — Нам пора уходить. Я кивнул и взял счёт. — Позволь мне заплатить за это. Я проигнорировал просьбу Шинономэ и направился прямо к кассиру. Шинономэ догнала меня, так как хотела заплатить по счёту, но я развернулся и сказал ей. — Как правило, девушка не должна платить за это. Я уже несколько раз приходил в кафе с Шинономэ и она каждый раз платила за меня. Я не особо мог сделать что-то против, так как у меня не было при себе много денег. Кроме того, Шинономэ всегда отмахивалась от этого с: «Это я предложила прийти сюда». Раз за разом она подчёркивала то, как правильно для неё было быть той, кто платит, и я принимал это без большой суеты. Однако из-за того, как сейчас обстоят дела, я поражён комплексом неполноценности. Было бы нормально иногда обращаться с ней также. К счастью для меня, ранее я взял у Кёске немного наличных, чтобы суметь купить немного ингредиентов для ужина. — Давай заплатим поровну. Я отказался от купюры в тысячу йен, который Шинономэ настойчиво пихала в мою сторону. — Ты уже платила за те разы, потому позволь мне заплатить только в этот раз. А в будущем давай платить поровну, идёт? Таким образом никто из нас не будет чувствовать себя неловко. — Ах, м-м-м… До станции мы шли молча. И с этим мы разошлись на платформах. Будучи в поезде, я получил письмо от Шинономэ. «Большое спасибо за кофе и угощение». Какое формальное сообщение. Я не смог не пожать плечами. Это она повела себя вежливо или просто отправила его как формальность — я не отправлял ей ничего такого, во времена, когда она платила за мои напитки, так что сразу же ответил ей. «Спасибо, что платила за мои напитки. Какой план на завтра?» «Я оставлю решение этого Минами. Ты не против?» «Хорошо. Я напишу тебе». «В каких мы интригующих отношениях находимся», — подумал я. ***** Идя домой с ближайшей от нас станции, я пошёл в обход в магазин, чтобы купить кое-что. Когда я вернулся домой, Аруми была там по какой-то неизвестной мне причине. Сегодня её не должно было быть здесь, поэтому я с самого начала и планировал готовить ужин. Аруми, которая приветствовала меня у входа, задала вопрос с огромной улыбкой на лице. — Что будем на ужин, Эита? — Рагу… но почему ты сегодня здесь, Аруми? Я слышал, что ты не придёшь. На лице Аруми было недовольное выражение, когда она услышала это от меня. — Что в этом плохого? Звучишь так, будто не рад, что я рядом. — Это не то, что я имел в виду. — У меня было запланировано кое-что, но оно было отменено. И тогда я услышала, что сегодня ужин будешь готовить ты и вот я здесь полная ожиданий. — О, понятно… В такие времена, на самом деле мне было всё равно, какие у неё были причины. Просто потому что Аруми была рядом. — Тебе нужна помощь? Спросила Аруми, идя позади меня. — Не особо. Всё что тебе нужно сделать для рагу — это нарезать все ингредиенты и бросить всё в кастрюлю. Мне не нужна была помощь с этим. — Как насчёт того, что я составлю тебе компанию, пока ты готовишь. — М-м… пожалуйста. В итоге всё закончилось тем, что я и Аруми готовили на кухне. Я мог бы отклонить её предложение, но у меня на уме было больше чем рагу. Кроме того, она не будет счастлива, если бы я настоял на том, чтобы делать всё в одиночку. Когда мы закончили готовить, Кёске присоединился к нам за ужином. Несмотря на молчание Кёске, Аруми всегда заговаривала с ним, когда во время еды возникала возможность. Кёске отвечал фразами вроде «М-м-м» и «Вот как», чем очень сильно напоминал мне моего отца. Мой отец — встревоженный техник, в то время как моя мама — общительный человек, которая хорошо относится ко всем, кого встречает. Они встретили друг друга в свои студенческие дни. Даже при том, что я их сын, я чувствовал, что их личности были настолько разными, что не мог найти между ними никаких общих черт. Но с точки зрения моей мамы (и это нечто, что она может заявлять вслух) она безгранично любит моего отца. Точно так же как Аруми общается с Кёске, моя мама такая же, когда дело доходит до взаимодействия с моим папой. — Эита, Рагу объедение. От этого предложения я вернулся в чувства и наклонил голову. — Серьёзно? Но не ждите, что я буду готовить его всё время. — Упс, так ты заметил. Аруми хихикнула. Сомневаюсь, что у неё на самом деле было такое намерение. Я очень хорошо знал, как сильно ей нравилось готовить (хотя большая часть этого может быть из-за того, что это ради Кёске). — Это потому что мне нравится рагу, приготовленное Аруми. Это вылетело у меня изо рта без особых размышлений. Аруми посмотрела на меня удивлёнными глазами. Затем на её лице появилась улыбка. — Ого, это сделало меня счастливой! Действительно счастливой! [[image:/storage/reader-images/6adbac5cc24055a19ecf74f3b725ceba362a476b.png]] Выкрикивая это с чувством невинности, Аруми несколько раз смотрела в направлении Кёске. Как будто она ждала, что Кёске также озвучит свои мысли. Но Кёске ничего не сказал, только коротко взглянул на меня. Когда я собирался убрать со стола, когда мы закончили есть, Аруми остановила меня. — Всё в порядке, просто оставь посуду мне! Тебе следует отдохнуть в твоей комнате, Эита! После этих слов, она принялась мыть посуду, при этом напевая мелодию. Кажется, мои слова ранее очень её обрадовали. Так как она сделала предложение, я принял его и отправился наверх. Однако я остановился, когда понял, то насколько странным для меня было сказать что-то подобное Аруми. Почему я говорил такие вещи искренне? Игнорируя период времени, когда я понятия не имел об отношениях Аруми с Кёске и с тех пор как узнал, я бы никогда не сказал Аруми ничего, если бы это включало слово «любовь». Хотя я не явно говорю Аруми, что люблю её, использовать это слово при разговоре с ней всё равно будет стыдно. Но несколько минут назад, я смог произнести его без особых размышлений. Это было сделано естественно без колебаний. Значит ли это, что мои раны постепенно заживают? Может ли время излечить… всё? Я хрустнул шеей и вернулся в свою комнату. Мигающий огонёк лежащего на столе телефона, сообщал о том, что у меня было ожидающее сообщение. Я открыл телефон, это было сообщение от Шинономэ. «Какие планы на завтра?» Я полностью забыл об этом из-за ужина. Я поспешно включил компьютер, чтобы проверить шедшие фильмы. Это был быстрый процесс, но я не мог понять, какие фильмы были хорошими. Я мог бы пробежаться по нескольким сайтам с обзорами, но это было бы слишком хлопотно. Более того, это, наверное, будет означать, что Шинономэ придётся прождать ещё дольше. Следовательно, мне был нужен способ, которым я мог бы получить нужную мне информацию гораздо быстрее. Я колебался некоторое время, прежде чем вышел из своей комнаты. Когда я вошёл в комнату Кёске, он оторвал свои глаза от книги и поднял их на меня. После чего спросил. — Что случилось? Кёске редко когда не курил, но комната всё равно была наполнена запахом табака. — Я бы хотел узнать твоё мнение о кое-чём. Причина того, что Кёске поднял голову, вероятно, была в том, что он никогда не ожидал, что я скажу такие вещи. Когда дело доходит до Аруми или других вещей, то во мне всегда будет чувство неполноценности, когда бы я ни обращался к Кёске. Поэтому я редко прошу у него помощи. Ему, наверное, было интересно, что я буду делать дальше после эпизодов, когда я одалживал у него книги. — Это довольно неожиданно. Чем могу помочь? Кёске захлопнул книгу и взял в рот сигарету. Возможно он думал, что это будет долгий разговор. — Ничего огромной важности, правда… Кёске зажёг сигарету, когда увидел, что я чешу голову. Затем он выдохнул тонкую, змеевидную струйку дыма, которая поднялась в воздух. — Так в чём дело? Это может выглядеть так, будто он заставляет меня откровенно высказываться, но судя по личности Кёске, вероятно, это было не то, что он действительно имел в виду. Но опять же, эта его личность одна из главных причин того, почему мне трудно просить его об одолжении. — Есть ли какие-нибудь хорошие фильмы, которые сейчас показывают в кинотеатрах? Я хотел покончить с этим, так что тут же ответил ему. Кёске посмотрел на меня с удивлённым выражением на лице. — Фильмы? — А-ага… Не то, чтобы я мог что-то сделать, даже если он думает о том, как с моей стороны глупо спрашивать его о таких вещах. — Ты хочешь посмотреть фильм? — М-м-м, угу. Кёске не только книжный червь, ему также очень нравится кино. В его комнате есть огромный телевизор, который сопровождает куча DVD, похожая на кучу его книг. — В настоящее время идёт показ фильмов… Бормоча это в раздражении, Кёске начал работать с настольным ПК. Просматривая экран, он сказал несколько названий, которые я отметил в своей памяти. — Ладно. Спасибо. Кёске остановил меня как раз, когда я собирался покинуть комнату. — С тобой что-то случилось? Учитывая то, насколько я был апатичен практически ко всему, Кёске, наверное, немного подозрителен о том, почему я часто заходил в его комнату в эти дни со странными вопросами для него. — Нет, ничего… — Понятно. Что ж ладно. Когда я открыл дверь, у меня появилось желание сказать «Не говори об этом Аруми». Меня беспокоили её предыдущие преследование и вопрос «Так у тебя уже есть девушка?». Если она почует от этого что-то подозрительное, мне придётся столкнуться с её неустанными допросами. — Что-то не так? Спросил Кёске, держа руку на кнопке. — Не, ничего особенного. После этих слов я вышел из комнаты. Для начала, просить его сохранить это в тайне будет странно. Если я сделаю неправильный ход, он может действительно раскрыть это Аруми. В таких случаях, Кёске вряд ли расскажет Аруми, если я промолчу. В своей комнате я поискал в интернете фильмы, которые порекомендовал Кёске и выбрал из них самый безопасный. После проверки расписания, я начал работать над временем того, когда мы с Шинономэ должны встретиться. После этого я написал Шинономэ время и место встречи. «Поняла. Увидимся завтра. Спокойной ночи». Это был обычный холодный ответ от неё, но внутри меня было это чувство достижения. Я лёг на свою постель. — Это… свидание? Неосознанно пробормотал я себе под нос. Из-за обычного ответа от Шинономэ, это не казалось мне вполне реальным. Но опять-таки, судя по мероприятиям, которые будут у нас завтра это определённо свидание. Мне совершенно ясен тот факт, что на самом деле мы не «встречаемся», но слова «свидание» достаточно для того, чтобы заставить моё сердце биться быстрее. Я спонтанно поднялся, открыл свой шкаф и задумался над своим нарядом для завтра. Мой отец и Кёске не без ума от выхода из дома, так что мы редко выбираемся на прогулку на открытом воздухе вместе, как семья. В результате меня не особо заботит «уличная одежда». Это не дошло до того, что мне нечего надеть, когда я выхожу на улицу, но осталось многое для рассмотрения того подходит ли моя одежда для завтрашнего свидания. После долгих раздумий, я решил, что чёрт с этим и выбрать то, что понравится мне. Кто-то постучался в мою дверь. Когда я открыл дверь, там стояла Аруми, вытиравшая руки о фартук. — Эита, хочешь принять ванну сейчас? Сейчас в ванной комнате никого нет. Для меня сойдёт всё что угодно, но потом я понял, что будет здорово лечь спать пораньше в подготовке к завтрашнему свиданию. Обычно я сплю до полудня в большую часть суббот, но завтра мне нужно будет встать утром. — Тогда я пойду первым. Когда Аруми услышала мой ответ, на её лице появилась добрая улыбка. — М-м-м. Полотенце лежит в обычном месте. — Понял. Я взял некоторые вещи и прошёл в ванную. Потом я внезапно осознал то, насколько я сегодня был психически устойчив. Я сумел сохранить спокойствие даже после того как увидел улыбку Аруми. В прошлом эта её улыбка была источником боли для меня. ***** Я пришёл на станцию за десять минут до встречи. Честно говоря, за последние несколько лет я никогда никого не ждал, так что ожидание кого-то было для меня довольно беспокойным опытом. Кроме того, факт того, что это было «свидание» делал его ещё более нервным. Стоящим перед билетными кассами был я в очень безопасном наборе из повседневной одежды. Хотя я чувствовал себя неуместным. Молодёжь вокруг меня вся была модно одета, можно было с лёгкостью сказать, что некоторые из них тщательно продумали свои наряды. Затем я задумался над тем, в каком наряде появится Шинономэ. Я видел Шинономэ в её повседневной одежде однажды. Это было в журнале, который опубликовал фотографию «Нишизоно Юко» ту, на которой Шинономэ была в её повседневной одежде. Если мои воспоминания верны, это было белое платье с некой простой, элегантной вышивкой в паре с кардиганом. Это была причина, заставившая меня подумать о том, что эта «Нишизоно Юко» была «кем-то, кто очень похож на Шинономэ Юко». Я видел Шинономэ только в её форме, так что не был уверен в том, что человек в повседневной одежде была ни кем иным, как ей самой. Когда я направил свой взгляд на лестницу с противоположной стороны от ведущих к платформе ворот, то увидел поднимающуюся вверх толпу. Наверное, они были пассажирами, которые только что сошли с поезда пришедшего с направления станции Шинономэ. Я понятия не имел о том, где конкретно она находилась, но из одного из наших предыдущих обменов любезностями я знаю ближайшую от её дома станцию. Шинономэ медленно брела в конце толпы, как будто старалась вообще избегать их. Её наряд оказался материальной копией того, который я увидел в журнале, хотя она несла перед грудью маленькую сумочку. Увидев меня, Шинономэ сделала небольшой поклон. Я подумал, что она была слишком жестока по отношению к кому-то её же возраста. Когда она наконец-таки прошла через ворота и подошла ко мне, Шинономэ наклонила голову и спросила. — Долго ждал? Я покачал головой. — Нет, совсем нет. — Пойдём. После этих слов мы с Шинономэ пошли. — Это та же одежда, что и в журнале. Услышав это, Шинономэ замерла и посмотрела на свою одежду. Затем она перевела свой взгляд на меня. — Так ты помнишь… — Ага, потому что это был единственный раз, когда я увидел тебя в повседневной одежде. — Если честно, это единственный повседневный наряд, который у меня есть… Робко произнесла Шинономэ, опустив голову. [[image:/storage/reader-images/b218f8612197d84876adaf68a23a0d8ec1a7dab9.png]] — Стыдиться нечего. Я не слишком далёк от твоей ситуации. Даже я знал, что для девчонок нормально иметь невероятное количество одежды. Мой отец впадает в стадию раздражения всякий раз, когда моя мама покупает очередной комплект новой одежды. Каждый раз, когда Аруми приходит к нам для меня маловероятно замечать такие вещи, как: «О, я уже видел её в этой одежде раньше». Возможно она носила одну и ту же одежду более одного раза, но недостаточно часто, чтобы я заметил. Поэтому я могу более или менее понять то, насколько для Шинономэ может быть неловко владеть большим количеством одежды. Некоторые могут посчитать странным, что девушка имеет так же мало одежды, как она. Но для меня это не было большой проблемой. Скорее это на самом деле ощущалось действительно «Шинономично». Мы продолжили идти к кинотеатру. — Ах, что касается фильма, который мы будем смотреть позже… Я понял, что не рассказал Шинономэ о своём выборе фильма, потому ввёл её в курс дела, пока мы шли. Шинономэ расплылась в улыбке, когда услышала название фильма. — На самом деле я тоже хочу посмотреть этот фильм. Приятно слышать это. — Такое ощущение, что ты любишь эти глубокие фильмы, так что мне было трудно решить, какой фильм посмотреть. Довольно многие из рекомендованных Кёске фильмов носили очень документальный характер. Даже когда я искал их краткое изложение в интернете, то всегда думал: «И о чём, чёрт возьми, идёт речь?». Я размышлял, понравятся ли Шинономэ такие типы фильмов. Однако вскоре я заметил, что мы действительно идём на свидание. Я перестроил свои мысли и решил, что раз уж мы встречаемся как поддельная пара, то лучше всего будет пойти на безопасный вариант. Фильм того типа, который выбрала бы типичная парочка. — Я тоже смотрю обычные фильмы, знаешь? Сказала Шинономэ. Но поскольку Шинономэ упомянула слово «тоже», это означало, что она также смотрит и глубокомысленные вещи. — Ну, да. Это свидание, так что разве это не должно быть так? Типичные фильмы подходят гораздо больше, да? Мой голос поднялся на тон или два от смущения при произнесении слова «свидание». Для Шинономэ это было то же самое — она кратко вздрогнула, когда услышала меня. Я сухо кашлянул и ненадолго замолчал. Если честно, это довольно болезненно. Как же мы оказались в таких отношениях? Как всё началось? Это был я? С того момента, как я попросил у неё автограф? Это казалось ответом, если все узлы были развязаны. Мы пришли в кинотеатр, больше не сказав ни слова. Благодаря некоторому планированию наперёд и тому факту, что фильм, который мы собирались посмотреть не был на первой неделе показа, нам удалось получить билеты на показ в скором времени. Несмотря на моё предложение заплатить за всё, отказ Шинономэ означал, что каждый из нас заплатил за свой билет. — Ах, а как же твой напиток? Я задал вопрос Шинономэ прежде чем войти в кинотеатр. Шинономэ наклонила голову и ответила на мой вопрос своим. — Всё равно… А что насчёт тебя, Минами? Я покачал головой. — Мне тоже всё равно. — Так как у нас обоих нет ничего на уме, давай забудем об этом. — Ага. Мы оба зашли в кинозал. Кинозал был скудно заполнен, но не до такой степени, что мы были в нём единственными. Потому-то нам и удалось заполучить пару средних мест. После нескольких трейлеров, наконец, пришло время основного фильма. Так как это был иностранный фильм, я был вынужден сосредоточиться на экране, чтобы не упустить содержание фильма. В особенности так было в начале из-за большого количества диалогов, так что у меня не было шансов отвести глаза ещё куда-нибудь. Когда мы добрались до экшн-части фильма, я был в небольшом состоянии дискомфорта от необходимости слишком долго оставаться в одной позе. Я опёрся спиной на кресло и немного опустил его, стараясь вызывать как можно меньше беспокойства. Именно тогда Шинономэ попалась мне на глаза. Хотя мы и сидели рядом друг с другом некоторое время, это был первый раз, когда я рассмотрел Шинономэ очень подробно. Мы были так близко. Мы сидим бок о бок во время смен в библиотеке и когда часто посещаем кафе — всё же сейчас я близок к Шинономэ как никогда. Шинономэ смотрела на экран со всей серьёзностью (хотя я не уверен в том, что это подходящее для использования слово). Её невыразительное выражение ничем не отличалось от её обычного, но это был первый раз, когда я видел Шинономэ поглощённой чем-то другим, помимо книг. И так уж случилось, что фильм перешёл в рискованную, романтическую сцену, как будто его кто-то умышленно изменил. Иностранная пара принялась неистово целоваться, так как они собирались невольно расстаться. Я никак не мог подготовиться к такому, но Шинономэ продолжала смотреть всерьёз. «Чёрт тебя подери, Кёске», — беззвучно выругался я. Если бы я мог, то избегал бы фильмов с такими сценами, но это я виноват, что с самого начала не сказал ему свои критерии. Я вёл себя подозрительно. Именно тогда Шинономэ обратила своё внимание на меня, её голова была наклонена в замешательстве. Затем она медленно придвинула своё лицо к моему. — Что-то случилось? — Нет… ничего. Ответил я, но Шинономэ продолжала смотреть на меня со сбитым с толку выражением на лице. К счастью, актёры сейчас разговаривали, рискованная сцена подошла к концу. Шинономэ перевела свои глаза на экран. Что касается меня, я сосредоточился на фильме, как будто ничего не случилось. Но моё сердце всё ещё было в беспорядке. Это очень проблематично… Причина была в том, что я неожиданно понял… Какой неожиданно милой была Шинономэ. Для начала она очень красивая, черты её лица были превосходны. Я несколько раз думал о ней, как о «милой», но эти чувства больше походили на те, которые я испытывал к собакам и кошкам. Однако, эта «миловидность» была, очевидно, другой. Возможно это было из-за того насколько близко лицо Шинономэ было к моему или возможно это было из-за того насколько тёмным был кинозал. Это также могло быть вызвано рискованной сценой иностранных актёров. Несмотря ни на что, это не изменило факт того, что я был абсолютно потрясён этими своими чувствами. Я не смог восстановить своё спокойствие, даже когда фильм закончился. После фильма мы пошли в кафе и поболтали. После этого мы разошлись. — Сегодня я очень счастлива, так что спасибо. Увидимся в следующий раз. Это было тем, что Шинономэ произнесла перед тем как уйти. На её лице по-прежнему было невыразительное выражение, так что я понятия не имел, была ли она честна. Но с этими её словами, думаю, мои нервные чувства того стоили. По какой-то неизвестной причине, я был ужасающе уставшим, в одиночку едя домой на поезде. Затем я вспомнил о сказанном Шинономэ «Увидимся в следующий раз», что подсказывало мне, что всё не окончится этим единственным свиданием. И опять-таки, не похоже, что наши отношения внезапно развалятся, когда этот день подойдёт к концу. Если это так, то как долго эти отношения будут продолжаться? — Так какие именно у нас сейчас отношения? Не имея ответа, я мог лишь чувствовать в себе чувство беспокойства. ---------- Том 1 Глава 5 «Мужчину звали Исон. Поначалу Ромимэригана не могла понять ни единого слова, что он произносил. Она выучила его имя, только после того как мужчина показал пальцем на себя и медленно снова и снова повторял «Исон». Поняв, что она поняла его намерения, мужчина указал своим пальцем на неё. — Ромимэригана, — ответила она. В их языке «роми» означало красоту, а «мэригана» означало лес. Из её понимания её имя произошло от того, что её мать рожала посреди леса, пока стояло самое прекрасное время года. Она надеялась, что Исон смог понять эту историю её имени. Однако она не смогла донести её точку зрения до Исона, несмотря на её максимальные усилия по донесению этого на её языке. И это сильно её расстраивало». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Прошла неделя после моего свидания с Шинономэ. Когда я пришёл домой со школы, то был сразу же встречен шквалом шагов, так как Аруми подошла к двери, чтобы встретить меня. «Она выглядит более занятой, чем обычно», — подумал я, пока разувался. Внезапно Аруми прокричала. — Эита! У тебя есть подружка, не так ли?! Она произнесла это, как раз, когда я делал вдох, что заставило меня немного покашлять. — Чего? С чего вдруг такой неожиданный вопрос? Я развернулся и спросил. Аруми подозрительно смотрела на меня со скрещенными руками и надутыми щеками. Она была явно разочарована. — От Кёске услышала. — Э? — Ты спрашивал его о фильмах, так ведь? «Этот чёртов идиот», — выругался я про себя. Никогда не ожидал, что он расскажет Аруми… Не то, чтобы я просил сохранить это в секрете, но никогда бы не подумал, что он расскажет ей. — А, ничего особенного. Мне захотелось кино посмотреть… Туманный взгляд Аруми отказывался отпускать меня. — В одиночку? — М-м-м, ага. — Ты врун! Немедленно парировала она. — Я никогда не поверю в то, что Эита — человек, который никогда прежде DVD не смотрел, в одиночку пойдёт в кино. Давай же, выкладывай. С кем ты ходил? Расскажи сестрёнке об этом! Такое чувство, будто Аруми — это старушка, которая донимает молодую леди или что-то вроде того. Я вздохнул с раздражением. — Что плохого в просмотре фильма в одиночку? Иногда тебе просто хочется сделать это… Я отказался от попыток объяснить. Было бы проще, если бы она была моей настоящей подружкой, но мои отношения с Шинономэ были довольно интригующими. Я также был не в настроении выслушивать непрерывную болтовню Аруми. Я аккуратно поставил свои ботинки и прошёл мимо Аруми, как будто оттолкнул её в сторону. Однако Аруми держалась позади меня, словно щенок. — Э… Почему ты не хочешь говорить? — Хэ, кто скрывает? — Но ты состоишь в отношениях, не так ли? Спросила идущая передо мной Аруми наклонив голову улыбнувшись. — Неа. Плечи Аруми опустились в разочаровании. — Так неинтересно… Я собирался парировать с: «Я родился в этом мире не только ради твоего развлечения». Но вместо того, чтобы озвучить своё недовольство, более разумным будет придержать его при себе. — Всё же, Эита, познакомь меня со своей подружкой, если когда-нибудь обзаведёшься такой. Я опустил плечи в раздражении от настойчивой Аруми. — Если когда-нибудь обзаведусь. — Хи-хи-хи! Тогда ладно! Сказав это, Аруми рванула на кухню. Какая же она дурочка. Эх, учитывая тот факт, что она никогда не замечала моих чувств к ней, чего следовало ожидать. С такими мыслями в голове я потащился обратно в свою комнату. Мой мобильник завибрировал, когда я закончил снимать свою форму. Похоже на сообщение от Шинономэ. С того дня больше не было «свиданий». Более того, не было никакой разницы в том, как мы общались в школе. Полагаю, единственным незначительным изменением был тот факт, что Шинономэ начала писать мне гораздо чаще. Когда мы впервые начали, Шинономэ едва ли писала мне, за исключением ответа на мои сообщения. «Как насчёт сходить куда-нибудь?» Необычное приглашение от неё. Несмотря на колебания внутри себя, я ответил. «Конечно». «Ты не против следующего воскресенья?» «Никаких проблем, но куда?» «Я думаю о парке развлечений…» Я не смог удержаться и в удивлении прокричал «Эээ~». Парк развлечений? Это в самом деле отличное место для «свидания». Всё равно, такое ощущение, что что-то не так, когда той, кто предлагает это является Шинономэ. Просто это настолько отличается от того, что «обычное» для Шинономэ. Мне было слишком лень вставать с кровати, так что я искал информацию о ближайших парках развлечений с телефона. Как только я собрал несколько вариантов, то был готов отправить их Шинономэ. «Я бы предпочла тот, что с колесом обозрения… У тебя есть что-нибудь на уме?» Это всё больше и больше ощущается как свидание. Стало беспокоить. После некоторого поиска, я нашёл один парк развлечений с колесом обозрения поблизости. После того, как рассказал об этом Шинономэ, она ответила «Сойдёт». Наш переписка подошла к концу, как только мы определились с датой и местом встречи. Я отложил мобильный в сторону и ненадолго забылся. Парки развлечений. Колесо обозрения. Однажды, когда я всё ещё был молод Аруми сводила меня в парк развлечений и так уж случилось, что в этот раз был выбран он же. Это было тогда, когда я всё ещё был наивным и глупым, просто ребёнком, что не замечал её отношения с Кёске. И всё же, тем, куда хочет сходить Шинономэ оказался тот самый парк развлечений. Я раздражённо хрустнул шеей, когда подумал об этом. Я ожидал, что Шинономэ скажет вещи вроде «парки развлечений скучны», но вместо этого сообщения, которое я получил стало «Я бы хотела сходить в парк развлечений». Это само по себе достаточно удивительно для меня, но тот факт, что она не знала, куда сходить на свидание тем более шокирует. С другой стороны, она Шинономэ, так что она могла использовать какой-то метод для получения информации о свиданиях. Пришла Аруми и попросила меня спуститься на ужин, так что я покинул комнату. Пока мы ужинали, Аруми как обычно разговаривала с молчаливым Кёске. Что касается Кёске, то он отвечал типичными «Хах» и «М-м-м». Наблюдая за их взаимодействиями, я понял, что Шинономэ была весьма схожа с Кёске. В общем, Шинономэ не из тех, кто самостоятельно начинает разговор. Если это так, то будет ли лучше продолжать разговаривать с Шинономэ, как делает Аруми? Даже если я не вижу от неё какой-то особой реакции, наверное, мы сможем поддерживать наши отношения как пары передо мной, если я буду неустанен в разговоре с Шинономэ. В любом случае, каковы мои ожидания относительно моих отношений с Шинономэ? Мы просто притворяемся парой, которая сошлась для того, чтобы Шинономэ смогла собрать сведения для её работы. С моей точки зрения, продолжительность наших отношений значения не имеет. На самом деле, у меня гора с плеч упадёт, если мы сможем плавно положить конец этой видимости. Так почему же я вместо этого пытаюсь продлить наши отношения? — Эита, что-то не так? Заметив, что я замечтался, Аруми уставилась на моё лицо. — Ах, не. Так, ничего… Торопливо ответил я и вернулся к своей порции. Смотря на меня с подозрением, Аруми задала пришедший ей в голову вопрос. — Эита, в школе есть кто-то, кто тебе нравится? Я чуть было не выплюнул мисо суп изо рта. — Чего? Почему вдруг неожиданный вопрос… — Мне интересно, не хочешь ли ты поговорить со мной. «У меня нет желания», — подумал я. Тем не менее, я вздохнул и ответил. — Нет, так что и говорить не о чем. — Даже одной? А как насчёт кого-нибудь, в ком ты заинтересован? Сестренку очень интересует твоя история любви, Эита. На краткий миг, злобная личность внутри меня склоняла рассказать ей о Шинономэ. Интересно, как Аруми отреагирует, узнав о моей однокласснице-писательнице и о том, как мы притворяемся, что «встречаемся», в целях сбора сведений для её романов. Она, наверное, не одобрит и скажет: «Это очень странные отношения». Или вместо этого она на самом деле будет трепетно переживать? В итоге я всё равно списал план в брак. — Я сообщу тебе, если такой человек когда-нибудь появится. Казалось, что в последнее время мы довольно часто останавливались на этой теме. Аруми видела во мне какие-то перемены? Каким-то образом, сейчас было такое чувство, будто я был вместе с Аруми уже очень долгое время. По сравнению с молчаливым Кёске или моим отцом, это правда, что Аруми гораздо больше походит на «семью» для меня. Когда мы закончили ужинать, я встал рядом с моющей посуду Аруми. — Давай я буду мыть посуду иногда. Поначалу Аруми была довольно неуверенная насчёт этого, но в конечном итоге согласилась на мою просьбу. — Конечно. Тогда рассчитываю на тебя. Однако время от времени сидящая на диване Аруми обращала своё внимание на меня, как если бы не могла расслабиться от того, что посуду мыл кто-то другой, кроме неё самой. — Тебе действительно не нужна моя помощь? — Никаких проблем. — Эита, ты злишься? — Вовсе нет. Почему спрашиваешь? — В последнее время ты был очень деликатным. Я смыл мыльные пузыри со своей руки и развернулся, чтобы взглянуть на Аруим. — Деликатным? — Раньше ты был очень снобистским… Я чувствую себя неловко, видя какой ты сейчас. Я понимаю, что Аруми имела в виду. Я намеренно держался на расстоянии от Аруми, до такой степени, что Кёске пришлось вмешаться. Но её слова заставили меня понять, что в эти последние дни это было не так. Более того, я всерьёз отвечал на её слова. — Серьёзно? Уверена, что тебе не померещилось? Хотя я прекрасно знаю причину этих изменений, мне пришлось бы раскрыть свою любовь к ней, если бы я всё объяснил. После этого небрежного ответа я продолжил мыть посуду, пока Аруми встревожено наблюдала. ***** Воскресенье. После того, как встретились на станции, мы сели на поезд до парка развлечений. Шинономэ была одета в тот же наряд, что и когда мы ходили в кино. Она упоминала, что не имела никакой другой повседневной одежды, но я не ожидал этого в буквальном смысле. С другой стороны, в отличие от моих мыслей, это на самом деле может быть так. Не говоря уже о том, что мой наряд не слишком-то отличался от того, что был на мне тогда, так что не мне было говорить. Мы сидели плечом к плечу на своих сидениях в поездке. На самом деле мы гораздо ближе, чем были в кинотеатре… Физический контакт неизбежен, как бы сильно я ни старался. Я чувствовал тепло бедра Шинономэ сквозь свои джинсы, что стало огромной неожиданностью. Наверное, это было моё собственное предубеждение, но я ожидал, что тело Шинономэ будет намного более холодным. — Почему вдруг неожиданное желание сходить в парк развлечений? Я завёл разговор с Шинономэ, чтобы забыть о тепле её тела. Шинономэ ничего не ответила, только вытащила книгу из своей сумочки. Изначально я подумал, что она проигнорировала мой вопрос и собиралась почитать, но вместо этого она показала книгу мне. — Они говорили об этом в книге. Книга, которой недоставало суперобложки, была романом писательницы. Причина того, почему я сразу же узнал её была в том, что я видел, как Аруми читала его раньше. — Ты и такие вещи читает? Я бормотал вещи вроде «Шинономэ и романы просто не сочетаются друг с другом», но она спокойно покачала головой. — Я не особо читаю их, но подумала, что это был бы неплохой шанс… поэтому попробовала. Иначе говоря, это всё для её «сбора сведений». — В истории рассказывалось о сцене в парке развлечений, которая заставила меня понять, что я никогда раньше не была в нём. — Хм-м. Это был ответ, который можно было ожидать от неё. Она не из тех, кто думает о таких вещах, как: «Как насчёт сходить в парк развлечений, когда у меня есть парень». Но я был очень удивлён, что она никогда раньше не бывала в нём. Было бы понятно, если бы она была из сельской местности, где вокруг нет парков развлечений, но район, в котором мы живём, имеет довольно много поблизости. Для родителей должно быть нормальным сводить ребёнка в такой, когда он ещё маленький. Это относится даже к моей семье, невзирая на факт того, что мы почти не выходим на прогулки. — Ты уже бывал в таком, Минами? Я не был уверен, как должен ответить на этот её внезапный вопрос. — Эм, чего? — Ты бывал в парке развлечений? — М-м-м, ага. Когда ещё ребёнком был. Мои родители водили меня в один, когда мне было около пяти-шести лет. Следующий раз был, когда я учился в начальной школе и теми, кто привели меня туда были Кёске и Аруми. — Ты был счастлив? Я был очень обеспокоен этим её вопросом. — Эм, наверное, был… Если говорить абсолютно честно, то у меня практически нет воспоминаний о поездке вместе с родителями. Но, учитывая сколько мне тогда было лет, я должен был быть очень счастлив, тем более, что мои родители едва ли брали меня в поездки. Однако причина моих заиканий заключалась в моём другом воспоминании. Если подумать, вообще-то это было свидание между Кёске и Аруми, и я был третьим лишним. Аруми, будучи приятным человеком, не продемонстрировала признаков недовольства, когда моя мама вынудила её заботиться обо мне. Это была причина того почему она привела меня в парк развлечений. Тогда я был гигантским идиотом, который не заметил отношения между Кёске и Аруми, и потому наивно хорошо проводил время в парке развлечений. Я даже мог подумать об этом, как о свидании между мной и Аруми. Это было воспоминание, которое я не могу описать словами. Почему-то это ощущалось так, будто я умышленно вызывал в себе болезненные воспоминания. Удручает, правда. Чтобы Шинономэ не заметила чувств внутри меня, я развернулся и в изумлении посмотрел на пейзаж. Шинономэ сделала то же самое. По прибытии мы заплатили за билеты и вошли. Шинономэ настаивала на оплате всего, но я отклонил её предложение и заплатил за свой входной билет. Так как это был выходной день, парк был наполнен семьями и парами. Было немного некомфортно знать, что я тоже был частью группы. Пройдя через ворота по выдаче билетов, я развернулся, чтобы посмотреть на Шинономэ. — Эм… у тебя есть на уме какие-нибудь аттракционы? Шинономэ упоминала, что никогда раньше не ходила в парк развлечений. Более того, от меня ожидалось быть её гидом и эскортом. Тем не менее, не то, чтобы я часто бывал в таком месте, так что вместо этого я надеялся исполнить любое желание, которое может быть у Шинономэ. Шинономэ наклонила голову и произнесла. — Посмотрим… Есть предложения? — Как насчёт аттракционов… — Тогда давай пойдём на них? — Конечно. После окончания чрезвычайно беспечного разговора, мы начали пробираться к одному из самых популярных аттракционов — американским горкам. Перед входом можно было увидеть змеевидную очередь. Знак указывал, что ожидание составит около тридцати минут. — Что нам делать?.. Нам стоит подождать? Лично мой интерес к горкам не доходил до той степени, что я был готов ждать его полчаса. Тем не менее, Шинономэ кивнула, так что мы прошли в конец очереди. Время шло, нас обоих окутывала тишина. Я пытался придумать тему для разговора и тогда вспомнил, что однажды посещал это место вместе с Аруми. И потому я заговорил. — Мой старший брат однажды приводил меня сюда. Вообще-то мои воспоминания были зафиксированы вокруг Аруми, но рассказывать Шинономэ о ней было бы болью в заднице. — Ох, точно, ты упоминал ранее, что у тебя есть старший брат. Тогда я осознал, что не слышал ничего о её семье. — У тебя есть братья или сёстры, Шинономэ? В ответ Шинономэ покачала головой. — Ого, здорово. Я всегда завидовал единственным детям. Когда Шинономэ услышала мой комментарий, на её лице появилось любопытное выражение. — Как же так? — Мой брат искусен во всём, будь то учёба или спорт. Он не доставлял больших проблем моим родителям. С таким братом как он, то, что меня будут, так или иначе, сравнивать с ним неизбежно, не так ли? И потому, нежели быть неудачей из двух братьев, гораздо лучше быть единственным ребёнком. Слова не останавливались, стоило им начать течь, но, думаю, мне в любом случае всегда хотелось высказать это кому-нибудь. Я не могу говорить об этом ни с Кёске, ни с Аруми и уж тем более со своими родителями. У меня нет друзей, которые достаточно близки для обсуждения таких вещей. Шинономэ смотрела на меня, её глаза несколько раз просканировали с головы до пят. Это было похоже на какое-то подсознательное действие, которое она делает, пока думает о том, что сказать. — Для тебя это может прозвучать банально… но я действительно завидую тем, у кого есть братья и сёстры. Как и сказала Шинономэ, это нечто, чего следует ожидать — это ответ, который дало бы большинство людей (по крайней мере, единственный ребёнок). Именно тогда люди с братьями и сёстрами вклиниваются с: «Ага, я понимаю тебя». Тем не менее, Шинономэ продолжила следующим. — Быть сравниваемым с другими может быть больно, но если ты посмотришь на это под другим углом, то это означает, что у тебя есть что-то, что стоит сравнения, разве не так? У меня не было ответа на это. Шинономэ сделала неожиданное и продолжила без моего призыва. — Более того, человек может определить, где стоит, только когда его сравнивают с другими, не так ли? Будь ты наравне или нет, насколько хорошо или плохо твоё положение… Я действительно завидую тому, как ты можешь более или менее понять свою текущую ситуацию. Если я не могу сравнивать себя с другими, то я никогда не узнаю, что я должна делать с самой собой. — Эм… В итоге, единственным, что я мог сказать, был приглушённый стон. Хоть Шинономэ и начала всё словами: «Для тебя это может прозвучать банально», сопровождавший потом слова были чем угодно, но не этим. Я был довольно разочарован её точкой зрения, так что закончил разговор словами: «Ага, ты действительно права». Фраза «человек может определить, где стоит» сказанная Шинономэ действительно ощущалась как нечто, что ожидаешь услышать от писателя. Это может быть на самом деле так. Тем не менее, Шинономэ должна быть способна более или менее осознавать насколько она странная, если завидует таким вещам. — Извини за то, что я сказала что-то странное. С улыбкой извинилась Шинономэ. Очередь сдвинулась, и мы последовали её примеру. — Хотя твои мысли очень интересны. Пробормотал я, идя вперёд. Шинономэ ответила, наклоном головы, как обычно. — Неужели? — Ага. Очень похоже на то, как думает автор. Шинономэ безучастно посмотрела на меня, когда услышала мои неопытные, честные мысли. После чего опустила голову. — Понятно… Слабый шёпот. Я думал, что она просто стеснялась, но к моему удивлению Шинономэ казалась немного подавленной. Я был обеспокоен тем, что увидел. Пока мы разговаривали, очередь снова продвинулась вперёд. Наконец-таки настала наша очередь для поездки. Вскоре после того, как мы с Шинономэ уселись на свои места, подошёл сотрудник, чтобы опустить серебристый поручень к груди. Этот простой металлический поручень предназначен для нашей безопасности. Когда это было сделано, Шинономэ внезапно начала озираться по сторонам. — Что случилось? Шинономэ смотрела на поручень перед её грудью, когда услышала мой вопрос. — Это… всё? — Угу. — Э? Но из того, что я видела по телевизору, разве это не должно быть чем-то чёрным и придавливающим твои плечи. Я примерно понимал то, что описывала Шинономэ, потому кивнул и прервал её. — Есть и такие, но эти горки более старая модель. Шинономэ вздрогнула, когда услышала слова «более старая». — С-старая?.. — В смысле, эти американские горки были ещё, когда я ходил в детский сад. Судя по движению мышц на шее Шинономэ, я с лёгкостью мог сказать, что она сглотнула. Она была явно напугана. Я мог бы уверить её, что всё будет в порядке, но решил не делать этого. Наверное, мне больше никогда не доведётся увидеть Шинономэ в напуганном состоянии. Прозвенел звонок и вагонетки начали медленно двигаться вперёд. Я слышал то, что походило на испуганные вскрики молодой женщины за мной. Взглянул на Шинономэ, её глаза были плотно закрыты, а руки держались за металлический поручень сильнее, чем раньше. Я счёл её действительно жалкой и потому… — Расслабься. Ты не выпадешь. Я попытался успокоить её, но Шинономэ слабо покачала головой. — У меня акрофобия (1)… Когда вагонетка взбиралась вверх по треку под углом, были слышны грохочущие звуки. Через пару секунд мы достигнем вершины, затем последовало ускорение из-за гравитации и невероятные скорости, с которыми вагонетки промчатся по рельсам. Краем глаза я увидел, что Шинономэ смотрит на меня, так что повернулся, чтобы посмотреть на неё. — Минами… извини, но… — Ха? Что-то не так? — Можно… подержать тебя за руку? — Э? А, да… Прежде, чем я успел ответить, Шинономэ уже быстро двинулась и взяла меня за руку. Её ладонь была влажной. Когда вагонетки рванули вниз, Шинономэ схватилась за мою руку. Я тут же сжал её в ответ. Туристы вокруг нас все кричали либо в волнении, либо в страхе, но я и Шинономэ не издали ни единого звука. Всякий раз, когда вагонетки грохотали вверх и вниз, Шинономэ сжимала свою руку так, будто пыталась связать меня ей. Я почти чувствовал, что держу в своей руке какого-то невероятно пульсирующего крошечного и хрупкого зверька. Хотя конечно это был не зверёк, а рука Шинономэ. Рука девушки, которой столько же лет, сколько и мне. Осознав это, я занервничал. Хвала небесам ладонь Шинономэ была влажной, наверное, она не заметила мою потеющую ладонь. Моё сердце дико колотилось. Это было не из-за крутых поворотов американских горок, а из-за моей нервозности от держания Шинономэ за руку. Когда вагонетки, наконец, вернулись на исходную позицию, подошёл сотрудник, чтобы убрать поручень безопасности. Остальные пассажиры плавно сошли с вагонеток, но Шинономэ ненадолго оцепенела. Потом она пришла в чувства и встала. Наши руки всё ещё были плотно переплетены. Осознав это, Шинономэ в волнении произнесла. — Ах… Извини… Она отпустила мою руку, и мы встали. ***** Мы продолжали гулять, катаясь на аттракционах, которые не считали слишком сумасшедшими. Если честно, я не слишком люблю медленные поездки, но Шинономэ сказала, что больше не могла выдерживать поездки похожие на американские горки. Следовательно, у меня не было выбора, кроме как ходить вместе с ней. Она была той, кто хотел посетить парк развлечений, так что, полагаю, следовать её желаниям — мой долг. Мы болтали о незначительных вещах, пока играли на прогулке. Кстати мы не держались за руки, как это было на американских горках, и мы никогда не упоминали этого в наших разговорах. Как будто ничего из этого не произошло. — Тебе скучно, Минами? Неожиданно спросила Шинономэ, пока мы отдыхали на скамейке. — Нет, вовсе нет. Таков был мой ответ. — На самом деле я наоборот волновался, не заскучала ли ты. — Нет. Пускай она и сказала это, её выражение не было счастливым. «Именно поэтому я и волнуюсь», — но я не обратил свои мысли в слова. — Ну, это здорово. Я действительно наслаждаюсь. Я понял, что чувствовал себя довольно раздражённым, говоря это. Я не был слишком уверен почему и это сомнение привело к очередному нервному чувству внутри меня. С тем, как я себя чувствовал, мой тон звучал слегка резко. Шинономэ слегка опустила голову, возможно, она каким-то образом поняла чувства, которые я испытывал. — Эм… Неловкая тишина. Мне стало интересно, что я должен делать в такой ситуации. В конце концов, даже если это просто имитация, это всё равно «свидание». Мне не подходит внезапно вспыхивать против Шинономэ. Я должен скрывать свои чувства, чтобы не сделать её несчастной. Напротив скамейки располагался небольшой магазинчик, продающий: мороженое, напитки и сувениры. — Как насчёт того, чтобы посмотреть там? Поднимаясь, предложил я. Шинономэ, которая по-прежнему сидела, посмотрела на меня с наклонённой головой. Она, наверное, не поняла, что я сказал. — Идём. Я немного поколебался, прежде чем протянуть свою руку Шинономэ. Шинономэ так же заколебалась на мгновение, прежде чем робко принять мою руку. Так как я крепко держался за её руку, через свою ладонь я мог ощутить, что тело Шинономэ было напряжено. — Давай посмотрим там. Я не имел в виду ничего конкретного. Я сделал это только, потому что хотел, чтобы Шинономэ была счастлива. Не дожидаясь её ответа, я начал идти в сторону магазина, при этом всё ещё держа Шинономэ за руку. Шинономэ молча последовала за мной. Её рука была как всегда мягкой. Волнение, которое я испытывал ранее, каким-то образом успокоилось. Я вроде как мог понять причину этого своего раздражения. Вероятно, оно было от того, что мне хотелось продолжать держать её руку. Я немного ускорил свой темп за тем, чтобы Шинономэ не заметила моих чувств. Шинономэ следовала за моим темпом, не говоря ни слова. Что касается сувениров в магазинчике, все они были предметами, которые можно найти где угодно. Там были брелоки в форме драконов, плюшевые игрушки персонажей и тому подобное. Это было нечто ожидаемое, учитывая то, что у этого парка аттракционов не было собственного уникального маскота. Я не был заинтересован в том, что видел, несмотря на то, что это я привёл Шинономэ сюда, я подумывал о том, чтобы всё бросить и сразу же уйти. Однако Шинономэ, чья рука по-прежнему была в моей, внезапно остановилась. Я развернулся, чтобы посмотреть на неё. — Да? Шинономэ, наверное, была удивлена тем, как я развернул к ней своё лицо, поэтому сделала шаг назад. — Ах, ничего… Просто я сочла это милым… Я внимательно рассмотрел аксессуар в руке Шинономэ. Это была подвеска в виде супер-деформированной обезьяны с огромными глазами. — Это мило? Я неосознанно произнёс это. Шинономэ ответила нерешительно на скорости, которая никогда не была видна от неё. — Э? Её голос был на тон выше. — Ах, извини. Она выглядит мило… Я немедленно согласился с ней, но это была очевидная ложь. Шинономэ посмотрела на меня без особой радости. Как раз, когда она вот-вот собиралась вернуть подвеску обратно на стойку, я остановил её руку и предложил. — Почему бы тебе не купить её, если ты считаешь её милой? — Но тебе… она не очень нравится, не так ли? — Не, я не против. Важно то, что она тебе нравится. Тогда я вспомнил, что на мобильнике Шинономэ не было аксессуаров. — У тебя на мобильнике нет аксессуаров, так ведь? Эта подвеска выглядит хорошо, так что… к-как насчёт того, чтобы я купил её для тебя? Затем я объяснил ей, что это для того, чтобы загладить вину перед ней за то, что я не смог сделать её счастливой, сделав вместо этого совершенно противоположное. Шинономэ держала подвеску с опущенной головой и оставалась в такой позе некоторое время. Наконец, она произнесла. — Пожалуйста… купи это для меня… Я был несколько удивлён её решением. — Ты не… хочешь купить это для меня? — Э, нет, это не так… Когда бы дело не доходило до оплаты, Шинономэ будет настаивать на том, чтобы сделать всё самой. С её стороны было неожиданно слышать такие вещи. С другой стороны, это я предложил купить её для неё, так что сейчас я не в том положении, чтобы отступать. Я забрал подвеску у Шинономэ, отпустил её руку и направился к кассе. После того как положил подвеску на стойку, я принялся искать свой кошелёк. Пока я делал это, сзади подошла Шинономэ с такой же подвеской и тоже положила её на стойку. — А? Я в замешательстве посмотрел на Шинономэ. Она улыбнулась. — Я куплю это. Тебе настолько понравилась подвеска? Несмотря на моё удивление, каждый из нас заплатил за один аксессуар. В итоге у нас появились два странных брелока обезьяны. Когда мы вышли из магазинчика, я передал Шинономэ бумажный пакет с двумя брелоками обезьянами внутри. Шинономэ тут же раскрыла бумажный пакет. Она вынула один из брелоков и передала его мне. — Вот, этот для Минами. — Чего? —У тебя также нет никаких аксессуаров для мобильного телефона, не так ли? — Ах, ага… Я не смог отклонить её предложение из-за своего замешательства, я не мог сделать ничего кроме, как принять подвеску от Шинономэ. — Не забудь повесить её на свой телефон. Дерзко произнесла Шинономэ с провокационной улыбочкой и наклонённой головой. Эта немного интригующая улыбка была тем, что я никогда прежде не видел от неё, у меня перехватило дыхание. — Л-ладно… Я должен радоваться этому, верно?.. Она дала его мне из доброжелательности или она преднамеренно дразнит меня, потому что я ранее сомневался в его миловидности? Без какого-либо конкретного ответа, я понятия не имел, что должен делать. Мы продолжали гулять по парку развлечений, даже когда солнце скрывалось за горизонтом. Мы последовали плану Шинономэ и направились к колесу обозрения. Ранее я объяснил Шинономэ, что колесо обозрения не было одним из популярных аттракционов в парке развлечений и что поэтому мы всегда могли оставить его напоследок и прокатится на нём перед тем, как уйти домой. Мы зашли в кабину двухметровой ширины и сели. Дверь закрылась, и кабина медленно поднималась в воздух. Мы ничего не произносили. Шинономэ и я сидели лицом к лицу и смотрели на пейзаж за окнами. Это место, где нет никого, лишь Шинономэ и я. Я не смог не разнервничаться, когда осознал это. Затем я вспомнил о подвеске, лежащей в моём кармане, так что я начал приделывать её к своему мобильному телефону. Когда она увидела, чем я занимался, то также прицепила подвеску к своему телефону. Мы оба справились с нашими задачами примерно в одно и то же время — мы продемонстрировали свои результаты друг другу, качнув брелоками. Шинономэ улыбнулась. — Это мило, не так ли? [[image:/storage/reader-images/09cb8ee01d0e3ddc44872567fce555adf41e6787.png]] Я не могу согласиться с ней, но если это то, что думала Шинономэ, я больше ничего не скажу. — Возможно. Ответил я. Кабина достигла вершины колеса обозрения. Шинономэ что-то пришло в голову, потому она сказала. — У меня есть вопрос. — Да? — Могу ли я… — М-м-м. — Могу ли я… в следующий раз прийти в гости к тебе? Я посмотрел на Шинономэ в изумлении. — Я раньше никогда не приходила в гости домой к своим одноклассникам… поэтому если ты не против… Честно говоря, я никогда раньше не приглашал никого из своих одноклассников к себе домой. У меня нет ни игровой приставки, ни манги, так что даже если бы я пригласил их, делать было бы нечего. Вот почему я никогда не пытался. — Эх, эм… ну… Это, очевидно, привело к тому, что я заикался, так как обнаружил, что не знал, что делать. Шинономэ смотрела на мою реакцию в отчаянии. Наконец она отвернула своё лицо и мягко пробормотала. — Всё в порядке, если ты против этого… Извини. Именно тогда через окна светили лучи заходящего солнца, окрашивая профиль Шинономэ в оттенок оранжевого. Вялое выражение Шинономэ не должно было отличаться от того, что я обычно вижу на её лице. Но по какой-то странной причине и я не был уверен в том было ли это из-за лучей заходящего солнца или от эмоций, что я испытывал в тот момент, в любом случае, этот её профиль выглядел особенно великолепно. — Нет, это не так. Конечно… — Правда? — Хотя в моём доме ничего нет, так что если это тебя устраивает… Шинономэ улыбнулась и произнесла. — Спасибо. Если это всё, что нужно, чтобы сделать её счастливой, тогда это тоже меня устраивает. Затем Шинономэ добавила. — Я думала написать сцену, в которой персонаж идёт домой в гости к её другу, чтобы поиграть, но мне не хватает такого опыта… Я очень благодарна за твою помощь в этот раз. После этого Шинономэ вернулась к рассматриванию пейзажа вне кабины. Я был слегка подавлен, когда смотрел на лицо Шинономэ. Я провёл целый день, держась с Шинономэ за руки, так что я думал, что между нами есть какая-то психологическая связь. Однако в глазах Шинономэ всё, что мы сделали было для её «работы». Я начисто позабыл об этом. В моих ушах звенело слово «друг», которое Шинономэ произнесла ранее. Серьёзно, Шинономэ понятия не имела. Но всё же, самый невежественный человек — это я. Чего конкретно… я ожидаю от Шинономэ? 1. Акрофобия — боязнь высоты. ---------- Том 1 Глава 6 «Постепенно Ромимэригана поняла язык, который использовал Исон. Она могла общаться с ним, несмотря на её заикания. Вскоре серебряный дом (позже она узнала, что он назывался “космическим кораблём”) прибыл на планету. Их ждала группа людей, включавшая друзей Исона. Друзья Исона в любопытстве наблюдали за Ромимэриганой. Хотя для Ромимэриганы её доверия заслуживал лишь Исон. Она не могла понять, почему это было так. Даже если у другого человека были такие же внешность и одежда, Ромимэригана не могла доверять ему. Только голос Исона мог успокоить её. И так, она и Исон начали жить вместе в небольшом доме. Однако она не могла смириться с тем, что случилось там». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Это случилось в среду, через неделю после того как мы с Шинономэ посетили парк развлечений. Шинономэ отпросилась в этот день, сообщив нашему классному руководителю, что она простудилась. Я написал ей, когда урок закончился, но ответа не было, возможно она спала или что-то вроде того. Она всего лишь смертная, так что для неё приемлемо пребывать в недомогании от простуды. Мне хотелось навестить её, но я не знал адреса. Более того, она вероятнее всего будет обеспокоена этим. Поскольку ответа от неё до сих пор не пришло… «Прости за то, что прервал твой отдых. Пожалуйста, береги себя». Простое сообщение было всем, что я мог сделать. Теперь проблемой стала смена за стойкой в библиотеке. Необходимо, чтобы двое людей работали вместе, поэтому мне стало интересно, как всё будет дальше. Работа определённо не та, с которой можно справиться в одиночку, так что, полагаю, будет лучше, если я сообщу библиотекарю заранее? Я добрался до библиотеки во время обеденного перерыва и вошёл в комнату библиотекаря, которая принадлежала Шиине. Она ела своё крошечное, сложное домашнее бэнто. — О, божечки, Минами. Какой сюрприз. Что привело тебя сюда? Она никогда не ожидала того, что я покажусь во время обеда, так как я тот, кто появляется в библиотеке только во время своих смен. Смотря на меня, Шиина несколько раз сжала палочки для еды. — Ну, Шинономэ сегодня отпросилась по простуде… так что, что нам делать? Услышав это, Шиина сжала палочки для еды ещё раз. — Ах… мне сообщили об этом… Сказала Шиина. Пока я думал о том, насколько впечатляюще для библиотекаря так же быть информированным об отсутствии учеников, Шиина взяла яйцо из уголка её коробочки для бэнто и положила его себе в рот. Похоже, она не собиралась откладывать свой обед до окончания нашего разговора. Когда закончила жевать и проглатывать яйцо, Шиина сказала. — Хмм, раз уж это работа для двоих, то почему бы тебе не найти замену? — Замену? — Вероятно, ей будет не по себе, если мы заменим её выпускником, так почему бы тебе не попросить Икехару о помощи? — Ох… Кажется, она не слишком заинтересована в этом, что более или менее доказали её действия. Шиин не была слишком обеспокоена этим и поэтому спокойно кушала. Похоже, разговор окончен. — Попробую. Я поклонился. Шиина ответила приглушённым «М-м-м», так как жевала свою еду. Я вздохнул и вышел из библиотеки. Икехара — один из немногих первогодок членов библиотечного комитета, с которым я прежде разговаривал, но мы не особо близки. Мы сидим рядом друг с другом во время встреч, так что пару раз обменивались словами. Тем не менее, мы не особо общаемся, так как из разных классов. Плохо быть вынужденным просить у него одолжение сейчас. Чтобы найти Икехару я пошёл к нему в класс. Там, он лежал на своей парте, наверное, отдыхал после обеда. Его волосы всё время были взъерошены, так что узнать его не составило труда, несмотря на то, что его лица не было видно. — Икехара. Я подошёл к нему и позвал. Икехара медленно сел, потирая при этом глаза. — Ммм?.. — Эм, я хочу попросить об одолжении. Икехара посмотрел на меня в изумлении. Затем он несколько раз потёр глаза, прежде чем сказать. — О боже, это Минами… какой сюрприз. Что такое? А вот и очередное «какой сюрприз». Что ж, мне некого винить кроме самого себя в том, что я не общаюсь с другими. Ничего не поделаешь. — Это насчёт сегодняшней смены. Шинономэ на больничном, так что я надеюсь, что ты сможешь заменить её. Икехара зевнул. Этот парень выглядит сонным большую часть времени, он и во время встреч спит. Он один из немногих членов комитета, которые «не слишком серьёзны». Причина, по которой Икехара разговаривал со мной время от времени, наверное, заключается в том, что он понял, что мы разделяли аналогичные причины для вступления в комитет. — Эм… Я не очень возражаю… но может ли Шинономэ подменить меня на моей следующей смене? — Я не слишком уверен… как насчёт того, чтобы спросить её? — Хм-м, ага… Хм-м. Я понял. Мне просто нужно показаться сегодня, верно? — Угу, спасибо. Не имея больше того, что сказать, я вышел из класса. Слава богу, он быстро согласился на это, потому что я был слишком ленив для того, чтобы попытаться убедить его. От Шинономэ так ничего и не пришло, даже когда наши уроки подошли к концу. Как долго она собирается спать? Возможно она чувствует себя действительно ужасно сейчас? Я понятия не имел о том, как дела обстоят на самом деле, но судя по неявке, она не казалась кем-то, кто очень здоров. Когда я дошёл до библиотеки, Икехара уже был там и усердно работал за стойкой. После краткого обмена взглядами, я так же проскользнул за стойку. В библиотеке было много людей, но количество берущих или возвращающих книги людей резко снизилось. Это могло быть из-за того, что итоговые контрольные были совсем за углом. Было намного скучнее, чем обычно. Икехара сидел там, где должна была Шинономэ и безучастно смотрел на экран своего мобильного телефона, торопливо стуча по нему пальцами. Наверное, он занят игрой в головоломку. Я на рефлексе последовал его примеру и вытащил свой телефон. Там была смс-ка, которую я пропустил. Я открыл её. Она была от Шинономэ. «Я спала всё это время. Извини, за запоздалый ответ. Жар немного спал, но я думаю, что могу пробыть на больничном и завтра». Это те же безэмоциональные слова, но, по крайней мере, она не собирается умирать в ближайшее время. Почувствовав облегчение, я начал писать свой ответ. «Икехара заменяет тебя, так что не могла бы ты выполнить его следующую смену, чтобы загладить вину?» Ответ Шинономэ был мгновенен. «Конечно. Пожалуйста, поблагодари его от меня». «Дело сделано», — я развернулся, чтобы посмотреть на Икехару и в итоге обнаружил, что он смотрел в мою сторону. Его взгляд определённо был направлен не на меня, а на мой мобильный телефон. Точнее, на свисающую с него подвеску — странную обезьяну, которую мы купили в парке развлечений. — Разве… это не такой же, как у Шинономэ? Он выстрелил вопросом без предупреждения. — А? В удивлении вскрикнул я. Это моё действие зажгло его подозрение. Его глаза постоянно метались между мной и подвеской. — А? Так? Это то, о чём я думаю? — Ха, что ты имеешь в виду? Ох, у Шинономэ тоже есть такая, да? Такая же подвеска. Я попытался отмахнуться от этого. Икехара в замешательстве наклонил голову. — Вчера по пути домой я случайно столкнулся с Шинономэ. Она звонила. Подвеска привлекла моё внимание из-за того как странно выглядела. Она была точно такой же, как эта. — Э, серьёзно… Ну, это просто совпадение. Одно на миллион. Понимаешь, чистая случайность… Из-за неожиданной ситуации, я не смог придумать более убедительную ложь. Икехара вздохнул и произнёс. — Ох, боже… Ты плохой лгун, не так ли? Я промолчал. — Не то, чтобы это имело значение… Хм-м, понятно… Так вы двое встречаетесь? Так вот, что видит Икехара. — Не, мы не совсем встречаемся… Я сказал это, потому что это было правдой, но Икехара фыркнул и парировал. — Не может быть, чтобы подвески были одинаковыми, если вы не встречаетесь! Я не слишком уверен в том, было ли это правдой, но возможно это действительно так. — В самом деле? — Ага, как правило. Зачем же ещё так делать, если вы не пара? У вас у обоих висят одинаковые странные обезьянки, да? Не похоже, что это дань моде. «Так, обезьяны смотрятся странно», — подумал я и не стал восклицать это вслух. Сейчас не время делать это. — Эм… Я не могу объяснить ему свои отношения с Шинономэ. Если объясню, то раскрою то, что Шинономэ писательница. Шинономэ хотела, чтобы я сохранил это в секрете. Но без раскрытия ему секрета будет неразумно заставлять его принять факт того, что мы «просто притворяемся парой». — И? Нет нужды скрывать это. Не то, чтобы это имело значение. — Ну, нет, но я надеюсь, что ты сможешь сохранить это в секрете… — Почему? На этот его вопрос у меня не было реального ответа. Я был озадачен. — Ну, это довольно неловко… — Ах, так вот почему. Прежде чем я успел сказать ему, чтобы он держал рот на замке, нас прервал ученик, который хотел взять книгу. После этого я был завален вопросами Икехары, но я мог давать только расплывчатые ответы, так как не мог придумать ничего получше. День прошёл за преследованиями Икехарой темы. На следующий день, Шинономэ поступила так, как и писала в своей смс-ке, взяв ещё один отгул. Наступила пятница. В момент, когда Шинономэ ступила в класс, там появилась заметная толпа учеников, постоянно переводящих взгляд между мной и Шинономэ. Я не мог не испустить тихий вздох. Икехара чёртов идиот. Это распространилось гораздо быстрее, чем я ожидал. Шинономэ в одиночестве прошла к месту. Что же до меня, я нацепил улыбку и посмотрел на неё краем глаза. Увидев это, несколько одноклассников уставились на меня с усмешками в их глазах. «Что за кучка сплетников», — безмолвно выругался я и ещё раз вздохнул. Если бы только мы были настоящей парой, тогда я не возражал бы против сплетен. Но, очевидно, это не то, что я могу произнести вслух. Мы с Шинономэ не особо взаимодействовали во время уроков. ***** Когда я пришёл домой сегодня, то был встречен Аруми в фартуке. — Ты вернулся, Эита. Хочешь поужинать или принять ванну? Моим ответом на очень подходящий для жены вопрос от Аруми было следующее. — Поспать. После этого я прошёл прямо в свою комнату. Аруми наблюдала за тем, как я уходил с ошеломлённым и изумлённым выражением. Не удосужившись снять форму, я упал прямо на кровать. — Хэй… Как раз когда я вздохнул с раздражением, раздался стук в дверь. — Что? Моё тело осталось неподвижным, мой голос был единственной реакцией. По другую сторону двери раздавался голос Аруми. — Эита… что-то случилось? Ты в порядке? Я собирался ответить обычным «ничего», но невольно… — Можно сказать, что что-то случилось или можно сказать, что ничего не случилось. Очень честный ответ. Но это правда. Мы с Шинономэ втянуты в слухи, но ни одно из содержаний не истинно. Следовательно, можно сказать, что вещи раскачиваются в обоих направлениях. Это невероятно хлопотно. — Хочешь поговорить со мной? Голос Аруми прозвучал действительно удручённо. — Эм… Обсуждение этого с ней не привнесёт в ситуацию никаких изменений. Проблема заключается во мне и Шинономэ, и я сомневаюсь, что мнения третьей стороны будут весьма полезными для моего рассмотрения. — Эита, я ненадёжна? Голос по ту сторону двери был близок к плачу. Вот всегда Аруми такая. Она всегда думает обо мне как о холодном и одиноком человеке, не слишком думающем об этом мире, она понятия не имеет о боли, что я испытываю внутри. — Это не так. Ответил я. — Это не твоя вина. Это нечто совершенно иное. Возможно я парень, которому суждено бродить вокруг да около, когда дело касается девушек. У них может не быть намерения ставить меня в такую ситуацию, но, тем не менее, я буду тупо крутиться вокруг да около сам по себе. — Что ж, ладно… Не стесняйся обсуждать со мной всё то, чем как ты думаешь, можешь поделиться, хорошо? — М-м-м. Удивительно, я совершенно не был раздражён, когда услышал сказанное Аруми. Несмотря на мои неудачи по сдерживанию своих чувств раздражения по отношению к Аруми в прошлом, сейчас я способен спокойно выслушивать её и отвечать в невозмутимой манере. — Спасибо. Я произнёс это естественно. — Я позову тебя, когда ужин будет готов. Голос Аруми был заметно более весёлым. Убедившись в том, что Аруми находится на значительном расстоянии, я сел и вытащил мобильник из своего кармана. Свисающей с телефона была странная обезьяна с её приводящей в бешенство улыбкой. Так это ты та, кто портит мне жизнь. Вообще-то нет, это должно быть твой хозяин. Я начал набирать текстовое сообщение, при этом представляя себе, как Шинономэ дразнит обезьяну в качестве её тренера. «Когда планируешь посетить мой дом, Шинономэ?» После отправки смс-ки, я вернулся к перекатыванию в постели. Ладно, я тоже обезьяна. Шинономэ хозяйка, в то время как я усердно работающая на неё как обезьянка. Так как хозяйка упомянула, что она хотела бы посетить мой дом, я должен принять необходимые меры. Это может вызвать новую волну слухов, но то, что должно быть сделано, должно быть сделано. Моя хозяйка ответила сразу же. «Как насчёт… следующих выходных?» «Хорошо. Следующая суббота». Мгновенно ответил я и отложил мобильный в сторону. Как раз когда я размышлял над тем, что делать дальше, Аруми сообщила мне, что ужин был готов. Я поднялся и проследовал в столовую. В ней Кёске читал газету с беспечным выражением на лице, как обычно. Жуя капустный ролл, я обратился к Кёске. — Эм, можно мне пригласить друга в гости в следующую субботу? Услышав это, Кёске закрыл газету с хлопком и удивлённо посмотрел на меня. — Друга? Его выражение отчётливо говорило «так у тебя есть друзья?». Не могу винить его, так как никогда не приглашал друзей в гости. — М-м-м… Взгляд Аруми сразу же сосредоточился на мне, жующем капустный ролл. — Девочка? Твой друг девочка? Я не особо мог понять причину её радости, но у меня не было причин лгать ей. Так что я кивнул, пережёвывая еду у себя во рту. — Ого! Так это правда! Тогда я должна приготовить пир по этому поводу! Если честно, то я был немного раздражён этим. Оставь я её в покое, когда она в таком приподнятом настроении, то она может в самом деле приготовить сэкихан (1) в тот день. — Не нужно. Подойдёт и просто обычная еда. — Подружка? Она твоя подружка? Опять этот вопрос. Сложный для ответа вопрос. Я не очень-то хотел отвечать. — Эм… Я хрустнул шеей. По какой-то причине Аруми несколько раз кивнула, восклицая. — Не волнуйся! Я понимаю! Так вот как оно! Между вами есть неловкая дистанция! Просто предоставь это мне! Сестренка приложит все усилия в помощи тебе! — Нет-нет-нет, тебе просто нужно относиться к ней по-нормальному! Мы ещё не на той стадии! — Ну вот опять ты так. Зачем же ей ещё приходить, если это не так? — Эм… Моя голова в беспорядке от попыток объяснить ей всё. С моей стороны странно внезапно приглашать её к себе домой безо всякого объяснения. Мы говорим о выходных, днях, когда и Кёске, и Аруми будут рядом. Вещи станут неоднозначными, если мне придётся объяснять всё в тот самый день, когда они встретятся. — В любом случае, тебе просто нужно обращаться с ней, как с обычной гостьей. Нет, серьёзно. Полностью выкладываться нет необходимости. Плечи Аруми преувеличенно опустились, когда она услышала мою просьбу. Тем не менее, она восстановила настроение так же быстро и несколько раз переведя взгляд с меня на Кёске, спросила. — Будет ли лучше, если мы оставим вас двоих наедине? Как насчёт того, чтобы мы с Кёске ушли из дома? — Нет, лучше, чтобы вы двое были рядом… Тем, чего, вероятно, хотела Шинономэ было «посетить дом друга», что означает, что должно быть лучше, если члены семьи рядом. Наверно. Услышав мои слова, Аруми издала «У-ух» и пробормотала. — Горько-сладкие чувства любви… Как приятно… Она, что рехнулась? Кёске выглядел незаинтересованным и направил своё внимание обратно на газеты. Честно говоря, я не слишком в восторге от идеи Шинономэ использующей мой дом в качестве ориентира, когда Арумин и Кёске находятся рядом. Более того, моих родителей здесь нет. Тогда я осознал, что никогда не рассказывал Шинономэ о своих семейных обстоятельствах. В любом случае, будет лучше проинформировать её заранее. Думая об этом, я засунул к себе в рот последний капустный ролл. ***** Среда следующей недели. После того как закончились наши смены за стойками, мы с Шинономэ направились в кафе. Шинономэ не открыла свою книгу, даже после того как села. Наверное, это из-за того, что я заранее предупредил её о том, что хочу кое-что сказать. Она смотрела на меня в ожидании, очень похоже на то, как смотрел бы щенок. Мы заказали кофе. До того, как нам принесли его, не было произнесено ни слова. Шинономэ молчала. Когда подошла официантка и поставила на стол чашки с кофе, я наконец заговорил. — Это насчёт моей семьи. Когда услышала это, Шинономэ несколько раз моргнула. Она, наверное, не ожидала от меня такого. — Ну, ты придёшь в субботу, так ведь? — Ах… М-м-м. — Так что я подумал, что должен проинформировать тебя заранее. Мои родители не рядом. Я волновался, что она поймёт это неправильно и подумает, что мои родители мертвы, так что я объяснил, как моего отца отправили в Америку из-за его работы, а мама последовала за ним. — Так, дома больше никого нет? Выслушав моё объяснение, спросила Шинономэ с наклонённой головой. Я громко ответил следующим. — Мой старший брат дома! Мы не будем одни в доме! Должно быть для Шинономэ это было бы волнительно, если бы она пришла и осознала, что я единственный человек в доме. И это также относится и ко мне. Я никогда не сталкивался с такой ситуацией, поэтому я не знал бы что делать. Затем я вспомнил ещё о кое чём и продолжил. — О, верно. Ещё есть девушка моего брата. Шинономэ наклонила свою голову в другую сторону. Несмотря на отсутствие слов, из её действий я мог видеть, что она спрашивала меня, зачем я поднял этот вопрос. Поэтому мне пришлось объяснить ей частые визиты Аруми в мой дом. Она кивала в ответ, пока слушала меня. Когда я закончил, Шинономэ, наконец, мягко произнесла. — Это так мило. — Серьёзно? — Я чувствую, что могу написать историю только по этим словам. Это ощущается по-странному реально, если это говорит Шинономэ, как автор. Если я расскажу ей о своих чувствах к Аруми, разве это не позволит написать ей меланхоличную историю? Но я абсолютно не планирую делать это. Было бы проблематично, если бы её внимание было обращено на это. Кроме того, это что-то из прошлого, так что я не уверен стоит ли мне всё равно рассказывать ей. — Это вообще не интересно. Прямо заявил я. Услышав это, Шинономэ оказалась подавлена. Почему-то, я снова веду себя холодно по отношению к ней. С тех пор, как мы съездили в парк развлечений, по каким-то неизвестным мне причинам, моё сердце немного колется, всякий раз, когда я общаюсь с Шинономэ. — Прости. Шинономэ достала мобильный телефон из её сумочки. Тот неистово вибрировал в беззвучном режиме. — Могу ли я ответить на звонок? Я молча кивнул. Шинономэ извинительно повернула голову в сторону и прижала телефон к уху. Периодически Шинономэ упоминала слово «черновик» и я мог с лёгкостью сказать, что она говорила с редактором, просто по её отношению. Каждый раз, когда она говорила, подвеска на её телефоне покачивалась, как если бы ей было скучно. Похоже, в ближайшее время разговор не закончится. От скуки я достал свой телефон, чтобы посмотреть на него. С него свисала точно такая же подвеска. «Это довольно снобистское выражение», — подумал я. Я действительно не могу понять того, как кто-то может находить эту штуку милой. Когда я посмотрел наверх, то понял, что Шинономэ уже завершила звонок. Она смотрела на меня. Когда увидела подвеску на моём телефоне, улыбнулась и произнесла. — Я думала, ты уже снял её. — Она красиво висит здесь… Ты дала её мне, в конце концов. Оттенок беспомощности в моём голосе был ясен как день. Наверно, Шинономэ заметила мои чувства, потому что подавленно подталкивала пальцем брелок на своём мобильном. На самом деле было такое ощущение, будто она дразнила обезьянку. Я не смог удержаться и ещё раз представил себя обезьянкой. Шинономэ просто играется мной в своих ладонях? Хоть она и сказала, что всё было необходимо для её исследования, могло ли это быть ложью? Возможно всё это было ради того, чтобы смотреть как я смущаюсь для её собственного развлечения? Между мной и Шинономэ повисла долгая, неловкая тишина. Шинономэ убрала мобильник в сумку, после чего добавила в свой кофе немного сахара. — Ах! Внезапно воскликнул я. Шинономэ, которая ложечкой помешивала её кофе, застыла в шоке. — Да? Спросила Шинономэ, опустив голову и поглядывая на меня. Моё восклицание было вызвано тем, что я вспомнил инцидент с участием Икехары пару дней назад. Хотя я не был уверен в том, должен ли рассказывать ей об этом. — Что-то не так? Встревожено спросила Шинономэ. Ответ «Ничего» заставит это выглядеть так, будто я скрываю от неё вещи, что может привести к тому, что она будет волноваться ещё сильнее. — Ничего… Когда ты была на больничном, я упоминал тебе о том как Икехара подменял тебя, верно? — М-м-м. — Именно тогда Икехара заметил, что у нас одинаковые брелоки…мзатем, ну, слухи о нас начали распространяться на следующий же день. — Слухи? Выражение лица Шинономэ говорило мне, что она действительно понятия не имела о том, про что я говорил. — Слухи о том, как я и ты встречаемся… Сожаление, которое я испытал было мгновенным. Я не должен был говорить это. Я знал то, насколько плохо это будет для моего ментального здоровья, вне зависимости от ответа Шинономэ. Глаза Шинономэ плавали — я не мог увидеть мысли у неё в голове. Наконец, она посмотрела на меня с наклонённой головой и спросила. — Тебя… это беспокоит? — А? Чего? — Ты встревожен такими слухами? Интересно существует ли кто-то достаточно смелый, чтобы ответить «нет», услышав такой вопрос. — А, нет. Я не особо возражаю… — Правда? Слава богу… — А что насчёт тебя? Разговор должен был закончиться на мне, но я решил задать собственный вопрос. Глаза Шинономэ тут же расширились от удивления. — Э… Нет, я… не возражаю… Сразу после этого она опустила голову. Я не понял, что это означало. Что она имела в виду под «не возражаю»? Неужели это из-за того, что она не могла не беспокоиться об безосновательных слухах? Или это не имеет значения, поскольку человек — я? Я мог бы искренне извиниться словами «Правда? Извини за это», если бы она ответила «Я нахожу это проблематичным». Если бы разговор продолжился, я бы подвергся психологическому урону, так что вместо этого я сменил тему разговора. — Кстати говоря, ты уже начала работать над длинной историей? — Не над настоящим романом… но начинаю над кратким обзором… — «Кратким обзором»? — Это что-то вроде сути, если хочешь. Сначала, я должна буду показать его редактору. Затем перед тем, как наконец-таки начать работать над настоящей историей, происходит доработка. Однако для коротких историй характерно начинать работу без краткого обзора. — Вот как… Наш разговор не продолжился так, как планировалось, так как говорить было не о чем, если она ещё даже не начала работать над ним. Есть краткий обзор, в который я мог бы вникнуть, но честно говоря, у меня не было подозрений о профессиональном мире. Я не был уверен, что смогу поддерживать разговор. Я поднял голову, чтобы взглянуть на висящие на стене часы. Прошло всего лишь тридцать минут — обычно мы продержались бы здесь час. — Почти пора. Намекнул я. Шинономэ слабо кивнула и поднялась. Мы заплатили за наши напитки и вместе дошли до станции, как обычно. Между нами не было произнесено ни слова. На станции, когда мы собирались пойти своими путями, Шинономэ кратко развернулась, чтобы посмотреть на меня. Казалось, что она хотела что-то сказать, но вместо этого покачала своей головой. — Извини… Ничего особенного. Увидимся завтра. — Ладно. Я поднял руку и отвернулся от неё. Пока я поднимался по лестнице, что вела к платформе, я видел стоящую на противоположной стороне Шинономэ. Она читала, не зная, что я был на противоположной платформе. Когда я ступил на платформу, прибыл поезд, идущий в обратном направлении и стал преградой между мной и Шинономэ. Когда он покинул станцию, Шинономэ так же нигде не было видно. Меня ударило чувство одиночества. [[image:/storage/reader-images/61561f9c2d18f917f3f439e0587c2bdd152b939e.png]] Наконец-то, прибыл мой поезд. Когда поезд грохотал по своему пути, я прислонился к окну, стоя. Разглядывая пейзажи за окнами, я более или менее приходил к соглашению со своими чувствами. Например, как я странно раздражался, когда был вместе с Шинономэ или то, как я в последнее время спокойно вёл себя рядом с Аруми. Я мог вроде как понять о чём всё это было, но часть меня не желала принимать этого. Меня сдерживала целая куча проблем: лёгкое смущение, то как неприятно это ощущалось, а также эта моя странная гордость. Я не совсем уверен в том, что то, что я говорю уместно, но это позорит — честно говоря, но я в той точке, где вынужден признать это. Я на самом деле влюблён в Шинономэ. 1. Сэкихан — традиционное японское блюдо, являющееся красным рисом-моти с бобами и подающееся по особым праздникам в течение всего года. ---------- Том 1 Глава 7 «Каждый день для Ромимэриганы был унылым. Очень унылым. Кроме того, Ромимэригана осознала, что её единственная поддержка, Исон, привёз её туда только под предлогом “исследования”. Он не показывал никаких следов любви или привязанности к ней. В его стремлении удовлетворить собственное любопытство, Исон задавал ей всевозможные вопросы и проводил детальные проверки её тела. Несмотря на её разочарование, Ромимэригана никогда не думала о том, чтобы покинуть Исона. “Всё в порядке”, — думала она про себя. До тех пор пока она могла “удовлетворить” Исона — даже если там не было ни любви, ни страсти — в нахождении рядом был смысл. Следовательно, она могла устоять, даже если другие люди осыпали её любопытствующими взглядами или презрительным смехом. Хоть она и была взаперти в маленьком домике, для неё он был миром». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Настала суббота. Аруми, которая осталась вчера с ночёвкой, начала своё утро с уборки дома и готовки. И не только этого, когда я полусонный и в пижаме пришёл в гостиную, из-за шума… — Эита! Как долго ты планируешь оставаться в этих вещах?! Так не пойдёт! Ты должен одеться получше! В итоге она меня отчитала. Шинономэ придёт днём, так что времени всё ещё предостаточно. Тем не менее, Аруми отвергла все мои протесты и затолкала меня в ванную комнату. — Помойся! Что насчёт твоей одежды? Ты выбрал, что наденешь? Всё в порядке? Мне пришлось передать это Аруми. — Обычные вещи должны подойти, Аруми. Это не особый случай. Хоть я и сказал это, Аруми всё равно упрямо отвергла моё мнение. — Конечно, особенный! Эита приводит домой его подружку! Интересно, какая она девушка? Сестренка становится взволнованной! Я глубоко вздохнул. Я изо всех сил старался отрицать это, но Аруми вбила себе в голову, что Шинономэ являлась моей девушкой. У меня не было возможности опровергнуть их. По крайней мере, я должен напомнить ей о том, чтобы она не приставала к Шинономэ слишком много. Однако всё будет напрасно, если она для начала не успокоится. Аруми удовлетворённо кивнула, когда увидела, что я умываюсь. Затем её прицел развернулся к Кёске. Она прокричала в сторону второго этажа. — Кёске! Тебе тоже уже пора бы просыпаться! Она вообще не расслабилась. Только в этот раз, я не чувствовал по отношению к Кёске ничего кроме жалости — как кому-то, кто обычно спит до обеда, оказаться разбуженным ради чего-то такого должно быть глупо. Аруми была на кухне, занятая готовкой, когда я вернулся в гостиную со сменной одеждой. Чисто из любопытства я бросил туда короткий взгляд и сразу же понял, что она готовила тушёное мясо. В сравнении с её обычными блюдами, огромная разница в запахе и цветах этого тушёного мяса, подсказывала, что, вероятно, она начала делать его ещё вчера. — Я тушила его восемь часов, начиная со вчерашнего дня. Счастливо произнесла Аруми. Приглядевшись, я смог увидеть тёмные круги под её глазами. Это действительно выглядело так, будто она готовила тушёное мясо всю ночь, без сна. Я не смог не пожать плечами в раздражении от того, насколько это было безумным. — Ах, она не против мяса? Внезапно, взволнованно поинтересовалась Аруми. — Никаких проблем, она не… Именно тогда я осознал, что ни разу не обедал и не ужинал с Шинономэ. Фильм был во второй половине дня, и мы разошлись перед ужином. Мы ели вместе, когда были в парке развлечений, но то были просто сэндвичи без мяса внутри. Вероятность того, что Шинономэ не нравится мясо, не равняется нулю, но теперь уже слишком поздно переживать о таких вещах. — О, точно, когда ты планируешь подавать его? Прежде чем я понял это, настала моя очередь задавать вопросы Аруми. Аруми ответила с озадаченным выражением на лице. — Э? На ужин. Почему спрашиваешь? Шинономэ придёт днём. Тем не менее, до ужина пройдёт не менее четырёх часов и это очень оптимистичная оценка. — Мы ужинаем вместе? — Почему непреклонное выражение? Не имея дома абсолютно ничего, как я должен провести четыре часа с Шинономэ? Должны ли мы убить время картами? Кёске, Аруми, Шинономэ и я играющие в игру Семи? Я бы предпочёл не думать о таком. Моим оригинальным планом было поговорить с ней о мелочах в течение часика или двух, прежде чем отправить её домой, но Аруми, наверное, помешает мне сделать так. Предполагая, что Шинономэ в любом случае согласится на это. — Нет, ничего особенного. Честно говоря, просто думать о том, что произойдёт достаточно удручающе. Когда я сел на диван в гостиной, собираясь включить телевизор, Аруми переключила её внимание на ситуацию на втором этаже. — Прости, что беспокою тебя, Эита, но разбуди, пожалуйста, Кёске. Я уже ходила к нему в комнату, но он просто отказался просыпаться. Еженедельная рутина Кёске включает в себя то, что он читает всю ночь напролёт вплоть до утра в течение выходных, так что сейчас возможно, что он проспал лишь три или четыре часа. Будить его просто жестоко. — Он проснётся довольно скоро, я думаю? Не важно, если он продолжит спать… Очень хорошо зная, как трудно иметь дело с Кёске, когда он просыпается, я придумал отговорку в своей попытке тактично избежать задачи, но у Аруми был другой план на уме. — Так не пойдёт! Кёске будет в прострации целых два часа после того как проснётся! Если он не будет вести себя должным образом, то это будет грубо по отношению к твоей девушке! — А? — Мы с Кёске твои действующие опекуны, так как твоих родителей нет рядом! Мы должны будем представить себя должным образом! Теперь, пошёл! Кажется, для обсуждения больше не осталось места. Я неохотно встал и пошёл на второй этаж. Когда я постучался в дверь, ответа из комнаты не последовало. Когда я осторожно открыл дверь, всё было, как я и ожидал — Кёске лежал в постели, закутавшись в одеяло. — Аруми закатит истерику, так что вставай уже. Я потряс его тело в попытке разбудить, но Кёске не демонстрировал признаков пробуждения. Это создаёт большое давление на меня — Аруми будет ворчать на меня, если я вернусь в гостиную, ничего не сделав. Не имея на руках другого выбора, я решил поубивать время в комнате Кёске до тех пор, пока он не проснётся. Чтобы убить время, я начал рыться в куче книг и в ней оказался журнал «Йотака», который подписала Шинономэ. Поверх него были сложены более свежие журналы. Пока я аккуратно просматривал лежащие внизу книги, при этом стараясь не уронить стопку, я нашёл несколько копий «Йотаки», которые были от более ранних дат, чем тот, который я ранее одалживал. Я начал просматривать обложки, мои глаза сфокусированы исключительно на названиях и содержаниях. Меня интересовали только те, в которых были работы Шинономэ. После недолгого выбора, я потащил стопку журналов к компьютерному столу Кёске, сел на стул и принялся читать самый старый выпуск. В журнале присутствовала дебютная работа Шинономэ «Несчастные глаза Сани Яка». Очередная история, которую я не сумел понять. Как и другие истории, написанные Шинономэ, действия этой не происходили в современном мире. Это классифицируется как научная фантастика или как фэнтези? Рассказ не был классифицирован так как был опубликован в литературном журнале, но для меня, он ощущается далёким от обоих жанров. В следующем рассказе и следующим за ним всё было одинаково. Все истории происходили в вымышленных мирах. Ни один из них не был футуристическим миром, а также в них не было упоминания таких терминов, как «Япония» или «Америка». Читая их, я начал вспоминать то, что сказала Шинономэ. Для написания длинной истории человеку требуются необходимые знания или опыт. Хорошо зная о том, какие у неё были слабости, она писала про вымышленные миры. Другая схожесть её работ заключалась в том, что в них не было романтических элементов. Даже когда в них были мужской и женский персонажи, между ними не расцветало любви. Все персонажи механически выполняли свои роли — по крайней мере, таким это казалось мне. Однако, поскольку её истории не основывались на том мире, в котором живём мы, кто-то, наверное, мог бы интерпретировать это как: «наверное, это такая атмосфера, которую она пытается изобразить». С такой интерпретацией на уме, истории Шинономэ могли быть «довольно приличными» в таком отношении. Однако, как тот, кто едва читает, не мне судить. Как раз когда я закончил читать журналы, которые собрал (или точнее, рассказы Шинономэ в них), тело Кёске пошевелилось на фоне его ритмичного дыхания. Со всё ещё висящим на его теле одеялом, Кёске, кажется, проигнорировал моё присутствие, подняв свои очки с компьютерного стола, прежде чем неуклюже надеть их. Затем он наконец-таки развернулся, чтобы посмотреть на меня. — Что ты делаешь? Я закрыл журнал. — Аруми попросила меня разбудить тебя, но ты так и не проснулся, поэтому я остался здесь и ждал. Она бы снова погнала меня сюда наверх, вернись я в гостиную один. — Верно. Кёске пальцами зачесал свои взлохмаченные волосы наверх и поднялся с постели с раздражённым взглядом на лице. Когда он увидел журнал, который я читал, он ничего не сказал и вышел из своей комнаты, наверное, чтобы умыться или что-то вроде того. Чувствуя облегчение за своё наконец-таки выполненное задание, я положил журналы обратно на кучу и покинул его комнату. В моей комнате, на мобильном телефоне было сообщение от Шинономэ. «Доброе утро. Можно ли прийти в два часа дня? Я действительно не побеспокою твою семью?» «Нет, никаких проблем. Напиши мне, когда сядешь в поезд, ладно? Я заберу тебя со станции». «Поняла. Давай оставаться на связи». Я назвал ей ближайшую к дому станцию. Там не будет никаких трудностей с пересадками и это также минимизирует шанс того, что она потеряется. Тем не менее, я держал телефон в кармане своих штанов, даже когда пришёл в гостиную, на случай, если ей понадобится связаться со мной в экстренной ситуации. Кёске читал газету с сигаретой во рту, его взлохмаченные волосы всё ещё не тронуты. Ранее Аруми настаивала на том, чтобы я переоделся, но когда дело дошло до Кёске, она промолчала, готовя вместо этого завтрак на кухне. Возможно она по опыту знала, что ожидать чего-то от Кёске, когда тот только что проснулся, бесполезно. Наверно, она оставит его в покое примерно на два часа. «Единственное, что осталось перед тем, как связаться с Шинономэ и дожидаться её на станции — это быстрый завтрак», — думая о таких вещах, я вдруг заметил… — Ах. Кёске бросил на меня короткий взгляд, но ничего не сказал и вернулся к своей газете. Возможно это было из-за того, что его мозг ещё не работал на полную мощность. К счастью он не спросил меня о том, для чего это было. Когда я вставал, Аруми спросила из кухни. — Куда ты собрался, Эита? Завтрак готов. — Я скоро вернусь. Мне нужно позвонить. После этих слов, я прошёл в свою комнату и вытащил свой телефон. Нашёл в списке контактов номер Шинономэ и нажал кнопку вызова. Голос Шинономэ раздался примерно через три гудка. — Алло? — Ах, извини за внезапный звонок. Мне бы хотелось с тобой поговорить. — На предмет? — Ты придёшь ко мне домой сегодня, правильно? В силу разных причин, ситуация каким-то образом превратилась в то, что моя девушка посещает мой дом… От Шинономэ не последовало ответа, когда она услышала это предложение. Только тишина. — Наши отношения довольно сложны, так что они могут не понять всего, даже услышав наше объяснение. Поэтому, я был бы очень признателен, если бы ты смогла пойти на сотрудничество со мной и представиться моей девушкой. Шинономэ по-прежнему молчала. Учитывая то, как рано было, возможно, она ещё не полностью проснулась? Такое впечатление, что Шинономэ та, кто страдает от низкого давления, так что она может быть очень схожа с Кёске, когда дело доходит до утра. Он вряд ли отреагирует на разговор. — Девушка моего брата немного… понимаешь. В конечном итоге она может бесконечно донимать тебя, так что можешь, пожалуйста, терпеть её? Я сделаю всё возможное, чтобы спасти тебя в такой ситуации. Наконец, Шинономэ ответила тонким голосом. — М-м-м, поняла. Её голос был монотонным, как обычно — возможно, она только проснулась. Если это так, мне следует положить трубку, так как я закончил со всем, что хотел сказать… — Тогда, до встречи… Как раз, когда я собрался отключить звонок, я направил Шинономэ внезапный вопрос. — О, точно, Шинономэ. Ты ешь тушёное мясо? — Тушёное мясо? — Ага. Девушка моего брата всю ночь не спала, готовя его для нашего ужина. Так что, если тебя это устраивает… и если время позволит, почему бы тебе не присоединиться к нам на ужин? — Ну… М-м-м, я не против. Спасибо. — Не, я ничего не сделал. — Что ж, до встречи. — М-м-м. Когда раздался звук разъединённого соединения, я испустил огромный вздох облегчения, как если бы только что закончил какую-нибудь серьёзную работу. Боже, для меня это немалый стресс. Корень всех моих проблем заключается в том факте, что они не понимают наши отношения. Для меня было бы проще, будь она моей девушкой на самом деле. Когда мысль пришла мне в голову, было чувство разочарования. Хотя я хотел, чтобы это случилось, этого никогда не случится. По другую сторону двери была «немного… понимаете» зовущая меня Аруми. Похоже, завтрак был готов. Я ещё раз вздохнул и вышел из своей комнаты. ***** Время отсчитывалось с тех пор, как с завтраком было покончено. Кёске поступил равно так, как и предполагала Аруми: спустя два часа после пробуждения он, наконец-таки, причесался и переоделся так, чтобы показать себя в «презентабельном» виде. Что же до Арумин, она как всегда оставалась занятой, в один момент протирая пол и в другой проверяя состояние тушёного мяса. И только, когда она со всем покончила, то спокойно села на диван, чтобы посмотреть телевизор. — Давайте пообедаем простенько, хорошо? Я бы предпочла, если бы мы смогли поужинать пораньше. Мы согласились с предложением Аруми и пообедали удоном. После этого, когда я собирался поискать, что ещё поделать, пришла смс-ка от Шинономэ. «Я сейчас в поезде. Я должна приехать туда примерно через полчаса». Я встал, прочитав её сообщение. Аруми тут же повернула голову. — Ах! Она уже едет? Ты заберёшь её? — Ах… Эм, ага. — Поняла! Я приготовлю чай! С этим, Аруми снова сделала себя занятой. Что же до Кёске, он продолжил читать. Солнце ярко светило, температура была достаточно высокой, чтобы меня пробило на пот. Я оставался в тени насколько мог, пока шёл к станции. На то, чтобы добраться до станции уходит максимум минут пятнадцать, даже если идти прогулочным шагом, так что это должно закончиться тем, что я прожду её некоторое время. Придя на станцию, я прислонился к столбу у турникетов. Поезд с направления Шинономэ прибыл в тот же самый момент. Заглядывая за турникеты, я сканировал сходящих с поезда пассажиров, но не мог увидеть среди них Шинономэ. Судя по времени, поезд Шинономэ должен быть следующим, так что я продолжил витать в облаках. Спустя десять минут, прибыл другой поезд. Однако Шинономэ по-прежнему нигде не было видно. Озадаченный, я проверил время на своём телефоне. Прошло ровно тридцать минут с её сообщения, в то время как следующий поезд будет здесь через десять минут. Шинономэ никогда не опаздывала. На самом деле, она всегда приходила раньше. Я немного волновался. Могло ли с ней что-то случиться? И тогда… — Она уже вернулась домой… Шёпот. Она в самом деле передумала? Её взбесило то, что я сказал сегодня утром? Могла ли она кинуть меня по такой причине? Я не мог не думать о таких вещах. Если это так, нормой должно быть связывание с другим человеком. Однако мы здесь о Шинономэ говорим. Я вроде как мог понять, какой бы курс действий она не выбрала. «Ты ещё не приехала?» Я планировал отправить эту смс-ку, но отказался от затеи. Неприглядно, так давить на неё. Она писала «примерно через полчаса», не в течение получаса и не точно через полчаса. А значит, есть какой-то запас времени — ну, как правило. Надеюсь. Я не хотел раздражать её, теряя терпение и строча ей. Честно говоря, я не хочу, чтобы Шинономэ разлюбила меня. Сомневаюсь, что она вообще любит меня, так что тем больше причин не попадать в её чёрные списки. Моим единственным вариантом было ждать Шинономэ на станции, подобно преданному псу. Пока я думал о таких вещах, на противоположную платформу прибыл поезд. Я никогда не обращал на неё особого внимания, так как не ожидал, что Шинономэ выйдет с того направления. Но я ошибался, Шинономэ была одной из многих пассажиров, что сходили с поезда. Она была в хвосте толпы, когда вышла, но совершенно неожиданно, она спешно пошла вперёд и вышла через турникеты, я был честно удивлён. — Я ожидал, что ты сядешь на поезд с противоположного направления. Отметил я, когда Шинономэ подошла ко мне. Она развернулась, чтобы посмотреть на платформу прежде чем сконфуженно опустить голову. — Я пропустила остановку, так как читала… — А, ясно. — Прости за опоздание. — Нет, всё в порядке. Я не слишком долго ждал. Таким был мой ответ, чтобы не дать ей понять, как мне было неловко от того, что она опоздала. Мы вдвоём начали идти домой. Даже при том, что я решил оставаться в тени насколько мог, из-за жары с моего виска всё равно скатывался пот, который я смахивал рукой. Обеспокоенный запахом пота, я решил держаться на расстоянии от Шинономэ. С другой стороны, Шинономэ шла невыразительно. Несмотря на то, что на ней был надет кардиган (тот, который она обычно надевает), в то время как на мне была надета простая футболка, на её теле не было и капли пота. — Ты не потеешь? Если подумать, то я редко вижу, чтобы Шинономэ потела, потому я задал вопрос, пока мы шли. — Э?.. С чего вдруг такой вопрос? — Я не помню, чтобы видел тебя потеющей. Сегодня довольно-таки жарко, не так ли? — Не то, чтобы я не потела… Сказав это, Шинономэ легонько наклонила голову и неожиданно потянулась к моим рукам. Затем она нежно раскрыла мой сжатый кулак и взяла меня за руку. Я почувствовал незначительную влагу на её ладони. — Видишь? — А, да… Это напомнило мне о том, какой липкой была ладонь Шинономэ, когда мы катались на американских горках в парке развлечений. Наверно, она пытается сказать, что так работает её тело. Когда мы покончили с нашим разговором, Шинономэ нерешительно отпустила мою руку, но я наоборот отозвался крепкой хваткой. Краем глаза я видел, что Шинономэ смотрела на меня. Однако я не посмотрел ей в глаза. Встретиться с ней глазами прямо сейчас было бы невероятно неловко. Шинономэ молча позволила вести её, держась за мою руку. Я также промолчал. Почему-то казалось, что если бы мы заговорили, то я был бы вынужден отпустить её руку. И так мы дошли до моего дома, не произнеся ни слова. Казалось, что увидь Аруми, что мы держимся за руки, то она стала бы дразнить меня, так что я отпустил руку Шинономэ, когда мы были у самой двери. Шинономэ избегала того, чтобы смотреть на меня и заговорила. — Я… немного нервничаю… Со своей рукой на дверной ручке, я повернул голову и сказал. — Расслабься, всё будет нормально. Мой брат почти не разговаривает, хотя его девушка может быть довольно разговорчивой. Я помогу тебе. — М-м-м… Затем я повернулся спиной к заикающейся Шинономэ и повернул ручку. Передо мной мгновенно возникла Аруми, чем немного меня удивила. — Добро пожаловать! Увидев меня, прокричала Аруми. После чего она умело поставила на пол две пары тапочек. Похоже, она готова принять нас в любой момент. Должен отдать ей должное, она увлечена этим гораздо больше, чем я себе представлял. Я развернулся и сказал Шинономэ. — Заходи. Судя по тому, как неуклюже Шинономэ вошла в дом, можно было без труда увидеть то, насколько она нервничала. Аруми мягко кивнула. Она усмехнулась, наблюдая за Шинономэ. «Наверное, Аруми одна из причин, по которым Шинономэ ведёт себя так взволнованно», — подумал я, последовав за Шинономэ. Поэтому я прошептал Аруми на ухо. — Подожди пока там. Аруми оказалась не слишком довольной моей просьбой, но всё равно сделала, как я сказал и прошла в гостиную. Я призвал Шинономэ надеть тапочки, в то же время, надевая свои, но Шинономэ осталась прикованной к земле. Её глаза были зафиксированы изумлённо в направлении Аруми. — Что-то не так? Спросил я. Шинономэ нежно ответила. — Она такая красивая. — Разве? Я наклонил голову, не подтвердив того, что она только что сказала. И только когда я позвал её ещё раз, Шинономэ шагнула в проход. Кёске сидел рядом со столом в гостиной, читая и при этом куря. Когда Аруми попросила его перестать курить, Кёске незаинтересованно потушил сигарету, использовав пепельницу рядом с собой. Никогда не думал, что Кёске будет достаточно благоразумен, чтобы знать, что не стоит курить рядом с несовершеннолетним гостем. Кёске выпустил белый вздох — наверное, для того, чтобы выпустить из лёгких оставшийся дым — взглянув на стоящую за мной Шинономэ. И тогда Кёске слегка прищурил его глаза. Кёске не совсем жестоко выглядящий парень, но каждый раз, когда он прищуривает глаза, это выглядит так, будто он вглядывается в кого-то. Шинономэ испуганная взглядом отступила назад. — Что случилось? Задал я вопрос вместо Шинономэ. Кёске продолжил смотреть на меня… или точнее он смотрел на Шинономэ. — Ты… Я вздрогнул, услышав низкий голос Кёске. «Почему я об этом не подумал», — подумал я. — Нишизоно Юко, не так ли? Спросил Кёске. Как я и думал. Хотя этого следовало ожидать. Кёске — книжный червь, человек, который тщательно прочитывает «Йоткаку» каждый месяц. Разумеется, он видел журнал с фотографией Шинономэ. Не говоря уже о том, что у Кёске превосходная память. — Ах… Вскрикнула Шинономэ. — Э… что-то не так? Что-то случилось? Подготавливающая чай на кухне, Аруми вышла оттуда, почувствовав, что что-то было не так. — Н-ничего. Просто продолжай делать то, что делаешь. Причина, по которой я сказал это, была в том, что всё стало бы ещё запутаннее, если бы Аруми оказалась вовлечена. Аруми несколько раз посмотрела то на Кёске, то на Шинономэ, после чего пробормотала. — Почему ты оставляешь меня в стороне? — Нет, я позже всё тебе расскажу… Шинономэ, пожалуйста, садись. Мне никогда в голову не приходило, что это может произойти, так что мне жаль. В своей попытке по контролю урона, я усадил Шинономэ на место в слегка силовой манере и настоял на том, чтобы Аруми вернулась на кухню. Когда я сел, пришла Аруми с подносом, на котором стояли чашки и чайник. — Что ты предпочитаешь, красный чай или кофе? Шинономэ нервно ответила на вопрос Аруми. — Ах. Кофе… пожалуйста… Пока Аруми подготавливала кофе, я усердно размышлял над тем, как должен объяснить это. В любом случае, секрет уже выдан. У меня нет иного выбора, кроме как раскрыть факт того, что Шинономэ — писательница. Всё же, мне нужно получить одобрение Шинономэ. — Могу я рассказать им, что на самом деле ты писательница? Я наклонился к её уху и прошептал вопрос. Шинономэ твёрдо кивнула. Аруми села за стол, когда закончила подготавливать напитки. Так что я прочистил горло и начал своё объяснение — не забыв также представить им Шинономэ — того, что на самом деле она писательница. ***** Услышав правду, Аруми на самом деле оказалась той, кто была взволнованна, вместо Кёске, несколько раз повторив такие фразы как: «Это невероятно!» и «Ого…». С другой стороны, Кёске, казалось, утратил интерес, как только подтвердил тот факт, что «Шинономэ = Нишизоно Юко». Он не произнёс ни слова. Когда мы покончили с тортиками и кофе, всё то, что должно было быть сделано, было сделано. Каким-то образом, как только наши разговоры прекратились, возникло такое чувство, будто Аруми была готова собрать все сплетни и засыпать Шинономэ вопросами (точнее, о её отношениях со мной). Я подготовил Шинономэ к тому, как Аруми ошибочно считала нас парой, но, честно, я не чувствую, что Шинономэ обладает необходимыми актёрскими навыками для отбивания от атак Аруми. — Тогда… Могу ли я обращаться к тебе, как к «Юко»? Когда Аруми произнесла свою просьбу, это был момент, в который я подумал — «Это началось». — Ах, конечно… Я знал, что их разговор не будет развиваться ни в каком отличном направлении и потому неожиданно встал, и посмотрел в сторону Кёске. — А, точно. Я подумывал показать ей твою комнату. Все зафиксировали взгляды на мне. Что же касается меня, мой взгляд был зафиксирован на Шинономэ. — Мой брат тоже сильно увлекается книгами, так что он очень дорожит своей коллекцией. Я подумал, что для тебя будет интересно посетить его комнату. Тебе нравятся книги, не так ли? — М-м-м-м… Когда я увидел, что Шинономэ неловко кивнула, я повернулся к Кёске. — Так, нам можно зайти в твою комнату, чтобы взглянуть на неё? Обещаю, мы не устроим беспорядок. — Поступайте как хотите… Только не роняйте стопки книг. — Замётано. Раз он дал своё согласие, теперь всё зависит от меня. Я поднял Шинономэ и повёл её по лестнице на второй этаж. Шинономэ выглядела сбитой с толку и потерянной. Когда мы открыли дверь в комнату Кёске, нас встретила смесь из разных запахов. — Комната сильно пахнет дымом. Мой брат заядлый курильщик. Сообщил я Шинономэ, перед тем как пригласить её внутрь. Зайдя в комнату, Шинономэ принялась осматривать логово Кёске. — Ого… Шинономэ издала очень нехарактерный, наполненный эмоциями возглас. — Впечатляет, не так ли? Может так и не выглядит, но это оставшаяся половина того, чем он обладал в том году, от другой половины он избавился. Хотя она едва ли слушала мои объяснения, её взгляд был неотрывно зафиксирован на стопках книг. Вот вам и книжный червь. В её глазах комната Кёске должно быть выглядела как ценный клад — это то немногое, что я знаю, несмотря на не особую любовь к книгам. Когда он ещё был маленьким, Кёске уже раскошеливался большой частью своих карманных денег на книги и даже бывали случаи, когда он просил карманные заранее. Я сам не очень уверен в деталях, но, кажется, Кёске потратил десятки тысяч йен, чтобы через онлайн аукционы заполучить редкие книги. — Ого, здесь есть даже «Эрендира»… Прошептала Шинономэ, поглаживая книгу, которая лежала наверху одной из многочисленных книжных стопок. [[image:/storage/reader-images/c45a60605ea5518020b64c29882a002c4d22f855.png]] — А? Я подошёл к ней, не имея ни малейшего понятия о том, про что она говорила. Шинономэ развернулась и с яркой улыбкой произнесла. — «Эрендира». Это моя самая любимая повесть. Название книги, которую гладила Шинономэ и впрямь читалось, как «Эрендира». Она была написана Маркесом, имя, которое я никогда раньше не слышал. Я понятия не имел о том, известен этот автор или нет. Я мог бы немного поболтать с ней, если бы мы говорили о таких авторах как Акутагава Рюноске или Дазай Осаму (авторах, которые появляются на японских уроках), но я совершенно невежественен, когда дело касается иностранных писателей. Знания, которыми я обладал, ничем не отличались от таковых у обычного человека. — Она интересная? Я терпеть себя не мог за то, что имел в голове только этот вопрос. Шинономэ наклонила голову и ответила. — Такое ощущение, что это гораздо больше, чем просто быть интересной или нет… Она реалистична, несмотря на то, что является вымышленной и она одновременно юмористическая, при том, что угнетающая… Довольно языко-закручивающий ответ, но судя по тому, как она её описала, она должно быть очень любила эту книгу. И всё же, я был неспособен озвучить своё мнение о «чём-то, что нравится Шинономэ». Неожиданно, плотно закрытая дверь открылась. В открывшейся щели показалось лицо Кёске. Он не произнёс ни слова, случайным образом положив книгу в своей руке на одну из находящихся поблизости стопок книг. Затем он коротко посмотрел на Шинономэ. — Так тебе нравится Маркес? Спросил Кёске. Шинономэ наклонила голову и ответила. — Да. — Я чувствую это. Я читал твои работы, в конце концов. Шинономэ покраснела и робко опустила голову, наверное, из-за смущения от того, что кто-то читает её работы. Кёске прошёл к компьютерному столу, чтобы просмотреть некоторые из последних книг, лежащих поверх стопки, вытащил одну из них и направился обратно к двери. — Ах, подожди… Осторожно позвала Кёске Шинономэ, когда тот положил руку на дверную ручку. Кёске лениво повернул голову назад. — Каково ваше мнение… о моих произведениях? Вопрос от Шинономэ прозвучал как гром среди ясного неба. Кёске прищурил глаза и рукой замял волосы наверх. — Они чувствуются довольно сырыми. — Понятно… — Но это не значит, что я их ненавижу. — Б-большое спасибо… Прежде чем выйти за дверь, Кёске ответил поклонившейся Шинономэ «М-м-м». Пока наблюдал за тем, как они разговаривали, было такое ощущение, будто я был единственным, кого оставили в стороне. Для меня было удивительно видеть Шинономэ такой инициативной в получении мнения от других. Но опять же, возможно Шинономэ долгое время жаждала кого-то, с кем она могла бы обсуждать книги или романы. К сожалению, я не тот, кто может сделать это. Шинономэ уже должна знать. Так что я подумал — «Шинономэ уже мог привлечь Кёске». Он намного умнее, спокойнее и зрелее меня и ему также нравятся книги… Кёске обладает многими сильными сторонами, которых мне не хватает. Не будет удивительным, если он привлечёт Шинономэ. — Хочешь уйти? Мягко спросил я, чтобы она не осознала растущее во мне разочарование. — Ах, м-м-м. Шинономэ торопливо следовала за мной, так как я шёл быстро. — Мой брат довольно странный, да? Спросил я с повёрнутой к Шинономэ головой, пока мы спускались по лестнице. Часть меня на самом деле имела в виду то, что я сказал, хотя другая моя часть надеялась на то, что Шинономэ согласится со мной, сказав «Да». — Неужели?.. Ответ Шинономэ прозвучал после минутного колебания. — Лично я считаю, что он исключительный старший брат… Я намертво остановился. Тело Шинономэ врезалось в моё, что заставило меня споткнуться. Я был близок к тому, чтобы упасть с лестницы, но Шинономэ в самый последний момент поймала мою руку. — Что-то случилось? Склонила голову Шинономэ, смотря на меня с повёрнутой к ней головой. — Ничего. Ответив это, я стряхнул её руку и вернулся к спуску по лестнице. Слушая скрипящие звуки ступеней, я подумал про себя — «Я идиот». Ответ на мой преднамеренный вопрос был тем, который я хотел услышать меньше всего. Я был взбешён тем, как вёл себя. — Исключительный… Ну, ты права. Пробормотал я голосом, который не достигнет Шинономэ. Я уже давно знал это. Поставьте меня с Кёске бок о бок, и все выберут Кёске. Отчаяние, которое я испытывал сейчас было в разы хуже того, которое я испытывал с Аруми. Главной причиной должно быть то, что мы говорим о Шинономэ. Шинономэ — одноклассница, девушка, которая на поверхности является моей подружкой, думает, что Кёске «исключительный». Это нечто, что я абсолютно ненавижу и не могу принять. «Возможно, она просто была вежливой», — пытался несколько раз убедить себя я. Я очень хорошо знал, что она не из тех, кто опустит человека, когда его младший брат стоял прямо перед ней. Но я всё равно не желаю слышать это. Когда мы вернулись в гостиную, Аруми сидела в ней в ожидании, так как начала заваливать Шинономэ множеством вопросов, но я не собирался останавливать её. Я был спасён болтливой натурой Аруми. Бывали моменты, когда Шинономэ с беспокойством смотрела на меня, но я изо всех сил старался не произнести ни слова. Всё что я делал, это слушал разговор между Шинономэ и Аруми, и иногда подключающимся к нему Кёске, который курил и читал книгу позади двух девушек. Настало время ужина, так что Аруми подала тушёное мясо, которое начала готовить ещё со вчерашнего дня. Шинономэ улыбнулась и сказала, что мясо было вкусным, но на мой вкус оно было пресным. —иЭита, оно вкусное? Когда я услышал вопрос Аруми, моим ответом стало простое. — М-м-м. У меня ушли почти все мои силы, чтобы сказать это. Серьёзно… Какого чёрта, я делаю? ---------- Том 1 Глава 8 «Однажды, Ромимэригана успешно выбралась из комнаты Исона. Она была осторожна, чтобы не попасться, иначе они вернули бы её в комнату. Она начала исследовать здание. Наконец, она нашла Исона. Не смотря на своё желание побежать к нему, Ромимэригана подавила его и спряталась в углу, чтобы смотреть на него. И тогда, перед Исоном появилась женщина. Ромимэригана не знала имени женщины, она наблюдала за тем, как двое интимно разговаривали. Судя по её счастливым выражениям и женскому очарованию, для любого было очевидно, что она любила Исона. Не только женщина, Исон также выглядел радостным. Ромимэригана могла лишь молча смотреть. В то же время, казалось, что из её тела доносился звук. Это был звук её постепенно разваливающегося на куски мира. Действительно душераздирающий звук». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Начиная с того дня, я и Шинономэ в течение недели почти не разговаривали друг с другом. Может быть это было вызвано приближающимися датами контрольных. Мои оценки не особо образцовые, так что я провалюсь довольно эффектно, если не приложу к учёбе никаких усилий. Если такое случится, мне придётся пересдавать. Мы должны продолжать выполнять наши смены во время контрольных периодов, но мы с Шинономэ и в библиотеке не особо разговаривали. Что касается этих её холодных смс-сок, я решил отвечать на них такими же суровыми ответами. В день, когда контрольные закончились и пока мы были в классе, ко мне подошла Шинономэ и назвала меня по имени — нечто, что она никогда прежде не делала. — Минами. — Ха? — Ты сегодня свободен? Из-за взглядов наших одноклассников, это не совсем то место, где я могу холодно разговаривать с Шинономэ. — М-м-м. После краткого ответа, я поднялся. Увидев, что я встаю, Шинономэ вернулась к своему месту и подняла сумку. Я уже закончил собираться, так что я взял свою сумку и вышел из класса вместе с Шинономэ. Шинономэ была тихой, поэтому я решил тоже не разговаривать. Мы молча шли к станции. Шинономэ остановилась, когда мы дошли до торговой улицы. — Ты свободен… завтра? Завтра пятница, но школа устроит выходной, так как мы закончили сдавать контрольные. И конечно, в том, чтобы мы выполняли свои библиотечные обязанности также нет нужды. — Да, наверно. На краткий миг мне захотелось ответить ей, что я буду занят. Хотя в конечном итоге, я дал ей честный ответ. Думаю, я колеблюсь всякий раз, когда дело доходит до лжи. — Ты заинтересован… во встрече завтра? Шинономэ продолжила довольно нерешительным вопросом. Подобно тому, как ранее она подошла и завела со мной разговор, просящая о чём-то Шинономэ — просто невероятно редкое событие. — Наверно… Я не мог ответить ей честным «Конечно». На самом деле, глубоко внутри я был немного счастлив, что Шинономэ сделала первый шаг. — Тогда… Что касается времени, я сообщу тебе подробности позже. После этого, Шинономэ возобновила шаг. Я сразу же её остановил. — Куда мы пойдём? Ответом Шинономэ стало отведение её глаз от моих. На её наклонённой голове появилась озорная улыбка. — Секрет. Какое-то время мой взгляд был прикован к продолжавшей идти после её ответа Шинономэ. Затем я вернулся в реальность и быстро нагнал её. — Прости, что в последнее время я с тобой не разговаривал. Сообщил я Шинономэ, когда поравнялся с ней. — Так ты действительно… избегаешь меня? — Ага… Немного. — Я сделала что-то… не так? Трудно объяснять ей всё отчётливо. Думаю, она сделала что-то в том смысле, что её действия заставили меня быть беспокойным и неловким. Хотя я её не виню, это просто я со своей стороны завёлся. — Вовсе нет. Прошептал я. И после минутного колебания, добавил. — У меня просто недолго было плохое настроение. — Ясно… Именно тогда Шинономэ остановилась. Судя по доносящемуся из её сумки негромкому рингтону, казалось, что это был входящий вызов. Я напряжённо стоял в стороне, смотря на Шинономэ, пока та разговаривала по телефону. Судя по нескольким знакомым терминам, которые я слабо уловил, звонок должно быть был от её редактора. Было такое чувство, что что-то похожее случалось и раньше. Именно тогда я задался вопросом — как обстояли дела у романов Шинономэ? В последний раз, когда я задал такой вопрос, Шинономэ упомянула, что писала черновик или что-то такое, что, наверное, означает, что должен быть какой-то прогресс, правильно? Когда я решил, что спрошу её об этом после того как она закончит звонок, Шинономэ положила трубку и убрала мобильный в сумку. — Прости, Минами… Похоже, мой редактор поблизости, так что я хочу обсудить с ним несколько вещей. Шинономэ извинилась ещё до того, как я смог заговорить. Не похоже, что я могу преследовать Шинономэ по поводу её романа. — А, понятно… Думаю, тогда здесь и разойдёмся. — М-м-м… Я напишу тебе сегодня вечером о планах на завтра. — Ясно. — Ну, тогда до скорого. Я наблюдал за тем, как Шинономэ изящными шагами шла по торговой улице и зашла в кофейню. «Эй, мы могли бы пройтись вместе», — подумал я. Однако я немедленно остановил себя в тот момент, когда мои ноги были готовы прийти в движение. Если Шинономэ и её редактор сидели рядом с окнами, то это будет означать, что я пройду мимо них прямо у них на глазах. Это было бы крайне неловко, так что я сменил направление и вошёл в небольшой переулок прямо перед торговой улицей. — Какого чёрта я творю? Неосознанно пробормотал я. Всё это было просто тем, что Шинономэ игралась мной. Будь то перепады настроений, что я испытываю или факт того, что я осторожно шёл в каком-то переулке. Я никогда не чувствовал себя так, когда был влюблён в Аруми. Тогда я был слишком наивен, так что всё, что я делал, это танцевал вокруг неё. Я бы никогда не разозлился на неё и не испытал бы никакого смущения. Так что это значит, что я более зрелый, чем раньше, что приводит ко всем этим различным эмоциям, которых я не испытывал раньше. Я был не совсем уверен в том хорошо это или нет. Что именно я должен делать? Если я люблю Шинономэ, если я люблю её, то я должен быть удовлетворён тем, что просто нахожусь рядом с ней вне зависимости от ситуации, а не злиться на неё, верно? Так что мне просто нужно заставить Шинономэ полюбить меня, правильно? Чтобы она радостно посмотрела на меня и произнесла. «Я люблю тебя». Хочу ли я, чтобы она произнесла это? Но если это так, тогда Шинономэ больше не будет Шинономэ. Шинономэ Юко, которую я люблю немного отличается от всех остальных, девушка, чьи мысли я не могу прочесть. Поскольку мы говорим о Шинономэ, означает ли это, что я обречён на то, что Шинономэ будет играться мной с моими смешанными чувствами до скончания веков? Телефон в моём кармане завибрировал. Это была смс-ка от Аруми. «Мы с Кёске отправимся на наш университетский сбор, так что мне жаль, но Эита придётся поужинать одному. В холодильнике лежит немного готовой еды, так что тебе нужно просто подогреть её. Рис должен быть готов к тому времени, когда ты доберёшься до дома». — Хм-м… В таком случае, они, наверное, сегодня не вернуться домой рано. Такие вещи иногда происходят, и они всегда возвращаются домой поздно. Честно говоря, я довольно подозрительно отношусь ко всей этой «собирательной» штуке, но я не в настроении для достижения основания таких вещей. Раньше, когда я получал такие сообщения, то всегда казалось, что я умру от печали. Но сейчас я невероятно спокоен. «Ясно. Повеселитесь». И я даже могу отвечать ей подобными фразами. Это показывает то, как сильно я вырос. Если подумать, то я должен более или менее благодарить Шинономэ за это. Дома, я безучастно смотрел телевизор. Через какое-то время мне наскучили транслируемые передачи, так что я пробрался в комнату Кёске. Смотря на его комнату со всеми беспорядочно лежащими повсюду книгами, я снова подобрал любимую Шинономэ «Эрендиру». Я быстро пролистал страницу, но это было гораздо сложнее, чем я себе представлял. Я чувствовал себя немного виноватым за то, что брал очередную книгу, когда ещё даже не принялся за «Девять историй», которые одолжил у Кёске. Тем не менее, тем, что я хотел прочитать сейчас, был не «сборник коротких историй», а любимая книга Шинономэ. Я лёг на кровать и начал читать первую главу «Эрендиры». Как и предполагал, я не мог понять её. Сродни коротким рассказам написанным Шинономэ, единственной вещью, что появлялась в голове был ряд расплывчатых изображений. И всё же, зная, что это любимый роман Шинономэ, я продолжил читать. Я понятия не имел о том, была ли эта история выдумкой или основана на фактах, но почему-то она была похожа на Шинономэ. Непостижимая девушка, которая немного оторвана от остального мира, кто-то, чьи мысли я никогда не смогу понять. И есть я, который влюбился в Шинономэ. Это ощущается как история, которую можно найти в сборнике коротких историй, не так ли? Хотя она даже близко недостаточно грандиозна для того, чтобы быть вплетённой в роман, но в ней должно быть достаточно для рождения довольно интригующей истории, верно? Я хихикнул про себя, лёжа на кровати. ***** Местом встречи, как сообщила Шинономэ, стала станция, встроенная в огромный торговый комплекс. В большинстве случаев тот, кто приходит раньше — это я, но Шинономэ уже стояла там, ожидая меня, когда я прошёл через турникеты. — Ты очень рано. Причиной того, почему я сказал это, было то, что я пришёл на десять минут раньше назначенного времени. — Сегодня я вышла из дома немного раньше… потому что было кое-что, что я хотела посмотреть. Объясняя, она повернула голову в сторону торгового комплекса. В открывшемся всего год назад мега-комплексе можно найти большое количество книжных магазинов, так что, наверное, она ссылалась на них. Я беспечно ответил «Ага». — Что ж, куда мы направимся сегодня? Я задал вопрос Шинономэ, так как вчера она не упомянула о нашем пункте назначения ни в одном из своих писем. Шинономэ робко подняла глаза и ответила. — Эм… Если ты можешь составить мне компанию, пока я буду ходить по магазинам… — Ходить по магазинам? Конечно. Книги? Тогда я подумал — «Наверное, она хотела купить тонну книг, потому и ищет кого-нибудь, кто поможет ей носить сумки, так как она не сможет нести их все сама». То есть, говоря о «Шинономэ» и «шопинге», как о взаимосвязанных вещах, единственным, что пришло мне на ум стали книги. Однако Шинономэ немного съёжилась, медленно качая головой. — Нет… Я думаю о покупке одежды… — Одеж… ды? Я на секунду нахмурился, пытаясь понять то, что пыталась сказать Шинономэ. Однако вскоре до меня дошло, то, что она имела в виду. — А, так ты имеешь в виду одежду. Ты хочешь купить одежды, ха… неплохо. Даже я считаю этот ответ действительно глупым. — Я не слишком знакома с модой и потому подумала… привлечь тебя для помощи с выбором… — Э? Выбирать тебе одежду… но я тоже совершенно не разбираюсь в моде… Честно говоря, она оказывала на меня большое давление. Но Шинономэ уговаривала меня «Давай же, пошли», так что мы пошли по магазинам. Значит тем, на что Шинономэ ссылалась как на «кое-что, что я хотела посмотреть» была одежда. Это, вероятно означало, что у неё на уме были какие-то планы. Я следовал за Шинономэ, посетив несколько магазинов. Все они продавали женскую одежду, так что естественно все покупатели были девушками. Вокруг была горстка парней, но все они выглядели так, будто находились там для «сопровождения своих девушек». Это заставило меня почувствовать себя не в своей тарелке. — Так, какой магазин ты предпочитаешь? Внезапно задала вопрос Шинономэ, когда мы закончили осматривать несколько магазинов. — Э? Причиной такого моего странного ответа послужило то, что Шинономэ ни разу не спросила моего мнения, пока она осматривала магазины. Не было похоже, чтобы она упоминала что-то вроде «Это выглядит мило» или «Какой лучше». Всё, что делала Шинономэ прежде чем отправиться в следующий магазин — это брала несколько вещей и возвращала их обратно на вешалку. Я думал, что она была не довольна дизайнами, потому ничего не говорил, идя следом за ней. — Хоть ты и спрашиваешь моё мнение… но я не очень уверен, какой магазин лучше. Услышав мой ответ, Шинономэ с обеспокоенным видом наклонила голову. — Эм, как ты купила наряд, который сейчас на тебе? Поинтересовался я у Шинономэ из любопытства. Шинономэ, поёрзав, ответила следующее. — Ну… Журнал запросил фото-сессию… так что я купила его онлайн. — А… Теперь я понял ситуацию. Шинономэ не обладает опытом «покупки одежды в магазине». Либо это, либо она не особо думала об одежде, когда бы ни покупала её. Просто такой она человек. Что же до меня, я не из тех, кто чрезвычайно привередлив к тому, что он носит, так что в каком-то роде я похож на неё. Всё что мне было важно это, чтобы одежда подходила мне, ну и может быть я обращаю некоторое внимание на то, будет ли она прилично смотреться на мне. Бывают моменты, когда я не заморачиваюсь и ищу ассистентов для их мнения. — Окей, я понял. Давай пройдёмся по магазинам ещё раз. Я взял руку колеблющейся Шинономэ и направился прямиком к магазинам, которые мы посетили ранее. Может я и не эксперт, когда дело касается моды, но я должен быть немного лучше Шинономэ, по крайней мере, я знаю, что делать, покупая одежду. — Какая одежда у тебя на уме? Летняя? Мы находились в том времени года, когда магазины переходили на летнюю моду, так что летнюю одежду можно было без труда найти практически везде. Однако Шинономэ покачала головой. — Ну… Меня интересуют более взрослые стили. Это было несколько расплывчато. Сродни Шинономэ, я не эксперт, когда дело доходит до моды. В такие моменты, лучше всего уйти с дороги и привлечь эксперта. — Простите… Наблюдавшая за нами издалека девушка ассистентка подошла к нам с профессиональной улыбкой на лице. Шинономэ осторожно спряталась за моей спиной. — Вам нужна моя помощь? Спросила ассистентка. Я развернулся и показал на Шинономэ позади себя. — Да… Она ищет нечто, что ближе к взрослому стилю. У вас есть какие-нибудь рекомендации? Услышав мой запрос, ассистентка зафиксировала взгляд на Шинономэ. — Посмотрим… Как насчёт набора? — Что думаешь? Шинономэ молчала, единственным её ответом был кивок головы. — Пожалуйста, подождите немного. Я подберу несколько вещей для вас на примерку. Через какое-то время, ассистентка вернулась с несколькими вещами в руках. — Это самые последние стили. Цвета в тёмном спектре, так что они должны смотреться на вас более зрело. Единственным, кто общался с ассистенткой, которая разговаривала с растягиванием слов в конце предложений, был я. От Шинономэ не было ни «М-м-м», ни «Окей». Шинономэ взяла протянутые ей вещи и смущённо сравнила их со своим телом, прежде чем посмотреть на меня с беспомощным выражением. — Я… не совсем уверена, поэтому, пожалуйста, выбери для меня, Минами… «Даже если ты просишь меня, я тоже не совсем уверен насчёт таких вещей», — но я проглотил свои слова, причиной было то, что сейчас она полагалась на меня. Оказаться в такой ситуации не так уж и плохо. — Почему бы тебе не примерить их? — Э? — Примерь! Она ведь может, да? Женщина ассистентка ответила с улыбкой. — Определённо! Примерочная пуста. Ассистентка толкнула сбитую с толку Шинономэ в сторону примерочной. — В любом случае, почему бы тебе пока не попробовать один из наборов? Так мне будет гораздо проще выразить свои мысли. Услышав моё объяснение Шинономэ, наконец, сдалась. — Ладно… Это был ответ, который прозвучал так, будто она была на грани слёз. Шинономэ зашла в примерочную и задёрнула шторку. Перед примерочной стоял стул, заставляя выглядеть его как некое «место ожидания». Нет смысла бродить по магазину, заполненному только женщинами покупательницами, так что я сел на стул. Рядом бок о бок стояли две примерочные. Вторая примерочная не использовалась, поэтому шторка оставалась не задёрнутой. Что же до той шторки, что была закрыта, за ней была Шинономэ и я мог слышать шуршащие звуки одежды, доносящиеся изнутри. Я сделал глубокий вдох. Прямо сейчас Шинономэ переодевается по ту сторону шторки. Я не мог оставаться спокойным, так как моё воображение ушло в разнос, я неосознанно тряс ногой. Посторонний, вероятно, примет меня за парня, который был раздражён тем, что его девушка ходила по магазинам и надеявшегося на то, что всё будет выполнено в мгновение ока, чтобы он мог уйти. Затем раздался ещё один шуршащий звук занавески, за которым последовал звук упавшего на пол предмета одежды. Это была её юбка? Мои мысли опять распустились. Я сделал ещё один глубокий вдох. Чёрт, так не пойдёт. Мой разум медленно дрейфовал в бесконечный мир извращений, несмотря на то, что я был в таком модном месте, как это. Если бы поблизости находился какой-нибудь читающий мои мысли экстрасенс, то он определённо воспринял бы меня извращенцем. Давай же, поспеши и закончи переодеваться, Шинономэ. Я едва смогу сдерживаться дольше, и я имею это в виду в различных смыслах. Пока был занят своими мыслями, я услышал, как позади шторки Шинономэ прочистила её горло. Затем она робко спросила. — Эм… Минами ты тут? — Д-да… Что-то не так? — Я-я закончила переодеваться… — О, правда? И? — Это… странно?.. Несмотря на свой вопрос, Шинономэ оставалась спрятанной за занавеской. Я никак не мог узнать. — Ну… Я не узнаю, если ты не покажешься. Когда я дал ей свой ответ, занавеска немного отодвинулась. В маленькой щели показалось лицо Шинономэ. — Обещай мне, что не будешь смеяться… даже если оно смотрится странно. — Наверное, не стану… — Если ты не можешь пообещать мне этого, тогда будет лучше, если я не покажу тебе. Я не думаю, что мне это так уж подходит… Я поспешно встал на ноги, когда Шинономэ собралась задёрнуть занавеску. — Не буду, обещаю, что не буду смеяться над тобой. Шинономэ прижала свои пальцы к шторке и сдвинула её так, будто сдалась. После чего она предстала передо мной, оставаясь в этой же позе. [[image:/storage/reader-images/f5d1522b8ab46c1bfea02147ff3cd5e1486e04b7.png]] Надев белоснежную блузку и чёрную юбку, Шинономэ достигла своей цели выглядеть более «зрелой», чем обычно, прямо как она и хотела. Блеск её светлой кожи, озарил мои глаза. — К-как оно?.. Нервно спросила Шинономэ. Мой голос поднялся на тон выше, чем обычно. — Э? А, очень хорошо. Ага. Глаза Шинономэ были наполнены удивлением. — Ты правда… так думаешь? — М-м-м, да. Они действительно хорошо смотрятся. Несмотря на моё подбадривание, Шинономэ продолжала смотреть на меня с подозрением ещё некоторое время, прежде чем улыбнуться. — М-м-м, ладно. Тогда куплю этот набор. — Э? Но есть и другие, нет? — Есть… но этот подойдёт. Услышавшая наш разговор ассистентка, которая подбирала вещи, подошла к нам. — Что думаете~? Шинономэ проигнорировала изо всех сил пытающегося подобрать ответ меня и без колебаний ответила. — Я возьму этот. — Правда? Большое спасибо за вашу покупку~. Шинономэ продолжила общаться с ассистенткой, которая разговаривала с нами без каких-либо эмоций в её голосе. — И ещё… Могу ли я надеть этот набор прямо сейчас? Ассистентка удивлённо посмотрела на Шинономэ, когда услышала её вопрос. То же самое относилось и ко мне. Заметив мой взгляд, Шинономэ сверкнула мне застенчивой улыбкой. ***** После этого мы добрались до кафе. — Я хотела бы обсудить с тобой кое-что. Сказала Шинономэ. Полагаю, в этом мире может произойти всё что угодно. Пока мы шли к ближайшему кафе, Шинономэ несла сумку с вещами, которые были надеты на ней всего несколько минут назад, будто обнимала плюшевого медведя или что-то вроде того. Очень хорошо зная, что находилось в сумке, я знал, что в ней не было ничего тяжёлого, поэтому произнёс. — Позволь мне понести её для тебя. Проигнорировав протест Шинономэ, я забрал сумку у неё из рук. Шинономэ мягко поблагодарила меня. Однако я не слишком уверен, что сделал это только из доброжелательности. Частично причина заключалась в том, что я не хотел, чтобы другие увидели меня, как человека, который «беспечно позволяет своей девушке нести что-то настолько огромное». Мы нашли немного старое кафе. Пока мы ждали, когда нам подадут наши заказы, внимание Шинономэ переключилось на вещи, в которые она была одета. — Я, правда, не выгляжу странно? Я заверил её «Ни капельки», а затем задался вопросом о её внезапном желании купить новый набор одежды; более того, её акцент был сделан на более взрослых стилях. Причина, по которой я не спросил была в том, что я боялся её ответа. Мне на ум пришла возможность. Может быть… Это была всего лишь догадка, но могло ли это быть ради Кёске? Как только в моём сознании возникло подозрение, я уже не мог вытряхнуть мысль. Шинономэ посетила мой дом, что привело к тому, что она влюбилась в Кёске. В таком случае, она сделает всё, чтобы закрыть разрыв между ней и взрослым Кёске — это объясняет внезапные действия, предпринятые Шинономэ. Я прекрасно знаю, что это была всего лишь моя паранойя, но я никогда не мог стряхнуть комплекс неполноценности, который у меня есть по отношению к Кёске, так что я никак не мог избежать того, как я мыслил. Раньше Шинономэ уже спрашивала меня о моей семье. И она набирала темп. — Аруми часто посещает твой дом? — А, да… Она приходила с тех пор, как мой брат учился в старших классах. Уже пять лет прошло, я думаю. — Тогда это значит, что она встречалась с твоим братом ещё с тех пор? — Да. Заставляет меня задуматься, что же такого замечательного в моём старшем брате, что они так долго остаются стабильными. Я случайно выболтал свои настоящие чувства. Шинономэ склонила голову, когда услышала это. —В самом деле? Твой старший брат исключительный человек. Думаю, они чудесная пара. Эх. Я изо всех сил старался не вздохнуть, вместо этого, подняв свою почти опустевшую чашку кофе. Внутри осталось не так уж много кофе, но я ни за что не смогу сдержать раздражение внутри себя, если не отвлеку себя каким-нибудь занятием. Я не хочу слушать такие слова. Я не хочу принимать тот факт, что Кёске — «исключительный». — Хотела бы… я стать кем-то вроде Аруми. Тихо прошептала Шинономэ. Когда я поставил чашку на стол раздался громкий «бух». — Ах, извини… Я извинился перед Шинономэ и опустил голову. Похоже, её напугал внезапный звук, судя по тому как она съёжилась. «Кем-то вроде Аруми, хах», — подумал я. Так ей настолько нравится Кёске, да? Несмотря на то, что мы купили одежду для Шинономэ и пришли в кафе — в основном ведя себя так, как повела бы пара влюблённых — казалось, что нас разделяла невидимая стена или что-то в этом роде. Стена, которую я не могу преодолеть, вне зависимости от того, какие действия предпринимаю. Как бы сильно я ни старался вскарабкаться на стену, слова Шинономэ всегда оказываются на вершине, готовые сбросить меня вниз. — Эм… Наконец заговорила извиняющимся голосом Шинономэ. — В настоящее время я работаю над сценой в романе… Поэтому, есть место, которое я хотела бы посетить, так что… ты не против сопроводить меня? — Конечно, без проблем. В смысле, именно по этой причине мы в первую очередь и «встречаемся», верно? Учитывая то, как она попросила, я ни за что не мог отказать ей. Отношения между мной и Шинономэ всегда были такими. Я всего лишь притворный парень Шинономэ ради её романа — этот факт был снова навязан мне. Шинономэ смотрела в окно за мной. Солнце садилось. Именно тогда я понял, как долго мы были на улице. — Пойдём. Сказала Шинономэ, вставая. — Прямо сейчас? Спросил я. Нам уже слишком поздно идти куда-то ещё. Я ходил на свидания с Шинономэ несколько раз до этого, но в большинстве случаев мы расходились примерно перед ужином. День длится немного дольше, так как сейчас лето, но будет лучше, если мы оставим это на другой день, правильно? — Сейчас идеальное время. Тон этого предложения был странным, учитывая, что оно донеслось от Шинономэ. Оно звучало так, будто она прижимала меня, так что я тоже поднялся. Шинономэ ничего не сказала о том, куда мы направляемся дальше. Я молча следовал за Шинономэ. Мы постепенно приближались к переулкам, это выглядело так, будто Шинономэ хотела уйти от городской суеты. Я просто не видел ни одного места поблизости, которое мы могли посетить. Нет ни парков, ни кинотеатров, ни уж тем более парков развлечений. Были лишь магазины с роскошными рекламными стендами, да павильоны с напитками и с подвешенными красными фонарями. — Куда мы идём? Поинтересовался я, будучи больше не в силах сдерживаться. Шинономэ остановилась и развернулась, чтобы посмотреть на меня. — Оно впереди. Ответила Шинономэ. Посмотрев на дорогу перед собой, я не сумел придумать ни одного места, куда могла бы направляться Шинономэ. Когда Шинономэ вновь зашагала, я молча последовал за ней. По какой-то странной причине, мне вспомнилась фэнтезийная сцена, которую я вчера прочёл в романе — я переживал о том, что меня забросило в какую-нибудь странную вселенную, а я этого даже не осознал. Я посмотрел наверх, облачное небо было окрашено заходящим солнцем. Наверно, мне просто показалось, но воздух чувствовался немного влажным. Дождь ведь не пойдёт, да? Если подумать, то прогноз погоды в утренних новостях обещал небольшой дождь вечером. Тогда я не обратил на это особого внимания, так как ожидал, что мы разойдёмся ближе к ужину. Шинономэ не проявляла признаков остановки. Пока мы шли, моя голова была низко опущена, но именно тогда я решил посмотреть наверх. Я не сумел осознать этого раньше, но мы были окружены зданиями, которые даже я мог сказать были так называемыми «любовными отелями». Так как было всё ещё относительно рано, неоновые вывески ещё не были включены, но можете не сомневаться, что их красочные вспышки достаточно скоро взорвутся повсюду. Пока я размышлял над тем, как в итоге мы пришли в такое щекотливое место, как это, Шинономэ неожиданно остановилась. — Что ж… Когда она повернула свою голову, её выражение лица было тем, какое я никогда у неё не видел. Это было сложное выражение из смеси чувств, с ноткой тоски и застенчивости. — Эм, ну… Шинономэ осмотрела «любовные отели» вокруг нас. — Я хотела бы посетить один из этих. Мне потребовалось несколько секунд на то, чтобы понять её слова. — Э? Я понимал, что она имела в виду, но я не мог переварить это. — Что ты только что сказала? Рефлекторно спросил я. Шинономэ опустила голову и повторила своё предложение. — Я хотела бы посетить один из этих… — Здесь… Я ещё раз оглядел наше окружение в попытке выяснить, было ли другое место, которое Шинономэ могла иметь в виду её словами. Однако, как бы сильно я не всматривался, единственными зданиями вокруг нас были «отели». И они не были обычными отелями. — Мы… не можем? Голос Шинономэ слегка дрожал. — Нет. Не то, чтобы не можем… — Я-я никогда не заходила ни в одно из таких мест, но я умираю от любопытства, что там внутри… так что… Верно. Я тоже никогда не заходил в них. Хотя я понимал, что это за место такое. — Но… эм… серьёзно? — Честно, я… просто хотела заглянуть внутрь… но я не могу войти одна… поэтому… — Нет, нет, нет, я не это имел в виду… Я прекрасно понимал, о чём говорила Шинономэ — это просто часть её «сбора сведений». Она упомянула это, когда мы выходили из кафе, так что это не так уж и странно, если она хотела увидеть это место своими собственными глазами, особенно если мы говорим про Шинономэ. Всё же, это неправильно, не так ли? — Давай забудем об этом, если тебе это не нравится… — Проблема не в том нравится мне это или нет. — Если проблема в деньгах… Я могу заплатить за это. — Это тоже не проблема… Шинономэ схватила мою руку, как раз тогда, когда она собиралась почесать свою голову. Я сделал глубокий вдох, её рука ощущалась слегка влажной. — Только быстро взглянем на то, что внутри, после чего сразу же уйдём… Шинономэ решительно зашагала к «отелю». Держа её руку, я кротко следовал за ней. Тёмные отели вокруг нас довольно агрессивно завлекали клиентов. Несколько мужчин в галстуках-бабочках смотрели на нас с энтузиазмом. Наверно, нашли наш разговор довольно забавным. Была старая мыльная опера, которую я смотрел, где была сцена про то, как женщина отклонила предложение мужчины остановиться в отеле. Разве не так обычно бывает? Хотя то, что мы имеем здесь — полная противоположность. Наверное, именно по этой причине они смотрели на нас со смехом в их глазах, да? ***** Когда мы прошли через вход ближайшего отеля, возле которого было несколько деревьев, то оказались встречены довольно роскошным пространством. Пока мы стояли там и размышляли о том, что делать дальше, из лифта вышла пара в костюмах, держась за руки. Когда они проходили мимо нас, я услышал, как женщина шепчет мужчине: «Неплохо, они выглядят такими невинными». Я в смущении опустил голову. — Итак, что нам делать теперь… Спросила Шинономэ, держа меня за руку. Я понятия не имел, каким должен быть наш следующий шаг, но так как это отель, то где-то там должна находиться стойка регистрации, не так ли? Я осмотрелся вокруг нас и понял, что рядом со входом находилось что-то вроде того, что я искал. Однако там никого не было. Стойка была высотой примерно по локоть и имела отверстие, которое было похоже на глазок. Мы прошли к стойке. Рядом с ней стояла огромная доска, на неё были наклеены фотографии комнат и их соответствующие номера. Некоторые фотографии были подсвечены лампами за ними, в то время как другие нет. Рядом с фотографиями были кнопки, подсвеченные по тому же принципу, что и снимки. — Пожалуйста, нажмите кнопку номера, который вас интересует. Из-за стойки внезапно хлынул голос, казалось, что кто-то находился с той стороны стены. Именно тогда я понял, что в таких местах всё может быть сделано без какого-либо взаимодействия лицом к лицу. — Ч-что теперь? На этот раз настала моя очередь задать Шинономэ такой же вопрос. Не подсвеченные комнаты, скорее всего, указывали на то, что они «использовались». У тех же, что всё ещё были подсвечены, интерьеры выглядели примерно одинаково или так казалось по фотографиям. Цена также не сильно разнилась. — Минами, ты выбирай. Тихо отозвалась Шинономэ, так что я, колеблясь нажал на ближайшую к краю кнопку. Свет на доске погас и в отверстие снизу упала бумажка. Я поднял её, на ней был напечатан номер комнаты. — Пожалуйста, сразу же идите в свою комнату. В очередной раз прозвучал голос из-за стойки. «Как же он увидел нас», — подумал я. Возможно где-то установлены камеры? В любом случае, нам не будет пользы от того, что мы будем стоять и ничего не делать. — П-пошли… Со своим заткнутым за пояс изначальным сопротивлением, я потянул Шинономэ за руку и направился к лифту. Шинономэ отозвалась крепкой хваткой. Когда мы оказались в лифте, я нажал на кнопку третьего этажа (так как номер нашей комнаты был 307). Пока лифт поднимался в тишине, Шинономэ громко вздохнула и произнесла. — Я так нервничаю… — Я тоже… Прошептал я и издал кривой смешок и внезапно почувствовал облегчение. Когда лифт, наконец, остановился, мы продолжили идти к комнате. Мы всё время держались за руки. Ведомые мигающими огнями, мы зашли в комнату, которая располагалась в самой глубине коридора. Для начала мы сняли обувь в том, что выглядело как прихожая, прежде чем нервно взглянуть на интерьер комнаты. — Она такая… обычная… Я ожидал более безвкусный интерьер, но войдя в действительную комнату, я понял, что они решили применить более упрощённый стиль. — Да… Шинономэ оглядела комнату и кивнула. Я заметил, что всё ещё держал Шинономэ за руку, так что постепенно отпустил её. Моя ладонь была влажной, хотя я не был уверен, было ли это из-за потоотделения Шинономэ или моего. В комнате были: ЖК телевизор неизвестного размера, обращённый к телевизору двухместный диван и стеклянный стол. В углу комнаты стояла огромная кровать. Когда я увидел две подушки, лежащие на постели, то отвёл взгляд из-за того, насколько реальным всё казалось. Я сел на диван и посмотрел на Шинономэ. Она оставалась прикованной к своему месту, бесцельно озираясь по сторонам с беспомощным выражением на лице. — В-в любом случае… почему бы тебе не присесть? Предложил я, похлопывая по месту рядом с собой. Шинономэ молча подошла ко мне и сделала, как я сказал. Это её движение и то, как в комнате витал воздух, заставили мой нос почувствовать слабый аромат. Ах, это был аромат шампуня. Мои руки были широко раскинуты, опираясь на спинку дивана, моя левая рука была настолько близко к Шинономэ, что я мог коснуться её малейшим движением. Мне просто держать её за плечи в таком месте? Как только я собрался двинуть рукой, Шинономэ потянулась за лежащим на столе пультом. Затем она направила его на телевизор и нажала на переключатель. Тем, что показывалось на смехотворно огромном экране, была обнажённая пара переплетённая вместе. Судя по тому, как она была снята, было очевидно, что мы смотрели не сцену из мыльной оперы, а абсолютное порно. Понятия не имею почему они решили ни с того ни с сего транслировать это шоу, но одно было очевидно: на наших глазах снова и снова повторялась довольно рискованная сцена. Шинономэ была полностью замёрзшей в позе направления пульта на телевизор. Я спешно выхватил пульт из руки Шинономэ и отчаянно нажал на кнопку, чтобы выключить телевизор. — Это заставило меня… включённый телевизор и… Я заставлял себя улыбаться, пока говорил. Однако глаза Шинономэ оставались приклеенными к экрану. — Точно, раз уж мы здесь для сбора некоторых сведений, то разве мы не должны проверить то, как выглядит ванная? Да? Я встал с дивана и пошёл к ванной. Шинономэ по-прежнему сидела на диване, но с тем, как сейчас обстоят дела, иметь Шинономэ рядом с собой было бы моральной пыткой. Меня это вполне устраивает. Сдвинув стеклянную дверь в сторону, ванная выглядела гораздо меньше, но более изысканно, чем я себе представлял. Когда я подумал, что в ванной не могло найтись ничего необычного, в моё поле зрения попал странно выглядящий стул, когда я опустил глаза. — Ого… Рефлекторно воскликнул я. Это был… очень извращённый стул. Я обладал соответствующими знаниями, так как видел их в манге и интернете, но я понятия не имел, что они существуют на самом деле. — Что-то не так? Внезапно позади меня раздался голос. Повернув голову назад, я увидел, что Шинономэ шла к ванной. Я поспешно закрыл стеклянную дверь. — Н-ничего. Это была просто обычная ванная. Очень обычная. Шинономэ наклонила голову в подозрении, но дальше она этот вопрос не преследовала. Когда я собрался пригласить Шинономэ сесть обратно на диван, она остановилась и начала смотреть по сторонам. Вокруг нас не должно быть ничего странного, так что теперь? Шинономэ спросила. — Ты что-нибудь слышишь? — Что? — Звук. — Звук? Моё внимание сосредоточилось на моих ушах, но я не мог услышать никаких странных звуков. Больше всего я слышал тихую музыку доносящуюся из телевизора с кабельным каналом, расположенного вне нашей комнаты. — Здесь где-то окно? Сказав это, Шинономэ сделала шаг вперёд. Я последовал её примеру. Окно рядом с кроватью было скрыто жалюзи, которые выглядели поразительно похоже на стены. Подняв жалюзи, я понял, что Шинономэ имела в виду под «звуком». Просто, чтобы убедиться, Шинономэ медленно открыла окно. Шёл дождь. Всего минуту назад он был близок к ускорению, но теперь лило гораздо сильнее, чем ожидалось. Так как сейчас вечер, дождь может прекратиться довольно скоро. Однако, когда я высунул свою голову из окна, чтобы взглянуть на небо, я увидел окутавшие нас сверху громоподобные облака. Похоже, дождь не прекратится в ближайшее время. Никто из нас не принёс с собой зонт; более того, станция находится на значительном расстоянии от отеля. В итоге мы оба промокнем насквозь, если выйдем из отеля прямо сейчас. Шинономэ закрыла окно и опустила жалюзи. После чего она развернулась, чтобы посмотреть на меня, который был разочарован из-за дождя. С наклоном головы, она произнесла. — Похоже, у нас нет другого выбора, кроме как остаться здесь… до тех пор, пока дождь не прекратится. Это заставило меня сделать глубокий вдох. Дождь не остановится всего лишь через пять-десять минут. Час, если нам повезёт, но может и намного дольше, если нет. Кажется, у нас нет особа выбора. Другими словами, мне с Шинономэ придётся провести наше время в этой комнате. В одиночестве. Шинономэ подошла ко мне и аккуратно села на кровать. Пружины кровати скрипнули от неожиданного движения. Услышав это, Шинономэ начала подпрыгивать на кровати. — Эта кровать очень старая. На её лице появилась невинная улыбка, когда она произнесла это. Редкое детское выражение лица и поведение заставили её выглядеть невероятно милой. В то время пока Шинономэ продолжала со смехом подпрыгивать на кровати, я стоял у окна и несколько раз сглотнул. Наконец, я решился сделать свой ход и встал перед Шинономэ. В тот момент, когда Шинономэ осознала моё присутствие и посмотрела на меня… — Ах… Я прижал Шинономэ, растянувшись на постели, как если бы был одеялом. Пружины кровати скрипнули ещё раз. — М-Минами?.. Во всхлипе Шинономэ был страх. Я не мог заставить себя взглянуть на неё. Мои руки прижимали её, моё дыхание было бурным. Шинономэ попыталась вырваться из моего захвата, но я усилил хватку, чтобы не дать ей сделать этого. Мои уши были наполнены повторяющимися сглатываниями в моём горле, моё сердце колотилось с невероятной скорости. Глубокие удары продолжали отражаться в моём теле. — Ши… Шинономэ! Мой язык был связан, когда я назвал её имя. Я понятия не имел, что мне сейчас делать. Шинономэ ничего не говорила, только два раза болезненно вздохнула. Своими руками я чувствовал, что пульс Шинономэ увеличивается, было это из-за страха или нервозности? Я сказать не мог. Мой разум был заполнен многими мыслями, все вязкие и клейкие, как смешивающиеся вместе комки краски. Могу ли я? Я могу, верно? Я имею в виду, мы зашли так далеко. Мы «встречаемся» и разве это всё не ради романа Шинономэ? Не думаю, что Шинономэ отвергнет меня. Она, вероятно, молча воспримет всё это, даже если я ей не нравлюсь. В моём сознании разыгрывались поединки вопросов и ответов. В итоге я всё ближе и ближе приближался к лицу Шинономэ. Что мне делать? У меня нет ни малейшего представления; единственное, что я чувствовал — это желание поцеловать Шинономэ. [[image:/storage/reader-images/9f1b476b6a403ffb99a1b6ed369586877122fc50.png]] На лице Шинономэ возникло удивлённое выражение, когда она поняла моё намерение. Она нежно прикусила свои губы. Когда я приблизился, она зажмурилась, как если бы её собирались облить ведром воды. Так могу я или не могу? Спросил я себя, находясь в позиции, где моё лицо было всего в нескольких миллиметрах над её губами. Могу ли я? Правда? Почему? Потому что я ей нравлюсь? «Мы делаем это ради нашего “сбора сведений”» — так, наверное, сказала бы Шинономэ. Её не заботит то, о чём я думаю. Даже если это что-то, что она ненавидит, примет ли она это только ради «сбора сведений» и её романа? Я смотрел на Шинономэ. Её тело определённо было напряжено и оцепеневшим. С зажмуренными глазами она выглядела совсем как ребёнок, который вот-вот заплачет. Я медленно подвинул голову, вытянул шею в сторону и уронил своё лицо на кровать, миновав щёки Шинономэ. Просто отвергни меня, если тебе это не нравится. Я вздохнул, думая об этом. — Минами. Хриплым голосом обратилась ко мне Шинономэ, лёжа рядом с моим ухом. Я не ответил ей. Вместо этого, я бился и бился у себя в голове, как будто бормотал проклятие. Если ты так сильно это ненавидишь; если ты так боишься, что тебе приходиться закусывать губы, если тебе так больно делать такие вещи со мной, ты можешь просто сказать мне, как есть. Как я могу узнать, что ты думаешь, если ты предпочитаешь сохранять молчание? Я никак не могу оставаться в спокойном состоянии, когда мы совершенно одни в этой комнате. С этим я медленно отодвинул своё тело от Шинономэ. Шинономэ села и удивлённо посмотрела на меня. Я сел рядом с ней и вздохнул. — Извини. Я прекрасно знаю, что у Шинономэ не было на уме таких намерений. Причина, по которой мы пришли сюда, была, не потому что она «хотела сделать это», скорее это было просто из любопытства. Причиной, по которой она выбрала меня для игры в притворную пару, была простой случайностью и из-за того, что я наткнулся на её настоящую личность писателя. К таким выводам я пришёл, вне зависимости от того, как я на это смотрю. — Я… перешёл черту своими действиями. Добавил я, неловко хихикнув. Я встречался с Шинономэ не за тем, чтобы навредить ей, а за тем, чтобы помочь ей в её «сборе сведений». Я не могу сгубить Шинономэ только из-за своих чувств и желаний. Единственным вариантом было разрядить неловкую атмосферу и различные чувства в шутливой манере. — Прости… Это не повторится. Я ещё раз извинился. Я не мог смотреть прямо на Шинономэ, но, казалось, она качала головой. Единственным, что я мог сделать это молча опустить голову и ощутить отвращение к самому себе за то, что не смог проявить самообладание. Шинономэ ничего не сказала, так что я мог только ощущать её взгляд. Казалось, её взгляд упрекал меня. Я боялся подтверждения этого факта, боялся увидеть выражения лица Шинономэ, которые были на другом конце её взгляда. Я опустил свою голову, чтобы избежать её. — Давай… прекратим. Вот, что, наконец, произнесла Шинономэ. — Благодаря тебе я побывала в большом количестве мест… поэтому тебе не нужно и дальше заставлять себя. Прости. — Я не… заставлял себя. — Но… Шинономэ не смогла продолжить свои слова. Возможно она обдумывала то, как сформулировать фразу так, чтобы она не ранила меня. — Эх, неважно. С материалом на руках, ты должна быть в состоянии придумать роман, верно? Мне тоже было весело, так что давай на этом всё и закончим, хорошо? Я сделал предложение быстрее, чем Шинономэ. Я не хотел, чтобы она сказала что-то, что могло ранить меня, так что меньшее, что я мог сделать это самостоятельно разорвать отношения. Между нами снова повисла тишина, но я не произнёс ни слова больше. Наконец, Шинономэ прошептала. — М-м-м… Я поняла. Большое спасибо за всё это время. Затем мы ждали пока прекратится дождь, ничего не говоря. Дождь закончился на удивление быстро, как будто он призывал нас немедленно отправиться домой. Это меня разозлило. Счёт за комнату был разделён между нами. После внесения наличных денег в расчётную машину, расположенную возле входа, она поблагодарила нас механическим: «Благодарим за вашу покупку». Это разозлило меня ещё сильнее. Казалось, что она благодарила нас за то, что мы ничего не сделали и оставили номер в первозданном состоянии. Покинув отель, мы с Шинономэ вместе направились к станции. Затем мы расстались и сели в наши поезда, не сказав ни слова. Когда я добрался до дома, небо было чистым с выглядывающей из-за облака луной — всё чувствовалось нереальным. — Всё в порядке. Сцена, которая символизирует счастливый конец, и оставляющая только меня валяться от боли. ---------- Том 1 Глава 9 «Ромимэригана в одиночестве вернулась в свою комнату и терпеливо ждала Исона. Пока ждала, она вспомнила женщину, с которой радостно разговаривал Исон. Если я стану более похожей на неё, покажет ли Исон и мне эту яркую улыбку, размышляла она. И в конечном итоге, когда Исон вернулся в комнату, Ромимэригана объявила ему, что она тоже была женщиной. Неуклюжими словами, она отчаянно подчеркнула Исону, что будет изо всех сил стараться подражать поведению той женщины, которой он улыбался и быть похожей на неё. Однако даже когда она отчаянно пыталась обратиться к Исону, имитируя кокетливые движения её губ или тот её задумчивый взгляд, он не проявлял никакой реакции. Он даже не показывал ей добрую улыбку, которую направлял женщине, а только обеспокоенный взгляд. Ромимэригана снова услышала доносящийся из неё звук. Это был звук разрушающегося мира. Звук разрушения её единственного мира. Той ночью она покинула свою комнату». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Отправившись на летние каникулы, я вернулся к своей вялой и однообразной повседневной жизни. Аруми, которая как всегда часто посещала наш дом, как и когда ей хотелось, не спрашивала у меня: «В чём дело?», как она обычно это делала, а только смотрела на меня с беспокойством. Должно быть она почувствовала, что произошло по одним только моим выражению и поведению. Я был благодарен за деликатность, которую она редко демонстрировала, но также чувствовал себя немного одиноким. Я подумал, что бесконечная жизнерадостность, которая была у Аруми независимо от атмосферы, вероятно, была тем, что было нужно мне прямо сейчас. Хотя с моей стороны было эгоистично желать от неё такого. В основном я сидел в своей комнате и читал книги. Мне нечего было делать. Так что, я просто заходил в комнату Кёске и наугад выбирал любую из валяющихся на полу книг, чтобы убить время. Частично это могло быть из-за злости на Шинономэ. Чем больше я буду читать книг, тем более похожим на Кёске я стану, и тем ближе я подберусь к сердцу Шинономэ. Было бы ложью сказать, что у меня не было к ней никаких продолжительных чувств, даже если для меня поздно осознавать это теперь. Когда наступил август, приближающий середину летних каникул, я проснулся рано утром, чтобы отправиться в школу. Моим пунктом назначения была библиотека. Школьная библиотека открывалась раз в неделю во время каникул и члены библиотечного комитета по очереди вставали за стойки и помогали разбираться с книгами в хранилище. Поскольку посетителей было немного, каждый член комитета помогал один раз в неделю, вместо обычных двухдневных смен. И сегодня был день моей смены. Я действительно не был в настроении заниматься этим, но избежать работы было нельзя. Если бы я действительно хотел, то мог бы найти кого-то себе на замену, но не было никого, кого я знал и мог бы попросить подменить меня. Единственным человеком, с которым я мог связаться из дома и попросить была Шинономэ. Проходя вдоль школьной спортивной площадки, я слышал оживлённые голоса практикующихся членов спортивных клубов. Если бы я знал, то возможно мне следовало бы вступить в один из этих клубов. Тогда я бы никогда не повстречал Шинономэ, и, наверное, мог бы забывать свои проблемы, занимаясь до изнеможения, когда случались бы плохие вещи. Когда я пришёл в библиотеку, то нашёл библиотекаря, Шиину, вяло почитывающую книгу. — Доброе утро… Казалось, Шиина заметила меня только после того, как я обратился к ней, она закрыла книгу. Только тогда я увидел обложку того, что она читала. Это была не книга, а литературный журнал «Йотака», журнал, в котором дебютировала Шинономэ. — О, Минами. Доброе утро. Я взял ближайший стул и сел на него. Изо всех сил стараясь не смотреть на журнал, я спросил у Шиины. — Есть какая-нибудь работа? Она помахала на себя журналом и ответила. — Ну, всё что тебе нужно сделать это стоять за стойкой, когда придут посетители. Но, кажется, со вчерашнего дня никто особо больше не приходит. Возможно это из-за того, что фестиваль Обон уже на подходе. — Вот как… Я вздохнул, не подумав. Если бы я вместо этого был занят, то это могло бы отвлечь меня от размышлений о вещах. — Хм? Я чувствую исходящую от тебя тоску? Ты что поссорился с Юко? Когда она внезапно сменила тему, я немного запаниковал. — П-почему вы внезапно упомянули её… —А? Разве вы ребята не встречаетесь? Я услышала от Икехары. Я не смог скрыть своего удивления тем, как начатый Икехарой слух смог распространиться так широко. Тем не менее, я изобразил спокойствие и ответил ей. — Нет, мы не встречались или что-то такое. Это было просто недоразумение со стороны Икехары… На мои слова, Шиина посмотрела на журнал «Йотака» у себя в руке. — В самом деле? Я думала, это было правдой, поскольку её литературный стиль несколько изменился. — Литературный стиль? Тогда Шиина пролистала журнал и показала мне конкретную страницу. — Вот. Ты не читал? Её палец указывал на имя «Нишизоно Юко». Под крупными словами «Недавно написанный короткий рассказ» было название: «Расширяющийся мир Ромимэриганы». Вероятно, это была последняя публикация в «Йоткаке». — Нет, я не видел его… — Тогда ты должен пойти и прочитать его. Он, определённо, чувствуется иначе исходя от Юко. Однако прежде чем я успел спросить у неё, каким образом он отличался, в библиотеку вошли два ученика, и я был зашикан ею к стойке. Несмотря на то, что она сказала «должен пойти и прочитать его» Шиина не дала мне журнал и я перестал думать о нём, так как сосредоточился на работе. Как бы этот рассказ не отличался от обычных, отношения между Шинономэ и мной также не изменились каким-либо образом. Но, ещё больше моё внимание привлекли слова «Недавно написанный рассказ», которые несколько раздражали меня. Почему ты написала короткий рассказ, подумал я. Разве мы «встречались» не за тем, чтобы ты смогла написать полноценный роман. Неважно, если это не произойдёт сейчас, но разве ты не должна, по крайней мере, работать над романом. И проведя всё время со мной. С тех пор, как мы с Шинономэ расстались в отеле, прошло больше двух месяцев. За это время, она вообще не связывалась со мной. Ни звонков, ни сообщений. Вероятно, короткий рассказ в «Йотаке» был написан за это время. Скорее всего, я не буду читать его. У меня больше нет интереса читать работы Шинономэ. Они лишь будут заставлять меня вспоминать всё то, что произошло и заставят меня почувствовать обиду. После поверхностного окончания своей работы в библиотеке, я ушёл из школы. Идя по улицам, я всё думал о новом рассказе Шинономэ. Я не стану его читать или так я думал. Но, несмотря на то, что я продолжал говорить себе это, замечание Шиины об «отличии» продолжало колоть моё любопытство. В итоге, мои ноги привели меня к маленькому книжному магазину в торговом районе. Я бродил, ища уголок с литературными журналами, когда… — Скажи. Ко мне обратился голос, и я развернулся, чтобы увидеть молодого человека. Я наклонил голову на почему-то знакомое лицо, а он вернул улыбку. — Разве мы раньше не встречались? Продолжил он. — Неужели… У меня было такое же чувство, но я не мог вспомнить детали и ответил вот так. Молодой человек издал ещё один лёгкий смешок. — Если меня не подводит память, ты одноклассник Юко, верно? — Ах… Услышав эти слова, я, наконец, вспомнил, кем он был. Он был редактором, отвечающим за Шинономэ. — Эм…Аикава, не так ли? — Верно. Ты возвращаешься домой после клубной деятельности? Должно быть, это было утомительно. — Д-да… Какое странное место для встречи со странным человеком. И прежде, чем я понял. — Возможно, вы здесь, чтобы встретиться с Шинономэ? Когда я задал вопрос, он вяло покачал головой. — Нет, сегодня я встречаюсь с кое-кем другим. В этом районе живёт удивительное число писателей. — Ясно… Когда я выяснил, что он был здесь не для того, чтобы встретиться с Шинономэ, то испытал облегчение. Бесспорным было то, что это было неловко. Я не был особенно близок с Аикавой. Когда он достал свой телефон, чтобы проверить время, я немного поклонился и развернулся, чтобы уйти. Я всегда могу купить журнал в другой день. Однако когда он увидел, что я собирался уйти. — Ох, подожди, ты сейчас свободен? Спросил он. — В чём дело? — Похоже, автор, с которым я встречаюсь, опоздает. Так как здесь толком нет ничего, чем можно заняться, чтобы убить время, я буду рад, если ты присоединишься ко мне за чашечкой кофе. Я также хотел бы спросить тебя кое о чём. — Кое о чём?.. Что такое? Я всё равно спросил, несмотря на то, что имел общее представление о том, про что идёт речь. В конце концов, единственной точкой соприкосновения между мной и Аикавой была Шинономэ. — Что ж, как насчёт того, чтобы провести нашу дискуссию в кафе. Похоже, Аикава принял моё молчание за согласие и не дожидаясь моего ответа, быстро покинул книжный магазин. У меня не было другого выбора, кроме как последовать за ним. Конечно, у меня была возможность отказать ему. Если бы я не услышал об этом от Шиины, то определённо так и поступил бы. Не было никаких выгод, которые можно было бы получить от распития кофе с кем-то, с кем я не близок и скорее это было бы неудобно. Тем не менее, всё-таки мне было интересно узнать про Шинономэ. И я знал, что разговор со знакомым Шинономэ, был коротким путём к тому, чтобы узнать больше. В кафе, Аикава заказал кофе и глубоко вздохнул. — Очень редко можно найти писателей, которые пунктуальны. Пока он произносил то, что представлялось смесью шутки и его истинных чувств, Аикава достал сигарету из упаковки. — Не возражаешь, если я покурю? — Конечно, валяйте… Я привык к этому, так как мой брат тоже курит. — Ясно, мне жаль. До тех пор, пока кофе не было подано, Аикава просто молча курил. Мне было интересно сколько ему было лет. Двадцать шесть? Двадцать семь? Или может ещё старше? Затем, словно дожидаясь того момента, когда официантка закончит подавать наш кофе, он затушил сигарету и заговорил. — Ты… Эм, как ещё раз твоё имя? — Минами. — Точно, Минами. Ты, случаем, не встречаешься с Юко? Я невольно сглотнул, удивлённый тем, что даже Аикава говорил подобные вещи. — Эх, Шинономэ сказала это? — Нет… этот ребёнок мало говорит о себе. Я просто поинтересовался. Я подумал, не завела ли она себе недавно парня или что-то в этом роде. Я мог представить, что Шинономэ и Аикава встречались довольно часто, видя, что он был её редактором. Но была ли настолько значительная перемена в Шинономэ, которая привела к тому, что Аикава сказал, что она завела парня? По крайней мере, я никогда не замечал за ней ничего такого в то время, когда «встречался» с ней. — Кто знает… Я тоже не в курсе. На мой ответ, он склонил голову так, будто его догадка оказалась неправильной. — Понятно… Хотя я был так уверен, что это ты. Судя по тому, как она пишет. — По тому, как она пишет? Теперь я оказался тем, кто запутался. В ответ на мой вопрос, Аикава зажёг очередную сигарету. — Да. Видишь ли, до недавнего времени она писала полноценный роман. И мальчик, который появился в нём, вроде как напомнил мне о тебе. — А, полноценный роман? Не короткий рассказ? — Именно. Ну, в итоге, Юко сама забраковала рукопись ещё до того, как та была завершена. Вероятнее всего, она никогда не увидит свет. Я в недоумении смотрел на Аикаву, который пожал плечами и отпил его кофе. В любом случае, мой разум был в беспорядке. Тем, что упомянула Шиина, был опубликованный в журнале короткий рассказ. А теперь, Аикава говорил, что Шинономэ писала полноценный роман. Иначе говоря, это была работа отличная от той, которая была опубликована в «Йотаке». — Если бы ты встречался с ней, тогда я попросил бы тебя заставить её закончить роман. Если бы он был завершён, я вполне уверен, что он был бы хитом. Я должен был быть счастлив, что Шинономэ писала полноценный роман. В конце концов, именно поэтому мы и «встречались». Но, я не понимал, почему она забраковала его. Одно дело, если бы тем, кто отклонил его был редактор, но даже законченная наполовину рукопись была высоко оценена Аикавой. — Эм, как думаете, вы можете позволить мне прочитать незаконченную рукопись?.. Спросил я без особой надежды и, как и ожидалось, Аикава покачал головой. — Я скажу, что это было бы невозможно… Даже если ты её друг, я не могу просто передать подобную информацию постороннему. Если ты действительно хочешь прочитать рукопись, как насчёт того, чтобы спросить её напрямую? — Полагаю, вы правы… Я опустил голову, когда он продолжил. — Даже если ты не её парень, пожалуйста, попробуй убедить её. Потому что, я действительно думал, что это был по-настоящему интересный роман. ***** После этого, прежде чем разойтись, мы общались только на случайные темы. Когда я вернулся домой, Кёске сообщил мне, что Аруми не придёт. Я подумал о том, как упустил шанс заполучить журнал «Йотака» и спросил Кёске. — Скажи, ты покупал последний выпуск «Йотаки»? Кёске, по-прежнему поглощённый книгой в гостиной, просто наклонил свою голову в сторону стола, где лежала стопка книг. Я просмотрел только что купленные книги и нашёл в ней журнал «Йотака». — Не против, если я одолжу его? — Верни в ближайшее время. Я всё ещё не прочитал его. — Ладно. Мне сегодня не особо хочется готовить, так что, какая-нибудь лапша быстрого приготовления или что-то такое? Я разберусь со своим ужином сам. Увидев, как он кивает в ответ, я взял журнал и ушёл к себе в комнату. Я бросил свою сумку и прыгнул на кровать, не потрудившись переодеться. Я полистал журнал и довольно скоро нашёл имя Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы». Как обычно, я не мог ничего сказать по одному только названию. От этого просто отдавало ощущением чего-то написанного Шинономэ. Я потихоньку читал рассказ. Молодую девушку с приграничной планеты забрал незнакомец и она оказалась очарована им. Жёсткая проза напоминала стиль письма Шинономэ. Но, эта работа действительно отличалась ото всех остальных её работ, написанных до сих пор. Наверное, это было из-за присутствия отношений между мужчиной и женщиной. Во всех публикациях Шинономэ до сих пор, не было ни единого элемента того, что мужчину влекло к женщине или наоборот. Тем не менее, этот рассказ, который я сейчас читал, был сосредоточен именно на этой проблеме. Молодая девушка, которую влекло к мужчине, внутри которого был целый мир. Мне приходилось бесчисленное количество раз останавливать себя от переворачивания на следующую страницу. Я просто не могу остановить себя. Как ни странно, я нашёл в главной героине истории — молодой девушке с необычным именем Ромимэригана — чувство сопереживания. Я не мог не посчитать себя, испытывающего одностороннее чувство привязанности к Шинономэ, при этом совершенно её не понимая, совпадающим с молодой девушкой в рассказе. Типа, разве этот персонаж не изображает меня. В процессе того, как мы «встречались» и проводили время вместе, могла ли она видеть моё сердце насквозь? А затем, она забрала эти чувства и вложила их в молодую девушку в рассказе? Я не мог не думать так. Когда девушка шпионила за мужчиной, счастливо разговаривающим с незнакомой женщиной, она почувствовала, как мир внутри неё — другими словами, её чувства — разрушались. Это почти наверняка соответствовало мне, наблюдавшему за разговором между Кёске и Шинономэ и чувствовавшему себя брошенным. Чтобы убедиться в этом, я кропотливо прочитывал каждое слово. Но, достигнув конца рассказа, я начал чувствовать, что что-то было не так. Это действительно было тем, что она написала, посмотрев сквозь моё сердце? Было ли действительно возможным увидеть сквозь чьи-то чувства настолько искусно, даже если он был писателем? Для начала, разве невозможно то, что она написала его, полностью выдумав. В конце концов, всё сводится к тому, что это рассказ. Не похоже, чтобы он был фантастикой. Но, я прочёл все работы, которые были написаны Шинономэ и даже слышал её собственные мысли. Шинономэ принципиально создаёт её истории из её собственных знаний и опыта. Сложно было представить, чтобы она писала историю полностью с нуля. Все причудливые миры, мысли и эмоции персонажей в написанных до сих пор ею историях ощущались так, словно были посредниками для неё самой. И зная это, я подумал, пока читал этот короткий рассказ. Откуда Шинономэ знает, как изображать такие эмоции? Она шпионила за мной в мельчайших подробностях, чтобы написать этот рассказ? Но даже так, это было невозможно из простого наблюдения за мной. На самом деле, когда я избегал её из-за своего раздражения на Кёске и её разговоров, она не выглядела так, будто понимала причину моего чувства. Я не рассказал ей о причине, даже в самом конце. Когда закончил читать, я достал свой мобильный телефон. Я задумался над тем, что написать и в конечном счёте остановился на этом. «Ничего, если я тебе позвоню?» Не прошло и нескольких минут с тех пор, как я отправил смс-ку, как мой телефон завибрировал. Я поднял его, думая, что она написала ответ, но обнаружил, что вместо этого она мне звонила. — А, алло?.. Когда я нервно пробормотал свой ответ в телефон, то услышал, как Шинономэ ответила таким же нерешительным образом. — Эм, что-то случилось?.. Я был настолько удивлён внезапным звонком, что совершенно позабыл, что собирался сказать. — Ах, погоди минутку. Давай начнём заново. На этот раз я перезвоню тебе! Односторонне заявил я и повесил трубку. Затем, я сделал несколько глубоких вдохов. Вслед за этим, я перезвонил ей и сначала извинился за то, что так резко оборвал звонок. — Эм, прости за это… Я не был готов, так как ты позвонила столь внезапно. — Д-да… В отличие от меня, который несколько успокоился, я мог сказать по робкому голосу Шинономэ, что она всё ещё нервничала. — Я прочёл его. Твой новый короткий рассказ. Услышав это, она на некоторое время затихла. — Вот как… Спасибо. И ответила мягким голосом. — Ага… Я знал, что всё ещё пребывал в смятении. Что то, что говорил было фигнёй. Что это было не то, о чём я хотел поговорить. Не вникая в тему короткого рассказа, я продолжил. — Кстати об этом, я сегодня встретил Аикаву. — Э?.. — Мы случайно столкнулись друг с другом в книжном магазине. Так или иначе, я слышал, что ты писала полноценный роман. Из молчания я мог сказать, что Шинономэ была шокирована. Мне стало интересно, о чём она думала прямо сейчас. Надеюсь она не чувствовала беспокойства или уныния. Я продолжил с этими опасениями в своём сердце. — Если ты не против, я надеялся, что ты позволишь мне прочитать его… — Я-я не могу. Её ответ оказался более быстрым, чем я ожидал. — Я не могу… показать тебе его!.. Он незавершён и… кроме того, он не очень хорошо сделан… — Но, я слышал от Аикавы, что то, что он читал до сих пор, было довольно хорошим… — Н-нет… Я не могу позволить тебе увидеть его… Я никогда не ожидал того, что она будет настолько против того, чтобы я прочёл его. Но видя такой её ответ, он сделал меня наоборот счастливым. — Если ты так сопротивляешься… тогда, полагаю вот и всё… Услышав мои слова, она облегчённо вздохнула. — Однако взамен у меня есть просьба. Когда я продолжил, то мог почувствовать, что Шинономэ снова занервничала. — Ч-что такое?.. Я сглотнул и медленно продолжил, аккуратно подбирая свои слова. — Я хочу… встретиться завтра. Некоторое время, Шинономэ молчала. Я неосознанно усилил свою хватку на телефоне в руке. Если она откажется, то на этом всё и закончится. Вполне возможно, что у неё запланировала какая-то встреча или что-то такое. Но, несмотря на это, я надеялся, что она не откажет. Если она сделает это, то я, наверное, не смогу сделать следующий шаг. Я не был достаточно храбр. Тишина ощущалась так, словно длилась вечность. Я слышал звук своего сердцебиения у себя в ушах, прямо как тогда, когда я был с Шинономэ наедине. Я навострил свои уши и ждал её ответа. Я услышал слабый звук того, как она двигала своими губами. С закрытыми глазами, я пытался представить себе движение её губ. По другую сторону звонка Шинономэ заговорила. — Хорошо… Давай встретимся… — Т-тогда я позже пришлю тебе письмо. Насчёт времени и места. — Хорошо… После того, как я закончил звонок, то внезапно почувствовал себя истощённым. Только подумать, что я окажусь таким, когда даже не сказал ничего из того, что хотел. Я разочаровался в собственной жалкости. Тем не менее, я чувствую, что могу продвигаться ещё немного. Я отложил телефон и рукавом вытер пот с виска. Затем, я открыл «Йотаку» и принялся снова читать короткий рассказ Шинономэ. У меня было ощущение, что он станет моей любимой историей. Было бы здорово, если бы так и произошло. И для того, чтобы это произошло, мне нужно было, несмотря ни на что, встретиться с Шинономэ завтра. ***** Я выбрал кафе, в котором мы с Шинономэ всегда встречались. Я так волновался, что пришёл довольно рано, но Шинономэ показалась через пять минут. Когда она увидела меня, её глаза распахнулись в удивлении. — А, ты рано. Произнесла она, когда села напротив меня. — По какой-то причине, я просто чувствовал, что не должен опоздать сегодня. Когда я дал такой ответ, она слегка хихикнула. — Ха, я тоже, по какой-то причине. Я дождался, пока Шинономэ закажет свой напиток, но после этого, я не мог найти слов, чтобы произнести. Когда бы я ни смотрел ей в лицо, я вспоминал то, что произошло в отеле и не мог стряхнуть чувства неловкости. — Э-э…з наешь… насчёт этого… Это были единственные несколько слов, которые я смог найти, чеша голову. Напротив меня, Шинономэ только слушала, не говоря. — То есть… эм… Я сложил руки и размышлял. О чём я должен говорить. Я чувствовал, что должен ясно донести до неё то, что хотел сказать, но, когда дело дошло до этого, я заколебался. Шинономэ чувствовала тревогу, видя мою нерешительность, но всё равно сидела с прямой спиной, глядя на меня. — З-знаешь… — Да? Как раз тогда, официантка принесла её кофе и наш разговор был прерван. После того как мой момент был прерван я снова стал молчаливым. Шинономэ по-прежнему смотрела прямо на меня, не заботясь о своём кофе. — Пока, почему бы нам не выпить? На моё предложение, она принялась механическими движениями добавлять сахар в её кофе. Смотря на неё, я в изумлении подумал. Ах, так вот оно как. Мы двое, наверное, были похожи. Даже при том, что наши полы различались и что обстоятельства, в которых мы находились были совершенно различны, были некоторые отношения, в которых мы были схожи. Особенно то, как мы оба были слабонервными. Эта мысль заставила меня немного успокоиться и я дождался пока Шинономэ сделает глоток, прежде чем продолжить. — Знаешь, я злюсь. — Э?.. Это могло быть шокирующим заявлением для неё. В конце концов, будучи тем, кто произнёс это, даже я чувствовал себя схоже. Я продолжил прежде чем она смогла что-то сказать. — Всё потому что ты решила забраковать рукопись романа по прихоти… Таким образом, разве это не значит, что всё моё содействие было напрасным? — Ах, мне очень жаль… Я не намеревался говорить таким сильным тоном, как будто я в самом деле злился, но Шинономэ опустила голову. Казалось, она хотела произнести что-то в защиту, но я предотвратил это, тем, что не дал ей времени заговорить. Я чувствовал, что если бы позволил, то никогда не смог бы перейти к настоящей теме разговора. — Но, если ты не хочешь заниматься этим, тогда полагаю, здесь ничего не попишешь. В конце концов, та, кто пишет — это ты. Шинономэ взглянула на меня так, словно пыталась оценить мои истинные чувства. Я нежно улыбнулся. Я надеялся, что этого окажется достаточно для того, чтобы развеять хотя бы некоторые из её беспокойств. — Вот почему, у меня есть предложение… После разговора до сих пор, я сглотнул слюну. Шинономэ смотрела на меня. Девушка со странным именем Ромимэригана и Шинономэ переплелись с моим сердцем. Эта история не изображала меня. Наверно. Определённо. Тогда, кто это был? Кто был прообразом той девушки, чья личность полностью поддерживалась тем одним мужчиной и боявшейся не знания того, что он думал? Ответ был очевиден, не было никаких других альтернатив. Это была сама Шинономэ. Что если этот короткий рассказ отображал чувства Шинономэ — её ощущения времени, когда мы «встречались», не будет ли это означать, что она испытывала точно такие же чувства, что и я? Что если, также как я думал, что она была очарована Кёске, она думала, что я был без ума от Аруми — хоть это и было правдой в прошлом — и чувствовала себя противоречиво? — До тех пор, пока ты не будешь удовлетворена своим романом… Несмотря на это, у меня не было подтверждения. Я не могу быть полностью уверенным, что так оно и было. Вот почему я мог сказать это только так. — До тех пор я хочу встречаться с тобой. Глаза Шинономэ мгновенно распахнулись. — Э?.. И она невольно удивлённо вскрикнула. Я просто молча смотрел на неё. Я молился, чтобы она услышала меня, так как я не хотел произносить это ещё раз. Мне потребовалось значительное количество решимости на то, чтобы произнести эти слова. Я буду слишком смущён для того, чтобы произнести их ещё раз. Шинономэ несколько раз посмотрела то направо, то налево, прежде чем сказать. — Ах… эм… Она продолжила запинаться некоторое время, заставляя меня нервничать. — Так, как насчёт этого?.. Неспособный повторить эти слова, я задал такой вопрос, заставив её сесть прямо на месте и выглядеть как ученицу начальных классов, вынужденную сидеть с прямой спиной. — Э… эм… Т-тогда, прошу… Я не смог не улыбнуться, когда увидел, как она произнесла это и низко поклонилась. Один такой ответ сделал меня счастливым и спокойным. Я также рассматривал возможность её отказа. Но, видя, что Шинономэ выглядела как благодарящий ребёнок, вся моя нервозность растаяла и утекла, как вода. — Ты определённо немного изменилась. Пробормотал я. — Э?.. К-каким образом? Она удивлённо наклонила голову. — Нет, ничего. — Ох… ладно. Извини. Меня бы озадачило, продолжи она вот так вот извиняться. Я не винил её или что-то ещё. — Всё в порядке, тебе не за что извиняться. В конце концов, я предпочитаю такую тебя. Я сумел произнести это так естественно только, потому что Шинономэ развеяла моё беспокойство. Она опустила голову в смущении. Казалось, что её щёки также были слегка покрасневшими. Хотя возможно это было моё воображение, заставлявшее их казаться таким. — С-спасибо… — Давай сходим куда-нибудь, пока ещё летние каникулы. Так как мы приближаемся к их концу, вероятно, там не будет так многолюдно. Шинономэ улыбнулась. — Да… И ответила маленьким кивком. Мы вышли из кафе и направились к станции. На полпути, я протянул ей руку. Шинономэ взялась за неё. [[image:/storage/reader-images/ec2bbfe837d2ec38121f5b4cf950ca35a2b3c693.png]] Мы разошлись на станции, дойдя до неё без разговоров и просто чувствуя тепло друг друга через наши руки. По-правде, я хотел проводить с ней больше времени, но в спешке не было необходимости. Мы уже пообещали встретиться в ближайшее время, и я также смогу снова видеть её каждый день, как только начнётся школа. Когда я добрался до дома, Аруми вышла, чтобы поприветствовать меня. Пока я разувался в прихожей, то тихо прошептал Аруми, которая в последнее время не спрашивала слишком много из-за моего недавнего уныния. — Аруми. — Хм? Что такое? Я ответил ей с лёгким колебанием. — Кажется, я завёл девушку. ---------- Эпилог «Пока она бежала, бежала и бежала по бесконечно длинному коридору босиком, она, наконец-таки, выбежала наружу, даже не поняв этого. “Луна” нечто, что не существовало в её родном мире “Грандо”, висела посреди неба и омывала её своим слабым светом. Она была поистине одна в этих раскинувшихся перед её глазами джунглях из небоскрёбов. У неё больше не было не её старых друзей, с которыми она могла смеяться, ни доброго голоса Исона. Однако когда она взглянула на растянувшийся перед ней путь, то неосознанно остановилась. Ромимэригана задумалась. Это конец всего? Она была ещё жива. И перед ней простирался путь. Она чувствовала, что из осколков разрушенного мира внутри неё, может построить целый новый мир. Действительно, она была всё ещё жива. У неё были ноги, которые могли идти, путь, который лежал перед ней и сердце, чтобы что-то искать. Она пожелала счастья Исону, который когда-то создал мир внутри неё и сделала шаг наружу. Постепенно она ускорила свой темп и, в конечном счёте, скрылась в ночных улицах». Нишизоно Юко. «Расширяющийся мир Ромимэриганы» ***** Даже когда наступил второй семестр, вещи, которые я должен был делать не изменились. Каждую неделю, по средам и пятницам. Со звонка, означавшего окончание занятий вплоть до 17:30 вечера. Мы с Шинономэ ходили в библиотеку, чтобы управлять стойками. Если говорить о том, что изменилось, то этим будет то, что я также начал приобретать привычку читать, когда бы ни был свободен, прямо как Шинономэ. Это послужило способом нахождения общих тем для общения с Шинономэ и я также полностью привык к этому, так как читал всякий раз, когда испытывал беспокойство. Когда Шиина посмотрела на нас двоих. — Разве не замечательно. Вы двое так хорошо ладите друг с другом. Промолвила она, смеясь у-фу-фу. Похоже, она полностью позабыла о том времени, когда спросила, встречаемся ли мы, а я сказал ей, что нет. Но, так как не было особой необходимости, я не упоминал об этом. — Почему бы тебе тоже не попробовать написать рассказ, Минами? Внезапно подняла этот вопрос Шинономэ, когда мы вместе шли к станции, после того как закончили нашу смену. — Это немного сложновато… Когда я читаю твою работу, я просто теряю уверенность в собственном письме. Не то, чтобы у меня тоже был какой-то интерес. — Моя история не настолько великолепна или что-то в этом роде… — Не принижай себя так. Твоя последняя работа была великолепна, «Меланхолия “Бога из машины”». Когда я произнёс смешно звучащее название, она остановилась. — Н-не произноси название… Оно звучит так неловко… И произнесла это с умоляющим видом. Когда я вижу её такой, то чувствую, что её репертуар выражений, кажется, немного расширился. Я взял её за руку и продолжил идти, не обращая внимания на её сверление взглядом меня. — Кстати говоря, ты работала над романом с тех пор? — Ещё нет. — Тогда, что насчёт сбора информации? — Но тогда… — Ну, меня это всё равно устраивает. Шинономэ и я «встречались». Наверное, дело было в этом. Тем не менее, мы всё ещё находились в этой двусмысленной ситуации. Иногда, я думаю, делаем ли мы это только ради «сбора информации»? Нам всё ещё предстоит изложить это в конкретных терминах. Было чрезвычайно неловко спрашивать встречаемся ли мы в прямом смысле этого слова и я даже представить себе не могу, что случилось бы, если бы спросил об этом на самом деле и получил отказ. С такими причинами, ситуация длилась до сих пор. Я думал, что должен буду когда-нибудь подтвердить это. То, что Шинономэ на самом деле думала обо мне. Это может быть, когда Шинономэ, наконец, закончит её роман или может быть, когда мы закончим старшую школу. Сейчас не было возможности узнать. Пока мы шли, держась за руки, я вспомнил то, что она сказала в прошлом. Человеческая жизнь равна длине короткой истории. Кажется, все думают, что их жизненная история будет такой же длинной, как роман, но на самом деле, она может быть легко суммирована в десятки строк в виде короткого рассказа или около того. В тот момент, я принял эти слова и даже подумал, что она хорошо их сказала. Но сейчас, я чувствовал немного иначе. Если мы примем эти слова за чистую монету, то тогда бы мир был сборником коротких рассказов. Жизнь каждого человека была бы коротким рассказом и их сборник сформировал бы мир. Это может быть верно, в определённом смысле. Но, каждый человек не одинок. Как я сейчас был вместе с Шинономэ, все люди соединены с другими людьми, что и формирует мир вокруг нас. В этот момент, мир больше не простой сборник коротких рассказов. Можно назвать это совместным сборником коротких историй или даже грандиозной эпопеей, включающей бесконечное количество главных героев. История одной моей жизни могла бы быть чем-то мелким, но это изменилось, когда вовлеклась Шинономэ. Только за эти несколько месяцев произошло столько много разных событий, настолько много, что они даже могут не уместиться в один том. — В чём дело? Шинономэ посмотрела на меня в замешательстве, так как всё это время я молча размышлял. — Ничего. Ответил я, а затем мы вдвоём вместе пошли к станции. ---------- Послесловие автора Прежде чем я сам это осознал, с тех пор как я в последний раз опубликовал книгу в Famitsu Bunko, прошло четыре года. За эти четыре года, я уехал из Осаки, где прожил большую часть своей жизни и приехал жить в одиночку в Токио. Так как в Токио так много людей, здесь определённо произойдёт много новых знакомств, и я так взволнованно жду их! Или так я думал, но за три года здесь не случилось ни одного нового знакомства. Был поговорка, что Токио-это пустыня. *Увядает*. Итак, если вы спросите, чем я занимался после переезда в Токио, то ответом будет: ходил в «Jonathan’s», работал, ходил домой и спал. И по новой. Практически это так и было. Будь то дождь иль ветер, «Jonathan’s». Наверное, я могу сказать, что провёл полгода в «Jonathan’s». Иногда, я хожу в «Denny’s», когда ищу перемен, но затем чувствую, что это просто неправильно, если это не «Jonathan’s». Хотя, в любом случае, кого это вообще волнует… Естественно, само собой разумеется, что 99% всей рукописи для этого было написано в «Jonathan’s». И потому, будет неправильным сказать, что это совершенно не связано. Наверно. С этим, я, наконец-таки, выпустил книгу. Я от всего сердца выражаю свою глубокую благодарность многим людям, которые сделали возможным выход этой книги. Специальная благодарность моему начальнику, N-shi, за то, что продолжаете общаться со мной, несмотря на то, что за те последние несколько лет я ничего не написал. Но с вашей помощью, эта книга получилась очень хорошей. У меня не случилось новых знакомств в Токио, но благодаря многим людям, что протягивали мне руку помощи, я не чувствовал себя одиноко. В конце концов, люди — это такие существа, которые не могут существовать сами по себе. Морихаси Бинго. ---------- Послесловие иллюстратора Спасибо, что читаете это! Это Нардак, иллюстратор этого произведения. Похоже, что пока что я попрощаюсь с Шинономэ и остальными, с кем я провёл большую часть времени с начала года. Морихаси и редактор, большое спасибо за то, что дали мне эту возможность поработать над столь замечательной серией! *Раз уж эта такая редкая возможность, я решил, чтобы девочки надели юката ^ ^ [[image:/storage/reader-images/b0aeedf35d5c6c1c3b49d153adf8bba9eeb75968.png]] ----------