Бум!

Хруст!

Когда Чжун Лин Юань как обычно пересекал дорогу, на полпути ослепительный свет пронзил его глаза, затем он услышал резкий и пронзительный звук тормозов машины, а потом он почувствовал, как его тело взлетело и отскочило более чем на десять метров.

Он начал вращаться под странным углом, и вращался он всё быстрее и быстрее.

И пока он летел к своей неминуемой гибели, Чжун Лин Юань тупо смотрел на странные образы, медленно появляющиеся перед его глазами. Поначалу он не отреагировал, но по мере того, как образы во фрагментах продолжали появляться, он кое-что понял.

Это его воспоминания?

«Смотрите! Он запомнил всю таблицу умножений!»

«Что?! Он ведь прочитал это всего несколько раз! Ха-ха, мой сын маленький гений!»

«Вы слышали? Старший учитель Юаня сказал, что в следующем семестре он может сразу перейти в шестой класс».

«С третьего класса сразу в шестой? Разве это не слишком?»

«Не волнуйся, наш сын гений!»

«Поздравляю, Чжун Лин Юань. На данный момент ты самый молодой студент колледжа, в этой провинции. Я надеюсь, что ты сможешь продолжать усердно работать и стать полезным талантом в будущем обществе».

«Юань, ты хочешь учиться за границей? И где же ты будешь учиться?»

«В Берлине, отец…».

Хруст! Бах!!!

С резким ударом об асфальт, все перед глазами Чжун Лин Юаня мгновенно рухнуло и исчезло, оставив после себя только огромное пространство белизны.

«…» — Чжун Лин Юань удивлённо моргнул, а затем понял, что это был белый потолок и стены.

«Что?! Я все еще жив?!» — последним воспоминанием в его голове было то, как большой грузовик, который вышел из-под контроля, врезался в него на большой скорости.

Само собой разумеется, что одной силы удара было достаточно, чтобы раздробить каждый дюйм костей в его теле. Но сейчас… Он жив?!

Какое чудо!

Будет ли у него инвалидность?

Думая об этом, Чжун Лин Юань быстро поднял руку и потрогал свою ногу, и сразу же после этого, он почувствовал огромное облегчение, убедившись, что у него нет отсутствующей руки или ноги.

Но… Почему он не чувствует никакой боли? Он что, слишком долго находился в коме, что все его раны зажили?

«Ваше королевское высочество, вы наконец проснулись?» — прозвучал незнакомый Чжун Лин Юаню мужской голос, с явным прусским акцентом, очень громко выражавший звуки облегчения и радости возле его постели

Медленно повернув голову и оглянувшись вокруг себя, он увидел голубоглазого, белокурого и хорошо одетого иностранца, пожилого возраста.

Когда он увидел его, Чжун Лин Юань сразу же подумал, что он дворецкий. Это было ясно видно по его внешнему виду.

Но как он назвал его?

Ваше высочество? Так ведь только обращаются к чистокровным членам королевской семьи. И когда это он попал в золотой топ элиты мирового масштаба?

«Кто я? Где я?» — после этих слов, он как будто дотронулся до переключателя, и серия чужих воспоминаний, с грохотом безумного водопада ворвалась в его разум.

Это заставило Чжун Лин Юаня не удержаться от спазмов страшной боли и дико закричать, тем самым заставив хрупкое сознание Принца рухнуть в уютные объятья темноты, оставив перепуганного дворецкого поспешно звать придворного королевского доктора.

Непонятно, сколько времени потребовалось Чжун Лин Юаню, чтобы снова проснуться, и понять по этим обрывочным воспоминаниям, что он занял чужое тело.

А тем, в кого он вселился, оказался второй внук германского кайзера и короля Пруссии Вильгельма II – 15-летний принц Янник Фридрих Макс Вернер Георг Гогенцоллерн.

Где-то полмесяца назад трое внуков Вильгельма II попали в страшную автокатастрофу, путешествуя на машине. Старший внук, кронпринц Ганс скончался на месте. Третий принц Карл получил серьезные травмы головы и находился в вегетативном состоянии, на грани жизни и смерти.

И хотя второй внук Янник не пострадал, он оставался в коме, без малейших проявлений активности клеток головного мозга, вплоть до сегодняшнего дня.

Кстати, он не знает, была ли это судьба или чистое совпадение. Но Чжун Лин Юань обнаружил, что место, где три наследника попали в автомобильную аварию, оказалось местом, где трагически завершилась его прошлая жизнь.

«Ваше королевское высочество, с вами все в порядке? У вас есть какие-то пожелания?» — обеспокоенно спросил дворецкий, увидев расфокусированный взгляд его королевского высочества Янника.

«...» — может ли быть всё в порядке?

Если человек перешел в потусторонний мир, это означает, что его физическое тело уже умерло. После стольких усилий и труда, чтобы вырастить своего сына до молодого человека и видеть, как он начинает достигать успехов, потерять его так внезапно – это причинит глубокую боль и горе любым родителям в мире.

Почему бы не попробовать найти магическую дверь и громко закричать: «Я хочу вернуться!?»

Может быть, он сможет вернуться в исходное время и пространство?

Чжун Лин Юань покачал головой и отказался от такой опрометчивой идеи. Вдруг, после того, как его душа действительно пересекла бы границы времени и вернулась обратно, она обнаружит, что физическое тело уже давно было кремировано и помещено в урну с прахом. В таком случае, он стал бы бродячим духом или призраком, лишенным покоя?

Похоже, остается принять факт и смириться с ситуацией.

«Дворецкий, принеси мне газету», — этот второй внук императора, при жизни был бесполезным развратником, в его памяти, помимо веселья и вечеринок с друзьями, очень мало полезной информации. Поэтому он может понять ситуацию этого времени и пространства только через другие каналы.

Вскоре дворецкий принес ему утренний номер «Berliner Illustrirte Zeitung».

Чжун Лин Юань сначала посмотрел на столбец даты.

11 марта 1928 г.

Это озадачило его, ведь первая мировая война закончилась 11 ноября 1918 года и Германия потерпела поражение, но Вильгельм II не бежал в Нидерланды и до сих пор остается императором Германии.

Первая сторона газеты – это новость о том, что правительство Германии находится на грани банкротства и не может реализовать «План Дауэса». Чжун Юань был знаком с «Планом Дауэса» и не был заинтересован в подробном рассмотрении, поэтому он перевернул лист.

«…» – дворецкий сбоку с удивлением посмотрел в лицо его королевского высочества, его руки чуть дрожали, и он быстро спросил: «Ваше королевское высочество, вы в порядке? У вас что-то болит?»

Чжун Юань отложил газетные листы, энергично потер лицо и попытался успокоиться, прежде чем снова взятся за чтение. На белой бумаге готическим шрифтом тёмными чернилами четко написано: «Вчера великая империя Цин спустила на воду очередной боевой корабль класса "Благородная Черепаха"».

«Не могу поверить!»

Перед глазами Чжун Лин Юаня все поплыло, и он снова потерял сознание прямо на больничной койке, заставляя бедного дворецкого испугаться не на шутку.

…

Это определённо реинкарнация!

Был ли я первым?

Чжун Лин Юань просто потерял сознание на время из-за всплеска адреналина вызванного бурей эмоций, но прежде чем врачи успели начать реанимацию, он уже пришел в себя.

Черт возьми, что это за дела? Это не та история, которую он знал!

Он перенесся в другую временную линию?

Мало того, что кто-то другой путешествовал во времени до него, очевидно, что именно он вызвал эффект бабочки.

Давайте посмотрим на немецкую королевскую семью сегодня. В оригинальной временной линии после обьявления 5 октября 1918 года германскими властями о принятии четырнадцати пунктов президента США Вудро Вильсона как основы мирных переговоров, война со стороны Германии утратила смысл. Единственный пункт, который отвергала немецкая сторона – требование о смене политической власти в стране. В режиме буквального экспромта рейхстаг принял все соответствующие законы, ограничивающие власть монархии. Однако союзники указывали, что этого не достаточно и требовали самое первое – отречение Вильгельма II. Но тот старался тянуть время. Это послужило затяжке военных действий и новым жертвам. В обстановке усиливающегося розвала сухопутного фронта военное командование Германии решило усилить свои переговорные позиции за счет успешного морского сражения и начало сосредоточение военных кораблей для операции в Северном море. Это послужило последним толчком к революции.

Ноябрьская революция в Берлине и других крупных городах Германии застала императора врасплох во время пребывания в штабе императорской армии в Спа (Бельгия). Переход на сторону революционеров его любимого военно-морского флота глубоко потряс кайзера, который пытался организовать вооруженное подавление беспорядков силами армии. На тот момент он был убежден, что даже если сложит императорскую корону, то сумеет сохранить титул короля Пруссии. Никакая политическая сила Германии даже не стала рассматривать такой вариант. Но 9 ноября в условиях надвигающейся революционной анархии для сохранения хоть какого-нибудь порядка канцлер Макс Баденский не предупредив кайзера и не получив его согласия, обьявил об отречении Вильгельма II от обоих престолов. Спустя несколько часов сам канцлер Баденский был вынужден уйти в отставку, осознав, что реальныій контроль над ситуацией может осуществлять только лидер СДПГ Фридрих Эберт. Вильгельм согласился на отречение только после того, как генерал-квартирмейстер Вильгельм Грёнер проинформировал императора о том, что солдаты вернутся под контроль властей только под командованием Пауля фон Гинденбурга, но они будут определённо против того, чтобы вернуть Вильгельму трон. Монархия лишилась своей последней и самой надёжной поддержки – армии. В этих условиях даже такой убеждённый монархист как Гинденбург, был вынужден советовать императору отказаться от короны.

На следующий день, 10 ноября бывший император пересёк границу Нидерландов, где нашёл себе последний приют в изгнании. 28 ноября Вильгельм подписал официальный акт об отречении от обоих престолов, объявив: «Я отказываюсь от прав на корону Пруссии и вместе с ним от права на Германскую императорскую корону». При этом Вильгельм II освободил своих офицеров от обязанности исполнять данную ему когда-то присягу.

После разработки и утверждения текста Версальского договора в начале 1919 года, статья 227 прямо предусматривала выдачу Вильгельма II как главного военного преступника для осуждения его в нарушении мира и покоя в Европе. Но королева Вильгемина отказалась выполнить требования союзников о выдаче бывшего немецкого императора.

Сначала Вильгельм II поселился в Амеронгене, затем 16 августа 1919 года он приобрёл небольшой замок в Дорне. Именно этот замок стал последним приютом императора Вильгельма II.

Правительство Веймарской республики позволило экс-императору вывезти в Голландию 23 вагона мебели, а также 27 различных контейнеров с вещами, в том числе автомобиль и лодку из нового дворца в Потсдаме. Но в этой временной линии, благодаря вмешательству великой Империи Цин, союзники не смогли прийти к «более податливому правительству» в Германии, и форма правления в Германии изменилась лишь с конституционной монархии на парламентскую монархическую форму правления. Поэтому на данный момент, в 1928 году, Вильгельм II все еще уверенно удерживает свой престол.

В оригинальной временной линии 27 февраля 1881 года Вильгельм II женился на старшей дочери герцога Фридриха VIII из Шлезвиг-Гольштейна, принцессе Огюсте Виктории Фридерике Луизе Феодоре Дженни из Шлезвиг-Гольштейна-Сондербурга-Огюстенбурга, известной как императрица Августа-Виктория. У них было семеро детей, но императрица умерла 11 апреля 1921 года от осложнений гриппа.

Второй случай бракосочетания случился, когда воспользовавшись днем рождения кайзера в 1922 году, недавно овдовевшая принцесса Эрмине Ройс из Граца (родилась 17 декабря 1887 года) была приглашена с сыном в императорский дворец. Старый кайзер нашел вдову очень привлекательной, несмотря на то, что она была на 30 лет моложе его и имела уже пятерых детей. Отмахнувшись на ворчание его личных советников и его детей, Кайзер женился на женщине 9 ноября 1922 года, теперь известной как императрица Эрмине. У них не было детей.

Но в этой временной линии у него есть только один сын. Точнее сказать не только один сын, а больше одного.

Жалко то, что его сын, Оскар Карл Густав Адольф Гогенцоллерн (Нынешний отец Янника), который собственно и должен был быть следующим Императором – странный человек и не интересуется императорским троном. Он был заинтересован только в том, чтобы взять свою прекрасную жену Анну-Марию в путешествование вокруг света.

Они называли это их «приключением», и иногда возвращались домой через несколько лет, что было очень редко.

У Вильгельма II действительно не было контроля над этим непослушным сыном. К счастью, этот негодник дал ему троих внуков – Ганса, Янника, Карла и внучку Шарлотту. Вильгельм II возлагал свои надежды на старшего принца Ганса, но неожиданное происшествие лишило того жизни, а его третий внук Карл получил серьезную травму головного мозга и стал овощем. Казалось бы, второй внук никак не пострадал, но он все равно оставался в коматозном состоянии, и даже врачи не могли понять, что с ним не так.

К счастью, сегодня он наконец услышал, что его второй внук проснулся, и Вильгельм II в спешке бросился к нему: «Янник, ты проснулся! Это чудо! У тебя что-то болит?»

Чжун Юань чуть не рассмеялся, когда посмотрел на пышную бороду на лице Вильгельма II.

Биологи в его первоначальном времени и пространстве нашли обезьяну обитавшую среди тропических лесов Амазонки в Южной Америке, и как же они были удивлены, обнаружив, что борода этой обезьяны напоминала стоящего перед ним Вильгельма II. Они в шутку назвали ее Кайзером, которая позже была официально класифицирована как императорский тамарин.

* Императорский тамарин – обезьяна, знаменитая своей щёгольской бородской и пышными усами. Прозвище "императорский" этот вид тамарина получил за своё сходство с немецким императором Вильгельмом I. Обитают в Южной Америки. Вымахивают до 25 см! Крошечных игрунок ученые иногда называют когтистыми обезьянами: в отличие от других обезьян пальцы рук и ног снабжены у них не ногтями, а острыми когтями.

[[image:/storage/reader-images/91053c4c27320ac83dcd846bdb4a735143947ac6.png]]

Чжун Лин Юань подавил свои мысли и не стал ассоциировать его и эту веселую обезьянку с удивительным внешним видом, замотав головой. «Я чувствую себя хорошо, дедушка. Вам не нужно беспокоиться», — сказал он.

«Хорошо, это хорошо», — Вильгельм II казался встревоженным и посмотрел на доктора рядом с ним.

Врач поспешно сообщил: «Ваше величество, тело принца Янника действительно цело, с ним все хорошо».

Слыша это, Вильгельм II слегка нахмурился, как будто хотел спросить, почему тогда он не просыпался так долго, если все с ним в порядке? Жалко, что все известные доктора, которых он мог найти раньше, будь то китайская или западная медицина, приходили навестить его. И все без исключения пришли к выводу, что его высочество здоров, но никто не может объяснить, почему он был без сознания.

Благодаря Богу, Янник проснулся, и теперь, когда он уже пришел в себя, он не хочет больше расследовать произошедшее.

Забавно, но в прошлом он редко общался со своим внуком, за исключением повседневных приветствий, и они имели мало общего. Среди всех трех внуков именно с ним были самые отдаленные отношения, и сейчас он не может придумать ничего, что бы сказать ему что-то.

«Кхм, Янник, сейчас ты – кронпринц Германии», — произнес Вильгельм II, чувствуя себя немного расстроенным. Его самый любимый внук Ганс внезапно ушел, и он не мог не беспокоиться о том, что судьба империи может попасть в руки этого бездельника, который тратит свою жизнь на веселье и развлечения. Как он может доверить свою империю такому человеку? Но, с другой стороны, он не хочет, чтобы иностранцы взяли под свой контроль его империю, иначе бы он не избавился от железного канцлера Бисмарка.

Выражение лица Вильгельма II изменилось слишком явно, и Чжун Юань легко догадался, о чем он думал, и поэтому он взял на себя инициативу, чтобы сказать: «Не волнуйтесь, дедушка, я постараюсь вернуть Германскую Империю на путь процветания», — сказал он. Он уже не питал больших надежд на возвращение в свою родную эпоху. Так как вернуться не удается, он решил рассматривать это как игру в стратегию войны и просто наслаждаться процессом.

«...» — Вильгельм II не ожидал, что его внук так хорошо осознает ситуацию и это вызвало у него некоторую радость. Хотя он не знает, что получится воплотить в жизнь свои обещания, но хотя бы видит в его глазах решимость, что уже достаточно хорошо.

После некоторого времени Вильгельм II снова спешно ушел по делам государственной важности. Несмотря на то, что Германия сейчас находится в системе парламентарной монархии, как монарх, Вильгельм II не мог просто так отказаться от своих прав императора. За десять лет с поддержкой монархистов он постепенно вернул себе значительную часть своих полномочий, и теперь парламент не может полностью контролировать его власть, особенно в вопросах вооруженных сил.

Это позволило Чжун Лин Юаню немного расслабиться и вздохнуть с облегчением.

К счастью, второй внук не был близок к Вильгельму II в повседневной жизни, иначе кайзер мог бы обнаружить какие-то изъяны в его поведении, и возможно, что его примут за злого демона, привяжут к каменной плите, и подвергнут экзорцизму.

«Мистер Уолтер, я хочу выйти и подышать свежим воздухом», — Чжун Лин Юань устал от долгого лежания на больничной койке, и он сел в инвалидное кресло с помощью врача и медсестры. Может быть, принц слишком долго находился в коме, поэтому все тело было ослаблено. Он даже не мог нормально встать с постели. К счастью, врач заверил его, что это временно и завтра утром он полностью поправится.

Дворецкий толкнул инвалидное кресло в сад, и Чжун Лин Юань с большим волнением оглядел Берлинский дворец, который был разбомблен во время Второй мировой войны. В первоначальном времени и пространстве он не мог даже видеть руины дворца, но теперь стал здесь хозяином. Странная штука, эта судьба.

Поскольку он теперь кронпринц, а в будущем станет немецким императором, то надеется на идеальный финал. У него, Янника Гогенцоллерна, нет маниакального состояния, ни чувства депрессии или одиночества, чтобы прятаться в темном, мрачном подземном бункере, словно загнанная в угол крыса и совершить самоубийство.

Говоря об Гитлере, его нацистская партия должна была быть создана давно, а масштаб штурмовиков исчисляется сотнями тысяч, не так ли?

Думая об этом, Чжун Лин Юань посмотрел на стоявшего в стороне дворецкого и спросил его: «Мистер Уолтер, вы когда-нибудь слышали о Адольфе Гитлере?»

«Гитлер?» — дворецкий озадаченно посмотрел на принца, и медленно покачал головой, после долгих размышлений: «Нет, я не знаю такого человека».

«Не знаете? Это же лидер Национал-социалистической рабочей партии Германии, разве вы не слышали о нем?» — Чжун Лин Юань не мог не задаться вопросом, увидев, как дворецкий снова качает головой.

Что происходит? Может это снова эффект бабочки?

«Погодите, кажется я припоминаю этого человека», — воскликнул дворецкий, напряженно размышляя.

И вот, через некоторое время, дворецкий вдруг хлопнул в ладоши и сказал: «Я знаю его, вы говорите о головорезе Гитлере, который пять лет назад инициировал бунт в Мюнхене?»

Правда?! Неужели, бунт пивного зала был запущен в то же время и месте, что и в его первоначальном пространстве и времени?

Чжун Лин Юань быстро кивнул: «Да, именно о нем я и говорил! А где он сейчас находится?»

Дворецкий слегка растерянно развел руками и сказал: «Он умер пять лет назад».

Слыша его слова, Чжун Лин Юань был шокирован, и придя в себя через несколько секунд, поспешил спросить его: «Как он умер?»

Дворецкий вспомнил и сказал: «Его королевское высочество Оскар в то время находился в частной собственности Мюнхена, и столкнулся с беспорядками. Группа головорезов перестреляла полицию возле отеля, где остановился королевское высочество. Пуля даже раздробила место, где находилась его Корона. Это чрезвычайно рассердило его еоролевское высочество и он напрямую мобилизовал императорскую гвардию, чтобы уничтожить их. Виновник всего этого бунта Гитлер, был арестован на загородной вилле, где он прятался, и был застрелен на месте. Его сообщники Макс Шойбнер-Рихтер, Герман Геринг, Ерих Людендорф и другие тоже были приговорены к смертной казни и немедленно казнены на месте».

Гитлер мёртв? Это отличные новости!

Что касается смерти будущего главы государства Германии, то в лучшем случае Чжун Лин Юань вздыхал об эффекте бабочки. Если бы он стал обычным человеком, ему возможно, пришлось бы найти способы обнять бедро главы государства, но его нынешняя личность – немецкий кронпринц. В будущем вся Германия будет его, и больше не будет нужно бедро главы государства.

То что он умер – это хорошо, ведь в будущем он не будет доставлять ему неприятностей.

В оригинальной исторической линии в январе 1923 года в Германии разразился кризис, причиной которого стала французская оккупация Рура. Правительство во главе с беспартийным рейхсканцлером Вильгельмом Куно призвало немцев к пассивному сопротивлению, приведшему к большому экономическому ущербу. Новое правительство во главе с рейхсканцлером Густавом Штреземаном 26 сентября 1923 года было вынуждено принять все требования Франции и в результате подвергалось нападкам как со стороны правых, так и со стороны коммунистов; по стране прошла волна беспорядков и даже вооружённых выступлений, как Кюстринский путч черного рейхсвера. Предвидя эти волнения, Штреземан добился введения президентом Эбертом с 26 сентября 1923 года чрезвычайного положения в стране. Министр обороны Отто Гесслер и начальник управления сухопутных войск рейхсвера Ханс фон Сект были наделены исключительными полномочиями.

26 сентября 1923 года консервативный баварский кабинет министров объявил о введении на территории земли своего собственного чрезвычайного положения и назначил правого монархиста и бывшего премьер-министра Густава фон Кара комиссаром земли Бавария, наделив его диктаторскими полномочиями. Власть была сосредоточена в руках триумвирата – Кара, командующего силами рейхсвера в Баварии генерала Отто фон Лоссова и начальника баварской полиции Ханса фон Зайсера. Кар не признал, что введённое в Германии чрезвычайное положение действительно в отношении Баварии, и отказался исполнять ряд приказаний Берлина, в частности, арестовать троих популярных лидеров вооружённых формирований – Хайса, Эрхардта и Россбаха – и закрыть газету Völkischer Beobachter, печатный орган НСДАП, когда Сект попытался отстранить Лоссова от командования баварскими частями рейхсвера и заменить его генералом Крессом фон Крессенштейном, Кар объявил, что Лоссов останется командующим; он в нарушение конституции потребовал от офицеров и рядовых принести специальную присягу правительству Баварии.

Гитлеру в 1923 году удалось добиться влияния среди баварских националистических организаций – он стал одним из главарей «Немецкого союза борьбы», группы, включавшей в себя партию НСДАП Гитлера и её штурмовые отряды, которые возглавлял Эрнст Рём. На митинге 2 сентября в Нюрнберге «Немецкий союз борьбы» открыто провозгласил цели свержения Веймарской республики и отказ от Версальского договора. На этом митинге вместе с Гитлером выступал и генерал Эрих Людендорф, герой Первой мировой войны, пользовавшийся авторитетом среди военных и консерваторов; Людендорф тоже одобрял план захвата власти и сам претендовал на роль лидера националистической революции. В Берлине непокорное поведение баварцев воспринимали как бунт – Сект направил предупреждение баварскому триумвирату, Гитлеру и вооружённым отрядам, что любое их выступление будет подавлено силой.

Гитлер, вдохновленный примером похода Муссолини на Рим, надеялся повторить нечто подобное, организовав поход на Берлин, и обратился к Кару и Лоссову с предложением предпринять марш на Берлин: «До того, как Берлин пойдёт на Мюнхен». Кар, Лоссов и Зайсер, которые не были заинтересованы в проведении бессмысленной акции, 6 ноября проинформировали «Немецкий союз борьбы», что не намерены втягиваться в поспешные действия и сами примут решение о своих действиях. Гитлер воспринял это как сигнал, что следует брать инициативу в свои руки. Он решил взять всех троих членов триумвирата в заложники и силой заставить их перейти на сторону нацистов и совершить в стране революционный переворот. По начальному плану, который составили Макс Шойбнер-Рихтер и Альфред Розенберг, нацисты должны были вмешаться в военный парад 4 ноября в честь поминовения павших – на трибунах должны были присутствовать и члены триумвирата, и кронпринц Рупрехт Баварский. Перекрыв узкие улицы с помощью штурмовиков и захватив почётных гостей, Гитлер смог бы заставить их принять и поддержать революцию. Тем не менее, этот первый план был отменён в последний момент – Розенберг утром 4 ноября обнаружил, что улица, которую должны были перекрыть штурмовики, уже охраняется хорошо вооружённым отрядом полиции.

Вечером 8 ноября 1923 года руководители Баварии – комиссар фон Кар, генерал фон Лоссов и начальник полиции фон Зайсер – должны были по приглашению деловых организаций Мюнхена выступить в огромном пивном зале «Бюргербройкеллер». Это выступление должно было посвящёно программе нового баварского правительства, и в зале собрались около трёх тысяч человек. Пока Кар выступал перед собравшимися, около 600 штурмовиков оцепили зал, установив на улице пулемёты, нацеленные на входные двери. Хотя в зале и присутствовали вооружённые баварские полицейские, Вильгельм Фрик – начальник мюнхенского уголовного розыска и сторонник Гитлера – позвонил в зал и велел полиции не вмешиваться, а только наблюдать и сообщать о происходящих событиях.

Примерно в 20 часов 45 минут Гитлер стремительно вошёл в зал, вскочил на стол и выстрелил в потолок из пистолета, заставив Кара прервать речь. Гитлер с помощью своих помощников Рудольфа Гесса и Ульриха Графа пробился к трибуне, оттеснил от нее комиссара Кара и объявил: «Началась национальная революция!». В речи, обращённой к публике, Гитлер объявил, что здание окружено 600 хорошо вооруженными людьми и никому не разрешается покидать зал, и если толпа не успокоится, он прикажет поставить на балконе пулемёт. Гитлер утверждал, что правительство Баварии в Мюнхене и правительство Веймарской республики в Берлине якобы уже низложены, сформировано временное правительство страны, полиция и рейхсвер уже поддержали переворот и «вступают в город под знамёнами со свастикой». Эти заявления были блефом, но присутствующие были испуганы и подчинились участникам путча.

Гитлер собрал руководителей Баварии в соседней со сценой комнате и с пистолетом в руке стал уговаривать их поддержать путч, обещая посты в новом правительстве, которое он должен был сформировать вместе с генералом Людендорфом. Кар, Лоссов и Зайсер, однако, не соглашались встать на сторону нацистов даже под угрозой пистолета – комиссар Баварии Кар отвечал: «Умру я или нет, не столь важно», а Зайсер упрекал Гитлера в том, что тот нарушил ранее данное честное слово не поднимать путча против полиции. Ничего не добившись от них, Гитлер вернулся в зал и снова сблефовал – заявил, что Кар, Лоссов и Зайсер перешли на его сторону; он объявлял о планах совершить поход на Берлин "во имя спасения немецкого народа" и поручить ему, Гитлеру, руководство политикой нового национального правительства.

В это же время Шойбнер-Рихтер доставил в пивную генерала Людендорфа, который до того ничего не знал о путче. Людендорф хотя и поддержал нацистов, но был возмущён, что роль диктатора Германии достанется не ему – Гитлер намеревался поручить ему лишь командование армией. Тем не менее, авторитет Людендорфа и одобрительные возгласы публики в зале заставили Кара, Лоссова и Зайсера поддаться уговорам – они согласились сотрудничать. Гитлер вывел их с Людендорфом на сцену и произнес заключительную речь. После этого собравшиеся начали расходиться, хотя Гесс при помощи штурмовиков задержал у дверей других членов баварского правительства, пытавшихся скрыться в толпе.

В это время Гитлеру сообщили о стычке между военными и штурмовиками «Бунд Оберланд» – ещё одной националистической организации, входившей в «Немецкий союз борьбы» – в казармах инженерно-сапёрных войск; Гитлер решил отправиться на место событий и урегулировать ситуацию, оставив Кара, Лоссова и Зайсера в руках Людендорфа. Отсутствие Гитлера позволило всем троим бежать – Лоссов попросился на улицу, дав Людендорфу «честное офицерское слово» что ему надо отдать распоряжения в штаб. Кар и Зайсер также покинули пивную. Кар перевёл правительство в Регенсбург и издал прокламацию, в которой отказался от всех заявлений, сделанных "под дулами пистолетов", и объявил о роспуске НСДАП и штурмовых отрядов.

Хотя изначальный план нацистов предполагал, что во время захвата членов правительства в «Бюргербройкеллере» штурмовики займут основные правительственные здания Мюнхена, этого не было сделано – только отряд Рёма «Военное знамя рейха» занял штаб-квартиру сухопутных войск в военном министерстве на Шёнфельдштрассе. Регулярная армия не поддержала путч – хотя несколько младших офицеров и рядовых и дезертировали, мюнхенский гарнизон во главе с генералом Даннером был готов выполнять распоряжение Секта о подавлении силой любых выступлений в Баварии. Военных особо возмущало, что Гитлер, гражданское лицо, угрожал в «Бюргербройкеллере» пистолетом генералу Лоссову – по неписаным армейским законам такое поведение заслуживало расправы на месте. Даннер и Лоссов организовали новый штаб в казармах 19-го пехотного полка и оттуда разослали другим военным частям приказ прислать подкрепления. К рассвету захваченное Рёмом здание военного министерства было окружено войсками

В этой ситуации Людендорф предложил Гитлеру занять центр города, рассчитывая, что его авторитет поможет переманить на сторону нацистов армию и полицию. 9 ноября в 11 часов утра собравшиеся нацисты под знамёнами со свастикой и военными штандартами колонной направились к центру города на Мариенплац, надеясь снять осаду с военного министерства. Во главе колонны шли Гитлер, Людендорф и Геринг. По утверждению Уильяма Ширера, в составе марширующих было также несколько заложников. На Мариенплац к демонстрантам присоединился Юлиус Штрейхер, который узнал о путче и приехал из Нюрнберга.

Вначале немногочисленные полицейские патрули пропустили колонну, но когда путчисты вышли на Одеосплац (неподалёку от министерства обороны), путь им преградили усиленные наряды полиции. Трём тысячам по большей части невооружённых путчистов противостояли 130 вооружённых баварских полицейских под командованием Михаэля фон Година. Гитлер призвал полицию сдаться, но получил отказ, после чего раздались выстрелы (кто начал стрелять первым, точно неизвестно, различные свидетельства противоречивы). В перестрелке погибли 16 нацистов, в том числе Шойбнер-Рихтер, и 4 полицейских. Многие были ранены, в том числе Геринг. Гитлер и другие путчисты бросились на мостовую, а затем пытались скрыться. Людендорф остался стоять на Одеонсплац и был арестован. Через два часа после этого в здании министерства обороны сдался Рём.

Ни население, ни военные не поддержали попытку путча. В течение нескольких дней после него были арестованы все зачинщики, кроме Геринга и Гесса, бежавших в Австрию (Гесс позднее вернулся и тоже был осуждён). Участники шествия, в том числе Гитлер, были приговорены к тюремным срокам различной длительности с отбыванием в тюрьме Ландсберг. Своё наказание они отбывали в достаточно мягких условиях; им даже позволялось собираться за общим столом и обсуждать политические вопросы. Находясь в заключении, Гитлер написал бо́льшую часть книги «Main Kampf».

Вопреки ожиданиям Гитлера, Людендорфу не удалось привлечь на свою сторону ни армию, ни полицию; не удалось и добиться поддержки со стороны простых граждан. Однако после прихода национал-социалистов к власти путч был назван Национальной революцией, а 16 погибших путчистов официальная пропаганда стала именовать мучениками. 9 ноября 1935 года саркофаг с прахом этих людей был перенесён на мюнхенскую площадь Кёнингсплац. Здесь были построены два (северный и южный) Храма почёта, располагавшиеся между Административным зданием НСДАП и Фюрербау. Флаг, под которым шли путчисты (и на который, по официальной версии, попали капли крови погибших), использовался в дальнейшем на партийных съездах в Нюрнберге в качестве священного при исполнении ритуала освящения партийных знамен: Адольф Гитлер прикладывал к нему новые знамёна.

Некоторые люди могут сомневаться: если в Первой мировой войне Германия не будет так унижена другими странами, разве она начнёт вторую мировую войну? Многие опрошенные немецкие ветераны считают, что это историческая тенденция, и избежать ее было невозможно. Начало Второй мировой войны в Германии было определено обстоятельствами того времени: даже если бы не было надежды, она все равно случилась бы, самое большее – через несколько лет.

В то время, экономика Германии уже испытывала серьезные проблемы, а в Первой мировой войне оккупация немецкой территории странами-победительницами была слишком серьезной.

Под давлением стран-победительниц экономика Германии рухнула бы в любой момент, и было естественно, что немцы очень ненавидят эти страны-победительницы.

Чжун Лин Юань заметил намек на любопытство в глазах дворецкого, который явно недоумевал, почему принц внезапно спросил об этом Гитлере, но его хорошие профессиональные качества заставили его молчать.

Чжун Лин Юань улыбнулся и объяснил: «Я просто внезапно вспомнил такое имя и захотел узнать, кто он».

«Мистер Уолтер, принесите мне бумагу и ручку. Я придумал хорошую идею, и я хочу записать это».

Он перешёл в прошлое на 90 лет. И благодаря всем знаниям, которые получил в своём прошлом мире, будь то астрономия, география, химия или история, он хочет все это записать. Ведь нельзя зря тратить знания этих 90 лет.

«Вот, ваше высочество», — дворецкий казалось, был готов к его просьбе, и сразу же протянул ему бумагу и ручку, почтительно наклонившись: «Тогда я оставлю вас наедине, ваше высочество».

Глядя на уходящего дворецкого, Чжун Лин Юань обнаружил по памяти Янника, что прошлый владелец этого тела мечтал стать художником?

Жалко, что идеалы слишком сладкие, а реальность слишком горькая.

Прошлый Янник не имел таланта к живописи и вообще к любому написанию статьи, стихов и рассказов. Вспоминая те статьи, которые он написал, Чжун Лин Юань почувствовал, что умрёт на месте от стыда. В предисловии у него нет слов, это полная чушь, а содержание настолько наивно, что люди будут подозревать, что это сочинение для первого и второго классов начальной школы. Уровень живописи еще хуже, это просто своего рода граффити детсадовцев.

Он умел только одно, ходить по девушкам и ничего более.

К счастью, этот парень осознает уровень своего письма, и его "работы" никогда никому не показывались. Каждый раз, когда он писал или рисовал, он просил дворецкого и слугу, которые были рядом с ним постоянно, уйти, и он писал и рисовал тайно.

После того, как он хорошо провел время, он сжигал материал. Так что до сих пор никто не обнаружил его столь ужасного «художественного таланта».

Вспомнив об этом, Чжун Лин Юань почувствовал жалость к этому парню. Он начал писать и рисовать усердно в 13 лет и не улучшился в течение нескольких лет, но никогда не отказывался от своей мечты.

«…» — в таком случае я помогу тебе.

…

Когда Чжун Лин Юань полностью забыл обо всем, и изо всех сил пытался писать о разных технологиях современного мира, тихий кашель дворецкого раздался неподалеку.

Когда Чжун Лин Юань повернул голову и посмотрел на него с раздражением, дворецкий спокойно сказал: «Ваше высочество, ваши друзья пришли к вам в гости».

Друзья? Чжун Лин Юань быстро поискал в своей памяти и не мог не вздохнуть.

Как и ожидалось, все друзья Янника – его «единомышленники», всего лишь группа плейбоев, которые едят, пьют и веселятся вместе с ним.

«Пригласите их», — сказав это, он закрыл тетрадь и передал её дворецкому.

А дворецкий бережно взяв ее в руки, спросил: «Его королевское высочество, вы сожжете его, как обычно?»

«…» — ты лучше сожги себя, я наконец столько написал, и если ты сожжешь эту тетрадь, я убью тебя. Думая так, Чжун Лин Юань ответил: «Нет, я еще не закончил писать, положи тетрадь в мою комнату, и никому не позволяй смотреть в неё».

Вскоре после ухода дворецкого, к нему пришли шестеро молодых людей примерно его возраста.

Видя их высокомерие в каждом движении, Чжун Юань действительно хотел выгнать их, сразу после одного только взгляда на них.

«Привет Янник, я так рад видеть тебя живым и невредимым. Мы глубоко сожалеем о том, что случилось с тобой».

«Сожалею».

«Сожалею».

Они сказали это с торжественным выражением лица, а Чжун Лин Юань махнул рукой, и сказал: «Хорошо, не притворяйтесь больше. Мне на самом деле надоело видеть вас, ублюдков, похожих на собак».

Услышав эти слова, несколько человек сразу же стали веселее и сказали ему с улыбкой на лице: «Ладно, раз уж ты не спишь, как насчет того, чтобы пойти и повеселиться с девушками этой ночью?»

Чжун Лин Юань линь молча закатил глаза: «Разве вы не знаете, насколько я несчастен?».

Несколько человек уставились друг на друга. «У тебя есть и руки и ноги. Какое несчастье?»

Чжун Лин Юань ответил: «Мой старший брат недавно скончался, а младший – без сознания. Из-за этого я стал кронпринцем. И в этой ситуации вы, дураки, теперь говорите мне выйти и повеселиться!?»

Высокий мужчина по имени Луи похлопал его по плечу. «Не будь таким пессимистом, может быть, твой отец захочет унаследовать трон, когда вернется, или твой брат внезапно проснется».

Чжун Лин Юань похлопал себя по лбу, он и не подумал о своем ненадежном «папе».

По словам дворецкого, его отец и мама находились на окраине леса Амазонки, когда в последний раз отправили сообщение. Они готовились войти в девственный лес Амазонки для приключений.

Такого рода призрачное место заключается в том, что когда спутники летят в небе спустя десятилетия, связь с сигналом отсутствует, не говоря уже о том, что сейчас. В результате, похороны Принцев Империи были завершены, но им до сих пор не удалось связаться с их родителями.

К счастью, такое случалось не один или два раза, и окружающие не особо волновались об их пропаже. Они просто хотели сообщить об аварии, где умерли их сыновья.

Что до его брата – было бы чудом, если половина его разума восстановится, чтобы жить нормально, так что было глупо ожидать, что он проснется и унаследует трон.

«Как вы думаете, это возможно?» — к счастью, он пришел сюда, иначе оригинальный Янник определенно сошел бы с ума в этой ситуации: «Всё, хватит, я не буду говорить об этом с вами. Давайте поговорим о другом».

«О чем поговорить?» — спросили все с непониманием.

«Я собираюсь заняться одним делом, и вы ребята, должны мне помочь с этим», — даже если он станет в будущем императором Германии и будет обладать высшим правом, будет невозможно украсть чужое богатство. Только если он будет держать под контролем экономическую дорогу империи, то сможет бороться с жадными капиталистами, чтобы они не мешали ему…

Почему Гитлер ненавидит евреев? Потому что евреи умеют вести бизнес. Самые богатые люди в Германии – евреи, и они являются источником жизненной силы экономики Германии.

Но когда союзные державы потребовали от Германии компенсации за огромные суммы военных репараций, эти богатые евреи ничего не сделали и перенесли все долги на простых людей, что сделало обычных людей в Германии еще более бедными.

Чжун Юань не может убивать евреев тысячами, как это делал Гитлер, но он собирается использовать более «законные» методы, чтобы справиться с этими жадными вампирами.

Слыша такие слова, его друзья не могли не распахнуть глаза в шоке: «Ты уверен, что не ударился головой? Ты будущий император Германии, и разве тебе нужно заниматься бизнесом самостоятельно?»

Некоторые из них – друзья его детства, и они очень удивились, когда услышали о том, что Янник хотел открыть свой бизнес.

«Да ладно Антон, разве ты не говорил, что в прошлый раз издательство твоей семьи почти обанкротилось?»

Молодой человечек по имени Антон согласно кивнул головой и сказал: «Да, мой отец чуть не умер от беспокойства. В случае, если он объявит о банкротстве, финансовая компенсация, выплаченная сотрудникам, будет немалой суммой».

Луи стоящий рядом с ним спросил его, подняв брови: «Что? Твой отец ещё и заботится о своих сотрудниках?»

Антон пожал плечами и беспомощно сказал: «Кто сделал моего отца таким добросердечным? Если он станет банкротом, этим сотрудникам вероятно придется голодать».

Внезапно Чжун Юань сказал: «А как насчет того, чтобы продать мне это издательство?»

Антон выглядел удивлённым его словами: «Если ты серьезно, то я советую тебе не покупать её, издательство в настоящее время имеет лишь отрицательную прибыль, к тому же у папы есть долги по выплате зарплаты работникам».

«Сумма долга», — сказал Чжун Юань, немного нахмурив брови.

«Заработная плата за прошлый месяц уже была выплачена. Так-что сейчас долг составляет менее 10 000 долларов».

Поскольку в Германии в это время все еще царит инфляция, бумажные марки почти эквивалентны макулатуре. Эти бизнесмены предпочитают использовать доллары США.

Ха, это равносильно покупке издательства менее чем за 10 000 долларов, поэтому Чжун Юань очень охотно кивнул: «Хорошо, я куплю её».

Антон невольно рассмеялся, когда увидел, что Чжун Юань настаивает на покупке издательства, из-за которого у его отца болела голова: «Наконец-то я выбросил эту горячую картошку. Если бы мой отец знал, что я сделал это, мои карманные деньги определенно сильно вырастут в следующем месяце. Хахаха, нет, я должен пойти и сказать своему отцу, чтобы он прошел через формальности сейчас! Янник, я приду к тебе снова сегодня вечером, до свидания».

Наблюдая за выбегающим из комнаты Антоном, Луи все еще не мог в это поверить: «Янник, ты действительно хочешь заниматься бизнесом?»

Чжун Юань взглянуть на него, а затем и на остальных: «Позвольте мне сказать это еще раз. Если у вас есть бизнес, который вы хотите продать, то продайте его мне».

«У меня есть!» — почти в унисон кричали остальные пять человек. Луи пожал плечами и горько улыбнулся: «Янник, ты можешь не знать страданий людей внизу, потому что ты родился в императорском доме. Экономическое положение империи сейчас действительно не очень хорошее, и жизнь таких мелких бизнесменов, как мы, нелегка».

«…» — у всех вас есть несколько компаний или фабрик, и ты говоришь мне о том, как тяжело жить обычным людям?

Несколько человек пытались перепродать заводы компании, которые находились в состоянии спада или находились на грани банкротства, но Янник был внимательным, и приобрел семь заводов их компании по цене 80 000 долларов.

После того, как все его "друзья" благополучно ушли, Чжун Юань продолжил придумывать свой собственный бизнес-план.

После некоторого планирования он обнаружил, что его стартовый капитал должен составлять не менее 200 000 долларов США.

Только тогда он вспомнил ужасную вещь – у него нет таких денег!

Предыдущий Янник всегда был расточительным. Карманные деньги, которые он получал каждый месяц, тратились на то, чтобы проводить время с друзьями. И излишков у него не было.

«Кажется, я могу только одолжить деньги».

К счастью, его дед – император. И хотя Вильгельм II обычно не разговаривал с Янником слишком часто, но в конце-концов, он – его внук, и ему не составит труда одолжить ему немного денег.

Думая об этом, Чжун Юань позвал дворецкого и спросил у него: «Мистер Уолтер, мой дедушка сейчас отдыхает?»

Дворецкий взглянул на часы и покачал головой: «Его величество император обычно работает до часу ночи».

«Ну, я все равно пойду к дедушке».

Дворецкий подвез его инвалидное кресло к кабинету Вильгельма II, и уведомил секретаря Вильгельма II о прибытии принца.

Самое привлекательное в просторном офисе – это висящие на стене топоры и дробовики, а также реалистичная голова оленя.

Но на взгляд Янника, эта голова оленя выглядит ужасно. Разве дедушка не чувствует себя неловко из-за этого мертвого оленя в офисе? Первое, что он сделает, сидя в этом офисе – снимет голову оленя и выбросит его в мусорку.

Тем временем Вильгельм II, просматривавший документы, поднял голову и взглянул на своего внука, который пристально смотрел на голову оленя: «В чем дело Янник? Тебе нравится эта голова оленя? Если да, то я прикажу кому-нибудь перетащить её в твою спальню».

Чжун Юань был так напуган, что поспешно покачал головой: «Не надо, дедушка, я пришел попросить тебя об одолжении».

«О? Что ты хочешь?» — Вильгельм II был немного удивлен, хотя обычно его внук ведет себя немного небрежно, и просто тратит все свои карманные деньги, он никогда спрашивал его ни о чем конкретном.

«Я хочу занять у тебя немного денег».

«Занять? Сколько?»

Чжун Юань открыл рот, но не смог ничего сказать. Он никогда раньше не думал о концепции десяти тысяч долларов в его мире. Но после его поспешного подсчета он обнаружил, что один доллар стоил 14 юаней, а 200 000 долларов, которые он хотел занять, составляли 2,8 миллиона юаней.

До его реинкарнации здесь, депозит его семьи составлял всего несколько сотен тысяч юаней. Думая о том, чтобы взять в долг такую огромную сумму денег, он не мог не чувствовать себя немного испуганным.

Увидев, что его внук колебался и несколько раз останавливался, Вильгельм II спросил его ещё раз: «Янник, сколько ты хочешь?»

Чжун Юань стиснул зубы и, наконец, протянул два пальца: «Я… хочу… одолжить… 200 тысяч долларов США».

«200 000?» — Вильгельм II слегка нахмурился: «Зачем тебе столько денег?»

Эта сумма может стоить карманных денег Янника в течение нескольких лет. Почему ему вдруг понадобилось столько денег?

Чжун Юань неловко улыбнулся: «Я хотел потратить их на кое-что».

Вздохнув, Вильгельм II сказал: «На что?»

Теперь, когда Чжун Юань заговорил, он больше не смущался: «Дедушка, мне в голову пришла хорошая идея, и я хочу её реализовать».

Очевидно, что Вильгельм II не согласился бы так легко: «Скажи мне, какие идеи у тебя есть».

«Ну дедушка! Я могу гарантировать, что в течение двух лет я верну тебе эту сумму, я даже могу сделать долговую расписку, что если я не верну её, у меня больше никогда не будет карманных денег в будущем!»

Вильгельм II ещё раз вздохнул, и его тон был чрезвычайно серьезным: «Янник, теперь когда твой старший брат ушел, ты наследный принц. От тебя зависит будущее Германии. Ты не можешь продолжать бездельничать как раньше».

На эти слова Янник торжественно кивнул и сказал: «Я знаю это, иначе я не буду просить у тебя денег. И поэтому дедушка, не волнуйся, я не только восстанавлю Германию, но и приведу её к мести».

Слыша его слова, Вильгельм II не мог не удивиться: «Какая месть? О чём ты, Янник?»

«Конечно, это месть инспекционным группам союзников, которые все еще свирепствуют на нашей земле».

«Союзные инспекционные группы?»

«Страны победители».

Вильгельм II был шокирован: «Ты хочешь начать ещё одну войну?!»

На следующее утро, Чжун Юань позвал дворецкого и когда он пришёл к нему, сказал: «Мистер Уолтер, пошлите кого-нибудь… Нет, вы лично отправитесь в адмиралтейство, чтобы найти обер-лейтенанта Рейнхарда Гейдриха и приведёте его ко мне. И старайтесь не привлекать внимания других».

«Да», — пожилой дворецкий изящно наклонился и повернулся, чтобы уйти.

Без преувеличения можно сказать, что Рейнхард – гений, с суперсильным пониманием и анализом, а также потрясающей памятью. Говорят, что он запомнил имя и день рождения каждого сотрудника в штаб-квартире, и смог вспомнить подробности инцидента, произошедшего несколько месяцев назад, также он назвал соответствующий номер файлов в архиве.

У него не только позитивный настрой на работе, но и отсутствие жадного стремления к власти. Даже Гитлер считал его своей правой рукой и сознательно воспитывал его, как своего преемника.

Как только Уолтер, прибывший в адмиралтейство, поднялся по ступенькам здания, он увидел красивого белокурого и высокого человека, идущего впереди него.

«Извините, вы не знаете человека по имени Рейнхард?» — молодой человек, который собирался пройти мимо дворецкого, остановился и оглянулся на него: «Это я, что-то случилось?»

«Отлично, вы то мне и нужны, обер-лейтенант Рейнхард Гейдрих», — сказал Дворецкий с приятной улыбкой на лице.

Молодой человек озадаченно посмотрел на него и ответил несколько грустно: «Я больше не Лейтенант».

«…» — дворецкий не хотел вникать в то, что он имел в виду. Теперь, когда он нашёл того, кого искал, он должен забрать его: «Мой хозяин хочет вас видеть, пожалуйста пойдемте со мной».

Рейнхард в непонимании проследил за ним, и увидел впереди обычную машину.

Машина была слишком обыкновенной, совершенно несовместимой с одеждой человека перед ним. Если он угадал правильно, то это, по крайней мере, дворецкий некоего богатого дома, и он очень хорошо обучен. Если кто-то может позволить себе нанять такого дворецкого, неужели он не сможет позволить себе дорогую машину?

Когда машина выехала из ворот адмиралтейства, Уолтер спросил его: «Мистер Гейдрих, вы знаете аристократические манеры?»

Райнхард кивнул в ответ: «Я знаю некоторые вещи»

«Это хорошо, я надеюсь, что вы не потеряете вежливости, когда увидите моего хозяина».

«А кто твой хозяин?» — наконец не выдержал и спросил Рейнхард.

«Его королевское высочество, принц Янник!»

«Его королевское высочество?!» — Рейнхард резко ответил, и холодный пот мгновенно накрыл его.

Откуда имперский принц мог знать его, столь незначительную и неизвестную личность? Ещё и отправить своего слугу за ним? Может быть, этот инцидент уже дошел до дворца? Его королевское высочество накажет его лично?

Это слишком невероятно. Совершенных им ошибок было недостаточно, чтобы обычные люди могли говорить о них после обеда. Как он мог беспокоить его королевское высочество?

Рейнхард, охваченный тревожными мыслями, был ошеломлен, когда вошёл в офис принца Янника.

«Обер-лейтенант Рейнхард, я ждал вас с нетерпением», — увидев этого «черного принца Третьего рейха» собственными глазами, Чжун Юань не мог не вздохнуть. Этот принц действительно был красивым парнем. В то время такая фраза была популярна среди нацистских чиновников: «Когда националисты смотрят в зеркало, они видят внешность Гейдриха».

Рейнхард осторожно поправил его, после того, как он отдал ему честь: «Его королевское высочество, я больше не лейтенант Reichsmarine*».

*(военно-морские силы Германии).

«А?» — Чжун Юань был ошеломлен на мгновение, и когда он посмотрел на плечи этого парня, он заметил, что погоны на плече Рейнхарда были оторваны. Он бессознательно спросил: «Вас уволили с флота? Это из-за Лины?»

Лина, которую упоминает Янник, была Лина Матильда фон Остен.

Однажды Рейнхарду стало скучно, так что он взял своих друзей в море недалеко от Киля, чтобы покататься на лодке, только чтобы спасти двух девушек, случайно упавших там в воду, и одной из них была Лина. Красавец Рейнхард и красавица Лина полюбили друг друга с первого взгляда, а вскоре стали парой. И несмотря на возражения отца Лины, они обручились.

Но вскоре после их помолвки, дочь старшего офицера Гамбургского оружейного завода решила выйти замуж за Рейнхарда.

Рейнхард отказался от её предложения на том основании, что он не мог жениться на столь легкомысленной девушке. Но девушку это не убедило, и ее отец обратился к адмиралу Эриху Редеру, главе военно-морского руководства. Редер вызвал Рейнхарда и начал уговаривать его отказаться от Лины и помириться с той девушкой.

Рейнхард был очень зол на это издевательство и заявил в суде по этике, что эта женщина никогда не будет с ним помолвлена. Ведь как мог морской офицер жениться на такой случайной женщине. Циничное отношение Райнхарда возмутило суд по этике. Первоначально подобный инцидент с выветриванием был в лучшем случае внутренним предупреждением. В результате суд установил, что Рейнхард плохо себя ведет и не подходит для пребывания на флоте, и исключил его с поста лейтенанта.

Когда Рейнхард услышал, что принц Янник назвал имя Лины, он чуть не опустился на колени и признал себя виновным.

Однако, Чжун Юань не стал заниматься этими любовными делами и спросил его: «Поскольку вас вытеснил флот, каковы ваши планы на будущее?»

На лице Рейнхарда промелькнуло смущение, и он покачал головой. Его только что уволили с флота, и у него не было времени думать о своих планах на будущее, поэтому его доставили сюда.

«У меня есть два пути, которые вы должны выбрать. Первый – я могу попросить его величество императора, чтобы вы могли вернуться во флот. Но вы не сможете восстановить свой ранг. А второй…», — Янник остановился с намеком на улыбку в уголках рта: «Второй – быть верным мне и выполнять мои задания и приказы».

Если вы только не дурак, то выбор уже очевиден. Рейнхард собирался заговорить с волнением, но его тут же остановил принц Янник: «Не торопитесь. То, что вы будете делать для меня, может быть очень плохой вещью. Я могу приказать вам убить и пытать множество людей. Среди них будут невинные люди, дети, женщины и старики. У вас гарантированно не будет родственников или настоящих друзей. Вы станете воплощением дьявола. Ваши враги захотят убить вас любыми возможными способами, а ваши друзья всегда будут бояться вас. Готовы ли вы принять это?»

Янник не волновался, что он откажется. В его прошлом мире Рейнхарда называли «Светловолосым зверем», «Человеком с каменным сердцем», «Палачом Рейха», «Последовательем смерти», и самое классическое «Дьяволом».

Конечно, после нескольких минут размышлений Рейнхард торжественно поднял правую руку и поклялся: «Я клянусь Богом, что всегда буду верен его высочеству Яннику. Если я нарушу эту клятву, я оставлю свою веру и приму все страдания этого мира, какими бы тяжёлыми они не были».

«Очень хорошо», — удовлетворенно кивнул Янник: «Посиди тут некоторое время».

Вернувшись к столу, он вытащил листок бумаги и начал что-то там писать. Через несколько минут вошел дворецкий, чтобы доложить: «Ваше Королевское Высочество, ваши гости здесь».

«Пригласи их», — мужчина лет пятидесяти с необыкновенной осанкой провел в комнату четырех красавиц.

«Приветствую вас, королевский принц. Я генеральный директор Абвера, вы можете называть меня Вальтером».

Aбвер? Это то же самое, что и британская МИ-6, также известная как «Государственное телекоммуникационное бюро» или «Офис заместителя министра иностранных дел Великобритании?». Но разве это имя не слишком смешное? Разве ты не можешь взять более грозное имя?

Но Чжун Юань спросил его, не запутавшись смешными именами: «Герр Вальтер, мой дед должен был сказать вам об этом, верно?»

«Да, его величество уже распорядилось, чтобы Абвер в будущем выполнял ваши приказы».

Янник попросил Рейнхарда подойти к нему, чтобы представить их: «Рейнхард, позвольте мне представить вам. Это так называемый глава Aбвера полковник Вальтер Николай на самом деле является главой секретного разведывательного управления его Вювеличества Вильгельма II. Полковник Николай, поскольку его величество также издал приказ, то мой первый приказ в том, что Рейнхард будет вашим помощником с этого момента и будет вашим преемником в будущем».

Брови полковника Николая слегка дрогнули, и он посмотрел на Рейнхарда, шокированного словами принца.

«Герр Николай, вам следует выйти на пенсию вскоре после достижения вами слишком пожилого возраста. Поскольку мой дед поручил вам управление этой секретной разведывательной службой, это означает, что ваше величество полностью доверяет вам. Я надеюсь, что это доверие будет продолжаться. И я также надеюсь, что вы сможете успешно выполнить задание по передаче и наслаждаться своей старостью».

«Ну а если кто-то будет недоволен моим решением...», — Янник многозначительно посмотрел на Рейнхарда и сказал: «Вам решать, убирать их или нет. Я хочу монолитный отдел разведки. Если кто-то осмелится тратить лишнюю энергию на внутреннее разногласия, то энергия его семьи может быть использована только на труд концлагеря».

В это время, Рейнхард освободился от шока и поспешно заговорил: «Ваше Кокоролевское высочество, вы позволили мне руководить отделом разведки, но у меня нет ни малейшего опыта в разведывательной работе!»

«Вам совсем не нужно учиться, вы, врожденный гений. И я с оптимизмом смотрю на вас», — Чжун Юань похлопал Рейнхарда по плечу: «Не подводите меня, иначе вы знаете свой конец».

Рейнхард чувствовал себя напуганным после небрежных слов принца. Но он быстро пришёл в себя, и отдав честь сказал: «Да, ваше величество, я сделаю все возможное, чтобы выполнить ваше задание!»

В это время, Янник обратил свое внимание на четырех красивых девушек с горячими телами и потрясающими взглядами позади Вальтера: «Кто эти красавицы?».

Четверо девушек громко ответили.

«Я Эмма Людвиг!»

«Ильза Корф!»

«Моника Брандт!»

«Виола Шумахер!»

Их резкие действия вызвали бурные волны на их груди, и глаза Янника смотрели прямо на это. Он не мог не проглотить слюну, насильно подавляя грязные мысли в его сердце.

Николай добавил: «Его величество император сказал, что вам нужен секретарь. Способности и лояльность этих четверых абсолютно неоспоримы. Каждый из них необыкновенен и умен. Каждый знает как минимум два иностранных языка и хорошо владеет различными транспортными средствами. Они могут служить вам телохранителями, а также секретарями, и они могут также…», — Он слегка кашлянул и не продолжил.

Однако, инстинкт Янника подсказал ему, что этот парень определенно хотел сказать: «Они могут согреть вашу кровать».

Кажется, образ Янника плейбоя был раньше всем известен? Жалко, что Чжун Юань – человек, любящий красоту и еще больше любящий страну. Он видел слишком много примеров того, как императоры были сведены с ума красотой и умерли молодыми в истории, поэтому он не хочет повторять те же ошибки. Но он также не хотел отказываться от этих четырех красоток с горячим телом…

Отбросив эти мысли, Янник сказал: «Что ж, спасибо герр Николай. Вы свободны. Рейнхард, если у вас есть время, чтобы прочитать эти книги, откройте их», — говоря это, он протянул ему бумагу, в которую только что что-то писал.

Когда Вальтер ушел с Рейнхардом, в комнате остались только Янник, и четыре красотки.

Только тогда Чжун Юань заметил, что их цвет волос и цвет зрачков были довольно интересными.

У Эммы Людвиг черные волосы и черные глаза.

У Ильзы Корф – блондинка с фиолетовыми зрачками.

У Моники Брандт рыжие волосы и синие зрачки.

У Виолы Шумахер каштановые волосы и зеленые глаза.

Его глаза долго блуждали по четырем красавицам, пока лица четырех красавиц слегка не покраснели. Затем он подошёл к коробке на столе и открыл её со щелчком.

Глядя на коробку с зелеными долларовыми купюрами, Чжун Юань хотел вынуть свой телефон и немедленно сделать селфи, а затем похвастаться в кругу друзей: «Я теперь тоже богатый человек, не только богатый, но и с мультимиллионер!».

После вздоха Чжун Юань подумал о другом: «Фройляйн Эмма, помогите мне записать кое-что».

Эмма сразу же взяла блокнот и ручку. «Операция «Андреас» напомните мне об этом год спустя».

Эмма все еще ждала, что Чжун Юань расскажет об операции, но увидела, как Чжун Юань взял себе еще одну небольшую записную книжку и записал адреса, и имена своих друзей, и сумму его долга: «Фройляйн Моника, фройляйн Виола, вы двое ответственны за отправку 80 000 долларов этим шести людям. Фройляйн Ильза, вы можете помочь мне узнать, где сейчас доктор Эйнштейн?»

Виола ответила за Эмму : «Ваше высочество, доктор Эйнштейн в последний раз преподавал в Берлинском университете (позже Берлинский университет Гумбольдта)».

Берлинский университет? Это хорошее место. Перед Второй мировой войной Берлинский университет был центром мировой академической науки. Многие известные ученые и политики оставили здесь свою тень, и 29 лауреатов Нобелевской премии в области химии, медицины, физики и литературы добились поразительных успехов.

«Фройляйн Ильза, фройляйн Эмма. Вы следуете за мной в Берлинский университет».

Ему не терпелось встретиться с ведущей фигурой в науке.

Именно тогда Эмма поняла, что записка Чжун Юаня закончена.

Что это? Есть только одно предложение и все? Неужели его высочество записал это, лишь бы не забыть?

«Ваше королевское высочество, эта памятка…».

Чжун Юань посмотрел на нее с раздражением и сказал: «Не говори мне об этом. Напомни через год, а сейчас идём».

«…» — всё еще сбитая с толку, Эмма могла только отложить блокнот и покинуть офис вместе с Чжун Юань.

Моника, которая осталась разделить деньги, тихо разговаривала с Виолой: «Его высочество, кажется, отличается от слухов».

«Отличается? Ему не терпелось раздеть нас догола на месте».

«Его высочество не такой! Он не похож плейбоя, интересно, а он…».

«Слушай, я предупреждаю тебя, любопытство может убить тебя. Нам нужно только подчиняться приказам, не более».

«Тогда, если его высочество прикажет тебе служить ему и спать с ним по ночам, ты будешь подчиняться без колебаний?»

«Ха! Я скажу, что это неудобно для меня сегодня вечером. Поэтому пожалуйста, возмите вместо меня Монику, которая как раз вами интересуется».

(Первоначальный план автора состоял в том, чтобы написать историю доминирования в мире Китая и Германии, но он начал дальше писать только о Германии и удалил весь сюжет о Китае. Так что Империя Цин более не существует в этой книге. Прим.ред: Жаль)

Гумбольдский Университет Берлина, Германия (Humboldt-Universitat zu Berlin), ранее Берлинский университет, был мировым академическим центром до Второй мировой войны. Он был основан в 1810 году. Это всемирно известный ведущий университет и элитный университет Германии.

Университет Гумбольдта – первый в мире новый университет, который объединяет научные исследования и преподавание. Он имеет очень славную историю и известен как «Мать современных университетов». В нем есть «Интеграция преподавания и исследований», «Академическая свобода обучения» и т.д. Гумбольдтовский дух «Свободы обучения» также затронул почти все современные университеты.

Университет Гумбольдта имеет высокую репутацию и сильные научные исследования в области гуманитарных наук. Его литература, нейробиология, философия, социология, естественные науки и другие дисциплины занимают ведущие позиции в мире. Юридическая школа университета Гумбольдта является одной из лучшие юридические школы.

На стенах по обе стороны зала густо наклеены бирки с именами факультетов и учёных. Янник остановился, и с интересом в глазах посмотрел на них.

На этих бирках он видел многих известных ученых более поздних поколений.

Альберт Эйнштейн, Густав Герц, Эрвин Шредингер, Макс Бор… эта школа – просто бесценная сокровищница.

К счастью, он перешёл сюда рано, иначе неизвестно сколько этих ценных людей сбегут из Германии в будущем.

«А?» — Янник внезапно нахмурился, шагнул вперед, потянулся, чтобы оторвать две бирки с именами, и дал их Энни рядом с собой: «После того, как мы закончим здесь, ты проведёшь процедуру отставки для этих двух людей».

Энни была немного сбита с толку, эти два человека чем-то обидели его королевское высочество?

Но Янник продолжил: «Пусть они придут ко мне завтра утром».

Слыша его слова, Энни была полна сомнений. С таким количеством известных учёных, почему нго высочество выбрал именно этих двоих?

Имена на бирках в её руке – это доцент кафедры архитектуры: Альберт Шпеер, доцент кафедры СМИ: Пауль Йозеф Геббельс.

Ничего особенного, правда? Однако, этим двум действительно повезло, и они были вызваны лично его королевским высочеством, и кажется, что они также являются людьми, которые в будущем получат поддержку принца Янника.

«Пойдем к доктору Эйнштейну», — сделав два шага, Яннику пришлось снова остановиться и взглянуть на Энни: «Где доктор Эйнштейн?»

Энни тупо покачала головой: «Извините ваше величество, я не знаю».

«Тогда иди и спроси того, кто знает».

Энни снова покачала головой: «Извините ваше величество, я должна охранять вас. Когда вы выходите наружу, по крайней мере, один человек должен быть рядом с вами все время».

Янник не мог не закатить глаза на её слова. В первоначальном времени и пространстве он был обычным человеком, и он думал что ему повезло, что здесь с ним так обращались. Но сейчас такое благословение кажется немного неприятным: «Не называй меня ваше величество, когда мы за пределами дворца, разве это не говорит другим, кто я».

Сказав это, он прошёл несколько шагов и увидел, проходящего мимо мужчину средних лет в очках: «Здравствуйте, профессор Шредингер, вы не знаете, где сейчас находится доктор Эйнштейн?»

Янник смог с первого взгляда узнать человека перед ним, потому что он некоторое время изучал «Кота Шрёдингера», и запомнил внешность знаменитого учёного.

Профессор Шредингер остановился, подумал на мгновение и ответил: «Доктор Эйнштейн сейчас должен преподавать в 310 лекционном зале на третьем этаже».

«Спасибо, профессор», — поблагодарив его, Янника вспомнил кое-что очень интересное и снова позвал профессора Шредингера, который собирался идти дальше: «Профессор Шредингер, у меня просто очень интересный вопрос, который я хочу обсудить с вами. Не могли бы вы уделить мне несколько минут?»

Профессор Шредингер кивнул с приятной улыбкой на лице: «Конечно».

Янник отчаянно подавил улыбку на лице, и сказал торжественным голосом: «Если кошку помещают в закрытый ящик с радиоактивным атомом, счётчиком Гейгера и устройством для выпуска ядовитого газа, предположим, что атом имеет 50% вероятность распада в течение часа и при распаде испускает частицы, которые можно зафиксировать. Эти частицы будут обнаружены счетчиком Гейгера, который в свою очередь запустит устройство с ядовитым газом, чтобы убить кошку. И поэтому я хотел бы спросить профессора, будет ли эта кошка живой или мёртво в течении одного часа?»

Янник говорит об известном мысленном эксперименте, предложенном самим профессором Шредингером, в котором он пытается объяснить принцип квантовой суперпозиции на микромасштабе из макромасштаба, ловко определяя, существует ли микроскопическая материя в форме частиц или волн после наблюдения. Он подключился к макроскопической кошке, чтобы доказать существование кванта, когда речь идет о наблюдении.

Когда Профессор слушал объяснение Янника, выражение лица Шредингера постепенно превратилось в удивление, а затем и в размышление.

Янник никуда не торопился и спокойно ждал его ответа.

Но вдруг, кто-то на другом конце коридора окликнул профессора: «Профессор Шредингер, профессор Шредингер!»

Профессор Шредингер открыл рот с небольшим сожалением, махнув рукой к позвавшему его человеку, и сказал Яннику: «Это очень интересный вопрос, молодой человек, но к сожалению, я не могу придумать ответ».

Янник улыбнулся: «Тогда приходите ко мне в гости. Я приглашаю вас навестить меня, когда вы будите свободны, и мы поговорим об этом. Да, Мисс Энни, дайте профессору Шредингеру визитную карточку».

Энни смущенно покачала головой: «Мастер, вы еще не распечатали свою визитную карточку».

Его личность – очень яркая визитная карточка. Даже если вы не знаете его имени, ему нужно только сообщить его фамилию или титул. Зачем давать визитку?

«Ладно, тогда я запишу вам свой адрес», — Янник взял у Шредингера план урока и написал свое имя и адрес на пустой странице.

Прежде чем Шредингер, получивший адрес и имя этого молодого человека, успел взглянуть на бумагу, человек на другом конце коридора снова крикнул: «Профессор Шредингер, поторопитесь, вы опоздаете!»

«…» — Шредингер виновато кивнул Яннику, и быстро пошёл к человеку, который был в конце коридора.

Смотря на спину профессора Шредингера, Янник был очень взволнован.

Перед Второй мировой войной Германия была полна талантов в первоначальном времени и пространстве, но их отогнал Гитлер, и большое количество выдающихся ученых было вытеснено в Соединенные Штаты по другую сторону Атлантики.

В это время и в пространстве больше не будет таких глупостей, как преследования ученых.

Мало того, что нет никаких преследований, но он также обеспечит им лучшую среду для поддержки их научных начинаний. В конце концов, он полностью согласен с выдвинутым великим человеком тезисом о том, что «наука и техника – основные производительные силы».

«Энни, пойдём к доктору Эйнштейну».

…

Увидев профессора Шредингера, который всегда опаздывал, Ассистент ничего не мог с этим поделать: «Профессор Шредингер, о чем вы только что говорили? Кажется, он не студент этой школы».

Профессор Шредингер был полон волнения: «Он очень умный парень, и он задал мне интересный вопрос, на который я пока не могу найти ответ».

Ассистент учителя не мог не удивиться: «О? Какой вопрос может вас поставить в тупик, возможно ли, что он задал вам вопрос об истории, географии или астрономии?»

Профессор Шредингер покачал головой, и повторил вопрос того молодого человека своему помощнику.

Ассистент смутился еще больше: «Это действительно интересно. Это похоже на философскую и физическую проблему. А кто он?»

«Между прочим, он только что написал мне свой адрес, и сказал приходить к нему домой, чтобы обсудить этот вопрос более подробно», — говоря это, профессор Шредингер открыл свой план урока и увидел имя, подписанное Янником: «Янник Гогенцоллерн?»

«Янник Гогенцоллерн?» — помощник был поражен: «Разве это не королевский принц?»

Шредингер сказал не задумываясь: «Разве его королевское высочество не необразованный плейбой?».

Поскольку придворный учитель, нанятый королевской семьей, имел с ним хорошие отношения, он слышал много придворных сплетен.

Ассистент был поражен и чуть не прикрыл рот профессора Шредингера от страха. Хотя второй германский принц действительно унаследовал черты характера своего отца, но в конце концов, это было делом королевской семьи, и не им сплетничать об этом.

Профессор Шрёдингер также понял, что сказал то, что не должен был, и огляделся с сохраняющимся страхом.

Обнаружив, что их никто не заметил и не услышал, он вздохнул с облегчением.

Его помощник спросил: «Профессор, когда вы пойдёте к принцу?»

«…» — профессор Шредингер немного смутился. Он просто хотел сосредоточиться на академических исследованиях и не хотел участвовать в каких-либо политических кругах, но теперь будущий император лично приглашает его в гости, и окажется неуместным, если он не примет его приглашение. Самое главное, что вопрос, поставленный его высочеством, слишком «интересен», что действительно вызывает у него любопытство.

…

Как раз когда профессор Шредингер колебался принять ему приглашение принца или нет, Янник уже подошел к двери класса 310 на третьем этаже, и заметил, что дверь класса не была закрыта.

Янник с первого взгляда увидел знаменитую причёску Эйнштейна и его самого.

Эйнштейн всегда появлялся на люди с торчащими во все стороны волосами, придавая себя грубый и небрежный вид.

Многие девушки считали это очень модным и следовали его примеру. Но что очень смущает, так это то, что Эйнштейн так не думал, а «взрывная» причёска не делалась Эйнштейном.

Настоящая причина заключалась в том, что он страдал от редкой болезни, называемой «синдром трудных волос».

«Синдром трудных для расчесывания волос» также называется «синдромом пухлых волос», также известный как волосы из стекловолокна и треугольные туннельные волосы. Это аутосомно-доминантное генетическое заболевание, впервые обнаруженное в 1973 году. У людей с этим заболеванием сухие, вьющиеся волосы, более светлый цвет, и их очень трудно расчесывать. По состоянию на апрель 2017 года во всем мире было обнаружено около 100 пациентов с таким синдромом.

Энни мягко сказала ему: «Мастер, вы хотите его позвать?»

Янник покачал головой: «Нет, не стоит его беспокоить, мы подождем здесь».

Первоначально Янник думал, что он будет ждать совсем немного, но он не ожидал, что доктор Эйнштейн будет выступать в течение двух часов.

Янник на протяжении этого времени подумывал уйти отсюда, но он не хотел сдаваться на полпути, и решил упорно ждать окончания лекции.

Увидев, как студенты упорядоченно выходят из лекционного зала и каждый готовится к следующей лекции, Янник не мог не вздохнуть с облегчением. Он пошевелил окоченевшими конечностями и твёрдым шагом вошёл в класс.

Доктор Эйнштейн, который разбирал планы уроков на трибуне, заметил двух человек, которые подошли к нему. Он спросил их, подняв бровь: «Что-то случилось?»

Янник проявил стандартную вежливость благородного джентльмена: «Здравствуйте, доктор Эйнштейн, Я Янник Гогенцоллерн. И я здесь, чтобы навестить вас».

«Гогенцоллерн?» — доктор Эйнштейн, вообще не отреагировал на его имя и молчал. После нескольких секунд задумчивости, он воскликнул: «Ваше королевское высочество!»

Он так громко сказал это, что Янник подсознательно огляделся и кивнул, убедившись, что тут никакого нет: «Совершенно верно».

Доктор Эйнштейн спросил его немного смущённо: «Почему ваше высочество ищет меня?»

Хотя Эйнштейн выступал против монархии, последние десять лет также позволили ему увидеть некомпетентность правительства и отсутствие средств к существованию у простых людей. Немецкий народ все еще живет в ужасном положении, гораздо хуже, чем во времена правления Вильгельма II. А в последнее время повсюду ходят слухи, что если Германия восстановит императорский строй, ситуация может быть намного лучше.

Такие слухи не вызывали у Эйнштейна отвращение. Он думал, что если Вильгельм II сможет полностью отказаться от своих безумных амбиций завоевать мир и сосредоточиться на управлении Германией, ситуация в Германии действительно может улучшиться.

Таким образом, он не был враждебно настроен по отношению к визиту Янника, а просто интересовался его целью.

Янник посмотрел на время. Сейчас было ещё слишком рано для обеда, и приглашать его поговорить во время еды было нехорошо, поэтому он заговорил прямо: «Доктор, я изучил предложенную вами формулу энергии массы: "E = mc2". Из этой формулы можно вычислить, что мы можем напрямую преобразовать часть массы материи в огромную энергию, которая может быть напрямую использована людьми».

Эйнштейна, казалось, вдохновила фраза "огромная энергия", но он все же нахмурился и осторожно спросил: «Тогда как королевский принц хочет использовать эту энергию?»

Хм, если бы я сказал, что хочу сделать атомную бомбу, дабы сбросить их в другие страны, вы бы определенно вскочили и воспротивились бы этому, не так ли, доктор?

«Я думаю, что этот вид энергии заменит уголь и нефть и станет новым источником энергии», — Нетрудно увидеть, что тепло, выделяемое в результате этой реакции, намного превышает энергию, выделяемую при сжигании ископаемого топлива (разница составляет около миллиона раз). Например, АЭС потребляет 80 тонн ядерного топлива в год, поэтому можно перевезти только 2 стандартных контейнера. Если его поменять на уголь, то потребуется 5,15 миллиона тонн, и этого хватит, чтобы ежедневно перевозить 705 автомобилей 20-тонным грузовиком. Если используется природный газ, необходимо 1,43 миллиона тонн, что эквивалентно ежедневному сжиганию 200 000 баррелей бытового газа.

Янник заявил о цели своего прихода: «Я хочу создать отдел исследований суперэнергетики и нанять вас в качестве главного учёного».

Эйнштейн не согласился и не отказался, дав неоднозначный ответ: «Его королевское высочество Янник, можете ли вы позволить мне подумать об этом несколько дней?»

Янник не хотел возиться с ним слишком долго, поэтому просто спросил: «Вы обеспокоены тем, что эта энергия будет использоваться как оружие?»

«…» — хотя Эйнштейн не имеет понятия о ядерном оружии, гением его прозвали не зря. Он мог полностью представить, что если бы эта энергия использовалась в военных целях, это определенно стало бы супероружием, разрушающим мир, сравнимым с ящиком Пандоры. Когда появится такое оружие, оно может создать огромную угрозу для выживания всего человечества.

«Доктор, вы знаете, почему в человеческом обществе происходят постоянные войны?» — Янник не стал ждать, пока Эйнштейн заговорит, и сказал первым: «Я думаю, что война основана на географической среде, то есть она вызвана борьбой за определенное жизненное пространство и природные ресурсы. Но если однажды у нас вдруг появятся неисчерпаемые земли, неисчерпаемые полезные ископаемые и неиссякаемая энергия. Тогда разве у нас будут причины воевать между собой?»

Доктор Эйнштейн несколько озадаченно покачал головой: «Но ваше высочество, хотя наша земля такая большая, её ресурсы ограничены, и население планеты продолжает стремительно расти».

Янник, щёлкнув пальцами сказал: «Вы правы, когда говорите, что население будет продолжать расти. Вы знаете, что население мира преодолело отметку в 1 миллиард в 1830 году, а теперь население мира превысило 2 миллиарда. С развитием медицины рождаемость увеличится, а смертность упадет. Мы можем смело прогнозировать, что население мира превысит 3 миллиарда через 30 лет и 6 миллиардов через 50 лет. Как вы думаете, сколько людей может выдержать наша планета?»

«…» — Эйнштейн никогда не рассматривал этот вопрос, поэтому тщательно рассчитывал. Но в середине своего расчета он обнаружил еще одну проблему: «Его королевское высочество Янник, я не думаю, что количество людей на Земле является проблемой. Самая большая проблема - это масштаб и характер потребления ресурсов. Население действительно может продолжать расти, но Земля не будет расти с нами. Все виды ресурсов – еда, вода и энергия – ограничены. А люди зависит от их поддержки. Как только эти ресурсы будут исчерпаны, наступит конец человечества».

Янник согласно кивнул головой: «Да, поэтому нам нужно найти бесконечные ресурсы, чтобы люди могли продолжать размножаться и выживать».

Янник продолжал подчеркивать неисчерпаемые ресурсы, и Эйнштейн не мог не задаться вопросом: «Где эти бесконечные ресурсы, о которых вы говорите? Они под морем или под землей?»

«Вы можете это увидеть, если посмотрите наверх», — Янник слегка улыбнулся и поднял палец к небу. «Бесконечные ресурсы, о которых я говорю – это звездное небо над нами. Вселенная будет последней границей человечества. Только войдя во Вселенную, мы сможем избежать судьбы исчезновения».

Янник не мог не потемнеть лицом, когда он посмотрел на потрясенное лицо Эйнштейна: «Люди должны покинуть Землю, если они хотят исследовать Вселенную. И покинуть орбиту это всего лишь первый шаг. Второй – приземлиться на Луну, затем на Марс, а затем и на всю солнечную систему. В будущем наши потомки в конечном итоге будут двигаться за пределы Солнечной системы. И сверхэнергия в вашей формуле может быть движущей силой для нас, людей, исследовать Вселенную».

Янник постепенно стал немного нетерпеливым, потому что он говорил слишком много слов: «Если Доктор Эйнштейн будет настаивать на своём узком и педантичном мировоззрении, то мне нечего сказать. Но мне есть что вам дать. Мы с вами – просто пыль во вселенной. И если вы думаете, что можете в одиночку изменить историю этого мира, то вы ошибаетесь. Никто не может изменить направление большой реки. Возможно, какой-то случайный фактор может изменить направление реки, но в конце концов она вернется туда, где она была. Это закон природы, и неизбежность истории! Люди, которые не могут идти в ногу с тенденцией истории, могут называть это только как педантизм!»

Сказав эти слова, Янник поклонился ошеломленному доктору Эйнштейну, развернулся и ушел.

Вернувшись на парковку возле университета, Янник, который собирался сесть в машину, внезапно ударил ногой по колёсам автомобиля.

Чёрт!

Этот старик притворяется таким «благородным», что Янника уже тошнило от него. Если бы его не беспокоило то, о чем подумают другие учёные, он действительно хотел бы бросить этого дурака в тюрьму.

В конце-концов, его разум может вспомнить все статьи, опубликованные Эйнштейном в исходном времени и пространстве.

Он мог бы просто подписать свое имя и опубликовать эти теории. И тогда насколько сильно он сможет повлиять на научное развитие этого времени и пространства?

Янник сердито сел в машину только после того, как выругался и сказал Ине, которая была водителем: «Езжай».

Он в раздражении, потому что кто знает, поедет ли этот старик в Соединенные Штаты, как в первоначальном времени и пространстве, чтобы предложить президенту США, Рузвельту, создание атомной бомбы.

Думая о разрушительной силе ядерного оружия, Янник не мог не содрогнуться.

«Энни», — сказал Янник девушке рядом с собой: «Скажите мистеру Гансу прислать кого-нибудь наблюдать за Эйнштейном. Если он осмелится поехать в Соединенные Штаты… Я буду принимать меры».

1933 году Эйнштейн отправился в Соединенные Штаты в первоначальном пространстве и времени, когда Гитлер официально стал лидером Германии. Его партия агрессивно охотилась и убивала евреев, и этнический конфликт был чрезвычайно серьезным. После того, как Эйнштейн уехал в Соединенные Штаты, он не вернулся в Германию и получил американское гражданство в 1940 г.

Но сейчас здесь нет Гитлера, и нет нацистской партии. Хотя в Германии существует дискриминация в отношении евреев, вся Европа сейчас охвачена антисемитизмом, и Соединенные Штаты не намного лучше.

Энни согласилась: «Как скажете, ваше высочество».

Машина какое-то время ехала, и Янник, равнодушно уставившийся на пейзаж за окном машины, внезапно увидел простую платформу на обочине дороги.

На платформе стояла цилиндрическая ракета размером более двух метров. Рядом было несколько молодых людей, которые страстно объясняли немногочисленным людям вокруг себя что это за странная шсеба.

Что?!

Это что, Ракета?!

Через несколько секунд, Янник внезапно закричал: «Стой!»

Инна резко нажала на тормоза, и Энни, сидевшая возле неё, помчалась вперед, едва не ударившись головой о лобовое стекло. А вот Янник со всей силы врезался в кресло второго пилота.

«Черт, ты что, не умеешь водить?! Ты намеренно пытаешься меня убить? Что эта за сломанная машина, у неё даже нет ремня безопасности!» — Янник потер голову, которая болела от сильного удара, и был злым.

Инна и Энни уже вытащили свои пистолеты и нервно огляделись: «Его королевское высочество, вы в порядке? Что случилось?»

«Я в порядке…», — Янник покачал головой и указал себе за спину: «Возвращайся тем же путем».

Инна обеспокоенно спросила его: «Но, ваше высочество, вы точно в порядке?» — она, казалось, увидела, как его высочество только что ударился о спинку сиденья, и услышала громкий хлопок.

«Все в порядке», — Янник опустил голову и поискал ремни, но не увидел пристегнутого ремня безопасности в машине. Кажется, что ремень безопасности в это время еще не изобрели: «Быстро возвращайся».

Менее чем через две минуты после того, как машина отъехала назад, Янник увидел молодых людей, идущих по дороге с цилиндрическим предметом, похожим на ракету.

«Мисс Энни, выйдете и спросите кто они».

«Да», — после того, как машина остановилась, Энни вышла и подбежала, чтобы остановить несколько человек, а затем вернулась, чтобы доложить, после того, как получила от них ответ: «Ваше воролевское высочество, они являются членами "Астронавтического общества", созданного в прошлом году. Они хотели собрать здесь средства на свои исследования».

Астронавтическое общество?

Неудивительно, что эта штука так похожа на ракету: «Кто их президент?»

«Герман Оберт», — услышав ответ Энни, Янник кивнул. Эта секретарша действительно компетентна.

Итак, их президент Герман Оберт?

Янник чуть не рассмеялся.

В настоящее время Германия действительно полна талантов, и похоже, что удача благословила его.

Герман Оберт, отец знаменитой европейской ракеты, немецкий ракетчик и один из основоположников современной космонавтики, был пионером в космосе, который был также известен, как Циолковский и Годдард. Его классическая работа о ракетном двигателе считается «Библией» в аэрокосмической области целым поколением инженеров.

В отличие от Эйнштейна, он не был антивоенным человеком. В 1941 году в первоначальном пространстве и времени Герман Оберт отправился в Исследовательский центр Пенемюнде для участия в разработке ракеты Фау-2. В 1943 году он также сформулировал планы многоступенчатых ракет А-9 и А-10, намереваясь атаковать с моря Вашингтон.

Если так подумать, то крайне подавленное настроение Янника из-за отказа доктора Эйнштейна внезапно исчезло: «Скажи им, чтобы они позвали их президента ко мне на обед».

…

Неожиданно, как только он вернулся во дворец, Герман Оберт сразу же примчался к нему: «Приветствую вас, королевский принц!».

Янник выступил вперёд, и тепло поприветствовал гостя. «Мистер Оберт, я давно восхищаюсь вами. Я слышал, что теперь вы президент Астронавтического общества? Слышали ли вы историю о том, как человек летит на Луну? Там был комикс про это».

Оберт улыбнулся и кивнул: «Я слышал, и я даже купил комикс, который вы упомянули своему младшему сыну, который любит его смотреть».

Янник жестом пригласил его сесть на диван и слегка улыбнулся: «Конечно, это сказка, но я хочу увидеть в живую сцену полета немцев на Луну».

Эти слова ошеломили Оберта: «Что вы имеете ввиду, принц?»

Янник ответил на его вопрос торжественно: «Моя точка зрения очень ясна: не только позволить ракете взлететь в небо, но и вырваться из атмосферы и полететь на Луну. Затем используя пилотируемую ракету, позволить нашим астронавтам ступить на Луну. Конечно, это только первый шаг. Второй шаг – создать базу на Луне, которая станет отправной точкой для исследования Вселенной человечеством. Затем сесть на Марс, Юпитер, Сатурн… Однажды мы вылетим из солнечной системы и покорим бескрайнее море звезд!»

«Ваше королевское высочество!» — Оберт взволнованно встал. По дороге он ломал голову, чтобы придумать, как объяснить свою ракетную мечту его королевскому высочеству, чтобы получить больше средств на исследования. Неожиданно молодой королевский принц оказался смелее его и посмотрел дальше.

«По сравнению с великими идеалами его величества принца, моя мечта просто захотеть запустить ракету в воздух слишком мала», — думал Оберт.

В это время он казался взволнованным, как если бы Максим встретил Боула, и сразу же считал Янника своим доверенным лицом.

Увидев, что его лицо покраснело от волнения, Янник решил сначала облить его холодной водой, чтобы этот парень не умер от возбуждения: «Господин Оберт, пожалуйста, успокойтесь и послушайте меня. Такой аэрокосмический проект обязательно станет грандиозным проектом, и для его завершения потребуется большой шаг вперёд в развитии технологий. Возьмите в пример самый важный ракетный двигатель, который очень трудно создать. Возьмите современные технологии и материалы. Мы даже не можем сделать двигатель, который может достичь достаточной скорости, чтобы выйти за орбиту, не так ли? К тому же есть ещё различное коммуникационное оборудование, устройства дистанционного зондирования, компьютеры…

Упоминание о компьютерах напомнило Яннику о гениальном учёном из Британской империи. Похоже, что в этом году ему было всего пятнадцать или шестнадцать лет. Янник должен будет найти способ похитить его в Германию.

Осознав свою оплошность, Оберт неловко улыбнулся: «Вы правы, я слишком волнуюсь».

Увидев Оберта, который был охвачен возбуждением, Янник вздохнул в глубине души.

Спустя несколько десятилетий эта фраза будет очень популярна: «Будущее человечества – это звёзды». Но эти слова звучали на протяжении десятилетий, и ничего не изменилось.

Само собой разумеется, что с быстрым развитием человеческой науки и технологий мы должны все ближе и ближе подходить к этой цели. Но в 2018 году, когда он ещё не реинкарнировал в принца Германии. Не говоря уже о Солнечной системе, человечество не смогло даже покорить Луну, что находилась «под рукой», а количество высадок на Луну было всего несколько раз.

Не смотрите на научно-фантастические фильмы, в которых главные герои часто появляются на различных космических кораблях, и даже на различные сцены межзвездных войн. Это все еще очень далеко от человечества.

В детстве он также задавался вопросом, почему различные страны на Земле не откажутся от всех своих предрассудков, и не будут сотрудничать в освоении космоса, но позже он понял, что это в основном идиотская идея.

Предрассудки и эгоизм – слабые места человеческой натуры. Цивилизация зародилась шесть тысяч лет назад, но человечество никогда не преуменьшало своей агрессивности и всех видов дискриминации.

Если Земля не столкнётся с апокалипсисом, как показано в фильме «2012», люди не смогут быть объединены, пока у них нет угрозы из вне (конечно, даже в то время люди будут заботиться лишь о своём благополучии).

Поскольку Бог дал ему такую возможность, то он конечно не смог бы объединить мир, но по крайней мере, ему стоит попытаться интегрировать ресурсы всей Европы в космос.

«Тем не менее, нам все еще нужно заранее сделать технические резервы. Когда технологии достигнут определенного уровня в будущем, после появления новых материалов, нам нужно только применить наши подготовленные теории на практике, не так ли? Это гораздо лучше, чем начинать с нуля», — сказал Янник.

Слыша его слова, Оберт восхищался молодым принцем.

Он образованный, спокойный и рациональный, стремящийся к истине, не высокомерный или импульсивный, смотрит в будущее так же, как и в настоящее. Если бы он унаследовал трон, он определенно был бы величайшим императором из всех предыдущих.

«Итак, мы должны идти шаг за шагом. Поэтому начнём с малого. Мне нужно несколько типов военных ракет».

«…» — Оберт какое-то время не реагировал: «Какие ракеты вам нужны, ваше высочество?»

Янник попросил секретаря принести бумагу и ручку. Он нарисовал ракету по своей памяти: «Первый тип — это ракета калибром 122 мм. Длина снаряда не более 1800 мм, а масса снаряда в пределах 60 кг, включая противовес боевой части от 18 кг до 30 кг. Максимальная дальность действия при установленной боеголовке 18 кг составляет не менее 15 километров. Эта штука не требует стремления к точности, пока она падает там, где есть вражеские войска, она эффективна».

Когда речь заходит о ракетных установках времен Великой Отечественной войны, первое, что приходит на ум – это знаменитая советская «Катюша». Однако мало кому известно о том, что Германия также разработала аналогичную ракетную установку в 1938 году. Жалко, что строгий характер немцев заставил научно-исследовательский персонал добавить точности к этим ракетам. В результате точность не сильно улучшилась, а стоимость производства в восемь или девять раз превысила стоимость советских ракет «Катюша».

Оберт еще раз вздохнул от мыслей Янника, взял бумагу и посмотрел на нее.

Вроде построить её не сложно, на ракете размечены разные данные, ему нужно только двигатель и топливо. Но последнее предложение его озадачило: «Его королевское высочество, это оружие, похоже, не отличается высокой точностью. Даже если оно будет произведено, оно ведь не будет куплено военными».

Поскольку ракета предназначена для использования в военных целях, она должна использоваться в войне. Но там слишком много факторов, которые могут повлиять на полет снаряда.

Янник улыбнулся: «Если запустить одну ракету, то она не попадёт, но что, если 20 или 30 таких ракет запустятся одновременно? Какую площадь они смогут покрыть? Должен ли я все еще учитывать точность?»

«…» — Оберт, в конце концов, не профессиональный эксперт по оружию, и он не совсем понимает, для каких целей можно использовать эту ракету, но поскольку Его Высочество уже предложил это, ему нужно только это сделать.

Затем Янник нарисовал 88-мм противотанковую ракетную установку RPzb43 / 54 типа «убийца танков», железный кулак и авиационные ракеты, используемые на штурмовиках. Оберт будет отвечать только за создание двигателя, а боеголовки будут переданы более профессиональным людям.

Последний тип авиационной ракеты – это тоже готовый продукт, скопированный со времен Советского Союза. В 1930 году группа исследователей аэродинамики советского ракетостроителя Николая Ивановича Дитумилова разработала авиационную ракету на бездымном порохе, не требующую сложных механических пусковых механизмов и артиллерийских стволов под крылом самолета. В конце 1933 года на вооружении находилась первая в мире настоящая боевая авиационная ракета РС-82 диаметром 82 мм и дальностью полета до 5000 м. Её мощность сопоставима с мощью тяжелой артиллерийской установки того же калибра.

Штурмовик Ил-2 может нести 24 таких ракеты.

«Последний», — продолжил Янник: «Мне нужна большая ракета с дальностью более 300 километров. Оружие, которое приводится в движение собственным силовым агрегатом и наводится на цель с помощью системы наведения. Общая длина не более 15 м, диаметр не более 2 метров, и в качестве топлива он использует этанол и жидкий кислород».

Насколько Янник знал, основной интерес Оберта заключается в твердом топливе. Он также знает, что жидкое топливо имеет высокую молекулярную активность и низкую химическую стабильность при низких температурах, что довольно хлопотно. Возможно, что нынешняя технология просто не может производить такое твердое топливо для создания такой большой ракеты.

Необходимо знать, что практически ценный твердотопливный ракетный двигатель был произведен только в Советском Союзе в 1956 году. Даже если Янник использует будущие знания. Он не думает, что твердотопливный ракетный двигатель может быть построен даже за десять лет.

Поэтому он не хотел зря тратить время на недостижимые цели.

«Ого!» — Оберт был шокирован, дальность полета ракеты должна превысить 300 километров? Первые типы ракет не представляют особой сложности для него, но последняя ракета будет очень трудной.

После некоторого колебания, он осторожно спросил: «Его королевское высочество, сколько у меня времени на разработку?»

«Десять лет», — на разработку и окончательную доработку космической ракеты V2 ушло всего 5 лет. Так что этого времени будет более чем достаточно.

«Десять лет?» — Оберт невольно вздохнул с облегчением. Если бы его попросили создать такую большую ракету в течение двух или трех лет, то он не был бы уверен, что он смог бы сделать её даже с ножом у шеи.

Но ему дали десять лет, и он считает, что этого достаточно. После того, как такая супер ракета будет успешно построена, ему не составит труда разработать на её основе другие ракеты, которые могут выходить в космос. Его королевское высочество действительно очень умён.

«Доктор Оберт, вы можете пригласить единомышленников для совместного строительства. Хотя текущая экономическая ситуация в империи плохая, я постараюсь изо всех сил найти различные материалы и оборудование, необходимые для постройки ракет. Я буду благодарен любому, кто внесёт свой вклад в империю, и дам им и их семьям огромные деньги. При этом они также будут пользоваться различными льготами. Однако мне не нужны те, кто не способен на разработку ракет. Кроме того, исследовательский отдел будет под постоянным контролем департамента национальной безопасности, чтобы в случае чего они могли вмешаться, и предотвратить кражу технологий».

Конечно, Янник не имеет навыков чтения мыслей, и не будет знать, что Герман Оберт перед ним почти стал его поклонником.

И хотя Герман не антивоенный человек, Янник все же сказал ему: «Доктор Оберт, честно говоря, я пацифист, и я хочу сделать Германию безопасной и сильной. Жалко, что иногда пацифизм бывает бесполезным, и даже вредным. Теперь Германия окружена врагами, жадно смотрящими на нас. Если мы отправим ракеты в космос, может быть, они будут беспокоиться, что когда-нибудь эти штуки упадут на их головы».

«Или может быть, им будет любопытно узнать наши технологии, и они с большей вероятностью возьмут эти ракеты себе для собственного использования. Я не знаю, для какой цели они будут использовать её, но определённо не во благо человечества. Я также хочу создать для вас стабильную исследовательскую среду. Более того, путешествие во вселенную определенно является бездонной пропастью. Невозможно выйти за пределы Земли, за счет наших немецких финансовых ресурсов. Так что, по крайней мере, этого можно достичь, объединив все европейские силы. Так-что Доктор Оберт, эта важная задача передана вам».

Этот парень гораздо глупее Эйнштейна. Янник вздохнул и выпроводил доктора Оберта, который был польщен словами принца.

Альберт Шпеер, который стал министром техники и лидером экономики Империи в прошлом мире Янника, был очень способным человеком.

Он руководил всей военной экономикой Германии, продвигал новую систему военного производства, мобилизовал огромную часть граждан Империи, использовал на полную мощность экономический потенциал Германии, широко использовал военнопленных и принужденную иностранную рабочую силу для преодоления нехватки рабочей силы и быстро увеличил производство вооружения, которое сыграло важную роль в войне в поздний период нацистской Германии, и позже его назвали «Человеком, который продлил жизнь Третьего рейха».

Пауль Йозеф Геббельс, немецкий государственный деятель, оратор. Он служил министром национального просвещения и пропаганды во время нацистского германского правления. Он умел произносить вдохновенные речи. Его называли «Гением пропаганды» и «Рупором нацистов». Он железным кулаком защищал режим Гитлера и поддерживал систему правления Третьего Рейха.

Но в то время, поскольку Гитлер умер очень рано, между Геббельсом и Гитлером не было большого пересечения, и их можно рассматривать только как знакомых.

Этим утром директор вызвал этих двоих, чтобы сообщить о том, что их пригласил к себе немецкий принц Янник. Поэтому они были сбиты с толку, и после службы решили вместе выпить в баре.

Геббельс обычно очень болтливый человек, так что он открыл свой рот, когда они уже выпили два стакана темного пива: «Ты видел его королевское высочество Янника раньше?»

Шпеер отрицательно покачал головой: «Я его не видел, а ты?»

Он все еще в растерянности, и не знает, почему наследный принц обратил своё внимание на такого неизвестного человека как он, и попросил его явиться во дворец.

«Мне посчастливилось раньше встречаться с императором, но его королевское высочество Янник, как известно, не любит появляться на публике, и поэтому я никогда не видел его внешность. Я только слышал, что его королевское высочество любит появляться в местах похоти и разврата».

Шпеер быстро ударил Геббельса рукой, показывая ему тем самым не говорить об этом здесь.

Но Геббельсу было все равно: «В чем дело? Я не сказал ничего необычного, все вокруг это знают, и я тоже это знаю… Кстати Шпеер, почему ты крутишься? Или ты прыгаешь? Что ты делаешь?»

«…» — смотря на его мутный взгляд, Шпеер удивлённо подумал: «Ты что, напился от двух кружек пива?»

После того, как Геббельс начал уже кричать оскорбления, Шпеер не осмелился больше оставаться здесь и позволять Геббельсу сходить с ума, поэтому он быстро заплатил за выпивку и насильно вытащил его из бара.

Отправив пьяного Геббельса прочь на такси, Шпеер вздохнул и вернулся в свою резиденцию, порылся в ящиках, нашел толстую стопку дизайнерских чертежей и начал их тщательно отбирать.

…

На следующее утро они встретились во дворце, прошли досмотр и вошли в кабинет его королевского высочества принца Янника.

«Приветствую вас, королевский принц!»

Когда они впервые встретились с членом королевской семьи, особенно с будущим немецким императором, эти двое казались очень вежливыми.

«Герр Шпеер, герр Геббельс, пожалуйста, присядьте».

После нескольких слов с принцем за столом, Шпеер торжественно вручил Яннику стопку своих рисунков: «Его королевское высочество, это немецкий стадион, который я спроектировал».

Это самая совершенная работа, которую он выбрал, изменил и доработал.

«…» — Янник чуть не рассмеялся, глядя на толстую стопку дизайнерских чертежей. «Чувак, я знаю, что у тебя отличные дизайнерские навыки, но у меня нет лишних денег, чтобы создавать твои великолепные проекты», — подумал Янник.

Однако из вежливости Янник принял проектные чертежи, претенциозно пролистал несколько и затем заговорил: «Мистер Шпеер, ваш дизайн действительно превосходен. Но вы также должны быть в курсе текущей ситуации в Империи. Наших денег не хватает даже на компенсацию военным, которые получили инвалидность. Так что у нас нет лишних денег для выполнения этих больших проектов».

«Тогда зачем вы позвали меня, ваше высочество?» — Шпеер был немного сбит с толку.

Янник дал ответ, о котором Шпеер и не думал: «Я хочу открыть сеть ресторанов, и я верю, что вы сможете организовать его за меня».

Рот Шпеера дернулся несколько раз, и несколько капель холодного пота выступили у него на лбу: «При всем моем уважении, королевский принц, моя специальность – архитектура, и я не бизнес-администратор. Я вообще ничего не знаю о бизнесе».

Янник улыбнулся. «Тебе не нужно ничего понимать, ты такой же гений от природы, как и Рейнхардт», — в мыслях сказал Янник, но ответил совсем другое: «Пора обедать. Фройляйн Энни, идите и приготовьте два комплексных обеда».

Вскоре к ним подошли Эмма и Ильза с обеденными тарелками и поставили их на стол.

На тарелке бургер, две куриные голени, кукурузный салат и три напитка: «Пожалуйста, не сдерживайтесь».

Шпеер и Геббельс не могли не взглянуть друг на друга, гадая что происходит, но его высочество не будет травить их, не так ли?

Они сразу схватили бургер и начали есть.

«Как вам на вкус?»

Оба одновременно кивнули: «Очень хорошо!»

Это не их изящная лесть его королевскому высочеству, вкус у этой странной еды действительно хорош.

Янник слегка улыбнулся: «Дело в том, чтобы такую еды можно заказать в ресторанах, которые я хочу открыть. Покупатель может получить такой комплексный и вкусный обед менее чем за минуту. И её очень удобно брать с собой на дом».

Шпеер удивлённо спросил: «Это не займет и минуты? Так быстро?»

Янник объяснил: «Это потому, что еду в ресторанах можно приготовить заранее и сохранить их в тепле или разогреть при заказе. Такой ресторан также можно назвать рестораном быстрого питания. Самая важная особенность такого ресторана – то, что он экономичен и эффективен. Цена такого комплексного обеда потребует от обычных рабочих всего 6 часов почасовой оплаты труда».

Шпеер задумчиво кивнул: «Если бы это был я, я бы выбрал такой ресторан, чтобы сэкономить время. Вдобавок он приятный на вкус».

«Итак, вы хотите помочь мне с его открытием?»

«Я могу попробовать, и могу только гарантировать, что сделаю все, что в моих силах. Но я не могу уверенно заявить, что это будет прибыльно. И я также хотел вас спросить, почему вы хотите, чтобы именно я это сделал».

Ему было действительно любопытно. В Берлинском университете много профессоров и докторов в области управления бизнесом. Почему принц назначил доцента кафедры архитектуры для управления своим рестораном?

Янник сразу же солгал: «Вчера я ходил в школу и услышал, что у вас очень хорошие дизайны. Я хотел попросить вас прийти и взять на себя руководство строительством нескольких ваших дизайнерских проектов. Однако, я забыл, что у меня нет денег, поэтому я мог только назначить вас за управляющего ресторанами. Но будьте уверены, я позволю вам рано или поздно построить ваши здания на чертежах».

«…» — Шпеер выслушал уж слишком слабое объяснение Янника и молча поднял чашку с прозрачной жидкостью. В жидкости постоянно поднимались маленькие пузырьки. Он осторожно сделал глоток, и по его пищеводу потекло беспрецедентное освежающее чувство, и не он мог не воскликнуть: «У этого напитка приятный вкус».

Рот Янника слегка скривился — это был напиток, сделанный по подобию «Спрайта»: «А теперь попробуйте остальные».

«…» — Шпеер попробовал апельсиновую жидкость и черную жидкость, но черный напиток вызвал у него чувство дежавю: «Это кока-кола? Не похоже».

«Можно сказать и «да» и «нет», как вы думаете, этот напиток может хорошо продаваться?»

По слухам рецепт Coca-Cola был чем-то магическим.

Согласно веб-сайту компании, самая ранняя формула была написана в 1919 году, что на полвека позже, чем в 1866 году, когда фармацевт, вызывающий морфиновую зависимость, Джон Пембертон, изобрел формулу напитка в 1866 году. До 1919 года рецепт передавался из уст в уста.

Бизнесмен по имени Эрнест Вудрафф привел группу инвесторов к покупке этой формулы. С 1920-х годов эта конфиденциальная формула была заблокирована в одном банке в Атланте. 86 лет спустя компания Coca-Cola решила продвигать эту секретную формулу как точку продажи, и компания передала формулу в музей компании Coca-Cola в Атланте.

Coca-Cola всегда утверждала, что формулу знают только два топ-менеджера компании, но компания никогда не объявляла имена этих двух людей или их местонахождение. Но из рекламы формулы мы узнали, что двум людям, знавшим о рецепте, не разрешалось лететь одним и тем же самолетом.

Однако Янник скептически относился к этому фарсу, Coca-Cola держала формулу в секрете, чтобы с помощью таинственного маркетинга увеличить продажи и подавить конкуренцию.

Шпеер снова осторожно попробовал эти три напитка и сказал: «Лично мне этот вкус нравится. И на рынке нет подобного напитка. Думаю, мы сможем открыть завод по массовому производству этого напитка».

«Я ведь говорил, ты гений», — подумал Янник и сказал: «Вы также должны нести ответственность за создание фабрики».

После его слова, Шпеера подавился напитком, и начал кашлять.

Он не ожидал, что когда он просто скажет эти слова небрежно, он добавит себе еще одну нагрузку на плечи.

Янник не мог избавиться от гордости, глядя, как Шпеер с горечью доедает остаток еды. «В будущем ты будешь отвечать за экономику и логистику военного времени, не подведи меня», — сказал Янник в мыслях.

После того, как они закончили есть, Янник достал подготовленные материалы и подробно представил Шпееру бизнес-модель ресторана быстрого питания.

KFC в его первоначальном времени и пространстве чаще всего изображает улыбающееся лицо старика, седую бороду, белый костюм и черные глаза.

Янник ради шутки заменил старика его «папой», который пропадает неизвестно где.

Это все еще седая борода, белые волосы, белый костюм, черный галстук-бабочка, улыбающееся изображение. Но те, кто знаком с ним, с первого взгляда могут сказать, что это отец Янника.

«Любое великое научное исследование требует мирной внешней среды, но чего нам в Германии больше всего не хватает, так это такого мира. Польша на востоке все время наблюдает за нами. Если когда нибудь они захотят напасть на нас, что нам делать? Мы можем только контратаковать! Но как только мы мобилизуем вооруженные силы, это обязательно вызовет цепную реакцию. Как вы думаете, Великобритания и Франция будут стоять в стороне, и просто смотреть на нас?»

Янник не ожидал, что доктор Эйнштейн придет к нему так быстро. И это очень странно, этому калеке Рузвельту в его прошлом мире он написал письмо самолично и без каких-либо уговоров, как это сделал Янник.

(Это письмо, в котором президенту Рузвельту советовали сделать так, чтобы он создал атомную бомбу раньше, чем это сделала Германия. Письмо было составлено известным американским физиком Зиллардом и венгерским физиком Вигнером. И чтобы привлечь внимание президента, они попросили титана науки послать это письмо президенту Соединенных Штатов от своего имени, то есть Эйнштейна)

Эйнштейн сказал очень серьезно: «Тогда будет еще одна мировая Война».

«…» — это правда. После окончания вервой иировой войны люди думали, что это «Война, которая положит конец всем войнам в мире». В результате ничего не закончилось. Вместо этого были посеяны семена для Второй мировой войны.

«Моя идея состоит в том, что следующая мировая война может быть возможностью предотвратить возникновение Третьей мировой войны. Войны, несомненно, приносят людям бесконечную боль и вызывают сцены человеческих трагедий. Но у монеты две стороны. Причиняя трагедии, война также имеет сильную роль в содействии технологического развития. Если кто-то сделает супер оружие в следующей мировой войне, она не только положит конец всем войнам между крупными державами, но и предотвратит возникновение Третьей мировой войны».

В конце Второй мировой войны Японское правительство с яростью сопротивлялась, но после падения двух атомных бомб они послушно сдались. И поэтому, мир во всем мире в ближайшие несколько десятилетий – это благословение ядерного оружия!

(Любой вид ядерной войны разрушителен для обеих противоборствующих сторон. Как только разразится ядерная война, ни одна из двух сторон не может гарантировать, что они могут уничтожить все ядерные объекты другой стороны. Под этой угрозой, все стороны конфликта чаще всего выбирают мирные переговоры для решения проблемы)

Помолчав мгновение, Эйнштейн сказал: «Значит, вы хотите использовать это супероружие для мира?»

«Вы правы, я хочу использовать его только в качестве сдерживающего фактора, но что, если сумасшедшие люди у правительства не будут боятся этого сдерживания, и вообще не будут прекращать войну?»

Как и в его пространстве и времени.

В Августе 6-го дня 1945 г, после инцидента с атомной бомбой в Хиросиме, Император Японии все еще неистово подбадривал людей столкнуться с этой катастрофой и отказывался сдаться. И только после того, как армия США бросила еще одну бомбу в Нагасаки, а Советский Союз послал войска на северо-восток, он был вынужден объявить о безоговорочной капитуляции.

Янник сказал: «Если у нас есть супероружие, неужели мы будем напрасно посылать наших солдат на смерть? Может быть, если мы бросим в город вражеской страны атомную бомбу, лидер этой страны признает капитуляцию. Потому что если он этого не сделает, следующая бомба будет сброшена ему на голову. Однако из гуманитарных соображений я перед этим отдам приказ сбросить в этот город листовки с предупреждением, чтобы жители города ушли из него как можно скорее. Или я могу бросить бомбу рядом с городом, чтобы напугать их. Конечно, это всего лишь моё гипотетическое предположение. Ведь сейчас Германия просто не способна снова начать войну. Даже в будущем мы можем только самооборонятся».

«Давай уже, старый ты дурак, не играй в хорошего человека и соглашайся! У меня скоро слова закончатся!» — с раздражением думал Янник: «Ты же сам побежал делать атомную бомбу для американцев, когда покинул Германию!»

Когда Янник был полон раздражения и собирался потерять контроль над выражением своего лица. Доктор Эйнштейн наконец заговорил: «Я согласен быть главой отдела исследований в области ядерной энергии, но мой отдел проводит только энергетические исследования, и я не буду участвовать в разработке этого оружия».

Янник подавил желание хлопнуть в ладоши, протянул руку и крепко сжал руку Эйнштейна: «Спасибо, доктор Эйнштейн, ваше решение станет величайшим вкладом в человечество. Я думаю, что каждый, кто будет использовать чистую энергию в ближайшем будущем, будет помнить ваши великие достижения».

После комплимента, Янник подчеркнул кое-что: «В вашем исследовательском отделе должен быть задействован департамент национальной безопасности. В конце концов, я не хочу, чтобы враждебная страна украла результаты ваших исследований и использовала их против Германии, и я найду кого-то, кто будет защищать вас 24 часа в сутки».

«Ваше королевское высочество Янник, я не возражаю против вмешательства департамента. Но я…».

Янник прервал Эйнштейна, прежде чем он успел закончить свои слова: «Доктор Эйнштейн, если наши враги поймут, что у нас запущен такой крупный исследовательский проект, они обязательно попытаются выяснить подробности этой технологии, даже за счет похищения исследователей. Вы будете первым, кто станет их основной целью. И не только вы, главные исследователи исследовательского отдела и члены их семей станут их целями. Я скажу агентам постараться не нарушать вашу личную жизнь. Надеюсь, вы понимаете, что вы – богатство страны, и если мы потеряем вас, то это будет огромным ударом для Германии».

Услышав это, Эйнштейн больше не мог отказаться: «Хорошо, как пожелает ваше высочество».

«Подождите», — Янник остановил Эйнштейна, который собирался встать, чтобы уйти. Он пошел в другую комнату, вынул листок бумаги и начал писать.

Закончив писать, он вернулся и передал его Эйнштейну: «Посмотрите на это».

Эйнштейн только взглянул на это и узнал, что это было: «Это краткое изложение теории относительности?»

Янник кивнул: «Это было написано 15-летним студентом из Великобритании».

Глаза Эйнштейна расширились: «15 лет?!» — вздохнул он, внимательно прочитав содержание листа: «Если он действительно это понял, то этот мальчишка – гений!»

«Конечно, он гений», — подумал Янник и сказал: «Итак, я хотел бы попросить вас написать письмо этому студенту. Как насчет того, чтобы попросить его приехать в Германию?»

На этот раз Эйнштейн кивнул без колебаний: «Нет проблем, я напишу ему, когда вернусь домой. Я хочу увидеть этого маленького гения».

Янник повёл его к двери, и еще раз торжественно поблагодарил: «Доктор Эйнштейн, еще раз спасибо за решение, которое вы приняли для страны».

«Ваше королевское высочество, вы слишком добры».

Янник, который отослал Эйнштейна, не мог не скривить губы. Если бы не мозги этого старика, он бы обязательно отправил его в концлагерь добывать полезную руду.

А если бы сейчас Эйнштейн отказался изучать ядерное оружие, он мог бы найти кого-нибудь другого, а этого старика... Ну, он бы закрыл свои глаза навечно.

Что касается немецкого пистолета Вальтера, то его знает каждый, кто хоть немного разбирается в огнестрельном оружии.

Завод по производству оружия Карла Вальтера, как и другие традиционные немецкие оружейные заводы, возник в Тюрингии, Германия, где еще в 1953 году была создана первая ассоциация производителей огнестрельного оружия.

Осенью 1886 года Карл Вальтер создал небольшую мастерскую, которая впоследствии стала оружейной фабрикой Карла Вальтера.

Вначале мастерская была очень простой, только с ножным токарным станком, тисками и литейной печью. Когда ему было всего 28 в том году, он и его ученик отправились в путешествие по изучению различного оружия.

Наибольший интерес Карла вызвала разработка автоматических пистолетов, что было беспрецедентной новой технологией в то время.

Семья Вальтера внесла большой вклад в эту область, особенно Фриц Вальтер продемонстрировал исключительный опыт в этой технологии. В 1908 году они выпустили первый автоматический пистолет, пистолет «Walter M1» калибра 6,35 мм, который носил почти каждый немецкий офицер во время Первой мировой войны. В последующие годы ими были произведены четыре других типа автоматических пистолетов, подобных «M1».

Первая мировая война дала мощный толчок развитию оружейного завода «Walter Weapon Factory», на котором в то время работало более 500 сотрудников. Когда Карл Вальтер умер в 1915 году, несколько его сыновей унаследовали его бизнес.

Сейчас старший сын семейства Вальтер сидит в офисе Янника и оплакивает ситуацию, в которой находится его компания: «Я едва свожу концы с концами. Если я больше не смогу получать заказы, боюсь, я могу только объявить о своём банкротстве».

Янник медленно кивнул, показывая, что полностью понял его и сказал: «Я хочу 12% вашей компании».

«Пуфф!» — кофе, который Вальтер только что взял в рот, был вылит обратно в кофейную чашку. Если бы человек напротив него не являлся королевским принцем, он вскочил бы и начал проклинать его за жадность: «А за сколько ваше королевское высочество хочет купить эти 12%?»

От ответа Янника, Вальтера чуть не стошнило.

«У меня нет денег».

!!!

Принц сказал это так уверенно, будто это было пустяком. Но это не пустяк, это ограбление! Даже королевская семья должна соблюдать правила игры, если такой бардак будет всегда, кто осмелится инвестировать и вести бизнес в Германии?

Когда Вальтер сидел в потрясении, Янник взял со стола несколько листов бумаги: «Здесь трехточечные рисунки, и я обещаю, что смогу продать более полумиллиона единиц оружия с каждого рисунка».

«…» — Вальтер, который только что почувствовал прилив крови к голове, внезапно успокоился: «Ваше королевское высочество, могу ли я сначала взглянуть на эти рисунки?»

«Нет», — Янник покачал головой: «Сначала вы должны принять решение. Согласиться вам или нет. Если вы согласны, все будут счастливы. Если вы не согласны, вы можете идти. Потому что я найду другого торговца оружием, который будет сотрудничать со мной».

Все, что ему нужно – это полное послушание. Он хочет, чтобы эти торговцы понимали, что пока они подчиняются ему, у них будет мясо, которое можно есть, и суп, который можно пить. Если они хотят разделить мясо, то пусть просто послушно следуют за ним.

Это как играть в азартные игры. Вальтер вытирал пот со лба, тщательно обдумывая. Если он действительно уйдет вот так, его королевское высочество возненавидит его, и вдобавок через несколько дней его компания действительно обанкротится.

Если он отдаст 12% акций его королевскому высочеству, то он попадёт в его милость. И если у компании будут заказ, то его высочество тоже получит прибыль. Чем больше заказов, тем больше прибыль для его высочества, и конечно же, для него.

Думая так, Вальтер тяжело кивнул: «Его королевское высочество, я согласен обменять 12% акций компании на эти три рисунка».

«Я знал, что вы умный человек», — улыбнулся Янник: «Держите».

Вальтер взял бумаги, переданные Янником с нерным лицом, и начал смотреть на чертежи и рисунки: «Это так красиво! Ваше королевское высочество, кто это разработал?»

Это явно рука мастера, но почему он никогда не слышал о таком мастере?

Коснувшись носа, Янник сказал: «Я сам разработал это, как вам?»

На самом деле, эти проекты – то, что «Walter Company» разработает несколько лет спустя. Он просто скопировал их.

Янник передал Вальтеру чертежи полуавтоматической винтовки «G43», пистолета «P38» и пистолета «PPK».

Глаза Вальтера загорелись, эти бумажки просто сокровища! Но он также обнаружил странную проблему, этот PPK, если он правильно понял, должен быть аббревиатурой пистолета криминальной полиции «PolizeiPistoleKriminal». Но что означают цифры в «G43» и «P38»?

Годы? Значит это 1843, 1838, или это 1943, 1938?

Вальтер сразу перестал думать об этом вопросе, как его королевское высочество пронумеровал эти оружие, пускай так и будут.

«Как вам? Стоят ли они 12%?»

«Они того стоит, ещё как стоят. Спасибо, ваше королевское высочество. Я вернусь в компанию, чтобы начать процедуру передачи акций вам».

«Это хорошо», — отправив Вальтера прочь, Янник позвонил людям из Маузера. Однако переговоры не прошли гладко. Представитель «Gebrüder Mauser» выглядел безразличным, но он не отказался сразу, что может быть связано со статусом Янника как принца, но Янник ясно видел презрение в его глазах.

На следующее утро, Вильгельм II попросил Янника позавтракать вместе с ним, что было очень редко.

Когда они ели роскошную и вкусную еду за длинным столом, Вильгельм II внезапно спросил его: «Я слышал, что ты просил у представителя компании «Mauser» 12% акций?»

Этот ублюдок не только вёл себя как умственно отсталый, но ещё и пожаловался дедушке?!

Янник помолчал и вместо ответа спросил его: «Дедушка, как ты узнал об этом? Маузер рассказала тебе или мои секретарши сообщили тебе?»

Он догадался о четырех прекрасных женщинах, посланных Вильгельмом II.

Этим девушкам определённо поручено следить за ним. В конце концов, не так давно он был невежественным плейбоем и проводил целые дни напролет возле девушек, другими словами, его дедушка не мог доверить ему империю.

Вильгельм II пожевал ветчину, и заговорил после того, как проглотил её: «Есть ли разница?»

Что ж, похоже эти девушки и вправду наблюдают за ним.

«Конечно есть. Если Маузер рассказал тебе об этом, я убью его. Если же это те девушки, мне нечего скрывать. Я просто хотел заключить сделку с Маузером. И я не хотел брать их 12% акций даром. Я обменял бы их на чертежи огнестрельного оружия».

Вильгельм II не мог не выразить любопытство: «Чертежи огнестрельного оружия? Кто их разработал?»

Янник указал на себя пальцем, подняв нос к потолку: «Я!»

«Ты?» — странное выражение лица Вильгельма II казалось почти смеющимся: «Когда ты стал разбираться в огнестрельном оружии? И ты все еще хочешь 12% акций за свои чертежи? Ты же их не шантажировал?»

Янник беспомощно вздохнул, и ему пришлось сказать правду: «Дедушка, от тебя действительно невозможно что-то сохранить в тайне. Я обменял три своих чертежа на 12% акций Вальтера. И я не видел, чтобы он был недоволен этим, напротив, он ушёл от меня с улыбкой на лице».

«Правда?» — Вильгельм II все еще не верил в его слова.

«Если ты не веришь, то можешь послать кого-то проверить мои слова. Для чертежа оружия можно взять лучшее из каждой школы и добавить некоторые из своих инноваций, ничего сложного», — самый простой способ – напрямую заняться плагиатом, зная будущее оружие.

«Дедушка, почему бы тебе не оставить это дело в покое? Я вижу, что Маузер гордится тем фактом, что его семья является основным поставщиком для Вермахта. Я собираюсь сократить закупки их оружия Gew.98 в армии на 30% и заменить их новыми винтовками, которые я дал Вальтеру».

Вильгельм II отнесся к этому несколько неодобрительно: «Новая винтовка такая хорошая?»

Его реакция была естественной. В конце концов, Маузер был королевским арсеналом, созданным во времена Фридриха I с более чем 100-летней историей. В компании собраны самые разные мастера огнестрельного оружия. Как это можно сравнить с тем, что его внук придумал какое-то оружие, которое было качественнее и эффективнее чем у Маузера. Что касается Вольтера, возможно, это было из-за того, что Янник был будущим императором и он просто льстил ему.

«Как бы плох он ни был, он всяко лучше, чем тип Gew.98, не так ли? Я думаю, что дизайн типа Gew.98 – не более чем устаревший образец прошлого. Ты должен знать, что оружие «Mauser» с торцевой фиксацией не так быстро как тот же тип «Lee-Enfield» с задним запиранием. Наши солдаты должны двигать всей рукой, чтобы выбросить и зарядить магазины, в то время как британским солдатам для этого нужно только двигать запястьем. Тип Gew.98 имеет скорость стрельбы всего в 10 выстрелов в минуту, в то время как «Lee-Enfield» может достигать 15 выстрелов в минуту».

«Я дал им шанс, но они этого не хотят, поэтому не обвиняй меня в безжалостности. Я не только уменьшу их долю рынка на 30%, но и когда найду нового партнера и получу еще одну винтовку в стиле Gew.98 уменьшу их до более чем 60%. Хотя нет, мне не нужно искать партнера. Я могу сам открыть оружейную компанию. Тогда моя оружейная компания будет поставлять вооружение армии, Маузер – ничто».

Смотря на негодование Янника Маузером, в сочетании с его «хвостовстом», Вильгельм II кивал головой и сказал: «Мой мальчик, я не могу принять такое решение поспешно. Я подожду, пока компания Вальтера создаст пистолет, и передам его в армию для испытания. Давай поговорим об этом после его оценки».

Янник кивнул: «Хорошо. И дедушка, я хочу… Занять еще немного денег».

Вильгельм II слегка приподнял брови. «Сколько ты хочешь занять?»

«Я боюсь, что ты испугаешся, если я скажу тебе сумму. Но я сразу скажу, что деньги, которые я занял, будут выплачены тебе с процентами примерно в 1930 году», — Янник поднял руку и показал пять пальцев.

«Пятьсот тысяч?»

«Пять миллионов??»

«Пятьсот миллионов?!»

Увидев, что Янник все еще отрицательно качает головой, Вильгельм II чуть не выругался.

Если бы не тот факт, что в эти дни его внук добился определенных успехов, он действительно хотел бы выгнать этого дурака из дворца, и позволить ему просидеть нищим на улице в течении нескольких дней, чтобы он знал ценность денег!

Вильгельм II сдержал гнев в своем сердце и спросил: «Тогда ты должен хотя бы сказать мне, где будут использоваться эти деньги».

«О нет, дедушка, это пока держится в секрете», — конечно, Янник не может сказать ему, что фондовый рынок США рухнет в конце следующего года.

Жалко, что он немного опоздал с реинкарнацией. Если бы он приготовил миллиард или даже десяток миллиардов чтобы инвестировать, это определенно вызвало бы сильное кровотечение в Соединенных Штатах. Но теперь, даже если Вильгельм II каким-то чудом достанет для него 10 миллиардов долларов, он не осмелится вложить их все.

В конце концов, он действует только с опытом своей прошлой жизни, но финансовые хищники на Уолл-стрит – настоящие эксперты. И если эти старые лисы заметят какие-либо признаки потери своих денег, Не только он, но боюсь и вся Германия познает их гнев.

Таким образом, он может сначала поставить только небольшую цель, вложить 500 миллионов долларов США и заработать в два или три раза больше.

Вильгельм II угрюмо сказал: «Почему ты держишь это в секрете? Ты знаешь, что нынешняя внутренняя экономика страны находится в беспорядке, а золотовалютные резервы невелики. Пятьсот миллионов долларов США — это немалая сумма».

Увидев, что Вильгельм II действительно рассердился, Янник быстро достал копию документов и передал их ему: «Дедушка, это продолжение плана элитных солдат, о котором я говорил тебе в прошлый раз. План «Невидимых войск».

22 июня 1941 года, в исходном времени и пространстве, Гитлер разорвал «Советско-Германский договор о ненападении» и напал на своего бывшего союзника.

В первые несколько часов после приказа Гитлера, тысячи немецких самолетов яростно обстреляли советские аэропорты, и бесчисленные советские танки и артиллерия были уничтожены еще до того, как были вывезены со склада. В первые дни войны дивизии и многие армии Советского союза были окружены и уничтожены немцами.

Колокол победы, казалось, прозвучал для германского народа.

Однако, перед многочисленными советскими военнопленными, трезво мыслящие немецкие генералы начали чувствовать себя растерянно.

Начальник генерального штаба Франц Гальдер сделал в своем дневнике такую запись: «Мы недооценили их мощь. После тщательного осмотра пленных мы обнаружили и идентифицировали более 360 дивизий!»

На момент атаки на Советский Союз, немцы имели 153 дивизии. Плюс 37 дивизий из аннексированных стран. Всего 190 дивизий. Даже при наиболее благоприятной для них боевой обстановке, уничтожить всю Советскую Красную Армию невозможно. Более того, этот немецкий генерал говорил только о советских дивизиях, которые в то время входили в первый фронт боевых действий в западном районе. Сколько дивизий во втором фронте? Сколько дивизий в третьем фронте? Почему после нескольких масштабных сражений и побед со стороны немцев, численность советских войск не уменьшилась, а только увеличилось?

Фактически, причина, по которой немецкие генералы были озадачены, заключалась в том, что они рассчитали только механизированые войска в последовательности Красной Армии, и они ничего не знали о существовании советских «невидимых войск».

Еще в начале 1930-х годов Советская армия начала тайно перенимать систему «невидимости». Она эффективна, надёжна, и самое главное, она практически не требует материальных затрат. Эта система может в одночасье превратить одну дивизию в две, и позволяет Советскому Генеральному штабу удвоить количество дивизий за очень короткий период времени.

Формирование войск во время Второй мировой войны в основном зависит от личного состава и техники, из которых формирование командной структуры является наиболее важным.

Возьмем к примеру, обычную советскую пехотную дивизию. Обычно в этой дивизии два командира, один выполняет повседневные обязанности, а другой, помимо участия в штатной учебной и боевой работе, имеет секретное звание – «Командующий невидимыми силами».

Заместитель начальника штаба дивизии также имеет второго командира, из которых один имеет секретный титул, то есть «Начальник штаба невидимых сил», и так далее. Это верно для каждого полка, каждого батальона, каждой роты и даже небольших групп. Видно, что у каждой дивизии есть еще одна полная командная организация в качестве резервной базы.

Когда разразилась война и пехотная дивизия получила приказ немедленно выйти на линию фронта, дивизия привела только одного командира, то есть командира, который выполнял повседневные обязанности, а другой «Командир невидимых сил» остался сзади. Таким образом, от полка к взводу, была сохранена вся организация резервного командования на уровне дивизии.

А когда их секретные названия были обнародованы, они более не скрывали себя и сформировали новую дивизию, которая может пополнить 18 000 солдат запаса в течение 24 часов.

Поэтому, когда старая армия была уничтожена, или взята в плен, в пустующие бараки быстро перебралась вновь сформированная армия.

Конечно, по боевой эффективности эта вновь созданная дивизия явно не так хороша, как только что вышедшая на передовую, но все же, новые командиры дивизий – хорошо обученные и опытные офицеры, много лет работающие на передовой армии, заменяя настоящего командира боевой дивизии. Те офицеры, которые служат командирами полков, батальонов и рот, также являются действующими боевыми офицерами, а не личным составом резерва. Эти офицеры обычно имеют дело с военнослужащими, находящимися на действительной военной службе, с новым оружием и снаряжением, участвовали в строгих военных тренировках и учениях, обладают прекрасными личными военными навыками и имеют богатый управленческий опыт. Кроме того, все офицеры этой вновь сформированной дивизии, от командира дивизии до командира роты, много лет работали друг с другом и хорошо знакомы друг с другом, обеспечивая эффективную работу новой структуры управления.

Итак, кадровая проблема решена, но откуда взялось вооружение и техника этой вновь сформированной дивизии?

На самом деле это очень простой вопрос. Эти «Невидимые войска» используют старомодное оружие. Например, когда советская артиллерия начала модернизировать самоходную артиллерию, старая буксируемая артиллерия, которая была заменена, определенно не будет переплавляться как металлолом. Она будет запечатана для использования «Невидимыми войсками». Все эти «Невидимые подразделения» используют старомодное оборудование. У них нет сложного оружия и оборудования, а затраты на их обслуживание чрезвычайно низки. Однако в критические моменты они могут невероятно усилить подразделения, оснащенные новым оружием. Можно сказать, что именно эта система спасла Советский Союз и сохранила его в качестве постоянного источника силы во время Второй мировой войны.

Вильгельм II часто кивал и недоверчиво спрашивал: «Ты придумал это?»

Он не мог подумать, что его внук, который обычно невежественен и ничего не умеет, кроме хождения по девушкам, может иметь такие фантастические идеи.

«Конечно», — Янник, естественно, не признал бы, что эта идея также была плагиатом, и воспользовался возможностью, чтобы спросить: «Дедушка, как видишь, все, что я делаю, предназначено для Германии. Просто скажи мне, сколько денег ты можешь дать?»

Вильгельм II сказал, внимательно прочитав содержание папки: «До двухсот миллионов».

Глядя на серьезное выражение лица Вильгельма II, Янник понял, что увеличить сумму для него невозможно: «Ну, двести миллионов – это двести миллионов. Кстати дедушка, я планирую посетить Советский Союз неофициально через несколько дней. Попросите Министерство иностранных дел рассказать им о моем приходе».

«Почему ты решил пойти туда?»

Янник перестал говорить о поездке за границу очень давно, даже на публике он стал появляться все меньше и меньше. Теперь он неожиданно предложил посетить другие страны, что очень удивило Вильгельма II.

Почему?

Конечно, для будущего!

Когда Советский Союз и Германия в его первоначальном времени и пространстве подписали «Договор о ненападении», некий человек по имени Гитлер сказал, что разрывает это соглашение, и будет сражаться против советов. И поэтому он мобилизовал больше количество танков, самолётов и пехоты.

За первые шесть месяцев войны, немцы оккупировали большую часть территории Советского Союза, убили, ранили, и захватили более 2 миллионов человек.

Хотя обе страны стали после войны самыми ненавистными врагами, до тех пор, пока Германия не осуществила план «Барбаросса», у этих двух стран были очень хорошие отношения.

Перед вторжением в Польшу, Гитлер и Сталин пожелали друг другу поздравления на день рождения. И в одном поздравительном послании даже говорилось: «У нас дружба, связанная кровью».

Теперь Советский Союз и Германия чувствуют себя изолированными от основного мира. В Германии есть нехватка запасов сырья и им требуется площадка для новых военных технологий. А Советам нужен поставщик технологий и союзник. В конце-концов, Советский Союз сейчас все еще относительно беден, и его промышленная база довольно слабая, и они, должно быть, остро нуждаются в поддержке извне.

Янник уверен, что ему не нужно тратить много времени. Германия и Советский Союз обязательно найдут общий язык. Советский Союз мог бы предоставить Германии большое количество продовольствия, нефти, металла и других материалов. Германия предоставила бы Советам большое количество технического оборудования и создала бы тактическую базу в Советском Союзе, для тайной подготовки своих собственных военно-воздушных и бронетанковых сил.

Более того, советская промышленность была слишком отсталой. Даже если техника и оборудование, не нужные в Германии, будут переданы Советскому Союзу, советы сильно продвинулись бы в вооружении.

Самое главное, что поток различного технического персонала также способствует размещению большего количества агентов в Советском Союзе, закладывая прочный фундамент на будущее!

Выслушав план Янника, Вильгельм II не мог не кивнуть: «Спасибо за твой тяжелый труд, дитя».

Янник равнодушно пожал плечами; «Разве это не естественно? Ведь я родился в императорской семье».

К счастью, он был в императорской семье! В противном случае, если он станет безымянной пешкой, перед Второй мировой, что ему делать? Возможно, в одном из сражений он был бы убит пулей.

«Дедушка, я думаю, что могу отправить специального посланника в Великобританию, чтобы обсудить изменение договора. Позвольте мне поговорить с ними подробнее об угрозе со стороны Франции. Эти высокомерные ублюдки определенно не захотят видеть сильную Францию. Линкоры, линейные крейсеры и т. д. нам строить не дадут. Но мы можем построить несколько эсминцев. И мы будем гарантировать им, что калибр орудия эсминца никогда не превысит 90 мм. Этот калибр не причинит вред линкору, и поэтому не представляет угрозу вообще».

Поскольку договор предусматривает, что строительство нового корабля для Военно-морского флота Германии не должно начинаться через 20 лет после спуска на воду целевого корабля, все боевые корабли, которые были запущены после 1913 года, должны быть демонтированы независимо от того, находятся они в строю или нет. В настоящее время германский флот имеет только 8 оставшихся в открытом море флота. Старые бывшие дредноуты, и 8 старинных малых крейсеров, находящихся в плачевном состоянии.

Британия всегда проводила сбалансированную континентальную политику. Кроме того, в соответствии с историческим процессом в его первоначального времени и пространства, даже если британцы не соглашаться с его предложением, они, вероятно, будут молчаливо наблюдать за их усилением, или даже будут потворствовать Германии в этом. В конце-концов, слишком сильная Франция тоже угроза для их страны.

Янник ритмично стучал пальцами по столу, и посмотрев на лежащий перед ним конверт, невольно вздохнул.

Конверт содержал сорок банкнот, каждая из которых составляла 5 миллионов долларов, на полные 200 миллионов долларов США.

Это огромная сумма денег. Если рассчитать по уровню инфляции в стране, 200 миллионов долларов США будут эквивалентны почти 3 миллиардам долларов США в 2018 году!

Несмотря на то, что он получил эту огромную сумму денег, Янник все же был немного меланхоличен, в конце концов, это сумма была далеко от запланированной им в 500 миллионов.

Как добыть ещё больше денег? Вильгельм II должно быть, больше не будет давать ему в долг. Откуда ему теперь найти остальные 300 миллионов?

Янник не мог рассказать Вильгельму II о финансовом кризисе, разразившемся в Соединенных Штатах в конце 1929 года. Если бы это было сказано, возможно, Вильгельм II относился бы к нему как к параноику. И он не только потребовал бы назад эти 200 миллионов долларов США, но его также могли бы отправить в психиатрическую больницу!

Вы должны знать, что лечение психических заболеваний в немецком медицинском сообществе в этот период заключалось в инъекциях инсулина.

Правильно, это инсулин, который в качестве лекарства использовали более поздние люди, страдающие диабетом.

Ему и не снилось, что инсулин, открытый в 1922 году, будут использовать для лечения психических заболеваний.

Дело в том, что после введения высоких доз инсулина психически больные пациенты обычно успокаиваются и впадают в кому.

Разве это не простой гипогликемический шок? Скажите вы и будете абсолютно правы. Но в глазах изобретателя этого лечения немецкого доктора Манфреда Шака это означает, что симптомы психоза исчезли!

Это лечение использовалось даже наиболее уважаемыми академическими учреждениями в Соединенных Штатах, и оно даже использовалось до 1950-х годов.

Янник не хотел попадать в психиатрическую больницу и лечиться там, где высокий уровень смертности (10%).

Использовать только эти двести миллионов? Но он действительно не желает упускать эту возможность, выпадающую раз в жизни. Если он будет правильно действовать в условиях финансового кризиса, он определенно сможет вернуть в два или три раза больше прибыли. Другими словами, если он не достанет 300 миллионов, он потеряет свой шанс быть супер богатым человеком. Он уверен, что получит сотни миллионов долларов стабильной прибыли.

Это сотни миллионов долларов! Не несколько десятков миллионов! С этими сотнями миллионов долларов многие из его планов реализовать будет намного проще.

И в следующий раз, когда настанет другой финансовый кризис, ему придется подождать, по крайней мере, полвека. Если же последующая история изменится из-за него, кто знает, произойдёт ли оно вообще.

Независимо от того, какой метод он использует, он должен собрать эти чёртовы 500 миллионов!

Думая об этой сумме, Янник срочно позвал своих "друзей".

Когда в его кабинете собрались все его друзья, они сразу же сказали: «Это круто Янник! Я думал, что у тебя только два секретаря. Но их оказалось четыре. А ты уже занимался с ними "этим"?»

«Серёзно?! Ты уже был с ними в одной кровати?! Сразу же с четырьмя?! Если да, то я умру от зависти!»

Янник не мог не закатить глаза, на их слова: «Заткнитесь, дураки. Я позвал вас не для этого. Скажите мне, мы ведь братья?»

Все они росли и играли с Янником с детства, и было естественно что их семьи особенные. Кто-то из их семей – обычные капиталисты, кто-то – из юнкерской знати. Можно сказать, что они дворяне, но они всего лишь дно юнкерской знати.

С этими высокопоставленными юнкерскими дворянами ходил старший брат Янника, бывший наследный принц империи, и Янник не удосужился участвовать в высших кругах.

Шестеро без колебаний кивнули: «Конечно!»

Янник спросил: «А если ваш брат в беде, вы поможете ему?»

Они снова согласно кинули: «Конечно!»

«Ну, мне сейчас нужно много денег, вы поможете?» — продолжил спрашивать их Янник.

Когда дело дошло до денег, несколько человек не могут не смотреть друг на друга в удивлении.

Они все тратят карманные деньги своих семей, и у них в руках мало денег: «А сколько тебе нужно, Янник?»

Янник поднял руку, и показал им один палец: «По крайней мере, десять миллионов долларов США с человека»

Как только его голос упал, несколько человек единогласно произнесли: «Чёрт!»

Десять миллионов долларов США – немалая сумма. Их реакция также была ожидаемой, но один друг Янника Толстый Боуэн не сказал ни слова, и просто грыз яблоко: «Боуэн, почему ты не удивился?»

Боуэн проглотил яблоко и спросил, подняв брови: «Эээ, десять миллионов долларов... Это много?»

Янник не мог не похлопать себя по лбу, забыв, что Боуэн был не очень умён. Причина, по которой он не ответил, заключалась не в том, что десять миллионов были для него небольшой суммой, а в том, что он не знал, что такое десять миллионов.

Антон рядом с ним объяснил ему: «Конечно это много. Высококлассная машина, которую твой отец купил на днях, стоит больше десяти тысяч долларов. На десять миллионов долларов можно купить тысячу таких машин».

«Что?!» — Боуэн чуть не задохнулся на ровном месте: «Мой папа очень долго огорчался, когда покупал эту машину!».

Все замолчали с беспомощным выражением лиц: «Янник, зачем тебе столько денег?»

Янник покачал головой. Он не мог даже рассказать дедушке, не говоря уже о том, чтобы рассказать им о своем плане: «Если вы сможете добыть такие деньги. Я верну эту сумму вам в начале 1930 года. И гарантирую минимальную прибыль в размере 10%».

Боуэн спросил в непонимании: «Что такое 10% прибыли от 10 миллионов?»

Янник небрежно ответил: «Один миллион».

Боуэн помолчав мгновение сказал: «Вроде это очень хорошо. Но у меня не так много денег. Мне нужно вернуться и попросить денег у папы».

Его последнее предложение, казалось, всех разбудило, и они кивнули головой, думая также сходить к своим отцам.

…

Вернувшись домой, Боуэн увидел своего отца, сидящего на диване в гостиной и читающего газету, и ему не терпелось спросить его: «Папа, у нас в семье есть деньги?»

Боуэн сразу же ответил, не поднимая головы от газеты: «Нет».

«О, ладно», — Боуэн взял и съел печенье на кофейном столике.

Подождав некоторое время, и не увидев реакцию сына, старик Боуэн спросил с интересом: «Почему ты спрашиваешь об этом? У тебя нет денег?»

Толстый Боуэн ответил, продолжая жевать печенье во рту: «Да так, просто Янник только что позвал нас и хотел занять немного денег».

Его королевское высочество хочет занять деньги?

«Да?» — удивился Старый Боуэн, отбросив газету: «Сколько он хотел?»

«Не менее десяти миллионов долларов».

Десять миллионов долларов?!

Старый Боуэн чуть не получил инфаркт от слов сына: «Зачем ему столько денег!?»

Он очень хорошо знает достоинства своего сына. Его сын и его друзья, не более чем близкий круг Янника. Но после последней аварии его превосходительство Янник делал какие-то странные поступки, В прошлый раз он купил несколько компаний, которые были на грани банкротства, и на этот раз он хотел занять 10 миллионов долларов США?

Толстый Боуэн покачал головой: «Я не знаю, Янник этого не говорил. Но он сказал, что деньги будут возвращены нам в начале 1930 года с 10%-ной прибылью».

Старый Боуэн задумался и спросил. «Когда его высочество хочет получить деньги?»

«В ближайшие дни».

Старый Боуэн кивнул: «Понятно, иди спать».

«Ага, спокойной ночи папа», — когда Толстый Боуэн вернулся в свою спальню.

Старый Боуэн взял сигару с кофейного столика и глубоко задумался о чем-то, закурив ее...

«Милый, почему ты ушел так рано? И куда ты ходил?» — заботливо спросила миссис Боуэн, увидев вошедшего старого Боуэна с усталым лицом. До его внезапного прихода, она готовила стейк на кухне.

Как и большинство немцев, старый Боуэн всегда строго соблюдает свой график работы и отдыха, а его многолетние привычки сравнимы с часами.

Но когда Миссис Боуэн проснулась сегодня утром, было беспрецедентно видеть исчезновение старого Боуэна.

По одежде, которая отсутствовала в шкафу, было несложно понять, что он ушёл куда-то очень рано.

Старый Боуэн подошел к обеденному столу, взял стакан с водой и выпил большую его часть на одном дыхании. Сделав вдох, он сел за стол. «Дорогая, позволь мне кое-что тебе сказать».

Миссис Боуэн удивлённо спросила, поставив перед ним жареный стейк: «Что случилось?»

Старый Боуэн легонько постучал пальцами по столу: «Я заложил семейный дом и пару фабрик».

Женщина опешила: «Но почему?»

Старый Боуэн посыпал стейк приправами, объясняя причину своего поступка: «Прошлой ночью Боуэн вернулся и сказал, что его королевское высочество Янник хочет одолжить у них деньги».

«Его королевское высочество хочет одолжить деньги? Но разве его высочеству не хватает денег? Сколько он попросил?»

«Десять миллионов долларов. Конечно, его величество знает, что у его друзей нет столько денег. Поэтому странно то, что он все равно попросил их… А может он ожидал, что они пойдут к своим родителям».

Теперь миссис Боуэн еще больше озадачена: «Но это не причина заложить дом и фабрики».

Старый Боуэн поставил чашу с приправой и тяжело выдохнул: «Я на самом деле сделал это для нашего сына. Он тупой как пробка. И я уверен, что когда нас не будет с ним, он разрушит семейный бизнес или будет обманут другими, и к тому времени он останется ни с чем… А его высочество Янник... Милая, скажи мне, разве будущий немецкий император не отблагодарит нас и нашего сына за нашу преданность?»

«…» — думая об их наивном сыне, жена старого Боуэна беспомощно вздохнула: «Тогда сколько ты собрал?»

«Его королевское высочество сказал, что он может выплатить свой долг в начале 1930 года. Так что, за исключением средств, которые были едва доступны в последние два года, я собрал все деньги, которые мог получить, и я даже взял огромную сумму денег у нескольких своих друзей. В итоге я собрал около 30 миллионов долларов», — говорил Старый Боуэн, нарезая стейк: «В будущем мы будем есть меньше мяса. И вообще экономить все продукты в доме».

«Хорошо милый, я верю в твой выбор».

…

После подсчета суммы, переданного Боуэном, Янник не мог не ошеломиться, получив в общей сложности 30 векселей каждый на сумму пять миллионов долларов (150м в общем): «Разве твой отец не был огорчен, когда покупал машину за несколько тысяч долларов? Откуда у него такие деньги?»

Из воспоминаний прошлого Янника он также узнал, что семейное состояние Боуэна – самое худшее среди всех его друзей. И он мог бы получить настолько огромную сумму денег, лишь если будет продавать всё своё имущество.

Боуэн жевал печенье и наивно ответил: «Мой папа сказал, что он заложил всё и взял в долг очень много денег. В будущем мои карманные деньги должны сократиться».

Глядя на этого простодушного мальчика, у которого нет никаких проблем, Янник похлопал его по плечу, и серьезно сказал: «Спасибо Боуэн. Не волнуйся, я обещаю, что удвою твой карманные деньги за два года».

Его личность будущего немецкого императора весьма полезна. Несколько его друзей один за другим присылали деньги, каждый на сумму от 20 до 30 миллионов. Но Дэвид, у которого самая богатая семья среди них, дал всего 10 миллионов. Янник улыбнулся и ничего не сказал.

Добавив первоначальные 200 миллионов, он теперь имеет векселей на сумму 480 миллионов долларов США.

Осознавая это, он чувствует, что его руки дрожат. Он никогда не мечтал, что сможет держать в своих руках полмиллиарда долларов.

После долгого волнения, он почувствовал облегчение и вынужден был заняться делами: «Мисс Энни, могу я открыть нефтяную компанию в частном порядке?»

Энни кивнула, немного подумав. «Кажется у нас нет закона, запрещающего частным лицам добывать нефть. Более того, вы принц»., — она все больше и больше сбивается с толку смотря на действия его королевского высочества. В будущем вся империя будет принадлежать ему одному, так почему он занимается бизнесом?

«Это хорошо, вы немедленно зарегистрируете для меня нефтяную компанию. Набирайте персонал и отправляйтесь на завод, чтобы заказать оборудование для разведки нефти и оборудование для добычи нефти. Вы должны сделать это до того, как я вернусь. Кстати, зарегистрируйте другую компанию по производству автомобилей, и она будет называться…». — Янник задумался над названием: «"Zevs", пускай будет "Zevs"».

«А вы, мисс Моника, пойдёте к Фердинанду Порше. Раньше он был дизайнером «Daimler-Benz», теперь он наверное ушёл в отставку. Найдите его и скажите, что я хочу нанять его в качестве главного дизайнера и технического консультанта моей автомобильной компании».

В 1926 году два гиганта мировой автомобильной промышленности Карл Бенц и Готтлиб Даймлер объединились, чтобы создать из «Daimler» и «Mercedes-Benz», «Daimler-Benz».

Фердинанд Порше естественным образом стал членом новой компании и разработал ряд продуктов, таких как «S», «SS» и «SSK» для «Mercedes». И это также последняя машина, разработанная Порше для «Daimler». «SSK» — это аббревиатура немецкого спорткара со сверхкороткой базой, которая более мощная чем остальные. Она была специально разработана для альпинистских соревнований. Его короткая колесная база обеспечивает отличную управляемость и способность преодолевать резкие повороты. На тот момент было выпущено всего 35 таких автомобилей.

В совете директоров «Mercedes-Benz», Порше сосредоточился на разработке небольших автомобилей, но не получил поддержки. Сейчас поскольку Порше был вытеснен другими акционерами, он мог только уйти из «Daimler».

«Мисс Виола, купите землю в этом круге», — место, которое он обвел на карте, было маленьким городком, окруженным горами с трех сторон. Этот городок был сформирован, чтобы добывать руду в трех горах. Позже шахты в горах были завалены камнями, и люди ушли с города, превратив его в город-призрак, который теперь необитаем: «Это хорошее место. После покупки земли мы отправим туда команду инженеров для строительства там зданий».

Янник планирует превратить эту территорию в Зону 51, где в будущем будут осуществляться все важные научно-исследовательские проекты.

«Мисс Инна, вы тайно посетите руководителей пяти компаний: «Henschel», «MAN», «Rheinmetall», «Krupp» и «Daimler-Benz», и попросите их спроектировать три типа танков. Просто скажите им, что это моя просьба. Да, кстати, Мисс Моника, вы попросите Порше спроектировать эти три танка».

Наблюдая за тем, как секретарши уходят одна за другой, Янник ненадолго задумался, затем взял трубку и связался со штабом Вермахта: «Ваше превосходительство Хаммерштейн, я Янник. О, что вы, у меня нет ничего важного, я просто хочу позаимствовать у вас несколько человек, чтобы они сопровождали меня. Да, и если вы сможете, то найдите для моего сопровождения этих людей: Эрвин Роммель, Хайнц Вильгельм Гудериан, Эрих фон Манштейн, Вальтер фон Браухич. Пусть они будут на вокзале в десять часов послезавтра».

«Раз, два, три, толкай!»

«Раз, два, три, толкай!»

Полковник Браухич стоял под моросящим дождем, и громко кричал снова и снова, приказывая нескольким людям вытолкнуть застрявшую в грязи машину.

«Р ~ р ~ р!» — двигатель издал рев, но он все еще не мог вытащить пуленепробиваемый автомобиль весом в несколько тонн из этой грязной ямы. Линии на колесах, которые изначально использовались для увеличения трения, были заполнены грязью. Они стали плоскими и гладкими, после вращения и трения об землю.

Роммель вытер капли дождя с лица, и не мог удержаться от жалоб: «Неужели у них мозги пропитались грязью? Это место они называют дорогой? Это чёртово болото!» — его штаны были ужасно испорчены брызгами грязи, а оригинальная черная ткань стала цвета грязного хаки.

Гудериан рядом с ним горько улыбнулся: «Я восхищаюсь Наполеоном за то, что он смог дойти до Москвы по таким дорогам».

Гудериан чувствовал, как будто кусок конфеты прилип к подошве его ботинка, и ему бы потребовалось много усилий, чтобы отлепить его. Он опустил глаза, только чтобы увидеть, что его ботинок и часть ноги были похоронены в глубокой грязи. Вздохнув, он мог только наклониться и вытащить ногу.

«Эй смотри, что они делают?»

Группа советских солдат начала снимать форму по приказу своего командира на удивленных глазах нескольких немцев и заталкивать их под колеса.

Увидев дрожащего под холодным дождем советского солдата в тонком жилете, Манштейн невольно пробормотал: «Лучше было бы срубить ветки на обочине дороги, чтобы положить их под колеса».

Глаза Роммеля и Гудериана внезапно расширились: «Почему ты не сказал этого раньше?!»

Манштейн пожал плечами: «Я думал они догадаются. Теперь кажется очевидным, что они глупее, чем я думал. Это хорошее явление, я надеюсь, что они смогут сохранить это "состояние" и в будущем. Кстати, а почему вы удивляетесь этому?»

Роммель и Гудериан переглянулись, кивнули и сказали в унисон: «О чём ты, мы тоже давно думали об этом».

На немецкой трассе это заняло бы меньше часа, но им потребовалось пять или шесть часов, чтобы добраться до следующей станции. За исключением Янника и водителя, все в группе были чрезвычайно грязными и усталыми. Голос полковника Браухича даже стал хриплым, а речь – тихой.

К счастью, Советский Союз устроил так, чтобы каждый при прибытии с комфортом принял горячую ванну и взял чистую одежду перед тем, как они сели в поезд.

Янник вызвал своих сопровождающих в купе и сам налил по бокалу вина этим людям: «Вы устали? Попейте этого вина».

Роммель с любопытством спросил: «Почему ваше высочество не летит в Москву самолетом?»

Янник улыбнулся: «А что такое, ты хочешь обвинять меня в том, что я слишком капризен?»

Роммель поспешно покачал головой: «Что вы говорите, принц! Я не смею так сказать!»

Янник объяснил, не вдаваясь в подробности: «Причина, по которой я выбрал идти по земле, состоит в том, чтобы дать вам личный опыт дорожных условий в Советском Союзе. Вы ведь уже впечатлены?»

Эти люди будут главной силой наступления империи в будущем. И он надеется, что эта поездка даст им глубокое понимание того, что на огромной территории Советского Союза у них могут возникнут различные трудности.

Все кивнули: «Да, это вообще нельзя назвать дорогой. Дренажные канавы даже в немецкой деревне намного прочнее этой. Я не понимаю, почему они не ремонтируют дороги. Разве у них самих нет проблем из-за этого?»

Хотя сейчас никто не кричал бы такие лозунги как «Если хочешь быть богатым, сначала построй дороги!». Но очевидно, что строительство дороги может, по крайней мере, облегчить их путешествие.

«Может быть, такое препятствие является их проектом национальной обороны? В конце концов, тот, кто захочет напасть на них, обязательно пострадает на таких плохих дорогах или даже застрянет в них». Завоевание России французским императором Наполеоном закончилось его катастрофическим поражением. И эта грязная дорога тоже заставила его страдать.

Янник знал, что содержание дорог в Советском Союзе в несколько раз сложнее, чем в других местах из-за погодных условий, поэтому большинство дорог вдали от городов – грунтовые.

Внезапно, Янник понизил голос и серьезно спросил: «Если мы будем атаковать Советский Союз, что нам делать, если мы столкнемся с такой же ситуацией?»

«…» — все не могли не взглянуть друг на друга, недоумевая, почему его королевское высочество задает такие вопросы.

Нападать на Советский Союз? В нынешних национальных условиях Германии, защитить себя – это уже большая проблема, и еще более невозможно нападение на другую страну.

Наконец, полковник Браухич заговорил: «Ваше королевское высочество, я думаю, есть только два пути. Либо позволить им отремонтировать дороги, либо избежать сезона дождей».

После того, как он сказал это, он почувствовал, что первый метод был немного бессмысленным. Его королевское высочество – наследный принц Германии, а не принц Советского Союза. И неужели советы будут послушно ремонтировать эти дороги?

Янник слегка кивнул: «Для них нет ничего невозможного в строительстве дорог. Ну а избегать сезона дождей…».

Это даже проще. Если бы в его изначальном пространстве и времени Германия не была задержана Италией, они могли бы напасть на Советов до сезона дождей. В то время немецкая армия насчитывала более 5 миллионов военнослужащих, готовящихся к нападению на Советский Союз в апреле 1941 года.

В результате, когда в Германии все было готово. Италия начала неоднократно терпеть поражение от британских войск на юге Европы, и Муссолини, который не мог удержать британцев, просил о помощи у Германии.

И вот, когда в конец июня немцы нанесли поражение англичанам в Греции. Одним из важных факторов, которые игнорировали высшее руководство Германии, был сезон дождей в Советском Союзе.

Каждый июль и август в Советском Союзе – проходят сезоны дождей, и дорожное условия в Советском Союзе не очень хорошее. В то время дорога станет очень грязной, что скажется на продвижении немецкой армии.

22 июня немецкая армия агрессивно напала на Советский Союз. Хотя немецкая армия одержала первоначальную победу, за ней последовал сезон дождей.

Но сейчас Янник не планировал заключать союз с Италией, по крайней мере, с Италией во главе с этим идиотом Муссолини.

«Герхард, пойди и спроси у советов, могут ли они уехать завтра утром», — он не привел в эту поездку своих четырех красивых секретарей, а вместо этого нашел надежного секретаря из отдела разведки, который также был его телохранителем и переводчиком.

Вскоре Герхард вернулся, чтобы доложить: «Его королевское высочество, советы согласились, поезд отправится в 8 часов утра».

«О, они действительно отзывчивы», — с улыбкой сказал Янник.

Советы изначально организовали ему самолет, но когда Янник попросил их отвезти его на поезде, они немедленно выполнили то, что он хотел. Однако Янник прямо сейчас не пересаживался на советский спецпоезд на границе Союза и Польши, а попросил сесть на поезд до ближайшей железнодорожной станции и затем сесть в спецпоезд. И его предлогом было оценить некоторые из советских границ. Советы все же без колебаний согласились и сильно замедлились из-за этого. А теперь, они изменили время выезда по его желанию.

Это очень странно, проявлять такое гостеприимство к принцу страны капиталистической монархии.

На следующий день около 6 часов по полудни поезд, в котором ехал Янник, медленно остановился на Московском вокзале.

Он привык к плавному и быстрому высокоскоростному поезду современного мира. Но звук этого паровоза «тудух — тудух», не мог не напомнить Яннику о детском опыте езды на старых поездах, когда вокруг было много людей и их разговоры сливались в бессмысленный гул.

Конечно, поскольку его нынешняя личность совершенно другая, пассажиры вокруг не смели разговаривать слишком громко.

Глядя на город неподалеку, Янник не мог не вздохнуть.

Москву можно назвать легендарным местом. Этот великолепный город является не только столицей страны с самой большой территорией в мире, но и сердцем всего Советского Союза, политическим, экономическим, научным, культурным и транспортным центром.

Более того, это город, который пережил бесчисленные войны и несколько раз был оккупирован противником.

Впервые железная конница монголов начала идти к стенам Москвы в начале тринадцатого века. Монгольские лидеры провели конференцию об экспедиции на запад в Куриельской террасе. И в 1236 году монгольское войско перешло горы и захватило Болгарского лидера, подчинённого Москве.

В 1238 году монгольская военная конница прорвала стены Москвы и разрушила Русь. В отличие от масштабной Москвы, которую мы себе представляем сегодня, Москва в то время была просто маленьким прибрежным городком, без большого количества охранников. Там даже было мало ценных вещей, которые можно было разграбить.

В конце 15 века Иван III объединил Россию и основал централизованное государство – Российское царское государство, которое мы часто называем царской Россией. Однако в первые дни своего основания, царская Россия была еще слабой и не смогла создать полноценную военную систему. Столица Москва была захвачена Крымом в 1572 году и сожжена.

В середине XVI века Польша и Литва объединились в федерацию – Речь Посполитую, и ее мощь беспрецедентно возросла: федерация стала самой сильной страной в Европе. В начале 17 века они возглавили экспедицию в Россию с войсками в 180 000. В Московской войне Польша не только одержала крупную победу, но и захватила царя России.

Во время русско-французской войны 1812 года Наполеон уже взял Москву, но русские подожгли Москву перед отступлением, так что французская армия не могла получить никаких припасов и ресурсов в Москве. Зимой французы не могли приспособиться к российским холодам. Вдобавок, партизанская группа все время атаковала французскую армию. Тяжёлые бои и нехватка снабжения вынудило Наполеона покинуть Москву и отступить из России. Россия воспользовалась возможностью для контратаки, и Франция потерпела поражение.

В битве под Москвой 1941 года, когда командующий немецкой группы армий «Центр» Теодор фон Бок, уже мог видеть в телескопе шпили Кремля, Советский Союз начал зимнее контрнаступление, в результате которого немецкая центральная армия потеряла около 500 000 солдат, разрушив миф о непобедимости Германии со времени начала Второй мировой войны в европейском театре боевых действий 1 сентября 1939 года.

Поезд медленно въехал на станцию, и Янник обнаружил, что вся станция, похоже, находится под военным положением, и никого не было видно за окном.

Там даже стоял целый военный оркестр, и казалось, что они начнут играть музыку, как только люди выйдут из поезда.

На платформе стоят десятки девушек, держащих яркие цветы. Чтобы иметь возможность появиться в таком мероприятии, семьи этих девушек должны быть «чистыми».

У дверей вагона была красная ковровая дорожка. В конце ковра стоит группа чиновников, которые кажутся высокопоставленными лицами страны. Впереди стоит мужчина, которому на вид не меньше сорока лет, но он носит на плечах погоны генерала

«Ого! Это все из-за прибытия принца?» — тихо прошептал Роммель Гудериану, который тоже был удивлен.

«Мы подчеркнули несколько раз, что это был неформальный визит, но они сделали мой приезд таким торжественным. Кажется, у советов есть о чем попросить нас. В противном случае, непонятно почему они так относятся к члену капиталистической королевской семьи…», — Янник усмехнулся и сказал: «Следите за своим языком, после того как выйдете. Боюсь, что все они хорошо говорят по-немецки».

Он почувствовал, что генерал, пришедший ему навстречу, был немного знаком. Подумав, он вспомнил его.

Это один из первых пяти маршалов Советского Союза Михаил Николаевич Тухачевский с титулом «Наполеон в Красной Армии».

Этот маршал родился в 1893 году, в 1914 году окончил Александровское военное училище, участвовал в Первой мировой войне, был лично оценен Лениным во время советско-российской гражданской войны и стал одним из самых способных командиров групповой армии. После войны он активно продвигал модернизацию Красной Армии и был одним из ключевых фигур Советской армии. В конце Первой мировой войны в его исходном времени и пространстве, Тухачевский разработал стратегию «Глубокой операции», которую Советский Союз использовал во время контратаки.

Янник повернул голову и взглянул на Гудериана. В последующих поколениях многие люди обсуждали силу блицкрига маршала советов Тухачевского и блицкрига генерала немцев Гудериана.

Однако с его личной точки зрения, блицкриг – это только введение в механизированную войну, а «Глубокая операция» – зрелое проявление механизированной войны.

Приведём простой пример: с точки зрения резервных команд в блицкриге остается только несколько команд и требуется быстрое поражение противника после начала войны.

«Глубокая операция» разделяет войска на две части: одна часть используется для открытия бреши, а другая немедленно атакует из бреши в глубину. Что касается реальных боевых действий, то после прорыва плотных огневых позиций противника штурмовые отряды часто теряют способность продолжать наступление, и в это время только сильная резервная команда может провести глубокую атаку. Тухачевский мог представить себе будущую обстановку на поле боя в 1930-х годах, но Гудериан был на советско-германском фронте в 1940-х, и не мог понять этой истины. Было ясно, кто из них силен, а кто слаб.

Похоже, что Гудериану необходимо было привить доктрину стратегии «Глубокой операции», пока не стало слишком поздно. Они вряд ли будут использовать эту стратегию в Европе, но в будущем она будет использоваться в Советском Союзе…

Гудериан не мог не вздрогнуть. Глаза наследного принца, смотрящего на него, напоминали ему глаза зверя, смотрящего на толстого ягненка.

Как только Янник вышел из поезда, военный оркестр тут же исполнил приветственную песню, а девушки преподнесли гостям издалека цветы в руках.

Янник улыбнулся, взял цветы, ступил на красную ковровую дорожку и пошел вперед.

Видя приближение Тухачевского, он невольно чувствовал, что такому прекрасному генералу не уйти от своей судьбы.

В ближайшее время «Красный Наполеон» будет приговорен к смертной казни за шпионаж и немедленно казнен.

Он будет обвинён в сговоре с Германией.

Возможно, это так называемая шутка судьбы.

Яннику очень хотелось подбежать и похлопать его по плечу и сказать: «Эй, приятель, в ближайшее несколько лет Сталин убьёт тебя и отправит всю твою семью в Сибирь. Как насчет того, что ты будешь на моей стороне, и я помогу тебе избежать этой судьбы?»

Но жаль, что если бы он так сказал, его бы посчитали психически больным.

Когда он подошёл, Тухачевский протянул руку, и сказал что-то на русском. Стоящая рядом с ними девушка немедленно перевела его слова на немецкий: «Добро пожаловать, ваше превосходительство наследный принц Германии Янник. Я генерал Тухачевский, который будет руководить этой встречей. А это наш переводчик, Наташа».

«Я давно восхищался вами, генерал Тухачевский. Я слышал, что вы свободно говорите по-немецки и по-французски. На этот раз я не приезжаю с официальным визитом. И кажется, мне не нужна прекрасная мисс Наташа, верно?»

Он знал, что генерал Тухачевский может свободно говорить и читать по-немецки и по-французски, а его уровень латыни довольно высок, что можно назвать выдающимся достижением.

И почему Янник чувствует, что эта красивая переводчица время от времени ему подмигивает?

Он слышал о ласточках КГБ в своем первоначальном времени и пространстве. Хотя знаменитый КГБ еще не был создан, нет никаких гарантий, что нынешнее советское шпионское агентство не обучало таких агентов.

Возможно ли, что его репутация плейбоя достигла этого места, а эти парни хотят подложить под него эту красивую девушку?

В глазах Наташи мелькнула растерянность, но она изо всех сил старалась перевести его слова на русский язык.

Но как только Наташа закончила, Тухачевский все равно заговорил по-русски с улыбкой на лице: «Ваше превосходительство Янник думает обо мне слишком высоко. Я лишь немного понимаю эти языки, но не могу говорить о своём мастерстве».

«Кого ты обманешь? Я знаю всю твою жизнь наперёд. Похоже, что единственная причина, по которой тебе не нужно говорить по-немецки – это создать возможности для этого прекрасного переводчика, не так ли? В таком случае, я буду подыгрывать тебе», — сказал Янник в мыслях.

Тухачевский продолжил: «Вы наверное устали во время путешествия, может, нам сначала пойти в отель?»

Янник кивнул: «Это здорово, но могу ли я прежде отдать дань уважения его вревосходительству Ленину?»

Тухачевский был явно ошеломлен, услышав слова Янника. Товарищ Ленин – учитель пролетарской революции, враг капитализма. Должен ли будущий император капиталистической страны воздать должное товарищу Ленину?

Тухачевский повернул голову и посмотрел на группу чиновников, стоящих позади него. Он был немного подавлен тем, что хотя он был самым высоким лидером на сцене, он должен был попросить кого-нибудь уточнить, уместно ли отвести принца к могиле Ленина…

Эта неловкая атмосфера длилась несколько секунд, и Янник наконец-то заговорил: «Если вы не хотите, то давайте пойдем в гостиницу».

Он хотел посетить гробницу Ленина без особой цели, просто из-за любопытства. Ведь увидеть мавзолей Ленина вживую было бы очень интересным опытом.

После заминки Тухачевский вздохнул и сказал: «Поскольку вы хотите отдать дань уважения товарищу Ленину, то ничего страшного. Пойдемте сейчас».

«Спасибо», — поблагодарил его Янник и заметил, что Тухачевский говорит по-немецки, а он кажется, даже и не заметил этого, и повернулся и чтобы отдать приказы своим подчиненным.

«"Немного" понимаешь да, Тухачевский?» — подумал Янник и позвал Браухича, Манштейна, Роммеля и Гудериана в свою машину.

Как только дверь закрылась, атмосфера в машине стала немного странной: «Что случилось?» — спросил их Янник.

Четверо посмотрели на него, и после долгого колебания, Браухич сказал: «Э, ваше высочество, вы собираетесь отдать дань уважения Ленину?»

«Похоже, что мое предложение не только шокировало советов, но и они были удивлены», — подумал Янник, и кивнул: «Верно. Может быть, это мой последний визит в эту страну. Разве не было бы жаль не увидеть человека, свергнувшего династию Романовых? Если бы не помощь Империи Мин десять лет назад, наша семья Гогенцоллернов могла бы иметь ту же судьбу, что и семья Николая II».

В конце концов, царь Николай II был убит, а Вильгельм II ускользнул в Нидерланды.

Что касается того, почему Вильгельм II смог ускользнуть, а Николай нет?

Проще говоря, начало Февральской революции не смутило Николая. Сначала он подумал, что худшее – это конституционализм. Неожиданно, через несколько месяцев к власти пришли большевики, и было уже слишком поздно. Ведь в России (по площади суши и климату) спастись сложно.

Более того, как только Николай II отрекся от престола, его семья была помещена под домашний арест в Александровском дворце, в царском селе. Вильгельм II был другим. Он был и немецким императором, и прусским королем. У него было больше родственников в других европейских странах. 8 ноября 1918 года хаос охватил большую часть западной части Германии (11 ноября). На следующий день (9 ноября) он объявил о своем отречении и затем ускользнул к своей ближайшей родственнице Вильгельмине (королеве Нидерландов), чтобы укрыться (10 ноября 1918 г.). Письмо об отречении было подписано 28 числа, а это значит, что он уже ускользнул.

Когда Манштейн услышал это, его лицо немного изменилось, и он быстро его убедил его в обратном: «Такого никогда не случится, ваше высочество!»

Все рядом с ними также быстро высказали свое мнение: «Да, ваше высочество, он прав»

«Ваше высочество слишком обеспокоен. Для нескольких заговорщиков невозможно повлиять на имперскую мощь Германии!»

Янник слушал этих людей, не зная, искренние ли они в своих словах. Он некоторое время молчал, а затем внезапно посмотрел на Браухича. «Полковник Браухич. Ваше полное имя – Вальтер фон Браухич. Разве вы не родились в дворянской семье в 1881 году?» — он чуть не сказал, что Браухич внезапно умер от сердечного приступа в лагере для военнопленных в Гамбурге в 1948 году.

«Если я правильно помню, ваша семья принадлежит к старой аристократии Нидершлезиен».

Эта заслуженная старинная семья, которая существовала в районе Бем, в Польше в середине XIII века. Однако из-за языкового смешения в регионе в то время было много вариантов фамилии Браухич, таких как: Брухач, Брухис, Браухиц, Прахвиц, Браухтшич и так далее.

Браухич подсознательно выпрямил спину, недоумевая, почему его королевское высочество Янник внезапно заговорил о его семье.

Янника начал говорить о биографии Браухича.

«9 апреля 1241 года ваша семья официально переехала из Германии в Польшу. 7 декабря 1259 года вам отдал определённую территорию в своё распоряжение тогдашний король Браухичдорф».

К сожалению, из-за упадка семьи и неоднократных неудач в состязании с другими дворянствоми, территория семьи Браухич была захвачена еще в 1636 году. К концу XVII века о самой семье можно было сказать, что она распалась и каждый её член пошёл своим путём.

«Полковник Браухич, вы шестой из семи детей в своей семье. Вы пошли в школу как раз к этапу судебного разбирательства по реформе прусской армии в 1877 году, так что вы учились на год раньше, чем другие, и поступили в военную академию в том же возрасте. В 14 лет вы поступили в военную школу «Воранштальтен», а затем успешно поступили в главную школу Берлина – Гросс-Лихтфельд (Gross-Lichtfeld). В этой школе учатся 15-летние мальчики, большинство которых из аристократических семей, а школьная система составлена на четыре года. Поступающие студенты пройдут различные сложные тесты и уровни отбора, чтобы продемонстрировать свою настойчивость и лояльность, и, наконец, только 20% останется для получения диплома об окончании школы. Браухич – один из таких выпускников.

В то время 17-летний Браухич сдал экзамен на запасного офицера со вторым наивысшим баллом в Гросслихфельда.

1 апреля того же года он был избран в «Селекту» (Название элитного класса школы). (Небольшое объяснение. Эта «Селекта» недоступна для обычных людей. В ней нет не только неблагородных членов, но и академическая успеваемость и требования к военной подготовке очень высоки. Таким образом, в каждой сессии они отобрали от 60 до 80 человек. В конце концов, только около 40 человек действительно могут продержаться там, чтобы получить высшее образование) В классе Браухича, 47 учеников стали младшими офицерами.

Кроме того, всех учеников из элитного класса «Селекти» могут отправить во дворец Императора в качестве внешней королевской охраны или личной охраны императора Германии.

«Полковник, вы служили личным помощником королевы Виктории, и вы также много контактировали с моим дедушкой. Всем известно, что у моего деда не очень хороший характер, можно сказать, что он жестокий.

Во время футбольного матча, вы случайно ударили моего дедушку ногой в живот, когда были защитником, поэтому вы получили две сильные пощечины, верно?»

Слушая повествование Янника, как если бы он рассказывал историю, Браухич почувствовал, что его спина была вся покрыта холодным потом. Какие разведывательные силы так тщательно его проверили?

«Ваше королевское высочество, я…».

Янник махнул рукой: «Если ты все еще держишь обиду за это, то я прошу прощения за своего дедушку».

Брахич действительно запаниковал. Если бы машина не была слишком узкой, он, возможно, вскочил бы, чтобы продемонстрировать свою преданность: «Ваше королевское высочество, вы слишком серьезны. Я никогда не принимал этот случай близко к сердцу. Моя верность ииператорской семье абсолютна!»

Янник, твердо глядя в его глаза, спросил: «А что если бы германская императорская семья вступила в конфликт с юнкерской знатью, какую сторону вы бы выбрали?»

Класс юнкеров в Германии является элитным классом высшей Аристократии. С момента основания Пруссии в 1704 году были сформированы Юнкеры. Они получали высшее образование и являются фактическими правителями Германии. Даже последующая буржуазная революция не повлияла на них. Только некоторые из них стали буржуазией, то есть юнкеры в Германии позже превратились в смесь класса помещиков и буржуазии.

Даже после падения королевской семьи Гогенцоллернов после Первой мировой войны в его первоначальном времени и пространстве, Юнкеры продолжали существовать и влиять на политику страны.

«…» — Браухич открыл рот, но какое-то время не мог говорить. Когда он был в замешательстве, водитель впереди притормозил: «Ваше королевское высочество, мы приехали».

Герхард сразу же вышел из машины и подошел к заднему сиденью, чтобы открыть дверь для Янника.

Янник посмотрел на Браухича, который был весь в поту и улыбнулся: «Тебе не нужно отвечать сейчас, подожди несколько лет. И я надеюсь, что когда придет время, ты сделаешь правильный выбор».

Сказав это, Янник вышел и тихо спросил Герхарда. «Ты слышал, что у Николая II был сын?»

Сын Николая II? Герхард опешил, затем быстро запомнил эту информацию в голове и покачал головой: «Нет, ваше высочество, я знаю только то, что царская семья была уничтожена».

«Да, она уничтожена. Но не факт, что у Николая II нет детей, таких как внебрачные дети», — Янник снова понизил голос и приказал: «Когда я вернусь, скажи Рейнхарду поискать кровь династии Романовых, но не будь слишком заметным».

«И передай, что если он не сможет его найти, то поищите других связанных с царской семьей людей во дворце в то время. Например, слуг, поваров, придворных колдунов, священников и т. д. Собери как можно больше деталей, чтобы даже если мы достанем этого ребёнка из воздуха, никто не будет сомневаться в нем».

Янник добавил ещё, как только Герхард собирался кивнуть: «Я подумал об одном человеке, когда проезжал через Польшу позавчера. Есть поляк по имени Мариан Адам Реевский, который сейчас должен учиться в Геттингенском университете. Пускай Рейнхард отправит кого-то тайно следить за этим человеком».

Мариан Реевский, этот парень настоящие проклятие для немцев!

Шифр «Enigma» (шифровальная машина Enigma), использовавшаяся немцами во время Второй мировой войны, был впервые взломан его командой дешифровщиков.

Затем этот метод получили Великобритания и Франция. Разведка союзных войск назвала расшифрованный код ULTRA, что очень помогло союзным войскам. Вопрос о том, какой вклад вносит ULTRA, все еще обсуждается, но типичная оценка этого – победа союзных войск против Германии, на два года раньше запланированного срока, только потому, что союзные войска расшифровали немецкий код.

До этого криптоанализ в основном расшифровывался с использованием шаблонов и статистических характеристик естественного языка с помощью «карандаша и бумаги для заметок». Реевский впервые применил чистую математику и изучил инструмент криптоанализа под названием «Бомба». Он не только вывел систему проводки ротора шифровальной машины с английским кодом, но и дал метод дешифрования. Этот возможный метод криптографии был использован, фундаментально развив криптоанализ. С помощью своих коллег он спроектировал и изготовил копию кодовой машины «Enigma» и инструмент для криптоанализа, а также расшифровал почти 100 000 единиц германской разведки накануне Второй мировой войны.

После оккупации Польши Реевский и другие бежали в Париж с инструментами, чтобы сформировать группу Z. Они продолжили работу по расшифровке кода на разведывательной станции во Вишистской Франции. За этот период они расшифровали более 9000 документов немецкой разведки, которые непосредственно или косвенно повлекло за собой поражение Германии в Югославии, Греции и Советском Союзе, которое поддержало план действий союзников в Северной Африке.

Хотя этот парень – бич Германии, но если он готов работать на Германию, и расшифровывать британские и американские коды – то он редкий талант.

Герхард кивнул: «Понятно, ваше высочество».

Помахав рукой Герхарду, Янник повернулся к гробнице Ленина и внимательно осмотрел её. Хотя нынешняя гробница Ленина великолепна, это все же деревянное сооружение, а не полированный красный гранит и черный мрамор в будущем.

В это время, Тухачевский, держа в руке две белые хризантемы, подошел и передал одну из них Яннику. «Пойдемте, принц Янник».

«Хорошо», — следуя за Тухачевским вниз по ступеням, Янник через несколько секунд добрался до мемориального зала в центре мавзолея. Весь зал устроен в тёмных тонах, тут ощущается атмосфера торжества и тайны. Весь свет в комнате рассеивается от хрустального гроба, а свет в хрустальном гробу был не яркий, как тусклый свет в ночи мягко освещающий лежачего Ленина, который как будто спокойно спал.

Янник наблюдал за учителем пролетарской революции, мирно лежащим в хрустальном гробу, покрытом красными партийными и национальными флагами, в желтой рубашке и с медалью с красным флагом на груди. Поскольку сейчас прошло всего несколько лет после его смерти, его тело теперь можно охарактеризовать как реалистичное, а не такое плохое, как через несколько десятилетий.

Если бы Тухачевский знал, что Янник так думал, он должно быть вытащил бы пистолет и выстрелил ему в голову. Жалко, что у него не было навыков чтения мыслей. Он просто увидел, как Янник положил белый цветок в руке рядом с хрустальным гробом и несколько минут молчал.

…

Янник еще раз взглянул на шпили великолепного Кремля, прежде чем сесть в поезд. На дворе 1928 год, и Сталину следовало приступить к реализации первого пятилетнего плана из серии пятилетних планов, сформулированных Госпланом.

Этот план действительно можно назвать отличным.

К 1938 году два пятилетних плана Советского Союза были успешно выполнены. Доля Советского Союза в мировом промышленном производстве увеличилась с 1,5010 в 1921 году до 10% в 1939 году. Уровень грамотности среди населения увеличился с 28,4% в 1897 году до 56,6% в 1926 году и 87,4% в 1939 году. Продолжительность жизни увеличилась с 32 лет до 69 лет. Младенческая смертность снизилась с сумасшедших 73% до 32%. Правительство также предоставило гражданам бесплатное медицинское обслуживание, пенсии, пособия по болезни и инвалидности, отпуск по беременности и родам, оплачиваемый отпуск и детские пособия.

Пятилетка стала основой победы в Великой Отечественной войне.

Но пятилетка также положила конец союзу большевиков и крестьян. Фермеры больше не сотрудничают с государством, создавая резкий контраст между их высокой продуктивностью на своих небольших участках и низкой продуктивностью в колхозах. В свою очередь, низкая производительность в сельском хозяйстве нанесла ущерб советской промышленности.

Когда советское правительство ежегодно использует одну треть своего национального дохода для реинвестирования, это означает низкую заработную плату и нехватку товаров народного потребления. Реакция советского рабочего была типичной: «Они делают вид, что платят нам зарплату, так что мы тоже делаем вид, что работаем».

Тск, если бы он реинкарнировал в Вильгельма II тридцать лет назад, это было бы здорово. В этом случае нынешняя Европа могла бы долгое время быть единой Европой.

С сожалением покачав головой, Янник внезапно остановил красивую переводчицу, когда собирался сесть в машину: «Мисс Наташа, не могли бы вы сесть в мою машину? Я хочу больше узнать о советской жизни».

Наташа улыбнулась и согласно кивнула: «Это честь для меня».

«Пфф, так ты действительно должна подобраться ко мне, не так ли?» — подумал Янник. Но он заметил одну странную деталь. Наташа села в его машину не спросив при этом разрешения у Тухачевского.

Поскольку Наташа села в машину, Роммель и Гудериан, естественно, сели в машину сзади.

Но неожиданно, как только машина тронулась, Наташа протянула руку, закрыла оконные шторы и опустилась на колени перед Янником: «Ваше королевское аысочество».

Это внезапное действие напугало Янника, он инстинктивно отпрянул от неё, и закричал: «Герхард!»

После его крика, занавеска переднего сиденья быстро открылась, и чёрное дуло пистолета указало на Наташу: «Не двигайся».

Янник увидел, что Наташа просто стояла на коленях, и не предпринимала никаких попыток его убийства. Он восстановил спокойствие и махнул рукой охраннику: «Мисс Наташа, что вы делаете?»

Спина Янника была пропитана холодным потом. Он думал, что встретил убийцу!

К счастью, он молодой и сильный парень, если бы он занял тело Вильгельма II, он умер бы от инфаркта.

Возможно, из-за нервозности лицо Наташи тоже было бледным, и она заикаясь ответила после того, как подтвердила, что в шторах нет щелей:) «Моё… Моё имя не Наташа. Моя семья изначально была из дворянства. У меня было больше дюжины хороших друзей. У всех у нас была очень хорошая жизнь. Пока этот дьявол не разрушил все! Я хочу отомстить ему! Ваше высочество, я желаю быть верной вам! Вы ведь будете нападать на Советский Союз в будущем? Я готова заниматься шпионажом для вас!»

Хотя она сказала что-то бессвязное, Янник понял. Первая его мысль была абсурдной: Это что, метод Тухачевского его проверить? Он хочет таким образом заставить его выдать его планы на их страну?

Было ли это проверкой или нет, он быстро махнул рукой: «Воевать с Советским Союзом? Нет, боже мой, Германии сейчас сложно защитить себя, не говоря уже о том, чтобы начать войну. Я по натуре пацифист. Достаточно людей погибло на прошлой войне. Это невозможно повторить».

Наташа кажется, отказывалась сдаваться: «Если сейчас вы не хотите нападать на них, это не значит, что вы не будите делать это в будущем. И к тому же, зачем вам искать кровь династии Романовых, или даже подделовать наследника царской семьи?»

«!!!» — лицо Герхарда стало бледным, и он чуть не нажал на спусковой крючок.

Эти слова – то, что королевский Принц тайно сказал ему только что, так как эта женщина могла знать это так ясно?! Если бы он не следовал за его королевским высочеством на каждом шагу, то он был бы самым большим подозреваемым, предателем в сговоре с Советским Союзом, и был бы расстрелян за предательство.

Янник тоже так думает. Если бы Герхард не был тщательно выбран королевской разведывательной службой, то он определенно отдал бы приказ убить его.

С легким кашлем, Янник четко спросил с мрачным лицом: «Как вы узнали?»

«Я умею читать по губам, и когда вы разговаривали со своим секретарём, я была недалеко от вас. Но не волнуйтесь, я не буду сообщать об этом своему начальству».

Чтение по губам?

Янник на секунду замер, а затем крикнул: «Стой!»

Водитель сразу нажал на тормоза, и Янник приказал Герхарду: «Гер, сядь в машину сзади и скажи им, чтобы они молчали», — он действительно не ожидал, что шпионы могут читать по губам.

Герхард не мог не колебаться: «Но ваше высочество, а как же ваша безопасность?»

Янник слегка покачал головой: «Не волнуйся, если бы она хотела причинить мне вред, боюсь, я бы уже умер», — в конце концов, хотя у Советов и Германии разные идеологии, реального конфликта между собой у них нет.

«Есть».

Когда машина сзади Тухачевского остановилась и оттуда вышел Герхард. Он спросил, сидя на заднем сиденье: «Почему они остановились?»

Адъютант остановился, вышел из машины и посмотрев назад, удивлённо сказал: «Похоже, что секретарь принца Янника вышел из своей машины и сел в машину сзади. Кстати говоря, я видел перед нашим отъездом Наташу, которая садилась в машину принца».

Тухачевский усмехнулся: «Королевский принц действительно заслуженно носит свою репутацию плейбоя».

Наташа, заметив беспокойство Янника, быстро сказала: «Не волнуйтесь, ваше королевское высочество, я единственная, кто умеет читать по губам во всем ГРУ».

ГРУ. Янник слегка нахмурился слыша это название. Это советская служба военной разведки, которая непосредственно подчиняется верховному командованию СССР и Генеральному штабу СССР. «ГРУ» отвечает за военный шпионаж и анализ разведданных в стране и за рубежом. Они входят в число лучших секретных спецслужб стран Второй мировой войны.

И Янник действительно не понимает, какую информацию эти ребята хотят получить от него. Даже мастера, умеющие читать по губам, были отправлены к нему.

Но даже если она сказала, что лишь она одна может читать по губам во всем ГРУ, он не почувствовал облегчения.

«Откуда ты знаешь, как читать по губам?» — спросил её Янник, когда водитель продолжил движение.

«Когда я была ребенком, моя сестра была глухонемой. Я пыталась разговаривать с ней, и научилась читать по губам», — в её тоне был оттенок печали, по-видимому, её глухонемая сестра не смогла избежать «чистки» Сталина.

«Да?» — сказал Янник и замолчал. Он где-то слышал, что нетрудно практиковаться в чтении по губам, если ты этого хочешь.

Увидев, что Янник молчит, Наташа выступила с инициативой: «Значит, вы, должно быть, планируете следующую мирову войну».

«…» — это безумно и слишком смешно. Вскоре после того, как он занял тело принца, разве он будет начинать следующую мировую войну на ровном месте? Это бред! Если бы они были в Германии, ему пришлось бы найти способ убить эту шпионку, но сейчас он на чужой территории, и он может только продолжать притворяться глупым: «Разве я могу это сделать?»

«Если однажды вы нападете на Советский Союз, я могу стать вашим самым преданным внутренним шпионом. Я жила очень хорошей жизнью, пока это проклятая «чистка» не началась этим дьяволом! Все в моей семье были убиты! И поэтому я не могу дождаться, чтобы отомстить этому ублюдоку!»

«…» — Янник смотрел на неё не говоря ни слова. А Наташа, стиснув зубы и проклиная некоего «Дьявола», не останавливалась. Если она сейчас играет, то её актерские способности действительно превосходны. Но даже если то, что она сказала, было правдой, Янник не мог ничего ей сказать и не давал ей никаких обещаний.

Когда Наташа наконец остановилась, Янник сказал: «Похоже, генерал Тухачевский послал вас ко мне. Он хотел проверить меня? Я приехал в Советский Союз, чтобы поговорить о большом бизнесе, а не заниматься шпионажем».

«Вы должны мне поверить, ваше королевское высочество! Пожалуйста!» — Наташа в отчаянии умоляла. Кристально чистые струйки медленно стекли из этих больших красивых глаз, оставляя два следа слез на белом лице.

«Слезы красивой женщины легко могут произвести впечатление на большинство мужчин», — невольно сказал Янник, и торжественно продолжил: «Если то, что вы сказали правда, как вы думаете, насколько ваша личная сила будет играть роль в войнах между народами? Сколько полезной информации вы можете получить из своего нынешнего положения?»

Она всего лишь мелкий агент ГРУ, и в глобальном плане, она полностью бесполезна для него.

«Если вы хотите, чтобы вас использовали, вам стоит стать более ценной фигурой на шахматной доске. Сейчас вы даже не пешка».

«…» — после долгой паузы, в глазах Наташи вспыхнуло понимание: «Простите меня принц, я поняла».

Наташа не дура, наоборот, можно сказать, что она очень умная девушка. Иначе выжить в этой ужасной «чистке» было бы невозможно. Она знала, что на этот раз она действительно была опрометчивой из-за своей жажды мести.

Только что, когда она прочитала по губам приказ Янника своему секретарю, она невольно сказала, что Янник воспользуется кровью династии Романовых, чтобы придать своим словам импульс.

Поддавшись эмоциям, она сделала такой опрометчивый шаг. Если бы Янник рассказал Тухачевскому все, что она сказала, её жизнь закончилась бы.

Но еще больше она была уверена, что ее суждение было правильным, и у будущего германского императора действительно не было добрых намерений по отношению к Советскому Союзу. Иначе ее бы точно выдали бы за укрепление дружбы между странами.

«Но ты впечатлила меня, и я буду с радостью сотрудничать с тобой», — сказал Янник с улыбкой на лице.

«Спасибо, ваше королевское высочество. И еще кое-что. В вашем номере отеля они организовали жучки для подслушивания. Поэтому пожалуйста, не говорите о важных вещах с другими», — сказала Наташа, и вернув спокойствие, села рядом с принцем.

…

Через некоторое время колонна остановилась, и Наташа вышла из машины и подождав, пока Янник выйдет, ушла в неизвестном направлении.

Хотя обставленный для них отель не очень величественный, но убранство тоже считается великолепным, очевидно, что отель специально используется для приема иностранных гостей.

Позже в Москве будут находятся знаменитые архитектурные памятники семи сестер, главный корпус Московского университета, здание Министерства иностранных дел, гостиница «Украинская», здание Министерства транспорта, гостиница «Ленинград», «Кочинский дом» на площади Восстания, и «Дом художника» на Котельной площади и многое другое. Но они не будут построены до 1950-х годов.

Когда Янник смотрел, какая высота у этого здания, Тухачевский подошел и представил его: «Ваше превосходительство Янник, это наше советское приветственное здание для гостей. Но это временно. Если вы вернетесь через несколько лет, вы увидите новое приветственное здание, в несколько раз больше и величественнее этого», — непонятно куда ушла Наташа, но теперь Герхард временно выступил в роли переводчика между ними.

«Очень по-русски», — Янник не знал, почему все диктаторы хотели построить что-то большое и величественное на своём веку. Будь то Сталин, или Гитлер, или диктаторы Востока и Запада, все они любят делать большие проекты.

Может, он тоже станет таким в будущем?

После небольшого перерыва все собрались в банкетном зале отеля. В это время было уже почти темно, а ночь была как раз к ужину.

На просторном столе было полно сытных деликатесов: черной и красной икры, свежего грибного супа, особого черного хлеба, нежных блинов и т. д. И, естественно, что без легендарной водки, конечно же, не обошлось.

Тухачевский восторженно сказал, сверкая глазами: «Ваше превосходительство Янник, вы должны попробовать водку, Это наше домашнее пиво, и можно сказать, что оно самое лучшее в нашем Советском Союзе!»

Янник молча поднял бокал водки и сделал глоток.

«Ах, чёрт! Как это можно пить?! Это явно жидкий огонь!» — Янник почувствовал, как горячая жидкость проникает в желудок по пищеводу, обжигая его рот, лёгкие и желудок.

Янник закрыл рот руками, боясь, что он выплюнет эту жидкость обратно, и на его глазах появились слезы.

Остальные сопровождающие его немцы были не намного лучше.

Увидев эту картину, Тухачевский от души рассмеялся: «Ха-ха-ха, кажется, вы никогда не употребляли такой крепкий алкоголь, принц Янник!»

«Естественно я не могу пить это. Оно ужасно, только такие славянские животные, как вы, могли бы пить такое!» — с раздражением думал Янник, пытаясь не изменить выражение своего лица на злое.

Тухачевский позвал официанта: «Подавайте этим VIP-персонам пиво «Жигулев».

Янник поспешил сказать: «Мне это не нужно, я просто хочу черный чай».

Остальные в свою очередь не отказались от этого пива.

Янник удивленно посмотрел на Тухачевского, что сидел за обеденным столом и выпивал водку от стакана к стакану, думая, что даже если бы его не убил Сталин, он бы не смог прожить хотя бы 50 лет, верно?

Вы должны знать, что даже в 21 веке средняя продолжительность жизни в России все еще ниже, чем в остальном в мире, и главная причина этому – алкоголизм.

Наташа, сидевшая рядом, спросила его: «Ваше королевское высочество Янник, у вас есть какое-то хобби?»

Янник улыбнулся: «Мое хобби? Они похожи на генерала Тухачевского. Я увлекаюсь музыкой, литературой, живописью, астрономией, архитектурой и т. д. Конечно, в спорте я определенно не так хорош, как генерал Тухачевский».

Брови Тухачевского слегка дернулись: «О? Мне жаль, что у меня не было времени обменяться музыкой с вашим королевским высочеством».

«Можно это исправить, не правда ли?» — возможно, что из-за водки Янник чувствовал себя немного веселее, но к счастью, он все еще сохранил свои рассудок. Он встал, подошел к пианино, махнул рукой и попросил пианиста уйти, а потом сел на табурет.

Хотя он не понимал ни фортепиано, ни чего-либо еще в его первоначальном времени и пространстве, прошлый «Янник» владел всем, включая фортепиано, шахматы, каллиграфию и живопись. Нравилось ему это или нет, но это вещи, которым нельзя научиться без желания.

Тухачевский не ожидал, что Янник будет играть тут, поэтому не мог не поставить стакан в руке на стол.

Все внезапно замолчали.

Нажав несколько кнопок без разбора, он глубоко вздохнул и начал играть:

«Тишина в роще, а не шорох.

Мягко светит луна ясная и яркая.

Дорогая, если бы ты знала, как я дорожу тобой.

Самая красивая московская ночь.

Речка течет тихо, луна светится на чистой воде.

Я едва слышу, как кто-то поет там вдалеке, в эту тихую ночь.

Моя возлюбленная сидит рядом со мной, молча наблюдая за мной, не издавая ни звука.

Я хочу тебе сказать, но мне неловко, сколько слов останется в моем сердце.

Длинная ночь почти закончилась, и уже наступит рассвет, а я желаю тебе удачи, девочка.

Надеюсь, отныне мы с тобой никогда не забудем ночь под Москвой».

Когда закончилась последняя нота, все еще были погружены в прекрасную музыку.

«Дон!» — Янник нажал на клавишу, и Тухачевский пришёл в себя.

Янник улыбнулся: «Ваше превосходительство генерал, довольны ли вы моей импровизацией?» — по прошествии стольких дней он уже может заниматься плагиатом вещей из будущего, не краснея и не боясь за себя, и никто все равно не выскочит, чтобы разоблачить его…

Тухачевского хвалили от души: «Хорошо! Ваше превосходительство Янник, вы действительно открыли мне глаза. Я не ожидал, что вы достигнете такого высокого уровня в музыке в молодом возрасте».

«Тогда я подарю вам эти тексты и музыку, в честь нашей дружбы».

«Может быть, в будущем советские спецслужбы будут использовать в качестве доказательства твоего сговора с Германией именно мои слова», — подумал Янник.

«Хорошо! Ради нашей дружбы я предложу еще один бокал вашему превосходительству Яннику».

«Тогда я воспользуюсь чаем вместо водки, и пусть наша дружба продлится вечно».

Таким образом, все закончили трапезу в очень дружеской атмосфере.

«…» — Янник не позволил всем вернуться в свои комнаты, и позвал всех в его апартаменты.

После того, как они вошли, Янник приложил правый указательный палец к губам и сделал бесшумное движение, указывая левым пальцем на потолок, а затем на пол.

Все умны, и они сразу понимают, что это означает.

«Устраивайтесь поудобнее, а я пойду умоюсь», — когда Янник вошел в ванную, он не мог не вздохнуть. Эта ванная была более элегантной, чем в его квартире. Умыв лицо холодной водой, он смахнул сонливость.

Затем Янник вернулся в гостиную, и при его проходе Роммель воскликнул: «Ваше королевское высочество, я не ожидал, что у вас такой высокий музыкальный талант».

Янник улыбнулся: «Может быть, что эта водка засветила меня делать поспешные действия».

«Эти русские действительно странные. Как они смогли выпить всю водку за столом?».

«Не напоминай мне, этот адский напиток ужасен»

«Этой штукой можно сжечь себе мозги».

«Кстати, Тухачевский сегодня выпил по крайней мере два литра, верно? Он может ходить так ровно, словной трезвый, и это действительно достойно восхищения»

Манштейн внезапно сказал: «Этот генерал выглядит очень молодым».

Янник небрежно ответил: «Генерал Тухачевский родился в 1893 году, в этом году ему исполняется 35 лет».

Самому молодому Роммелю здесь 37 лет, и он имеет звание капитана, а 47-летний Браухич является полковником. По сравнению с чужими воинскими званиями они действительно сильно отстают.

Гудериан невольно пробормотал: «Неужели этот человек на самом деле заслуживает своего звания? Когда мы вернёмся, стоит выяснить его прошлое».

«Не стоит тратить на него время, он не будет нашим врагом», — Тухачевский должен будет умереть в 1937 году. Так что нет никакого смысла его изучать.

Подумав об этом, Янник вдруг сказал Герхарду: «Я слышал, что тут остался генерал Тухачевский. Пойди и посмотри пьян ли он. И если он все еще трезв, скажи ему прийти сюда и обсудить деловые вопросы».

Слыша слова принца, Браухич сказал: «Его королевское высочество, я не думаю, что это правильно. Вы ведь сказали раньше, что мы нужны Советскому Союзу, не так ли? Если мы заговорим первыми, не потеряем ли мы своё доминирование?»

Доминирование? Янник закатил глаза: «Они просят нас об одолжении, мы также просим их. Иначе зачем мы сюда приходим? Не становитесь высокомерными только потому, что все они относятся к вам с любезностью».

Вскоре Герхард пригласил Тухачевского и Наташу.

Хотя лицо Тухачевского было красным, глаза его были ясными и чистыми. И он совсем не был похож на пьяного.

Яннику было действительно любопытно, насколько сильна его печень, чтобы выдержать такое количество алкоголя: «Ваше превосходительство генерал Тухачевский, я не буду говорить никаких комплиментов по поводу вашей устойчивости к алкоголю. Как насчет того, чтобы сразу перейти к делу?»

Тухачевский согласно кивнул: «Конечно принц, как пожелаете».

Все подошли к небольшому конференц-залу в номере, и Янник начал: «На этот раз мы пришли с искренностью взаимной выгоды. При всем моем уважении, ваша страна создана совсем недавно, и является врагом почти всего мира. Премьер-министр Великобритании Ллойд даже назвал вас «изгоями» Европы. Боюсь, что кроме нас, нет второй страны, которая будет сотрудничать с вами во многих отношениях».

«И между прочим, хотя ваша страна враг всего мира, Германия ненамного лучше. Нас также подавляют Великобритания, Франция и США. Есть поговорка, что враг моего врага – мой друг… Поскольку эта поговорка отлично описывает наши отношения, я хочу искренне сотрудничать с вашей страной».

«Я также буду откровенен, друзьями мы будем лишь на основании наших интересах», — закончил Янник, и замолчал.

«И чтобы сотрудничать с вами, мы должны платить что-то пропорционально тому, что вы отдадите нам», — мудро сказал Тухачевский.

Янник определенно знал, чего Советскому Союзу больше всего не хватало в это время. Причём не только в это время, но и во время окончания Второй мировой войны, Советский Союз все дальше и дальше шел по глупому пути. Он сильно отставал от западных стран во главе с США. Даже высокоточные пятикоординатные фрезерные станки с ЧПУ им приходилось тайно закупать в Японии по заоблачным ценам: «Я знаю, что ваша технология точной обработки отстаёт от остального мира. Но я могу с гордостью похлопать себя по груди и сказать, что наши немецкие технологии – самые передовые в мире», — говоря об этом, Янник увидел, как лицо Тухачевского изменилось. Этот «Красный Наполеон» определенно понимал, насколько полезно то, что он хотел дать Советскому Союзу.

Тухачевский неестественно начал кашлять и спросил: «Ваше превосходительство Янник может гарантировать, что то, что вы предоставляете, является самой последней и передовой технологией в мире?» — первой мыслью Тухачевского было воспользоваться этой возможностью, чтобы позволить Германии экспортировать некоторые высокоточные станки в Советский Союз. Потому что все аспекты советской промышленности сейчас слишком сильно нуждаются в таких точных станках. Если у них будут эти высокоточные станки, то промышленная техника Советского Союза может резко взлететь вверх.

Вот почему он взял на себя задачу приема немецких гостей. Но неожиданно, Янник сам это предложил. И было естественным, что Тухачевский очень волновался.

Янник кивнул: «Конечно. Мы можем предоставить вам самые передовые станки и оборудование в мире. Они будут использоваться для улучшения вашей тяжелой промышленности, военной промышленности, сталелитейной промышленности. И мы также можем отправить техников, и таким образом предоставить вам техническую поддержку, и полный пакет учебных материалов», — сказал он, видя экстаз, который невозможно было скрыть в глазах Тухачевского.

«Поскольку ваше превосходительство Янник так добр к нам, мы не можем быть слишком скупыми. Предложите вашу цену», — сказал Тухачевский, пытаясь сохранить спокойствие.

«Во-первых, мы хотим исследовать вашу оружейную промышленность, артиллерию, танки, огнестрельное оружие и т. д. Всё. Ведь нам нужно понять наших партнеров, чтобы лучше сотрудничать. Во-вторых, если нам что-то понравиться из вашего арсенала, мы надеемся, что вы сможете разрешить нам их производство», — когда он говорил о производстве, он но на самом деле просил чертежи.

Янник в первоначальном времени и пространстве не фанател по технике Советского Союза. Хотя он часто слышал о том, насколько мощное советское оружие, его никогда не волновали детали его конструкции. Теперь он может нарисовать только две-три части чертежей советского оружия. Остальные – вроде Т-34, танка Сталина и т. д. Он не знает.

«…» — Тухачевский чувствовал, что оружие, используемое в настоящее время Советским Союзом, и разрабатываемое прямо сейчас оружие, не могут быть адаптированы к будущим войнам, и неизбежно, что их обновят.

Поэтому ему кажется, что те вещи, которые в будущем будут «устранены», можно обменивать на современные станки: «Если вы гарантируете, что эти чертежи оружия никогда не попадут в третью страну, тогда мы можем рассмотреть вашу просьбу», — хотя в будущем они будут устранены, никто не может гарантировать, что в последние несколько лет у них не будут локальные войны с кем-нибудь.

«Конечно, без проблем», — охотно согласился Янник. Тухачевский также готов доверять гарантии Янника. В конце концов, европейцы обычно считают, что честность – это основной характер их жизни. В европейских культурных традициях, ложь – тяжелое преступление. Главный герой знаменитой книги «Джейн Эйр» был убит горем, когда учитель отругал его за ложь.

Янник сделал вторую просьбу: «Во-вторых, у советов обширное географическое положение. Я надеюсь, что вы сможете предоставить нам секретное место. Нам нужно обучать наших солдат тайно. И ваша страна должна гарантировать, что эти учебные объекты не будут обнаружены такими странами, как Великобритания, США и Франция».

Тухачевский спросил: «Могу я спросить, каково содержание обучения?»

«Бронетанковые войска и авиация». – бывший Советский Союз в прежние времена и в пространстве Второй мировой войны тайно готовил вооруженных солдат для Германии. «Версальский договор» строго ограничивал Германию не создавать наступательные войска, особенно танковые. Поэтому Германии пришлось тайно производить танки и найти секретное место, где можно было бы обучать солдат. В то же время в Советском Союзе не было передовых производственных технологий и квалифицированной технической базы, поэтому Германия и Советский Союз объединились ради своих интересов.

Тухачевский ответил не раздумывая: «Это не сложная задача. Но мы также должны прислать туда наших студентов учиться и общаться вместе с вашими войсками».

«Ах ты ублюдок», — Янник зло выругался в душе, но на его лице появилась чрезвычайно искренняя улыбка: «Это действительно отличная идея, но вы должны предоставить нам всё вооружение и оборудование, включая учебные танки, самолеты, и т. д.».

«Ваша страна может быть спокойна с точки зрения конфиденциальности, никто не узнает об этом месте», — уверенно заверил его Тухачевский.

После образования Советского Союза, многие обычаи полностью отличались от таковых в царской России. Например способ обращения друг к другу у них делится на высший к низшему, и низший к высшему. Есть также различия в старшинстве между собой, и у них нет разницы в старшинстве, внутри отдела, между разными отделами и т. д. Этот набор и свод правил которые посторонний человек не сможет легко различать, но персонал внутри системы может это сделать. Так что, если бы иностранный шпион хотел узнать подробности, он столкнулся бы с трудностями.

Янник кивнул и сказал последнее условие: «Наконец, я хочу 1 миллион тонн зерна. Генерал Тухачевский, вы также должны понимать, что то, что вы получаете в этой сделке, просто несоразмерно тому, что вы заплатите. Даже если я увеличу цену еще на 2 миллиона тонн, или на 3 миллиона тонн, вы согласитесь. Но ради нашей дружбы на этот раз я беру только малу часть».

…

В конце-концов, обе стороны остались очень довольны после завершения переговоров.

Но Янник вспомнил еще один вопрос, когда проводил Тухачевского к двери: «Ваше превосходительство Генерал Тухачевский. Наша торговля и сотрудничество осуществляются тайно. И иногда мы можем сказать что-то некрасивое в сторону вашей страны, дабы нас не заподозрили в союзе с вами. Я надеюсь, что его вревосходительство Сталин не будет возражать на это счет».

Тухачевский получил то, что хотел больше всего, и он был очень счастлив: «Ваше превосходительство Янник слишком беспокоится. Наш великий лидер советской революции товарищ Сталин – человек большой мудрости и ума. Как он мог заниматься такими мелочами».

Янник чуть не рассмеялся ему в лицо, и подумал: «Интересно, что ты скажешь, когда тебя убьёт такой мудрый и умный человек? Ты все ещё будешь верен ему?»

Находясь в лифте, Тухачевский внезапно холодно фыркнул: «Разве в разведке куча дураков? Какой идиот пришел к выводу, что принц Янник никчемный плейбой?! Он что, похож на него?!»

Наташа в страхе склонила голову и извинилась: «Простите, генерал, это была наша халатность. Может, этот человек хорошо маскируется и обманул всех нас».

…

Янник устало лег на удобную кровать после того, как всех прогнал.

Эта сделка действительно взаимовыгодная. В это время, производство стали в Советском Союзе было еще невысоким, но текущие производственные мощности компании «Круппа» в Германии имеют значительный избыток. Германия может экспортировать большое количество стали в Советский Союз, и учитывая что советы не имеют большой резерв иностранной валюты, он может обменять ее на товары.

Например, он может попросить у них зерно. До Второй мировой войны или во время Холодной войны основные районы производства продуктов питания в Советском Союзе происходили из Украины, а товарные культуры в основном поступали с Кавказа и Средней Азии. А сам союз из-за своего географического положения, в большей степени зависел от плодородных водных и почвенных регионов Европы, а стоимость сельскохозяйственной продукции в Азии относительно низка и в значительной степени зависит от погоды.

Если он правильно помнит, с начала нынешнего года советское правительство приняло особые меры против богатых украинских крестьян.

Эти меры варьировались от повышения налогов и увеличения квот на выплату зерна, до конфискации всего имущества и, в конечном итоге, изгнания. К середине 1930-х годов около 100 000 семей были сосланы в Сибирь и Казахстан. Масштабная коллективизация началась в 1929 году под принуждением партийных активистов и угрозой экономических санкций. С октября 1929 г. по март 1930 г. доля коллективизированных хозяйств увеличилась с 9% до 65%, а к концу 1935 г. превысила 90%. Массы сопротивлялись коллективизации в форме беспорядков, резни скота и уничтожения техники, но ответом было увеличение и без того высокой квоты и конфискация продовольственных пайков. В результате это вызвало сильный голод с 1932 по 1933 год, а число погибших достигло 5-7 миллионов – беспрецедентная техногенная катастрофа в мирное время. Выходцы из России были переселены в безлюдные села. А традиционные украинские деревни в основном были разрушены.

Нетрудно понять, почему немецкая армия, напавшая на Советский Союз в его первоначальном времени и пространстве, получила поддержку большого числа украинских мирных жителей. Куда бы немецкая армия ни пошла, ее приветствовал и открыто поддерживал украинский народ. Многие нерусские народы один за другим сдавались немецкой армии. Они считали, что приход немецкой армии «освобождает» их от гнёта советов.

Один немецкий солдат писал, вспоминая сцену их вторжения в Украину: «В каждой деревне люди встречали нас букетами цветов. Такая сцена был теплее, чем когда мы вошли в Вену».

Каждый раз, когда немецкая армия подходила к деревне, местные жители с энтузиазмом угощали их едой и водой, играли им музыку и имитировали военный салют нацистов, чтобы отдать им дань уважения: «Украинский народ искренне благодарит наших освободителей – немецких солдат!»

Жалко, что жестокая расовая политика Гитлера погубила потенциального союзника на корню.

Конечно, на этот раз Янник не совершил бы тех же ошибок. Украина известна как европейская житница. Пока к украинцам проявляют немного доброжелательности, в Европе не нужно более беспокоиться о еде. Мало того, что не нужно беспокоиться о еде, Янник также может представить, что украинцы, которые ненавидят советов, могут легко сформировать армию.

Он немного взволнован, когда думает об этом.

Кстати о советах. Немного жаль, что он не "возродился" в этом мире несколькими годами ранее и не смог сдержать импульс независимых советских исследований и разработок танков. Только в мае прошлого года Советский Союз завершил разработку принципиально нового проекта и произвел производство опытного образца автомобиля. После коротких дорожных испытаний на Ленинградской пристройке, план получил название «МС-1 1927 года», официально обозначался как «Т-18».

В следующем году, тоесть в 1929 году, общий выпуск «Т-18» начнет увеличиваться. Однако по мере того, как требования Генерального штаба Советской Красной Армии к боевым возможностям бронетанковых войск продолжают расти, Т-18 начнёт показывать очевидные недостатки. Позже они улучшат лёгкий танк «Т-20», затем «Т-24», «Т-26», «Т-28», вплоть до знаменитого танка «Т-34»!

После серийного производства «T-34» преимущество немецких бронетанковых войск будет ослаблено. Один снаряд «T-34» может унести пятерых ценных водителей танков, и потери немецких бронетанковых войск увеличатся в геометрической прогрессии. Очень возможно повторить трагедию первоначального времени, когда немцы отступали вплоть до Берлина. Может быть, Вильгельм II этого не выдержит, и спрятавшись в подвале, в отчаянии спустит спусковой крючок, и выстрелит в себе в висок.

«Черт возьми!» — прошептал Янник, нахмурив брови, это не похоже на стандартную концовку романов о путешествии во времени. Другие возрождаются, чтобы доминировать над остальным миром. Они наслаждаються славой и богатством и всегда окружены красивыми девушками. Но почему он должен быть похож на Гитлера, и после своей смерти должно быть будет самым ненавистным человеком во всем мире?

«Что мне делать?» — задумался Янник. В январе 1940 года, чтобы испытать два прототипа только что выпущенных танков «Т-34», Кошкин лично провел поездку в Харьков, Москву, Киев и произвел глубокое впечатление на Сталина, наблюдавшего за испытанием в Москве.

В таком случае, может сломать или даже уничтожить эти два танка посреди дороги в Москву?

Янник задумался о целесообразности этого действия.

Россия по своей природе огромна и малонаселенна, и иногда поселения людей не видно даже за сотни километров. От Уральских гор до Москвы многие места на этой удаленной дороге – ничейная земля. Не говоря уже о том, чтобы атаковать конвой на полпути, даже если там будет сброшена бомба, никто не узнает об этом.

Похоже, что отправка спецподразделения для уничтожения танков может сработать.

Но тогда какой эффект будет иметь успех операции? Заподозрят ли советы Германию? Давайте не будем говорить о том, сколько умственных способностей потребуются, чтобы найти доказательство их причастности к уничтожению. Да даже если Янник откровенно оставит доказательства того, что это сделала Германия, что Советский Союз может сделать? Объявит войну Германии? Война есть война, и Янник этого не боится.

Он еще помнил, что Кошкин умер от воспаления легких 26 сентября 1940 года из-за переутомления и болезни, и в итоге, он не увидел своего шедевра «Т-34». Его помощник Морозов взял на себя его работу, и наконец, завершил разработку.

А что если он уберёт того помощника? Разработка по крайней мере замедлится на полтора года, или даже больше.

Думая так, Янник не мог не похлопать себя по лбу, на самом деле не было нужды доставлять столько хлопот самому себе. Разве не было бы достаточно убить их двоих несколькими годами ранее? Прототип имел бы некоторые недостатки и недочеты, но в конце концов, он будет построен, если только Янник не взорвал бы всю фабрику полностью.

Янник немедленно прервал план нападения на полпути в Москву, и задуматься об убийстве главных исследователей «Т-34».

Чем больше он думал, тем больше считал, что это осуществимо. Хотя он не знает, где сейчас этот Михаил Ильич Кошкин, но он знает, что в следующем году он поступит в Ленинградский технологический институт.

Затем ему надо подумать, как передать в Советскому Союз дизайн танка «Mause». Янник уверен, что Сталин будет безумно рад такому супер оружию, не так ли? Он предаст ему не только танк «Mause», но и пушку «Gustav», линкор «Yamato», самолет «Mammonth», миномет «Littor Govett» и т. д. Пусть они тратят свои и без того скудный запас стали, на эту бесполезную технику.

Говоря о бесполезности, Янник встал, нашел бумагу и ручку, и начал рисовать.

На следующее утро Герхард пришел с докладом: «Ваше королевское высочество, мы только что получили уведомление из Германии о том, что ваши родители вернулись в Германию».

Отец и мать? Янник был ошеломлен на мгновение, прежде чем сообразить, что Герхард говорил об его пропавших родителях.

У Вильгельма II из его первоначального времени и пространства было семеро детей, но в этом мире у него только один сын.

Точнее, больше одного сына.

В молодости император отправился в Китай, и встретил там красивую женщину и вскоре влюбился в нее.

Женщина по имени Сьюзен на самом деле подарила ему дочь.

Просто Фридрих III давно заключил политический брак Вильгельма II, и поэтому эта дама Сьюзен не стала королевой Германии. И чтобы не смущать Вильгельма II, за всю свою жизнь она ни разу не ступила в Германию. Вильгельм II тоже чувствовал себя виноватым из-за неё, и после того, как он взошел на трон Императора, он попросил королевскую семью Китая позаботиться о Сьюзен и его дочери.

Очевидно, что Вильгельм II был человеком, любившим страну больше, чем свою женщину.

Но как говорилось ранее, Оскар Гогенцоллерн (Отец Янника) никогда не интересовался троном императора, и любил путешествовать со своей женой по всему миру.

«У них не пропали руки и ноги?» — не то чтобы он не уважал отца, но прошлый Янник всегда спрашивал это каждый раз, когда слышал о возвращении своих родителей.

«Его королевское высочество и его жена здоровы».

«Это хорошо», — сказав эти слова, Янник проследовал по маршруту, назначенному вчера, и после завтрака группа отправилась на Харьковский международный локомотивный завод. Это основная танковая проектно-конструкторская организация в Советском Союзе. На территории завода построен специальный цех «Т2» по производству танков. Созданная в 1927 году группа конструкторов танков стала ядром вновь созданного конструкторского бюро танков «Т2» под руководством Ивана Николаевича Алексенко, к которому присоединились инженеры, участвовавшие в проектировании, производстве и испытаниях танков «Т-12» и «Т-24».

Увидев сборку танка «Т-24» в мастерской, Гудериан чуть не заплакал.

Это средний танк общей боевой массой 18,5 тонны с экипажем 5 человек. Хотя в глазах Янника эти танки – не что иное, как кучка мусора, но для Германии, которая ограничена Версальским договором и не может строить свои танки, это очень ценная техника. И естественно, что Гудериан весьма этому завидует. В его глазах, этот танк уже довольно продвинутый.

Глядя на Гудериана, который несколько раз глотал слюну, Янник не мог удержаться от кашля, боясь, что ему и дальше будет неловко за него.

Гудериан также внезапно вспомнил предыдущие инструкции его королевского высочества и начал искать проблемы этого танка: «Я думаю, что скорость у этого танка определенно не высокая, не так ли? В конце концов, его механизм подвески не очень продвинутый, надо сказать, что он слишком отсталый».

Янник слегка нахмурился и сделал выговор: «Майор Гудериан, мы гости на этом заводе, не забывайте про это».

Их небольшое разговор вызвал любопытство Тухачевского: «Его королевское высочество Янник, не вините майора Гудериана. Он прав. У нашего танка плохая подвижность. И майор Гудериан, если вы так хорошо разбираетесь в танках, то как вы думаете, какая подвеска самая лучшая?» — одной из главных причин, по которой они осмелились показать немцам этот танк, было то, что этот танк был неудачным! Их было всего несколько десятков штук в массовом производстве!

В этом танке используется большой ряд опорных катков малого диаметра, которые просто унаследованы от механизма подвески бульдозера, что существенно ограничивает маневренность этого танка.

Гораздо опаснее в танке его башня, представляющая собой многобашенный танк.

В основной башне установлена 45-мм танковая пушка, на главной башне также установлена пулеметная башня, при этом там есть вспомогательные башни и в передней части корпуса установлены четыре 7,62-мм пулемета.

Кажется, что у него очень мощная огневая мощь, но на самом деле он бесполезен!

Что должен делать танк? Атаковать, атаковать, и ещё раз атаковать! Поэтому танкам нужна крупнокалиберная пушка! Нужна ожесточенная огневая мощь, а не чёртовы пулемёты!

В то же время, этот многобашенный танк довольно высокий. Он быстро движется и с большей вероятностью перевернется!

Однако, несмотря на то, что это была неудачная работа (Она использовалась только для обучения и парада), машина дала заводу «ХПЗ» первоначальный опыт проектирования и производства танков, и этот опыт был успешно применён для производства американских танков «Christie» (танки БТ) в 1931 году.

По сравнению с Тухачевским, который открыто просил совета у Гудериана, окружающие советские инженеры глумились над ним.

Как бы ни были плохи советские танки, они самостоятельно разрабатываются и производятся нами… А что делают инженеры Германии? Даже исследования и разработки танков, были запрещены Версальским договором, так почему же вы не стесняетесь говорить нам, о наших недостатках в танках?

Хотя у него не было навыков чтения мыслей, Гудериан ясно видел по лицам советов, что они были недовольны его словами. Однако, он по-прежнему свободно разговаривал с ними по предыдущим приказами его королевского высочества Янника: «Я не знаю, слышали ли вы когда-нибудь о танке «M1928» (также известном как танк «Т-3 Christie»), спроектированном и разработанном американским инженером Уолтером Кристи. Подвеска этого танка носит название «Christie», в честь своего изобретателя. И его уникальность в том, что он может использовать колеса для езды по бездорожью, а также может использовать гусеничный вездеход в поле. Маневренность этого танка довольно сильная. И несомненно, что у него самая продвинутая система подвески в мире».

Во времена Первой мировой войны, танки использовали жёсткую подвеску, что приводило к низкой скорости и сильной турбулентности (Ранние танки имели плохие характеристики, и условия работы танкистов были очень суровыми. Танки Первой мировой войны использовали жесткую подвеску без амортизаторов, и танкисты часто ударялись телами по железному каркасу. А когда пушка стреляла, внутренность танка заполнял запах пороха, из-за этого экипаж даже надевал противогаз. Температура внутри порой могла превысить 60 градусов).

Как говорится, война – катализатор технического прогресса. Конструкторы танков из разных стран постоянно пытаются создать танки с превосходными характеристиками. Среди них был инженер по имени Уолтер Кристи. В 1919 году он сконструировал свой первый танк. В первую очередь, на двух грузовых колесах танка была применена балансирная подвеска, а также добавлены пружины. Это устройство балансирной подвески сделало его танк более совершенным по балансировке, чем танки других стран того же периода.

Однако, хотя танк, разработанный Кристи был оснащен устройством подвески, военные в то время не осознавали его пользы. После просмотра образцов американские военные посчитали, что хотя Кристи спроектировал для своего танка две башни, его башни нельзя было повернуть на 360 градусов. Более того, двигатель танка «M1919» был маломощным и работал слишком мало.

После некоторых доработок в 1928 году он успешно спроектировал и изготовил новый танк «M1928». На этот раз башня танка M1928 наконец-то смогла поворачиваться на 360 градусов.

Поскольку «M1928» отвечает требованиям военных, после демонстрации испытаний американские военные немедленно заказали у Кристи пять прототипов.

Танк «Christie» имеет уникальную форму, с заостренным клином в передней части танка, который изначально имеет хорошую пуленепробиваемую форму с наклонной палубой. Самой выдающейся особенностью танка по-прежнему является его подвесное устройство, потому что оно превосходное, так что «Christie» смог войти в анналы истории.

Услышав слова Гудериана, окружающие советские инженеры не могли не кивнуть головами в знак согласия.

Советские танкостроители не только изучали самостоятельно разработанные танки, но и обращали пристальное внимание на успехи зарубежных аналогов. Они не новички в системах подвески «Christie» и даже весьма заинтересованы в нем. Ворошилов, нарком армии и флота, председатель Военно-революционного комитета, пытался получить в свои руки такую технологию.

Видя реакцию советов, Янник втайне обрадовался. Потому что американские военные быстро обнаружили слабые места танка «Christie». Такой способ движения, со стороны кажется очень удобным, но на самом деле это и есть главная проблема танка!

Его продольная система не является гибкой, а поскольку все устройства подвески в танке тесноваты, пространство внутри очень узкое. Кроме того, его гусеничный ход короток, и он может достигать высокой скорости только при движении на колесах. А на колёсах невозможно преодоление препятствий и т.д.

Разборки и сборки гусеницы тоже достаточно, чтобы танкистам стало очень плохо только об одной мысли об этом.

Из-за множества дефектов американские военные вскоре потеряли интерес к танку «Christie». Кроме того, у Кристи возник спор с военными из-за позиционирования танка как «Т-3». В конце концов, военные попросили Кристи разработать еще один танк, который отвечал бы их требованиям, но Кристи отклонил эту просьбу, и танк «Т-3» не был запущен в серийное производство в Соединенных Штатах.

Подвеска «Christie», не запущенная в массовое производство в США, привлекла внимание Советского Союза.

В 1930 году советская марионеточная компания, базирующаяся в США, подписала с «Christie» договор о выкупе патента. Впоследствии два танка с башнями и подвесным орудием «Christie» были контрабандой ввезены в Советский Союз под названием «Трактор». Когда Соединенные Штаты обнаружили это, транспортное судно уже покинуло порт, янки оставалось только смотреть на Советский Союз в гневе. Но из-за этой «незаконной» сделки на Кристи был подан иск.

После того, как Советы освоили эту технологию, подвеска «Christie» была применена к танкам «БТ» и ранним танкам «Т-34».

Тухачевский похвалил, выслушав слова Гудериана: «Похоже, что майор Гудериан хорошо разбирается в танках. Неужели вы провели глубокое техническое исследование в этой области?»

Улыбка появилась в уголке рта Янника когда он это услышал: «Майор Гудериан – будущий командующий нашими бронетанковыми войсками. Хочет ли генерал Тухачевскому сразиться с ним в тактическом ведении боя? Конечно, это будет дружеским боем. Что касается исследования танковых технологий, мы не можем обойти Версальский договор. Но мы можем послать некоторых наших экспертов развивать танки вместе с вашими, кончено, если вы этого хотите».

Стоит посмотреть, согласны ли на это советы или нет. Если они согласны, Янник выроет им глубокую яму, и с радостью толкнет их туда.

Тухачевский подумал и ответил: «На проблемы, возникшие у обеих сторон, должны ответить те кто выше меня. Что касается битвы с майором Гудерианом, я очень жду этого, так что давайте займёмся этим сегодня вечером».

После однодневного блуждания по заводу танков Янник обнаружил, что советская промышленность отстает от того, что он думал вначале. Большинство звеньев инженерам приходилось ставить вручную, а количество механизированного оборудования было очень небольшим. Если бы он знал об этом раньше, он попросил бы больше еды у советов. Даже если бы он добавил миллион тонн, Советский Союз послушно дал бы это.

После обеда Тухачевский зашел в комнату Янника и протянул ему документ: «Ваше королевское высочество Янник, товарищ Сталин согласился выделить для вашей страны место для обучения солдат. Это место находится в районе Казани».

Казань?

Упоминание Казани в российской военной историке вызовет споры. В центре дискуссии находятся два вопроса: во-первых, существовала ли там на самом деле секретная школа, посвященная подготовке бронетанковых солдат для нацистской Германии перед Второй мировой войной, и во-вторых, обучался ли в этом училище генерал Хайнц Гудериан, который в последствии был назван «Героем блицкрига»?

По некоторым рассекреченным данным, это Казанское танковое училище существует на самом деле. В течение долгого времени эта школа использовала кодовое название «Кама» (KaMa). «Кама» – это название реки в Сибири, и соседний от училища город также называют Камой. Советско-Германское сотрудничество в школе продолжалось до конца лета 1933 года.

Что касается Гудериана, то когда было создано Казанское танковое училище, Гудериан уже был начальником штаба немецких моторизованных войск. И есть сведения о том, что он приходил в Казань. В Казанском музее даже есть полный отчет о поездке Гудериана в Казань. Отчет был написан ГРУ. В том отчете говорится, что Гудериан посетил казанскую школу, а также исторические места Казани. Среди них были церкви Петра и Павла, в которых он поклонился, и выразил негодование по поводу запущенности церкви.

После разговора о деле, Тухачевскому не терпелось положить карту местности с полем боя и солдат на стол для переговоров: «Пожалуйста, майор Гудериан».

«…» — даже Янник не ожидал, что Тухачевский так сильно захочет сразиться в тактике с Гудерианом. Может быть, он хочет испытать немецкий образец использования танков?

Жалко, что теория «блицкрига» Гудериана зародилась в течение нескольких лет, но это также дало Яннику возможность увидеть, способности «Красного Наполеона»: «Поскольку Генерал так заинтересован в этом сражении, майор Гудериан, вы не можете позорить Германию», — хотя Янник так сказал, он чувствовал, что Гудериан не был противником «Красного Наполеона». По крайней мере, сейчас он не сможет с ним справиться.

«…» — Гудериан был еще более подавлен. Теперь у Германии нет даже одного танка, и у него нет опыта боя танковых отрядов. К счастью, в прошлую войну он был кавалерийским офицером и чувствовал, что ему нужно только заменить лошадей танками и бронетехникой и все будет хорошо.

Подумав об этом, он закусил губу, встал напротив Тухачевского и стал раскладывать карты танков и солдат.

Когда двое продолжали перемещать свои военные карты, Янник увидел, что использование войск Гудерианом было похоже на старого кавалерийского офицера. Он отправил бронетанковые силы, чтобы быстро прорвать позиции врага, а затем пошел глубоко в тыл, чтобы сделать круг и окружить врага.

Когда игра была уже на середине, лицо Гудериана начал покрывать пот. Вскоре он разочарованно покачал головой: «Простите, милорд, я проиграл».

«…» — Янник взглянул на Тухачевского, который явно был все еще был заинтересован в продолжении битвы, и сказал Роммелю, наблюдавшему за ними: «Капитан Роммель, в следующей игре вы будете сражаться против генерала».

«Ха-ха, ваше превосходительство Янник действительно меня ценит. Один против двух, я не очень уверен в победе», — сказал Тухачевский, но стал расставлять карты обратно.

В этом раунде, Роммель потерпел такое же чистое поражение, как и Гудериан.

На этот раз, даже Янник был немного подавлен: «Майор Манштейн, вы тоже».

В результате посещения бронетанковых войск некоторых европейских стран, Манштейн приобрел большой опыт и информацию о том, как вести войну с танками.

Результатом этого раунда было то, что силы Гудериана и Роммеля были полностью уничтожены, в то время как Тухачевский и Манштейн не могли победить друг друга из-за малочисленных сил, и их игру можно было рассматривать только как ничью.

Хотя внешне Янник был спокоен, в его сердце была буря.

Тухачевский достоин звания «Наполеон Красной Армии». Даже Жуков, бог войны говорил о нем: «Он мастер военного мышления, и самая большая звезда среди суперзвезд вооруженных сил нашей родины!».

В этих трех играх, он смог удержать свою оборону и победить двух офицеров из трёх

Этот парень должен быть убит, иначе кто сможет быть его противником на реальном поле боя?!

Смотря на Гудериана и Роммеля, которые полностью проиграли Тухачевскому, Янник похвалил: «Это действительно замечательно! Ваше превосходительство действительно очень сильный стратег и тактик, даже если бы Наполеон был жив, я боюсь, ему придется отступить при сражении с вами», — черт! Если бы притворной лестью можно было бы убить человека, Тухачевский умер бы давным давно.

Тухачевский скромно улыбнулся и ответил: «Ваше королевское высочество Янник преувеличивает. Они также хороши в тактике. Если вы потратите на них своё время, они будут отличными генералами вашей страны».

Янник холодно фыркнул в глубине души и подумал: «Можно также сказать, что они самые яркие генералы моей империи в будущем».

«Но я только что обнаружил несколько проблем в вашей игре, и я хочу спросить об этом вас», — с улыбкой сказал Янник.

«Кончено, я с радостью отвечу на все ваши вопросы, принц». — Тухачевский, этот ортодоксальный солдат, также надеется, что Янник сможет указать на его проблемы в тактике.

«Из вашей игры я увидел, что вы хороши в использовании скоординированной тактики пехоты. Я хочу спросить, разве не существует разрыв между скоростью танков и скоростью пехоты. Как пехота гарантирует, что может выйти на поле боя одновременно с танками до того, как они будут выведены на поле боя? Может быть, танк намеренно замедлился, чтобы пехота догнала их?».

Тухачевский опешил. Он крайне сдерживал себя в использовании такой скоординированной тактики пехоты в игре. Но его высочество не только это заметил, но и задал очень профессиональный вопрос, чем заставил его снова взглянуть на Янника другими глазами.

Немного подумав, Тухачевский дал самый лаконичный ответ: «Наш план состоит в том, чтобы нести пехоту позади танка, чтобы обеспечить координацию между пехотой и танком».

Сколько пехоты можно унести на танке? Его настоящая идея – подготовить большое количество бронетехники для согласованного продвижения танков и пехоты. Просто он не может раскрыть эту идею Германии, которая в будущем может стать врагом его страны.

К сожалению, внутренние производственные мощности Советского Союза еще не достигли его требований, и его мечта пока не может быть реализована. Однако он считает, что когда промышленное оборудование импортированное из Германии будет введено в действие, производственные мощности Советского Союза совершат скачок вперед. Менее чем через десять лет можно будет добиться координации между пехотой и танком, верно?

Слыша его слова, Янник сказал про себя: «Ты хочешь скрыть эту тактику? Похоже, что ты считаешь нас потенциальными врагами, не так ли? Жалко, что ты не знаешь, откуда я пришёл. Я знаком со всей тактикой Второй мировой войны, и я тажке знаком с твоими будущими тактическими приёмами».

«О, это значит, что генерал собирается объединить пехоту и танки в один отряд?» — сказал Янник.

Тухачевский кивнул: «Да».

Янник небрежно взял несколько пешек и положил их на карту: «Тогда, если вы мы говорим о реальном сражении, есть ли за этой смешанной пехотой и танковом отрядом другие подразделения, например, пехотная дивизия?».

Тухачевский ответил: «Да, в конце концов, пехотная дивизия по-прежнему является основной силой, а бронетанковая часть используется только для прорыва линий защиты врага».

Янник несколько раз переместил размещенную на столе карту солдата: «Согласно видению генерала, что будет делать этот бронетанковый отряд после прорыва линии обороны противника? Продвинется ли он в глубину? Или развернется, чтобы сформировать окружение и помочь пехоте уничтожить противника в окружении?»

«…» — Тухачевский почувствовал, что его веки слегка подергиваются. Вопросы, заданные немецким принцем, были резче, чем прошлые, и переходили прямо к сути. Первый вопрос может быть объяснен случайностью и внимательностью Принца, но ряд точных вопросов после не может больше быть случайными.

А это означает, что понимание императорским принцем бронетанковых войск намного превосходит остальных!

«Если бы в бою командовал я, бронетанковые войска должны были бы продолжать продвигаться в глубину, чтобы разрушить тыл врага», — ответ Тухачевского стал более осторожным. Почти каждая фраза была произнесена после внимательного обдумывания.

Янник продолжал играть пешкой в руке: «Тогда, даже если вы прорвете линию обороны противника, и приготовитесь идти глубже, что если эта «глубина» достигнет сотен километров? Запасов, перевозимых бронетанковыми силами, просто не хватило бы на такое расстояние, так как вы планируете обеспечить безопасность логистики? В случае, если проселочная дорога будет перекрыта, не является ли бронетехника, потерявшая запас топлива, просто мясом на разделочной доске врага?»

Тухачевский также взял несколько пешек и положил их в руку Яннику: «После прорыва я устрою механизированное пехотное подразделение для защиты флангов и тыла бронетехники. При необходимости им придется взять на себя дополнительные задачи по обеспечению поддержки бронетехники пехотой».

Янник не мог не вздохнуть о гениальности основателя теории «глубины». Сейчас только 1928 год, и Тухачевский, кажется, уже установил полную теорию «большой глубины».

Эта теория была выдвинута Советской Армией в 1930-х годах на основе опыта и уроков, извлеченных из Первой мировой войны, и она была важной руководящей идеологией при проведении наступательных кампаний с целью адаптации к развитию оружия и техники. Особое внимание в нем уделяется использованию летального оружия для одновременного подавления всей обороны противника, прорыва тактического оборонительного района противника в выбранном направлении, а затем применения быстрых групп для защиты, и если возможно, использования воздушно-десантных войск для воздушно-десантных и боевых действий.

«Тогда, что если противник устроит несколько прочных укреплений на некоторых транспортных узлах, где проходят бронетанковые войска, и где имеется достаточная противотанковая огневая мощь и определенное количество припасов, что вы будете делать, когда столкнетесь с такими районами? Если вы атакуете, вы понесёте большие потери, а также снизите скорость продвижения бронированных войск. Если же вы сделаете объезд, ваши логистические силы будут подвергаться преследованиям со стороны гарнизона в этих областях. Так что вы будете делать?»

Когда Янник изо всех сил пытался разрушить теорию большой глубины Тухачевского, Гудериан, Манштейн, Роммель и другие, которые молча слушали их разговор, тоже открыли глаза. Таким образом, у них двоих были жаркие дебаты более получаса.

В итоге все закончилось тем, что лицо Тухачевского было немного некрасивым, и он сказал что устал, и поспешил уйти.

Отправив Тухачевского, Янник рассказал остальным: «Я собираюсь завтра в Китай. Вы останетесь здесь и хорошенько отдохнёте».

В первоначальном времени и пространстве Янника, во время Второй мировой войны Германия нашла себе в союзники неудачных товарищей.

Когда Германия начала проигрывать во время Второй мировой войны, Италия без промедления сменила сторону на лагерь Антанты.

Япония, которая была немного сильнее Италии и показала себя немного лучше Италии, смогла доминировать в Азии, потому что в то время в Азии не было сильных стран.

После начала Второй мировой войны Япония была непобедима в Азии. Некоторое время она процветала, и внимание к ней было не намного хуже, чем у Германии.

Однако, как союзнику прямая поддержка Германии у Японии была минимальна, а наибольшая поддержка была в основном в стратегии.

Япония сдерживала армию Советского Союза на Дальнем Востоке и создавала стратегический сдерживающий фактор для Великобритании и Франции. Даже Соединенные Штаты не осмеливались действовать опрометчиво. Но на этом помощь Германии закончилась. Только с началом войны на Тихом океане Япония сыграла реальную (ограниченную) роль в военной помощи Германии. Япония напала на колонии западных стран, таких как Великобритания и Нидерланды.

Хотя действия Японии привели к потере некоторых колоний и колониальных армий в таких странах, как Великобритания, США и Нидерланды, ее действия, несомненно, очень глупы. Другими словами, японцы просто искали свою смерть.

Великобритания, Франция и Соединенные Штаты также предприняли удар в клещи на Японию в Азии. Как основная торговая страна Японии, Соединенные Штаты заморозили всю торговлю ресурсами с Японией.

Япония – «маленькая страна» с недостаточными ресурсами. Когда пришло замораживание в Соединенных Штатах, нефть, которая была кровью войны, была в дефиците, а внутренних резервов Японии хватило только на полгода. Если не решить эту проблему вовремя, подавляющее большинство японских военных кораблей, танков и автомобилей будут «парализованы» и их страна окажется в отчаянной ситуации.

Как выйти из безысходности? В то время для Японии было всего две дороги: или послушно слушать Соединенные Штаты, и подчиняться им, или бороться до конца.

Конечно, хорошо известно, что Япония в конце концов пошла по второму пути, и на ответ почему она выбрала этот путь, то помимо субъективных причин, во многом это связано с японской «психологией азартного игрока».

Вы должны знать, что Япония стала мировой державой в результате двух войн (Китайско-японская война которая сделала Японию лидером в Азии. И русско-японская война, которая сделала Японию мировой державой. Обе эти войны были азартными играми для Японии). На этот раз, они хотели снова сыграть в игру. Если они нанесут мощную атаку на Соединенные Штаты, они одним махом могут стать гегемоном Тихого океана.

Теперь, когда они были готовы к битве, следующим шагом будет выбор цели.

В то время у них было три цели на выбор: Первая – материковая часть Соединенных Штатов; Вторая – остров «Уэйк и Гуам»; Третья – «Перл-Харбор».

Но в конце концов, Соединенные Штаты находятся слишком далеко и велики по размеру, и Япония не может быстро их бомбить. И хотя остров «Уэйк и Гуам» также являются важными базами Соединенных Штатов в Тихом океане, и они были ближе к Японии, эти два острова слишком малы по размерам. Их размеры составляет в среднем всего несколько сотен квадратных километров, и там находится всего несколько сотен солдат. Если два острова будут захвачены, Японцы не получат от этого большой пользы. Поэтому для атаки лучше выбрать место расположения крупнейшего флота США на Тихом океане – «Перл-Харбор».

Япония считает, что, поскольку у них нет возможности оккупировать Соединенные Штаты, лучше всего атаковать «Перл-Харбор» и начать войну с США. Потому что, если рейд на «Перл-Харбор» помешает Тихоокеанскому флоту США восстановиться и принять участие в войне за короткий период времени, они смогут не только захватить господство на море и в воздухе в начале войны, но и обеспечить безопасность фланга в продвижении Японии на юг. Это также подорвет боевой дух ВМС США и американского народа.

Адмирал Ямамото Исороку, планировавший внезапное нападение на «Перл-Харбор» считал, что успешное нападение должно дать Японии около года стратегического преимущества. Когда Соединенные Штаты придут в себя, война Японии в Восточной и Юго-Восточной Азии закончилась бы, и тогда с американцами будет намного легче договориться.

Таким образом, Япония яростно ударила тигра и вырвала несколько его усов, заставив тигра корчится от боли, обнажив свои отвратительные клыки и острые когти.

И поскольку Германия и Япония являются союзниками и связаны вместе, Германия может только молчать на их безумную выходку, и объявить войну Соединенным Штатам.

Если Япония сможет дать США пощечину в это время и в этом пространстве, Янник не прочь заключить союз с Японией. Но он всегда чувствовал, что эти идиоты определенно бросят вызов Китаю в будущем. В конце концов, чтобы сдержать Китай, США, Великобритания и Япония давно достигли соглашения. Материальная помощь, оказанная Японии Соединенными Штатами и Соединенным Королевством, сделала Японию в это время даже сильнее, чем Япония, которая была в его первоначальном времени и пространстве.

Однако, если Япония действительно осмелится предпринять действия, не зная о точной силе своего врага, ее поражение – вопрос времени. И он также знает, какое оружие они будут использовать.

За исключением истребителя «Zero Fighter», «Гренадеров», торпед с кислородным двигателем и зажигательных бомб, переносимых большими водородными шарами, все остальное в их стране можно назвать только шлаком.

Но даже так, самолёт «Zero Fighter» не идеален. Из всех стран, участвовавших во Второй мировой войне, японские солдаты имеют самый высокий статус в своей стране. Так же, как сегодня финансовые и государственные служащие, вполне естественно, что у армии нет недостатка в талантах. Конечно, следует учитывать наследие самураев. И дизайн «Zero» очень экстремален. Если противник поймет конструкцию самолёта, он ужаснется. Например, самолет трудно повернуть направо во время высокоскоростного полета, броня хрупкая и т. д.

«Гренадер» же – уникальное пехотное оружие японской армии, и даже армия США считает его «единственным японским пехотным оружием, достойным уважения». С точки зрения конструктивных особенностей и боевых характеристик японский «Гренадер» больше похож на легкий миномет, в котором отсутствует кронштейн и прицельное приспособление. В нем используется визуальное прицеливание и осуществляется ручной пуск. Угол и направление стрельбы «Гренадера» полностью зависят от человека. Поэтому к этому виду оружия предъявляются очень высокие требования к стрелкам, им можно умело пользоваться только путем длительного обучения. Из-за этого гренадерами обычно являются наиболее опытные старшие ветераны, и в случае их потерь, страна не сможет восстановить их отряд быстро.

О кислородной торпеде и большом водородном баллоне мы поговорим позже.

По разным причинам Янник решил, что концом его поездки по странам был Китай, поэтому он вернулся тем же путем, и приехал обратно в Москву, и взял Гудериана и других, оставшихся там, чтобы наконец пойти домой.

Перед своим отъездом Янник передал пачку бумаг Тухачевскому, который приехал его проводить: «Ваше превосходительство генерал Тухачевский, великолепие Москвы меня очень впечатляет, но небольшой недостаток заключается в том, что в ней, похоже, отсутствуют некоторые знаковые здания с советскими чертами. Такие как Статуя Свободы в Соединенных Штатах и Эйфелева башня во Франции, Британский Биг-Бен и т. д. Вы знаете, что одно из моих увлечений – архитектура и живопись. Это несколько моих работ. Надеюсь, что вы передадите их его превосходительству Сталину в качестве небольшого подарка управляющего дружбу между нашими двумя странами».

Он приложил немало усилий, чтобы нарисовать эти архитектурные чертежи. Цель всего этого очень проста, заставить Советский Союз тратить больше ресурсов на эти бесполезные но величественные проекты.

Всего в этих бумагах существует восемь эскизных архитектурных чертежей. И первый из них – советский дворец.

Многим это должно быть незнакомо или даже неслыханным, ведь это здание строилось с 1930 года, но его переделывали и переделывали, пока не распался Советский Союз.

На чертеже Советский дворец был высотой 416,5 метра, и представляет собой идеальное сочетание классицизма и небоскребов. В то время, это было бы самое высокое здание в мире. Пирамида Хеопса была на 278 метров короче этого здания, а Эйфелева башня отставала от него на 95 метров. Даже Эмпайр-стейт-билдинг был на 8 метров меньше.

На его вершине стояла 75-метровая скульптура Ленина, что был напротив ветра, затмевая 46-метровую Статую Свободы, а 38-метровый Иисус в Рио не шёл бы с ним в никакое сравнение.

Внизу здания находится место встреч для 10 000 человек, которое при необходимости может вместить 21 000 мест. Если дворец будет построен, он заменит Кремль как центр Советской власти. И тогда бы в Советском Союзе было самое высокое здание в мире и самое большое здание в мире. А на нем самая высокая скульптура в мире.

Советский дворец имеет общую площадь 11 гектаров и вес 1,5 миллионов тонн. Если он будет построен, сколько ресурсов это будет стоить? Одной только стали им хватит, чтобы построить несколько линкоров, верно? Сколько фортов можно построить на цемент?

Когда Янник думал об этом, он чувствовал себя немного взволнованным.

Этот дворец слишком велик, чтобы его построить? Ничего страшного, у него там осталось ещё семь проектов.

А именно: Московский университет, гостиница «Ленинград», «Образцовая квартира рабочего», здание Министерства тяжелой промышленности, гостиница «Украинская», «Дом культуры» и здание Министерства иностранных дел.

Янник не верил, что Сталин останется равнодушным, увидев эти рисунки и чертежи. В конце-концов, эти здания представляют собой группу «красных» зданий, которые Сталин лично предложил построить в Москве.

Даже если они построят один из восьми чертежей, это будет отлично, ведь это здание, которое стоит сотен танков.

Конечно, Тухачевский, не имеющий навыков чтения мыслей, не знал коварных мыслей Янника и поэтому торжественно кивнул: «Будьте уверены, ваше превосходительство Янник, я обязательно передам их товарищу Сталину».

«Прощайте, ваше превосходительство генерал. И мисс Наташа», — Янник улыбнулся переводчику Наташе рядом с Тухачевским, затем повернулся и вошел в поезд.

Через некоторое время поезд медленно тронулся и покинул станцию, и Янник вызвал четырех офицеров в свою машину: «Майор Гудериан, я надеюсь, что эта поездка была полезной для вас».

Гудериан серьезно кивнул: «Его королевское высочество, эта поездка была действительно полезной, и она открыла мне глаза на некоторые вещи».

Янник сказал с некоторым раздражением: «Я надеюсь на это, майор Гудериан. Когда вы и генерал Тухачевский устроили тактическое сражение, я понял, что вы использовали древнюю тактику кавалерийской эпохи. Вы не должны так делать в реальном бою, теперь настала эпоха бронетанковых войск!»

Фактически, этот выговор немного несправедлив по отношению к Гудериану. Ведь в Германии сейчас нет ни одного танка. В этом случае жаловаться на то, что Гудериан не разбирается в тактике бронетехники, действительно неразумно.

Последующие поколения очень уважают Гудериана. Он не только генерал первого звена немецкой армии, но и отец немецких танковых войск нацистов и основоположник немецкого «молниеносного блицкрига».

Он также же знаменит, как Роммель и Манштейн, и их можно назвать главной тройкой наступательных сил нацистской Германии.

Гудериан не только создал теорию «блицкрига», но и претворил ее в жизнь, захватив всю Европу и привлекая внимание всего мира.

Но жаль, что хотя его IQ достаточно высок, его EQ (Эмоциональный ум) не поспевает за его IQ. Его импульсивность ограничивают его дальнейшее развитие и видение.

Многое из прошлой войны глубоко прожжено в душах людей. Гудериану, бывшему кавалерийскому офицеру, также не удалось избежать этого смертоносного влияния.

Хотя он открыл новый режим войны и изобрел новую тактику, он не полностью понимал серию далеко идущих изменений и требований, вызванных новым режимом и новой тактикой. Его мысли оставались в эпоху императора Наполеона и американской гражданской войны. Для него война была уникальным набором старых кавалерийских офицеров, которые вели кавалерийские силы, чтобы быстро прорвать позиции врага, а затем уйти глубоко в тыл, обогнуть и окружить его мощные силы.

Но для него единственное изменение на поле боя – это замена лошадей танками и бронетехникой. Все стратегии и тактики в его голове резюмированы в одном предложении: «Иди вперед, иди вперед, иди вперед и продолжай идти вперед». Все, что разрушает мышление в его голове, является для него ересью, ложью и неверностью, и это будет безжалостно отброшено с его головы. Его нетерпеливость и нежелание идти на компромиссы давно всех раздражают.

«Сегодняшние военные технологии развиваются семимильными шагами. Мы должны идти в ногу с прогрессом. Рано или поздно кавалерия будет заменена бронетанковыми войсками и уйдет с исторической арены», — говорил Янник.

Для кавалерии характерны ударная сила на поле боя и быстрая мобильность, которая в прошлом была величайшим преимуществом кавалерии над пехотой. Однако бронетанковые войска (в основном танки) обеспечивали лучшую мощную ударную способность и быструю подвижность на поле боя, отлично заменяя роль кавалерии. Очевидно, что кавалерия не может компенсировать эффект замещения бронетанковых войск каким-либо усовершенствованием, поэтому они могут только уйти с поля боя.

«Если вы не измените свои идеи, то в сухую проиграете таким людям как например Тухачевский. При тактической битве с ним вы теряли несколько карточек солдат, но на реальном поле битвы вы убили бы тысячи солдат и офицеров!» — продолжал Янник, нахмурив брови.

Полсе выговора со лба Гудериана выступили мелкие капельки пота: «Я понял, ваше высочество, я постараюсь изменить своё мышление».

Янник успокоился, кивнул и достал буклет: «Это теория боя, которую я составил на основе тактики, в которой хорош генерал Тухачевский. Внимательно осмотрите её, когда мы вернёмся. Она должна быть вам полезна. Кроме того, я собираюсь дать вам задание. Вы должны написать генералу Тухачевскому письмо с просьбой дать вам советы по тактике».

«Его королевское высочество, добро пожаловать обратно!»

Когда за вами приходят четыре прекрасных секретарши, это действительно заставляет вас чувствовать себя комфортно.

Яннику не терпелось спросить, как только он сел в машину: «Мисс Энни, компания по добыче нефти создана?»

«Да, разведочное оборудование на месте, горнодобывающая техника заказана. Завод сможет доставить товар через несколько дней, а группа рабочих были завербованы».

«Пусть глава нефтяной компании придёт ко мне», — он хочет как можно скорее разработать нефтяное месторождение и сэкономить лишнюю тонну до того, как разразится война.

«Есть», — ответила Виола: «Ваше королевское высочество, мистер Вальтер начал спрашивать, когда вы вернетесь в Германию несколько дней назад, и сказал что будет ждать вас сегодня утром».

«…» — это должно быть, чтобы обсудить разработку пистолетов. Янник задал еще один вопрос: «Как дела с рестораном у Шпеера?»

«Вчера он хотел подать заявку на открытие ресторана в Германии, и спросил у вас разрешение».

Янник кивнул: «Пусть он откроет, и скажите ему, чтобы он не был слишком ограниченным в своих просьбах, я хочу чтобы он открыл ресторан не только в Германии, но и в Европе и во всем мире», — подумав немного, Янник продолжил. «Да, и скажите ему, не тратить впустую остатки после обработки животных. Например, не надо выбрасывать куриные желудки, куриное сердце, куриную печень, свиные кишки, и мясо свиной головы, все это можно назвать мясом, соберите их все, добавьте крахмал, приправы и консерванты для изготовления банок.

Не тратьте впустую фрукты и овощи, которые были выжаты. Соберите их в банки.

Кроме того, остатки в магазине должны быть строго отсортированы и переработаны. И то же самое будет после небольшой обработки. Добавьте консерванты, чтобы приготовить консервы. Но такие консервы должны быть хорошо маркированы, поэтому не путайте их с другими банками».

Это хороший метод, и он может внедрять такой способ по всей стране.

Если эти остатки отсортировать, переработать и заморозить с добавлением консервантов, это также будут хорошими запасами еды.

Около 10 миллионов солдат из разных стран содержались в немецких лагерях для военнопленных, в том числе 5,7 миллиона солдат из Советского Союза. И пища, потребляемая этими военнопленными – астрономическая цифра. Разве было бы жалко кормить их остатками этих недорогих объедков?

«Скажите Шпееру, чтобы он подготовил ресторан к открытию филиала в Китае».

«Да», — ответила Виола.

«Что насчёт издательства Геббельсом моей книги?» — спросил Янник.

«Ваше королевское высочество, опубликованная вами книга заинтересовала французов. Они хотят купить авторское право и перевести книгу на французский для публикации во Франции».

«Нет проблем, скажите Геббельсу, что если в будущем появятся другие страны желающие публикации, он подпишет контракт в соответствии с обычным соглашением и не поднимет цен преднамеренно».

Книги, помимо зарабатывания денег, является наиболее важной причиной повышения влияния и узнаваемости личного бренда путем написания книг. Сейчас не развитый сетевой мир последующих поколений. Один из самых эффективных способов повысить популярность человека – написать книгу. И книга, которую хотят купить французы, называется «Маленький Принц», который он сплагиатил. Это книга была самым любимым его рассказом в детстве.

Выслушав другие отчёты, конвой прибыл во дворец, и Янник направился прямо в кабинет Вильгельма II: «Дедушка, я вернулся!»

Лицо Вильгельма II показывало добрую улыбку, что было очень редко для него: «Спасибо, малыш».

«Ничего. Я слышал, что мой отец вернулся», — он действительно хотел увидеть, каким был человек, который должен был быть Вильгельмом III. Даже если он не восседал на троне высокой власти, он был из императорской семьи.

Когда Янник упомянул его сына, лицо Вильгельма II выглядело ужасно. Этот дурак вернулся, но после нескольких дней он сказал, что выйдет наружу и пропал.

«…» — Янник потерял дар речи после прослушивания жалоб своего дедушки. Его отец действительно странный человек. Даже три его сына редко видели своего отца.

Вильгельм II махнул рукой: «Не говори о нем. Я уже прочитал контракт, который ты заключил с Советским Союзом, и я доволен тобой. А что ты получил от Китая?»

«Если я скажу тебе, что я тайно занял 200 миллионов юаней у его королевского высочества Китая, ты будешь шокирован?» — подумал Янник и ответил: «Я решил послать кого-нибудь в Китай для разведки нефти».

«Это нефтяная компания, которую ты основал в прошлый раз?».

«Да, я согласился с ними, что если мы найдём нефть, мы получим 20%, на срок в 20 лет».

«Ты так уверен, что сможешь найти нефть?» — хотя Вильгельм II не очень знаком с добычей нефти, но он также знает, что добыть нефть очень сложно. Различные доразведочные и разведочные процедуры иногда занимают несколько лет.

«Не волнуйся дедушка, точные новости появятся в течение полугода», — сказал Янник, а затем показал контракты, подписанные им в двух странах Вильгельму II один за другим.

Увидев контракт на зимнюю одежду, Вильгельм II был немного удивлен: «Пять миллионов комплектов зимней одежды? Зачем тебе столько зимней одежды?».

Янник сказал правду: «Это было зарезервировано для Советского Союза. Ты же знаешь насколько холодна зима в Советском Союзе. Разве мы не можем помочь им?».

Вильгельм II в замешательстве нахмурился: «Поскольку ты планируешь нападение на Советский Союз, зачем ты даёшь им столько промышленного оборудования? Разве это не проблема для тебя?»

Янник беспомощно пожал плечами: «Если мы не дадим им достаточно преимуществ, как они могут согласиться с нашими условиями. По сравнению с солдатами, которых могут обучать советы, я не думаю, что то, что мы им даем, заслуживает упоминания», — даже если Германия не будет сотрудничать с Советским Союзом, после того, как разразился экономический кризис, Соединенные Штаты, Франция и даже Великобритания будут проводить различные контракты с Советским Союзом. Следовательно, невозможно заблокировать промышленное развитие советов.

Янник внезапно похлопал себя по лбу: «Дедушка, я кое-что забыл. Ты можешь попросить посла Китая подать заявление об аренде острова. Лучше чтобы это был необитаемым островом вдали от маршрута караблей торговли».

«Ты хочешь необитаемый остров? Зачем?» — Вильгельм II чувствовал, что идеи его внука немного странные.

«Я хочу тайно отправить туда войска для отработки проекта высадки на берег Великобритании».

Высадку на берег можно назвать жестоким способом ведения войны. Любой, кто играл в игру по захвату и высадке на пляж, знает, что из-за ограниченной тяги военных кораблей невозможно переносить людей прямо на пляж, а плотно набитые песчаные пляжи не позволят десантным кораблям противника напрямую омывать пляж и десант плавающих танков.

Солдаты могут только заранее высадиться в месте вдали от пляжа и перейти вброд. При этом интенсивная огневая мощь противника нанесет тяжелые потери наступающим войскам. Без преувеличения можно сказать, что первое время наступательные силы могут только умереть.

В крупнейшем десантном сражении 20-го века, кампании высадки в Нормандии, силы союзников удвоили свои основные силы против армии врагов, и в результате более 60000 солдат союза были убиты, а на стороне противника только 3000.

Поэтому он должен заранее подготовить солдат для высадки на берег.

«…» — Вильгельм II не мог не распахнуть глаза. Черт возьми, неужели его внук сумасшедший? Он хочет сразиться с Советским Союзом и при этом приземлиться в Великобритании. Он думает, что война – это игра?

Различные военные планы, упомянутые Янником, казались невероятными: согласно им, предстояло сражаться с Советским Союзом и высаживаться в Соединённом Королевстве. В то же время он опасался, что к их противникам присоединятся и Соединённые Штаты. Но, в конце концов, это были всего лишь планы.

Учитывая нынешнюю ситуацию в Германии, даже если он захочет начать войну, это произойдет через десятилетия.

«Тебе в этом году исполнится восемнадцать, верно?»

«Да», — Янник почувствовал что-то в своем сердце, и его неприятное предчувствие вспыхнуло. Возможно ли, что…

Разумеется, то, что сказал Вильгельм II, действительно подтвердило его предчувствие: «Маленькой внучке семьи Краллов в этом году шестнадцать. Как насчет того, чтобы найти время и встретиться с ней в эти несколько дней?» — он говорил точно такие же слова Яннику два года назад (С разрешения родителей когда немцу исполнится 16 лет, он может вступить в брак. Предпосылка заключается в том, что обеим сторонам в браке должно быть не менее 16 лет. Молодые люди, достигшие 18 лет, могут вступать в брак без согласия своих родителей, поскольку они совершеннолетние и имеют свои права и дееспособность). Но в то время Янник ходил по разным девушкам и женщинам, и поэтому он был совершенно не заинтересован в разговоре о браке.

Но сейчас Янник сильно повзрослел, и ему пора жениться.

«Забудь об этом, дедушка», — не задумываясь отказался Янник.

«Почему? Я думаю, что эта маленькая девочка тебе подходит, и плюс её семья достаточно влиятельна для будущего императора Германии».

Янник презрительно скривил губы: «Эта семья – пешка в моем плане. Через десять лет эта семья должна будет исчезнуть. Все члены семьи, будь то мужчины или женщины, старики или дети, будут заперты в концентрационных лагерях, чтобы заниматься добычей руды. Их семейная собственность и средства должны быть национализированы. Как я могу жениться на ней?»

Вильгельм II был шокирован: «Что? Какой план?!»

Янник ответил, уверенно смотря в глаза своего дедушки: «План еще не завершен, но к тому времени я удалю всех этих мерзких червей, которые только мешают императорской семье править страной. В Германии может быть только один голос – голос императора. А если кто посмеет оспорить это, то он будет врагом всей Германии. А поскольку они не могут изменить свое мнение, они могут только умереть, или быть полезными стране в лагерях».

«…» — Вильгельм II помолчал незадолго до того, как спросил: «Даже если они юнкерские дворяне?»

Янник без колебаний кивнул: «Конечно, юнкеры – моя главная цель».

Вильгельм II медленно покачал головой: «Это вызовет беспорядки в стране. Разве ты не знаешь, насколько могущественны юнкеры?»

Руководителями движения за объединение Германии и основанием Второй Германской империи в 1871 году были аристократы Королевства Пруссия, а именно юнкеры, и Бисмарк был их представителем.

Поэтому после воссоединения Германии и до поражения Второй Германской Империи в 1918 г юнкеры продолжали контролировать политическую власть, особенно военную сферу.

Но после второй промышленной революции немецкий капитализм быстро развивался и вступил в стадию монополистического капитализма или империализма в конце 19-го и начале 20-го веков. С ростом силы буржуазии они также разделили часть политической власти. Именно юнкеры отвечают за реальную власть государства. Однако, эти юнкеры также имеют более общие интересы с буржуазией.

Кстати, Германия в конце 19-го и начале 20-го веков демонстрировала характеристики, которых не было у других стран империалистов: с одной стороны, юнкерские аристократические помещики контролировали государственную власть, а с другой стороны, буржуазия также делила власть. И они вступили в стадию монополистического капитализма и империализма. Поэтому в то время Ленин охарактеризовал Германию как «Юнкерский буржуазный империализм».

Как мог Янник не знать этого?

Он неодобрительно улыбнулся и сказал: «Конечно я знаю это, дедушка. Но, к счастью, они – группа, а не один человек».

Видя, что Вильгельм II похоже, не понял, что он имел в виду, Янник начал объяснять: «Если есть 10% прибыль, капиталист будет вкладывать в это. С 20% прибыли, капиталист может быть активным. С 50% прибыли капиталист будет рисковать. С 100% прибыли капиталист осмеливается попирать все законы мира. Имея более 300% прибыли, капиталист осмелится совершать любое преступления», — после этих слова, Янник взял со стола бумагу, нарисовал треугольник и заполнил его двумя горизонтальными линиями, чтобы сформировать пирамиду: «Если я сотру самую богатую и влиятельную группу людей на верхнем уровне и распределю богатство и блага на два нижних уровня, будут ли они по-прежнему возражать? Для них это более 50% благ. Некоторые люди даже будут получать более 100% льгот. По какой причине они должны отказываться?

Что касается юнкерских офицеров, связанных с вершиной этих пирамид, мы должны тайно развивать не-юнкерских офицеров, если когда-нибудь эти ребята уйдут в коллективную отставку…».

Янник внезапно услышал холодное фырканье Вильгельма II.

«Что случилось, дедушка?»

Лицо Вильгельма II было немного сердитым: «Ничего, просто я вспомнил, что эти ублюдки угрожали мне отставкой более десяти лет назад».

«…» — они настолько осмелели? Угрожать императору отставкой?

«На этот раз, это никогда не произойдет. Я могу гарантировать, что после реализации моего плана вся Германия еще больше объединится для борьбы с внешним врагом».

Вильгельм II с сомнением кивнул: «Что ж, тогда с этой девушкой все решено. Но тебе 18 и у тебя должна быть своя семья и дети».

«Зачем ты меня так торопишь, дедушка? Мне всего 18 лет», — подумал Янник и ответил: «Германия сейчас в трудной ситуации. Как германский наследный принц, как я могу осмелиться заводить семью и детей прямо сейчас? Дедушка, не беспокойся об этом. Я женюсь, когда Германия снова станет сильной. Я думаю, что смогу закончить это за самое большее пятнадцать лет. Это мое желание».

Услышав его слова, Вильгельм II был так тронут, что чуть не расплакался. Было бы здорово, если бы его тупой сын имел хоть половину амбиций его внука. Тогда он сможет досрочно отречься от престола и позаботиться о своей жизни в старости.

Пока Вильгельм II был бесконечно эмоциональным, Янник думал об Одри Хепберн, известной как «Ангел на земле».

Жалко, что этот прекрасный ангел не появится в мире до следующего года. Но, думая об этом, он не мог позволить себе ждать так долго. Когда ей будет всего 15 лет, ему было бы уже 34 года, что как раз был возрастом расцвета сил у мужчин. Но опять же, что, если он ждал ее больше десяти лет, и в конце концов он ей не понравится? Разве это не пустая трата времени? Но если все пойдет по его сценарию, то он уже будет императором, который к тому времени объединит всю Европу, и поэтому у неё нет причин не любить его, верно? (Прим.ред: Ну слушай...)

Забудь об этом, сначала нужно восстановить Германию, а потом уже разбираться с личными отношениями...

Хотя отказ был таким же, как и два года назад когда он предложил Яннику брак, но на этот раз сердце Вильгельма II напонилось огромным облегчением, и его тон был намного мягче: «Ты устал? Вернись в свою комнату и отдохни».

Отдых? Янник горько улыбнулся. У него сейчас слишком много проблем для спокойного отдыха. Боюсь, что в следующие десять лет у него не будет свободного времени: «Понятно, дедушка. Кроме того, мне нужно несколько человек из военно-морского флота, чтобы отправить их в Китай для выполнения задачи сопровождения. Я также хочу перевести некоторых людей из числа пилотов, отправленных в Советский Союз и в Китай для «обучения морским полетам».

«Обучение морским полетам? Ты говоришь о гидросамолетах?»

Янник покачал головой: «Нет, дедушка. Я говорю о настоящем авианосце вроде Японского «Feixiang». А не дрянной модифицированный корабль Британской империи».

Первый в мире авианосец гидросамолетов – был британский «HMS Ark Royal». В 1912 году Британский флот осуществил масштабную модификацию старого крейсера «HMS Ark Royal». Инженеры и техники демонтировали часть артиллерии и оборудования на корабле, заложили платформу на носу корабля для стоянки гидросамолета и установили на корабле большую стрелу для перевозки самолетов. Таким образом, «HMS Ark Royal» стал первым в мире авианосцем для гидросамолетов.

Однако это не прототип авианосца в современном понимании, потому что самолет, находящийся на корабле, не может взлетать и приземляться непосредственно на корабль. Всем самолетам там необходимо было взлетать и садиться на воду, а затем их поднимали с воды на военный корабль.

Первым в мире по-настоящему универсальным палубным авианосцем стал японский авианосец «Fengxiang», спроектированный в начале 1919 года и начавший строительство на японской верфи Асано в декабре того же года. Он был принят на вооружение в декабре 1922 года.

«Авианосец…», — по тускло мерцающим глазам Вильгельма II Янник мог сказать, что он совершенно не оптимистичен в отношении этого нового оборудования.

Похоже, он все еще упрям и не может принять что-то новое: «Дедушка, честно говоря, Британская империя на противоположной стороне – это вековой флот с огромным опытом ведения боя на воде. Даже если у нас будет вдвое больше линкоров, чем у них, мы не сможем их победить. Так что мы можем полагаться лишь на новое оружие и новые методы ведения войны. Только тогда у нас будет шанс победить их».

Флот страны – очень сложный и систематический проект, и сформировать боевую мощь за несколько десятилетий будет сложно. Британия имеет давние морские традиции. Их военно-морской флот формировался на протяжении сотен лет, а военные корабли строились ими сотни лет. Германии будет очень трудно догнать Великобританию за короткий период времени.

Лицо Вильгельма II было немного смущенным, как если бы он вспомнил свой печальный провал десять лет назад: «Так ты планируешь использовать авианосцы, чтобы нанести поражение британскому флоту?»

Вильгельм II, который в сентябре 1889 года пробыл на троне только больше года, был дружеский приглашен британцами возглавить немецкие корабли вместе с адмиралами, чтобы присутствовать на грандиозном королевском параде.

Огромные и великолепные линкоры королевского флота в океане Спитхед у острова Уайт на юге Англии затмили глаза Вильгельма II, и заставили его стыдиться собственного флота.

Торжественная церемония сильно подстегнула чувство собственного достоинства Вильгельма II, а гегемония королевского флота заставило его завидовать этому. В 1895 году молодой Вильгельм II публично заявил: «Германия – мировая держава и будущее Германии, конечно же, за морем». Когда он сказал эти слова, он проигнорировал тот факт, что британцы были в море уже сотни лет, и хотел посвятить себя созданию огромного военно-морского флота своей страны.

Жалко, что несмотря на неистовое уничтожение ресурсов и капитала Германией на флот, нувориши в конечном итоге не могут сравниться со старым богатством помещиков, потому что британская семья слишком сильна. Если бы через несколько лет не разразилась Первая мировая война, Германский флот по-прежнему шёл бы вровень с Великобританией, но после начала Первой мировой войны, Германия, находившаяся на пике судостроения, бросилась в битву, и к великому сожалению, проиграла британскому королевскому флоту, и с позором отступила.

Янник серьезно кивнул: «Да. И не думаю, что на это уйдет десять лет. Самолёты будут летать быстрее и выше, чем сейчас, с более тяжелым грузом. К тому времени, казалось бы, мощный линкор будет ни чем не лучше авианосца».

Хотя Вильгельм II все еще не мог отпустить беспокойство, он кивнул и махнул рукой.

Янник отсалютовал, и собирался развернуться и уйти, как внезапно Вильгельм II спросил его: «Что ты думаешь о проблеме евреев? Кто-то недавно меня спросил, можем ли мы отправить их всех в Советский Союз».

«Какой идиот у тебя это спросил?!» — хотя он не мог понять евреев (Они растут и живут в определённой стране, но все равно не считают себя их гражданами), но он не станет убивать их миллионами, как Гитлер:

«Дедушка, все страны в мире в основном антисемиты. Если мы хотя бы немного проявим к ним доброты, эти евреи соберутся в Германии. А если мы в будущем к примеру отдадим им место на Ближнем Востоке, какую цену они заплатят нам? Если я позволю им оставить все имущество в Германии и позволить им выйти из дома и переехать в их страну, они откажутся?»

В первоначальное время и пространство в Европе, и даже в Соединённых Штатах люди относились к евреям с презрением, а когда выскочил Гитлер, и начал делать всю грязную работу за всех, он также взял на себя всю вину.

На самом деле, это было просто манипулирование массами. Разве местные крупные капиталисты не сделали столько же, сколько и евреи?

И разве не удобно возложить всю вину на кого-то другого? Когда начался экономический кризис и социальные конфликты обострились, люди хотели выпустить пар на ком то, и евреи отлично подходили для этого.

После ухода Янника, Вильгельм II позвал Браухича.

«Ваше величество император!»

Вильгельм II серёзно спросил: «Полковник Браухич, что вы думаете о поездке Янника?»

Полковник Браухич поколебался, прежде чем заговорить: «Его королевское высочество Янник, кажется, готовится к следующей мировой войне».

Вильгельм II кивнул: «Как вы думаете, у него получится выиграть эту войну?»

Браухич ответил более осторожно: «Его королевское высочество Янник очень умён. И мне кажется, он уже осознал силу наших противников. Поэтому…».

Как раз когда Вильгельм II разговаривал с полковником Браухичем, Янник встретил нескольких человек, приведенных Энни.

«Ваше королевское высочество, это глава нефтяной компании, мистер Клар».

Клар поспешил сказать: «Приветствую вас, достопочтенный королевский принц».

«Мистер Клар, у меня мало времени, давайте поговорим об этом здесь. Вы немедленно отправите несколько групп разведки нефти в Китай, чтобы найти нефть. Пускай они отправляются в «Темную провинцию».

Клар нервно сказал: «Тёмная провинция? При всем моем уважении, ваше высочество Янник, насколько мне известно, несколько стран провели там обследование, но они не смогли найти там нефть, и...».

Янник с ясным раздражением на лице и в голосе прервал его: «Они не могут её найти, потому что они не знают где находится нефть. Вы отправите людей в западную часть Тёмной провинции, и вы должны завершить их подготовку в течение недели и отправить их в Китай. Туда также будет перевезено горное оборудование.

При нынешней скорости транспортного корабля на то, чтобы добраться до Китая, потребуется не менее месяца.

Затем они должны переместить и собрать оборудование и начать работу. Получение от них новостей займет три месяца. Потом надо строить горнодобывающие и маслозаводы. Нефть там дойдет до Германии не менее чем через два года. Но даже если его транспортировка начнётся в 1930 году, к 1940 году у нас оставалось бы очень значительное количество нефти».

Янник особенно подчеркнул: «Глубина бурения должна быть более 1200 метров».

«Да, как скажете, принц», — Клар в недоумении ушёл, чтобы собрать рабочую силу.

Вернувшись в свой кабинет, Янник увидел Вальтера Фрица с грустным лицом, подавленно сидящего на диване: «Мистер Вальтер, я как раз искал вас».

Вальтер поспешно встал и почтительно поклонился, затем заговорил с мрачным лицом: «Ваше королевское высочество, «G43» был отвергнут военными».

«А? Почему?» — Янник не мог не удивиться. Он не только улучшил устойчивость дула, но и изменил калибр пули. Само собой разумеется, что нынешний «G43» лучше, чем в его исходном времени и пространстве.

Может он ошибся? Неужели в его памяти есть проблема с чертежами? Но все, что он читает – это самые профессиональные военные книги, а не какие-то книги из дешёвого киоска.

«Вы проводили испытания в своём заводе?» — в каждом арсенале будут свои испытатели оружия для проверки различных характеристик огнестрельного оружия. Недавно разработанное огнестрельное оружие часто не обеспечивает наилучших характеристик. Испытателям необходимо несколько раз выстрелить из него, чтобы найти проблему в оружии, а затем результаты стрельбы и данные испытаний возвращаются исследователю, и исследователь вносит улучшения до тех пор, пока наконец оружие не будет соответствовать требованиям военных. Таким образом, эксплуатационные характеристики оружия неотделимы от повторных проверок испытателями, и только так оно может быть запущено в серийное производство или даже в эксплуатацию.

«Конечно, наши испытатели очень хвалят это ружье. У него большая мощность, высокая скорострельность и высокая точность», — Вальтер продолжил после комплимента: «Военные утверждают, что оружие плохое. И им не нужно такое оружие. Хотя когда мы спросили конкретную проблему в оружии, они прогнали нас».

«Черт возьми!» — выругался Янник низким голосом.

Должно быть какой-то ублюдок вставляет ему палки в колеса: «Понятно, я узнаю подробности».

Вальтер помолчав сказал: «Эээ, хотя я не знаю, связано ли это, но насколько я знаю, глава отдела военной логистики родственник Маузера».

«…» — Янник взглянул на него, затем подошёл к телефону и нажимая кнопку вызова, приказал: «Мисс Инна, идите в кабинет его величества императора и спросите его секретаря, получал ли он недавно результаты оценки новой винтовки «G43». Принесите эти документы если они у него есть. Также позовите Рейнхарда».

«Да!»

Янник успокоил Вальтера несколькими словами после своего приказа: «Мистер Вальтер, не беспокойтесь об этом. В свою поездку я брал «PPK», и его королевское высочество принц Китая был очень доволен этим оружием. Я также получил от него заказ на 10 000 «PPK». При этом он был заинтересован в «G43» и хотел купить это оружие, если оно будет соответствовать нормам».

Выражение лица Вальтера немного смягчилось, когда он услышал, что хоть кто-то сделал заказ оружия: «Его королевское высочество, будут ли «G43» и «P38» экспортированы в Китай?»

Китай, с населением в сотни миллионов человек всегда будет большим рынком, на который хотят войти бизнесмены всего мира. Активная армия Китая составляет почти два миллиона, даже если они будут оснащены одной десятой «G43», это огромная прибыль.

«…» — это то, что вызывает у Янника головную боль. Он колеблется некоторое время и наконец, покачал головой: «Пока нет. В конце концов, «PPK» – это всего лишь полицейский пистолет, но «G43» и «P38» уже нарушают Версальский договор. Я не хочу, чтобы меня так быстро раскрыли».

Вальтер с сожалением кивнул: «Понятно. Тогда я займусь делами компании».

Вскоре после ухода Вальтера, Инна принесла Яннику папку с бумагами.

Вынув так называемый «Протокол испытаний», Янник чуть не разорвал его на части, прежде чем даже взглянул на него. Этот ублюдок описал «G43» как бесполезный хлам.

Увидев внизу имя, подписанное начальником отдела логистики Рудольфом Эзером, Янник от ненависти сжал зубы. Этот умственно отсталый ублюдок напрашивается на свою скорую смерть!

В тот момент, когда Янник отчаянно размышлял, как незаметно для всех убить министра логистики Эзера, Моника ввела Рейнхарда внутрь: «Ваше высочество, заместитель начальника Рейнхард здесь».

Янник подавил гнев в своем сердце, посмотрел на время и спросил: «Рейнхард, вы еще не ели? Мисс Моника, позвольте поварам приготовить два обеда и принесите их сюда. Мы с Райнхардом будем есть здесь».

Рейнхард поблагодарил с льстивым выражением лица: «Спасибо, ваше величество!»

Янник не ответил. Он встал, подошел к стене и снял со стены прекрасно сделанную скрипку: «Я слышал, что ты умеешь играть на скрипке, причём очень хорошо».

Рейнхард гордо приподнял грудь: «Все так говорят».

Он родился в музыкальной семье в Лейпциге, на востоке Германии. Его отец был деканом местной музыкальной консерватории, а его дед был основателем знаменитой Дрезденской консерватории. Старый Гейдрих надеялся, что Рейнхард унаследует талант отца, и приложил много усилий, чтобы развить его музыкальные таланты. В результате Рейнхард не только очень хорошо играет на скрипке, но также преуспевает в игре на фортепиано и виолончели.

Первоначально он думал, что его высочество принц позволит ему сыграть на скрипке, но увидел, как его высочество положил скрипку себе на плечи.

«Не ожидал, что члены королевской семьи будут обязаны изучать фортепиано, шахматы, каллиграфию, верховую езду и стрельбу из лука с юных лет», — немного вздохнув, Янник медленно натянул смычок, и мелодичный красивый звук скрипки заполнил огромную гостиную.

…

Янник посмотрел на Рейнхарда после того, как сыграл песню: «Как тебе?»

После его слов, Рейнхард оправился от красивой песни на скрипке: «Пьеса, сыгранная вашим королевским высочеством, кажется, имеет какой-то русский стиль. Я не знаю, от какого мастера она пришла?»

Янник неодобрительно улыбнулся: «Какой мастер? Я сам сочинил эту музыку».

«А?»

Его удивление удовлетворило тщеславие Янника и он продолжил разговор: «В последний раз, когда я был в Советском Союзе, я выпил водки и внезапно воодушевился, поэтому написал импровизированную песню. Но давай не будем об этом говорить Рейнхард. У меня есть задание для тебя».

Рейнхард немедленно выпрямил плечи: «Я выполню любой ваш приказ, принц!»

Янник вручил ему протокол испытаний и сказал: «Я подозреваю, что этот отчет об испытании был сфальсифицирован. Ты идёшь к солдатам, участвующим в испытании, для расследования. Если там что-то не в порядке, немедленно арестуй начальника управления военной логистики для допроса. Для полного признания обязательно узнай у него кто его проинструктировал. Думаю, это был Маузер и несколько старых упрямых военнослужащих, которые не знают своего места».

Рейнхард – мудрый человек, который знает, что это значит.

Рейнхард сказал с серьезным лицом: «Ваше высочество, будьте уверены, я идеально выполню ваш приказ!»

После их совместного обеда, Янник вручил Рейнхарду записку: «Это метод допроса, о котором я подумал. Он не оставит никаких ран на теле жертвы. Ты можешь попробовать применить его».

Адмирал Гюнтер Лютьенс, самый выдающийся командир надводных кораблей ВМФ Германии во время Второй мировой войны.

24 мая 1941 года под командованием Лютьенса был потоплен линейный крейсер «HMS Hood», символ британского военно-морского флота. Этот инцидент сильно задел британский флот, и британский флот в отместку двинулся со всех сторон к «Бисмарку».

Всем известен окончательный результат: «Бисмарк» затонул под полной атакой британского флота. В финальном бою Лютьенс оставил людям последнее слова: «Наш корабль больше не может двигаться, но мы будем сражаться до последнего!»

Это было 27 мая 1941 года, и ему тогда было 52 года.

Итак, Янник конечно не упустил бы такого великолепного солдата из поля зрения. Он послал своего секретаря в адмиралтейство, чтобы найти Гюнтера Лютьенса, который сейчас является капитаном небольшого фрегата.

Лютьенс как раз в эти дни не выходил в море, и он не осмелился откладывать, когда услышал, что его зовет королевский принц, и немедленно прибыл во дворец: «Приветствую вас, ваше высочество!»

Янник сразу жу перешёл к делу: «Капитан Лютьенс, у меня есть задача для вас».

Хотя имперская власть была сильно ослаблена после поражения в последней войне и была сдержана и уравновешена парламентом, как мог Вильгельм II отказаться от власти?

Поэтому сейчас имперская семья имеет те же полномочия, что и до войны. Разве что в некоторых местах у них урезаны права.

«Я сделаю все, что вы скажете», — уважительно сказал Лютьенс.

Подумав немного, Янник спросил: «Позвольте мне сначала задать вам вопрос, капитан Лютьенс, как вы думаете, мы можем победить флот Британской империи?»

Лютьенс немного подумал, прежде чем ответить: «Ваше королевское высочество, простите меня за мою глупость, но я действительно не могу придумать хороший способ. Не будем говорить об ограничении Версальского договора, где нам не разрешено строить военные корабли. Но даже если у нас нет никаких ограничений по договору, Его величество император попробовал это десять лет назад, и потерпел поражение. На самом деле я более оптимистично настроен по поводу подводных лодок».

Янник был ошеломлен, когда услышал это. Разве это не то, что должен сказать Карл Дёниц? Ты надводный Капитан, более оптимистично относишься к подводным лодкам? Должен ли я поменять тебя с Дёницом, и позволить ему командовать группой авианосцев, а тебе – группой подводных лодок?

Кстати о Дёнице, что он сейчас делает? Если Янник правильно помнит, он сейчас должен быть капитаном торпедного катера, не так ли?

Придя в себя, Янник увидел, что Лютьенс смотрит на него с недоумением. Он виновато улыбнулся и продолжил: «Да, нам трудно получить преимущество в борьбе с Британцами, и у нас нет никаких шансов победить флот Британской империи. Подводная лодка, о которой вы говорили – это путь о котором я раньше думал, но я настроен более оптимистично к самолётам».

Самолет? Первой реакцией Лютьенса было использование самолета наземного базирования для атаки военного корабля, что было просто невозможно, но он немедленно отреагировал: «Вы говорите об авианосце?»

Янник кивнул: «Да».

Лютьенс задумался и покачал головой: «При всем уважении, даже если авианосец сможет вывести самолет на расстояние, достаточное для атаки вражеского корабля, потери будут значительными, если самолет будет использоваться для атаки линкора. Если вы хотите потопить линкор, даже если фрегат-эсминец не будет перехватывать самолёты, возможности противовоздушной обороны самого линкора могут нанести большой урон самолету, и мне кажется, что выигрыш не стоит потерь».

Большинство нынешних истребителей – это бипланы или трипланы, и им сложно лететь с максимальной скоростью более 300 километров в час. Если вы хотите использовать такой «медленный» самолет для атаки военного корабля, это будет стоить больших потерь.

«С нынешними самолётами, конечно, потери будут немалые, но я кое-что узнал от научно-исследовательского отдела. Судя по нынешней тенденции технического развития, менее чем за десять лет усовершенствованные двигатели могут позволить одномоторному бомбардировщику нести 500 килограммов бомб, при полете со скоростью более 400 километров в час. Истребители же могут даже превышать скорость в 600 километров в час», — сказал Янник.

Лютьенс удивленно расширил глаза: «Неужели такое возможно?»

Максимальная скорость полета истребителей, находящихся в настоящее время на вооружении в Великобритании, составляет 250 километров в час. Если скорость полета бомбардировщика превысит 400 километров в час, истребители не смогут догнать его даже если они устроят погоню за ним.

Увидев шокированное выражение лица Лютьенса, Янник не мог не улыбнуться.

Он действительно хотел сказать ему, что через тридцать лет на воздух выйдет первый сверхзвуковой истребитель, а пятьдесят лет спустя Советы создадут знаменитый «МиГ-25», который может летать на высоте в 30 000 метров. Если он проживёт достаточно долго, он сможет увидеть ещё и первый «стелс-истребитель».

«Конечно, с развитием науки и технологий характеристики истребителей будут более выдающимися. В то время какая страна будет строить линкоры, которые будут эквивалентны беззащитным целям?»

Итак, после Второй мировой войны линкоры были в основном уничтожены авианосцами. Ведь линкоры примерно того же размера, что и авианосцы, и требуют больше кораблей ПВО и сопровождения, они не дешевле авианосцев, но по боевым возможностям намного уступают авианосцам.

С тех пор стремительное развитие ракетного вооружения нанесло линкору смертельный удар. Представьте себе, что линкор стоимостью в миллиарды и тысячи хорошо подготовленных экипажей на нем может быть отправлен на дно несколькими ракетами стоимостью в миллионы долларов.

«Мы заказали у Китая много материалов, и эти материалы будут продолжать поставляться нам в ближайшие несколько лет. Я также поручил Китаю построить небольшой авианосец для сопровождения каждой транспортной группы. Вы должны использовать будущие несколько лет, чтобы познакомиться с работой авианосцев и обучить группу пилотов палубных самолетов».

Как правило, пилотам нужна ровная земля, чтобы взлететь, в то время как пилоты палубных самолётов должны находиться в сложных условиях океана. Выполнение нормального взлета и посадки требует больших усилий, а без серьезной подготовки невозможно быть компетентными.

«Как я только что сказал, я не оптимистичен в отношении линкоров. Даже если Версальский договор в будущем будет ослаблен, я не планирую строить больше линкоров. Даже если будет построено несколько, они либо будут сопровождать авианосец, либо будут использоваться, чтобы бомбардировать чужие города. Главной морской силой империи будут авианосцы».

Услышав слова Янника, Лютьенс почувствовал, что нагрузка на его плечи стала тяжелее, но он выпрямил спину и сказал с уверенностью: «Ваше королевское высочество, будьте уверены, я обещаю выполнить ваше задание!»

Янник кивнул и передал Лютьенсу несколько приказов о переводе: «Вот несколько приказов, подписанных императором. Вы найдете несколько единомышленников, которые позаботятся о тренировке пилотов авианосца. До завершения строительства небольшого авианосца в Китае вам следует потренироваться в взлете и посадке авианосца на суше».

Хотя согласно Версальскому договору, Германия не может иметь военно-воздушные силы, но никто не запрещает нанимать в армию часть летчиков Первой мировой войны, так что Лютьенс может составить группу летчиков.

«Постойте!» — снова приказал Янник, когда Лютьенс собирался уходить: «Кроме того, не говорите с другими о том, что я только что сказал».

«Понятно, ваше высочество!»

Затем Янник позвал Дёница и отправил его в Нидерланды, чтобы он обсудил сотрудничество в строительстве подводных лодок.

Когда он вернулся домой, и вышел из машины, Эзер увидел двух странных мужчин, стоящих перед ним.

Один из них холодно спросил его, тяжело смотря в его глаза: «Ты Рудольф Эзер?»

Хотя он использовал вопросительные слова, это было больше похоже на утвердительный тон.

Эзер без всяких благих намерений посмотрел на двух мускулистых мужчин и бдительно спросил: «Кто вы?»

Когда он говорил, его рука тихо коснулась его талии, но прежде, чем он успел коснуться пистолета, противник удержал его запястье, и его сила не позволила ему двигаться.

Эзер собирался открыть рот, чтобы крикнуть, но ему в рот засунули кусок ткани, заглушив его крик.

Сразу после этого, на него наделали какую-то чёрную ткань, и грубо потащили куда-то.

Рейнхард, сидевший неподалеку в машине и наблюдавший за всем этим, нахмурился: «Что, черт возьми, на них надето? Это что, их рабочая одежда?»

Раньше он был занят работой в офисе, но сегодня он впервые участвует в реальном задании. Но одежда агентов, выполняющих задание, действительно бросается в глаза.

Они унаследовали стиль одежды своих предшественников во время прошлой войны. Серая одежда, серая шляпа, трость в руке и забавная искусственная борода.

По ним было ясно видно, что они агенты на задании!

Помощник со стороны серьезно кивнул: «Да, заместитель начальника, есть какие-нибудь проблемы?»

Рейнхард потер лоб и сказал: «Ты ещё спрашиваешь? Конечно есть. Вы так оделись, чтобы пошутить надо мной или показать другим, что вы шпионы?»

Помощник тупо спросил: «А что нам носить?»

«Мы можем носить то, что носят обычные люди. Те, кто занимается шпионажем и всякой грязной работой, должен быть сдержанными и незаметным. Даже если вас бросят на улицу, вы сможете мгновенно скрыться в толпе», — сказал Рейнхард, и тяжело выдохнул.

В любом случае, арест прошел гладко и без каких-либо происшествий.

…

Комната для допросов разведывательного управления.

Несколько мускулистых мужчин, которые лениво сидели и играли в карты внезапно встали, увидев как связанного человека приводят в комнату: «Ха, прошло много времени с тех пор, как я занимался этим, сейчас вспомню, каково это, ломать человека и выбивать из него всю информацию, пока он от страха не обмо…».

Рейнхард прервал его: «Его королевское высочество приказал не оставлять на нем шрамов».

«Никаких шрамов?» — услышав это, сильный человек опешил. Он в разочаровании посмотрел на различные орудия пыток висящих на окружающих стенах, и покачал головой: «Заместитель начальника, вы поставили меня в тупик».

Рейнхард достал бумагу, которую вручил ему Янник, взглянул на нее и приказал: «Вы двое, идите и принесите несколько ведер воды. А вы привяжите его к этой доске. Положите что-нибудь на конец доски, чтобы его ноги могли подниматься и опускаться».

Вскоре Эзера привязали к деревянной доске и убрали с его рта кляп: «Кто вы такие?! Чего вы хотите?! Вы знаете, кто я?!»

«Какое мне дело до того, кто ты, придурок?» — сильный мужчина насмешливо ухмыльнулся и накинул полотенце на Эзера, как и приказал Рейнхард.

Над лицом Эзера он поднял ведро и стал поливать его лицо водой.

Через пять секунд Рейнхард поднял руку: «Стой».

Эзер сильно откашлялся, и хотел было что-то сказать, как услышал холодный голос.

«Продолжай».

Это повторялось несколько раз, и когда в третий раз мужчина собирался снова начать лить воду ему на лицо, из нижней части тела Эзера начал исходить резкий неприятный запах.

Мускулистый мужчина не мог не закричать с раздражением: «У этого ублюдка недержание мочи!»

Рейнхард вынул носовой платок, чтобы с отвращением прикрыть рот и нос. Затем он подошел и поднял мокрое полотенце с лица Эзера: «Мистер Эзер, вы готовы к разговору или нам продолжить?»

Эзер никогда в жизни не испытывала такого болезненного ощущения, из его глаза текли слезы и его нос был весь наполнен соплями: «К какому разговору?!»

«Разговор об G43. Кто велел вам подавать ложные отчеты, чтобы обмануть императора? Маузер проинструктировал вас сделать это?»

«G43?!» — Эзер чувствовал, что он действительно был неудачником, которого поймали на краже.

Он сказал с бледным лицом: «Нет, это была полностью моя собственная идея, это не имеет к ним никакого отношения!»

Рейнхард с притворным сожалением покочал головой и спокойно сказал: «Продолжай».

«Нет!» — крик Эзера вырвался на пол-слога, и холодная вода безжалостно влилась ему в рот, заставляя еще раз испытать страх смерти.

Повторив это еще два раза, Рейнхард снова поднял полотенце, но на этот Рудольф крикнул в отчаянии: «Да! Да, чёрт его возьми! Это они мне приказали! Хватит, не надо продолжать!»

Рейнхард презрительно усмехнулся: «Если ты не хочешь, чтобы мы продолжали, ты напишешь признательные показания».

Увидев, как выводят Эзера, сильный мужчина сбоку в недоумении покачал головой: «Это было слишком легко».

Рейнхард сказал с почтением: «Это метод допроса, который мне дал лично его высочество принц Янник»

Эта пытка использует воду как основу. Из-за наклона ступней в верх и головы в низ, вода вылитая на лицо, всегда будет затикать в ноздри. Даже если вы задержите дыхание, вы все равно будете чувствовать, как из ваших лёгких начинает всасывается воздух.

После 4-5 секунд, кислород в лёгких полностью закончится. И под действием инстинкта, человеческое тело будет бессознательно делать попытки сделать вдох, но вместо воздуха внутрь будет заходить лишь вода. Таким образом организм будет требовать воздух, но в ноздри будет заходить вода и таким образом душить жертву. Эта пытка, будет бросать свою жертву в крайний страх и отчаяние.

Рейнхард взглянул на сильного человека, улыбнулся и повернулся, чтобы покинуть комнату для допросов.

Вскоре Рейнхарду было передано признание, подписанное Эзером. Он не осмелился медлить, и поспешил в офис Янника, тщательно проверив содержимое бумаги.

Янник небрежно спросил, глядя на признание: «Легко ли было использовать водную пытку?»

Рейнхард кивнул в ответ: «Это очень легко использовать, я не думаю, что кто-то сможет вынести такое наказание».

Янник встал и приготовился выйти: «Что‐же, ты достаточно поработал. Отдохни немного, но знай, что тебе еще многое предстоит сделать».

«Да!»

Янник постучал и вошел в кабинет Вильгельма II.

Глядя на вошедшего внука, Вильгельм II был немного удивлен: «Янник, почему ты пришёл ко мне так поздно? Разве ты не должен спать в это время?»

Янник передал признание Эзера: «Дедушка, это признание».

Вильгельм II с сомнением на лице взял бумагу: «Признание? Что за признание?»

«Признание министра материально-технического обеспечения Вермахта Рудольфа Эзера, связанное с "G43"».

Вильгельм II слегка приподнял брови: «Эзер? Ты его арестовал? И «G43»? Это то оружие, которое ты сконструировал?»

Янник покачал головой в отрицании: «Дедушка, что ты говоришь? Я не арестовал его. Я просто попросил одного человека из разведки немного поговорить с ним, и в конце-концов, он начал стыдиться своего поступка и написал это. Затем я отправил его домой. Но если он достаточно умен, он должен покончить свою жизнь самоубийством в это время».

Просматривая признание, лицо Вильгельма II становилось все более и более злым: «Этот ублюдок! Даже если дизайн «G43» настолько хорош, он осмелился вмешиваться в протокол испытаний, опасаясь повлиять на бизнес Маузера?!»

Эзер очевидно не тупой, и он видел, что G43 превосходен во всех характеристиках, но все равно описал это оружие как бесполезное!

Янник воспользовался возможностью, чтобы добавить: «Дедушка, я давно искал кого-то, кто предан нашей семье, чтобы сделать его министром логистики».

Как уже говорилось ранее, Вильгельму II потребовалось десять лет, чтобы восстановить контроль над армией после последнего поражения в мировой войне, этот маленький вопрос был лишь делом нескольких его слов: «Тогда как ты собираешься поступить с Маузером?»

«Дедушка, можешь послать кого-нибудь, чтобы показать Маузеру это признание. Если Маузер будет притворяться дураком, я буду покупать другие винтовки из Китая. Хотя это оружие копия нашего Gew.98 она дешевле, чем Gew.98. Так-что таким образом мы закроем все двери Вермахта для Маузера».

«А если они передумают и попросят перемирия? Что ты потребуешь взамен? 12% акций компании даром?»

Янник ответил: «Дедушка, я никогда не говорил, что 12% акций будут взяты даром. В прошлый раз я им сказал, что обменяю их акции на мои чертежи, но они отказались и я передал их Вальтеру».

Вильгельм II не мог не задаться вопросом: «Разве ты не знаешь, какое давление на логистику окажет слишком много разных видов оружия в армии?»

Янник был немного подавлен: «Я знаю, но эти G43 великолепные оружия для войны. В будущем когда национальные силы обороны увеличатся до нескольких миллионов, было бы неплохо оборудовать каждый отряд тремя или около того G43, и отдать их ветеранам с хорошей стрельбой».

Во время Второй мировой войны, только богатая и сильная Америка была оснащена полу‐автоматическими винтовками в больших масштабах.

«Остальные солдаты будут с винтовкой Маузера?»

«Нет, это старье нужно уже выбрасывать в мусор, я могу создать чертёж штурмовой винтовки».

Вильгельм II слегка кивнул и спросил: «Что это за оружие, штурмовая винтовка?»

Помолчав немного, Янник объяснил просто и ясно: «Попросту говоря, это огнестрельное оружие не является винтовкой, и его нельзя назвать пистолетом-пулеметом. Это огнестрельное оружие, сочетающее в себе винтовку и пистолет-пулемет».

«А как насчет дальности стрельбы у этого оружия?»

«Ну… Штурмовая винтовка в основном используется для ведения боя на дистанции от трех до четырехсот метров. Она подавляет индивидуальную огневую мощь противника, а максимальная эффективная дальность не превышает 500 метров».

Вильгельм II нахмурился: «То есть, дальность стрельбы намного уступает винтовке Маузера?»

Янник знал, что штурмовая винтовка в его пространстве и времени не была принята Гитлером, когда она впервые появилась, потому что он считал ее бесполезной и приказал запретить производство. В результате несогласные люди начали тайно производить это оружие. А когда немецкая армия была осаждена на восточном фронте. Некоторые предлагали сбросить партию этих орудий с воздуха для солдат на испытание. В любом случае, ничего от этого они не потеряют. В результате немецкая армия с этой штукой внезапно вышла из советского окружения. И Гитлер был очень рад узнать об этом и дал название этому оружию: штурмовая винтовка.

Глядя на реакцию Вильгельма II было уже понятно, что он являлся давним упорным сторонником стрельбы на дальние дистанции: «Дедушка, если мы хотим выиграть следующую мировую войну, мы можем использовать только новое оружие и новые методы ведения войны. В противном случае мы будем повторять те же ошибки, что и в Первой мировой войне. И дедушка, грубо говоря, может быть, тебя тогда и не будет в живых. И разве ты хочешь видеть, как я прячусь в темном подвале и стреляю себе в голову из пистолета после поражения?»

Бог зачем-то дал ему возможность занять тело принца Германии, и он не желает умирать как Гитлер.

«Хорошо я… Продолжай говорить об этом виде огнестрельного оружия», — помолчав, сказал Вильгельм II.

«Где я остановился? Да... так вот, эта штурмовая винтовка – винтовка, которая может вести непрерывный огонь».

«Это не увеличенный пистолет-пулемет?» — спросил Вильгельм II.

«Нет, потому что ствол у этой штурмовой винтовки относительно короткий. Более того, если вы используете винтовочные пули, вы не сможете эффективно контролировать отскок и отдачу пистолета во время полностью автоматической стрельбы. Поэтому я спроектировал винтовку с более коротким патроном, чтобы контролировать точность стрельбы, во время мощной непрерывной стрельбы».

«Теперь пора поговорить о Маузере. Моя просьба проста. Используемые сейчас боеприпасы Маузера 7,92 имеют устаревшие конструкторские идеи, высокую баллистику, низкую точность, избыточную мощность и тяжелые боеприпасы. Я хочу заменить его на более практичную заостренную пулю 7,62×51 мм».

«Изменить калибр?» — Вильгельм II снова нахмурился: «Если калибр оружия будет изменен, производственная линия должна быть полностью заменена, а процесс должен быть полностью улучшен. Производственные материалы, технологическое оборудование, контрольно-измерительное оборудование и т. д. Будут стоить больших денег».

С точки зрения ветерана и лица, принимающего решения в вооруженных силах страны, Гитлер считал, что штурмовая винтовка «STG44» имеет передовую концепцию конструкции, но она должна использовать новые боеприпасы и не может использовать большое количество хранящихся боеприпасов для винтовки Маузера.

Штурмовая винтовка «STG44» может вести непрерывный огонь, и можно предсказать, что расход боеприпасов в реальном бою у оружия не меньше, чем у пистолета-пулемета, и расход боеприпасов также вызывает серьезную тревогу.

Во время войны для страны не просто подготовить полный набор новых систем боеприпасов и удовлетворить реальные боевые потребности. В некотором смысле, если с ней не обращаться должным образом, она может даже разрушить военно-промышленную систему страны и привести к катастрофическим последствиям.

Когда впервые вышел автомат «STG44», Германия уже была в беде. Большое количество техники и личного состава было потеряно в перетягивании каната на Восточном фронте, и было очень трудно восполнить потери на линии фронта.

Если они будут настаивать на оснащении штурмовой винтовкой «STG44», это значительно увеличит нагрузку на систему логистики. С этой точки зрения, для Гитлера есть основания отрицать производство штурмовой винтовки «STG44».

Видя колебания Вильгельма II, Янник продолжал его уговаривать: «Дедушка, сейчас лучшее время для замены. Подумай об этом. К счастью, в силах национальной обороны всего 100 000 человек. Сменить их экипировку несложно. Если национальные силы обороны вырастут до нескольких миллионов в будущем и затем мы попробуем заменить их, это будет катастрофа. Сколько людских, материальных и финансовых ресурсов потребуется, чтобы завершить эту катастрофу?»

После долгих размышлений Вильгельм II задал другой вопрос: «А как насчет оставшегося оружия Маузера?»

Янник уже придумал контрмеру: «Если после переоборудования останутся запасы этих винтовок, то все они будут проданы Китаю. В конце концов, у них так много войск, и я уверен, что мы сможем продать все винтовки до единой».

Вильгельм II продолжал спрашивать, но на подробные вопросы Янник отвечал бегло, и без каких-либо упущений.

Затем Вильгельм II наконец кивнул и сказал: «Тогда я поговорю с Маузером».

На следующее утро, когда Янник прибыл в свой офис, Энни привела к нему старика, который шатаясь еле вошел в его кабинет: «Ваше королевское высочество, мистер Маузер здесь».

Старик лет так семидесяти трепетно отсалютовал Яннику: «Здравствуйте, королевский принц».

Янник подавил презрительную усмешку при виде этого старика, притворно улыбнулся и сказал: «О, разве это не мистер Маузер? Зачем вам приходить сюда лично? Думаю людям вашего возраста стоит лежать на кровати и проживать свою недолгую жизнь в спокойном месте».

В последний раз презрительное отношение Маузера сильно задело его. И хотя он не собирается прогонять этого старого пердуна из своего кабинета, он не будет иметь к нему вежливое отношение.

Старик криво улыбнулся и сразу перешел к теме: «Его королевское высочество Янник, мне нечего сказать об Эзере. Я готов отдать вам 15% акций».

Янник покачал головой: «Нет-нет, мистер Маузер. Я не принимаю взяток. Моим последним предложением было обменять трехточечные рисунки на 12% ваших акций. Но теперь у меня есть дополнительное условие. Энни выньте три рисунка и дайте их этому умирающему старику».

Старик Маузер расширил глаза на его последние слова, но придя в себя молча надел очки для чтения, открыл первый рисунок и был ошеломлен с первого взгляда: «Kar98k, этот метод блокировки…».

Янник кивнул в ответ: «Да, это замок заднего конца».

Замок – это способ соединения затвора и ствола во время выстрела. Цель замка – выдерживать давление на нижнюю часть пули при выстреле и предотвращать попадание затвора от раннего отката. Способ запирания делится на инерционное запирание и жесткое запирание: инерционное запирание заключается в том, что между затвором и стволом в момент выстрела нет механической связи, но затвор запирается за счет инерции массы затвора. Есть тип свободного болта, тип полусвободного болта, тип замедления ролика и другие типы. Жесткое запирание – это форма, при которой затвор напрямую соединяется со стволом через определенный механизм, а затем затвор освобождается и устанавливается сзади через механизм отпирания. Есть поворотный затвор, качающийся ствол, открытое железо, диагональный клин и т. д.

Таким образом, методы заключения процветают, и конечно же, многие из них недолговечны. В настоящее время наибольшее распространение получил поворотный способ запирания, представителем которого является передний замок немецкого Маузера и задний замок Великобритании.

Фронтальный замок Маузера характерен для пистолета Маузер. Он был изобретен братьями Маузер в конце 19 века. Благодаря своей простой конструкции и надежному запиранию он использовался более ста лет и мало что изменилось, даже для более поздних поколений. Разница в конструкции от братьев Маузер сто лет назад, можно сказать, очень мала. Он имеет два выступа перед затвором, которые будут вставлены в паз на стенке ствольной коробки в задней части патронника после поворота; так как положение запирания находится сразу за патронником, погрешность самого затвора не будет влять на качество стрельбы.

Внутренняя блокировка – это британский Ли. Способ запирания винтовки Энфилда. Пружина расположена на задней части затвора. Чтобы зафиксировать затвор, необходимо вырыть паз в середине ствольной коробки. Стенка ствольной коробки должна быть относительно толстой, но поскольку рукоятка расположена очень близко к ушку, Этот метод открытие и закрытие детектора намного более плавное, чем у Маузера с выступами впереди. Из-за этой особенности замка Ли, Британская армия в начале Первой мировой войны утверждала, что десятизарядный магазин Энфилда может стрелять до 15 патронов в минуту. Когда британские солдаты стреляли залпами, немецкие солдаты чувствовали себя подавленными огневой мощью. Неистовая непрямая огневая мощь, падающая на них с далека, сделала этот момент незабываемым на всю жизнь. Мировой рекорд Энфилда – 38 выстрелов в минуту, и весь процесс включает в себя две перезарядки. Что еще более преувеличено, так это то, что такая высокая скорострельность достигается при условии обеспечения точности.

Янник применил этот десятизарядный магазин и метод запирания задней части в грядущей ревизии «Kar98k». Он также использует целик с отверстием для цели, в который легче прицелиться и поразить цель, чем в «Mauser 98k», в котором используется V-образный целик. А чтобы упростить производство, основные части упрощены.

Лицо старика было немного некрасивым, и очевидно, у них не было ничего такого, чтобы заставить их отказаться от такого гордого изобретения фронтальной блокировки. Он посмотрел на Янника, пытаясь спасти свой передний замок: «Его королевское высочество, патент на задний замок…».

Янник уже в открытую презрительно скривил губы: «Хотите спросить, не имитирует ли мой замок, замок пистолета Маузера? Даже если вы подадите заявку на патент, сколько лет прошло… Срок действия патента уже истек, старик!».

Затем он с раздражением продолжил: «Мистер Маузер, вы должны знать, что я здесь не для того, чтобы обсуждать с вами патенты! Вы должны согласиться, или, если вы не можете принять это, то не тратьте моё время!».

Через некоторое время старик глубоко вздохнул и открыл следующий чертёж.

Это был пулеметы «MG3» и «NSV».

Янник выбрал пулемет «MG3» с надежным ходом и большой огневой мощью, с широко используемыми в конструкции штамповочными деталями, точечной сваркой и точечной клепкой. Процесс производства прост и невысок.

Первая улучшенная версия «MG42», которая стреляла стандартным патроном 7,62 × 51 мм, была первоначально произведена «Rheinmetall» в соответствии с обмеренными чертежами «MG42» во время Второй мировой войны. Она была названа «MG1» только после изменения калибра. Затем, после внесения нескольких небольших улучшений в «MG1», он стал «MG3». Таким образом, более поздний пулемет «MG3» и «MG42», произведенный Германией во время Второй мировой войны, не только имеют высокую универсальность деталей, но и имеют очень похожий внешний вид. И их легко спутать, если не глядеть на надпись на пистолете или фиксатор устройство на морде.

И что его больше всего радует, так это то, что в отличие от «MG42», «MG3» может регулировать темп стрельбы.

С орудием 550g и буфером N-типа скорострельность может достигать 1200 выстрелов в минуту. При этом скорострельность может быть снижена до 700-900 выстрелов в минуту при замене орудия 950g и оснащении буфером R-типа.

Даже если вы не меняете тяжелый болт, вы можете напрямую переключить инерционный стержень пружины в корпусе «MG3» в другое направление. Пружина инерционного стержня будет толкать клин вперед, тем самым увеличивая сопротивление разблокировки, продлевая время разблокировки и уменьшение ускорения затвора, которое также можно уменьшить.

«NSV», который, по словам Маузера, был крупнокалиберным пулеметом, разработанным Советским Союзом. Благодаря отличным характеристикам и нововведениям во многих конструкциях, он когда-то широко использовался странами-участницами Варшавского договора в качестве универсального крупнокалиберного пулемета для пехоты. Он конкурирует с широко используемым крупнокалиберным крупнокалиберным пулеметом «Browning M2» на Западе. Несколько десятилетий спустя некоторые страны-члены НАТО также рекомендовали и пытались заменить старый «M2» на «NSV».

Если бы американские военные в то время не улучшили «M1921» и официально не назвали его «M2», Янник определенно взял бы его для себя.

Даже если он захочет поговорить с Соединенными Штатами о проблемах авторизации, Соединенные Штаты могут не согласиться на это. Вдобавок вес «NSV» намного меньше, чем у «M2», а скорость стрельбы намного выше. Янник просто использовал его для его развития.

«…», — Маузер выглядел шокированным после прочтения всей информации. В молодости он был еще и дизайнером. Конечно, он видел ценность этих дизайнерских чертежей. На первый взгляд, они были написаны мастером. Сложно представить, что все это исходило от принца перед ним.

Янник попросил Геббельса собрать группу художников-карикатуристов и основать студию комиксов, готовясь основать знаменитую «DC Comics Company» и «Marvel Comics Company» в его первоначальной пространственно-временной Америке.

По его мнению, культурное проникновение иногда страшнее вооруженного вторжения. Последующие поколения даже включили культурное проникновение в психологическую войну, которая превратилась в своего рода «культурную войну» и «культурную агрессию».

В конце-концов, на войне, когда враг будет захватывать вашу страну вы будете сопротивляться ему (включая психологическое и физическое сопротивление). А культурное проникновение осуществляется тайно. Самое сильное из этого – незаметно изменить убеждения, ценности и т. д. в сердцах людей. Например, до перехода Янника, большое количество западных фильмов и телевизионных культурных произведений было наводнено вокруг китайцев, а западные мысли и культура также проникли в Китай. Например, индивидуальный героизм Запада и т. д. Эти идеи не обязательно плохие. Лучше сказать, что некоторые из них полезны для современного общества, но важно то, что эти идеи и культура разрушают традиционную культуру чужой страны.

Поскольку примеров тому бесчисленное множество, Янник, безусловно, не откажется от такого «культурного импорта». Отныне Капитан Америка никогда не появлялся на свет, а вместо него появился «Капитан Германия!». Супермен также будет инопланетянином, приземлившимся в Германии. Все американские элементы в комиксах будут заменены немецкими.

В тот день, когда он копировал мировые настройки, временную шкалу и профили персонажей «Марвел», внезапно зазвонил телефон на столе.

Янник не мог не пожаловаться на резкий звонок телефона, прежде чем поднял трубку.

Из трубки послышался голос Вильгельма II. «Янник, ты знаешь о компании «Haenel»?».

Компания «Haenel»? Разве это не та компания Гуго Шмайссера, которая разработала первую штурмовую винтовку «Sturmgewehr 44»? Он как раз хотел найти главу этой компании.

«Конечно, в чем дело, дедушка?».

«Этот Шмайссер здесь со мной и хочет поговорить с тобой, ты свободен?».

Хех, Шмайссер настолько способен, что даже связался с ним через Вильгельма II.

«Конечно, пускай приходит».

Десять минут спустя Энни привела мужчину средних лет в возрасте 50 лет, о котором с первого взгляда можно было сказать о том, что он проницательный бизнесмен: «Ваше королевское высочество, мистер Шмайссер здесь».

Янник сказал с улыбкой после приветствия Шмайссера: «Мистер Шмайссер, Я искал вас, но не ожидал, что вы сами меня найдете. Я думаю, вы здесь за оружием? Давай поговорим, какую цену вы собираетесь заплатить?».

Хуго Шмайссер тайно вздохнул с облегчением. Его королевское высочество был действительно искренен. К счастью, он был подготовлен , до того как прийти , он вынул из картотеки папку с документами и акциями : «Это соглашение о передаче 16% акций моей компании, вам, Ваше высочество».

16%? Янник приподнял бровь. Кажется, что положение компании «Haenel» не очень оптимистично, раз он хочет дать настолько большую долю.

Янник попросил секретаря отложить договор и вытащить из ящика четыре чертежа: «Поскольку мистер Шмайссер так щедр, я дам вам четыре дизайнерских чертежа. Возьмите их».

«Спасибо, ваше высочество», — как если бы Шмайссер получил сокровище, он с уважением принял их и не мог дождаться, чтобы передать их в отдел технического персонала. И когда он открыл их, то конечно же, как и сказал Вальтер, стиль присвоения имени этим винтовкам у принца действительно сбивает с толку.

«МP40», «МP41», «StG44», «StG45».

Он совершенно не мог догадаться, на чем основаны эти имена.

«MP40» и «StG44» (MP44) знакомы всем. Так называемый «MP41» это не пистолет-пулемет, произведенный в оригинальной пространственно-временной Германии, а знаменитый британский пистолет-пулемет «Sten Mk.II» («Sten» — это, по сути, упрощенная копия «MP40». Форма пистолета, Ствольная коробка, и конструкция аналогична «MP40». Существует шесть моделей пистолетов-пулеметов «Sten»: Sten MkI и Sten Mk.II, Mk.II (S), Mk.III, Mk. IV и Mk.V. Среди них «Mk.II» является наиболее часто используемым и самым прочным типом).

А «StG45» это более поздняя упрощенная версия «StG44» (MP44). Стоимость его изготовления всего 45 марок. Время производства и необходимое сырье были относительно небольшими, что подходило для нацистской Германии, которой в то время сильно не хватало ресурсов.

Когда он перешёл к последнему «MP41», Шмайссер не мог не ошеломиться: «Ваше королевское высочество Янник, это оружие?».

Янник уже догадался почему собеседник так реагирует и улыбнулся: «Уродливо, правда?».

Пистолет-пулемет «MP41» состоит из 47 частей. Конструкция очень проста. Большинство компонентов штампованы. Только затвор и ствол требуют станков. Приклад сварен из стального прутка и стальной пластины. Корпус пистолета представляет собой стальную трубу. Пружина внутри видна под болтом.

Шмайссер неловко улыбнулся. Действительно, внешний вид этого пистолета не только некрасивый, но и нестандартный.

«Вы знаете, сколько может стоить его стоимость?» — хотя «MP41» подвергался критике за ужасную внешность, у него много преимуществ: во-первых, это мощность оружия, во-вторых, низкая стоимость, в-третьих, он удобен для быстрого массового производства. Его простая конструкция и низкая стоимость также были оценены противником.

Шмайссер быстро оценил это в уме: «Если он будет производиться серийно, то мы можем контролировать их стоимость в пределах десяти долларов», — после этих слов, он даже сам немного удивился. Такое оружие слишком дёшево.

«Да, я разработал «MP41» и «StG45» для массового производства с наименьшими затратами, чтобы мы могли оказывать помощь нашим союзникам в будущем. Эта помощь, вероятно, будет предоставляться бесплатно и может быть оплачена только государством. Поэтому я хочу максимально сэкономить средства. Но я могу гарантировать, что эти два ружья должны произвести не менее 2 миллионов ружей, что достаточно для того, чтобы заработать состояние».

После того, как Шмайссер с радостью ушел, Энни сообщила, что «Хеншель», «Манн», «Rheinmetall» и представители Кришны из компании «Krupp», «Daimler-Benz», «Fokker Wolf», Баварского машиностроительного завода (BMW) и Баварского авиационного завода (Messerschmitt) здесь.

«Отведи их в конференц-зал №1», — Янник потер распухшие виски и вздохнул. Ему нужно ещё многое решить.

Если он станет императором в будущем, все будет ещё хуже, верно? Быть императором действительно непросто. Может быть, его «папа» все это понял достаточно рано, чтобы покинуть императорский трон и не садиться на него?

Конференц-зал №1 – это небольшой конференц-зал, рассчитанный всего на дюжину мест.

Янник поднял пачку бумаг и встряхнул их, когда они закончили приветствовать его: «Это проект танка, который вы мне дали?»

Перед визитом в Советский Союз он попросил своего секретаря найти человека, отвечающего за эти компании, и попросил их спроектировать три танка. Теперь он держит эскиз конструкций этих танков в руке.

Фердинанд Порше недоуменно спросил: «Ваше высочество, есть какие-то проблемы с ними?»

Янник теперь его босс, и он не осмелился бы испортить эти рисунки. Ему потребовалось немало усилий, чтобы разобрать и нарисовать их.

Янник похлопал по бумаге в руке, чувствуя, как внутри него поднимается раздражение: «Что это? 4,5 тонны, 5 тонн, 6 тонн, 6,5 тонны… Почему они настолько лёгкие?!»

Данные одного из шеститонных танков уловили его внимание.

Кузов машины имеет длину более четырех метров. С каждой стороны по 4 уравновешенных и подвешенных опорных катка большого диаметра, 4 опорных шкива и индукторы сзади. Башня оснащена 2 пулеметами и оснащена дизельным двигателем с воздушным охлаждением. производства «Krupp».

Эй, а разве это не танк «№1»?

Просто полагаясь на данные на чертежах, Янник знает, что это танк «№1»!

Ответственный за «Mercedes-Benz» объяснил: «Ваше королевское высочество, это тоннаж стандарт современных легких танков, таких как французский легкий танк «Рено FT-17» и британский…», — его голос становился все тише и тише, и после нескольких неопределенных слова, он перестал говорить и в неловкости замолчал.

«…» — Янник может только беспомощно закатить глаза. В конце концов, танк впервые появился на поле боя только более десяти лет назад. Все страны не знают, как будут выглядеть танки будущего. Даже Британская империя как страна, где родились танки, разработала безвкусные и бесполезные танки.

Соединенные Штаты по ту сторону Атлантики также разработали так называемые пехотные танки поддержки и истребители танков.

Их теория бронированных солдат состоит в том, что танки используются для поддержки пехоты, а истребители танков используются для уничтожения танков.

Поэтому стандартный процесс боевых действий американских бронетанковых войск выглядит так: танк «М4» сопровождает пехоту, чтобы смело продвигаться вперед. А если же она встречает танковую часть противника, командир танка «М4» вызывает находящийся рядом истребитель танков «М10», ответственный за уничтожение вражеских танков. Но ситуация, с которой столкнулись американцы в реальных боевых действиях, заключалась в том, что танк «М4» был подбит немецкими танками. А когда на помощь прибыл истребитель танков «М10», немцы уже ушли.

Так что неудивительно, что Германия пошла в обход всех стандартов. «PzKpfw VI Тiger I» и «PzKpfw VI Tiger II» времен Второй мировой войны сосредоточились на защите, но после Второй мировой войны тяжелый танк оказался бесполезным, и результат дошел до крайности. Танк «Leopard I» имел выдающиеся характеристики в огневой мощи, обладал отличной маневренностью, но крайне слабой защитой!

Так уж получилось, что британская компания «Armstrong Vickers» разработала специально предназначенный для экспорта легкий танк «Vickers Mk.E». Хотя этот танк не получил широкого распространения в британской армии, его новаторский и превосходный дизайн ценится в стране.

Этот танк обладает определенной огневой мощью и подвижностью, надежен и прост в обслуживании. В кузове применена современная зрелая технология сварки. Для сохранения определенной маневренности броня немного ослаблена; источником энергии является вертикальный четырехцилиндровый бензиновый двигатель производства «British Armstrong». Мощность, обеспечиваемая этим двигателем, позволяет танку двигаться вперед со скоростью 35 км/ч.

Конструкция танков нескольких других компаний явно «позаимствовали» чертежи этого танка, в котором используется двухгусеничная конструкция с четырьмя парами слева и справа. Каждая пара опорных рельсов соединяет два опорных колеса, а две пары опорных катков с левой и правой сторон оснащены пружинными конструкциями. Эта система подвески считается очень хорошей системой, которая может выдерживать поездки на большие расстояния и имел очень хороший в эту эпоху дизайн (Советский Союз разработал танк «Т-26» на базе этого танка). Всего в мире выпущено более 10 000 единиц, что повлияло на конструкцию танков во всем мире!

Но Яннику такие вещи точно не нравятся: «Стандарт? Что такое стандарт? Вскоре немецкие танки станут новым стандартом. Наши стандарты будут стандартами Европы и всего мира. В конце концов, этим дуракам придется копировать наши разработки. Сейчас я поменяю стандарты немецких танков. С этого момента 15-30 тонн – это легкие танки, 30-50 тонн – средние танки, и более 50 тонн – тяжелые танки. Что касается танков менее 15 тонн, то все это сверхлегкие танки».

Услышав это, несколько ответственных лиц не могут не смотреть друг на друга в удивлений.

Руководители компаний «Mann» и «Rheinmetall» смущенно заговорили: «Ваше величество, хотя у вас есть хорошие идеи, у нас нет накопленных технологий. Мы не можем производить более 20 тонн танков за один раз».

Его замечания не являются оправданием. Теперь в Германии нет ни одного танка. Предварительное исследование проекта проводится с нуля. В этом случае лучше всего сначала построить первичную модель, а затем постепенно ее развивать.

План 15-30 тонн, предложенный его высочеством, слишком продвинут для страны.

Янник махнул рукой, чтобы прервать его: «Будьте уверены, я не хочу, чтобы вы сразу делали готовую продукцию. Время исследований и разработок легких танков составляет пять лет, а время отладки и доводки – два года. Время исследований и разработок средних танков составляет семь лет. лет, а время на отладку и доводку – два года. У тяжелых танков есть десять лет, а время на отладку и доведение до совершенства – два года».

Все почувствовали облегчение после слов принца. Им даже хватит пяти лет для разработки и развития танков, что говорить о семи лет или десяти лет.

«Я хочу, чтобы правила эксплуатации этих трех типов танков были как можно более похожими на друг друга. А это значит, что танкисты легких танков могут умело управлять средними или тяжелыми танками без специальной подготовки».

Руль управления советскими истребителями за несколько поколений практически не изменился, главное, чтобы пилоты, имеющие опыт полетов, могли легко освоиться с другим самолетом.

«И все детали должны быть как можно более общими. После того, как вы вернетесь, обсудите стандартизацию и обобщение деталей. Например: На поле боя между «BMW» и «Mercedes-Benz» могут быть бронированные машины с разными неисправностями. И я надеюсь, что детали «BMW» будут подходить для ремонта «Mercedes-Benz» или запчасти «Mercedes-Benz» будут подходить для ремонта «BMW». Меня не волнуют ваши гражданские машины, но военные машины должны соответствовать этому стандарту».

Говоря о производстве, мы должны говорить о промышленном производстве в Германии во время Второй мировой войны. Важнейшая мера, принятая администрацией Гитлера – исключить крупномасштабное промышленное производство, представленное стандартизацией. Ведь детали немецкого танка обладают плохой универсальностью или совсем не универсальны, и сломанный танк необходимо будет вернуть на завод для капитального ремонта. Не обошли стороной эти проблемы и другую технику Германии.

Поскольку все мы знаем, что в Германии существует много типов полу‐гусеничных бронированных машин, но кто конкретно знает сколько их?

В качестве примера возьмем бронетранспортер «Sdkfz251». Первый прототип полу‐гусеничного бронеавтомобиля «Sdkfz251» был построен в 1937 году. Серийное производство машины началось в 1938 году и поступило в армию летом 1939 года. Во время Второй мировой войны эта бронемашина была разделена на четыре подмодели «A»,«B»,«C»,«D», основанных на различных конструкциях кузова. В зависимости от установки различного боевого оружия и оборудования бронемашина была разделена на 23 части официальных варианта и другие модификации.

23 вида! И это только у «Sdkfz251»!

Если посчитать все типы бронетехники в Германии во время Второй мировой войны, их вероятно будут сотни.

Самое фатальное, что моделей так много, что даже у одной и той же бронетехнике будет несовпадение деталей. Полугусеничный бронеавтомобиль «Sd.kfz.251» имеет 6 колес в одной части и трех разных стилей. Полу–гусеничный грузовик, также называемый «Мул», выпускается разными производителями в Германии, внешний вид и даже внутреннее устройство совершенно разные…

Это просто ад для отдела логистики!

И результат от всего этого был безумным. Немецкие инженеры предложили план танка серии «E», который является общим планом танка. Они несколько раз подчеркнули его «универсальность».

Бесспорно, концепция дизайна серии «E» более продвинута, и ее общая концепция дизайна также довольно перспективна. Но по мере того, как Германия отступила в войне, Гитлер стал возлагать свои надежды на множество странных новых видов оружия, оставляя мало ресурсов для исследований и разработок для серии «E». Поэтому серия «E» не была запущена в производство и использована в конструкции. Наконец, с крахом Третьего рейха серия «E» и различные другие новаторские разработки были захвачены союзниками.

Янник усмехнулся, когда увидел, что несколько ответственных лиц компании смотрели друг на друга: «Если вы не сможете решить проблему стандартизации и обобщения, чтобы обеспечить удобство и бесперебойную работу отдела логистики, военные будут закупать продукцию только одной компании».

После угрозы Янник подошел к небольшой доске, которую Энни подготовила заранее: «Теперь поговорим о конструкции будущих танков. Вы все должны знать, что броня впереди танка всегда наклонена. Ее цель – увеличить толщину в горизонтальной плоскости и сделать снаряды отскакивающими. Предполагаемая толщина 45-миллиметровая броня наклонена на 30 градусов, фактическая горизонтальная толщина лба = 45 / sin30 ° = 90 мм», — Янник взял мел и нарисовал несколько линий.

«После сборки наклонной брони под наклонным углом, если на поле боя траектория падающего снаряда является параболической, а наклонную броню касаются во время фазы подъема или на базовом уровне, тогда будет очевидный защитный эффект. Угол контакта поверхности очень мал, и рикошет происходит очень поздно. Если он не рикошетит, толщина пробоя должна быть равна длине исходной толщины».

Видя, как эти корпоративные боссы часто кивают головой, Янник не мог не почувствовать себя отдохнувшим: «Танковая пушка может быть использована с калибром 50 мм, но на более позднем этапе ее можно модернизировать до 75 мм с помощью спаренного пулемета. Толщина лобовой брони не может быть меньше 40 мм. Задняя трансмиссия, торсионная подвеска и двигатель являются горизонтальными. Скорость должна достигать 45‐50 километров в час. Запас хода по пересеченной местности должен достигать 200 километров».

Что касается двигателя, то там все еще должен использоваться бензиновый двигатель. Хотя многие люди думают, что дизельный двигатель является лучшим выбором мощности для танковых двигателей из-за его экономичных, надежных и негорючих характеристик, современные немецкие технологии не могут сделать идеальный дизельный двигатель вообще.

Подумав некоторое время, Янник наконец нарисовал эскизный проект «Меsserschmitt Bf‐109».

Хотя у «Bf-109» есть всевозможные дефекты, его восхищает простой и чрезвычайно лёгкий процесс производства «Bf-109».

Благодаря своей простой конструкции и низкой стоимости он подходит для массового производства. На более позднем этапе войны он смог продолжить массовое производство столкнувшись с бомбардировками союзников, охватывающими почти всю территорию. Без преувеличения можно сказать, что это было чудом! (Испания использовала этот самолёт до 1960-х годов).

До конца войны общий выпуск «Bf-109» различных типов достиг более 35 000 единиц, а общий выпуск «FW-190» – более 20 000 единиц.

Янник не может не беспокоиться о том, что если все «Fw-190» будут произведены, их количество может не достигнуть даже 40 000 штук. Он отстает от других только по количеству (14 583 Hurricanes, 15 586 P51 Mustang, 15 660 P47 Thunder, более 16 000 Як 9 и 20 351 Spitfire / Seafire).

На Восточном фронте, благодаря хаосу советской армии после великой чистки, когда началась война, Советский Союз был оснащен большим количеством истребителей «Р-3» и «МиГ-1». В результате немецкая армия почти уничтожила все самолёты советов. А собственная советская авиационная промышленность не так быстро оправилась от атак немцев. До середины 1943 года, когда вышли усовершенствованные «Як-9» и «Ла-5», советская авиация могла иметь капитал, конкурирующий с «Bf-109». По боевой мощи советские истребители превосходили немецкие истребители «Bf-109», пока истребитель «Ла-7» не был принят на вооружение в 1944 году.

Другими словами, заранее разработанный в настоящее время «Bf-109» может безудержно эксплуатироваться по крайней мере десять лет. А если будут внесены улучшения в стандарт масла, двигатель и нагнетатель, он может даже увеличить свой срок службы.

После разговора о истребителях стоит перейти к штурмовику: «Штурмовик должен атаковать землю с ожесточенной огневой мощью, в основном атаковать танки и различные транспортные средства противника. Поскольку это наземная атака, он должен противостоять различным наземным средствам ПВО. Следовательно, этот вид штурмовиков должен по крайней мере выдерживать обстрел 20-мм зенитной пушки».

Самая мощная боевая сила на суше – это танк. Танк представляет собой боевую гусеничную бронированную машину с прямой огневой мощью, проходимостью по бездорожью и броневой защитой – единственное наземное оружие, которое важнее колесной бронетехники. Поскольку танки являются «знаменитыми генералами» по наземному вооружению, есть ли в ВВС истребитель, который мог бы составить конкуренцию танкам по мощности?

Если оглянуться вокруг, то во время Второй мировой войны в Советском Союзе был такой истребитель, который родился специально для борьбы с танками. Этот истребитель в СССР не только назывался «летающим танком», но и «чёрным жнецом немцев».

Это знаменитый штурмовик Советского Союза «Ил-2» времен Великой Отечественной войны.

1 июля 1941 года «Ил-2» впервые участвовал в войне в Белзинском и Бобруйском районах Беларуси, продемонстрировав высокую боеспособность и живучесть. С тех пор «Ил-2» стал основой штурмовиков Красной армии и сыграл чрезвычайно важную роль в Великой Отечественной войне.

В отличие от штурмовика того же поколения, броня «Ил-2» также является частью несущей конструкции самолета, он становится очень крепким, но не увеличивает вес самолета за счет добавления дополнительных броневых листов. Броня самолета выдерживает прямые попадания малокалиберных пуль, осколков снарядов и снарядов гранат, а пилот может спокойно атаковать цель несколько раз над зоной поражения. Управляемый опытным пилотом, «Ил-2» может также вести воздушный бой с истребителями противника.

Видя, что у Янника не было никаких требований к скорости для этого самолета, а требовалась только прочная броня для защиты определенного количества боеприпасов, все не проявили никаких затруднений и согласно кивнули.

«Каждый должен знать, что при использовании существующей технологии для сброса бомбы в горизонтальном направлении, бомба имеет начальную скорость в горизонтальном направлении, когда она падает, на нее влияют сила тяжести и сопротивление воздуха. Траектория полета всегда неопределенная и точность невысока. Так что мне нужен высокоэффективный бомбардировщик, который может уничтожить цель всего одной бомбой.

Чтобы достичь этой высокоточной бомбардировки, самолет должен устремиться к цели с воздуха под почти вертикальным углом, сбросить бомбу на высоте от 500 до 200 метров, а затем безопасно подняться. Он не должен иметь особенно хороший набор высоты, но вы должны уделять внимание устойчивости пикирования. Кроме того, самолёт требует достаточной бомбовой нагрузки. Я надеюсь, что он может нести от одной до двух тонн бомб».

Все были смущены, когда они услышали, что самолёт должен нести в одну или две тонны бомб.

Янник беспомощно добавил: «Ладно, уменьшим до полутонны».

Что касается последнего типа, есть довольно много типов двухмоторных бомбардировщиков, которые можно выбрать. Немецкие, британские, американские, советские и даже французские и итальянские модели – все превосходны. Выбор Янника пал на британский бомбардировщик «Mosquito» компании «De Havilland».

Этот бомбардировщик известен как один из самых удачно спроектированных самолетов Второй мировой войны.

Во-первых, «Mosquito» – это цельнодеревянный самолет, во-вторых, «Mosquito» был самым удачным проектом, и широко использовался среди двухмоторных военных самолетов в мире с 1939 по 1945 год, и только немецкий «Ju-88» мог сравниться с ним. Для цельнометаллической эпохи этот самолет кажется устаревшим, но «Mosquito» в второй мировой войне имеет удивительные победы: он совершил почти 40 000 боевых вылетов, нес сто тысяч бомб, им было сбито 254 истребителей.

«Mosquito» может и бомбить и драться. Легко заряженный «Mosquito» без бомб превосходит по скорости полета почти все истребители с обеих сторон. Четыре 20-мм пушки и четыре 7,7-мм пулемета образуют мощную огневую мощь. Деревянный корпус трудно отражать радиолокационные волны. Позже «Москит» был также оснащен радаром, и он стал ночным истребителем с отличными характеристиками, который был более непобедимым ночью.

Наконец, проектная задача была решена. Янник вздохнул с облегчением и остановил Порше, когда встреча закончилась: «Доктор Фердинанд, подождите минутку».

«Ваше королевское высочество Янник, каков ваш приказ?» — теперь Янник – его непосредственный начальник. Поскольку в совете директоров «Mercedes-Benz» Порше выступал за разработку небольших автомобилей, он не только не получил никакой поддержки, но также был вытеснен ими и был вынужден уйти из «Daimler». Когда он был разочарован и беспомощен, его высочество послал кого-то, чтобы попросить его стать главным конструктором и техническим консультантом. Это означает, что его мечта о маленькой машине наконец-то нашла свое место, за что он очень благодарен Яннику.

«Доктор Фердинанд, я хочу, чтобы вы спроектировали дополнительный танк с весом более 150 тонн».

Сверхтяжелый танк «Mause» в первоначальном пространстве-времени был разработан Порше в качестве главного конструктора. Жалко, что танк-мышь, который собирался выйти на поле боя во время финальной обороны Берлина, сломался из-за неисправности и его можно было только уничтожить. Однако из-за того, что обшивка танка была слишком толстой им не полностью взорвать её, Обломки были возвращены Советским Союзом для исследования и выставлены в Советском музее.

«Что?!» — Порше внезапно втянул воскликнул и изумленно спросил: «Вы сказали 150 тонн?!»

Янник очень уверенно кивнул: «Да, 150 тонн. Самая тонкая часть брони должна быть более 50 мм, а самая толстая — более 220 мм. Основное орудие — 128-мм морское орудие, а вспомогательное орудие — 75 мм. Что касается мощности, то вы можете спроектировать свою пушку. Так же установите систему электропривода и попробуйте ее. В любом случае, объем бака достаточно велик, поэтому не нужно беспокоиться о рассеивании тепла».

Увидев что доктор Порше задумчиво кивнул, Янник добавил: «Но не тратьте всю свою энергию на этот танк. Я просто использую этот танк, чтобы обмануть нашего врага. В лучшем случае вы создадите только прототип».

Он хочет впихнуть этот танк Сталину, который как раз заинтересован в таких огромных и мощных танках. Янник также очень надеется, что Сталин сможет заказать десятки сотен таких танков за один раз.

Небольшое пассажирское судно издало глухой свист и медленно вышло на берег.

Через некоторое время по трапу спустился мальчик который выглядел всего на пятнадцать или шестнадцать лет. С легким свистом во рту этот красивый и милый мальчик отскочил от подвесного трапа пассажирского корабля, и ступил на землю. Его белое лицо было наполнено возбуждением, которое невозможно было скрыть.

Он действительно был очень взволнован и никогда бы и не подумал, что ему посчастливится получить личное письмо от доктора Эйнштейна с приглашением поехать в Германию, а также в конверте был билет на пассажирский корабль.

Когда мальчик смотрел на карту, чтобы найти следующий маршрут автобуса, к нему подошла незнакомая фигура: «Ты Алан Мэтисон Тьюринг?»

Мальчик резко поднял голову и увидел крепкую фигуру с большим лицом, и чувство страха поднялось в его сердце: «Ты кто?»

«Эбель, ты напугал его. Ты Алан Мэтисон Тьюринг? Доктор Эйнштейн послал нас за тобой», — трогательным голосом сказала красивая юная леди из-за спины большого человека.

Увидев эту красивую сестру от доктора Эйнштейна, Тьюринг не мог не вздохнуть с облегчением. Он уже подумал, что встретил плохого парня, когда впервые ступил на землю Германии: «Да, это я».

…

По дороге в ближайший аэропорт Эбель не мог не смотреть на зеркало заднего вида и наблюдать за Тьюрингом, взволнованно смотрящим на пейзаж за окном: «Кто этот парень? Он сын какого-то высшего чиновника?»

Он действительно не мог понять, что такого особенного в этом ребенке, что его высочество Принц сам послал их за ним.

Энни покачала головой: «Я не знаю. Но поскольку это ребёнок, которого хочет видеть его королевское высочество, он должно быть важным лицом».

Они приехали в аэропорт, сели в самолет на Берлин. Уже в Берлине они вышли из самолета и сели в другую машину.

Тьюринг был ошеломлен, когда машина остановилась: «Это дворец императора Германии?»

Энни улыбнулась: «Да, его королевское Высочество принц хочет тебя видеть».

«А доктор Эйнштейн?» — Тьюринг некоторое время не реагировал. Разве не доктор Эйнштейн звал его? Почему они пришли к принцу германии?

Энни ответила: «Увидев его весочество, ты пойдёшь к доктору Эйнштейну».

Закончив говорить, она привела Тьюринга в кабинет Янника: «Его королевское высочество, Алан Мэтисон Тьюринг здесь».

Янник, который видел только фотографии Тьюринга средних лет в первоначальном времени и пространстве, не мог не воскликнуть: «О, ты все еще ребенок!»

Конечно, он ребенок. Тьюринг сейчас на два года младше его.

Это был первый раз, когда Тьюринг так близко встретил члена королевской семьи, и он нервно поклонился: «Здравствуйте, достопочтенный принц».

«Уходи Энни. Я хочу поговорить с ним наедине», — Янник также заметил нервозность Тьюринга, подошел и сердечно похлопал его по плечу: «Алан Мэтисон Тьюринг, я скажу прямо. Я надеюсь, что вы не вернетесь в Великобританию после обучения у Эйнштейна, а останетесь в Германии, чтобы служить ей в будущем».

Тьюринг растерялся и быстро отказался: «Как это возможно, я британец, я могу служить только Британской империи…».

Янник перебил его: «Да, да, вы хотите служить Британской империи, но что если Британская империя, которой вы хотите служить, узнает, что вы гей?»

Незрелое лицо Тьюринга мгновенно покраснело, его глаза были полны шока, и он заговорил с ясной дрожью в голосе: «Откуда вы…».

«Откуда я знаю? Тебе не стоит об этом беспокоиться. Ты должен подумать о том, каким бесчеловечным пыткам ты будешь подвергнут. Если я правильно помню, статья 11 закона Британии о внесении поправок в Уголовный кодекс является преступлением: «Грубое и непристойное поведение»? (Этот закон направлен на физический контакт между мужчинами, то есть наказание за гомосексуализм) Ты должно быть читал этот закон. И ты когда-нибудь задумывался о том, какое наказание ты получишь? Сядешь в тюрьму? Или тебя отдадут в психиатрическую больницу? Или же тебя просто кастрируют?»

В 1950-х годах в Великобритании десятки тысяч людей были осуждены за гомосексуализм. Тьюринг, которому было 39 лет, был одним из них. Столкнувшись с приговором: «либо сидеть в тюрьме, либо принимать химическую кастрацию». Тьюринг выбрал последнее.

Так называемая химическая кастрация – это длительный принудительный прием синтетического эстрогена. Последствиями этого являются гормональный дисбаланс, импотенция и развитие мужской груди. Получив инъекции эстрогена в течение почти двух лет, Тьюринг признал, что стал человеком, который даже сам не знает, кто он.

7 июня 1954 года Тьюринг был найден мертвым дома. Похоже он совершил самоубийство приняв яд, а на столе лежало надкушенное яблоко (ходят слухи, что логотип Apple – дань уважения полуукушенному яблоку Тьюринга, когда он покончил жизнь самоубийством. Apple – позже опровергла эти слухи), ему оставалось всего 16 дней до своего 42-го дня рождения.

До 2009 года, после того как более 30 000 человек подписали петицию, 74-й премьер-министр Великобритании Гордон Браун официально принес извинения перед Тьюрингом народу всей страны.

В 2012 году к 100-летию Тьюринга 10 знаменитостей, в том числе физик Стивен Хокинг, направили письмо 75-му премьер-министру Дэвиду Кэмерону с просьбой к британскому правительству помиловать Тьюринга за так называемое «преступление» в виде «серьезной непристойности».

В 2013 году королева Англии Элизавета II официально объявила о помиловании Тьюринга за «тяжкое непристойное» преступление.

Этот человек, с которым история плохо обращалась, наконец дождался того дня, когда его справедливо оценят потомки.

«В глазах окружающих ты будешь извращенным, психически больным и отвратительным парнем, и все будут держаться от тебя подальше. Из-за тебя вся твоя семья также подвергнется такой же дискриминации, и люди будут указывать им вслед, когда они будут выходить из своего дома. Твоя семья не сможет поднять голову и будет всегда жить в позоре из-за тебя».

Тьюринг закрыл лицо руками и глубоко опустил голову, слезы текли по его пальцам.

Янник вздохнул и снова похлопал Тьюринга по плечу: «Если ты чувствуешь, что сможешь вынести такие бесчеловечные пытки, ты можешь вернуться в свою страну».

«…» — Тьюринг не ответил после долгого молчания.

Видя его молчание Янник хитро улыбнулся, понизил голос и медленно сказал Тьюрингу, который был в плохом настроении: «Или тебе не нужно возвращаться. Просто выбери остаться в Германии, как я сказал ранее, и ты и твоя семья не пострадаете от осуждения общественности».

Тьюринг в отчаянии покачал головой: «Но по законам Германии и по законам всех стран, ни одна страна не допустит, чтобы гомосексуальность была легальной!»

«Да, ты абсолютно прав, но не забывай кто я. Я наследный принц Германии, и будущий император этой страны, и я могу амнистировать тебя. И я не только амнистирую тебя, пока ты вносишь достаточно большой вклад в империю, я может даже поменяю законы, и сделаю гомосексуализм законным в этой стране».

Тьюринг резко поднял голову и спросил со слезами на глазах: «В самом деле?!»

С самым серьезным лицом заверил его Янник: «Конечно, я будущий император Германии, как я могу лгать тебе? Я пришлю кого-нибудь, чтобы он привез твою семью в Германию через несколько дней, и я обещаю, что они смогут прожить жизнь без забот. Что еще важно для тебя? Может у тебя есть кто-то ещё..?»

Тьюринг прошептал покраснев лицом: «У меня есть хороший друг, Кристофер». ;)

Кристофер, предположительно Кристофер Мерка, мальчик, который заставил Тьюринга влюбиться с первого взгляда, также был гением в математике и химии. Жалко, что в детстве он пил молоко от больных коров и заболел туберкулезом:(. В 1930 году он умер. Но, может быть, Янник сможет привезти его сейчас и бросить в больницу на лечение и продлить его жизнь на несколько лет.

«Нет проблем, я приглашаю их в Германию. Есть какие-нибудь вопросы? Если нет, ты можешь пойти к доктору Эйнштейну прямо сейчас. Мисс Энни, которая привела тебя только что, организует для тебя жилье и школу».

Кстати, Янник вспомнил, что Тьюринг был чрезвычайно замкнутым, а его социальные навыки были почти отрицательными: «Нет, я думаю, что школа больше не нужна. Я найду учителей по каждому предмету, чтобы они учили тебя отдельно от всех».

Янник не смог удержаться от смеха, отослав Тьюринга прочь. Теперь будущий отец современного компьютера в его кармане!

Этим утром Янник как обычно вошёл в офис, а Энни вошла следом: «Ваше королевское высочество, срок действия заметки, который вы просили меня написать год назад, истек. Он называется «Операция Андреас».

В то время его королевское высочество попросил ее составить заметку под кодовым названием «Операция Андреас». Но было дано только кодовое имя, и принц не сообщил ей конкретное содержание, но сказал напомнить ему год спустя.

Теперь, когда год прошёл, она беспокоится о том, помнит ли принц хоть что-то об этой заметке.

«Так скоро прошел год», — пробормотал Янник.

В течение этого года, хотя он постепенно привык к своей новой личности, временами он все еще мог находиться в оцепенении, как если бы он все еще был обычным человеком без титула принца.

Вздохнув, Янник покачал головой, больше не думая об этих бесполезных вещах, и приказал: «Пусть Рейнхард придет сюда».

Через полчаса Рейнхард быстро вошёл в его кабинет: «Ваше королевское высочество, каков ваш приказ?»

Янник указал на диван и жестом пригласил его сесть. Затем достал документ и протянул ему: «Это план всей национальной разведки, которую я планировал долгое время. Взгляни».

Райнхард почтительно принял документ, и начал внимательно его читать. Посмотрев его дважды подряд, он искренне воскликнул: «Ваше величество очень умён, это действительно тщательно продуманный план».

Янник улыбнулся. На самом деле этот план разведывательного агентства не требовал от него никаких усилий. Ему было достаточно скопировать исходную пространственно-временную структуру американского разведывательного агентства. Хотя он не знает, существуют ли другие секретные агентства, но в Соединенных Штатах есть 16 общественных разведывательных организаций. Управление директора национальной разведки (ODNI также переводится как Национальное разведывательное управление) отвечает за координацию, а офис директора национальной разведки находится под непосредственным командованием, управлением и контролем президента.

За исключением Национального агентства разведки (NRO, занимающегося разведкой со спутников) из этих 16 разведывательных организаций. Янник изменил Национальное разведывательное агентство (NRO) на «Национальную тайную полицейскую организацию (GSP)».

Увидев, что Рейнхард собирается положить бумагу обратно на стол, Янник помахал рукой: «Постой. Я думаю, ты не должен ограничиваться возможностями секретной разведки, ты скоро станешь директором национальной разведки, и в то же время директором GSP, поэтому ты должен быть готов».

Все тело Рейнхарда было прямым, как бамбуковый шест, и он почтительно отсалютовал: «Спасибо за ваше доверие. Я буду усердно работать и оправдывать ваше доверие!»

Янник особенно подчеркнул: «Я хочу, чтобы GSP проникла во все уголки общества и во все сферы жизни Империи, она должна собирать и прислушиваться к разного рода информации и разведданным. Но помни, без моих особых указаний GSP не может применить силу ареста. И дело не только в Германии, но и во всей Европе».

Он знал, что Рейнхард преуспеет. Американский журналист, работавший в Берлине перед Второй мировой войной, писал: «Ваш сын, ваш отец, ваша жена, ваш двоюродный брат, ваш друг, ваш босс и ваш секретарь могут принадлежать организации Рейнхарда».

«На этот раз я позвал тебя, чтобы реализовать два сверхсекретных плана. Первый план носит кодовое название «Операция Андреас». Суть плана заключается в тайном поиске и аресте фальшивомонетчиков, которые обычно подделывают паспорта, документы и печати. Я хочу с помощью этих мошенников производить поддельные монеты в больших количествах и использовать их как настоящие, даже если они будут хранится в главном офисе Британской империи, они не будут раскрыты».

Во время Второй мировой войны Германия напечатала большое количество реалистичных поддельных банкнот, которые использовались для срыва союзных рынков и арбитражных покупок.

Использование поддельных банкнот в качестве оружия войны не новость и не изобретение немцев. Использование поддельных банкнот для подрыва экономики враждебной страны – это продолжение войны в валютной сфере. История фальшивых денег уходит корнями в древнюю Грецию: Фридрих Великий из Пруссии однажды во время Семилетней войны применил этот прием на своем противнике Польше. Наполеон однажды одобрил печать фальшивых австрийских и российских банкнот; во время Гражданской войны в США Север и Юг также широко использовали фальшивые банкноты, чтобы атаковать финансовую систему врага.

Фактически, во время Второй мировой войны Великобритания также создала свою собственную команду по контрафакции – техническую группу «А», но их работа ограничивалась производством поддельных паспортов, документов, штампов и камуфляжных принадлежностей.

Дело не в том, что они не учили их подделывать деньги. В 1940 году глава британской специальной разведывательной организации обратился к премьер-министру Чемберлену и спросил у кабинета министров о возможности и желательности распространения поддельных немецких марок на территории противника. Но Чемберлен пришел к выводу, что сила британского фунта и немецкой марки сильно различается: «Если Германия ответит, мы, очевидно, потеряем больше, чем они».

У британцев есть опасения, а у немцев – нет. Начальник криминальной полиции Германии Артур Небе первым предложил производство поддельных банкнот. Рейнхард одобрил заговор генерал-лейтенант СС Небе с поддельными банкнотами. Заговор получил название «Операция Андреас» . Его часто ошибочно называют «Операцией Бернхард» из-за фамилии ответственного сотрудника, то есть Бернхарда Крюгера.

Печатник, которого спасли в конце войны, подсчитал, что в результате всей операции было произведено около 135 миллионов фунтов поддельных банкнот. Хотя это может недооценивать общую ценность поддельных банкнот, эта новость все же шокировала мир.

В феврале 1945 года министр финансов Великобритании приказал вернуть все десять фунтов стерлингов в обращении и немедленно объявил общественности, что этот беспрецедентный шаг не был вызван кризисом фальшивых денег. В начале 1946 года банкноты с защитой от подделки с металлическими полосами поперек банкноты заменили все другие номиналы фунта стерлингов. Люди все еще могут распознать эти металлические знаки защиты от подделки на банкнотах, которые используются сегодня.

По состоянию на 9 января 1951 года Банк Англии собрал в общей сложности 1 860 223 поддельных банкноты различного достоинства. По состоянию на 1959 год было собрано более трех миллионов банкнот. Все фальшивые купюры были сожжены, но это еще не конец всех купюр «Андреас».

Услышав о плане Янника по подделке денег, Рейнхард ответил без колебаний: «Я понимаю, ваше высочество».

«Второй план – создать секретный отдел для сбора финансовых талантов. Эти люди не могут принадлежать к юнкерской знати, и они не могут быть родственниками евреев. Я хочу, чтобы все они были чистыми германцами и были верны королевской семье. В обязанности этого отдела входит расследование финансистов, предпринимателей и бизнесменов в Германии. Будь то дворянин-юнкер, еврей или обычный предприниматель, вы тщательно расследуете их всех! В особенности обратите внимание на спекуляциях, ростовщиках и копящих придурках».

Он упомянул об этом вопросе Вильгельму II заранее. А Вильгельм II спросил его, как с ними бороться.

Ответ Янника был прост: «Обычные люди и евреи будут арестованы напрямую, их имущество было бы конфисковано, а весь персонал был бы брошен в концентрационные лагеря и работал бы там до смерти. А тех кто могущественнее остальных мы можем отпустить на время, и ждать подходящего момента чтобы убрать».

Молча выслушав его, Вильгельм II согласно кивнул.

«Бац!» — внезапный громкий звук разбудил Салли Словича, и он тупо уставился в сторону звука, только чтобы увидеть, что его изначально не очень прочная дверь была выбита. Пять или шесть сильных мужчин, вооруженных пистолетами, яростно ворвались в его комнату.

Это что, грабеж?

Но Слович сразу же опроверг это нелепое предположение. Его можно рассматривать как человека, который видел мир во всех его цветах, и очевидно, что поведение этих людей показывает, что все они хорошо обученные солдаты.

Он мысленно проанализировал то, что сделал в эти дни, и с удивлением обнаружил, что не обижал каких-то серьёзных людей.

Внезапно, красивый молодой человек который шел позади нескольких солдат, изящно наклонившись к Словичу, который все еще не понимал что происходит, спросил: «Вы Салли Слович? Я слышал это имя мельком. Раньше я не имел никакого отношения к индустрии подделок, но после того, как я узнал о ней больше, я обнаружил, что вы очень умелый человек в этой области, поэтому я лично приехал к вам, мастер по подделке, и надеюсь, что мы вас не побеспокили».

«…» — «Похоже, что сегодня мой самый плохой день», — вздохнув сказал Слович в мыслях и спросил: «Простите, а кто вы?»

Он не отрицает своего таланта к подделке. Обладая выдающимися навыками рисования и ручного изготовления поддельных банкнот и поддельных паспортов, он всегда может получать большой доход и ведет богатую жизнь.

Но ответ молодого человека перед ним озадачил его: «Я глава секретной службы разведки Германии Рейнхард Гейдрих».

Разведывательный департамент? Разве такие вещи не должны поступать в отдел детективов по фальшивым деньгам полицейского участка? Он ведь просто живет мошенничеством и никакой шпионской деятельности не вел.

Не обращая внимания на озадаченного Словича, Рейнхард подошел к столу, набитому различными гаджетами, и вытащил листок бумаги: «Долларовые купюры? А вы жадный человек».

Полюбовавшись этой изысканной долларовой купюрой, он махнул рукой: «Собирайте все здесь».

Сказав это, он посмотрел на Салли Словича, заложив руки за спину: «Теперь, мистер Салли, вам решать, хотите ли вы работать до смерти в темном концлагере или прилично зарабатывать и работать в удобной и чистой студии».

Слович хорошо осведомлён о текущих событиях. Поэтому он покорно пожал плечами и беспомощно сказал: «Тогда я могу выбрать только последнее».

Рейнхард удовлетворительно кивнул: «Мудрое решение. Запишите все имена своих коллег по сфере мошенничества, которые вы знаете. После того, как вы их напишете, вы можете отправиться в рай. О, не поймите меня неправильно. Так называемый рай – это просто моя риторика. Ваша работа лучше чем в концентрационном лагере, я побывал там какое-то время, и поверьте мне наслово, там настоящий ад».

Получив записную книжку, переданную Рейнхардом, Салли Слович написал имена коллег, которых знал, но он думал, что большинство из них уже арестовано.

После того, как он написал, на него надели черный мешок, отвели вниз и затолкали в машину.

После того, как он некоторое время поспал в трясущейся машине, он проснулся от раздирающей уши музыки, и вскоре с его головы снял мешок.

Первое, что бросается в глаза, это то, что на просторной площадке собралось не менее двухсот человек, аккуратно расставленных в несколько рядов, под музыку из громкоговорителей, выполняющих связные движения, похожие на гимнастику. Высокая стена вдалеке была усыпана колючей проволокой, прожекторами и сторожевыми вышками.

Затем он увидел Рейнхарда, который сидел рядом, и не мог не спросить: «Мистер Рейнхард, что они делают?»

Рейнхард улыбнулся: «Это называется аэробикой. Это идея его высочества. Они должны приходить сюда каждое утро и делать эти упражнения. Это полезно для физического и психического здоровья. Мистер Салли, много ли там знакомых вам лиц?»

«…», — после его слов, Салли Слович действительно нашёл в толпе несколько знакомых лиц. Цвет лица у этих людей довольно хороший, и вроде бы жизнь здесь не унылая.

«Эти люди были арестованы за мошенничество? Это что, тюрьма?» — если бы он не видел это собственными глазами, он бы никогда не подумал, что в Германии будет так много преступников, занимающихся мошенничеством. Что его больше всего удивило было то, что там есть даже несколько жителей Востока с желтой кожей и темными глазами.

«Среди них есть дизайнеры, полиграфисты, реставраторы и граверы по бронзе. В любом случае, это группа преступников, не имеющих никакого отношения к мошенничеству. Что касается тюрьма это или нет. Ну можно сказать и да и нет. И к тому же Мистер Салли, теперь это место ваш новый дом».

Автомобиль остановился рядом с площадкой. Выйдя из машины, Райнхард ступил на площадку и начал разговаривать с преступниками, которые выстроились в очередь когда он пришёл: «По-видимому, вы все понимаете, зачем вас сюда привели. Не будет преувеличением расстрелять вас за ваши преступления. К счастью, его королевское высочество дорожит талантами и хочет, чтобы у вас была возможность искупить свои грехи.

Место, где вы теперь будете жить называется «фабрика Андреас». Вы будете выполнять секретную миссию под кодовым названием «Андреас». Это место предоставит вам лучшие материалы, самую современную технику, и вы сможете полностью раскрыть свои таланты.

А тот кто стоит рядом со мной знаменит в ваших кругах, это Салли Слович! Мистер Салли, с этого момента вы будете руководить командой по фальшивой валюте, мистер Бергер, вы будете отвечать за каллиграфию и бригадой малярных работ. Господин Клейман, вы ответственный за команду сертификатов, господин Фогут отвечает за команду по золоту, серебру и ювелирным изделиям».

«Как я уже сказал ранее, его высочество ценит полезные таланты, а не бесполезные растраты. Я расскажу вам две новости. Первая – империя должным образом позаботится о членах семьи каждого. Ваши родители могут жить в лучших домах престарелых, жены могут получить высокооплачиваемую работу, дети пойдут в лучшие школы, и вы будете получать соответствующую зарплату. А если будете вести себя хорошо, мы можем организовать комнату для встречи с вашей семьей».

«Что касается второй новости, она не так хороша как первая. Если группа не справится с поставленной задачей, я будет случайным образом выбирать трех человек из этой группы для убийства каждый месяц. Включая членов их семей не взирая на пол и возраст».

Последнее предложение можно охарактеризовать как убийственное, и все присутствующие чувствуют, что их спина мерзнет. Никто не думает, что руководитель немецкого секретного управления будет шутить об этом.

На лице Рейнхарда снова появилась нежная улыбка: «Конечно, я искренне надеюсь, что такой неприятной ситуации не будет. Ладно, давайте приступим к работе. Наше время очень дорого. Мистер Салли, задача вашей команды по контрафактной валюте самая важная. Я хочу, чтобы увидеть результаты как можно скорее».

«Придется ли всем здесь умереть после завершения проекта?» — с мрачным лицом спросил Сали Слович после того, как Рейнхард покинул трибуну и хотел уже уйти. Он уже понимает, что эта так называемая «фабрика Андреас» на самом деле является огромной базой для мошенничества.

Лица, тайно создающие фальшивую валюту, могут не иметь серьезных последствий, но когда национальные силы участвуют в создании фальшивой валюты в других странах, можно сказать, что удар по финансам этой страны будет фатальным.

Но такое поведение – палка о двух концах: если его отследить, кредит страны-изготовителя не только понесет огромные убытки, но и может даже привести к войне. Если война проиграна, она может только допустить адвоката, выплатить компенсацию, выплюнуть съеденное и, возможно, отрезать кусок своей территории.

Победил? Тогда ты хозяин. Вы можете полностью контролировать ключевые предприятия, отрасли и стратегические права на добычу ресурсов молодой страны и сделать свою валюту мировой валютой.

Рейнхард серьёзно ответил: «Мистер Салли, вы представляете наследного принца Германии слишком холодным и безжалостным. Его королевское высочество всегда ценит таланты. Пока у вас есть навыки, вы всегда можете комфортно жить в империи. Поэтому вам не нужно беспокоиться о том, что вас убьют. Я желаю вам счастливой жизни здесь».

Когда Рейнхард ушел, слегка дрожаший от страха мужчина хлопнул в ладоши: «Меня зовут Арц и я здесь главный. Если у вас есть потребности, скажите мне. Помимо сексуальных потребностей, мы постараемся решить их. Будьте добры с друг другом, и новички, не думайте о побеге. В прошлый раз был один парень который хвастался, что сбежал из восьми тюрем. Позже он все-таки сбежал, но когда они притащили его на следующий день, от него осталась только верхняя часть тела».

Он намеренно понизил голос, и продолжил: «Если я не ошибаюсь, внешняя территория покрыта минами. Поэтому вы не сможете сбежать отсюда…

Ну, ради вашей собственной жизни, идите и работайте. Вы четверо новичков, следуйте за мной вас нужно продезинфицировать и сменить вашу одежду на рабочую».

Салли Слович только сейчас заметил, что все присутствующие, кроме него и трех других, были одеты в униформу.

Пожав плечами и вздохнув, он последовал за Арцом.

«Мм, Арц, а ты знаешь, когда открылась эта «фабрика Андреас», — он не хотел расспрашивать о каких-либо секретах, ему было просто любопытно.

Арц указал на стену здания неподалеку: «Ты видишь? Стены совершенно новые. Очевидно, они только что построили это место. Мы были первыми кто сюда въехал, и прошло всего три месяца. Разве вы все не заметили слабый запах краски в воздухе?»

Салли понюхал и он действительно почувствовал очень слабый запах краски.

Завернув за угол, он увидел неподалеку баскетбольную площадку: «Это…».

Арц уже догадался о сомнениях Салли и кивнул: «Это просто для развлечения. Ты что, не видел ворот по обе стороны площадки? Там есть футбольное поле, а на верхнем этаже этого здания находится крытое казино, бильярд, настольный теннис, бадминтон и бассейны, кинозал и т. д.»

Другой новичок изумленно сказал: «Боже мой, разве это тюрьма?»

Арц взглянул на него и улыбнулся: «Конечно это тюрьма, но по сравнению с другими тюрьмами, это рай. Если вы будите думать об этом месте как о закрытом городе, тогда жизнь вполне приличная».

24 октября 1929 года в последующих поколениях называлось черным четвергом.

Фондовый рынок, который начал расти с лета 1919 года, достиг 449 пунктов в 1928 году, и был на беспрецедентном пике. Все больше и больше американцев вкладывают свои сбережения в фондовый рынок, боги акций появляются в оптовой торговле, а фондовый рынок открывает жаркое лето.

К сожалению, лето пришло, но неужели все думают, что зима не наступит?

В июне семь университетов: Брауновский университет, Колумбийский университет, Корнеллский университет, Гарвардский университет, Принстонский университет, Пенсильванский университет и Йельский университет совместно опубликовали печально известное заявление: «Оценка миллионов инвесторов по ценным бумагам Нью-Йорка сыграла свою роль, и их единодушное суждение показывает, что текущая цена акций не переоценена… Цена акций достигнет и будет поддерживать постоянный максимум в будущем!»

В августе ссуда брокера достигла 170 миллионов долларов, и безумный фарс в Уолл-стрит еще не закончился. Люди до сих пор наивно думают, что процветанию рынка нет конца. Но все мы знаем, что у процветания всегда есть свои конец.

В первую неделю сентября рынок внезапно начал подпрыгивать вверх и вниз. Хотя многие партии временно удерживали свои позиции в бирже, облако краха рынка уже незаметно окутало Уолл-стрит.

5 сентября Бэбсон, малоизвестный американский «статистик», выступил с речью на ежегодной конференции Национальной бизнес-ассоциации: «Катастрофа рано или поздно произойдет, и ее будет сложно сдержать».

Как говорилось, в 2 часа дня в тот же день Нью-Йоркская фондовая биржа рухнула.

Кто такой Бэбсон, обладающий такой загадочной силой?

На самом деле Бэбсон вообще не является широко известным критиком. Он скорее: педагог, философ, верующий, статистик, энтузиаст астрологии, энтузиасты экономики и сторонник закона всемирного тяготения… Короче говоря, этот человек: «большое мерцание»!

Оглядываясь назад, можно сказать, что рынок упал не из-за гениальных предсказаний Бэбсона, а потому, что после того, как рынок упал, люди обнаружили, что на свете существует такой человек как Бэбсон.

Уолл-стрит также собирает силы для борьбы с Бэбсоном, но есть проблема с реальной экономикой США. Из-за общего снижения индекса промышленного производства, выпуска стали и объемов перевозок депрессия неизбежно становится одной из обсуждаемых тем. Некоторые отзывчивые люди начали продавать и ликвидировать свои позиции, другие планировали занять низкие позиции, и все больше людей надеялись, что выступления важных людей помогут фондовому рынку пережить катастрофу.

Поскольку темные тучи, нависающие над Уолл-стрит, уже отчетливо видны, когда бум на фондовом рынке вот-вот подошел к концу, эти два события двумя тяжелыми паузами отбили занавес этого процветания, а также дали старт «Великой депрессии».

20 сентября 1929 года компания «Clarence Hartrly» в Англии внезапно обанкротилась. Хартли – интересный персонаж в отличие от обычного англичанина. Хартли построил поистине впечатляющую промышленную и финансовую империю в 1920-х годах. Самый привлекательный основной бизнес этой империи – производство и продажа автоматических фотоаппаратов с монетоприемником. Позже Хартли отказался от этих скромных предприятий и переключился на инвестиционный траст и бизнес по массовому финансированию. Его состояние в значительной степени связано с бизнесом по несанкционированной эмиссии акций и накоплением активов за счет незаконного выпуска акций и других, не менее неофициальных финансовых предприятий. Согласно легенде, в 1929 году разоблачение правды Хартли в Лондоне серьезно подорвало доверие Нью-Йорка.

Еще один инцидент, случившийся одновременно с инцидентом с Хартли, заключался в том, что 11 октября Бюро коммунальных предприятий штата Массачусетс не разрешило «Boston Edison» разделить свои акции на 4 акции. Как отметили в компании, в то время было очень популярно дробление акций. Для «Boston Edison» возможно вернуться к эре газовых ламп, если компания не будет стремиться к прогрессу. Прецедентов запрета на дробление акций нет. Бюро коммунальных услуг штата Массачусетс немедленно объявило о расследовании кредитного рейтинга компании и указало, что приведенная стоимость акций компании «была получена на основе спекуляций». Согласно прибыли компании, покупать эти акции по-прежнему выгодно.

Это какие-то безответственные слова. Вполне возможно, что эти слова могут иметь серьезные последствия, подобные разоблачению правды о Кларенсе Хартли. Однако и без того неустойчивое равновесие может быть нарушено просто из-за спонтанного решения о выходе. 22 сентября финансовые страницы различных газет Нью-Йорка опубликовали привлекательным жирным шрифтом рекламу инвестиционных услуг: «Пожалуйста, не задерживайтесь слишком долго, возможность бычьего рынка больше не появится». Эту рекламу можно понять так: «Большинство инвесторов зарабатывают деньги на бычьем рынке, и в конечном итоге они будут уничтожены последующими корректировками фондового рынка, а некоторые даже будут нести чистый убыток».

Снижение отраслевого индекса Федеральной резервной системы, разоблачение правды Хартли или необычные трудности Управления коммунальных услуг штата Массачусетс вряд ли вызовут волну у десятков, сотен, и наконец, тысяч людей. Но эти люди уже поняли, что бычий рынок скоро закончится.

Эти два события доминировали на первых полосах новостей и вызвали бурю негодования, потому что их разоблачение напомнило людям, что совсем скоро на бирже может лопнуть пузырь на цене акций. Элита Уолл-стрит Вместе с Митчеллом (Чарльз Митчелл, президент Национального коммерческого банка Америки), заявили, что фондовый рынок здоров и что его восходящий импульс не остановить. Единственное, что их беспокоит так это то, что цена акций некоторых компаний может немного упасть.

Первая половина октября прошла в подозрительности, беспокойстве и выжидании. Людей не волновало текущее падение котировок акций, потому что об «организованной поддержке» говорили почти все.

23-го Фишер (Филипп Фишер, известный аналитик по ценным бумагам) и Митчелл снова выступили с речью, но тем же днем цена акций сильно упала. Ирония заключается в том, что, когда Фишер оценивал перспективы базовых отраслей в Соединенных Штатах, он увидел проблемы спроса и предложения во многих отраслях, и эти перспективы были весьма нестабильными. В августе 1929 года он заявил руководству банка, что «развернется худший большой рынок коротких продаж за 25 лет». Можно сказать, что это самый удивительный прогноз фондового рынка в жизни молодого человека.

В настоящий момент все продолжают говорить об «организованной поддержке». Даже президент Гувер утверждал, что экономика США в целом здорова, но атмосфера бдительности охватила всю Уолл-стрит.

24 октября 1929 года, Нью-Йорк, США, Фондовая биржа.

В более поздних поколениях вам нужно будет только загрузить программное обеспечение компаний по торговле ценными бумагами, чтобы иметь возможность проводить транзакции через мобильные телефоны в любое время и в любом месте, что чрезвычайно удобно. Но сейчас эпоха, когда даже домашние стационарные телефоны не популярны у простого народа. Если вы хотите купить или продать ценные бумаги, вы можете пойти только на биржу.

Поэтому биржи оживляются каждый день, кроме субботы и воскресенья, и сегодня не исключение.

До открытия рынка на бирже уже было полно людей. Поскольку объем торгов в понедельник достиг 6 091 870 акций, он стал третьим по величине дневным объемом торгов в истории. Все были очень взволнованы, обсуждая, насколько вырастут их акции сегодня, но вскоре они были в ужасе, обнаружив, что что-то не так!

Акции, которые вчера росли очень быстро, внезапно начали резко падать без каких-либо предпосылок к этому!

«Черт! Выкиньте мои акции!» — кричали все, и бросались к прилавку, пытаясь продать акцию в руках пока не поздно.

Никто здесь не подумал, что это еще больше усилит падение акций. Ведь каждый хочет сохранить свою долю денег. В конце-концов, многие люди здесь вложили свои сбережения в фондовый рынок!

Вскоре машина котировок вышла из строя из-за обвала. Некоторые люди продавали товары из-за неопределенных опасений, а некоторые были вынуждены очистить свои позиции, потому что не смогли справиться с минимальным требованием продажи. В 11:30 утра тут был беспорядок. Люди, которые всегда утверждают, что они очень умные и хладнокровные, теряют рассудок, и сходят с ума от потери огромных денег.

«NYSE» стояла на ногах 112 лет, в течение которых было несколько кризисов, но все они быстро восстановились. Никогда еще не было кризиса столь долгого времени. Большое количество людей, желающих купить акции, начали восстанавливать позиции, либо в последние дни октября, либо в ноябре. Они могут представить, что менее чем через два года эти акции не будут стоить 30%.

В выходные после Черного четверга банкиры быстро отреагировали и объединились, чтобы защитить рынок. Паника на рынке, казалось, улеглась, и рынок восстановился. На выходных президент Гувер произнес еще одну речь: «Основные условия ведения бизнеса в стране, будь то производство товаров или продажа, находятся на здоровой и процветающей основе».

Другие политические и деловые деятели также выразили то же мнение, поэтому люди стали ждать покупок в понедельник, чтобы вернуть утраченные позиции.

Но в понедельник началась катастрофа, которую было трудно остановить.

28 числа рынок упал на 49 пунктов, а объем торгов составил 9,25 млн акций. Банкиры снова встретились и обсудили биржу.

29-го числа, самого мрачного дня с момента появления Нью-Йоркской фондовой биржи, объем торгов достиг 16,41 миллиона акций, средний индекс промышленных акций упал на 43 пункта, а акции инвестиционных трастов понесли тяжелые потери из-за эффекта анти-левериджа. Цена акций упала почти вдвое, а некоторые даже превысила 2/3. Банкиры провели в этот день две встречи, и вывод был очень однообразным, но позже выяснилось, что некоторые банкиры также начали продавать свои акции.

В «организованную поддержку» больше не верят. Тысячи американцев наблюдали, как их сбережения исчезают за несколько дней. Это самый мрачный день в истории американских ценных бумаг. Это наиболее влиятельное и самое пагубное экономическое событие в истории Соединенных Штатов. Последствия которого коснулись западных стран и всего мира.

30-го фондовый рынок испытал технический отскок, так что даже Рокфеллер выразил уверенность в фондовом рынке, и Гувер также выступил с речью. До сих пор его роль заключалась лишь в том, чтобы без устали повторять аргументы о здоровье фондового рынка, и что у них есть руководители высшего звена из Министерства торговли, руководители высшего звена из «Goldman Sachs» и другие респектабельные и убедительные люди, которые упорно трудятся для счастья страны.

31-го фондовый рынок открылся на 3 часа и немного вырос. С тех пор как рынок был закрыт до следующего понедельника, среди инвесторов начал проявляться оптимизм, и любая соломинка воспринималась бы ими как яркая надежда.

3 ноября фондовый рынок упал на 22 пункта при объеме торгов 6 млн акций. 5-го числа он упал на 37 пунктов и 6 млн акций. Затем он немного восстановился. Но с 13 ноября по 15 ноября он упал ещё на 50 пунктов. В течение этого периода реальный сектор экономики также быстро ухудшался. Объем торгов резко упал, цены на пшеницу резко выросли, и торговля с использованием заемных средств и маржинальная торговля инвестиционными трастовыми компаниями стали идеальным средством для самоубийства на фондовом рынке. Эффект анти-левериджа быстро обрушил акции, и чтобы сохранить некоторые запасы, акционеры пытались продать свою долю акций. В итоге все это привело к тому, что их акции начали обесценивание.

Говорят, что в это время администратор на стойке регистрации отеля в Нью-Йорке всегда будет спрашивать пришедших в отель гостей, хотят ли они остаться в номере или спрыгнуть со здания, потому что 11 известных спекулянтов покончили жизнь самоубийством, а тело одного комиссионера было поднято в реке Гудзон. А его кармане нашли 9,4 доллара сдачей и несколько бумаг уже бесполезных акций.

В середине ноября фондовый рынок достиг дна и закрылся на отметке 224 пункта. 3 сентября он все еще составлял 452 пункта. Президент Гувер, который считал, что шторм миновал, объявил о стимулировании экономики и внедрении снижение налогов. К сожалению, интенсивность была невысокой. Кроме того, Белый дом также провел встречу, на которой присутствовали люди из всех слоев общества, но в основном она была посвящена обмену идеями, выражению позиций, укреплению уверенности и освобождению. Гувер мог бы принять более эффективные меры, но он по всей видимости был очень доволен тем, что стал худшим президентом XX века. Нью-Йоркская фондовая биржа также присоединилась к веселью и объявила о расследовании короткой продажи, но безрезультатно.

Вся Америка и весь капиталистический мир полон горя и слёз!

Но принц Германии Янник в это время был в весёлом настроении. Ведь после нескольких успешных операций Ирвин Шахт с большим успехом вернулся домой.

500 миллионов, собранных Янником, увеличились в 3,2 раза!

Когда Янник с гордостью положил вексель на 200 миллионов долларов с процентами на стол Вильгельма II, выражение лица его дедушки было очень чудесным для него.

Он широко открыл рот и спросил с сильным удивлением в голосе: «Как ты это сделал?»

Янник расслабленно пожал плечами и улыбнулся: «Это не сложная задача. Если ты хорошо прочитаешь экономическую историю, ты обнаружил бы, что экономический кризис происходит каждые несколько лет. Это экономическое явление, которое циклически повторяется. Просто я понял это раньше остальных».

Конечно, все это ерунда. Если бы не знания более поздних поколений, он бы упустил шанс стать супербогатым человеком.

«…» — Вильгельм II не мог не пожалеть о том, что дал Яннику так мало денег, ведь он мог бы получить гораздо больше.

«Тогда скажи мне, что произойдет после этого фондового кризиса?»

Янник, притворившись, что все тщательно обдумывает ответил: «Если я не ошибаюсь, фондовый кризис в США перерастет в глобальный экономический кризис. Это будет неизбежная катастрофа для всех стран в мире».

Если посмотреть на количество компаний, которые закрылись в этом глобальном экономическом кризисе, исходя из исходного времени и пространства, то данные такие: 9 000 банков в Соединенных Штатах и почти 400 банков Франции, 300 в Германии и 10 в Соединенном Королевстве. В капиталистическом мире более 30 миллионов полностью безработных рабочих, и частично занятых от 10 до 15 миллионов человек!

Экономический кризис быстро распространился из США на другие промышленно развитые страны. Для миллионов людей жизнь превратилась в борьбу за еду, одежду и жизнь. Для защиты своих интересов различные страны усилили меры и средства защиты торговли, что еще больше усугубило ухудшение мировой экономической ситуации, которая является важным источником начала Второй мировой войны. Великая депрессия также вызвала серьезные социальные проблемы: во время Великой депрессии от 2 до 4 миллионов учащихся средних школ бросили школу; многие люди не могли вынести физической и психологической боли и покончили жизнь самоубийством; социальное обеспечение ухудшалось с каждым днем.

Самая главная проблема – это безработица. В США общее количество безработных достигло 8,3 млн. Во всех городах США бедняки выстраиваются в очередь за продуктами на несколько кварталов. В Великобритании 5-7 миллионов человек не имеют работы, и им приходится стоять в длинных очередях на рынке труда. Катастрофа, вызванная Великой депрессией в Соединенных Штатах, беспрецедентна в истории человечества. Это даже хуже, чем так называемый «Трехлетний голод» во время трехлетнего тяжелого периода Китая с 1959 по 1961 год. Итак, на этот раз Великая депрессия в Соединенных Штатах разразилась серьезным экономическим кризисом с 1930 по 1933 год. В Соединенных Штатах был большой голод и широко распространенное недоедание, что привело к ненормальной смерти большого числа людей. По самым скромным подсчетам, умерло не менее 7 миллионов человек, что в то время составляло около 7% населения Соединенных Штатов.

Вильгельм II серьёзно сказал: «Тогда тебе следует разобраться с этим экономическим кризисом в стране».

Янник просто покачал головой: «Нет, я не буду разбираться с кризисом, если только Германия не станет такой-то страной, подобной Советскому Союзу, и не изменит свою экономическую систему».

Причиной капиталистического экономического кризиса является противоречие между обобществлением производства и частной собственностью на капиталистические средства производства. Советская государственная собственность не вызовет такого экономического кризиса. Единственным бенефициаром этого мирового экономического кризиса является Советский Союз, потому что Советский Союз не интегрировался в капиталистическую мировую экономику и не был вовлечен в кризис. Напротив, он развивался через кризис.

«И даже если есть способ, я не планирую его реализовывать», — спокойно сказал Янник.

Последнее предложение ошеломило Вильгельма II: «Почему?»

Германия будет его империей в будущем, и разве он хочет наблюдать, как его империя впадает в ужасное положение?

«Я в первую очередь думаю об интересах имперской власти», — ответил Янник.

После окончания Первой мировой войны правительство Германии было вынуждено перейти от двойной монархии к парламентской монархии. Хотя за последние десять лет Вильгельм II постепенно восстановил много полномочий, парламент все еще обладает большой властью.

Следовательно, он должен воспользоваться этим глобальным экономическим кризисом, чтобы вернуть политическую систему в стране к двойной монархии!

Американский писатель Джон Толан однажды описал в своей книге: «В Германии ненависть распространяется как чума; жертвы экономического кризиса нацелены на тех, кто более удачлив, чем они».

Владельцы небольших магазинов, которые были вынуждены закрывать свои двери, проклинали большие универмаги; миллионы безработных ненавидят рабочих и «боссов». Десятки тысяч выпускников колледжей обнаруживают, что их будущее заблокировано, и выражают свою ненависть к классным работодателям.

Экономический кризис ударил почти по каждому классу общества. Фермеры презирают жителей города; а большое количество безработных жителей города завидуют фермерам, потому что у них есть урожай и еда.

Эрих Карел считает, что: «Экономический кризис чрезвычайно сильно ударил по нижнему среднему классу и постепенно деградировал мораль всей нации, разрушив ее способность к рациональному мышлению, «это психологическая депрессия, которая приходит с нехваткой материала», катастрофа для любой нации. А для немцев которые считают работу целью жизни, безработица означает крах всей морали».

Веймарская республика в первоначальном времени и пространстве оказалась беспомощной перед лицом внутреннего экономического коллапса и социальных потрясений после войны и не приняла эффективных мер для преодоления существующих трудностей. Во время кризиса правительство проводило политику, которая наносила ущерб средним и низшим классам общества и защищала интересы высших классов. Средний и низший классы утратили свою экономическую безопасность. Их надежды на правительство были полностью разрушены. Они чувствовали, что Веймарское правительство не представляет их собственных интересов. И защищают интересы монополистического капитала. Веймарская республика является синонимом социальной нестабильности и «национального позора».

Хотя нынешнее правительство не является Веймарской республикой в первоначальном времени и пространстве, оно то же самое с точки зрения правящей некомпетентности. Янник считает, что это правительство будет в растерянности из-за надвигающегося экономического кризиса. И ему будет нетрудно заставить существующее правительственное собрание коллективно уйти в отставку. Вернув все права королевской семье, он переломит ситуацию в стране.

Услышав план Янника, Вильгельм II кивнул и вздохнул: «Почему я раньше не считал тебя таким талантливым?»

«Потому что раньше я был плейбоем», — подумал Янник и сказал: «Дедушка, на самом деле, я всегда был таким талантливым. Просто у меня раньше были старшие братья и младшие братья которые могли делать что-то для страны. В то время я хотел учиться у своего отца и быть свободным исследователем или кем-то в этом роде. Теперь, когда остался только я, разве я должен стоять спокойно и смотреть на тяжёлую ситуацию нашей семьи и страны? Должен ли я позволить империи погибнуть?»

Вильгельм II искренне сказал: «Спасибо за твой тяжелый труд, Янник».

Экономический кризис быстро распространился из Соединенных Штатов на другие промышленно развитые страны. Для миллионов людей жизнь превратилась в сущий ад.

Как и ожидал Янник, у некомпетентного Веймарского правительства нет эффективной политики, чтобы справиться с этим экономическим кризисом.

После вступления в должность новоназначенный премьер-министр Генрих Брюнинг принял меры по расширению экспорта, повышению налогов, сокращению государственных расходов, сокращению заработной платы и фондов помощи, а также другие меры по преодолению усиливающегося экономического кризиса. Однако эти меры не смогли обратить вспять тенденцию к снижению экономики. но вместо этого привело к дальнейшему ухудшению ситуации во всей стране.

Во-первых, политика жесткой экономии Брюнинга не смогла стимулировать производство, но и усугубила кризис продаж немецких товаров и массовую безработицу среди трудящихся. Чтобы расширить экспорт, Брюнинг резко снизил цены на экспортные товары, чтобы сделать их более конкурентоспособными на международном рынке. Однако другие капиталистические страны обеспокоены экономическим кризисом и также используют тот же метод для сброса своей продукции за границу.

Кроме того, чтобы преодолеть кризис, страны приняли метод повышения тарифов, чтобы предотвратить приток товаров из других стран. Поэтому немецкая продукция, цены на которую упали, все еще застревает в стране и не может выйти на рынки других стран. Низкие объемы продаж продукции привели к общему спаду промышленного производства в Германии. Фабрики не работали. Владельцы предприятий один за другим увольняли рабочих. Накануне отставки Брюнинга в 1932 году число безработных по всей стране достигло более 6 млн, что составляет 43,8% от общей занятости.

Во-вторых, налоговая политика Брюнинга привела к резкому ухудшению уровня жизни людей. Когда Миллер был у власти, новые налоговые поступления достигли 1,254 миллиардов немецких марок. После того, как Брюнинг вступил в должность, он стал еще более активным, и новые налоги стали необузданными. Только новый налог на пиво и розничный налог увеличили государственный налог на 750 миллионов. Недавно установленный налог на табак в декабре, добавили населению еще 800 миллионов марок налога. Кроме того, существуют кризисные налоги, налоги на целибат, налоги на занятость и так далее.

В очередной раз с повышением налогов Брюнинг резко сократил заработную плату и пособия по безработице и погрузил людей в пучину лишений. Во время кризиса заработная плата немецких рабочих, служащих и государственных служащих упала на 50%. В 1932 году среднемесячная зарплата рабочего или государственного служащего составляла всего 150 марок, что было меньше, чем 170 марок промышленных рабочих в 1929 году. В том же году безработным и их семьям оставалось всего 15 марок в месяц, чтобы сводить концы с концами: «Некоторые семьи полагаются только на картофель как источник средств к существованию, и на лицах людей можно было увидеть отчаяние».

Антикризисные меры Брюнинга не только не облегчили материальные трудности людей, но и увеличили их бремя, поставив миллионы немцев в состояние боли и отчаяния. Люди в стране были недовольны и жаловались на Брюнинга, который стал настоящим «голодным премьер-министром».

Всего за два года в Германии произошло более 1000 забастовок. Немецкие массы, особенно мелкая буржуазия, были полностью разочарованы в правительстве. Чтобы найти выход, они вскоре начали призывать Германию вернуться в монархию.

Наконец, как и хотел Янник, правительство было вынуждено коллективно уйти в отставку под колоссальным давлением, а парламент был распущен. Вильгельм II не только вернул себе утраченные права, но и стал еще более централизованным, чем десять лет назад.

Но он все равно не мог быть счастливым.

Потому что у него нет возможности вывести Германию из нынешнего затруднительного положения. После нескольких встреч с этими так называемыми «мозговыми центрами» страны, Вильгельм II понял, что эти дураки ничем ему не помогут.

Если нынешнее затруднительное положение не может быть разрешено, он боится, что он станет следующим королем Людовиком XVI, который был брошен на гильотину собственным народом.

Почему бы ему просто не сбежать?

Абсурдная мысль мелькнула в голове Вильгельма II, и вскоре он обнаружил, что эта идея была слишком ядовита. Чем больше он думал об этом, тем больше чувствовал, что может попробовать сделать это. Собрав золотые и серебряные сокровища из сокровищницы, поехать в другую страну, чтобы провести остаток своей жизни в спокойствии?

Он энергично похлопал себя по лицу выбрасывая эти мысли из головы, если он так сделает, какое у него будет лицо при встрече с Фридрихом Великим после его смерти.

Как только Вильгельм II тяжело вздохнул, его секретарь сообщил, что Янник прибыл: «Впусти его».

Только когда вошел Янник, Вильгельм II развеселился и слегка улыбнулся: «Янник, сядь. Я хочу тебя кое о чем спросить».

Конечно Янник знал, о чем он хотел спросить. Он помнит, что раньше волосы Вильгельма II были только наполовину белыми, но теперь они полны седых волос: «Дедушка, ты давно не видел мисс Сьюзен?»

Вильгельм II оперся на стул и вздохнул: «В течение нескольких лет… Я очень скучаю по ней».

Янник кивнул: «Тогда иди к ней».

«…» — Вильгельм II подозрительно посмотрел на него, не понимая что он имеет ввиду.

Янник потер лоб, и его тон был довольно беспомощным: «Изначально планировалось реализовать мой план только через несколько лет. Но похоже, что мне придётся применить его как можно скорее. Ты можешь немного отдохнуть в Китае».

Как упоминалось ранее, некоторые из лучших друзей Янника – дворяне юнкеры. На протяжении многих лет Янник тайно контактировал с другими юнкерскими дворянами среднего и низкого уровня через их наследников, чтобы заручиться их поддержкой.

Хотя ожидаемые цели не были полностью достигнуты, реализация плана не вызовет серьезных нарушений.

«Ты…», — неужели его внук хочет забрать корону императора?! Однако у Вильгельма II не было ни малейшего гнева, вместо этого в его сердце появилось облегчение, и он спокойно спросил: «Ты сможешь справиться?»

Янник не мог не удивиться реакции Вильгельма II, думая, что он хотя бы похлопает по столу и отругает его за его слова: «Не волнуйся, дедушка, я уверен что смогу справиться».

После долгого молчания, Вильгельм II медленно кивнул: «Что ж, завтра я объявлю о своем отречении от престола».

Янник с уверенностью сказал: «В этом пока что нет нужды, дедушка, но знай одно, я позволю тебе смыть твой прошлый позор в должности императора. Польша, Франция и Соединенное Королевство – все они отдадут тебе соглашения о капитуляции».

«…» — может быть, это было облегчением, и Вильгельм II не мог дождаться дня когда будет отдыхать и быстро организовал круиз в Китай.

Увидев, что круизный лайнер удаляется, Янник повернулся, чтобы спросить королевского дворецкого: «Сколько комнат во дворце?»

Ему уважительно ответил королевский дворецкий: «Всего 1210 комнат, ваше высочество».

«Каждую комнату убирают каждый день?»

«Да, милорд».

«Сколько слуг во дворце?»

«Есть 442 человека, не считая временных рабочих, милорд».

Проклятье, сколько же зарплаты он должен платить им каждый месяц.

«Оставьте слуг для комнаты моего деда, родителей и мою спальню. Помимо моего офиса, три или четыре конференц-зала будут опломбированы. Каждые один или два месяца проверяйте, нет ли повреждений в этих комнатах. Оставьте наименьшее количество слуг. Ты меня понял?»

В глазах королевского дворецкого вспыхнул намек на изумление, но он все же покорно ответил: «Как хотите, ваше высочество».

Янник подумал и добавил: «Нет, теперь, когда они будут уволены в такой ситуации, они останутся безработными, и найти работу им непросто. Пусть Шпеер устроит их на работу».

В ту ночь, Янник созвал военное собрание на высшем уровне.

«Перед отъездом его величество Вильгельм издал приказ о «положении руководства Вермахта», которое гласит что: «С этого момента принц Янник будет лично осуществлять командование всей армией страны». В соответствии с этой статьей я приказываю упразднить Имперское военное министерство и создать Главное командование сил обороны, а себя назначить верховным военным главнокомандующим всей страны. Командование сухопутных войск, ВМФ, и воздушных… нет, я забыл что ВВС ещё не созданы. Одним они словом все понижены до уровня членов оперативного штаба.

!!!

Как только Янник закончил, внизу поднялся шум. Эти слова прямо оспаривали легитимность верховного главнокомандования и фактически лишали командование всяких полномочий.

Главнокомандующий армией и начальник Генштаба – теперь бесполезные люди. Несравненные командиры превратились в простых членов штаба, которые могут отвечать только за разработку плана боя. И даже сам план оперативного отдела должен быть окончательно рассмотрен командным отделом, прежде чем он может быть реализован.

Главнокомандующий армией Вернер фон Фрич первым поднялся и яростно возразил: «Я не согласен, ваше высочество, это не в соответствии с традициями!»

Янник усмехнулся с презрением, безжалостно насмехаясь: «Какая чертова традиция? Последняя война показала нам, что определенные традиции больше не соответствуют ритму новой эпохи. Новые войны требуют новых традиций. Этот порядок нельзя изменить. Все, что вы можете делать – это покорно подчиняться».

Главнокомандующий покраснел, задыхаясь от этих наглых слов принца, и громко возразил: «Нет, ваше высочество, я могу уйти в отставку».

«Опять этот трюк? Ты думаешь, что я пойду на компромисс, как мои дедушка?» — С раздражением подумал Янник и без колебаний кивнул: «Я одобряю вашу отставку. Вернер фон Фрич, отныне вы не немецкий солдат. Пожалуйста, покиньте эту военную конференцию сейчас же. Кроме того, я одобряю отставку всех, кто хочет уйти из армии».

«…» — Вернер фон Фрич не ожидал, что Янник будет настолько решительным. Мускулы на его лице отчаянно дрожали, и он в последний раз бросил на Янника яростный и печальный взгляд, повернулся к нему спиной и пошел к двери с злым выражением лица.

Ганс Ценкер, командующий флотом, также поднялся, чтобы уйти.

Четверть людей в конференц-зале встали после короткого молчания. И высшие офицеры армии следовали за Вернером фон Фричем, а офицеры флота – за командующим флотом Гансом Ценкером.

Однако эти люди – всего лишь маленькие персонажи, и они не внесли большого вклада во Вторую мировую войну первоначального времени и пространства. Некоторые люди ему даже неизвестны. Поэтому Янник не расстроится, после их ухода.

За исключением одного человека…

Увидев, что Браухич тоже встал, Янник заговорил нахмурив брови: «Генерал Браухич, вы помните тот вопрос, который я задал вам несколько лет назад? Кажется, это ваш ответ».

«Ты разочаровал меня Браухич, и сделал не правильный выбор», — подумал Янник смотря на него.

Браухич бросил на него сложный взгляд, молча отдал ему честь и повернулся, чтобы уйти.

После того, как эти люди вышли из конференц-зала, Янник кивнул Рейнхарду и жестом приказал внести всех этих людей в список для наблюдения и в случае чего, устранения.

Он ожидал ухода этих людей. На самом деле, если бы у него было больше времени, он смог бы убедить больше людей остаться а армии. Но к сожалению, времени у него нет. Если он не предпримет никаких действий, вся Германия будет на краю хаоса.

Дверь в конференц-зал закрылась, и Янник улыбнулся остальным: «Почему вы такие серьезные? Какие-нибудь комментарии?»

Рейнхард встал первым и отдал ему честь с уважением: «Клянусь в верности вашему высочеству! Да здравствует Германия!»

После него остальные люди встали и приветствовали Янника: «Присягаю на верность вашему высочеству! Да здравствует Германия! Присягаю вашему высочеству! Да здравствует Германия!»

«Да здравствует Германия!» — сказал Янник и жестом показал всем сесть: «Прежде чем объявить о новом кадровом назначении, у меня есть еще одна важная вещь. Это немецкие ВВС, которые собираются перестроить. Я решил разделить их на авиацию ВВС, армейскую авиацию и военно-морскую авиацию.

Авиация ВВС состоит из истребителей и стратегических бомбардировщиков. Их основными задачами являются оборона родины, захват господства в воздухе и стратегические глубокие бомбардировки врага».

«Что касается армейской авиации, то она в основном оснащена штурмовиками, тактическими бомбардировщиками, транспортными самолетами и другой летательной техникой. Их задача – взаимодействовать с наземными наступательными силами и обеспечивать их своевременной и мощной огневой поддержкой и мобильным транспортом».

«Авиация ВМФ в основном оснащена истребителями и штурмовиками. Задача – уничтожение морских сил противника, прикрытие и поддержка боевых действий наших кораблей; защита собственных морских коммуникаций и разрушение морских коммуникаций противника; уничтожать прибрежные аэропорты, базы и порты противника. Обеспечивать безопасность военно-морских баз и портов; вести морскую разведку, патрулирование, противолодку, раннее предупреждение, установку мин, разминирование, связь, наведение, помощь армии, и транспорт».

Поскольку в Германии никогда раньше не было военно-морской авиации, Янник особо тщательно представил им обязанности этой новой части армии страны.

«За авиацию ВВС временно отвечает Альберт Кессельринг».

«Армейская авиация временно подчиняется Вольфраму фон Рихтгофену. Морская авиация временно подчиняется Гансу Юргену Штумпфу».

Проклятье, в Германии так много талантов. Этого более чем достаточно, чтобы поставить на место командование адекватных людей.

«Начальником штаба армии временно будет Герд фон Рундштедт», — первоначально эта должность была зарезервирована за Браухичем, но он не воспользовался этой возможностью.

«Начальником штаба ВМФ временно назначен Эрих Редер. Группой авианосцев временно командует Гюнтер Лютьенс, а подразделением подводных лодок – Карл Дёниц».

«С сегодняшнего дня все разведывательные службы подчиняются Немецкому разведывательному центру. Руководителем организации является Рейнхард Гейдрих».

Объявив о кадровом назначении, Янник попросил своих четырех секретарей начать распространение справочника: «Это новая форма, которую я разработал».

Без преувеличения можно сказать, что немецкая форма была самой красивой в мире во время Второй мировой войны. Светло-сине-зеленая офицерская шляпа с широким краем, шикарная армейская ветровка и шлем плавной формы с высокой немецкой фигурой и изящным лицом – просто произведения искусства.

[[image:/storage/reader-images/b576fb494f3436bd555e327adabcc857e7c8af84.jpg]]

Гитлер всегда считал, что военная форма должна быть красивой, чтобы молодые люди без колебаний пошли в армию!

Молодежь – главная сила армии. Те, кто идут в армию, обожают тщеславие и хотят показать свою мужественность, силу и превосходство, а если добавить красоту, это просто мечта всех мужчин и фантазия всех женщин. С другой стороны, большая медвежья шляпа британской армии или французская военная форма землисто-зеленого цвета, или даже форма землисто-желтого цвета Советского Союза. Одним словом, кто хочет носить такую уродливую военную форму, и умереть в ней же?

В конце была новая присяга Вермахту.

«Я клянусь Конституции Империи и перед своей честью, что буду чтить свою жизнь в качестве храброго и преданного немецкого солдата. Я буду безоговорочно верен своему императору и преданно служить своему народу и родине. Я буду храбрым солдатом который соблюдает свои обеты и даже жертвует тем, чем он хочет ради своей страны. Каждый соратник – мой брат, независимо от его статуса, пола или цвета кожи. Я покажу твердость при встрече с врагом и мягкость при встрече со своим народом. Я буду уважать войска и уважать дисциплину. Единство – сила, а храбрость и верность – мои добродетели».

Янник не беспокоился, что ушедшие высшие офицеры сделают что-то необдуманное и безумное по воле эмоций. Он уже придумал контрмеры. Если эти люди посмели бы строить какие-то заговоры против него, он будет счастлив отправить их в концентрационные лагеря.

Обсудив некоторые другие вопросы, Янник объявил о переносе заседания и пошел в другой конференц-зал.

Атмосфера здесь еще более серьезная: как только Энни и Ина открыли дверь конференц-зала, оттуда вырвалось густое облако дыма, заставив Янника инстинктивно отступить: «Что такое? Там пожар?»

Весь конференц-зал был окружен облаками и туманом, как в какой-то сказочной стране.

Янник крикнул: «Кто стоит у окна? Откройте окно!»

Кстати, вроде вентилятора в этом мире еще нет? Можно подать заявку на патент.

Несколько окон в конференц-зале были распахнуты, и дым из комнаты вышел наружу.

Яннику потребовалось много времени, чтобы войти в конференц-зал: «Вы сошли с ума? Хотите заболеть раком легких все вместе, не так ли?»

Старый Боуэн, сидевший в первом ряду обеспокоено спросил: «Постойте, ваше королевское высочество. Неужели нам это удастся? Германия не погрузится в хаос?»

Янник усмехнулся: «Почему бы тебе не подумать о преимуществах, которые ты собираешься получить от этого? Может, это облегчит тебе жизнь», — затем он выглянул в окно и спросил: «Что там происходит?»

Толпа проследила за взглядом Янника и была потрясена, увидев вдалеке постепенно краснеющее небо. Сейчас уже за девять часов вечера, это не может быть закат, не говоря уже о утреннем сиянии.

Что это?

Энни поспешила к окну, посмотрела на него и ответила: «Ваше королевское высочество, кажется, там горит здание», — после того, как она это сказала, все заметили клубящийся в небе черный дым.

«Огонь достаточно большой, чтобы мы видели даже отсюда. Ина иди и спроси у администрации, где он загорелся».

«Да!» — Инна выбежала из конференц-зала, чтобы позвонить, и вскоре вернулась, чтобы доложить: «Его королевское высочество, отель «Deutsche» горит!»

Янник расширил глаза в озарении, но сразу же вернул себе прежний вид и притворно спросил: «Да? Пожар под контролем? Почему задание загорелось?»

«Огонь все еще горит и он слишком сильный, я боюсь, что какое-то время его нельзя будет контролировать. Я также слышала, как сбежавший менеджер отеля сказал, что это произошло из-за утечки газа».

Присутствующие слушали разговор между ними двумя и были в ужасе.

Конечно, они знали этот ресторан – это было место, где высокопоставленные юнкеры встречались раз в месяц, а сегодня как раз и была дата их встречи. Утечка газа вызвала такой сильный пожар? Что за бред!

Но никто не настолько глуп, чтобы разбираться в этом вопросе.

Уже много людей тайно подсчитывают, какую выгоду они могут получить от предыдущих обещаний, данных его королевским высочеством.

«Не беспокойтесь о пожаре, он естественно погаснет, когда придет время. Наша встреча продолжается. Я собрал вас здесь, чтобы сказать что после сегодняшнего вечера я издам законопроект о пресечении деятельности тех засранцев, которые не занимаются реальной работой и специализируются на спекуляциях, ростовщичестве и накопительстве. На самом деле я долго готовил этот законопроект. Знаете, почему я выпускаю его сейчас? Потому что я собираю улики, а недавно созданный отдел – это секретное агентство с небольшим штатом сотрудников. Это заняло много времени, но в конце концов они справились с работой. Я слышал, что собранной информацией можно заполнить целый грузовик. Мистер Лоуренс, есть ли у вас какие-либо вопросы?» — сказал Янник.

Лоуренс опустил немного дрожащую руку и таким же дрожащим голосом сказал: «Ваше королевское высочество, я тоже накопил немного зерна. Я готов пожертвовать их бесплатно».

Почти половина людей подняли руки один за другим. Но Янник махнул им, чтобы они отпустили их: «Вы все сидите здесь сегодня, потому что поддерживаете меня. И разве я могу заставлять вас отдавать мне свои вещи? Все, кто хранит товары, должны продавать их по рыночной цене. А те, кто давал ростовщические займы, и просто не платят процентную ставку, превышающую правила банка, тогда я сделаю вид, что таких вещей никогда не было. Раз вы решили поддержать меня, я обязан привести вас всех к богатству, не так ли? И я надеюсь, что вас не очаруют эти мелкие прибыли перед вами. Если вы доверитесь мне, то я могу принести вам богатство в десять раз а то и в двадцать раз больше»

«Мистер Зайферт, вы хотите мне что-то сказать?» — Янник указал мужчина в середине конференц-зала, который вытирал холодный пот на лбу и хотел что-то сказать ему несколько раз.

После того, как Янник назвал его имя, пот на лице Зайферта покатился еще сильнее, и он задрожал, прежде чем заговорил со страхом: «Да, ааше высочество, я действительно хочу кое-что сказать, но так и не осмеливаюсь сказать это».

Янник улыбнулся: «Никто вас не накажет за вопрос ко мне, что вы хотели сказать?»

Зайферт несколько раз вытер пот, прежде чем тихо спросить: «Вы не будете поступать с нами, как с теми юнкерами в ресторане?»

«…» — вся комната мгновенно замерла, и тут даже был бы отчетливо слышен звук падающей иглы.

И всем казалось, что потрескивающий звук от пламени отеля «Deutsche» издалека можно было услышать.

«Шурх».

Энни и Инна уже прикоснулись к пистолетам на поясе, и, пока королевское высочество отдаст приказ, они убьют этого глупого дурака.

Конечно, Янник не отдал бы такого приказа, но он действительно не ожидал, что кто-то задаст такой острый вопрос, и он не знал, был ли этот парень смелым или недальновидным. Однако, глядя на других людей внизу, их лица немного напряжены, и похоже, они испытывают те же опасения.

В конце концов, его методы слишком экстремальны, поэтому всем будет страшно, если он вдруг решит избавиться от них.

Подумав об этом, Янник сказал: «Что же, я обещаю вам, как будущий император Германии, что до тех пор, пока все здесь не продадут интересы империи и не причинят вреда людям империи, вы всегда будете защищены империей».

После его слова, выражения лиц у всех наконец смягчились.

Но Янник также хорошо осведомлен о том, что такое так называемая капиталистическая семья, поэтому он должен постоянно следить за этими людьми: «Как я только что сказал, накопление и перепродажа, рост ростовщика и т. д. – это мелкая прибыль. Пока вы будете следовать за мной, вы будете заниматься законным бизнесом.

Например, в течение десяти лет появятся очень много инвалидов, и вы можете инвестировать в протезирование и разрабатывать удобные и прочные протезы, которые принесут пользу другим и при этом вы будите зарабатывать деньги.

В будущем также будет бесчисленное количество деревень или городов, которые сгорят или будут уничтожены. Их реконструкция мест требует много инженерной техники, материалов и оборудования.

Например, нынешний магнитофон слишком громоздкий, вы можете вложить средства в разработку магнитофона, который будет легко переносить один человек. Есть и другие вещи, такие как цветные телевизоры и цветная пленка. Если вы осмелитесь подумать об этом, то у вас есть возможности для бизнеса и вы можете зарабатывать деньги повсюду».

В сопровождении резкой пожарной сигнализации бесчисленные пожарные машины со всех сторон города устремились к месту пожара ресторана и занялись тушением пожара.

Жалко, что яркое и бесконтрольное пламя говорит людям вокруг здания, что если Бог внезапно не появится, чтобы потушить этот огонь, он не прекратится.

Глядя на алое пламя, которое почти освещало половину тёмного неба, Янник не мог не радоваться про себя, что это здание было не каким-то выскоим небоскребом. Иначе сколько денег он потеряет, если сожжет его дотла?

Когда внимание большинства берлинцев привлек яркий пожар ресторана, где незадолго до этого «по счастливой случайности» собрались высшие юнкеры, на некоторых людей незаметно обрушилась новая волна бедствий.

Бесчисленные роскошные виллы, дома и элитные резиденции были окружены командами суровых солдат.

На вилле, старый дворецкий, который пришёл открыть дверь, посмотрел на группу вооруженных до зубов людей в незнакомой форме за дверью с боевыми автоматами.

Старый дворецкий нервно сглотнул и храбро спросил: «Вы… Кто вы такие?»

Ему холодно ответил старший прапорщик: «Мы принадлежим к первому отряду новой имперской гвардии! И мы получили известие, что на вашей вилле скрывается группа предателей! Откройте дверь или мы её сломаем!»

Предатели? Тело старого дворецкого вдруг задрожало: «Вы, должно быть, ошибаетесь, сэр. У нас нет та…».

Половина его слов резко оборвалась, ведь прапорщик за дверью уже вытащил пистолет и с нетерпеливым видом нацелил его в глазок: «Открывай эту чёртову дверь! Иначе я отдам приказ расстрелять тебя, как только войду!»

Столкнувшись с черной дырой в ружье, старый дворецкий не осмелился ничего сказать и, дрожа, протянул руку, нажав на ручку двери. Наблюдая за этой группой солдат, которые больше похожи на преступников, он ясно слышал яростный приказ прапорщика, который только что наставил на него пистолет: «Обыщите всю виллу, никого не отпускайте, хватайте их всех! Если они не сопротивляются, не причиняйте им вреда. Они – рабочая сила империи. Кроме того, постарайтесь не повредить вещи внутри. Они теперь являются собственностью империи. Что касается слишком смелых… То те, кто сопротивляется вам, должны быть убиты!»

«Вы, вы…», — старый дворецкий, казалось, нырнул в холодную воду.

Что случилось? Кого обидел его хозяин? Два дня назад он даже пригласил группу друзей политиков поболтать и посмеяться, но почему теперь это вызвало такое несчастье?

Нехорошо! Он внезапно вспомнил, что у молодого хозяина в комнате был пистолет. Если эти люди ворвутся и попытаются задержать его, молодой хозяин обязательно выстрелит: «Сэр, вы должно быть, ошибаетесь. Мой хозяин и главнокомандующий Вернер фон Фрич из военного ведомства хорошие друзья».

На самом деле, его хозяин и главнокомандующий Фрич имеют только несколько коротких встреч, и их вряд ли можно назвать друзьями. Но сейчас он хочет защитить своего хозяина главнокомандующим армии.

Прапорщик посмотрел на дворецкого с презрением: «Вернер? Я не слышал о Вернере фон Фриче, и в империи больше нет такой должности, как главнокомандующий армией. Так что старик, заткнись и не мешай нам! Я бы с удовольствием застрелил тебя, но я уверен, что ты сможешь работать ещё несколько лет для империи в лагерях».

Как только его голос утих, из богато украшенной комнаты раздалась ожесточенная стрельба.

«Все кончено!» — старый дворецкий сел на землю с отчаянным взглядом, тупо наблюдая, как солдаты выводят из дома десятки напуганых людей.

«Есть раненые?» — спросил прапорщик, когда подошли солдаты.

Солдат покачал головой и усмехнулся: «Там был злобный мальчишка с пистолетом, но мы среагировали быстро и превратили его в решето. У нас не было жертв, но на стене есть несколько пулевых отверстий. А что насчет этого старика?».э

Он указал на старика, стоящего на коленях и смотрящего в пол с пустым взглядом.

Младший лейтенант махнул рукой и небрежно сказал: «Убери его».

«Да!» — солдат отсалютовал, шагнул вперед, схватил старика за воротник, как какого-то щенка, и потащил к большому грузовику за дверью.

Они не боятся получить наказания за свои действия. Не будем говорить, что их покровители – королевская семья империи. Даже если у них не будет покровителей, эти люди все равно будут брошены в концентрационные лагеря с самыми тяжелыми условиями принцем, а там в основном нет возможности выйти живым.

…

Еще одна вилла.

Лидер среди команды имперской гвардии – лейтенант, и его отношение относительно мягкое.

Глядя на стоящего перед ним невысокого и толстого мужчину средних лет, который по совместительству был евреем, он прямо произнес ордер на арест: «Мистер Иезекииль? Ваша семья арестована за совершение преступлений по имперской спекуляции».

Иезикииль выглядел шокированным: «Что? В чем наше преступление? Почему я не слышал об этом?»

«Вы не слышали об этом?» — усмехнулся лейтенант: «Хорошо, добавьте ему еще одно преступление в виде неуважения к немецким законам, и отправляйте всю семью в концлагеря».

После его слова солдаты начали действовать.

Но Иезекииль быстро протянул руку: «Мистер лейтенант, в этом должно быть какое-то недоразумение. Видите ли, если это может устранить это недоразумение, мы все еще сможем подружиться».

Когда он говорил, в его руке появился золотой слиток, словно он достал его из воздуха.

Глядя на золотой слиток, выражение лица лейтенанта немного изменилось: «Золотые слитки – это хорошо».

Но вместо того, чтобы взять золотой слиток, он ударил Иезекииля кулаком в его толстый живот.

«Аа!» — улыбающееся лицо Иезекииля в мгновение ока побледнело, он не мог не издать болезненный стон. Его ноги ослабели, и все его тело тяжело опустилось на колени.

Лейтенант не остановился на этом и продолжал пинать толстяка, холодно фыркнув: «Осмелился подкупать имперского офицера? Проклятая еврейская свинья!» — он почувствовал, что его оскорбили. Если бы не приказ, он взял бы пистолет и убил толстяка.

Неужели эта группа жадных вампиров действительно думает, что имея деньги, они могут делать все, что захотят?

После напряженной ночи гвардия арестовала сотни больших и малых семей, среди которых большинство составляли аеликие юнкеры и богатые купцы евреи.

Оппозиционеры также были уничтожены по особым инструкциям Янника. Почти все бывшие чиновники, с несколькими незначительными небольшими партиями, всевозможными пробританскими, проамериканскими, профранцузскими, и прояпонскими фракциями также пострадали и были отправлены в концентрационные лагеря.

Эта группа политиков, которые были готовы посмотреть шоу, и представить себе не могла, что Янник их внезапно убьет или отправит работать до смерти.

Первоначально они планировали дождаться, чтобы воспользоваться возможностью и превратить Германию в «демократическую и свободную» республику, когда Вильгельм II не мог бы контролировать ситуацию в стороне.

А во время арестов несколько «громких» депутатов, оскорбляли Вильгельма II как проклятого диктатора. Но гвардейцы без промедления избили их до смерти, но перед этим выбили все зубы. Другие со страхом в глазах смотрели на этих свирепых солдат без всякой пощады. Они прикладами автоматов избивали кричащих людей, и буквально ломали головы этих высокопоставленных чиновников.

Янник, конечно знал, что сейчас хорошее время для захвата власти, и бессовестно приказал арестовать всех мешающих ему чиновников.

У людей нет работы и еды… Кого волнует арест бывшего премьера или дипломата?

Как и в первоначальном времени и пространстве, как только Гитлер пришел к власти, он немедленно распустил парламент, запретил оппозиционную партию и запретил профсоюз. Но в то время большинство немцев не волновало отсутствие парламента, оппозиционной партии и профсоюзов, потому что они были так разочарованы прошлым правительством, которое ничего не сделала после Первой мировой войны и не обратили на действия Гитлера никакого внимания. Точнее они сделали вид, что не видят насильного захвата власти. Ведь была надежда, что Гитлер улучшит ситуацию в стране.

Эта ночь была катастрофой для некоторых высокопоставленных людей империи, но большинство низкоуровневых гражданских лиц не пострадали.

Ранним утром следующего дня, небо было все еще темным, но как всегда, люди повсюду выстраивались в длинные очереди перед дверями KFC.;)

Хотя предыдущее правительство создавало пункты оказания помощи, почти никто не хотел идти за едой. Пища, распределяемая государством, не только была в небольших количествах, но и не очень свежая, а иногда они даже дают заплесневелый черный хлеб.

По сравнению с этими проклятыми правительственными чиновниками его королевское высочество более сочувственно относится к народу. В наши дни они каждый день ищут работу или выходят на улицы в знак протеста против бездействия правительства и выступают за смену режима в стране на монархию.

Неожиданно для всех размах их протестов становился все больше и больше. Хотя в середине у них было несколько конфликтов между собой, протест действительно сработал: парламент был распущен, премьер-министр ушел в отставку, а к власти вернулся император.

«Эрих, каковы твои планы на будущее?» — спросил стоящий в середине очереди мужчина средних лет, своего товарища рядом с ним.

Эрих пожал плечами и беспомощно сказал: «Какие планы в это суровое время? Разве что продолжать искать работу. Честно говоря я не знаю, что император может сделать, чтобы решить эту ужасную проблему в стране. Эдвард, посмотри на мою одежду, я шил ее три раза, но она все рано порвана! Раньше я бы купил другую, но сейчас…».

Эдвард огляделся и прошептал: «Разве ты не знаешь? Его величество император сейчас не в стране. Страной правит его королевское высочество принц Янник».

«А?» — удивился Эрих и спросил: «Откуда ты это знаешь?»

В словах Эдварда был намек на гордость: «Сын моего родственника принадлежит императорской гвардии. И вчера ночью…».

Но он тут же закрыл рот когда увидел, что вдали приближается несколько военных грузовиков.

Несколько грузовиков были припаркованы перед воротами KFC на глазах у всех. Эдвард увидел, что вагоны пусты, за исключением десяти солдат в первом грузовике.

Как только ему стало интересно, что происходит, он увидел, как открылась дверь второго пилота первого грузовика, и командир имперской гвардии в звании лейтенанта встал на педали абордажа с простым микрофоном в руке: «Идет набор! Те, кто хочет работать, должны сесть в грузовик. Мы не только позаботимся о питании, но также будем стабильно платить зарплату. Те, кто пойдет сейчас, могут успеть на завтрак!»

«Вау!» — толпа была ошеломлена на мгновение, а затем бросилась к грузовику. Если бы солдаты не поддерживали порядок, эти люди, вероятно, дрались бы между собой за место в грузовике.

Лейтенант продолжал кричать: «Не деритесь! Работ много, и места хватит на всех. Садитесь в машину медленно!»

Хотя он сказал им успокоиться, но все по-прежнему волновались, что не смогут получить работу и пытались протиснуться вперед.

Вскоре первый грузовик был полон людей и уехал из KFC, а через несколько минут второй грузовик тоже был заполнен людьми и уехал.

Эдварду и Эриху посчастливилось втиснуться в первую машину, и после того, как машина тронулась, Эдвард заговорил: «А где мы будем жить?»

Эрих небрежно сказал: «Это не имеет значения, наверное нам предоставят жилье на месте».

Эдвард кивнул.

…

После того, как его больше получаса толкали в машине, Эдвард внезапно принюхался: «Что за запах? Такой ароматный!»

Глядя по направлению запаха, он увидел неподалеку десятки котлов военных. Именно из них исходил аромат.

Даже не глядя внутрь он точно знал, что в котле было мясо, и запах мяса продолжал впиваться ему в нос, заставляя глотать слюну. Он желал выпрыгнуть из машины и побежать полакомиться этой едой.

Однако здесь находятся десятки имперских гвардейцев, поддерживающих порядок, и никто не смеет подходить к котлам.

Старший лейтенант стоял на нескольких штабелированных ящиках и кричал людям, которые вышли из машины: «Каждый человек получит ланч-бокс. После того, как он съест ланч-бокс, он должен его вернуть. Если же вы потеряете ланч-бокс, то это не наши проблемы!»

Толпа выстроилась в очередь, чтобы взять военный ланч-бокс: чёрный хлеб, картофель и тарелку с бульоном.

Эдвард взял бульон и отошел в сторону. Он не мог дождаться, чтобы сделать глоток. Бульон был настолько горячим, что он внезапно изменил цвет лица, но он не смел выплеснуть суп.

«Ты чего?» — спросил Эрих.

Эдвард, наконец, проглотил бульон и горько улыбнулся: «Ничего, просто я забыл насколько горячим может быть бульон».

В этот момент лейтенант продолжал кричать: «Работа здесь заключается в ремонте дорог. После обеда те, у кого есть соответствующий опыт работы, встаньте слева. Например, водители грузовиков, экскаваторов, погрузчиков, бульдозеров и дорожных катков. Те, у кого есть инженерный опыт и опыт взрывных работ встают справа от всех. А те кто не умеют ничего должны брать инструменты и приготовиться тяжело работать».

«Мне, похоже, повезло». — Эдвард откусил кусок черного хлеба и невольно кивнул. Раньше он водил погрузчик на стройке.

...

Количество богатства, найденное в ходе операции прошлой ночью, шокировало Янника.

Когда бедняки внизу не могут есть хлеб, капиталисты выливают большое количество молока прямо в реку!

Кстати о бедняках. Официальная статистика только за первое полугодие показала, что количество безработных в Германии составляло 6 млн. Согласно расследованию спецслужбы Янника, это число должно быть больше, включая временных рабочих. Окончательная оценка – 8,75 млн! Вы должны знать, что население Германии сейчас меньше 70 миллионов! За исключением стариков, больных и инвалидов, каждый четвертый рабочий-мужчина не имеет работы.

Это как бомба, которая взорвётся в любой момент!

В конце концов, Соединенные Штаты могут рассчитывать на свои силы, чтобы перенести экономический кризис. Со своей огромной колонией, Британия в конце концов смогла преодолеть трудности. Но Германия несчастна. Как член капиталистического лагеря, она ограничена Версальским договором и эксплуатируется Великобританией и Францией, что делает положение Германии еще более опасным.

Это также одна из причин, по которой Янник захватил власть в стране так рано, но результат оказался намного лучше, чем он ожидал. Юнкеры, которые встали на его пути, были сожжены без остатка, даже сэкономив деньги на кремации. Без этих хребтов оставшиеся силы будут уничтожены, прежде чем смогут отреагировать в будущем.

В армии были небольшие волнения, но некоторые люди преднамеренно были арестованы и им противостояли подчиненные им офицеры среднего и низшего звена и солдаты. Даже военный суд был отменён, и их сразу отправили в концлагерь вместе с их женами, детьми и родственниками.

«Ваше королевское высочество, к вам пришли несколько старейшин из евреев. Вы хотите с ними встретиться?»

Когда ярким и тёплым днем Янник «рисовал» в саду, Энни пришла к нему с докладом.

Янник не останавливая кисть в руке, кивнул.

В конце концов, на этот раз было арестовано много евреев, и он знал, что они придут к нему.

Через некоторое время Энни привела нескольких стариков в традиционных одеждах евреев и шапках, младшему из которых было за пятьдесят.

Подойдя к Яннику, старик, стоявший впереди, поклонился ему: «Приветствую вас, ваше достопочтенное величество Янник. Я старейшина Блум из Еврейской ассоциации. Большое спасибо за то, что нашли время встретиться с нами во время вашего напряженного графика».

Янник махнул кистью и улыбнулся: «Старейшина Блум, вы сейчас не смеетесь надо мной? Я разве выгляжу так, будто сейчас занят?»

Блум быстро покачал головой: «Я не смею смеяться над вами, принц. На мой взгляд, картина нарисованная вашим королевским высочеством, имеет как форму западной живописи, так и рисование от руки традиционной восточной живописи. Она сочетает в себе сильные стороны китайской и западной живописи. Кисть и чернила гладкие, а форма и дух яркие. Это очень красивая картина», — очевидно, что он льстит Яннику.

На самом деле так здорово слушать чужую лесть. Неудивительно, что древние императоры склонны верить в льстивых и вероломных министров, а не в лояльных министров, которые говорят правду.

Представьте, что в реальной жизни человек видит вас и хвалит: «О, как ты красив ~ новая прическа отлично сочетается с твоей одеждой и обувью. Это так круто ~».

Но Янник не дошел до того, что его ослепили несколько слов лести: «Вам не нужно льстить, старейшина Блум, я знаю, почему вы здесь. Но я хочу спросить, являетесь ли вы реформатором или консерватором в культе евреев?»

Реформатский культ евреев, также известный как «Просвещенный» или «Прогрессивный». Он возник в Германии в 1820-х годах, а затем развился в Соединённых Штатах. Он выступает за отказ от всех обычаев, которые вызывают изоляцию иудеев от мира, и он считает, что нет неизменной истины; все истины должны быть проверены на допустимость; он также выступает за изменение таинств евреев в соответствии с христианским образцом.

Реформистам противостояло большинство евреев в Германии, и они были еще менее популярны среди них в Восточной Европе, но они быстро развивались в Соединенных Штатах. В 1885 году была принята Программа веры. В главе 5 было объявлено, что они откажутся от различных табу Моисея и Раввина, унаследованных от еды и питья, а также от устаревшей одежды и обычаев. Они не поддерживали иудаизм и выступали за то, что евреи из разных стран должны верить только в одно и то же.

Консервативные евреи на самом деле представляют собой просвещенную группу между ортодоксами и реформистами, которая возникла в Германии в середине XIX века. Он выступает за «согласование религии Иуды с современной наукой» и установления справедливости на земле. Он не настаивает на принятии пяти классических положений как вечной истины. Он считает, что смысл религии состоит в том, чтобы понимать и практиковать ее дух.

Тем не менее, консерваторы ценят символическое значение религиозных ритуалов, настаивают на том, чтобы новорожденные мальчики были обрезаны, соблюдали диетические табу, соблюдали различные фестивали, молились перед едой, благодарили после еды и носили шляпы во время богослужений. Консерваторы уделяют особое внимание интеграции еврейской религии с еврейской культурой и еврейской нацией и поддерживают еврейский ренационализм с культурной точки зрения. После Второй мировой войны он быстро развился в Северной Америке.

Что касается православных, то они считают, что 613 правил, которые проповедуют евреи, не могут быть меньше или больше, иначе, согласно Талмуду, они еретики.

Старейшина Блум подумал и серьезно сказал: «Э-э, я реформист».

Янник положил кисть в руку, повернулся к старейшине Блуму и спокойно сказал: «Поскольку вы реформист, я скажу прямо. Я помню, что несколько лет назад в Германии было от 600 000 до 700 000 евреев. В то время кто-то посоветовал моему деду, чтобы вы все были депортированы. Но наши соседние страны не очень любят вас. И куда же он хотел вас отправить? В то время я был в Советском Союзе, чтобы обсудить с ними кое-что. И некоторые люди говорили, что нужно воспользоваться этой возможностью, чтобы отвезти вас всех в Советский Союз.

И мне интересно, вы знаете почему мы, немцы, ненавидим вас больше, чем другие страны в мире?

Старейшина Блум, вы должно быть слышали о популярной «легенде о ударе ножом в спину» несколько лет назад?»

После окончания войны многие люди все еще верили в эту легенду и были уверены, что Германия не должна была потерпеть поражения в Первой мировой войне, а должна была быть страной победителем.

В конце концов, немецкие солдаты в то время прорвали линию обороны французов и направились прямиком к Парижу.

«Во время войны, некоторые из ваших предпринимателей евреев выпустили партию некачественных орудий для получения прибыли и одобрили их эксплуатацию, убив многих из наших солдат напрасно.

Вы также организовывали забастовки во время войны, мешая империи. Затем когда международное сообщество не хотело больше воевать и хотело положить конец этой войне (по оценкам, именно еврееи говорили об этом), международное сообщество обратилось к Германии и пообещало, что пока мы добровольно признаем поражение и война будет окончена, они компенсируют нам потерти и не будут слишком сильно давить на нас.

Результат? Его величество император, будучи вынужденными терпеть великий позор, подписал письмо о капитуляции. Но что он получил взамен? Он получил страну с огромным долгом и отобранными территориями и колониями. И при этом германский народ начал повсеместно терпеть унижение!

Все это можно охарактеризовать как предательство. Когда весь мир смотрел на вас свысока, мы дали вам гражданство и предоставили вам все права, как гражданинам империи. Но вы платите нам тем, что в самый критический момент бьёте нам в спину!»

«Бах!» — кисть в руке Янника была сломана.

Немногочисленные старейшины евреи позади Блума были потрясены. Они почувствовали намерение убийства в глазах Янника и подумали, что в следующий момент их схватят и застрелят на месте.

«Ваше высочество…», — старейшина Блум достал носовой платок и вытер пот с лица.

Янник заткнул его, подняв руку: «Неудивительно, что многие люди говорят, что вы, евреи, жадные паразиты у которых них нет чувства чести или морали... Занет ли, старейшина Блум, что я сделал с людьми, которых я арестовал прошлой ночью?»

Во время Первой мировой войны евреи в тылу либо занимались спекуляциями, либо беспорядками в марксизме. Они также подстрекали немецких солдат на передовой на дезертирство, и пытались подорвать боевой дух немецкой армии. Многие евреи сознательно заболевали венерическими заболеваниями, чтобы избежать военной службы. Причём евреи не только создавали проблемы в тылу, но и вызывали спекуляции и причиняли вред немецким рабочим, подовляли немецких капиталистов, дезинтегрировали немецкую армию и заставили немецкую армию терпеть поражение в битвах.

«Эти евреи мерзкие, злые, ядовитые и захваченные дьяволом нелюди. Они были нашей малярией, чумой и всеми несчастьями на протяжении 1400 лет, и так было всегда… Во-первых, мы должны сжигать и уничтожать их церкви и школы, а то, что нельзя было сжечь, должно быть глубоко закопано в землю, так, чтобы никто не мог видеть кирпичи и плитки. Мы должны сделать это всем христианским сообществом, чтобы Бог увидел, что мы, христиане, боремся с этими дьяволами. Во-вторых, разрушайте их дома… В-третьих, конфискуйте все их книги и священные писания, потому что в этих книгах они распространяют идолопоклонство, ложь, проклятия и клевету на Бога…», — как вы думаете, это говорил Гитлер? Нет, так писал Мартин Лютер.

Янник подошел к столу, сел, и сделал глоток чая: «Но это вполне понятно. В конце концов, по религиозным и историческим причинам ваша судьба всегда была печальной. Чтобы обеспечить свое основное право на выживание, вы использовали деньги – самое эффективное оружие человечества… Когда вы подвергаетесь отчуждению, перед лицом кровавых убийств, совершаемых антисемитскими элементами, вы не раз предлагали им «деньги». Возможно, это настоящая причина, по которой вы, евреи, отчаянно зарабатываете деньги недобросовестными способами. В глазах некоторых людей зарабатывать деньги можно только для игр или удовольствия, а вы это делаете для того, чтобы выжить».

Евреи очень рано обнаружили этот факт: деньги – источник всей жизни. Народ евреев несколько раз в истории страдал от бедствия истребления и был вынужден жить во всех уголках мира. Но куда бы они ни пошли, если они хотят выжить в этом районе, евреи должны платить различные высокие и необъяснимые налоги. Почти каждое действие в их повседневной жизни неотделимо от налогового рабства. Если они все вместе молятся, они должны платить налоги, если они вступают в брак, они должны платить налоги, завёл детей? Платить налоги, и им даже нужно платить налоги умершим на похоронах.

Если они немного поколеблются, другие назовут их скупцами. Если они не заплатят достаточно налогов, их сразу же изгонят или зарежут.

Правители страны, в которой находится народ евреев, всегда следят за деньгами в их руках. Правители всегда строили роскошные дворцы, поддерживали роскошную жизнь своей знати, демонстрировали величие империи и воевали с другими странами. Все это требовало больших денег, и евреи могли удовлетворить их нужды. Произошла такая нелепость, что правители всегда свысока смотрели на жадность евреев, и им не нравилась их скупость, поэтому они выгоняли евреев из страны, а когда нужны были деньги, они приглашали их обратно. Для них евреи – всего лишь их кошелек: когда они нуждаются в этом, их вызывают назад, и они получают благосклонность; а когда они не нужны, их отбрасывают в сторону, чтобы согнать или ещё хуже, вырезать их всех и забрать их богатство.

У евреев были деньги, и этому завидовали многие люди, и во многих частях мира возникло движение «антисемитизм». Хотя существует множество причин для антисемитизма, француз в XIX веке сказал правду: «Антисемитизм – это экономическая война. Народ евреев хорошо знает, что они не могут позволить себе проиграть в этой войне. Следовательно, для евреев стало неизбежной обязанностью добиться успеха для собственного выживания».

Несколько евреев посмотрели друг на друга в удивлении, и старейшина Блум сказал с почтением: «Ваше высочество мудр».

Яник махнул рукой: «Что я там говорил? Число евреев в Германии несколько лет назад составляло от 600 000 до 700 000 человек. Однако с годами это число немного выросло. В Германии сейчас почти миллион евреев, верно? Я хочу, чтобы они пошли в армию. И я также хочу, чтобы те молодые евреи, которые стали солдатами империи, отказались от различных правил и заповедей, которым обычно учат евреи. В армии нет необходимости в каких-либо табу».

Старейшина Блум был удивлен: «Это невозможно».

Янник улыбнулся: «Я думал вы умный человек мистер Блум, но похоже ошибся… Каждый, кто вступит в армию сможет владеть своей частной землей, конечно, она не будет неограниченной. Но я могу гарантировать, что на своей земле они будут иметь те же права, что и немцы. А если они хотят работать на фабриках, но никто на немецкой фабрике не нанимает их, я возьму на себя инициативу по их найму. Короче говоря, те, кто внес свой вклад в империю, будут приняты империей».

«А если вы думаете, что эти древние правила важнее вашего выживания, тогда мне нечего сказать».

«Но я могу сказать вам, что произойдет после вашего отказа. Думаю вы знаете, что ситуация в Германии сейчас не очень оптимистична, и люди в ужасном положении.

Германия сейчас похожа на вулкан, который вот-вот извергнется. Если мы не найдём что-то, на что можно излить народный гнев, это будет разрушительной энергией для страны, когда оно извергнется. Я не могу сказать, что Германия сможет обвинять во всех бедах Великобританию, Францию, Советский Союз или Соединенные Штаты. Единственный, кому не повезло, это вам, евреям. Я передам всю ненависть народа вам.

Я буду активно продвигать «легенду о ударе ножом в спину». Я прикажу лишить всех евреев их гражданских прав. Им было бы запрещено быть государственными служащими, судьями, юристами, врачами и т. д. Им также не разрешалось бы входить в общественные развлекательные заведения; им не разрешается покупать товары в магазинах. Реализация этой политики ограничивает евреев. Экономические, политические, общественные права и многие другие аспекты снижают социальный статус немецких евреев до «граждан второго сорта».

Это только первый шаг. Дальше я объявлю о новом законе, который превратит вас из «граждан второго сорта» в жителей, не имеющих права голоса или права быть избранными вообще. С тех пор вы потеряете свои права как граждане и все средства правовой защиты. Затем я приму новые законы о принудительном изгнании этих жителей из страны и иммиграции в другие страны и регионы».

«Как вам? Старейшина Блум. Хотя это не то, что я хочу, но ради Германии у меня нет другого выбора. Может быть, Великобритания и Франция были бы очень довольны моими действиями и они могли бы уменьшить или даже освободить мою страну от компенсаций».

«О, я забыл сказать, что вам не нужно думать об отъезде. С самого начала вчерашнего плана чистки я приказал запретить всем евреям выезд из страны. Может быть вы думаете, что сможете купить билет за деньги. Но в то же время я также приказал, что всех, кто осмеливается брать деньги на постах, отправляют в концлагерь вместе с их семьями. И существует невероятно щедрое вознаграждение для разоблачителей таких людей».

Напугав до смерти нескольких старейшин и увидев, как застыли их лица, Янник слабо улыбнулся: «Старейшина Блум, они ведь входят в ваш внутренний круг?»

Блум осторожно кивнул головой, и его интуиция подсказывала ему, что то, что его высочество собирался сказать дальше, будет очень важным.

Янник встал и подошел к холсту, взял новую кисть и продолжил рисовать, говоря при этом: «Если вы поможете мне, я, естественно, помогу вам. Вы, евреи, долгое время не имели собственной страны. Но я могу это исправить и дать вам дом и позволить вернуться в священный для Ближнего Востока город Иерусалим, чтобы основать свою страну».

При этих словах несколько старейшин застыли на месте, словно в состоянии окаменения.

После нескольких минут молчания несколько человек вдруг снова «ожили», и они воскликнули с изумлением в голосе:

«О Боже!!!»

«Как это возможно?»

«Ура!»

«Вы шутите?!»

«!»

Глядя на этих евреев, охваченных ненормальным возбуждением, Энни слегка нахмурилась и жестом подняла руку в воздух. Пока эти люди посмели бы совершить какие-либо поступки, скрытые стражники вокруг обязательно прикончили бы их при первой же возможности.

К счастью для них самих, эти евреи были людьми, пережившими большие трудности. Они быстро успокоились.

Что касается того, почему они были так взволнованы, то это было потому, что Иерусалим нес в себе слишком много духовного доверия для народа евреев. Жизнь этого святого города имела те же взлеты, падения и волны, что и история народа евреев.

Насколько жестокая история народа евреев? Четыре раза в истории этот народ был изгнан из своего святого города.

Первый раз: ассирийцы стерли с лица земли их город, и евреи были изгнаны в другие страны.

Второй раз: во время вавилонской династии при царе Навуходоносоре храм Соломона был разрушен, а евреи были сосланы в Вавилон и отпущены обратно только по достижении Кира.

Третий: они были сосланы в Египет во времена Александра Великого.

Четвертое: разрушение их Второго Храма во времена правления римлянина Тита и изгнание евреев из Иерусалима, после чего только в конце Второй мировой войны город был восстановлен и евреи вновь обрели Иерусалим после долгой войны.

2000 из 3000 лет, прошедших с момента постройки Иерусалима, евреи не имели к нему никакого отношения, в лучшем случае они были сторонними наблюдателями сражений за город христиан и мусульман.

Что касается того, почему нация иудеев была так измучена, то стоит заглянуть в их национальные предания.

В наше время все знают, что Израиль является первой державой на Ближнем Востоке, но исторически «Израиль» первоначально обозначал народ, а не нацию. Возможно, вы не знаете, что предком народа евреев был Иаков, внук Авраама, который был настолько силен, что, как говорят, боролся с Богом и в конце концов победил. Поэтому Бог изменил его имя на «Израиль», что означает «тот, кто не любит Бога, тот, кто сражается с Богом и тот, кто не побежден Богом».

Это потрясающе – не любить Бога и победить его.

К сожалению, как в восточной, так и в западной мифологии смертным, разгневавшем богов, в основном не везло в жизни. В конце концов, если смертные побеждали богов, как могли монархи, «дарованные богами», или императоры, называемые «сыновьями небес», продолжать жить вместе?

В результате, пережив ряд перемен, Иаков увел своих детей и внуков на 430 лет в Египет, где народ евреев впервые вкусил страдания от порабощения другими.

Затем среди их народа появился великий герой – Моисей.

Моисей привел свой народ обратно в Ханаан, где когда-то жили их предки, и они снова начали жить в свободе. Эта история также известна как «Исход» и записана в Библии.

Но это было недолго, так как страна евреев была уничтожена Ассирийским и Вавилонским царствами, а его народ был уведен в плен в долины двух рек и стал «древними вавилонскими пленниками». После разрушения древнего Вавилона Персидской империей евреи вернулись на родину. Но вскоре после этого они были уничтожены Римской Империей.

Другими словами, страдания евреев были результатом греха их предка.

Грехи евреев: восстание против Бога и отрицание Иисуса.

Божье наказание: Бог говорит иудеям через их пророков, что он накажет их.

Божья милость: посреди своих страданий евреи покаялись вернуться к вере в Бога, чтобы избежать окончательного уничтожения.

Старейшина Блум, чье лицо раскраснелось от волнения, осторожно спросил. «Вы имеете в виду, страну нашего народа, народа евреев?»

Янник кивнул с большой уверенностью: «Да, я говорю о вашей собственной стране. И со временем, все присутствующие здесь станут отцами-основателями нации евреев. Вы станете героями истории вашей нации, и ваши имена будут начертаны на памятниках Иерусалима, чтобы все евреи будущих поколений поклонялись и восхищались ими. И подумайте о той силе, которой вы будете обладать, если получите эти титулы».

Хотя Янник изо всех сил старался описать их светлое будущее, эти евреи не были дураками, а скорее невероятно проницательными бизнесменами, которые не могли просто так проглотить этот большой пирог, тонко нарисованный на бумаге.

Евреи, стоявший рядом со старейшиной Блумом, спросил: «Ваше высочество, почему вы так уверены в том, что мы получим свою страну? При всем уважении, нынешняя ситуация в Германии не очень хорошая. Она, мягко говоря, шаткая».

Янник сделал паузу и слегка улыбнулся: «Почему я могу быть уверен? Потому что я видел Бога».

И не обращая внимания на удивленные лица собравшихся, он продолжал: «Я уверен, что вы все знаете, что несколько лет назад я и мои братья попали в автокатастрофу. Мой старший брат погиб на месте, мой младший брат до сих пор в коме, а я единственный, кто выжил и остался невредимым.

Но хотя я не получил ранения, я находился в коме несколько месяцев, прежде чем очнулся. Почему? Потому что в это время Бог, показал мне путь в будущее и дал мне знания о нем. Я провел несколько месяцев, переваривая то, чему меня научил Бог. К тому времени, когда я проснулся, я был настолько преображен, что мог сказать, что я апостол, посланный Богом, чтобы управлять порядком на земле».

Янник нес чепуху, только чтобы увидеть, как лицо одного из старейшин вдруг изменилось на болезненное, его пот, казалось, хлынул потоком, и через несколько секунд он потерял сознание, закатив свои глаза.

«Что с ним?»

Старейшина Блум поспешно извинился: «Извините, похоже, что его болезнь снова появилась. Ваше высочество, пожалуйста, позвольте нам сначала вернуться, и можем ли мы рассмотреть ваше предложение в течении нескольких дней?»

«Нет проблем, я все равно не тороплюсь».

Этот парень был в нормальном состоянии, когда он пришел к нему, и он не выглядел больным. Но тогда почему он вдруг упал в обморок? Может, он испугался моих слов?

Янника позабавила эта детская мысль, и он дал указания Энни: «Поставь эту картину в рамку и отвези ее Китай, пусть наш посол доставит ее в Центр художественной ассоциации Китая и скажет, что это мой личный подарок. Наверняка они скажут, что это слишком дорогой подарок или что-нибудь такое. Затем скажите, что я всегда восхищался культурой и искусством Китая, и попросите их подарить мне по несколько картин в качестве учебного обмена».

В настоящее время известных художественных картин в Китае очень много. И в будущем, они будут стоить миллиарды через несколько десятилетий. Так почему бы не получить некоторые из них?

А тем временем, тот, потерявший сознание еврей медленно очнулся и отпустил крепко сжатую руку, и в его ладони оказалась куча желтых осколков.

Несколько евреев вокруг него были потрясены и воскликнули: «Святая жемчужина разбита?!»

Веселый смех Тухачевского был слышен даже на большом расстоянии.

«Принц Янник, давно не виделись», — подойдя к нему, Тухачевский с энтузиазмом взял Янника за руку и крепко пожал ее, вызвав у Янника мрачную усмешку.

Рука этого парня была похожа на тиски, и он как будто хотел сломать ему кости руки.

«Какого черты ты так стараешься? Похвастаться тем, что ты сильный?» — хотя в душе он ругался, на его лице появилась восторженная улыбка: «Ваше превосходительство генерал Тухачевский, сколько лет мы не виделись. Как вам песня, которую я дал вам в прошлый раз?»

В последний раз он случайно услышал, что советский посол в Германии возвращается на родину по истечении срока своих полномочий. Поэтому он нашел время, чтобы скопировать песню «Катюша» и попросил посла передать ее Тухачевскому. Он не верил, что советская Красная Армия все еще будет петь эту песню, когда начнется война. Если бы кто-нибудь осмелился ее спеть, Сталин, боюсь, отправил бы всю их семью в Сибирь.

«Конечно, музыкальное мастерство превосходительства Янника действительно не оставляет меня равнодушным. По моему мнению, ваше превосходительство Янник уже является музыкальным мастером мирового класса», — казалось, что генерал усвоил истину «тысячу раз поцеловать лошадиную задницу», поэтому он похвалил его, прежде чем упомянуть о цели своего визита. Ну, возможно, это была не лесть, возможно, он действительно настолько высоко признал музыкальные достижения Янника.

Когда все расселись, Тухачевский заговорил: «Я приехал к вам с искренностью взаимной выгоды. Я видел по дороге сюда, что Германия, похоже, не очень-то хорошо переживает кризис».

Янник вздохнул довольно беспомощно: «Ваша страна – единственная в мире, которая не пострадала от этого экономического шторма, верно? Даже Китай пострадал очень сильно».

Экономический кризис 1929 года не только не оказал негативного влияния на Советский Союз, но можно даже сказать, что этот экономический кризис стал хорошей возможностью для Советского Союза стать великой державой. Будучи единственной в мире социалистической страной, Советский Союз внедрил плановую экономику, которая значительно повысила эффективность производства.

В отличие от Советского Союза, Великая депрессия вызвала многократное снижение производительности труда на Западе: в 1933 году по сравнению с 1928 годом промышленное производство упало на 44% в США, 45% в Германии, 25% во Франции и 20% в Великобритании. Что касается производства стали, важного показателя индустриальной мощи страны в то время, то производство чугуна в Советском Союзе выросло с 3,3 млн. тонн в 1928 году до 6,2 млн. тонн в 1932 году, производство стали — с 4,3 млн. тонн до 5,9 млн. тонн, а проката — с 3,4 млн. тонн до 4,4 млн. тонн. Машиностроение также достигло второго по величине уровня в мире.

«Все говорят, что наша советская система – самая лучшая. Ваша сторона то…», — тут Тухачевский внезапно закрыл рот, возможно, вспомнив, как они обошлись с царской семьей в своей стране, и о личности Янника перед ним. Он неловко улыбнулся и сказал: «На этот раз я действительно пришел с большой искренностью. Я привез три договора о сотрудничестве: первый – для нашей армии, которая хочет купить ваши чертежи для бронированных разведывательных машин, танков, грузовиков и другого оборудования»

«Неужели тебе так тщательно промыли мозги? Говорить о превосходстве советской системы передо мной, принцем капиталистической королевской семьи?

Я собирался посмотреть, смогу ли я спасти тебя от лап Сталина, но теперь кажется, что эта идея немного детская, так что ты можешь идти в мир иной с облегчением», — подумав так, Янник осторожно кивнул.

Им стоит дать чертежи танков версии танка «№1», «№2». Которые уже устарели. Броневики, грузовики и прочее – это конечно тоже устаревшие версии.

Видя согласие Янника, Тухачевский продолжил: «Второй вопрос касается промышленности. Я думаю, что прецизионное технологическое оборудование в вашей стране было обновлено, не так ли? Мы хотим продолжать обменивать масло и все остальное на прецизионное оборудование вашей страны».

Янник не сразу согласился, его мысли на мгновение помутились, и он медленно покачал головой: «Ваше превосходительство генерал Тухачевский, боюсь, что это несколько затруднительно. Но ваша страна могла бы отправлять руду на наши немецкие заводы, чтобы мы перерабатывали ее в готовую продукцию и отправляли обратно».

Тухачевский не мог удержаться от вопроса. «Почему? Не будет ли это лишним?»

Янник вздохнул и горько рассмеялся в беспомощной манере: «Если бы это было как в 1928 году, я бы согласился, не моргнув глазом. Но ситуация в Германии сейчас вам ясна. Уровень безработицы в Германии скоро превысит 35%, большое количество людей не могут найти работу, и я должен найти способы создать для них рабочие места. Иначе зачем им еще содержать расточительную королевскую семью, которая даже не может их прокормить? Кроме того, это было бы выгоднее для вашей страны, потому что даже при одинаковой точности оборудования, смею утверждать, что качество того, что обрабатывают наши немецкие рабочие, намного выше, чем у других».

Увеличение рабочих мест все же вторично, в конце концов, скоро он тоже сможет сотворить экономическое чудо, как это делел Гитлер, опустив безработицу в стране до нуля. Самое главное, что различные руды, импортируемые из Советского Союза, безусловно, намного превосходят готовую продукцию, поставляемую на экспорт. Если, например, импортируется 1 000 тонн редкой руды, то в готовой продукции, возвращаемой в Советский Союз, будет использовано только 800 или даже 700 тонн руды, а остаток можно хранить как стратегический запас!

Тухачевский на мгновение задумался, и аргумент Янника показался ему вполне обоснованным, и он признал, что мастерство и строгость немецких рабочих действительно выше, чем советских: «Последний вопрос касается соглашения о военно-морском сотрудничестве. Мы все знаем, что ваши подводные силы очень хорошо показали себя в последней большой войне, и мы в Советском Союзе стремимся иметь подводные силы, которые могут сдерживать наших врагов. Подобно тайной подготовке танкистов и пилотов, мы также можем помочь вам тайно подготовить пилотов подводных лодок и даже тайно производить подводные лодки. Условие таково: мы надеемся, что ваша сторона пришлет специалистов по производству подводных лодок, чтобы помочь нам и произвести советские подводные лодки».

Янник без колебаний кивнул головой в знак согласия, в конце концов, это было то, что ему нужно: «Это не сложно, но подводные лодки – это высокотехнологичное оружие, и на советской территории есть доки, а также порты, которые необходимо подготовить. По крайней мере, половину этих строительных работ должны взять на себя наши немецкие рабочие, а ваша сторона будет отвечать за все расходы на питание, проживание и заработную плату».

«Без проблем», — Тухачевский с болью согласился.

«Что касается тоннажа подводных лодок, мы можем проектировать подводные лодки в классах 250, 500, 760 и 1000 тонн. Кстати, вашей стране нужны линкоры? А авианосцы?» — говоря о линкорах, Янник вдруг вспомнил о «суперлинкорах» Японии во время Второй мировой войны, и в уголках его рта появилась нехорошая улыбка.

На лице Тухачевского появилось озадаченное выражение: «Линкор? Версальский договор что, снова переписан? Когда это произошло?» — он уже читал новый Версальский договор, и он знал, что Великобритания и Франция разрешили Германии строить эсминцы. Но на этом все, им не разрешили строить линкоры.

Янник пожал плечами, не обращая внимания: «Нет, договор по-прежнему остается договором, но мы просто подумали об этом, а не строили его. «Версальский договор» не может нас контролировать в этом. В конце концов, правоохранительные органы не могут арестовать вас только потому, что вы хотите кого-то убивать, не так ли? И там нет никаких оговорок, что нам не разрешено строить линкоры для других стран».

Тухачевский кивнул в знак понимания: «Вы можете назвать точные цифры?»

Хочешь услышать данные? Конечно, никаких проблем, в конце концов, все они были легко доступны: «Длина судна 263 м (длина по ватерлинии 256 м), ширина судна 38,9 м, осадка 10,4 м; стандартное водоизмещение 64 000 тонн, водоизмещение с полной нагрузкой 72 810 тонн.

Энергетическая система – 12 котлов, 4 паровые турбины, 4 вала, мощность главного двигателя 153 000 л.с. Он способен развивать скорость до 27 узлов, дальность плавания составляет 7 200 морских миль/16 узлов, а объем топливных запасов – 6 400 тонн.

Вооружен 9 главными орудиями калибра 460 мм/45x, 3 в трех батареях, 6 155 мм орудиями, 2 в трех батареях, 24 127 мм орудиями, 12 в спаренных батареях, 156 25 мм орудиями, 45 в трех батареях, 21 в одиночных батареях, 4 13,2-мм пулеметами, 2 в спаренных батареях.

7 самолетов на борту.

Главный броневой пояс, 410 мм ниже средней палубы (упрочненный слой 135 мм), выгиб 20°; палубы, 35-55 мм на верхней палубе, 200 мм на средней палубе.

Турели, 650 мм носовая, 250 мм бортовая, 270 мм верхняя, 560 мм орудийная, 250 мм нижняя; переборка боезапаса, 270 мм верхняя, 50-80 мм нижняя, наклон 25° машинное отделение, котельное отделение, 200 мм верхняя, 75-90 мм до днища корабля, наклон 14°».

Тухачевский слушал, несколько ошарашенный, тревожный перечень данных, которые Янник произносил себе под нос. Хотя он была генералом сухопутной армии, он мог полностью ощутить мощь этого линкора по этим данным.

Глядя на удивленное выражение лица Тухачевского, Янник не мог не рассмеяться в душе. Сталин, этот эгоист, должно быть, будет взволнован до предела, когда увидит данные об этом линкоре, верно? Никогда не экономьте, обязательно постройте еще несколько таких же. Лучше вложить все ограниченные ресурсы в такие гигантские корабли, и построить на один танк, самолет, зенитку или что-то еще меньше.

Хотя внутри он был полон зла, на его лице появилось несравненное искреннее выражение, когда он продолжал говорить: «Это наш план «супер линкора». Пока он будет построен, даже победа столетнего флота Британской империи не будет проблемой. Это будет настоящий морской гегемон, с которым не сможет сравнится ни одна страна. Я бы не стал его раскрывать, если бы не плохая ситуация в Германии сейчас. В конце концов, строительство такого военного корабля создаст рабочие места для многих людей, не так ли?»

Тухачевский был глубоко впечатлен словами Янника. Если этот военный корабль был бы построен, то в мире не было ничего, что могло бы с ним сравниться. Похоже, его превосходительство Янник очень сильно пострадал из-за уровня безработицы в Германии, ведь он даже это супероружие достал: «Этот вид супер военного корабля должен быть очень дорогим, верно?»

«Дешевое – не значит хорошее, хорошее – не значит дешевое. Однако я знаю, что валютные резервы вашей страны не очень богаты. Ради дружбы наших двух стран, мы можем обойтись без валюты, а ваша страна может заплатить нам едой».

Теперь, когда от Китая шел постоянный поток нефти, Янник не особо интересовался советской нефтью, его больше интересовало зерно.

Пусть Сталин отбирает зерно из Белоруссии и Украины. Со временем, чем больше людей голодало в Украине, тем больше людей ненавидела бы Сталина и советов, и тем больше людей поддерживали бы немцев, когда они войдут в Украину.

«Или вы можете дать нам переработанную руду, нефть, древесину и т.д. Но приоритетом остается зерно и руда».

Россия всегда была сухопутной державой, но при этом ее флот был хорошо оснащен, однако по разным причинам ее военно-морские показатели были очень безобразными. Знаменитое русско-японское столкновение в Цусимском проливе, где российский Второй Тихоокеанский флот (фактически главная сила Балтийского флота) был полностью уничтожен Японией, а большое количество линкоров было потоплено. Но российскому флоту все же удалось добиться определенных успехов в Европе во время Первой мировой войны.

Россия в царскую эпоху была страной со слабой промышленной базой и экономикой. Большая его часть, за исключением территории, не соответствовала стандартам великой державы. После тяжелых испытаний Первой мировой и Гражданской войн все, что оставалось для зарождающегося красного флота – это четыре линкора класса «Гангут».

И эти годы также были эпохой великого развития военно-морской техники! Советский Союз только что завершил индустриализацию, и в военно-морском строительстве им еще предстоит пройти долгий путь. Жалко, что у них нет отработанной техники линкоров, включая морские орудия, корпуса и сталь. Короче говоря, можно сказать, что у Советского Союза нет технических резервов.

Поэтому Тухачевского очень заинтересовал линкор, о котором говорил Янник, который по одним только данным можно было назвать «суперлинкором».

Но до приезда сюда он не знал, что у Германии есть такая мощная программа линкоров, и уж точно не собирался ее покупать. Если бы это был эсминец или что-то подобное, он еще мог бы принять решение, но такой дорогой гигант – это не то, что он мог решить. Подумав некоторое время, он наконец заговорил: «Тогда мне придется сначала спросить разрешения у Москвы».

Янник также знал, что он не может принимать решения по таким вопросам, и кивнул: «Хорошо. Генерал Тухачевский проделал долгий путь, отдохните, мы поговорим с вами завтра. Мисс Наташа, спасибо, что в прошлый раз объяснили мне обычную жизнь Советского Союза, поскольку в этот раз мы находимся в Германии, есть ли у вас время обойти город Берлин? Может быть, я даже покажу вам этот дворец».

Наташа улыбнулась, и ответила: «Для меня это большая честь».

А Тухачевский поблагодарил Янника за приготовленную для них гостиницу и направился в советское посольство в Германии.

Глядя вслед удаляющемуся кортежу, Янник презрительно скривился: «Ты хочешь идти в посольство, вместо того чтобы остановиться в комфортабельном отеле, потому, что боишься, что мы в отеле тебя подслушиваем?» — подумал Янник и посмотрел на Наташу, которая смотрела в сторону: «Я как раз хотел придумать, как с вами связаться, но неожиданно вы сами пришли ко мне».

Наташа ответила, слегка склонив голову: «Я должна была выполнять важную миссию, когда мое начальство внезапно перевело меня и отправило сюда. Мне сказали, что Тухачевский сам дал добро на это. Он также проинструктировал меня узнать у вас больше секретной информации, если у меня будет такая возможность».

Янник не мог не усмехнуться: «Тск, раз этот генерал Тухачевский так помешан на таких уловках, я не могу его подвести, правда?»

«У вас есть для меня какие-нибудь приказы? Ваше высочество Янник?»

Пока они разговаривали, двое пришли в кабинет, Янник достал из сейфа маленькую коробочку, открыл ее, достал пулю и бросил ее Наташе.

Наташа с первого взгляда определила, что это пуля для самозарядного пистолета Токарева «ТТ303» калибра 7,62 мм, но вес был явно не латунный: «Это...».

Увидев ее озадаченный взгляд, Янник объяснил. «Это свинец, наполненный радиоактивным веществом».

Наташа спросила, немного поиграв с пулей: «Вы же не хотите, чтобы я положила его в чашу Сталина?»

Как бы ей ни хотелось влить радиоактивное вещество внутрь этого демона, она понимала, что это просто невозможно. Несмотря на то, что за годы работы в службе разведки она сделала себе имя, она все еще не имела достаточного ранга, чтобы приблизиться к Сталину.

Янник усмехнулся: «Не волнуйтесь, как бы мне этого ни хотелось, я также знаю, что это невыполнимая задача. Я хочу, чтобы вы спрятали его у Ленинградского индустриального института. Найдите какое-то случайное место, мимо которого все проходят каждый день и положите туда. Он не очень радиоактивен, и даже если они будут облучаться дважды в день, организм отреагирует только через год или около того».

Почему именно Ленинградский индустриальный институт? Потом что в этом училище учился конструктор будущего танка «Т-34» Михаил Ильич Кошкин.

«Ленинградский индустриальный институт?» — Наташа не стала расспрашивать, зачем там нужна это радиоактивная пуля, и задумчиво кивнула: «Это обычный институт, и мне будет легко туда проникнуть».

По ее мнению, в Советском Союзе сейчас не было невиновных, за исключением «врагов народа», которые отбывали каторжные работы в холодной Сибири. Каждый из них был приспешником Сталина, и все они были людьми, заслуживающими смерти! Не говоря уже об одном колледже, даже если бы погибло все население Ленинграда, она без колебаний выполнила бы его.

Увидев, что Наташа убрала пулю, Янник жестом указал на стопку документов на столе: «Похоже, что сегодня я буду занят. Поэтому наша прогулка отменяется».

«Тогда я вас оставлю», — Наташа сделала два шага к двери и вдруг заговорила и спросила. «Разве я не красива, ваше высочество?»

Янник несколько секунд смотрел на ее красивое лицо с удивлением и сказал кивнув головой: «Вы очень красивы. Признаюсь честно, у меня была мысль затащить вас в постель на одну ночь, но я сразу же отбросил её. В конце-концов мы имеем лишь деловые отношения и я не хочу усложнять нашу работу».

Наташа слегка улыбнулась: «Тогда не могли бы вы найти мне сильного немецкого мужчину? До сих пор я никогда не пробовала немецких мужчин».

Последний комментарий заставил Янника чуть не подавиться слюной.

Он что, похож на сутинера?

Глядя на ошарашенную реакцию Янника, Наташа невинно пожала плечами: «Вам, наверное, трудно представить, как наша разведывательная служба готовит своих женщин-агентов. В программу обучения входит специальная сексуальная подготовка, которая может превратить наивную, невинную, как чистый лист бумаги, девушку в кокетливую, распутную шпионку практически за одну ночь».

Янник не мог не хлопнуть себя по лбу, он также знал кое-что о тренировках «ласточки» в КГБ в оригинальный период времени, но он не знал, что такие методы тренировки были доступны в наше время: «Это нелепая просьба, но я найду несколько мужчин, чтобы отправить их в вашу комнату».

С этими словами он позвонил в электрический звонок на столе и проинструктировал вошедшую Энни: «Мисс Энни, отведите мисс Наташу в комнату... Нет, в подвал. Я не хочу, чтобы кто-то мешал ей. И пришлите сюда мисс Монику».

После того, как вошла рыжеволосая Моника, Янник на мгновение замешкался, прежде чем заговорить: «Мисс Моника, сходи в тюрьму и возьми четырех физически крепких из камеры смертников, чтобы привести сюда, вымой их и брось в подвал».

В то время как Янник играть роль сутенера, в далекой Москве, в Кремле, сердце красной империи, тот самый Сталин, которого всей душой ненавидела Наташа, спокойно просматривал содержание телеграммы Тухачевского из Германии со своей большой трубкой, с которой он почти никогда не расставался, в одной руке.

«То есть Германии необходимо увеличить количество рабочих мест, чтобы выйти из экономического кризиса, и поэтому немцы согласились экспортировать нам передовое оружие, даже если они помогают нам проектировать и строить 40 000-тонные линкоры?» — Сталин бормотал в задумчивости пуская белый дым из трубки: «И за это мы должны платить кучу полезных ископаемых и сырья, и никаких денег?»

«Да, это договор, достигнутый в переговорах генералом Тухачевским», — секретарь сказал почтительным голосом: «Генерал Тухачевский также сказал, что он хотел бы попросить вас решить, стоит ли осуществлять следующий шаг сотрудничества с немцами».

Куря свою любимую трубку, Сталин посмотрел на данные «суперлинкора» и погрузился в глубокую задумчивость.

Когда весь табак в трубке был выкурен, Сталин, наконец, принял решение: «Мы можем сотрудничать с немцами в строительстве патрульных кораблей «Дзержинский» и эсминцев класса «Ташкент», и в то же время надо попросить немцев представить нам на рассмотрение проект и чертежи 40 000-тонных линкоров, и если все будет хорошо, то приступить к строительству линкоров советского класса».

Чертежи! Сначала нужно попросить чертежи, чтобы потом, даже если Советский Союз начнет свое строительство, они знали что делать! И, конечно, Сталин требовал стабильности!

…

На следующее утро Янник только вошел в столовую, как к нему поспешила странного вида Моника и низким голосом сообщила: «Ваше Высочество, двое из четырех заключенных мертвы, а двое других умирают прямо сейчас, нужно ли их доставить в больницу для лечения?»

«Хм?» — Янник не мог не поразиться: «Наташа в порядке?»

Первой его мыслью было, что приговоренные к смертной казни пытались убить Наташу, сбежать или взять ее в заложники, в конце концов, они все приговорены к смерти, что им терять?

Наташа была важным «кротом» в будущей германо-советской войне, было бы жаль, если бы что-то случилось сейчас. К тому же Наташа была в составе советской делегации, если бы с ней что-то случилось, это была бы проблема.

Неожиданно следующие слова Моники заставили его потерять дар речи: «Мисс Наташа в порядке, заключенные покрыты синяками и, похоже, умерли от пыток».

«…» — черт, он не ожидал, что у неё такие увлечения, но хорошо, что она запытала именно смертников.

Что касается спасения их жизни? Янник сухо покачал головой: «Они ведь все равно должны были умереть, зачем нам тратить на этих отбросов ресурсы? Просто оттащите их в крематорий и сожгите… Тех, кто жив, тоже. И пригласите мисс Наташу к нам на завтрак».

Через некоторое время Наташа, переодевшись в новую одежду, с извиняющейся улыбкой пришла в столовую: «Простите, что доставила неудобства, я услышала, что эти люди были осужденными заключенными, поэтому не сдержалась».

Конечно, это не принесло никаких неприятностей или чего-то подобного, просто Яннику было очень любопытно, что же эти люди имели против нее?

«Проблем не было, но зачем вы их так мучили? Вы знаете этих людей?»

Она же не была психопаткой, чтобы делать такое с незнакомыми людьми без причины? Хорошо, что он не думал о том, чтобы спать с ней, если она сойдёт с ума и убьёт его, это будет самая нелепая смерть монарха!

Наташа объяснила: «Я не держу на них зла. Во мне просто живет ярость с тех пор, как всю мою семью убили, и мне приходится время от времени выпускать ее наружу, иначе мне кажется, что я сойду с ума».

«…» — это было понятно, ведь ей пришлось притвориться лояльной к этим палачам, когда вся ее семья ужасно погибла от их рук: «Как же вы тогда «сбрасывали» напряжение в Советском Союзе?»

Он был даже немного впечатлен тем, что эта девушка прошла все эти годы в такой обстановке невредимой, и никто не заметил ничего необычного.

Наташа слабо улыбнулась: «В разведывательном отделе много заключенных, которых нужно допросить, и я обычно допрашиваю большинство из них. Я эксперт номер один по допросам в разведывательном отделе, и я получила прозвище «Черная вдова».

«…» — боже, тебе нужно обратиться к психиатру, женщина.

Говоря о психиатрах, Янник не мог не вспомнить о «послевоенном психологическом синдроме».

Согласно здравому смыслу, каждый человек, выживший на поле боя, должен благодарить Бога за его благосклонность позволить выжить, и он должен дорожить своей жизнью в данный момент.

Но на самом деле у многих людей, вышедших из войны, происходят серьезные психологические изменения, настолько сильные, что они вообще не могут жить нормальной жизнью.

Причина этого в том, что они страдают от «послевоенного психологического синдрома», который обычно называют последствиями войны. Из-за жестокости войны они видят, как их товарищи получают ранения или даже погибают на поле боя, и сами сталкиваются с угрозой ранения или смерти в любой момент, что заставляет их постоянно находиться в состоянии сильной тревоги, напряжения и даже страха, и такое состояние часто длится долгое время, в конечном итоге формируя постоянную травму в их сердцах, их характер и личность таким образом страдают и изменяются.

Поэтому даже если им удастся выбраться с поля боя, на них все равно будет влиять тень войны, и это влияние остается на всю жизнь и его трудно изменить. Из-за внутренней травмы многие из них будут самовлюбленными, алкоголиками, сварливыми, некоторые из них злоупотребляют наркотиками, короче говоря, их жизнь – сплошной беспорядок, и хотя выжить на войне – это небесное благословение, в каком-то смысле это и пытка. Поэтому боль настолько велика, что они легко могут пойти на крайние меры.

Есть хорошие примеры этого в последующих поколениях.

С тех пор как Соединенные Штаты отправились в Ирак и Афганистан, частота самоубийств и домашнего насилия, совершенных американскими солдатами, значительно возросла, и послевоенный синдром стал основной скрытой проблемой, от которой страдают американские солдаты. На каждые 100 000 солдат 30 совершают самоубийство. Жестокая война оставила некоторых солдат неспособными пережить то, что они видели или делали на поле боя, и эта травма не заканчивается с окончанием службы.

Даже уровень домашнего насилия со стороны уволенных солдат вырос на 33 процента, насильственных преступлений – на 64 процента, а случаев жестокого обращения с детьми – на 43 процента.

Жена одного ветерана провела исследование и написала в своей книге: «Мужчины-ветераны с ПТСР в два-три раза чаще совершают домашнее насилие, чем здоровые ветераны. Исследования показали, что большинство ветеранов, страдающих от эмоционального стресса, совершают домашнее насилие в отношении своих супругов хотя бы один раз после года службы».

В будущем наверняка будет более пяти миллионов немецких солдат, и у скольких из них к моменту окончания войны разовьются психические заболевания?

Похоже, ему придется отнестись к этой проблеме серьезно и начать обучать большое количество психологов, а в будущем сделать так, чтобы в роте был хотя бы один психолог. Он не хотел, чтобы имперские солдаты, которые несколько лет сражались за страну, стали бичом, угрожающим нормальному обществу из-за своих психологических проблем.

«Ваше высочество?» — Наташа негромко позвала, увидев глубоко задумавшегося Янника.

Янник, покачал головой: «Ничего, это все равно заключенные камеры смертников, рано или поздно их придется расстрелять. Теперь это сэкономит несколько пуль».

Ближе к концу завтрака Янник кое-что вспомнил: «Точно, надо вернуть вас с информацией. Скажите генералу Тухачевскому, что вы интересовались нашей программой супертанков. Вес 150 тонн, совершенно новая силовая установка, скорость 40 км/ч. 128 мм основное орудие и 75 мм вспомогательное орудие, более 200 мм брони».

Глаза Наташи расширились от шока: «150 тонн? Раве такой танк существует?»

Что это была за концепция: 150 тонн! Насколько она знала, танки «Т-18» собственного производства Советского Союза весили всего чуть больше пяти тонн.

Янник серьезно кивнул: «Конечно».

…

Собравшись снова в конференц-зале, Тухачевский передал Яннику просьбу Сталина о том, чтобы сначала ими были рассмотрены чертежи.

«Просмотреть чертежи?» — Янник не был дураком, и, немного подумав, понял, что задумал Сталин.

Сначала попросят чертежи, а потом попытаются начать строить сами? К сожалению, он не мог дать им чертежи, потому что то, что было у него в голове, это только данные этих линкоров, полного проекта не было, так что же он мог ему дать?

Вчера вечером он вызвал экспертов по дизайну из адмиралтейства и попросил их спроектировать «Ямато». Когда они услышали данные об этом «супервоенном корабле», они все в недоумении уставились на него, говоря, что для завершения проектирования такого супервоенного корабля потребуется не менее полутора лет.

«Я не прошу вас его построить, мне просто нужно, чтобы вы дали мне подробный чертёж линкора».

Потребовалось полдня уговоров, чтобы эти упрямые старики ответили и сказали, что смогут разработать его за месяц.

Несмотря на то, что месяц был слишком долгим, у Янника были способы оттянуть время: «Мы не можем дать вам чертежи бесплатно. Как мы уже говорили вчера, для этого есть зерно».

Тухачевский, конечно, знал, что немцы не могли дать им чертежи бесплатно, и был готов к этому. Кивнув головой, он спросил: «И сколько хочет ваше превосходительство?»

Янник протянул палец: «Поскольку мы друзья, мне неловко и стыдно просить о большем... Десять миллионов тонн».

Десять миллионов тонн? Тухачевскому захотелось покривляться лицом. Вы думаете, что все зерно Советского Союза падает с неба?

«Ваше превосходительство Янник наверное шутит. Даже если мы купим такой военный корабль, у нас не будет 10 миллионов тонн зерна».

«…» — это правда, он вспомнил, что стоимость «Ямато» в первоначальное время составляла $416 миллионов, если взять для этого 10 миллионов тонн зерна, разве это не будет всего $41 за тонну зерна? Теперь это было 10 миллионов тонн зерна только для просмотра чертежей, неудивительно, что Тухачевский так отреагировал.

«Генерал Тухачевский, вы должны смотреть не только на его цену. Этот линкор – «суперлинкор», на котором лежит наша немецкая судьба», — Янник намеренно подчеркнул слово «суперлинкор»: «Если бы я хотел использовать десять миллионов тонн зерна для захвата морского господства, я бы без колебаний выбросил сто миллионов тонн, не говоря уже о десяти миллионах тонн. Но еда – это все-таки еда, и если ее выбросить, она просто опустится на дно моря и превратится в пену. С другой стороны, этот «суперлинкор» является мощным инструментом для нашей Германии, чтобы вернуть морскую гегемонию, и можно сказать, что это наше национальное оружие. Если бы не тот факт, что нынешняя экономика Германии действительно бесперспективна, и не большая дружба между нами, я бы не раскрыл информацию об этом линкоре, даже если бы ваша сторона предложила 100 миллионов тонн и миллиард тонн. Не думайте, что я не знаю, что у вашей стороны на уме. Полагаю, когда чертежи будут тщательно «проверены», они отклонят нашу просьбу и немедленно начнут копировать этот линкор, верно?»

Тухачевский, конечно, понимал, что именно это имел в виду великий вождь, товарищ Сталин.

Тухачевский не мог не вздохнуть про себя, он хорошо умел вести войска на войну, но не очень хорошо торговаться: «Ваше превосходительство Янник, если бы вы обратили внимание на недавнюю ситуацию в Советском Союзе, вы бы заметили, что на самом деле наш урожай не совсем выдающийся, советские люди так же голодают. Вы, как лидер страны, конечно, понимаете, как обидно, когда людям в твоей собственной стране не хватает еды».

Это правда, что в Советском Союзе не было изобилия продовольствия.

До 1913 года Россия была нетто-экспортером зерна. Население страны в то время составляло 10-50 миллионов человек, среднегодовое производство зерна – 75-90 миллионов тонн, и она могла экспортировать 5-10 миллионов тонн зерна в год. В период 1923‐1925 гг. того же производства зерна было, вероятно, достаточно, чтобы прокормить сельское население, но недостаточно для снабжения быстро растущей массы рабочих в городах.

Однако не только то, как прокормить растущее число людей, волновало русских. Некоторые из сельскохозяйственных регионов, в которых велись тяжелые сельскохозяйственные работы, стали бедными, и большая часть излишков зерна, доступных для рынка, поступала из Украины, Северного Кавказа и Западной Сибири – из районов, которым часто угрожало раннее воспаление.

В 1917 году национализация крупных, продуктивных частных хозяйств и распределение пахотных земель среди мелких фермеров резко сократили количество зерна «доступного для рынка». Ежегодно на внутреннем рынке оставалось только около 10 миллионов тонн продовольствия, что намного превышало потребности растущего городского населения, и еще меньше было доступно для экспорта.

Уже в 1928 и 1929 годах Россия была вынуждена импортировать зерно из-за рубежа, чтобы предотвратить серьезную нехватку продовольствия в городах. Именно эта «зерновая проблема» легла в основу принудительной коллективизации 1930 и 1931 годов; хотя коллективизация сельского хозяйства не привела к прямому увеличению производства зерновых ящиков, она помогла переместить собранное зерно из сельской местности в города.

Взять 10 миллионов тонн в таких условиях? Если только он не был настолько безумен, чтобы согласиться на такие суровые условия.

Янник кивнул: «Конечно, я глубоко переживаю, иначе я бы не предложил этот военный корабль в обмен на поставки вашей страны», — однако мысленно он был немного нетерпелив.

«Какого черта ты так многословен? Почему бы тебе просто не снизить цену? У меня сейчас нет столько времени, чтобы слушать твой бред», — с раздражением думал Янник, сохраняя при этом «понимающие» выражение лица.

После еще полчаса болтовни, Тухачевский перешел к делу: «Цена, которую вы хотите, слишком высока. Мы не можем себе этого позволить».

«Сказал бы так раньше», — подумал Янник, и в тайне презирая его, сказал: «Тогда, генерал, просто скажите мне прямо, сколько ваша сторона хочет заплатить?»

«800 000 тонн».

Уголки рта Янника слегка подергивались. От 10 миллионов тонн до 800 000 тонн? Это уже слишком.

«Генерал Тухачевский, вы только что сказали, что наша цена слишком возмутительна, но я думаю, что возмутительна именно ваша цена!»

После некоторого торга они установили цену в 1,6 млн тонн. Предпосылкой для получения этой цены было согласие Советского Союза на вчерашнюю просьбу Янника об отправке минерального сырья Советского Союза для переработки его в готовую продукцию на немецких заводах и последующей отправки обратно в Советский Союз. Существовал также тот факт, что проектные чертежи линкоров не будут переданы Советскому Союзу сразу; Германия также будет поставлять десятую часть проектных чертежей после каждой советской поставки десятой части зерна.

Хотя Тухачевский пытался уговорить Янника передать все чертежи сразу, Янник не сдавался.

Когда все было улажено, Тухачевский не удержался и вытер выступивший на лбу пот. Хотя он также чувствовал, что Советский Союз на этот раз получил прибыль, стоящий перед ним Янник был больше похож на жадного бизнесмена, и его усилия по установлению цены заставили его потрудиться. Это заставило его от всей души презирать дурную природу капитализма.

«Да?» — видя, что у Янника вид человека, который хочет что-то сказать, подозрительно сказал Тухачевский: «Какие еще вопросы есть у монсеньора Янника?»

Янник сделал сложное лицо: «Мне интересно, как можно быстро и легко доставить полезные ископаемые вашей страны в мою страну. Использовать грузовики для такого объема перевозок невозможно, их можно отправлять только поездами».

После того, как Гитлер пришел к власти и подготовил армию к войне, он, естественно, уделил больше внимания строительству железных дорог. Он сначала объединил железнодорожные компании и создал немецкую железнодорожную компанию, которая в 37-м году была переименована в «Deutsche Bahn». Доппельмюллер, руководитель «Deutsche Bahn», стал министром транспорта Рейха после того, как присягнул на верность Гитлеру, и вся железнодорожная система снова начала разрабатывать более сложные планы перевозок военного времени.

Блиц-налет на Польшу в 39-м году и битва за Францию в 40-м году были успешно проведены «Deutsche Bahn», включая перевозку солдат и эвакуацию населения, поскольку Германия в то время не была мобилизована, поэтому многие из более новых поездов все еще выполняли внутренние гражданские и пассажирские перевозки, а «Deutsche Bahn» иногда приходилось использовать старые локомотивы из военного резерва для выполнения военных обязанностей. Аналогичным образом, принятие и адаптация польских и французских железных дорог не потребовало особых усилий, поскольку ширина колеи была стандартной, а уровень технологий – относительно современным. В Польше немцы создали Восточную железную дорогу, которая находилась на том же уровне создания, что и немецкие железные дороги, а на Западном фронте железные дороги в принципе оставались под юрисдикцией стран, в которых они находились, но в Париже Германия создала «ETRA», Управление западного железнодорожного транспорта, для надзора за работой местных железных дорог.

До 41-го года немецкие железные дороги, казалось, работали хорошо, а вскоре пришёл план «Барбаросса». Учитывая мобилизацию транспорта для нападения на Советский Союз, немцы разработали план «Отто», который полностью расширил Восточную железную дорогу, завершив ее к 15 июня, всего на неделю раньше нападения на Советский Союз. А чтобы завершить военную мобилизацию для нападения на Советский Союз, с 25 февраля по 23 июня на железных дорогах Германии и Востока было тайно использовано 34 000 поездов для отправки 141 дивизии с людьми, техникой и припасами к советско-германской границе. Генеральный штаб немецкой армии прокомментировал это, заявив, что: «Железнодорожная система превзошла все самые оптимистичные ожидания!»

Однако если состояние немецких железных дорог превзошло все ожидания, то состояние советских железных дорог не могло преподнести немецкой армии никаких сюрпризов. По сравнению с Западом, где железные дороги были хорошо распределены, советские железные дороги в целом находились в примитивном состоянии: самые плотные (только относительно) узлы железнодорожной сети Советского Союза находились в Москве, Ленинграде и Донце. А на границе было только 4 двухлинейные железные дороги, которые могли быть использованы немцами: Неман на Ленинград, Буг на Москву через Оршу, Буг на Донец через Клименчок и Сан (Перемышль) на Одессу. Конечно, эти четыре железные дороги с востока на запад также пересекались с шестью железными дорогами с севера на юг, хотя они все еще казались редкими на обширной западной советской территории.

Также из-за полупонимания немецкой разведкой Советского Союза немецкие железные дороги сильно недооценили примитивность советских железных дорог. Немцы просто знали, что советские железные дороги ширококолейные, и только после вторжения обнаружили, что советские железные дороги остались на том же уровне, что и во время Первой мировой войны: подавляющее большинство железных дорог (кроме Харьков – Москва) были построены на мягких песчаных основаниях, и шпалы тоже были из относительно мягкой сосны, например, стандартная норма грузоподъемности немецких железных дорог составляла 49 кг на метр, а советских – 38 кг на метр, и немецкие железные дороги были уложены 1600 шпал на километр, а советские – 1440, причем немцы использовали для крепления рельсов винты с шайбами, а советские – непосредственно длинные гвозди. Аналогичным образом, советские железнодорожные мосты были практически бесполезны, и их пришлось укреплять заново, чтобы сделать возможной транспортировку танков и другого тяжелого оборудования, не говоря уже о железнодорожном диспетчерском оборудовании, большая часть которого была винтажом Первой мировой войны, а тумблеры с электронным управлением были очень редки.

Немецкий штаб попросил солдатов захватить как можно больше советской железнодорожной сети и надеяться, что советы отступят с как можно меньшим ущербом для железных дорог, к счастью, это как можно больше и как можно меньше было достигнуто, высокое немецкое продвижение и советы, застигнутые врасплох, оставили железные дороги в основном нетронутыми и в немецких руках, хотя немецкие железнодорожники пессимистично решили, что сводки ничего не стоят. В ответ на это давление в Варшаве было создано немецкое Управление восточных операций, которое пыталось координировать эффективность железнодорожных перевозок на советском театре военных действий. Хотя количество поездов, отправляемых из Германии на фронт, удалось увеличить с 600 до 900 в день, на самом деле до фронта доходило очень мало грузов. С наступлением русской зимы железные дороги Восточного фронта окончательно развалились: Центральная группа армий получала минимум 75 поездов в день, но в реальности только 40 поездов максимум и только 25 минимум, а квота Северной группы армий в 30 поездов на самом деле составляла не более 10.

Только весной 42-го года Шпеер взял на себя управление немецкими железными дорогами, которые под энергичным руководством Шпеера быстро восстановили жизненные силы, подорванные лютыми холодами.

Янник, конечно, должен был планировать заранее и решать эти проблемы на ранней стадии: «Доставка минералов сюда и доставка готовой продукции обратно – это хлопотно, а полагаться на имеющиеся средства слишком сложно. Если только…».

«Если только что?» — Тухачевский нетерпеливо продолжал, тоже желая узнать, какое именно решение имел в виду Янник.

«Если только не удастся объединить наши железные дороги», — Янник изложил свой план, не меняясь в лице: «Но железные дороги вашей страны не похожи на европейские. Если бы железные дороги вашей страны были приведены к той же ширине, что и в Европе, то перевозить полезные ископаемые было бы легко».

«!!!» — Тухачевский слегка приподнял брови. Естественно, он не был дураком и конечно знал, что означают те же железнодорожные спецификации. Когда железнодорожные спецификации будут унифицированы, тогда будет удобно перевозить минералы сейчас, и не менее удобно перевозить стратегические материалы потом!

Янник не дал Тухачевскому времени на раздумья и продолжил: «Было бы лучше, чтобы эта железная дорога проходила от границы до Уральских гор, чтобы с тех пор различные минералы Уральских гор могли перевозиться постоянным потоком», — к тому времени, когда немецкая армия в будущем сможет аналогичным образом следовать по этой железной дороге, она будет исключительно удобной с точки зрения снабжения.

Что касается того, согласится ли Советский Союз? Янник не был уверен.

Возможно, советы согласились бы после того, как они рассмотрели планы суперлинкора и выяснили, что не способны его построить. Ведь, на первый взгляд, у советов было большое преимущество в строительстве таких «суперлинкоров». Все, что им нужно было сделать, это добыть минералы в горах и отправить их в Германию, и в ближайшем будущем у них был бы «суперлинкор».

Где вы можете найти такую хорошую вещь? Ни одна другая страна, кроме Германии, не пошла бы на это! Спросите Британию, Францию, Соединенные Штаты, сделают ли они это, они же посмеялись бы над ними за такую безумную идею.

После долгой паузы Тухачевский покачал головой: «Хотя предложение его высочества Янника хорошее, у нас нет дополнительных средств на реконструкцию железной дороги. Кроме того, если эта железная дорога будет реконструирована, то поезда на других наших железнодорожных сетях не смогут курсировать по этой линии, и это будет неудобно для нас».

Янник небрежно сказал: «В таком случае, почему бы нам просто не построить специальную линию, предназначенную для транспортировки руды, от Уральских гор до границы, и соединить ее с Европой, разве это не было бы удобно? Предназначен для транспортировки руды. Что касается инвестиций в эту линию, конечно, ваша страна будет платить за нее, однако, ваша страна может также рассмотреть возможность использования руды для коммутации и оставить ее нам».

По такому большому проекту Тухачевский не мог принять решение сейчас: «Его превосходительство генерал может вернуться и обсудить это с высшим правительством», — сказал Янник.

Если советская сторона действительно не согласится бы строить железную дорогу, то ему придется перейти к плану «Б» и использовать контейнеры, что, по крайней мере, будет намного эффективнее.

Таким образом, встреча завершилась в приятной атмосфере, в которой обе стороны чувствовали, что получили то, что хотели.

В обратный полет Тухачевский отправился с устаревшими вариантами чертежей бронированных разведывательных машин, танков, грузовиков и другой техники. А в самолете он еще больше узнал от Наташи страшную тайну немцев – успешную разработку 150-тонного супертанка!

Помнится, что до своей смерти Янник любил играть в стратегические игры типа «Age of Empires» и «Civilization V» – с навязчивым желанием соединить все города страны железными дорогами в каждой сетке.

А теперь, когда целая империя была в его руках, он еще больше размахнулся, превратив всю Германию в одну гигантскую, невероятную строительную площадку.

Янник приказал сделать главные дороги Берлина и крупных городов восьмиполосными в каждом направлении, плюс трамвайные пути, автобусные полосы, полосы для немоторизованных транспортных средств, тротуары, расширенные альтернативные полосы, зеленые полосы и полную ширину дороги в 70 метров. Зная, что производство автомобилей в то время было намного меньше, чем в более поздние времена, даже существующая проезжая часть шириной около четырех полос казалась пустой.

Но Янник знал, что в течение двадцати лет Германия действительно сможет реализовать свою амбицию – позволить себе автомобиль каждому, и что без расширения сейчас, к тому времени будет абсолютная перенаселенность.

Самое главное, что расширение потребует сноса бесчисленного количества домов. Учитывая нынешние плохие условия жизни немецкого народа, многие согласились бы на организованное правительством переселение за несколько мешков муки или другие предметы домашнего обихода.

Затем городу придется провести многочисленные слушания по вопросам окружающей среды, транспорта, образования, жилья, торговли, муниципальных услуг, налогов и т.д, с многочисленными слушаниями с участием общественности, согласованием изменений и торгами.

Конечно, в наше время есть и такие «бараны», которые упрямятся и не хотят съезжать, и их сразу бросают в тюрьму за препятствование плану.

Думаю, многие слышали историю о немецком императоре и мельнике. Эта история была широко распространена в китайском мире, и различные версии были интерпретированы по разному, но более распространенная версия следующая.

В восемнадцатом веке немецкий император Вильгельм I построил в Потсдаме дворец. Однажды он остановился во дворце и поднялся на самый верх, чтобы полюбоваться панорамой Потсдама, но обзор ему преградила мельница. Император был очень недоволен. Мельница была «бельмом на глазу». Он послал кого-то договориться с мельником о покупке мельницы, чтобы ее можно было снести. Но к удивлению мельник твердо решил не продавать ее. Причина этого проста: Эта мельница была мельницей его предков, и он не собирался продавать ее ни за какие деньги. Император был в ярости и послал своих стражников насильно снести мельницу.

Упрямый мельник подал иск в суд. К удивлению народа, суд вынес решение против императора. Он также постановил, что император должен восстановить мельницу в ее первоначальном виде и компенсировать мельнику его финансовые потери. Император послушно выполнил решение суда и восстановил мельницу.

Несколько десятилетий спустя и Вильгельм I, и тот мельник умерли. Сын мельника был на грани банкротства из-за плохого управления. Он написал тогдашнему императору Вильгельму II и добровольно продал ему мельницу. Получив это письмо, Вильгельм II был переполнен чувствами. Он считает, что вопрос о мельнице влияет на имидж страны в отношении независимости судебной системы и справедливого судебного разбирательства. Это был памятник, который стал символом независимости судебной власти и беспристрастности вынесения решений в Германии и должен быть сохранен навсегда. Он написал ему ответное письмо, призывая сохранить мельницу, чтобы передать ее своим детям. Он также дал ему 6 000 марок. Когда маленький мельник получил ответ, он был очень тронут и решил не продавать мельницу, чтобы помнить об этом событии и рассказывать другим.

Самая ранняя китайская версия этой истории, была записана в дневник господином Ян Чанцзи в 1914 году. Впоследствии она цитировалась и распространялась, становясь все более и более распространенной, и, наконец, воспринималась все большим количеством людей как пример в истории западной правовой системы. Многие рассказывают эту историю, чтобы подчеркнуть давнюю традицию независимости судебной власти и защиты прав собственности в западном обществе.

До своей смерти Янник тоже думал, что это реальное событие, пока не спросил об этом королевского губернатора и не узнал, что история о немецком императоре и мельнике на самом деле была ложной. В истории Германии не было случая, чтобы на императора подали в суд за снос мельницы. Да и кто бы посмел сделать такое?

В основе сюжета лежит легенда о короле Пруссии Фридрихе II, появившаяся в конце XVIII века.

Фридрих II построил дворец в Потсдаме, но возле дворца стояла ветряная мельница, и грохот ветряных мельниц мешал королю отдыхать, поэтому Фридрих II приказал выкупить мельницу, но владелец отказался, тогда Фридрих II пригрозил владельцу: «Ты знаешь, что я могу использовать королевскую власть, чтобы отобрать эту мельницу, не заплатив ни копейки».

Мельник сказал: «Ваше величество очень могущественен, но в Берлине еще есть апелляционный суд», — удовлетворенный этим ответом, Фридрих II милостиво пощадил мельника и не стал настаивать на покупке его мельницы.

Обратите внимание, что это тоже легенда, а не подлинная история. Легенда также раскрывает одну информацию: прусский король имел право отбирать мельницу без компенсации, но Фридрих II был достаточно щедр, чтобы не делать этого; кроме того, нет эпизода, когда мельник подал в суд на короля. Боюсь, что использовать эту легенду для аргументации в пользу давней традиции независимости судебных органов и защиты прав собственности на Западе несколько неправильно.

Г-н Ян Чанцзи, пересказывая эту иностранную историю, основанную на неправде, также горячо сокрушался о том, что: «Уважение западных людей к закону без уступки власти было таким, что восточным народам и не снилось…».

В любом случае, в стране строились тысячи километров автомобильных и железных дорог, что способствовало росту внутреннего спроса в стране и созданию бесчисленных рабочих мест. Помимо транспортного строительства, Янник не оставил без внимания социальные, спортивные, культурные и художественные объекты, а также водные сооружения для улучшения качества жизни населения.

И архитектурные мечты Шпеера наконец-то были воплощены в жизнь. Спортивный стадион в Нюрнберге, берлинский аэропорт и железнодорожный вокзал в Гамбурге, которые он спроектировал сам, были утверждены, и началось их строительство.

Но, похоже, он слишком разволновался, дойдя до того, что предложил построить в центре Берлина здание, превосходящее по размерам советский дворец, со статуей Фридриха Великого на вершине. Планировалось, что высота всего здания составит 591 метр, а всего в нем будет 200 этажей. (Кстати, о Советском дворце: в прошлом году советы начали строительство Советского дворца, снеся бульдозером Спасский собор и начав закладывать фундамент).

Янник наложил вето на этот план со слезами и смехом; он был не настолько самодовольным, чтобы выставлять себя дураком.

Бесчисленные суммы денег катились туда и обратно с такой огромной стройки, толкая Германию в полосу быстрого экономического развития.

«Боже, как же тут скучно. У нас не было ничего интересного в последнее время?» — имея добрых полдня свободного времени, Янник не мог не скучать по компьютерам и интернету с прежних времен.

Ему так отчаянно хотелось поиграть в компьютерные игры.

На самом деле уже существовал предок клавиатуры – пишущая машинка, и был черно-белый телевизор, который мог работать как экран, но проблема заключалась в том, что не было мэйнфрейма, который мог бы соединить эти два устройства вместе!

К сожалению, Тьюринг еще ребенок, который даже не закончил школу, и когда он напишет теорию искусственного интеллекта и создаст первый компьютер… Подождите, кажется, здесь ошибка, Тьюринг не создавал первый компьютер. Основателем теории информатики был Тьюринг, («машина Тьюринга» – это не конкретная машина, а модель мышления, теория, заложившая теоретический фундамент для всего современного компьютера) но Фон Нейман придумал модель электронного компьютера.

Он раздумывал над этим, когда на его вопрос ответила Энни: «Я слышала, что в стрелковом клубе на днях будут соревнования по стрельбе, почему бы вам не пойти и не посмотреть?»

Стрелковый клуб? Кажется, именно он предложил организовать такой клуб. В основном это было сделано для того, чтобы выкопать метких стрелков и обучить их снайперскому делу.

Подумав мгновение, Янник встал: «Идём туда, мне в любом случае скучно».

…

Прибыв на место проведения соревнований в пригороде, Янник заметил, что вся зрительская трибуна была плотно заполнена людьми: «Похоже, стрелковые виды спорта пользуются популярностью у народа».

Энни подхватила разговор: «В основном людей привлекает щедрость».

С прошлого года вознаграждение за соревнования по стрельбе резко возросло в несколько десятков раз. Призовые деньги для победителя соревнований по стрельбе стоили пяти лет зарплаты для среднего человека из рабочего класса. С такими выгодными вознаграждениями участники, подписавшиеся на участие, можно сказать, стекались на соревнования со всей страны и даже со всего мира, что также способствовало росту популярности стрелковых клубов во всем мире.

Услышав о личном присутствии его высочества аринца, директор турнира прибежал в страхе и трепете: «Снимаю перед вами шляпу, ваше королевское высочество, достопочтенный наследный принц империи».

Янник слегка кивнул и спросил: «Как результаты турнира?»

Ответственный доложил об этом уважительным голосом: «Уже третий день, а стрелков осталось всего двое. Они стреляют в 500 метров от мишени».

Янник покачал головой: «Какой смысл стрелять по неподвижной мишени, возьмите движущиеся».

«Как скажете, ваше высочество».

Вскоре были установлены две стойки, на каждой из которых на десяти веревках длиной более полуметра висели плитки. Когда мужчины по обе стороны деревянных стоек сильно потянули за веревки, двадцать плиток начали неравномерно раскачиваться взад и вперед.

Рефери крикнул: «Побеждает тот, кто разобьет десять черепичных плиток наименьшим количеством пуль! Матч начинается!».

Два игрока на поле нажали на курок почти одновременно, только для того, чтобы увидеть, как две плитки в 500 метрах от них одновременно взорвались.

«Ох!»

Зрители охнули, это была движущиеся мишень с расстояния 500 метров!

Однако оба игрока не были обеспокоены восклицанием зрителей и сосредоточились на нажатии на спусковой крючок.

Когда двое мужчин перешли на новые магазины (хотя военные перешли на десятизарядные магазины к винтовкам «98k» с поворотным отводом затвора, винтовка «Gew.98» все еще использовалась в этих гражданских клубах) и каждый выстрелил по шестой плитке, в комнате внезапно наступила тишина и стало тихо.

Одна за другой были разбиты седьмая, восьмая и девятая черепица.

Все затаили дыхание, ожидая окончательного результата.

Наконец, во время долгого ожидания двое мужчин на поле снова нажали на спусковой крючок и сунули последний патрон в патронник.

Поп! Одна из двух оставшихся вдали плиток была разбита вдребезги, а вторая одиноко покачивалась на месте.

Вот это да!

Вся арена всколыхнулась, раздались возгласы и аплодисменты, когда толпа помахала победителю.

Янник выдохнул и захлопал в ладоши: «Это было великолепно!»

Чтобы выстрелить в движущийся мишень размером с голову с расстояния 500 метров из винтовки без оптического прицела, этот парень был просто снайпером до мозга костей. Жаль, что он не был инструктором в снайперской школе армии.

Янник подошел к трибуне вместе с директором: «Поздравляю с победой в чемпионате. Ваша меткость действительно поражает воображение, и кстати, я еще не знаю имени участников чемпионата».

Красивый на вид молодой человек сказал с некоторой нервозностью: «Ваше высочество, меня зовут Симо Хяюхя».

Янник был ошеломлен: «Что?! Кто?!»

Он не мог не удивиться тому, что перед ним стоял знаменитый «Белый Бог Смерти» в будущем, обладатель рекорда по количеству убийств в Финляндии и мире – 542 убийства. Он совершил 500 убийств чуть более чем за три месяца. Это означает, что в среднем каждый день под его снайперский огонь попадало пять врагов.

В советско-финской войне Симо Хяюхя убил 542 советских солдат из своей винтовки «Мосина-Нагана», которая использовалась в императорской России, и, согласно статистике, Симо также убил более 200 человек из своего пистолета-пулемета. Этот рекорд никогда не был побит, и он стал национальным героем Финляндии, известным как «Белая смерть».

Менеджер клуба также был удивлен реакцией Янника и сообщил об этом осторожно: «Симо Хяюхя из Финляндии. Ваше королевское высочество, в стрелковом клубе нет правил против иностранных гостей, и в регламенте турнира нет запрета на иностранных участников».

Янник махнул рукой: «Это ерунда, я просто немного в шоке. Конкурсант Симо Хяюхя, как вы тренировались в меткости?»

Симо Хяюхя ответил с гордым выражением лица: «Ваше высочество наследный принц, мои дед и отец были очень хорошими охотниками, и я тренировался с ними с самого детства».

Янник немного поразмыслил и предложил: «Симо Хяюхя, могу ли я попросить вас подготовить группу стрелков в моей академии стрельбы?»

«…» — Симо Хяюхя, который в этот раз приехал исключительно ради щедрого призового фонда и не собирался оставаться в Германии, был немного смущен: «Мне очень жаль, ваше высочество наследный принц, но в настоящее время я служу в финской армии. В этот раз я пришел, потому что у меня 20 дней отпуска, и я должен отчитаться через несколько дней».

Янник, конечно, не дал такому таланту легко уйти: «Прекрасно, я проинформирую немецкое консульство, находящееся в Финляндии, и попрошу их взять для вас длительный отпуск у вашего министра обороны. Позвольте себе остаться здесь на несколько лет. Не волнуйтесь, с вами не будут плохо обращаться».

После этого, не дожидаясь никаких слов от Симо Хяюхя, он снова повернулся к главе клуба и сказал: «Хорошо отпразднуйте победу нашего мистера чемпиона, а завтара академия пришлет кого-нибудь за ним».

Наблюдая за ошарашенным Симо Хяюхя, которого члены клуба обошли с флангов, когда он уходил, Янник повернулся и подошёл к проигравшему, который выглядел удрученным. Директор турнира отошёл в сторону и представил его: «Это Йозеф Аллербергер. Ветеран последней мировой войны».

Янник не пожалел времени, чтобы оглядеть его с ног до головы: «Снайпер».

Йозеф Аллербергер с уважением отдал честь: «Да, ваше высочество. 57 подтвержденных боевых попаданий в врага, и у меня было бы больше, если бы я не был отправлен в отставку из-за ранения».

Янник поднял бровь: «В этом я уверен. Не расстраивайтесь, я знаю, что есть много вещей, которые могут повлиять на процент попадания, и после устранения этих факторов удача – единственное, что вы не можете контролировать. Возможно, мистеру Симо Хяюхя сегодня повезло больше, чем вам. Но я не думаю, что в следующий раз у него будет такая же удача».

Ужас немецких снайперов во время последней войны был виден всем и, согласно рассказам того времени, британский солдат, стоявший в карауле, был убит одним выстрелом немецкого снайпера в темноте ночи. Учтите, что в то время не было приборов ночного видения, и позже было установлено, что это произошло потому, что на солдате были флуоресцентные часы, которые показали местоположение солдата и привели к смертной казни.

Только в 1915 году около 20 человек из каждого батальона были выведены из строя немецкими снайперами из-за скучающих или любопытных британских новобранцев, которые высунули головы, чтобы быстро посмотреть на ситуацию на вражеских позициях.

«Победа и поражение – это в порядке вещей, поэтому если вы не можете сделать это в этот раз, вы можете сделать это в следующий. Завтра вы тоже явитесь в академию в качестве инструктора. Я надеюсь, что вы сможете произвести больше хороших стрелков для империи. Там у вас будет много возможностей померяться силами с Симо Хяюхя».

Йозеф Аллербергер снова отдал честь: «Есть!»

Уходя со стрелкового поля, Янник на обратном пути сказал Энни: «Энни, отправляйтесь в Берлинский университет, найдите профессора фон Неймана и наймите его в качестве репетитора Тьюринга от моего имени».

«Ух, как холодно!» — Симо Хяюхя с трудом поднялся с кровати и пошел в ванную, несколько раз побрызгав в лицо холодной водой, пока не почувствовал себя лучше.

Его память вспомнила только вчерашние праздничное застолье, и он был настолько пьян, что даже не мог вспомнить, как вернулся к себе домой.

После того как он умыл лицо, он стал гораздо трезвее, вспомнив, что сказал ему вчера на игровом поле немецкий кронпринц.

Остаётся здесь в качестве инструктора?

И что его высочество сказал, что попросит немецкого посла предоставить ему отпуск у министра обороны Финляндии?

Он был всего лишь младшим солдатом, его высочество был слишком высокого мнения о нем.

Но его высочество наследный принц обещал хорошую зарплату, а поскольку он взял для него отпуск, и дезертиром его не считали, остаться здесь было хорошим выбором.

«Да, я останусь», — приняв решение, он спустился в ресторан, заказал завтрак и уже ел, когда в ресторан вошел незнакомый молодой человек, осмотрелся и подошел к нему: «Вы Симо Хяюхя?»

Симо кивнул: «Это я, а вы?»

«Здравствуйте, я помощник мистера Дина Шварца. Он послал меня за вами. Вы готовы идти или мне подождать вас?»

Дин Шварц? Наверное, это и есть тот самый декан академии, о котором говорил его королевское высочество:

«Я уже иду».

Наспех съев последний кусочек хлеба, он вслед за помощником вышел из гостиницы, сел в машину и поехал к окраине города.

Академия была похожа на обычную школу, за исключением того, что площадка была несколько пугающе большой, в семь или восемь раз больше, чем обычная площадка, и была разделена на несколько зон.

Помощник провел его в кабинет, где его радушно встретил мужчина средних лет: «Добро пожаловать, мистер Симо, я вчера был на вашем матче, и это было фантастически. Честно говоря, до сих пор я не видел мастера вашего уровня».

Саймон сказал с улыбкой: «Вы слишком льстите, господин Шварц».

Дин Шварц, однако, был невероятно серьезен: «Нет, это от чистого сердца. Хорошо, давайте перейдем к делу. Мистер Симо, у вас есть опыт преподавания?»

Симо Хяюхя покачал головой: «Нет».

Дин Шварц, казалось, ожидал этого и слегка кивнул: «Тогда я попрошу вас временно поработать помощником инструктора, чтобы вы ознакомились с порядком преподавания здесь. Так получилось, что сегодня началась новая партия занятий в академии, поэтому вы сможете вести занятия в независимой академии, когда закончится этот.

Позвольте мне вкратце рассказать о том, чему учат в академии. Здесь наши курсанты получат в общей сложности 260 часов обучения. 100 часов стрелковой подготовки, 50 часов тактической подготовки, 40 часов рытья и строительства снайперских бункеров и позиций, подрывных работ и т.д. 30 часов радио и навигации и 60 часов прочего. Вот учебник по снайперскому делу, который вы можете взять для ознакомления».

Взяв один из учебников, переданных Дином Шварцем, Симо небрежно раскрыл его и увидел цитату, написанную на внутренней странице: «Когда враг находится на расстоянии снайперского выстрела, помните! Вы также находитесь в зоне досягаемости противника!»

Продолжая переходить к странице оглавления, его глаза расширились.

Какое оборудование взять с собой, какой камуфляж использовать, как установить мины-обманки, как общаться, что делать в случае чрезвычайной ситуации во время операции, как отступить, если миссия будет выполнена, и как избежать потерь, если выполнить ее не удастся? И так далее в мельчайших подробностях.

Книга была настолько подробной, что казалось, что каждая деталь снайперской операции была тщательно продумана, и ничего не было упущено.

Еще больше его удивило то, что автором учебника был Янник Гогенцоллерн: «Его императорское высочество наследный принц тоже меткий стрелок?»

Дин Шварц покачал головой: «Насколько я знаю, его императорское высочество не был систематически обучен стрельбе».

Симо был озадачен еще больше: «Тогда эта книга...».

На лице Дина Шварца было выражение неподдельного восхищения: «Его высочество составил этот набор планов занятий для снайперов, просто читая различные книги на военную тематику. Я могу только сказать, что его королевское высочество наследный принц – гений, и я боюсь, что этот его план уроков снайпинга не устареет еще десятилетия».

Поболтав еще немного, Дин Шварц приказал своему помощнику подвести Симо Хяюхя к задней двери классной комнаты.

В аудитории уже было тридцать или около того молодых студентов, слушавших лекцию: «Просто поздоровайтесь с преподавателем, который читает лекции после занятий позже, ваша комната в общежитии находится на 5 этаже этого здания под номером 512, и она уже подготовлена с ежедневными принадлежностями. Сядьте последнем ряду и слушаете лекцию, вот ручки и тетради, они вам могут понадобиться».

«Спасибо», — взяв бумагу и ручку, протянутые ему помощником, Симо осторожно вошел в класс и сел в последнем ряду.

Как только он сел, он почувствовал на себе пристальный взгляд.

Повернув голову в ту сторону, откуда исходил взгляд. Это оказался он, тот, кто проиграл вчерашний турнир. Глядя на боевой дух, пылающий в его взгляде, Симо горько рассмеялся в своем сердце, слегка кивнул в знак приветствия и посмотрел в сторону подиума.

Только для того, чтобы увидеть различные размеры прицелов, размещенных на подиуме.

Инструктор средних лет на трибуне поднял один из прицелов и объяснил: «Это прицел 1,5x «ZF41», который может быть установлен на левой стороне освещенной двери снайперского карабина типа «98k», его преимущество в том, что он имеет более низкое крепление, базовая линия прицеливания близка к базовой линии прицеливания механического прицела, и он не мешает заряжать оружие мостовыми патронами, но недостаток в том, что поле зрения слишком узкое, и он почти на грани снятия с производства, заменен этим прицелом 4x «ZF42». В нем используются два типа креплений прицела: верхнее крепление, фиксируемое на кольце магазина, и боковое крепление, фиксируемое на левой стороне магазина».

Затем инструктор поочередно описал прицел «Zeiss Zilzech», прицел типа «Hensoldt Dialytan», прицел «Fugtlund 4», прицел «Oigee rate» и т.д.

«Конечно, существуют более качественные прицелы с большим увеличением, но военные не будут их покупать из-за больших военных расходов. Те, у кого есть свободные деньги, могут заплатить за него сами, или же вы можете получить этот прицел с большим увеличением в качестве бонуса после уничтожения двадцати врагов. Если вы сможете уничтожить 50 врагов, вы получите профессиональную снайперскую винтовку. Позвольте мне подчеркнуть, что это профессиональная снайперская винтовка, а не лоскутная винтовка с прицелом. В комплект входит не только оптический прицел с высокой кратностью увеличения, но и глушитель и подходящие пули. Этот глушитель немного уменьшит и дальность, и точность, но вы можете представить себе, как ваш враг наблюдает за тем, как его товарищи падают снова и снова, даже не имея возможности понять, откуда вы стреляете. Это определенно вызовет у них тонны психологического страха».

«Два самых важных момента: Эта снайперская винтовка была разработана самим его королевским высочеством, и на каждой снайперской винтовке будет выгравирована личная подпись его королевского высочества вместе с вашим именем. Если ваш рекорд достигнет 100 убийств, то после выхода на пенсию или смерти, в Имперском военном музее будет установлена ваша восковая фигура и подробное описание ваших подвигов, чтобы будущие поколения восхищались ими».

Симо Хяюхя не мог не восхититься про себя тем, что его императорское высочество уделил столько внимания подготовке снайперов.

«Оххх~», — ученики внизу не могли не аплодировать, а кто-то даже поднял руку, чтобы задать вопрос: «Инструктор, тогда почему бы вам просто не дать нам такую снайперскую винтовку?»

«Потому что в такой снайперской винтовке используется специальный металл, и ствол должен быть отполирован вручную старыми мастерами. Но я советую вам не преувеличивать свои достижения ради этих наград. Потому что ваше начальство поверит в эти достижения и в следующий раз оставит вам более сложные миссии! Тщеславие только навредит вам, признайте своё неумение, если хотите прожить еще немного».

Пока Янник готовился уютно заснуть, за океаном в Соединенных Штатах, на земле надежды засиял новый солнечный день.

Если посмотреть с неба, то район Ньюарка на берегу реки Гудзон выглядит как неприглядный моховой участок. Там находится россыпь «спичечных коробков», сгрудившихся в кучу, которая тянется на десятки миль.

После экономического кризиса у большого числа жителей Нью-Йорка банки отобрали их дома, потому что они были на мели и не могли выплачивать ипотеку, а Манхэттен и Лонг-Айленд, как известно, дорогие и богатые районы, поэтому в итоге они перебрались сюда, опираясь на жестяные лачуги и палатки, став новыми городскими «мусорщиками».

Взрослые переходили реку, когда у них было время, чтобы попытать счастья и найти работу. Дети бросали школу, чтобы помочь собрать любой мусор и металл, который они могли продать, чтобы помочь семье. А женщины уходили в деревню собирать дикие фрукты и грибы. Это сегодняшняя Америка, Америка, которая потеряла свои мечты, свое будущее и свой надежды, где все в недоумении, дезориентированы и отчаянно работают каждый день, чтобы набить брюхо.

В Нью-Йорке есть популярная детская песенка: «Меллон свистнул в свисток, Гувер позвонил в колокольчик. Уолл-стрит дает сигнал, Америка летит в ад!»

После краха фондового рынка экономика США была ввергнута в полномасштабное опустошение, и вскоре последовала ужасная цепная реакция. Паника, крах банков, закрытие заводов, безработица среди рабочих, наступление нищеты, организованное сопротивление и грань гражданской войны. Сельскохозяйственные капиталисты и крупные фермеры уничтожали «излишки» продукции в огромных количествах, использовали пшеницу и кукурузу в качестве топлива вместо угля и выливали молоко в реку Миссисипи. Бездомные в городах строили примитивные убежища из досок, старой жести, брезента и даже пергамента, а места, где собирались эти хижины, стали называть «виллами Гувера». Сумки с едой бездомных называли «сумками Гувера», автомобили, которые тянули животные, потому что хозяева не могли позволить себе купить топливо, называли «тележками Гувера», и даже газеты, которыми накрывали бездомных, спавших на скамейках, называли «одеялами Гувера». Продавец яблок на улице стал одним из самых узнаваемых символов Великой депрессии. Многие из тех, кто вынужден зарабатывать на жизнь в качестве бродячих торговцев фруктами, в прошлом были успешными бизнесменами и банкирами.

Невысокий Юлий Эдгар Лилиенфельд, первоначально работавший инженером в телефонной компании Фостера, влился в толпу. Когда-то это была желанная работа, но он потерял ее в один миг, когда его босс понес потери во время краха фондового рынка, в результате чего компания была захвачена банком. Он собирался преподавать в университете, но во время Великой депрессии тысячи студентов начали бросать учебу, а поскольку учебные заведения в целях самосохранения готовы были оставить только лучших талантов, для таких, как он, не было никакой надежды.

Падение от среднего класса до крайней нищеты за одну ночь было невообразимым, и многие из его коллег развелись с жёнами или покончили жизнь самоубийством.

Юлий медленно двигался вместе с толпой, похожей на улитку, размышляя, стоит ли ему попытать счастья в Вашингтоне и найти новую работу после этой, как вдруг кто-то постучал его по плечу позади него. Повернув голову, он увидел незнакомого ему мужчину средних лет, хорошо одетого, и по материалу его одежды можно было легко определить, что этот человек богат: «Простите, вы мистер Юлий Эдгар Лилиенфельд ?»

«Я, а могу я узнать, кто вы?»

«Здравствуйте, мистер Юлий , меня зовут Луис. Здесь не место для разговоров, давайте найдем другое место…», — коротко представился мужчина средних лет, назвавшийся Луисом, и указал на ресторан неподалеку: «Как насчет того, чтобы пойти туда и поговорить за выпивкой?»

Лилиен не мог не сглотнуть, это был элитный ресторан, который ему не удавалось посетить несколько раз, даже когда он был инженером: «Угощаете?»

Луис кивнул с нежной улыбкой: «Конечно, пожалуйста».

Ноги Юлия сами пошли к ресторану.

Войдя в ресторан, Луис на одном дыхании заказал несколько блюд и бутылку высококлассного красного вина. Юлий не мог не удивляться про себя, цена этой бутылки красного вина была эквивалентна его зарплате за предыдущий месяц.

Официант наконец принес блюдо, и Юлий жадно сглотнул.

Луи сказал, наливая ему вино: «Мистер Юлий ,пожалуйста, наслаждайтесь».

«Спасибо, спасибо», — Юлий не мог дождаться, когда он возьмет нож и вилку, разрежет лежащее перед ним сочный стейк, положит его в рот и прожует. Он так давно не ел такой вкусной еды, что был на грани слез от счастья. Казалось, что его желудок все сильнее сжимается, призывая его прислать еще еды.

Луис сохранял на лице мягкую улыбку, время от времени наливая Юлию напиток.

Съев стейк за один присест, Юлий наконец-то закончил и вытер лицо, слегка покрасневшее от крепости вина. Открыв рот, он спросил: «Мистер Луис, по какому поводу вы хотели меня видеть?»

Луис сделал осторожный глоток вина, прежде чем заговорить: «Мистер Юлий, кажется, в последнее время вы не очень хорошо проводите время, не так ли? Я здесь от имени компании, чтобы нанять вас на работу к нам в качестве инженера-электрика».

Юлий почесал голову, все еще немного смущённый: «Мистер Луис, давайте скажем так: На том месте, где я только что стоял в очереди, полно людей с лучшими навыками, чем у меня, так почему вы выбрали именно меня?»

«Наша компания увидела ваш патент на транзистор, и, подписав договор о передаче патента, вы можете получить роялти в размере 1000 долларов. И вы можете получать ежемесячную зарплату в размере 300 долларов в месяц. Ваша жена и дети также будут устроены в нашей компании, а расходы на обучение ваших детей в университете оплачивает наша компания. Ваша семья сможет жить, по крайней мере, средним классом».

«Триста долларов в месяц?» — Юлий открыл рот от удивления. Знаете, даже до катастрофы средний американский врач зарабатывал всего около 2000 долларов в год, а автомобиль «Model T» стоил 200 долларов. Затем он поспешно покачал головой: «Боюсь, вы меня неправильно поняли, мистер Луис, я зарегистрировал патент на транзистор, но это совершенно бесполезная вещь. С таким количеством недостатков, он совсем не практичен», — он считал себя честным человеком и не хотел, чтобы этот человек пострадал от его «некачественного» изобретения.

Улыбка на лице Луиса осталась неизменной: «Вот почему мы просим вас вернуться, изучить и усовершенствовать его вместе с нами».

«…» — поскольку этот человек был готовы покупать хлам, Юлий прекратил попытки убедить его: «Я согласен, и, кстати, вы не сказали, из какой вы компании?» — нму было немного любопытно, какая компания окажется настолько щедрой, чтобы нанять такого маленького инженера, как он, сейчас, когда все американские компании сокращают сотрудников.

Луис слегка сузил глаза: «Немецкий концерн "Zeus"».

Чай, который Юлий выпил, едва не вышел обратно: «Германия? Вы из Германии? Корпорация «Зевс»? Это та же компания, которую основал сам ваш принц?»

Луис кивнул: «Да, именно так. Не хотите устраиваться туда? Ваша семья может уехать в Германию в любое время, и мы предоставим место для проживания».

Юлий задумался лишь на секунду, вспомнив о своей жене и сыне, которым не хватало еды дома, и кивнул в ответ: «Без проблем. Я сейчас вернусь и соберу вещи, и мы сможем уехать после обеда».

«Лучше и быть не может», — Луис поднял свой бокал: «За все хорошее, что нас ждет в скором будущем, мистер Юлий».

Пока он говорил, его вторая рука потянулась в карман рубашки и достала брошюру. Брошюра была плотно заполнена именами и адресами десятков людей, всех важных людей, которых ему нужно было посетить и пролоббировать работу в Германии одного за другим.

Люди, которые в брошюре сказали «да», были в порядке и могли переехать в Германию для счастливой жизни, что же касается тех, кто отказался, то он не знал, что произойдет. Он просто должен был принести список тех, кто отказался, своему начальству.

Нью-Йорк.

Отель «Нью-Йоркер», комната 3327.

Худой старик одиноко сидел в кресле у окна, слегка постукивая пальцами по ручке кресла, и непрерывно бормотал себе под нос тонким, шепелявым голосом: «Когда бы я ни закрыл глаза, я всегда вижу то, что не видят они. Я вижу все изгибы частиц, перемещающихся в магнитном поле, и вижу бурное извержение звезд. Я часто вижу тьму, и они бродят вокруг меня, как призраки, и я также могу видеть ярчайший свет, глубоко в сердце каждого человека…».

В этот момент раздался стук в дверь снаружи: «Мистер Тесла, это служба уборки номеров».

«Входите!» — старик крикнул, не поворачивая седой головы.

В комнату вошла женщина средних лет в униформе уборщицы с тележкой для мытья пола и пылесосом: «Доброе утро, мистер Тесла».

После приветствия женщина взяла шнур пылесоса и подключила в розетку. Она нажала на выключатель, и какофония «зии-зии-зии» мгновенно заполнила комнату.

Пропылесосив и помыв пол, женщина подошла к старику и прошептала ему на ухо: «Пора идти, мистер Тесла».

«…» — старик слегка приподнял брови, похоже, готовый к этому, встал, держась за ручку стола и стула, и подошел к вешалке, чтобы надеть пальто: «Тогда пойдем».

«Одну минуту», — сказала женщина, вернувшись к тележке для уборки, сняла панель с кузова тележки и вытащила изнутри бессознательного мужчину.

Старик с изумлением на лице наблюдал, как женщина укладывает незнакомца, чье телосложение и внешность очень напоминали его, в постель, и удивленно спросил: «Для чего это?»

Женщина не ответила, но указала на пустое место в тележке и извинилась: «Мистер Тесла, вам придется залезать туда».

Старик ответил с изумлением: «Вы просите меня спрятаться в тележку? Почему бы нам просто не выйти на улицу?»

«Боюсь, что мы даже не сможем покинуть Нью-Йорк если сделаем так, так что, пожалуйста, поторопитесь, у нас мало времени».

Женщина без лишних слов потянула старика за руку и силой толкнула его внутрь: «Мистер Тесла, вы не должны издавать ни звука».

Сказав это, она поставила доску обратно, и достала из кармана пачку сигарет, прикурила одну, щелкнула пальцами, бросила искрящуюся сигарету на кровать, повернулась, вытолкнула тележку для уборки из комнаты и пошла к лифту как ни в чем не бывало.

К тому времени, когда старику помогли выбраться из тележки для уборки, он оказался в небольшом помещении: «Что это за место?»

«Отсек фургона», — слова сопровождались ревом двигателя, и было очевидно, что машина движется вперед.

«Вы…», — на лице старика было выражение полнейшего изумления, когда он смотрел, как женщина достает из сумки набор париков, фальшивых бород, больших очков и тому подобного: «Была ли в этом необходимость?»

«Конечно», — женщина сказала с безошибочной серьезностью: «Вы – важная персона №1, выбранная его высочеством, мы не можем позволить себе сделать ни малейшей ошибки».

«Его высочество…», — старик открыл рот, а затем остановился, только слегка покачал головой и позволил женщине надеть парик на его голову и наклеить на него преувеличенно фальшивую бороду.

Таким образом, они обошли почти половину Нью-Йорка, трижды меняя машины, прежде чем прибыть в порт и сесть на пассажирский корабль, направляющийся в Европу.

Через неделю пассажирский корабль наконец-то прибыл в Вильгельмсхафен, и как только это произошло, старика снова посадили на частный самолет и отправили прямо в Берлин, где его тепло встретил Янник в королевском дворце: «Добро пожаловать, герр Тесла!» — на протяжении многих лет он вел тайную переписку с легендой, и сегодня он, наконец, получил его в свои руки.

После нескольких любезностей Янник не мог дождаться вопроса: «Мистер Тесла, я хотел задать вам вопрос. «Тунгусский взрыв» – это ваших рук дело?».

Тунгусский взрыв произошел в 1908 году, в то время еще не началась Первая мировая война и уровень человеческих технологий все еще находился в самом индустриальном состоянии, в то время технологические способности человека могли только повредить окружающую среду и уничтожить некоторые деревни, это было далеко не сравнимо с мощностью ядерной энергии сейчас, но произошел большой взрыв, который потряс людей.

Согласно более поздним интервью об этом событии, в тот год во всем северо-западном районе озера Байкал сильный свет озарил все небо, ударная волна от взрыва разбила все оконные стекла в радиусе 650 километров поблизости, и люди на всем азиатском и европейском континенте сверху увидели белое ночное небо и огромное грибовидное облако, и весь мир стал свидетелем этого чуда в тот момент.

Позже ученые проверили, что мощность Тунгусского взрыва была эквивалентна 20 миллионам тонн тротила, по меньшей мере 2 000 квадратных километров деревьев и земли было сровнено с землей, мощность взрыва может быть не меньше, чем мощность ядерной энергии впоследствии.

Вы знаете, что даже во время Первой мировой войны, никто и никакие технологии не могли создать такую ужасающую энергию, люди только что изобрели пулеметы и еще не ввели их в бой, даже гаубицы чуть большего размера не были исследованы, поэтому многие люди думали, что это сверхъестественное явление, не имеющее ничего общего с людьми.

Но есть и те, кто приписывает все это загадочной фигуре – Николе Тесле.

Легенда гласит, что в те времена Тесла исследовал нечто под названием шаровая молния, которая также была очень мощным оружием в некоторых научно-фантастических произведениях в более поздние времена, она была основана на ядерном слиянии макроэлектронов и была способна мгновенно взрываться, превосходя по мощности ядерную энергию, многие люди верят, что это был эксперимент Теслы с переменным током для создания самого мощного технологического оружия в истории человечества, и Тунгусский взрыв был создан с помощью этой шаровой молнии.

Действительно, Тесла был великим гением, многие люди не могли понять его идеи, он также предложил концепцию шаровой молнии в те времена, но с уровнем технологий того времени, даже если бы у него была такая теория, было просто невозможно реализовать ее на практике, и если это действительно была сила шаровой молнии, разработанная Теслой, то человечество, возможно, открыло еще один новый вид энергии.

Из-за макро электричества шаровой молнии, она, по сути, существует везде во вселенной, и пока у нас есть возможность улавливать ее, как только грянет гром и пойдет дождь, мы сможем собрать большое количество энергетических ресурсов, как по мощности, так и по своим атрибутам, которые прекрасно превосходят ядерную энергию, тогда в будущем технологии человечества могут развиваться гораздо быстрее, чем сейчас, и даже ядерная энергия постепенно будет устранена.

Хотя Янник не верил этим словам, в конце концов, не говоря уже о том, какого уровня беспроводной передачи энергии достиг Тесла в то время, неужели Тесла мог бы произвести большой взрыв на расстоянии более 10 000 километров в Сибирском регионе России? Только Бог мог сделать это, верно?

Но из любопытства он все равно спросил.

Конечно, Тесла очень сухо покачал головой в знак отрицания: «Конечно нет».

Войдя в гостиную, Янник сам налил Тесле чашку чая: «В будущем появится поговорка, что есть два человека, которые ближе всего к Богу – это Леонардо да Винчи и вы, мистер Тесла».

Его идеи и его изобретения сыграли жизненно важную роль даже в будущую эпоху межзвездной навигации. За свою жизнь он сделал около 1000 запатентованных изобретений и носит звания отца переменного тока, отца радио, отца свободной энергии, отца современной физики, отца радара, отца компьютеров, отца интернета, отца рентгеновской фотографии, отца солнечной энергии, отца искусственных спутников и т.д. Все эти изобретения оказали чрезвычайно глубокое влияние на человечество и изменили весь мир.

«Скажу вам по секрету, я пришёл из будущего».

Увидев, как на лице Теслы промелькнул намек на удивление, Янник пожал плечами: «Звучит как бред, не так ли? Я здесь уже почти пять лет и пытаюсь найти кого-нибудь, кому можно рассказать этот секрет, вы можете мне не поверить, но я могу рассказать о вашей жизни, если вы хотите это услышать.

В 1856 году – в полночь между 9 и 10 июля – вы родились в сербской семье в Смиляне, провинция Лика.

В 1882 году, вы обнаружили вращающееся магнитное поле во время прогулки по парку в Будапеште (столице Венгрии).

В 1888 года 16 мая, вы выступили с презентацией «Передача переменного тока и системы двигателей переменного тока».

В 1897 году – вы зарегистрировали 20 патентов на изобретения в области радиотехники.

В 1909–1922 годах – вы зарегистрировали механические патенты (насосы, расходомеры, безлопастные турбины).

В 1931 году – вы получаете поздравительные письма с 75-летием от нескольких лауреатов Нобелевской премии, включая Роберта Эндрю Миллигана, Артура Комптона, Альберта Эйнштейна, Уильяма Генри Брэгга и других.

В 1935 году – вы объявляете, что изобретенный вами «свет смерти» – это не луч смерти, а пучок заряженных частиц.

1943 – вы умерли от сердечной недостаточности в отеле «Нью-Йоркер» вечером 7 января в возрасте 86 лет».

Янник говорил порывисто, давая краткий жизненный путь Теслы.

Выражение лица Теслы было смешанным: Там было и удивление, и потрясение и даже недоверчивость. Однако он быстро справился со своим шоком, и спросил: «Вы только что сказали, что я умру в 1943 году?»

Янник немного неловко почесал голову: Он так увлекся повествованием жизни Теслы, что даже выдал то, что произойдет в будущем. Что же, теперь Янник надеется, что это не будет иметь никаких плохих последствий в будущем.

«В мое время все было именно так. Но тогда ваша смерть была вызвана в основном бедностью и, насколько я выяснил, на момент смерти вы были должны хозяину отеля из Нью-Йорка несколько месяцев платы за номер. Теперь, когда вы здесь, вам естественно не нужно будет беспокоиться о деньгах».

И не обращая внимания на странное выражение лица Теслы, Янник выпрямился и сказал с серьезностью: «Мистер Тесла, то, что я собираюсь сказать дальше, является сутью нашего разговора».

Увидев, что выражение лица Янника вдруг стало таким серьезным, Тесла опустил чашку с чаем в руке.

«Почти через сто лет в мире разразится Третья мировая война.

Причиной войны является население. Сейчас население земли составляет всего около двух миллиардов человек но, боюсь, вы не можете себе представить, что менее чем за сто лет население увеличилось в пять раз.

Наша планета не так велика, как хотелось бы, и ресурсы у земли ограничены. В результате возникает угроза нашей собственной безопасности. В этот момент политика уже ничего не решала, а склонность к решению проблем путем войны становилась все сильнее.

Затем, естественно, произошла мировая война, в ходе которой сверхдержавы сбросили друг на друга атомные и водородные бомбы, что привело землю к суровой ядерной зиме и вымиранию человечества».

Тесла поспешно протянул руку, подавая сигнал остановиться: «Ваше высочество, я не совсем понимаю, что вы сказали об атомных бомбах, водородных бомбах и ядерных зимах. Кроме того, вы сказали Третья мировая война? Была ли перед этим вторая мировая война?».

Янник сделал краткий обзор атомной бомбы, принципа действия водородной бомбы и информации о ядерной зиме: «В результате от первоначального населения, насчитывавшего почти десять миллиардов человек, осталось менее одного процента. Это был настоящий человеческий холокост».

Конечно, когда Янник умирал, никакой ядерной войны не было, и население было не таким уж большим, но он все равно подумал, что было бы неплохо немного напугать Теслу.

«Я помню, как один эксперт в то время сказал, что человеческая раса полностью вымрет менее чем через три года. Я также получил облучение и впал в кому, а когда очнулся, то обнаружил, что превратился в наследного принца Германии. Это означает, что моя душа пролетела сквозь пространство и время и прикрепилась к телу Янника. Что касается Второй мировой войны, то не буду врать, она разразится менее чем через десять лет».

«Это невероятно!» — выслушав всю историю, Тесла все еще был очень удивлен. Пытаясь переварить сказанное Янником, он долго молчал, прежде чем заговорить: «Так что же нужно от меня вашему высочеству? Чтобы я делал оружие для следующей мировой войны?»

«Конечно нет, как я уже говорил, я знаю принципы работы этих водородных бомб и ядерных бомб, я могу научить ученых империй этим знаниям, и они смогут создать это супер оружие рано или поздно»,— Янник покачал головой: «Я хочу, чтобы вы поработали над антигравитационным двигателем. Если я правильно помню, вы зарегистрировали патент в 1928 году, номер патента 1,655,144».

Главной рукописью этой запатентованной технологии был дирижабль в форме НЛО, в котором Тесла объединил двигатель самолета и вертолета в одно, используя антигравитационную технологию для взлета. В то время Тесла представил свою идею в Доме конференций США, но по разным причинам она была отменена, а также тайно отслеживалась ФБР, и в итоге проект оказался неудачным.

Антигравитационная технология Теслы, также известная как гравитационная динамика, признает существование «Эфира» (гипотетической среды распространения электромагнитных волн), который населяет наше жизненное пространство повсюду. Однако «Эфир» уже давно исключен из теории физики и заменен другими абстрактными моделями. Кроме того, теория гравитационной динамики предполагает, что никакая материя не обладает собственной энергией, а энергия поступает из окружающей среды, что полностью противоречит формуле Эйнштейна «E=mc2».

В последние годы жизни Тесла обобщил свою теорию, утверждая, что сверхскоростное вращение электромагнитного поля может приводить в движение вращение эфира как способ изменения величины и направления гравитации. Если быть более точным, антигравитационная технология пыталась использовать катушку Тесла на миллион вольт для создания электромагнитного поля, в котором высокоскоростное вращение вызывало вращение эфира, чтобы изменить направление и величину гравитационной силы на объекте, так что материя смогла бы достичь антигравитационного взлета.

Янник показал вид беспомощности: «С тех пор, как человек запустил первый спутник на ракете в 1957 году, до самого вымирания человечества инструментами для освоения космоса оставались неэффективные химические ракеты, и мы не могли создать даже форпост на Луне, не говоря уже о Марсе и Сатурне».

«На этот раз я хочу, чтобы человечество вырвалось за пределы земли, колонизировало Солнечную систему и исследовало более далекий космос. Только тогда человечество сможет избежать трагедии оказаться в ловушке на земле, и я надеюсь, что мистер Тесла сможет мне помочь», — сказал Янник, вставая и глубоко кланяясь Тесле.

Тесла встал и поднял Янника: «Ваше высочество слишком добр, поскольку у меня осталось десять лет жизни, как я могу тратить впустую хоть одну минуту, пожалуйста, подготовьте для меня лабораторию».

Ночью ветер и волны в море были спокойны.

Темный лунный свет светил вниз, отчего темное море казалось более загадочным и неземным.

Издалека доносились звуки двигателя. Эти звуки, перемежаясь с волнами, то пропадали, то становились отчётливо слышны.

При свете луны было видно, как недалеко на поверхности моря стремительно проплывают три катера.

У каждого катера находилось по шесть черных фигур, одетых в черную боевую форму без каких-либо опознавательных знаков, а их лица были раскрашены черной масляной краской.

Внезапно крупный мужчина на головном катере поднял руку в жесте, и три катера один за другим выключили свои двигатели.

Помолчав некоторое время, мужчина понизил голос и сказал: «До цели двести метров, готовьтесь».

Его взгляд был уверенным и решительным, а шрам, проходящий через всю левую сторону лица, выглядел несколько отвратительно и жутко.

Лицо со шрамом был не кем иным, как Отто Скорцени, человеком, признанным последующими поколениями основателем современных сил специального назначения. Выполнив и завершив множество почти невыполнимых миссий.

Он без особых усилий спас Муссолини 12 сентября 1943 года. Похитил сына венгерского регента адмирала Хорти в ходе операции «Микки Маус» 15 октября 1944 года и на следующий день захватил самого венгерского регента адмирала Хорти через линии венгерской армии. Он также проник в формирование 150-й бронетанковой бригады для битвы в Арденнах в декабре 1944 года под видом американских войск. В мае 1945 года он сдался армии США и через некоторое время бежал из лагеря для военнопленных в июле 1948 года. Он стал легальным бизнесменом в Испании и умер в Мадриде в 1975 году в возрасте 67 лет.

В реальной жизни он был версией «Капитана Германии» и получил прозвища: «Первый злодей Европы» и «Лицо со шрамом».

Благодаря вмешательству Янника жизнь Скорцени изменилась, и несколько лет назад он перешёл под командование Янника, создав подразделение специального назначения под непосредственным подчинением императора – KSK.

Сегодняшняя ночь была их первой операцией, и их целью была роскошная частная яхта впереди. По мнению Скорцени, это было небольшое испытание без каких либо трудностей, в конце концов, яхта была пришвартована и им просто нужно было тихо взойти на нее и захватить цели.

Под покровом ночи три катера бесшумно подошли к яхте, и по одному человеку с каждого катера встали, схватили давно заготовленное ружье для метания веревок и нажали на курок у перил яхты.

Щелк! Поп! Щелк!

Подброшенные вверх захватные крюки с безошибочной точностью зацепились за перила, и хотя захватные крюки были обмотаны вокруг ноу-джампа, звук столкновения захватных крюков с металлическими перилами привлек внимание охранников, патрулирующих на небольшом расстоянии.

«?» — первое, что промелькнуло в голове у охранников, которые подошли посмотреть, что зацепилось за перила, было то, что они столкнулись с пиратами!

С тех пор как появилась профессия моряка, пираты были с ней неразрывны.

Они грабили грузовые суда, убивали экипажи и делали все плохое, но, как это ни парадоксально, на протяжении веков пираты стали профессией, достойной восхищения, а во многих мультфильмах и романах пираты фактически являются «добрыми» персонажами.

Однако с развитием технологий, в двадцатом веке, профессия пирата практически исчезла.

Причина проста: Пиратам, необходимо было строить корабли, в прежние времена, и они могли вручную делать деревянные корабли, поэтому найдя остров, можно было стать пиратом. Но теперь, с индустриализацией, только большая верфь, сможет создавать продвинутые пиратские корабли.

Не понимая, как здесь могут быть пираты, охранник насторожился.

Он как раз собирался открыть рот, чтобы сделать предупреждение, когда почувствовал боль в шее, а затем услышал хрустящий звук, погрузивший его в темноту.

Небрежно бросив тело охранника, Скорцени отдал приказ в сторону команды, которая поднялась наверх: «Действуйте по плану, одна группа в трюм, две в кокпит, и три со мной для поиска цели».

Группа была разделена на три команды, которые быстро продвигались к своим пунктам назначения. У каждого из них были пистолеты-пулеметы «MP41» с глушителями, которые то и дело извергали длинные языки огня, сбивая всех встречных врагов на землю.

Скорцени плавно дошел до зоны отдыха, где было три спальни. Один из членов команды с молотком уже собирался сделать шаг вперед и разбить замки, когда дверь одной из спален распахнулась, и оттуда вышел сонный мальчик лет семи-восьми.

Быстро, как вспышка, Скорцени шагнул вперед и закрыл рот мальчика, в то время как два члена команды за его спиной проворно бросились в спальню, тщательно обыскали ее, а затем покачал головой смотря на Скорцени.

Скорцени отпустил руку, но маленький мальчик, казалось, был шокирован, ошарашенное лицо не произносило ни слова, а его тело не двигалось.

Один из членов команды рядом с ним прошептал с некоторым беспокойством: «Капитан, разве это не цель номер три? Не может же быть, что он умер от страха, верно? Приказ был доставить их обратно невредимыми».

«…» — Скорцени чмокнул губами и слегка ударил мальчика по голове. Тот вздрогнул, как будто его ударило током, и издал громкий крик «ва-а!» который мгновенно разнесся эхом по зоне отдыха.

«Гарри, что происходит?» — через несколько секунд боковая дверь спальни открылась, и оттуда вышел мужчина средних лет в пижаме.

«!!!» — мужчина средних лет увидел нескольких рослых мужчин с заряженными пистолетами, стоящих в дверном проеме, и отпрянул назад, сам не ожидая, что упадет прямо на пол на нетвердых ногах, содрогаясь всем телом: «Вы кто такие?!»

Скорцени жестом приказал двум мужчинам заняться последней спальней, а сам вошёл внутрь боковой двери. На кровати в комнате лежала спящая женщина средних лет, и Скорцени мог видеть, что это была цель номер два, жена мужчины средних лет.

Скорцени протянул руку вниз и помог мужчине средних лет подняться с пола: «Стэнли Джордж Хукер – инженер? Вам нечего бояться, мы не желаем зла и не причиним вреда ни вам, ни вашей семье».

Выражение лица мужчины средних лет ясно говорило, что он не верит ни одному слову. Но он не осмелился сказать о своём недоверии, и спросил дрожащим голосом: «Вы, кто вы такие и что вам нужно?»

Скорцени слегка улыбнулся, только эта улыбка натянула шрамы на его лице и заставила Стэнли вздрогнуть: «Мы посланы немецким наследным принцем, его высочеством Янником, чтобы принять вас в качестве гостя в Германии».

Пока он говорил, два члена команды привели в дом молодую девочку лет десяти: «Капитан, цель номер четыре также найдена».

Маленькая девочка подбежала к кровати женщины средних лет с паническим выражением лица и отчаянно трясла ее, чтобы разбудить.

Проснувшаяся женщина средних лет с ужасом увидела, что в доме так много незнакомцев, и не смогла удержаться от истерического крика.

И когда Стэнли узнал, откуда эти люди, на его лице появилось выражение недоумения: «Наследный принц Германии? Что он хочет от меня?»

Скорцени пожал плечами и не скрывал этого: «Из-за вашей профессии, конечно».

Мужчина напротив Скорцени был конструктором который сделал авиационный двигатель Rolls-Royce Merlin одними из лучших в мире на тот момент.

Что касается того, насколько хорош был этот двигатель, то «Merlin» по праву считался одним из лучших авиационных поршневых двигателей времён Второй мировой войны. Он устанавливался на такие самолёты, как Spitfire, P-51 Mustang , Mosquito и на многие легендарные самолёты, обеспечивая им высокую скорость и отличные высотные характеристики.

Оснащённые усовершенствованными версиями двигателя «Merlin», истребители Spitfire могли перехватывать немецкие крылатые ракеты V-1 и уничтожать их в воздухе.

Яннику потребовалось много сил и средств, чтобы узнать местонахождение этого Стэнли Джорджа Хукера, и он немедленно направил своих лучших сотрудников, чтобы доставить его в Германию.

«Его высочество обещал, что если господин Хукер отправится в Германию, то с его семьей будут обращаться по высшему разряду, одевать и кормить до конца жизни. Но его высочество также сказал, что если джентльмен будет упрямиться, то семье джентльмена придется кормить рыб».

Посмотрев на Стэнли, лицо которого стало невыносимо уродливым, Скорцени холодно сказал: «Что вы выбираете? Мистер Хукер, жизнь вашей семьи в вашей власти».

Глядя на жену и детей, которые обнимались и дрожали, Стэнли с отчаянием смотрел на них: «Если я скажу «да», то это значит, что я предатель, и это лишь вопрос времени, когда меня выследят и убьют!»

Скорцени, однако, сказал с выражением облегчения: «Мы взорвем корабль, и никто не узнает, как вы исчезли. Когда вы прибудете в Германию, его высочество изменит ваши имена, ваши личности будут засекречены, и вам будет предоставлена группа сопровождения для обеспечения абсолютной безопасности вас и вашей семьи».

Стэнли открыл рот, и хотел заговорить, но долго колебался и глубоко вздохнул: «Похоже, что его превосходительство, наследный принц вашей страны хорошо подготовился».

Подойдя к жене и детям, успокоив их и переодевшись, семья последовала за Скорцени с яхты.

Их встретила подводная лодка, и, как сказал Скорцени, когда все вошли, подводная лодка выпустила две торпеды по яхте и медленно нырнула под звук взрыва.

Пока агенты разведки, тайно отправленные в разные страны, судорожно искали таланты из всех слоев общества, Янник отправился в Англию вместе с недавно назначенным дипломатическим советником Риббентропом, чтобы посетить английского короля Георга V.

Прибыв в Букингемский дворец в приветственном автомобиле, Янник не мог удержаться от того, чтобы не чмокнуть губами, глядя на великолепный и роскошный дворец. Хотя Букингемский дворец последнего времени был открыт для посетителей, правда, увидеть можно было только тронный зал, концертный зал, государственную столовую и так далее.

В Букингемском дворце 775 комнат, 78 одних только туалетов, в общей сложности 1514 дверей, 760 окон и более 40 000 лампочек. Так Букингемский дворец королевы Елизаветы стал самым дорогим частным особняком в мире, оценочная стоимость которого превышает 1 миллиард фунтов стерлингов.

Жаль, что такой многовековой замок должен пройти через огонь войны.

Если бы только Британия безропотно сдалась…

Бормоча себе под нос, он вошел во дворец, и Янника встретил старый, дряхлый старик.

«Здравствуйте, ваше величество», — сказал Янник.

Король Георг V был сыном Эдуарда VII и внуком королевы Виктории.

Мать кайзера Вильгельма II, императрица Фредерика, была старшей дочерью королевы Виктории, поэтому Вильгельм II был двоюродным братом Георга V, а Георг V был дядей двоюродного брата Янника.

«Янник, я помню, как держал тебя на руках, когда ты был совсем маленьким, а теперь ты вырос таким большим», — Георг V разглагольствовал почти полчаса, большую часть которого он жаловался на Вильгельма II за развязывание последней войны. Он был вынужден отказаться от своей немецкой фамилии и изменить как свою фамилию, так и название своей династии.

Это заставило Янника задуматься, насколько глубока была обида Георга V на Вильгельма II.

После полудневной болтовни Георг V, наконец, спросил о делах: «Какова причина твоего визита?»

«Я приготовил тебе небольшой подарок», — услышав, что он едет в Англию, чтобы посетить Георга V, главный королевский стюард достал из кладовой пыльную филателистическую книгу. В дополнение к своей любви к гребле и спорту, Георг V также увлекался коллекционированием марок, и это хобби сохранилось на всю жизнь. Даже после его смерти его дочь и внучка не оставили это увлечение.

Эта филателистическая книга была первоначально подготовлена Вильгельмом II в качестве подарка на день рождения Георга V перед последней мировой войной, но когда началась Первая мировая война, Великобритания была твердо на стороне России и Франции против Германии. Это так разозлило Вильгельма II, что он выбросил подарок, который еще не был вручен, в бакалейную лавку.

Приняв филателию и пролистав несколько страниц, Георг V часто кивал головой и выглядел довольным: «Это хороший подарок. Вечером я подготовлю для тебя небольшую приветственную вечеринку, есть ли кто-нибудь, кого ты бы хотел видеть там?»

Янник говорил с томным вздохом облегчения: «Я хотел бы поговорить с господином премьер-министром Рэмси Макдональдом, если можно».

Георг V охотно согласился: «О, нет проблем. Тогда пригласи его на вечер. У тебя было утомительное путешествие, не так ли? так что отдохни немного, а вечером мы поговорим».

«Большое спасибо, ваше величество», — Янник отдал честь и вслед за королевским дворецким, вышел из зала заседаний.

После ухода дворецкого Риббентроп поинтересовался: «Ваше высочество, о чем мне говорить вечером?»

Янник задумался на мгновение и приказал: «Просто преувеличь угрозу Советского Союза настолько, насколько сможешь. Преувеличивай так, как будто завтра они снесут Европу бульдозером».

Риббентроп кивнул в ответ: «Понятно, ваше высочество».

Когда наступил вечер, королевский дворецкий пришел вовремя, чтобы забрать их и отвести в банкетный зал. Поприветствовав толпу по очереди, Янник отошел в сторону с премьер-министром Макдональдом и начал обсуждать угрозу Советов: «Ваше превосходительство премьер-министр, вы знаете, что красное чудовище Советского Союза стремится поднять красный флаг по всей Европе. Если начнется война, Германия примет на себя основную тяжесть блокады, а у нас нет ни копья, ни щита. Неужели можем только использовать нашу плоть, чтобы сдержать их стальной поток? Тогда я мог бы просто сдаться, и, может быть, Сталин сделает меня президентом союзной республики».

Премьер-министр Макдональд слабо улыбнулся и осторожно покачал головой: «Ваше превосходительство Янник, вы слишком наивны в таких рассуждениях. Их система XX века – это мертвый звоночек капитализма, и вы не должны забывать, как они расправились с семьей Николая II. Если бы они захватили Европу, то Гогенцоллерны определенно были бы в их списке чисток».

Янник пожал плечами, не обращая внимания на его слова: «Конечно, я это знаю. Но и Сталин – не Ленин. И не потому ли, что Николай II приговорил к смерти своего брата, Ленин истребил всю семью Николая. Я думаю, что Сталин был более интеллектуальным человеком, чем Ленин. Он также должен был понять, что лучше использовать немцев для управления немцами, чем вмешиваться лично, и таким образом, по крайней мере, наша семья Гогенцоллернов на какое-то время сохранила бы свою жизнь».

После полудюжины слов премьер-министр Макдональд уставился на него и сказал, слово в слово: «Лорд Янник, вы сами знаете, от чего мы беспокоимся».

Янник усмехнулся: «Ваше превосходительство премьер-министр, неужели вы думаете, что я похож на человека, который будет повторять чьи то ошибки? Учитывая предыдущий опыт моего деда, совершил бы я ту же ошибку, зная, что она не удастся?»

Премьер-министр Макдональд задумался и кивнул: «Это правда».

Глаза Янника на мгновение блеснули холодом видя его кивок, затем он огляделся и понизил голос: «Премьер-министр, я открою вам секрет. Наши шпионы проникли в советскую танковую программу. Вы знаете, насколько тяжел танк, над которым они работают?»

«?» — премьер-министр Макдональд поинтересовался: «Насколько тяжёлый этот танк? Сорок тонн? Пятьдесят тонн?»

Янник повернул лицо немного в сторону и сделал презрительную гримасу: «Более 150 тонн».

«Что?!» — спросил премьер-министр Макдональд с мгновенно расширившимися от недоверия глазами: «Более 150 тонн! Вы уверены, что не ошибаетесь?!»

Янник мысленно рассмеялся, это была правильная реакция, любой бы испугался, услышав о танке весом более 150 тонн, верно?

«Нет, мы не ошиблись, танк весит более 150 тонн».

Премьер-министр Макдональд нахмурил брови в задумчивости, а затем вдруг спросил: «Такой танк наверное медленный, да? Если так, то его не нужно бояться».

150 тонн – звучит грозно, но если танк двигался как черепаха, то чем он отличался от стационарной турели? Существовали способы уничтожения таких сверхтяжелых танков.

Янник сказал медленно и обдуманно: «Сорок километров в час. Это медленно? А при толщине брони более 200 мм у вас есть оружие, способное ее пробить?»

Премьер-министр Макдональд был очень удивлен: «Сорок километров в час? Ни за что! Как они могли разработать такой двигатель с их промышленными стандартами?»

Какой танковый двигатель мог разогнать танк весом более 150 тонн до 40 км/ч? Возможно ли, что технология производства двигателей в Советском Союзе превосходила европейскую? Как эти славянские медведи могли создать такой потрясающий двигатель?

«Я слышал, что они использовали двигатель, который в прошлом ставили на военные корабли».

«…». — рремьер-министр Макдональд обдумал это и решил, что это не невозможно.

Янник осушил свой бокал: «Возможно, день официального массового производства этого «супертанка» – это день их вторжения в Европу, и мы будем поглощены их стальными шлюзами, если не будем готовы. И еще кое-что. Ваша страна ошибается, если думает, что будет в безопасности. Вы думаете, у них есть только армейские супертанки?»

Премьер-министр Макдональд поднял веки, и чувство тревоги охватило его, когда он резко спросил: «Что вы имеете в виду?»

«У советов есть чертеж «суперлинкора», вы хотели бы услышать его данные?» — в очередной раз Янник напугал премьер-министра данными о «суперлинкоре». И наблюдая за тем, как несколько капель пота стекают с несчастного лица премьер-министра Макдональда, он заставил себя сдержать смех.

«…» — премьер-министр Макдональд был действительно потрясен данными об этом «суперлинкоре». Его мысли были немного разбросаны, и только спустя долгое время он вспомнил о важном вопросе: «Откуда ваше высочество так хорошо знает об этом?»

Это были советские секреты, откуда немцы знали в таких подробностях, как будто проектные чертежи лежали у него на столе?

Янник щелкнул пальцами в сторону удаляющегося официанта и заменил свой напиток на новый, после чего заговорил: «Премьер-министру не нужно ничего подозревать, так как эти чертежи были предоставлены нами».

«Что?!!!» — если бы не его статус, премьер-министру Макдональду очень хотелось поднять воротник Янника и дать ему сильную пощечину, громко спросив: Какого черта вы, ублюдки, пытаетесь сделать! Вы собираетесь похоронить с собой всю Европу?

Глядя в глаза премьер-министру Макдональду, Янник с невинным лицом сказал: «У нас нет выбора. Экономический кризис охватил весь мир, и если мы ничего не предпримем, то наша семья может стать еще одним Людовиком XVI. Советы предложили слишком хорошую цену, чтобы от нее отказаться, и нам пришлось согласиться. Я также могу сказать вам, что советы хотят получить от нас планы «Супербомбардировщика», но мы их ещё не разработали»

А что такое «супербомбардировщик»?! Еще одно чудовищное оружие?! Но Макдональду также слышал, что чертеж еще не был разработан, и поспешил спросить: «Что вы хотите?»

Янник внутренне вздохнул, после целой ночи болтовни он наконец-то собирался перейти к делу: «Рейнская область. Если нам удастся вернуть это место, то немецкий народ будет счастлив».

После долгого ожидания премьер-министр Макдональд никак не отреагировал, лишь с невыразительным лицом потягивал свое вино.

Зная, что сегодня ему не удастся сделать с ним соглашение, Янник слегка зевнул, давая понять, что ему больше нечего сказать, и повернулся, чтобы уйти. Подойдя к прилавку, заваленному всевозможной изысканной выпечкой, он взял стоящие рядом с ним маленькие пирожные, и с раздражением на лице и холодом в глазах с силой сжал их.

«Чёртова свинья! Если мои солдаты смогут высадиться в Англии, я обязательно поймаю тебя и буду жестоко пытать, а затем брошу в концентрационный лагерь, чтобы ты выполнял каторжные работы до самой смерти!» — с мрачным лицом думал Янник.

Внезапно, робкий детский голос раздался у него за спиной, когда он с ненавистью вгрызался в пирожное и ругался в своих мыслях: «Ваше высочество Янник?»

«?» — Янник повернул голову и увидел робкую красивую девочку, которой было всего шесть или семь лет.

«Эй, кто эта лоли? Она выглядит такой красивой в юном возрасте, уверен она станет великой красавицей в будущем», — думая так, Янник наклонился, и на его лице появилась добрая улыбка: «Ты знаешь меня? Как тебя зовут?»

Маленькая лоли ответила, мило улыбаясь: «Меня зовут Элизабет».

Элизабет? Казалось, только один человек мог присутствовать на вечеринке такого уровня: «Элизабет Александра Мари Виндзор?»

Увидев, как девочка энергично кивает от восторга, Янник чуть не рассмеялся вслух: «Ее превосходительство принцесса хочет меня зачем-то видеть?»

Элизабет поспешно достала из своего ранца книгу, а именно английскую версию «Маленького принца». Янник присмотрелся и понял, что эта принцесса была маленькой девочкой, которая любила читать. Должно быть, она хочет попросить у него автограф.

Элизабет держала книгу в руке перед собой: «Вы написали эту книгу, ваше высочество Янник?»

Янник кивнул: «Конечно, принцессе нравится эта книга?»

Элизабет энергично кивнула: «Обожаю её! Вы подпишете её для меня?»

«С удовольствием», — сказал Янник и спросил, беря книгу с ручкой и подписывая ее: «Недавно я задумал новую приключенческую сказку, не будет ли хорошо, если главным героем станет ваше превосходительство маленькая принцесса?»

«Вау!» — воскликнула Элизабет, прикрыв рот маленькой рукой, прежде чем недоверчиво спросить: «А так можно?»

«Конечно», — это всего лишь смена имени подумал Янник и сказал: «Но тебе не стоит называть меня вашим Высочеством, это странно – называть меня так. Мы родственники друг другу, как насчет того, чтобы называть меня братом?»

Элизабет добродушно согласилась: «Хорошо, брат Янник».

«Хорошая девочка. Ты пришла одна?»

«Нет, моя мать привела меня сюда», — сказала она, указывая направление.

«Черт, какая красотка!» — посмотрев в том направлении, куда указывала Элизабет, глаза Янника сразу загорелись.

Мать маленькой принцессы излучала такую грацию, которой было достаточно, чтобы заставить всех мужчин восхищаться ею, и излучала такое благородство, которого было достаточно, чтобы заставить всех мужчин остановиться и смотреть на неё в ступоре.

Когда он встретил ее королевское высочество, герцогиню Йоркскую, в сердце Янника промелькнуло очень тонкое чувство, как будто его ударило током, и он застыл на месте, пока его сердце сильно колотилось.

Аура, исходящая от тела этой женщины, была слишком благородной и элегантной, как у богини с небес.

Маленькая Элизабет услышала бормотание Янника и с любопытством спросила: «О чем ты говоришь, брат Янник?.

Янник неловко улыбнулся: «Ничего, я просто поражаюсь, насколько красивая у тебя мама».

В этот момент ее королевское высочество, герцогиня Йоркская, повернула голову, чтобы посмотреть прямо в горячий (похотливый) переполняющий взгляд Янника, и в ее глазах было больше, чем немного осторожности.

Во время Второй мировой войны король и королева Британской империи стали символами сопротивления. Во время бомбардировок, Елизавета публично отказалась покинуть Лондон, заявив: «Дети не могут уехать без меня, а я не могу уехать без короля, а король не может уехать ни при каких обстоятельствах!»

Она часто посещала районы Лондона, подвергавшиеся бомбардировкам Люфтваффе, особенно Ист-Энд вблизи лондонских доков. Букингемский дворец также был поврежден несколько раз во время бомбардировок, что заставило Елизавету сказать: «Я чувствовала себя так, как будто Ист-Энд лондонских доков был прямо передо мной», — в целях безопасности и по семейным обстоятельствам король и королева ночевали не в Букингемском дворце, а в Виндзорском замке, расположенном в 20 милях (около 35 км) к западу от центра Лондона.

Из-за того, что она повлияла на доверие всего британского народа, Гитлер назвал ее «самой опасной женщиной во всей Европе».

Но Янник сомневался, что британская королевская семья останется в Англии, когда немецкие всадники пересекут Ла-Манш и высадятся на британской земле. Британскую империю можно назвать «Империей Солнца», и у нее были колонии по всему миру. Эти короли могли сформировать новое правительство и поднять антигерманский флаг, куда бы они ни бежали.

А Соединенные Штаты Америки за океаном, безусловно, поддержат британскую королевскую семью, чтобы она могла продолжать сопротивление Германии.

Да уж, в будущем она будет занозой в заднице.

Герцогиня Йоркская заметила, как похоть в глазах Янника сменилась необъяснимой досадой, и он, казалось, попал в какое-то оцепенение, даже не заметив ее приближения. Только когда маленькая Елизавета с радостью показала автограф своей маме, Янник заметил её и поспешно сделал реверанс принцессе Елизавете: «Приветствую вас, ваша светлость, герцогиня Йоркская».

Он ждал, что она протянет руку для приветствия, но, к его удивлению, герцогиня лишь слегка кивнула в знак приветствия и не собиралась протягивать руку: «Я много слышал о вас, ваша светлость Янник, и у меня есть просьба к вам…».

Янник улыбнулся и сказал: «Что я должен сделать?»

Ее слова немного удивили его: «Если вам будет удобно, не могли бы вы прочитать лекцию о литературном творчестве в Кембриджском университете?»

Теперь Янник был всемирно известным литературоведом, потому что он «создал» некоторые из самых известных произведений за эти годы: «Конечно, но вы будете там?» — спросил Янник, подняв бровь.

Герцогиня Йоркская слегка смущенно улыбнулась: «Боюсь, я не смогу пойти».

«Жаль. Но я думаю, что смогу выполнить вашу просьбу».

«Тогда спасибо, ваше высочество», — поблагодарив, герцогиня Йоркская взяла дочь за руку и поспешно удалилась. Она давно слышала о характере Янника, и хотя сейчас в разговоре не было явного флирта, ей казалось, что в его словах и действиях чувствуется намек на что-то другое.

Вечеринка закончилась, и, вернувшись в свою комнату, Янник не смог удержаться от ругательств: «Никто из этих ублюдков не дал четкого ответа!»

Риббентроп осторожно спросил: «Что же нам тогда делать, ваше высочество? Нужно ли нам продолжать лоббировать?»

Янник покачал головой: «В этом нет необходимости. Георг V, похоже, не собирается жить долго, и когда он умрет, страной будет править Эдуард. На этом наш визит закончится; завтра утром я буду читать лекцию в Кембридже и вернусь после обеда».

Риббентроп сказал с непониманием: «Но, ваше высочество, у вас нет необходимости идти туда и читать лекции».

«У меня свои планы», — он делал это только для того, чтобы привлечь к себе внимание, а с вниманием приходит популярность, а чем выше популярность, тем выше слава, а с ней резко возрастает количество поклонников, а в фанатах с промытыми мозгами недостатка никогда не было.

Он не ожидает, что эти безмозглые фанаты повернут своё оружие в будущей войне, но хорошо быть убитыми немецкими солдатами после даже секундного колебания при стрельбе.

Видя, что Янник глубоко задумался, Риббентроп уже собирался уходить, как вдруг Янник окликнул его и заговорил : «Господин Риббентроп, утром вы вернетесь в Германию, а затем поедете в Италию и подпишете соглашение с Муссолини».

Отношения между Германией и Италией сейчас были ни хорошими, ни плохими. Они нейтральные.

Риббентроп спросил почтительным голосом: «Каков договор, ваше Ввсочество?»

«Все просто», — Янник слабо улыбнулся: «Мы хотим арендовать северную часть бассейна Сырт в пустыне Шахара минимум на пятьдесят лет, чем дольше, тем лучше, конечно, и пока это будет сделано, вы будете у меня в большом почете».

Во время Второй мировой войны армии Оси и союзников ходили взад и вперед в пустыне Северной Африки. Тысячи танков пробивались через гравий и камни Ливии, где войска Роммеля в конце концов были уничтожены из-за нехватки топлива. Но по воле злой судьбы, в менее чем в 100 милях от них было огромное количество нефти.

В течение более 10 лет после Второй мировой войны Ливия, в которой не было ничего, кроме песка, могла экспортировать только две вещи: мелкостебельную овсяницу, необходимую для производства бумаги для печатания денег, и обломки военных машин, разбитых британской и немецкой армиями во время их столкновений в Ливии, которые экспортировались как металлолом. В карманах стареющего ливийского короля Идриса I, у которого часто было меньше 5 долларов карманных денег, не хотел быть монархом и несколько раз писал заявление об отречении от престола, но его останавливали племенные вожди со скрытыми мотивами. А в международном масштабе только американская авиабаза в Ливии с трудом напоминала миру, что такая страна вообще существует.

К середине 1950-х годов все больше геологов предполагали, что в Ливии есть нефть, и в 1955 году королевство приняло закон о нефти, предложив несколько небольших концессий. В 1957 году был проведен первый раунд тендеров на разработку месторождений, и 17 американских и европейских компаний выиграли право на разработку 84 концессий. Однако разведка прошла неудачно, поскольку Ливия была настолько отсталой страной, что любой, кто хотел позвонить в штаб-квартиру американской компании, должен был лететь для этого в Италию. Во время Второй мировой войны немцы установили в Ливийской пустыне более 3 миллионов мин, и саперы и бурильщики часто погибали и получали ранения. Компаниям пришлось оснастить геологоразведочные группы отрядами сапёров и пойти на многое, чтобы привлечь немецких ветеранов, воевавших в те времена, для помощи в разминировании.

Долгое время поиски нефти в Ливии были настолько неутешительными, что многие крупные компании, включая «British Petroleum» (BP), даже были готовы вернуться домой, но к апрелю 1959 года «Standard Oil Company of New Jersey» (SONJ) наконец пробурила высокопродуктивную скважину на тестовом участке, который собирались забросить, и дежурный инженер написал в письме в штаб-квартиру компании: «На этот раз Ливия сорвала джек-пот».

К 1961 году в Ливии было создано 10 крупных нефтяных месторождений с впечатляющими урожаями, и ранее бедная страна стала объектом соперничества западных держав. Кроме того, Ливия производила «прекрасную» сырую нефть с низким содержанием серы, которая идеально подходила для растущего числа пользователей автомобилей в близлежащей Европе.

К 1965 году Ливия занимала шестое место в мире по экспорту нефти, производя более 3 миллионов баррелей сырой нефти в день и обеспечивая 10 процентов мирового производства. Резкий рост экспорта ливийской нефти существенно повлиял на мировые цены на нефть.

Более того, благодаря выгодному расположению Ливии, не нужно проходить через Суэцкий канал или мыс Доброй Надежды, и нефть можно доставить в Европу в кратчайшие сроки!

А места добычи нефти Янник хорошо знает. Ему даже не нужно посылать людей для подтверждения, и он может напрямую строить там базу добычи и переработки нефти.

Хотя сейчас нефть из Китая транспортируется в Германию, никто не может гарантировать абсолютную безопасность этой транспортной линии во время войны. Даже с добавлением румынской нефти Янник все еще не чувствовал себя в достаточной безопасности, и только неисчерпаемые нефтяные месторождения Ливии могли дать ему уверенность.

Однако Риббентроп был в замешательстве: насколько он знал, это место было не более чем бесплодной пустыней: «Тогда, Ваше Высочество, что мне ответить, если они спросят зачем нам эта земля?».

«Просто скажи им, что это я хочу построить город в пустыне. Когда срок аренды закончится, я отдам им этот пустынный город как есть, не взяв ни копейки, только с одним условием — любые ресурсы, найденные там, будут нашими. Ты вернешься к мисс Энни и попросишь ее выделить тебе десять миллионов долларов».

«…». — Построить город в пустыне? Если бы это услышал кто-то другой, он бы счел это абсурдом и решил, что Янник — безумный человек, но Риббентроп не был дураком, и, судя по тому, как Его Высочество вел себя на протяжении многих лет, все не могло быть так просто.

Он покорно подчинился: «Как прикажете, Ваше Высочество».

…

На следующее утро, после завтрака, Янник прибыл в Кембриджский университет.

Кембриджский университет выпустил ряд ведущих научных гигантов эпохи, таких как Ньютон и Дарвин; ученых литературы и истории с выдающимся вкладом, таких как Бэкон и Кейнс; воспитал эпохальных мастеров искусства, таких как Мильтон и Байрон; отсюда вышли восемь премьер-министров Великобритании и 92 лауреата Нобелевской премии, и все это утвердило Кембриджский университет в качестве современного академического и культурного центра мира.

«Добро пожаловать в Кембридж, Ваше Королевское Высочество Янник!». — У входа в школу их уже встречала группа людей, возглавляемая не кем иным, как директором колледжа.

«Для меня это тоже большая честь, господин ректор. Давно хотел посетить эту старую и знаменитую школу».

После обмена любезностями они направились в класс поднявшись по лестнице.

В большом классе сидело не менее тысячи человек.

«Сегодня я пришел поговорить со всеми вами о методе дедукции детективов в литературной классификации художественной литературы». — Здесь Янник сделал небольшую паузу и улыбнулся: «Кажется, я выбрал не ту тему, похоже, что говорить о дедукции детективов в родном городе господина Конан Дойля — это глупая идея? Надеюсь, этот старик не будет проклинать меня».

Группа слушателей разразилась добродушным смехом; Янник выпустил несколько классических романов подряд за последние несколько лет, и все еще умудрялся быть таким скромным, завоевывая расположение многих.

После краткого вступительного слова Янник повернулся, чтобы написать на доске три короткие строки.

«Непонятность» открытие.

«Ожидание» интерес.

«Неожиданность» концовка.

«В моем понимании, соответствие всем трем критериям — это отличная спекулятивная фантастика, поэтому если кто-то из присутствующих здесь заинтересован в написании спекулятивной фантастики, он может захотеть поработать над этим».

«…».

«Некоторые люди могут подумать, что ситуация с концовкой слишком плохо написана, читатель уже привык ко всем видам концовок. Но именно способность постоянно нарушать устоявшиеся правила делает книгу шедевром! Несмотря на то, что было много удивительных концовок, есть множество тем, которые постоянно всплывают в нашей жизни — например, социальные явления, новые технологии и т.д».

«…».

Через час или около того после выступления Янник чувствовал себя довольно хорошо, а люди на сцене внимательно слушали, многие из них делали тщательные записи в своих блокнотах, никто не выходил. Когда он подал сигнал, что закончил говорить, люди на сцене восторженно зааплодировали.

«Ваше высочество, доктор Оберт здесь».

На следующий день после его возвращения из Англии, Энни привела доктора Оберта в его кабинет.

Янник тепло поприветствовал его: «Доктор Оберт, как давно мы не виделись. Я вижу, что вы сильно похудели, очень важно заботиться о своем здоровье, даже если вы заняты научной работой. Здоровье – это суть борьбы, а ваше здоровье – это богатство империи. Мисс Энни, немедленно создайте медицинскую команду класса А, которая будет размещена в Зоне 51. Каждый ученый должен проходить полное обследование хотя бы раз в месяц».

Янник никогда не стеснялся своего энтузиазма и заботы о тех, кто внес свой вклад в империю.

Доктор Оберт был так тронут его словами, что едва не вскрикнул от счастья: «Спасибо, ваше высочество, за вашу заботу, я буду стараться из-за всех сил для вас и империи!»

После искренней благодарности он рассказал о причине своего прихода: «Я пришел, чтобы сообщить вам о результатах моих исследований».

Сердце Янника не могло не радоваться: «О? Разработка ракеты завершена?»

«Да. К счастью, мы не ударили лицом в грязь перед вами. Мы успешно разработали большую ракету с дальностью полета 320 километров. Хотя дальность полета немного меньше, чем планировалось, но она очень недорогая, всего 5 000 немецких марок, и ее легко производить серийно. Вот подробности, пожалуйста, посмотрите».

Взглянув на черно-белые фотографии в папке, Янник удивился. Ведь оказалось, что это ракета «V1» из его оригинального временного периода: «Все молодцы. Доктор Оберт, какой точности может достичь эта ракета?» — с удовольствием спросил Янник.

Оберт в стыде склонил голову: «Мне очень жаль, ваше высочество. Я действительно не могу гарантировать точность такой ракеты. Поскольку во время полета на него влияют ветер и атмосферное давление, отклонение может составлять несколько километров, поэтому его можно использовать только для атаки целей размером с город. Большие ракеты также не гарантируют точности из-за той же проблемы».

«…» — конечно, тут те же проблемы, что и в первоначальном времени и пространстве. Мысленно выплюнув комментарий, Янник беззаботно улыбнулся и ободряюще сказал: «Не стоит отчаиваться, доктор Оберт. В конце концов, мы – первопроходцы, а путь первопроходцев всегда неровен. Я уверен, что когда нибудь в будущем эта ракета будет достаточно точной, чтобы попасть в окно здания», — его слова не были пустой болтовней, в ближайшем будущем с развитием микроэлектроники, небольших авиационных двигателей, спутников и других высоких технологий, крылатые ракеты будут становиться все более интеллектуальными и смогут ориентироваться с помощью инерциального наведения, плюс наведение на рельеф местности или спутниковое наведение с коррекцией глобального позиционирования, и они смогут автоматически регулировать высоту и скорость для высокоскоростных атак, чтобы точно поражать свои цели.

Во время последней войны в Персидском заливе американские ракеты «Томагавк» были использованы для уничтожения главной гидроэлектростанции Ирака и прекращения подачи электроэнергии в крупные города страны. Миссия была сложной: если бы ракета промахнулась, она взорвала бы плотину рядом с электростанцией, вызвав наводнение, которое привело бы к огромным жертвам среди невинных людей поблизости и оказало огромное общественное давление на американских военных. Однако внешние стены электростанции представляли собой толстую бетонную защиту, также усиленную стальными пластинами, которую один выстрел «Томагавка» просто не мог пробить, и даже если бы он это сделал, его энергия была бы исчерпана и не смогла бы уничтожить основные объекты внутри.

Американское решение заключалось в том, чтобы выпустить две ракеты «Томагавк» с некоторым интервалом, причем первая пробила дыру во внешней стене гидроэлектростанции, а вторая ракета «Томагавк», последовавшая за ней, точно прошла через дыру и затем взорвалась внутри станции! Такой безумный план в конце концов удался, и это была живая реклама точности «Томагавков».

И сейчас, будучи крылатой ракетой первого поколения, ракета «V1» не используется для нанесения точных ударов, полагаясь на массовую бомбардировку и не задумываясь о точности, когда их становится больше. И самая большая роль «V2» по-прежнему заключалась в психологическом сдерживании, поскольку не было никакого предупреждения, и все атаки были очень внезапными, что вызывало у людей психологический страх.

«Спасибо, ваше высочество, за понимание» — Оберт почувствовал настоящее облегчение.

«Первая ракета будет называться крылатая ракета будет «V1». В будущем все ракеты, которые полагаются на тягу реактивных двигателей и аэродинамическую подъемную силу своих крыльев для полета через плотную атмосферу преимущественно в крейсерском режиме, будут называться крылатыми ракетами. Второй тип большой ракеты называется баллистической ракетой «V2». Большие ракеты, которые летят по заранее заданной программе под тягой ракетного двигателя, а после выключения летят по свободной траектории, называются баллистическими ракетами. Что вы думаете, доктор Оберт?»

Оберт сердечно вздохнул: «Это нельзя назвать более метким словом, ваше высочество действительно сведущ».

Янник владел данными о работе «V1»V, «V2» в исходном времени и пространстве, и не было необходимости заглядывать в имеющиеся документы. Поскольку эти вещи уже можно было построить, пора было переходить к следующему шагу: «Говоря о точности, разве нельзя увеличить точность, если позволить кому-то управлять ракетой?»

Оберт был в замешательстве: «Дать людям управлять ракетой? Вы собираетесь засунуть человека в ракету и управлять ею?»

«Нет конечно, я имею в виду, например, подсоединить к ракете пяточный провод и заставить специального оператора постоянно следить за целью через станцию наведения на земле, передавая по проводу команды ракете, чтобы она контролировала траекторию полета и поразила цель».

«…» — Оберт впервые услышал такую идею, и его рот открылся в удивлений, прежде чем он пришел в себя: «Ваше высочество, как тогда на нем должна быть установлена проволока?»

Янник объяснил непринужденно: «Доктор Оберт, если вы когда-нибудь запускали воздушного змея или рыбачили морской удочкой, вам будет очень легко это понять. Линия просто наматывается петлей вдоль внутренней части ракеты или катушки пусковой площадки ракеты. Конечно, вы также можете поставить леску с обеих сторон и отпустить ее одновременно после запуска. Просто процесс намотки должен гарантировать, что проволока не запутается и не сломается, когда ее отпускают на большой скорости, и что ее можно легко отпустить. Она не может быть слишком тугой или слишком свободной, и, возможно, должна быть усилена обработкой, если вы хотите сохранить ее надолго».

Оберт поспешно достал блокнот, чтобы записать это, и переспросил: «Ваше высочество, тогда как провод должны избегать пламени реактивного двигателя? Вы также знаете, что температура пламени, выбрасываемого двигателем, очень высока, и что провод будет определённо сожжен».

В более поздние времена было два решения этого вопроса. Противотанковые ракеты, такие как определенный «Arrow 8» и «Holt», были роторными. Сопла их хвостовых двигателей оснащены рулями векторного управления, которые вызывают вращение ракеты и поддерживают ее постоянную скорость под контролем в течение каждого вращения. А провода размещены на периферии сопла двигателя. Таким образом, хвостовое пламя двигателя ракеты извергается прямо в центр, а провода на периферии отбрасываются при вращении снаряда, избегая пламени двигателя, как мы в детстве прыгали на большой скакалке.

И другая категория – это невращающиеся стабилизированные снаряды, такие как «Тау».

«Мы могли бы поместить катушку проволоки в центр хвоста снаряда, а сопло двигателя сделать парой симметричных наклонных, чтобы при выстреле проволока вылетала прямо из хвоста, а пламя двигателя извергалось в наклонную заднюю часть, не мешая друг другу».

Янник легко решил поставленную Обертом задачу, вызывая у Оберта все большее восхищение.

«Вы гений, ваше высочество, и это хорошее решение. Но этот метод помешает нанести ракете удар слишком далеко, не так ли?» — в конце концов, пилот даже с самым хорошим зрением мог заметить вражеские самолеты не более чем за 30 километров, так как же управлять «V2» с дальностью полета 300 километров? И вес самого провода – это большая проблема! Боюсь, что превышение определенной длины повлияет на полет ракеты!

Янник кивнул: «Это проводное наведение нужно использовать только на ракетах малой дальности для вражеских танков, бункеров и тому подобного. Когда можно будет производить оптоволокно, оно будет использоваться вместо проводов, и к тому времени не будет проблем с вражескими бомбардировщиками», — вес, длина и затухание сигнала металлических проводников ограничивают дальность действия ракет пределами 2-3 тысяч метров, а боевые цели в основном противотанковые и противобункерные.

Проводником проводного наведения последнего времени является оптоволокно. Оптоволокно из-за малого веса (километр медного провода весит 3 кг, десяток километров оптоволокна всего несколько сотен граммов), хорошей маскировки (данные изображения, инструкции управления лазерным лучом в волокне внутренней передачи, без внешнего света, электромагнитного излучения сигнала, с сильной атакой сокрытия), большое расстояние управления (расширенное расстояние до 60 км) и другие преимущества очень благоприятны.

В будущем оптоволокно будет наиболее тесно связано с широкополосной связью. Каждый, кто имеет доступ к интернету, знает, что скорость передачи данных по оптоволокну выше, чем по традиционному сетевому кабелю. В конце концов, оптоволокно использует свет для передачи сигналов, а скорость света – самая высокая скорость из всех известных на сегодняшний день.

Некоторые люди могут подумать, что «волоконная оптика» – это громко звучащая технология, которая была разработана только в последние десятилетия. На самом деле, в 1887 году ученый построил первое оптическое волокно длиной 2 метра.

Изготовление оптических волокон может быть как лёгким, так и сложным.

Легко, потому что оптическое волокно — это стекло (и, конечно, пластиковое волокно), такое оптическое стекло, которое вы вставляете в свои окна.

И сложно, потому что необходимо сделать это оптическое стекло достаточно чистым.

Стекло, используемое для оптического волокна, имеет толщину в несколько километров, и вы можете видеть объекты через это стекло, даже если его длина составляет несколько километров.

Янник, конечно, не будет игнорировать этот стратегический фокус на продукцию, но, к сожалению, в мире до сих пор нет прорывного оборудования и никто не может преодолеть узкого места в технологическом процессе, а следовательно, не может осуществлять массовое производство.

«Поскольку проводное наведение несовершенно, мы можем изучить беспроводные методы наведения. Например, с помощью радио или телевидения. Установите камеру и передатчик сигналов в передней части боеголовки ракеты, затем постоянно посылайте сигналы, а на станции управления установите телевизор и приемник для сигналов, посылаемых камерой, и таким образом оператор может управлять ракетой, глядя на экран телевизора», — сказал Янник.

Это не слишком большая просьба, зная, что первым в мире беспроводным управляемым оружием был немецкий «Fritz-X» времен Второй мировой войны.

«Fritz-X» имела общий вес 1,57 тонн, длину 3,2 метра, максимальный диаметр 56,2 сантиметра и крестообразное крыло с размахом 1,6 метра. Комбинированное крыло хвостового управления имеет круглую конструкцию с четырьмя радиоуправляемыми рулями и пятью подсвечиваемыми трубками в задней части, позволяющими пилоту точно определить положение радиоуправляемой бомбы «Fritz-X» и вмешаться для корректировки ее курса.

Первым оружием с телевизионным наведением были ракеты «воздух-земля»: «Hs294D», использовавшиеся Германией во Второй мировой войне.

Их эффективность и результаты спорны, но они являются родоначальниками современных управляемых ракет более позднего времени.

Однако оба эти подхода имеют и недостатки, радионаведение имеет плохую защиту от помех и может быть легко заглушено противником и потерять управление. А как один из видов радиоуправляемых ракет, телеуправляемые не только обладают всеми ранее описанными недостатками, но и могут работать только в дневное время, с учетом погодных условий; при наличии дыма, пыли, тумана и других условий плохой видимости боевая эффективность снижается. И оборудование на бомбе более сложное, и система наведения более дорогостоящая.

Но несмотря ни на что, он должен был разработать зенитные ракеты. От одной мысли о подавляющей силе бомбардировщиков Америки по спине Янника пробегали мурашки.

Германия в первоначальный период Второй мировой войны практически создала кризис на средних и поздних этапах развития зенитных артиллерийских частей, поскольку результаты, достигнутые существующими зенитными орудиями, были совершенно непропорциональны потребляемым снарядам. Было подсчитано, что на каждый сбитый самолет противника немцам нужно было потратить 16 000 снарядов 88 мм, что эквивалентно 6 000 снарядов 105 мм или 3 000 снарядов 128 мм.

Любой человек с долей прозорливости мог предвидеть, что ситуация будет продолжать ухудшаться по мере развития технологий и увеличения скорости самолетов, и что оперативная эффективность, несомненно, будет значительно повышена за счет использования ракет класса «земля-воздух», 1 ракета на 1 самолет. Имейте в виду, что самолеты в наше время – это не те реактивные самолеты, которые бесследно появляются и исчезают в более поздние времена.

Но несмотря на то, что Германия разработала ракеты класса «земля-воздух»: «Gentian», «Fire Lily Butterfly», «Waterfall», «Butterfly», «Rhine Daughter» и многие другие, она не приняла на вооружение эту передовую форму противовоздушной обороны. Это связано с тем, что при таком переходе существуют огромные риски, связанные не только с самим оружием, но и со способом его применения. Важно отметить, что переход в существующей парадигме ПВО от режима парного прогнозирования к режиму радиолокационного наведения был сопряжен с многочисленными техническими трудностями, и такие риски должны были заставить немцев проявлять осторожность.

Янник верил, что при небольшом развитии он сможет развернуть это зенитное оружие к началу массированной бомбардировки Германии союзниками.

Эти зенитные ракеты, возможно, не так эффективны, как могли бы быть, но как бы ни была низка их точность, они были бы абсолютно смертельны против плотного коробчатого строя бомбардировщиков. Если флот осмелится рассредоточиться, то немецкие истребители обязательно научат янки, как себя вести. К тому времени тройной перехват зенитных ракет, зенитных снарядов с близким разрывом и высотных перехватчиков должен был сбить столько так называемых воздушных бастионов, сколько их появится.

«Я не думаю, что в ближайшее время произойдет качественный скачок в этих двух ракетах, если только не появятся новые технологии. Теперь исследовательский отдел будет разделен на три группы, первая группа продолжает искать пути улучшения этих двух ракет, вторая группа изучает ракеты класса «воздух-воздух», наземные и морские ракеты, а третья группа начинает изучать зондирующие ракеты».

Академия ракетной науки теперь была полна талантливых людей. Не говоря уже о местных ученых, таких как Вернер фон Браун, Хубертус Штругхольд, Людвиг Планте и т.д. Помимо талантов, привлеченных из-за рубежа.

Сергей Павлович Королев из Советского Союза (из-за вмешательства Янника, в результате которого в его лаборатории периодически происходили аварии, а во время последнего взрыва погибли десятки людей, и власти отправили несколько руководителей прямо в Сибирь, навсегда запретив подобные исследования) был тайно принят агентами немецкой разведки в Германии. Но кто знал, что этот парень был непримиримым и отказался сотрудничать. Потребовалось более года жесткого и мягкого лоббирования, прежде чем он согласился служить Германии.

Такие ученые, как Роберт Хедзиен Годдард и Теодор фон Камен, «отец космической ракетной техники» в США, были «похищены» Германией для участия в разработке ракет. Боюсь, что сегодня американцы даже не знают, какое топливо используется в ракетах, не говоря уже о сложной технологической инженернии: навигации, ракетных двигателей и материалов.

Проводив доктора Оберта, Янник вызвал руководителей арсеналов Вальтера, Маузера и Хеннеля на королевский полигон с оружием, которое они производили.

После нескольких любезностей на стрельбище Янник с волнением взял в руки один из «G43» и подошел к столу для стрельбы, чтобы прицелиться в мишень на расстоянии 100 метров.

Люди вокруг него улыбались и были готовы аплодировать при первой возможности.

Бах! Бах! Бах!

Янник несколько раз нажал на курок и не заметил, что улыбки на лицах окружающих его людей с каждым его выстрелом исчезли, атмосфера стала неловкой, и Вальтер даже тайком вытер пот со лба.

После десяти выстрелов Янник опустил ружье, потер немного побаливающее плечо и махнул рукой, чтобы дальний охранник принес бумагу для мишеней.

Охранник выглядел немного неохотно и нерешительно поднес бумагу с мишенью к руке Янника.

«…» — глядя на чистую бумагу мишени без единой дыры, Янник не мог не уставиться на мишень в непонимании. Ему потребовалось мгновение, чтобы понять, что все десять патронов, которые он выпустил, не попали в цель!

«Чушь!» — пробормотал он, и заметив сбоку смущенно смотрящего на него Вальтера, сказал с беспомощным вырожением лица: «Я всегда знал, что моя меткость плохая».

Перед своей смертью он прикоснулся к оружию лишь однажды, когда сделал пять выстрелов во время военной подготовки в колледже, а прошлый «Янник» явно не интересовался оружием и тому подобными вещами. Поэтому он не чувствовал разочарования или злости за свою меткость.

«Эта винтовка хорошо лежит в руке и имеет хорошую скорострельность», — сказал Янник, и взяв в руки другое оружие, а именно знаменитый «98К», спросил, внимательно осмотрев его: «Господин Маузер, из какого дерева сделан корпус этой винтовки?»

Маузер-старший вышел на пенсию в прошлом году, и его заменой стал его сын Курт.

Маузер уважительным голосом ответил ему: «Ваше высочество, это ореховое дерево».

«Хех, ореховое дерево, тск», — в более поздних поколениях стало известно, что орех был основным материалом для высококачественной мебели, и большая его часть была не сырой древесиной, а использовалась только в качестве поверхностного слоя. Как можно было использовать столь ценную вещь для изготовления корпуса пистолета?

«Господин Маузер, это оружие ведь не сделано специально для меня?»

Маузер резко покачал головой: «Нет, ваше высочество. Как вы и приказали, из сегодняшней готовой партии на стрельбище был принесен случайный».

«Хорошо. Но господин Маузер, если я правильно помню, древесина грецкого ореха имеет срок выдержки 50-100 лет. Даже если вы вырубите весь орех в Германии, его не хватит для всех винтовок, верно? Оружие – это расходный материал, а не произведение искусства. Конечно, я знаю, что это дерево очень прочно и устойчиво к коррозии, но ведь нет ничего плохого в склеивании и ламинировании бука, не так ли?» — клеёный ламинированный бук был даже тверже ореха, и его было легче производить и обрабатывать.

Маузер замер и кивнул.

«И это», — Янник указал на втулку для петли ствола, которая была обработана, чтобы придать ей форму буквы H, в честь «Hermes».

«Вам не кажется, что это дело трудоемкое и отнимает много времени? Не проще ли просто взять кусок железа и приварить его? А пружину сделать из сменного комплекта?»

«Спусковая скоба и основание магазина также фрезерованы, верно? И эти два винта на этой опорной плите лишние, один выдержит».

«Это место для штыка также может быть ликвидировано. Также добавьте защиту к этому коллиматору, иначе это приведет к появлению бликов», — это не значит, что солдатам не разрешалось сражаться штыками, но немецкие солдаты использовали еще более жестокое оружие ближнего боя, чем штыки – саперную лопату!

В оригинальный период времени немцам также выдавались штыки, но поскольку они были оснащены большим количеством пистолетов-пулеметов и легких пулеметов, было мало возможностей померяться штыками на фоне большой глубины проникновения панцеров.

В окопной войне на немецком Восточном фронте саперная лопата стала мгновенной находкой для окопного спарринга. Окопы были узкими, штык был слишком длинным и легко застревал в стене, а противник слишком поздно оказывался перед окопами, чтобы достать штык. В это время для рытья окопа использовалась саперная лопата, которая была под рукой. С одной стороны, лопатой было легко блокировать, а с другой стороны, она была достаточно короткой, чтобы сильно размахнуться. Некоторые немецкие солдаты писали в своих биографиях, что одна лопата, взмахнутая с полной силой, могла сломать тело врага и отрубить ему голову одним ударом.

Внимательно осмотрев ее еще раз, Янник обнаружил кое-что интересное. На передней и задней части подсвечиваемого дверного манометра было указано расстояние между манометрами.

«В двух словах, как я только что сказал, оружие – это расходный материал, а не произведение искусства, и оно не нуждается в такой броской утонченности. До тех пор, пока вы можете обеспечить качество стреляющего механизма, такого как ствол, предохранитель, магазин и механизм, которые являются основными частями оружия, вы можете упростить остальное настолько, насколько захотите. Таким образом, вы также экономите работу, время и деньги, а военные экономят деньги и получают больше оружия, так почему бы нет?»

Янник знал, что немцы словно страдают от коллективного принуждения донести до своих костей идею утонченности.

К сожалению, в итоге советы преподали немцам наглядный урок количества над качеством в духе «на первом месте – мощность, на втором – мастерство, а потом уже – красота».

«Если войну можно выиграть всего за два-три месяца, то я не возражаю, если вы будете создавать оружия похожие на произведения искусства, которые хорошо выглядт и хорошо работают. Но что если потребуется четыре или пять лет борьбы, как в прошлый раз?! Можете ли вы позволить себе создавать такие качественные винтовки?»

В затяжной войне дешевые и многочисленные расходные материалы имеют большую практическую ценность, чем дорогие и красивые материалы.

«У нас нет огромных земель, как у Советского Союза, Китая или Соединённых Штатов Америки. Нам не хватает всего, кроме угля и поташа, и эти ненужные траты ни что иное, как преступление. Когда у нас будет достаточно обширная земля и неисчерпаемые ресурсы, я не буду мешать вам создавать качественные винтовки, но сейчас у нас очевидно нет огромных земель, и я хочу, чтобы вы убрали эти бесполезные художественные рисунки на оружии, потому чть мне нужна абсолютная мощность!»

Все посмотрели друг на друга, конечно, они знали, каково положение их родины, и они также знали, что то, что сказал его высочество, было совершенно разумно.

«Понятно, ваше высочество. Мы сделаем все возможное, чтобы оптимизировать процесс и увеличить наши производственные масштабы».

Кивнув, Янник произвел пробные выстрелы из «MP40» и «MP41» и приказал: «Принесите бумагу и карандаш».

Секретарь принес бумагу и ручку, и Янник набросал эскиз картриджа. Это был магазин для пистолета-пулемета «М45», разработанный самой Швецией во время Второй мировой войны, двухрядный магазин на 36 патронов, который впоследствии был признан лучшим магазином для пистолетного патрона 9 мм «Parabellum».

Преимуществом такой формы является то, что ось патрона не параллельна оси патронника, а между левым и правым рядами патронов и центральной осью патронника имеется небольшой угол, что позволяет легко поправлять патроны при заталкивании их в патронник, поэтому надежность подачи боеприпасов выше.

Хотя магазины пистолетов-пулемётов «MP40» и «Sten» имеют одинаковую переднюю и заднюю ширину, в холодную погоду это может вызывать их усадку, что затрудняет подачу патронов. Кроме того, двухрядная однозаходная конструкция магазина также мешает быстрой перезарядке. Такая форма магазина не чувствительна к нагару и перепаду температур, она не только надежна, но и легче заряжается вручную. А если использовать загрузчик, то на заполнение магазина уходит всего 6 секунд.

Как раз в тот момент, когда Янник обсуждал с несколькими директорами крупных компаний усовершенствование стальных патронов, к ним поспешно подошла Инна: «Ваше высочество, господин советник Риббентроп вернулся из Италии!»

«Что ж, господа, на сегодня это все, я надеюсь, что вы вернетесь и начнете работать над вопросами, которые обсуждались нами сегодня», — бросив эти слова, Янник поспешил обратно во дворец, только чтобы увидеть странную девочку рядом с Риббентропом в его кабинете. На вид девочке было лет двенадцать-тринадцать, у нее были красивые черты лица, и великолепная одежда, которая с первого взгляда давала понять, что она имеет большой статус.

«?» — помнится, что у Риббентропа было только два сына, откуда взялась эта маленькая девочка?

Видя замешательство Янника, Риббентроп с легким смущением представился: «Ваше высочество, это ее королевское высочество принцесса Сильвия, внучка его величества Эммануэля III».

Эммануэль III? Янник слегка приподнял брови. Разве он не был нынешним королем Италии?

Этот король был все же довольно интересен.

Во время Второй мировой войны король Италии Витторио Эмануэле III якобы был марионеткой Муссолини.

После окончания Первой мировой войны в итальянском королевстве расцвел фашизм, во главе которого стоял фашист Бенито Муссолини. Витторио Эмануэле III фактически потворствовал распространению фашизма по всей стране, даже назначил Муссолини премьер-министром после того, как тот пришел к власти в результате государственного переворота в 1922 году, и с тех пор королевством Италия правила фашистская партия.

Но на самом деле все было совсем иначе.

Хотя королевство Италия было конституционной монархией, престиж и власть короля все еще были очень высоки, потому что королевство Италия было второй страной в истории Италии, объединившей итальянский полуостров, первой была Римская империя более тысячи лет назад, поэтому итальянский народ был чрезвычайно предан и поддерживал своего короля, поэтому, хотя Муссолини обладал реальной властью, и все его приказы и действия были очень важны, он все равно должен был обращаться к королю за инструкциями и одобрением, и вся власть Муссолини проистекала из поддержки, которую он получал от Витторио Эмануэле III.

Как мы все знаем, во время Второй мировой войны итальянская армия всегда была слабой и всегда рассматривалась как тягловая сила для Германии. Но на самом деле, для этого есть причина. И это не потому, что итальянская армия была плохо оснащена, или качество итальянской армии было плохой, а потому, что Витторио Эмануэле III не поддержал участие Италии во Второй мировой войне, не говоря уже о том, чтобы поддержать так называемые «державы оси» с нацистской Германией и Японской империей. Но Муссолини был полон решимости участвовать во Второй мировой войне и сумел убедить Витторио Эмануэле III, однако под влиянием короля, итальянская армия так и не смогла воевать так хорошо, как должна была.

По мере развития Второй мировой войны даже немецкая армия постепенно проигрывала на поле боя, не говоря уже о низкой боеспособности итальянской армии, поэтому антивоенные настроения в Италии постепенно росли, итальянский народ требовал, чтобы Италия вышла из Второй мировой войны, а также хотел, чтобы Муссолини ушел в отставку. Витторио Эмануэле III, чтобы ослабить внутренний конфликт, однажды попросил Муссолини заставить Италию выйти из Второй мировой войны как можно скорее. Король отдал приказ, и некоторые члены прокоролевской фашистской партии, склонные поддерживать короля, также требовали на своих собраниях, чтобы Муссолини как можно скорее вышел из Второй мировой войны, но Муссолини не прислушался к совету и настаивал на том, чтобы быть в одной лодке с Гитлером.

В 1943 году Витторио Эмануэле III в последний раз вызвал Муссолини к себе и попросил его выйти из Второй мировой войны, но Муссолини категорически отказался, а когда попытался покинуть королевский дворец, был схвачен королевской дворцовой стражей и брошен в тюрьму.

Когда итальянская фашистская партия услышала эту новость, ни один человек не предложил устроить переворот или спасти Муссолини, или даже не выразил несогласия, и тогда Витторио Эмануэле III объявил о смещении Муссолини с поста премьер-министра и роспуске итальянской фашистской партии, а также о выходе королевства Италия из Второй мировой войны.

Разве такой человек будет чьей‐то марионеткой?!

И что же хочет его величество Эмануэль III, отправляя сюда свою внучку?

Пока Янник размышлял, что же задумал Эммануэль III, принцесса Сильвия сделала реверанс в его сторону и четко произнесла: «Приветствую вас, ваше высочество Янник, я Сильвия, и прошу прощения за то, что позволила себе нанести визит к вам так неожиданно».

Янник сказал с улыбкой: «Все в порядке, мне просто интересно, ваше высочество совершает увеселительную поездку или у вас есть какое-то важное дело?»

Но следующие слова принцессы Сильвии заставили его на мгновение замереть: «Я слышала, что ваше высочество Янник весьма сведущ в литературе и живописи, и я приехала сюда специально, чтобы учиться у вас».

«…» — Янник даже не знал, что сказать. Сейчас он был занят подготовкой к скорой великой войне, откуда у него могло быть время учить маленькую девочку?

Как раз в тот момент, когда он собирался открыть рот, чтобы отказаться, он вдруг повернул свои мысли вспять и кивнул головой: «Конечно, нет никаких проблем. Ваше высочество проделало долгий путь, сначала отдохните, о других делах мы поговорим завтра», — сказав это, он позвал Инну и велел ей отвести принцессу Сильвию отдохнуть.

«Спасибо, ваше высочество Янник», — Принцесса Сильвия поблагодарила Янника и вслед за Инной, ушла.

После ее ухода Янник не мог дождаться и спросил с нетерпением: «Как все прошло?!»

Риббентроп ответил почтительным голосом: «Как приказало ваше высочество, я арендовал бассейн Силт на семьдесят пять лет, вот контракт, пожалуйста, посмотрите на него», — сказал он, передавая документ.

«Превосходно!» — Янник был так взволнован, что чуть не подпрыгнул и тут же позвал Энни к себе: «Мисс Энни, немедленно подготовьте инженерную команду, и отправляйте их в бассейн Силт, и пускай они начинают строительство», — он не стал напрямую отправлять команду по добыче нефти, в конце концов, сейчас это все еще было дерьмовое место, с голой пустыней и отсутствием даже самой базовой инфраструктуры. Благодаря поставкам сырой нефти с Китая, Германия теперь не испытывала недостатка в нефти, что давало ему время не торопиться с подготовкой.

После отъезда Энни, Риббентроп продолжал докладывать: «Ваше высочество, есть еще кое-что. Эта поездка обошлась в общей сложности в 1,05 миллиона долларов. Я пошел к Муссолини, и он отказался принимаиь меня в течении трех дней, под предлогом того, что занят делами. Мне пришлось потратить пятьдесят тысяч долларов, чтобы подкупить его секретаря, а затем я обменял миллион долларов на золотые слитки и дал их ему в подарок. Только после этого он предоставил мне земельную аренду».

Янник в недоумении махнул рукой: «Ничего страшного, даже если бы стоило потратить все десять миллионов, это стоило того. А что за история с этой принцессой Сильвией? Это Эмануэль III прислал ее сюда?»

Риббентроп покачал головой: «На самом деле я не знаю, просто ее превосходительство принцесса сама нашла мою резиденцию и захотела пойти со мной, сказав, что ее дед тоже согласился, и я не мог отказать, поэтому я привел ее сюда, и прошу прощения у вас за это».

«Так вот оно как», — Янник кивнул: «Можешь отдохнуть».

«Немецкий народ никогда не забудет унижения от уступки нашей земли, и мы всегда будем ждать дня мести!» — это отрывок, начертанный на немецком языке в демилитаризованной зоне Рейнской области, свидетельствующей о ненависти немцев к Версальскому договору.

Рейнской областью называются земли по обе стороны реки Рейн, единственного естественного барьера между Германией и Францией. Чтобы предотвратить повторное нападение Германии на Францию, Версальский договор после Первой мировой войны предусматривал, что Германии не разрешалось размещать войска, строить укрепления и военные объекты на левом и на правом берегу реки Рейн, на расстоянии 50 километров. Это была демилитаризованная зона Рейна. Это положение позволяло французским войскам в случае войны легко войти в этот необороняемый и жизненно важный район, быстро пересечь широкую реку Рейн и пойти прямо в промышленные центры Рура по реке в Германию.

Через семь лет после окончания Первой мировой войны Великобритания, Германия, Италия и Бельгия заключили Локарнскую конвенцию, в которой Германия, Франция и Бельгия взаимно обязались не нарушать статус-кво на западной границе Германии, установленный Версальским мирным договором, и запретили наращивать войска в демилитаризованной зоне Рейнской области.

Неспособность сделать это будет считаться нарушением Версальского мирного договора, тоесть «актом агрессии», и в этом случае оскорбленное государство-участник может принять немедленные меры.

Это была мера предосторожности, чтобы важность Рейна отразилась на его политическом значении.

Согласно этой конвенции, территория была официально демилитаризована до завершения вывода оккупационных войск союзников с левого берега Рейна.

Для немцев это, конечно, было унизительно, потому что, конечно, Рейнская область была исконно немецкой! В результате Германия не смогла разместить здесь ни одного солдата!

Они смотрели на медленно текущий Рейн, и в их сердцах копилась ненависть!

Боюсь, только Янник во всей Германии может рационально проанализировать, что Версальский договор был действительно очень мягким по отношению к Германии по сравнению с Брестским мирным договором.

После Брестского мира, Россия уступила более 1,5 миллиона квадратных километров земли, потеряла 56 миллионов человек, или 32% всего своего населения; она также уступила 1/3 железнодорожных линий России, 73% железорудных шахт, 89% добычи угля и более 5 000 заводов. А земельные уступки были прямыми уступками, без референдума.

Кроме того, Россия должна была выплатить Германии 6 миллиардов марок в качестве репараций.

По Версальскому договору Германия уступила 73 000 квадратных километров земли, но большая ее часть была уступлена по результатам референдума.

Что касается Франции, то она фактически забрала только Лотарингию и Эльзас, которые были уступлены Германией после франко-прусской войны 1871 года, и не просила ни пяди немецкой земли. Только угольные шахты Саара были переданы Франции на 15 лет, а Саар был автономизирован и находился под контролем Лиги Наций.

Что касается суммы репараций, то по Версальскому договору Германия должна была выплатить 33 миллиарда долларов, или 132 миллиарда золотых марок. Но в итоге Германия выплатила только 12 миллиардов золотых марок, или всего 3 миллиарда долларов. Лишь малая часть, остальное было наврано.

Да, дело не в том, что Германия не могла позволить себе выплаты, она просто отказалась от своих обязательств. Напротив, после Второй мировой войны Германии пришлось выплатить 50 миллиардов долларов, что намного больше, чем по Версальскому договору. Но и Германия времен Второй мировой войны в итоге выплатила все до копейки. У Германии были военные расходы, чтобы начать мировую войну, деньги на строительство бесчисленных самолетов и артиллерии, и все же она сознательно отказалась от своей способности выплачивать долги.

Это также в точности соответствует поговорке о том, что быть снисходительным к врагу – значит быть жестоким к себе, и является просто живым примером воспитания тигра в роли жертвы.

«Джентльмены, у меня есть идея, которую я хочу обсудить с вами», — Янник посмотрел на группу офицеров, сидящих внизу, и медленно заговорил: «Я собираюсь послать войска в Рейн!»

Как только слова покинули его рот, последовал взрыв, и всевозможные возражения мгновенно заглушили весь конференц-зал.

«Ваше высочество, наша нынешняя численность войск меньше, чем у Франции. Если мы пошлем войска в Рейн, это неизбежно разозлит французов», — это просто провокация, вопиющая провокация!

Выждав мгновение, Янник сильно ударил по столу, подавая сигнал к тишине: «Мы пошлем войска в Рейн и это разозлит французов. А что потом? Что они будут делать после того, как разозлятся? Разве они не получили урок от «Рурского кризиса»?

Правительство Германии в то время просило продлить срок выплаты репараций, ссылаясь на инфляцию и финансовый кризис. В результате Франция вместе с Бельгией использовала невыполнение Германией своих репарационных обязательств как предлог для оккупации 100 000 войсками Рурской промышленной зоны Германии, что привело к Рурскому кризису.

В ответ Германия приняла политику «пассивного сопротивления». Произошла остановка предприятий, спад промышленного производства, массовый отток капитала, резкое увеличение числа безработных и астрономическая инфляция; рабочие в Берлине объявили забастовку, и в Германии начались политические беспорядки.

Кризис сильно ударил по Германии. Великобритания и США, опасаясь, что экономика Германии находится в состоянии коллапса, ведущего к социальному кризису или даже революции, требовали скорейшего прекращения Рурского кризиса. В это время и Германии, и Франции также было трудно придерживаться своей первоначальной политики. Провал Рурской авантюры привел к тому, что Франция «потеряла больше, чем приобрела» и утратила свое преимущество в вопросе германских репараций, в результате чего лидерство в вопросе германских репараций перешло в руки Великобритании и США, и она стала находиться во власти Великобритании и США.

«Разве они не считают, что последствием этого необдуманного поступка будет то, что Версальский договор в будущем не будет иметь ничего общего с Францией?» — Янник проигнорировал офицеров, которые обменивались мнениями, и продолжил свой путь: «В ходе этого визита в Англию я поднял вопрос о Рейнской области перед британским премьер-министром, и британская позиция заключается в том, чтобы не делать заявлений. Они не выразили ни поддержки нам, ни явной оппозиции. В конце концов, Британия не хочет наблюдать за сильной Францией, и если Франция станет гегемоном на европейском континенте, это не будет соответствовать их «дерьмократической» политике».

Толпа сначала ошеломилась, а потом разразилась смехом. Аналогия его высочества была слишком меткой. Британия, как островное государство вне Европы, давно проводит политику «изоляции», чтобы не допустить возвышения крупной страны в Европе и ее гегемонии. Сегодня они подавляют Францию, завтра возиться с Германией, оставляя Европу в хаосе. И хотя конфликт между странами Европы сам по себе является главным фактором, способность Британии раздувать пламя из ничего нельзя игнорировать.

Напряженная атмосфера в комнате на мгновение ослабла, и Янник продолжал: «А Соединенные Штаты Америки по другую сторону океана еще больше не хотят, чтобы Британия и Франция становились сильнее. На этот раз я пытаюсь проверить отношение Великобритании, Америки, Франции и других стран. Не говоря уже о том, что Британия и США выступили в нашу поддержку, даже если они ничего не скажут и промолчат, Франция не решится на необдуманный шаг».

«Но, ваше высочество, что если французы не отпустят и будут настаивать на своем?» — в конце концов, это всего лишь предположения его высочества, что если французы не проявят сдержанности и просто выйдут со своими войсками?

«Тогда мы немедленно выведем наши войска и не будем вступать с ними в перестрелку», — легко сказал Янник: «Я не гордый и, конечно, я знаю, что Германия сейчас не сможет бороться с Францией. Но это только сейчас, а через несколько лет мы поразим весь мир!» — к тому времени, эти галльские выскомерные цыплята будут трястись от страха за свою жизнь.

Возражений из толпы не последовало, поэтому Рундштедт выступил и спросил: «Ваше высочество, какие войска необходимо отправить в Рейнскую область?»

Янник задумался на мгновение и покачал головой: «Чтобы не слишком раздражать этих ребят, я не собираюсь посылать солдат Вермахта, эту задачу возьмет на себя преторианская гвардия. И никакого тяжелого оружия, только легкое. Это действие направлено на проверку французов, и проверку реакции других стран», — если они не будут реагировать и будут умиротворять нас, то Германия будет продолжать идти вперед. А если они будут реагировать резко, то Германия немедленно уступит, все просто.

После еще половины дня обсуждений Янник объявил, что заседание закрыто.

Офицеры отдали честь и один за другим вышли из конференц-зала.

Пожилой генерал медленно подошёл к Яннику только тогда, когда все вышли из конференц-зала: «Ваше высочество, пожалуйста, позвольте мне провести эту операцию. Если французы захотят понять, кто все это организовал, я возьму всю вину на себя и скажу, что это были мои личные и частные действия, будь то отстранение от расследования или военный трибунал, я один возьму вину на себя, чтобы успокоить французский гнев».

«…» — Янник посмотрел на старого генерала, который был не очень известен в оригинальном времени и пространстве, и действительно был немного тронут. Если бы операция провалилась, то вся вина легла бы на плечи этого старого генерала!

Старый генерал продолжал медленно и методично: «Я всю жизнь бездельничал, поэтому я надеюсь, что смогу сделать что-то для своей страны за то небольшое время, которое у меня осталось».

Янник сказал успокаивающе: «Не волнуйтесь генерал, мы не потерпим неудачу», — он давно планировал это. Эта операция нуждалась в ком-то с достаточным весом, чтобы возглавить ее, и чтобы заставить французскую сторону насторожиться, не решиться на необдуманные действия.

А кто еще в сегодняшней Германии был выше его по статусу?

Он намеревался сам повести преторианскую гвардию в Рейнскую область.

Озабоченно спросил старый генерал: «Ваше высочество, мы действительно переживаем еще одну мировую войну?»

Янник слегка вздохнул: «Я думаю, что война неизбежна».

Будь то «новый курс» Рузвельта или экономические реформы Германии, на самом деле государство включало все печатные станки и печатало голоса. Затем она приняла форму государственных закупок, размещения заказов, чтобы стимулировать спрос и заставить предприятия работать на полную мощность, а поскольку они были открыты, им, естественно, требовалось много работников, и проблема безработицы была временно решена. Кроме того, существует большой инфраструктурный проект, который потребляет рабочую силу, что является проявлением кейнсианской экономики.

Затем возникает самый важный вопрос: кому продавать вещи после того, как они построены?

Соединенные Штаты немного лучше, Южная Америка – это задний двор Соединенных Штатов, рынок не большой, но, по крайней мере, может потреблять некоторое количество. Немецкая сторона более неловкая, со всех сторон – промышленные державы, и как следствие полное отсутствие рынка, и все вещи в основном не могут быть проданы.

Эти вещи накапливаются до определенного уровня, то есть до бомбы, которая в любой момент может взорваться!

Как только он взорвется, экономика Германии окажется в точке невозврата!

Единственный путь – расширяться за рубежом, захватывать больше рынков и ресурсов, переносить избыточные промышленные мощности на родину, подтягивать отечественную экономику к быстрому росту, постоянно повышать и улучшать уровень жизни нации.

…

Франкфурт.

Франкфурт – город на реке Рейн, он находится в нижнем течении реки. В более поздние времена он будет центром промышленности и торговли Германии и даже всей Европы, центром финансовых услуг, а также транспортным узлом, и очень известным международным конгресс-центром.

Франкфурт означает пункт пересечения границы для франков, которые, в свою очередь, были одним из германских народов.

Он имеет долгую историю, первоначально восходящую примерно к году нашей эры, когда реки Рейн и Дунай были северной границей Римской империи. Римляне разбили здесь гарнизонные лагеря, и эта территория стала пограничной крепостью.

К VIII веку нашей эры эта территория стала важной политической ареной Германии.

Например, именно здесь во времена Священной Римской Империи, императором был избран Фридрих I по прозвищу Барбаросса.

С 1562 года Франкфурт заменил Аахен в качестве места коронации императоров, и десять императоров были коронованы здесь до и после этого.

Священная Римская Империя официально прекратила свое существование в 1806 году, и Франкфурт стал резиденцией федерального правительства Рейна.

Франкфурт, так сказать, имел глубокое политическое значение для немецкого народа!

Когда наступил рассвет нового дня, и рабочие группами шли к заводам города, они вдруг услышали сзади звук двигателя, и их было несколько.

Многие из них с любопытством оглядывались назад, поскольку в это время мимо не проезжало ни одной машины. С наступлением экономического кризиса многие люди не могли позволить себе даже велосипед, и им приходилось ходить пешком, если расстояние было не слишком большим.

В следующую секунду толпа застыла на месте.

Их внимание привлек развевающийся на ветру флаг, привлекающий внимание красным фоном с черной двойной молнией.

«О Боже! Это же боевой флаг Королевской преторианской гвардии!»

Кто-то сразу же понял, что представляет собой этот флаг; здесь не было немецкой армии, но из газет они все же кое-что знали о реформе армии. А преторианская гвардия была армией, подчиненной самому его величеству императору.

Следующее, что они увидели, было еще более поразительным зрелищем.

Впереди ехал невероятно роскошный автомобиль «Mercedes», за ним – вереница грузовиков, в кузове которых стоял солдат с винтовкой Маузера и в форме преторианской гвардии.

Толпа постепенно зашевелилась.

Армия, немецкая армия, вошла в Рейнскую область!

Наконец, кто-то громко закричал: «Наша армия вернулась!»

После более чем десятилетнего ожидания днем и ночью, наконец, армия их родины вернулась! Люди возбужденно бегали вокруг, и когда колонна въехала в город, он уже был заблокирован до предела, но все равно на улицу шел непрерывный поток людей, место становилось тесным, и толпа уже до основания перекрыла дорогу.

Не имея другого выбора, кроме как попросить водителя открыть верх кабриолета, Янник встал и с улыбкой помахал рукой.

Все жители разразились волной восторженных криков!

В этот момент Янник, окруженный обезумевшими людьми, даже не подозревал, что его чуть не застрелил из винтовки французский солдат.

В доме, расположенном на расстоянии более 1000 метров, французский новобранец в возрасте около двадцати лет смотрел на оживленную сцену вдалеке и в гневе топал ногами: «Эти ублюдки просто нагло разрывают соглашение! Я избавлюсь от них!» — сказал он поднимая винтовку, лежащую рядом с ним.

Ветеран, наблюдавший за оживленной сценой вдалеке, был ошеломлен видя Янника, и с громким криком выхватил винтовку из рук новобранца: «Натс, ты с ума сошел?! Разве ты не слышал, что они кричали?! Это наследный принц Германии! Если ты случайно ранишь или убьешь немецкого кронпринца, это приведет к новой мировой войне, и сколько еще людей должно будет погибнуть?!» — хотя он не участвовал в последней великой войне, его отец участвовал, и вернулся без ноги. Но его отец говорил, что его можно считать счастливчиком по сравнению с его товарищами, погибшими в бою. Таким образом, он также хорошо знал о жестокости войны, и совсем не хотел испытать ее на собственном опыте.

Наблюдая за тем, как ветеран передернул затвор и выпустил пулю, новобранец с покорным видом указал в сторону и воскликнул: «Но мы же не можем просто смотреть, как они ведут себя так высокомерно?!»

Вернув винтовку в исходное положение, ветеран похлопал его по плечу: «Увы, но мы не можем ничего сделать. Пусть у этих высокопоставленных шишек болит голова от этих проблем. Нам просто нужно получать зарплату в тишине и покое. К тому же, никаких приказов сверху не было, так что, похоже, они уступают этим фрицам, и мы можем отправляться домой», — в конце концов, это была не французская территория, и он немного тосковал по дому после столь долгого пребывания здесь.

Как сказал старый солдат, известие о продвижении немцев в Рейнскую область уже давно достигло Парижа, и в Елисейском дворце было проведено экстренное совещание на высшем уровне для обсуждения контрмер.

Только у присутствующих было ощущение, что они не знают, что делать.

Как посмели немцы так нагло разорвать Версальский договор и пойти маршем на Рейн?!

«Немцы открыто провоцируют величие Франции! Мы должны немедленно нанести ответный удар! Достаточно послать туда пехотную дивизию, чтобы изгнать захватчиков! Согласно нашему первоначальному соглашению, это немцы взяли на себя инициативу начать войну!» — первым ярым сторонником ответного огня был Морис Гюстав Гамелен, начальник Генерального штаба французской армии и вице-президент высшего военного совета армии.

Эти слова вызвали немедленное противодействие: «Начальник штаба Гамелен, вы забыли? Когда мы впервые вошли в Рурскую промышленную зону, весь мир обвинил нас»,— именно Альбер Ле Брюн, нынешний президент Франции, открыл рот: «Сейчас мы не можем действовать необдуманно!»

Можно сказать, что сначала Франция вошла в Рурскую промышленную зону с высоко поднятой головой, но прошло совсем немного времени, и они были вынуждены с позором уйти оттуда, не только потеряв лицо, но и утратив господство на европейском континенте, которое она временно завоевала после Первой мировой войны.

Гамелен только собирался ответить, как услышал сбоку кашель: «Маршал Петен, вы в порядке? Может вызвать вам врача?»

Кашляющий был не кто иной, как Анри Филипп Петен, который прославился как герой Франции в последней битве под Верденом. В этом году ему было уже 79 лет, и его здоровье давно ухудшилось, на каждом шагу у него болела спина, была простуда и кашель. Услышав слова беспокойства Гамелина, он слабо махнул рукой и еще некоторое время кашлял, прежде чем взял себя в руки и медленно заговорил: «Я согласен с господином президентом. Я слышал, что наследный принц Янник на днях ездил в Англию и встречался с британским премьер-министром, министром обороны и другими высокопоставленными чиновниками. В случае, если они достигнут какого-либо соглашения, мы окажемся в пассивной позиции, если будем действовать необдуманно».

Услышав, что маршал поддержал его, президент Лебрен вздохнул с облегчением и, воспользовавшись случаем, добавил: «Верно, возможно, этот инцидент тоже является британским заговором. Сейчас мы не вышли из экономического кризиса внутри страны, и даже если мы спровоцируем войну, народ нас не поддержит. Сейчас народу нужно правительство, которое поможет ему преодолеть эти экономические трудности. Если мы из-за этого ввяжемся в войну, боюсь, нас выгонят с правительства!» — у него были большие планы, и он не хотел быть президентом, которого народ от недовольства сбросит с поста.

Встреча продолжалась до позднего вечера, после чего ее объявили закрытой. Многие из менее влиятельных настаивали на изгнании немцев и сохранении достоинства Франции. К сожалению, их сила не шла ни в какое сравнение с силой консерваторов. Хотя дискуссии этого дня казались безрезультатными, но, глядя на британскую сторону, которая вообще не двигалась, всем было ясно, что вытеснить немцев уже невозможно.

В офисе британского премьер-министра также состоялось экстренное совещание, на котором обсуждались варианты действий в ситуации с вступлением немцев в Рейнскую область.

Премьер-министр Макдональд говорил несколько беспомощно: «Вообще-то, наследный принц Янник упоминал мне об этом вопросе в прошлый свой визит. В то время я не выразил свою позицию, поэтому, видимо, он принял это за попустительство», — но он не испытывал особого отвращения к этому и, по его мнению, продвижение Германии в Рейнскую область не было большой проблемой. В конце концов, эта земля исконно была немецкой.

Британия потеряла почти целое поколение в последней великой войне, а также в общей сложности 1,2 миллиона военнослужащих содружества, погибших в боях. Британия никогда не теряла столько людей в войне, даже во Второй мировой войне погибло всего 300 000 человек. Поэтому самой большой травмой в сознании британцев в более поздние времена была Первая мировая война, а не Вторая мировая война.

Но после окончания Первой мировой войны Великобритания была гораздо более снисходительна к Германии, своему врагу на поле боя, чем к Франции, своему союзнику.

Одной из причин этого было то, что британская элита считала, что Франция втянула Великобританию в войну, и даже Ллойд Джордж, который был канцлером казначейства, военным министром и премьер-министром Великобритании, несколько раз публично заявлял, что Первая мировая война была начата Францией, чтобы отомстить за германо-французскую войну 1870 года. Он и большинство британцев считали, что Великобритания была вынуждена вступить в Первую мировую войну.

Франция была партнером Британии по Антанте, и Британии необходимо было оказать Франции определенную поддержку. Но британцы также считали, что Франция была их естественным врагом и представляла собой совершенно иную расу, чем Британия.

В Европе доминировали три основные расы: латинская раса, представленная Францией, славянская раса, представленная Россией, и англосаксонская раса, представленная Британией и Германией (Даже ультрарасистский Гитлер считает британцев лучшей расой, и неоднократно пытался привлечь Британию в свой лагерь, только Черчиллю было на это наплевать).

Теперь, когда Первая мировая война закончилась, а Вильгельм II и Германия получили «должный урок», война, по мнению британцев, вернула Германию в большую англосаксонскую семью. Поэтому, когда речь зашла о репарациях, Великобритания была склонна принять сторону Германии.

Германия, с другой стороны, была естественным братом Британии, несмотря на ошибки, допущенные «глупостью кайзера Вильгельма» и его амбициями по расширению. Британцы считали, что именно французские латиняне втянули Британию в войну со своим братом в угоду национальным интересам Франции, чтобы удовлетворить желание отомстить, и вернуть территории, потерянные Францией в франко-германской войне 1870 года, и доминировать на континенте благодаря «эгоистичным, хитрым и аморальным» качествам латинян.

Франция хотела расчленить Германию после Первой мировой войны, чтобы Германия потеряла всякий шанс на восстановление, но Великобритания выступала против любого расчленения Германии или даже любого сурового наказания Германии.

Англичане не хотели верить, что после Первой мировой войны между Британией и Германией снова будет война. Поэтому Британия выступала против агрессивного поведения Франции на европейском континенте. Для британцев народ Германии был самой тихой расой, в то время как латиняне и славяне были нарушителями спокойствия.

«Как сказал сам наследный принц Янник, он достаточно самосознателен, чтобы понимать, во что обойдется еще одна война. Поэтому я не беспокоюсь о Германии, я больше беспокоюсь о проклятом Советском Союзе. И мне интересно, неужели Вильгельм II настолько стар и растерян, что продал проект этого супертанка с суперлинкором Советскому Союзу?» — премьер-министр Макдональд почувствовал холодок по позвоночнику, когда вспомнил данные о том супероружии, о котором упоминал наследный принц Янник.

Великобритания построила свою империю на основе военно-морской мощи и многовековой эксплуатации. Но «супервоенные корабли» Янника явно угрожали бы господству Британской империи на море.

Заместитель премьер-министра высказал свои сомнения: «Может ли Советский Союз с его промышленными стандартами построить такой огромный военный корабль?» — европейцы ненавидели или, лучше сказать, боялись «красной угрозы», которая была полна только экспансионистских желаний. Многие презирали ее от всего сердца и считали отсталой и варварской страной.

Министр обороны кивнул с хмурым выражением лица: «Это возможно. Не только Германия, Соединенные Штаты, но даже мы продали им много оборудования за эти годы. Добавьте к этому тот факт, что советы получают пользу от кризиса, и мы не можем гарантировать, что они его не создадут».

Премьер-министр Макдональд посмотрел на морского министра, который находился неподалеку: «Если эти чертовы медведи действительно построят один из этих «супервоенных кораблей», сможем ли мы защититься от него?»

Морской министр покраснел еще сильнее… 460 мм пушка! Как немцы посмели придумать такие безумные размеры: «Господин премьер-министр, нам лучше получить чертежи этого «суперлинкора» и тщательно изучить их, прежде чем принимать решение», — ни один из существующих линкоров Британской империи не мог сравниться с ним, даже если бы они бросились на него роем, они не смогли бы одержать верх и могли бы быть убиты другой стороной в ответ. Хуже всего то, что Советы не могли бы построить только один или два, не так ли?! Они определённо будут строить больше!

Лучше всего получить чертежи, и внимательно изучить их на предмет каких либо нарушений.

Начальник штаба армии также последовал этому примеру, добавив: «Нужно добыть ещё и чертежи одного из этих «супертанков».

Чертежи?

Премьер-министр Макдональд вздохнул с некоторым сожалением.

Об этом придется просить немцев. Если бы он знал это, то должен был бы обменяться чертежами этого «супероружия» с немцами на возвращение Рейна. Теперь, когда Рейнская область снова оказалась в руках Германии, было неизвестно, что им предложат за чертежи.

…

Далекий Китай.

«Сяохань, что привело тебя обратно?» — Вильгельм II, который удобно расположился в шезлонге, наслаждаясь солнцем, увидел свою внучку, бегущую с ветерком, и приветливо спросил (Ранее говорилось, что Вильгельм II посетил Китай в молодости, подружился с женщиной, и у него родилась от неё дочь).

Девушка размахивала газетой в руке и кричала: «Дедушка, только что пришли новости, что сам Янник повел преторианскую армию в Рейн!»

Вильгельм II был так поражен, что едва не вскочил на ноги: «Тогда Франция...»

«Нет никакой реакции со стороны Франции, и не только Франции, но даже Англия и Америка попустительствуют его действиям!»

Вильгельм II не мог не вздохнуть с облегчением и слегка покачал головой: «Этот мальчик слишком безрассуден. Неужели он не опасается развязать войну?»

А тем временем, все большие шишки в Берлине, за исключением Янника, с трепетом ждали реакции Французов.

Один час, два часа, три часа.

Один день, два дня, три дня.

Франция никак не реагировала, и по указанию Янника отдел пропаганды под руководством Геббельса начал с помпой сообщать о захватывающих новостях народу Германии.

«Внимание! Внимание! Немецкая преторианская гвардия вернула нам Рейн!»

«Рейн возвращается! Германия победила!»

«Его высочество Янник сам повел армию через Рейн! Германия вышла из тени войны!»

«Его высочество Янник собирается вывести нас из экономического кризиса!»

По сравнению с напуганным начальством страны, простым людям не было о чем беспокоиться. В гнетущей атмосфере экономического кризиса для работающих людей на дне было большим утешением услышать немного радостных новостей. Они знали, что их страна вновь обрела достоинство, что экономика стала лучше, чем прежде, и что на улицах стало гораздо больше порядка.

Янник не только строил автострады и грандиозные здания больших масштабов, но и делал упор на развитие «народных автомобилей», «парковок», «центров свободной торговли», «парков» и «скверов». Были построены «парки» и «зеленые зоны», а по всей стране была достигнута полная занятость. Теперь все население зарабатывает деньги и имеет достаточное количество еды.

На самом деле, это можно назвать лишь краткосрочным решением экономических проблем Германии, расширение и эти постройки финансировались за счет различных кредитов и инфляционных расходов, но поначалу немецкий народ этого не понимал, и инфляционное давление станет очевидным лишь через несколько лет.

Победа!

В Берлине, Мюнхене, Кёльне, Франкфурте, Кобленце, и Майнце, во всех больших городах Рейнской области, прошли праздничные парады, которые превратились в настоящую ночь веселья.

Фейерверки были запущены в небо безвозмездно, расцветая в ослепительную массу света.

Женщины, стоящие на машинах во всем своем великолепии, были полуобнажены, с их высокими и привлекательными фигурами и изгибами, как будто сделанные Богом, она кричали от волнения и присутствующие немцы чувствовали радость и гордость…

Победа! Сейчас Германия достаточно экономически и политически развивается и прогрессирует!

А в то время как народ праздновал, Янник получил еще одну хорошую новость: советская сторона согласилась строить железную дорогу, причем немедленно!

Янник не мог понять, почему советы внезапно согласились построить эту железную дорогу. Может быть, им действительно нужна была промышленная мощь Германии, чтобы увеличить свои вооружения, а может быть, у них была та же идея, что и у него, что они смогут проехать по железной дороге, если в будущем начнется война.

Но он не стал гадать, о чем думают советы, и сразу же организовал отправку в Советский Союз большого количества строителей для помощи в строительстве железной дороги.

Как раз в то время, когда он был занят, Британия прислала к нему своего официального посланника.

«Вашей стране тоже нужны чертежи?» — Янник с ухмылкой посмотрел на британского посланника, который только что сошел с самолета и прибыл к нему немедленно.

«Да, ваше высочество Янник. Это «Супертанк», о котором вы упоминали нашему премьер-министру Макдональду в прошлый раз, и проектные чертежи «Суперлинкора», — без всяких глупостей британский посланник сухо изложил цель своего визита.

Янник вздохнул в притворном смущении: «Мы обещали советам, что не раскроем эти чертежи третьей стране. И не похоже, что ваше превосходительство не знает, что мы, немцы, ценим прежде всего честность», — он намеренно сделал паузу, протянул палец и продолжил: «За эти два рисунка Советский Союз нам предлагает десять миллионов тонн зерна».

Десять миллионов тонн? Сердце британского посланника было потрясено: эти медведи действительно были готовы выйти за рамки своих возможностей. Хотя точных цифр не было, Британия все же знала, что Советский Союз ежегодно морит голодом множество людей в своей стране. И в такой плохой ситуации они бы все равно выделили 10 миллионов тонн зерна на закупку чертежей оружия? Это было очень бессердечно: «Ваше высочество, наследный принц, это еще раз доказывает милитаристскую природу советов. Они даже не могут решить проблему голода в своей стране, но при этом отчаянно строят это «супер-оружие», чтобы расширить свои вооружения, и когда они начнут массово производить это супер-оружие, оно будет использовано для вторжения во всю Европу. Вы же не хотите, чтобы цивилизация Европы была растоптана такой варварской страной?»

«…» — как знакомо звучат эти слова. Не этими ли словами он пугал британского премьер-министра?

Янник подавил презрительную усмешку, и отпив глоток чая, бесстрастно покачал головой: «Вы когда-нибудь слышали поговорку «босоногий не боится обутого»? Кто может гарантировать, что после прихода советов всем будет хуже, чем сейчас?»

Посланник слабо улыбнулся: «Ваше высочество наследный принц не может не знать, что цель Советского Союза – уничтожить весь капитализм, не так ли? Вы должны понимать, что первым делом они уничтожили бы всех монархов стран Европы, в том числе и вас».

Янник закатил глаза, и сухо спросил, взглянув на часы: «Господин посланник, давайте не будем тратить время друг друга. Скажите прямо, какую цену вы предлагаете нам за эти чертежи?»

Британия не Советский Союз и не могла отдать десять миллионов тонн: «Мы можем облегчить часть компенсации за ваш проигрыш в войне».

Облегчить? Янник в сердцах усмехнулся.

Как уже упоминалось ранее, Генрих Брюнинг, последний канцлер правительства Вермахта, пришел к власти в начале мирового экономического кризиса. Он принял меры по преодолению усугубляющегося экономического кризиса путем расширения экспорта, повышения налогов, сокращения государственных расходов, уменьшения заработной платы и льготных выплат, но эти меры не смогли обратить вспять падающую экономику, а наоборот, привели к дальнейшему ухудшению ситуации. Антикризисные меры Брюнинга не облегчили материальные тяготы масс, а скорее усугубили их, оставив миллионы немцев в состоянии беды и отчаяния. Страна находилась в тяжелом положении, и Брюнинг стал настоящим «голодным канцлером».

Но «голодный канцлер» сделал доброе дело, поскольку подход Брюнинга к ухудшению экономической ситуации вызывал глубокое беспокойство у победивших стран. Президент США Герберт Гувер считал, что финансово-экономический крах Германии будет иметь долгосрочные катастрофические последствия для всего экономического положения Соединенных Штатов. Основываясь на этом решении, Гувер издал «мораторий», несмотря на возражения Франции.

Брюнинг воспользовался этой возможностью и обратился к комитету экспертов, разработавшему «план пладших», с просьбой вновь отправиться в Германию для повторного рассмотрения вопроса о репарациях Германии. Комиссия рекомендовала «крайнее решение», тоесть полное списание германских военных репараций и долгов между державами-победительницами и представление этого предложения на обсуждение глав правительств стран-победительниц».

По разным причинам, а также из-за лоббирования и запугивания немецких представителей, Комитет экспертов по репарациям после жарких дебатов решил, что Германия должна выплатить только 3 миллиарда марок репараций, а остальная сумма должна быть списана.

Янник был готов отказаться даже от этого репарационного платежа в 3 миллиарда марок, так что какой смысл говорить о ремиссии: «Как сказал ваше превосходительство, мы все знаем об амбициях и жестокости этих медведей. Их цель – постоянная внешняя экспансия. Она вела войны со всеми приграничными странами, и вся ее огромная территория – это результат их агрессии», — и не дожидаясь, пока британский посланник что-либо скажет, он прямо выдвинул свое требованиеи: «Чтобы отбиться от этого огромного медведя, нужна соответствующая сила, не так ли? Германии необходимо расширять армию, восстанавливать ВВС и развивать ВМФ».

Британский посланник нахмурился: «Ваше высочество пытается откровенно разорвать Версальский договор?»

Янник скревил губы в недовольстве: «С блестящей политической хваткой премьер-министра Макдональда, он бы определённо не думал, что мы просто так отдадим такие важные чертежи вам, не так ли? Его превосходительство премьер-министр должен был предвидеть, что мы обратимся с такой «не чрезмерной» просьбой, верно?» — учитывая континентальную политику, которой всегда придерживалась Великобритания, будь то в отношении Советского Союза или Франции, они считали, что если сделать Германию немного сильнее, то в целом это принесет больше пользы, чем вреда.

«…» — Британский посланник не мог не колебаться. В последний раз Янник упомянул об этих вещах премьер-министру Макдональду, и перед приездом премьер-министр Макдональд уполномочил его согласиться на надлежащее восстановление вооружений в Германии. В конце концов, ожидание того дня, когда «красная угроза» внезапно нападет с новой силой и европейский континент покроется красными флагами, не было той сценой, которую они хотели бы увидеть.

Полминуты длилось его молчание, прежде чем британский посланник медленно заговорил: «Похоже, что нам нужно реорганизовать «Версальский договор», не так ли? Но ваша страна должна дать мне гарантию, что такое оружие как «супер-танки» и…».

Янник с раздражением прервал его: «Конечно, никаких проблем, наша армия не превысит полумиллиона человек, танки мы будем строить только легкие, а вся артиллерия не будет превышать 155 мм в калибре. С военно-морской стороны линкоры не будут превышать крейсера, и не будет построено ни одного линкора. Калибр орудий боевых крейсеров не должен превышать 280 мм. Общий тоннаж не будет превышать сорока процентов вашего флота. Что касается ВВС, то я гарантирую, что общее количество самолетов не превысит тридцати процентов ваших ВВС».

«…» — Британский посланник ошарашено смотрел на Янника. Это было даже более требовательно, чем то, что он изначально собирался просить!

После этих слов Янник нахмурился: «Я считаю, что это слишком жестко для интересов моей страны. Что вы думаете, господин посланник?»

Британский посланник поспешно покачал головой: «Нет, нет, нет. Это вовсе не сурово, такие условия уже слишком мягкие для вашей страны, и я обязательно получу выговор от его превосходительства премьер-министра, если буду слишком мягок. Давайте подпишем новый контракт сейчас».

«Говоришь «нет», но думаешь про совсем другое, не так ли?», — Янник в сердцах усмехнулся, достал давно подготовленный новый договор, и после того, как британский посланник прочитал его, чтобы убедиться в его правильности, скрепил печатями обе стороны и оставил один экземпляр в Германии, а другой отдал посланнику, чтобы он доставил новый договор себе на родину.

«Ваше высочество, а эти рисунки...».

Янник с готовностью ответил: «Я прикажу упаковать их прямо сейчас, и они будут готовы к отправке вечером», — сейчас не было эры флэш-дисков CD-ROM с жесткими дисками. Проектные чертежи могли существовать только на бумаге, а некоторые гигантские проектные чертежи могли исчисляться несколькими десятками страниц.

«Большое спасибо, ваше высочество, тогда я удаляюсь».

Янник немедленно созвал военное совещание на высоком уровне после отправки британского посланника: «Господа, я только что достиг соглашения с британским посланником о изменении «Версальского договора». Генерал Рундштедт, немедленно расширяйте армию. Давайте пока расширимся до 700 000 человек. Эта партия из семисот тысяч человек должна быть обучена как элита страны, чтобы занимать по крайней мере должности командиров отрядов».

Генерал Рундштедт ответил с довольной улыбкой на лице: «Как прикажете, ваше высочество!»

«И с разрешения Великобритании мы сможем открыто оснащать армию танками и самолетами. Нужно отозвать некоторую часть солдат из Советского Союза и тренировочных баз Китая для обучения новобранцев», — как раз когда он заговорил, Энни поспешно вошла, подошла к нему и наклонилась, чтобы сообщить низким голосом: «Ваше высочество, его императорское высочество и его супруга вернулись».

«Хм?» — Янник на мгновение задумался, прежде чем понять, что его императорское высочество и его жена, о которых она говорила, были его собственными родителями: «Где они сейчас?»

«В первой гостиной».

Янник поднял бровь и сказал: «Джентльмены, извините, но мне нужно отлучиться на минутку», — сказав это, он тут же встал и пошел к выходу.

Прошло почти шесть лет с тех пор, как он занял тело принца, а он все еще не видел своих «родителей» и ему было интересно посмотреть на них.

Он поспешил в гостиницу № 1 и только переступил порог, как вдруг почувствовал легкую боль в правом плече, как будто его укусил комар.

«?» — что?! Подумал Янник, как вдруг все его силы резко иссякли, и все тело мгновенно обмякло. Если бы не Энни и Инна, следовавшие за ним, которые вовремя удержали его, он бы точно упал лицом в пол.

«Ура!».

Янник, которого удерживали его секретарши, увидел пару средних лет, которые радостно восклицали и праздновали, сквозь щель в его приоткрытых веках. Единственное, чем он мог двигать во всем своем теле, были глаза.

Энни и Ина были поражены: «Ваше высочество, что с вами? Вы в порядке?!»

Ина крикнула: «Кто-нибудь, вызовите врача!»

Мужчина средних лет, который на 80% был похож на Вильгельма II, то есть принц Оскар, махнул рукой, чтобы остановить ее, и сказал с улыбкой на лице: «Не нужно тревожить доктора. Он в порядке, усадите его в кресло и налейте ему воды».

«Раскинувшись» в кресле, Янник наблюдал, как принц Оскар играет с тонкой, длинной деревянной палочкой в руке.

Прошло десять минут, прежде чем он постепенно почувствовал, как силы снова возвращаются в его тело, и он зло спросил: «Что за черт?! Это что?!»

Если бы они не были его «родителями», он бы заставил своих охранников вытащить их наружу, и в течение десяти минут обстреливать из 20-миллиметровых зенитных орудий.

Принц Оскар размахивал деревянной палкой в своей руке: «Это называется ударная стрела. Весело, правда?»

Весело, черт возьми: «И зачем ты это сделал?»

Принц Оскар направил стрелу в руке на Янника и притворился, что сердечно рассержен: «Ты, сопляк, кто позволил тебе рисовать изображение твоих папы и мамы по своим ресторанам? Теперь, куда бы мы не пошли, везде банды маленьких детей показывают на меня пальцем и называют меня дедушкой Кентукки, а твою маму – бабушкой Даломе», — Кентукки этого периода времени был объединен Янником в Кентукки + Макдональдс, а Даломе осталась пиццерией оригинального периода времени. Здесь можно найти пиццу любого вкуса в мире.

Янник ответил с раздражением: «А кто сказал тебе оставить империю в тяжёлом состоянии и отправиться странствовать? Меньшее, что я могу сделать, это позволить вам сделать что-то для империи. Вы оба сейчас стоите кучу денег в имиджевых гонорарах».

Принц Оскар сказал с умилением: «Сейчас ты всемирно известный музыкант, писатель, сценарист, художник, математик, физик, химик… есть ли отрасль, в которой ты не задействован?»

Жена Оскара, которая сидела рядом с ним, сказала с самодовольным выражением лица: «Конечно, ведь он мой ребёнок».

«Это верно, мы двое так прекрасны и талантливы, естественно, что родившийся у нас ребенок будет лучше нас двоих».

Как бесстыдно! Если бы я не был незабываемым гением в своей прошлой жизни, ваш сын все еще был бы плейбоем: «Где ты это взял? И чем обмазана та стрела», — сказал Янник, указывая на деревянную трубку и стрелу.

Принц Оскар ответил с некоторой гордостью: «Примитивное племя глубоко в лесу Амазонки дало мне это в качестве подарка, а также научила меня создавать их тайное лекарство и обмазывать им стрелы».

«Первобытное племя? И тайное лекарство? Ты ведь не подцепил ничего», — не придется ли им потом делать полное обследование организма, чтобы проверить, не заразились ли они какими-нибудь странными вирусами?

Принц Оскар сказал в недоумении: «Не волнуйся, это лекарство используется в их племени уже сотни лет, и они не видели ни одного человека отравившегося им до смерти. И разве я сейчас не жив и здоров? Ну, разве что получил немного синяков».

Янник нахмурился: «Тебя били?»

«Конечно. Меня не только били, но и чуть не сварили в большом котле».

Уголки рта Янника слегка дернулись: «Это первобытное племя было каннибалами? Тогда как вам удалось сбежать?»

«Вообще-то мы не сбегали, мы подружились с патриархом этого племени. Иначе как бы я мог получить это», — сказал он сверкнув костяным браслетом на запястье, демонстрируя самодовольное лицо: «Видишь? Пока у меня есть это, ко мне будут относиться как к почетному гостю, когда я снова войду на их территорию».

Помолчав Янник спросил: «Ладно, но что это за яд?» — это вещество действует очень быстро. Похоже, это какой-то нейротоксин?

«Я слышал, как они говорили, что это экстракт какого-то цветка или растения. Я не знаю, как перевести название этого цветка, и знаю только то, что вид этого цветка растет только рядом с их племенем. Хаха, похоже, ты заинтересован в этом, я принёс два пакетика семян. И две бутылки экстракта».

Принц Оскар нагнулся и порылся в дорожной сумке на земле, а через мгновение достал из нее пакет с примерно сотней черных семян размером с рис и две маленькие ампулы с лекарством.

Янник посмотрел на два маленьких флакона, которые в лучшем случае были 20 мл, и сказал с недовольным видом: «И это все?»

«Не недооценивай их, это сильный концентрат. Глава клана сказал, что такую бутылку нужно смешать с 50 литрами воды, чтобы разбавить ее целебные свойства. Если бы кто-то выпил такую маленькую бутылочку, он бы умер от их целебных свойств за считанные секунды».

«…» — такой мощный?! Глядя на прозрачный концентрат, у Янника внезапно созрел план. Он передал зелье семени вместе со стрелой Энни и сказал: «Отправь эту стрелу с зельем учёным и пригласи сюда ботаников, пусть они посадят это семя подражая климату первобытного леса Амазонки».

После приказ он посмотрел на своего отца: «И на сколько дней вы планируете остаться в этот раз?»

Принц Оскар непринужденно ответил, разбирая свою сумку: «На два дня».

«На два дня? Тогда куда вы собираетесь идти на этот раз?»

При упоминании о цели их будущей поездки, принц Оскар выглядел необычайно взволнованным: «Я слышал о месте под названием Шэньнонцзя в Китае. Так получилось, что отец тоже отправился в Китай, так что я смогу увидеть его по дороге».

«Пфф!» — Янник выплеснул только что выпитый чай.

Перед своей смертью он слышал всевозможные страшные и причудливые слухи о Шэньнонцзя. Будто там есть змеиный король, дикий человек, гигантский тигр, гигантское водяное чудовище…

Даже в современном мире места для входа и выхода туристов были лишь периферией Шэньнонцзя, внутрь леса могли попасть только профессиональные экспедиторы, и только дьявол знал, какие опасности могут подстерегать их внутри: «Разве ты не рискуешь умереть там?»

У принца Оскара было самодовольное выражение лица: «Хмф, ты все еще можешь называть себя исследователем, если не будешь на краю гибели при своём приключений?»

Янник вздохнул: «Ты знаешь, что о Шэньнонцзя ходит много легенд? Например, искривление времени и тому подобное?

С любопытством в голосе сказал принц Оскар: «Что ты имеешь в виду под искривлением времени?»

«Это когда ты попадаешь в определенное место, и время там течет иначе, чем снаружи. Ты не можешь этого почувствовать, но за окном может пройти год или два, или даже десятилетие или больше, если ты проведёшь там день».

Он думал, что напугав их, они сдадутся, но вместо этого Янник увидел, как из глаз обоих выходят звезды: «Похоже, это очень весело, да?»

«Да, да».

«Мы уедем завтра!»

«Да, да».

«…» — глядя на этих двух детей в теле взрослых, Янник на некоторое время потерял дар речи и отказался от попыток продолжать убеждать их. Раз они так хотят умереть, то пускай умирают.

В этот момент принц Оскар достал что-то из своей сумки и бросил ему: «Кстати, сынок, вот тебе небольшой подарок».

«Подарок?» — протянув руку, он взял предмет – это был кусок золотистого металла размером с ладонь с выгравированным на нем красивым рисунком. Хотя он не мог прочесть, что изображено на рисунке, по весу и виду предмета он сразу понял, что это такое: «Это золото?»

«Конечно это золото».

Янник взвесил золотой самородок в руке и почувствовал, что он весит не меньше двух фунтов: «Откуда он взялся?»

Принц Оскар ответил непринужденно: «Это было… ну, украдено из пирамиды в Египте».

«Украденно?» — Янник не думал, что императорский принц может сделать что-то вроде кражи. Кстати, он вспомнил, что был такой египетский король Фарук I, который был известен как «Каирский вор». Возможно ли, что принц Оскар брал вдохновение именно от его действий?

Но он украл его из пирамиды: «Это сокровища Фараона?»

Принц Оскар пожал плечами: «Кто знает, там все просто свалено в кучу».

Янник был искренне ошеломлен: «Куча? Там их много?»

Принц Оскар оглядел комнату и сделал жест рукой: «Наверное, там навалено примерно в два раза больше, чем в этой комнате».

«Проклятье!» — разве это не несколько сотен тонн?!: «И это все, что ты украл там?» — это уже слишком – он относиться к деньгам как к грязи, не так ли? Разве он не подумал взять больше, чем один жалкий слиток?

Принц Оскар, однако, покачал головой: «Мы были так взволнованы, когда нашли ту груду золота и серебра. Все сумки и карманы были набиты золотом. Но коридоры были похожи на лабиринт, и мы не могли найти выход. В конце концов мы настолько выдохлись, что потеряли все золото, которое взяли с собой».

Янник был ошарашен: «Так как вы выбрались?»

На этот раз ответила его мать: «На четвертый день мы думали, что умрем, но твой твой отец решил взорвать стены взрывчаткой, которую носил с собой. Потребовалось взорвать четыре стены подряд, прежде чем нам удалось сбежать оттуда».

«Значит, сокровища там так и лежат?» — спросил Янник с жадным блеском в глазах, думая как достать из пирамиды золото.

«Нет, вся пирамида была снесена мной».

«Что?!» — крикнул Янник, шокированно смотря на отца.

«Во-первых, меня бесит, что я так долго ходил там, а во-вторых, если бы я действительно принес много золота, нет никакой гарантии, что меня не обнаружат другие и не попросят привезти к этой пирамиде. Разве мог бы я даром отдавать тонны золота Египту? Поэтому я заложил всю взрывчатку, которую смог найти, в проход этой пирамиды и взорвал всю пирамиду. Но после взрыва я понял, что пространство под пирамидой было за пределами моего воображения, и вся пирамида рухнула до такой степени, верхушка оказалась на земле. Я думаю, что египетское правительство не стало бы раскапывать пирамиду, которую они уже исследовали вдоль и поперёк».

Янник не смог удержаться и поднял большой палец вверх: «Молодец, отец!»

Принц Оскар достал из кармана листок бумаги и протянул его: «Вот почему, сынок, в будущем ты должен вторгнуться в Египет. Откопай это сокровище. Вот широта и долгота этой пирамиды».

Янник поспешно протянул руку, чтобы взять листок бумаги, и с удивлением спросил: «Это точно, подожди, откуда ты знаешь, что я буду вторгаться в Египет? Нет, откуда ты знал, что я начну войну?»

Принц Оскар напустил на себя высокомерный вид: «Ты создал «экономическое чудо»: безработица в Германии почти исчезла, экономика растет более чем на 20%, а все вопросы решаются с лёгкостью. Но это всего лишь программа стимулирования, чтобы подавить проблемы. Если ты не расширишься и не откроешь рынок сбыта, то Германия погибнет сама по себе, есть ли другой выбор кроме войны?»

Янник, похоже, несколько недооценил принца Оскара: «Тогда почему ты не остаёшься здесь, и не помогаешь мне подготовиться к войне?»

Принц Оскар слабо улыбнулся: «Потому что я любитель мира. Я не могу делать такие вещи, как начать ещё одну мировую войну и заставить сотни и десятки миллионов невинных людей гореть и умирать в пламени войны».

Янник помолчав мгновение спросил, опустив глаза на пол: «Значит, ты позволишь мне взять всю вину на себя?

Принц Оскар ласково похлопал его по плечу: «Разве ты не готовился к следующей мировой войне с тех пор, как заняли пост наследного принца? Дерзай сынок, я всегда буду внимательно наблюдать за тобой и буду в меру моих сил поддерживать тебя».

«…» — Янник промолчал.

В этот момент вмешалась его мать: «Сынок, ты сам виноват в том, что слишком компетентен. Твой отец, вернувшись в прошлый раз сказал, что он может унаследовать трон, только если сам убедится, что ты неспособен к короне. Как видишь, ты оказался очень даже способным»

После 40-летнего перерыва Италия вновь начала агрессивную войну против Восточно-африканского государства Абиссиния. 2 октября в обращении к нации Бенито Муссолини открыто заявил о своем намерении силой аннексировать Абиссинию, утверждая, что это война закончится очень быстро.

«Колесо судьбы» уверенно движется к своей цели. Причём движется оно все быстрее и быстрее! Это символ того, что 44 миллиона жителей Италии изгоняют тень несправедливости, которая нависла над нами!»

Слушая по радио страстную речь Муссолини, Янник презрительно усмехался: «Этот дурак не знает силы своей армии».

В комнате присутствовали также Рундштедт, Редер, Кессельринг, Рейнхард и другие представители высшего руководства, и собравшиеся не могли не посмотреть друг на друга в удивлении, услышав слова Янника.

Рундштедт слегка кашлянул и открыл рот, чтобы спросить: «Ваше высочество не испытывает оптимизма по поводу этой итальянской военной операции?»

Янник риторический спросил его с легкой улыбкой: «Ваше превосходительство, генерал Рундштедт, как скоро, по вашему мнению, Италия захватит Аддис-Абебу, столицу Абиссинии?»

Рундштедт задумался на мгновение и озвучил цифру: «Я слышал, что его превосходительство Муссолини приказал своей армии разгромить абиссинскую армию и захватить ее столицу в течение месяца. Однако есть сведения, что Абиссиния заключила соглашение с Францией, закупила у нее оружие, обучила свою армию французскими офицерами и уже имеет приличные боевые силы. Я думаю, что два месяца или около того будет в самый раз».

«Вы все тоже так думаете?» — Янник посмотрел на остальных и увидел, что никто не возражает, и не мог не покачать головой: «Хорошо, тогда давайте заключим пари, я ставлю на то, что эта война не закончится без шести месяцев. Возможно, этому парню даже придется использовать отравляющий газ. Кстати, Рейнхард, тайно свяжись с абиссинской стороной и узнай, можно ли нам продать им запасы противогазов, которые мы оставили после последней мировой войны».

Абиссиния располагалась на Северо-востоке Африки и была относительно большой африканской страной. В представлении людей такая африканская страна, как Абиссиния, была ничем иным, как бедной и отсталой страной, а многие племена даже вели жизнь, не имея одежды и нося листья.

Но Абиссиния – особый случай, задолго до Второй мировой войны Эфиопия (тогда еще называвшаяся «Абиссинией») стала более просвещенной квазисовременной страной. Её развитие было почти таким же передовым, как в Китае в то время.

До Второй мировой войны, под руководством выдающегося эфиопского монарха Селассие, Абиссиния провела плодотворные реформы по модернизации и была в значительной степени вестернизирована. Хотя Абиссиния была экономически отсталой и страна была бедной, ей удалось обогатиться и не только сохранить свою независимость в окружении великих держав, но и создать мощную военную силу.

В 1930-х годах численность армии Абиссинии превышала 300 000 человек, а если добавить племенные армии, то и больше, и она была оснащена всеми видами лёгких и тяжелых пулеметов, зенитными пулеметами и всеми видами артиллерии, включая тяжелую, такую как противотанковые пушки «Pak «35»/«36» и 150-мм пехотные орудия. Были даже танки и бронемашины, а также большое количество грузовиков. Умные эфиопы установили свои тяжелые пулеметы на грузовики и превратили их в бронетранспортеры, скорее похожие на многие современные антиправительственные вооруженные пикапы, оснащенные пулемётами.

Это были не коренные африканцы, как можно было бы ожидать, с копьями, луками и стрелами.

Элитные императорские преторианцы были оснащены и обучены на уровне, близком к европейскому, они имели не только современные импортные винтовки и минометы, но и стальные шлема и полевые сапоги британского образца, а в более поздние годы и некоторые вещи американского образца. Подготовленные шведскими и бельгийскими инструкторами, они были не только хорошими стрелками, но и искусными и очень храбрыми бойцами.

Кроме того, Абиссиния была оснащена десятками самолетов, не намного более современных, но определенно не имеющих аналогов в Африке в то время, и более мощных, чем многие военно-воздушные силы Южной Америки, поэтому военную мощь Абиссинии нельзя было недооценивать. Более того, при помощи и поддержке Великобритании, Франции и даже Германии, она вовсе не была обычным мелким игроком и не шла ни в какое сравнение с теми африканскими колониями.

«Мы уже 13 лет миримся с ситуацией, когда Италия не имеет достаточного голоса из-за отсутствия колоний. Мы терпели провокации Абиссинии целых 40 лет и достигли точки невозврата! Наш почитаемый цезарь когда-то правил здесь всем миром, и теперь настала моя очередь возглавить вас, чтобы воссоздать славу первоначальной Римской империи. Слава, безусловно, будет принадлежать Италии…», — Янник больше не стал продолжать слушать бредни Муссолини и просто выключил радио.

Сорок лет назад, в 1896 году, во время наглого вторжения Италии в Абиссинию, итальянский главнокомандующий Баратьери заявил, что абиссинский император Менелик II будет «доставлен обратно в Рим в клетке».

Перед лицом вторжения в Абиссинии наблюдалось беспрецедентное единство, даже принц Мангасия, старший сын главного политического соперника Менелика – предыдущего императора Йоханнеса IV, перешел на сторону Менелика, а другие местные владыки последовали примеру Мангасии и присоединились к императору (Менелик не был сыном предыдущего императора, поэтому на некоторое время принц Мангасия перешел на сторону итальянцев за поддержкой).

Ранним утром 1 марта основные силы обеих сторон сразились в Аддуа, и некоторое время битва была настолько отчаянной, что любимый генерал Менелика Ганджеху в отчаянии отбросил свой мушкет и щит, поведя воинов своего племени с одним лишь скипетром, чтобы выйти из тупика, но, к сожалению, был застрелен.

Столкнувшись с безвыходной ситуацией, Менелик начал отступать, но королева Тайту и принц Маниша остановили его и убедили бросить в бой свою королевскую гвардию численностью 25 000 человек для последнего удара. Эти силы в конце концов стали «последней каплей», сломавшей хребет итальянцам.

В результате более 7000 итальянцев были убиты, 1500 ранены, 3000 взяты в плен, включая 252 офицера от бригадного генерала и ниже, а итальянский командующий Баратьери дезертировал из армии и бежал ночью, развалив всю итальянскую армию.

Эта битва гарантировала независимость Абиссинии, и 26 октября 1896 года Италия и Абиссиния подписали Аддис-Абебский договор, по которому Италия была вынуждена отказаться от присвоенных ею земель, объявила об отмене Уччальского договора (неравноправного договора, который Абиссиния была вынуждена подписать с Италией), признала Абиссинию суверенным государством, и выплатила 10 миллионов лир в качестве репараций.

«Шесть месяцев?!» — Рундштедт открыл рот с таким видом, будто не верил в такое.

Янник рассмеялся и сказал: «Со временем мы узнаем, кто прав, а кто нет».

Ранним утром 3 октября, на следующий день после военной речи Муссолини, итальянские бомбардировщики внезапно появились в воздушном пространстве Абиссинии, сбросив бомбы на абиссинские города и военные позиции вдоль пограничной обороны. Впоследствии итальянские войска под прикрытием мощного танкового и артиллерийского огня начали наступление на Абиссинию с севера и юга.

Состав был весьма роскошным: 126 самолетов, 112 танков, 586 новых артиллерийских орудий, 4 200 пулеметов, 3 700 автомобилей и 35 000 мулов, лошадей и верблюдов.

Еще в декабре 34-го года итальянские и абиссинские войска столкнулись в пограничной зоне Эритреи, что привело к сотням жертв.

Франция и Великобритания, а также другие европейские державы не поддержали применение силы Италией против Эфиопии. Даже на ассамблее Лиги Наций суверенные державы приняли резолюцию 50-1 о принятии коллективных мер против Италии.

Со своей стороны, Муссолини выступил с четким заявлением, что Италия ответит на санкции дисциплиной, экономией и самопожертвованием. Хотя в нем не было прямо сказано, что он ответит на санкции войной, он имел в виду именно это.

Из-за пересмотра Версальского договора Германия начала вооружаться и расширять свою армию, и Британия посчитала, что Германия станет потенциальным и опасным конкурентом Великобритании. Что касается Италии, которая уступала Германии, то Великобритания пока не считала Италию смертельной угрозой для себя. Помимо того, что Италия и Германия не были на одной волне, Британия считала, что Муссолини был «немного лучше», чем Янник.

Франция и Италия враждовали, но для того, чтобы противостоять Германии, Франция должна была сперва решить «свести счеты» с Италией.

В январе 35 года Министр иностранных дел Франции Ревар посетил Италию и добился многих уступок. Среди них было то, что Франция будет сидеть сложа руки и позволит Италии оккупировать Эфиопию. Ревир польстил Муссолини и сказал ему: «Вы довольны этим подарком?»

Эти подлые закулисные сделки Франции с Италией раздражали Британию.

Через четыре месяца после визита Ревара в Рим приехал и Эйдан, британский государственный секретарь Лиги Наций. Британия принесла по одному подарку Италии и Эфиопии. Италия получила некоторые части южной Эфиопии, а Эфиопия получила итальянский сомалийский порт Зела, чтобы решить проблему отсутствия у Эфиопии выхода к морю. И этим действием Британия разозлила Италию и Францию. Франция проклинала Британию за неортодоксальность, а Италия усилила свою агрессию в сторону Эфиопии.

Британия и Франция противостояли друг другу жертвуя интересами Эфиопии. В итоге Британия и Франция пошли на компромисс и позволили Муссолини дать волю своей смелости и вторгнуться в Эфиопию. Муссолини также хвастался тем, что Италия завоевала похожую на слабую овцу Эфиопию, как будто они были львами. Наконец, 3 октября он приказал итальянским войскам из итальянского Сомали и Эритреи атаковать Эфиопию с двух сторон.

Великобритания и Франция лицемерно осудили агрессию Италии на конференции Лиги Наций, а затем заявили, что объединят свои страны и наложат эмбарго на поставки оружия в Италию и Эфиопию.

Комитет Лиги Наций, занимавшийся разработкой программы санкций, устранил все скрытые опасности, которые могли бы заставить Италию начать войну против членов Лиги Наций: один за другим составлялись пункты эмбарго.

Поставки алюминиевой руды в Италию были категорически запрещены, но алюминиевая руда была единственным итальянским минералом, из которого производилось больше металла, чем требовалось; поскольку итальянская металлургическая промышленность могла поглотить лишь небольшое количество железного лома и железной руды, поставки железной руды и железного лома в Италию были запрещены, в то время как стальной лист и чугун не ограничивались; нефть, необходимая для ведения войны против Эфиопии, ввозилась в Италию непрерывным потоком, поскольку было понятно, что если бы на нефть было наложено эмбарго, это означало бы войну.

Это портило жизнь Эфиопии, которая в то время была редкой не колониальной страной в Африке, где в северо-восточном углу Эфиопии находилась Эритрея, контролируемая Италией, а также французское Джибути и британское Сомали (северо-западный угол современного Сомали) дальше на восток, и итальянское Сомали на юго-востоке. А к западу от Эфиопии – все британские колонии (Судан, Уганда, Кения).

В этой ситуации, даже если Эфиопия богата, ей негде купить ресурсы из-за так называемого эмбарго на поставки оружия. Такое эмбарго было фактически помощью для Италии со стороны Великобритании и Франции. В конце концов, итальянское оружие уже было более современным, чем эфиопское, и Италия могла купить его у Германии и США, которые не были членами Лиги Наций.

В октябре итальянская армия начала войну против Эфиопии, насчитывая почти 200 000 человек. Казалось, что эта война закончится уверенной победой Италии, но!

Итальянская армия неоднократно терпела поражения! Даже смена командиров на поле боя все равно привела к поражению в битвах.

Муссолини, находясь под угрозой ухода со своего поста, разрешил итальянской армии использовать ядовитые газы на поле боя в нарушение Женевской конвенции. Хотя Янник контрабандой доставил противогазы в Эфиопии, к сожалению, из-за времени и маршрута, количества доставленных противогазов хватило только на оснащение нескольких дивизий.

Таким образом, Эфиопская армия продолжала терпеть поражения, а итальянская армия «выигрывала сражения один за другим», атакуя их газовыми атаками.

В декабре британцы и французы без ведома Эфиопии подписали соглашение Холла (Министра иностранных дел Великобритании) о Ревеле. Соглашение в частном порядке передавало 160 000 квадратных километров южной Эфиопии Италии для «плодотворного управления» и попустительствовало посягательству Италии на почти 160 000 квадратных километров территории Эфиопии, прилегающей к итальянским Сомали и Эритрее.

При попустительстве Великобритании и Франции Италия усилила агрессию против Эфиопии и аннексировала ее в 1936 году. Поскольку Великобритания и Франция попустительствовали немецкой оккупации Судетской области после, они попустительствовали итальянской оккупации Эфиопии до этого. Можно сказать, что Холлайварское соглашение было репетицией Мюнхенского соглашения.

Вот интересный факт: хотя Янник помогал Эфиопии только для того, чтобы отвратить Муссолини, но в Эфиопской войне в оригинальном временном периоде немцы, на удивление, также вырыли яму для итальянцев, тайно помогая Эфиопии и заставляя Италию сильно страдать.

Это произошло потому, что Италия была твердо на стороне Австрии, когда Германия готовилась к аннексии Австрии в 34-м году (когда Германия и Италия еще не были союзниками), даже разместила тяжелые войска на границе, чтобы оказать давление на Германию и заставить ее сорвать первый план аннексии.

Итальянцы мешали немцам, и, естественно, немцы не стали это терпеть. Так, во время итальянского вторжения в Эфиопию в следующем году немцы тайно отправили в Эфиопию огромное количество оружия, включая три самолета, более 60 пушек, 10 000 винтовок Маузера, 10 миллионов патронов и т.д.

Таким образом, после семи месяцев тяжелых боев, ценой 10 000 убитых и 44 000 раненых итальянские войска окончательно заняли Эфиопию в мае 36-го года.

Результатом стал шок для немецкой военной иерархии, которая очень оптимистично оценивала силу Италии, и среди них росло восхищение видением его высочества.

Янник, напротив, не слишком задумывался о войне, и воспользовался международным осуждением применения Италией отравляющего газа в Абиссинии, чтобы быстро оккупировать Австрию, превратив ее в восточную провинцию Германии.

В ответ Великобритания, Франция и США признали аннексию Австрии Германией лишь после нескольких словесных осуждений, и каждая из стран сменила свое посольство в Австрии на консульство в Вене. А Муссолини, увязший в трясине абиссинской войны, ничего не мог сделать с этим.

«Ваше высочество!»

Будучи первым главой разведывательного управления империи, Рейнхард владел многими секретными каналами разведки, которые не были известны общественности, и в данный момент он стоял перед столом Янника, докладывая последние разведданные: «Как вы и ожидали, только вчера испанские колониальные войска в Марокко и на Канарских островах подняли восстание, подстрекаемые такими генералами, как Франциско Франко и Эмилио Мола».

«Что будет, то будет», — Янник не мог удержаться от того, чтобы не пробормотать тихим голосом, когда Гражданская война в Испании, известная как «маленькая Вторая мировая война» началась.

«Мисс Энни, я хочу созвать военное собрание», — после приказа Янник кое-что вспомнил: «Рейнхард, я помню, как несколько лет назад просил тебя присмотреть за Франко, не так ли? Есть прогресс?»

Рейнхард ответил уважительным голосом: «Да, ваше высочество, в то время вы передали мне всю ответственность после отдачи приказа, и два года назад мы успешно разместили наших людей рядом с Франко и теперь они являются правой рукой Франко».

Янник был мгновенно заинтригован: «О? Расскажи мне об этом».

Рейнхард подробно доложил: «В то время, когда я расследовал дела приближенных Франко, я заметил, что один из них, Ариас, очень похож на одного из агентов нашей разведывательной службы. Наша разведка тайно наблюдала за этим Ариасом, улавливая как можно больше мелких деталей. В итоге наш фальшивый Ариас мог даже сменить настоящего Ариаса.

Затем мы устроили небольшую автомобильную аварию, чтобы подменить Ариаса нашим агентом, пытали Ариаса, а тот оказался мягкотелым и быстро признался во всей имеющейся у него информации. Вместе с тайной помощью нашей разведывательной службы, фальшивый Ариас за последние несколько лет поднялся по служебной лестнице и стал правой рукой Франко».

Черт, они сделали такую сложную операцию? Его первоначальным намерением было, в лучшем случае, купить приближенных Франко, но, к его удивлению, результат превзошел все его ожидания: «Раз так, то продолжайте в том же духе и воспользуйтесь этим временем, чтобы прикончить Франко и позволить фальшивому Ариасу официально занять его место. Но сделайте все вовремя, не дайте никому заподозрить, что это сделали мы, это повлияет на наши отношения с испанским народом».

Поскольку Испания обладала богатыми запасами вольфрамовой руды, которая была жизненно необходима для военной промышленности, Испания продавала вольфрамовую руду как странам Оси, так и союзникам, зарабатывая много денег, пока союзники не получили общее превосходство в последующие годы, когда под давлением Великобритании и Америки они прекратили поставки вольфрамовой руды в Германию.

Поскольку Германия и Италия поддерживали Франко в гражданской войне, особенно в начале, когда Ось получила общее превосходство, Франко также позволил испанским солдатам надеть немецкую форму и принять участие в битве под Ленинградом, это подразделение насчитывало от 20 000 до 30 000 человек и обладало хорошей боеспособностью, это была знаменитая испанская «Синяя дивизия». Но когда поражение Оси стало очевидным, Франко отозвал «Синию дивизию», заявив, что они были добровольцами и что испанское правительство не несет ответственности за их действия.

Конечно, нельзя отрицать вклад Франко в развитие испанского государства, по крайней мере, вовлечение собственной страны в бедствия войны, а его дипломатический опыт и перебежка в США после войны заложили основу для экономического взлета Испании. Он сделал свой режим самым долговечным режимом Фасций в мире и в конце концов добился мирного перехода власти.

Тем не менее, Гитлер по-прежнему был благосклонен к своему «младшему брату», и в 1941 году, накануне советско-германской войны, он издал указ о том, что все иностранные бойцы, служившие «НАЦИ», должны считаться немецкими гражданами, с равными правами на немецкие военные пенсии.

Но больше всего Янника волновали испанские вольфрамовые рудники.

Как упоминалось ранее, Испания продавала вольфрамовую руду как странам Оси, так и союзникам, чтобы заработать на войне. Испания была богата вольфрамовой рудой, и чтобы перекрыть поставки вольфрамовой руды из Испании в Германию, Британия и США начали постепенно скупать вольфрамовую руду, и цена взлетела с 70 до 17 000 долларов за тонну, сделав Испании целое состояние. Британия даже обещала поставлять Испании продовольствие, нефть и удобрения по льготным ценам в обмен на апельсины, лимоны и минералы.

В тайне Британия выделяла 10 миллионов фунтов стерлингов в год (совершенно огромная сумма по курсу 1940 года; строительство линкора класса «Joe V» стоило всего 7,39 миллиона фунтов стерлингов) для подкупа высших испанских военных и политических чиновников, а также тех офицеров, которые выступали против союза Франко с Гитлером. Дэвид Стаффорд, впоследствии профессор истории Эдинбургского университета в Англии, выяснил это, изучая письма Черчилля. К концу 1940 года, по его словам, почти все деньги ушли в карманы испанских офицеров. Генерал Антонио Аранда, в то время директор Испанской военной академии, получил 2 миллиона долларов. Черчилль считал что, хотя для Британии военного времени это была не маленькая сумма, она вполне оправдала себя для стабилизации Испании.

Когда он захватит контроль над Испанией, он заставит Испанию объявить о нейтралитете. И когда Британия и США захотят выкупить вольфрамовые рудники Испании, он просто по-королевски попросит у них взамен золото! При нынешнем соотношении золота и доллара тонну вольфрамового песка можно обменять на 10 килограммов золота!

Интересно, когда Рузвельт и Черчилль узнают правду, они будут харкать кровью?

«Понятно».

«Как продвигается производство денег на фабрике Эндрю?» — в прошлый раз Рейнхард сообщил, что имитация фунта сработала. Ее отнесли в швейцарский банк для проверки подлинности, и ответ был таков: «Только 20% поддельные». Однако Рейнхард остался недоволен и приказал этим рабочим продолжать совершенствоваться. Когда была изготовлена вторая партия поддельных банкнот и отправлена непосредственно в головной офис Британской империи для идентификации, в результате они обнаружили только одну из 100 поддельных банкнот.

«Работа по производству идет хорошо. На данный момент фабрика напечатала 10 тонн белых фунтов, 2 тонны которых были вывезены нашей разведкой в Англию для подготовки офицеров разведки», — так называемые белые фунты имеют водяные знаки на белоснежной бумаге большого формата, затем переносятся на медные пластины для печати текста, затем изображения, номинала, подписи и даты соответственно. Банкноты изготавливались в виде отдельных листов, и не существовало такого понятия, как «полностраничные банкноты», как их стали называть в более поздние времена.

Для защиты от подделок использовались водяные знаки по всей поверхности, причем печаталась только одна сторона, а другая была пустой. В результате нередко обратная сторона использовалась в качестве бумаги для бакалеи, бланка, блокнота, записки, памятки и даже в качестве любовного письма…

Этот дизайн просуществовал с 1860 по 1956 год. Но среди них появился знаменитый «Эндрю», немецкая подделка большого количества высококачественных белых фунтовых банкнот между 1934–1938 годами. Первое открытие фальшивых банкнот в Великобритании было сделано, когда женщина-приемщица банка держала в руках две собственные банкноты – обе с одинаковым серийным номером!

Ха! Янник чуть не рассмеялся вслух от идеи производить фунты тоннами, так что, похоже, в ближайшем будущем фунты не будут отличаться от туалетной бумаги.

Конечно, без проблем не обошлось, и они были не маленькие. Если бы Германии удалось высадиться в Англии и оккупировать ее в будущем, то опасность этих фальшивых монет перенеслась бы в Германию.

Но Янник решил пока не обращать на все это внимания, главное – разгромить и оккупировать Британию любыми средствами. Пока он мог удерживать этот европейский плацдарм, США никак не могли напасть на Германию через Атлантику, так что это стоило того.

«Джентльмены, последние новости. Только вчера в Испании было восстание».

Военное начальство, собравшееся в конференц-зале, сначала уставилось на Янника, а затем на их лицах появилось выражение возбуждения.

Хаотическое состояние Испании уже давно вызывало международную озабоченность, особенно у Советского Союза и Германии. Что касается причин их радости, то немецкое командование давно знало из анализа разведданных, что рано или поздно в Испании должны произойти волнения, и они давно договорились, что поле боя в Испании будет использовано для проверки боевой мощи немецкой армии!

Какова была цель всех этих лет неустанных усилий? Разве это не для грядущей войны? Теперь Испания, наконец, в состоянии войны! Это лучшее время!

Янник продолжал: «Пока что не наша очередь вмешиваться, но я уверен, что скоро у нас будет шанс».

Поскольку испанское правительство не успело отреагировать, Франко быстро оккупировал Западное Марокко, Канарские и Балеарские острова, северные и юго-западные провинции самой Испании, а 30 июля создал в Бургосе «Совет обороны», попытавшись захватить власть в стране путем нападения на Мадрид с севера и юга.

С такой хорошей ситуацией Франко не стал бы просить помощи у Германии, не говоря уже о том, что у него был более надежный сторонник – Великобритания.

А Британия? Поскольку экономическая ситуация внутри страны не очень оптимистична, в сочетании с парламентской оппозицией, первоначальный план поддержки Франко в итоге умер, армия Франко лишилась единственной поддержки внешних сил, наступление постепенно замедлилось, что дало передышку правительственным войскам.

Испанское правительство обратилось ко всем слоям населения страны с призывом взять в руки оружие для защиты республики, и в течение двух дней 300 000 человек записались в организацию ополчения. Восстания в Мадриде, Барселоне, Валенсии, Картахене, Малаге, Бильбао и других крупных и средних городах были быстро подавлены. Сторона Франко контролировала только Андалусию на юге и экономически отсталые провинции такие как Галисия, Наварра и Старая Кастилия на севере. С другой стороны, республиканцы контролировали все промышленные и политические центры, главные порты, основные транспортные пути и важные сельскохозяйственные районы.

Только в такое кризисное время Франко обратился бы за помощью к немцам, и Янник мог воспользоваться возможностью сделать хорошее предложение.

Рундштедт выступил вперед: «Ваше высочество, это прекрасная новость. И сколько войск нам нужно туда отправить?»

Янник задумался на мгновение: «В передовом отряде две пехотные дивизии и одна бронетанковая рота. Два полка армейских бомбардировщиков, полк боевой авиации ВВС, бригада армейской воздушной разведки и преторианская гвардия. Решение о том, какие именно подразделения, было оставлено на усмотрение начальников Генерального штаба. На этот раз в главной роли была в основном армия. У ВВС есть только одна задача – прочно удерживать контроль над воздухом».

Толпа ответила в унисон: «Есть!»

После обсуждения вопроса об отправке, Янник посмотрел на Кессельринга: «Генерал Кессельринг, как продвигается строительство «птичьего гнезда»?»

Альберт Кессельринг встал и почтительным голосом сказал: «Ваше высочество, согласно вашему приказу, «птичье гнездо» находится в процессе расширения. Если считать тех, кто находится в Китае и Советском Союзе, то число пилотов, окончивших школу, составляет 3 200 человек. И есть 2 250 пилотов, которые могут выпуститься в этом году».

«?» — люди внизу не могли не посмотреть друг на друга в непонимании. По их мнению, это было довольно ошеломляющее число, но его королевское высочество наследный принц показывал обеспокоенный взгляд.

Янник действительно волновался, нет, он больше чем волновался – он был напуган до смерти! Мысли о 300 000 самолетов, построенных в США во время Второй мировой войны в его первоначальный период времени (только бомбардировщиков было произведено почти 20 000), заставляли его сердце трепетать, а ноги дрожать (Конечно, не все самолеты, произведенные в США, были собственного производства, многие были поддержаны Советским Союзом, Великобританией и т.д.).

Еще страшнее то, что самым мощным аспектом вооруженных сил США были даже не производственные мощности по выпуску самолетов, а огромный резерв пилотов. На самом деле, до начала Второй мировой войны в США уже было много пилотов-любителей, которые обычно летали в небе на своих самолетах, а когда началась война, эти люди смогли вступить в бой, пройдя небольшую подготовку.

Мало того, даже многие фермеры в США умели летать на самолетах, и владели собственными самолетами. В знаменитом фильме «Перл-Харбор» есть такой эпизод, когда два главных героя, которым было всего пятнадцать или шестнадцать лет, поднимают свой самолет в небо, когда их отец не смотрит, и в итоге, несмотря на все опасности, совершают безопасную посадку после полета в небо. Из этого эпизода легко понять, что полет на самолете не был чем-то необычным для среднего американского гражданина в то время.

В результате после начала Второй мировой войны в рамках американской мобилизации и коллективного обучения в армию США было поставлено 430 000 пилотов. Если бы японцы знали, что у цели их подлого нападения более 430 000 пилотов, боюсь, что они не решились бы связываться с такой громадиной, даже если бы им дали в десять раз больше смелости.

«Усилить работу по набору персонала. Я хочу, чтобы каждый год выпускалось не менее 5 000 пилотов. И я говорю только о летчиках-истребителях. И никаких послаблений по экипажам стратегических бомбардировщиков, в будущем у нас будут супербомбардировщики с экипажами от 10 до 14 человек, и я намерен оснастить ими около 3000 человек. Когда это произойдет, не будет органической беспилотной ситуации».

Альберт Кессельринг вдруг почувствовал, что на его плечи легла гораздо более тяжелая ноша, но он торжественно ответил: «Да, ваше высочество».

Как раз когда он собирался сесть, он кое-что вспомнил: «Ваше высочество, пилоты, вернувшиеся из Советского Союза, сообщили, что Советский Союз не так давно выпустил первичный тренажер под названием «У-2», с отличными эксплуатационными характеристиками, который очень подходит для обучения новичков.»

«У-2?» — если он правильно помнил, это должен быть биплан-самолет начальной подготовки, разработанный известным советским авиаконструктором Николаем Поликарповым. Тренажер был разработан на принципах «простоты, надежности и низкой стоимости» и просуществовал до 1953 года, общий тираж составил около 33 000 экземпляров.

Фюзеляж был изготовлен из сосновой древесины с льняной обшивкой, а верхние и нижние крылья были связаны проволокой. В качестве силовой установки использовался пятицилиндровый поршневой звездообразный двигатель «M-11» с воздушным охлаждением, приводящий в движение двухлопастной деревянный винт мощностью 100 л.с.

Этот тренажер сразу завоевал сердца большинства авиационного персонала после производства, простая конструкция, низкая стоимость, простота в производстве и обслуживании, особенно эксплуатационные характеристики сильные, выдающиеся характеристики взлета и посадки, для Советского Союза для подготовки большого количества авиационного персонала.

«Понятно, я запрошу у советской стороны копии чертежей. Генерал Рихтгофен, генерал Штумпф, ваша армейская авиация и авиация флота тоже не должны сидеть сложа руки и должны расширяться».

«Как прикажете, ваше высочество!»

17 июля испанские колониальные войска в Марокко и на Канарских островах подняли восстание, подстрекаемые Франциско Франко, Эмилио Мола и другими генералами. Восстание быстро распространилось на крупные и средние города Кадиса, Севильи, Сарагосы и Бургоса на материке. К восстанию присоединилась большая часть испанской армии и ВВС (около 120 000 человек), а также марокканский «иностранный легион».

Неожиданно Франко быстро захватил Западное Марокко, Канарские и Балеарские острова, а также северные и юго-западные провинции материковой Испании, а 30 июля создал «Совет обороны» в Бургосе в попытке захватить власть в стране, атаковав Мадрид с севера и юга.

Когда испанское правительство отреагировало, оно обратилось за помощью к Советскому Союзу, призывая все слои населения Испании взяться за оружие для защиты республики. Всего за два дня в ополчение записалось 300 000 человек.

Международные добровольцы, сформированные советами, сыграли ключевую роль в спасении Мадрида.

Конечно, советская помощь не была безвозмездной; они продавали оружие испанскому правительству через торговлю в третьих странах, требуя полной оплаты золотом. Большим преимуществом испанского правительства в гражданской войне было то, что золотой запас страны находился в их руках, учитывая, что в это время Испания была шестой страной в мире по величине золотого запаса.

Война приняла крутой оборот, и бои, начатые Франко и другими его сторонниками в Мадриде, Барселоне, Валенсии, Картахене, Малаге, Бильбао и других крупных и средних городах, были быстро подавлены.

Правительственные войска при поддержке Советского Союза и Франции вскоре «отвоевали» все промышленные и политические центры, крупные порты, транспортные пути и важные сельскохозяйственные районы. Только Андалусия на юге и Галисия, Наварра и старая Кастилия на севере, которые были экономически отсталыми и не представляли особой ценности, все еще находились в руках Франко. Все уже могли видеть, что ситуация начинает складываться для Франко не лучшим образом.

«Эти все англичане, которые не держат свое слово!» — внутри главного командования Франко с ненавистью проклинал вероломных англичан. Ранее они говорили о том, что у них будет постоянный поток подкреплений. Но что произошло? Ничего! Они просто наблюдают за его поражением и ведут себя как будто ничего не случилось. Даже британский парламент отклонил законопроект о поддержке Испании.

Его правая рука, Ариас, был рядом, чтобы дать совет: «Генерал, на преданность британцев рассчитывать не приходится. Возможно, нам стоит найти более твердых сторонников», — тихо сказал он, бросив взгляд на мужчину рядом с ним.

Генерал сразу же заговорил: «Верно. Теперь, когда правительственные войска занимают подавляющее большинство города, у нас нет помощи извне, и если мы продолжим так сражаться, у нас закончатся боеприпасы».

К ним присоединился еще один сотрудник: «Генерал, правительственные войска поддерживаются Советским Союзом, и если мы потерпим неудачу, Испания станет плацдармом для советов. Многие европейские державы опасаются экспансии красных, и они не захотят видеть красное государство на западном конце Европы».

«И почему я не должен этого знать», — Франко вздохнул: «Но я положил все свои карты на Англию, и у меня не было времени искать другие страны. Если я подойду к какой-то стране в такой безвыходной ситуации и буду умолять их, то они будет просить очень высокую цену».

Ариас не мог не повысить голос: «Сэр, у нас, по крайней мере, есть возможность сделать предложение сейчас, но в случае неудачи, мы – будем кучкой предателей, и все мы отправимся на виселицу».

«…» — наступило долгое молчание, Франко яростно кивнул головой: «Ты прав! Если мы победим, любая цена будет достойной! Но какую страну нам следует искать? Италия? Германия?» — хотя Франция выбрала политику «невмешательства», она явно благоволила правительственным войскам, а с учетом того, что Британия стояла в стороне, казалось, что на континенте сегодня не так много других вариантов, кроме Италии и Германии.

«Италия?» — Ариас несколько пренебрежительно поморщился: «Вы видели, как Италия сражалась с Абиссинией в прошлый раз, и боеспособность итальянской армии действительно некомплиментарна. И они еще не полностью вышли из экономического кризиса, чтобы оказать большую помощь. Я думаю, что Германия подойдёт как нельзя лучше, они полностью вышли из экономического кризиса, их вооружение значительно выросло за эти годы, их экономика восстановилась. К тому же у них должна быть уверенность, чтобы участвовать в этой войне. В конце концов они все еще обладают мощной боевой силой», — Германия проиграла последнюю войну, но ее боевая мощь также была признана всем миром.

Один из людей Франко сказал с некоторым беспокойством: «Но я слышал, что немцы в последнее время очень тесно торгуют с Советским Союзом, и Советский Союз даже заказал у Германии несколько военных кораблей. Откажут ли они в помощи из-за этой связи?»

«Стоит попробовать», — Ариас продолжал настаивать: «Мы можем сдавать в аренду порты, продавать полезные ископаемые или даже разместить немецкие войска на нашей территории, если мы предложим достаточно щедрые условия, немцы обязательно поддержат нас!» — говоря это, он увидел, что лицо Франко стало немного жестким и сказал: «Генерал, если мы победим, то рано или поздно сможем вернуть утраченное! Но если мы проиграем, то у нас вообще не останется никаких шансов!»

Увидев, что остальные сотрудники тоже кивнули, Франко больше не колебался и указал на двоих из них, скомандовав: «Я назначаю вас специальными посланниками, и отправляю одного в Германию и одного в Италию. Сделайте все возможное, чтобы заручиться их поддержкой! Но не отступайте слишком сильно там, где нужно торговаться! Слишком низкая цена только заставит их смотреть на нас свысока, это ясно?!»

Оба сотрудника торжественно кивнули: «Ваше превосходительство генерал, пожалуйста, не волнуйтесь! Мы обязательно сделаем все возможное».

Не успели ноги двух штабистов ступить из штаба командования, как туда торопливо вошел штабной офицер с телеграммой в руке: «Генерал! Правительственные войска массируются в районе Кордовы, точное количество неизвестно, но похоже их войска превысили десять тысяч солдат».

«Хех!» — Ариас не смог удержаться от горького смеха: «Похоже, республиканская армия планирует нанести нам смертельный удар», — он поправил мундир и отдал честь Франко: «Ваше превосходительство генерал, я лично отправлюсь в Кордову и вступлю там в перестрелку с врагом».

Теперь у правительственных войск были танки и самолеты, поддерживаемые советскими войсками. А битвы на аллеях могли бы стянуть все военные машины на одну платформу. В бою в переулке нельзя было развернуть тяжелое вооружение, нельзя было использовать тяжелую артиллерию, танки-бомбардировщики, в бою в переулке всегда сражались человек на человека, пушка на пушку.

«Ариас!» — Франко сильно хлопнул его по плечу: «Только от тебя зависит, сможем ли мы одержать окончательную победу дальше».

Два испанских посланника не посмели медлить, и в ту же ночь они сели на пароход до Италии, один из них отправился в Рим, чтобы добиться аудиенции у Муссолини, другой сел на поезд, идущий в Австрию, и после нескольких дней, он наконец прибыл в Берлин, столицу Германии.

«Приветствую вас, ваше высочество наследный принц. Я надеюсь, что вы поможете освободить Испанию от красного террора! Испанский народ будет благодарен вам за ваше благодушие и щедрость».

На губах Янника появилась игривая улыбка: «Господин посланник, ради положения вашего генерала Франко было бы лучше оставить эту чепуху и перейти к делу. От страны к стране существует только интерес, а все эти благодарности и прочее не стоят и ломаного гроша. Скажите, что вам нужно, и что вы можете нам дать?»

«…» — испанский посланник замер, увидев, что этот наследный принц был еще более чертсв и немногословен, чем описывали слухи. Но принц был прав, и испанский посланник собрался с мыслями, отбросил заготовленные любезности и заявил о цели своего визита: «Нам нужна военная поддержка вашей страны».

«Думаю, мы можем вам с этим помочь», — Янник кивнул: «И что вы можете дать взамен?»

Испанский посланник задумался и осторожно спросил: «Что нужно его королевскому высочеству наследному принцу?» — он боялся, что проиграет, если переплатит.

«Ха-ха», — Янник вдруг разразился смехом, который озадачил испанского посланника, и махнул рукой Энни рядом с ним.

Энни достала из папки документ и положила его перед испанским посланником.

«Раз господин посланник так вежлив, я тоже буду вежлив. Это наша цена на него, и мы не принимаем встречного предложения, ваша страна может только принять его. Если нет, вы свободны».

Услышав непререкаемый тон Янника, в сердце посланника зародилось неприятное чувство, и он с некоторым трепетом взял в руки документ:

«Первая статья. Испанская сторона должна предоставить Германии три порта, два в атлантическом направлении и один в средиземноморском. Инфраструктура должна быть покрыта испанской стороной, и сдана в аренду Германии на 99 лет за одну марку».

Уголки рта испанского посланника слегка дернулись; эта первая статья была для него неприемлема. Он знал, что Германия всегда хотела иметь военно-морскую базу на Средиземном море, и даже был готов отдать один порт, но Германия просила сразу три порта.

Этого нельзя было допустить!

Вторая статья была посвящена экономическому аспекту:

«Вторая статья. Испания позволяет немцам инвестировать в любой аспект испанской территории и подавляет тарифы на немецкие товары на 20%».

Опять же, это очень осложняет ситуацию для Испании, ведь Германия не единственная страна, чьи товары поступают в Испанию, поэтому если они дадут Германии 20% снижение тарифов, как они смогут объяснить это другим странам, особенно Англии и Франции?

Мы не можем с этим согласиться!

Третья статья еще более возмутительна.

«Статья третья. Германия создает военную охранную компанию на территории Испании, и испанское правительство не будет вмешиваться в число сотрудников или вооружение этой военной охранной компании».

«…» — чем это отличается от размещения немецких войск непосредственно на испанской земле? Это просто солдаты Германии под видом «военной охранной компании»! Если бы испанская общественность узнала, что Франко подписал такой договор, она тут же отвернулась бы от него.

Видя, как непроизвольно дергаются мышцы на лице испанского посланника, Янник любезно пояснил: «Конечно, это секретные условия, которые не будут разглашены общественности. Генералу Франко не нужно беспокоиться о том, что его люди будут информированы о требованиях договора».

«Я думаю, что требования вашей страны слишком завышены», — тон испанского посланника сильно намекал о недовольствии; хотя это был секретный договор, в мире не существует непроницаемой стены, и если условия действительно были подписаны, население узнает об этом в течение нескольких лет.

«Возможно», — Янник беспечно кивнул: «Господин посланник проделал долгий путь, сначала отдохните. В комнате есть радио, и господин посланник может обсудить это с генералом Франко».

«…» — придется это сделать, он все равно не мог подписать такой возмутительный договор без согласия.

Первое, что сделал посланник по прибытии в свои покои – связался с генералом Франко, но узнал, что исход битвы за Кордову весьма неблагоприятен.

Хотя сражение в переулке могло бы стянуть все военные машины на одну платформу, где нельзя было бы развернуть тяжелое оружие, сражение в переулке также требовало бы постоянного потока подкреплений. Из-за отсутствия подкреплений вся Кордова уже находилась в осаде, и ее падение было лишь вопросом времени.

Франко, конечно, чувствовал, что условия Германии слишком завышены, и что они просто пользуются ситуацией, но он мог согласиться на них, только стиснув зубы и приказав своему посланнику немедленно подписать договор, чтобы Германия могла как можно скорее отправить подкрепление.

Испанскому посланнику не оставалось ничего другого, как умолять снова увидеть Янника.

Янник не стал усложнять ему жизнь и немедленно вызвал к себе встревоженного посланника. Не говоря ни слова, посланник подписал документ и нетерпеливо спросил: «Ваше высочество, когда ваша страна сможет прислать подкрепление?»

Янник сказал очень сухо: «Завтра».

«Завтра?» — испанский посланник был ошеломлен: уже поздний вечер, если отправить войска завтра, они ведь не смогут подготовиться: «Вы имеете в виду, что отправите все войска завтра?»

Янник покачал головой: «Нет, я говорю о первых подкреплениях, которые завтра прибудут в вашу страну, чтобы вступить в бой».

Испанский посланник удивился еще больше и промолвил: «Как это может быть?!» — даже если Германия ожидала, что Испания обратится к ним, и подготовилась должным образом, как они могли вступить в бой завтра? Где все это время были их войска?

Янник ухмыльнулся, он уже давно обсуждал это с Италией и Португалией. Муссолини в Италии продвигал свою систему фасций, у которой было мало будущего, а Португалия беспокоилась о том, что их соседи станут красными и будут угрожать самим себе – можно сказать, что эти три страны были на одной волне.

Итальянские и немецкие морские транспорты использовались для тайной переброски в Португалию большого количества оружия и оборудования, а также персонала.

В это время итальянские и немецкие войска уже были собраны на португальской границе, и завтра с первыми лучами солнца они должны были пересечь границу и ворваться в Испанию, чтобы начать атаку на правительственные войска.

«Это только первая партия подкреплений, за ней последует корпус из 500 офицеров для подготовки армии для дона Франко».

Испанский посланник был вынужден удивляться прозорливости молодого кронпринца, и изложил потребностей Испании: «Нам нужно много оружия, боеприпасов, больше всего пулеметов, много легких пулеметов… и, конечно, авиационная артиллерия, которой у нас очень не хватает».

Янник кивнул: «Нет проблем, мы можем поставить большое количество оружия, особенно пистолетов-пулеметов, сколько угодно. Но они не раздаются бесплатно, цена за них дополнительная. Что касается танков и самолетов, то за это тоже придётся платить».

…

«Построиться! Быстрее!» — в немецком экспедиционном лагере у португальской границы собрались сотни немецких солдат в форме армии Франко.

Майор начал читать лекцию.

«Через час мы пересечем границу и вступим на территорию Испании для настоящего боевого крещения. Я не буду говорить больше, чем это, просто нужно помнить о трех моментах».

Он протянул палец, когда говорил: «Первое! Вы всегда должны пригибаться! Не рискуйте стоять прямо на поле боя, иначе получите свою пулю!».

Затем он протянул второй палец: «Во-вторых, постарайтесь не преувеличивать свои боевые достижения! Потому что я поверю этим боевым записям и в следующий раз приберегу более трудные задания для войск с отличными боевыми записями!»

Затем он посмотрел на нервничающих солдат и протянул третий палец: «В-третьих! Не забывайте уступать дорогу пулям, а также снарядам! Если только вы не торопитесь больше, чем они».

Все солдаты замерли, а затем разразились хохотом, и нервозность перед выходом на поле боя была сметена.

Несколько иронично, что в то время, когда Германия отправляла войска в Испанию для усиления своего вооружения, в Берлине должны были состояться Олимпийские игры, символ мира, дружбы и прогресса всех стран земли.

Задолго до занятия души из будущего тела Янника, в 1924 году, в «МОК» был избран немец Теодор Лейвар. 27 лет спустя Олимпийский комитет Германии, возглавляемый Лейваром, обратился в «МОК» с письмом о проведении 11-х Олимпийских игр в Германии и предложил в качестве кандидатов проведения Берлин, Кельн, Нюрнберг и Франкфурт.

В 32-м году на голосовании «МОК» Берлин победил 43 голосами против 16.

Но заклятые соперники Германии, французы, не собирались облегчать ей задачу, и успех марша в Рейнскую область дал огромный толчок престижу Германии и, наоборот, посрамил французов, во всем мире.

Несмотря на то, что Германия сейчас на словах говорит о дружбе и мире, как это можно скрыть от внимания тех, кто внимательно наблюдает за ситуацией в Европе. И поэтому против проведения Олимпийских игр в Берлине продолжали выступать во всем мире.

В июне 36-го года в Париже, Франция, состоялся Конгресс идей по защите Олимпиады, в котором приняли участие делегаты из Франции, Испании, США, Великобритании, Чехословакии, Бельгии, Швеции, Дании, Нидерландов и других стран. Конгресс призвал выступить против проведения Олимпийских игр в Берлине и потребовал изменить место их проведения на Барселону, Испания.

Затем в Нью-Йорке был создан комитет по борьбе против Берлинской Олимпиады; ряд европейских стран также прямо обязались не участвовать в Берлинской Олимпиаде, но активно поддерживать подготовку к Олимпиаде в Барселоне; и в поддержку Испании, принимающей эти игры, спортсмены из Франции, Великобритании, Швейцарии, Швеции, Греции, США и 20 других стран собрались в Барселоне для участия в Играх, которые состоятся там 18 июля.

Как оказалось, беспорядки в Испании не позволили им сделать это, и «МОК» решил, что игры останутся в Берлине, как и было запланировано.

В ответ министр пропаганды Геббельс придал большое значение внутренней огласке: «Теперь, когда Франция своими руками прервала рассвет мира, французы по-прежнему видят в Германии ту нацию, которую нужно уничтожить, и по-прежнему смотрят на нас свысока!»

Министр иностранных дел Буллрайт ответил на вопрос журналистов: «Мы сожалеем, что эти страны ставят под сомнение искренность стремления Германии к миру, но я не думаю, что мы можем исключить, что некоторые люди намеренно раскупают лживые слухи о нас».

Это заставило Янника на некоторое время растеряться. Знаете, до Олимпиады 1984 года в Лос-Анджелесе Олимпийские игры были в основном мероприятием, приносящим убытки, и принимающие страны рассматривали их скорее как «имиджевый проект». Только в 1984 году Лос-Анджелес творчески предложил новую идею «Олимпийские игры ради Олимпийских игр», получив прибыль в 250 миллионов долларов, показав миру новую концепцию спортивной индустрии.

Вначале Янник даже хотел отказаться от права проведения игр и передать его другим странам.

Но он не мог спокойно смотреть на то, как галльский цыпленок так подпрыгивает и старается отменить игры в Берлине, и в конце концов решил продолжать проводить это мероприятие.

Чтобы не потерять деньги, он изрядно поломал голову. Во-первых, был построен новый стадион вместимостью 100 000 человек, а внутреннее и внешнее убранство было великолепным. Зона для сидения была разделена на несколько классов, лучшая зона VVIP, конечно же, была зарезервирована для глав государств и высокопоставленных лиц, и взимать плату за вход было невозможно.

Следующая VIP-зона зарезервирована для богатых и состоятельных, цена билета стоит две месячные зарплаты обычных рабочих, это еще начальные или предварительные билеты, билеты на популярные мероприятия и финальные билеты стоят почти полгода или больше.

Поскольку они богаты, их не волнует «маленькая» плата за билет. В конце концов, надписи «VIP» на названии места для сидения достаточно, чтобы показать их престижный статус, не говоря уже о том, что обслуживание здесь определенно стоит дорогой цены билета.

Затем есть зона премиум-бизнеса, предназначенная для элиты, которая не богата, но все же является верхушкой общества. Конечно, цены на билеты могут их немного огорчить.

После этого была зона общих деловых мест, общая секция и так далее.

Затем он обратился с призывом к спонсорам к нации и миру. Поскольку олимпийский комитет всегда старался предотвратить чрезмерную коммерциализацию олимпиады, нехорошо, что Янник нагло размещает рекламу на объектах, но ведь олимпийский комитет не может вмешиваться в размещение на объектах предметов с их собственными логотипами, верно?

Он приступил к выпуску олимпийских талисманов, памятных монет, открыток, марок и так далее. Торговцы и магазины на улицах Берлина продавали все безделушки и игрушки, связанные с Олимпиадой.

Янник даже снял фильм под названием «Берлинские каникулы».

Поскольку «ангелу» Хепбёрн сейчас всего семь лет, было невозможно назначить ее на главную роль. Но была и настоящая принцесса, принцесса Италии Сильвия.

На самом деле Янник даже и не знает что делать с этой девочкой. Она прожила здесь столько дней и похоже, не собирается возвращаться в свою страну.

Правда, жить во дворце удобно, и, как говорится, золотое гнездо лучше собственной конуры. Не говоря уже о том, что она тоже принцесса и живет во дворце.

Как бы то ни было, Янник заговорил с Сильвией о снятии фильма с её участием. Узнав, что она будет играть главную роль в фильме, Сильвия согласилась с волнительным выражением лица.

Но когда Янник сказал, что хочет сам играть главную мужскую роль, он встретил единодушное сопротивление со стороны окружающих его людей. В конце концов, он был кронпринцем Германии, будущим императором империи, и для такой почетной персоны было неприлично сниматься в каком-то кино!

Но Янник сказал всем, кто был против, чтобы они проваливали и не мешали ему, и поскольку он будущий император, он, естественно, может делать все, что захочет. И почему бы не создать у окружающих стран впечатление, что он, наследный принц, не справляется со своими обязанностями?

Оригинальный сюжет «Римских каникул» был достаточно прост, а поскольку Янник смотрел фильм несколько раз, он знал каждый кадр и каждую секунду фильма наизусть, поэтому он «написал» сценарий за одну ночь и приступил к съемкам на следующий день.

Основные сцены разворачивались в скоро строящемся парке развлечений после экскурсии по достопримечательностям и звукам Берлина. Хотя Уолт Дисней основал компанию в 1923 году, тематический парк Диснея будет открыт лишь 20 лет спустя.

Янник без проблем забрал себе всех классических персонажей Диснея, которые еще не были выпущены, в истинном духе поговорки «идти по пути других и не оставить им прохода».

В любом случае, выход «Берлинских каникул» создал зрелище, когда миллион человек стекались в кинотеатры, в результате чего спрос на билеты превысил предложение.

В конце концов, для обычного человека одно только имя наследных принца и принцессы уже стоило цены за вход. И такая история любви пришлась по вкусу людям, а сюжет фильма получил восторженные отзывы зрителей.

А ранее невиданный тематический парк в Берлине стал самым желанным местом отдыха, привлекая к себе большое количество туристов из всех уголков страны и даже мира.

В конечном счете, старания галльских цыплят оказались напрасными, и хотя Берлинские игры встретили сильную оппозицию в мире, это не изменило решение «МОК». Берлинские игры прошли, как и было запланировано. Германия даже выиграла право на проведение зимних игр, что стало первым случаем в истории Олимпийских игр, когда летние и зимние игры проводились в одной стране.

В общей сложности в соревнованиях приняли участие более 4 000 спортсменов из 49 стран. На церемонии открытия присутствовали король Болгарии, принц Италии, принц Греции, принц Швеции и другие высокопоставленные лица.

По сравнению с предыдущими Олимпийскими играми, церемония открытия этой олимпиады была блестящей и зрелищной.

На этих Олимпийских играх решили восстановить старую систему древних игр. Во время игр, от даты открытия до церемонии закрытия, на главном поле горит Олимпийский огонь. Также было оговорено, что огонь должен был прибыть из Олимпии и принять форму факельной эстафеты от Олимпии до принимающей страны.

20 июля перед Олимпийскими играми этого года в Олимпии состоялась грандиозная церемония зажжения факела, на которой 12 девушек, одетых в греческие национальные костюмы, зажгли пламя с помощью выпуклой линзы и солнечного света под музыкальное сопровождение.

Затем пламя было доставлено на парусной лодке в гавань Киля, место проведения парусных соревнований 2 августа и зажжено во второй половине дня 3-го числа. Зажжение олимпийского огня является неотъемлемой частью церемонии открытия каждых Олимпийских игр, начиная с нынешних.

Впервые Берлинские игры транслировались на весь мир по телевидению. 25 больших экранов были установлены по всему Берлину, чтобы местные жители могли бесплатно смотреть их. Эти решения, несомненно, были положительно восприняты публикой и дали возможность занятым людям расслабиться и посмотреть на событие, на которое они обычно не успевают прийти вовремя.

Стадион на 100 000 человек был переполнен.

Немецкая толпа на трибунах разразилась бурным и единым цунами приветствий, когда большой парадный автобус, в котором ехал Янник, появился у входа на стадион, испугав многих иностранцев вокруг.

«Безумие!» — всем пришло на ум одно и то же слово, чтобы описать толпу немцев вокруг них.

«Р-р-р», — в этот момент с неба над головой донесся рев двигателей, и три легкомоторных самолета пронеслись мимо стадиона, выпустив три длинные полосы цветного дыма черного, красного и желтого цветов – цветов немецкого флага.

В начале девятнадцатого века германский регион представлял собой лишь свободную конфедерацию множества мелких государств, без единого и полноценного государства. После поражения Наполеона германское единство начало расти, и группа студентов, «Rützschau Freikorps», активно действовала в стране, носила форму с черными плащами, красными погонами и золотыми пуговицами и агитировала других за единство, что впоследствии стало символическими цветами движения за национальное объединение, а также флагом, который стал национальным флагом.

Когда шло движение за объединение Германии, один поэт так прокомментировал это трио: «Черный цвет представляет собой настроение гнева, красный – дух стремления к свободе, а желтый – свет идеалов и истины», — В настоящее время трактуется, что черный цвет символизирует трудолюбие и силу, красный – национальный энтузиазм, а золотой – важность чести.

Направляемый парадом разноцветных машин, главный автомобиль медленно проделал путь к центру стадиона, и на этом автомобиле стоял Янник, не надменно одетый в форму немецкой армии, как Гитлер в его оригинальном мире, а в прекрасном халате, с мягкой улыбкой на лице и поднятой рукой в приветствии.

Когда Янник открыл игры, зазвонил колокол на часовой башне, и над стадионом медленно пролетел «Гинденбург» с гигантскими олимпийскими кольцами на боку и флагом «МОК».

Затем немецкий штангист Исмаэль стал читать олимпийскую клятву. Знаменитый музыкант Штраус также принял участие в церемонии открытия, дирижируя огромным оркестром из 5 000 певцов, исполняя олимпийский гимн и олимпийское песнопение.

Перед окончанием церемонии открытия на сцену вышел Луис, победитель марафона на первых современных Олимпийских играх в 1896 году.

63-летний спортсмен, одетый в греческий национальный костюм и держащий в руках оливковую ветвь, взятую с горы Олимп, подошел к Яннику и сказал с безошибочной торжественностью: «Я даю вам эту оливковую ветвь, которая является символом доброжелательности и мира. Мы надеемся, что народы на всей земле всегда будут участвовать в этом мирном соревновании».

«…» — хах, Надежда хороша, но реальность сурова! И скоро вы узнаете, насколько суровой может быть реальность! Подумал Янник, но с такой же торжественностью взял оливковую ветвь и громко сказал в микрофон: «Германия жаждет мира, пусть весь мир отныне греется в мире, а мы клянемся всегда хранить мир и не ввязываться в войну!»

Его слова в этот момент тронули почти весь мир, и вся немецкая публика встала и скандировала: «Да здравствует Гогенцоллерн!»

Затем спортсмены от каждой страны начали выходить, а люди в зале благословляли команды своей страны, и на этой Олимпиаде Германия прислала самую большую команду с 406 спортсменами, и в отличие от прошлого мира, в немецкой делегации было более дюжины евреев.

Говоря о евреях, на следующий день после того, как старейшины уехали, Блум нанес еще один визит и заявил, что они будут полностью поддерживать дело Янника.

Обе стороны сразу же согласились, и старейшина Блум немедленно достал огромную сумму денег, от которой у Янника отпала челюсть, и заставила его задуматься, сколько же на самом деле денег у этих евреев.

После полумесяца ожесточенных боев все золотые медали были взяты: Германия заняла первое место с 33 золотыми медалями, США – второе место с 22, а Венгрия – третье место с 10.

Дополнительным преимуществом Олимпийских игр было то, что они были организованы с беспрецедентным успехом, создавая дымовую завесу мира для подготовки Германии к мировой войне и объективно ведя миролюбивую пропаганду от имени Германии. Это заставило Британию и Францию ослабить бдительность в отношении Германии, Лондон и Париж в целом считали, что у Германии нет военных намерений, и даже предыдущее вторжение в Рейнскую область не насторожило их.

Что касается поддержки Германией гражданской войны в Испании, то они были только рады видеть Германию против Советского Союза.

Гражданская война в Испании достигла своего апогея как раз в то время, когда в Берлине полным ходом шли Олимпийские игры.

До начала гражданской войны испанские военно-воздушные силы были еще слабы. У них имелось всего 40 истребителей «Nid-52 Newport de Lage», 60 бипланов-разведчиков «Breguet-19» и 20 торпедоносцев. Самолеты были старыми и устаревшими, особенно бомбардировщики, скорость которых составляла всего 120 километров в час, а бомбовая нагрузка – 80 килограммов, и на борту был только один пулемет. Истребители также были в основном времен Первой мировой войны. Только три недавно приобретенных истребителя «Fury» были самыми современными.

Большинство испанских самолетов находились в руках правительственных войск в начале войны и были эффективны в начальных операциях по борьбе с повстанцами, дополняя наземные операции. Однако через 10 дней после начала войны Германия и Италия начали вмешиваться во внутренние дела Испании и предоставили Франко большое количество оружия и оборудования. Среди них были 32 бомбардировочных транспорта «Junkers Ju-52», предоставленных Германией, и 12 бомбардировщиков «SM-81» и 25 бипланов-истребителей «CR32» и пилотов-добровольцев, присланных Италией.

Вскоре после начала войны воюющие стороны впервые вступили в борьбу между воздушными и контр-воздушными десантами. Правительственные ВВС еще не получили значительной иностранной помощи, и их ограниченное количество самолетов использовалось почти исключительно для перехвата вражеских транспортов, в дополнение к поддержке наземных операций.

8 августа разведка сообщила, что еще десятки вражеских транспортов перевозили войска в Испанию без сопровождения. Правительственные силы немедленно направили 28 истребителей «Nid-52» для их перехвата.

Вскоре группа «Bf 109» заметила яркие точки в воздушном пространстве впереди, и эти яркие точки становились все больше и больше!

Командир группы «Bf 109» отдал приказ в рацию: «Впереди замечены вражеские самолеты, приготовиться к атаке!»

Этот истребитель «Nid-52» был создан во время последней великой войны, и пилотам приходилось сидеть в открытых кабинах, в толстых летных куртках и толстых летных фуражках. Даже радио было установлено совсем недавно с помощью Франции, и к этому времени они еще не были полностью с ним знакомы.

Как раз в тот момент, когда они собирались ускориться, чтобы начать атаку, сверху на них обрушился шквал пуль, мгновенно поразивший шесть «Nid-52», двое из которых даже пролетели прямо по воздуху.

Рация группы «Nid-52» мгновенно взорвалась: «Что происходит?!»

«Это вражеская атака!»

«Где враг?!»

«Враг над нами!»

Капитан резко поднял голову и увидел шесть стройных монопланов, которых он никогда раньше не видел, проносящихся вниз с высоты с неслыханной и невиданной скоростью! Такой молниеносной скорости они не могли надеяться достичь на бипланах, на которых они летали!

«Быстро!» — рока он с трепетом наблюдал, шесть истребителей с желтыми носами снова извергли языки огня, легко сбив шесть «Nid-52».

Наблюдая за тем, как шесть истребителей поднимаются с невероятной скоростью, капитан принял решение в доли секунды и крикнул в рацию: «Эвакуируйтесь! Это новые самолёты противника! Мы им не ровня! Немедленно эвакуируйтесь!» — просто глядя на ужасающую скорость подъема и пикирования другой стороны, он знал, что бипланы, на которых летали его солдаты совсем не подходят для равной битвы, и что, оставаясь здесь, можно только быть убитыми!

Из 28 бойцов погибли шестеро, хотя его сердце замирало, капитан не был безрассудным человеком и не стал мстить.

К сожалению, эвакуироваться было нелегко.

Летающие во всех направлениях «Nid-52» были легко настигнуты этими истребителями, и они один за другим они загорались в воздухе и падали вниз!

Сердце капитана обливалось кровью, когда он слышал крики о помощи и вопли, доносившиеся из радио.

Но прежде чем он успел почтить их память минутой молчания, он услышал резкий треск сзади.

Бах! Бах! Бах!

Мгновенно в крыле его биплана появилось несколько дыр!

Капитан подсознательно потянул за рычаг, пытаясь увернуться, но деревянное крыло с хрустом сломалось на две части!

Важно знать, что верхние и нижние крылья биплана были соединены раскосами и натяжными тросами, образуя несущее целое, формируя пространственную ферменную конструкцию. Теперь, когда часть крыла сломалась, весь самолет мгновенно потерял равновесие и закрутился вниз.

«Черт!» — капитан яростно ругался и сильно дергал за рычаг, пытаясь вернуть самолету равновесие, но как бы он ни старался, неуправляемый самолет просто не слушался его и падал все быстрее и быстрее.

Видя, что он вот-вот потеряет свой лучший шанс выпрыгнуть, он мог только беспомощно вылезти из кабины, выпрыгнуть из самолета и вытянуть парашют.

Покачиваясь в воздухе и приземляясь, он увидел, что ни одного самолета его отряде не осталось.

Потери всех 28 правительственных истребителей «Nid-52» в этом бою были настолько тяжелыми, что правительственные силы были вынуждены приостановить крупномасштабные операции по перехвату в пользу одиночных или двойных самолетов в небольших формациях, только для того, чтобы быть аналогичным образом уничтоженными истребителями сопровождения.

Немецкая и итальянская авиация, помогавшая Франко, сразу же изменила сравнение между количеством и качеством двух воздушных сил, когда они были введены в бой. В ходе двух воздушных боев испанская правительственная авиация понесла тяжелые потери, силы Франко захватили контроль над воздушным пространством на нескольких важных направлениях, и при содействии воздушной мощи наземные силы усилили свои атаки, оставив правительственные войска в шатком положении. Пытаясь заручиться международной поддержкой и помощью, испанское правительство обратилось к миру за помощью против вооруженной интервенции Германии и Италии.

Первым щедро откликнулось французское правительство, пообещав помочь испанскому правительству 50 бомбардировщиками «Поттс-54». Советскому Союзу было предложено направить в Испанию добровольческие силы военных советников, летчиков, танкистов, моряков и других специалистов и последовательно поставить большое количество самых современных советских бомбардировщиков «СБ-2», разведывательных бомбардировщиков «П-5 »и истребителей «И-15» и «И-16». Согласно статистике, в течение следующих двух с половиной лет Советский Союз поставил Испании 1 409 самолетов, 400 танков и тысячи артиллерийских орудий. Кроме того, 4,2 миллиона добровольцев из 54 других стран прибыли в Испанию, чтобы принять участие в войне.

Эта ситуация заставила немцев и итальянцев увеличить мощь своих сил вмешательства. В то время как немецкий легион «Кондор» был расширен до 10 000 человек, был сформирован новый итальянский авиационный корпус для участия в гражданской войне в Испании. Несколько эскадрилий истребителей, бомбардировщиков, штурмовиков и разведчиков также были переданы под командование армии Франко. За первые два года войны Германия и Италия поставили Франко 1 650 самолетов, 1 150 танков и почти 3 000 артиллерийских орудий.

В первые несколько месяцев вмешательства Германии в Гражданскую войну в Испании в оригинальный период времени Янника немецкие пилоты лишь изредка принимали участие в войне без официального разрешения военных. Франко также был поставлен не самый передовой бипланный истребитель «He-51» (который все же был несколько более совершенным, чем бипланы других стран).

Но в отличие от прошлого мира Янника, хотя и было послано несколько истребителей, на всех них во время войны влетали немецкие пилоты, а в отряде «bf109», сбившем 28 истребителей «Nid-52», были не кто иные, как немецкие летчики.

«Бах, осторожно, они стреляют!» — Фрэнк крикнул, предупреждая своего товарища.

«Черт! Черт!» — через гарнитуру доносились несколько однобокие ругательства Баха: «У этих животных нет рыцарской чести!»

Как уже упоминалось ранее, испанские правительственные силы понесли тяжелые потери после того, как немецкая и итальянская авиация, помогавшая силам Франко, вступила в бой, силы Франко захватили контроль над воздушным пространством на нескольких важных направлениях, и при содействии воздушной мощи наземные силы усилили свои атаки, и правительственные силы оказались в шатком положении.

«И-15» и «И-16», посланные советами, вскоре вступили в бой с «Bf109», но советы проиграли в сухую.

В результате после нескольких проигранных воздушных боев они начали действовать хитро и стали играть в тактику засад.

И сегодня Фрэнк и Бах попали под перекрестный огонь: сначала они получили сообщение о двух старых бипланах, совершающих атаки на наземные цели армии Франко, а по прибытии столкнулись с четырьмя «И-16».

Услышав эту тираду от него, Фрэнк издал беспомощный, горький смешок. Он раньше слышал, что Бах происходил от какой-то мелкой дворянской семьи, и, похоже, это правда.

К сожалению, мальчик был немного наивен, не зная, что рыцарство не соблюдается в настоящих войнах, и только победа в войнах дает право говорить о рыцарстве. Кроме того, нынешний Советский Союз – это не Российская империя, и боюсь, что дворян Российской империи давно вычистили.

Мысленно бормоча, Фрэнк взглянул на свой альтиметр и начал пикировать вниз. Без его помощи Бах оказался бы в смертельной опасности.

Через мгновение после пикирования он увидел через не очень широко открытое пуленепробиваемое стекло лобового стекла, что Бах перешел в парящий режим (Благодаря вниманию Янника немецкие техники фактически овладели технологией выдувания каплевидной крышки кабины в форму (bubble cockpit). Но потом выяснилось, что у этой технологии есть два недостатка. Первая – её нелегко обрабатывать, вторая – её высокая стоимость. В Британской Империи или Соединённых Штатов Америки могут позволить себе такое, но Германия не может. Поэтому те кому не заменили стекло должны были продолжать использовать прямое пуленепробиваемое стекло, которое было просто изготовить и легко заменить).

Истребитель Баха стремительно набирал высоту, зная, что превосходные скоростные характеристики «Bf109» могут превзойти большинство противников, и что выйти из боя под прикрытием этого технического маневра обычно не составляет проблем.

Фрэнк закрепился за вражеским самолетом, который следовал за набирающим высоту Бахом.

«И-16» – советский истребитель, разработанный в начале 1930-х годов. Это был первый в мире истребитель, в котором использовались как убирающееся шасси, так и консольный нижний моноплан, а также конструкция винта изменяемого шага. Его появление подстегнуло волну разработок новых истребителей в разных странах.

К сожалению, советские ВВС, которые были на шаг впереди конкурентов, начали спорить о превосходстве бипланов и монопланов, поскольку биплан был более медленным истребителем с лучшими боевыми характеристиками, а моноплан – наоборот, и в итоге решили разработать два варианта – «И-15» (биплан) и «И-16» (моноплан). Если бы они сконцентрировались на разработке монопланов, боюсь, что впоследствии они не потерпели бы столь серьезного поражения в начале войны.

«И-16» представлял собой изменение концепции воздушного боя в период между войнами. Концепция конструкции «И-16» заключалась в использовании двигателя большой мощности в небольшом фюзеляже, низкопланной деревянной жесткой конструкции с коротким цилиндрическим фюзеляжем из деревянной фанеры, передними и задними балками крыла из стальных труб, передней обшивкой и ребрами из алюминиевого сплава и полотняными задними крыльями, открытой кабиной и убирающимся задним трехстоечным шасси. Шасси оставалось на усмотрение пилота.

Пилоту нужно было 44 раза прокрутить рукоятку, чтобы шасси поднялось встав в полость на крыле. При посадке шасси опускались под действием центра тяжести, отпуская рукоятку, но пилот должен был быть осторожен, чтобы не получить удар по руке вращающейся рукояткой. Был случай, когда вращающаяся рукоятка сломала руку пилоту.

Интересно, что «И-16» имел первую бронированную кабину (пуленепробиваемый стальной лист за сиденьем), и первоначально кабина была закрыта, но поскольку пилот привык к открытой кабине, а у «И-16» была слепая зона в задней части кабины (нужно было высунуть голову, чтобы увидеть противника сзади), крышка кабины была снята, и кабина стала открытой.

Пилоты в гражданской войне в Испании того периода все еще находились под тактическим руководством опыта Первой мировой войны. А в немецких и итальянских ВВС все еще доминировали бипланы, включая немецкие «He51» и итальянские «CR.32», поэтому поначалу «И-16» показали блестящие результаты и неожиданно вывели Советский Союз в статус передовой авиационной державы.

Но теперь, под руководством Янника, Германия даже не беспокоилась об этих бесполезных бипланах, а только о передовых «Bf109».

Получив преимущество за счет пикирования, Фрэнк с большой скоростью приблизился к «И-16», на который он нацелился.

Крылья «Bf109» рассекли воздух и обрушились на цель, словно молния.

Фрэнк передернул рычаг пулемета. Фюзеляж истребителя «Bf109» слегка вздрогнул, когда четыре 7,62-мм пулемета на крыльях одновременно выпустили длинные языки огня.

Что касается шахтных и носовых пулеметов «Bf109» в оригинальное время, то они были просто устранены Янником.

В более поздние времена говорили, что «Bf109» постепенно отставал от «Спитфайра», начиная с модели «f«, из-за тяги двигателя, который, в свою очередь, тянул вниз шахтную пушку.

Янник не знал, правда ли это утверждение, но он знал, что из-за наличия этой шахтной пушки, она не полностью отделяла двигатель от кабины. Для размещения некоторых вспомогательных компонентов, например, ствола шахтной пушки с лепестковой втулкой на «Bf109F», надо было сделать так, чтобы он мог выдвигаться в кабину пилота тем самыми теряя изоляцию кабины от двигателя. Таким образом, если двигатель был поврежден и масло вытекло в кабину, то пилот мог сгореть заживо.

Пуля за пулей вылетала из горячего ствола, трассирующие снаряды, казалось, хлестали вражеский самолет с такой же точностью, как кнут. Боеголовки из твердого металла легко врезались в обшивку, разбивали деревянные панели внутри, а также металлический каркас, и наконец , вылетали из фюзеляжа с другой стороны.

Неудачливый «И-16» был прошит пулями, самолёт начал терять свою скорость и рухнул вниз, было видно, как пилота внутри подбрасывает центробежной силой, и казалось, никого не волнует, мертв он или нет.

Фрэнк сильно потянул за ручку управления, и самолет начал набирать высоту.

Легко сбив «И-16», Фрэнк маневрировал истребителем и начал набирать высоту, готовясь подняться на более высокую позицию для атаки.

«Фрэнк, у тебя двое на хвосте!» — Бах крикнул по радио, предупреждая его.

Из-за ужасных возможностей заднего обзора «Bf109», Фрэнк даже не потрудился повернуться, чтобы проверить, правда ли это. Но слова Баха заставили его насторожиться. Только двое? Их ведь было четверо, одного он сбил, а куда делся оставшийся?

«Бах, будь осторожен, есть еще один, который может следовать за тобой!» — предупредил Фрэнк.

От перегрузки при подъеме самолета его тело прижалось к сиденью, но он все еще мог ловко управлять рулём самолета в своей руке, что придавало ему огромную уверенность.

«Тогда я начну пикировать и уничтожу вражеские самолёты позади тебя, а в процессе избавлюсь от того, что позади меня!» — Бах крикнул в ответ.

«Без проблем», — не успели слова вылететь из его рта, как Бах пронесся вниз с небольшого расстояния, но Фрэнк не увидел второй «И-16», который должен был следовать за Бахом.

«Что?!» — прежде чем он успел понять, что происходит, гарнитура взорвалась смехом: «Вахаха, я поймал его!» — волнение Баха было слышно в его тоне, ведь его радовал тот факт, что он добился успеха в своем первом бою.

Слушая по радио взволнованные крики Баха, Фрэнк оглядывался по сторонам в поисках исчезнувшего «И-16»: «Поднимайся, Бах! Я не вижу второй «И-16». Возможно, он где-то прячется, готовя подлую атаку. Поднимись на высоту пять тысяч пятьсот метров», — у «И-16» была открытая кабина, поэтому ему было бы трудно подняться так высоко.

«Принято. Там есть еще один «И-16», который собирается сбежать», — доложил Бах.

Собирается сбежать? Фрэнк не мог не усмехнуться, этот парень был вполне самосознательным, он знал, что 2 против 1 – это совсем не то, с чем он справится, и поэтому он просто сбежал: «Я позабочусь о нем, а ты стой на страже на большой высоте».

Сказав это, он развернул свой самолет, чтобы преследовать убегающий «И-16».

Вскоре он увидел свою жертву. Парень, казалось, был напуган до смерти, не делая даже элементарных маневров уклонения.

К сожалению, «Bf109» мог лететь гораздо быстрее, чем «И-16», так что как он не мог спастись.

Фрэнк продолжал преследование, пока не достиг предельного расстояния, после чего нажал на рычаг пулемета. Пули из четырех пулеметов стреляли в «И-16» почти без промаха, и Фрэнк даже увидел кровь, взлетающую из кабины другого борта – и судя по количеству крови, пилот был мертв.

В следующее мгновение «И-16» взорвался, превратившись в шар фейерверка, в результате чего куски самолета разлетелись по воздуху.

Фрэнк мгновенно покрылся холодным потом и резко дернул руль в другую сторону, уклоняясь в сторону от обломка крыла, который летел в него.

С искренним вздохом облегчения, он спросил: «Бах, где ты? Ты нашел этот самолёт?».

Бах отозвался: «Я над тобой, и я не вижу вражеского самолета. Возможно, он уже давно улетел».

Давно улетел? Что за кучка трусов. Презрительно скривившись, Фрэнк увидел, что на указателе топлива осталось совсем немного, и приготовился к возвращению: «Старая Птица 5 – командной башне», — Фрэнк присоединился к Баху и еще раз облетел поле боя, убедившись, что нет никаких признаков вражеского самолета, прежде чем связаться с командованием тыла: «Район очищен от вражеских самолетов. Тут была еще одна засада, предупредите другие отряды, чтобы они остерегались этих ловушек. Мы сбили три «И-16», а один ушел», — что касается двух старых бипланов, служивших приманкой, то они уже давно скрылись.

«Старая Птица 5, вы можете вернуться», — после одобрения обратного рейса, диспетчер сказал: «Фрэнк, ты сбил еще двоих? Уже девять, не так ли? Ты не дотянул до десяти и не стал асом, так как упустил одного, но это все равно впечатляет».

Авиационную академию называли птичьим гнездом, а ее курсантов – птичьи яйца. После окончания школы их называют птенцами. Тех, кто сбил более одного, называют новичками, тех, кто сбил более пяти, называют ветеранами и тех кто сбил более десяти – пилоты-асы. Двадцать и более – это двойной козырь, а 50 и более – супер-козырь. Что касается такого монстра-аса, как Хартман, Янник пока не думал о том, какое классное имя ему следует использовать.

Улыбка появилась в уголке рта Фрэнка: «Это зависит от удачи», — все зависело от удачи, как и в случае с «И-16», который только что сбежал, если бы этот парень не сбежал, то была бы большая вероятность, что сегодня он был бы летчиком-асом.

Но это было лишь небольшое сожаление, а не сварливая истерика или тирада. В конце концов, эти негативные эмоции могут стать роковой слабостью в пылу воздушного боя. А преподаватель курса здоровья, который они посещали, упоминал, что негативные эмоции могут проходить через интеграцию и передачу информации в мозге, вызывая нейроэндокринные изменения, которые могут привести к неврологической дисфункции и гормональным нарушениям, что может повлиять на все системы организма. Все эти годы тренировок давно научили его тому, что нужно делать, чтобы усмирить свои эмоции.

Фрэнк и Бах вернулись в аэропорт и приземлились на взлетной полосе в тот момент, когда наземные бригады навалились на самолет, чтобы установить лестницы для проверки двигателей и заправки самолета боеприпасами.

На этой взлетно-посадочной полосе было всего десять самолётов «Bf109», но тридцать пилотов. В сочетании с тем, что каждый пилот был ограничен топливным запасом не более чем на два часа полета, эти самолеты должны были находиться в воздухе в среднем четыре или пять раз в день, что требовало быстрых усилий авиамехаников по ремонту, заправке и перезагрузке самолетов.

Выйдя из самолета и поприветствовав наземную команду, когда они покидали взлетно-посадочную полосу, Фрэнк увидел неподалеку еще несколько незнакомых самолетов.

Не только незнакомые, но и уродливые – Фрэнк впервые видел такой уродливый на вид самолет. Огромные толстые перевернутые крылья в форме чайки, такие же огромные фиксированные шасси и обтекатели колес, возвышающаяся кабина и высокий вертикальный хвост, и особенно массивный радиатор двигателя, который снаружи выглядел как ванна – он бы умер, если бы ему предложили сесть в одну из этих штук!

«Что это за уродливые ублюдки?» — он остановил члена наземного экипажа и показал на уродливые самолеты.

«Это «Ju-87», пикирующий бомбардировщик», — наземный экипаж проболтался в ответ: «Их развернули около часа назад, и они надолго здесь. Не волнуйтесь, они часть наземного полета, они отвечают только за наземные атаки, и они не будут отбирать у вас работу».

«Это хорошо», — Фрэнк улыбнулся, вернулся в свою комнату в общежитии и с пыхтением улегся на кровать.

На следующий день, перед рассветом, Фрэнк и другие пилоты-истребители получили новое задание – сопровождать пикирующие бомбардировщики «Ju-87» для бомбардировки контролируемого правительством Меркадаля. Изначально это был обычный, ничем не примечательный городок в Испании, но здесь находился военный аэродром, на котором размещался авиаполк, поддерживаемый из Советского Союза. Вражеские самолеты, которые время от времени наносили удары из засады по Люфтваффе, в основном взлетали оттуда.

Хотя потерь не было, было неприятно отбиваться от вражеских самолётов один за другим, и однажды это могло обернуться катастрофой. Поэтому было решено уничтожить аэродром, чтобы преподать урок испанским правительственным войскам и тем, кто их поддерживает.

После завтрака летный состав вышел на подготовку к атаке.

«Формирование «Штука» 1 готово к взлету», — Эдельман, сидящий в «Ju-87», доложил диспетчеру.

Формирование из трех самолетов было самой основной единицей в составе немецких сухопутных пикирующих бомбардировщиков. 4-5 формирований из трех самолетов составляли эскадрилью, обычно оснащенную 12-16 самолетами и укомплектованную 20-25 пилотами и соответствующими наземными экипажами. Бригада состояла из 3-4 эскадрилий плюс 1 бригадная секция.

К этому времени двигатель «Ju-87» с жидкостным охлаждением «V-12» в двигателе «Штуки» с ревом запускался.

«Формирование «Штука» 1, можете взлетать», — с разрешения Эдельман довел рычаг дроссельной заслонки до максимума. Двигатели ревели и взорвались мощностью 1000 лошадиных сил, пропеллеры быстро завращались, и «Штука» ускользила вперед по взлетной полосе.

Потянув за рычаг, бомбардировщик «Штука» несколько неуклюже оторвался от земли, и хотя он обладал немалой мощностью в 1000 лошадиных сил, для корпуса весом в пять с лишним тонн у него было не так уж много сил.

Под руководством Янника бомбардировщик «Штука» отказался от более посредственной ранней версии «Ju-87A» и поступил на вооружение сразу со зрелой версии – «Ju-87B». Одна авиабомба SC250250 кг устанавливалась стандартно, а меньшая авиабомба SC5050 кг под крылом насчитывала четыре. Иногда возможна конфигурация только с одним SC500500 кг. (Если бы был только один пилот, нагрузка могла бы достигать одной тонны)

К тому времени, когда «Ju-87D» был окончательно оснащен двигателями мощностью более одной тысячи четыреста лошадиных сил, максимальный вес бомбы был увеличен до 1800 кг, что говорит о превосходной конструкции этого самолета.

Первый строй «Штук» поднялся в воздух, за ним последовал второй строй, а за ним десять «Bf109».

После взлета оба соединения «Штук» не продолжали набирать высоту, а летели вперед на высоте нескольких сотен метров. Этот тип полета на сверхмалой высоте был специализацией «Штук», и этот тип бомбометания для нанесения внезапного удара по врагу никогда не выходил из моды вплоть до более поздних времен.

Однако последние взлетевшие «Bf109» начали набирать высоту, вплоть до 5 000 метров.

В конце концов, бомбардировщики могли летать на сверхнизких высотах, а истребители – нет, и сопровождение истребителей, наоборот, было более уместным на большой высоте, чтобы в случае обнаружения ситуации они всегда могли спуститься с большой высоты и оказать поддержку!

Вскоре после того, как строй отправился в путь, Эдельман столкнулся с проблемой: «Птенец-2, Птенец-2, оставайся в строю, ты летишь слишком быстро», — Эдельман повернул голову, чтобы холодно посмотреть на ведомого, который находился слева от него.

Этот свежевыпущенный новичок казался слишком энергичным и даже немного неуправляемым. Даже если Эдельман постоянно следил за ним, он все равно мог устроить беспорядок прямо у него под носом. Если бы не тот факт, что пилоты были невероятно ценным ресурсом страны, он бы хотел выгнать этого парня обратно на его ферму.

Почувствовав ледяной взгляд Эдельмана или услышав недовольство в его словах, он немедленно замедлил ход и вернулся на свое место в строю.

С такими предупреждениями, раздававшимися время от времени по пути, Эдельман наконец дождался контакта с формацией «Bf109» высоко в небе: «У нас в поле зрения Мекадар, хорошая видимость, вражеских самолетов в воздухе нет».

«Хорошо, формированиe «Штука», начать набор высоты и начать пикирующее бомбометание по намеченной цели!» — Эдельман отдал приказ по радио, потянув за рычаг, чтобы управлять самолетом, когда он поднимался вверх.

Винты на передней части бомбардировщика «Штука» вращались на максимальных оборотах и несколько медленно начали набирать высоту.

Если бы летчикам-истребителям дали задание управлять таким медленным самолетом, они, вероятно, сошли бы с ума на месте. Хорошо то, что для профессионального пикирующего бомбардировщика скорость и высота не являются особенно важными характеристиками; продольная устойчивость в пикировании и прочность планера – вот о чем нужно заботиться. Так что пилотам пикирующих бомбардировщиков все равно нравился бомбардировщик.

Также неясно, насколько немецкие авиаконструкторы были мозговитыми, поскольку этот самолет был удивительно стабилен в пикировании. Такая устойчивость была обусловлена двумя огромными фиксированными шасси и огромными пластинами замедления пикирования под крыльями, также известными как «аэротормоза».

Огромное шасси является эквивалентом двух вертикальных стабилизирующих поверхностей в пикировании, а пластины пикирующего шасси делают этот эффект еще более выраженным. Однако это вызвало еще одну проблему: продольная устойчивость «Штуки» была слишком хорошей, настолько, что было очень трудно совершить внезапный маневр, который часто был самым распространенным способом избежать атак истребителей противника.

Прочный фюзеляж «Штуки» позволял ему выдерживать скручивающие усилия, немыслимые для других самолетов, что давало ему возможность выходить из пикирования сразу после скоростного пикирования, при котором фюзеляж должен был выдерживать давление не менее шести G, и обычный истребитель мог быть разнесен в щепки еще до того, как он достигнет половины пути процесса выхода из пикирования.

Эти замечательные свойства сделали этот пикирующий бомбардировщик заслуженно лучшей наземной силой поддержки в первые годы Второй мировой войны, а его появление вызвало коренные изменения в способе действий немецкой армии, при этом некоторые старые и давно применявшиеся методы ведения боя были отменены, а на основе схемы использования этого самолета была разработана новая тактика ближней воздушной поддержки.

К моменту начала войны разработка подобной тактики, созданной ВВС немецкой армии, значительно опередила их коллег в Европе. В частности, в Великобритании аналогичные доктрины были предложены в британской армии, когда немцы впервые создали эту тактику, но получили результат, противоположный немецкому. Из-за противодействия упрямых офицеров Британской империи, со временем даже небольшая репетиция этой тактики войсками была безжалостно пресечена, в результате чего британцы жестоко поплатились за свою недальновидность.

Конечно, это могло быть лучшей новостью для Янника и Германии.

Осенью было время сбора урожая, но сельскохозяйственные угодья Мекадара были бесплодны. Дело не в том, что земля не была плодородной – в эти неспокойные времена у кого бы хватило бы духу посеять зерно и ждать урожая? Система в Испании менялась на протяжении многих лет, сельскохозяйственные угодья были национализированы, фермерские земли были разделены между крестьянами, но никто не осмелился продолжать заниматься сельским хозяйством во время гражданской войны.

Сейчас на этой бесплодной земле уже давно отшлифованы и выровнены летные трассы, построены военные аэродромы и казармы.

В казарме в это время завтракали, атмосфера здесь была несколько гнетущей из-за дней фиаско воздушной войны, и все молча поглощали свою пищу.

Майор Алексей, отвечавший за эту базу, в это время совсем не имел аппетита. Он стоял перед окном вышки и задумчиво смотрел на полуразобранные «И-16» невдалеке, и не мог не покачать головой.

Эти истребители были доставлены только вчера вечером, чтобы пополнить истребители, потерянные за последние несколько дней. За это он получил выговор от своего начальства за плохое командование, приведшее к потере стольких ценных пилотов и истребителей. Если бы он не лгал о своем военном послужном списке, преувеличивая его, он бы уже сидел в тюрьме. И как только ложный отчет о военных действиях будет раскрыт, ему тоже пришлось бы несладко.

Германия была подавлена Версальским договором более десяти лет, и только в последние годы она начала разрабатывать истребители. Но истребители, выпущенные всего за несколько лет, смогли превзойти их самолёты по всем характеристикам.

Он вздохнул в отчаянии при мысли, что если бы он потерял даже эту партию бойцов, ему не пришлось бы возвращаться и отчитываться, а просто пустить себе пулю в лоб.

В это время инженеры и наземный персонал, закончившие свой завтрак, продолжали собирать боевые самолеты.

«Установите крылья!» — один из инженеров крикнул: «Фюзеляж был закреплён должным образом, осталось установить крылья!»

Несколько человек вместе подняли крылья и прикрепили их в нужных местах. Самолет, будучи в основном деревянным по конструкции, был довольно легким.

«У-у-у!»

В этот момент над базой раздался пронзительный вой сирены ПВО, и лицо майора Алексея перекосилось. Ведь вместе с сиреной он услышал вдалеке низкочастотный рев, знакомый всем рев, звук мощных двигателей и жужжание пропеллеров!

Это указывало на то, что вражеские самолеты были совсем рядом, и он не смог придумать ничего другого и закричал: «Залезайте в истребители, Зенитчикам занять позиции!» — аэродромы были ценными целями, и вокруг них были развернуты позиции зенитных орудий для предотвращения воздушных атак противника. Но поскольку с момента постройки аэродрома ни один вражеский самолет не налетал на него, люди немного расслабились, и в этот момент на позициях зенитчиков вообще не было дежурного персонала.

В казарме мгновенно воцарился хаос: пилоты быстро побежали к своим истребителям, а зенитчики так быстро, как только могли, побежали к позициям зенитных орудий.

********

«Внимание всем экипажам, приготовиться к атаке», — Эдельман, который к этому времени пролетал над аэродромом, спокойно отдал приказ.

Он методично провел последние приготовления, сначала установив закрылки в положение крейсерского полета, отрегулировав руль высоты и руль направления и переведя винты в положение крейсерского полета.

Затем он включил тумблеры питания на высотомере и установил высоту снижения, который был важным прибором, гарантирующий, что он сможет выйти из пикирования до набора опасной высоты, и рассчитывающий, когда самолет должен снизиться и успеть подняться. Высота снижения, которую Эдельман установил на высотомере, составляла пятьсот метров, это был предел, при котором самолет мог безопасно выйти из пикирования, если бы было меньше, пилоту было бы трудно быть уверенным, что он не ударится о землю до того, как поднимется.

«Птенец-2, установите высоту снижения на восемьсот метров!» — Эдельман специально проинструктировал неопытного новичка, опасаясь, что этот ничего не знающий парень задаст слишком низкую высоту снижения и врежется прямо в землю.

«Понял, сэр…», — громко ответил Птенец-2, хотя для ушей Эдельмана это прозвучало так, словно он все ещё немного не хотел этого делать. Эдельман не мог не думать про себя, что если этот парень посмеет опустить высоту снижения ниже восьмисот метров, он вернется и точно закроет его в камере.

Через иллюминатор самолета он мог видеть хаотичную, муравьиного размера толпу внизу.

Их главной целью были шесть позиций зенитных орудий, развернутых вокруг аэродрома.

«Начать атаку по назначенным целям!» — с криком Эдельман выпустил воздушный тормоз для пикирования, и нос самолета сильно опустился, так как «Штука» автоматически перешла в пикирование.

Система контроля безопасности полета была активирована механизмом и система выхода из пикирования была активна тоже, два маленьких красных маркированных элементов торчали из верхней поверхности крыла, механизм гидравлической помощи, который начнет работать в тот момент, когда самолет сбросит бомбы – он будет ограничивать угол наклона самолета при подъеме, избегая повреждения фюзеляжа из-за перегрузки тяжести, которую фюзеляж не мог выдержать из-за слишком крутого подъема или ухода.

Эдельман уверенно надавил на руль, и его глаза сканировали лобовое стекло справа от него, на котором был выгравирован ряд линий (Это полезный инструмент, помогающий пилоту оценить угол пикирования, каждая линия обозначала угол пикирования, начиная с 30 градусов и до 90 градусов, потому что угол пикирования, как пилот мысленно воспринимал его во время пикирования, был намного круче, чем фактический угол пикирования, который часто был раньше. Точность попадания снижалась из-за отсутствия угла пикирования, тогда как теперь можно было определить, под каким углом пикируют Штуки, просто посмотрев, какая линия параллельна земле).

Он собирался совершить пикирование под углом 80 градусов, что обеспечило бы точное попадание бомбы.

Его цель, 85-мм орудие в левом верхнем углу аэродрома, была окружена мешками с песком для укрытия, поэтому лучше всего было сбросить бомбы внутрь этого укрытия. К счастью, превосходные характеристики пикирования «Штуки» позволяли ей сбрасывать бомбы точно над головой цели.

Эдельман видел, как зенитчики на земле уже бежали к своим орудийным позициям, он даже видел, как операторы бешено крутили пушки, пытаясь поднять их, а грузчики уже распаковывали ящики с боеприпасами и заносили снаряды внутрь, готовясь запихнуть их в казённик.

Но Эдельман знал, что эти парни действуют слишком медленно.

Пневматические волынки, установленные на шасси, начали издавать душераздирающий вой, свидетельствующий о том, что скорость теперь превысила максимальную скорость в пикировании — ужасный вой, настолько отрывистый, что он оказывал большее давление на психику противника, чем даже бомбы, подвешенные к самолету.

С резким звуковым сигналом, настроение Эдельмана становилось все более возбуждённым, а его организм начал выделять адреналин, что сделало его реакцию почти в два раза быстрее, чем обычно.

Все его внимание было сосредоточено на цели, он использовал лишь небольшое количество своего бокового зрения, чтобы следить за показаниями на приборной панели. Самолет продолжал пикировать, достигнув скорости пятьсот шестьдесят километров, и теперь, когда он находился всего в тринадцати сотнях метров от земли, давление стало настолько тяжелым, что для его маневрирования требовалось много усилий, и он начал использовать дифференциальное движение элеронов для корректировки и поддержания точки прицеливания, фиксируя нос самолета в центре 85-мм зенитного орудия и ожидая момента для сброса бомбы.

Оператор 85-мм зенитного орудия бешено крутил ствол и удерживал его в вертикальном положении, а заряжающий уже распаковал ящик с боеприпасами и достал снаряды, готовый засунуть их в патронник.

И тут они услышали ужасный шипящий звук, пронесшийся по небу, словно адский предсмертный хрип, задушивший их сердца и оставивший их почти бездыханными!

В начале Второй мировой войны «Штуки» были оснащены специальным устройством под названием «иерихонский рог», который издавал ужасающий вой. Целью этого было оказание большого психологического давления на противника, что сочеталось с точными и сильными атаками «Штук». В то время все страны, воевавшие с Германией, знали, что «Штука» принесет смерть на их головы, услышав звук, который пугал солдат противника и действительно служил целям психологической войны. Однако в более поздние годы специальный «иерихонский рог» был снят с поздних моделей, поскольку он влиял на полет и скорость.

Заряжающий держал в руке снаряд, но он словно застыл на месте, не в силах пошевелиться. Мужчины могли только наблюдать, как издающий страшный звук бомбардировщик сбросил большую бомбу и быстро набрал высоту.

Бомба даже случайно попала в ствол зенитного орудия и мгновенно взорвалась с силой, охватив все вокруг.

«Штука» был известен как самый мощный пикирующий бомбардировщик Второй мировой войны, с прочной конструкцией, способной выдерживать быстрые, широкоугольные пикирования, при этом его пикирование было чрезвычайно стабильным, практически без колебаний, что значительно увеличивало процент попадания сброшенных бомб, а некоторые даже утверждали, что опытные пилоты могли сбрасывать бомбы в дымоходы.

Однако эта почти извращенная устойчивость создавала некоторые проблемы для пилота в бою, и в резком контрасте с превосходными пикирующими характеристиками, которыми он обладал, его маневренность впадала в другую крайность.

Маневренность «Штуки» можно назвать откровенно ужасной, и хотя массивные элероны могли вывести ее из скоростного пикирования, возникающая неповоротливость порой сводила пилота с ума.

В случае атаки вражеского истребителя маневр пилота не мог получить своевременный ответ на эти два элерона, задерживая каждый маневр на секунду или две, прежде чем получить ответ, и секунды или двух было достаточно, чтобы эти легкие истребители сделали десятки отверстий в нем.

А продольная устойчивость «Штуки» не позволяла ей вовремя совершать значительные маневры, делая даже самые неповоротливые истребители более маневренными, чем она. Хотя прочный фюзеляж позволял ему выдерживать повреждения лучше, чем истребителю, это лишь немного продлевало его выживание, и сбить его было лишь вопросом времени.

Добавьте к этому его удушающую скорость, хотя он был рассчитан на максимальную скорость 410 км/ч, он мог развить только 190 км/ч с полным боекомплектом бомб. Не говоря уже о передовых истребителях-монопланах, даже бипланы могут обогнать их сотни раз, и это просто самая идеальная добыча для врага.

Особенно в пикировании, любое внешнее вмешательство могло привести к потере контроля, и одного попадания очереди из истребителя было бы достаточно, чтобы превратить его в горящую массу металла на земле.

Характеристики, которыми он обладал, делали его неоспоримым оружием и неопровержимым объектом превосходства на поле боя, и в то же время это было оружие противоречий.

Но, несмотря ни на что, Янник не отказался бы от этого оружия с его чрезвычайно хорошими возможностями наземной поддержки.

К этому времени «Штука», пилотируемая Эдельманом, опустилась ниже тысячи метров и достигла своего шестисоткилометрового предела скорости.

Через несколько секунд на высотомере наконец-то загорелась сигнальная лампочка, сигнализирующая о том, что самолет достиг высоты сброса бомб, и Эдельман безжалостно нажал кнопку сброса на джойстике, и двухсотпятидесятикилограммовая бомба, подвешенная под брюхом самолета, тут же отделилась, а затем понеслась, словно притягиваемая к земле, в сторону 85-мм зенитного орудия на земле.

Эдельман нажал на ручку автоматического выравнивания на руле, и нос самолета начал взлетать вверх, 6 G силы тяжести раздавили его в кресле, когда самолет выходил из пикирования со скоростью десять градусов в секунду.

Как только нос самолета вернулся в горизонтальное положение, Эдельман немедленно убрал воздушный тормоз, установил шаг винта во взлётное положение, открыл перегородку охладителя, затем нажал на полный газ, двигатель громко взревел под максимальной нагрузкой в девять килограммов, медленно таща громоздкий корпус «Штуки» к большой высоте.

Эдельман мягко пожал плечами разминая их и стал парить вверху, наблюдая за результатом.

И эти результаты его очень порадовали: его собственные бомбы точно попали в цель, взорвав зенитную пушку.

Все остальные «Штуки» в основном выполнили свои задачи и выравнивались после пикирования: «Экипажи, доложите о своем состоянии, есть ли потери?»

Выслушав доклады о том, что его люди не пострадали, Эдельман вздохнул с облегчением: это было относительно легкое задание, и было бы очень обидно потерять хоть что-нибудь: «Миссия продолжается, первый отряд следует за мной вниз, чтобы разбомбить их самолёты, второй отряд уничтожает окружающие здания, особенно то маленькое трехэтажное здание, похожее на склад».

В этот момент кто-то неожиданно вмешался: «Подождите, там поднимаются вражеские самолеты, вы можете продолжить, когда мы закончим их зачищать», — это были «Bf109» сверху, и прежде чем слова Эдельмана успели сорваться с его губ, он увидел, как один за другим «Bf109» со свистом проносятся вниз к тем «И-16», которые только что поднялись в воздух.

Поскольку основной целью «Штуки» были позиции зенитных орудий, у нее не было времени бомбить взлетно-посадочную полосу, и в результате те «И-16» и даже «И-15», которые находились на асфальте, устремились в небо с намерением бороться за свою жизнь.

Эдельман простонал от разочарования, если бы у них было ещё несколько «Штук», они могли бы легко разрушить взлетно-посадочную полосу и уничтожить эти вражеские самолёты на земле. Затем он отбросил свою наивную идею, зная, что большинству винтовых самолётов не требуется много взлетно-посадочных полос, и что для взлета и посадки самолётов достаточно ровной, твердой земли.

Даже если бы они взорвали взлетно-посадочную полосу, вражеские самолёты все равно могли бы взлететь с ровной площадки рядом с ними. В конце концов, это был не самолет последнего времени, которому требовались асфальтовые или бетонные взлетно-посадочные полосы, которые почти каждый день осматривала вереница людей.

Шесть «Штук» могли только зависнуть в воздухе и наблюдать за воздушным боем внизу.

Поскольку большинство вновь прибывших «И-16» ещё не успели собрать, только тринадцать смогли подняться в воздух для участия в боевых действиях, остальные – семнадцать «И-15».

Количества «Bf109» было достаточно, чтобы сбить их всех и вскоре тринадцать «И-16» были сбиты один за другим, за ними последовали ещё менее способные «И-15».

Эти галантно поднимающиеся советские самолёты дали немецким пилотам легкие 30 очков. Более того, они позволяли Фрэнку вступаюить в ряды пилотов-асов.

Без этих парней на пути, бомбардировщики «Штука» снова пронеслись вниз, взрывая все здания на земле.

Благодаря вмешательству Германии и Италии, армия Франко установила контроль над большей частью территории и одержала, так сказать, победу, а вскоре взяла под контроль две трети Испании и устроила осаду Мадрида.

Побежденное испанское правительство подписало секретные соглашения с Францией и Советским Союзом об отправке собственных золотых запасов в Париж и Советский Союз соответственно. В соглашениях было указано, что обе страны не будут иметь никакого господства над золотом, которое останется собственностью испанского правительства.

По данным «New-York Times», до начала Гражданской войны Испания обладала четвертым по величине золотым запасом в мире – около 700 тонн. В то время подавляющее большинство этого золота было спрятано в хранилищах Центрального банка Испании в Мадриде, а очень небольшая часть была разбросана в отделениях центрального банка в ряде провинций. Когда Франко захватил эти провинции, он, естественно, завладел этой небольшой порцией золота.

Сначала испанское правительство отправило в Париж 174 тонны золота, большая часть которого была обменена на франки для покупки оружия для правительственной армии. Это золото было известно как «парижское золото». Оставшиеся 510 тонн золота были отправлены в Советский Союз, и это золото было названо «московским золотом». Получив золото, Сталин сделал знаменитое замечание на банкете: «Испанцы никогда больше не увидят своего золота, как человек никогда не увидит собственных ушей».

В конце гражданской войны в Испании французское правительство передало оставшееся количество «парижского золота» правительству Франко (Количество до сих пор неизвестно, известно что мало). Это была единственная небольшая часть огромных золотых запасов Испании, которая вернулась к испанцам. Франко направил дипломатическую миссию в Советский Союз для переговоров о возвращении «московского золота», и естественно, что это безрезультатно. Московское радио и советская газета «Правда» писали, что «московское золото» уже давно было потрачено за границей испанским правительством во время гражданской войны.

Янник, конечно, не упустил бы такую хорошую возможность, и в одночасье созвал костяк спецслужбы, чтобы обсудить контрмеры: «Я получил определенную информацию, и мы все знаем, что армия Франко сейчас находится в очень хорошей форме, правительственные войска теряют позиции, и это только вопрос времени, когда они будут полностью разбиты. Поэтому испанское правительство готовится отправить за границу золото из своей казны, которое, вероятно, составляет более 650 тонн, 150 тонн золота было помещено на хранение во Францию, а остальные 500 тонн золота должны были быть отправлены в Москву. В настоящее время это золото хранится в хранилищах Центрального банка Испании в Мадриде».

Услышав слова Янника, люди внизу не могли не воскликнуть: «500 тонн?! Испанцы сошли с ума?! Такое количество золота будет бесплатно передано Советскому Союзу, даже если бы правительственные войска победили Франко, Советский Союз не смог бы выплюнуть это золото, верно?»

Начальник разведывательного отдела армии немедленно сделал предложение: «Ваше высочество, мы можем послать бомбардировщики, чтобы взорвать это место. Точность «Штуки» достаточна, чтобы разнести этот банк в пух и прах. Затем мы продолжаем бомбить день и ночь, не давая им возможности копать золото, а потом сообщим Франко, чтобы он быстро занял Мадрид любой ценой».

Видя, что окружающие согласны с осуществимостью этого плана, Янник покачал головой и отклонил это предложение: «Это хорошая идея, но когда придет время, это золото все равно останется испанским золотом. Так что какое отношение оно будет иметь к нам?»

Рейнхард спросил шёпотом: «Неужели ваше высочество намерен тайно похитить это золото, и чтобы никто не узнал?»

Уголки рта Янника слегка изогнулись в улыбке: «Верно».

В этот момент остальных осенило: «Но мы не сможем сделать это в Испании», — это было целых 500 тонн, потребовалось бы сто двенадцать мощных грузовиков. Как такой большой конвой мог остаться незамеченным?

На этот раз слово взял глава военно-морской разведки: «Как насчет того, чтобы атаковать их в море? Мы могли бы выдать себя за пиратов, чтобы ограбить их».

Тут же кто-то возразил: «Советы послали бы военный корабль для сопровождения такого важного груза, верно? И мы не можем быть уверены, что к тому времени там не появятся корабли из других стран».

Каждый предложил два-три варианта, но, к сожалению, все они были отвергнуты без исключения. К концу глава военно-морской разведки вздохнул и беспомощно сказал: «Почему бы нам просто не послать подводные силы, чтобы потопить их на полпути, и советы не получат ни одного грамма золота».

«…» — Янник подумал, что это довольно хорошее предложение. 500 тонн золота – это не мало, и это может иметь огромное значение для любой страны. Советский Союз в оригинальный период времени смог выиграть Вторую мировую войну, не без участия испанского золота. За всю войну Советский Союз израсходовал 473 тонны золота.

И если место затопления четко зафиксировано, то впоследствии это золото можно было бы достать. В более поздние времена спасательная компания даже извлекла десятки тонн серебряных монет из затонувшего во время Второй мировой войны корабля, содержавшего около 100 тонн серебряных монет на глубине более 5 000 метров в Атлантическом океане.

Но есть ли лучший способ? В конце концов, спасение тоже стоит денег, и нет никакой гарантии, что корабль, перевозящий золото, сядет и затонет в целости и сохранности, в случае если его взорвут и золото разлетится, что добавит сложности при спасении.

Стоя перед огромной картой мира и размышляя о первоначальном маршруте переноса, в его голове постепенно формировался смелый план: «Как вы думаете, сможем ли мы захватить это золото внутри Советского Союза?»

«…» — толпа не могла не посмотреть друг на друга, когда услышала это. Этот план был намного безумнее, чем захват внутри Испании.

Янник сказал задумчиво: «Если полученная мной информация верна, то корабль с золотом будет загружен из порта Картахены и пересечёт Средиземное море и Черное море до порта Одессы, чтобы разгрузиться на поезда, следующие прямо в Москву. Ну и Советский Союз – большая, малонаселённая страна. Три места, через которые проходит эта железная дорога, в радиусе ста километров либо не населенные, либо малонаселённые. Может быть, мы сможем начать с этих мест».

Райнхард спросил: «Ваше высочество, даже если мы захватим там золото, это, в конце концов, советская территория. Мы никак не можем вытащить это золото».

«Да?» — пробормотал Янник и взяв лупу внимательно рассматривал карту. Оказалось, что участок этой железной дороги проходил вдоль реки. Железная дорога не доходила до реки только на тридцать метров.

План в его голове становился все более зрелым, настолько зрелым, что ему уже не нужно было, чтобы кто-то ещё придумывал идеи: «На этом сегодняшняя встреча закончена, убирайтесь из этой комнаты и забудьте о золоте. Это понятно?»

«Да здравствует Гогенцоллерн! Мой долг – это верность вашей семье!» — пронзительные слова Рейнхарда заставили высших офицеров разведки вскочить со своих стульев, словно у них из задницы выросли пружины. Они не смели проявить ни малейшего признака неповиновения, как из-за своей преданности, так и потому, что знали, как беспощаден молодой будущий император в обращении со своими врагами, и одна только мысль об этом заставляла их погружаться в пучину страха.

Янник кивнул и жестом попросил Рейнхарда остаться. После того, как все ушли, он указал на участок карты, который только что наблюдал: «Райнхард, посмотри на этот участок дороги. Здесь крутые повороты, и скорость поезда будет падать по мере прохождения. Не должно быть трудно настичь поезд в этом месте, если мы заранее устроим засады по обе стороны путей, верно?» — в своей прошлой жизни он не смотрел много фильмов о партизанах на железной дороге, захватывающих поезда, и поэтому не знал правильно ли составлен его план.

Райнхард наблюдал за указанным местом некоторое время и кивнул: «Учитывая кривизну этого участка дороги, боюсь, что поезд не пройдет даже на скорости более 30 километров в час, так что даже более проворный обычный человек может легко зацепиться за поезд».

Янник скользил вперед по изгибу карты: «Садитесь в поезд и уничтожьте охрану на нем, затем остановите поезд здесь. А здесь мы заранее выкопаем большую яму, забросаем туда золото и закопаем его», — эти территории были ничейной землей и не были освоены, и не было опасений, что их перекопают во время строительства.

Рейнхард прислушался: «Вы хотите закопать золото там? Мы не будем его перевозить?»

Янник покачал головой: «Как ты сказал, это советская территория, поэтому я боюсь, что перевести это золото будет очень сложно. Так что я пока похороню его там. Но мы, естественно, выкопаем это золото в ближайшем будущем. Железная дорога, которую мы проложили с Советским Союзом, уже строится?»

Райнхард был настолько умным человеком, что сразу понял, что имел в виду Янник, и некоторое время смотрел на карту, указывая на место в Украине: «Сейчас он должен быть здесь. Это чуть больше ста километров от выбранного вами места захоронения».

«Были ли какие-либо проверки с советской стороны, когда наша инженерная группа въезжала или выезжала из Украины?»

«Нет. Вначале они регистрировали имена, потом людей стало больше, и они не удосужились проверить всех. Теперь им можно легко войти и выйти из собственного дома, если на руке у них повязка инженерной команды. Мы отправили через него несколько групп агентов в советское сердце».

Янник щелкнул пальцами: «Очень хорошо, немедленно отправьте туда роту спецназа!»

«Эти глупцы не выучили прошлый урок!»

Под разбитым домом, полуразрушенным снарядами, вытянулось почерневшее орудие, нацеленное на далекую позицию испанских правительственных войск.

За дулом лежали два немецких снайпера, одетые в «мусорные костюмы» с камуфляжным маслом на лицах.

Двое мужчин, которые, казалось, сливались с окружающей обстановкой, смотрели на солдат, ковылявших в противоположную сторону, и насмехались. Эти неблагодарные глупцы считали себя достаточно ловкими, чтобы увернуться от угрожающих жизни пуль снайпера, не зная, что не их ловкие движения спасли им жизнь, а их звания.

В этом экспедиционном отряде была группа снайперов.

Они тренировались в снайперской академии довольно долго, нажимая на курок по мишеням бесчисленное количество раз в день.

День за днём, год за годом, но у них было мало возможностей вступить в бой и убить врага.

На этот раз Гражданская война в Испании, казалось, заставила их давно подавляемые желания внезапно вырваться наружу, и все враги, попавшие в их прицелы, стали падать с криком на поле боя.

Вскоре правительственные войска прибегли к самой примитивной тактике борьбы со снайперами, мобилизуя артиллерийский огонь всякий раз, когда в поле зрения оказывался снайпер.

Хотя немецким снайперам не был нанесен существенный урон, немецкие снайперы начали выбирать цели, в отличие от того, что было в начале, когда они стреляли во всех солдат и офицеров одинаково.

Сегодня они скрывались здесь уже более двух часов, пощадив при этом бесчисленное количество солдат правительственных войск. Все ради того, чтобы дождаться большого человека, достойного их пули, в конце концов, такие укромные места было нелегко найти, и цена раскрытия их положения должна была быть не меньше лейтенанта, чтобы сделать это.

«На один час офицер-лейтенант!» — прождав еще неизвестное количество времени, наблюдатель внезапно подал голос.

Почти инстинктивно другой снайпер направил свою винтовку в направлении часа, но ничего там не обнаружил. Только для того, чтобы услышать, как наблюдатель с досадой пробормотал: «Тск, проворный ублюдок!» — он только что увидел, как лейтенант в офицерской одежде поднимается на позицию, но как раз когда он предупредил снайпера, офицер в мгновение ока сунулся обратно в траншею, не задерживаясь ни на секунду, и двигаясь очень быстро.

«Одиннадцать часов… сукин сын!» — наблюдатель выругался с некоторым раздражением, он был уверен, что это снова был офицер лейтенант, но он сразу же спрятался. Если бы каждый враг был таким же осторожным и ловким, как этот парень, им, вероятно, пришлось бы очень тяжело.

Прицел снайпера был направлен на 12 часов, и вскоре он увидел голову, высунувшуюся из окопа. Инстинкт подсказал ему, что это тот самый офицер, который только что дважды избежал смерти, и без колебаний он нажал на курок.

«Бум!» — раздался выстрел, и пуля в мгновение ока пробила бровь офицера-лейтенанта.

«Прекрасно!» — наблюдатель воскликнул, в свой бинокль с большим увеличением он ясно видел, как на брови офицера-лейтенанта появилась кровавая дыра, это была верная смерть!

«Ладно, уходим», — после этого убийства двое мужчин не решились задерживаться, и тихонько выползли из развалин дома, подползли к краю траншеи недалеко, а затем оглянулись и нырнули в траншею. Только когда они отошли на приличное расстояние, они услышали ответный артиллерийский огонь правительственных войск.

«На этот раз они немного медлят с реакцией!» — наблюдатель взглянул на часы в своей руке и покачал головой: «С таким качеством войск, что еще они могут делать, кроме как тратить снаряды».

Пройдя некоторое время, они подошли к бункеру, и, увидев человека внутри, двое мужчин не могли не выпрямиться и отдать честь: «Добрый день, инструктор!»

Мужчина средних лет, который смотрел через смотровое отверстие на место обстрела испанцев, повернул голову, окинул их взглядом и заговорил: «Ну, я вижу, что через дорогу идёт обстрел, вы убили кого-то?»

Наблюдатель сообщил: «Да, только что уничтожили командира роты».

Пока он говорил, недалеко отсюда упал снаряд, ударная волна от взрыва подняла волну пыли в смотровую яму, инструктор начал прогонять пыль руками, сделал несколько шагов назад и спросил: «Какой у вас счет?»

Наблюдатель сказал довольно гордо: «Тридцать пять баллов, инструктор, и теперь у нас самое большое количество баллов, не так ли? Еще несколько дней, и мы получим снайперскую винтовку с автографом самого его высочества».

У Янника был плохой вкус, ведь он заменил статистику снайпера на систему очков как в игре.

Одно очко за убийство солдата, два за командира отделения, четыре за командира взвода, восемь за командира роты, пятнадцать за командира батальона, двадцать за командира полка, тридцать за командира бригады, сорок за командира дивизии, пятьдесят за командира армии и сто за Маршала. Двадцать пять очков за убийство снайпера противника. Конечно, он не думал, что какому-нибудь снайперу посчастливится убить Маршала.

«Сильнейший из сильнейших», — сказал инструктор, передавая снайперу коробку в руки и улыбаясь: «Вот бонус за двадцать очков, прицел с шестикратным увеличением. Кстати, там один парень сегодня утром убил командира батальона и теперь опережает вас на 8 очков».

Наблюдатель не мог удержаться и широко открыл рот: «А?! Ему везёт!»

Отослав инструктора, наблюдатель смотрел, как снайпер медленно и методично разворачивает коробку в своей руке и достает оттуда совершенно новый оптический прицел. Заменив оригинальный 4-кратный прицел и немного осмотревшись, он заговорил: «Хех, это хороший прицел. Хочешь посмотреть?»

Наблюдатель рассеянно покачал головой: «Нет», — с этими словами он подошёл к импровизированному костру в углу, поставил небольшой котелок и начал кипятить воду, достал из сумки вакуумный пакет и одним движением высыпал содержимое в котелок.

Внутри были не только картофель и другие овощи, но и несколько кусков говядины. Их снайперская пара была одной из лучших в армии, и они ели мясо почти каждый день. Более того, эта говядина изначально была приготовлена и обработана, теперь ее нужно было просто разогреть и приготовить к употреблению. Через некоторое время двое мужчин разделили кипящий суп на две порции и стали есть.

На полпути к еде снайпер внезапно заговорил: «Посмотри туда».

«На что?» — наблюдатель посмотрел в том направлении, куда он указывал, и не увидел ничего особенного.

Снайпер поднял палец и указал вдаль: «Эта водонапорная башня...».

Взглянув на водонапорную башню, наблюдатель все больше и больше недоумевал: «А что с ней?»

«Эта водонапорная башня – самое высокое сооружение в радиусе пяти километров».

Услышав его слова, наблюдатель наконец понял о чем он: «Ты же не попытаешься забраться туда? Это безумие! Там вражеских позиций гораздо больше, чем здесь».

Снайпер усмехнулся в недоумении: «Да ладно, как можно получить что-то, при этом не рискуя».

«О боже, какой же ты упрямый осел», — имея столь длительное партнерство, он, конечно, знал, какой характер у этого парня, он был довольно конкурентоспособным и определенно не хотел отставать от других. Только что, он никак не отреагировал на слова о том, что остальные опередили их, но было очевидно, что его это не устраивало: «Тогда нам нужно найти прочную верёвку. Мы не сможем незаметно спуститься с такой высоты после выстрела, нам надо будет быстро оттуда убраться, или будем превращены врагом в решето».

«Я действительно сегодня умру из-за тебя».

Только когда первый свет отразился в восточном небе и забрезжил рассвет, двое мужчин, прятавшихся на вершине водонапорной башни, поняли, в каком шатком положении они оказались.

Всего в 20 метрах или около того от водонапорной башни стояли пять правительственных солдат, склонившихся над тяжелым пулеметом «Максим». Все выглядело так, будто их давно разместили там, и снайперы удивлялись, как они не заметили их, забравшихся на водонапорную башню прошлой ночью. Теперь, если бы эти парни вдруг захотели забраться наверх по прихоти, или если бы им было слишком скучно, и они решили развернуть оружие и сделать несколько выстрелов по водонапорной башне, тогда им действительно не повезло бы.

Снайпер слегка высунул голову, чтобы взглянуть вниз, а затем осторожно отполз назад: «Оставим их в покое».

Наблюдатель тихонько ворчал: «Конечно, мы оставим их в покое, посмотри на противотанковую пушку в 100 метрах от нас, если мы выстрелим, они среагируют достаточно быстро, и уничтожат эту водонапорную башню за несколько секунд. Я думаю, нам лучше уходить отсюда. Это место чертовски опасно», — ему не повезло, что он стал партнером такого конкурентоспособного парня. Если вы хотите получить заслугу, сначала нужно спасти свою жизнь, какой смысл говорить о наградах, когда вы потеряли свою жизнь.

Снайпер слушал его болтовню и ничего не отвечал, казалось, соглашаясь на его предложение.

Видя его молчание, наблюдатель вздохнул, и продолжил выполнять свои обязанности, не отрывая глаз от мощного бинокля в руке.

Наблюдая за тем, как правительственные войска внизу завтракают, делают несколько выстрелов и отражают атаку армии Франко, только после десяти утра наблюдатель вдруг заметил конкретную цель: «Эй, там едет машина. Расстояние составляет около 2 000 метров. Похоже, он направляется к командованию. Жаль что мы не достанем до него. Неплохо было бы неплохо иметь снайперские винтовки, которые бьют на 2000 метров».

Судя по численности, здесь находилось подразделение батальонного уровня, а командир батальона, похоже, решил быть осторожным, расположив свое командование на расстоянии более 2000 метров отсюда. К сожалению, эффективная дальность «G43» в руках наблюдателя составляла всего 800 метров или около того, а «98К» в руке снайпера – не более 1000 метров, так что они не смогут убить высшего офицера.

Услышав, как наблюдатель поднял винтовку, молчавший до этого снайпер наконец открыл рот: «Я слышал, что тяжелый пулемет «НСВ» имеет хорошую точность, он может попасть в цель с расстояния 2000 метров с установленным прицелом».

«НСВ», о котором он говорил, был тяжелым пулеметом, разработанным Советским Союзом в последние годы. Благодаря отличным общим характеристикам и ряду конструктивных новшеств, пулемет широко использовался членами Варшавского договора в качестве крупнокалиберного пулемета общего назначения для пехоты, соперничая с крупнокалиберным тяжелым пулеметом Браунинга типа «M2«, широко используемым на Западе. «НСВ» также был рекомендован и опробован некоторыми членами НАТО десятилетия спустя для замены устаревшего «M2».

Если бы в это время армия США не усовершенствовала «M1921» и официально не назвала его «M2», Янник взял бы его и использовал в своих целях.

К сожалению, армия США завершила работы по усовершенствованию еще в 1932 году, и США не согласились бы говорить с ним о лицензировании. Кроме того, «НСВ» был намного легче «M2» и имел гораздо более высокую скорострельность, поэтому Янник просто взял и развил его.

Наблюдатель скривил лицо и сказал: «Это штука весит 25 кг, ты можешь носить ее с собой? Эй, он выглядит как командир».

Прождав около часа, они увидели, что несколько человек вышли из здания управления. Включая командира полка, который вошел раньше, в сопровождении командира батальона, офицера штаба и двух командиров рот, все выглядело так, будто только что состоялось боевое совещание.

Наблюдатель тихо вздохнул: «Жаль, что нет возможности связаться с артиллерийскими позициями, иначе один снаряд уже давно бы их всех прикончил. Как ты думаешь, зачем нас учили в школе наводить артиллерийские удары? И неужели нам везде придётся подключаться к телефонной линии? Какая тогда мобильность?»

Слушая его непрекращающуюся болтовню, снайпер действительно стал немного нетерпеливым: «Заткнись, если в школе этому учат, это должно иметь смысл, разве ты не знаешь, что танковые части могут общаться по беспроводной связи?» — этот парень был довольно квалифицированным споттером (Поддержка), но у него была проблема: когда он нервничал, то превращался в болтуна и мог полчаса разглагольствовать на любую тему. И это если он не заводил разговор, а если и заводил, то он мог продолжать болтать часами.

«Эй, этот парень не сел в машину, что он хотел сделать? Осмотреть линию фронта?» — в мощный бинокль он увидел, что командир полка не сел в свою машину и не поехал обратно, а продолжил путь со своими людьми, восторженно здороваясь с солдатами, которых встречал по пути.

«Как ты думаешь, он придет на эту пулемётную позицию, чтобы проверить ее?» — сказал наблюдающий, осторожно сжав винтовку «G43» в руках.

Через десять минут эта группа все-таки дошла до пулеметной позиции внизу. Наблюдатель осторожно достал две гранаты и укладывал их на ровное место. Как упоминалось ранее, водонапорная башня находилась всего в 20 метрах от позиции тяжелого пулемета.

Крестик в снайперском прицеле уже был прочно зафиксирован на лбу командира. Расстояние между ними было настолько близким, что даже полоски пота на лице капитана были хорошо видны. Впервые он прицелился в человека так близко, и, сделав глубокий вдох, тихо спросил: «Ты готов?»

К этому времени наблюдатель тоже поднял свой «G43» и прицелился: «Хм. Ты убиваешь командира, я командира батальона и остальных, и сразу после этого мы отступаем! Да благословит нас Господь!»

«Три, два, один!»

Одновременно с этим словом снайпер решительно нажал на курок, и когда его плечо почувствовало отдачу, лицо командира, занимавшее весь прицел, вспыхнуло в тумане крови, капли которой, казалось, брызнули на прицел.

Пятеро солдат, которые стоя приветствовали своих офицеров, ошарашенно смотрели, как почти одновременно в головах командира их полка и батальона появились кровавые дыры. Не успели тела двух офицеров упасть, как раздались выстрелы быстрой чередой, и командир роты и сопровождавший их штабной офицер были застрелены и упали на землю.

Стрелок тяжелого пулемета был ветераном, он мгновенно услышал близкую стрельбу и закричал: «На вершине водонапорной башни!» — он сразу же взялся за тяжелый пулемет, но когда он нацелил его на вершину водонапорной башни, то увидел, как два темных объекта изящно один за другим опустились на его позицию.

«Черт!» — глядя на дымящийся белый кусок железа, пулеметчик успел произнести только одно слово, прежде чем мощный удар оборвал всю его жизнь. Две гранаты легко убили оставшихся в траншее людей.

Снайпер пнул пучок веревки, который уже давно лежал у его ног, и встал, закинув винтовку на спину: «Уходим!»

Расстреляв все десять патронов из магазина, наблюдатель быстро встал и бросил ещё две гранаты. Затем прыгнул вниз с водонапорной башни вслед за снайпером.

В тот момент, когда он схватился за верёвку, боковым зрением он увидел далекое противотанковое орудие, уже повернувшее свое дуло, чтобы прицелиться в это место. Сердце наблюдателя подскочило к горлу, и он не смел ни на секунду замедлиться, пока скользил по верёвке и жаловался: «Горячо, горячо, горячо!» — стряхнув руку, которая, казалось, горела, он не остановился и побежал прочь.

Они успели пробежать всего два шага, как услышали оглушительный взрыв над головой.

Осколки водонапорной башни разлетелись по небу, а ударная волна отбросила снайперов, которые не успели убежать достаточно далеко.

…

В ту ночь, в Берлине, в дворце императоров Германии.

«Ваше высочество, в снайперской команде, которую вы послали, два человека набрали более 50 очков».

«Так быстро?» — выслушав отчет Энни, Янник не мог не удивиться, ведь прошло всего несколько дней.

«Снайперская группа спряталась на водонапорной башне в 20 метрах от обороны противника и на одном дыхании уничтожила командира вражеского полка, командира батальона и командира роты, которые приехали осмотреть линию фронта. До этого у них было 35 очков. И в результате в этом районе возникло замешательство в линии противника, что позволило армии Франко быстро прорвать эту линию и продвинуться на 30 километров вперёд».

Настолько впечатляюще, что Янник не мог не вздохнуть: «Они живы?»

«Да, только слегка ранены. Ни один из них не нуждался в госпитализации».

«Дайте им обоим железный крест 2-го класса, и да, как звали снайперов?»

«Первый – Маттеус Хэтценауэр. Его инструктором был Эван Кениг. Другой снайпер – Йозеф Аллербергер, а его инструктор — Симо Хяюхя».

Янник кивнул и оторвал листок бумаги, чтобы записать имена двух снайперов, а затем написал два простых слова мотивации для каждого: «Отдайте это Зауэру, пусть они выгравируют это на корпусе снайперской винтовки «СВД». Пришлите также готовые снайперские нарукавники».

«СВД», конечно же, была старой классической снайперской винтовкой «СВД». Он напрямую скопировал позднюю модель «СВД» с расстоянием оборачиваемости 240 мм (Это означает расстояние, за которое пуля делает полный оборот вокруг своей оси внутри ствола для более точной стрельбы). Но нынешняя «СВД» была не очень точной при использовании обычного винтовочного патрона калибра 7,62X51мм.

Хотя некоторые люди задавались вопросом, почему он называется «СВД», его королевское Ввсочество, похоже, не собирался объяснять, и никто не осмелился поинтересоваться.

«Срань господня, и это называется танк?» —немецкий экспедиционный солдат посмотрел на танк вдалеке взглядом, полным недоверия: «Эта штука слишком, слишком…», — если бы это была эпоха интернета, он мог бы сказать «ковайный», но сейчас нет такого популярного слова, и ему пришлось придумывать это полминуты: «Он слишком маленький, не так ли?»

Стоявший рядом с ним солдат согласился: «Это ещё мягко сказано, он простой мышь по сравнению с нашими легкими танками».

Это был итальянский сверхлегкий танк «CV33», который они комментировали. Как говорят два солдата, он удивительно мал – но насколько он мал? Желающие могут посетить военный музей в столице Италии, и первое впечатление, которое складывается, – неужели в этой штуке можно сидеть? Его длина составляет 3,2 метра, ширина – 1,4 метра, высота – 1,32 метра, и высоким западным людям, вероятно, пришлось бы свернуться калачиком и скрючиться в нем.

В составе группы было два человека, водитель и командир машины, который также был пулеметчиком. Вооружение – спаренный 8-мм пулемет. При полном боевом весе всего около 3 тонн, вполне возможно, что броня может быть достаточно толстой, чтобы обеспечить достаточную безопасность членов экипажа. Броня была не только клепаной, но и настолько плохого качества, что иногда заклепки разлетались после выстрела, и когда они выбивались, они были как скоростные пули, убивая многих солдат.

Единственное, что можно сказать хорошее о нем, это, пожалуй, его скорость, тот факт, что он может развивать скорость 43 км/ч, несмотря на двигатель мощностью всего 41 л.с. Немного невероятно!

Любая другая страна могла бы использовать «CV33» в качестве разведывательного танка, но итальянцы использовали его как основной танк, не только участвуя с ним во вторжении в Эфиопию, но и отправив его на гражданскую войну в Испанию, и даже оснастив им тысячи своих танкистов.

Также легко понять, что слабый промышленный уровень и отсталое военное мышление итальянцев не без причины стали причиной их низких результатов во Второй мировой войне.

«Где наши танки?» — спросил другой солдат: «Нам нужно держаться подальше от маленького парня, что, если мы случайно раздавим его?»

«Хахахаха!» — Ннемногочисленные немецкие солдаты вокруг них разразились продолжительным смехом, заставив итальянских солдат, стоявших неподалеку, посмотреть на них с недоуменными лицами.

В этот момент с тыла раздался грохот сокрушительной артиллерии: сотни пушек с грохотом обрушили снаряды на правительственные позиции, расположенные через дорогу, на окраинные позиции Мадрида, которые нужно было прорвать, чтобы ворваться в Мадрид.

Снаряды обрушивались на позицию, вздымая пыль и образуя большие воронки, некоторые даже падали прямо в траншеи, а те, кому не повезло, попадали под осколки снарядов и умирали на позициях.

*********

В глубоко зарытом командном штабе , правительственный офицер не обращал внимания на пыль и пепел, которые время от времени сыпались сверху, и сосредоточенно полировал маленький пистолет. Остальные в комнате занимались своими делами, не обращая внимания на звуки обстрела снаружи.

В этот момент он услышал шаги у двери и оглянулся, когда несколько человек в комнате встали и отдали честь: «Командир, что привело вас сюда? Вы могли приказать мне по телефону», — сказав это, офицер шагнул вперед своим телом и рукой, чтобы помочь, и позволил командиру полка сесть на табурет рядом.

Левая рука командира полка была обмотана толстой повязкой, которая висела у него на шее: «Я пришел посмотреть обстановку и пополнить ряды солдат твоего батальона».

«Пополнить состав солдат?» — офицер, казалось, был несколько озадачен: «Нет необходимости использовать резервы так скоро, верно? Враг еще не напал на нас. Командир полка, не волнуйтесь, я могу продержаться здесь по крайней мере неделю».

Командир полка покачал головой: «Это не резервисты, а солдаты, которые были отозваны из Аранхуэса».

«Аранхуэс?» — офицер слегка приподнял бровь: «Аранхуэс пал так быстро? Я думал, что они смогут продержаться три-четыре дня».

Командир полка беспомощно вздохнул: «Они подверглись массированному проникновению немецких снайперов, и эти снайперы были просто как охотники, пришедшие поохотиться. Многие солдаты пали, не увидев даже тени врага. В результате солдаты были слишком напуганы, чтобы показать голову на своих позициях, и были быстро выбиты врагом», — но он не мог винить солдат, в конце концов, страх перед немецкими снайперами в прошлой войне был очевиден для всех, даже те ветераны, которые пережили великую войну, говорили и боялись их, не говоря уже об этих новых солдатах, которые переживают войну впервые.

«Немецкие снайперы?» — лицо офицера стало немного мрачным: «Эти тупые британцы! Рано или поздно им придется заплатить за свою ошибку!» — как Германия смогла бы так быстро восстановить свое вооружение, если бы эти мерзавцы неоднократно не поддерживали ее в этом? Неужели эти ублюдки не боятся кормить свирепого тигра? И неужели они действительно думали, что немцы окажутся теми, кем легко манипулировать? Даже он знал, что немцы хотят отомстить за позор десятилетней давности, как же Британия и Франция могли этого не видеть?

После крепких ругательств он продолжил спрашивать: «Разве советы не послали снайперов к нам?» — но ответ уже был в его голове. На этот раз советы действительно предоставили много оружия, самолёты и танки. Но их самолёты уступали немцам, танки уступали немцам, а теперь казалось, что даже снайперы уступают врагу? Он даже задавался вопросом, не поставляют ли советы им второсортные товары, чтобы обмануть их.

Командир полка издал горький смешок: «Советы действительно послали несколько снайперских команд, но шесть из них были уничтожены менее чем за полдня работы. Хотя они сообщили, что уничтожили три снайперские команды с другой стороны, я не думаю, что они вообще видели немцев. Так что мы мало что можем сделать с немецкими снайперами».

Некоторое время им не о чем было говорить, и они просто сидели в унынии, пока звуки обстрела снаружи не стихли, и командир не встал: «Похоже, пора готовиться к атаке. Я займусь следующей позицией, а ты будешь удерживать это место до последнего момента!»

Офицер отдал честь с огромной торжественностью: «Не волнуйтесь, я буду держать оборону до последнего!» — отослав командира полка, он поднял трубку телефона и связался с нижестоящими штабами рот по очереди, попросив их подсчитать раненых и потери.

Вскоре после ему доложили: «Противник начал атаку, и те, кто идёт впереди – итальянские малые танки и солдаты итальянцев!»

«Маленькие итальянские танки?» — офицер почувствовал небольшое облегчение, казалось, что эту волну можно легко сдержать, у них все еще оставалось два советских подкрепления, которых было достаточно , чтобы отбиться от этих маленьких танков.

*********

Что касается того, почему итальянцы оказались впереди, то об этом попросили сами итальянцы.

Неизвестно, потому ли, что выдающиеся результаты Германии в небе и на земле в эти дни заставили Муссолини краснеть и завидовать, но сегодня утром генерал Марио Роатта, главнокомандующий итальянской армией интервенции, пришел к Хуго Шперле, главнокомандующему немецкими экспедиционными силами, и попросил, чтобы в этой битве их итальянские солдаты были авангардом, и обещал, что они ворвутся в Мадрид на одном дыхании.

После не так давно прошедшей войны в Эфиопии немецкое верховное командование теперь просто презирало боевые способности итальянцев. Как сказал его высочество, что еще могут делать итальянцы, кроме как готовить и играть в футбол? Как можно называть что-то танком, если несколько солдат могут опрокинуть его голыми руками? Как солдаты, которые совсем не похожи на солдат, могут прорваться через позиции правительства, которое их ждет?

Несмотря на то, что внутри Хуго Шперле насмешливо смеялся, он все же быстро согласился на просьбу итальянской стороны, в любом случае, Германия и Италия сейчас не союзники, и даже могут стать врагами в будущем.

Таким образом, немцы издалека наблюдали, как итальянцы «агрессивно» устремились к вражеским позициям вдалеке, на своих маленьких танках.

«Тра-та-та-та! Тра-та-та-та!» — сдвоенные 8-мм пулемёты на танках «CV33» выплюнули длинный язык огня и устремились к противоположной позиции, за ними последовала плотная масса итальянских солдат.

Высота этого танка составляла всего 1,32 метра, а самый низкорослый итальянский солдат за ним должен был быть 1,7 метра – огромная разница в росте, из-за которой офицеры немецких экспедиционных сил, наблюдавшие с тыла, не могли удержаться от смеха. Зная, что высота немецких танков может превышать два метра, и солдаты могли следовать позади и продвигаться вперед, прекрасно используя танки в качестве прикрытия.

Полоса пуль пронеслась по правительственной позиции, казалось, не давая другой стороне поднять голову.

«Бум!» — в этот момент произошел сильный взрыв, у одного из танков, движущихся вперед, взорвался боекомплект и он мгновенно превратился в груду металлолома.

«37-мм противотанковая пушка Rheinmetall», — офицер экспедиционных сил на наблюдательном посту в тылу, наблюдавший за боем в перископ, увидел эту сцену и тихо пробормотал. Увидев широко раскрытые глаза испанского офицера в стороне, он пожал плечами и объяснил: «Вы не ослышались, это наша немецкая 37-мм противотанковая пушка Rheinmetall, но она была продана советам еще в 30-м году. Позже она была включена в советскую систему вооружения под номером «1-К». Я слышал, что на ее основе была разработана более совершенная 45-мм пушка (19-К), но, видимо, её решили не давать испанцам, в итоге это просто устаревшая 37-мм противотанковая пушка».

Испанский офицер кивнул в знак понимания и спросил тоненьким голосом: «Я слышал, что два линкора, заказанные советами для вашей страны, близки к завершению, будете ли вы их поставлять?»

Офицер экспедиционных сил бросил на него странный взгляд: «Конечно, конфликт есть конфликт, бизнес есть бизнес. Кроме того, это ваша гражданская война, нас здесь никогда не было, и советов тоже».

«…» — вероятно, не понимая немецкого образа мышления, испанский офицер что-то пробурчал и продолжил наблюдать за сражением вдалеке. Только для того, чтобы увидеть, как итальянские войска бегут назад, в результате оставив за собой семь или восемь уничтоженных танков «CV33».

«Это что, отступление?» — подумал испанский офицер, безмолвно посмотрел на итальянского офицера с хмурым лицом, стоявшего рядом, и не знал, что сказать.

Разбитая итальянская армия через некоторое время перегруппировалась, перестроилась и снова атаковала, но все равно была остановлена на полпути и в беспорядке отступила на исходную позицию.

После четырех походов туда и обратно таким образом и видя презрительное выражение на лицах даже испанских офицеров, итальянский офицер, дрожа всем телом, резко достал пистолет и зло закричал: «Адъютант, подготовьте солдат! Любой, кто осмелится отступить на этот раз, будет убит!»

Немецкие и испанские офицеры в стороне посмотрели друг на друга и пожали плечами.

Итальянские войска, казалось, «восстановили» своё мужество под запугиванием офицера и, несмотря на большие потери, пробились на расстояние более 500 метров от изначальных позиций.

В этот момент с тыла правительственных позиций вышли два стальных монстра, подобных которым они никогда не видели. По сравнению с почти плоской крышей «CV33» другая машина была увенчана большой башней. И самое главное – почерневшее дуло танковой пушки на этой башне! Это невероятно напугало итальянских танкистов! Это определённо не то, чему могли противостоять их собственные спаренные 8-мм пулемёты «CV33» и хрупкая броня

«Танки «Т-26»? Тип Б? Почему их только двое? Советы слишком скупы, не так ли?» — слыша, как офицер немецких экспедиционных сил с интересом и насмешкой рассматривает два танка, испанский офицер в стороне не мог не закатить глаза. Все еще думаете, что советы мелочны? Если бы они послали сотни или тысячи танков, тогда это было бы открытая война между двумя странами.

«Эта танковая пушка, кажется, имеет меньший калибр, чем пушки ваших танков?»

Офицер Экспедиционных сил кивнул и спокойно сказал: «Калибр орудия этого танка составляет 45 мм, что действительно на порядок меньше, чем у наших танков», — 45-мм танковая пушка, установленная в середине и конце Второй мировой войны, считалась бы устаревшей танковой пушкой, но в наши дни эта 45-мм пушка была абсолютным «джаггернаутом» на поле боя!

Будучи бесспорным оригинальным изобретателем танка, до начала Второй мировой войны каждый танк, разработанный Великобританией, копировался многими странами, и советский танк «Т-26» (и немецкий танк pz-I) также был основан на британском танке «Виккерс», который был официально разработан в 1931 году и стал на вооружение армии в 1932 году. «Т-26» был одним из основных танков, которыми были оснащены ранние танковые части Советской Красной Армии. А огневая мощь была намного выше, чем у «pz-I», и превосходила «pz-II», достигая и даже превосходя 38t и ранние «pz‐III».

И увидев направленное на них почерневшее дуло, итальянские танкисты без колебаний включили заднюю передачу и начали сдавать назад!

Это естественный страх, ведь даже малокалиберные противотанковые пушки противника могли легко пробить их тонкую броню, а что уж говорить об этой пугающе большой танковой пушке!

Однако они не были глупцами и знали, что заставлять танк разворачиваться и ехать обратно – значит терять драгоценное время, поэтому в тот момент они решили включить заднюю передачу.

Когда он смотрел, как его солдаты отступают назад, уголки рта итальянского офицера неконтролируемо дёргались.

Также он колебался, разрешать ли инспекторам стрелять, наблюдая за этой сценой, офицер немецких экспедиционных сил, наконец, проявил нетерпение и сухо сказал им прекратить этот фарс полукомандным тоном. Итальянский офицер, который уже давно вышел из себя из-за плохой работы своих людей, мог только приказать итальянской армии отступить.

Как только был отдан приказ, авиабаза в тылу сразу ожила. Одиночные пикирующие бомбардировщики «Штука» заправляются, загружаются и готовятся к взлету. Они несли одну авиабомбу «SC250» на брюхе и четыре авиабомбы «SC50» под крыльями.

Здесь находилось 32 «Штуки», и хотя с правительственной стороны не осталось приличных воздушных сил, для подстраховки их сопровождают шесть «Bf109».

Когда эта формация пикирующих бомбардировщиков поднялась в воздух, с грохотом двигателей танк за танком величественно выходил из укрытий со своими длинными, стройными стволами.

Глядя на эти большие танки, которые выглядели исключительно величественно по сравнению с итальянскими танками-карликами, испанские офицеры едва не пускали слюни.

Вот, что такое танки!

У немецких танковых конструкторов того времени была непонятная паранойя: конструкция американского и советского танка шла снизу вверх, сначала двигатель шасси, а затем башенное орудие. Многие советские танковые пушки были переделаны из других орудий. Немецкая конструкция была противоположной, они сначала выбрали хорошую пушку, переделали её в танковую, затем спроектировали корпус, разработали шасси и башню.

В результате немецкие танки прославились своими преимуществами – большей огневой мощью, более толстой броней и большей боеспособностью, но в то же время их ругали за чрезмерный тоннаж и низкую надежность. Советский танк, с другой стороны, постепенно пошёл по более светлому пути, начиная с «Т-34», «Т-44», «Т-54» и их преемники были практически идеальны в том, чтобы довести три элемента танка до их полного потенциала.

А немецкая модель разработки «сверху вниз» с относительно небольшим начальным орудием оставляла мало возможностей для совершенствования в дальнейшем и была обречена на гибель. Более поздний танк «No.4», оснащенный 7,5 cm KwK 40 (L/48) , уже был пределом, а на «No.4 Jagdpanzer» даже пришлось заменить передние два грузовых колеса на чисто стальную конструкцию, чтобы установить 7,5 cm KwK 42 (L/70) для увеличения нагрузки на подвеску, но это все равно лечило симптомы, но не причину. Таким образом, на шасси IV можно было установить только 7,5 cm KwK 40 (L/48) без значительных изменений в башне.

Янник, конечно же, не мог смириться с подобным и внёс в «pz-IV» волшебные изменения.

Были сделаны изменения: вместо вертикальной брони, была сделана наклонная, задний привод был оставлен без изменений, башня была поставлена по центру корпуса, торсионную подвеску как и поперечный двигатель вместе с трансмиссией «SSG 77», было решено оставить как и в оригинальном времени, и после внесенных изменений, он обнаружил, что танк больше не похожа на «pz-IV», а больше напоминает советский танк «Т-44». Конечно, это «сходство» было только конструкцией и внешним видом, танк, названный Янником «Шакал», весил всего 21 тонну, а по огневой защите и подвижности ему было далеко до танка «Т-44».

Что касается двигателя, то он по-прежнему был бензиновым. Хотя многие считают, что дизельный двигатель является лучшим выбором для танковых двигателей из-за его топливной экономичности, надежности и негорючести, но даже при нынешних немецких технологиях все еще не удается сделать идеальный дизельный двигатель. Сейчас объем дизельного двигателя с той же мощностью в 1,8 раза больше, чем у бензинового, компоновка сложнее, общая мощность мала, и требуется много времени, чтобы преодолеть миниатюризацию дизельного двигателя.

А немецкие танки с бензиновыми двигателями меньше утомляли экипажи во время длительных маршей, в отличие от их советских аналогов с дизелями, у которых после длительных маршей разбалтывались элементы. Некоторые даже говорят, что советский танкист не выдерживал в нем и 2 часов, а немецкие без проблем могли находиться в танке сутки.

Не говоря уже о том, что немцы использовали самый маленький, самый экономичный, самый мощный, самый производительный 320-сильный 12-цилиндровый бензиновый двигатель «Maybach HL120TRM», существующий сегодня в мире. Его топливная экономичность была превосходной, потребляя всего 2/3 топлива, используемого сопоставимыми британскими и американскими двигателями, и чрезвычайно высокая мощность (один двигатель сходил с производственной линии за 25 минут), по всем этим причинам Янник не спешил оснащать свои танки дизельными двигателями.

Что касается танковой пушки, то вместо 7,5cm KwK 37 (L/24) или 7,5 cm KwK 40 (L/48), использовавшихся в оригинальном «pz-IV», Янник выбрал 60×50-мм танковую пушку 5cm KwK 39 (L/60) использовавшуюся в «pz-III». Благодаря всем этим изменениям, пушку 5 cm можно было легко заменить на 7,5 cm когда будет нужно.

Он также опасался, что если он сразу перейдет к 75-мм танковой пушке, то это сильно стимулирует другие страны и приведет к их отчаянной разработке танков, поэтому лучше было прятать тузы в руках до Второй мировой войны.

«Давайте! Быстрее».

Сквозь рассеянный лунный свет в огромной глубокой яме были смутно видны бесчисленные фигуры, отчаянно размахивающие лопатами. Их одежда была покрыта пылью, а пот и пыль на их лицах рисовали чёрные следы на щеках. Но они не потрудились вытереть её, сгребая выкопанную землю в стоявшие в стороне железные ведра и плетеные корзины. Каждое ведро подтягивалось и высылалось в тачку людьми сверху, в то время как кто-то другой быстро толкал тачку к реке неподалеку и высыпал грязь в неё, где она смывалась течением.

Через несколько мгновений кто-то на краю ямы натянул верёвочную мерку и спросил: «Сколько метров?».

«Пятнадцать метров!»

«Наконец-то!»

«Я устал!»

Группа крупных мужчин в яме почти одновременно рухнула на землю, пыхтя и делая попытки отдышаться. В эти дни они только и делали, что копали яму. Днем они тайно копали, накидывая на яму маскировочные сети, а ночью не осмеливались зажигать свет, поэтому копать ночью можно было только при свете луны.

Сегодня они, наконец, закончили копать.

Отдохнув некоторое время, один из них встал: «Поднимаемся, миссия еще не закончена».

Десятки людей выбрались из большой ямы по верёвочной лестнице: «Все вы молодцы. Осталось пятнадцать минут, готовьте конвейер».

В этот момент в десяти километрах от них, на повороте, вдалеке медленно пыхтел поезд. Изгиб здесь был настолько крутым, что поезд мог перевернуться, если бы ехал слишком быстро. Не успела голова поезда миновать поворот, как по обеим сторонам железной дороги возникли чёрные фигуры и устремились к поезду, забираясь на него.

Если бы Янник был там, он бы воскликнул, что увидел немецкую версию железнодорожных партизан.

Пуф! Пфф! Пфф!

Через несколько легких приглушённых хлопков спустя, машинист, второй машинист и обслуживающий персонал в кабине локомотива беспомощно упали на пол, не успев среагировать.

Второй и третий вагоны были топливными, а осторожно открыв дверь четвертого вагона, заглянув через дверной проем, можно было увидеть храпящего советского солдата. Похоже охранники здесь относились к своим обязанностям несерьёзно.

На самом деле, их нельзя винить. С момента получения груза в Испании их нервы были в состоянии повышенной готовности. Теперь, когда они наконец-то въехали на территорию Советского Союза и через несколько часов достигнут Москвы, их нервы не могли не расслабиться. Когда они это сделали, усталость, накопившаяся за последние несколько дней, нахлынула вновь.

Четыре пистолета-пулемета «M3», похожие на смазочные пистолеты, были направлены на группу из 30 или около того спящих солдат.

«Три, два, один!»

«Бах-бах-бах!», — пламя извергалось из дул четырех пушек одновременно.

В каждый отсек вошли по четыре солдата спецназа, и почти мгновенно эта группа, сопровождавшая золото, была полностью уничтожена.

Спецназовец во главе небрежно бросил свой пистолет-пулемет «М3», в котором закончились боеприпасы, на проход, снял с пояса пистолет Colt «M1911A1» и двинулся вперед, всаживая пулю в любого ещё стонущего солдата.

Опустошив магазин, он вздохнул, заменяя его новым: «Янки тоже умеют делать хорошие пистолеты. Он очень хорошо чувствуется в руке».

Член команды, следующий за ним, небрежно подхватил разговор: «Я бы предпочел P38».

Последний мужчина недовольно отчитался: «Идиоты, кто вам сказал говорить по-немецки?! Что, если один из этих парней жив? Всадите по пуле в каждую голову и проследите, чтобы все прошло как надо!»

«Да!»

В пятом купе грузный мужчина с глубоким шрамом на лице сказал на безошибочно чистом английском языке: «Полагаю, вы господин генерал-майор Александр Михайлович Орлов? Или мне лучше звать вас мистер Блэкстоун, представитель Банка Америки?» — это лицо со шрамом, никто иной, как Отто Скорцени.

«Вы кто такие?! Что вам нужно?!» — бледный Орлов не мог понять, что за люди настолько дерзки, что осмеливаются открыто грабить на советской земле?

Дразнящая улыбка пересекла лицо Скорцени: «Позвольте мне представиться. Я был лично назначен президентом Соединенных Штатов Америки, господином Рузвельтом, чтобы вернуть золото, принадлежащее Соединенным Штатам Америки. Господин Орлов – очень благородный человек. Разве ваша миссия не заключалась в перевозке золота, принадлежащего банку Соединенных Штатов, в Англию на хранение? Или вы заблудились? Зачем вы отправили его в Советский Союз? Товарищ Сталин даже не разрешил вам оставить расписку, я думаю, он хотел оставить золото себе, не так ли?»

Лицо Орлова побелело, уголки рта неконтролируемо дёрнулись. На этот раз его миссия была поручена непосредственно Сталиным, который лично проинструктировал его, что, сколько бы испанцы ни просили у него расписку, он должен отказаться от нее, и отказаться от любой подписи на ней. Он убедил испанское правительство выдать ему гарантийное письмо, которое он должен был предъявить при пересечении границ различных стран. В заверенном письме Орлов был назначен представителем банка Америки по имени Блэкстоун, чтобы перевезти золото, принадлежащее банку Америки, в Англию на хранение.

Откуда эти люди это так хорошо знали?

Орлов увидел, как Скорцени посмотрел на часы: «Вы связываетесь каждые тридцать минут со штабом, чтобы обеспечить безопасность, верно? Осталось десять минут, какой код безопасности?»

Даже это было известно? Сердце Орлова словно провалилось в прорубь во льду. Означало ли это, что в Москве есть предатель? И этот предатель наверняка был не низкого ранга или, по крайней мере, участвовал в плане доставки золота.

Скорцени достал из кобуры пистолет Colt «M1911A1» и направил его на дрожащего связиста в стороне: «Какой код безопасности?»

Офицер связи вздрогнул и заговорил: «Лед и снег».

Пистолет Скорцени был теперь направлен на Орлова: «Это правда? Господин Орлов».

«…» — Орлов засомневался.

Потому что связист солгал. «Лед» был последним защитным кодом, и если бы был отправлен дублирующий защитный код, то высшее руководство поняло бы, что что-то не так. На мгновение он задумался, не отдать ли настоящий код безопасности в обмен на шанс выжить. Орлов никогда не был крутым парнем, способным бросить вызов смерти, и в оригинальном временном периоде Янника он в конечном итоге дезертировал в Соединенные Штаты.

Увидев, что на лице Орлова промелькнула нерешительность, худой на вид связист бросился к рации. Словно в замедленной съёмке, кончики пальцев коммуникатора только успели коснуться рации, когда пуля, выпущенная из пистолета «Кольт», точно впилась ему в висок.

Посмотрев на связиста, который с лицом, полным отчаяния упал на пол, Скорцени цокнул и вздохнул: «Я просто пошутил», — сказав это, он повернул голову и спросил члена своей команды, стоящего рядом с ним: «Какой код безопасности?»

Член команды достал из кармана брошюру, пролистал несколько страниц и ответил: «На этот раз это «белый медведь». «Лед» – это код безопасности с прошлого раза».

Орлов окончательно сломался и беспомощно опустился на пол, бормоча: «Как это может быть, как это может быть?! Как это может быть?!» — у этих людей даже коды безопасности были наготове, так что держать его в живых было бесполезно, похоже, на сегодня он был мертв.

Скорцени странно посмотрел на Орлова, глаза которого были вялыми, а рот безумно повторял эти фразы, и закончил его замешательство одним выстрелом в голову.

В этот момент, сопровождаемый пронзительным свистом, поезд затормозил и медленно остановился.

Десятки мужчин, которые давно ждали на краю большой ямы, толпой бросились к товарным вагонам.

Дверь открыли и в нос ударил резкий запах крови. Мужчина, открывший дверь, громко крикнул: «Быстрее, быстрее, у нас мало времени на разгрузку!»

Группа мужчин быстро установила давно подготовленные конвейерные ленты, запустила двигатели, а затем проворно забралась в вагоны и начала перемещать деревянные ящики, аккуратно уложенные в вагонетки, на конвейерные ленты. Двое мужчин также охраняли каждую ленту конвейера под машиной, перемещая их после каждой дюжины или около того ящиков с золотом, чтобы все ящики в большой яме не сгрудились в одном месте.

«Приведите двух человек из тех жителей», — в километре от них находилась небольшая деревня с десятком семей. Им пришлось похитить всех из этой деревни. Хорошо, что местность была настолько малонаселенной, что никто не заметил бы исчезновения всех этих людей.

Вскоре двое крепких сельчан были доставлены к поезду, и Скорцени без лишних слов достав пистолет советского связиста, застрелил обоих сельчан.

Член команды рядом с ним не мог не задать вопрос: «Капитан, что вы делаете?»

На лице Скорцени появилось выражение триумфа: «Это называется инсценировка. Повесьте свой автомат на этих людей», — с этими словами он нагнулся, схватил Орлова за воротник и с размаху бросил тело прямо в большую яму.

Потребовалось всего пятнадцать минут, чтобы несколько повозок, полных ящиками с золотом, упали в большую яму.

В передней части поезда Скорцени отдавал приказы своей команде: «В тридцати километрах впереди есть город. В плане доставки поезд там не останавливается, просто проезжает прямо. Через двадцать километров после города поезд проедет мимо обрыва. На обочине дороги будет гореть предупреждающий сигнал о замедлении, поэтому, когда вы его увидите, увеличьте скорость до максимальной и выпрыгните из поезда. Поняли? Поезд потеряет управление и упадёт с обрыва. После этого вы с офицером связи пройдете около пяти километров на север и найдете железную дорогу».

Член команды твёрдо кивнул: «Понятно».

Скорцени похлопал его по плечу: «Не забывайте, кто мы такие, и в случае опасности не оставляйте врага в живых», — с этими словами он отошёл от поезда и наблюдал, как тот медленно заводится и движется вперед.

Все было брошено в большую яму. Двигатель, конвейерная лента, даже десятки тел жителей деревни были скинуты внутрь один за другим. Но большая яма все еще была глубиной более трех метров. Но он был вырыт так глубоко специально.

«Быстрее засыпайте землю, утрамбовывайте каждые полметра!»

Здесь не было тяжелой техники, такой как дорожный каток. Спецназовцы могли использовать только самые примитивные методы: взять в деревне толстые круглые бревна, которые не успели расколоть, или найти огромный камень, связать их веревкой и скинуть с высоты для утрамбоваки.

Это было напряженное время вплоть до рассвета, но они стерли все следы, как будто ничего и не было.

Грохот!

На лице Скорцени появилась взволнованная улыбка, когда он наблюдал за тем, как темные облака в небе становятся все гуще и гуще: «Хаха, похоже, этот дождь будет довольно сильным. Какая удача для Германии!» — несмотря на то, что они устранили как можно больше следов места происшествия, если бы встретился кто-то, кто внимательно осмотрелся, он все равно нашел бы несколько улик.

Ну а теперь этот сильный дождь смоет и последние следы, не оставив после себя никаких улик!

«Товарищ Хрущев, самый верный боец нашего великого Советского Союза, своими действиями он еще раз доказал Родине…», — после величественных слов похвалы товарища Сталина, собравшиеся в зале поднялись на ноги и зааплодировали Хрущеву, стоявшему рядом со Сталиным.

Хлоп! Хлоп! Хлоп!

Чувствуя завистливые и ревнивые взгляды своих коллег, Хрущев выпрямил спину и приготовился принять медаль, которую держал сам товарищ Сталин.

Но как раз в тот момент, когда эта медаль должна была повиснуть на его груди, его разбудил внезапный стук в дверь, и все награды и медали перед ним в одно мгновение исчезли, оставив только безупречно белые стены.

«Тук-Тук-Тук».

Снова раздался назойливый стук, и Хрущев с некоторым раздражением на лице поднялся, потряс головой и крикнул: «Входите!»

Толкнув дверь, внутрь поспешно вошёл секретарь с озабоченным видом, который обычно хорошо умел читать мысли людей, но сегодня проигнорировал недовольное выражение лица Хрущева и тревожно воскликнул: «Товарищ Хрущев, товарищ Хрущев! Поезд, перевозящий золото, не отвечает на код безопасности, и сколько бы ему ни звонили, ответа нет!»

При этих словах, сон Хрущева мгновенно развеялся без следа, и он поднялся с кровати с ворчанием: «Что ты сказал?! Повтори это еще раз!»

Секретарь нервно сглотнул и повторил: «Сейчас 3:30 утра. Офицер связи звонил несколько раз, но ответа от транспортного поезда не было», — до 3:00 утра у них не было проблем со связью с поездом, но только что, в 3:30 утра, поезд не ответил на код безопасности, что заставило секретаря сильно нервничать, с чем он и поспешил поделиться с Хрущевым.

«Может ли это быть неисправность радио?» — в конце концов, он был человеком, пережившим большие трудности, и после короткой паники Хрущев быстро успокоился. В конце концов, этот груз золота уже благополучно проник на советскую территорию, что может пойти не так?

Секретарь, однако, покачал головой: «Но поезд оборудован тремя радиостанциями, товарищ Хрущев. Неужели три из них стали неисправны одновременно?» — в поезде были не только три совершенно новые радиостанции, но и сопровождающие их тех.работники, поэтому даже если все три радиостанции вышли из строя одновременно, техники должны были бы быстро их починить, и возникновение такой ситуации решительно невозможно.

Услышав слова секретаря, Хрущев не мог не нахмуриться, он также знал, что вероятность того, что все три радиостанции одновременно выйдут из строя, практически равна нулю. Тогда в чем может быть проблема? Подумав, он подошёл к огромной карте, висевшей на стене, и спросил: «Согласно намеченному плану, где сейчас должен находиться поезд?»

Секретарь подошёл к карте и посмотрел на неё, а затем посмотрел на часы и указал место: «По плану, поезд должен быть в этом месте, и он должен прибыть в Харьков через двадцать минут».

Хрущев присмотрелся к местности: на пути следования не было горного рельефа. Это позволило исключить проблему с радио: «А где находится последняя станция, которую они прошли?»

Палец секретаря прочертил по карте небольшой участок железной дороги: «Город Алексея. Но, как и планировалось, поезд не останавливался в этом городе».

«Город Алексея?» — Хрущев приказал немедленно: «Позвоните на станцию того города и спросите, прошел ли там поезд, прикажите местной администрации в Харькове послать кого-нибудь вдоль железнодорожной линии на поиски, и пусть тот город тоже пошлет кого-нибудь вдоль железной дороги на поиски».

«Понятно», — после ухода секретаря у Хрущева не хватило духу снова лечь спать, он беспокойно ходил взад-вперед, ожидая последних новостей, повторяя в голове слова: «все будет хорошо, конечно все будет хорошо». При этом он начал смутно жалеть о том, что взялся за это задание.

Час…

Два часа…

«Товарищ Хрущев, товарищ Хрущев!» — наконец, в разгар тревожного ожидания снова вбежал секретарь, только на этот раз его лицо было еще более тревожным, чем в прошлый раз, что вызвало вспышку беспокойства в сознании Хрущева.

«Поезд найден?!» — столкнувшись с нетерпеливым вопросом Хрущева, секретарь, заикаясь, проговорил: «Товарищ Хрущев, маленький городок Алексей ясно видел, как мимо него проехал поезд с золотом. Но поезда не было видно до тех пор, пока не встретились те, кого послали из Алексея, и те, кого послали со стороны Харькова… Золотой поезд просто исчез!» — сначала он даже подумал, что человек на другом конце телефона сошел с ума и несёт полную чушь. Но после того, как четыре или пять человек подряд давали ему один и тот же ответ, он начал подозревать, что страдает безумием и все это галлюцинации.

«Что?!» — Хрущев был в состоянии шока и гнева, и почти кричал: «Как мог исчезнуть такой большой поезд?!» — он протянул руку и схватил секретаря за воротник, как будто хотел поднять его, но к сожалению, он забыл, что он был коротким, толстым человеком, рост которого не достигал и 170 сантиметров (В реальности 160-165), в то время как другой человек был крупным мужчиной ростом более 190 сантиметров.

После нескольких попыток он смог лишь обиженно отпустить руку и прорычать приказ: «Немедленно сообщите в ближайший гарнизон и скажите, чтобы они выслали самолёты поиска! Нам всем придётся нелегко, если мы не найдем этот поезд к 10 утра!» — как и планировалось, поезд с золотом должен был прибыть на московский вокзал ровно в 10:00 утра. Товарищ Сталин повел всех членов Полит.бюро лично встречать золото.

В этот момент даже минутное опоздание на поезд было бы большим нарушением долга, но теперь, весь золотой поезд исчез! Разве это не пощечина по лицу Сталина? Стал бы товарищ Сталин это терпеть? Это 510 тонн золота! Даже если бы его жизнь стоила 100 тонн золота, он бы умер пять раз и в шестой жизни не имел бы руку!

И именно на советской земле произошла такая странная вещь.

Хрущев даже представить себе не мог, какой будет реакция товарища Сталина! Золотой поезд нужно было найти как можно скорее!

К сожалению, секретарь принес ему еще одну плохую новость.

В том районе шел сильный дождь, и самолету было невозможно пробиться через область грозовых облаков, и даже если бы пилот туда залетел, видимость всего в несколько метров ничего бы не дала. О чем-то можно было думать только тогда, когда дождь прекратится.

Чем больше Хрущев думал об этом, тем больше пугался и истерически кричал: «С каких пор мы, большевики, боялись небольшого дождя?! Если видимость низкая, отправьте больше людей, даже если вам придется щупать землю вручную, чтобы найти его! Если они не найдут золотой поезд, то станут предателями! Все они будут отправлены в Сибирь! Командуй сам! Если не найдете золото, можете не возвращаться!» — этот ублюдок за всю ночь не принес ему ни одной хорошей новости, и Хрущеву очень хотелось немедленно его пристрелить!

После того, как Хрущев отослал секретаря, он сам превратился в муравья на раскалённой сковородке и находился в состоянии крайнего страха.

Что ему делать?!

Скрыть это было невозможно, но как он мог сообщить об этом товарищу Сталину, чтобы смягчить свою вину?

Пока Хрущев ломал голову, придумывая всевозможные риторики, далеко в Берлинском дворце, Янник тоже был немного обеспокоен.

Все, что можно было сделать, было сделано, и даже Бог оказал ему услугу, послав проливной дождь, чтобы убрать последние следы.

Советы никогда не узнают, что это дело рук Германии.

Что касается того, почему спецназ использовал и подбросил пистолеты-пулеметы «M3», которые появились в США несколькими годами позже, то если бы они использовали пистолеты-пулеметы Томпсона, от которых слишком сильно пахло подброшенными уликами, советы не думали бы, что это именно Американцы украли их золото.

А теперь, что должен был подумать Сталин, когда увидел бы пистолеты-пулеметы «М3», которыми была оснащена армия США лишь несколько лет назад?

Он не Сталин, и он не мог представить, какой была бы его реакция, но что точно, так это то, что он ни за что не сделает вид, что ничего не произошло.

Даже обычные люди были бы расстроены тем, что у них просто так выманили 510 баксов, не говоря уже о 510 тоннах золота!

Янник также не ожидает, что советы воспользуются этим, чтобы объявить войну США, а затем высадятся через километры океана на американской земле, но, по крайней мере, было бы хорошо, если бы советы вступили в словесную войну с США, чтобы поставить их отношения в тупик.

Хрущев колебался полдня, и наконец, чуть позже шести утра, набрался смелости, снял трубку телефона и с трепетом доложил Сталину об исчезновении золотого поезда.

«Что?! Золото потеряно?!» — ни с чем не сравнимое удовольствие от 510 тонн золота мгновенно рассеялось, и на смену ему пришла чудовищная ярость. Хрущев чуть не упал на колени и не кланялся телефону в знак помилования, слушая яростную тираду товарища Сталина, доносившуюся через микрофон.

Он вытер пот со лба и заговорил очень осторожно: «Великий вождь, товарищ Сталин, пожалуйста, умерьте свой гнев. Я гарантирую, что золотой поезд будет найден, и ни один кусок золота не пропадет».

«У тебя есть один день», — Сталин, который бился в истерике, видимо, устал и, холодно бросив эти слова, положил трубку.

«…» — Хрущев только почувствовал, как по его телу пробежал холодок. Товарищ Сталин не сказал, что будет, если он не найдет золото через день, но это было страшнее, чем угроза убить его. Он не мог больше сидеть на месте и немедленно отправился в Харьков, намереваясь сам руководить поисками золота.

«Товарищ Хрущев, что привело вас сюда?» — секретарь, прибывший раньше него, подошёл поприветствовать его.

Хрущев сейчас ненавидел этого ублюдка, который приносил ему плохие новости, и он собирался избавиться от него первым делом, когда все будет улажено: «Заткнись, что с золотом?!»

Секретарь на мгновение замешкался, прежде чем заговорить: «Я доложу вам в конференц-зале».

Следуя за секретарем в зал заседаний правительства Харькова, Хрущев с неудовольствием увидел, что большой зал заседаний уже заполнен людьми: «Почему так много праздных людей? Вы бы лучше пошли искать поезд».

«Все эти люди – эксперты в различных областях». — секретарь хлопнул в ладоши после объяснения: «Тихо, товарищ Хрущев прибыл».

С шумом люди в зале заседаний стекались к Хрущеву и восторженно протягивали руки.

«Приветствую вас, товарищ Хрущев!»

«Приветствую вас!»

Видя, что все хотят выслужиться перед ним, Хрущев махнул рукой: «Найти поезд – это главная задача сейчас, о других вопросах мы поговорим позже, что вы нашли?»

Пожилой мужчина лет шестидесяти с седой головой вышел вперед: «Товарищ Хрущев, я являюсь начальником строительства этого участка железной дороги. Я изучил дорогу с несколькими экспертами и думаю, что самое подозрительное место находится здесь», — сказал мужчина, указывая место на карте: «Это участок железной дороги в 20 километрах от небольшого города Алексей, там обрыв, и как мы все подозреваем, поезд мог неуправляемо сорваться с обрыва».

Хрущев нахмурился: «Вы можете быть уверены? Почему вы сразу не подумали об этом месте?»

«Товарищ Хрущев, на этом участке железной дороги с обоих концов установлены светофоры, предупреждающие о превышении скорости, и в связи с тем, что с момента постройки этого участка не произошло ни одной аварии, никому не пришло в голову…».

«Хорошо, что есть хоть что-то», — Хрущев не мог не вздохнуть с тайным облегчением: «Тогда мы идём туда прямо сейчас!»

Секретарь выступил и посоветовал: «Товарищ Хрущев, вы лучше отдохните здесь, а мы пойдем».

Отдохнуть? Если он не найдёт поезд, он точно «отдохнёт» навсегда.

Станция Харькова немедленно мобилизовала локомотив и два вагона, чтобы доставить толпу прямо к обрыву.

В Харькове было еще пасмурно, и в нескольких десятках километров от него уже шёл сильный дождь, а к тому времени, когда они добрались до места назначения, в небе гремел гром и сверкали молнии.

Конечно, приближаясь к месту назначения, толпа увидела сигнальные огни, предупреждающие о снижении скорости, стоящие на обочине дороги, которые водитель не мог не заметить, если только он не был пьян. Поезд начал замедлять ход и некоторое время продолжал движение, пока не остановился на повороте дороги.

Директор строительства, которому было за 60, показал в окно на обрыв и сказал: «Товарищ Хрущев, вот оно!»

Железная дорога находилась менее чем в полуметре от края обрыва, а если смотреть вниз, то было так темно, что даже с фонариком, светившим вниз, невозможно было увидеть, что находится под ней.

«Отправьте кого-нибудь вниз!» — вытянув голову в сторону внешней стороны скалы, Хрущев отдал приказ.

«…» — толпа посмотрела на друга друга в нерешительности, этот обрыв был по крайней мере сто метров глубиной, если бы они попали в аварию на полпути вниз, это была бы верная смерть! А сейчас идет проливной дождь, и было естественно, что ходить туда не стоит.

Глядя на то, что никто не желает выступить, Хрущев сурово сказал: «Что такое? Вы боитесь? Вы должны знать, что этот поезд – зеница ока товарища Сталина. Тот, кому будет принадлежать заслуга в проведении этой поисковой операции, станет героем Советского Союза. Его не только лично наградит товарищ Сталин, но и у него не будет недостатка в премиях, наградах и медалях». — конечно, Хрущев не знал, наградит ли их товарищ Сталин или нет, но в такой критический момент он решил таким образом подтолкнуть их вперёд.

«Товарищ Хрущев, я пойду вниз», — наконец, секретарь Хрущева взял на себя инициативу. Как уже говорилось ранее, он хорошо разбирался в мыслях людей, и он видел, что Хрущев будет вымещать свой гнев на нём. Поэтому он решил успокоить Хрущева своим поступком.

В конце концов, три крепких молодых человека тоже подали голос и пошли вслед за секретарем. Толпа накинула на них приготовленные веревки и с помощью простого лебёдочного устройства осторожно спустила их с обрыва.

Толпа в вагоне осторожно опускала верёвку, все взгляды были устремлены на дно обрыва. Хотя ничего не было видно, люди по-прежнему толпились у окон, пристально глядя на четырех мужчин, исчезающих в темноте.

Хрущев не был исключением и даже не замечал бормотания окружающих: «А вы почувствовали небольшое колебание?» — может ли быть, что сила спуска четырех человек заставила поезд шататься? Мало того, что поезд раскачивался, но еще более странным было то, что до сих пор гром раздавался с юга, так как же так получилось, что теперь позади них раздался этот «бум!», «бум!», «бум!», похожий на гром?

Хрущев не заметил этого, и большинство не заметило этого, но один из них дико побледнел, подбежал к другому окну, выглянул в сторону обрыва и испустил неистовый, душераздирающий крик: «Грязевой оползень!»

«Оползень?!» — услышав эти роковые для них слова, все в вагоне крикнули в шоке.

«Бегите!» — неизвестный закричал во весь голос, и толпа, как безумная волна, бросилась к двери поезда. Узкая дверь не могла вместить столько людей, которые хотели пройти одновременно, и все толкались и пихали друг друга: «Я важный человек, уйди с дороги!» — Хрущев, рост которого составлял всего 1,62 метра, не мог передвигаться в толпе, и его окружали люди, которые были выше его не на одну голову.

Но какая разница, кто ты, в ситуации на грани жизни и смерти? Боюсь, что даже Сталина придется оттеснить в сторону, если он тут будет.

В тот момент, когда толпа сгрудилась у входа и не могла сдвинуться с места, раздалась серия «бум», «бум», «бум», подобно раскатам грома на сухой земле. Все в ужасе выглянули из окна и увидели мутный, желтоватый поток, который с ревом нёсся вниз по утёсу, как спускающийся тигр, заставляя весь утес слабо дрожать!

Как мы все знаем, оползень – это поток, образовавшийся после сильных дождей и паводков, размывших песчаные и мягкие земляные горы в результате насыщения, обычно состоящий из липкой грязи, вперемешку с крупными твёрдыми частицами, обломками материалов и глиной, с большой площадью, объемом и потоком, и чрезвычайно разрушительный из-за его внезапного возникновения, яростного импульса, высокой скорости продвижения и массы!

«Бум!» — оползень, похожий на зверя, сильно ударил по этому поезду. Сила удара была настолько велика, что поезд, состоявший всего из трех секций, мгновенно накренился на 45 градусов.

Под отчаянные крики толпы, второй оползень снова взревел, легко столкнув с обрыва пошатнувшийся поезд.

За ними начался непрерывный каскад оползней, устремившихся к основанию скалы.

«Вуш… Бум~!». — Ракета «Железный кулак» с невероятной точностью попала в дом, извергающий огонь из своих окон, который уже был наполовину разрушен предыдущим обстрелом, дом получил еще одно подобное попадание и несколько раз содрогнулся, прежде чем окончательно и беспомощно рухнуть.

Недалеко от этого уже разрушенного дома, несколько офицеров немецких экспедиционных сил собрались на наблюдательном пункте, наблюдая за полем боя в перископ: «Его Высочество действительно гений, каждое созданное им оружие настолько необычно, что даже и не верится. Похоже, эта штука хорошо подходит для использования против вражеских фортов и танков». — Один из офицеров отвёл глаза от перископа и искренни воскликнул.

Другой офицер кивнул: «Это оружие легко и недорого производить, и оно без проблем развертывается на уровне взвода или даже отделения. Я слышал от солдат на передовой, что он настолько прост в управлении, что инструкторам достаточно показать один раз, и большинство людей смогут им пользоваться». — Принцип действия этого оружия заключается в том, что стальная пороховая трубка обеспечивает энергию для выталкивания боевой части из патронника. При стрельбе солдат, держащий оружие, просто отщёлкивает механизм выстрела на внешней стороне пороховой трубки, позволяя ударному колпачку воспламенить заряд внутри трубки, создавая импульс для приведения в движение боевой части.

Железный кулак 30K первого поколения в оригинальный период времени Янника имел жалкую дальность стрельбы всего в 30 метров и был просто большой портативной версией противотанковых ружей .

Янник, конечно, не мог быть доволен такой дальности, и установил цель дальности более чем на 50 метров, и в результате отдел исследований и разработок придумал версию Tekken 60 с дальностью 60 метров. А глубина пробития достигала ошеломляющих 200 мм. Это означало, что у немецкой армии появилось оружие, способное уничтожить любую танковую броню в мире!

Самое приятное, что его общий вес составлял всего около десяти фунтов, что делает его вполне пригодным для работы одной рукой.

«Вы можете продовать нам это оружие?!». — Офицер Франко, стоявший рядом с ними, озабоченно сказал, как раз когда они обсуждали друг с другом оружие.

«…». — Несколько офицеров экспедиции с улыбкой посмотрели друг на друга, и офицер во главе утвердительно кивнул: «Конечно, ваша страна — наш друг, и Его Высочество постановил, что мы можем экспортировать любое оружие, которое хочет ваша страна, и даже можем разрешить его производство у вас. Мы также поможем вашей стране модернизировать ее промышленную систему, когда эта гражданская война закончится».

«…». — Выражение лица испанского офицера можно описать просто как польщенное.

Лишившись поддержки огневой точки, фланг правительственной армии был немедленно оголен и подвергся сильной атаке, и уже не очень прочная линия обороны рухнула сразу после наступления врага: «Отступаем!». — Командующий правительственными войсками также понял это и поспешно отдал приказ об отступлении. Возможно, именно его крик выдал его позицию врагу, а может быть, ему просто не повезло, ведь граната выкатилась прямо ему под ноги, и с сильным взрывом крики офицера резко оборвались.

«Командир! Третий сектор нарушен! Командир роты сужает оборону и оказывает сопротивление врагам, нам нужно подкрепление!». — Солдат-связист с марлей, обмотанной вокруг одного глаза, вбежал на командный пункт и тревожно доложил.

Командир полка вздохнул с горьким выражением лица: «Если бы я мог, я бы давно их отправил, зачем ждать до сих пор? Вернись и скажи ему, что если он действительно не может держать оборону, то ему разрешается сдаться, а все последствия я беру на себя!». — Теперь, когда Мадрид был полностью окружен, в него невозможно было ввести подкрепление. Вы должны знать, что самым решающим в битве на аллее является постоянный приток подкреплений, как только не хватает подкрепления, падение обороны — лишь вопрос времени.

«Есть!». — Застыв на мгновение, солдат связи отдал честь, а затем поспешно выбежал из командного штаба, возвращаясь назад, чтобы передать приказы.

Штаб командования снова погрузился в тишину, все молча смотрели на своего командира полка.

Командир полка, в свою очередь, уставился прямо на карту сражения, висевшую на стене, и вздохнул с нескрываемой меланхолией: «Проклятые немцы все еще могут сражаться!». — Три линии обороны, построенные к западу от Мадрида, не продержались и недели, прежде чем немцы прорвались. Даже дорога Мадрид — Валенсия была отрезана ими, поэтому Мадрид был полностью окружен и находился в таком отчаянном положении.

Они сражались с армией Франко и отразили итальянские экспедиционные силы, но от немецких экспедиционных сил можно было только отступать. Они были побеждены из-за современного оружия немцев.

Самыми страшными из них были немецкие снайперы. В результате мало кто из солдат осмеливался показывать голову на позиции, что напрямую влияло на точность стрельбы, тратилось много боеприпасов впустую, в то время как потери противника уменьшались.

Раньше сдерживающим фактором была артиллерия, которая заставляла этих мерзких парней немного сдерживаться, но теперь, когда их боеприпасы были исчерпаны, деятельность этих снайперов становилась все более безудержной.

Бум!

В этот момент недалеко раздался взрыв, и с этим громким звуком густое облако дыма хлынуло на штаб, задушив находящихся внутри людей кашлем, и все они с сожалением смахнули пыль со своих тел.

Сразу же после этого недалеко разорвался еще один снаряд, и командир услышал, что оба были минометными выстрелами, что указывало на то, что враг находится недалеко.

Вздохнув еще раз, он достал компактный пистолет из кобуры на поясе и пошел прямо к двери.

Остальные поспешно позвали его: «Капитан!»

Командир полка обернулся, и торжественно сказал: «Я поклялся перед тем, как прийти сюда, что буду бороться до последнего и никогда не отступлю, и теперь пришло время выполнить это обещание. Что касается вас, вы еще молоды, нет необходимости следовать за мной, оставайтесь здесь». — С этими словами он, не оглядываясь, вышел за дверь, его гвардейцы последовали за ним, несколько штабных офицеров схватили свое оружие из угла, небрежно подняли свои стальные шлемы, нахлобучили их на головы и с решимостью на лице последовали за ним.

Не успел он сделать и нескольких шагов, как вдруг почувствовал, что земля задрожала у него под ногами, и тут же раздался громкий взрыв, а его тело оторвало от земли воздушной волной, и он полетел, как воздушный змей с оборванной ниткой.

С большим трудом он обнаружил, что упал в огромный кратер, и его тело охватила мучительная боль, как будто все его тело вот-вот развалится на части.

Стиснув зубы, он уже собирался сесть, как вдруг увидел фигуру, появившуюся на краю кратера.

Только после двух секунд ошарашенного взгляда капитан понял, что это форма армии Франко, поскольку и итальянские, и немецкие экспедиционные силы носили такую форму во время гражданской войны, он ни на секунду не мог определить, к какой стране относится этот парень?

Но неважно, какая это была страна, раз он носил эту форму, значит, он был их врагом! Когда он уже собирался поднять руку для выстрела, он увидел, что его правая рука была пуста, а пистолет давно исчез.

В тот момент, когда командир пытался найти свой пистолет, солдат на краю кратера без колебаний поднял оружие и прицелился.

«Бах!». — Раздался четкий выстрел, не зная, была ли у солдата плохая меткость или он хотел захватить этого врага, похожего на высокопоставленного офицера, живым. Пуля не попала в жизненно важные органы командира, но пробила его бедро.

«!!!». — Самым странным было то, что командир не чувствовал ни малейшей боли от ранения.

В момент, когда он находился в замешательстве, он увидел свой пистолет на небольшом расстоянии, сделал бросок вперед, схватил пистолет, направил его на солдата, передёргивающего затвор, и несколько раз нажал на спуск, расстреляв все шесть патронов в магазине.

Первые пять патронов куда-то улетели, а последний, чудом, попал в руку солдата.

Солдат издал крик и отступил назад, с глаз долой, а через несколько секунд в кратер влетел белый дымящийся комок железа и приземлился прямо под ногами командира.

«Бум!».

Берлин, Императорский дворец.

Янник держал в руке секретное послание, которое было доставлено с советской стороны.

В нем было два сообщения, одно из которых касалось золотого поезда. Московские власти подтвердили, что поезд с золотом врезался в подножие скалы в двадцати километрах от города Алексея, и хотя причина аварии пока неизвестна, поезд мог упасть только там, иначе ему некуда было деться. Эта новость, наконец, позволила громогласному Сталину успокоиться, хотя он узнал, что золотой поезд упал с обрыва не только глубоко, после этого также вышел оползень, бесчисленные грязи и камней в, только чтобы очистить эти грязи и камней также нужно потратить много усилий, но это неважно, ведь золото по-прежнему находится на советской территории. Поэтому он лишь отдал приказ как можно скорее откопать поезд и не стал выяснять, не было ли за кулисами какого-то другого заговора.

Второй новостью стало то, что Хрущев, первый секретарь Московского государственного комитета, также упал в этот обрыв и был позже погребен оползнем. От этой новости Янник не мог не ошеломиться. Он не ожидал, что эффект бабочки от его перехода будет настолько масштабным, зная, что Хрущев в оригинальном временном периоде умер только в 1971 году, а теперь это произошло на целых 35 лет раньше.

Но этот человек, похоже, не совершил никаких выдающихся подвигов во Второй мировой войне, его основной работой было проверять боеготовность и моральный дух войск, лично допрашивать немецких пленных, призывать некоторых из них на пропагандистскую работу и так далее, поэтому Янник не стал особо задумываться над этим вопросом.

Больше всего его радовало то, что его план увенчался полным успехом. В ближайшем будущем 510 тонн золота будут собраны в немецкую казну, и думать об этом было волнительно!

Он радостно насвистывал, когда в кабинет вошла Энни: «Ваше Высочество, генерал Рундштедт и остальные здесь».

«Попросите их зайти и забрать этот документ для уничтожения».

Через несколько мгновений в кабинет вошли Рундштедт, Кессельринг, Рихтгофен и другие. Они привезли с собой отчет о состоянии войны в Гражданской войне в Испании.

Взяв в руки документ, Янник небрежно спросил: «Были ли потери в авиации?». — Важно знать, что первоначальные воздушные силы испанских правительственных войск состояли из старых самолетов, и единственными, кто мог представлять угрозу для немецких bf109, были истребители И-16, которых послала советская сторона.

Начальник штаба ВВС Кессельринг сказал: «Было три жертвы. Один погиб, один тяжело ранен и один легко ранен».

«Они были сбиты вражеским самолетом?». — Пока было только три потери, что было достаточно хорошо.

Кессельринг выглядел немного смущённым и на мгновение замешкался, прежде чем продолжить: «Нет, это был несчастный случай, когда пилот заходил на посадку».

«…». — Янник слегка вздохнул. Конечно, однолонжеронная балка крыла Bf109 не обеспечивала достаточной прочности конструкции, а шасси можно было установить только в корне крыла. В результате расстояние между шасси было слишком маленьким, что делало взлеты и посадки сложными и недружелюбными для новичков, которые могли попасть во множество аварий, если не были осторожны.

Но решить эту проблему очень сложно, проще было бы перепроектировать новый самолет: «С этим ничего нельзя поделать, кроме как акцентировать внимание пилотов на безопасности при взлете и посадке». — сказал Янник, сосредоточившись на файле с отчётом.

Объединенные силы Франко, Германии и Италии отвоёвывали Мадрид с подавляющим перевесом, правительственные войска без поддержки постоянно истощались , и их полное поражение было лишь вопросом времени.

С другой стороны, битва за Барселону, одно из важнейших сражений гражданской войны в Испании, также была в самом разгаре.

Союзные войска уже контролировали северную часть Испании и наступали на восток с целью отрезать испанское правительство от границы с Францией.

Немецкие танковые дивизии в полевых условиях были очень эффективны в реальном сражении, одним махом взяв Саламанку, один из главных городов в центральном регионе Испании, и полностью уничтожив две колонны основной республиканской армии, которая была окружена под Саламанкой, успешно разделив территорию, контролируемую правительственными войсками, на две части. Затем армия Союза развила этот успех, взяв в следующем месяце крупный северный испанский город Леон и открыв путь снабжения к Ла-Коруне.

«Всего на данный момент потеряно 16 танков?».

На лице Рундштедта появилось выражение душевной боли: «Девять из них были уничтожены в уличных боях. Ваше Высочество, я не думаю, что танки следует так легко вводить в бои на переулках».

Пальцы Янника постучали по столу, он задумался на мгновение и спросил: «Как были уничтожены наши танки? Не думаю, что у них есть одноракетное оружие вроде «Железного кулака»?».

Рундштедт кивнул: «У них нет подобного оружия, уничтоженные танки были либо подстрелены вражескими танками, либо потеряли мощность после попадания в двигатель из противотанковых ружей, либо уничтожены зажигательными бутылками, или гранатами… коротко говоря, у них есть множество способов борьбы с танками, и бои на аллеях — это кошмар танкового подразделения».

Кошмар танкового подразделения? Янник неодобрительно покачал головой. Вы должны знать, что как городские наступательные и оборонительные бои Второй мировой войны, так и последняя война США и Ирака подтвердили вывод, противоречащий распространенному: танки были хорошим инструментом для боев в городских переулках.

Армия США даже пришла к выводу в ходе реальных боевых действий во время войны в Ираке, что принцип исключения танков из городского боя был ошибочным. В ходе массированного наступления на город Фаллуджа американские войска уничтожили и взяли в плен более 3 000 вражеских боевиков при мизерных потерях более 50 морских пехотинцев, используя в качестве ядра танки и бронемашины, доказав тем самым, что танки являются лучшей техникой для ведения городских боевых действий. (8 ноября 2004)

Благодаря хорошей защите, точной, мощной и эффективной огневой мощи, гибкой мобильности, которыми обладают танки, что является важнейшими условиями и преимуществами в наступательных операциях в городских переулках, когда танковые подразделения действуют в паре с пехотой, они обязательно достигнут цели уничтожения окопавшегося противника и снижения потерь на своей стороне в переулках.

Основная цель танков в городских боях — обеспечить тяжелую огневую мощь, которую не может нести пехота, прикрыть пехоту для быстрых атак и служить сильным опорным пунктом для пехоты, против которой она сражается. Без доспехов пехота несла большие потери в городах.

Не говоря уже о том, что в то время еще не было укомплектования РПГ, а танковые подразделения все еще были достаточно живучими.

«Ваше превосходительство генерал Рундштедт, вы должны подумать, сколько еще потерь потребуется, чтобы выиграть сражение на аллее с помощью одной только пехоты без помощи и прикрытия тяжелой бронетехники вроде танков. Я считаю, что танки по-прежнему являются отличным инструментом для городского боя, а неудачный бой — это тактическая проблема, никак не связанная с самими танками. И, конечно, нельзя использовать чисто танковые подразделения для штурма городских улиц, это верный путь к гибели». — Типичный пример — трагический бой в переулке Грозного. В результате того, что бронетанковые подразделения вошли в город при плохой координации с пехотой и отсутствии пехотной поддержки, 20 из 26 танков Т-80 были уничтожены, и только 18 из 120 боевых машин пехоты были выведены из города; какая трагедия, что 250 танков Т-80, боевых машин пехоты и бронированных транспортных машин были взорваны за три дня последующего наступления.

«Но штурм аллеи танками в сочетании с пехотой будет гораздо эффективнее, чем чисто пехотными силами. Нам придется подготовить боевое подразделение специально для координации действий пехоты и танков».

Поворотным моментом Второй мировой войны стало поражение немцев в Сталинградской битве, и причина поражения заключалась в том, что они не побеждали Советов в боях на переулках.

В то время как Янник и другие обсуждали войну в Испании, военные чины Британской империи по ту сторону Ла-Манша занимались тем же самым.

В просторном конференц-зале военное начальство с каменным выражением лица смотрело на фотографии, проецируемые на слайд-проекторе.

Рядом с ними эксперт по разведке ВВС объяснил: «Это два отдельных советских истребителя для Испании, биплан — И-15 и моноплан — И-16», — затем он привел общие характеристики этих двух истребителей. Он знал эту информацию, потому что французы помогали испанским правительственным войскам (сначала продавая оружие напрямую, но потом, после введения эмбарго, они продолжали поставлять его через другие страны) поэтому эту информацию было легко получить.

Командующий ВВС Казуолл Тременхир Даудинг высказался с некоторым недоверием: «Это означает, что советские И-16 полностью превзошли наши истребители «Бульдог» по своим характеристикам?». — Британская империя всегда гордилась тем, что является старой промышленной державой (что также было неоспоримым фактом), но теперь даже Советы создали истребитель, который был более совершенным, чем их, что было очень трудно принять.

Он пробормотал про себя: «Хорошо, что мы не поддерживали Испанию, иначе над этими нашими отсталыми истребителями до сих пор смеялись бы». — Из-за экономического кризиса внутри страны парламент не принял программу поддержки Франко, и теперь казалось, что это решение сохранило лицо Британской Империи.

Эксперт успокоил его: «Ваше превосходительство коммандер Даудинг, вам не стоит слишком беспокоиться, разве у нас нет нескольких новых истребителей, которые вот-вот должны поступить на вооружение?». — Несмотря на это, сердце каждого не могло не чувствовать себя немного подавленным, Британскую империю редко обгоняли в плане вооружений. Британская империя по-прежнему была военно-морской державой номер один, а армия — сильнейшей в мире, но, похоже, оснащение военно-воздушных сил отставало.

Вице-адмирал, стоявший рядом с Даудингом, подавленно пробормотал: «Я говорил, что мы должны разработать истребитель нового типа, но несколько лет назад мы даже не углублялись в разработку истребителя типа gc , но сейчас уже поздно, верно?».

Даудинг покачал головой: «Забудьте об этом истребителе типа gc, очевидно, что воздушная война в наши дни больше не может решаться старыми бипланами». — Истребитель gc, о котором они говорили, ранее был бипланом Waterbird III, основными усовершенствованиями которого были замена двигателя Jupiter 6 воздушного охлаждения (425 л.с.) на привод деревянного двухлопастного винта, а также улучшенные элероны и более обтекаемый фюзеляж, но и он явно не был приспособлен к современной воздушной войне.

Эксперт изменил схему, которая была настолько расплывчатой по сравнению с предыдущими И-15 и И-16, что можно было увидеть только общие черты, такие как тонкий фюзеляж, закрытая кабина, монопланная конструкция и т.д. «Это немецкий истребитель для Испании, но на нем летают немцы и обслуживают его немецкие наземные экипажи, поэтому посторонним трудно даже приблизиться к самолёту, не говоря уже о том, чтобы порыться в нем в поисках конкретных эксплуатационных данных».

«Мы также не можем узнать точный коэффициент потерь, потому что пилоты с советской стороны лгали об результатах сражений , но что точно, так это то, что его характеристики не ниже, чем у И-16, и он даже с большой вероятностью победит его один на один».

На эти слова присутствующие офицеры обратили особое внимания: «Вы хотите сказать, что этот истребитель И-16, который может летать на расстояние до 350 км, не может победить немецкие истребители?!». — По их мнению, советские истребители И-16 уже были достаточно совершенными, но они не ожидали, что немецкие истребители будут еще более извращенными! Тогда не будет ли немецкий истребитель считаться супер-истребителем?

Офицер разведки подал голос: «В разведданных, полученных нами от шпионов, которых мы разместили в Германии, не так много, там только упоминается, что немецкий баварский авиационный завод разработал новый истребитель, официальное кодовое название — истребитель bf109». — После паузы, указывая на различные части самолета на слайде, он продолжил объяснять: «Этот самолет должен быть цельнометаллической конструкции, с полностью закрытой кабиной и потрясающими аэродинамическими характеристиками. По данным нашей разведки в Испании и наших людей у Франко, этот немецкий самолет летит быстрее, чем кто-либо мог себе представить, многие говорят, что этот самолет летит со скоростью более 500 километров в час».

Кто-то воскликнул: «Боже мой! Вы хотите сказать, что и Советский Союз, и Германия теперь имеют истребители, с которыми мы не можем сравниться?».

Даудинг тоже немного приподнялся: «Какие новые самолеты мы можем немедленно запустить в производство?!».

Адъютант, стоявший рядом с ним, немедленно ответил: «Ваше превосходительство, командующий, теперь у нас есть истребитель «Харрикейн», который может быть немедленно запущен в производство. Технология полностью отработана.

Есть также истребитель Spitfire, который с марта прошлого года несколько раз совершал испытательные полеты без каких-либо серьезных проблем.

«Defiant» с вращающейся во все стороны турелью также совершит свой первый полет во второй половине года».

Даудинг кивнул, задавая тон этой дискуссии: «Немедленно запустить в производство истребитель «Харрикейн», а также ускорить выпуск остальных самолетов».

Один из пожилых генералов говорил с озабоченным выражением лица: «Это не очень хороший знак, сейчас немцы становятся все более непослушными, а их вооружение все сильнее и сильнее, так что, возможно, они однажды…». — В случае, если однажды эти парни снова начнут сходить с ума, и начнут еще одну мировую войну, то неизвестно, сколько людей придется убить.

Даудинг беспомощно вздохнул: «Внимание флота сейчас сосредоточено на стороне Советов, военные расходы Империи склонились в сторону флота, мы не хотим нажить еще одного врага, Парламент не согласится.» Чертежи суперлинкора, привезенные из Германии в прошлый раз, очень покоробили военно-морскую сторону. Хуже всего то, что сразу стали поступать секретные сообщения о том, что Советы начали строить такие суперлинкоры, что еще больше напугало военное начальство.

Если первый суперлинкор окажется неудачным, у Советов может пропасть желание продолжать его строительство. Но если бы это удалось, Советский Союз, несомненно, строил бы все больше и больше этих ужасных военных кораблей. Тогда военно-морская мощь Британской империи оказалась бы под большим вопросом.

Лучший способ защиты от этой угрозы — это строительство Британией таких супервоенных кораблей, в конце концов, у них одинаковые чертежи.

К сожалению, сейчас Британскую империю можно охарактеризовать как страну, у которой есть воля, но нет силы. Последняя мировая война дорого обошлась Великобритании: слабая экономика, сильная безработица, частые забастовки рабочих и социальные волнения после войны. Мировой экономический кризис 1929 года усугубил беды, ударив по Великобритании еще сильнее. После этого, экономическое положение Великобритании постепенно восстановилось, но она все еще находилась в депрессии.

Военные расходы Великобритании в прошлом году составляли треть от расходов Германии и пятую часть от расходов Советского Союза. Поскольку подавляющая часть военных расходов тратится на военно-морские и военно-воздушные силы, сухопутной армии, способной вмешаться, просто не существует, они даже не могут позволить себе вмешаться в гражданскую войну в Испании и могут лишь проводить политику невмешательства.

Видя, как ожесточились лица остальных, Даудинг взял себя в руки и уверенно сказал: «Все в порядке, все, что нам нужно сделать, это просто, подготовиться, а затем еще раз побить немцев, и все вернётся на круги своя».

В тот вечер Шпеер пришел в офис Янника, чтобы отчитаться о работе компании за последний квартал.

Выслушав доклад, Янник лично налил ему бокал шампанского: «Профессор Шпеер, все эти годы мой частный бизнес находился под вашей опекой и преуспевал».

Шпеер с трепетом на лице принял стакан: «Ваше Высочество излишне комплиментарен, все это благодаря вашей мудрости».

Янник громко рассмеялся: «Ха-ха, если говорить о мудрости, то я действительно никогда не ошибался. Я сделал правильный выбор назначив вас ресторатором, вы гений!».

Иногда стоит задуматься, может быть, некоторые гении просто рождаются? Шпеер родился в 1905 году в богатой семье в Мангейме, Германия, в детстве любил математику и мечтал стать математиком.

Но его отец был известным архитектором, а родители, как правило, всегда стремились обеспечить хорошее будущее своим детям. Его отец настоял на том, чтобы Шпеер начал заниматься его ремеслом, и в результате Шпеер последовал желанию отца и изучал архитектуру в Карлсруэ, Мюнхене и Берлине, получив квалификацию архитектора в 1927 году.

Он также проявил свой талант в архитектуре. Однажды он проходил мимо места сноса нюрнбергской трамвайной остановки и увидел обнаженные и ржавеющие стальные прутья внутри бетонных колонн. Эта декадентская апокалиптическая сцена глубоко взволновала Шпеера, и после долгих размышлений он придумал так называемую «Руинную ценность Лёна». Он считал, что немыслимо, чтобы ржавое и развалившееся железобетонное здание могло представлять ценность в веках, и что следует использовать специальные материалы и применять определенную статическую механику, чтобы здание сохраняло свою ценность как роль римской архитектуры через сотни — или даже тысячи — лет, даже если оно будет свалено в руины.

Эта концепция также пришлась по душе Гитлеру, который вскоре после этого назначил его дизайнером декораций аэродрома в Диперине.

Шпеер спроектировал огромный подиум длиной 300 метров и высотой 24 метра. Она была вдвое длиннее общественных бань Каракана. На вершине был воздвигнут орел с расправленными крыльями шириной до 33 метров. По всей площадке было установлено 130 прожекторов.

В своих воспоминаниях он позже писал: «Эффект был намного сильнее, чем я мог себе представить. 130 столбов четко очерченного света выстреливали с двенадцати метров вокруг площадки в ночное небо, видимые с высоты 6 000-8 000 метров, а затем переходили в свечение, создававшее впечатление огромного пространства, каждый луч напоминал окружной забор, образуя бесконечно высокую внешнюю стену. Иногда сквозь ореол проходит облако, добавляя сюрреалистический и нереальный элемент в этот великолепный эффект. Я думаю, что эта «Церковь света» — первый светящийся архитектурный проект такого типа, и для меня это не только моя самая красивая, но и единственная пространственная работа, которая по-своему существует вне времени».

Позже Шпеер, получивший звание «директора архитектуры по возрождению немецкой столицы», спланировал столицу тысячелетней империи.

Согласно его плану, в Германии будет два центральных железнодорожных вокзала, северный и южный, разделенные 8-километровым «Проспектом славы» шириной 120 метров. По оси этой улицы с обеих сторон будут построены разнообразные здания, демонстрирующие политическую, военную и экономическую мощь Германии. Здесь были театры, магазины и офисные здания для всех немецких министерств, включая новое здание штаба, мемориал фельдмаршала и новое здание парламента.

В центре улицы должна была быть построена новая немецкая «Триумфальная арка», вдвое превышающая высоту французской Триумфальной арки — 100 метров. Возможно, именно площадь Согласия в Париже вдохновила Шпеера на строительство площади посреди «Авеню Славы», которая вмещала бы миллион зрителей. Также было построено огромное здание с медным куполом для зала собраний. Созданное по образцу Пантеона в Риме, здание высотой более 400 метров, вместимостью 150 000 человек, по завершении строительства станет самой большой синагогой в мире. Одиннадцать министерств империи разбросаны вдоль дороги от Триумфальной арки до Конгресс-холла, заканчивающейся у «Ротонды» на пересечении с Потсдамской улицей, за которой следует километр магазинов и развлечений: две трети Germania будут представлять собой коммерческие и гражданские здания. На улице шириной 150-200 метров он планировал построить роскошный кинотеатр, общественный кинотеатр на 2 000 мест, новый оперный театр, новый концертный зал, «национальный дворец» и гостиницу на 210 000 мест.

Интересно, что отец Шпеера, увидев модель, просто прокомментировал ее: «Ты совершенно безумен». — Интересно, не пожалел ли в этот момент старик, что втянул сына в строительство архитектурных сооружений?

«Ваше высочество, вы мне льстите. Если говорить о гениальности, боюсь, что в этом мире нет никого, кто мог бы сравниться с вами». — Это была не лесть, это было восхищение от всего сердца. Боюсь, никто не мог представить, что человек может быть настолько разносторонним. Философия, астрономия, география, литература, математика, химия и физика, все существующие научные достижения, Его Высочество уже давно стояли на вершине. Только зарегистрированных патентов у него сотни, а незарегистрированных секретных изобретений бесчисленное множество.

Компания «Зевс», основанная Его Высочеством, проникла во все отрасли промышленности Германии, и можно сказать, что она действительно контролирует экономическую линию жизни Германии. Даже если он не наследный принц Германии, его все равно достаточно, чтобы встряхнуть немецкую экономику. Его Высочество тратит много денег, и деньги, как снежный ком, растут все больше и больше, и в конце концов волшебным образом возвращаются в карман Его Высочества. Чистая прибыль Zeus увеличивается более чем на 100% уже несколько лет подряд, что является чудом!

Действительно ли он был подарком от Бога, как предполагало простое общество Германии.

Янник, конечно же, не знал, что в данный момент творится в голове у Шпеера, и убрал свою улыбку: «Давайте перестанем хвастаться друг перед другом, я собираюсь дать твам новую должность».

Шпеер опустил бокал с вином на стол и серьезно сказал: «Ваше Высочество, я в вашем распоряжении».

«Сначала вы отправитесь на железную дорогу и найдете способ задействовать максимальную пропускную способность железной дороги и сделать так, чтобы она могла перевозить как можно больше припасов. После возвращения вы будете отвечать за производство боеприпасов, то есть вооружения и военной техники, а также за логистику. Это большое бремя, вы принимаете эту работу?».

На мгновение на лице Шпеера промелькнула растерянность, затем он торжественно ответил: «Я хочу попробовать».

Янник кивнул: «Я думаю, что год — достаточный срок для ознакомления с работой железнодорожного сектора, и еще год — для ознакомления с бизнесом по производству боеприпасов, что означает, что через два года Рейх начнет входить в систему военного времени. 10% в первый год, 30% во второй, 50% в третий, а затем вы можете поднять его до 75%, если потребуется». — Германия в его оригинальный период времени, неверно оценив истинную силу Советского Союза, не спешила начинать режим производства в военное время, пока поражение не было уже предрешено, и было слишком поздно.

На этот раз Янник собирался перейти к режиму военного времени и заняться мобилизацией местной промышленности. Но попытаться довести мобилизацию всей страны до ста процентов было просто невозможно, семьдесят пять процентов — уже очень внушительная величина.

Отдав эти распоряжения, Янник подошёл к окну и посмотрел на небо: «Луна сегодня такая яркая, может это полнолуние?». — сказав это, он повернул голову, чтобы посмотреть на Шпеер, который последовал за ним: «Профессор Шпеер, знаете ли вы, почему я хочу начать следующую мировую войну?».

Шпеер задумался на мгновение и ответил: «Ваше Высочество хочет смыть унижение последней великой войны?».

Янник безучастно покачал головой и медленно посмотрел на луну в небе: «Эта луна находится на расстоянии 380 000 километров от нашей планеты, чтобы достичь ее, даже при нашей нынешней самой высокой скорости истребителя, потребуется 31 день непрерывного полета. Конечно, сейчас мы даже не можем избавиться от земного притяжения, но менее чем через десять лет мы будем запускать в космос ракеты, затем пилотируемые ракеты, ракеты для исследования Луны, пилотируемые ракеты для исследования Луны, и в ближайшем будущем мы, люди, ступим на Луну».

Шпеер долгое время был ошеломлен грандиозным видением Янника.

Янник бросил на него взгляд и улыбнулся: «Я начал войну не ради какой-то мести, или экспансии, или завоевания, я просто собираюсь объединить как можно больше ресурсов, чтобы исследовать космос. Наше человеческое стремление должно быть направлено к звездам, и мы не должны торчать на этой крошечной Земле, бесконечно убивая друг друга».

После Первой мировой войны и крушения античного порядка Европа начала планировать свои государства в соответствии с современными концепциями, строя их на принципе национального самоопределения, и тут возникло знаменитое нерешенное уравнение: «Является ли нация куском земли или группой людей одной расы и происхождения? Если это народ одной расы и одного происхождения, то какой общий фактор должен превалировать: раса, религия или язык?».

Судетская область стала одной из центральных точек конфликта; согласно статистике 1921 года, в Чехословакии проживало 3,12 миллиона немцев, 23,4% всего населения, третья по численности этническая группа после чехов и словаков; в Судетской области немцы составляли абсолютное большинство.

Чешские немцы, которые с древних времен находились в конфликте с чехами, были глубоко враждебны и угнетены, и долгое время жили в глубокой нищете, поэтому они вообще не могли полностью интегрироваться в чешский социум и даже наоборот, сильно желали вернуться в свою прежнюю немецко-австрийскую семью. Однако вновь созданное чехословацкое правительство стремилось к территориальной целостности и надеялась, что немцы будут полностью интегрированы в чешское общество.

Если бы чешское правительство хорошо относилось к этим немцам, то Чехословакию можно было бы стабилизировать, но, к сожалению, идеал был прекрасен, а реальность сурова.

В это время чехи, наконец-то освободившиеся от многовекового правления Габсбургов, впадали из одной крайности в другую: презрение и оскорбления в адрес немцев витали в воздухе, и даже иногда случались случаи варварской порочности.

В этот день Янник созвал высших военных и политических чиновников, чтобы обсудить некоторые вопросы, и к нему поспешил министр иностранных дел Риббентроп с сердитым видом: «Ваше Высочество, в Судетской области что-то случилось!».

Как только они услышали о Судетской области, лица остальных омрачились.

Янник спросил, нахмурив брови: «Что именно случилось?».

Риббентроп перевел дух и доложил: «Сегодня утром германские рабочие в Судетской области начали забастовочный марш».

Канцлер Шварц, который находился недалеко, также почувствовал серьезность вопроса и поспешил спросить: «И что случилось потом?».

«Чешское правительство послало местный гарнизон для их подавления, армия применила летальное оружие, и среди рабочих было много жертв».

«Это возмутительно, мы хотим выразить жесткий протест и решительно осудить такие действия чешского правительства!».

Янник взглянул на канцлера Шварца, который был полон праведного негодования . Этот канцлер Шварц был назначен Вильгельмом II, и хотя его лояльность была надёжной, его способности были, ну, посредственными. Однако Янник не нашел подходящей кандидатуры, поэтому этот канцлер остался на своем посту.

Только после того, как канцлер Шварц закончил изрыгать свои слова, Янник холодным голосом сказал: «Словесное осуждение делают только те страны и правительства, у которых нет хребта. Теперь у нас есть танки и самолеты, которые не только защитят нашу страну, но и защитят каждого из нас, германцев, от гонений других. Поскольку Чешское правительство притесняет наших соотечественников-немцев, наш долг — освободить наших сограждан!».

Премьер-министр Шварц сразу же согласился: «Ваше Высочество мудр, мы должны как можно скорее решить проблему в Судетской области и освободить наших соотечественников от страданий. Мы должны показать Бенешу, что за издевательства над нашим германским народом придется заплатить!».

«…». — Янник иронично рассмеялся бы вслух, если бы тема, о которой сейчас идет речь, не была такой серьезной. Возможно, одной из причин его смеха была то, что этот канцлер чертовски хорош в целовании задницы, он делал это просто божественно!

Итак, когда Австрия уже была успешно аннексирована, следующей целью Янника стала Чехословакия!

И то, что произошло сегодня, было поводом для аннексии этой слишком уж высокомерной страны.

«Господин Риббентроп, предупредите чешское правительство, чтобы оно либо уступило нам Судетскую область и позволило живущим там германцам вернуться к нормальной жизни, либо ждало гибели всей Чехословакии! Генерал Рундштедт, немедленно мобилизуйте войска к чешской границе».

Мгновенное решение Янника заморозило всех присутствующих.

Если Чехия не уступит территорию, то уничтожить её?

Даже канцлер Шварц чувствовал, что это решение было слишком поспешным, можно даже сказать, безумным, и хотя он был посредственностью, он не был идиотом. Чехословакия, это французский протекторат, не так ли?

Как только они нападут на Чехословакию, это может привести к новой мировой войне, а Германия не была готова начинать вторую мировую войну сейчас.

Последняя мировая война изменила мировой ландшафт, разделив некогда огромную Австро-Венгерскую империю на Австрию, Венгрию и Чехословакию. В дипломатическом плане Чехословакия находилась в лагере Великобритании и Франции из-за своей зависимости от них в вопросе независимости. Франция, очень опасаясь Германии, в 1923 году заключила Тройственный союз с Польшей и Чехословакией, чтобы сохранить свое положение номер один на континенте. И как только у Германии появится хоть какое-то движение, эти три страны могли атаковать Германию с трех направлений.

В то время у Франции были хорошие позиции, но выгодная ситуация продлилась всего 10 лет. Через десять лет Польша сначала вышла из Тройственного союза в своих интересах, что непосредственно привело к распаду Тройственного союза, но Франция и Чехословакия остались союзниками!

Самое главное, что даже без Франции в качестве защитника, Чехословакия не была слабой страной.

Перед началом Второй мировой войны в первоначальный период времени рейтинг совокупной мощи стран мира был следующим: Соединенные Штаты, Советский Союз, Германия, Великобритания и Франция, которые составляли пятерку лидеров в мире, уровень, который будет трудно превзойти, а шестой была Италия. На седьмом месте была Чехословакия, за которой по совокупной национальной мощи стояла позади даже Япония.

Поэтому канцлер Шварц, сделал предложение: «Ваше Высочество, я не хочу вас обидеть, но я надеюсь, что вы дважды подумаете о Судетской области; в конце концов, она отличается от Австрии, а Чехословакия и Франция, подписавшие договор, объявят нам войну, как только мы объявим войну Чехословакии. Ваше превосходительство, генерал Рундштедт, сможет ли наша армия справиться и с Чехословакией, и с Францией одновременно?».

«Ваше Высочество, боюсь, что наших войск все еще немного не хватает». — Генерал Рундштедт также чувствовал, что в приказе Янника что-то не так, хотя он рассматривал проблему с военной точки зрения.

Поскольку Чехословакия унаследовала военную промышленность и местную экономическую зону Австро-Венгерской империи тех времен, она была настоящей мощной промышленной страной, не говоря уже о том, что знаменитые пулеметы на поле боя Китая в оригинальном времени и пространстве были сделаны Чехословакией в водянистой манере. В настоящее время арсенал Чешской Республики занимает второе место в мире.

Чехословакия не была хромоногим, безоружным человеком, которого можно убить, вместо этого у нее была мощная армия с сорока дивизиями хорошо оснащённых боевых войск!

Кроме того, как уже упоминалось ранее, Судетская земля располагалась в Судетских горах на севере Чехословакии, и эти обширные горные районы сильно затруднили бы продвижение немецких механизированных войск.

Более того, если бы они напали на Чехословакию, то им пришлось бы взять часть войск для защиты от французов.

Это привело бы к большому напряжению сил Германии. Если бы они это сделали, то одних только Судетских гор было бы достаточно, чтобы они несколько месяцев метались по окрестностям.

Слушая убедительные слова людей вокруг, на лице Янника появилась высокомерная улыбка.

Действительно, если бы он не был знаком с ходом истории в будущем, он не решился бы так нагло давить на Чехословакию, но он знает будущее.

Янник возразил: «Во многих случаях правосудие не является справедливостью, все дело в силе». — На самом деле по его мнению, сила не означает всего и не решает проблем.

Почему Первая мировая война стала «войной, положившей конец всем войнам»? Это потому, что последняя война была настолько трагичной. Общее число гражданских и военных потерь во время Первой мировой войны превысило 41 миллион человек, из которых почти 18 миллионов погибли, в том числе от 9 до 11 миллионов солдат и более 6 миллионов гражданских лиц.

Помимо человеческих жертв, война поглотила огромное общественное богатство, прямые экономические потери оцениваются более чем в 300 миллиардов долларов. Материальные потери Первой мировой войны были эквивалентны 10-кратному общему объему всех мировых военных расходов за 100 лет после наполеоновских войн.

Такой болезненный урок войны заставил многих людей поверить в то, что Первая мировая война с 1914 по 1918 год станет «войной, которая положит конец всем войнам».

Можно подумать, что самыми несчастными жертвами после этой войны были распавшаяся Австро-Венгрия и Германия, подавленная Версальским договором, но еще в худшем положении оказались Россия и Венгрия.

После Октябрьской революции большевики вывели свою страну из войны и буржуазии, оставив Советскую Россию после войны бесплодной. Что касается хода Первой мировой войны, то, хотя Советы внесли вклад в поражение Германии, решающей силой, приведшей к поражению Германии, все же были не «медведи». Германия находилась в упадке еще до выхода России из Первой мировой войны, и именно в это время мохнатые медведи решили уйти и позволить вороватым орлам принять эстафету. В результате медведи заплатили самую большую цену на стороне союзников, и ничего не получили после войны. В то время как белоголовый орел Америки, как и позже во Второй мировой войне, получил самый большой кусок пирога с наименьшими затратами.

С другой стороны, Венгрия потеряла остальную часть Трансильвании и северо-западную Румынию по Трианонскому договору; Карпатскую Рутению как восточную Чехословакию в соответствии с условиями Сен-Жерменского договора 1919 года. Большая часть Бургенланда была передана Австрии, также в соответствии с Сен-Жерменским договором; средняя область Шопрон была передана Венгрии в результате референдума в декабре 1921 года, единственного референдума на венгерской территории.

По договору Венгрия потеряла в общей сложности 72% своей территории, ее население резко сократилось до 20,8 млн. человек, а на заморских территориях венгров было больше, чем на самом материке.

При этом больше всего выиграли не Британия и Франция, а Польша и Чехословакия, Польша даже осмелилась украсть часть территории Советского Союза, а также часть Чехословакии.

В разгар Первой мировой войны Польша была лишь полем боя, на котором сражались друг с другом Царская Россия, Германия и Австро-Венгрия. Когда Польша стала независимой после Первой мировой войны, польское правительство не было удовлетворено восточной границей Версальского мирного договора и хотела восстановить территорию, которой владела в 1772 году. Весной 1920 года Польша заключила перемирие с украинскими националистами и 21 апреля подписала в Варшаве мирный договор (Варшавский договор): Польша признала независимость Украины и поддержала Украину против Советской России.

Столкнувшись с агрессивными поляками, Советский Союз 28 декабря 1919 года направил польскому правительству приглашение на мирные переговоры, чтобы избежать перегруженности внутренней и внешней войнами и выиграть время для «освобождения внешних сил перед внутренними». Однако разница в условиях между двумя сторонами была настолько велика, что переговоры продолжались несколько месяцев безрезультатно. Задержка была явно во вред Польше, поэтому 25 апреля Пилсудский возобновил наступление в Житомире и на юго-западе, развернулся на восток и 7 мая одним махом взял столицу Украины Киев, после чего переговоры полностью сорвались. Однако к этому времени польское наступление подошло к концу, фронт растянулся от Вильнюса и Минска на севере до Киева на юге, войска находились далеко от своих баз, снабжение было прерывистым, а болотистая местность Припяти разделяла польскую армию на два изолированных поля боя без связи друг с другом. Это произошло как раз в тот момент, когда Красная Армия собиралась разгромить Колчака в Поволжье и вытеснить Денникина на Крымский полуостров, как раз вовремя, чтобы иметь возможность выделить войска для борьбы с Польшей.

14 мая советская Красная Армия начала контрнаступление с севера и юга, и северная атака, хотя и была неудачной, ошеломила Пилсудского (главу польского правительства). На следующий день знаменитый 1-й кавалерийский корпус Будённого отошёл к Киеву на южном фронте и атаковал Самгород с запада, отрезав отступление польского 3-го корпуса. Наступая по всем фронтам, армия отвоевала ключевые города : Киев, Бристритовск, Минск, Вильнюс и Гродно. В течение июля Красная Армия продвинулась на 300 миль на запад, оттеснив польскую армию к линии реки Висла и вытеснив ее под Варшаву. Затем польская армия организовала контратаку, и обе стороны вступили в перетягивание каната, обмениваясь победами и поражениями, а 12 октября 1920 года было подписано польско-российское перемирие, по сути сохранившее польско-российскую границу, определенную Версальским договором.

Янник поднял руку, жестом призывая к спокойствию, и спросил: «Считаете ли вы все, что Франция и Британия хотят развязать войну или продолжать избегать войны?».

До начала Первой мировой войны Великобритания была мировым финансовым центром, инвестируя в зарубежные страны до 4 млрд фунтов стерлингов в год, что составляло 43% от общего объема мировых инвестиций в то время. После Первой мировой войны Великобритания не только потеряла значительную часть своих золотых запасов, но и превратилась из крупнейшего мирового кредитора в чистого должника, а ее мировую гегемонию постепенно заменили Соединенные Штаты.

С другой стороны, во время войны экономика Франции была разрушена, промышленность и инфраструктура страны сильно пострадали. Важнейшая промышленная база Франции на северо-востоке была серьезно повреждена во время войны, что непосредственно привело к серьезному спаду французской промышленности.

До войны Франция была самой известной ростовщической империей в мире и, можно сказать, богатой. Одна только годовая процентная ставка делала французов очень обеспеченными. Но во время Первой мировой войны Франция не только израсходовала огромное количество иностранной валюты и распродала все свои зарубежные активы, такие как акции и рыночные ценные бумаги, но и оказалась в долгу перед Соединенными Штатами.

Кроме того, в войне погибло население: 1,315 миллиона солдат, более 2,8 миллиона стали инвалидами, 1,365 миллиона человек потеряли рабочую силу из-за производства в военное время и службы на фронте, в общей сложности более 5 миллионов жертв. Население Франции в то время составляло всего около 40 миллионов человек, поэтому можно сказать, что Франция потеряла целое поколение людей, и все они были молодыми взрослыми, и огромные потери населения оставили Франции раны, которые будет трудно залечить в течение долгого времени.

Такой стоимости было достаточно, чтобы Великобритания и Франция опасались новой большой войны.

Толпа не могла не смотреть друг на друга, только чтобы услышать, как Янник продолжает: «Если бы они хотели воевать, то из-за Рейнской области, из-за Австрии, и из-за Испании война была бы начата уже давно. Поэтому я думаю, что на этот раз Великобритания и Франция будут продолжать умиротворять и попустительствовать нашей оккупации Судетской области. Кто-нибудь еще сомневается в моих суждениях?».

«…». — Что за шутка?! Кто посмеет сомневаться в суждениях Его Высочества?! С того момента, как Его Высочество завладел властью, все не ускользнуло от его расчетов. Это было похоже на то, как если бы Бог действительно указывал путь вперед позади него. (Как говорится, в мире нет непроницаемых стен, и в то время речь Янника, обращённая к еврейским старейшинам, каким-то образом вышла наружу).

Вечером министр иностранных дел Риббентроп провел пресс-конференцию и зачитал предупреждение Чехословакии.

Британцы и французы, получившие эту новость, сильно занервничали, и высшее руководство обеих стран почти сразу же собралось, чтобы найти решение этой внезапной проблемы.

Если бы премьер-министром Франции был Шарль де Голль, а премьер-министром Великобритании — Уинстон Черчилль, то они бы совместно начали давить на Германию за её выходку.

К сожалению, премьер-министром Франции был Камиль Шоден, а премьер-министром Великобритании — Чемберлен. Политика умиротворения Чемберлена и Камиля Шодена была хорошо известна всему миру.

Камиль Шоден, неоднозначная фигура, сыгравшая свою роль в капитуляции Франции во Второй мировой войне, даже был назван «умственно отсталым». После Второй мировой войны он был заочно судим французским судом в США и осужден за сотрудничество с врагом.

Судетская земля — это вулкан, который вот-вот начнет извергаться, оставляя эти две архетипические фигуры умиротворения в состоянии неопределенности, особенно французского премьер-министра Камиля Шодена, который был очень встревожен, зная, что у Франции есть соглашение с Чехословакией.

Если бы Германия объявила войну Чехословакии, то, согласно договору, Франция должна была бы объявить войну Германии.

«Чешское правительство зашло слишком далеко, обычный забастовочный марш привел к гибели стольких людей, и все погибшие — германцы, так что неудивительно, что немцы в такой ярости». — Как только Шоден открыл рот, он начал обвинять чешское правительство.

«Я тоже чувствую, что мы не можем отказаться от нынешнего мира из-за ошибок, допущенных чешским правительством».- С ним согласился министр обороны Франции Эдуар Даладье. (Исторически этот Даладье был также важным представителем умиротворителей)

«Большинство живущих там людей все равно германцы, и раз немцы хотят вернуть их, почему бы просто не вырезать малую часть Чешской Республики и отдать немцем?». — Президент и министр обороны были едины в своем мнении. В конце концов, многие люди действительно не хотели переживать еще одну большую войну.

Целое поколение молодых людей пало на поле боя в последней войне, и хотя Британия и Франция в итоге победили, получили они не так уж много. И поэтому все они поняли, что многие вещи можно решить, если сесть и спокойно поговорить о проблемах, нет необходимости сражаться до смерти.

«Как нам всё-таки говорить с Чешской Республикой?». — Встреча была закончена быстро, но, в конце концов, соглашение между двумя странами есть, и хотя его подписал не Камиль Шоден, но кто бы его ни подписал, он представлял авторитет страны. Сейчас немцы еще ничего не сделали, и если Франция отдаст немцам часть Чешских земель, это будет слишком унизительно, для великой державы!

Шоден вспомнил британского премьер-министра Чемберлена: «Я думаю, мы можем попросить британского премьер-министра выступить в роли посредника и поехать в Берлин, чтобы убедить немцев не применять силу, а затем выступить посредником с чешской стороной, чтобы позволить им отдать часть своей земли».

И вот так, не прошло и двух часов после отправки немецкого предупреждения, как Британия и Франция уже пришли к консенсусу, чтобы обменять часть чешских земель на мир во всей Европе!

И никто даже и не задумывался о том, согласятся ли на это Чехи.

Может быть, в этом и есть трагедия маленьких стран.

******

Британцы и французы согласились, и на следующий день премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен вылетел в Берлин.

Ведь этот «крупный инцидент», нужно лично решить, чтобы показать искренность.

И его взгляды совпадали со взглядами французов.

Война, если ее можно избежать, должна быть предотвращена!

Поскольку немцы не могли спокойно смотреть на то, как угнетают их соотечественников, их агрессию можно было понять.

И Янник дал этому премьер-министру лицо. Он лично встречал группу высокопоставленных военных и политических чиновников в аэропорту и наблюдал, как Чемберлен шел по трапу самолета с зонтиком в руке. Что касается того, почему Чемберлен время от времени держал в руке зонтик, то некоторые современные историки предположили, что это было оружие, замаскированное под зонтик. Но подумайте сами, как такое вообще возможно? Лидер страны лично берёт оружие для самообороны, и если это действительно так, то силы безопасности этой страны должны быть никчёмными.

На самом деле причина банальна. Сейчас была еще та эпоха, когда в Англии был популярен джентльменский стиль. Шинель, шляпа, трость или зонтик были типичной одеждой англичан, а поскольку Чемберлену в то время было почти 60 лет, было вполне нормально придерживаться таких старых традиций.

Что касается причины, по которой англичане любили брать с собой зонтики, в основном потому, что в Англии круглый год шли дожди, особенно в эпоху, когда не было спутниковых технологий для предсказания погоды, что заставило их выработать привычку брать с собой зонтики, когда они выходили на улицу.

«Его превосходительство премьер-министр Чемберлен, добро пожаловать в Берлин. Я слышал, что вы самый талантливый и дальновидный политик в Великобритании, и для меня большая честь видеть вас здесь лично». — Янник даже похлопал его по спине.

Он приветствовал Чемберлена от всего сердца. В отличие от Черчилля, который залил кровью Германию, чтобы накормить Америку, этот парень своей политикой умиротворения просто залил кровью Советский Союз, чтобы накормить Германию, позволяя Германии становится сильнее день ото дня и в конечном итоге вырасти до такой мощи, которая заставит Британию и Францию бояться её.

«Ваше Высочество Наследный Принц, я здесь ради мира в Европе». — Чемберлен искренне сказал, протягивая руку: «Да благословит Господь эту землю и не будет больше войн».

Мир ,как политический курс, был популярен , ведь ещё свежий были воспоминания о реках крови, пролитых британским народом, а параллельная идея с такими парнями во главе как Черчилль, которые целыми днями выступали с военной риторикой, презиралась почти всеми.

Может быть, это потому, что Чемберлена поддержали британские ветераны Первой мировой войны, или может быть, потому, что он сам националист и верит, что англосаксы в Британии имеют такую же благородную кровь, как и немцы; может быть, он вполне самосознателен и знает, что немцам было бы очень трудно пересечь Ла-Манш и высадиться на британской земле, так или иначе, Гитлер после начала войны часто доставлял мирные письма в Британию, даже второй по величине человек Германии Гесс однажды прилетел на самолете в Британию для переговоров, но был заключен в тюрьму, даже не увидев лица Черчилля. Даже в более поздние времена есть много людей, которые считают, что Гитлер специально освободил британских солдат в Дюнкерке в качестве жеста доброй воли в пользу британской стороны.

Когда Германия была готова осуществить «план Барбаросса» после того, как она молниеносно захватила Францию. Лучшим вариантом для Британии было сидеть сложа руки, наблюдая за тем, как советские и немецкие войска сражаются друг с другом. Но Черчилль снова выскочил, полагая, что Германия легко выиграет войну против Советского Союза. Не то чтобы он был против этого, но в то время Германия, управляющая значительной частью Европы от Рейна до Альских гор, была слишком могущественной, и Британия обязательно станет ее вассалом. Поэтому он отклонил предложение Гитлера о мире, и не только более 80 раз сообщал Сталину, что Германия собирается напасть на него (Советы и немцы были союзниками до операции «Барбаросса», и Сталину, конечно, было на это наплевать), но и призывал Соединенные Штаты вступить в войну.

У Черчилля, конечно, была своя цель: ослабить Францию и США и победить Советский Союз, но эта идея не осуществилась. Кроме того, один Черчилль не мог остановить две державы. Вот как он описал Ялтинскую встречу, когда писал свои мемуары: «По одну сторону от меня сидел огромный русский медведь (Сталин), по другую — гигантский североамериканский бизон (Рузвельт), а в середине сидел маленький бедный британский ослик». — Похоже, что Черчилль ясно видел амбиции обеих стран, но ничего не мог с этим поделать. Ведь Британская Империя была ослаблена после Второй мировой войны.

Говорят, что после Ялтинской конференции Черчилль кричал от досады и разочарования. Ведь Британия, потеряв силу, перестала быть хозяином мира (она доминировала в мире на протяжении веков, имела в власти Австралию, Южную Африку, Канаду, Индию, Пакистан и т.д., в то время как глобальные колонии этой Великой Империи площадью 40 млн кв. км быстро расширялись), правила игры больше не устанавливались ею (она стала младшим братом США).

Янник был столь же искренен: «Лично я тоже не хочу видеть новую войну. Но сейчас проблема в том, что наши германские народы угнетают, они страдают там, и какое у меня лицо, чтобы говорить о ценности мира здесь?».

Чемберлен поспешно кивнул: «Мы глубоко сочувствуем тому, что происходит с германским народом в Судетской области, но всему есть решение, не так ли?».

«Гребаные ублюдки!». — Никто в мире сейчас не находится в такой сильной депрессии, как президент Чехии Эдуард Бенеш.

Он не просто в депрессии, он ещё и возмущен!

Чехословакия и Франция черным по белому заключили союз, чтобы не дать Германии развязать войну!

Но не успела Германия пригрозить войной, как Франция бесстыдно потребовала от чешского правительства использовать принцип национального самоопределения для решения проблемы Судетских земель!

Большинство жителей Судетской области — германцы, и если бы им предоставили национальное самоопределение и общественное голосование, они, конечно же, выбрали бы присоединение к Германии!

Какой позор! Почему бы им просто не заявить, что Чехия должна отдать Немцам Судетскую область?

Ни один глава государства не будет стоять в стороне и смотреть, как его страну разделяют! Не говоря уже об Эдуарде Бенеше, который всю свою жизнь посвятил своей стране!

Во время Первой мировой войны Бенеш вместе с другими организовал Чешское националистическое движение за независимость. В 1916 году он помог организовать Чехословацкое национальное собрание и стал его генеральным секретарем.

В 1918 году Франция признала Чехословацкое национальное собрание в качестве единственного представителя планируемой Чехословацкой республики и имела право голоса на переговорах по Версальскому договору.

Благодаря своей роли в борьбе за независимость, вместе с Томашем Масариком и Миланом Штефаником, он известен как один из трех отцов-основателей Чехословакии.

Как мог такой человек поддаться Немецкой угрозе!

В гневе Бенеш немедленно объявил всеобщую мобилизацию против Немцев.

Да ладно, даже без Франции Чехословакия никогда не была мягкой!

К сожалению, Бенеш, охваченный гневом, забыл, что ранее им удалось получить Судетскую область благодаря помощи Великобритании и Франции, а теперь, когда Великобритания и Франция вмешались и заставили их уступить ее, как они могли бы удержать ее?

******

Берлинский дворец.

В конференц-зале Янник посмотрел на ответ, который он только что получил от Чешской стороны, и слегка улыбнулся: «Ваше превосходительство, премьер-министр, таково отношение чешского правительства. Похоже, они не хотят слушать вашу страну и Францию».

На лице Чемберлена появилось выражение крайнего смущения, он изначально думал, что Франция сможет убедить Чешское правительство безропотно уступить Судетскую область, но он не ожидал, что Чешский президент окажется таким твердолобым человеком: «Тогда что собирается делать Его Высочество наследный принц?».

Янник с притворно беспомощным лицом пожал плечами: «Что сказано, то сказано, раз они хотят воевать и перейти к всеобщей мобилизации, то у нас нет другого выбора, кроме как действовать по принципу «око за око». Единственные войска, которые мы можем продолжать мобилизовывать в настоящее время, — это оборонительные силы на восточном фронте. Теперь нам остается только молиться, чтобы тот медведь на востоке не воспользовался ситуацией, в конце концов, они понесли значительные потери в Испании и наверняка жаждут реванша».

Уголки рта Чемберлена слегка дёрнулись, он не ожидал, что Германия откажется от своих восточных оборонительных сооружений, чтобы справиться с Чехословакией. Если бы все было действительно так, как он сказал, когда зверь с востока воспользовался ситуацией и напал силой, то Европа была бы повсюду покрыта красными флагами: «Ваше Высочество Наследный Принц, возможно, Чешское правительство не поняло смысл слов Франции, поэтому я срочно пошлю им телеграмму».

«Это было бы лучше всего, я благодарен Его Превосходительству Премьер-министру». — подавляя насмешливую улыбку сказал Янник.

*******

Прочитав телеграмму с резкими словами от премьер-министра Чемберлена, Бенеш бросил ее прямо на землю и в гневе начал её топтать .

«Господин президент, кажется, что ситуация обернется против нас, если мы не пойдем на компромисс». — Вице-президент выступил и посоветовал ему: «Сейчас Великобритания и Франция хотят, чтобы мы уступили часть Судетской области обратно Германии, и если мы потеряем помощь Великобритании и Франции, боюсь, будет трудно сохранить все наши территории».

«Эти вероломные ублюдки!». — Бенеш все еще не мог отпустить гнев и обиду внутри себя, и не мог удержаться от ругательств. Подумать только, когда закончилась Первая мировая война, Франция хотела всеми силами расчленить Германию, а Британия хотела, чтобы Германия стала послушной овечкой.

А сейчас? Обе страны фактически выступают в защиту Германии, даже заходя так далеко, что угрожают своим бывшим союзникам, что за безобразие!

Но он знал, что у него нет иного выбора, кроме компромисса, и скрипел зубами от ненависти: «Поскольку они хотят часть земли, мы дадим 700, нет, 500 квадратных километров. Затем депортируйте всех германцев, оставшихся в Чехословакии». — Бенеш никогда не менял своего отношения к этим людям — изгнать их!

*******

На следующее утро народ снова собрался в конференц-зале.

На этот раз тут был ещё и премьер-министр Франции Камиль, и лидер итальянской партии фашизма Бенито Муссолини. Но Муссолини явно был здесь, чтобы быть сторонним наблюдателем , сидя с высоко поднятой головой и слушая, как три национальных лидера спорят о том, что делать. Первое впечатление Янника при встрече с Муссолини было то, что этот парень слишком высокомерен. Думаю что вы знаете, что его рост сейчас выше 1,8 метра, а рост Муссолини всего лишь чуть больше 1,6 метра, но Муссолини смотрел на всех людей с высоко поднятым носом.

В своем сердце Янник подумал: «Не надоело ли тебе все время так высоко держать голову?

«Ха-ха-ха!». — Прочитав ответ Чешского правительства, который привез Риббентроп, Янник вдруг разразился смехом: «Ваше превосходительство Чемберлен, знаете ли вы, какова площадь Судетской области?».

На взгляд Чемберлена, смех Янника не был похож на счастливый, и в его сердце поднялось тревожное чувство: «Я помню, что это было около десяти тысяч квадратных километров. Сколько земли собирается уступить чешское правительство?».

«Хмф». — Янник холодно фыркнул и передал документ в руки Чемберлену: «Они согласились уступить землю, но только 500 квадратных километров! Черт возьми, как щедро! Раз они могут быть бесстыдными до такой степени, то и я не буду вежливым. Ваше превосходительство премьер-министр, отныне наши требования меняются. Не только Судетская земля, но и все районы на всей территории Чешской Республики, где находятся наши германские соотечественники, должны быть решены в соответствии с принципом национального самоопределения! Если чешское правительство не согласится, это будет война!».

На территории Чехии, кроме Судетской области, были районы, где также проживало германское большинство.

Услышав ледяные слова Янника, сердце Чемберлена быстро заколотилось.

Что?! Изначально он говорил, что хочет Судетскую область, но теперь он стал еще более бесстыдным! При этом он говорит о бесстыдным поведении Чехов!

Это новое предложение снова вскружило голову Чемберлену.

Янник смотрел на жалкое выражение лица Чемберлена, и испытывал ни с чем не сравнимое удовольствие.

Умиротворение, умиротворение — это хорошо! Чтобы сохранить мир, накормите немецкий аппетит! И теперь, при посредничестве Чемберлена, требования Германии будут расти!

«Ваше высочество, вы должны понимать, что если Германия осмелится вторгнуться в Судетскую область, мы во Франции не останемся в стороне». — Камилла Шоден был несколько недоволен агрессивным отношением Янника и не мог не высказаться.

После того, как Германия несколько лет назад вошла в Рейнскую область, репутация французского правительства была подорвана. Хотя Франция не хотела вступать в войну, но на этот раз Судетский вопрос должен показать решимость и силу Франции, по крайней мере, на поверхности так и должно быть.

Янник мрачно усмехнулся, смотря на Шотана с холодом в глазах: если бы не огромная Чешская военная промышленность, Германия могла бы сейчас расчленить эту галльскую курицу до основания: «Конечно, это обязанность вашей страны. Но, возможно, вам придется нести вину за начало войны».

Камиль Шотан на некоторое время потерял дар речи, разве это не вы хотите начать войну, почему он должен нести вину за это?

«Господин канцлер, если у вас нет амнезии, вы должны помнить, что в течение сотен лет до последней войны Судетская земля находилась под австрийским, а затем австро-венгерским правлением в Богемии и Моравии. Изначально эти германские народы жили там на протяжении многих поколений.

После Великой войны Австро-Венгерская империя была расчленена, и почему Судетская земля вместе с Богемией и Моравией была отнесена к новой стране Чехословакии, мы не будем вдаваться в подробности. Это было просто неправильное решение, и даже тогдашний президент США был недоволен им. Но результатом этого стало то, что более трех миллионов немецкоязычных немцев превратились из основной этнической группы в Австро-Венгрии в меньшинство в Чехословакии. Они подвергались чешской ненависти и враждебности, их земли были разграблены, они подвергались дискриминации в поисках образования и работы, а товары первой необходимости распределялись для них несправедливо.

Теперь Чешское правительство дает нам небольшой кусок территории в качестве подачки, а затем сгоняет миллионы наших соотечественников-немцев с их земли и выкорчёвывает их?

Нет, я на это не соглашусь. Не согласится на это и мой народ; возвращение Судетской области является волей всего немецкого народа и следует воле народа Судетской области».

После впечатляющей речи Янник с насмешливым лицом посмотрел на Камилья Шотана: «Как лидер страны, неужели вы не понимаете, что воля народа не остановима ? Стремится ли народ вашей страны к войне? Думаете они будут смотреть, как вы втягиваете всю свою страну в несправедливую войну?».

Лицо Шотана потемнело, неужели ты, Император (диктатор) страны достоин говорить о воле народа?

Не дожидаясь его ответа, Янник встал, чтобы уйти: «Это конец встречи. Пожалуйста, господин канцлер, передайте чешской стороне, что мы в Германии не пойдем на компромисс. Конец этого года, 31 декабря, является крайним сроком. О, если вы не знаете, мы уже начали отводить наши оборонительные войска с Восточного фронта к чешской границе. Так что лучше не затягивать, чтобы гигантские медведи с востока не увидели отверстие и не зарылись внутрь, чтобы к тому времени в наших офисах не висели портреты Ленина и Сталина».

«Что?!». — Шотан был ошеломлен, и прежде чем он успел задать еще несколько вопросов, Янник уже вышел из конференц-зала.

Шотан мог только смотреть на премьер-министра Чемберлена, который печально смотрел в сторону: «Ваше превосходительство премьер-министр, это…».

После глубоких раздумий премьер-министр Чемберлен наконец вздохнул. «Поскольку стремление немецкого народа к сохранению единства так сильно, нам не выгодно продолжать блокировать их». — Одно это слово заставило Шотана понять, что британцы пошли на компромисс и что Чехословакия была продана.

Теперь Великобритания решила, и Франция не может идти против Великобритании, ведь нынешняя прогнившая французская экономика все еще зависит от переливания денег британского банка. Если разозлить британцев, внутренняя экономика страны немедленно рухнет.

«…». — Шотан понимает, что простая Судетская земля не может сравниться с Красной угрозой и долгосрочным миром в Европе.

«Ваше Высочество, что нам делать, если чехи в конце концов захотят сопротивляться? Нам действительно нужно их атаковать?». — У Рундштедта возникло некоторое опасение. Как уже упоминалось ранее, Судетская земля была расположена в Судетских горах на севере Чехословакии, и эти обширные горные районы должны были серьезно затруднить продвижение немецких механизированных войск.

Если вы обратитесь к карте, то увидите, что большая часть территории Чехии — равнина, и только Судетская область — гористая. Это означало, что как только немцы пересекут Судетские горы на севере Чехословакии, Чешская Республика окажется беззащитной, а современные бронетанковые части смогут бесчинствовать на ничейной земле.

Чехи, понимая это, строили укрепления в Судетских горах. Рундштедт не верил, что нынешняя немецкая армия сможет легко прорвать эти линии укреплений.

Не забывайте, что у чехов было сорок полных дивизий, и они уже находились в состоянии общей мобилизации, способные в любой момент мобилизовать больше войск.

Хотя завоевание Чехословакии произошло на несколько месяцев раньше первоначального срока, но, глядя на бесстрастное лицо Чемберлена, Янник все еще был уверен в себе: «Генерал Рундштедт, я считаю, что Британия и Франция будут продолжать настаивать на умиротворении, но мы все равно должны быть готовы на всякий случай. Даже если нам придется применить силу, это будет несложно».

Просто трудно быть уверенным в чем-либо на 100 процентов, так-что стоит быть готовым к любой ситуации: «Что касается горной линии Судетской области Чехов, хотя у них много укреплений, нам просто нужно расчистить дорогу, свободную для наших бронетанковых подразделений». — В горах таких дорог было не так много, но они не были недоступны, и речные долины Эльбы были довольно хорошим вариантом: «Пусть «Штуки» сухопутных войск разбомбят укрепления у долины реки Эльбы, чтобы открыть путь для бронетанковых частей». — Бомбардировщики Штука были известными высокоточными пикирующими бомбардировщиками, и они могли легко разнести в пух и прах все укрепления Чехов, которые они считали такими передовыми.

«Что касается других укреплений, мы можем найти местных проводников, знающих местность, и послать туда спецназ, чтобы проложить короткий путь через эти горы и поймать их в ловушку».

Даже к самой высокой вершине мира, горе Эверест, есть путь на вершину. А значит, что у гор Судетской области должен быть обходной путь через горный хребет.

Слушая, как Янник с непревзойденной легкостью излагает решение, Рундштедт стал гораздо более здравомыслящим. Однако вскоре перед ним возникла новая проблема: «Ваше Высочество, в случае, если Чехи впадут в отчаяние, обратятся ли они за помощью к Советскому Союзу?».

«Советский Союз?». — Янник холодно рассмеялся.

Помнится был небольшой инцидент, когда в его первоначальном мире Чехословакия должна была быть аннексирована Германией.

Когда Чехословакия должна была пасть, Сталин, наблюдавший с востока, заявил, что Советский Союз может оказать необходимую военную помощь Чехословакии, чтобы избежать «захвата» Чехии Германией.

Но когда Советы предложили такую «привлекательною» военную помощь, Чехи сразу же отказались.

Почему Чешская Республика предпочла сдаться Германии, а не принять Советскую помощь? У Чешской Республики были те же соображения, что и у Польши, которая позже пала: если она попадет под власть Германии, то потеряет свою землю; если она попадет под власть Советского Союза, то потеряет свою душу. А советское вторжение 1968 года доказало, что прежние соображения чехов были весьма прозорливыми.

«Конечно, нет». — Янек покачал головой: «Даже если бы Советский Союз оказал помощь, у них между Чехами еще есть Польша и Румыния. Имейте в виду, что у Польши и Советского Союза не очень хорошие отношения. Что касается Румынии, то это еще менее вероятно». Немецкая разведка за эти годы тайно проникла во все классы Румынии, и теперь вся Румыния находилась в прогерманской атмосфере, она вряд ли предоставила бы Советскому Союзу коридор для поддержки Чехии.

Согласно истории оригинального периода времени, вместо этого Польша, большой дурак, сделала один из добивающих ударов , воспользовавшись возможностью захватила часть Чешской Республики вместо поддержки.

На самом деле, шаг Польши не был необдуманным, а имел исторические корни, иначе разве стала бы Польша обижать Британию и Францию, чтобы занять крошечный клочок земли площадью 800 квадратных километров?

Как уже упоминалось ранее, после Первой мировой войны ландшафт мира значительно изменился. Огромная Австро-Венгерская империя распалась, и на ее территории были созданы четыре новых государства: Австрия, Венгрия, Чехия и Словакия. В то же время часть ее территории была оккупирована Италией, Румынией, Польшей и Югославией.

А крах царской России позволил Польше и Финляндии отделиться от царского правления и провозгласить независимость.

В результате новообразованные Чехословакия и Польша, окончательно пережившие независимость, враждовали по поводу принадлежности Тешинской Силезии.

Конечно, сначала ни одна из стран не могла выиграть спор, поэтому они просто провели временную границу в районе Чески-Тешина.

Вначале между двумя сторонами были дружеские отношения, но затем в январе 1919 года, когда в Польше проходили национальные выборы, жителям контролируемого поляками Тешинского района было разрешено участвовать в выборах. Это вызвало раздражение Чешского правительства, поскольку чехи считали поляков в районе Тешина новыми постиндустриальными иммигрантами, которые не должны иметь права на самоопределение.

Непонятно, были ли они действительно рассержены или искали повод для разжигания смуты, но Чешское правительство предъявило Польше ультиматум: остановить выборы в контролируемом поляками Хехиме и вывести свои войска из Хехима.

Поскольку ни одна из стран не могла ничего сделать другой, Польша, конечно же, посмеялась над этой неразумной просьбой Чешского правительства. Это оказалось гибелью Польши, и когда месяц или около того спустя началась война между Польшей и Советской Россией, чешское правительство не только отказало Польше в импорте австрийского оружия через границу, но и воспользовалось случаем, чтобы напасть и занять большую часть Тешина.

Помните, что многие из новых независимых стран смогли стать независимыми только при поддержке Великобритании и Франции. Польша, конечно, также была младшим союзником Великобритании и Франции, и союзники, опасаясь, что Чехословакия нанесет удар в спину и даст Советской России преимущество в польско-советской войне, быстро вмешались, чтобы выступить посредниками.

Возможно, Польша имела в виду, что Чехословакию также поддерживали Великобритания и Франция, и результатом посредничества стало то, что французы, стремясь укрепить Чехию, разделили в арбитраже наиболее важные железные дороги и угольные шахты, а городские районы с польским большинством были переданы Польше. Тешинская область была официально разделена на Чешскую и Польскую.

Недовольство Польши было вызвано действиями Чехословакии во время советско-польской войны, когда она воспользовалась пожаром, а также тем, что союзники отдали предпочтение Чехословакии в своем арбитраже. Именно поэтому Польша воспользовалась немецкой оккупацией Чехословакии и захватила Чешскую часть, чтобы отомстить за это.

Проблемы возникали один за одним, и продвижение Польши на Тешинскую область вызвало ускоренную капитуляцию Чехословакии перед Германией.

Пока Германия и Чехословакия были заняты словесной войной, советское посольство в Германии информировало Министерство иностранных дел о том, что в ближайшее время Москва направит к ним специального посланника.

Как только он узнал, что посланником будет Маршал Ворошилов, Янник сразу же приказал Энни: «Найди мою фотографию с Тухачевским с прошлой поездки, вставь ее в рамку и повесь на самом видном месте в офисе!».

Через несколько дней этот фельдмаршал Ворошилов прибыл в Берлин и после ряда дипломатических ритуалов, таких как смотр почетного караула на вокзале и т.д., явился в кабинет Янника в Берлинском дворце: «Его превосходительство Ворошилов, я много слышал о вас. Почему с вами нет его превосходительства Тухачевского? Он нездоров?».

Войдя в кабинет, Ворошилов, естественно, оглядел кабинет, и с первого взгляда увидел безошибочную фотографию Янника и Тухачевского вместе, и теперь, услышав слова Янника о Тухачевском, в его глазах промелькнуло странное выражение: «У маршала Тухачевского были важные дела, и он не мог отлучиться, поэтому великий вождь послал меня обсудить с вами важные вопросы».

«А, так вот оно что». — Янник кивнул в знак понимания: «Здоров ли Его Превосходительство Сталин?».

Этот вопрос заставил уголки рта Ворошилова незаметно дернуться, обнажив неохотную улыбку: «У великого вождя товарища Сталина все хорошо. Он даже поручил мне поприветствовать вас перед моим отъездом».

Этот его маленький, тонкий жест не ускользнул от глаз Янника: «Спасибо, я тоже попрошу Ваше Превосходительство при возможности передать мою благодарность Сталину».

Когда с любезностями было покончено, пора было переходить к делу, и Ворошилов спросил: «Ваше превосходительство Янник, два крейсера класса «Светлана», которые моя страна заказала в вашей стране уже построены, я слышал, что они проходят ходовые испытания?».

Сначала Советский Союз заказал у Германии строительство фрегатов класса «Дзержинский» и эсминцев класса «Ташкент». Когда эти два корабля вернулись домой, Советы выразили значительное удовлетворение и впоследствии заказали еще два крейсера класса «Светлана».

Но как раз в тот момент, когда строительство крейсеров было завершено, началась Гражданская война в Испании. Обе страны одновременно направили экспедиционные силы, и по сей день между ними идет смертельная борьба. Хотя это не было сказано прямо, но все это знали. Советы беспокоились, что немцы захватят их военные корабли и специально отправили Ворошилова проверить корабли.

Если бы немцы работали нормально, то можно было бы наладить более широкое сотрудничество, если бы немцы были скользкими, то было бы строгое предупреждение и плюс решительный протест.

Янник кивнул и медленно сказал: «Это верно, и ходовые испытания почти закончены, так что его превосходительство Ворошилов может вернуться на этих двух крейсерах, если сможет подождать еще два дня. Вы ведь не специально пришли сюда за этим? Разве не достаточно, чтобы ваше посольство отправило сообщение?».

Ворошилов, конечно, не признал бы этого: «Ваше Высочество неправильно понял меня, я приехал, чтобы расширить наше сотрудничество».

Янник слабо улыбнулся: «Разве эта железная дорога не была построена именно с целью сотрудничества между нами? Или вы хотите совместно построить что-то ещё?». — Железная дорога от Уральских гор до границы построится максимум за шесть месяцев, а затем постоянный поток руды с Уральских гор будет отправлен в Германию.

Ворошилов задумался на мгновение и заговорил: «Нам нужны авианосцы, есть ли у вашей страны чертежи для них?».

Рисунки, ну, у него действительно были рисунки. Год назад Янник передал данные по авианосцам класса «Эссекс» в отдел военно-морского дизайна для проектирования.

А немецкие конструкторы и инженеры модифицировали десятки эскортных авианосцев в Китае и даже участвовали в строительстве настоящих авианосцев, поэтому их считали опытными: «Конечно, да». —

Ворошилов часто кивал головой, похоже, довольный этим: «Тогда мы можем сначала просмотреть чертежи?».

Опять? Янник мысленно усмехнулся: «Конечно, можете, но плата за рассмотрение составляет, допустим, десять миллионов тонн зерна по обычной цене».

Ворошилов сказал с озадаченным выражением лица: «Принц Янник наверняка шутит, последний линкор стоил всего 1,6 миллиона тонн зерна».

Янник фыркнул, делая вид, что надулся от досады: «Я злюсь, когда говорю об этом, генерал Тухачевский четко гарантировал, что мы построим линкор после того, как ваша страна рассмотрит чертежи, но ваша сторона начала строить его самостоятельно без единого слова, даже не предупредив нас, причинив нам большие убытки. На этот раз вы правда думаете, что все пройдёт так, как прежде?!».

«…». — - Ворошилов слегка кашлянул от смущения перед лицом неумолимого упрека Янника: «Возможно, маршал Тухачевский в свое время не дал понять этого».

Янник махнул рукой: «Оставим прошлое в прошлом. Но цена в десять миллионов тонн зерна, не подлежит обсуждению». — Это было сказано в категоричной манере, без намека на переговоры.

Ворошилов на мгновение замолчал, и, наконец, кивнул: «Тогда мы возьмём два корабля».

На самом деле, как и большинство стран в то время, Советский Союз не слишком серьезно относился к авианосцам и строил их только с мыслью, что раз другие имеют их, то почему бы и им не иметь их?

Следует помнить, что первый советский авианосец в оригинальном временном периоде был построен только во время холодной войны.

После окончания Второй мировой войны США пропагандировали «бесполезность авианосцев» и проводили ядерные испытания на острове Бикини, причем в качестве эксперимента использовали несколько авианосцев (сданных на металлолом). Советы купились на это, и на несколько лет флот стал самой недооцененной отраслью вооруженных сил.

Когда наступили Хрущевские годы, американцы продолжали валять дурака: «Мы даже не знаем, что делать с этими авианосцами, ничего не поделаешь, у нас есть ракеты, чтобы вывести их из строя». — В результате Советский Союз активно развивал ракетные крейсеры и атомные подводные лодки.

Янник с горечью согласился: «Нет проблем, у нас как раз есть свободный док, который можно запустить немедленно».

Далее Ворошилов предложил изготовить 460 морских орудий, на что Янник согласился без колебаний.

Поговорив о делах, они отправились в банкетный зал.

После трех бокалов вина Янник снова заговорил о Тухачевском: «Его превосходительство маршал Ворошилов, я не собираюсь вам лгать, но в моих глазах маршал Тухачевский — величайший главнокомандующий вашего Советского Союза. И у меня с ним был чрезвычайно приятный обмен мнениями во время моего последнего визита в Советский Союз о будущих военных тенденциях. Могу сказать, что этот разговор принес мне большую пользу. Благодаря ему немецкие военные разработки смогли завершить свою модернизацию с опережением графика по крайней мере на десять лет. Я не могу отблагодарить его за это. Пожалуйста, не забудьте передать ему мою благодарность, когда вернетесь домой».

Слушая, как слегка заплетается язык у Янника, когда он хвалит Тухачевского, в глазах Ворошилова мелькнул отблеск мрака и холода: «Хорошо. Я обязательно передам привет от его превосходительства Янника дорогому товарищу Тухачевскому».

Через несколько дней после ухода маршала Ворошилова Советская сторона объявила, что Маршал Тухачевский, который должен был быть советским представителем в Лондоне на коронации короля Георга VI, не сможет поехать по «состоянию здоровья».

Через неделю Маршал был освобождён от обязанностей заместителя народного комиссара обороны и переведен в Приволжский военный округ. Месяц спустя «Правда» неожиданно и на видном месте опубликовала редакционную статью: «Сегодня мы опубликовали сообщение советской прокуратуры о том, что восемь шпионов, пойманных на месте преступления, переданы в суд для вынесения приговора. Они, эти иностранные лакеи, гнусные и бесстыдные предатели… Тухачевский, Якир, Уборевич, Корк, Эдельман, Фельдман, Примаков, Путна, вот крайне одиозные и ненавистные имена основных членов вражеской агентуры, ныне арестованных».

(Напоминаю : это альтернативная история ,в которой Гитлера нету , есть персонажи которых не было в истории . Если читать внимательно , можно заметить , что автор несколько глав намекал на попытки подставить Тухачевского , отправляя письма , ставя фотографии и специально провоцируя Ворошилова. Это новелла ,а не учебник и читатель должен понимать , что после смерти Гитлера всё изменилось уже тогда .)

И в тот же день, когда была опубликована редакционная статья, Советский трибунал приговорил этих злодеев, шпионов, клоунов, выращенных буржуазией, врагов советского народа к расстрелу, а Министерство НКВД привело приговор в исполнение. Эта неожиданная новость вызвала большой шок, и люди были очень удивлены. Как Тухачевский, который был известен как один из близких Ленина и печально известный герой во время гражданской войны в СССР, мог стать шпионом другой страны. Мировое общественное мнение также реагировало по-разному: от выражения удивления, сожаления до сдержанности.

Пока Энни отправляла закодированное сообщение, Янник устраивал небольшую вечеринку с участием Рейнхарда, Шпеера, Геббельса, Роммеля, Манштейна, Гудериана и других «гражданских служащих и генералов», которых Янник продвигал по службе. Последнее сообщение пришло как раз в разгар вечеринки: «Тухачевский отказался дезертировать и был расстрелян сегодня утром».

Какой упрямый человек.

Вздохнув, Янник поднял бокал перед собой: «Господа, аплодисменты маршалу Тухачевскому. Только сегодня утром он был казнен по приказу самого Сталина!».

«!!!». — Услышав это, толпа была ошеломлена, и первой мыслью было, что Сталин сошел с ума, не так ли? Казнить фельдмаршала? Не боится ли он дестабилизировать обстановку в армии? Даже Германия, которую они называли всемогущим дьяволом капитализма и империализма, никогда не совершала таких безумных поступков. Тех, кто выступил против понижения командования Его Высочеством, лишь заставили подать в отставку и выгнали из армии, и большинство из них до сих пор живы и здоровы. Этот Сталин, напротив, просто убил фельдмаршала.

Только Янник знал, что это только начало!

Скоро страшная «буря» пронесется по всему Советскому Союзу.

До этого было несколько «штормов», но они не затронули армию. Теперь эта кровавая «буря» направлена против армии.

Три из пяти маршалов, 13 из 15 командующих группами, 57 из 85 командующих армиями, 110 из 196 командиров дивизий, 220 из 406 командиров бригад, все 11 заместителей народных комиссаров обороны и 75 из 80 членов Высшего военного совета будут убиты!

С любопытством в голосе Манштейн спросил: «По какому обвинению, Ваше Высочество, он был казнен?».

«Они говорят, что эти люди — иностранные лакеи, подлые предатели. Похоже, генерал Гудериан, что ваша переписка принесла много пользы. Может быть, даже песня, которую я ему послал, была неправильно истолкована ими как знак сговора с иностранцами, хахаха».

Гудериан, Роммель и Манштейн смотрели друг на друга с каким-то злым холодком. Только им было известно, что приказ Гудериану общаться с Тухачевским был отдан девять лет назад самим Его Высочеством. Возможно ли, что в то время Его Высочество планировал избавиться от Тухачевского руками Сталина? Тухачевский в то время был всего лишь генералом.

На самом деле именно Рейнхард в оригинальный период времени приложил немало усилий для реализации этой контрстратегии. Во-первых, он поручил своим экспертам проникнуть в секретные архивы германского Верховного командования и изъять досье Тухачевского, в котором содержались записи разговоров между германскими офицерами и представителями советского Верховного командования, включая встречи Тухачевского с представителями германского Генерального штаба и их представителями в Советском Союзе, когда он был начальником штаба Рабоче-крестьянской Красной армии в 1925–1928 годах. Встречи и беседы Тухачевского с представителями их военных атташе в Советском Союзе. Но эти встречи и разговоры носили официальный характер и не имели ценности для использования.

Неустрашимый, Райнхард создал лабораторию со всем техническим оборудованием и взял на себя ответственность за соблюдение мер секретности. Когда все было готово, он приказал «обработать» полученное им досье, добавляя слова в записи разговоров и переписки, добавляя новые письма, меняя даты и, наконец, делая досье полным. В любой стране было бы совершенно убедительно представить генерала с таким полным набором уличающих доказательств перед военным трибуналом и осудить его за измену.

Райнхард внимательно изучил всю техническую работу, проделанную его экспертами при подделке документа, и остался очень доволен результатом. Следующий шаг заключался в том, как передать «реалистический» документ в руки Сталина.

В конце января 37-го года Гейдрих, наконец, воспользовался возможностью. Чехословацкий посол в Берлине Мастенет отправил своему президенту Бенешу шифрованную телеграмму о том, что один немецкий дипломат, которого он знал в прошлом, открыл ему «секрет», что немцы поддерживают контакт с определенной антисталинской группой Красной Армии. Бенеш был глубоко встревожен этой информацией, поскольку чешско-советские отношения были доверительными, а дружба — крепкой. Советский Союз также склонялся на сторону Чехии по вопросу Судетских земель в Чехословакии. Как только Советский Союз встанет на сторону Усатого, ничто не помешает Германии уступить Судетскую область. В связи с этим Бенеш немедленно вызвал советского посла в Праге Александровского, чтобы тот передал эту информацию от Мастенета советскому послу. Узнав об этом от Бенеша, Александровский поспешно вылетел в Москву. Таким образом, Гейдрих пошел обходным путем, и информация дошла до Сталина.

Для усиления достоверности через два-три дня содержание той же информации дошло до советского посла в посольстве СССР в Париже Боженкина, который затем телеграфировал эту информацию в Москву.

(В реальной истории нету достоверной информации про такой эпизод , но с архивов СССР можно узнать , что через Чехословакию и другие источники был передан некий компромат , который стал одним из весомых аргументов для Сталина который уже сомневался в Тухачевском . Расстрел за поддержание Троцкого ,был скорее поводом убрать опасного человека ,по мнению Сталина , так как, Троцкий и Тухачевский ,небыли в тесных отношениях и даже небыли друзьями , обвинение в троцкизме стало стандартным поводом для борьбы с врагами народа в 1937-1938).

Но на этот раз все было гораздо проще, так как Тухачевский вел переписку с Гудерианом, и Янник попросил непосредственно у Гудериана несколько писем от Тухачевского в ответ, которые он передал Рейнхарду для обработки на «Фабрике Эндрю».

На «Фабрике Эндрю» не было недостатка в фальсификаторах документов, и эти люди легко подделали несколько писем, написанных «собственными руками» Тухачевского, например, письма о сговоре с антипатриотическим государством.

После этого все стало еще проще. По информации Наташи, у Рейнхарда был список многих советских шпионов, скрывающихся в Германии. Нужно было только не насторожить их и временно обратить нескольких из них, как велел Янник.

Один из шпионов был проинформирован Рейнхардом и немедленно сообщил о ситуации в Москву, запросив за информацию крупную сумму денег, а затем отправил в Москву документ с грифом «совершенно секретно» немецкой разведки.

Двое рослых мужчин схватили Тухачевского за руки и двинулись вперед, да так сильно, что он не мог вырваться, а мог только гневно произносить быстро сменяющие друг друга слова: «Я — маршал Красной Армии! Вы не можете арестовать меня! Я хочу поехать в Москву! Я хочу встретиться с товарищем Сталиным!».

Когда было принято решение о снятии Тухачевского с должности первого заместителя наркома обороны и назначении его командующим Приволжским военным округом, это стало шоком не только для личного состава Наркомата обороны и Генерального штаба, но и для всей армии. И Тухачевский воспринял это решение как оскорбление, нанесенное ему, и был так поражен, что растерялся, почувствовал удушье. Наконец он сел и написал письма, сперва он написал Ворошилову, написал в Комитет и Сталину, прося о полной отставке, и о своей демобилизации…

Но всё это было напрасно, и Тухачевский, успокоенный друзьями, был готов отправиться на свой пост в командование Приволжского военного округа.

Тухачевский отправился на вокзал, а по дороге к нему подъехал начальник секретной службы военного округа и сообщил маршалу, что есть приказ Наркомата обороны о срочном вызове маршала в Москву, и посоветовал маршалу сесть в машину секретной службы. В машине маршал Тухачевский был легко обезоружен и арестован.

Майор, шедший впереди них троих, оглянулся с презрительной улыбкой: «Маршал? Ты думаешь, что достоин этого звания?! Чёртов Предатель!».

«Мне нужна бумага и ручка! Я хочу написать товарищу Сталину!». — Тухачевский знал, что если он хочет выжить, он должен связаться со своими старыми товарищами и старыми друзьями.

Майор помрачнел лицом: «Ты получишь бумагу и ручку, но только для написания признаний и писем о раскаянии, а если ты посмеешь тратить бумагу на бесполезную чепуху, мы сломаем тебе все кости!». — Во время разговора они зашли в комнату для допросов, где двое рослых мужчин крепко держали Тухачевского на железном табурете. Табурет был прикреплен к полу шурупами толщиной в палец, а к ножкам табурета были прикреплены четыре толстые цепи, которыми приковывали конечности Тухачевского к табурету и не давали ему двигаться.

Тухачевский заговорил снова: «Я хочу написать товарищу Сталину! Вы не можете лишить маршала права писать письма!».

«Не трать дыхание, «маршал» Тухачевский! Теперь все твои друзья пишут товарищу Сталину! Но пишут они не о твоём помиловании, они все заняты тем, что очищают свою честь от тебя, предателя!». — В сопровождении ледяного голоса в дверь шагнула фигура.

Тухачевский сузил глаза на посетителя и замер: «Наташа?».

Наташа мило улыбнулась: «Маршал Тухачевский, как удивительно видеть вас снова при таких обстоятельствах». — сказала она и помахала рукой: «Я хочу поговорить с маршалом Тухачевским наедине, а вы, ребята, постойте на страже за дверью».

«Да!». — Наблюдая за тем, как двое рослых мужчин и майор, не задумываясь, отдали честь и вышли из комнаты допросов, Тухачевский не удержался и горько рассмеялся: «Я давно слышал, что у «Черной вдовы» необычная тактика, никто из тех, кого ты допрашивала, никогда не признавался в преступлении, верно?».

Уголок рта Наташи слегка искривился, когда она сидела за столом для допросов: «Конечно, мое самое большое удовольствие — мучить вас, собак. Но это впервые для офицера в звании маршала, и хотя мне любопытно посмотреть, сколько комплектов пыточных устройств вы сможете выдержать, Его Высочество Янник из Германии так восхищается вашими талантами, что мы отправим вас в Германию, если вы дадите нам согласие».

«Ты что?!». — Слова Наташи застали Тухачевского врасплох, и цепи, сковывающие его тело, с грохотом начали двигаться.

Глядя на шокированное выражение лица Тухачевского, улыбка на лице Наташи становилась все шире и шире, с этой улыбкой она походила на какую-то ненормальную садистку: «Вы удивлены? Знаете, я должна поблагодарить вас, маршал, за предоставленную мне возможность познакомиться с Его Высочеством Янником».

На лице Тухачевского появилось недоверчивое выражение: «Ты перешла на его сторону?».

Наташа пожала плечами: «Немного комично, не так ли? Как настоящий предатель я действительно допрашиваю невиновного советского маршала».

«Почему?». — Тухачевский был озадачен, те, кто мог попасть в такой важный отдел, как разведка, должны были пройти строгую проверку и быть верными Сталину и Советам, как среди них могла появиться такая предательница, как она!

Улыбающееся лицо Наташи, на котором еще мгновение назад была улыбка, вдруг стало зловещим: «Почему?! Потому что вся моя семья была убита вами, ублюдками!».

И тут Тухачевского осенило: «Значит, твоя личность — подделка?». — Говоря «семья», она подразумевала дворянство царского периода, и он, конечно, понимал, что случилось с этими дворянами.

«Верно, вы не знаете, что для того, чтобы получить такую «чистую» личность, мой отец опустошил состояние своей семьи, и в итоге он все равно не смог вырваться из ваших лап». — Грудь Наташи сильно вздымалась и опадала, пока ей удавалось подавлять свой гнев и пытаться заставить себя продолжать говорить спокойным тоном: «Маршал Тухачевский, давайте не будем терять время, что плохого в том, чтобы ехать в Германию? Его Высочество Янник обещал дать вам звание генирала, и через несколько лет вы снова станете маршалом. Какая честь у вас будет, зная что в Германии и сейчас нет маршалов».

Тухачевский, однако, покачал головой: «О, наследный принц Янник слишком высокого мнения обо мне. Но не беспокойтесь! Я не поеду в Германию! Я человек, который никогда не сдастся буржуазии, и лучше умереть, чем быть предателем Родины!».

Наташа слегка приподняла брови. Видя, что Тухачевский принял решение, она не стала его убеждать: «Не надо держаться за всякие детские идеи, вроде того, чтобы добиваться признания Сталина. Вы же не настолько наивны, чтобы думать, что Сталин был одурачен кем-то? Кто, кроме Сталина, осмелился бы тронуть Маршала Советского Союза?

Я могу сказать, что даже если вы дойдете до суда, у них есть обвинитель против вас, который будет утверждать, что вы «быстро нарастили танковый корпус за счет сокращения численности кавалерии и расходов на кавалерию». Вы хотите знать, кто этот свидетель?».

Тухачевский горько улыбнулся: «Ворошилов?»

Ворошилов был отсталым и очень упрямым в своих военных идеях, и Тухачевский много раз писал письма с просьбой обратить внимание на роль новой техники, родов войск и тактики в будущих войнах, но каждый раз Ворошилов отказывался, и дебаты между «реформаторами» и «консерваторами» становились все более напряжёнными.

Наташа не ответила на его слова, а процитировала отрывок из поэмы: «Видели ли вы, как бежит по степям, в туманах озёрных кроясь, железной ноздрей храпя, на лапах чугунных поезд? А за ним по большой траве, как на празднике отчаянных гонок, тонкие ноги закидывая к голове, скачет красногривый жеребенок?Милый, милый, смешной дуралей, ну куда он, куда он гонится? Неужель он не знает, что живых коней победила стальная конница? Неужель он не знает, что в полях бессиянных той поры не вернёт его бег, когда пару красивых степных россиянок отдавал за коня печенег?

Маршал Тухачевский, вы слышали этот отрывок ? Эта поэма была написана Сергеем Есениным в 1920 году. Даже такой поэт, как он, мог видеть результаты спора между живым конем и железным конем, но некоторые военные люди настолько слепы, что не осознают этого».

(Отрывок из "Сорокоуст")

Вздохнув, она встала: «Еще одно слово от Его Высочества Янника, он сказал, что отпустит вас в путь с комфортом, если вы не желаете уезжать». — сказала она, подталкивая к Тухачевскому толстую кипу бумаг: «Тогда подпишите и распишитесь, маршал. Потом вы сможете умереть в комфорте».

Устранив тех противников, которые угрожали ему, Сталин, можно сказать, был освежен и сыт. Чистка сильно сократила армию, но, по крайней мере, она была полностью под его контролем!

Остались только верные сторонники, которые делали все, что он им говорил. Сильная, но непокорная армия — это не то, что нравилось Сталину, ему нравилась армия, полностью подчиненная ему! Таким образом, вся советская иерархия стала разделочным мясом для Сталина, и он постепенно отправлял всех, кто осмеливался сомневаться в его словах, в концлагеря, которые он сам приказал построить, чтобы они работали, не покладая рук, для экономического взлета Советского Союза. Умирая от голода, а также замерзая без государственной помощи, эти жалкие ходячие трупы проложили тысячи километров железной дороги между Германией и Советским Союзом.

«Хотя у нас были некоторые трения с Германией из-за Испании, это, однако, не повлияло на инвестиционный трафик между нами». — Один из руководителей экономики встал, чтобы доложить об экономических достижениях за последний квартал: «У нас строится и разворачивается множество заводов, строятся крупные промышленные производственные площадки в Киеве, а также в Минске и других областях».

Другой чиновник увидел, как его коллега, который говорил, сел на место, и тут же продолжил: «Многие немецкие компании инвестируют в строительство наших автомобильных и железных дорог. Я слышал, что любимая фраза Наследного Принца — «если хочешь быть богатым, сначала построй дороги», что, в свою очередь, значительно улучшило нашу транспортную ситуацию, позволяя нам быстрее и легче перевозить припасы и мобилизовывать наши войска, а стоимость перевозок значительно снизилась».

Легкость транспортировки позволила ранее изолированным районам стать новыми промышленными городами, а районы тяжелой промышленности начали продвигаться вплоть до границы, несмотря на намерения Сталина остановить это, хотя и с небольшим успехом.

Если бы Советы знали, почему Янник так стремился помочь им в строительстве дорог, боюсь, им пришлось бы разрушить эти отремонтированные дороги.

«Кроме того, расширяются наши инвестиции в Германии, довольно много немецких военно-промышленных предприятий имеют наши акции, так сказать, и многие наши чиновники, а также бизнесмены делали военные деньги во время гражданской войны в Испании, и пули, которые они производили, а также артиллерийские снаряды били по нашей армии». — Генерал сказал с большим недовольством.

«Именно! Наша армия понесла тяжелые потери в Испании, и Коммунистический Интернационал понес там большие потери! Оружие, которое поставили немцы, было не намного более совершенным, чем наше, но в этом отношении оно компенсировало разрыв между Национальной армией и нами!». — Другой генерал жаловался с таким же большим недовольством.

«Немцы идут по элитному пути, у них не так много солдат, как у нас, поэтому они могут тщательно тренироваться и, естественно, выступать немного лучше, чем наша армия, разрыв оказывается незначительным, немцы не так хороши, как мы думали». — Сталин ободряюще рассмеялся.

Разведывательные данные, полученные советскими разведчиками из Вены (Австрия), показали, что на данный момент немцы потеряли в Испании 771 человека убитыми и 2 982 ранеными, в то время как Советский Союз потерял в гражданской войне в Испании 1 200 человек убитыми и 3 719 ранеными. В сравнении эти два результата не кажутся ошеломляющими.

Конечно, Советы не были дураками, на самом деле низшие генералы и офицеры знали, что на самом деле Советский Союз на этот раз потерял много войск: по воспоминаниям надежных фронтовиков, которым было приказано специально преувеличивать свои боевые возможности, немецкие потери были ничтожно малы, в то время как число погибших было реальным.

Как раз в тот момент, когда они выражали оптимизм по поводу сражения в гражданской войне в Испании, дверь в зал заседаний толкнули, и туда ворвался испуганный Ежов, он подошел прямо к Сталину и что-то прошептал ему на ухо.

«Что?!». — Лицо Сталина, только что улыбавшееся, мгновенно превратилось в гримасу и полыхнуло яростью: «Что значит исчез?!» — В этот момент он был похож на разъяренного льва, его глаза были расширены от ярости, кулаки сжаты, а от его тела исходила леденящая враждебность.

Остальная толпа ошарашено смотрела на этот неожиданный поворот событий, глядя друг на друга с пустыми лицами, не понимая, что произошло.

В конце концов, план транспортировки золота был совершенно секретным, и о нем знали лишь несколько человек на самом верху.

На бледном лице Ежова выступил крупный пот, и он с некоторым трудом оглядел присутствующих.

Сталин глубоко вздохнул, подавил гнев в своем сердце и холодно сказал: «Встречя окончена».

Толпа с грохотом поднялась, и вскоре в конференц-зале остались только Ежов и Сталин. Все собравшиеся не были слепыми, хотя они и не знали, что происходит, они видели, что Сталин был на грани вспышки, и все боялись хоть на секунду оставаться со Сталином.

Когда толпа ушла, Сталин строгим голосом сказал: «Скажите мне четко, что происходит?!».

Ежов трепетно доложил: «Первое, что мы откопали, это два вагона и локомотив, а внутри нашли останки товарища Хрущева и толпы». — Обрыв, с которого упал золотой поезд, был не только более 100 метров глубиной, но и затоплен несметными оползнями. Для его раскопок потребовалось почти три дивизии войск и несколько месяцев времени: «Сопровождающие поезд солдаты были убиты, а золото в вагонах разграблено».

«Как они посмели!». — Сталин хлопнул по столу и встал, уставившись на Ежова смертельным взглядом: «Кто это сделал?!» Как смеет грабить золото на советской земле?!».

Ежов вытер пот с лица и сказал дрожащим голосом: «Наше первоначальное подозрение — что это сделал Орлов…».

Сталин нахмурился: «Орлов? Как это понимать?». — Генерал-майор Орлов был награжден орденом Ленина, и его лояльность была гарантирована, иначе его не отправили бы на это задание.

«Мы посчитали тела в поезде, единственным отсутствующим был Орлов, а в вагоне связи был еще один странный труп, который, как первоначально было проверено, был убит в результате сопротивления связиста». — Лучше пусть кто-то возьмет вину на себя, чем самому получить выговор за плохую работу, а Орлов, судя по всему, выглядел очень подозрительно.

«Странное тело?». — Это, несомненно, сообщник грабителя: «Тело уже опознали?».

«В тридцати километрах от Алексея есть еврейская деревня, и труп должен быть евреем из этой деревни, а все жители этой деревни пропали после ограбления». — Поскольку на теле была еврейская одежда, личность была легко установлена.

«Эти проклятые евреи!». — Сталин издал рев ярости и с такой силой хлопнул кулаком по столу, что все его тело уже тряслось от гнева! Весь мир недолюбливал евреев, и Советский Союз, конечно, не был исключением. После свержения царского режима жиды и жидовствующие получили большую часть власти в Советском Союзе. Позже Сталин начал Великую чистку и вымел верхушку евреев почти до основания. С другой стороны, низовые евреи очень хорошо себя чувствовали, и их преследования были даже не такими сильными, как в Германии в первоначальное время. И в такое время эти проклятые евреи награбили 560 тонн золота?! Черт возьми!

Ежов, находившийся сбоку, не смел даже дышать и некоторое время ждал, пока гнев Сталина немного утихнет, прежде чем продолжить доклад: «И мы подозреваем, что в этом ограблении замешаны внешние силы». — сказал он, доставая из папки несколько фотографий: «Это штурмовая винтовка, найденная на месте происшествия, с использованием пистолетных патронов калибра 11,43 мм. Все, кто находился в поезде, были застрелены этим 11,43-мм пистолетным патроном».

Взяв фотографию и посмотрев на нее, Сталин спросил: «Какая страна была оснащена этим типом пистолета-пулемета?».

Ежов покачал головой: «Ни одного, о котором я знаю, только этот 11,43-мм пистолетный патрон…». — Любой человек с небольшим военным здравым смыслом знает, что 11,43-мм пистолетный патрон наиболее известен по американскому пистолету-пулемету Thompson и автоматическому пистолету Colt M1911.

Сталин перебил его: «Не спеши с выводами, дело об этом пистолете-пулемете следует держать в секрете, это лиса, которая рано или поздно покажет свой хвост. Сейчас самое главное — найти местонахождение Орлова и золота. Кроме того, я хочу, чтобы каждый проклятый еврей знал, что бывает, когда осмеливаешься оспаривать мою власть!».

Кража 560 тонн золота заставила Сталина потерять рассудок, и вместо того, чтобы прекратить только что утихшие чистки, по Советскому Союзу вновь пронесся смерч, затронувший даже международный добровольческий корпус, сражавшийся в Испании.

Самыми невезучими из них оказались евреи в Советском Союзе, которые необъяснимым образом были в худшем положении, чем немецкие евреи в оригинальное время.

Но все это было на втором плане, когда Янник уехал в Англию, чтобы присутствовать на коронации Георга VI.

Императоры Китая любили, когда все народы приходили на их коронацию, и короли Англии не исключение.

Военно-морские силы Германии, Франции, США, Нидерландов, Испании, Кубы… восемнадцати стран мира, а также 145 военных кораблей стран Содружества объединились для участия в параде по случаю коронации британского короля, совершив беспрецедентное мировое военно-морское событие в канале Спитхед. Разве не было ли это пришествием всех народов?

Все Британское Содружество и его колонии в эти дни были охвачены радостью, повсюду были огни и украшения, что очень напоминало Новый год, только без снега и ёлки.

Но Янник знал, что коронация Георга VI была последним ярким зрелищем Британской Империи перед своим быстрым закатом.

На самом деле Георг VI был коронован в конце прошлого года, когда его брат Эдуард VIII решил отречься от престола и жениться на Симпсон, после чего Альберт был коронован как Георг, известный как Георг VI.

Но это был только некоронованный король. Законно коронованный король Англии должен был совершить обряд верности Папе или архиепископу, прежде чем он мог быть коронован и носить корону, имея как политическую, так и религиозную правоту в своей власти над страной.

Если говорить об Эдуарде VIII, то это был действительно лорд, который любил красоту женщины, а не королевство.

В июне 31-го года, по своей прихоти, Эдуарде переоделся в гражданскую одежду, стал обычным слугой и сел в частный поезд, чтобы отправиться в путешествие. Поезд был почти пуст, и в большом купе, кроме Эдуарда была только одна женщина. У женщины были светлые волосы и голубые глаза, белые зубы и толстые губы, а также сладострастное телосложение. Король подглядывал за ней в течение длительного времени, его сердце колотилось, и он не мог не сломаться перед женщиной с холодным как лед лицом. Он встал, и взял на себя инициативу поговорить с этой одинокой женщиной. Эти двое говорили обо всем на свете, от туманного лондонского неба до атлантического ветра, от французского бренди до старых испанских замков, чем больше они говорили, тем больше они не могли перестать говорить… Таким образом, наследный принц Англии влюбился в эту экзотическую женщину из Атлантики с первого взгляда! (Существует также множество версий того, как они встретились и полюбили друг друга, это одна из них).

В мемуарах миссис Симпсон приводится такой рассказ: «Единственным признаком его интереса ко мне может служить моя американская независимость духа, моя откровенность, чувство юмора, которым, как мне казалось, я обладала, и мой оптимизм или любопытство по отношению к нему и всему, что с ним связано. Он был одинок, и, возможно, я была первой, кто получил представление о его внутреннем одиночестве».

В 36-м году умер король Георг V. Эдуард вступил на престол под именем Эдуарда VIII. Менее чем через год после вступления на престол, в ноябре 36-го, Эдвард предложил миссис Симпсон выйти за него замуж.

Король хотел жениться на дважды разведенной женщине, чей первый муж был еще жив, что категорически запрещалось канонами английской церкви. Вечно гордая британская публика также не приняла бы замужнюю американку в качестве королевы своей страны. Премьер-министр Болдуин от имени правительства, короны и парламента заявил, что Великобритания не может принять американку в качестве королевы.

Тогда один друг посоветовал Эдварду пойти на компромисс, согласившись на брак без имени, когда можно жениться, но жена не будет пользоваться статусным титулом мужа. Эдвард решил сделать этот шаг и принять унижение. Но премьер-министр был категорически против, и даже готовность короля передать вопрос о таких браках в парламент для законодательного рассмотрения была отвергнута, и король полностью порвал отношения со своим кабинетом. Затем король обратился за помощью к своей матери, королеве Марии, и трем своим братьям. Королева Мария посчитала, что не может одобрить этот брак, который был ниже достоинства короны, и отказалась признать свою невестку, отказавшись предоставить миссис Симпсон титул «Ее Королевское Высочество Герцогиня». Король сказал, что предпочел бы отречься от престола, если бы брак не удался. Тогда королева Мария сказала: «Если ты не станешь королем, у твоего брата все получится», и королева Мария жестоко закрыла дверь перед собственным сыном.

11 декабря 36-го года Эдуард VIII, который царствовал всего 325 дней и еще не был коронован, произнес свою прощальную речь, сказав со страстью в голосе: «Друзья мои, без помощи и поддержки женщины, которую я люблю, я чувствую, что мне было бы невозможно нести бремя, которое на меня возложено». — Через несколько часов он отплыл из Англии в Австралию в сопровождении эсминца Королевского флота. Эдуард VIII отрекся от престола, и его сменил его брат, Георг VI, который стал герцогом Виндзорским.

Эдвард женился на леди Симпсон во Франции в 37 году, когда Эдварду было 43 года, а леди Симпсон — 41 год, и никто из британской королевской семьи не присутствовал на их свадьбе. После свадьбы они прожили счастливую совместную жизнь в течение 35 лет, а герцог Виндзорский умер в своем доме под Парижем 28 мая 1972 года в возрасте 77 лет. Перед смертью он сказал: «Я никогда не видел более красивой женщины, чем моя дорогая Симпсон». Эдвард до конца жизни сожалел о том, что британская корона отказалась присвоить миссис Симпсон титул «Ее Королевское Высочество».

В течение нескольких месяцев пребывания Эдуарда VIII на посту короля вопрос о его браке вызвал конституционный кризис в Англии: правительство, правительство домашнего правления, народ и церковь выступили против его брака с миссис Симпсон, и неповиновение Эдуарда VIII общественному мнению привело бы к отставке правительства, т.е. к нарушению основных конституционных принципов политического нейтралитета конституционного монарха, поэтому он решил отречься от престола, став единственным королем в истории Англии и Содружества, сделавшим это добровольно.

…

За дверью раздался звонок, и Ина, сопровождавшая Янника секретарша, подошла открыть дверь, а из-за двери тем временем раздался хрупкий девичий голос: «Могу я узнать, у себя ли Его Высочество Янник?».

Не дожидаясь, пока Ина заговорит, Янник крикнул: «Мисс Ина, впустите ее». — Он уже слышал, что это Елизавета, но только когда юная принцесса вошла, он понял, что это «они», и что за Елизаветой следует маленькая девочка шести или семи лет.

Темные волосы, заплетенные в две косы с двумя лилиями, такими же прекрасными, как и она сама, небрежная челка, большие глаза и маленькие розовые губы.

Кто-то может спросить, почему большинство принцесс так красивы.

На самом деле все очень просто: даже самые уродливые короли могли жениться на очень красивых женщинах и рожать принцесс и принцев, которые могли быть не только уродливыми, но и очень красивыми.

Войдя внутрь, Элизабет сделала реверанс: «Приветствую вас, ваше высочество Янник».

«Элизабет, прошло много времени». — Янник шагнул вперед и улыбнулся: «Что я говорил тебе раньше? Как ты должна меня называть?».

Юная принцесса расплылась в счастливой улыбке: «Брат Янник!».

«Ты хорошая девочка». — Протянув руку и погладив волосы маленькой принцессы, он посмотрел на девочку, которая несколько застенчиво пряталась за Элизабети: «Я полагаю, это Ее Высочество принцесса Маргарет?».

«Маргарет, не забывай о манерах, которым тебя учили». — Маргарет, которую Елизавета подтолкнула вперед, сделала стильный реверанс: «Приветствую вас, ваше высочество Янник. Могу ли я также называть вас братом Янником?».

«Конечно, можешь. Вы пришли в нужное время, я собирался отдать его вам вечером, но поскольку вы здесь, я отдам его вам сейчас. Госпожа Ина, где подарки, которые я принёс?».

Ина принесла чемодан, Янник порылся в нем и достал четыре красивые подарочные коробки: «Эти две — для Елизаветы, а эти две — для Маргарет».

«Спасибо, брат Янник». — Элизабет получила экземпляр книги «Чудесное путешествие Элизабет» и комплект пижам с Микки Маусом. А Маргарет получила комикс про Белоснежку и пижаму с Микки Маусом меньшего размера.

«Дзинь!». — Как раз в тот момент, когда две маленькие принцессы были вне себя от радости, в дверь снова позвонили, и Ина пошла открывать. На этот раз к ним вошла мать Элизабет и Маргарет, герцогиня Йоркская.

«Мама!». — Увидев вошедшую мать, Элизабет и Маргарет подбежали к ней и побежали показывать подарки, которые они получили.

«Сходите до папы, ладно?». — Отпустив двух дочерей, герцогиня Йоркская взглянула на Ину, которая стояла в стороне: «Ваше высочество Янник, я хотел бы поговорить с вами наедине».

«Мисс Ина». — Янник кивнул Ине, которая тоже вышла из комнаты, оставив в ней только их двоих: «Герцогиня Йоркская… теперь я должен обращаться к вам как Ее Королевское Высочество Королева Елизавета».

Королева Елизавета сказала с холодным и угрюмым лицом: «Ваше высочество Янник, я надеюсь, что у вас есть самоуважение и вы больше не будете мне писать!»

«…». — С момента последней встречи с королевой Елизаветой Янник был очарован ее внешностью и темпераментом.

После этого он писал письмо королеве каждую неделю или две, хотя содержание письма не выражало явной любви, но все же была некоторая двусмысленность.

Конечно, он так и не получил ответного письма, он даже думает, что каждый раз, когда она получала письмо, королева Елизавета даже не читала его и выбрасывала.

Но теперь, когда он услышал, как королева Елизавета прямо сказала эти слова, он не мог не почувствовать себя немного потерянным в своем сердце, и не мог не вздохнуть облегченно.

«Падающие цветы намеренно следуют за текущей водой, а у текущей воды нет сердца, чтобы любить падающие цветы». — Он читал это стихотворение на китайском языке, поэтому, конечно, королева Елизавета не могла его понять и слегка нахмурилась, на ее лице появилось озадаченное выражение.

Янник рассмеялся про себя и перевел стихотворение на английский: «Вы должны быть очень тронуты этим стихотворением, в конце концов, вы и Эдуард VIII…».

Королева Елизавета познакомилась с 11-летним Эдуардом VIII, известным тогда как принц Эдуард, и 9-летним Георгом VI, известным как принц Альберт, на вечеринке, когда ей было 5 лет.

К 1920 году, в возрасте 19 лет, Елизавета выросла в аристократическую молодую женщину и снова встретила принца Альберта на вечеринке. Королева Мария в то время знала, что у ее второго сына Альберта был роман с музыкальной актрисой Филлис Монкман, поэтому она решила, что принц Альберт должен жениться на Елизавете. Но она не хотела выходить замуж за Альберта; человеком, которым она была действительно увлечена, был брат Альберта, принц Эдуард.

Из-за неоднозначных отношений принца Эдуарда и Елизаветы 5 января 1923 года одна из лондонских газет даже прислушалась к слухам и объявила о помолвке Елизаветы и принца Эдуарда на первой полосе, но Букингемский дворец сразу же опроверг эти слухи. Королевской семье не понадобилось много времени, чтобы объявить о помолвке Елизаветы и принца Альберта. Лишь год спустя она вышла замуж за Альберта под давлением королевской семьи и своей семьи.

По словам Майкла Торнтона, автора книги «Королева-мать и герцогиня Виндзорская», даже после свадьбы Елизавета и принц Эдуард оставались очень близки, написав ему в письме: «Дорогой Дэвид, ты очень, очень шаловливый и забавный».

«Не кажется ли вам, что вы строги и одновременно снисходительны? Разве вы не жена…». — прежде чем слова покинули его губы, королева Елизавета сделала выпад вперед и сильно ударила Янника по лицу.

Пощечина была с такой силой, что Янник даже почувствовал вкус крови во рту. Видя, что сейчас снова последует её пощечина, Янник с силой сжал её запястье и уже собирался накричать на нее, когда увидела прозрачный туман, затуманивший глаза королевы Елизаветы.

«…». —Янник извинился, несколько виновато отпустив ее запястье: «Прости, мне не следовало говорить об этом».

Елизавета почти всю жизнь была полна ненависти к миссис Симпсон, но не потому, что она стала причиной отречения Эдуарда VIII от престола, а потому, что она отняла у нее мужчину, которого она когда-то любила. Когда Эдуард VIII, пониженный до герцога Виндзорского, женился на Симпсон в 1937 году, ни один член королевской семьи не присутствовал на их свадьбе, и Симпсон заявила мужу, что это произошло потому, что Елизавета, которая только что стала королевой Англии, «ненавидела нас обоих».

По словам Торнтона, он встречался с герцогом и герцогиней Виндзорскими, которые жили во Франции около 1970 года, в их доме в Булонском саду в Париже, и герцог Виндзорский сказал Торнтону: «Она [королева-мать] никогда меня не простит». — Миссис Симпсон сказала сидя с боку от него: «Потому что я вышла за тебя замуж».

Атмосфера в комнате стало немного неловким, и королева Елизавета сделала глубокий вдох, чтобы успокоить свою вздымающуюся грудь, и повернулась к двери.

Как только она подошла к двери, Янник вдруг окликнул ее: «Ваше Высочество, я могу заставить эту женщину исчезнуть, если вы кивнете головой». — Он отчетливо видел, как тело королевы Елизаветы дрогнуло, и хотя она не повернулась, но и не ушла, казалось, она была охвачена внутренней борьбой: «Я все еще могу сделать эту маленькую вещь. Как вы хотите, чтобы она исчезла? Быть замученным в темной камере или просто быть убитым выстрелом в голову? Что касается оплаты, то все, что вам нужно сделать, это написать мне ответ, даже если это всего лишь одно слово».

«…». — Посмотрев на Королеву, которая молча вышла из комнаты, Янник слегка приподнял брови. Было ли это согласием? Страшно представить, насколько безжалостными могут быть женщины!

Что касается миссис Симпсон, то Янник, конечно же, убивал ее не для королевы Елизаветы, а для Эдуарда VIII. Позиция Эдуарда VIII была прогерманской, и для Германии было бы лучше иметь его королем Англии, чем Георга VI.

Янник не хотел, чтобы Эдуард VIII оставался в ласковых руках миссис Симпсон. Его нужно было заставить бороться за трон, который принадлежал ему по праву!

Увидев, что королева Елизавета ушла, Ина вернулась в комнату, только чтобы воскликнуть при виде распухшей половины лица Янника: «Ваше Высочество, что случилось с вашим лицом? Это… след от пощечины?!». — У кого хватило смелости дать пощечину Его Высочеству?!

Янник небрежно махнул рукой: «Пойди и принеси льда для меня». — Вечером предстоял банкет, который устраивала британская королевская семья, так что его жалкий вид не должен был стать позором.

«А? Да!». — Ина поспешно принесла ведро со льдом, несколько полотенец и начала прикладывать к его лицу лед: «Ваше Высочество, вас ведь не побила королева Елизавета?». — В комнате не было никого, кроме них двоих, поэтому было понятно, что это королева Елизавета его ударила: «Почему она дала дала вам пощечину? Не может же быть, чтобы вы пытались приставать к ней?». — В конце концов, королева не могла дать пощечину наследному принцу другой страны без особой причины.

«Пристраивать к ней?». — Янник закатил глаза: «Разве я похож на такого человека?».

Ина ответила с огромной серьезностью в голосе: «Не то чтобы совсем. Но посмотрите, куда вы положили свою руку. Только не начинайте «это», как вы собираетесь встречаться с людьми вечером, если я не уберу ваше опухшее лицо».

«Хорошо, хорошо, я хотел так пошутить». — Янник замялся и убрал свою руку от ее мягкой груди, подумал немного и приказал: «Позже вы отправите телеграмму в Германию и попросите Рейнхарда послать кого-нибудь связаться с Эдуардом VIII».

«Хорошо». — ответила Ина и сказала: «Позже на банкете вы не должны говорить «Эдуард VIII», а обращаться к нему как к герцогу Виндзорскому. Британская королевская семья очень щепетильна в этом вопросе, поэтому вы не должны попасть в неприятности».

Он держал лёд на лице до позднего вечера, и отек на лице Янника уменьшился настолько, что его нельзя было увидеть, не присмотревшись.

Как только наступило шесть часов, королевский дворецкий пришел пригласить их в банкетный зал.

Просторный банкетный зал был заполнен главами государств и высокопоставленными лицами, и Янник пробирался сквозь толпу, время от времени приветствуя кого-нибудь из гостей улыбкой и кивком или беседуя с кем-нибудь.

«Ваше Высочество Янник, для меня большая честь встретиться с вами сегодня». — Человек, подошедший к Яннику, был мужчиной средних лет, которому на вид было около 50 или 60 лет. Высокий рост, серебристо-белые волосы, и хотя он был одет в дорогую одежду, по его словам и действиям можно было легко определить, что этот человек — обычный солдат.

Янник сразу же понял, кто этот человек.

Джордж Маршалл!

Великий стратег, военный, политик, дипломат и экономист Соединенных Штатов Америки во время Второй мировой войны… он был просто универсалом.

Для армии США быть отличным управляющим было еще более необходимо. Ему пришлось заниматься планированием многих военных операций США за рубежом в то время, руководить голосованием офицеров в штабе, координировать отношения между вооруженными силами США и другими национальными армиями союзников, выполнять работу известных американских военных генералов Второй мировой войны, таких как Макартур, Эйзенхауэр, Паттон и т.д., и помогать Рузвельту в разработке глобальной военной стратегии.

Но теперь первой мыслью Янника было то, как избавиться от этого парня, который обязательно будет мешать ему в будущем!

В его голове промелькнул миллион вариантов, которые отбрасывались один за другим, и какое-то время он не мог придумать ни одной хорошей идеи.

Янник не стал долго думать об этом и протянул руку, чтобы пожать руку Маршалла: «Я много слышал о вас, Его Превосходительство генерал Маршалл».

Лицо Маршалла заметно вспыхнуло от удивления, он даже не успел представиться, а собеседник уже знает его? «О? Ваше высочество Янник знает меня?».

«Я давно слышал, что вас называли военным гением, когда вы были инструктором в пехотной школе в Форт-Беннинге». — В пехотном училище Маршалл умел кратко излагать сложные военные проблемы в нескольких словах. Он был строг со своими курсантами, контролировал их, вдохновлял и мотивировал. Многие выдающиеся генералы, вышедшие из ROTC, приписывали свое последующее восхождение на вершину военной иерархии Маршаллу.

Он создал в ROTC досье на курсантов и записывал имена молодых офицеров, которых считал талантливыми. После того как он стал начальником штаба армии, это досье стало бесценным, и он часто выбирал командиров на его основе. Среди них были Эйзенхауэр, Паттон и другие.

Маршалл усмехнулся: «Военный гений» и все такое не оправдывает своего названия. Напротив, Ваше Высочество Янник достоин быть настоящим гением, и я слышал, что нет такой отрасли, в которой бы не участвовало Ваше Превосходительство, и что Вы — гений, выдающийся в каждой отрасли? Может ли быть так, что Ваше превосходительство действительно было послан Богом?».

Янник не мог не вздохнуть от того, с какой ошеломляющей скоростью распространялись эти слухи: «Бог или что-то еще… Генерал Маршалл, вы верите в существование Бога? О, я забыл, что девяносто процентов вашей страны — христиане, так верите ли вы, что Бог всемогущ?».

Похоже, что Маршалл — убежденный христианин и сказал, не подумав: «Конечно, Бог всезнающий и всемогущий».

Янник принужденно рассмеялся и задал парадоксальный вопрос, который стал довольно известным в более поздние времена: «Поскольку вы говорите, что Бог всемогущ, может ли Бог сделать камень, который он не может сдвинуть сам?». (На самом деле, этот парадокс появился много веков назад, поэтому поменяйте здесь время и рассматривайте его как парадокс, появившийся в более поздние времена)

«…». — Маршалл сразу понял смысл его слов. Если он скажет, что Бог всемогущ, то Бог не сможет сдвинуть с места камень, который он создал, поэтому Бог не всемогущ. Если он скажет, что Бог не может этого, тогда Бог не мог создать камень, который он не мог бы сдвинуть с места, поэтому Бог тоже не всемогущ.

Прежде чем он успел подумать об этом, Янник добавил: «А может ли Всемогущий Бог создать треугольник, внутренние углы которого не равны 180°?».

Посмотрев на Маршалла с заторможенным выражением лица, Янник слегка кивнул и продолжил задавать ему вопросы. Что бы ни хотел выпытать у него Маршалл, он сейчас не смел произнести ни слова.

Янник всеми силами избегал разговора с этим человеком, ведь в конце концов, он полагался на свои знания из загробного мира и не был настоящим гением. Без знаний о будущем он был бы просто ничтожным существом перед этими элитными людьми.

Поэтому лучше было держаться от них подальше.

Ина, которая шла рядом с ним, вздохнула: «Ого, Ваше Высочество, ваш вопрос только что был таким мозговыносящим. Значит, по вашему вопросу Бог не всемогущ?».

Янник оглянулся на Маршалла, который глубоко задумался и пробормотал в мыслях: «Лучше бы у тебя случился тромб в мозгу, и ты умер на месте от мозгового напряжения».

Янник отметил с улыбкой на лице: «На самом деле это не так уж и сложно. Если вы подумаете об этом, то увидите, что вопрос, который я задал, предполагает, что «Бог всемогущ», а затем выводит парадоксальное предположение, что «Бог не всемогущ». Будь то Бог, создающий камень или создающий треугольник с суммой внутренних углов больше 180°, это использование контрфакта для доказательства того, что Бог не всемогущ.

Поэтому Бог захотел прийти сам, чтобы доказать, что Он всемогущ. На самом деле ему нужно было доказать это тремя очень простыми шагами. Шаг первый: все, что нужно было сделать Богу, это создать скалу, которую он не мог сдвинуть с места. Шаг второй, затем он пытается сдвинуть скалу и обнаруживает, что действительно не может сдвинуть его с места, шаг третий, затем он придумывает способ, после чего снова двигает камень, который не может сдвинуть. Так существует ли парадокс о том, что Бог создал камень?

Если Бог хотел создать треугольник, в котором сумма трех внутренних углов была бы больше 180°, то ему нужно было бы только определить прямой угол как больший, чем 90°,».

Ина застыла с расширенными глазами и покозала ему большой палец: «Ваше Высочество, вы гений».

Когда Янник ушел от компании Маршалла, он не успел пройти и нескольких шагов, как услышал, что его зовут сбоку: «Ваше Высочество Янник!».

Хотя собеседник говорил по-немецки, он явно не владел языком и говорил с акцентом. Янник повернул голову и увидел, что это был Чжу Цзяци, второй принц Китая, окруженный несколькими другими восточными лицами.

«Ваше Высочество Цзяци, как давно не виделись». — Янник шагнул вперед и тепло пожал руку: «Его Величество Император вашей страны в добром здравии?».

«С отцом все хорошо, спасибо Вашему Высочеству Яннику за заботу».

После некоторого обмена любезностями Чжу Цзяци обвел всех взглядом и прошептал: «Линкоры вашей страны уже начали модернизацию, и три авианосца, заказанные вашей страной, также начали закладывать свои кили».

Янник слабо улыбнулся: «Это хорошая новость, я бы даже сказал чудесная».

Разгромленный немецкий флот этого времени также проводил операцию «Радуга», хотя это были не те 74 корабля, захваченные союзниками.

Как раз в тот момент, когда поражение стало реальностью, немецкий флот, осажденный в гавани, внезапно начал операцию по прорыву.

Хотя англичане думали, что немцы готовы сражаться насмерть, немецкий флот не собирался вступать с ними в артиллерийский бой и, отважившись на шквальный огонь британского флота, пошел на штурм окруженного британского флота.

Несмотря на перехват британского флота, дюжина линкоров во главе с линкором «Ольденбург» в конце концов прорвала окружение и вырвалась из окружения.

Еще более странным было то, что как раз в тот момент, когда у убегающих линкоров заканчивалось топливо, они «случайно» столкнулись в Индийском океане с субфлотом Китая. В результате немецкие корабли выпустили несколько снарядов по кораблям Китая, а затем в унисон подняли белый флаг.

Союзные державы не были дураками, и, естественно, увидели нечестную игру и потребовали вернуть немецкие линкоры. Но Китай отказался вернуть их на том основании, что эти военные корабли были их военными трофеями. Затем они устно осудили Германию, заявив, что провокация нейтральной страны является серьезным нарушением международной морали и так далее, и, наконец, все было кончено.

(Это событие было выдумано , в реальной истории это произошло в Скапа-Флоу. Немцы затопили 52 из 74 интернированных кораблей (включая 10 линкоров и 5 линейных крейсеров). Британнам удалось спасти и выбросить на мель лишь часть судов. 1919 год .)

Во время своего последнего визита в Китай этот Принц Китая дал понять, что они не намерены забирать эти корабли себе. С благодарностью Янник попросил их модернизировать корабли. Это были устаревшие изделия времен последней войны, энергосистемы работали даже на угле, и если их не усовершенствовать, они были не лучше груды разбитого железа.

Но даже если они не были бы модифицированы, они все равно были лучше, чем ничего, благо, что немецкий флот теперь искал только количество, а не качество.

После еще нескольких слов Чжу Цзяци еще раз оглянулся и понизив голос спросил: «Когда ваша страна планирует сделать шаг?».

Янник подумал об этом и решил, что скрывать от них нечего, в конце концов, в Китае все еще находилось много немецких солдат на обучении, и как только их всех отзовут, это будет сигналом к войне: «Как только мы закончим с Чехословакией через несколько месяцев, нам в любом случае нужно будет готовиться к мобилизации войск в середине 39-го года».

Чжу Цзяци сказал с легким замешательством: «Ваша страна собирается аннексировать Чехословакию, разве это не будет войной?». — В конце концов, Чехословакия была французским протекторатом, и неужели Франция могла просто стоять и смотреть, как его союзника съедают Германцы?

Янник рассмеялся: «Чехословакия — это не более чем аппетитная закуска. Что касается Великобритании и Франции, я не думаю, что они нарушат этот редкий мир, который мы имеем сегодня, только для того, чтобы выступить в защиту Чехословакии». — Война, выжавшая кровь целого поколения молодых людей, оставила всю Британию и Францию в страхе от ещё одной войны, и кто захочет начинать еще одну мировую войну из-за страны, которая только хочет объединить свою нацию? (вплоть до полной аннексии Чехословакии Британия и Франция все еще придерживались идеи, что Германия просто объединяет немецкую нацию, надеясь, что Судетская земля была последним территориальным требованием Германии)

«Так вот она какая, политика умиротворения?». — Принц Китая задумчиво кивнул: «Чехословакия — это военно-промышленный центр, если вы действительно сможете аннексировать ее, то можно сказать, что военная мощь вашей страны удвоится. Так с кем же ваша страна намерена заключить союз на этот раз?».

Последний союз Немцев был заключен между Австро-Венгрией, Османской империей и Королевством Болгария.

В результате поражения Австро-Венгерская Империя распалась на несколько государств, а на ее территории образовались четыре новых государства: Австрия, Венгрия, Чехия и Словакия. В то же время часть ее территории была оккупирована Италией, Румынией, Польшей и Югославией.

А Османская империя оказалась еще хуже, распавшись после поражения на Турцию, Венгрию, Болгарию, Албанию, Сербию, Хорватию, Боснию-Герцеговину, Македонию, Грецию, Сирию, Ливан, Израиль, Иорданию, Ирак, Кувейт, Саудовскую Аравию, ОАЭ, Катар, Бахрейн, Оман, Йемен, Египет, Ливию, Тунис, Алжир и Марокко.

Янник пожал плечами, довольно беспомощно: «В принципе, у нас нет потенциального союзника». — В настоящее время Германия была окружена соседями, которые были либо ненавистниками, либо нейтралами, либо просто слабыми, и не могла найти себе хорошего соратника.

«Нет?!». — Чжу Цзяци удивленно сказал: «Разве не может быть так, что ваша страна собирается в одиночку справиться с Британией и Францией в одиночку?».

«Кто сказал, что это невозможно?». — На самом деле, другие страны Европы, включая Францию, были слабыми цыплятами, Германия могла легко сломать им хребет, и даже Британии не была большой проблемой если приложить больше усилий. Самой большой головной болью были два гиганта — США и Советский Союз: «Я довольно оптимистично смотрю на вашу страну, интересно, заинтересована ли ваша страна в изменении картины мира вместе с нами?». — В последней великой войне Китай придерживался политики нейтралитета.

Если бы он был готов присоединиться к ним, и привлечь внимание волосатых медведей на севере на суше и время от времени обходить Тихий океан по морю, чтобы стимулировать нервы Соединенных Штатов, то его шансы на победу значительно повысились бы.

«Извините, но мы не хотим участвовать в этом». — Тон Чжу Цзяци был очень мягким, но непререкаемо твердым.

«…». — Янник беспомощно закатил глаза, кажется, рассчитывать на Китай не стоит, и ему придётся полагаться только на себя.

Как раз в это время Ины прошептала: «Ваше Высочество, генерал Маршалл идет сюда».

Опять он? Янник отвесил легкий поклон: «Я думаю, что наш разговор закончился, Принц». — Сказав это, он развернулся и поспешно ушел.

Неизвестно, что хотел выпытать у него этот старик Маршалл, и он был весьма настойчив в своем стремлении. К счастью, этот банкетный зал был достаточно большим, а людей было много, поэтому, потратив полдня на прятки, он наконец-то дождался выхода главного героя дня.

Гости в зале не двигались, все взгляды были устремлены на сцену.

Надо сказать, что хотя Георг VI не так умен и красив, как его брат Эдуард VIII, его лицо тоже неплохое, стоит даже сказать элегантное.

Георг VI подошел к микрофону и медленно заговорил: «Большое… спасибо… всем… вам… за то, что вы… смогли прийти… сегодня. Это… специальный ужин…». — Короткая фраза была сказана с большим усилием.

Ина, которая была рядом с ним, пробормотала тонким голоском: «Он просто слишком нервничает или у него проблемы с речью?».

Янник проболтался в ответ: «Для него это достаточно хорошо, раньше он не мог сказать даже одно слово». — Ходили слухи, что его заикание была косвенным следствием того, что суровый и властный отец Георга VI настаивал на исправлении его леворукости, и что в тяжелых случаях он даже не мог говорить на публике. Королева Елизавета посещала известных врачей, чтобы помочь своему мужу преодолеть заикание, которое в конце концов было облегчено с помощью врачей.

Несмотря на постоянное лечение, вылечить его полностью не удалось, только уменьшить. Это означает, что на протяжении всей жизни заикание Георга VI оставалось проблемой.

Георг VI полчаса спотыкался о свои слова, а когда закончил, почувствовал облегчение.

К счастью, речь Георга VI довольно проста, всего несколько длинных предложений.

Пока Янник что-то бормотал в уме, он вдруг заметил взгляд сбоку. Он повернул голову и посмотрел на пожилую женщину с несколько полной фигурой, которая была одета в роскошное платье и, должно быть, являлась принцессой какой-то страны.

Глядя на нее, и видя как она смотрит на него с доброжелательным лицом, Янник спросил Ину: «Ты знаешь, кто она?».

Ина посмотрела в сторону и ответила: «Это Королева Нидерландов, Вильгельмина».

«…». — Янник слегка приоткрыл рот от удивления, он уже видел в интернете фотографии Вильгельмины в подростковом и среднем возрасте, она была стандартной красавицей в подростковом возрасте, как получилось, что она стала толстой старухой?

Пока он сетовал на то, что возраст — это страшное оружие, Георг VI закончил свою речь и сошел со сцены, чтобы поприветствовать гостей по очереди, а Янник подошел к Вильгельмине: «Здравствуйте, Ваше Величество».

Разве не приятно было бы сказать, что европейская королевская семья — это большая семья. Вильгельмина и Вильгельм II не были очень близкими родственниками, но их родство было действительно очевидным фактом. Вот только они не были родственниками, в лучшем случае — дальними кузенами. Невестка Вильгельма II по материнской линии была тетей Вильгельмины. Если говорить более подробно, то мать Вильгельма II была первой принцессой английской королевы Виктории, а мать Вильгельмины, в свою очередь, была родной сестрой невестки королевы Виктории. Так что, казалось бы, Вильгельм II должен был быть ближе к британской королевской семье, однако Великобритания и Германия были соперничающими странами во время Первой мировой войны. А после окончания Первой мировой войны Вильгельм II бежал в Нидерланды, разыскиваемый союзными державами во главе с Англией.

На лице Вильгельмины появилась добрая улыбка: «Ваше Королевское Высочество Кронпринц Янник, давно не виделись, как поживает Его Величество Фридрих? А Принц и миссис Оскар?»

Янник ответил уважительным голосом: «Ваше Величество, вы моя двоюродная тетя и вы можете называть меня просто по имени. Мой дед в добром здравии, что касается отца и матери, то они все такие же, бродячие».

Вильгельмина спросила с нежной улыбкой: «Янник, я слышал о твоей просьбе к Чеху, что ты собираешься делать, если Чех не согласится?».

Янник праведно пожал плечами: «Стрела уже на тетиве. Ваше Величество, я уверен, что Вам известно, что Германский народ в Чехословакии находится в тяжелом положении. Если бы Чешское правительство обращалось с ними лучше и давало им еду и одежду, они бы по-прежнему так стремились вернуться в Германию? И теперь, как Наследный Принц Германии, я, конечно, не буду стоять в стороне и смотреть, как мой собственный народ страдает в чужой стране».

Вильгельмина кивнула и тихо вздохнула: «Я надеюсь, что Чешская Республика будет помнить о большем благе».

Янник знает, что если бы президент Чехии Бенеш присутствовал тут, он бы вскочил на ноги и начал ругаться, верно? Что вы имеете в виду, говоря о том, что превыше всего ставится благо? Бесстыдно было так величественно говорить об уступке чужой земли.

Но теперь кажется, что вся Европа хочет, чтобы Чехия отдала Судетскую область, так как же он может сопротивляться?

После скучного банкета, на следующий день евразийские короли, дипломатический корпус и множество специальных гостей отправились в Вестминстерское аббатство на коронацию.

Рано утром улицы Лондона уже кишели людьми, пришедшими поздравить. Многие из них даже спали прошлой ночью на улицах на простых складных кроватях, а теперь они смогли убрать свои кровати и остаться на месте, чтобы приветствовать королевскую карету.

Полиция со всего Лондона была на улицах, чтобы поддерживать порядок, иначе толпа заполнила бы дороги и автомобили не смогли бы проехать.

Сидя в лимузине, Ина смотрела на многочисленные толпы людей по обе стороны и сетовала: «Британская публика любит Георга VI».

«Да ты что?!». — Янник насмехался над этим: заикающийся король, который только что вступил на престол и даже не сделал ни одного хорошего дела для страны и народа, почему он должен быть любим народом?

Британцы приехали праздновать, семьдесят процентов — посмотреть на шоу, а тридцать процентов — уважать статус «короля», а вовсе не Георга VI.

Толпы людей прибыли в Вестминстерское аббатство в большом количестве, но не могли войти непосредственно в церковь, и им пришлось ждать прибытия Георга VI за пределами церкви в специальной зоне.

После более чем получасового ожидания вдалеке раздался сотрясающий землю возглас.

В середине длинного почетного караула король Георг VI и королева прибыли в золотой карете, запряженной восемью белыми лошадьми. Карета сияла золотом в солнечном свете, даже колеса были покрыты золотом, золотая карета короля, специально сделанная для коронации.

Георг VI выглядел нервным, он не спал прошлой ночью и съел всего пару кусочков на завтрак, и теперь он дрожал и трепетал, улыбаясь и размахивая руками перед нацией, как марионетка на ниточке.

Король и королева в сопровождении придворных слуг были введены в собор духовенством, а гостям, наконец, было позволено войти в церковь и занять свои места.

После ряда церемоний Георг VI был приглашен занять свое место в дубовом кресле. Дубовое кресло было поставлено здесь королем Эдуардом в средневековые времена, и в нем короновались сменявшие друг друга британские короли.

Священнослужитель с торжественным лицом принес флакон в форме орла, содержащий святое масло с добавлением апельсина, розы, корицы, мускуса и амбры. Архиепископ Кентерберийский взял ложку, инкрустированную золотой и серебряной проволокой, взял масло из бутылки и нанес его на руки, грудь и голову короля.

Это центральная часть всей церемонии коронации, называемая «помазанием».

Во время помазания король дал торжественный обет всему миру, что он будет обращаться к Всемогущему Богу за волей, силой и властью, необходимыми для справедливого, честного и безопасного служения своему народу.

Затем архиепископ Кентерберийский возложил корону на голову Георга VI, выразив тем самым признание Богом короля Англии, и коронация, наконец, завершилась.

На Западе говорят, что если вы хотите носить корону, вы должны ее носить.

Не нужно никаких лишних догадок или какого-то высокого смысла в этом изречении; оно толкуется буквально. Корону на голове Георга VI теперь, весом не менее пяти фунтов, будут надевать только по особым случаям, обычно ее носят исключительно на праздничных церемониях.

Эта корона, как и дубовый стул, принадлежит к реликвиям средневекового английского короля, святого Эдуарда. Когда Карл I был обезглавлен во время Английской революции, эта корона была почти переплавлена и отчеканена на золотые монеты.

Вначале корона весила более четырех фунтов, и с тех пор каждое поколение королей добавляло к ней драгоценности. В один момент рубины, в другой — сапфиры, в третий — бриллианты. К моменту коронации Георга VI на короне было 2 868 бриллиантов, 273 жемчужины, 17 сапфиров, 11 изумрудов и 5 рубинов.

Янник все это время смотрел на корону, прикидывая в уме, сколько она должна стоить.

После долгой коронации наступило время обеда, а после обеда, после полудня, состоялся коронационный военно-морской парад.

Толпа была приглашена на борт королевского флагмана, который в составе нескольких британских авианосцев прошел через широкое открытое море. Затем появилось еще более 100 военных кораблей всех видов и военно-морских судов из восемнадцати стран мира, которые в различных формациях гремели и стреляли салютами как сумасшедшие.

После морского парада вечером состоялось большое оркестровое представление, и все было занято до третьего дня, когда вся церемония коронации была официально завершена.

Через месяц после коронации короля Англии премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен, премьер-министр Франции Даладье, премьер-министр Италии Муссолини и наследный принц Германии вновь собрались в Мюнхене.

Два чешских делегата были также приглашены на место проведения встречи — в отель Regent Palace.

«Кто вы такие?!». — Высокий швейцар остановил двух мужчин, одного высокого и одного низкого роста, которые собирались войти в отель, с ясным холодом в глазах.

«Открой свои собачьи глаза! Разве ты не видишь чешский флаг на нашей груди?!». — Конечно, это было лишь ругательство в их мыслях, в конце концов, они были здесь на важном совещании о судьбе страны, а не для того, чтобы драться со сторожевым псом. Высокий мужчина достал из кармана приглашение на встречу и передал его швейцару, сказав холодным голосом: «Мы делегаты из Чехословакии, приглашенные Его Превосходительством, Наследным Принцем вашей страны, мы здесь, чтобы принять участие в конференции».

«О-о-о, вы оба оказались чешскими делегатами». — На лице швейцара появилась странная улыбка: «Мы уже давно вас ждем, Его Высочество приказал нам не пренебрегать вами двумя, пожалуйста, следуйте за мной».

Два чешских делегата не могли не посмотреть друг на друга в удивлений. Отношения между двумя странами сейчас накалены до предела, но Немецкий Кронпринц был бесхарактерно вежлив.

Вскоре их отвели в номер в гостинице, но как только они вошли в комнату, то поняли, что что-то не так. Эта комната слишком мала, не говоря уже о столе для совещаний, здесь даже нет стола большего размера. Во всей комнате, кроме журнального столика, было всего несколько диванов: «Что это за место? Разве это конференц-зал?».

«Вы двое просто ждите здесь, вас, естественно, оповестят, когда придет время». — Швейцар, который привел их сюда, холодно бросил фразу и повернулся, чтобы уйти.

«Подождите…». — Коротышка как раз собирался попросить разъяснений, как вдруг обнаружил, что к двери подошли двое здоровенных мускулистых мужчин, охранявших ее по бокам. Под свирепым взглядом здоровяков коротышка так испугался, что подсознательно сделал несколько шагов назад.

«Щёлк!». — Глядя на злобно закрытую дверь комнаты, два чешских представителя единогласно спросили:"Это что, арест?».

Тот, что повыше, презрительно фыркнул: «Только так они могут использовать такую детскую тактику, чтобы выставить себя в выгодном свете, на какие еще уловки они способны?!».

Коротышка не мог не рассмеяться: «Именно так, и когда мы вернемся, я буду потешаться над тщеславием фрицев в своих газетах!».

У двери стояли охранники, которые не позволили бы им выйти, поэтому двое мужчин просто неторопливо уселись на диван и, попивая чай, болтали о текущей ситуации. Им не о чем было беспокоиться, поскольку в тот момент военная мощь Чехословакии была сильнее, чем у Германии: 35 армейских дивизий были развернуты на границе, чтобы сдерживать Германию. На границе у немцев было всего около 20 дивизий, и это то, на что говорили сами немцы, поэтому невозможно было сказать, сколько там правды, а сколько лжи.

Через два часа или около того в дверь снова постучали, и незнакомый официант открыл ее: «Идите за мной, Его Высочество хочет вас видеть».

«…». — Янник посмотрел на двух чешских представителей, которые вошли в конференц-зал с красными лицами и высоко поднятыми головами, и мысленно пробормотал, что: скоро ваши улыбающиеся лица превратятся в грустные: «Вы оба долго ждали, и теперь я официально сообщаю вам, что этот кризис наконец-то успешно разрешился благодаря неустанным усилиям всех сторон, и можно сказать, что все довольны».

Высокий мужчина ответил без снисхождения: «Это замечательно, когда ваша страна планирует отвести свои войска от границы, чтобы наши солдаты тоже могли спокойно провести канун Рождества».

У Янника был соблазн продолжить дразнить их, но время было дорого, и он прекратил эту детскую игру и попросил своего секретаря передать бумаги на стол двум мужчинам: «Это зависит от отношения вашего правительства».

Взяв документ, они увидели на обложке строку: «Соглашение о передаче Судетской области из Чехословакии в Германию».

Необъяснимая дрожь пробежала по сердцам обоих мужчин, и они поспешно перевернули документ.

Это соглашение состояло из восьми статей текста, одного приложения и трех деклараций.

Основными пунктами были.

1. Чехословакия уступает Германии Судетскую область, и Германия завершит оккупацию указанной области и других областей, где этнические немцы составляют большинство населения, поэтапно в течение месяца, и что любое оборудование, имеющееся в этих областях, должно быть передано Германии в целости и сохранности.

2. Другие районы Чехии, где еще нет уверенности в том, что этнические немцы составляют большинство населения, будут временно оккупированы международной комиссией в составе представителей Великобритании, Франции, Германии, Италии, а до конца ноября будет проведен референдум для определения их принадлежности и установления окончательных границ.

3. Чешское правительство должно освободить судетских немецких политических заключенных, отбывающих наказание, в течение четырех недель.

4. Соответствующие правительства должны решить вопрос о польском и венгерском меньшинствах в Чехословакии в течение трех месяцев, в противном случае главы Германии, Великобритании, Франции и Италии вновь встретятся для его обсуждения.

5. Великобритания и Франция гарантируют, что чешско-словацкие границы будут свободны от агрессии соседних стран.

6. Когда проблема национальных меньшинств в Чехословакии будет решена, Германия предоставит гарантии Чехословакии.

«Это, это…». — Как и ожидал Янник, двое мужчин отреагировали довольно забавно.

Более высокий мужчина застыл на месте, а тот, что пониже, подумал, не ослеп ли он, сильно потер глаза, и когда он снова посмотрел, там были все те же белые и черные слова, без изменений.

Высокий мужчина, который первым очнулся, вздрогнул и хлопнул бумагой в руке по столу: «Нет, мы никогда не согласимся на такое унизительное соглашение!».

Янник хмыкнул и покачал головой: «Вы не согласны? Вы двое слишком высоко к себе относитесь. Нам не нужно ваше согласие или несогласие, вы видели, что четыре глав государств подписали этот документ. Это означает, что вас пригласили сюда только для того, чтобы сообщить вам о результатах встречи и забрать этот документ обратно вашему господину премьер-министру»

«Тогда будет война!». — К этому времени коротышка тоже отреагировал и закричал с красным лицом.

«Война? Тогда война». — На этот раз ему ответил не Янник, а их Чешский протекторат, премьер-министр Франции Даладье. Бросив эти слова, он встал, слегка кивнул в знак прощения Яннику и, даже не взглянув на двух шокированных Чешских делегатов, вышел из конференц-зала и пошел прочь.

«Почему это происходит, почему это происходит?!». — Наблюдая за тем, как один за другим уходят британский премьер-министр Чемберлен и итальянский премьер-министр Муссолини, сопротивление на лицах двух чешских делегатов окончательно переросло в отчаяние.

Могли ли они не отчаиваться? Против одной Германии может быть надежда, но если Франция, Британия, Германия и Италия объединят усилия, чтобы их подавить, они ничего не смогут сделать.

Янник с притворным сожалением покачал головой: «Почему это происходит? Скажем так, вы не следите за ситуацией в мире. Современное общество не полагается на силу в решении проблем. И не спешите готовиться к Рождеству, вернитесь и сообщите своему президенту Бенешу, что вам следует поторопиться и уступить Судетскую область, чтобы все могли хорошо и с комфортом провести праздники».

Президентский дворец в Праге, столице Чехословакии.

Президент Эдуард Бенеш в состоянии шока и гнева посмотрел на Соглашение о передаче Чехословакией Германии Судетской области в своей руке и был просто в ярости.

«Ублюдки!». — Наконец, его сжатый кулак сильно хлопнул по столу, и толстая дубовая столешница издала тупой звук. Но он не почувствовал ни малейшего облегчения, с силой встал и подошел к боковой стене, сорвал одну из многочисленных картинных рам, висевших на стене, сильно ударил ее об пол и топнул по ней со скрежетом зубов.

На фотографии в этой злополучной раме были изображены главы трех стран во время заключения договора о союзе между Францией, Польшей и Чехословакией в 1924 году.

Договор предусматривал, что если Германия нападет на одну из них, то две другие страны должны будут использовать всю свою мощь для нападения на Германию. Хотя скользкая Польша позже вышла из военного союза трех стран, Чехословакия осталась в союзе с Францией.

Но он никогда не думал, что его бессовестно предадут собственные союзники!

Если бы в этот момент перед ним стоял премьер-министр Франции Даладье, он без колебаний избил бы его!

«Кто эти ублюдки, чтобы принимать такие решения? Это наша Чешская земля! Предать наш Чешский суверенитет, даже не предупредив об этом? Это просто бандитизм!». — Вначале он согласился передать только 500 квадратных километров земли, но теперь не только вся Судетская область должна быть уступлена, но и другие населенные германцами районы находятся под угрозой!

«Я никогда не соглашусь на это соглашение! Я не подпишу его, даже если умру!». — Глядя на Его Превосходительство Президента, который кричал от гнева, Чешский вице-президент и министр иностранных дел смотрели друг на друга с горькой улыбкой. Это соглашение было уведомительным, в нем не было места для подписи Чешской стороны!

Министр обороны говорил с беспримерной твердостью: «Господин президент, мы не пустим немцев! Им никогда не будет позволено посягнуть ни на один метр нашей территории! С вашим приказом мы даже можем взять инициативу в свои руки и застать их врасплох!».

«…». — Президент Бенес, выдохнул, и сидел беспомощно раскинувшись в своем кресле, его сердце было горько сверх меры. Он постепенно приходил в себя и, конечно, понимал, что, возможно, с одной Германией справиться не проблема, но вот с Британией, Францией и Италией — это не то, с чем можно справиться.

В этот момент поспешно вошел заместитель министра иностранных дел и с удивлением доложил: «Ваше превосходительство президент, только что звонил советский посол и сказал, что Москва может предоставить всю необходимую помощь, если она нам понадобится».

«Москва?». — Он забыл об этом. Чехословакия была не только важным членом системы альянсов Франции в Восточной Европе, но и имела договор о взаимопомощи с Советским Союзом.

Бенеш изначально выступал против Октябрьской революции в России, и характер его внешней политики был антисоветским и неославянским, но затем он также признал необходимость сотрудничества с Советским Союзом. Для защиты от угрозы со стороны Германии двумя годами ранее был подписан чешско-советский пакт о взаимопомощи с Советским Союзом. Договор предусматривал, что обе договаривающиеся стороны должны оказать оперативную поддержку в случае нападения на одну из сторон (но в то же время оговаривалось, что они обязаны поддерживать друг друга только в том случае, если это сделает Франция).

К сожалению, доля выгоды не была получена, а наоборот, вызвала недовольство и подозрения Чешских западных союзников, особенно Франции.

«Передайте советскому послу, что мы не нуждаемся в помощи». — Бенеш отверг «добрую волю» Советов слабым взмахом руки.

Если бы он принял помощь Советского Союза, он оторвался бы от всего Запада, и Чешская Республика была бы обречена. А Бенеш с большим подозрением относился к честности Сталина и не хотел, чтобы на Чешской земле повсюду развевался флаг с серпом и молотом.

Глубоко вздохнув, Бенес понял, что у него нет выхода. Срок действия этого соглашения составлял всего двенадцать часов, и шесть часов уже истекли: «Вывести войска из Судетской области». — После этих слов Бенессе казалось, что все его лицо в одно мгновение постарело на десять лет.

…

После получения известия о том, что Чешское правительство приняло требования договора, премьер-министр Чемберлен еще раз встретился с Янником: «Ваше Высочество Янник, теперь, когда Судетская земля уже принадлежит вашей стороне, пришло время выполнить ваше обещание, не так ли?».

«Конечно». Янник непринужденно улыбнулся, но, к сожалению, Чемберлен, который склонил голову и пил чай, не заметил мелькнувшей на лице Янника улыбки: «Нашей национальной политикой также является сдерживание проникновения Красной империи, и мы обязуемся разместить восемьдесят процентов наших войск на обороне Восточного фронта. Кроме того, вот залог, о котором просил Его Превосходительство Премьер-министр».

Хотя Янник не хотел писать это обещание и поспорить с самими небесами, что он больше не захватит ни одной территории в Европе, в конце концов, его следующим планом была аннексия всей Чехословакии. Но Чемберлен настаивал на этом, и пришлось сделать так, как он хотел.

В этом обещании также говорилось, что Германия и Великобритания «никогда не будут воевать друг с другом» и намерены «разрешить все споры» путем соглашения.

Взяв обещание и прочитав его несколько раз, Чемберлен торжественно положил его себе внутрь пиджака и встал: «Благодарю вас, ваше высочество Янник, тогда я удаляюсь».

Янник сказал с насмешливым удивлением: «Его превосходительство премьер-министр уже уезжает? Сейчас ночь, почему бы не подождать до рассвета?».

Чемберлен осторожно похлопал по груди, и ответил: «Это место бумага несёт в себе ожидания слишком многих людей, чтобы я мог проявить халатность».

Янник сказал с притворным восхищением: «Ваше превосходительство действительно хороший премьер-министр для страны и народа, вы просто опора Британской империи, британский народ должен быть благодарен и гордиться тем, что у него есть такой премьер-министр, как вы». — Слова лести были непрекращающимися, и Чемберлен был настолько смущен, что поспешно извинился и ушел.

Как сказал Чемберлен, в это время в британском аэропорту Хеслоп, весь аэропорт уже давно был переполнен, все с нетерпением ждали прибытия Чемберлена, искренне надеясь, что он принес хорошие новости.

Британцы боялись войны. Первая мировая война стоила им целого поколения молодых людей, и теперь люди, вспоминая о Первой мировой войне, ощущали леденящий душу холод. Теперь, когда Европа, казалось, была готова вновь развязать войну, все они были обеспокоены и с нетерпением ждали результатов переговоров.

Когда самолет, на котором летел Чемберлен, медленно приземлился на взлетную полосу, аэропорт, в котором только что царила суматоха, мгновенно затих, даже упавшая на землю булавка была отчетливо слышна, и все взгляды собрались у люка самолёта.

Наконец люк медленно открылся, и оттуда вышел Чемберлен, обращенный лицом к плотной толпе внизу, и размахивая «Англо-германским пактом о ненападении» с большим волнением и криками: «Я сделал это! Сделал!». «Отныне мир гарантирован целому поколению». «Теперь я приглашаю вас вернуться и спать спокойно в своих постелях!».

Толпа разразилась бурными возгласами, когда было подписано Мюнхенское соглашение, вновь погасившее войну, которая вот-вот должна была разгореться в Европе.

Премьер-министр Чемберлен, герой Британской империи!

В глазах британского народа в этот момент сам факт того, что Его Превосходительство премьер-министр Чемберлен никогда в жизни не летал на самолёте, но трижды рисковал своей жизнью ради мира, был достоин слова «герой».

Но мы ведь все знаем, что Вторую мировую войну не может остановить бесполезная бумажка, не так ли?

Берлинский дворец.

В хорошем настроении Янник устроил специальный завтрак для Рейнхарда, Рундштедта, Шпеера и некоторых других его приближенных людей.

«Ваше Высочество, премьер-министр Чемберлен получил героический прием в аэропорту».

Выслушав доклад Райнхарда, Янник кивнул: «Конечно, это то, чего он заслуживает. Боюсь, что жители всей Европы, не говоря уже о жителях Лондона, считают Чемберлена великим человеком. Шведское правительство должно дать ему Нобелевскую премию мира».

Все в комнате рассмеялись над его словами.

Рундштедт, напротив, испытывал некоторые сомнения: «Насколько я знаю, Бенеш — довольно жесткий человек, как он мог так бесхарактерно принять этот договор, может ли в нем быть обман?».

Янник ответил: «Даже Чешский протекторат больше не будет его защищать, какой у них может быть характер? Но я очень надеюсь, что он и в правду будет бесхарактерным, тогда мы легко сможем снести бульдозером всю Чехословакию». — замолчав на мгновение Янник продолжил: «Наша следующая цель — раз и навсегда разделать Чехословакию. Райнхард, ты нашел человека, которого я просил тебя найти?».

Райнхард положил нож и вилку и ответил почтительным голосом: «Да, Ваше Высочество, я как раз собирался доложить вам об этом. Мы установили тайный контакт с Йозефом Тисо, который весьма заинтересован в вашем предложении сделать Словакию независимой и выразил желание встретиться с вами для его детального обсуждения.»

Когда Австро-Венгерская империя распалась после последней мировой войны, Чехия объединилась со Словакией и образовала Чехословацкую Республику.

Однако не все охотно приняли этот союз, поскольку Чешский регион уже во времена Австро-Венгрии был важным промышленным центром (со 100% индустриализацией), а Словакия оставалась неразвитой сельскохозяйственной областью, и развитие между двумя регионами не было сбалансированным.

На самом деле, если бы только чешское правительство сделало больше, а два региона объединили промышленность и сельское хозяйство и дополнили сильные и слабые стороны друг друга, Чехословакия могла бы стать сильной страной. К сожалению, довольно долго Словакия оставалась бедной и отсталой страной, а чешское правительство не делало многого для улучшения плохой экономической ситуации в Словакии. К тому же мировой экономический кризис несколько лет назад усугубил и без того плохое экономическое положение Словакии!

Словакия не должна была присоединяться к Чехии, это был Чешский сговор!

Этот аргумент начал укореняться и даже усиливаться и распространяться. Некоторые амбициозные люди, такие как Йозеф Тисо, член Национального собрания Чехословакии, хотели воплотить свои идеалы в реальность. Йозеф Тисо был одним из них.

Йозеф Тисо (1887-1947) был первым президентом Словакии и одной из самых противоречивых фигур в истории Словакии 20 века.

Родился в Тренчине, Словакия, 13 октября 1887 года, рос в религиозной среде. В 1902 году он пошел в среднюю школу в Нитре, окончил ее с отличием и продолжил обучение в Венской духовной семинарии. В 1910 году, после окончания университета, он был рукоположен епископом. После начала Первой мировой войны он поступил на службу в армию в качестве полевого священника и стал свидетелем жестокости войны. Он ушел из армии по состоянию здоровья и с этого момента начал писать военные мемуары, которые публиковались в различных местных журналах.

После образования Чехословацкого государства в 1918 году Тисо заинтересовался политикой. На митинге, организованном молодежью, он выступил с публичной речью как член Словацкой народной партии, указав на несправедливость и неправильность централизации власти в Праге для словацкого народа.

В результате он был обвинен в использовании античешской риторики, и суд приговорил его к 2 месяцам тюремного заключения и определенному количеству штрафов, после чего он был досрочно освобожден по амнистии. После выхода из тюрьмы он стал более политически активным и был избран в парламент на последующих всеобщих выборах.

Пламя идеалов его сердца никогда не гасло, и предложение Германии, словно бензин, вылитый на это пламя, мгновенно превратилось в ревущий огонь, и он согласился без колебаний.

Слушая разговор между двумя мужчинами, Рундштедт не мог не задаваться вопросом: «Позволить Словакии стать независимой? Разве мы не собираемся аннексировать всю Чехословакию?».

Янник подцепил вилкой большой стейк на своей тарелке: «Генерал Рундштедт, вы можете съесть этот стейк за один укус?».

«Конечно, нет». — Рундштедт покачал головой, не в силах запихнуть в рот такой большой стейк, не говоря уже о том, чтобы съесть его одним куском. Но он почти понял, что имел в виду Его Высочество.

Янник продолжал: «Чехословакия — это как стейк; если мы проглотим его с трудом, есть шанс, что мы им подавимся. Поэтому мы должны разрезать его на маленькие кусочки ножом и вилкой и съесть за один прием». — Когда Словакия провозгласит независимость, Янник попросит чешское правительство уступить также Богемию и Моравию. К тому времени Польша и Венгрия также воспользуются возможностью и откусят кусочек, и тогда Германия сможет аннексировать всю Чехословакию под флагом ее защиты.

Янник посмотрел в сторону Шпеера: «Профессор Шпеер, будьте готовы интегрировать чешскую промышленность, особенно арсенал «Шкода» и чешский арсенал в крупных городах как можно быстрее, когда придет время».

Как уже упоминалось ранее, рейтинг совокупной мощи стран мира перед началом Второй мировой войны составляли США, Советский Союз, Германия, Великобритания, Франция и Италия, а Чехословакия занимала седьмую позицию. В те времена Чехословакия унаследовала военную промышленность и местную экономическую зону Австро-Венгрии, и ее военное производство было весьма превосходным.

К сожалению, Германия в первоначальный период времени не полностью интегрировала эти военные отрасли, и легкий танк LT-38 чешского производства, переименованный в танк 38t, фактически производился до 42-го года. Но если учесть, что танк No. 2, который был еще менее способным, чем танк 38t, выпускался до конца 42-го года, то трудно что-либо сказать по этому поводу.

Теперь все было по-другому, Янник просто не мог видеть маленький танк-бобик, как №1 и №2, и сразу же выпустил улучшенную версию №4, танк Jackal. Поэтому не было необходимости продолжать производство легких танков типа LT-38 в чешском арсенале, нужно было быстро завершить переход на конвейерное производство немецких танков Jackal!

Когда чешская военная промышленность будет полностью интегрирована, тогда немецкие бронетанковые силы могут быть увеличены по крайней мере на десять полных дивизий.

Шпеер изящно кивнул и сказал: «Как пожелаете, Ваше Высочество».

…

А в это время президент Чехии Эдуард Бенеш, который провел ночь, беспокоясь о своей стране, сидел в своем кабинете, вздыхал и писал заявление об уходе.

Правильно, заявление об уходе.

Годы политической борьбы научили его, что немецкие амбиции не будут удовлетворены только Судетской областью.

Но Судетская земля была естественным барьером на пути к Чехии, и теперь, когда эти барьеры должны были быть сданы под непристойным влиянием Великобритании и Франции, на что могла рассчитывать чешская армия для защиты от немецких панцеров?

Он не мог вынести боли от того, что его страну разрывают на части его же руками, и был полон решимости уйти от этой суровой реальности в отставку.

«Я сожалею об отчизне, но я сделал все, что мог». — После этих слов Бенеш, немного пошатываясь, медленно вышел из кабинета. Он действительно старался изо всех сил и даже провел всеобщую мобилизацию на в стране, готовый сражаться с немцами насмерть. Но он никак не ожидал, что победят его не коварные немцы, а англичане и французы, которые, вообще-то, всегда были их союзниками!

Эдуард Бенеш подал в отставку, и никто не мог его удержать, потому что он знал, что Чехословакия безнадежна.

А Чехословакии нужен был новый лидер. Поэтому более слабые или более «основные» и «реалистичные» члены чешского правящего класса выбрали судью Эмиля Хача в качестве нового президента в Сейме.

После Мюнхенского соглашения Эмиль Хача стал преемником Бенеша. Его выбрали не потому, что он хорошо управлял, а просто из-за его католического и консервативного правого происхождения, которое было менее связано с правительством.

Через несколько месяцев Словакия неожиданно объявила о своей независимости, и в тот же день была провозглашена независимая «Республика Карпатская-Украина». Хача, находившемуся в бедственном положении, не оставалось ничего другого, как посетить Берлин, чтобы найти решение.

За столом переговоров последний президент Чехословакии был запуган немецкой силой и перенес сердечный приступ.

Хача, оправившийся от своего «реализма», принял немецкую оккупацию и подписал немецко-чешское соглашение. Этот выбор был логичен и для чешского правящего класса: поскольку Британия и Франция продались, единственным вариантом было сотрудничество с Германией. До тех пор, пока Германия могла оставить немного власти чешскому правящему классу они не будут справляться.

Когда немецкая армия в Судетской области начала марш на Чешскую территорию, Хача приказал армии не сопротивляться, и весь марш прошел очень «мирно».

Но этот «мир» неизбежно раздражал нервы некоторых людей.

«Немцы зашли слишком далеко! Они не уважают Британскую империю!

Офис премьер-министра Великобритании в Лондоне наполнился гневным ревом.

Это был премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен, который был в ярости.

Вернувшись в Лондон после подписания Мюнхенского соглашения, Чемберлен с гордостью заявил общественности, что он «вернул столетие мира».

Всего через несколько месяцев реальность ударила его по лицу. Немцы вторглись в Чехословакию в полном составе, и обещание кронпринца Яника, очевидно, превратило бумажку, в кусок дерьма!

Что делать?! Объявить войну Германии? В договоре, подписанном в первую очередь, было четко указано, что если Германия вторгнется на остальную часть Чехословакии, то Великобритания и Франция должны будут объявить войну Германии.

Проблема заключалась в том, что на этот раз Чешское правительство сдалось без единого выстрела, и немцам потребовалось всего 18 часов, чтобы въехать в Прагу, столицу Чехословакии.

«Кто-нибудь, немедленно свяжитесь с премьер-министром Франции, я хочу поговорить с ним». — Чемберлен, конечно, знал, что нельзя начинать войну из-за таких двусмысленных вопросов: парламент не согласится, да и народ тоже.

Но Чемберлен, который всегда настаивал на умиротворении, на этот раз проявил удивительную жесткость! Ведь он также обнаружил, что его собственные постоянные уступки делали немцев все более и более жадными. Теперь компромисс невозможен! Даже если будет война, он не будет больше давать поблажек Германии!

И вот два лидера разговаривали по телефону более часа, и обе стороны согласились, что на этот раз немцы зашли слишком далеко. Британия и Франция уже вмешались и позволили Чехословакии уступить Германии Судетскую область, и даже другие германские области могли быть автономными, что уже было большим одолжением.

Но злобные собакоподобные немцы ничуть не успокоились и аннексировали всю Чехословакию!

Чешское правительство тоже было слабаком, почему они не обратились за помощью к Британии и Франции? Таким образом, они могли бы использовать возможность послать войска, чтобы преподать урок Германии.

Но эти два человека не подумали о том, как Чехи относились к Великобритании и Франции после Мюнхенского сговора, они полностью разочаровались в этих двух союзниках.

Несмотря ни на что, Британия и Франция должны были найти способ преподать Германии урок, чтобы немцы поняли, кто в Европе хозяин!

Лучшим способом сделать это было построить соседнее государство, но страны вокруг Чехии: Венгрия и Словакия, которые окружали оставшиеся территории «Богемии и Моравии», были врагами Чехии.

Затем нужно было расширить сферу охвата на всю Восточную Европу, чтобы иметь готовую страну, мощную, жесткую, воинственную и, прежде всего, не в хороших отношениях с Германией!

Польша, «первая военная держава в Восточной Европе»! (Конечно, эта «первая военная держава в Восточной Европе» — самоназвание Польши. Что касается того, почему она дала себе такое высокомерное название, Польша и Советский Союз вели ожесточенную войну в конце Первой мировой войны, польские войска продвинулись до Киева и почти сравнялись с немецкой армией во Второй мировой войне. Но советская армия не только разгромила польскую армию, но и сражалась до самой Варшавы. В последний критический момент польская армия предприняла ответное наступление и одержала огромную победу под Варшавой, в результате чего слабый Советский Союз был вынужден примириться с Польшей и подписать договор в ее пользу. Это была одна из причин, почему Польша в то время была такой высокомерной).

Вскоре они объединились в своей полной поддержке Польши и использовании Польши для сдерживания Германии!

По иронии судьбы, если бы эти двое могли путешествовать во времени на несколько лет позже, они бы узнали, как они продали Чехословакию вначале и как они продали Польшу позже. К сожалению, эти два человека не являются пророками или провидцами, и в данный момент идея состоит в том, чтобы использовать Польшу для запугивания Германии. И по их мнению, нынешняя Польша намного мощнее Чехии.

По сравнению с Чехословакией, площадь которой составляет 127 900 квадратных километров, Польша имеет площадь 388 000 квадратных километров, что более чем в три раза больше, занимая шестое место в Европе, примерно такой же размер, как Германия, и больше, чем родина Англии и Италии.

Население Чешской Республики составляло не более 10 миллионов человек, а население Польши — около 35 миллионов. Польша занимала шестое место в Европе после Советского Союза, Германии, Великобритании, Франции и Италии, что делало ее нормативной европейской державой по территории и населению.

Промышленность и сельское хозяйство Польши очень процветают, она входит в десятку ведущих международных промышленных стран, занимая одно из первых мест по экономическим и промышленным показателям, с более полной промышленной системой можно строить самолеты и танки.

Военная мощь — самая большая сила поляков. Польша имеет более 1 миллиона солдат (вместе с более чем 2,5 миллионами резервных бойцов), более 700 танков (шестое место на международной арене, эквивалентно сумме США и Японии), более 600 самолетов, четыре эсминца, пять подводных лодок, но также имеет самую большую международную кавалерию, количество кавалерии до 200 000, военная мощь Польши занимает пятое место в Европе.

Эти высокие цифры на бумаге — причина номер два для высокомерия Польши.

Третьей причиной было то, что у Польши было много союзников, не только с Британией и Францией, но и с Югославией и многими другими странами. Поэтому поляки считали, что они не слабы, и у них так много старших братьев и друзей для прикрытия, нет необходимости бояться Германии, и если они действительно хотят начать борьбу, то «друзьями» вместе они могут легко победить Германию.

Поэтому Польша была первым выбором Британии и Франции, чтобы использовать ее для подавления Германии, которая была на подъеме и собиралась стать новой угрозой для всей Европы!

Янник, прибывший в столицу Чехии Прагу, не знал о заговоре британцев и французов, но даже если бы он знал, он бы посмеялся над ним.

Следующей его целью была Польша, и он был бы рад, если бы это «могущественная страна» бросилась на свою верную смерть.

Как и в случае с Рейнской областью и Австрией, Янник получил беспрецедентно теплый прием. Общее население чехов составляло более 14 миллионов человек, а германское меньшинство составляло большинство из 5 миллионов человек, которые страдали от рук чехов, но теперь они наконец-то могли вести себя свободно!

В отличие от немцев, которые были в радости, Чехи ждали своей участи со страхом и трепетом. Большинство жителей Австрии после аннексии Германией были одного германского происхождения, поэтому межэтнических проблем не возникало. Но как немцы отнесутся к Чехословакии, в которой теперь жили в основном западные славяне из Центральной Европы?

По указанию Янника Геббельс организовал небольшую пресс-конференцию.

На приеме Янник рассказал о «мирном» вхождении немцев в Чехословакию, похвалил чешское руководство за «здравый смысл» и рассказал о будущем чешского народа после возвращения в Германию.

В конце сессии Янник назвал имя крупного американского журналиста и позволил ему задать вопрос: «Здравствуйте, Ваше Высочество наследный принц, я Том, репортер Ассошиэйтед Пресс. Я понимаю, что с германцами в Чехии раньше обращались очень несправедливо, а теперь, когда Чехия вошла в состав Германии, многие чехи боятся репрессий за это, как вы планируете решить эти проблемы между народами?».

Вопрос этого парня довольно острый. Янник мрачно пробормотал это, задумался на мгновение и медленно заговорил: «Господин Том прав, германские народы в Чехии и раньше терпели много несправедливости, потому что наша родина не была достаточно сильной, чтобы стать для них надежной опорой. Теперь, после 20 лет выжидательной позиции, Германия наконец восстала, и отныне империя никогда не позволит угнетать или оскорблять ни одного из своих подданных».

Слушая торжественные слова Янника, присутствующие немцы перед диктофоном или громкоговорителем замерли в благоговении, многие из них даже разрыдались.

Янник продолжал: «Что касается опасений репрессий, которые есть у чешского народа, то это совершенно излишне. Ибо я знаю, что первопричиной этих страданий является не простой чешский народ, а те националисты, которые носят шляпы политиков, но на самом деле в душе являются эгоистами! В своих узких глазах они видят только чехов и не выносят иностранцев!».

Хорошо известно, что Гитлер был фанатичным националистом сверх меры, сначала отвергая евреев, затем считая другие народы неполноценными и дико проповедуя идею германского превосходства. Это направление работы начиналось с определенного успеха, как в случае с аннексией Германией Австрии и Чехословакии, которая прошла успешно. Но его первые победы приводят к еще большей слепой самонадеянности, которая в конечном итоге привела его к гибели.

Янник, конечно же, не хотел совершить эту ошибку и намеревался пойти прямо противоположным путем — путем единого фронта, который объединил бы всех, кого только можно.

«Мы, Германия, никогда не будем такими узколобыми! Все люди рождаются равными, и не должно проводиться никаких различий по признаку расы, цвета кожи или национальности, и поэтому с немедленным вступлением в силу Германия вводит новую национальную политику, согласно которой все жители, имеющие немецкое гражданство, будут объединены по своему национальному составу как немцы. Каждый, кто предан Рейху, трудолюбив и честен, кто уважает и любит друг друга, может стать членом немецкой семьи. Но позвольте мне также заранее сказать, что тем, кто намерен совершить измену, нарушить национальное единство, устроит беспорядки и хаос, не будет позволено присоединяться к нам, ибо немецкий закон никогда не проявит милосердия к таким людям!»

«И еще одно, вы все должны помнить ту «Ночь длинных ножей» несколько лет назад, когда я приказал расследовать и наказать большое количество подонков, которые топтали интересы всей страны. Душераздирающим было то, что значительная часть из них носила дворянские титулы.

Было время, дворянство олицетворяло дух первопроходчества, основанный на ряде ценностей, таких как честь, долг, мужество и самодисциплина. Но эти придурки ополчились против страны, надев на себя славу, дарованную им государством.

Поэтому я решил с этого момента стереть старые дворянские титулы и ввести новую систему титулов, которая состоит из 21 ранга: лорды, бароны, виконты, графы, маркизы, герцоги и короли от одного до трех».

Титул — это иерархия разделенного дворянства в европейской феодальной монархии. Впервые он появился в Средние века и продолжает использоваться в некоторых современных странах. Оно обычно определяется количеством занимаемой земли и может быть разделено на пять классов: герцоги, маркизы, графы, виконты и бароны.

Вдобавок к этому Янник добавил еще два типа лордства и королевства, и они больше не были связаны с землей: «Помните, что любой, независимо от происхождения, цвета кожи, расы, мужчины или женщины, если вы внесли выдающийся вклад в Империю в любом виде, вы можете быть посвящены в рыцари. Что касается преимуществ рыцарства, то, помимо уважения в денежном отношении, вам будут предоставлены преференции».

Некоторые люди ценили честь, другие — деньги, Янник хотел дать этим людям и честь, и деньги: «Образование, здравоохранение, различные общественные учреждения и другие повседневные расходы — все, на что вы можете потратить деньги, даст вам льготы в соответствии с вашим рыцарским званием.

Для простого примера, если вы пойдете в магазин и купите что-нибудь, то лорд третьего класса получит скидку три процента, лорд второго класса — шесть процентов, лорд первого класса — девять процентов, барон третьего класса — двенадцать процентов и так далее. И наоборот, вы можете получать больше, если будете получать государственные стимулирующие надбавки в соответствии с вашим званием. Когда солдат уходит в отставку, его должность в армии преобразуется в звание. Подробная система критериев рыцарства и различных предпочтений будет собрана в буклете. Каждый может получить их бесплатно в различных государственных учреждениях по всему миру».

Многие Чехи почувствовали облегчение, когда Янник объявил, что не будет усложнять жизнь Чешского народа; в конце концов, будь то на Востоке или на Западе, «король всегда имеет права голоса» всегда был важным способом показать власть. И когда они услышали о национальной политике и феодальной системе Янника, небольшое количество из них уже было тронуто.

Несколько лет назад финансовый кризис охватил весь мир, оставив все капиталистические страны, кроме Советского Союза, в отчаянном положении. Но Наследный Принц Германии Янник провел радикальные реформы и осуществил «Новый курс», и всего за несколько лет экономика Германии вышла из экономического кризиса, и даже президент США Рузвельт позаимствовал многое из немецкого опыта. Было бы неплохо влиться в ряды немцев, особенно сейчас, когда вся Чехия все равно сдалась Германии!

Янник был простолюдином до того, как перешел на другую сторону, и знал, что то, что волнует низших, это не какие-то высокоумные международные политические вопросы, а скорее реальная жизнь и личные интересы! Хорошо иметь надежную работу, чтобы заработать деньги, еду чтобы, воду, чтобы пить, лекарства, чтобы лечить болезни, и т. д.

Одним словом кредо простого гражданина таково: «Ты позволяешь мне жить хорошей жизнью, а когда люди приходят, чтобы создать проблемы, я, конечно, встаю на твою защиту».

Пресс-конференция закончилась, и Янник вернулся в свои временные покои в президентском дворце, когда к нему поспешил Рейнхард с мрачным лицом: «Ваше Высочество, мы захватили большое количество оружия и боеприпасов, а также структурные чертежи президентского дворца в частном доме на соседней улице».

Янник слегка приподнял брови. Неужели кто-то пытался его убить?

«Преступники уже захвачены?».

«Трое были схвачены и доставлены на допрос, вам придется сменить свою комнату для безопасности!».

Янник махнул рукой, жестом показывая, чтобы он успокоился: «Не нужно так нервничать, посмотри на высокие стены этого президентского дворца, если только они не имеют артиллерию, их будет трудно пробить, не так ли? И не забывайте, что здесь расквартирован полк преторианской гвардии и гарнизон на окраине, что может пойти не так?».

«Но…». — Рейнхард все еще был неспокоен и уже собирался продолжить свои уговоры, когда Янник прервал его: «Никаких уговоров, сегодня я буду спать здесь. Теперь тебе осталось только выяснить, кто стоит за этими убийцами, действуй».

«Тогда я пойду укреплять президентский дворец». — Отсалютовав, Райнхард повернулся и ушел.

…

Ночь прошла благополучно, и как только Янник проснулся рано утром следующего дня, Рейнхард пришел навестить его: «Ваше Высочество, преступниками была часть офицеров среднего звена бывшей Чешской армии, которые вступили в сговор с целью вашего убийства, и эта карта структуры президентского дворца была получена ими путем подкупа управляющего президентским дворцом. Мы уничтожили всех преступников прошлой ночью».

«Хорошая работа». — Янник всегда верил в способности спецслужб: «Отправьте всех оставшихся в живых предателей на работу в лагеря, а копию подробностей инцидента, которые были составлены, вместе с признаниями, отправьте президенту Хача. У меня такое чувство, что он тоже не совсем мирный человек». — Хотя правительство Чешской Республики было упразднено, Хача сохранил пост президента и впоследствии тайно сотрудничал с чехословацким правительством в изгнании: «Скажите ему, что я не буду рассматривать это дело внимательнее, но если такое повторится следующий раз, не вините меня за безжалостность!»

«Вы не собираетесь копать глубже?». — сказал Райнхард с некоторой неохотой: «Но, Ваше Высочество, я думаю, что только эти люди вынашивают злые намерения. Я думаю, что мы должны продолжать копать глубже и уничтожить их всех».

Янник усмехнулся: «Значит, у нас тоже будет большая чистка? Массовый арест и казнь подозреваемых, которые, как кажется, вынашивают злые намерения? Чтобы вся Чехия была в страхе?

Помните, что легко завоевать страну, но трудно завоевать народ, и это не то, что можно сделать за три или пять дней или пять месяцев, и вы можете поставить людей на колени кровавыми убийствами, и вы можете заставить их выполнять ваши приказы, но вы не заставите их подчиниться. Если бы убийство сработало, Европа сейчас принадлежала бы Монгольской империи, а то и половине мира, и разве кто-нибудь убил больше, чем они?». — Согласно историческим свидетельствам, во время создания Монгольской империи монгольские армии уничтожили в общей сложности 200 миллионов человек в XIII веке, установив мировой рекорд Гиннеса по самым бесславным и кровавым убийствам в истории человечества.

«Райнхард, GSP полностью внедрись в Чехословакию, найди кого-нибудь компетентного и жесткого на должность заместителя главы чешского региона, я хочу, чтобы германизация этого места была завершена как можно скорее».

Райнхард вызвался добровольцем. «Ваше Высочество, я бы хотел сам пойти и проследить за работой».

Янник решительно покочал головой: «Нет, это слишком опасно. Не забывайте о своем статусе, если с тобой что-то случится, даже если вся Чехия будет похоронена вместе с тобой, это не восполнит потерю Империи. Просто пришли компетентного человека». — В этом времени и пространстве он не стал бы отправлять Райнхарда в качестве губернатора.

После начала советско-германской войны Германия начала планомерно перемещать свою военную промышленность в чешскую глубинку, которая была недосягаема для бомбардировщиков союзников. Германия уже находилась в состоянии войны на два фронта и нуждалась в мощной военной поддержке со стороны чешской базы по производству оружия.

Рейнхард возглавил чешский регион и, ловко используя метод «конфет и кнута», постепенно германизировал регион, и вскоре чехи стали подчинены Германии.

В результате чешскому лидеру Бенешу, уехавшему в изгнание в Англию, не понравилась идея возглавить чешское восстание, если бы чехи были немцами.

Поэтому британская разведка отправила несколько специально обученных чешских десантников, чтобы устроить засаду на Рейнхарда и успешно убила его. И чтобы отомстить за смерть Рейнхарда, Гитлер окровавил чешскую деревню, в результате чего эта попытка интегрировать Чехов окончательно провалилась.

Не обращая внимания на польщенного Рейнхарда, Янник продолжил раздавать приказы: «Для управления Чехословакией мы можем использовать метод «конфета в одной руке и кнут в другой». Кнут должен использоваться для подавления непокорных дворян и повстанческих групп, а конфеты, естественно, должны раздаваться тем, кто находится внизу, особенно рабочему классу.

К рабочему классу здесь относятся гораздо хуже, чем в Германии, поэтому до тех пор, пока мы будем внедрять такую же систему оплаты труда и социального обеспечения для улучшения их жизни, мы сможем свести их бунт к минимуму». — Первоначально Рейнхард говорил, что «чехи могли бы стать лучшими военными производителями для Рейха, если бы их хорошо кормили и не вступали в войну».

Рейнхард торжественно ответил: «Понял, Ваше Высочество. Я найду наиболее подходящего человека для его выполнения».

Янник кивнул, задумался на мгновение и спросил: «Куда делся этот бывший президент Бенес?».

«Он уехал в Лондон после отставки и должен быть еще в Лондоне, Ваше Высочество, он Вам нужен?».

«Хех, эти люди действительно…». — Почему они все любят бежать в Англию? Он вспомнил, что Франция, Голландия, Бельгия, Норвегия, Польша, Чехия и Югославия после начала Второй мировой войны создали правительства в изгнании в Великобритании: «Найдите возможность избавиться от него, чтобы он не доставил нам неприятностей, создав в будущем правительство в изгнании».

«Да, я сделаю это как можно скорее».

Закончив говорить о Чехословакии, Рейнхард заговорил о другом вопросе: «Ваше Высочество, только что были получены новости о том, что британская сторона направила посланников как в Польшу, так и в Советский Союз. Что касается содержания визита, необходимо дальнейшее расследование».

Янник беззаботно посмеялся: «Должно быть, наш господин посол мира достиг конца своего доброго нрава и чувствует, что мы им не подчинились, поэтому он хочет использовать Польшу, чтобы запугать нас. Одна с Польшей он не чувствует себя в достаточной безопасности и хочет убедить Советский Союз оказать Польше определенную поддержку в свое время». — В конце концов, кролики кусаются, когда они в отчаянии, не говоря уже об этих хитрых, как лисы, политиках.

«И согласились бы Советы?». — В конце концов, поддерживаемые Советским Союзом правительственные силы и международные добровольцы были до избиты Германией в гражданской войне в Испании. Советы, вероятно, согласились бы на британское предложение, если бы хотели отомстить за это поражение.

Янник покачал головой: «Если он не видит британских и французских намерений в этом Чешском деле, значит, Сталин — большой тупица. Но мы ведь знаем, что он не глупый человек».

Между Польшей и Советским Союзом существовала кровная вражда, и чтобы заставить Советы поддержать Польшу, Британии пришлось бы выплатить значительную сумму процентов. Янник не думал, что Великобритания может позволить себе заплатить ту цену, которую просили Советы: «Британия действительно догматична, если уж быть настолько глупой, чтобы выбрать Польшу, то с таким же успехом можно выбрать Италию». — На этот раз, когда Германия аннексировала Чехословакию, Польша также воспользовалась возможностью оккупировать чешский регион Чешин под предлогом «защиты» находящегося там польского населения. Чехи были в ярости от этого польского вторжения, и как только Германия сделает шаг к Польше, и Чехи, и Литва последуют ее примеру и будут бить Польшу.

«Не беспокойтесь о них, у нас все равно рано или поздно будут проблемы с Польшей, и мы были бы рады, если бы Польша выскочила и умерла сама по себе. Мы также тайно отправляем посланника, чтобы узнать у Сталина, заинтересован ли он в разделе Польши». — Янник не стал спешить, как Польша, и одним словом разрушил заговор англичан и французов.

Райнхард продолжал докладывать: «Ваше Высочество, волна чисток в Советском Союзе снова усилилась, и даже международный добровольческий корпус, который сражается в Испании, пострадал, а в некоторых местах даже возникла ситуация, так сказать, братоубийства. В результате их боевая мощь также резко упала, и они теряли позиции. Согласно анализу главнокомандующего, Франко потребуется не более шести месяцев, чтобы закончить эту гражданскую войну».

«Это хорошая новость». — Янник кивнул. «Затем как можно скорее выполните план замены.

Во времена правления Австро-Венгрии Чехия стала экономическим оплотом империи благодаря удачному расположению и богатым минеральным ресурсам. Австро-Венгерская империя инвестировала в Чешский регион огромные средства, что в значительной степени способствовало развитию чешской промышленности, особенно военной.

Его индустриализация достигла ошеломляющих 100 процентов. Что это значит? Это значит, что в Чехии не было ничего, кроме промышленности, например, сельского хозяйства, а все продовольствие, в котором нуждалась Чехия, ей давали Великобритания и Франция. Хотя Словакия была неосвоенным сельскохозяйственным районом, Чешское правительство не делало многого для развития Словакии.

В нем преобладали машиностроение, различные станки, энергетическое оборудование, суда, автомобили, электровозы, сталепрокатное оборудование, военная промышленность, легкая текстильная промышленность, а также более развитая химическая и стекольная промышленность.

Достижения чешского военного производства в первой половине 20-го века очевидны для всех. В то время в Чехии был один из лучших арсеналов в Европе — завод «Шкода».

Арсенал Шкода был ранее машиностроительным заводом, созданным в западном чешском городе, который был куплен австрийским графом по фамилии Шкода за большую сумму денег в 1868 году. Так, с 1869 года завод был переименован в «Шкода Арсенал» и располагался в Брно, втором по величине городе Чехии.

Оружейная промышленность страны могла производить 20 000 тяжелых пулеметов, 36 000 легких пулеметов, 2 500 пушек, 1,6 миллиона винтовок, более 80 000 гранат и 500-600 танков в год. Все оружие, производимое Чехией, шло на экспорт, за исключением нужд собственной армии, и в свое время ее экспорт оружия составлял 30-40% от общемирового, и в течение многих лет она занимала позицию производителя и экспортера оружия номер один в мире.

В 1937 году артиллерийская продукция арсенала Шкода была почти равна общей продукции британского домашнего арсенала. Кроме того, на арсенале работали станки, тепловое и электрическое оборудование, производилась различная продукция тяжелой промышленности, такая как маленькие вагоны, большие вагоны, грузовые вагоны, железнодорожные и троллейбусные вагоны, электровозы, которые, можно сказать, составляли основу промышленности Чехословакии.

Чешские пулеметы в различных фильмах о войне, которые Янник смотрел в детстве, были представителями чешской военной продукции.

В конце 1980-х годов на долю чешской военной промышленности приходилось 8-10% от общей стоимости машиностроительной промышленности, а с 1984 по 1988 год Чехия экспортировала оружия на сумму 2,7 млрд. долларов, что составило 1/3 ее экспорта за тот же период, и заняла 7-е место среди 16 крупнейших мировых экспортеров оружия.

Однако огромная военная промышленность не смогла сдержать ход истории.

В 1980-х годах в мире началась третья промышленная революция, развитые страны Запада развивали высокотехнологичные отрасли, такие как электроника, информационные технологии и новая энергетика, и их экономическая мощь росла с каждым днем. В то время Чешская Республика все еще гордилась своей традиционной отраслью тяжелого машиностроения, которая уже была «отсталым производством» в глазах развитых стран. В результате чешская промышленность отставала от быстро развивающихся высокотехнологичных отраслей Запада.

Кроме того, поскольку холодная война подошла к концу, некоторые горячие точки остыли, процесс разоружения ускорился, а ситуация в мире стала более мирной, это сильно повлияло на чешское военное производство. В то же время, после распада системы Варшавского договора-ЕС, Чехия больше не могла получать ресурсы из Советского Союза, а ее ограниченная национальная мощь и финансовые трудности не могли больше поддерживать ее огромное военное производство, поэтому Чехия быстро пришла в упадок.

Первой остановкой Янника был «Шкода Арсенал».

Хотя Чешская Республика была разорвана на части, чешский народ продолжает жить так, как жил всегда, и то же самое относится к этому арсеналу. Рабочие по-прежнему ходили на работу и продолжали работать.

Просто на заводе появились новые лица. Некоторые инженеры из Германии присоединились к арсеналу Шкода, оценивая ее продукцию и анализируя, какие области требуют улучшения.

Янник впервые пришел в танковую мастерскую. Осматривая текущую продукцию Шкода Арсенал, легкого танка LT-35 и легкого танка LT-38.

Легкий танк LT-38 был, вероятно, примерно так же хорош, как исторический танк №3, а историческая Германия, получив эти танки, не уступала им и интегрировала их в собственную армию, переименовав в танк fw38t. В конце концов, в то время также существовала серьезная нехватка немецких танков No. 3.

Для Шкода этот танк был их гордостью и радостью, и теперь танк Jackal немецкого производства был гораздо более совершенным во всех отношениях, чем легкий танк LT-38, который, по мнению немецких инженеров, был таким танком, на который нельзя было даже смотреть.

Взяв отчет об оценке, который составили инженеры, и взглянув на него, Янник сухо приказал. «Немедленно прекратите производство этих двух танков. Они просто не смогут удовлетворить потребности нашей армии!».

Руководители компании и инженеры Шкода Арсенал, которые были с ними, выглядели немного смущенными, в конце концов, этот легкий танк LT-38 был самым передовым чешским танком, и не очень приятно, когда к твоему главному оружию относились с пренебрежением.

Любой продукт пропитан работой инженеров, а для инженеров Шкода Арсенал их танки были как их дети, и они не могли дождаться, чтобы произвести их все.

Но они также знали, что это невозможно. По сравнению с немецкими танками, их танки уже отставали, например, броня у танков все еще была заклепана, и когда снаряды противника налетали и разбивали заклепки, разлетающиеся заклепки наносили самый большой урон экипажам танков.

Но следующие слова Янника привели их в восторг: «Но этот легкий танк LT-38 — имеет хорошее шасси, не тратьте его впустую. Сохранить существующую производственную линию для продолжения выпуска этого шасси. Конечно, компоненты придется изменить, чтобы они хотя бы на 75% были общими с танком «Шакал».

Слова Янника были равносильны признанию превосходства LT-38, что вызвало у присутствующих конструкторов чувство польщенного удовлетворения от осознания того, что Его Высочество был практически всемогущ и не имел себе равных в оружейном деле, и что немецкая армия оружия, которая произвела фурор в гражданской войне в Испании, вышла из его рук.

Но что толку просто строить шасси?

«…». — Увидев недоуменные взгляды собравшихся, Янник попросил своего секретаря достать давно подготовленный проект и передать его главе компании: «Используйте это шасси для создания танкового аннигилятора. Вам будет дан год, чтобы достичь ежемесячного производства 1000 единиц этого аннигилятора».

Ответственный сотрудник, у которого не было времени детально изучить проект, был ошеломлен количеством: «1000 единиц?!». — Текущее ежемесячное производство составляет лишь немногим более ста единиц,

«Не волнуйтесь, структура этого танкового аннигилятора проста, даже если мы позволим вам производить три или четыре сотни единиц в месяц сейчас, когда Шпеер интегрирует заводы здесь, ежемесячное производство 1000 может быть достигнуто». — этот аннигилятор может быть полезен против бомбардировок врагов.

Уничтожитель танков Тип 38 (также известный как Чейзер) был одной из лучших боевых бронированных машин немецкой армии во время Второй мировой войны.

Насколько хорош был этот танковый разрушитель?

Первое подразделение, оснащенное «Чейзером», 731-й батальон уничтожения танков, сообщило в немецкий Генеральный штаб о следующем соответствующем боевом опыте.

(Рапорт был составлен и подписан командиром 731-го противотанкового батальона , капитаном (гауптман) Эрхардом Шёпфлином "Erhard Schöpflin" . Этот документ является реальным , его можно найти на многих исторических сайтах или на немецком сайте где рассекреченные документы 3 рейха )

«Чейзер» прошел испытание реальным боем, его экипажи гордились им, а пехота была уверена в нем. Особого одобрения заслужила надежная работа пулемета MG34. Мощное 75-мм главное орудие Чейзера, низкий корпус и броня с большим наклоном делали его способным не только противостоять вражеским танкам, но и поддерживать пехоту в атаке или обороне».

«После периода тестирования наша часть добилась подтвержденного уничтожения 57 советских танков в первом крупном оборонительном сражении на Восточном фронте, отбив прорвавшуюся на линию фронта танковую бригаду противника, причем одна рота за один день вывела из строя почти 20 советских танков, успешно уничтожив два ИС-2 на расстоянии 800 метров. За это время ни один «Чейзер» моего батальона не был пробит артиллерийским огнем противника. А чтобы достичь боевой позиции, назначенной командованием группы, за один день было пройдено еще 160 километров без механической поломки ни одного «Чейзера» после непрерывных тяжелых боев».

Помимо полного признания боевых и механических характеристик, в отчете министерства подчеркивается важность камуфляжа автомобиля. «На марше к месту встречи мы замаскировали все бронемашины под цвет подлеска, чтобы в полной мере использовать окружающую местность в качестве укрытия. Именно эти «волшебные» атрибуты позволяли нашим боевым машинам быстро перемещаться и занимать выгодную позицию для наблюдения и ведения огня, не привлекая внимания противника»

Именно боевой опыт и уроки, полученные в отношении охотников за преследователями, представляли наибольший интерес в этом отчете, и именно реальные выводы, сделанные немецкими властями, впоследствии использовались как догма при подготовке других подразделений: «В перестрелке с вражескими танками низкий профиль «38 Tank Destroyer» позволял «38» устраивать засады на вражеские танки прямым огнем в пределах эффективной дальности стрельбы, а после окончания первого обстрела быстро менять оперативную позицию и снова открывать огонь, пока противник еще находился в состоянии паники»

«Обнадеживающая лобовая броня полностью устойчива к советским 76,2-мм танковым пушкам и никогда не будет ими пробита. До сих пор все боевые повреждения нашего батальона были вызваны пробитиями в боковые или задние части машины, что делает особенно важным противостоять фронту танковых орудий противника, имея сплошную переднюю броню».

«Для контратак против танков или самоходных орудий противника, сопровождаемых большим количеством пехоты, «преследователи» должны скрытно подходить к линии боя в количестве не менее одного взвода, но избегать попадания прямо на направление атаки, где артиллерийский огонь противника готов прикрыть, а также деревни, транспортные узлы и некоторые другие цели, часто выбираемые противником. И как только враг образует прорыв, самое время нанести проникающему врагу лобовой удар с фланга, что является самым быстрым способом отбить его и зачастую нанести ему большие потери».

Конечно, при использовании «Чейзера» немецкие войска также обнаружили множество присущих ему недостатков, которые, вероятно, можно было компенсировать только тактическими преимуществами и идеальной координацией экипажа: «Следует сказать, что «Чейзер» не был предназначен для действий в районах, близких к болотам, так как он был бы подобен тигру в грязевой луже, как только покинул бы хорошую подъездную дорогу или местность. Она не может выбраться из своей колеи. И было бы глупо оставаться на дороге, поскольку его 75-мм танковая пушка Pak 39 имеет крайне ограниченный угол поворота, что делает невозможным атаковать фланги вражеских танков, и еще более опасно, поскольку боковая броня «Чейзера» довольно слаба, в такой ситуации она будет легко пробита вражескими противотанковыми орудиями»

Поскольку скорость передвижения «Чейзера» довольно низкая, он не может быть включен в состав моторизованных или разведывательных подразделений. Даже если бы их поставили на такие роли по необходимости, они бы только вызвали механические поломки из-за перерасхода двигателя, что привело бы к ненужным потерям».

На самом деле, не только в полевых условиях, но и в Варшаве во время подавления польских повстанцев 731-й батальон сыграл очень важную роль, вероятно, благодаря своей гибкости в маневрировании и наличию пулемета MG34 с дистанционным управлением.

Хотя для перезарядки пулемета его заряжающему требовалось открыть люк, умный экипаж «Чейзера» мог по радиосвязи вызвать на прикрытие другой сопровождающий дружественный автомобиль.

Будучи образцовым подразделением для «Чейзеров», 731-й батальон уничтожения танков начал свою службу на Восточном фронте в конце июля 44 года и воевал там до конца войны. Несмотря на то, что на поле боя прибыл полный комплект из 45 совершенно новых Чейзер, кровопролитные бои сильно потрепали 731-й, и уже через месяц 12 из них были списаны, а еще три пришлось отправить в тыл на капитальный ремонт. 10 вновь построенных «Чейзеров», в конце декабря пополнились еще 20-ю, а затем больше не появлялись.

Таким образом, к 1 декабря, несмотря на тяжелые бои, число «Чейзеров» в распоряжении 731-го батальона скорее возросло, чем уменьшилось: 11 из 26 имевшихся в наличии, а после большого пополнения в конце 44-го года число «Чейзеров» в 731-м батальоне сократилось до 41 на 1 февраля следующего года при 27 имевшихся в наличии, а в последнем отчете 731-го батальона за 1 марта полная численность батальона составляла — При цифре 13 исправных из 28 танковых эсминцев Чейзера, возможно, было бы правильнее назвать его ротой с точки зрения боевой мощи, но такая ситуация с оснащением считалась вполне хорошей для немецкого подразделения того времени.

В последующие годы его называли последней каплей для Германии во Второй мировой войне, и говорили, что если бы немецкая армия была оснащена этим оружием раньше, то это могло бы даже изменить ход войны.

Реальная возможность для рождения Чейзера появилась благодаря Королевским ВВС: когда британские ВВС начали новый раунд воздушных налетов на немецкую землю, тяжелые бомбы, сброшенные англичанами, попали на завод компании Alkett. производственный завод, где выпуск штурмового орудия №3 был вынужден на некоторое время прекратиться.

Отсутствие своевременного пополнения «Тройного штурма» стало катастрофой для фронтовых войск. По этой причине Верховное командование немецкой армии решило поручить чешской компании BMM, которая была аннексирована Германией, производство легких танковых эсминцев 13-тонного класса. Поскольку в качестве шасси использовался танк LT-38, наличие большого количества отработанных технологий позволило чешским инженерам завершить всю разработку Chaser всего за четыре месяца.

Его основным вооружением было 48-кратное 75-мм орудие Pak 39 (запас 41 снаряд), которое при стрельбе бронебойными снарядами Pzgr.39 было способно пробивать горизонтально расположенную броню толщиной 91 мм под углом 60 градусов на расстоянии 500 метров и броню толщиной 82 мм под углом 60 градусов на расстоянии 1000 метров, что было вполне по силам большинству основных бронемашин союзников того времени.

И у него была высокая частота артиллерийских попаданий. Он мог стрелять в течение 15 секунд после обнаружения противника и имел отличную меткость и разрушительную силу на расстоянии 1500 и особенно 1000 метров.

А Чейзер был очень прост в обслуживании и еще проще в строительстве. Следует помнить, что немецкий танк номер четыре имел 30 000 часов работы, которые были сокращены до минимума. Танк «Тигр», с другой стороны, имел двести пятьдесят тысяч часов работы. Для сравнения, советские тяжелые танки серии КВ имели всего сто тысяч часов работы в мирное время, и еще больше сократились в военное время, а средний танк Т-34 имел всего около восьми тысяч часов работы. Поэтому на поле боя советские танки всегда превосходили немецкие.

Чейзер, с другой стороны, имел менее трех тысяч человеко-часов, что означало, что Чейзер можно было производить в большом количестве за короткий промежуток времени, что идеально подходило для заполнения фронта боевых действий. В последние годы Второй мировой войны истребитель танков Чейзер сдерживал натиск союзной и советской бронетехники, и хотя он не смог предотвратить поражение, он значительно затруднил наступление союзников и советских войск.

Многие западноевропейские специалисты по военной истории придерживаются мнения, что «Чейзер» был единственным способом для немцев справиться с огромным количеством американских M4 «Шерман» и советских танков Т-34.

Осмотрев арсенал, Янник отправился в цех по производству автомобилей Шкода.

Завод в Млада-Болеславе, тот самый, где Шкода специализируется на производстве автомобилей. Янник не мог не покачать головой, когда увидел мастерскую, которая все еще была оборудована простыми рабочими и находилась в беспорядке: «Производство здесь слишком отсталое, а выпускаемые модели недостаточно продвинуты. Нужно ввести в нашу армию конвейер по производству грузовиков». — Каким бы потрясающим не был Блицкриг, без поддержки материально-технического снабжения, он ничего не сможет сделать; важность автомобиля не меньше, чем у танка. Советский Союз смог поддерживать такие огромные танковые силы во Второй мировой войне, и это было результатом поддержки сотен тысяч машин со стороны США. (Более 400 000 грузовиков и 50 000 джипов, которые США предоставили Советскому Союзу, стали основой моторизации Красной Армии. Поставки автомобильных шин в Советский Союз составили половину советского производства, почти 4 миллиона штук)

Сегодня существует три основных типа немецких военных грузовиков.

Первый — это 3-тонный военный грузовик Opel, который в то время был далеко не бедным приобретением, учитывая, что Mercedes, BMW, Volvo и им подобные были младшими братьями перед ним.

3-тонный военный грузовик Opel оснащен рядным 6-цилиндровым бензиновым двигателем объемом 3,6 л с водяным охлаждением, который позволяет полностью загруженному 3-тонному (3,31 т в действительности) военному грузовику Opel лететь по дороге с максимальной скоростью 85 км/ч. Объем бака этого автомобиля составляет 82 литра, что обеспечивает запас хода на дороге до 320 километров, а даже в режиме внедорожной езды максимальный запас хода составляет не менее 230 километров.

Во время Второй мировой войны он стал главной опорой немецких транспортных операций на поле боя и обеспечил жизненно важную поддержку для беспрепятственного проведения немецкого блицкрига. Ее можно рассматривать как позвоночник немецкой армии на поле боя, артерию, связывающую линию фронта с тылом.

Однако даже самой лучшей модели пришлось нелегко, когда она столкнулась с крайне плохими дорожными условиями на Восточном фронте.

Хотя немецкие компании в течение многих лет усердно ремонтировали дороги в Советском Союзе, даже десятая часть дорог не была улучшена, что было настоящей головной болью.

Поэтому для второй модели Янник выбрал трехосный грузовик Gass AAA грузоподъемностью 2 тонны 6×4 от советского Горьковского автомобильного завода. В то время советский Gass AAA только что был построен в качестве прототипа и участвовал в знаменитом ралли по пустыне Каракумы, пройдя дистанцию в 9500 километров по дорогам, проселочным дорогам, дикой местности, песчаным дюнам и зыбучим пескам.

После начала Второй мировой войны в оригинальный период времени грузовик Gass AAA также часто использовался в качестве боевой платформы. Установленный на нем счетверенный зенитный пулемет Maxim 1901 M4, он был очень эффективным оружием для противовоздушной обороны и поражения мягких целей на земле. Во время войны Советы часто использовали эти грузовики для нанесения ударов по вражеским войскам в передовых районах, где отсутствовали дороги.

Янник был готов использовать его для противодействия противнику.

Третья модель еще интереснее — тяжелый грузовик Ford.

Да, это была знаменитая американская компания Ford.

Не знаю, было ли это связано с нацеленностью бизнесмена на прибыль или с тем, что по натуре он был «Твердым» человеком, но основатель компании Ford, Генри Форд, имел сильную привязанность к Германии.

Янник несколькими годами ранее нанес визит в компанию Форда и был тепло встречен Генри Фордом.

После этого все прошло гладко. Сначала Форд открыл автомобильную компанию в Берлине, Германия, чтобы поставлять грузовики для немецкой армии. Затем, благодаря его связям, американские компании International Telephone and Telegraph (ITT), Standard Oil, DuPont, Mobil и другие гиганты промышленности отправились в Германию, чтобы инвестировать в заводы.

Под руководством Янника эти американские компании пользовались значительными налоговыми и другими льготами, например, налоги составляли лишь одну треть от налогов в США. Эта огромная прибыль так обрадовала предприимчивых бизнесменов, что в течение нескольких лет 36 из 100 крупнейших компаний США открыли свои филиалы в Германии, а также бесчисленное множество других более мелких компаний.

Даже гиганты Уолл-стрит положили глаз на Германию по ту сторону Атлантики, предложив стране кредиты на сумму до 30 миллиардов долларов. Можно сказать, что не Германия смогла бы так быстро выйти из экономического кризиса без финансовой поддержки этих «старых друзей» в США.

И в интересах многих американских компаний была обусловлена передача технологий своим немецким коллегам без лишней скромности.

Компания DuPont продала технологию производства неопрена и авиационных противовыбросовых устройств компании Farben. Standard Oil предложила технологию смазочных материалов для резервуаров своим немецким партнерам. Создание Люфтваффе стало возможным благодаря наличию в Германии завода Standard Oil по производству специального бензина для самолетов.

Естественно, эти действия были обнаружены американской военной разведкой за рубежом, и отчеты были представлены на самый верх: «Наши агенты обнаружили, что ряд американских компаний незаконно поставляли немцам продукцию и технологии». — Но отчет не принес большой пользы. Судя по всему, высокопоставленные лица давно знали об этих действиях, но попустительствовали им.

Янник, конечно, знал, что определенные люди хотели использовать Германию в качестве ножа для нанесения удара по Британской империи, чтобы она могла скатиться со своего трона в качестве мирового гегемона номер один.

Если бы он не появился, история до сих пор развивалась бы по сценарию первоначального времени.

Чего больше всего не хватало Германии во Второй мировой войне?

Нефть!

Еще в 1930-х годах Standard Oil установила тесное партнерство с немецкой компанией Farben, и обе компании даже были крупными держателями акций друг друга. С началом войны в Европе это сотрудничество не прекратилось.

В то время как жители США и Великобритании стояли в длинных очередях на бензоколонках из-за нехватки бензина, Standard Oil отправляла нефть непрерывным потоком в Германию по другую сторону Атлантики через нейтральную страну Швейцарию.

Британия перекрыла атлантический морской путь от Арктики до самой южной оконечности Южной Америки, останавливая осадой все суда, идущие в Германию, и конфискуя перевозимые ими грузы. В этих обстоятельствах Standard Oil пришлось действовать тайно. Они заключили соглашения с нейтральными странами, такими как Швейцария, чтобы танкеры меняли пункт назначения на эти нейтральные страны, откуда они затем доставляли нефть в Германию. Таким образом, британское окружение было легко прорвано. Эти соглашения с нейтральными странами стали известны как «теневые соглашения» из-за их секретного характера.

Согласно деловым документам, обнаруженным после войны, во время Второй мировой войны Standard Oil отправляла в Германию 20% от общего объема продаж нефти.

В результате непобедимая Британская Империя была разбита и на коленях умоляла о помощи США

Соединенные Штаты, со своей стороны, заявили, что могут помочь, но не бесплатно.

В отчаянии Великобритания распродала почти все свои акции и облигации в Америке, а также собственные валютные резервы и золотой запас. Чтобы заставить британцев покупать американские товары, США даже прибегали к займам, которые британцы могли приобрести, а затем медленно погасить. Таким образом, американцы постепенно опустошали карманы британцев, а также заставляли британцев быть в долгу перед американцами. После войны Великобритания задолжала Соединенным Штатам десятки миллиардов долларов, и эти долги выплачивались до 2006 года. Это привело непосредственно к упадку Британской империи и передаче американцам с трудом заработанных семейных денег и гегемонии Британии в области финансов, торговли, судоходства и т.д.

Тогда американцы сказали, что раз денег нет, мы заберем технологии.

В те годы , Британия обладала самыми передовыми технологиями, такими как : авиастроение, радиолокация , судостроение и многими другими , на тот момент они были одними из первых в мире, эти технологии почти по цене капусты или даже бесплатно были переданы в Соединенные Штаты в качестве уплаты долгов, даже в конце Второй мировой войны , Британия также внесла значительный вклад в создание атомной бомбы , британский научно-исследовательский институт , который исследовал атомную бомбу , был переведен в Соединенные Штаты, он был присоединён к Манхэттенскому проекту , опираясь на Вторую мировую войну , Соединенные Штаты почти без солдата и немногими затратами, остановили британский подъем и после накопления всех передовых технологий Британией, которые были накоплены с момента её возвышения , получили с наименьшими усилиями.

Но жадные американцы не успокоились и обменяли 50 боевых кораблей на восемь островов Британской империи, включая Багамы, Ямайку, Сент-Люсию и Тринидад. Большинство из этих военных кораблей были инвентарным имуществом Первой мировой войны, а самому молодому из них было 18 лет. Хотя острова были переданы в аренду американцам, аренда была заключена на 99 лет, что примерно то же самое, что отдать их просто так. После того, как американцы получили острова, они быстро построили на них 17 баз, создав так называемую «Линию обороны Западного полушария».

После Второй мировой войны Соединенные Штаты смогли подняться к мировой гегемонии, так сказать, в нужное время и с нужными людьми.

Но даже если бы Янник в итоге не победил в будущей войне, Соединенные Штаты не смогли бы выйти сухими из воды. Он это обеспечит.

Поэтому он приветствовал присутствие большого количества американских капиталистов, и чем больше, тем лучше. Чем больше будут переплетаться интересы обеих сторон, тем больше людей будет выступать против объявления Рузвельтом войны Германии в будущем. Как только между двумя странами была объявлена война, все американские активы в Германии будут заморожены и конфискованы, что составило немалое состояние.

Не думая больше об Америке, Янник перешел к осмотру следующего арсенала — завода по производству огнестрельного оружия в Бруно.

Несколько моделей оружия, выпущенных здесь, были оружием мирового класса.

ZB37 тяжелый пулемет, его ствол можно легко заменить, на поле боя, пока ствол нагревается до определенного уровня, солдаты могут быстро заменить ствол, что может обеспечить более эффективную работу пулемета, все характеристики очень надежны, был экспортирован во многие страны.

Легкий пулемет типа ZB26, этот пулемет знаком многим военным историкам, это один из самых известных пулеметов во Второй мировой войне, а также один из известных пулеметов китайского сопротивления против Японии, его производственная структура очень проста, эксплуатация также очень проста, может поддерживать хорошую производительность в различных условиях, по емкости боеприпасов немного меньше, не может поддерживать устойчивую огневую мощь, в целом это очень хороший пулемет.

CZ83 пистолет, это очень известный Чешский пистолет во Второй мировой войне, пистолет очень маленький, удобно держать в руке, можно использовать две разные пули, точность стрельбы очень высокая, убойная сила, это хороший пистолет, достойный доверия, на поле боя воины хвалят, не только в Чешской Республике большое количество оснащены пистолетом, есть много стран войска также оснащены им. В нем используется комплект для переделки, который позволяет CZ83 использовать как патрон Браунинга калибра 7,65 мм, так и короткий патрон Браунинга калибра 9 мм, а также советский патрон Макарова. 9-мм пистолет-пулемет ZK383 — это скорее 9-мм пулемет, чем пистолет-пулемет. В комплект поставки входит сошка, которая устанавливается под кожухом ствола и складывается в переднюю деревянную часть, когда не используется.

Он также имеет быстросменный ствол. Ствол крепится к ствольной коробке двумя фланцами на ее конце и может быть извлечен из ствольной коробки, если потянуть за фиксатор ствола, расположенный в задней части и повернуть его на 90°.

Несмотря на несколько странную конструкцию, пистолет-пулемет оказался надежным и был хорошо принят солдатами в полевых условиях.

Янник также признает, что все эти пистолеты превосходны, но, к сожалению, Германия уже использует пулемет общего назначения MG3, пистолет-пулемет — классический MP40, пистолет — Walther P38, плюс немецкий винтовочный патрон уже давно перешел на спецификацию 7,62×51 мм, но это Чешское легкое и тяжелое оружие по-прежнему использует винтовочный патрон 7,92×57 мм Mauser. Необходимость сбора этого оборудования, безусловно, увеличивает логистическую нагрузку.

Но, опять же, эти ружья настолько хороши, что было бы большой тратой не использовать их. «Тяжелый пулемет ZB37 и легкий пулемет ZB26 будут пока запечатаны. Пистолет CZ83 и пистолет-пулемет ZK383 оставьте для войск второй линии. Чтобы полностью производить наше стандартное оружие».

После посещения всех арсеналов и возвращения в президентский дворец Янник вызвал Шпеера в свою комнату: «Профессор Шпеер, следующий шаг зависит от вас. Консолидируйте здесь как можно больше мощностей и задействуйте весь их производственный потенциал». — В настоящее время Чешский арсенал может производить 20 000 тяжелых и 36 000 легких пулеметов в год; если заменить их на MG3, изготовленные по простой и экономичной технологии штамповки, то в год можно было бы производить не менее 100 000 таких пулеметов, не так ли?

Шпеера ответил торжественно: «Ваше Высочество, это потребует самых точных расчетов и приготовлений, и придется использовать некоторые экстраординарные средства».

Янник кивнул: «Я знаю, что это огромный проект, и вам очень тяжело, но те, кто может сделать больше, неквалифицированы для этой работы, чем вы». — Интеграция военной промышленности страны, приведение ее систем к учету и планированию — арифметика была достаточно сложной, чтобы вывести из строя даже суперкомпьютер. Взяв со стола исписанный от руки блокнот, он передал его Шпееру: «Вот немного моих мыслей о методе координации, возьмите и прочитайте, это должно помочь».

Интегрированный метод, математический метод организации рабочих процессов, относится к оптимизации эффективности выполнения дел путем изменения присущего им формата выполнения дел различными способами. Она имеет чрезвычайно широкую практическую область применения и может быть использована в управлении бизнесом и капитальным строительством, а также в организации и управлении исследовательскими проектами со сложными взаимоотношениями.

Для иллюстрации используется очень простой пример приготовления чая.

Подход А: Вымойте чайник, наполните его холодной водой и поставьте на огонь; в течение времени, пока вы ждете, пока вода закипит, вымойте чайник, вымойте чашки и возьмите чайные листья; когда вода закипит, заварите чай и выпейте его.

Подход B: сначала сделайте подготовительную работу, вымойте чайник, вымойте заварочные чашки, возьмите чайные листья. Все готово, залейте воду и вскипятите воду; сидите и ждите, пока вода закипит, чтобы заварить чай и выпить.

Подход С: вымыть чайник, наполнить его холодной водой, поставить на огонь, сидеть и ждать, пока вода закипит. После того как вода закипит, броситься искать чайные листья, мыть заварочный чайник, заваривать чай и пить.

С первого взгляда видно, что первый подход хорош, а два последних подхода вложены в работу.

Но именно это, казалось бы, простое применение науки начало по-настоящему систематически развиваться только в 1950-х годах.

Исследования по координационному методу впервые начались в США в 56-м году.

М.Р. Уокер из американской химической компании DuPont и Дж.Э. Келли из Rand General Electronics вместе работали над методом критического маршрута (сокращенно CPM) для координации работы различных подразделений компании и впервые использовали его при подготовке химического завода, строительство которого было завершено на два месяца раньше срока. Затем этот метод был применен к техническому обслуживанию завода, что привело к сокращению простоев на 47 часов и значительной экономии в миллион долларов в том же году.

В 58-м году специальное бюро планирования Управления по планированию военно-морского вооружения ВМС

США разработало программу ракетных подводных лодок Polaris, которая содержала около 3 000 задач и предполагала участие более 11 000 производителей. Для упорядоченного выполнения столь сложной задачи руководитель Управления специальных планов У. Фазар активно поддерживал и продвигал созданную специальной группой Технику обзора программ (сокращенно PERT). В результате программа разработки была завершена на два месяца раньше срока и прошла с большим успехом.

Заметный успех CPM на гражданских предприятиях и PERT в военной промышленности, естественно, привлек широкое внимание. В течение короткого периода времени CPM и PERT стали использоваться в комплексном планировании и управлении в промышленности, сельском хозяйстве, оборонной промышленности и научных исследованиях, а затем и в странах по всему миру. В процессе применения CPM и PERT было получено множество аналогичных методов со своими характеристиками и направленностью. Однако основные принципы различных методов заимствованы из CPM и PERT.

CPM и PERT по сути одно и то же, поэтому люди называют CPM и PERT и другие подобные методы в совокупности методами сетевого планирования, называемыми сетевыми технологиями или сетевыми методами, сокращенно — интегрированным методом.

Шпеер взял блокнот, как сокровище, некоторое время внимательно рассматривал его, и он вдруг пришел в трепет: «Ваше Высочество, вы гений!».

Слыша подобные похвалы бесчисленное количество раз за годы работы, Янник уже давно стал невосприимчив к ним: «Я просто стою на плечах гиганта». — Только имя этого гиганта было историей.

В наши дни британские посланники, направленные в Польшу и Советский Союз, можно сказать, износились.

У них полно претензий к своему начальству, если бы не пошаговое попустительство этих больших шишек в самом начале, она бы не дошла до такого состояния сегодня. Изначально расчет Британии был довольно хорош: пусть Германия будет сильнее, чтобы сдержать Францию, чтобы Франция не доминировала на европейском континенте. Случилось так, что собака, которая сначала считалась послушной, неосознанно вырвалась на свободу и показала свои клыки!

Это было не то, чего хотела Британская Империя, Германию нужно было сдерживать, и самым правильным решением было найти новые страны для давления на Германию!

Хотя Великобритания положила глаз на Польшу, она знала, что одна Польша не сможет удержать Германию, а Советский Союз, враждовавший с Германией в гражданской войне в Испании, выглядел хорошим вариантом.

Только, к дискомфорту британского посланника, польское правительство было настроено недоброжелательно и решительно возражало против того, чтобы Советы ступили на польскую территорию; а Советы отнеслись к британскому предложению еще более пренебрежительно.

В конце концов, на протяжении многих лет между Советским Союзом и Польшей существовала вражда, которую можно даже назвать вековой.

В течение 500 лет Россия и Польша враждовали, причем жадная Россия трижды участвовала в разделе Польши, а амбициозная польская армия дважды атаковала Москву.

Исторически Польша была большой страной, но она постоянно подвергалась разделам со стороны России и Австро-Венгрии. После окончания Первой мировой войны Польша стала независимой. Польский лидер задумался о «мечте о величии» и сначала попросил Украину, Беларусь, Литву и другие страны объединиться и сформировать сильную «Восточноевропейскую федерацию» с Польшей в качестве ядра. Однако все знали, чего хочет Польша, и решительно отвергли польское предложение.

В 1919 году началась советско-польская война. Советская Красная Армия продвигалась до самой Варшавы, но в итоге была вынуждена заключить перемирие из-за отсутствия резервов. Польское руководство было вдохновлено этим событием и поверило, что сможет победить Советский Союз. Польша быстро создала несколько разведывательных служб для проникновения в Советский Союз, причем объектами их агитации стали сепаратистские силы, меньшинства и экстремисты на Кавказе, Украине и в Средней Азии.

Был ли Советский Союз проигравшим? Советский Союз в ярости напал на Польшу сразу после начала Второй мировой войны в оригинальном временном периоде. Немцы также передали Советскому Союзу все секреты, которыми располагала польская шпионская служба. Только в этот момент Советы обнаружили, насколько сильным было польское расследование в отношении Советского Союза. Они знали все, вплоть до подробной биографической информации советских офицеров выше ротного уровня, размещенных в Украине и Беларуси.

Советы просто ответили тем же, уничтожив почти целый класс польской элиты во время Катынского фиаско. В более позднем Варшавском восстании советские войска, договорившиеся с Польшей о помощи, также не отправили войска, как было оговорено, что привело к резне социальной элиты и гражданского населения в Варшаве.

Видя, что поляки вонючи и тверды, как камень в яме, и что их не подмажешь, английские посланники постепенно теряли терпение, и в их сердцах поднималась ярость. В эти дни они отчаянно пытались продвигать польско-советские мирные переговоры, и хотя из эгоизма они надеялись опереться на Польшу в сдерживании Германии, пользы от них было больше, чем вреда.

Раз уж поляки так уверены в себе, подождите, пока немцы нападут, и посмотрим, как вы попросите о помощи!

В то время как британский посланник с негодованием покидал Польшу, в далекой Москве тоже начиналась дискуссия.

Сталин считал отказ очень мудрым решением, поскольку он знал, что на Британию и Францию вообще нельзя положиться. В конце концов, то, что произошло с Чехословакией, было примером, и кто знал, когда Британия и Франция ударят его в спину.

Если бы Польша согласилась на ввод советских войск на польскую территорию, Советы обязательно оказали бы Польше леденящую душу «помощь».

«Британия и Франция, им нельзя доверять». — сказал самый доверенный Маршал Сталина.

Советских маршалов было не так много, к 35-му году было награждено всего пять, и несколько были убиты во время чисток.

«Только посмотрите, что случилось с Чехословакией, когда что-то произойдёт, Британия и Франция без колебаний бросят своих союзников».

Сталин заговорил: «Итак, всем обещаниям, которые дает нам Британия, верить нельзя».

Когда британский посланник только прибыл, немецкий тайный посланник следовал за ним. В отличие от броских и ненадежных обещаний британского посланника, немецкий посланник привез только одно предложение: есть ли у вас интерес к разделу Польши?

Это простое предложение заставило вечно спокойное сердце Сталина слегка заколотиться.

Хотя Советскому Союзу и Германии пришлось несладко в последней гражданской войне в Испании, но что это было? Это был просто конфликт интересов, не больше. И даже если по утрам скрещивались их мечи, к полудню они могли вместе выпить и посмеяться: «Вместо того, чтобы сотрудничать с этими капризными злодеями, почему бы не присоединиться к Германии в дележе Польши, что вы все думаете?». — Сталин говорил медленно, держа свою трубку, которая почти никогда не покидала его руку.

Услышав слова Сталина, многие люди замерли: разве Великобритания не хотела, чтобы Советский Союз поддержал Польшу, чтобы сдержать Германию? Почему Сталин заговорил о разделе Польши с Германией?

Поскольку Германия отправила секретного посланника на прямую встречу со Сталиным, чтобы передать слово, большинство людей здесь знают только намерение британского посланника, и не знают, что существует немецкий секретный посланник.

Но это неплохая идея!

Между Польшей и Советской Россией существовала многовековая вражда, и каждая из них ненавидела другую. Советский Союз явно пострадал в прошлой войне, но если они нападут на Польшу с двух сторон вместе с Германией в этот раз, это будет лёгкая победа!

«Товарищ Сталин прав, Британия и Франция — капризные злодеи».

«Я тоже согласен с этим решением!». — Остальные подняли правые руки.

«Я тоже согласен!» «Я согласен!» «Поддержим решение партии товарища Сталина!». «Я согласен!». — Вскоре все присутствующие подняли руки, и предложение было с легкостью принято.

Сталин удовлетворенно кивнул, но его лицо оставалось мрачным, никто не видел улыбки Сталина с тех пор, как 560 тонн золота, поднесенные к его губам, странным образом исчезли: «Поскольку мы все согласны, мы должны подписать пакт о ненападении с Германией. И, кстати, обсудите наши совместные действия по разделу Польши».

Но кто может быть подходящим человеком для отправки?

Правильнее всего было бы отправить Тухачевского, если бы он еще был на месте. В конце концов, у него были хорошие личные отношения с немецким наследным принцем, но его убили. Женщина-кадровик в ГРУ была бы хорошим кандидатом, но, к сожалению, она не подходит по статусу. А маршал Ворошилов, похоже, после своей последней поездки оказал немцам не слишком дружественное сопротивление, так что его тоже нельзя было посылать.

Оглядев комнату, его взгляд наконец упал на народного комиссара иностранных дел Вячеслава Михайловича Молотова. Он был близким товарищем и убежденным сторонником Сталина: «Молотов, беги в Германию».

«Да, я обещаю успешно выполнить задание!». — Молотов сразу же принял задание, в конце концов, предложение первыми сделали немцы, и ему оставалось только подписать с ними соглашение, никаких сложностей не было.

Коктейль Молотова более знаменит, чем сам Молотов. Во время советско-финской войны финские солдаты были в меньшинстве, и перед лицом советских танков финны позаимствовали оружие «коктейль Молотова», изобретенное во время гражданской войны в Испании.

Во время советско-финской войны советские бомбардировщики использовали зажигательные бомбы для бомбардировки финских городов и гражданских объектов. Столкнувшись с международным осуждением, советский министр иностранных дел Молотов привел не безупречные аргументы, даже утверждая, что советские самолеты не сбрасывали бомбы на финский народ, а отправились в гетто, чтобы передать по воздуху хлеб для бедных финских жителей. Эта смехотворная ложь была разоблачена иностранными миссиями и журналистами, которые находились на месте бомбардировки.

Финские военные и гражданские лица тогда назвали советскую забаву по сбрасыванию зажигательных бомб «хлебной корзиной Молотова», а коктейли Молотова, которые они готовили, чтобы угостить советские танки. Финские военные производили большое количество бутылок с зажигательной смесью для метания вручную или камнеметателями в ходе последовавшей войны.

Как человек номер два в сталинской команде, его присутствие в Берлине было достаточно, чтобы показать, как высоко Сталин ценит немецкие отношения, а Молотов, со своей стороны, получил личную аудиенцию Янника.

«Наши две страны, начиная с Первой мировой войны, всегда поддерживали дружеские отношения». — После ряда дипломатических ритуалов, таких как смотр почетного караула и т.д., Молотов пришёл в кабинет Янника в Берлинском дворце: «Чтобы углубить эту дружбу, великий вождь, товарищ Сталин, решительно отказался от бесстыдных требований англичан. Если вы не знали, то премьер-министр Великобритании Невилл Чемберлен отправил посланника, чтобы попытаться заставить нас поддержать Польшу, чтобы давить на вашу страну».

На лице Янника появилась мягкая улыбка: «Мы очень тронуты дружбой с вашей стороны. На протяжении многих лет мы находимся в процессе взаимного сотрудничества, и хотя многое из этого не может быть вынесено на поверхность, правда в том, что наши две страны никогда не были так близки».

Молотов выразил полное согласие: «Его превосходительство наследный принц прав, и я надеюсь, что эти дружеские отношения могут продолжаться».

Закончив с этим бредом, Молотов перешел к теме: «Интересно, когда Его Императорское Высочество, наследный принц, планирует сделать свой ход?»

Янник задумался на мгновение и ответил: «Польша — это все-таки «держава», и мы должны быть готовы ко всему. Я думаю, что начало 1939 года, самое позднее середина года, было бы самым подходящим временем для этого». — На самом деле, Германия была вполне способна надрать задницу Польше. Но для того, чтобы быть более уверенным в том, что впоследствии они смогут сражаться одновременно с Францией, Британией и даже Советским Союзом и Соединенными Штатами, Янник решил, что лучше продолжать наращивать свои силы. Сперва стоит подождать пока чешский военно-промышленный комплекс не будет полностью интегрирован.

Когда придет время, Германия одним махом пронесется по всей Европе!

Молотов слабо улыбнулся: «Это даст нам еще одну общую тему для сотрудничества между нашими двумя странами».

Янник мысленно пробормотал, что, похоже, Сталин тоже не может почивать на лаврах, в конце концов, нападение на Польшу принесло бы Сталину большую пользу. Во-первых, он мог использовать вторжение в Польшу, чтобы перебросить войска и поставить своих приближенных, захватить военную власть и укрепить свое положение в армии; во-вторых, он мог использовать армию для подготовки к его более масштабным амбициям в дальнейшем, и в-третьих, он мог использовать ее, чтобы смыть позор своего предыдущего поражения в советско-польской войне и поднять свой престиж еще на одну ступень: «Тогда остается только один вопрос: как будут проведены границы после раздела Польши?».

Молотов ответил: «Мы будем учитывать чувства наших немецких друзей и, возможно, позволим расширить границу Германии на 100 километров на восток».

Янек немного рассердился на слова Молотова: 100 километров? Граница Польши с запада на восток составляет около 600 километров по прямой, а до Германии всего 100 километров!

«Ваше превосходительство Молотов, вы еще более безжалостны, чем я думал. Вместо того чтобы подводить черту сейчас, давайте посмотрим, насколько сильны наши две страны?».

Предложение Молотова о 100 километрах было просто проверкой на прочность Германии, и если бы немцы с болью согласились, ему пришлось бы задуматься, нет ли здесь какого-то заговора: «Что имеет в виду Его Превосходительство наследный принц?»

Янник вытянул палец, показывая на Молотова, а затем на себя: «Последнее место, где встретятся наши армии, — это граница между нашими двумя странами. Как вам это?»

«Это хорошее предложение, но сторона, которая нападает первой, находится в более невыгодном положении! Польша сосредоточит свою оборону на той границе, где война начнется первой». — Молотов махнул рукой.

Янник легко сказал: «Это легко решить, мы можем напасть в один день и в одно время, и от удачи каждого будет зависеть, на какой стороне Польша сосредоточит свою оборону».

Услышав это, Молотов впал в глубокую задумчивость и долго кивал головой, прежде чем сказать: «Это хорошее предложение, Его Превосходительство наследный принц я согласен. И ещё кое-что, Великий вождь, товарищ Сталин, хочет, чтобы наши страны подписали соглашение, чтобы закрепить дружбу между нами».

«Без проблем». В первоначальное время именно министр иностранных дел Германии отправился в Москву для подписания этого соглашения, но теперь ситуация и история сильно изменились.

В итоге, после половины дня переговоров, было достигнуто пять соглашений.

1. Договаривающиеся стороны обязуются не применять силу, агрессию или наступательные действия друг против друга ни самостоятельно, ни совместно с другими государствами.

2. Если одна из договаривающихся сторон находится в состоянии войны с третьей страной, другая договаривающаяся сторона не должна оказывать никакой поддержки третьей стране.

3. Договаривающиеся стороны никоим образом не будут участвовать в какой-либо группе государств, которая прямо или косвенно противостоит другой договаривающейся стороне.

4. Стороны будут решать все споры между Сторонами мирными средствами.

5. Договор действует в течение 10 лет.

«Ваше превосходительство наследный принц, еще одна просьба. Эти два авианосца строятся для нас, и мы должны послать военных представителей для наблюдения за строительством этого военного корабля». — После этих слов, словно опасаясь, что Янник не согласится, он добавил: «Надеюсь, Его Превосходительство наследный принц не поймет неправильно, это наш обычай — иметь представителей, размещенных в наших различных внутренних арсеналах, чтобы заводы не производили некачественную продукцию». Это было так, но Молотов, конечно, знал, что эти два военных корабля, когда они вернуться в Советский Союз, будут считаться только советскими. И как можно соблюсти советские интересы, если строительство авианосца занимает годы? Конечно, отправив кого-нибудь наблюдать за строительством с самого начала!

«Военный корабль принадлежит вашей стране, конечно, это не проблема». — Янник любезно согласился: «Однако, вашим военным представителям запрещено свободно передвигаться. Это может повредит нашим отношениям, если всплывет какой-нибудь шпионский инцидент».

Железнодорожный участок в Австрии.

«Черт, что это такое?». — сильный молодой человек сидел на шпале, ошарашенно глядя на твердую массу в своей руке: «Это мясо?».

Побив его на одну сторону рельсов, они столкнулись с безошибочным лязгом: «Это камень, верно? Как ты ешь эту штуку?». — Он беспокоился, что один укус может лишить его нескольких зубов.

Мужчина средних лет с одной стороны засмеялся: «Ты тут недавно, не так ли? Тебе придется варить его в течение часа или около того, чтобы оно пропиталось и размякло».

Юноша огляделся и увидел, что никто не ест этот «камень», все едят черный хлеб и суп: «Что это за мясо?».

Старик сидевший рядом откусил кусочек черного хлеба и неопределенно сказал: «Это импортное мясо, только немного старое, я слышал, что это американская говядина десятилетней давности».

«Американская говядина?». — Молодой человек пробормотал с недоверчивым лицом, он никогда не думал, что говядина может быть закалена до такой степени, что она может быть сравнима с камнем.

На самом деле, этот старик не знал, что это мясо было приобретено из США кейтеринговой компанией Янника, и было военным мясом, оставшимся со времен Гражданской войны в Америке, которой уже более семидесяти лет. Это мясо долго вялилось и сушилось на воздухе, и почти не испортилось.

Американцам так не нравились эти невкусные и занимающие много места говядины, что они думали, что же с ними делать. Но когда они услышали, что кто-то их покупает, они охотно продали все «старое» военное мясо немцам по цене чуть большей, чем цена капусты.

Купленное мясо распределялось по всем частям страны, где оно становилось дополнительным пособием для рабочих в дополнение к их обычной зарплате.

Молодой человек не придал этому значения, съел черный хлеб, время от времени делая несколько глотков воды из кружки.

Он закончил трапезу и комфортно рыгнул.

Отдохнув некоторое время, он услышал пронзительный свист, раздавшийся неподалеку.

Сидящие, лежащие и наклонившиеся для отдыха рабочие поднялись на ноги, готовые приступить к работе.

С ревом различных машин вся площадка снова ожила. Бригада на переднем крае уже проложила дорожное полотно и уложила гравий; им оставалось только уложить шпалы и закрепить рельсы.

Грузовики с крановыми стенками укладывают один рельс за другим рядом с участком строительного рельса. Рабочие уложили шпалу на каменный фундамент и закрепили ее. Наконец, все вместе понесли рельсы поверх шпал, чтобы закрепить их, и небольшой участок железной дороги был проложен.

В перерыве между приготовлением следующего рельса, юноша посмотрел в сторону завершенных рельс. Он знал, что железная дорога начинается от Вены, и хотя он не знал, сколько километров уже проложено, Альпы уже виднелись далеко впереди. Эта железная дорога должна была бы идти прямо в Альпы, если бы не поворачивала обратно.

Будет ли эта железная дорога проложена также до вершины Альп? Это же не будет туристическим маршрутом?

Это не невозможно, в конце концов, есть прецеденты. Еще в 1889 году Швейцария построила одну из самых крутых железных дорог в мире на горе Пилатус. Вся железная дорога должна была подняться на высоту 1 629 метров над уровнем моря, ее длина составляла 2 070 метров, а средний уклон — 42 градуса, то есть на каждые два метра пути поезд поднимался на один метр.

Строительство железной дороги было самым сложным в истории из-за технологии и рельефа Пилатуса. Все материалы для укладки дорожного полотна перевозились лошадьми и людьми. Был участок обрыва, где рельсы и зубчатые рейки могли устанавливать только люди, висящие на страховочных канатах, вбитых в твердые гранитные плиты.

Пока он размышлял, группа мужчин поднималась по крутым склонам Альп, на их альпинистских костюмах был логотип подразделения по разведке ресурсов немецкой компании Zeus.

Местность была настолько пересеченной, что не было ни дорог, ни транспортных средств, ни даже лошадей, поэтому им пришлось полагаться на свои ноги. Все также несли тяжелое оборудование на спине, шаг за шагом.

Пройдя неизвестно сколько времени, бородатый мужчина, шедший впереди, остановился, запыхавшись, и сказал. «Перерыв».

«Ха ~!». — Толпа сидела на земле, тяжело дыша. Хотя все в их команде были сильными и выносливыми людьми, это путешествие измотало их.

Отдохнув немного, бородатый мужчина достал компас и карту, внимательно посмотрел на них некоторое время и встал, чтобы осмотреться: «Это должно быть то самое место, все готовьтесь… Боже!». — Не успели слова сорваться с его губ, как его глаза внезапно начали гореть ярким огнём, и он побежал вперёд.

Толпа, разжигавшая костер и готовившаяся сварить кофе, была поражена его внезапным движением, но увидела, как бородатый мужчина подбежал к груде камней неподалеку, поднял камень и внимательно его осмотрел. На его щеках появилось неконтролируемое волнение, и даже голос слегка дрожал: «Быстро, все сюда!».

Толпа выбежала вперед, увидев бело-желтый камень в руке бородатого мужчины, а затем руду того же качества на земле у их ног. Все они были знатоками и могли с первого взгляда понять, что это такое: «Боже, это вольфрамит!». — После этого толпа одобрительно загудела.

Бородатый мужчина взволнованно и громко приказал: «Быстро, начинайте разведку и обведите кружком распределение руды».

Металл вольфрам был известен как стратегический ресурс, и он имел чрезвычайно важное и широкое применение в военной сфере, особенно в современной армии. Согласно литературным данным, вольфрам применялся для изготовления оружия уже в эпоху холодного оружия, и археологи измерили состав вольфрама в найденных древних мечах.

В наше время срок службы стального дула оружия невелик. Для того чтобы продлить срок службы ствола, то есть повысить его устойчивость к коррозионному воздействию порохового горения, уже в 1822 году в сталь для ружей добавляли вольфрам.

Ко времени Первой мировой войны немецкие инженеры-оружейники уделяли особое внимание вольфрамосодержащим стволам. По некоторым данным, в то время русские и французские легкие пулеметы могли выпустить только около шести тысяч патронов, прежде чем были сломаны, в то время как немецкие легкие пулеметы могли выпустить пятнадцать тысяч патронов, то есть более чем в два раза больше. Неудивительно, что во время войны производство вольфрама резко возросло. Однако это все равно не отвечало потребностям войны, особенно для Германии, которая как не имела вольфрамовых ресурсов, так и особенно остро нуждалась в них.

Немцы не были лишены предусмотрительности, и перед войной они накопили значительное количество вольфрамовой руды. Но эти вольфрамовые руды просто не выдержали потребления мировой войны. Хотя немецкие металлурги думали найти вольфрам из шлака оловянного производства, это была капля в море.

Вольфрамовый рудник в Миттерзилле, Австрия, был открыт в 72-м году и после ввода в эксплуатацию сначала добывался в открытом карьере, а после 1986 года — в карьере. Это означает, что для добычи вольфрама открытым способом в течение десяти лет ей не нужно было вкладывать много средств в добычу. Самое главное, что это второй по величине вольфрамовый рудник в мире, где ежегодно добывается 400 000 тонн руды и производится 1 800 тонн товарного металла вольфрама. Даже если бы в военное время была добыта только половина от этого количества, Германии все равно было бы достаточно для безрассудной растраты.

Янник, обсуждавший дела с несколькими своими руководителями, получил известие о том, что отдел разведки ресурсов обнаружил вольфрамовый рудник в Альпах.

«Это здорово!». — Все в комнате были взволнованы, в конце концов, все знали о важности вольфрамового рудника. Но после того, как они увидели на карте местонахождение вольфрамового рудника, их восторг мгновенно угас вдвое: «Это место слишком удалено, и одна только инфраструктура будет стоить много рабочей силы и ресурсов».

«Эту проблему просто решить». — Янник, напротив, говорил легко: «Райнхард, переведи группу людей из концлагеря в гору для строительства».

Обычным рабочим нужно было платить за работу, а в случае случайных жертв выплачивать пенсии; в то время как узников этих лагерей нужно было только кормить. И до сих пор импорт Германии оставался беспрепятственным; такие важные стратегические секреты, конечно, нужно было хранить, а когда в военное время каналы импорта были перекрыты, производство вольфрама можно было сразу же запустить. Как и нефть в Ливии, она сначала будет спрятана в качестве запасного варианта, а затем становится доступной, когда они захотят ее использовать: «Я не хочу знать процесс, только результаты, и год на строительство всех объектов». — Одно предложение подняла печальное настроение этих людей.

Райнхард встал и отсалютовал: «Пожалуйста, не беспокойтесь, Ваше Высочество, я обещаю выполнить задание».

Поговорив еще немного, Янник закончил встречу и обратился к министру экономики Вальтеру: «Мистер Вальтер, вы хотите что-то мне сказать?». — Янник заметил, что господин из министерства несколько раз открывал рот, но после нескольких секунд закрывал его: «Что-то не так с экономикой Империи?».

Министр Вальтер говорил со стыдливым выражением лица: «Ваше Высочество, экономика Империи находится в несколько плачевном состоянии, дефицит бюджета приближается к опасному фактору. И я боюсь, что уровень безработицы в этом году превысит 5%».

Янник провел радикальную реформу, инициировав бесчисленное количество крупных проектов, чтобы каждому гражданину было чем заняться. Это не только решило проблему занятости, но и способствовало быстрому развитию страны. К сожалению, с улучшением инфраструктуры и бешеным развитием промышленности в стране уже невозможно было решить проблему занятости, а также ускорить экономический рост за счет нормального производства товаров и инвестиций в инфраструктуру.

Тогда единственным способом решить проблему богатой рабочей силы и промышленных избыточных мощностей было расширение вооруженных сил и подготовка к войне путем развития вооруженных сил и военной промышленности. Таким образом, внутренние деньги, ресурсы и рабочая сила дико склоняются в сторону военных, и это милитаристское расширение военной готовности стимулирует рост немецкой экономики, и в этом году военные расходы Германии уже составили половину бюджетных доходов.

Бешеные военные инвестиции привели к резкому расширению военной мощи, в результате чего Германия быстро превратилась в военную державу. Но когда военный потенциал достиг определенного уровня, он снова стал узким местом.

На самом деле, Германия была не одинока в этой дилемме, даже Соединенные Штаты по другую сторону Атлантики не смогли избежать этой закономерности.

«Новый курс» Рузвельта был способом остановить экономический крах страны и смягчить социальную напряженность, но он не решил кардинально проблему массовой безработицы и неполной занятости. Это объясняется тем, что национальные финансовые инвестиции «Нового курса» Рузвельта были направлены на развитие инфраструктуры, что не внесло большого вклада в модернизацию промышленной структуры и генерирование нового экономического роста. Без нового роста, конечно, трудно выйти из штиля, когда экономика растет по своей первоначальной, унаследованной схеме. Полагаясь на то, что рыночная экономика сама найдет новые точки роста, потребуется больше времени, и это будет не так быстро, как разработка новых точек экономического роста под руководством правительства. Вторая мировая война, разразившаяся в это время, заставила правительства развитых капиталистических стран взять на себя инициативу по разработке новых точек экономического роста.

Поскольку война была связана с подъемом и падением вовлеченных в нее стран, выживанием людей в этих странах, политическим будущим и жизнью лидеров вовлеченных в войну стран. Поэтому правительства США, Германии и Великобритании, которые в то время занимали лидирующие позиции в мире в области науки и техники, всеми силами старались применить самые передовые научные достижения в военной сфере.

Эти научные достижения, прошедшие испытание в военной области, после войны вступили в полную силу и стали новой точкой роста различных гражданских областей экономики.

Например, технологии внутреннего сгорания и газовых турбин заменили паровые двигатели в качестве источника энергии для всех типов механических устройств. Радар стал необходимым инструментом для навигации гражданской авиации и управления воздушным движением. Пенициллин привел к появлению целого семейства антибиотиков в медицинской промышленности, что послужило толчком к развитию фармацевтической промышленности. Рождение электронно-вычислительной машины сделало возможным все виды автоматического управления, тем самым продвинув вперед все отрасли мировой промышленности, а также положив начало информационной индустрии. Таким образом, макроэкономика всего мира была поставлена на прочную основу.

Пожалуй, самым большим вкладом Рузвельта было сохранение Соединенных Штатов до начала Второй мировой войны.

Если бы Германия была хотя бы на одну десятую меньше Соединенных Штатов (9,37 млн. кв. км) или имела одну или две колонии, которые можно было бы окровавить, он бы с удовольствием тянул время с Соединенными Штатами, чтобы посмотреть, кто рухнет первым, но, к сожалению, реальность так жестока: «Как долго еще экономика Империи сможет продержаться?».

Министр Уолтер вздохнул: «Едва ли на год, а через полтора года делать будет уже нечего».

«…». — Янник слегка кивнул. На самом деле, экономика Германии в это время была намного лучше, чем в первоначальное время, по крайней мере, он еще не придумал что-то вроде ваучеров MiFo. (Так называемые Miffle Notes не были какой-либо валютой или чем-то ценным, они представляли собой простой напечатанный лист бумаги, который был просто белым листком. Для бизнесмена Miffle Notes — это правильная государственная кредитная облигация, с помощью которой патриоты поддерживают строительство Германии, а спекулянты получают неограниченную прибыль).

Может, теперь нам стоит перейти на «Miffle Notes»? Немного подумав, Янник медленно заговорил: «Переведите 10 миллиардов со счетов компании «Зевс» в казначейство страны. Райнхард, отправь кого-нибудь к Блуму позже и попроси их найти двадцать миллиардов».

Сказав это, он снял трубку и набрал номер: «Дядя Боуэн, это Янник, как ваше здоровье в эти дни?». — Янник очень уважал старого Боуэна, который полностью поддерживал его с самого начала. Он немного поболтал о семейных делах, а затем перешел к делу: «Я собираюсь продать 5% акций «Зевса», разделенных на 100 акций и продать их на аукционе. Вы должны помочь мне распространять эту информацию. Это точно, я зарезервировал для вас 0,5%».

После разговора со стариком Боуэном Янник дозвонился в Министерство обороны: «Его превосходительство генерал Рундштедт, продолжайте расширять армию, наберите… еще полмиллиона. Сколько евреев уже вошли в армию? Более восьмидесяти тысяч? Послушны ли они? Это хорошо».

Положив трубку, Янник посмотрел на министра Вальтера: «Этого количества денег должно хватить на некоторое время, верно?».

Выражение лица министра Вальтера выражало искреннее восхищение. «Ваше Высочество — святой!».

Естественно я святой. Янник плюнул в сердцах, Империя принадлежала ему, и если Империя рухнет, у него ничего не останется.

Янник спросил у Райнхарда после ухода министра Вальтера: «Что случилось в последний раз, когда ты попросил послать кого-нибудь связаться с герцогом Виндзорским? Неужели он и вправду не имеет никаких амбиций?».

«Да, Ваше Высочество». — ответил Райнхард, несколько беспомощно: «Герцог Виндзорский, похоже, полностью отказался от идеи снова сесть на трон».

Янник не мог удержаться от того, чтобы не чмокнуть губами и тяжело вздохнуть: «Похоже, нам придется дать ему дополнительную мотивацию для этого. Он сейчас в Париже? Есть ли у нас в Париже британские агенты, которые были перевербованы?».

Райнхард кивнул: «Да, есть один».

«Отлично!». — Янник щелкнул пальцами: «Пусть он попытается убить герцога и герцогиню Виндзорских, но пускай убьёт только его жену, и заставит герцога Виндзорского думать, что это британская корона тайно пытается от него избавиться, а потом наши люди придут ему на помощь, вы сможете это сделать?».- Герцог Виндзорский является наследником престола с детства, сохраняя десятилетия престижа и связей; если мы сможем хорошо использовать эти ресурсы, это будет еще один удар по Великобритании: «Возьми несколько симпатичных молодых сотрудниц из отдела разведки после успешного завершения операции и посмотри, сможем ли мы заставить герцога Виндзорского влюбиться в них».

Миссис Симпсон можно считать мастером любовных дел, печально известным своей необузданной личной жизнью, и даже говорили, что заниматься любовью она научилась где-то в дешёвом борделе, и, похоже, обучение прошло успешно. Во время свидания с герцогом Виндзорским, тогда принцем Уэльским, она не только еще не развелась со своим вторым мужем, Эрнестом Симпсоном, но и имела любовника на стороне. Интересно, принц Уэльский не знал об этом или ему это показалось незначительным?

Говоря простыми словами, это дешевая и бесстыдная женщина без внешности, без добродетели и без таланта. Неизвестно, что этот герцог Виндзорский увидел в миссис Симпсон.

«Понятно, я организую это как можно скорее. И еще одно, Ваше Высочество, нам сообщили, что Франко вылетает из Мадрида на фронт сегодня в десять часов, и засадная команда готова».

С помощью Германии и Италии Франко находился на победной волне, захватив в прошлом месяце Барселону, столицу Каталонии, и был готов нанести удар по последнему оплоту, контролируемому правительственными войсками, Фигерасу, как только он будет захвачен, Гражданская война в Испании будет закончена.

Янник взглянул на часы, было уже пятнадцать минут десятого, что означало, что самолет, на котором летел Франко, взлетел без происшествий: «Тогда нам остаётся ждать результатов».

Затем они говорили о музыке — от изобретения Эдисоном фонографа в 1877 году до магнитной ленты, изобретенной датскими учеными в 1898 году, в которой в качестве носителя использовалась стальная проволока, до записывающих лент на основе пластиковой ленты и использующих их магнитофонов, которые были успешно разработаны в Германии несколько лет назад. «Сегодняшние магнитофоны все еще слишком громоздки, чтобы носить их с собой, а цена не устраивает простых людей». Он подумал о MP5, которые раздавали в начальной школе, а затем о смартфонах, ставших популярными в старших классах, и вздохнул, что впереди еще долгий путь. Хорошо, что гений Тьюринга уже закончил большую часть своих исследований и начал разработку компьютера, поэтому он считал, что до рождения первого компьютера осталось совсем немного.

В последний раз Никола Тесла приходил спросить об этом. Он хотел узнать когда будет построена супер машина с десятками миллиардов операций в секунду, и Янник мог только с сожалением сказать ему, что это произойдет через десятилетия. Глядя на спину Теслы, когда тот молча отвернулся, Янник очень хотел построить суперкомпьютер, чтобы сразу же использовать его.

Телефон на его столе зазвонил, когда он был полон своих мыслей, и когда он поднял трубку, это был второй командир отдела разведки. В сообщении говорилось, что транспортный самолет, на котором находился Франко, был сбит.

Эта новость быстро распространилась по всему миру и вызвала шок. Никто не ожидал, что этот генерал Франко будет убит накануне своей неминуемой победы, что было очень печально.

Поскольку вся Испания уже давно была свободна от правительственных войск и советской авиации, поездку сопровождали всего четыре старых истребителя, но на полпути их атаковали целых восемь И-16. К моменту прибытия немецких истребителей во всем воздушном пространстве не было ни одного призрака, только обломки пяти сбитых самолетов на земле, а последующее прибытие наземных войск подтвердило, что ни один из них не выжил.

Откуда именно взялись эти восемь И-16, стало неразрешимой загадкой в последующие годы. Но поскольку это были И-16, палец вины, естественно, указывал на Советы, которые были необычайно молчаливы, не признавая и не отрицая этого.

Прежде чем правительственные войска, собравшиеся в Фигерасе, успели отпраздновать, что виновник, единолично начавший гражданскую войну, наконец-то мертв, Ариас, правая рука Франко, вышел вперед, чтобы объявить, что он станет преемником генерала Франко. «Трагическая смерть генерала Франко — это большая потеря для Испании и нашего народа. Наши враги стремятся отсрочить свою гибель такими подлыми средствами, и мне кажется, что все это — лишь предсмертная борьба!

Перед лицом этих злобных врагов мы не отступим и не испугаемся. Дух генерала Франко вдохновляет нас на укрепление наших убеждений; мы поднимем знамя генерала Франко, мы совершим величие, которого не успел достичь генерал Франко, и построим новую Испанию!».

Поскольку по престижу Ариас уступал только Франко, он очень легко взял на себя командование всеми войсками, превратил горе людей в силу и захватил Фигерас, завершив тем самым Гражданскую войну в Испании более чем на год раньше, чем в первоначальный период времени.

Затем Ариас сделал себя главой государства, объявил вне закона все другие политические партии и объявил фалангистов единственной легальной партией. Затем он приступил к энергичной чистке фашистских сил из партии фалангистов, что привело в ярость Муссолини в Италии. Италия срывала банк, чтобы поддержать Франко, и даже призывала население жертвовать деньги в поддержку Франко. Но получила она в итоге ничего!

Ариас, однако, посмеялся над предупреждениями Муссолини и проигнорировал его на том основании, что это было соглашение между Франко и Муссолини, и бросил в тюрьму весь костяк фашистов.

Можно сказать, что Муссолини ненавидел его настолько, что уже собирался запугать силой, когда Германия объявила об установлении дипломатических отношений с новым испанским правительством и подписала ряд соглашений о сотрудничестве. Это не могло не заставить Муссолини колебаться, в конце концов, гражданская война в Испании на немецкой и итальянской стороне сравнение боевой мощи очевидно для всех, итальянские солдаты — боевые отбросы, немецкие солдаты — взрыв боевой мощи.

И в это время Германия, как зверь, показывающий клыки, высматривает добычу, и Муссолини боится его спровоцировать.

Муссолини раздумывал о том, чтобы найти помощь у других, чтобы вместе преподать урок Испании, но услышал новость о том, что Великобритания и Франция последовательно признали правительство Ариаса.

Муссолини, который был на взводе, смог проглотить свою горечь только после истерической вспышки.

Германия и Италия в первоначальный период времени вмешалась в гражданскую войну в Испании, и их целью не было исключительно расширение собственной власти, а скорее создание основы для будущей войны, когда они смогут использовать Испанию, чтобы совместно прижать Францию.

К несчастью для Германии и Италии, этот непродуманный план провалился.

Всего через несколько месяцев после окончания гражданской войны в Испании Германия нанесла молниеносный удар по Польше. В тот самый момент, когда Гитлер ожидал от Франко «ответной услуги», Франко объявил о нейтралитете.

Дело не в том, что Франко был таким миролюбивым; на самом деле, как Гитлер и Муссолини, он не был лишен экспансионистских амбиций. Просто он был более благоразумен, чем двое последних в своем высокомерии, и сумел сохранить ясный и острый ум на протяжении всей Второй мировой войны.

В начале войны, в условиях неопределенности ситуации и того факта, что гражданская война только что закончилась, страна находилась в состоянии беспорядка; Франко делал огромные запросы на поставки и даже на захват французских колоний в Африке в ответ на требования Германии вступить в войну, просьбу, которая оставила Германию беспомощной, потому что сделать это было просто невозможно.

К тому времени, когда Ось достигла полного господства, Франко также заставил испанских солдат надеть немецкую форму и принять участие в битве за Ленинград. Это подразделение, численностью от 20 000 до 30 000 человек, было известно как испанская «Синяя дивизия». Это делалось также в надежде получить что-то взамен при разделе плодов победы в будущем.

Но когда поражение Оси стало очевидным, Франко немедленно отозвал «Синию дивизию», заявив, что они были добровольцами и что испанское правительство не несет ответственности за их действия, и начал лицемерно осуждать Германию и Италию за её действия. Это привело Гитлера в ярость, и он даже задумал пересечь Пиренеи, чтобы захватить Испанию.

Янник не хотел, чтобы такая белоглазая, оппортунистическая крыса встала на пути его дела, поэтому, конечно же, он должен был избавиться от нее.

Кроме того, гражданская война закончилась более чем на год раньше, чем в первоначальный период времени, и у Испании было еще как минимум два года на восстановление.

В задумчивости Янник вызвал Шпеера и обратился к нему, чтобы обсудить вопрос интеграции испанской промышленности: «Пока на нашей стороне есть излишки ресурсов, отправляйте их все туда. Восстановите испанскую промышленность, особенно военную, как можно скорее, и вы будете нести личную ответственность за эти дела.»

Шпеер был немного смущен: «Ваше Высочество, с их нынешней ситуацией, я боюсь, что они не смогут отплатить за эту помощь в короткие сроки. И я боюсь, что испанская сторона не будет столь сговорчивой». — В Германии он мог проводить реформы без страха; но он также знал, что его реформы затрагивали интересы многих людей, и если бы у него не было Янника в качестве сторонника, который полностью поддерживал бы его, он боялся, что его убили бы.

Боюсь, что в других странах его модель реформы не пройдет так хорошо.

Янник махнул рукой и прервал его: «Когда это я заключал убыточную сделку? И…» — наступила пауза, и на его лице появилась загадочная улыбка: «Открою вам секрет, этот новый глава Испании «Ариас» — один из наших». — Кто бы мог подумать, что глава страны может быть агентом спецслужб другой страны?

«Ах?!». — Спир на полсекунды застыл с открытым ртом: «Вы имеете в виду…».

Янник кивнул: «Верно, так что не стесняйтесь».

В этот момент в сердце Шпеера не было ничего, кроме изумления и благоговения: «Ваше Высочество поистине мудр и разумен, вы действительно дар Божий для Германии».

Улыбаясь в недоумении от этой похвалы, Янник продолжил инструктаж: «И приложить большие усилия для развития минеральных ресурсов Испании».

Испания богата месторождениями металлов: запасы железной руды составляют 1,9 миллиарда тонн, что является самым высоким показателем в Западной Европе; запасы пирита, содержащего медь, составляют 500 миллионов тонн и занимают одно из первых мест в мире. Запасы ртути составляют 700 000 тонн, занимая первое место в мире; также в изобилии имеются вольфрамовые, свинцовые, цинковые и медные руды. Площадь лесов достигает 30%, а общая площадь составляет более 11 миллионов гектаров. Порода дерева — в основном пробковый дуб, из коры которого можно делать пробку, с годовым производством более 60 000 тонн, а по объему производства и экспорта он занимает второе место в мире.

Такой богатый ресурс, безусловно, необходимо использовать с пользой.

«Испанские арсеналы должны производить все наше авиационное и танковое вооружение, а войска должны быть заменены нашим стандартным оружием. Такое количество ветеранов войны будет хорошим запасом солдат в будущем». Германия с 80-миллионным населением может выставить 7 миллионов боевых солдат, а Испания с 30-миллионным населением может выставить миллион? Было бы неплохо иметь больше.

Как только Шпеер был отослан, вошла Энни и доложила: «Ваше Высочество, один из запросов на финансирование Зоны 51 внезапно стал в пять раз больше».

Зона 51 — это первоначальное название секретной научно-исследовательской базы в штате Невада, США, когда она была обозначена на карте как Зона 51 в ее подразделении. Позже, из-за таинственных и необычных событий, которые часто происходили здесь, название «Зона 51» вошло в обиход общественности.

Но в то время Зона 51 еще не была создана, поэтому Янник взял это название себе. В ста километрах от Берлина находится город, окруженный с трех сторон горами. Город был создан для добычи руды с трех гор, но когда руда закончилась, город превратился в город-призрак, в котором не осталось ни одного жителя. Янник превратил его в секретную немецкую научно-исследовательскую базу «Зона 51».

Исследовательские проекты здесь требовали астрономического финансирования, и можно сказать, что большая часть доходов Зевса была вложена сюда: «Что за проект?».

«Проект атомной электростанции».

Янник резко встал, это был проект атомной электростанции, которым руководил доктор Эйнштейн. Произошел ли прорыв в проекте? «Немедленно идём в зону 51».

«Да!».

С волнением в сердце Янник прибыл в Зону 51.

В десяти километрах от центра Зоны 51 колонна встретила первый контрольно-пропускной пункт, посмотрела на бесконечный забор из колючей проволоки и красные запрещающие знаки, висящие на заборе — «Не фотографировать», «Вход воспрещен». и даже «Смертельное оружие разрешено» и «Минное поле», знаки, которые в любое время сообщали приближающимся, что это строго засекреченное место. что нарушители рисковали жизнью.

«Это хорошо». — Янник был весьма доволен здешними мерами безопасности. Здесь было пять шлагбаумов, и перед последним Энни вышла из машины и сама передала специальный пропуск дежурному капитану. Взяв пропуск и взглянув на него, капитан быстро выпрямил спину, словно молния, и отдал честь Яннику в машине.

Слегка кивнув, Янник продолжил осматриваться. Вдали на вершине холма было построено несколько сторожевых вышек и позиций зенитных орудий, и, глядя на огромную антенную башню рядом со сторожевой вышкой, казалось, что это радар?

Как примитивно оно выглядит!

Хотя сердце у него екнуло, но он также знал, что сегодня немецкая радарная технология, в мире занимает лидирующее положение.

На въезде в город уже толпились ученые в белых халатах, они смотрели на машину, символ высшего статуса Рейха, когда она медленно въезжала в город, и разразились громкими возгласами.

Увидев Янника, выходящего из машины, толпа зааплодировала еще громче. Если бы Янник был просто имперским кронпринцем и будущим императором, возможно, такой бурной реакции не было бы, но Янник теперь был титанической фигурой в науке, музыкантом мирового класса, литературоведом, художником, сценаристом и режиссером… просто гением, который бывает раз в тысячелетие. Поэтому все хлопают так старательно.

Во главе группы стоял Эйнштейн с взрывающейся причёской, и Янник с энтузиазмом пожал ему руку: «Доктор Эйнштейн, спасибо вам за вашу тяжелую работу».

Рядом с ним был Отто Хан, Вернер Гейзенберг, Макс Борн, Макс Планк, Лиза Мейтнер, Ирен Жолио-Кюри… слишком много научных светил. В Германии уже было много ученых, а несколько лет назад Янник отправил команду агентов «прочесать» весь мир. Любой из этих людей может считаться жемчужиной человеческой цивилизации. К счастью, здесь стояла лишь небольшое их количество, иначе Янник не смог бы закончить пожимать их руки с утра до вечера: «Спасибо всем вам за ваш вклад в Империю, вы все — создатели Нового Мирового Порядка и ценные таланты Империи! Для меня большая честь жить в одну эпоху со всеми вами».- Скромность Янника еще больше трогала этих ученых, и было похоже, что уровень их доброжелательности и лояльности взлетал до максимума.

«Я обязан вам всем, ведь здешние исследования не могут быть обнародованы еще несколько лет, иначе у каждого из вас был бы шанс получить Нобелевскую премию». — После стольких лет его актерское мастерство достигло совершенства, и на его лице было написано чувство вины.

Толпа поспешила утешить его: «Ваше Высочество, не нужно винить себя, это честь быть признанным вами, это заставляет нас гордиться больше, чем любая награда».

В душе Янник втайне говорил, что с этими учеными гораздо лучше разговаривать, чем с этими хитрыми политиками и бизнесменами: «Спасибо всем вам за внимание, я здесь, чтобы гарантировать, что в течение десяти лет ваши деяния станут известны всему миру, а ваши достижения останутся на все времена».

После еще нескольких поощрений Янник пришел в тестовую зону Эйнштейна: «Доктор Эйнштейн, я видел запрос на финансирование вашего проекта, есть ли у вас прорыв?».

Доктор Эйнштейн кивнул головой: «Да, ваше высочество, наша экспериментальная группа доработала теорию. Поэтому нам срочно нужно построить небольшой реактор, чтобы проверить жизнеспособность теории. Если теория окажется верной, мы сможем построить атомную электростанцию максимум за год».

Янник не мог не задаться вопросом: «Построить реактор? Достаточно ли для этого финансирования?». Пятикратный объем финансирования — это много, но этого не хватит на строительство атомной электростанции, верно?

Доктор Эйнштейн сделал жест рукой: «Ваше Высочество, то, что мы строим, это небольшой реактор, и энергии, преобразованной в электричество, вероятно, будет достаточно, чтобы зажечь электрические лампы в этом здании».

Слыша его ответ, Янник немного неловко потер нос: «Достаточно ли у вас сырья?».

Чехословакия была одной из самых богатых стран Европы по запасам урана. Уран был обнаружен и добыт в горах Кросны на северо-западе Чехословакии в 1853 году, только для того, чтобы использовать его в качестве красителя для фарфора. В сочетании со столь же обильным производством графита, необходимого материала будет достаточно.

После короткого разговора Янник пошёл к Отто Ханну

Хан был известным немецким радиохимиком и физиком, который впервые открыл явление деления атомных ядер путем бомбардировки их медленными нейтронами. При этом ядро атома урана «разлетелся» и превратилось в две части, которые уже не были ураном. В 39 году он опубликовал результаты своей серии экспериментов, которые сразу же вызвали сенсацию в мире физики.

Только в это время он был приглашен в Зону 51, и хотя он открыл явление ядерного деления раньше, работы не были опубликованы в соответствии с правилами секретности. По воспоминаниям Янника, казалось, что в США в это время не было исследований в этой области.

«Ваше Высочество Наследный Принц, вы могли бы перевести меня в проектную группу доктора Эйнштейна». — Увидев, что Янник вошел в лабораторию, Отто Ханн подошел прямо к нему и обратился с этой просьбой.

«…». — Янник потер лоб от головной боли: «Доктор Ханн, я думал, мы уже давно все решили».

Хан был убежденным сторонником мира и не поддался фашистам в первоначальный период времени, даже говоря: «Моя единственная надежда как физика заключается в том, что урановые бомбы не будут сделаны ни в какое время. Если когда-нибудь настанет день, когда фюрер получит в свои руки такое оружие, я покончу с собой». Хан, не желая позволить режиму Нацизма завладеть атомной технологией, отказался участвовать в каких-либо исследованиях и просто продолжал радиохимические исследования, как обычно. После войны он также активно участвовал в антивоенных демонстрациях и демонстрациях против ядерного оружия и стал представителем призыва к мирному использованию ядерной энергии.

Янник приложил немало усилий, чтобы заставить его возглавить отдел исследований и разработок ядерных бомб, но теперь он снова начал пытаться убедить его назначить на другое место.

«Ваше Высочество, чем больше я его изучаю, тем больше мне кажется, что это ящик Пандоры, и если его открыть, то пострадают тысячи людей. Я не хочу…». — Отто не успел закончить свои слова, как его прервал Янник: «Доктор Ханн, вы считаете себя самым умным человеком в мире?».

Отто не мог не уставиться на Принца, недоумевая, почему Его Высочество задал такой странный вопрос: «Конечно, нет».

Насколько высокомерным и самоуверенным должен быть человек, чтобы считать себя самым умным в мире?

«Хорошо, тогда я спрошу вас еще раз: как вы думаете, если вы не будете участвовать в исследовании, никто другой никогда не сможет его построить?».

Отто Хан подсознательно оглянулся на Гейзенберга и остальных, находившихся неподалеку, и покачал головой: «Они могли бы исследовать его и без меня».

«Приятно слышать!». — Янник холодно фыркнул. Выйдя в центр лаборатории, он хлопнул в ладоши. На самом деле, хлопать было не нужно, так как все взгляды внимательно следили за ним: «Господа, я не хотел давить на вас, но теперь, кажется, я не могу по-другому». — После паузы он продолжил: «Только сегодня пришли новости, что с американской стороны запущена секретная программа под названием «Манхэттенский проект».

«Манхэттенский проект?». — с любопытством спросил Гейзенберг: «Каков этот план, Ваше Высочество?».

Янник слегка обеспокоенно нахмурился и покачал головой: «Программа совершенно секретна, и наши агенты только пронюхали, что они работают над супероружием очень, очень впечатляющей мощности».

«…». — Ученые в комнате не могли не посмотреть друг на друга, не было ли это супероружие невероятной силы, оружием, над которым они работали? Может быть, американцы также проводили исследования в этой области?

Янник посмотрел на сложно выглядящего Отто Ханна: «Доктор Хан, в будущем, когда американское, французское, британское и польское супер-оружие будет взрываться на немецкой земле одно за другим, будут ли те невинные люди, которые погибли напрасно, благодарить вас за ваши усилия во имя мира? Вы любите мир, но что вы сделаете, чтобы защитить его? Будите на коленях просить мира? Вы должны понять, что нельзя просить мира; только когда вы сильны, вы можете защитить свою страну и свой народ!».

Под влиянием его слов, выражение лица Отто Хана постепенно менялось на виноватый: «Ваше Высочество, это была моя вина, что я не подумал об этом более объективно».

После тяжелого разговора Отто Ханн наконец-то все понял, и согласился продолжать руководить исследованиями.

Янник испытал настоящее облегчение: «Именно так, доктор Ханн, я обещаю, что когда Германия станет достаточно сильной, я возглавлю Империю, чтобы взять на себя ведущую роль в защите мира во всем мире и никогда не позволить трагедии войны повториться. Мои потомки, и твои потомки, все наши потомки будут греться под солнечными лучами мира и жить беззаботной и счастливой жизнью».

Он не знает, кто начал аплодисменты, но в лаборатории раздались чрезвычайно громкие аплодисменты. Отто Хан был так взволнован, что его голос слегка дрожал: «Спасибо, Ваше Высочество, я очень надеюсь, что этот день наступит скорее раньше, чем позже».

«Так и будет, пока мы все работаем вместе, этот день рано или поздно наступит». — сказал Янник и спросил, когда атмосфера немного успокоилась: «Есть ли какие-либо трудности с проведением исследования?».

Отто Ханн ответил: «Самая большая трудность на данный момент — это добыча урана, который мы можем получить только до нескольких миллиграммов в день, используя электромагнитные методы».

«…». — Янник знал, что в более поздние времена существовали газовая диффузия, газовая центрифуга, метод Лоуренса, химическое разделение краун-эфира, лазерный метод и многие другие методы добычи, но только газовая диффузия и газовая центрифуга были единственными методами, которые действительно производились в промышленных масштабах.

А электромагнитный метод, о котором он говорит, — это метод Лоуренса. Это довольно «тупой» метод, требующий использования гигантского электромагнита диаметром четыре-пять метров и весом в несколько тысяч тонн, использующий принцип масс-спектрометрии для извлечения всего нескольких миллиграммов урана 235 в день и за несколько лет собрать 15 килограммов. Янник также подсчитал, что 15 килограммов — это 15 000 000 миллиграммов, и даже если бы они могли добывать по десять миллиграммов в день, это заняло бы 1 500 000 дней, или почти 4 110 лет.

«…». — он действительно должен восхищаться финансовыми и материальными ресурсами Соединенных Штатов, он не знает, сколько этих гигантских электромагнитов они построили, для первой ядерной бомбы. Но ситуация в Германии не позволяла переключить ограниченные ресурсы на эти места.

Метод газовой диффузии требовал строительства огромного «котла» для нагрева урановой руды, но при существующих технологиях и методах это было даже медленнее, чем электромагнитный метод.

Что касается метода центрифугирования газа, то для этого требовалась высокоскоростная центрифуга, и самое удручающее было то, что Янник не знал, какова структура такой высокоскоростной центрифуги, но едва ли знал, как она работает. Хотя принцип работы центрифуги уже давно рассказан отделу разработки, но до сих пор нет никаких новостей, глядя на ситуацию, он боится, что ему еще придется подождать некоторое время.

Если бы они не смогли достать центрифугу, им пришлось бы ждать реактор доктора Эйнштейна. В конце концов, для реактора требовалось обогащение урана всего на 3%, что гораздо проще, чем 93,5% военного качества. Затем просто медленно ждать, пока в результате сгорания не образуется необходимый плутоний-239.

В этот момент Гейзенберг заговорил и добавил: «Нам все еще нужно сделать много подсчетов и анализа данных, но у нас не хватает сотрудников».

Янник кивнул: «Я придумаю, как сначала разослать данные по разным университетам, проанализировать и рассчитать их по партиям и, наконец, агрегировать их здесь. Но, судя по тому, как развиваются события, мы не можем рассчитывать только на центрифуги и электромагнитные методы. Если реактор доктора Эйнштейна окажется успешным, бросьте урановую бомбу ради плутониевой». — Хотя это увеличило бы объем вычислений, но когда был разработан компьютер, эти невероятно утомительные проблемы вычислений могли быть легко решены: «Внимательно проверяйте различные данные и не допускайте просчетов».

Гейзенберг оригинального времени оставил будущим поколениям противоречивый и загадочный образ.

Германия была первой страной в мире, предпринявшей военный проект по созданию ядерной энергии, и роль Гейзенберга как руководителя немецкой программы по созданию ядерной бомбы была неоднозначной.

Гейзенберг неправильно рассчитал данные об «уране 235» (ядре) при разработке ядерной бомбы. Согласно его собственным расчетам, для каждой атомной бомбы требовалось несколько тонн «урана 235». Германия в то время не могла найти столько U-235.

Гейзенберг доложил министру вооружений Шпееру, что урановая программа не даст практических результатов в короткие сроки по техническим причинам, и что маловероятно, что ядерная бомба может быть построено во время войны, после чего он начал работать над ядерными реакторами.

В более поздние времена также говорили, что он любил свою страну, но ненавидел зверства Гитлера. Поэтому он предпринял практические действия по сдерживанию развития немецкого ядерного оружия.

На самом деле, если задуматься, так быть не может. Если бы все люди, которые должны были убежать, сбежали, некому было бы помогать Гитлеру исследовать ядерные бомбы, так зачем же Гейзенбергу оставаться?

Конечно, он хотел разработать ядерную бомбу. В конце концов, если бы Германия выиграла войну с помощью этого оружия, то Гейзенберг стал бы величайшим ученым Рейха.

Вот только Гейзенберг ошибся в расчетах!

Но теперь, когда Отто Ханн возглавил проект, таких ошибок быть не должно.

После обсуждения некоторых других вопросов, Янник не мог не потереть виски, и уйти с комнаты с усталым выражением лица. Он перешел к следующей лаборатории.

Радар, искусственный каучук, рации, приборы ночного видения, системы радионаведения, нейлон, бесконтактные взрыватели, пенициллин… Каждое исследование здесь может повлиять на ход будущих войн.

«Доктор Чейн, есть прогресс?». — Ответственным за пенициллиновый проект был Чейн.

Что касается введения пенициллина, то с ним все были знакомы.

Однажды Флеминг уехал в отпуск после того, как сложил множество культур растений друг на друга, не промыв их, и поместил на испытательный стенд, где не светит солнце. Когда он вернулся, то обнаружил, что в одной из чашек выросло облако зеленоватых заплесневелых волосков. Очевидно, это было вызвано какой-то естественной плесенью, которая попала внутрь. Флемингу, который уже собирался очистить его, пришла в голову неожиданная идея: взять его под микроскоп и посмотреть на него.

И он был в восторге, обнаружив, что стафилококк был мертв рядом с пятном плесени! Затем он немедленно приступил к работе, культивируя в больших количествах эту известково-зеленую плесень, фильтруя культуру и капая ее в стафилококк. В результате все стафилококки погибли в течение нескольких часов. Фильтрат был разбавлен в 800 раз и помещен обратно в стафилококк, и он действительно все еще убивал стафилококк!

Однако, к сожалению, Флеминг так и не смог найти способ получения пенициллина высокой чистоты. И его энтузиазм остыл. Прежде чем перейти к другим исследовательским проектам, он описал свои вышеупомянутые выводы в статье, опубликованной в 1929 году, но в то время она не привлекла особого внимания.

Чейн, который позже учился в Оксфорде, изучил результаты исследований Флеминга по лизоциму, когда он случайно обнаружил исследования, проведенные Флемингом по пенициллину. Вместе с Флори он начал эксперименты по очистке пенициллина и разделил с Флемингом Нобелевскую премию по медицине и физиологии 1945 года.

Однако Флемингу в этот раз не повезло, когда Янник послал агента поджечь его лабораторию, пока он был в отпуске. Когда Флеминг вернулся, он увидел, что лаборатория сгорела дотла.

А Чейн, который в оригинальный период времени скрывался в Англии из-за своей личности Еврея, был заблаговременно доставлен в Зону 51 для работы над пенициллином.

Чейн сообщил с взволнованным лицом: «Ваше Высочество, мы нашли плесень, которая увеличивает производство пенициллина более чем в 200 раз, это медицинское чудо!».

«Хорошая работа, доктор Чейн. Есть ли способ продолжать наращивать производство?».

«Я уверен, что есть, Ваше Высочество. Я обещаю, что найду его!»

Янник кивнул: «Тогда продолжайте в том же духе, доктор. Возможно, вы могли бы попробовать облучение, может быть, эти маленькие штучки будут работать еще сильнее, когда их стимулируют».

Одной из причин смерти в прошлых сражениях, помимо откровенной гибели в бою или смерти, была травма. Во время войны легко получить ранение, не умерев, особенно травматические повреждения, такие как взрывающиеся и калечащие человеческие ткани, которые легко могут привести к раневым инфекциям и бактериальным заражениям. До изобретения пенициллина это заболевание было одной из основных причин смерти солдат, некоторые из которых доставлялись в полевые госпитали живыми и умирали только потому, что не могли лечить раневые и травматические инфекции.

Пенициллин спас жизни бесчисленному количеству солдат на поле боя и избавил многих зараженных солдат, особенно раненых, от жалкой участи быть брошенными на произвол судьбы. Солдаты союзников ласково называли его спасительным лекарством. У союзников даже был плакат, посвященный пенициллину, со словами: «Благодаря пенициллину солдаты вернулись домой целыми и невредимыми». Черчилль однажды сказал, что пенициллин был величайшим изобретением Второй мировой войны.

А в дополнение к травмам были эффективно подавлены многие болезни, которые когда-то серьезно вредили человечеству, эти некогда неизлечимые скарлатина, септический фарингит, дифтерия, сифилис, гонорея, а также все виды туберкулеза, септицемия, пневмония, тиф и т.д.

После аннексии всей Чехословакии немецкие шестеренки войны внезапно остановились, и в Европе наступил период мира.

Немцы, казалось, наелись досыта и превратились в безобидных кроликов.

Конечно, не все верили, что Германия действительно превратилась в кролика; Черчилль, например, все еще бегал вокруг и проповедовал свою теорию о немецкой угрозе. К сожалению, многие люди уже были невероятно сыты по горло его военной риторикой!

Однако мир всегда недолговечен, и в июне 39-го года начались события, которые дали старт Второй мировой войне.

В тот день министр иностранных дел Риббентроп пришел сообщить о происшествии: «Ваше Высочество, польский посол заявил мне протест, он подозревает, что их пропавшие пограничные солдаты были захвачены нашей стороной, и хочет, чтобы мы выдали их солдат, иначе им придется пересечь нашу границу для их поиска».

Янник презрительно усмехнулся: «Строго предупредите их, что если они посмеют пересечь границу, это будет актом войны».- После увольнения Риббентропа Янник снял трубку телефона и соединился с Генеральным штабом армии: «Генерал Рундштедт, все ли войска готовы?».

Уверенный голос генерала Рундштедта прозвучал с другого конца линии: «Да, Ваше Высочество, наши солдаты полностью готовы и спрятаны в двадцати километрах от границы. По вашей команде бронированный авангард пересечет пограничную линию менее чем через час».

«Очень хорошо».

…

Но, прождав два дня, Польша так и не сдвинулась с места.

Яннику не оставалось ничего другого, как отправить Скорцине еще один новый приказ.

На польском посту на немецко-польской границе трое мужчин теснились на посту, который раньше состоял из двух человек: бородатый солдат лежал на земле и громко храпел, солдат в очках смотрел на луну в небе, а последний, мальчишка-новобранец, с нервным выражением лица оглядывался по сторонам.

Устав смотреть на луну, солдат в очках повернул голову, чтобы посмотреть на солдата: «Эй, новобранец, чего ты так нервничаешь?».

На лице новобранца появилось недоверчивое выражение: «Разве два дня назад кого-то не захватили фрицы? Вы не нервничаете?». — Это был вопрос их собственной маленькой жизни, так как же они двое могли быть настолько расслабленными?

Очкастый солдат тупо рассмеялся: «Может эти парни пошли на охоту и попал в какую-нибудь ловушку. Кроме того, ты думаешь у фрицев хватит смелости нападать на нас?». — Не успели слова сорваться с его губ, как он увидел, что новобранец упал навзничь: «А, что с тобой случилось?».

Очкастый солдат встал и уже собирался проверить его, как вдруг почувствовал легкую боль в шее, как будто его укусил комар. В следующую секунду все его тело резко лишилось сил, и он мгновенно рухнул на землю. Он был в ужасе и хотел разбудить бородатого мужчину рядом с собой, но он не смог открыть рот для крика, и даже веки его не слушались, он мог только наполовину открыть глаза и смотреть прямо на упавшего новобранца.

Что, черт возьми, здесь происходит? Может ли быть, что он был одержим каким-то демоном? В то время, когда он находился в состоянии шока и растерянности, за пределами поста охраны раздался невнятный звук шагов, по крайней мере, пяти или шести человек. Шаги становились все ближе и ближе, а он даже не смел дышать, только чувствовал, как сердце бьется все быстрее и быстрее, словно вот-вот выскочит из горла.

Вскоре шаги за его головой прекратились, и раздался лишь приглушенный «хруст», бородатый мужчина издал приглушенный хрюк перед смертью, а затем больше не было никакого движения. Сразу после этого он только почувствовал резкую боль под ребрами, как острый металлический предмет вонзился ему прямо в сердце, и вместе с нахлынувшей болью его глаза погрузились в безграничную тьму.

Прикончив трех часовых, Скорцине со шрамом на лице скомандовал: «Уберите тела. Не забудьте оставить на них следы». — Хотя сейчас он был главным инструктором немецкого спецназа, ему по-прежнему нравилось убивать.

Группа быстро отошла, а через полчаса или около того несколько польских солдат пришли проверить этот пост, и не успели они подойти достаточно близко, как почувствовали запах крови, наполнивший воздух: «Черт! Что-то не так!»

Командир взвода, возглавлявший остальных, ворвался на пост и был встречен видом крови на земле: «Что происходит? Где солдаты?!».

Кто-то снаружи крикнул: «Командир взвода, здесь кровь! Он направляется туда!».

«Черт!». — Командир взвода выхватил пистолет и сделал несколько выстрелов в воздух. Вскоре собрались все польские солдаты с окрестных постов, почти двадцать человек: «В погоню!».

Мужчины привели своих лошадей и пошли по кровавому следу до небольшого ручья, по которому проходила граница между Польшей и Германией. «Командир взвода, после этого ручья — начинается территория немцев. Мы будем продолжать преследовать их?».

«…». — Любой человек знает, что значит пересечь границу другой страны без разрешения, не говоря уже об этих солдатах, охраняющих границу. Как раз в тот момент, когда командир взвода колебался, вдруг солдат указал вдаль: «Эй, смотрите, что это?!».

Толпа посмотрела в том направлении, куда он указывал, и увидела четыре или пять лошадей, бегущих вдаль, командир взвода поднял бинокль, посмотрел и мгновенно пришел в ярость. На одной из этих лошадей сидели солдаты в польской форме, и хотя они не могли видеть их лиц, они, не задумываясь, поняли, что это, должно быть, солдаты с поста!

«Продолжайте преследование! Исчезновение наших собственных солдат несколько дней назад указывало на то, что оно как-то связано с Германией, и сегодня у нас есть доказательства! Эти проклятые ублюдки должны заплатить!».

Перебравшись через ручей и пройдя по прерывистому кровавому следу несколько миль, они заметили впереди небольшую деревню: «Странно, разве эта маленькая деревня не заброшена? Почему мне кажется, что здесь есть люди?». — Из деревни все еще поднимался дым, в воздухе витал лишь слабый запах крови, что придавало поселению несколько жутковатый вид.

Командир взвода осторожно приказал: «Что-то странное происходит, все будьте начеку! Искать в командах по два человека!».

В ближайшем дворе они увидели на земле человека, но не польского солдата, которого они искали, а человека в гражданской одежде. Командир взвода осторожно подошел и перевернул человека, и увидел широкую рану на его шее. Очевидно, что он был мёртв.

Один за другим поисковики возвращались и давали отчёт: «Командир взвода, в деревне полно трупов».

«Быстрее отступайте!». — Было бы глупо не понять, что тут что-то не так. Но как только слова покинули его рот, стоявший рядом с ним солдат разразился облаком крови на лбу и рухнул прямо вниз.

«Вражеская атака! В укрытие!». — Командир взвода был ветераном и отреагировал мгновенно, крикнув, чтобы предупредить остальных. К сожалению, он опоздал на шаг, вместе с интенсивной стрельбой, польские солдаты вокруг него падали на землю под пулями, даже командир взвода не был пощажен, его рука была задета выстрелом, а пистолет, который он держал в руке, беспомощно упал на землю.

«Помогите, в меня стреляли!».

«Мама!».

«Больно!».

«…». — Слушая крики страдания вокруг себя, командир взвода был потрясен и разгневан; что за зловещая ловушка, которая уничтожила всю их армию?

Ему не пришлось долго гадать, когда группа солдат спецназа в странных костюмах с различным огнестрельным оружием в руках окружила их со всех сторон, а лидер, Скорцине, сказал на искусном польском языке: «Джентльмены, мы вас долго ждали».

Командир взвода спросил сквозь стиснутые зубы, борясь с болью в руке: «Вы кто такие?!».

Скорцине усмехнулся: «Это не важно. Но важно то, что вы, польские пограничники, действительно бессердечны, как вы смеете пересекать границу и резать безоружных немецких граждан».

Командир взвода только почувствовал, как от подошв его ног к голове поднимается холодок: «Что за бред?! Это вы сделали!».

Скорцине пожал плечами: «Неважно, в любом случае, через минуту вы и ваши солдаты должны будете подписать признание, а также аудио- и видеозаписи».

«Ни за что! Мы, польские солдаты…». — Слова едва успели вырваться из его рта, как он получил сильный удар прикладом по затылку и упал навзничь.

Один из членов команды спросил: «Капитан, всех этих людей нужно забрать?».

Скорцине посмотрел на поле раненых поляков и покачал головой: «Нет, оставьте трех или четырех наименее раненых. Поторопись и сделай фотографию их зверства». — Как сказали эти польские солдаты, раньше это была заброшенная деревня, и эти тела, разбросанные по земле, были перенесены со всех концов страны сюда. Они были заключеными смертниками.

В то утро немецкая влиятельная газета Deutsche Weltblatt опубликовала статью под заголовком «Польские пограничники пересекают границу, чтобы убивать немецких граждан!». Это ужасающие новости.

Польские войска нагло пересекли границу и вторглись в маленькую деревню на немецкой границе, убивая невинных людей!

Газета сопровождалась несколькими фотографиями. Их предоставил фотограф, снимавший птиц на соседней вершине, и на них вы можете увидеть группу польской кавалерии, которая переправляется через ручей, служащий границей между двумя странами, и мчится к деревне, расположенной неподалеку.

Почувствовав, что что-то не так, фотографы поспешили за помощью в соседнюю казарму, но к тому времени, когда они вернулись в деревню, трагедия уже произошла. Завязалась ожесточенная перестрелка, и польские солдаты были окончательно усмирены. В конце газеты были изображены тела мирных жителей и несколько польских солдат, сфотографированных с бумагами в руках.

Тираж газеты закончился, как только она поступила в продажу, и в срочном порядке были напечатаны три дополнительных экземпляра, но спрос все равно превысил предложение.

Менее чем за полдня вся Германия была охвачена волнениями, общественность митинговала перед местными властями, требуя сурового наказания виновных; некоторые радикалы даже призывали объявить войну Польше, чтобы преподать ублюдкам урок. Площадь вокруг Берлинского дворца была переполнена людьми, а в небе раздавались крики о мести.

Наконец, ровно в девять часов Янник появился на балконе дворца и выступил перед толпой, которая была в яроси: «Германия всегда стремилась к миру за границей и единству внутри, когда произошла резня в деревне Орле. Не только население моей страны скорбит, но и мировое общественное мнение испытывает исключительное потрясение. Результат этого события станет не только вопросом выживания всей Германии, но и горем… горем человечества во всем мире». — В конце своей речи он с недвусмысленной строгостью предупредил: «От имени всей Германии я торжественно предупреждаю польское правительство, что кровь, будет оплачиваться только кровью! У вас есть 20 часов, чтобы выдать организатора этого зверства! Если его не будет, мы будем использовать все средства, чтобы восстановить справедливость в отношении невинно убиенных сыновей и дочерей Рейха! Включая войну!».

Независимо от эпохи и страны, в мире всегда не было недостатка в фанатской культуре.

Но когда главный кумир страны — Наследный Принц Империи, и Будущий Император говорит о войне, этот эффект мозгового угара фанатов может быть расширен до сотен или даже десятков миллионов раз.

Толпа участников марша разразилась радостными возгласами, когда услышала радиопередачу о запугивании Польши войной.

Глядя на этих людей, Янник даже почувствовал себя немного недоверчивым. Прошло всего двадцать лет после последней поистине ужасной и трагической войны, а теперь они так яростно возбуждаются при звуках следующей войны, которая, очевидно, будет более кравопролитной и страшной чем прошлая. Было ли это следствием многолетнего промывания мозгов Геббельсом, или эти люди родились с геном воинственности?

Ведь в древние времена тевтоны жили на засушливом севере Германии, в великих девственных лесах, где холодный климат и бесплодная земля сделали их самыми сильными людьми и самыми амбициозными, полными решимости завоевать регионы, более богатые, чем они сами. Таким образом, «воинственность» стала одним из варварских качеств тевтонов. Оно не только не исчезло, но и усилилось.

Но его не интересовало глубокое изучение этого вопроса, его сейчас волновала великая война, которая вот-вот должна была разразиться.

…

На Даунинг-стрит, 10, премьер-министр Чемберлен, который только что поднял свою чашку с чаем, упала на пол. Несколько капель горячего чая попали ему на шею, но он не отреагировал, тупо уставившись на радиоприемник в углу.

Что это немецкое отродье только что сказало?

Война?!

Черт!

Отшвырнув покатившуюся к ногам чайную чашку, Чемберлен в бешенстве поднял телефонную трубку и связался с британским посольством в Германии.

Он чуть не разбил телефон в руке, когда узнал от посла подробности «кровавой бойни в селе Орле».

Неужели поляки сошли с ума? Они пограничники или бандиты? Даже самая варварская страна не могла бы совершить такой отчаянный поступок, не так ли? Неудивительно, что немцы так разгневаны, вплоть до угрозы войны!

Развитие Германии за последние несколько лет превзошло ожидания Великобритании, и она вновь стала европейской великой державой, как в экономическом плане, так и в плане вооружений. После аннексии чешской военной промышленности двумя годами ранее, Германия больше не была побежденной страной, которую все унижали десять лет назад!

И вот, немцы в самом разгаре и хотят кому-то врезать, а эти чертовы поляки делают такое безумство?

Премьер-министр подсознательно посмотрел на часы, было немного за восемь утра, речь наследного принца была в девять часов по немецкому времени, почему было дано только 20 часов? Может ли быть так, что Германия готова к войне и нападет завтра в пять часов утра?

Это было бы абсурдом, Германия прекрасно знала, что Великобритания и Франция подписали договор о взаимопомощи с Польшей, и что объявление войны Польше было бы равнозначно объявлению войны Великобритании и Франции.

Но что будет делать Германия, если Польша утром не выдаст организатора этого зверства?

Пока он сидел в самолете, летящем в Париж, в голове Чемберлена мелькали вопросы, которые не давали ему покоя. После полудневного обсуждения с собственными сотрудниками он был готов отправиться во Францию и встретиться с французским премьер-министром, чтобы обсудить этот вопрос.

Так или иначе, он должен был остановить эти распри, если нет, то это вполне может стать спусковым крючком для Второй мировой войны!

Премьер-министр Франции Даладье также был встревожен и вместо того, чтобы ждать Чемберлена в резиденции премьер-министра, он отправился прямо в аэропорт. Как только Чемберлен вышел из самолета, двое мужчин провели короткую беседу в аэропорту, а затем на самолете вылетели прямо в Германию.

Бедный премьер-министр, которому уже исполнился 71 год, так и не отдохнул в самолете, а до Берлина добирался почти два часа.

Ему пришлось вытаскивать свое тело из самолета, как будто оно вот-вот развалится на части.

Поскольку они прибыли в такой спешке, у немецкой стороны не было времени на организацию какой-либо церемонии встречи, единственными людьми, встречавшими их в аэропорту, были министр иностранных дел Германии Риббентроп и несколько его людей, что делало сцену очень убогой.

Но Чемберлену и Даладье сейчас было не до помпезности и обстоятельств, поэтому они сели в приветственный автомобиль и направились в Берлинский дворец.

Было уже почти десять часов вечера, улицы Берлина все еще были ярко освещены, а толпы марширующих не расходились, а спокойно сидели на обочине дороги, каждый без исключения держал в руке белый цветок. Время от времени можно было видеть солдат в форме немецкой преторианской гвардии, раздававших воду и еду этим людям.

Весь Берлин был окутан торжественной атмосферой, словно это была та же сцена, что и перед началом Первой мировой войны. Войны, которая погрузила всю Европу в хаос. Канцлер Даладье, не выдержав гнетущей атмосферы, спросил: «Господин министр Риббентроп, ваша страна ведь не думает объявлять войну Польше?».

Риббентроп слабо улыбнулся: «Ваше превосходительство, премьер-министр Даладье, я отвечаю только за прием и не знаю о резолюции высокого уровня. Было бы лучше, если бы вы оба напрямую спросили нашего наследного принца об этом».

«…». — Даладье слегка нахмурился.

К счастью, конвой быстро прибыл во дворец, и они встретились с человеком, которого хотели видеть: «Ваше превосходительство кронпринц Янник, я рад вас видеть».

Янник выглядел воодушевленным: «Его превосходительство премьер-министр Даладье, его превосходительство премьер-министр Чемберлен, приветствую вас обоих в Германии. Мне искренне жаль, что не встречал вас в аэропорту. Я был слишком занят сегодня».

Чемберлен не хотел сейчас тратить время на такие утомительные любезности и сразу перешел к делу: «Ваше превосходительство Янник, мы проделали весь этот путь, потому что не хотим, чтобы в Европе вновь разгорелась война. Я надеюсь, что ваше превосходительство Янник успокоится, и даже если возникнут какие-либо разногласия, мы все должны уладить это за столом переговоров».

«Успокоиться?». — Янник посмотрел в сторону имперского министра иностранных дел с невинным выражением лица: «Господин Риббентроп, я теперь похож на сумасшедшего?».

Имперский министр иностранных дел отрицательно покочал головой: «Здравомыслие Вашего Высочества всегда было непревзойденным».

Янник улыбнулся и посмотрел на камергера: «Видите ли, премьер-министр Чемберлен, я не то чтобы импульсивный, так что с чего вы начинаете говорить мне, чтобы я успокоился? Но раз уж вы упомянули о переговорах, то я хотел бы услышать предложение вашего превосходительства».

«Данцигский коридор, мы можем заставить Польшу вернуться вам Данцигский коридор». — Чемберлен без колебаний предал своего союзника.

Имперский Министр иностранных дел рядом с ним в душе смеялся… Его Высочество снова угадал, все та же бесхребетная политика умиротворения! Польшу тоже очень жалко, жаль, что в это время не было польского представителя. Какова будет реакция? Упадет ли он в обморок от гнева? Или он стал бы сражаться с Чемберленом до смерти?

У британцев и французов не было другого выбора, кроме как обменять Данцигский коридор на мир в Европе.

После Первой мировой войны Польша была восстановлена. Поляки считали, что если новая независимая Польша не будет иметь береговой линии, простирающейся до Балтийского моря, то она окажется в экономической и даже политической зависимости от Германии. Поляки предложили назвать полосу земли шириной около 80 километров вдоль западного берега нижнего течения Вислы между Восточной и Западной Пруссией, бывшей немецкой территорией, «Польским коридором» как выход Польши к Балтийскому морю, а Данциг, морской порт вблизи устья реки, — «Свободным городом Данциг». Польское предложение было поддержано британцами.

Таким образом, польское предложение, которое поддержали Великобритания и Франция, было разделено на две части, с Восточной Пруссией, отделенной от остальной территории Германии. Большинство жителей Данцига были немцами, но Лига Наций без проведения референдума превратила порт в свободный город Данциг под защитой Польши.

Польша была похожа на клоуна, прыгая вверх и вниз больше всех остальных во время своей временной силы, отказываясь выплюнуть кусок территории как от Германии, так и от России, словно говоря «я не боюсь вас двоих!». В итоге она превратилась в страну, которую Германия и Советский Союз совместно расчленили и практический стёрли с лица земли.

Трагедия Польши заключается в том, что их политическим лидерам не хватает видения, они часто принимают неправильную сторону и делают то, что им не по силам. Быть на неправильной стороне один раз — оправданно, но быть на неправильной стороне каждый раз — уже безумство.

Посмотрев на двух национальных лидеров с ожидающими глазами, Янник медленно покачал головой и сказал с безошибочной решимостью: «Данцигский коридор изначально был территорией Германии, и пытаться использовать его для разрядки этой бойни — просто абсурд».

Даладье спросил: «Тогда, пожалуйста, представьте требования вашей стороны и посмотрим, сможем ли мы их обсудить».

Янник поднял руку и показал в окно: «Вы двое должны были видеть это по дороге сюда. Народ Империи сейчас находится в состоянии полной ярости. Чтобы подавить этот гнев, поляки должны проявить достаточно доброй воли. Мы не дураки, как мы можем верить, что у нескольких солдат хватит смелости пересечь границу без разрешения и убить людей? За ними должен стоять кто-то более великий. Мы просто хотим раскрыть этого организатора и привлечь его к ответственности».

Вывести на чистую воду человека за занавесом? Намек на дурные предчувствия закрался в сознание обоих мужчин. Может быть, он собирался убить какой-нибудь польского военного командира? Но тут Янник неторопливо достал лист бумаги и протянул его им: «Вот подозреваемые, и если польское правительство сможет отправить их в Германию для суда, то мы также будем верить в искренность Польши, и этого кризиса, безусловно, можно избежать».

«…». — Взяв тонкий лист бумаги, после одного взгляда Чемберлен чуть не выплюнул полный рот крови в гневе.

На первой строчке бумаги было написано президент Польши Мошижицкий, главнокомандующий польскими вооруженными силами Риц Смигли, а под ним было написано большое количество имен средних и высших чинов политического и военного мира.

Даладье наблюдал, как дрожит рука Чемберлена, когда он держал бумагу, и очень боялся, что тот просто потеряет сознание от гнева, и поспешно вырвал бумагу из его руки: «Ваше превосходительство Янник, вы ведь шутите?». — Чтобы высший руководитель страны отправился в другую страну для допроса? Это была большая шутка. Тот, кто смог придумать такую абсурдную идею, можно сказать, беспрецедентен, верно? «Вы приняли решение о войне с Польшей?».

В ответ на «глупости» Янника Даладье гневно сказал: «Вы намерены вступить в войну с Польшей? Разве вы не знаете, что мы заключили союз с Британской империей?».

«О? Так ли это? Тогда я могу только праздновать счастливый медовый месяц между вашими двумя странами». — Он, конечно, знал, что в марте этого года Англия и Франция взяли на себя обязательство помогать друг другу в случае вторжения путем обмена нотами. Обе стороны также заявили о готовности предоставить Бельгии и Голландии гарантии в случае их вторжения.

Видя, что Янник смотрит на него с выражением полного пренебрежения, Даладье открыл рот и продолжил вполголоса: «Тогда вы также должны знать, что Польша имеет договоры о взаимопомощи с обеими нашими странами?».

В конце марта Лондон посетил министр иностранных дел Польши Бейкер, после чего британское правительство заявило, что «в случае военных действий, которые явно угрожают независимости Польши, и которые польское правительство считает необходимым для выживания страны оказать сопротивление в целом, правительство Его Величества считает, что Польше должна быть оказана немедленная и безоговорочная поддержка», и был подписан долгосрочный договор.

А в мае следующего года было официально подписано польско-французское военное соглашение, в котором декларировалось, что если Германия нападет на Польшу, то Франция нападет на Германию через пятнадцать дней после всеобщей национальной мобилизации: «А это значит, что как только ваша страна вступит в войну с Польшей, это будет равносильно объявлению войны нам во Франции и Британской Империи!».

Янник презрительно скривился: «Его превосходительство премьер-министр Даладье похоже перепутал что-то, это не мы сейчас идем на войну, это Польша издевается над нашими людьми. Мы просто преподадим им урок. А если вы…». — Как раз в этот момент раздался тихий стук в дверь, и Энни, протиснувшись внутрь, встала рядом с Янником, чтобы доложить: «Ваше высочество, поляки ответили на наше предупреждение, они говорят, что все это был заговор с целью оклеветать Польшу. У Польши достаточно сил, чтобы стереть Германию с лица земли за три дня, если мы не извинимся».

Какого черта эти придурки делают?!

Это же слово пришло в голову не только министру иностранных дел Рейха, но и канцлеру Франции и премьер-министру Великобритании. Эти парни совсем сумасшедшие? Уничтожить Германию за три дня? Даже он не осмелится произнести такие громкие и высокомерные слова! Как им удалось заполучить такого глупого товарища по команде!

Янник, однако, вместо того, чтобы рассердиться, рассмеялся: «Похоже, мы были правы, предполагая, что это действительно был давно спланированный заговор. Польша не может дождаться этой битвы. В этом случае лучше сделать так, как они хотят. Извините, похоже, что на этот раз вы совершили путешествие зря».

Чемберлен сделал глубокий вдох и произнес слово за словом сквозь стиснутые зубы: «Ваше превосходительство Янник, ваше объявление войны Польше — это то же самое, что объявление войны Британии с Францией. Разве вы не боитесь нас, Англию и Францию?! Его Величество Вильгельм II не одобрил бы твоего безрассудства!». — Этот Вильгельм II действительно стар и глуп, не так ли? Зачем он передал страну этому сопляку, которому нет и тридцати лет. Сейчас, напротив, этот парень явно относится к войне, как к игре. Как он может понять жестокость войны, если во время последней войны он был чёртовым младенцем?!

«О? Значит, лорд Чемберлен поддерживает действия Польши? Похоже, что ваша страна приняла решение помогать нашему врагу? Так вы теперь официально объявляете нам войну?». — Даже если бы война была объявлена сейчас, Польша была бы уничтожена к тому времени, когда Британия и Франция собрали бы свои армии. Но не стоит забывать, что к востоку от Германии находится огромный красный зверь. Ему сообщили, что Советский Союз тайно отправляет войска к советско-польской границе. Даже если они не сделают этого сейчас, посмотрим, сможет ли Сталин сдержаться, когда немецкая армия продвинется в центральную Польшу.

Объявление войны есть объявление войны!

Как Британская империя может бояться такой побежденной страны, как вы? Поскольку мы смогли победить вас в прошлый раз, то и в этот раз будет то же самое.

Как раз в тот момент, когда Чемберлен собирался произнести эти два слова, его оттащил Даладье.

Даже если мы хотим объявить войну, мы должны сделать это после возвращения в свои страны! Если он объявит войну здесь, сможет ли он вернуться? Он не хотел быть помещенным в лагерь для военнопленных прямо сейчас и превратиться в самого жалкого руководителя страны в истории.

Поскольку продолжать разговор было бессмысленно, двое мужчин приготовились уходить: «Ваше превосходительство Янник, мы во Франции всегда были привержены мирному развитию европейского континента. Если мы любим мир, это не значит, что мы боимся войны!».

Выслушав предупреждение премьер-министра Даладье перед отъездом, Янник презрительно скривился. Вы любите мир во Франции? Как ты смеешь говорить такие вещи. Разве не вы, Франция, так стремились развалить Германию после войны и устраивали ей разнос на каждом шагу? Когда через несколько месяцев мы захватим Францию, вы будете приговорены к повешению за развязывание войны.

Не зная, что Янник приговорил его к смерти, премьер-министр Даладье поспешил в аэропорт и сел на самолет. Только когда самолет взлетел, он вздохнул с облегчением. Казалось, что Янник все еще сохранил здравый смысл и не посадил себя под домашний арест вместе с премьер-министром Чемберленом.

На самом деле, эта самовнушенная паранойя французского премьер-министра была просто излишней. Если бы приехали Черчилль и де Голль, Янник действительно мог бы бросить этих двух людей в лагерь для военнопленных. А с этими двумя стариками (Даладье считался человеком средних лет) Янник действительно не был в настроении тратить на них свое время.

«Господин премьер-министр, что нам теперь делать?». — В самолете Даладье горестно вздохнул и спросил у сидящего напротив камергера. Действительно ли Европа собиралась пережить еще одну войну? Во время последней войны Франция мобилизовала несколько миллионов солдат при населении менее сорока миллионов, убила в боях более миллиона солдат и понесла несколько миллионов потерь. Северная часть Франции была превращена в руины в результате войны.

Сколько еще молодых взрослых потеряет Франция на этот раз? Миллион или два миллиона? От одной мысли об этом становится холодно.

Всю дорогу из Берлинского дворца Чемберлен молчал, снова и снова размышляя о том, что он делал все эти годы. Ради так называемого мира он сам шаг за шагом отступал назад, даже при подписании соглашения о Мюнхенской конференции он думал, что принес Британии полвека мира.

Но теперь казалось, что его собственная отсталость не сделала Германию благодарной, а воспитала их как стаю белоглазых волков. Теперь, когда цепи на их шеях сняты, они поворачиваются назад, чтобы укусить своих хозяев. Не является ли это повторением басни Эзопа о фермере и змее?

Это вызывает у него угрызения совести.

Теперь, услышав вопрос премьер-министра Даладье, он вздохнул: «Господин премьер-министр, пожалуйста, немедленно свяжитесь с французским посольством в Китае и попросите вашего посла поспешить к Вильгельму II. Единственный, кто сейчас может остановить эту войну — Вильгельм II».

«Точно, точно». — Канцлера Даладье осенило, что хотя Вильгельм II уже несколько лет как отошел от политики, он все еще является императором Германии. Раз уж он был против войны, уверен, что Янник не стал бы упираться, верно?

Пока Англия и Франция были заняты контактами с Вильгельмом II, часы в Германии уже показывали четыре часа.

Когда часы пробили четыре часа утра, на секретном немецком аэродроме в 50 километрах от границы раздалась сирена.

Со звуком сирены первоначально безмолвный аэродром мгновенно ожил. Наземная команда и пилоты обычно спали в одежде, но когда звучала сирена, они вставали, собирали свои постельные принадлежности и как можно быстрее бежали в столовую.

Повара вставали еще раньше, чем они, и к этому времени в столовой уже была готова горячая еда.

Говорят, что лучшие повара в раю — французы, а лучшие повара в аду — немцы. Это преувеличение, но оно в некоторой степени отражает тот факт, что немцы не умеют готовить.

Вольф выбрал две мясные булочки размером с кулак, взял чашку просяной похлебки, затем нашел свободное место и сел, чтобы поесть.

«Эй, Вольф, как ты думаешь, эти поляки выдадут убийц?». — Хороший друг Вулфа Шмидт спросил невнятным голосом, сидя на заднице напротив него и обгладывая куриную ножку в своей руке.

Вольф одним глотком выпил полчашки пшенной каши и взял булочку: «Лучше бы они этого не делали, тогда мы сможем проучить этих проклятых ублюдков!». — Он сказал это так, словно сжимал поляка в руке и сильно надкусил.

«Пришло время заставить их заплатить кровью!». — Шмидт с глубоким чувством кивнул: «И я не знаю, когда наступит время быть асом. Как ты думаешь, кто-нибудь когда-нибудь попадет в Имперский военный музей? Для этого нужно сто убийств, а в прошлый раз Красный Барон сбил только 84». — Подобно системе очков для снайперов, пилот, сбивший 100 и более самолетов противника в истребительном подразделении, получает восковую фигуру эквивалентного масштаба, установленную в Имперском военном музее, с подробным описанием его подвигов для потомков.

«Это не невозможно, посмотри, какой из типов польских самолетов может сравниться с нашими истребителями?».

Шмидт не мог не вздохнуть: «Их модели самолетов паршивые, но и их количество невелико. Сколько самолетов может собрать их страна? И посмотрите на нас, только на этой базе 100 бойцов, плюс другие базы, сколько мы можем разделить в среднем».

Вольф, однако, так не считал: «Это зависит от удачи каждого. Если тебе не повезет, ты можете даже не коснёшся ни одного врага».

После еды группа собралась в конференц-зале, чтобы услышать о боевом задании: «На этот раз мы взлетим в 4:40 и пролетим в десяти километрах от границы, чтобы дождаться последних распоряжений. Если это план А, то это крейсерская миссия, если это план Б, то нам придется перелететь через границу и атаковать Польшу ровно в 5:00. Ваша первая задача — обеспечить контроль над воздушным пространством и сбивать все польские самолеты, которые осмелятся взлететь. Вы также можете использовать бомба для наземных атак, если нет вражеских самолетов, но не опускайтесь слишком низко, в конце концов, ваши истребители не похожи на летающие танки армейского авиакорпуса, вы должны следить за наземной зенитной артиллерией».

Неподалеку от этого конференц-зала ВВС те же приказы отдавались в конференц-зале армейского авиационного корпуса: «Ваша первая задача — уничтожить вражеские аэродромы и вывести из строя как можно больше вражеских самолетов на земле. После того, как все аэродромы будут ликвидированы, следующими целями станут польские войска, арсеналы, железные дороги, дороги и мосты…».

В то время как различные авиационные подразделения распределяли свои приказы более чем в 20 километрах от линии границы, Гудериан смотрел на карту во временном командовании 3-й танковой дивизии. Рядом с ним стоял с подавленным видом командир 3-й бронетанковой дивизии Лео Гейл Фон Швепенбург.

Причина его депрессии заключалась в том, что его высший командир Гудериан, который должен был находиться в тылу и командовать всей ситуацией, пришел в его временный штаб и сказал, что он собирается двигаться с 3-й танковой дивизией. Это оставило его, командира дивизии, безропотно передать командование Гудериану и самому стать праздным человеком.

Пока он ломал голову над тем, как убедить Гудериана вернуться в военный штаб, Гудериан думал о «блицкриге» и «теории операций большой глубины», которым Его Императорское Высочество учил его на протяжении многих лет.

Теперь пришло время практиковать эту теорию, Третья бронетанковая дивизия как острый нож всей группы армий, успех или неудача битвы зависит от игры Третьей бронетанковой дивизии. Он мог сидеть спокойно, но он хотел лично прийти, чтобы видеть эффективность блицкрига.

Он посмотрел на часы, было уже 4:40: «Прикажите всей армии выдвинуться к границе».

Командир дивизии Швепенбург не мог не уставиться на него в удивлений: «Но главнокомандующий еще не отдал окончательного приказа».

Гудериан улыбнулся: «Не волнуйтесь, к тому времени, когда мы доберемся до границы, там тоже должны быть приказы».

Командир дивизии Швеппенберг мог только подчиниться приказу и отдал приказ всей дивизии выдвигаться.

Стрелки на часах медленно указывали на пять часов, когда немецкие наземные и воздушные силы в большом количестве маршировали к линии границы.

А в это время жители Берлина, простоявшие всю ночь, собрались вокруг Берлинского дворца и молча ждали.

В 1914 году кайзер Вильгельм II произнес свою знаменитую военную речь с балкона дворца, и Германия была охвачена безумием.

Двадцать четыре года спустя, когда Янник ступил сюда, толпа на улице превзошла даже тот год.

Вдалеке, перед окном отеля, на балконе стоял молодой человек с фотоаппаратом в руке и нажимал на затвор, глядя на плотную толпу на улице. Когда он сделал снимок, он воскликнул: «Что за зрелище, посмотрите, даже если высшее немецкое командование не хочет вступать в войну, народ заставит их вступить в бой».

В комнате был еще один мужчина средних лет в очках, сидевший за письменным столом и яростно писавший что-то: «Есть поговорка, что «стрела должна быть выпущена по тетиве, но независимо от того, выпущена эта стрела сегодня или нет, последствия немыслимы». — Если Германия нападёт на Польшу, это будет равносильно объявлению войны Англии и Франции, и тогда в Европе начнётся еще одна большая война.

Молодой человек сказал, несколько озадаченный: «Как это немыслимо? Вы говорите о Великобритании и Франции? Но теперь весь мир знает, что Германия — жертва, осмелятся ли Британия и Франция рисковать миром, чтобы продолжать поддерживать Польшу?».

«Ты слишком молод, чтобы понять, что такое грязная политика». — Мужчина средних лет закончил говорить и передал молодому человеку два листа бумаги, которые он бережно расправил: «Быстрее, отправь это главному редактору, будешь медлить — снова получишь от него злую ругань».

«Этот парень только и умеет, что кричать на других, босс должен выгнать его на улицу и посмотреть, какой хороший материал он сможет найти». — Молодой человек с ворчанием взял бумагу и подошел к передатчику. В этот момент радиоприемник на столе вдруг издал режущий звук электричества: «Сейчас начнется».

Мужчина средних лет поспешно достал новый лист бумаги и положил его перед собой, пристально глядя на радио. Рука молодого человека, возившаяся за передатчик, остановилась, и он пристально смотрел на радио.

«Сегодня мы стоим здесь! Стоим на земле немцев! Стоим в Берлине, на земле, которую наши предки храбро защищали проливая свою кровь! Передо мной стоит народ, народ, стонущий в унижении!

После последней великой войны гордость нашей нации исчезла! Достоинство самой благородной нации на европейском континенте было растоптано!

Так называемые победители, подлые политики, явно обманули весь немецкий народ. Они обманули нас риторикой, заманили нас обещаниями, которые они никогда не выполняют, а затем сели нам на шею. Они разделили наши земли, лишили нас собственности и попирают наше достоинство по своему усмотрению!

Еще более возмутительно то, что только вчера безоружные гражданские лица были зверски убиты кучкой сумасшедших на собственной земле немецкого народа». — Говоря об этом, Янник не мог сдержать слез, которые навернулись ему на глаза.

И те, кто собрался перед радиоприемником и вокруг громкоговорителя, действительно могли слышать сдавленные рыдания Его Королевского Высочества. Волна печали и гнева распространилась от сердец людей, а затем последовало оглушительное «Да здравствует Его Высочество!». «Да здравствует Германия!» «Месть!» «Война!». Звук пронесся сквозь облака всей Германии.

В толпе не было недостатка в иностранных журналистах, которые сначала были шокированы тем, что фактический правитель Рейха должен кричать по радио о смерти нескольких гражданских лиц. Но реакция окружающих их людей сразу после этого действительно поразила их.

Безумие!

Всем иностранным журналистам пришло в голову одно и тоже слово, чтобы описать толпу вокруг них.

А неподалеку от Янника, слегка дрожа от возбуждения, стоял Геббельс и фанатично смотрел на спину Янника, словно на верховного бога, с безумием и преданностью в глазах.

Янник, который мог легко контролировать свои эмоции, продолжил свою страстную речь: «Когда другие издеваются над нами, и даже самый слабый народ приходит, чтобы убить наших граждан, мы будем требовать мести! Мы не будем выражать своё возмущение жалкими протестами! Те кто делают такое, ничтожны! Мы должны заставить наших врагов дрожать от оглушительного грохота наших пушек! Мы должны сокрушить их достоинство, отнять их жизни и показать им, что мы не кучка трусов, которые умеют только протестовать!».

«Я горжусь тем, что нахожусь среди вас, людей которые желают достойно ответить врагу. Среди вас мало трусливых людей! Передо мной легион, хранящий непоколебимую кровь тысячелетий! Эта кровь, которая когда-то текла в жилах наших предков, которые не сдавались! Теперь они булькают и бегают в наших телах, и что же они говорят нам?!».

«Война!!!». — Раздался еще один залп эха.

«Если этот день когда-нибудь настанет, я, Янник Вильгельм фон Гогенцоллерн, буду в первых рядах со знаменем, принадлежащим нашей Германии! Даже если я погибну в бою, я войду в рай с улыбкой на лице! Я встречусь с этими славными предками Германии и смогу подойти к Великому Фридриху с высоко поднятой головой и с гордостью сказать ему, что я, ваш внук, не посрамил вас, что я пролил последнюю каплю крови за Германию!».

«Мы боремся за свободу! Мы не машины, не скот и не лошади, мы — люди! Мы — немцы, которые никогда не сдавались!».

«Мы объединяемся во имя свободы! Мы боремся за новый и справедливый мир! Мы боремся за рабочие места для всех! Борьба за наше достоинство! Боритесь за наши обещания!».

«Тевтоны, мы сражаемся во славу наших предков! Чтобы наши дети и внуки могли с гордостью заявить: «Мы — германский народ, который никогда не сдавался!».

«Вчера я дал польскому правительству 20 часов, но они не только отказались признать свои подлые преступления, но и сделали громкое заявление о том, что смогут за три дня уничтожить Германию. Поскольку они так жаждут войны, давайте дадим им войну у их дверей. Поскольку они все еще живут в прекрасной мечте о своей "сильной нации", давайте разбудим их с помощью наших стальных орудий, наших пушек, наших бомб и покажем им, кто действительно силен и кто является непреклонным народом!».

«Я заявляю, что Германия официально объявила войну Польше!!!».

Оглушительные возгласы поднялись по всему городу.

«Началась война!». — Как раз когда слова Янника упали, Рундштедт в военной комнате поднял трубку телефона и отдал приказ об атаке: «План Б активирован! Полная лобовая атака!».

«План Б активирован! Полная лобовая атака!».

Группы истребителей, уже парящие в небе, и группы бомбардировщиков не могли дождаться, когда они полетят в сторону польской территории, а наземные бронетанковые части также увеличили скорость и с грохотом устремились к границе врага.

«Начать войну!».

Когда менее чем через минуту этот приказ достиг линии фронта, различные пушки, которые уже давно были готовы к стрельбе, выпустили свои снаряды в цель, обозначенную несколько дней назад.

«Бум!».

«Бум!».

«Бум!».

Первой загрохотала 152-мм гаубица. Несколько немецких артиллеристов, заткнув уши, наблюдали за ослепительным пламенем, вырывающимся из дула орудия, а когда снаряды были выпущены, они начали очищать патронник и заряжать снаряды с помощью простых рычажных механизмов, затем наводчик закрыл затвор и снова выстрелил, и с ревом еще один снаряд полетел в цель.

Хотя Янник был убежден, что «калибр — это справедливость, а дальность — истина», ситуация в Германии не позволяла ему тратить впустую даже один килограмм стали. Немецкая армия была хороша в блицкриге и нуждалась в артиллерийских частях, которые могли бы не отставать от панцеров. Невозможно было построить эти большие машины с большими калибрами и тяжелым тоннажем, которые не могли хорошо двигаться.

Поэтому он разработал советскую гаубицу М-1943, которая немного уступала своему аналогу по дальности стрельбы, но превосходила его по легкости. Гаубица весил чуть меньше трех тонн, поэтому штатный расчёт из семи человек и базового снаряжения было более чем достаточно. Это сделало гаубицу достаточно хорошей, чтобы идти вместе с бронетанковым подразделением практически без отставания .

Наиболее известной является реактивная система залпового огня «Дикобраз». (Янник намерен продолжить называть все оружия именами животных).

122-мм РСЗО «Дикобраз» была установлена на шасси грузовика , и солдаты вбивали клинья в блокируя передние и задние шины грузовика, чтобы удержать машину на месте. Гидравлические опоры на машинах также медленно опускались, удерживая кузова этих специальных грузовиков в устойчивом положении. Железные пластины, висевшие над лобовыми стеклами машин, были опущены, плотно закрыв лобовые стекла машин, а также другие окна.

Солдаты откинули полотно закрытую пластину в задней части машины, чтобы показать три ряда стальных труб, по 12 в каждом ряду. Вместо советских «Катюш», использовавших стальную рельсовую схему стрельбы, применялись тонкостенные трубчатые ориентаторы толщиной 2,2 мм со спиральными направляющими канавками. 36 ориентаторов собирались в пучки с продольными и поперечными натяжными лентами через квадратные опоры спереди и сзади; использовались универсальные опорно-поворотные диски коробчатой формы.

Командир батальона, который стоял рядом с командной машиной, когда подготовка была завершена, отдал приказ открыть огонь. «Огонь!»

«Бах-Бах-Бах!».

В отличие от оглушительного громкого звука при выстреле из пушки, ракетная установка не производила такого шума при выстреле, и звук был негромким. Только пламя из хвоста ракеты вздымало пыль на земле неподалеку, и смешивалось с дымом от горения, в результате чего вся позиция запуска ракеты мгновенно погружалась в густой туман из дыма и грязи.

Без воздушного контроля дым был откровенным посланием врагу: «Я здесь, придите и убей меня!». Вся позиция для ракетного обстрела представляла собой настоящую «живую мишень», не имеющую никакой живучести.

Однако, ракетный батальон, выпускающий одновременно 648 ракет в район цели, полностью отвечает тактическим требованиям по созданию высокой плотности огня за короткий промежуток времени. Он мог нанести сокрушительный удар по противнику за короткий промежуток времени, эффективно выполняя задачу подавления и уничтожения. Такое оружие, позволявшее одному артиллерийскому батальону всего за 25 секунд передать огневую мощь трех или даже четырех артиллерийских дивизионов, они также очень нравилось солдатам, и военное руководство надеялось оснастить больше такого рода техники.

Янник не хотел оснащать большее количество этого оружия, предпочтительно один или два батальона на дивизию.

Просто надо учесть , что на средства одного батальона можно было построить два с половиной корпуса танков «Шакал». Даже если бы он был богат и могущественен, он не мог бы позволить себе такую роскошь, он мог только медленно наращивать производство.

Командир батальона реактивной артиллерии забрался на крышу командной машины и смотрел, как ракета устремилась вдаль, не в силах остановить свой рот от восклицания: «Это впечатляет!»

Он не знал, что эта захватывающая сцена будет еще более великолепной, если смотреть на нее с воздуха.

В то время как Вольф и Шмидт, которые в этот момент как раз пролетали над позицией ракетной установки, наблюдали великолепную сцену внизу.

Вольф вызвал по радио Шмидта, который летел вровень с ним: «Эй, Шмидт, посмотри вниз!»

Шмидт кивнул в ответ: «Я вижу это, это чертовски впечатляюще!»

Если бы была только одна, то можно было бы увидеть лишь изящную дугу, но сейчас их были сотни, одна за другой они летели по небу, а выхлопной дым от двигателей оставался отчетливо виден в воздухе, такое множество ракет, как пиявки, проносились по небу. Невозможно не вспомнить сцены великих битв, когда мимо пролетали бесчисленные ракеты!

…

«Начать войну!»

Чемберлен, который мотался туда-сюда между Лондоном — Парижем — Берлином и устал до рвоты кровью, услышал голос по радио в самолете, возвращавшемся домой.

И без того физически и психически истощенный Чемберлен теперь был еще более разъярен, дрожал и яростно кашлял, взял стакан воды, протянутый его секретарем, и только собирался сделать глоток, но он на самом деле выплюнул большую лужу черной крови, его лицо выглядело более чем на десять лет старше.

Это так напугало секретаря, что он не обратил внимания на стакан с водой, который упал на пол, и поспешил на помощь дрожащему Чемберлену: «Его превосходительство премьер-министр, его превосходительство премьер-министр, вы в порядке?». — Нынешний самолет не был «Air Force One» со всем медицинским оборудованием последних дней, не говоря уже о штатном враче, здесь не было даже аптечки.

Чемберлен беспомощно покачал головой и выплюнул черную кровь. Хотя он был слаб, он чувствовал, что головная боль, которую он только что испытал, утихла.

Началась война!

Не так давно он сам поклялся перед всей страной гарантировать мир для Британской Империи, но то, что произошло сейчас, стало настоящей пощечиной для него.

Боюсь, что парламент уже ведет переговоры о импичменте!

…

«Начать войну»

Слушая твердый голос Янника, доносившейся по радио, Вильгельм II не мог не вздохнуть.

Леди Сьюзен, которая сидела рядом с ним и неторопливо вязала свитер, бросила на него непонимающий взгляд: «Что это была за реакция?».

Вильгельм II жестом указал на радио. «Разве ты не слышала, в Европе снова война».

Леди Сьюзен спросила: «Конечно, я слышала. Я спросила, что ты подразумеваешь под вздохом. Это не похоже ни на удивление, ни на огорчение, я слышу только легкое беспокойство».

Вильгельм II тупо рассмеялся и серьезно задумался, прежде чем ответить: «Возможно, я даже нахожусь в предвкушении».

Леди Сьюзен протянула руку и крепко взяла правую руку Вильгельма II в свою, прошептав: «Пусть твои внук сражаются, раз он так хочет, ты всю жизнь был занят своей страной, пора тебе отдохнуть».

Принц Оскар, который организовывал свой рюкзак, вторил ей: «Правильно, папа. Я вижу, что он вполне способный, и вам не стоит об этом беспокоиться».

«…». — слегка нахмурился Вильгельм II, с некоторым недовольством глядя на своего бессердечного сына: «Куда ты собираешься забрести на этот раз?».

«На этот раз я собираюсь отправиться в Шангри-Ла».

Поляки не были дураками, и они уже узнали о необычных советско-германских перемещениях из Британии и Франции. По этой причине польский главнокомандующий направил крупные армии на восточную и западную пограничные линии. Но не понятно, считали ли они, что с Германией легче справиться, или думали, что Советский Союз не решится легко напасть, но они разместили полмиллиона войск на польско-советской границе и миллион на польско-германской границе, а также составили индивидуальный план борьбы с Германией под кодовым названием «План Запад».

План состоял в том, что если Германия нападет на Польшу, то польская армия будет сдерживать немцев в боях на границе, где у них были подготовлены позиции . Пока немцев будут сдерживать , другая часть польской арми атакует на север и захватит немецкую Восточную Пруссию, чтобы устранить северную угрозу, займет оборонительную позицию на западной и юго-западной границах, чтобы остановить немецкую атаку, и будет ждать атаки британцев и французов на западном фронте, чтобы разгромить Германию в атаке с востока на запад.

(Осторожно, тот план которой здесь описан ,не соответствует "План запад" 1939 г . Совет ,ознакомиться с планом отдельно, если интересно :)

Для этого польская армия мобилизовала 40 дивизий и 22 бригады, 870 легких танков, 824 самолета и 4 300 орудий. Было сформировано семь армейских групп — Поморье, Модлин, Познань, Лодзь, Краков, Карпаты и Нарев — две группы были развернуты вдоль северной границы, четыре группы — вдоль западной и юго-западной границ, и одна группа была развернута в резерве к востоку от Вислы.

Польский фельдмаршал Эдвард Рыдз-Смиглы также был уверен в этом плане. Этот Маршал номинально был маршалом, но фактически являлся фактическим диктатором Польши.

Его даже не волновало вчерашнее запугивание немцев войной, он просто думал, что они блефуют. Если бы Германия решилась напасть, Польша могла бы объединиться с Британией и Францией, чтобы зажать Германию в клещи и легко ее разгромить.

К сожалению, он расположил свои основные силы в миллион человек в одну укреп-линию, без какой-либо оборонительной толщины и дополнительных запасных линий и просто дал бой немецкому блицкригу .

Через несколько минут после атаки, польское главное командование было в хаосе . Все командиры групп, дислоцированных на польско-германской границе, в один голос сообщали: они подвергаются сильному обстрелу со стороны немцев!

Только несколько младших штабных офицеров были на посту в Главном командовании, а остальные, считавшие, что немцы блефуют, ушли с работы в обычное время, решив не ждать времени о котором заявил немецкий выскочка и теперь спали в своих теплых и удобных постелях.

Они могли связаться только с адъютантом его превосходительства фельдмаршала, который затем стучался в дверь опочивальни его превосходительства: «Маршал, его превосходительство маршал, немцы атакуют!».

После продолжительного стука дверь открыла знойная женщина, затянутая в полупрозрачную ночную рубашку. Она была явно на взводе, сурово посмотрела на адъютанта, нарушившего ее сон, и сказала с раздражением: «Что за шум? Тут люди пытаются уснуть! Его превосходительство маршал сказал, что даже если бог спуститься с небес, он должен подождать пока он поспит».

Хотя он хотел ударить эту лисицу по лицу, адъютант мог только сказать тоненьким голосом с улыбкой на лице: «Пожалуйста, передайте его превосходительству маршалу, что немцы атакую…». — Прежде чем слова покинули его рот, дверь в комнату захлопнулась, оставив его в сердцах выругатся.

Но броситься и вытащить маршала из-под одеяла было невозможно, и он мог только сдерживать свой гнев и ждать на месте.

Прошло почти два часа, прежде чем дверь той комнаты снова открылась, и Его Превосходительство маршал, полностью одетый, вышел и спросил неторопливым голосом. «Я слышал, что Германия напала?».

Адъютант провел эти два часа так, как будто прошло два года: от тревоги до гнева, от гнева до беспомощности; теперь он был на грани: «Да».

Выражение лица его превосходительства маршала осталось неизменным: «Позвоните и сообщите президенту, премьер-министру, министру ВМФ, командующему ВВС и начальнику Генштаба, чтобы они встретились сегодня на полчаса раньше во дворце Бельведер».

На самом деле не стоило винить превосходительство фельдмаршала в том, что он был так спокоен. Пережив последнюю войну, его представление о войне было отсталым. Хотя точных данных не было, сколько войск могла иметь Германия? В конце концов, на Западном фронте все еще находились Британия и Франция, и Германия должна была оставить тяжелые войска для защиты от них.

Сотни тысяч немцев, атакующих миллион поляков, стоящих в стороне, — это, по его мнению, акт чистой смерти.

Конечно, этим немцам пришлось потратить несколько дней на артиллерийскую подготовку, прежде чем они пойдут в наступление . Хорошо то, что артиллерийская мощь продемонстрированная в последней войне была настолько впечатляющей, что почти все страны изучали, как сохранить жизнь своих солдат под подавляющим артиллерийским огнем. Польша, конечно же, не была исключением, построив ранее свои укрепления, немецкий обстрел не вызвал бы больших потерь.

Может быть, одна или две неудачные потери в каждой роте?

Может быть, на этот раз после отпора они смогут воспользоваться победой и захватить кусок Германии? Это значительно расширит территорию Польши, и об этом интересно думать!

«Бум!».

Как раз в тот момент, когда маршал погрузился в свои мечты, вдалеке раздался глухой гудящий звук, похожий на раскат грома .

«Это…». — Маршал и адъютант посмотрели друг на друга, конечно, они определили этот звук как взрыв бомбы!

Адъютант отреагировал первым: «В этом направлении, кажется, находится аэродром? Немцы хотят бомбить аэродром?».

Выражение лица маршала наконец изменилось: «Как это может быть? Где наши пилоты? Почему они не взлетели, чтобы сбивать вражеские самолеты?!».

Они не знали, что дело не в том, что польские истребители не взлетали, а в том, что аэродромы на фронте были разбомблены задолго до прибытия сюда группы бомбардировщиков немецких сухопутных ВВС, поэтому Варшавская авиационная бригада была приведена в боевую готовность, и 36 самолетов серии pzl поднялись в воздух, чтобы встретить врага.

Просто…

«Ха-ха, эти польские самолеты даже не могут нас догнать, продолжайте бомбить». — Глядя на польские истребители далеко позади себя, пилоты полка сухопутных бомбардировщиков возбужденно свистели.

Pzl.7 и Pzl.11 были продуктом конца 20-х и начала 30-х годов, без закрытых кабин и убирающихся шасси, с очень скромной мощностью двигателей. Хотя быстрый прогресс в авиационной технике привел к внедрению таких технологий, как убирающееся шасси, самолет P.11c долгое время не совершенствовался и в настоящее время сильно устарел.

Однако, благодаря своим «морским овальным крыльям» и относительно легкому фюзеляжу, P.11c был способен конкурировать с самыми современными немецкими BF109 на малых высотах, особенно когда BF109 выполняли эскортное задание — BF109 не могли использовать свою любимую тактику «бей беги», а должен был вступать в манёвренный бой . Именно поэтому BF109 так сильно пострадал в первоначальной истории и понес некоторые потери в начале польской кампании.

Но теперь эти истребители Pzl встретились с бомбардировщиком Mosquito, который был известен своей скоростью!

Это был скоростной бомбардировщик, у которого все очки мастерства были направлены на «скорость», и в погоне за предельной скоростью он отказался от защиты и принял полностью деревянную конструкцию (конечно, основные части все еще были сделаны из металла, такие как шасси, двигатели, точки крепления крыла управления, соединения крыла с фюзеляжем и другие места, подверженные трехмерным нагрузкам. Но общий вес всего самолета со всеми металлическими поковками и отливками составил всего 130 кг, что ничто по сравнению с весом самолета в 6 093 кг)., и даже не было установлено ни одного оружия самообороны.

Более 100 бомбардировщиков «Москит» 3-го немецкого сухопутного авиакорпуса без прикрытия истребителей агрессивно устремились на различные аэродромы вблизи польской столицы Варшавы.

Поскольку Варшава находилась всего в 400 километрах от границы с Германией, даже «Штуки» могли совершить полет туда и обратно, а у бомбардировщиков «Москито» проблем было еще меньше.

Эти бомбардировщики несли более 3 тысяч 50-килограммовых бомб Sc50, которых было достаточно для того, чтобы разбомбить аэродромы вокруг Варшавы.

Хотя бомбардировщикам пришлось снизить высоту, чтобы добиться точности бомбометания, пилоты не обнаружили особой угрозы, польские истребители остались позади, а не очень тяжелая польская наземная зенитная артиллерия была оставлена скоростью самолетов.

По мере того, как бомбы падали одна за другой, самолеты становились все легче и легче, и к моменту падения последних бомб они летели со скоростью более 600 км/ч, оставляя в пыли польские истребители, максимальная скорость которых составляла менее 400 км/ч.

Пилот одного из бомбардировщиков воскликнул: «К сожалению, у этого самолета нет пушки, иначе я мог бы сбить этих поляков».

Второй пилот с одной стороны засмеялся: «Ничего не поделаешь, сообщите этим парням из ВВС, что здесь более тридцати мишеней, они улетят, если они не поспешат».

Он сказал не самолёты, мишени.

Ему действительно казалось, что эти поднимающиеся польские самолеты были простой мишенью, которая не могла справиться даже с бомбардировщиками, как они могли сравниться с профессиональными истребителями класса «воздух-воздух»?

В тот момент, когда польские пилоты в воздухе были на грани рвоты кровью от депрессии, вдруг один остроглазый пилот закричал: «Немецкие самолеты!».

Сопровождаемые его предупреждением, один за другим Bf109 срывались с облаков в небе, со свистом устремляясь к этим польским истребителям.

Внутри кабины немецкого самолёта Адольф Галланд холодно смотрел на свою жертву.

Адольф Галланд родился в Вестерхольте, небольшом городке в Вестфалии, вторым сыном адвоката и был младшим братом среди двух старших (оба из которых были летчиками-асами: один сбил 17 самолетов противника, другой — 54, что принесло ему Рыцарский Железный крест).

Галланд начал строить модели самолетов в 12 лет и летать на планерах в 16 лет. В 32 году, после окончания средней школы в Гинденбурге, он поступил в авиационную школу Люфтганзы для обучения полетам на гражданских самолетах и через год получил свою первую лицензию. В это время немецкое военное министерство начало создавать «Черные ВВС», и его «пригласили» вступить в ВВС в качестве пилота-истребителя.

В 35-м году во время учебного полета на биплане Fw44 маленький осколок стекла навсегда остался в его глазу, в результате чего он частично ослеп. Хотя он смог продолжить полеты с помощью своего командира, майора Риттеля, через год он разбился и был госпитализирован. Не растерявшись, он сдал медицинский экзамен, запомнив все буквы и цифры на больничной карте зрения в печатном виде.

Он также участвовал в гражданской войне в Испании, но, к сожалению, не был одним из первых, и за всю гражданскую войну сбил 9 вражеских самолетов, и долгое время был подавлен тем, что ему не удалось сразить 10 и стать настоящим асом.

Услышав из диспетчерского центра новость о том, что под Варшавой появились вражеские истребители, Галланд, возглавлявший отряд, которому нечем было заняться, немедленно помчался туда с дополнительными усердием, боясь упустить эти с таким трудом найденные достижения(самолёты).

Теперь ему предстояло стать настоящим асом! Галланд сдержал свое волнение и поместил польский истребитель в прицельную сетку своего механического прицела!

Поляки, казалось, тоже заметили их, делая неуклюжие маневры уклонения, но, к сожалению, они скоро узнают, что недостатки оборудования иногда не могут быть компенсированы мастерством.

Для военных самолетов самое главное — это скорость, а со скоростью приходит маневренность. Немецкие Bf109 значительно превосходили польские истребители по своим характеристикам, но при этом срывались с облаков, оставляя полякам лишь долю секунды на реакцию.

Нажав на курок своего пулемета, дождь пуль разорвал польский истребитель, в который он целился, в воздухе.

«Ура!». — Галланд в волнении сжал кулак: он сбил десять! Наконец-то он вступил в ряды асов Империи!

Во Второй мировой войне было большое количество асов Люфтваффе с более чем 100 боевыми наградами, и эти люди стали духовными идолами Люфтваффе и даже сухопутной армии.

На военных форумах более поздних поколений найдется немало людей, которые задаются вопросом, не слишком ли преувеличены те невероятные достижения Люфтваффе? Но если вы почитаете о Хартманне, Новотны, Шнауфре, Гельмуте Ленте, Марселе, Эзау и немецких ВВС, то обнаружите, что все они были выдающимися личностями. Разбирая их победы вы обнаружите, что та же немецкая строгость проявляется в подтверждении их рекордов в воздухе.

Даже если вы внезапно ворветесь в бой и в одиночку справитесь с бригадой вражеских самолетов и собьете их все, но если следственные органы не найдут ни прямых, ни косвенных свидетелей, ни фото воздушных камер (которые, надо заметить, являются только орудиями камер, даже не орудиями. Поэтому он не является панацеей от всех бед. Напротив, как камера 1940-х годов и та, которая собиралась выпускаться десятками тысяч, качество ее съемки целей на расстоянии сотен метров сомнительно, а частота кадров ограничена и фактически не полностью воссоздает атаку на самолет противника и качество изображения плохое) доказательства, извините, мы не считаем, что вы ее сбили, и не ставим вам за это боевую заслугу.

В конце Второй мировой войны Новотны в последний раз поднялся в воздух на me262 и вернулся на землю, утверждая, что сбил B24 и Mustang, но подтвердился только B24, в то время как Лент сбил четырехмоторный бомбардировщик после ночного боя, другой пилот также утверждал, что сбил его, и следственный орган вынес решение и присудил бой другому пилоту.

Если бы не это строгое подтверждение, Хартманн имел бы более 352 эффективных убийств плюс «неподтвержденные убийства».

Одной из причин высоких результатов Люфтваффе является то, что этим пилотам приходилось сражаться до постоянно , и высокий уровень таланта действительно позволил добиться невероятных результатов. Но это не способствовало передаче их знаний другим, поэтому в последующие годы уровень ВВС упал. Старые американские и британские пилоты летали достаточно для нескольких месяцев и отправляли их обратно в тыл в качестве инструкторов, чтобы обучать новичков в сочетании с реальным боевым опытом, получался вот такой добродетельный круг. Война — это не дело элиты, а дело большого числа обычных солдат, на которых нужно обратить внимание.

Янник, безусловно, не позволит этой «трагедии» повториться. Как только они сбивали десять вражеских самолетов, пилоты немедленно переходили в тыл и проводили месяц, обучая кадетов в училище, после чего возвращались на фронт, чтобы продолжить убивать.

Поскольку им не приходилось сопровождать и сражаться со своими противниками, эти немецкие бойцы в полной мере использовали тактику «один удар и уход». Менее чем за несколько минут вся Варшавская бригада истребителей была списана в утиль, а немецкие самолеты, затеявшие сражение, ушли.

Фельдмаршал Смиглы, прибывший в Генеральный штаб, ошеломленно выслушал новость об уничтожении Варшавской бригады истребителей и сказал себе с некоторым недоверием: «Похоже, нам нужна помощь наших британских и французских друзей, и нам нужны лучшие самолеты…».

Сильный немецкий обстрел продолжался более часа.

Такой уровень артиллерийского обстрела был бы просто щекоткой в Первой мировой войне. Обе стороны в Первой мировой войне часто начинали использовать артиллерию для обстрела вражеских позиций за несколько недель до атаки пехоты, чтобы «ослабить» вражеские рубежи. Например, в 1916 году знаменитая битва при Вердене была однодневным артиллерийским обстрелом, в ходе которого немцы выпустили миллион снарядов, а за всю кампанию армии выпустили друг по другу около 40 миллионов снарядов.

На этот раз немцы заранее провели тщательную разведку и уже знали основные точки польской линии, к тому же польская линия была настолько длинной и слабой, что огонь немецкой артиллерии обрушился на них в считанные мгновения, и, насколько хватало глаз, повсюду были руины и выжженная земля.

Когда обстрел закончился, 800 000 немецких войск на севере, юге и юго-западе, которые были готовы к атаке, бросились через границу, и более 5000 танков и бронемашин всех видов стремительно и быстро атаковали польскую территорию.

Миссия солдата — защищать свою страну, и польские солдаты, конечно, не отдали бы свою страну другим, и во многих местах было упорное сопротивление храбрых польских солдат. К сожалению, польский главнокомандующий, находясь в состоянии растерянности, не смог организовать эффективное сопротивление, и многие солдаты сражались в одиночку, что выглядело бесполезно перед лицом немецкого потока стали.

Несмотря на все их усилия по защите родины, ситуация была настолько пессимистичной, что битва была предрешена с самого начала!

В отличие от бездействующего польского командования, внутри немецкого командования штабные офицеры сновали туда-сюда, методично сопоставляя полученную информацию и представляя продвижение армии на огромной карте.

«Прогресс идет так быстро!». — Рундштедт не мог не воскликнуть, глядя на постоянно перемещающиеся стрелки на карте. В этот момент несколько бронетанковых армий, действующих как пики (19-я армия, 22-я армия, 15-я армия, 16-я армия, 8-я армия и др), полностью прорвали оборонительные позиции первой линии польской армии и продвинулись на несколько десятков километров.

Кессельринг, который находился рядом, заговорил: «Над Польшей больше нет их самолетов, и мы полностью контролируем их воздушное пространство».

Глава военно-воздушного корпуса Вольфрам Фон Рихтгофен также светился от счастья: «Бомбардировщики ВВС армии очистили 75 процентов назначенных целей».

Двумя наиболее важными элементами блицкрига были скопления танков и воздушная мощь, одно без другого ничто. (если только ни у одной из сторон не было воздушной мощи) А скопления танков было бы опасно бросать без воздушной мощи. И просто захвата воздушной мощи также недостаточно; воздушная мощь может повлиять только на командование, движение, производство и некоторое психологическое сдерживание противника на ранних стадиях. Именно скопления танков на земле были главной опорой наступления, с их помощью разрывали оборону противника, а затем наносили удары и окружали массовыми проникающими движениями силы противника, которые на ранних этапах войны были сбиты с толку воздействием всех аспектов, особенно воздушных ударов.

Немцы уже прочно удерживали воздушное пространство на поле боя, и под мощным сдерживающим фактором наземных бомбардировщиков , польской армии было трудно даже передвигаться в дневное время, и она могла только наблюдать, как немецкие наземные бронированные механизированные части быстро прорывают оборону, а затем немецкие части под командованием командиров направляются вглубь польской армии, разделяя и окружая ее. Оборонительные зоны семи польских групп армий были изолированы и раздроблены.

19-я танковая армия под командованием Гудериана, героя блицкрига, который пронесется по всей Европе, одним махом прорвала польский заслон и устремилась на восток.

За ней последовала вся Четвертая армия, а 1-я пехотная дивизия, один из резервов Четвертой армии, была брошена в бой для захвата центра Данцига.

К этому времени гавань вольного города Данцига уже подверглась обстрелу.

Первоначально Янник планировал отправить новый «Шарнхорст», но, опасаясь подозрений поляков, он отправил старый линкор «Шлезвиг-Гольштейн» с «дружественным визитом» в вольный город Данциг под предлогом «почтить память павших в Первой мировой войне».

Номинально это был «визит доброй воли», но капитан корабля, полковник Крайкамп, уже получил секретные инструкции от главнокомандующего, что и было настоящей целью поездки: «Уничтожить польский флот после начала войны; блокировать польское побережье, блокировать его порты и нарушить польское морское судоходство; обеспечить морскую безопасность Германии».

Адмирал Альбрехт, командующий Восточным театром военных действий ВМС Германии и начальник военно-морских операций, приказал Крайкампу поставить свои корабли на якорь в выгодном месте на северной окраине города Данциг, недалеко от крепости Вестерплатте, и ожидать наступления часа «Y», момента начала войны.

В 5 часов утра по радио пришел приказ Янника «Объявить войну!». И приказ был отдан.

На линкоре раздался громкий сигнал боевой тревоги.

Матросы, уже разъяренные «резней в деревне Орле», бежали на свои посты так быстро, как только могли. Если бы капитан не остановил их, они бы еще вчера убили этих ублюдков.

Через десять минут четыре главных орудия линкора с грохотом обрушили снаряды на крепость Вестерплатте, а польские казармы и позиции в 600 метрах от них также подверглись обстрелу вспомогательной артиллерии.

Польский гарнизон в форте Вестерплатте состоял из 182 солдат польского 209-го пехотного полка с одним 75-мм орудием, двумя 37-мм орудиями, четырьмя 81-мм минометами и 22 тяжелыми пулеметами. С немецкой стороны было четыре 280-мм орудия, десять 150-мм орудий и четыре 88-мм орудия.

В этот момент прилетели 18 немецких бомбардировщиков и атаковали польскую военно-морскую и авиационную базу Пуцк, уничтожив ее сооружения и все гидросамолеты. Все корабли военно-морской базы Гдыня и базы Хеер были эвакуированы в море, за исключением старых канонерских лодок Мазур и Нурек, которые остались в Гдыне для поддержки польского гарнизона в районе Данцига своими пятью 75-мм орудиями.

Однако они продержались недолго, и их конец наступил, когда «Штуки» с резким свистом пронеслись вниз.

Данциг в это время был свободным городом под юрисдикцией Лиги Наций, и в городе было крайне мало людей. Для взятия крепости немцы привлекли 210-мм гаубицы, 105-мм пушки и воздушную поддержку, в дополнение к 280-мм и 150-мм орудиям линкора «Ишервуд».

Янник, конечно же, знал, что немцы первоначального времени застряли в боях за крепость Вестерплатте и не собирался тратить на них ценные войска; для польской кампании, которая была односторонней, он был больше заинтересован в том, чтобы превратить битву в огромный полигон для испытания оружия, и эта великая крепость трагически стала полигоном для немецких испытаний наступательного оружия.

«Ну и почему мы не атакуем?». — Полковник Фред, командир 1-го пехотного полка при 1-й пехотной дивизии 4-й группы армий, держал в руке бинокль и с недоверием бормотал, глядя на крепость Вестплат, которая вдали казалась безобидной . Не понимая, почему главнокомандующий специально приказал им окружить, но не атаковать.

Чего он не знал, так это того, что немцы в свое время обрушились на эту, казалось бы, безобидную «крепость».

Из всех сражений, которые Германия вела против Польши во время Второй мировой войны, есть одно, о котором нельзя не упомянуть.

Это была битва на полуострове Вестерплатте.

Полуостров Вестерплатте, от голландского слова, означающего «песчаная отмель на западе», расположен в устье реки Висла, самой большой реки в Польше, и имеет длину 1700 метров и ширину 600 метров в самом широком месте. В 1924 году, согласно резолюции Лиги Наций, Польша создала на полуострове военный транзитный склад. Было только пять небольших бетонных застав (караулок), спрятанных в лесах и казармах полуострова, и оборонительная система с окопами и баррикадами на всем острове.

Польский гарнизон, размещенный в то время на полуострове Вестерплатте, представлял собой часть 209-го пехотного полка, насчитывавшего всего 176 солдат и шесть офицеров, одно 75-мм орудие, два 37-мм орудия, четыре 81-мм миномета и 22 тяжелых пулемета.

После начала войны немецкий штурмовой отряд из трех взводов элитной морской пехоты высадился на Голштине, рассчитывая застать врагов врасплох и одержать легкую победу, но, к их удивлению, их планы оказались ошибочными.

После высадки на остров немцы попали в тщательно подготовленную засадную точку, и покрывались не только скрытым огнем, наземная колючая проволока также эффективно ограничивала движение немцев, затрудняя их передвижение. Таким образом, первая немецкая атака провалилась.

Немцы попытались снова, и снова потерпели неудачу, столкнувшись с такими препятствиями, как мины, поваленные деревья и колючая проволока, а также с тем же сильным артиллерийским огнем.

На следующее утро немцы атаковали снова, и третья атака так и не увенчалась успехом.

Затем немцы использовали 60 пикирующих бомбардировщиков для бомбардировки и нанесли прямой удар по караульному помещению № 5, в результате которого была уничтожена единственная радиостанция поляков и все их запасы продовольствия. Немецкие наблюдатели считали, что они выиграли битву и что никто не сможет выжить после такой воздушной атаки.

Но правда заключалась в том, что немцы продолжали атаковать в течение следующих трех дней, и результатом всегда было поражение. Немцы готовились атаковать наземный мост с горящим поездом, но из-за нервов машиниста ошиблись в управлении и вместо этого подожгли его, обеспечив хорошую огневую зону для поляков, и немцы понесли большие потери. Во второй половине дня немцы вновь выполнили этот удар, который опять закончился неудачей.

После недели такого безвыходного положения немцы были очень раздражены и начали свою самую сильную атаку, разрушив сторожевые посты поляков по номером 1, 2 и 4. Осажденному гарнизону не хватало медикаментов и воды, а медики на пересыльном пункте уже не могли ухаживать за ранеными и больными. Наконец, польские защитники подняли белый флаг и сдались.

Результатом битвы стало то, что польская армия, насчитывавшая чуть более сотни человек, сумела задержать более 3400 немецких солдат и линкор. Польский главнокомандующий дал защитникам Вестерплатте инструкции оказать символическое сопротивление в течение 12 часов, но доблестные польские защитники продержались семь дней. Только когда дальнейшее сопротивление стало бессмысленным, было объявлено о капитуляции. Что касается потерь, то почти треть польских бойцов была ранена, а 16 человек погибли. С немецкой стороны в бою погибло более 300 человек.

Благодаря этому полуостров Вестерплатте стал национальной святыней Польши и был почитаем. Об этом сражении был снят фильм «Битва за Западный Панхандл в крови».

Битва при Вестерплатте была, пожалуй, самым уморительным сражением Второй мировой войны с точки зрения соотношения сил между двумя сторонами.

Но это было «оправдано», Германия не знала, чего ожидать, когда воевала с Польшей. Пехота, артиллерия и авиация были сформированы в течение короткого периода времени; бронетанковые части, по крайней мере, тренировались дольше всех во всей армии, но они не участвовали в крупномасштабных боевых действиях. В то время бронетанковые части Польши занимали пятое или шестое место в мире, и их военная мощь была значительной в Европе.

«Эти большие шишки из комендатуры слишком осторожны». — Чем больше полковник Фред смотрел на крепость, тем больше понимал, что ничего особенного в ней нет и что он, вероятно, сможет легко взять ее, послав батальон своих солдат.

В этот момент сзади него раздался холодный голос: «Ставить под сомнение решения генерального командования — не лучшее решение».

Полковник Фред отпрянул назад, и несколько капель холодного пота мгновенно просочились на его лоб. Это было потому, что позади него стояли несколько рослых мужчин, одетых в одежды преторианской гвардии.

А 0-й дивизион преторианской гвардии был создан как жандармский. (Так называемая жандармерия — это специальное подразделение, созданное военными некоторых стран, функция которого в основном заключается в борьбе с различными криминальными происшествиями в армии, особенно с нарушениями военнослужащими воинской дисциплины. Эквивалент полиции в армии).

Хотя страха перед призраками в обычной жизни нет, но реально столкнувшись с призраком, человек будет бояться. Тем более что многие приказы главнокомандующего отдавались непосредственно Его Императорским Высочеством, и если бы эти люди предъявили ему обвинение в неуважении, то даже если бы его не расстреляли, то снятия его с должности было бы достаточно, чтобы заставить его раскаиваться до конца жизни.

В тот момент, когда он ломал голову над тем, как исправить свою ошибку, стоявший перед ним начальник преторианской гвардии, казалось, заметил его беспокойство и заговорил: «Полковник Фред, мы — подразделение X преторианской гвардии. Наша главная миссия заключается в проведении различных экспериментов с секретным оружием, и мы уйдем, когда получим результаты».

Полковник Фред чуть не сел на задницу, только тогда заметив, что у мужчин на нарукавных повязках не устрашающий дивизион 0, а дизайн, которого он никогда раньше не видел.

Почти до смерти напуганный, полковник Фред вытер холодный пот с лица и поспешно кивнул головой: «Я буду полностью сотрудничать».

«Давайте вернемся и поговорим».- Когда группа вернулась в командный штаб, внимание полковника Фреда сразу привлек «танк», припаркованный на открытой площадке перед командным штабом, и он не мог не втянуть холодный воздух: «Боже мой, это, это миномет?». Он видел много орудий преувеличенного калибра на суше, но это был первый раз, когда он видел одну из этих самоходных кровавых орудий: «200? Нет, 300? 350, калибр этого парня не менее 350 мм или больше».

Начальник преторианской гвардии сказал с гордым выражением лица: «Правильно, это миномет калибра 380 мм. Этот большой парень назван «Штурмовой тигр». Он предназначен для использования против укрепленных фортов».

Идея создания «Штурмового тигра» возникла после жестоких уличных боев в Сталинграде осенью 42-го года. Он был оснащен 380-мм минометным орудием, которое обладало огромной летальностью и было очень разрушительным для стационарных укрепленных зданий.

Самой отличительной особенностью штурмового «Тигра» был 380-мм миномет StuMRW61L/5.4 в передней части корпуса, длина ствола которого составляла всего 5,4 калибра, что было редкостью среди мировых противотанковых орудий. Еще лучше то, что он имеет два слоя стволов, и внутренний ствол может быть заменен на сильно аблетированный. Это стало возможным благодаря низкому давлению в стволе миномета. Боезапас составлял 14 снарядов, снаряды были гранатно-ракетными, а снаряды весили 324 кг, пополнение боезапаса должно было осуществляться путем выхода экипажа из машины и последующего использования подвески в задней части машины для загрузки снарядов, что также было шедевром.

Он был способен уничтожить любое здание или другую цель одной ракетой, и, как сообщалось, полностью уничтожил три американских танка M4 Sherman одним выстрелом, уступая только бомбардировщикам!

Полковник Фред не мог не воскликнуть от всего сердца: «Это секретное оружие очень мощное!».

Начальник преторианской гвардии бросил на него странный взгляд: «Это не секретное оружие, настоящее секретное оружие находится там».

«А?! Это даже не секретное оружие?». — Полковник Фред посмотрел в том направлении, куда указывал Начальник преторианской гвардии, и заметил, что на другой стороне припарковано еще несколько контейнеровозов. Только двери контейнеров были плотно закрыты, поэтому невозможно было сказать, что содержится внутри. Более того, глядя на неторопливый вид Начальник преторианской гвардии он понял, что он не собирается сейчас показывать ему это секретное оружие.

Поэтому он снова обратил свое внимание на преувеличенного «Штурмового тигра»: «Ваше Высочество разработал это оружие и назвало его?».

Начальник преторианской гвардии с восхищением кивнул: «Конечно».

«Ваше Высочество действительно заботливый человек». — Все во всей армии знали, что большинство оружия в их руках было разработано самим Его Высочеством, и что у Его Высочества был особый способ называть оружие. Истребитель ВВС BF109 — «Оса»; горизонтальные бомбардировщики сухопутных ВВС — «Москит», пикирующие бомбардировщики — «Черные грифы»; танки бронетанковых частей — «Шакал», самоходная ракетная установка — «Дикобраз», минный тральщик — «Кабан»… и так далее. Совсем скоро можно будет открыть зоопарк.

Наконец, после долгого ожидания небо потемнело.

Полковник Фред с любопытством наблюдал, как из нескольких контейнеров спускается вереница людей, каждый из которых нес на спине ящик, похожий на радиоприемник, на голове — прожектор, такие носят шахтеры, когда спускаются в шахту, а на глазах — что-то вроде маленького «прожектора» и «телескопа». И «прожектор», и «телескоп» были соединены проводами с радиоприемником позади них, что делало его похожим на костюм Франкенштейна.

«…». — Полковник Фред не мог не предупредить, наблюдая, как группа франкенштейновцев отправляется в форт Вестерплатте: «Господин полковник, вы хотите, чтобы мы пустили сигнальные ракеты?».

Погода сегодня была не очень хорошая, луны даже не было видно на небе, было темно.

Начальник преторианской гвардии покачал головой: «Нет, разве это не выдаст их».

Полковник Фред был озадачен еще больше: «Но как они будут сражаться в такой темноте?». — С этим маленьким прожектором над головой? Как далеко эта штука может светить?

Вместо ответа Начальник преторианской гвардии загадочно улыбнулся: «Не волнуйтесь, у них, естественно, есть решение, иначе как они могут называть это «секретным оружием». Помолчав он продолжил: «Я должен предупредить вас, что все, что вы видели сегодня вечером, засекречено, вы не можете никому рассказать даже полслова об этом, иначе вы не получите даже шанса попасть под трибунал, вас попросту убьют. И вашим близким придется жить в какой-то несуществующей тюрьме». — В конце своего предложения он сделал особенно серьезное выражение лица, что вызвало мелькнувший страх в сердце полковника Фреда, и он поспешно кивнул головой.

«Бум!»

Вдруг со стороны крепости Вестерплатте раздался сокрушительный удар. Судя по всему, это было место расположения сторожевого поста 3. Как им удалось подобраться к бункеру и уничтожить его, не привлекая внимания противника в этой кромешной тьме?

«Бум!».

«Бум!».

«Бум!».

«Бум!».

Каждые несколько мгновений раздавались сокрушительные выстрелы, перемежаемые шквальной стрельбой, а когда раздался пятый взрыв, поле боя внезапно затихло.

Через некоторое время мужчины в странном снаряжении один за другим молча вернулись в контейнер.

«Эта штука хорошо работает, но она слишком тяжелая». — Вернувшиеся в контейнер солдаты сняли свои «прожекторы» и «бинокли» и пошевелили больными шеями.

Это была новейшая немецкая система ночного видения, система ночного видения под названием «Вампир», которая использовала инфракрасный свет для поиска целей ночью, и была мощным оружием для немецкой армии, чтобы доминировать ночью на будущем поле боя. Однако, как система ночного видения первого поколения, она имела существенные ограничения.

Это было связано с тем, что принцип работы этого прибора ночного видения заключался в испускании инфракрасного света и последующем преобразовании отраженных инфракрасных световых волн обратно в видимый свет. Поэтому необходимо было иметь при себе несколько единиц оборудования: прожектор с фильтром для излучения инфракрасного света и дисплей для преобразования инфракрасного света в видимый. Эти два прибора не могли работать без аккумуляторного блока, носимого на спине.

Поэтому эти люди несли почти на двадцать килограммов больше, чем другие солдаты, и было немного утомительно нести несколько килограммов на голове.

Лейтенант, возглавляющий группу, пожаловался инженеру, отвечающему за записи: «Эта штука все еще немного нестабильна, процент отказов слишком высок. Всего в атаке участвовало тридцать единиц техники, и еще до того, как мы увидели врага, четыре из них вышли из строя, и их пришлось вывести из боя. Из-за различных неисправностей, возникших во время боя, в общей сложности девять машин были списаны. И его батареи настолько громоздки, что это явно влияет на маневренность, так что если мы не утяжелим его для использования в одном блоке, это не будет иметь особого смысла, поэтому я думаю, что лучше поместить его на носитель».

Инженер ответил, быстро записывая проблемы: «Пока не будет разработана более эффективная батарея, решить проблему размера батареи пока не удастся. Но технологии Империи улучшаются с каждым днем, поэтому я не думаю, что пройдет много времени, прежде чем мы сможем использовать легкие батареи. Что касается надежности, я только что проверил неисправные устройства, и все они были вызваны обрывом проводов в электронных трубках внутри, так что это должна быть проблема нестабильного напряжения батареи. Добавление регулятора напряжения должно решить эту проблему. Есть еще вопросы?».

Лейтенант задумался и заговорил: «Если вы действительно хотите, чтобы им пользовался один солдат, лучше всего использовать его для специальных операций, на обычном поле боя у этой штуки мало преимуществ, как только противник попадет под сигнальные ракеты. Но это было бы хорошей заметкой для дозорных. Если враг атакует первым, мы сможем точнее засечь его и первыми открыть огонь по врагу».

Солдаты крепости Вестерплатте также слышали о «резне в деревне Орле» и последующих военных угрозах немецкого кронпринца, что заставило их сильно нервничать.

Как же иначе? Недалеко от них был пришвартован немецкий линкор «Шлезвиг-Гольштейн»!

Что если парень вдруг откроет огонь?

К сожалению, Данциг был свободным городом в рамках Лиги Наций, с жалким маленьким гарнизоном. В крепости было всего 176 солдат и 6 офицеров, 1 75-мм орудие, 2 37-мм орудия, 4 81-мм миномета и 22 тяжелых пулемета.

К счастью, они были готовы, и когда линкор «Шлезвиг-Гольштейн» открыл огонь, все укрылись, и обошлось без жертв. Командир крепости, майор Сухальский, немедленно послал сигнал бедствия в штаб 209-го полка на полуострове Хаиль: «Mayday! Наши позиции находятся под сильной немецкой атакой!».

«Докладывайте, это штаб полка». — Через некоторое время телеграфист передал сообщение Сухальскому со странным выражением лица.

«У вашего подразделения есть 12 часов, чтобы выбрать, сдаваться или нет». — Сухальский несколько раз перечитал сообщение, чтобы убедиться в его правильности, затем разорвал его на куски и с отвращением плюнул: «Сдаваться?!». — Будучи доблестным польским солдатом, как он трусливо сдаться, он бы сопротивлялся до конца!

«Помните приказ свыше — сопротивляться до конца». — Сказав пару слов телеграфисту, Сухальский покинул электромеханическую комнату.

Обстрел немецких линкоров вызвал сильный пожар, и людям в крепости пришлось тушить пожары повсюду в дополнение к защите от немецкой атаки, и они были заняты до семи часов вечера, когда немецкий обстрел постепенно утих.

Глядя на темнеющее небо, Сухальский не мог не вздохнуть с облегчением: «Похоже, что немцы не собираются атаковать сегодня. Скажите солдатам, чтобы они поторопились, поели и отдохнули. Боюсь, что с завтрашнего дня у нас не будет такого свободного времени».

Солдаты уже были голодны после напряженного дня и поглощали свой военный сухой паек: «Я умираю с голоду, эти проклятые фрицы задерживают наш ужин. Завтра я их хорошенько поколочу и дам им понять, что так поступать очень невежливо!». — Сказал командир отряда Садр с заставы 3 с невнятными словами жуя печенье во рту.

«Правильно! Преподайте им суровый урок!»

«Мой пулемет может уничтожить не менее двадцати фрицев!».

«Я тоже, я убью не меньше пяти, могу поспорить!».

«Бум!»

Сотрясающий землю взрыв испугал Сухальского, который ел в подземном командном пункте, и все его тело несколько раз качнулось, прежде чем он смог устоять на ногах: «Что происходит? Откуда взялся этот взрыв?».

Его адъютант поспешил к нему, докладывая с несчастным лицом: «Майор, застава номер три взорвана!»

«Что?!». — Сухарски был ошеломлен: «Немцы напали?!».

Сразу же после крика он понял, что сказал глупость, кто еще, кроме немцев может атаковать их?! Как эти ублюдки посмели совершить ночное нападение!

Вы должны понимать, что ночной бой — это волшебное мгновение для армий с низким уровнем оснащения против врагов с большой огневой мощью. (Конечно, когда ночное видение достаточно развито, крупные державы предпочитают вести войну преимущественно ночью, чтобы технически подавить своих менее оснащенных противников). Но теперь немцы, которые явно имели превосходство в силах, решили атаковать ночью?

«Приготовиться к бою!». — Он поспешил ко второму аванпосту и посмотрел через смотровое отверстие на третий аванпост, и с помощью разбросанных по земле костров увидел, что на месте, где находился третий аванпост, образовался большой кратер: «Какие снаряды туда попали?».

280-мм орудие линкора «Шлезвиг-Гольштейн» не могло сделать такого повреждения, не так ли?

«Скр…». — Ему не дали долго удивляться, прежде чем легкий металлический скребущий звук достиг его ушей. Вместе с гортанным скребущим звуком он почувствовал, что земля под его ногами слегка дрожит.

«Танк?». — Замерев на секунду, Сухальский приказал: «Несите противотанковые орудия, и включите наконец прожекторы!». — На этой заставе стояла 37-мм противотанковая пушка.

Командир взвода, охранявшего заставу номер два, доложил: «Майор, прожектор расстрелян ими!».

Металлический скребущий звук становился все ближе и ближе, и Сухальский с тревогой воскликнул: «Тогда запускайте сигнальные ракеты!».

Бах!

Вскоре в воздух была выпущена сигнальная ракета, и интенсивный свет осветил диапазон в несколько сотен метров перед позицией в мгновение ока, как будто это был дневной свет.

«!!!». — Однако польские солдаты на посту были ошеломлены разыгравшейся перед ними сценой.

«Боже!»

Они увидели огромное и несравненное тело, медленно продвигающееся к ним. Невероятно преувеличенный калибр пушки был еще более неслыханным и невиданным.

Бах!

Почти бессознательно наводчик 37-мм противотанкового орудия нажал на педаль стрельбы, и снаряд вылетел из патронника, прочертив в воздухе траекторию, видимую невооруженным глазом, и сильно разбился о переднюю часть стального монстра.

Бум!

Словно комариный укус, 37-мм снаряд издал хрустящий звук и отскочил неизвестно куда.

Польские солдаты, замедлившие шаг, бесстрашно пытались остановить продвижение стального зверя всем оружием, которое было у них в руках, но его защита была пропорциональна его огромному телу, и он просто игнорировал пули, выпущенные польскими солдатами, и медленно развернулся немного к ужасным глазам Сухальского, нацелив огромное дуло пушки прямо на заставу номер два, где он находился.

«…». — Сучальски в отчаянии открыл рот, чтобы сделать предупреждение, но, к сожалению, из страшного дула пушки вырвались ослепительные искры.

На этот раз прицел «Штурмового тигра» немного сбился, и только половина заставы два была разрушена, вот только солдаты внутри все равно не могли избежать смерти, и немецкие солдаты, которые лежали близко к земле в укрытии от вспышек, вскочили на ноги и бросились на заставу два, от которой осталась только половина здания. Два выстрела «железным кулаком» были сделаны прямо между обломками, и поляки, пережившие первый выстрел, были полностью изрешечены.

Прорвавшись через две заставы, немецкие солдаты двинулись дальше.

Форпост один, форпост четыре и форпост пять были выведены один за другим.

Крепость Вестерплатте, которая продержалась почти неделю в первоначальные сроки, была прорвана под ударами различных трансгенерационных орудий, не продержавшись и двух часов.

«Что ж, наша миссия завершена. Полковник Фред, возьмите своих людей и захватите крепость. Было приятно работать с вами». — Когда все солдаты вернулись в контейнер, Начальник преторианской гвардии протянул руку, чтобы попрощаться с полковником Фредом.

«Для меня это было честью, и я надеюсь, что у нас будет возможность снова поработать вместе». — Полковник Фред ответил с той же вежливостью.

9:00 вечера.

Янник в кабинете командующего заканчивал вечернюю трапезу с генералами, когда вошел штабной офицер с толстой стопкой документов: «Ваше Высочество, это отчет о статистике потерь в каждой армейской группе».

Янник кивнул: «Мисс Энни, прочтите это всем».

«Да, Ваше Высочество!». — Энни подняла верхний лист с подсчетами и начала читать его: «Статистический отчет о боевых потерях за первый день войны по состоянию на 7:00 вечера.

Статистика потерь для армейского кластера Северной группы выглядит следующим образом.

Офицеры: 24 убитых, 45 раненых, 3 пропавших без вести (потерь выше командира батальона нет).

Солдаты: 256 убитых, 802 раненых, 159 пропавших без вести.

Статистика потерь группы армий Поло выглядит следующим образом.

Офицеры: 11 убитых, 19 раненых, 1 пропавший без вести (потерь выше командира роты нет).

Солдаты: 103 убитых, 236 раненых, 25 пропавших без вести.

Статистика потерь группы армий «Юг» была следующей.

Офицеры: 28 убитых, 62 раненых, 4 пропавших без вести (потерь выше командира полка нет).

Солдаты: 293 убитых, 710 раненых, 122 пропавших без вести.

Статистика потерь в армии, флоте и корпусе ВВС выглядит следующим образом.

Военнослужащие ВВС: 22 раненых и 51 пропавший без вести.

Армейский воздушный корпус: 16 раненых и 25 пропавших без вести.

Морская авиация: 1 ранен, 11 пропали без вести.

Балтийский флот не потерял ни одного человека. Общее число погибших и пропавших без вести во всех подразделениях составило 3029 человек. Вот цифры потерь различного оборудования…».

Янник махнул рукой, показывая, что ей не нужно это читать.

Оружие можно восстановить, машины можно починить, страны можно восстановить, но только людей нельзя восстановить! Те, кто остался дома, будут знать, что они потеряли своих сыновей, мужей или отцов, независимо от того, какой статус они носят дома, они должны испытать боль от потери любимого человека.

Из-за его слов тысячи людей отправились на войну, чтобы сражаться с врагом, и теперь он знал, что ощущение, когда ты управляешь судьбами тысяч людей, не такое уж и живописное. Может быть, он действительно не создан для этого, не стоит ли привести своего отца и позволить ему руководить страной, а на самому уйти в путешествие?

Но с другой стороны, даже если его отец был мудрым, он никак не мог перехитрить Янника, который имеет за плечами еще несколько десятилетий истории.

Думая об этом, Янник мог лишь заставить себя утешиться тем, что жертвы немногих сегодня — это счастье многих завтра. Из-за спешки в подсчете потерь не было различий между легкими и тяжелыми ранениями, и было возможно, что многие из пропавших без вести просто заблудились и, вероятно, скоро вернутся в свои подразделения. Фактические потери (убитые в бою, тяжелораненые и пропавшие без вести, которых не удалось найти), вероятно, составили менее 3 000 человек.

Глядя на мрачное лицо Янника, группа генералов не могла не посмотреть друг на друга. Для них это была великая победа, чудо! Интересно, чем Его Высочество недоволен?

Рундштедт, самый старший по званию, осторожно выступил и спросил: «Ваше Высочество, это великая победа, не так ли?».

Янник слабо улыбнулся: «Поскольку вы все считаете это великой победой, об этом будет сообщено в торжественной обстановке. Мисс Энна, сообщите доктору Геббельсу, чтобы он пришел».

Геббельс, которого разбудили среди ночи, поспешил к главнокомандующему, чтобы лично ознакомиться с докладом. «3 029 человек? На сколько километров мы прорвались?».

Штабной офицер подвел его к огромной карте Польши и указал на густые стрелки на ней, чтобы объяснить: «Группа армий «Юг» продвинулась на 47 км и 42 км вглубь Лодзинского и Малопольского воеводств соответственно… Это все по состоянию на 7 часов вечера вчерашнего дня, к полуночи предполагается, что обе наши группы армий прорвались вглубь противника на 70 км и более».

«70 километров… менее чем за 24 часа и только 3029 человек потеряли, из которых только 715 были убиты в бою, это нереально!». — Геббельс посмотрел на Янника с некоторым трудом: «Ваше Высочество, боюсь, никто не поверит в эту новость».

Этот отчет должен был быть представлен премьер-министру одновременно с докладом, чтобы завтра утром на пресс-конференции он мог объявить всему миру о достижениях Вермахта в первый день войны, и он боялся, что другие страны скажут, что немцы попросту хвастаются.

Янник улыбнулся и сказал: «Доктор Геббельс, это современная война, а не «старая» модель ведения войны, с которой можно сравнить последнюю великую войну. Прошли те времена, когда эти упрямые парни считали, что война — это глубокий окоп и несколько пулеметов. Скопления танков могут легко прорваться через окопы и колючую проволоку, чтобы подавить противника. Если противник не использует группы противотанковых орудий, способные маневрировать, они просто не смогут противостоять атаке танкового кластера».

«Но, но… Ваше Высочество, я боюсь, что другие не поверят!». — Геббельс все еще немного колебался: «Вы сказали, что пропаганда — это тоже война, и истинный смысл пропагандистской войны заключается не в том, чтобы говорить правду или говорить ложь, а в том, чтобы говорить то, во что люди охотнее всего поверят и что наиболее выгодно для нас. Сейчас мы должны убедить Советский Союз, Великобританию и Францию в том, что Германия совершила крупный прорыв, поэтому цифры, которые мы публикуем на международном уровне, должны выглядеть реальными и достоверными…».

Доктор Геббельс был экспертом в области пропаганды и знал важность пропагандистской войны. Задолго до начала войны доктор Геббельс уже разработал полную стратегию пропаганды. Она включала разоблачение зверств врагов против немцев, прославление храбрости и бесстрашия немецких воинов и пропаганду варварства и отсталости польской армии.

Но польскую храбрость не следует отрицать; храбрость — это то устойчивое впечатление, которое поляки произвели на людей Европы, и нет необходимости его подрывать. Не следует также представлять Польшу как непобедимого соперника… Это не соответствует действительности и создает впечатление немецкого запугивания.

Янник подозвал Геббельса наклониться к нему и спросил шепотом: «Доктор Геббельс, не беспокоитесь ли вы, что демонстрация силы нашей армии вызовет еще больший скандал в Британии и Франции?».

Геббельс слегка кивнул: «Ваше Высочество мудр».

«Неужели вы думаете, что вам нечего будет делать после войны с Польшей? Вот что я вам скажу, возвращайтесь и готовьтесь поместить это сообщение в газету. И приходи ко мне позавтракать следующим утром».

«Большое спасибо, Ваше Высочество. Тогда я вернусь и подготовлюсь». — Не успел Геббельс уйти, как к ним поспешил Риббентроп с мрачным лицом: «Ваше Высочество! Кое-что произошло!».

О каком еще крупном событии Вы, министр иностранных дел, могли бы сообщить? Не больше, чем о Британии, Франции или Советском Союзе, верно? Учитывая историю британских и французских добродетелей, потребуется еще день застоя, прежде чем война будет официально объявлена, о, может быть они завтра объявят ультиматум, чтобы они немедленно прекратили нападение или что-то в этом роде. Остается только Советский Союз. «Советский Союз не объявил войну Польше?».

Риббентроп был ошеломлен: это была последняя новость, которую он только что получил от советского посла, и Его Высочество узнал об этом раньше него? «Да. Этот проклятый Сталин нарушил свое слово. Он не объявил войну Польше, чёртовы вероломные волосатые медведи!». — К концу слов он немного скрипел зубами, это было отвратительное предательство!

Если бы это было возможно, он хотел бы прямо сейчас сесть на самолет в Москву, встретиться со Сталиным лицом к лицу и спросить его, как он мог быть таким бесстыдным?!

«О». — По сравнению с возмущенным Риббентропом, реакция Янника была спокойной: «Просто будьте осторожнее при переговорах с ними в будущем».

Риббентроп замер: «Но без них сможем ли мы выдержать давление трех великих держав — Англии, Франции и Польши?».

Янник слабо улыбнулся: «Не волнуйтесь, я не ожидал ничего от Советского Союза с самого начала. Польша? Эта великая держава сможет поддерживать его не более полумесяца. Что касается Британии и Франции, когда они будут готовы к войне, мы уже перебросим силы на Западный фронт, так что беспокоиться не стоит».

Видя, как спокоен Янник, Риббентроп тоже успокоился: «Тогда не нужно ли нам протестовать против Москвы?».

«Нет необходимости». — Янник очень сухо покачал головой: «Посмотрим, сможет ли Сталин еще сидеть спокойно после того, как советский посол завтра пошлёт содержание газеты в Москву. В конце концов, если они ничего не предпримут, мы получим больше территории, и вполне возможно, что вся Польша будет в нашем распоряжении».

«Черт! Черт!». — Слушая поток проклятий, доносящихся по радиосвязи, командир бронепехотного батальона 2-й моторизованной дивизии не мог не нахмуриться: «Базель, что происходит?!».

Хотя другой человек не назвал своего имени, он сразу понял, что это Базель из 3-го разведывательного отряда.

На поле боя невозможно было атаковать большие силы и маршировать роем. Не было ни спутников наблюдения, ни беспилотников, ни высокопроизводительных самолетов-разведчиков (конечно, в наше время были самолеты-разведчики, но они могли полагаться только на невооруженный глаз для наблюдения и поиска, а это было невозможно ни на йоту. Иногда вражеские войска на земле могут обмануть воздушную разведку при надлежащей маскировке) необходимо послать большое количество наземных разведывательных отрядов, чтобы действовать как кулак, глаза и уши больших сил. Они искали вражеские войска, шпионили за ними, проверяли оборону противника и предоставляли разнообразные данные военной разведки для оценки ситуации командиром и определения курса действий.

По связи прозвучал жалобный крик Базеля о помощи: «Помогите! Где вы?!».

«Мы достигли зоны Y3». — Их подразделение двигалось на восток, а разведгруппа Базеля направлялась на разведку на северо-северо-восток.

«Мад, за нами следуют не менее 200 польских кавалеристов!».

Командир батальона нахмурился еще больше, слушая крики Базеля по внутренней связи: «Кавалерия? Ты сказал кавалерия?».

«Да, как бы невероятно это ни звучало, это кавалерия. Та кавалерия, которая скачет за нами с саблями. О, и похоже, что это не просто сабли, некоторые из них несут копья. Эй, Райан, куда я дел свою камеру? Поторопись, найди её и сфотографируй их».

«Понял, я пришлю кого-нибудь за вами». — Положив трубку внутренней связи, командир батальона на мгновение задумался и приказал командиру 3-го взвода 1-й роты забрать разведгруппу.

Десять минут назад.

«У меня такое чувство, что я вот-вот столкнусь с поляками». — Пулеметчик в задней части джипа нервно оглядывался по сторонам.

Двумя самыми известными военными внедорожниками времен Второй мировой войны были немецкий автомобиль-бочка и американский Willys Jeep. Оба были чрезвычайно хороши, и у каждого были свои сильные стороны, которые трудно выделить. Янник не знал, какой из них выбрать, поэтому он изготовил несколько десятков каждого и отправил их в армию, чтобы проверить реакцию солдат. В результате большинство солдат предпочитали более мощные джипы.

Таким образом, джип стал одним из немецких военных автомобилей, используемых в основном для разведки.

Базел, командир машины на правах второго пилота и офицера связи, кивнул: «У меня тоже плохое предчувствие. Давайте поднимемся на тот курган впереди и посмотрим, нет ли там ничего необычного, прежде чем спрашивать командира батальона о дальнейших действиях».

Водитель повернул руль и направился к насыпи, которая выглядела не очень высокой.

«Хруст!».

В тот момент, когда автомобиль въехал на вершину насыпи, водитель резко затормозил! Трое мужчин в машине в недоумении смотрели на поляков, сидящих на земле за насыпью.

Там были не только люди, но и соответствующее количество лошадей, и было очевидно, что это польская кавалерия.

Вплоть до Первой мировой войны кавалерия играла неизмеримую роль благодаря характерной для нее быстроте, удару и способности сражаться самостоятельно.

А ко времени Первой мировой войны кавалерия была уже настолько ограничена, что атаковать пулеметные позиции противника было делом смерти, что объективно привело к появлению такого оружия, как танки.

Однако армия всех стран всегда будет казаться единственной службой, которая бережно относится к традициям. Конечно, если говорить красиво, это беречь традиции, если говорить прямо, это сохранять старомодность, особенно многие высокоодаренные солдаты, также не могут расстаться со старым оружием, и со старомодной тактикой, которая сделала их знаменитыми. Маньчжуры, Япония, Франция, Рим… и список можно продолжать и продолжать.

Одна из них — Польша, страна со славными кавалерийскими традициями. На протяжении всей истории она существовала как гегемон Восточной Европы и долгое время была щитом от вторжения в Европу кочевых сил из Евразии.

Еще в начале XVI века местные польские гусары облачились в доспехи и надели перья, чтобы заменить тяжелых рыцарей, которые к тому времени начали потихоньку уходить с поля боя.

Позже она превратилась в ружейную кавалерию — род солдат, впервые появившийся в Польше, вооруженный характерным для этой страны оружием — копьем, которое было невероятно мощным в бою и могло быстро уничтожить вражеские силы.

В девятнадцатом веке польское конное командование и конная польская пушечная кавалерия были единственными двумя полками из всех кавалерийских частей Наполеона, которые никогда не были разбиты вражеской кавалерией.

В том же году несколько сотен польских ружейных кавалеристов прославили себя, когда разгромили испанскую артиллерийскую позицию, которую не смогла одолеть пехотная дивизия, и выиграли сражение.

Страны поднимались и падали, но польская кавалерия сохранялась на протяжении веков…

Даже в наше время польская кавалерия остается их гордостью.

Например, почти двадцать лет назад, в битве при Каморро в конце польско-советской войны. Это было, пожалуй, самое крупное кавалерийское сражение с 1813 года.

Советская первая кавалерия под командованием Семена отправилась поддержать отступающую советскую армию. В Каморро под Замостьем польская кавалерия разгромила советскую кавалерию, а знаменитая 1-я кавалерийская была разгромлена.

Позже, в конце Первой мировой войны, Польша была восстановлена, с формирующейся страны, большое количество военного оружия зависело от получения капитулировавших немцев, и американской помощи, а ее собственная индустриализация не была высокой, с менее чем 1,5 млн. тонн производства стали до Второй мировой войны, для поддержания сухопутной армии более 1 миллиона человек в размере, это было недостаточно, и они не могли позволить себе поставлять изменения, даже если они хотели механизировать войска.

Звук двигателя джипа испугал польских кавалеристов, которые отдыхали на месте, и люди и лошади в унисон посмотрели на странное транспортное средство, которое внезапно пронеслось по насыпи. Казалось, ни на секунду не реагируя на железный крест, выбитый на передней части.

На мгновение сцена стала немного жутко тихой.

«Проклятье!». — Пулеметчик на заднем сиденье джипа среагировал первым и нажал на спусковой крючок, высокая скорострельность MG3 заставила выстрелы разлететься очень плотной звуковой волной. Хотя пулемет MG3 мог регулировать темп стрельбы, солдаты обычно любили стрелять так быстро, как только могли.

Выстрелы были настолько постоянными, что для человеческого уха они звучали как звук разрываемой ткани. Пулевая цепочка быстро втянулась в патронник пулемета, и гильзы, как дождь, упали на настил машины с хрустящим лязгающим звуком.

Он вдруг почувствовал себя очень ошеломленным, потому что этих поляков было так много, один за другим, они были так плотно упакованы и так неподвижны, что он впервые в жизни встретил цель, в которую так хорошо попали. Он дико размахивал пулемётом, и везде, куда попадало дуло, оставалась кровавая дорожка, а крики людей и ржание лошадей, сопровождаемые разрывом ткани MG3, создавали прекрасную песню.

Колесная база джипа была ограничена 80 дюймами, что позволяло автомобилю быстро разворачиваться и поворачивать с небольшим радиусом поворота, и через некоторое время автомобиль окончательно развернулся и помчался вниз по грунтовому склону.

Позади них раздалось ржание боевых коней и рев кавалерии, и в течение нескольких мгновений один за другим поляки поднимались на курган.

Пулеметчик крикнул: «Черт, у них копья!».

Базель и водитель в унисон оглянулись.

«Срань господня, это действительно копья!». — Глаза Базеля расширились при этом, и он замер на несколько секунд, прежде чем крикнуть водителю рядом с ним: «Быстрее, жми на газ! Я не хочу умереть от того, что это примитивное оружие пронзит мою грудь».

Накричав на водителя, он повернул голову, чтобы накричать на пулеметчика на заднем сиденье. «Не замерзай! Огонь! Стреляй в них!». — Пулемет можно было снять и стрелять назад.

Пулеметчик похлопал по ящику с боеприпасами и беспомощно сказал: «Пули закончились!». — Как разведывательный отряд, никто не просил их сражаться непрерывно, даже если иногда случалась перестрелка, они просто убегали после одного столкновения, одного ствола и одного ящика с боеприпасами было более чем достаточно, кто бы мог подумать, что возникнет ситуация, подобная сегодняшней, когда их преследовали сотни кавалерии?

В машине еще есть автомат и два пистолета, но в это время кавалерия позади еще более чем в 300 метрах, даже если стрелять — это будет бесполезной тратой патронов.

В это время водитель, который до этого молчал, заговорил: «Не нервничайте, лошади не могут бегать быстрее машин».- Максимальная скорость такого автомобиля-разведчика достигала 100 километров в час, в то время как лошади вряд ли могли бежать быстрее 60 километров в час.

Капитан группы оглянулся назад, и не удержавшись, вытер холодный пот со лба и приказал: «Тогда немного сбавь скорость, не дай им потерять нас, пусть думают, что смогут нас поймать, нам нужно заманить и убить их всех».

Пулеметчик спросил, поднимая свой пистолет-пулемет MP40 и заряжая его патронами: «Сколько времени нужно ехать до наших людей?».

Капитан машины ответил: «Максимум десять минут».

Водитель замедлил ход, и конница позади него постепенно нагоняла их, почти достигнув расстояния в 200 метров. Пулеметчик повернулся и продолжал отстреливаться из своего пистолета-пулемета MP40. Только расстояние между ним и кавалеристами было так велико, а дорога так невероятно ухабиста, что он расстрелял весь магазин, прежде чем увидел вдалеке кавалериста, упавшего с лошади, и даже не мог быть уверен, был ли парень, упавший с лошади, застрелен, или его нога соскользнула и он сам упал с лошади.

Расстреляв все магазины в машине, они, наконец, обогнули угол холма и увидели четыре бронетранспортера, припаркованные вдалеке, с линией солдат, выстроившихся в линию окопов с оружием, направленным в их сторону.

Водитель нажал на педаль газа и командир взвода, возглавлявший группу вооружённых солдат в окопах, спросил по рации: «У этих поляков есть тяжелое оружие?».

Базель покачал головой: «Это просто кучка кавалерии, даже винтовок нет».

Пока он говорил, он увидел группу польских кавалеристов с саблями и копьями в руках, спешащих к ним, и слово «дураки» внезапно пришло в его ум. Сегодня на поле боя доминируют танки и самолеты, а в польской армии до сих пор существует такой устаревший тип солдат, как «ружейная кавалерия». Самое смешное, что польская армия, которая считает «ружейную кавалерию» элитой, всегда чувствовала себя очень хорошо, считая, что она вторая лучшая армия в мире — после Франции.

Польские кавалеристы, пересекшие угол, заколебались, увидев четыре бронетранспортера. Но через мгновение они облизнули губы, и в их глазах появился кровожадный блеск.

Многие из них уже фантазировали о том, чтобы использовать скорость спринта своих лошадей, чтобы наклониться и отрезать голову противника одним ударом! Вот как должен сражаться кавалерист!

И с этим они безрассудно бросились на группу немецких солдат.

«Огонь!». — На расстоянии 500 метров командир взвода закричал и нажал на курок своего тяжелого пулемета НСВ. Бронемашина, в которой он находился, была оснащена тяжелым пулеметом и 20-мм пулеметом. А остальные три были MG3 с 20-мм пулеметами.

Этот взвод имел 15 98К, 10 G43 и 5 MP44, а также 3 пулемета MG3.

Пули, как проливной дождь, покрывали друг друга!

Если бы это был пистолет-пулемет, использующий 9-мм пистолетные патроны, то эффективная дальность стрельбы составляла бы всего 200 метров, а для кавалерии, отваживающейся идти на дождь пуль, 200 метров пролетали на одном дыхании!

Но 500 метров — это совсем другая история, это расстояние, расстояние между жизнью и смертью!

Одних только пулеметов на четырех бронемашинах было достаточно, чтобы создать металлический шторм, а с различными скорострельными орудиями в руках пехоты, наступление кавалерии вызвало страшный дождь смерти.

«Бум, бум, бум!». — 20-мм фугасные гранаты безжалостно взорвались в центре польской кавалерии, боевой конь был подбит, и инерция повалила кавалериста прямо на спину, прежде чем он смог встать, лошади позади него затоптали его, и человек испустил душераздирающий крик.

Сопровождавший немцев военный корреспондент продолжал сжимать затвор камеры, чтобы запечатлеть эту одностороннюю бойню. После этого сражения пример польской кавалерии в дурацких шапках, идущей на тяжеловооруженные броневики с саблями наперевес, стал вирусным.

Польская кавалерия в тылу, наконец, увидела ситуацию, повернула далеко назад и побежала, но, к сожалению, занятые бегом, они даже не заметили несколько черных точек в небе, преследовавших их издалека.

Над полем боя, заполненным дымом, воцарилась тишина, а в воздухе витал безошибочный запах крови!

Не понятно, кто начал, но звуки рвоты раздавались один за другим. Большинство из них были новобранцами, и им еще никогда не доводилось видеть столь жуткую сцену убийства. Разбросанные по земле обрубки и внутренности боевых коней, запах крови, льющийся из их носов, заставил бы упасть духом даже ветеранов, прошедших через множество сражений, не говоря уже о новобранцах, только что вступивших в армию. Наконец кто-то не смог подавить бурное чувство отвращения в своей груди, сел на корточки и его вырвало.

Почти как цепная реакция, большинство людей во взводе начали рвать одного за другим.

Командир взвода нахмурив брови крикнул: «Соберите тут все, очистите поле и проверьте боеприпасы. И соберите всех живых лошадей». — Хотя Янник работал над улучшением мобильности Германии, ему, к сожалению, не удалось достичь к этому времени механизации всей армии. Во многих местах для перевозки припасов требовались лошади, и многим солдатам приходилось маршировать пешком. Теперь, когда на поле боя было разбросано столько прекрасных боевых коней, их нельзя было тратить впустую.

Люди достали свои бутылки с водой, распустились, вытащили полотенца, которые они несли, чтобы обернуть ими рот и нос, прежде чем начать работу.

Все лошади, кроме тех, которые были тяжело ранены и явно собирались умереть, были собраны, их было от семидесяти до восьмидесяти.

Солдат крикнул: «Командир взвода, здесь есть раненые».

Командир взвода спрспросил: «Тяжело или легко ранены?».

Солдат осмотрел раны и ответил: «Похоже на легкую рану».

Командир взвода обдумал это на мгновение и приказал. «Перевяжите их раны, свяжите их и несите на лошади. Тяжелораненых можете не брать».

После очистки поля боя они оттащили семьдесят-восемьдесят боевых лошадей и тридцать или около того военнопленных назад к базе, оставив за собой лишь след из убитых и раненых.

«Посмотрите вниз!».

В то время как немецкие солдаты на земле неистово истребляли наступающую польскую кавалерию, эскадрилья бомбардировщиков «Москит» в воздухе наслаждалась этим ужасным сражением.

Тут же кто-то спросил: «Капитан, мы должны помочь им?».

Даже в самых продуманных планах сражений могут возникнуть различные непредвиденные ситуации. Как и их эскадрилья, они пролетели половину пути, когда им сообщили, что цель бомбардировки, которая первоначально принадлежала им, была упреждена дружественными силами. А диспетчерский центр сейчас был слишком занят, чтобы организовать для них новую цель для бомбардировки в данный момент. Хорошо заправленные, они могли лишь неторопливо бродить по окрестностям, высматривая, на какие места можно сбросить бомбы.

Как оказалось, они случайно пролетали над полем боя и стали свидетелями грандиозной сцены резни, что показалось им хорошей возможностью.

Однако командир эскадрильи отнесся к этому предложению с насмешкой: «Помочь в чем? Видите, эти кавалеристы даже не могут приблизиться к нашим солдатам, это просто односторонняя бойня, нам нет нужды присоединяться к веселью. Если мы спустимся туда, возможно, они даже подумают, что мы украли их боевые заслуги».

Конечно, победа на земле не заставила себя долго ждать: «Эй, эти парни сбежали!».

Если смотреть с высоты, то земля в пятистах метрах перед наземными войсками немцев окрасилось в ослепительный кроваво-красный цвет. Дьявол знал, сколько людей и лошадей упало там, истекая кровью.

У оставшейся кавалерии уже не хватило духу продолжать идти в этот ад, они развернулись и бежали.

«Следите за ними издалека». — Командир эскадрильи приказал.

Несколько человек задались вопросом: «Но, эти несколько маленьких креветок не стоят того, чтобы тратить на них бомбы. Мы же не «Штуки», мы не можем наносить точные удары». — Хотя бомбардировщики «Москит» могли бомбить горизонтально на большой высоте, а также точно сбрасывать небольшие цели на малой высоте, все же было трудно бомбить над этими невероятно проворными кавалеристами.

Командир эскадрильи сказал самодовольно: «Как вы все знаете, одна из самых распространенных вещей, которую делают дети после того, как их избили, — идут домой и жалуются родителям. Армия не является исключением, и теперь, после того, как этих парней побили, они тоже должны вернуться и пожаловаться своему командиру, так что если мы сможем идти за ними, тогда мы сможем найти большую рыбу!».

«Логично!»

«Капитан мудр!»

«Похоже, капитан знает свое дело!»

За разговорами эскадрилья бомбардировщиков следовала издалека за теми разбитыми солдатами Польши, и действительно пришла к скоплению кавалерии, а если посмотреть на количество кавалерии, плотно упакованной на земле, то там было по крайней мере два полка.

«Хех, еще одно кавалерийское подразделение? Эти придурки все еще думают, что мы воюем как в Первой Мировой?». — Пилоты презрительно плевались, но при лучшем зрении они могли бы заметить, что эти кавалеристы не были похожи на тех, кто стоял перед ними с саблями или даже метательными копьями. Каждый из них был вооружен оружием, даже легким пулеметом и минометом, и у каждого на поясе было по четыре коктейля Молотова!

Поляки тоже были «на волне» и знали, что сабли — ничто перед лицом стальных танков.

Именно во время гражданской войны в Испании возросла слава «коктейля Молотова». Эти колбы были не только просты в изготовлении, но и эффективны. Современные танки еще не имеют жесткой конструкции, и между частями танка есть зазоры, а бутылки с зажигательной смесью содержат жидкое топливо, которое будет проникать через эти зазоры при ударе о танк. А метание зажигательных бутылок обычно направлено на люк двигателя танка, и жидкое топливо может выжечь внутренний двигатель танка, так что они нанесут решающий ущерб танку.

А материал был легким, и его можно было бросить дальше, чем ручную гранату. Если пехотные саперы могли бросать их на тридцать метров, то кавалерии не составит труда, полагаясь на инерцию, бросить их на пятьдесят или шестьдесят метров.

Их целью было использовать кавалерию в качестве головной части копья для атаки комбинации передовой дивизии 19-й танковой армии и 8-й бронетанковой бомбардировочной дивизии в качестве арьергарда, в попытке открыть брешь, которая позволила бы его группе, разделенной на две части, воссоединиться, но он не ожидал, что станет мишенью для немецких бомбардировщиков, прежде чем он сможет собраться и начать движение. Сразу же он был готов к уничтожению.

«Сообщите о них в диспетчерский центр, и узнайте, есть ли поблизости дружественные войска, на этот раз мы нашли большой кусок мяса, лучше послать туда Штук или Ил-2».

За короткое время под диспетчерским центром были собраны две эскадрильи бомбардировщиков «Москит» и три эскадрильи «Штук», за исключением того, что двум из «Штук» было приказано прибыть в кратчайшие сроки на обратном пути на базу после миссии бомбардировки, у них остались только 20-мм пушки.

«Нам лучше поторопиться, мы только что видели, как наземная бронетехника продвигается сюда. По расстоянию они будут там меньше чем через полчаса, к тому времени они уже возьмут все эти земли под свои контроль».

Командир эскадрильи праведно сказал: «Кто мы по-твоему такие? Мы все немецкие солдаты. Похоже, что на земле слишком много кавалерии, у наземных войск наверняка будут проблемы, когда они прибудут, давайте поможем им».

После короткого разговора «Штука» захватила лидерство и пошла на снижение.

Гордые немецкие орлы нанесли стратегический удар по польской кавалерии внизу, сначала обстрелом из 20-мм пушки Штука, обрушив шквальный дождь из пуль на польские кавалерийские формирования, сгоняя польскую кавалерию, уже находящуюся в боевом порядке, к средней зоне, набирая высоту после обстрела, а затем бомбардировщики Mosquito сконцентрировали свои бомбы на плотном строю польской кавалерии, которая была согнана в одно место.

Сразу же бомбы полетели во все стороны среди польской кавалерии, и потоки крови и плоти полились среди польских кавалеристов, которые уже давно были оглушены угрюмым воем «Штук». Свист самолетов, взрывы бомб, ржание боевых коней и крики раненых раздавались в быстрой последовательности.

Когда прибыла наземная бронетехника, их взору предстала трагическая картина ада.

Польские кавалеристы, только что спасшиеся от разрушительной бомбардировки, не имели сил сопротивляться при виде несущегося стального зверя, и с трепетом наблюдали, как танки с Железным крестом проносятся мимо и легко сдаются сопровождающей пехотой.

Хотя земля была усеяна телами, у них не было времени остановиться и расчистить дорогу, водитель нажал на газ и протиснулся прямо через мертвую лошадь перед ними. Кровь брызнула повсюду, и капитан не мог удержаться, чтобы не сплюнуть и не выругаться несколько раз, наблюдая, как кровь и плоть, раздавленные и свернутые гусеницами, падают на обочину дороги.

«Продолжайте двигаться! Возьмите мост через реку Браш, и мы победим!».

Самыми невезучими были те, кто погиб непосредственно от бомб, за ними следовали те, кто попал в плен, а самыми удачливыми были те, кто вовремя спасся.

Как например Владиславу Андерсу. Он и несколько его охранников вскочили на лошадей и помчались назад, не оглядываясь, когда над ними пронеслись «Штуки». Не решаясь остановиться, он, как трусливая собака, побежал к мосту через реку Браш.

Мост, построенный немцами перед последней мировой войной, охранялся взводом солдат, которые с трепетом наблюдали за бригадиром кавалерийской бригады, который незадолго до этого пересек мост с высоко поднятой головой.

«Вода, вода!». — Полковник Андерс, не заботясь о своем имидже, чуть не упал с лошади. Это был безостановочный путь, он пробежал очень много километров на одном дыхании, и даже не сделал глотка воды, его горло, казалось, горело, и он не мог дождаться, когда сможет прыгнуть прямо в реку Браш под мостом и напиться.

«Держите!». — Командир взвода, охранявшего мост, поспешно отстегнул свою флягу и передал ее, остальные тоже раздали свои фляги охранникам полковника Андерса.

Полковник Андерс одним глотком выпил воду из своей фляги и сделал полувдох-полувыдох, чтобы перевести дух: «У вас здесь есть взрывчатка?».

«Взрывчатка?». — Командир взвода сказал с удивлением: «У нас есть только ручные гранаты. Для чего вам нужна взрывчатка?».

Полковник Андерс жестом указал на мостик у своих ног: «Чтобы взорвать этот мост. Поскольку у вас здесь нет взрывчатки, вы сейчас же пошлете кого-нибудь в тыл за ней, как можно скорее!». — Мост был довольно прочным, и они не смогли бы разрушить его гранатами, да и взрывчатки потребовалось бы немало.

«Взорвать, взорвать мост?!». — Командир взвода был ошеломлен: «Но это же река Браш!»

Может, этот джентльмен-полковник сошел с ума? Если бы он вчера не наблюдал, как этот господин полковник высокомерно ведет через мост кавалерийскую бригаду, он бы даже заподозрил, что этот — шпион, подосланный немцами.

Как могли солдаты в тылу поддержать линию фронта, если они уничтожат такой важный транспортный путь? Как еще можно доставить груз?

«Я знаю, знаю, но немцы скоро…». — Слова едва успели покинуть его рот, когда «Р-р-р» низкого рева мотора послышался ушами мужчины. Полковник дернул головой в направлении звука и увидел желтоватый дымок, поднимающийся с задней части далекого холма.

«Боже мой! Немцы идут за нами!». — Один из охранников внезапно издал крик, который испугал толпу. Он подбежал и отчаянно дернул поводья своей лошади, но измученная лошадь была близка к тому, чтобы умереть и пустить пену изо рта, что уже не могла встать, сколько бы он ее ни поднимал. Охранник беспомощно сидел на земле, крича от отчаяния: «Ей-богу, нам не уйти от них!».

Однако остроглазый полковник Андерс заметил пустой грузовик с припасами, припаркованный неподалеку: «Быстро! Залезайте туда!». — Сказал он, не обращая внимания на остальных, и побежал к грузовику, мгновенно забрался в кабину, одним движением включил зажигание и нажал на газ.

Когда взвод солдат, охранявших мост, затормозил, они могли только ошарашенно смотреть, как полковник Андерс и его охранники уезжают на своей машине.

«Ах ты выродок!». — Командир взвода не удержался и разразился бранью. Он впервые видел такого наглого солдата. Как такой подлый ублюдок стал полковником-бригадиром?

Рев двигателя становился все отчетливее и отчетливее, и даже земля слегка дрожала. Вскоре они увидели вдали фигуру немецкого танка, и один солдат несколько нервно спросил:"Командир взвода, что нам делать?!»

Командир взвода, не потрудившись продолжить проклинать труса, сбежавшего из боя, крикнул: «Мы — доблестные польские солдаты! Мы не эти трусы! Мы должны удержать этот мост для Польши!».

«Для Польши!».

«За Отечество!»

Группа маленьких польских солдат, которые еще не знали мощи немецких танков, подняли винтовки в руках и закричали в ответ.

Но человеческое мужество иногда не приносит ничего, кроме щедрой смерти.

Тут подошла передовая рота танков.

«Почему на этом мосту нет гарнизона?»

«Я видел пару маленьких крыс, которые прятались в роще за рекой. Наверное, пытается устроить там засаду. Всем навестись на рощу на противоположном берегу, один выстрел, и с ними покончено!».

Через несколько секунд в рощу на противоположном берегу полетел снаряд танка, и не очень большая роща мгновенно разлетелась на куски.

«Ганс, иди на мостик».

«Командир роты, будет лучше, если я пойду. Что если эти поляки начинили мост взрывчаткой?».

«Именно страх перед взрывчаткой заставляет меня подниматься туда, чтобы посмотреть обстановку. Ты будешь командовать, если что-то пойдет не так».

Наблюдая за тем, как танк командира роты медленно подъезжает к мосту, заместитель командира роты приказал. «1-й взвод и 2-й взвод готовят снаряды, 3-й взвод и 4-й взвод — бронебойные снаряды, и внимательно следят за лесом. Стреляйте из пушек, если там есть движение!»

Когда танк командира роты въехал на середину моста, из леса внезапно вырвались две вспышки огня, которые сильно ударили по лобовой броне танка.

«В нас попали!». — Механик вскрикнул, почувствовав, как снаряды врезаются в броню прямо перед ним.

«Заткнись, снаряд не проник! Это малокалиберный пистолет».

Каким бы ни было орудие, оно не угрожало танку, лишь протаранив две неглубокие, не представляющие угрозы воронки в лобовой броне. Однако поляки не получили второго шанса открыть огонь, и взвод танков, стоявших на жесткой позиции, открыл огонь почти сразу после того, как орудия открыли огонь через реку. Многочисленные снаряды немецких танков подняли в воздух польские пушки вместе с оставшимися солдатами.

Когда танк командира роты спокойно проехал по мосту, по нему проехали следующие за ним танки.

«Отправьте сообщение в штаб дивизии», — приказал командир роты: «Мы взяли под контроль мост через Браш, и он цел».

«Немедленно постройте оборонительные позиции! Не дайте полякам контратаковать!». — Однако он не волновался: с 20 танками и двумя ротами солдат он был уверен, что сможет удержать мост. Кроме того, большие силы, стоящие за ним, могли в любой момент прийти на подмогу.

…

«Ваше Высочество». — Штабной офицер в штабе командования положил телефонную трубку и доложил Яннику: «4-я армия сообщает, что авангардная рота 19-й танковой армии захватила мост через реку Браш, мост цел».

«Похоже, что генерал Гудериан сможет переправиться через реку сегодня днем. Группа армий «Поморие», группа армий «Познань» почти завершена. Их ряды скоро рухнут». — Его взгляд блуждал по столу с картами и вскоре остановился на группе армий «Познань», расположенной к югу от группы армий «Поморье»

«Генерал Рундштедт, можем ли мы уничтожить эти две группы армий?».

Рундштедт внимательно посмотрел на карту и, обобщив собранные отчеты, слегка покачал головой: «Ваше Высочество, из-за того, что мы предпринимаем грандиозное наступление с севера на юг, наши силы в центре очень слабы и неспособны уничтожить Познаньскую групповую армию, а силы, используемые для атаки Поморье, также недостаточны… с нашими нынешними силами мы можем только покалечить Поморскую групповую армию, и не можем сделать ничего, чтобы осадить и полностью уничтожить ее. Эти остатки неизбежно будут отступать на юго-восток, в то время как армия группы «Познань», не получившая серьезных потерь, предположительно также будет отступать на восток, поскольку ее фланги находятся под серьезной угрозой. Таким образом, существует большая вероятность того, что армия Поморского корпуса и армия группы «Познань» встретятся на западном берегу Вислы, к ним даже присоединятся некоторые части армии группы «Лодзь», образуя таким образом относительно большое скопление. Если эти польские армии отступят в Варшаву и будут готовиться к сражению насмерть, это будет не маленькая проблема».

Янник, однка, был спокоен: «Тогда разве мы не сможем взять их всех одним махом? Это также было бы хорошее время, чтобы дать нашим «боевым войскам улиц» практику». Сражения на улицах всегда были жестокими, и было полезно потренироваться на слабых поляках.

В этот момент вошла Энни и сообщила: «Ваше Высочество, британский посланник просит аудиенции».

Через 30 часов после нападения на Польшу был отправлен британский посланник с ультиматумом от Британской империи.

«Британская империя требует от Германии предоставить гарантии перемирия в течение двух часов, иначе Британия и Германия будут находиться в состоянии войны!». — Господин посланник зачитал этот лаконичный «ультиматум», очень по-джентльменски кивнул толпе и удалился.

Янник презрительно скривился: «Эти самодовольные ублюдки думают, что они все еще управляют миром. При этом они делают все так медленно, и это эффективность великой страны? Если бы я был королем Англии, я бы объявил войну, как только вчера началась атака».

В этот момент к ним поспешил старший штабной офицер: «Ваше Высочество, 141-й спецназ захватил Алекса Серчака, командующего вражеской армией и успешно убедил его сдаться. Две пехотные дивизии, кавалерийская бригада и часть местного гарнизона под его командованием объявили о своей капитуляции».

«Что?!». — Рундштедт был ошеломлен и поспешил проверить полицию Алекса по карте. Через некоторое время он обнаружил, что с этой его капитуляцией вся Данцигская область вернулась в объятия Германии: «Какое это подразделение — 141-й спецназ?».

Самодовольная улыбка пересекла лицо Янника: «Ваше превосходительство генерал Рундштедт, эта 141-я специальная боевая группа не является частью последовательности Вермахта. Они являются частью спецназа KSK и посвящены операции «Обезглавливание».

«Операция Обезглавливание?». — Увидев несколько озадаченный взгляд Рундштедта, угрюмый Янник тщательно объяснил ему: «Как вы знаете, господин генерал, на войне военный противник как большая система обычно состоит из пяти звеньев: «кольцо командования и руководства», или цепь командования; «кольцо органической необходимости», или смежные отрасли, такие как электричество и боеприпасов, продовольствия и т.д.; «кольцо инфраструктуры», т.е. инфраструктуры, например, транспортных путей; «кольцо индивидуальной группы», т.е. населения; и «кольцо полевых войск», т.е. для защиты внутренней системы собственного кольцо и атаковать звенья колец вражеской системы.

Если в качестве первого кольца взять человеческий мозг, то стратегическим центром человека является мозг, который незаменим; без мозга, глаз, ушей и нервной системы, даже при неповрежденном теле, человек был бы всего лишь овощем, и такой овощ уже не мог бы действовать на стратегическом уровне, потому что мозг отвечает за интеграцию и управление органами и нейронными сетями тела. Это эквивалент командной структуры противника, и, уничтожив ее, более крупная система противника перестанет функционировать».

Современный «патент» на «обезглавливание» приписывается России. Во время Второй чеченской войны Россия применила «обезглавливание» для убийства чеченского командира Дудаева, быстро выиграв войну и подавив многолетнее чеченское повстанческое движение. Российская армия использовала цепочку данных для связи военных спутников, самолетов раннего предупреждения, истребителей, наземных центров управления информацией и наземных командных пунктов для органичного обмена информацией, и от обнаружения цели до ее уничтожения за считанные минуты была проведена совершенная и красивая информационно-технологическая «обезглавливающая война».

Но честно говоря Янник не ожидал, что им так повезет в захвате военачальника.

Рундштедт кивнул головой в знак понимания.

Два часа назад.

«Мост через Браш захвачен? Боже!». — Командир элитной кавалерийской бригады, полковник Андерс, бежавший с поджатым хвостом, принес Алексу новость о падении моста через реку Браш… который принадлежал к группе армий «Поморье». Весть о падении моста через Браш была доведена до командующего Поморской армией Алексея Серчияка.

Когда он услышал эту новость, он чуть не упал в обморок.

Польша снова должна была умереть? (Почему снова? Потому что Польша умирала три раза за свою историю).

В сердце каждого поднялось зловещее чувство.

«Отходим к линии Вислы». — Адъютант командующего армией в отчаянии предложил: «Там мы сможем более или менее продержаться несколько дней».

«Нет, это невозможно!». — Полковник Андерс в отчаянии покачал головой и указал на небо: «Немецкие самолеты не дадут нам уйти!».

Он знал об этом слишком хорошо, и ему было что сказать по этому поводу: «И дело не только в самолетах, их танки и бронемашины тоже не дадут нам уйти!».

В нынешнем виде, если не произойдет какое-то чудо, они были обречены на провал. Затем сдаться группа «Поморье», затем группа армий «Познань» и группа армий «Модлин»…

И, наконец, вся Польша!

Как раз в тот момент, когда группа была доведена до отчаяния «ходячей отрицательной энергией» полковника Андерса, командир получил звонок от фельдмаршала Шимиглы, верховного главнокомандующего польской армии. Сначала маршал объявил ему строгий выговор за потерю моста через Браш и строгий приказ во что бы то ни стало вернуть его или предстать перед военным трибуналом.

«…». — В командовании произошел мгновенный взрыв, когда командующий армией Серчак передал приказ Его Превосходительства маршала остальным.

«Это он составил «Западный план», а теперь видит, что он провалится, и сваливает все на нас?!».

«Ублюдок!».

«Командующий армией, это все равно, что послать нас на смерть! Как мы сможем вернуть мост теперь, когда немецкие танки точно пересекли мост через Браш?». — Наиболее бурная реакция была у полковника Андерса. Ему очень не хотелось снова столкнуться с ужасными немцами. Он действительно хотел бежать до самого дома, сняв эту форму и дрожа в постели, завернувшись в одеяло, если это возможно!

«Дядя, разве у этого Шимиглы не было раньше проблем с тобой? Он явно собирается использовать эту возможность, чтобы избавиться от тебя!». — В своем отчаянии он выдал все свои отношения с командующим армией Серчаком. Но те, кто командовал, были в основном приближенными его дяди, и это никого не волновало.

Как и его выступление на поле боя, этот парень совсем не был солдатом, боюсь, что с его способностями он не смог бы стать даже командиром взвода! Он получил это должность, потому что его мать была сестрой генерала Серчака.

Однако военачальник знал, что за человек его племянник, поэтому лично назначил его заместителем командира бригады и начальником штаба. Обычно они вдвоем принимали решения по важным вопросам в бригаде, но сейчас не было даже очереди полковника Андерса вмешиваться.

Воздушный налет не мог убить всех, и если бы заместитель командира бригады или начальник штаба остались в живых, они бы организовали оставшихся солдат, и даже если бы они не смогли противостоять немцам на месте, они смогли бы сражаться и отступать и удерживать мост через Браш. В результате заместителю командира бригады и начальнику штаба не повезло и они погибли под немецкой бомбардировкой, а командир бригады в одиночку скрылся из виду, оставив польскую армию без лидера, которой оставалось только сдаться в плен.

Как раз в тот момент, когда командование роптало, поспешно вошел стражник и громко доложил: «Командир, снаружи находится немецкий эмиссар, он просит встречи с вами».

«…».

Не забывайте ставить лайки и оценку :)

«Докладываю его превосходительству командующему, снаружи находится немецкий эмиссар, и он просит встречи с вами».

«…».

В изначально шумной командной комнате на мгновение воцарилась тишина, воздух словно застыл, и все взгляды устремились на этого охранника.

Первым отреагировал командующий армией Серчак: «Что ты сказал?!».

Охранник, немного ошеломленный, заикаясь, повторил: «Здесь находится немецкий эмиссар, который просит встречи с вами».

«Немцы? Они нашли нас?!». — проговорил командующий армией Трекиак, подсознательно глядя в сторону полковника Андерса, который был потрясен не меньше его.

«Похоже на то. Он утверждает, что является командиром роты бронетанковой разведки 330-го полка, входящего в состав немецкой 10-й панцер-гренадерской дивизии, и получила приказ вести переговоры». — Охранник ответил.

Командир разведывательной роты? Это значит, что немецкие сухопутные войска недалеко отсюда?!

«Вызовите его, я хочу посмотреть, о чем эти немцы хотят поговорить». — приказал командующий армией Серчак, поправляя ещё один приказ: «Приготовиться к бою!».

Командование штаба армии — это не штаб батальона роты, который можно было вот так просто переместить, и прежде чем они были готовы к эвакуации, немцы их уже перебьют.

Что касается того, как они были обнаружены, то, как предполагал командующий армией Серчак, они проследили за полковником Андерсом и прощупали дорогу.

Услышав приказ командующего армией Серчака, охранник отдал честь и повернулся, чтобы уйти, а штабные офицеры поправили свои мундиры, как и их командир.

«Сэр генерал, я капитан Шварценеггер, командир 330-й танковой разведывательной роты немецкой 10-й танковой гренадерской дивизии, приветствует вас». — Капитан Шварценеггер отдал безупречное воинское приветствие командующему армией Серчаку. Конечно, он не был командиром разведывательной роты, но не было необходимости говорить этим полякам правду о том, что он был капитаном одиночного отряда специального назначения на территории врага.

Ответив на приветствие с такой же торжественностью, командир «Серчака» начал оценивать человека, стоящего перед ним.

Хорошие внешние данные, только этот проклятый подбородок раздражает, подумал про себя Серняк, глядя на слишком уж высокий подбородок Шварценеггера: «Капитан Шварценеггер, для чего начальство послало вас сюда? Если это требование моей капитуляции, то вы можете идти».

«Простите, генерал, но мне точно приказали убедить ваши войска сдаться, так как мы не хотим вызывать ненужные убийства».- Капитан Шварценеггер ответил с высоко поднятым подбородком: «Ваш командный пункт уже находится в пределах досягаемости нашего артиллерийского огня, и ради вашей жизни и жизни ваших людей, я надеюсь, что генерал сделает мудрый выбор».

«Почему я должен верить вам на слово? И я бы уже начали прямую атаку и вообще не стал бы делать такой бессмысленный шаг». — Сорчак задал вопрос.

Шварценеггер слегка улыбнулся: «Тогда позвольте мне доказать вам, насколько мы сильны. Ваше превосходительство командующий, пожалуйста выйдем наружу».

Толпа вышла из командного центра, только чтобы увидеть, как Шварценеггер поднял правую руку и начал кому-то махать рукой, и через мгновение в поле зрения толпы появился самолет.

«Вы хотите показать мне самолёт?». — спросил Серчак. В следующую секунду он увидел, как самолет начал пикировать, целясь в зенитное орудие на вершине холма.

«!!!». — Серчак даже отсюда слышал удручающий свистящий звук, который издавал самолет, и с трепетом наблюдал, как он проносится все ниже и ниже. Не то чтобы он никогда раньше не видел бомбометания, большинство из них в основном просто горизонтально пикировали под углом 30 или 40 максимум, но он никогда не видел, чтобы самолет пикировал под почти вертикальным углом, как сейчас.

Вскоре самолет находился на высоте менее 1000 метров над землей, но не подавал признаков подъема и продолжал пикировать. Видя это Серчак озадаченно пробормотал: «Он хочет разбиться?».- Или самолет был неисправен? Он взглянул на капитана Шварценеггера, стоящего рядом с ним, и увидел, что его лицо ничуть не обеспокоено, уголки рта слегка изогнулись, как будто он предвидел, что произойдет с этой зениткой.

Под изумленными взглядами толпы . На высоте более пятисот метров над землей бомба отцепилась от самолёта и нос самолета начал подниматься вверх.

Толпа наблюдала, как бомба с безошибочной точностью упала на зенитное орудие, разбив его вдребезги.

Шварценеггер сказал с самодовольным выражением лица: «Этот бомбардировщик, называемый «Штука», является самым точным пикирующим бомбардировщиком в мире. Пока что-то находится под его прицелом, ничто не может избежать его точной бомбардировки. Даже если Его Превосходительству Командующему повезет увернуться от одного, двух, сможет ли он увернуться от десятков таких?».

Посмотрев в ту сторону, куда указывал капитан Шварценеггер, толпа с ужасом увидела в далеком небе по меньшей мере несколько десятков самолетов, летящих в направлении их района.

Среди улыбающегося взгляда Шварценеггера и сложных, невразумительных взглядов окружавших его штабных офицеров Серчак принял трудное решение: «Передайте своим офицерам, что если вы можете обращаться с нами в соответствии с международными конвенциями, то мы…».

На мгновение слово «сдаюсь» перекатывалось в горле Серчака, и только спустя долгое время он выплюнул его с большим трудом: «Мы сдаемся».

Не забывайте ставить лайки и оценку :)

Как раз когда Янник сокрушался об удаче 141-го спецназа и размышлял о том, какие медали будут уместны для них, прибыл французский посол, чтобы сообщить им об ультиматуме Франции. Их ультиматум был схож с ультиматумом Британии в том, что Германия должна была немедленно прекратить нападение и отступить к пограничной линии.

Слушая, как французский посол болтает без умолку, Янник нетерпеливо прервал его: «Возвращайтесь и скажите своему премьер-министру Даладье, что если между двумя странами начнется война, боюсь, ваша страна не продержится и восьми недель. Ему лучше быть осторожным в своих словах и не доводить Францию до вымирания».

«!!!». — Французский посол выглядел так, словно у него был запор, уголки его рта подергивались, но перед лицом группы солдат, наблюдавших за ним, он не осмелился больше ничего сказать и, холодно фыркнув он ушёл.

Видя его уход Янник презрительно скривился: «Хмпф, говорить о восьми неделях — значит давать вам честь, шесть недель вас доконают!».

Эти слова заставили его оказаться в центре внимания всех собравшихся.

Рундштедт неловко сказал: «Ваше Высочество, вы немного преувеличиваете, говоря о шести неделях. Когда-то я четыре года воевал с французами, и их воля к борьбе была высокой. Конечно, мы более упорные». — Франция имела более трех миллионов элитных сухопутных войск, а по количеству самолетов и танков она была сопоставима с Германией и даже превосходила ее по общей военной мощи, в это время Франция была признанной державой номер один по численности сухопутных войск на всем европейском континенте.

Янник слабо улыбнулся: «Ваше превосходительство генерал Рундштедт, вы слишком сильно их поднимаете. На протяжении всей истории французам удавалось выигрывать сражения только под руководством сумасшедшей девушки вроде Жанны д’Арк или карлика Наполеона».

Каждый, кто хоть немного знаком с историей Жанны д’Арк, знает, что Жанна д’Арк была неграмотной крестьянской девушкой. Возможно, было бы немного унизительно сказать, что она была просто неграмотной деревенской девушкой, но ее отец был деревенским чиновником, отвечавшим за сбор налогов в деревне.

Жанна утверждала, что встретила архангелов Святого Михаила, Святую Екатерину и Святую Маргиладу (три легендарные личности, очень известные в свое время), которые сказали Жанне, что она должна изгнать англичан и возглавить коронацию кронпринца. Во время Столетней войны между Францией и Англией были распространены религиозные идеи, и Жанна, будучи набожным религиозным человеком, была убеждена в своих претензиях.

После нескольких так называемых «чудес» люди поверили, что она послана Богом, и даже власть имущие согласились, что эта деревенская девушка, которая никогда раньше не вела войны, возглавит армию против захватчиков.

Несомненно, сама Жанна д’Арк, как и простые люди ее времени, верила в Бога и верила, что Жанна д’Арк принесет чудеса, чтобы победить захватчиков, и в этом нет ничего плохого. Но с точки зрения материалистов и атеистов более позднего времени, утверждение о том, что Жанна д’Арк слышала оракул Бога, является продуктом бреда и шизофрении, если не самовнушенной ложью и уловкой для одурачивания масс.

Если исходить из того, что сама Жанна не лжет, то ситуация, когда она утверждает, что слышала оракулы святых ангелов в своей голове, подпадает под категорию галлюцинаций или видений. Тот факт, что эти голоса исходили из ее мозга, говорит о том, что Жанна, возможно, страдает от болезни или аномалии в тканях мозга, подобной эпилепсии и другим нервным расстройствам головного мозга.

Но согласно истории, Жанна обычно вела себя нормально и социально функционировала, и не была пациенткой невменяемого типа. Так что даже если у Жанны д’Арк и было мозговое расстройство, оно могло быть только легким. К тому же она жила в эпоху, когда была сильна религиозная атмосфера, и она была очень религиозна. Столь сильные религиозные убеждения могли бы дать Жанне психологические сигналы, побудившие ее услышать в своем сознании содержание, связанное с религией, подобно тому, как люди, видящие сны в состоянии сна, видят вещие сны.

Сейчас не существует останков Жанны д’Арк или ее костей, чтобы подтвердить это, поэтому идея о том, что неврологические аномалии в мозге привели к тому, что Жанна д’Арк слышала то, что она понимала как «оракулы», является в значительной степени умозрительной и спекулятивной, но она принимается многими научными людьми, которые готовы объективно взглянуть на чудеса Жанны д’Арк.

Что касается Наполеона, то нельзя отрицать его военную и политическую доблесть.

В фильме «Долгая помолвка» есть классическая сцена, где французский солдат бежит к немецкой позиции с белым флагом, крича «Не стреляйте, я не француз, я корсиканец!». Немцы даже не выстрелили в него, но французский сержант в окопе в ярости убил молодого человека.

Корсика — большой остров в Средиземном море, расположенный на юго-востоке Франции, и первоначально была независимой страной (в первой половине XVIII века корсиканцы подняли мощное восстание против генуэзцев, недовольные жестоким правлением генуэзцев. Островитяне во главе со своим вождем Паоли нанесли генуэзцам тяжелый удар. Генуэзцы были изгнаны с большей части Корсики, было создано независимое корсиканское правительство и разработана первая конституция — Конституция Корсики, воплотившая волю корсиканского народа). После этого жители острова жили идиллической и счастливой жизнью.

15 мая 1768 года побежденные генуэзцы и Франция подписали секретное соглашение о продаже «державы» Корсики Франции.

Это унизило жителей Корсики, которые были переданы правителям как объект, без какой-либо автономии. Затем корсиканцы во главе с Паули сражались против французских захватчиков, включая отца Наполеона, Шарля Бонапарта. Отец Наполеона, Шарль Бонапарт, также взял свою семью на защиту Корсики.

8 мая 1769 года партия Паули проиграла сражение, и жители острова, включая отца Наполеона, были вынуждены подчиниться французам, а сам Паули месяц спустя покинул Корсику и отправился в изгнание в Англию.

Спустя годы Наполеон все еще был одержим этим инцидентом, говоря о нем: «Я никогда не смогу простить моего отца, который, будучи адъютантом Паули, согласился на присоединение Корсики к Франции; он должен был разделить судьбу Паули и пасть вместе с ним». — Очевидно, что корсиканцы отвергали и ненавидели французов от всего сердца, и они считали, что присоединение Корсики к Франции было против воли жителей острова.

Ирония заключается в том, что Наполеон в то время, вероятно, не предполагал сюжета истории, которая развернется годы спустя — что он взойдет на трон и станет императором «вражеского государства»!

После силовой французской оккупации мир был нарушен, народ Корсики был вынужден учить французский язык, культура независимости была уничтожена и подвергалась всевозможному бесчеловечному обращению, а движение корсиканского народа за независимость начало расти с момента вторжения. К сожалению, после того как Наполеон предал свою родину, Корсику, в руки французских захватчиков, движение за независимость сошло на нет.

В глазах корсиканских индепендентов французский император предал свою «родину», а сам Наполеон? В последние годы своей ссылки на острове Святой Елены он написал письмо, в котором выражал сожаление и раскаяние: «Мне следовало бы больше отдавать острову, на котором я родился. Великий император, который изменил всю карту Европы, после жизни на военной службе, кажется, снова зажег свет идеалов, которые текли глубоко в его крови в последнем темном конце его жизни».

«…». — Выслушав «уникальный» взгляд Янника, собравшиеся в недоумении смотрели друг на друга.

Не забывайте ставить лайки и оценку :)

«Те, кто сейчас командует французской армией, не являются ни безумными девами, ни карликами, а их боевые способности даже не стоят упоминания. Можно сказать, что последний настоящий французский солдат умер в наполеоновскую эпоху».

Рундштедт был ошарашен услышанным, и прежде чем он успел полностью что-то сказать, он услышал, как Янник спросил: «Ваше превосходительство генерал Рундштедт, вы говорили о последней большой войне, как вы думаете, был ли у нас шанс на победу В Первой мировой войне?».

Если посмотреть на всю историю с точки зрения Бога, то можно увидеть, что Германия в Первой мировой войне все еще имела возможность победить.

В 1860-х и 1870-х годах королевство Пруссия «воевало» против всех стран соседей, пали Дания, Ориген и Франция, и давно разделенная Германия была объединена, а королевство Пруссия было «повышено» до Германской империи. Наибольший политический вклад в объединение Германии внес знаменитый «железный канцлер» Бисмарк, а наибольший военный вклад внес не фельдмаршал Маух, «меченосец». Эти два человека были известны как «близнецы-стены Рейха».

После смерти кайзера Вильгельма I в 1888 году старший Маух вскоре объявил о своем уходе со службы и умер в 1891 году.

Однако он уже предвидел, что в будущем Германии, возможно, придется воевать как на Восточном, так и на Западном фронтах.

По этой причине Маух-старший настаивал на уступке Францией Эльзаса и Лотарингии Германии во Франкфуртском договоре (миротворческий договор, завершивший франко-прусскую войну). Имея в своем распоряжении эти два стратегических пункта, немцы занимали выгодную местность на германо-французской границе, причем две столицы образовывали огромный четырехугольный крепостной район с двумя крепостями на материковой части Германии, а также наличие крутых Арденн, которые немцы могли защищать лишь небольшим количеством войск от возможных французских наступлений.

По сравнению с Францией, военная мобилизация и вооружение царской России были гораздо более отсталыми, поэтому Старый Маух разработал план сражения: оборона на западе и атака на востоке, т.е. защита узкой и опасной франко-германской границы на западе, в то время как его армия должна была опуститься на равнины Восточной Европы и взять на себя инициативу в разгроме русской армии, используя преимущества Германии в военной мобилизации и технологии вооружения, чтобы получить благоприятную ситуацию на поле боя, а затем использовать ее в качестве козыря на дипломатических переговорах и предложить России мягкий мир. Затем российская армия была использована в качестве дипломатического козыря, чтобы предложить России мягкие условия мира, призывая ее выйти из войны и положить конец дилемме войны на два фронта. По мнению старого Маоци, военные средства были в определенной степени необходимы для соответствия внешней политике, война была продолжением политики, а победа на поле боя должна была открыть для него более благоприятную и выгодную ситуацию в дипломатическом плане.

В результате ко времени Шлиффена философия немецкого военного сообщества значительно изменилась, и Шлиффен не рассматривал вооруженные силы как служение дипломатии. Напротив, он считал неисполнением долга, когда военные проблемы оставляют для решения в дипломатической сфере.

В отличие от Мауха-старшего, который имел широкий круг интересов и глубокий исследовательский дух (Маух-старший пристально изучал железные дороги и купил акции этих компаний в момент их выхода на биржу, что сыграло важную роль в его последующем использовании железных дорог в военных действиях), Шлиффен был чисто военным человеком, который сосредоточился на исследованиях и дедукции, связанных с боевыми операциями, и мало интересовался вопросами вне военной сферы.

Это привело к тому, что когда он начал разрабатывать оперативные планы, он, как правило, рассматривал только одноуровневые процедурные элементы, такие как военные расходы и маршруты маршей. Маух-старший утверждал, что в случае будущей двухфронтовой войны в Германии (т.е. Франция и Россия образуют антигерманский союз), Германии будет трудно победить так же быстро, как в австро-прусской и франко-прусской войнах. Шлиффен, однако, считал, что Германия должна стремиться к быстрой победе, иначе она не могла позволить себе израсходовать миллионы людей в будущей войне. Исходя из этого, план Шлиффена почти всегда был сосредоточен на том, как добиться быстрой победы.

В первоначальном плане «Старый Маух» немцы оборонялись на Западном фронте против Франции, и было достаточно сдерживать противника небольшим количеством войск. Но это было расценено Шлиффеном как передача инициативы наступления и потеря контроля над темпом войны. Поэтому его план сильно отличался от старого Мауха, и Шлиффен считал, что Германия должна взять на себя инициативу в нападении на Францию и быстро разгромить ее. Поскольку, по его мнению, Франция мобилизовалась для войны гораздо быстрее, чем царская Россия, но мобилизовала меньше войск, чем Россия, для Германии было возможно даже одержать быструю решительную победу над французами.

С 1891 по 1897 год Шлиффен развивал и корректировал свое планирование будущего плана сухопутной войны.

Чтобы сформировать эффективный удар против Франции, он решил атаковать с северной части передовых позиций французов круговым и обходным путем. Это было связано с тем, что французские укрепления на франко-германской границе в то время были настолько плотными и надежными, что лобовая атака должна была быть дорогостоящей. Однако проблема узких дорог и слишком малого пространства вдоль северной стороны французских позиций затрудняла быстрый проход крупных немецких сил, поэтому Шлиффен задумал захватить Бельгию, чтобы провести внешнюю обходную и тыловую операцию против французов на германо-французской границе. К этому моменту основные контуры плана Шлиффена были сформированы.

С 1898 по 1904 год Шлиффен продолжал корректировать детали своего плана сражения. Для достижения цели полного уничтожения французской армии на ранних этапах войны Шлиффен, очевидно, не принимал во внимание статус Бельгии как нейтральной страны или такие факторы, как нормы международного права, поскольку захват Бельгии на Западном фронте для нападения на Францию был основой плана Шлиффена. Чтобы завершить немецкую круговую операцию, план Шлиффена развернул большое количество войск на правом фланге Западного фронта и провел большую концептуальную работу в плане создания оружия и штабных операций, и к концу 1905 года план Шлиффена был вполне завершен.

Германия развернула восемь девятых своих сил на Западном фронте, особенно на правом фланге Западного фронта (т.е. на германо-бельгийской границе), и только одну девятую на Восточном фронте, согласно плану Шлиффена.

Однако Младший Маух, занявший пост начальника немецкого Генерального штаба, был удивлен смелостью Шлиффена и не решился переманить 26 дивизий с правого фланга, чтобы усилить левый и центральный фланги и укрепить оборону против французского фронта и русской границы, тем самым значительно ослабив правый фланг.

Из-за отсутствия 26 дивизий немецкие силы были растянуты до предела, и по мере проникновения немцев вглубь Франции разрыв между немецкой 1-й армией, отвечавшей за наступление на Париж, и 2-й армией, отвечавшей за тактическую координацию, увеличился до десятков километров, и главнокомандующий 1-й армией Крюгер опасался, что его фланг подвергнется рейду французов.

Решение о сжатом показе двух армий было быстро одобрено начальником Генерального штаба Маухем-младшим. В конце концов, Мауха-младшего тоже беспокоили несколько брешей в линии, но он не мог их заполнить из-за нехватки войск, поэтому считал предложение Крюгера разумным.

Затем 1-я группа изменила направление своего продвижения, отказавшись от своего первоначального плана грандиозного обхода с запада и юго-запада от Парижа, и вместо этого пошла на юго-восток от Парижа, потеряв свой лучший шанс захватить Париж и заложив основу для последующего провала битвы на Марне.

Неудача в битве на Марне предотвратила полный военный крах Франции и реорганизовала новую линию обороны, оставив западный фронт в тупике. Таким образом, Германия потеряла возможность быстро разгромить Францию, а затем повернуть назад к России, и оказалась в ужасном положении, когда ей пришлось воевать и на восточном, и на западном фронтах, что создало предпосылки для поражения Германии.

Полковник Бауэр, немецкий штабной офицер, записал эту сцену: «Отчаявшийся начальник Генерального штаба (Маух-младший) с бледным лицом сказал императору (Вильгельму II): «Ваше Величество, мы проиграли войну».

Не забывайте ставить лайки и оценку :)

«Это правда, что некомпетентность одного генерала погубила три армии». — Янник не мог не вздохнуть.

Шлиффен вступил в должность в 1891 году и ушел в отставку в 1906 году, размышляя о войне в течение пятнадцати полных лет и извергая пятнадцать страниц меморандумов. Девять страниц были о том, как победить галльских цыплят, в общей сложности восемнадцать ответов и контрмер, и даже хорошее описание того, как Германии следует продолжать сражаться, если французы не начнут атаку (или начнут), потеряют Париж и убегут на юг.

Ожидалось даже участие Британии в войне (конечно, они готовились вторгнуться в нейтральную Бельгию, и Британия обязательно примет участие в войне) «Британцы должны иметь силы из двух-трех дивизий, развернутых между Намюром и Брюсселем 18-20 числа, чтобы угрожать правому флангу Первой армии, а Первая армия должна сохранять бдительность, продолжая окружать тыл французов». План состоял в том, чтобы к 24-му дню перерезать линии снабжения французской Первой армии (которая, по мнению Шлиффена, развертывала войска по численности с севера на юг) перед ним и одновременно разгромить британские пехотные дивизии перед ним». Не было большого давления на развитие Первой армии для выполнения вышеуказанной задачи в соответствии с историческими фактами, в основном в рамках прогноза старого Шиффа.

Имея до пятнадцати страниц меморандумов и десятки вариантов открытия войны, Младший Маух использовал в войне 1914 года только два из них, в то время как почти десять страниц оценок, предубеждений и контрмер его предшественника остались в архивах, покрываться пылью.

Однако, почему Вильгельм II использовал Мауха-младшего в качестве главнокомандующего, если его способности значительно уступали способностям его дяди Мауха-старшего? Неужели в династии больше никого не было?

Это связано с тем, что со времен Пруссии немецкий офицерский корпус был практически семейно-наследственным. Эти люди и юнкерские лорды были тесно связаны друг с другом.

Старый Маух, как самый крупный военный начальник, имел учеников по всей армии и при дворе. Так что, даже если Малыш Маух не хотел подниматься сам, вокруг было много людей, которые могли его поднять.

Генеральный диктатор, амбициозный и талантливый, считает себя гением, который может сделать все, что угодно, и нет ничего, с чем бы он не справился. Вильгельм II не был исключением, и он хотел командовать своей собственной армией.

Поэтому Вильгельму II нужен был послушный начальник Генерального штаба, или, скорее, старший адъютант. И младший Маух подходит под эти критерии.

«Проклятое юнкерское дворянство, и глупый юнкерский офицерский корпус». — Слушая, как Янник возмущенно ругает «отставное» юнкерское дворянство, Рундштедт немного смутился и замолчал. В конце концов, раньше он тоже был юнкерским дворянином, но теперь он «отказался от прошлых титулов» и стал новоимперским дворянином. Род Гогенцоллернов — ядро юнкерской знати, но это звучало так, словно Его Высочество проклинал своих собственных предков, поэтому он не мог прервать его.

Несколько раз выругавшись, Янник вздохнул: «Забудь, столько лет прошло, надеюсь, в этот раз таких глупых парней больше не будет». — Конечно, парни, которые могли бы помешать ему в будущем, уже давно были вычищены из его рядов, а те, что остались, были способными и преданными.

Как и этот Рундштедт перед ним, он был чистым профессионалом, образцовым солдатом, отличным командиром группы.

Его репутация и выслуга лет позволили ему занять должность командующего группой в начале Второй мировой войны, под его началом войска возглавляли такие крупные немецкие генералы, как Гудериан, Роммель и Манштейн. Это имело большой негативный эффект, поскольку, несмотря на крупные победы Рундштедта в Польше, Франции и Советском Союзе, эти победы всегда приписывались его отличным людям, а тот факт, что Рундштедт редко вмешивался в действия своих подчиненных, усугублял мнение, что его успех был не более чем удачей.

На самом деле, долг генерала, особенно такого командира группы, как он, заключался в том, чтобы позволить своим людям максимально использовать свои тактические таланты. Форма на поле боя быстро менялась, поэтому как могло командование группы, находящиеся за сотни километров, точно оценить ее? Насильственное вмешательство на линии фронта, как это сделал Гитлер, привело бы только к чуду в стиле Дюнкерка.

Так же, как когда Гинденбург работал с Людендорфом и Гофманом на Восточном фронте. Основная заслуга в планировании и командовании битвой при Танненберге принадлежит двум последним, а Гинденбург «всего лишь» натягивал поводья на дикого коня, которым был Людендорф, и следил за тем, чтобы он хорошо работал с Гофманом.

Но из более поздних событий мы знаем, насколько важен был такой лидер и модератор, как Гинденбург, без которого Людендорф и Гофман не смогли бы сотрудничать друг с другом. В этом также заключалась функция Рундштедта: давать своим подчиненным как можно больше свободы действий, защищать своих подчиненных, а также время от времени дергать за ниточки и делать перерыв на скорость. Будучи солдатом, он редко занимался политикой и придерживался позиции, что он меч Германии.

Поэтому дождавшись окончания польской кампании Янник готов повысить Рундштедта до маршала, собственно, это тоже считается не открытым секретом, ведь к этому моменту у немецкой армии тоже нет маршала, для повышения маршала, Рундштедт конечно же первый кандидат.

В любом случае, немецкая армия не собиралась останавливать темп наступления.

В 17 часов Великобритания и Франция одновременно объявили войну Германии, а также вместе с ними Польша, Австралия, Новая Зеландия, Непал, Ньюфаундленд, Тонга, Южная Африка, Канада и Ирак (не то чтобы последние страны испытывали глубокую ненависть к Германии, просто подавляющее большинство из них были британскими протекторатами и еще не обрели независимость).

Испания, Португалия, Турция, Швеция, Швейцария, Италия и др. объявили о нейтралитете.

Затем «имперский рупор» Геббельс произнес речь о том, что «зло никогда не может победить добро, а варварство не может победить цивилизацию», назвав британское и французское правительства порочным Альянсом Оси, разжигателем войны, который втянул в войну бесчисленное количество людей ради собственной подлой политической выгоды. Он отзывался о них как о военных агрессоров,

«В их сердцах нет чувства справедливости, праведности, добра и зла, только откровенная корысть. Ради своих политических интересов они не боятся начинать новые войны и сеять хаос в Европе».

«Люди Британской Империи, Франции, эти толстомордые разжигатели войны пригнали ваших сыновей, ваших мужей на это неправедное поле боя и заставили их без нужды отдать свои драгоценные жизни, в то время как вы получили лишь извещение о смерти. Вместо этого они прячутся в безопасности своего заднего двора ночь за ночью, и смерть ваших близких в их глазах не более чем цифра».

«Германия никогда не отступит перед лицом этого жестокого и неоправданного запугивания войной, потому что когда мы отступим на шаг, враг сделает шаг вперёд! И когда мы будем отступать все дальше и дальше, наступит день нашего падения! Тогда Европа погрузится в поистине мрачный период, став игрушкой этих подлых политиков, где не будет вершиться правосудие, не будет соблюдаться справедливость и не будет поддерживаться безопасность».

«Конечно, мы не можем этого допустить, так же, как мы охраняем наших близких и наши дома, справедливость в Европе будем охранять мы!».

«Зло могущественно, но в конце концов оно умрет; справедливость слаба, но это нескончаемое пламя, которое однажды будет неудержимо гореть ярким пламенем!».

Не забывайте ставить лайки и оценку :)

Из-за «резни в деревне Орло» многие люди считали, что Германия была жертвой, и что у нее было оправдания за то, что она напала на Польшу.

Но теперь Британия и Франция фактически побудили своих младших братьев объявить войну Германии, что несколько не похоже на человеческое поведение. В результате речь Геббельса получила такую поддержку и одобрение, что в ряде городов Великобритании и Франции даже прошли антивоенные марши.

Было даже несколько «горячих молодых людей», которые тайком перебрались из нейтральных стран, чтобы вступить в немецкую армию, поклявшись защищать справедливость в Европе.

«Ваше Высочество — гений общественного мнения». — На фоне восхищения Геббельса Янник смущенно улыбнулся: «Это всего лишь правильно подобранные слова».

Война — это не борьба высших политических деятелей, и сила двух сторон в войне во многом связана с их способностью управлять.

Даже если бы вы были богаты и могущественны, и сражались с группой людей, у нету никаких мотивов для войны, вы не смогли бы победить более слабого противника. Особенно в древние времена, когда нет высокотехнологичного оборудования связи, и боевые подразделения будут в ловушке в отдельном государстве в любое время, если вы не можете заставить людей внизу поверить, что у вас есть больше шансов на победу, то сдаться и убежать или предовать, может стать обыденным явлением среди ваших солдат.

Как убедить людей внизу, что шансы на победу выше в самом начале войны? Конечно, убеждайте людей с помощью разума и слов. Если вы будете воевать с помощью разума, солдаты с большей вероятностью будут верить в то, что они победят. Потому что человеческая идеология может быть заражена групповым сознанием, например, если вы ведете войну ради защиты своей семьи и мести за что-то, просто позвольте генералам среднего ранга кричать об этом несколько раз, и вскоре все почувствуют атмосферу защиты своей семьи и мести за свою страну, в этой атмосфере каждый человек почувствует, что у других есть воля к победе, и тогда они будут вдохновлены и каким-то образом почувствуют, что должны победить.

Таким образом, в ходе войны это убеждение также создает определенную связующую силу, и эта связующая сила будет влиять на выбор каждого человека во многие критические моменты, и этот выбор может напрямую определить победу или поражение в войне.

Геббельс спросил с некоторым беспокойством: «Ваше Высочество, что если британцы и французы действительно отправят войска? Не окажемся ли мы в центре тройного нападения со стороны Польши, Великобритании и Франции?».

Янник ответил с беспрецедентной уверенностью в голосе: «Не волнуйтесь, объявление войны Британией и Францией — это просто способ заставить нас бояться их». — Будь то Британия или Франция, они могли пожертвовать хоть одним солдатом ради такой страны, как Польша. Объявление ими войны было лишь способом соблюсти договор с Польшей, чтобы сохранить свое достоинство великой державы.

Печально говорить, что у Польши нет даже друга во всей Европе. По ходу истории, в течение нескольких дней Литва объявила бы свои границы закрытыми, приказала бы запретить поставки отечественных товаров в Польшу и, кстати, конфисковала бы всю польскую государственную и частную собственность в Литве. Шведское правительство объявило бы об аннулировании всех торговых соглашений с Польшей (страной, которая тем временем продолжала торговать с Германией) и отказалось бы открыть морские пути в Польшу и арендовать транспортные суда для союзников! Через несколько дней советские войска продвинулись бы на запад через восточную границу Польши! И на протяжении всей польской кампании ее союзники, британская и французская армии, отдыхали на Западном фронте!

Но это также было делом рук самой Польши. Польша была очень беспокойной страной, обычно доставлявшей неприятности, и исторически известной как «Бандит Европы». То есть, будь то Германия, Россия, Австрия или Швеция, или другие соседние страны, она будет нападать на них пытаться оторвать у них кусок территории. Причина этого в том, что Польша всегда мечтала стать великой державой.

«Но это объявление войны Великобританией и Францией нам очень помогло, иначе нам пришлось бы искать повод придраться к Великобритании и Франции после победы над Польшей». — Поскольку Великобритания и Франция взяли на себя инициативу по объявлению войны, независимо от того, отправили они войска или нет, это дало Германии хороший повод начать войну на Западном фронте.

В этот период произошла довольно интересная вещь.

После объявления нейтралитета Испания неожиданно выразила протест Советскому Союзу, потребовав от Москвы вернуть 560 тонн золота, тайно переправленного в Москву во время Гражданской войны.

Советские власти, конечно, отрицали это, но испанское правительство затем поместило в газетах гору доказательств. От визита советского посланника Орлова в хранилища Центрального банка Мадрида в сопровождении представителей испанского правительства до выноса ящиков и коробок с золотом из банка и погрузки их на автомобили, и, наконец, погрузки золота на советские транспортные суда в порту Картахены — каждая фотография была сделана с кристально четкой детализацией. Было даже письмо от бывшего главы правительства Испании, находившегося в эмиграции во Франции, в котором специально упоминалось о местонахождении золота, и «рукописная» справка о получении от Орлова.

У Сталина, далеко в Москве, случился очередной истерический припадок, опрокинувший все в его кабинете. Эти доказательства еще больше убедили его в том, что за всем этим стоит Орлов, что этот ублюдок предал Великий Совет Матерей и украл золото, которое должно было «принадлежать» Совету.

Он приказал уволить и расстрелять большое количество офицеров разведки, в том числе Яна Карловича Берзина. А Голикову сказал найти предателя и пропавшее золото в течение месяца!

Этот приказ оказал давление на Филиппа Голикова. Прошло два года с момента ограбления, и за это время разведывательная служба не сидела сложа руки, обыскивая почти каждый уголок планеты и потеряв в результате множество агентов. Но Орлова и золото не удалось найти, не говоря уже о том, чтобы отследить, даже следов не осталось.

Но перед лицом разъяренного Сталина он не посмел отказаться ему в лицо, а мог только дрожать и соглашаться. В душе он печально сетовал, что жить ему осталось всего один месяц.

Что касается Испанской стороны, то Советскому Союзу оставалось только упорно твердить, что все доказательства были подделаны и что Москва ничего не знала о золоте.

Это бесстыдное отрицание вызвало возмущение Испанского народа, и словесная война между двумя сторонами продолжалась вплоть до последующей советско-германской кампании.

Вернемся к польскому полю боя.

Когда польский верховный главнокомандующий, фельдмаршал Шимиглы, был потрясен, узнав, что мост через реку Браш пал, он немедленно позвонил в военный штаб Серчака и приказал во что бы то ни стало вернуть мост.

«Вот дураки! Как же вы не потеряли головы за все это время?!». — Когда он положил трубку, все еще ругаясь без всякого намёка на остановку, телефон внезапно зазвонил: «Ваше превосходительство командующий».

Мужчина на другой стороне линии понизила голос и таинственно прошептал: «Прибыли послы Великобритании и Франции, и они не решаются послать войска в Германию». — С этими словами он резко положил трубку.

Маршал Шимиглы слегка нахмурился; он знал, что это был секретарь Варшавского замка, и что его не устраивало, так это отношение Англии и Франции. Немцы ударили по мосту через Браш, а эти парни так и не решили посылать войска!

Сделав глубокий вдох, он набрал номер Варшавского замка и позвонил президенту, Игнацио Мошицкому: «Господин президент, мы сдержали немецкую атаку». — Его тон был настолько радостным и уверенным, что посторонний человек мог бы подумать, что они одержали крупную победу.

Но эти слова были обращены не к Мошицкому.

Как уже говорилось, маршал Шимиглы, хотя номинально и являлся маршалом, фактически был диктатором Польши.

Он участвовал в военном перевороте Бишофского более десяти лет назад, а после смерти Бишофского правящая группа сформировала триумвират, и Мощицкого выбрали в качестве президента; военная фракция во главе с фельдмаршалом Шимиглы, министром обороны и главнокомандующим вооруженными силами; и правительственная фракция во главе с министром иностранных дел Йозефом Бейкером.

Поскольку фельдмаршал сменил Бишофского на важнейшем посту генерального директора вооруженных сил и стал фактическим диктатором Польши, он не стал почтительно отчитываться перед президентом; следующие слова были адресованы британскому и французскому послам в Варшавском замке: «Я могу заверить вас, что враг никогда не сможет пересечь естественный барьер реки Браш, мост через Браш находится в наших руках. Группа Модлина на северном фронте несколько раз отбивала немецкую атаку, и трупы, которые они бросили, накапливаются. Если бы мы захотели, мы могли бы немедленно вторгнуться в Восточную Пруссию.

Немецкие и словацкие армии на других фронтах (ведь чехов раздражает тот факт, что Польша воспользовалась последней немецкой оккупацией Чехословакии, чтобы занять Чешинский сектор, и теперь, когда у них появилась такая возможность, они, конечно, хотят отомстить) также были отбиты и остановились.».

Если бы немецкие генералы услышали эти грандиозные преувеличения, они, возможно, посмеялись над некоторыми из них. Но у его превосходительства фельдмаршала не было другого выбора, кроме как скрыть об истинном положении дел в войне, ведь если англичане и французы откажутся от своего обязательства участвовать в войне, то Польша будет обречена.

Посол Франции, посол Великобритании и президент Польши слушали «хорошие новости», доносившиеся из микрофона, поскольку в то время еще не было технологии громкой связи.

«…». — Французский и британский послы смотрели друг на друга, очевидно, наполовину веря в эти слова.

Посол Великобритании жестом попросил президента Польши передать ему микрофон, взял его и спросил напрямую: «Ваше превосходительство фельдмаршал, я слышал, что ваши военно-воздушные силы понесли большие потери?». — Он своими ушами слышал взрывы немецких бомбардировщиков, бомбящих аэродромы вокруг Варшавы, и если бы у Польши были самолеты, способные подняться в бой, они бы ни за что не позволили немецким бомбардировщикам так самонадеянно сеять хаос над своей столицей, не так ли? Вероятно, все они были бы стерты с лица земли.

«Да, наши военно-воздушные силы понесли большие потери!». — Поскольку скрыть такое было невозможно, фельдмаршал Шимиглы просто признал это. Затем сказал с решимостью: «Но их высокомерие продлится недолго, и вы увидите, что героический польский народ никогда не будет запуган немецкими воздушными налетами! Мы будем продолжать сопротивление, сколько бы тонн бомб они ни сбросили на Варшаву! Даже если Варшава превратится в руины, мы будем сражаться до конца в этих руинах. Но я гарантирую, что их высокомерие не продлится и нескольких дней, и когда наши резервы будут готовы к началу контрнаступления, тогда это будет их конец!».

«Польский народ такой храбрый». — Слушая его величественные слова, британский посол тоже в какой-то мере оценил оптимизм маршала: «Итак, когда состоится ваша контратака?».

«Максимум через три дня». — Фельдмаршал Шимиглы назвал вполне определенное время: «Через три дня наша великая армия предпримет полномасштабную контратаку. На этот раз мы не будем мягкими, мы пройдем через всю Германию. В то время, я надеюсь, ваша страна и Франция не будут говорить за Германию; на этот раз, поскольку они начали войну, они должны быть полностью разбиты. Если немцы попытаются заключить с нами мир через вашу страну, передайте, пожалуйста, от меня, что глупые неудачники должны быть наказаны!».

«Да, я передам ваши слова в тыл». — Британский посол кивнул, и его разум уже смутно догадывался о том, насколько плохи дела у Польши. И при этом вы все еще хотите атаковать Германию? Я боюсь, что вас уничтожат! При этом, эти глупые парни сами умирают и хотят утащить за собой Британскую империю?

Не зная, что британский посол уже все понял, маршал Шимиглы положил трубку, тихо вздохнул и поставил сам себе 9 баллов из 10 за актерское мастерство. Теперь можно было только надеяться, что Великобритания немедленно объявит войну Германии. Германия — не единственная опасность, с которой сталкивается Польша в настоящее время, Советский Союз также находится в движении.

…

Британский посол передал «хорошие новости» фельдмаршала Шимиглы министру иностранных дел Великобритании, виконту Галифаксу, на родину.

Затем была проведена встреча на самом верху британской иерархии. «Маршал Шимиглы считает, что они получили значительное преимущество над солдатами и даже рассматривают возможность контратаки».

«Эти поляки блефуют!». — Чемберлен сказал с презрительным видом: «Они просто пытаются заставить нас как можно скорее объявить войну Германии». — К этому времени Чемберлен не очень хотел объявлять войну Германии, поскольку прекрасно понимал, что как только война начнется, возврата к миру не будет. Либо Германия полностью падет, либо Британская империя развалится — это была огромная авантюра на судьбу империи!

Государственный секретарь по военно-морским делам Уинстон Черчилль был против: «Возможно, поляки преувеличивают свои результаты, но они действительно храбро сражаются. Поскольку мы подписали соглашение о помощи с Польшей, будет правильно, если мы встанем на их защиту. Это обязательство Британской империи, и если мы предадим наших союзников, нарушив свои обязательства, то ни одна страна не будет доверять нам в будущем».

«…». — Чемберлен бросил на него несколько недовольный взгляд. Черчилль — «мудак», всегда проповедовал свою «теорию германской угрозы», и давно жаждал воевать с Германией.

Цель присутствия такого члена парламента в кабинете министров заключалась в том, чтобы успокоить фракцию сторонников войны в Консервативной партии. Но сейчас в парламенте Тори большинство составляет фракция сторонников войны.

Группа людей спорила большую часть дня, но в конце концов каждый из них сделал шаг назад и решил сначала объявить войну Германии, а затем решить, посылать войска или нет, в зависимости от тенденции развития ситуации.

После полного краха польской линии под интегрированным немецким воздушно-наземным наступлением, вместе с капитуляцией всей части армии Серчяка и падением моста через реку Браш, немцы двинулись вперед с большими силами.

В ожидании известия об объявлении войны Германии Великобританией и Францией маршал Шимиглы был вынужден отдать приказ о всеобщем отступлении с фронта.

Согласно приказу, группа армий «Модлин» и усиленный ею Наревский кластер (3 дивизии) должны были отступить к рекам Висла и Нарев севернее и северо-восточнее Варшавы, чтобы прикрыть правый фланг корпусов, отступающих с запада к рекам Висла и Пески.

Задача группы армий «Лодзь и Пруссия» заключалась в отходе к реке Висла южнее Варшавы, а задача группы армий «Краков и Кальба» заключалась в отходе к реке Песок.

Польская группа армий Познань (4 дивизии, две кавалерийские бригады, командует генерал Кутчеба), расположенная между группой армий Поморье на севере и группой армий Лодзь на юге (командует генерал Юриуш. Роммель), первоначальной задачей которых была оборона немецких войск в направлении Франкфурта и Познани и угроза флангам немецкой группы армий «Север» и группы армий «Юг» и, по возможности, внезапное нападение на немецкие войска перед ними.

По сравнению с другими польскими частями, находящимися в состоянии потери, группа армий Лодзь и группа армий Познань, которые были намеренно обойдены немецкими группами армий Север и Юг, все еще были целы, но командиры этих двух групп армий не были дураками, и они уже могли видеть немецкое намерение обойти их.

Немецкие части продвигались все глубже, очевидно, пытаясь встретиться с немецкой армией (Четвертой армией), которая наступала на Польшу с Поморского направления, в результате чего и группа армий «Лодзь», и группа «Познань» на левом фланге оказались бы в огромном окружении.

Командиры двух армейских групп направили фельдмаршалу Шимиглы просьбу взять инициативу в свои руки и атаковать немецкий фланг, но фельдмаршал Шимиглы отклонил эту просьбу, который в этот момент думал только о том, как собрать как можно больше войск за Вислой за наименьшее время.

«Быстрее, нам нужно как можно скорее рвануть в Варшаву!». — крикнул Кутчеб на своих подчинённых штатных офицеров: «Сначала мы должны достичь города Кутно, где встретим остатки поморской группы, и нам повезло, что на противоположной стороне от нас нет регулярных войск противника, иначе мы оказались бы здесь в ловушке».

По настоянию Кутчебы штабные офицеры ускорили свою работу, стопки документов были сожжены до пепла, а партии коммуникационного оборудования разбиты и погружены на машины.

В истории оригинального периода времени именно эта Познанская группа, отступив к городу Кутно (транспортный узел к западу от Варшавы), соединилась с остатками Поморийской группы. Вместе с некоторыми резервными частями, мобилизованными во время войны, он собрал мощные силы из 10 пехотных дивизий и 2 кавалерийских бригад, чтобы начать наступление на левый фланг немецкой восьмой группы армий. 30 пехотных дивизий, отвечавших за прикрытие левого фланга Восьмой армии, были серьезно повреждены, из них только в плен попало 1500 немцев.

Янник, конечно же, не допустил бы этого, и еще во время разработки плана нападения на Польшу, группа армий «Познань» и группа армий «Лодзь», к большому сожалению, были в ловушке, ведь здесь уже давно был тайно размещен кластер с Эрвином Роммелем в качестве командующего.

«Поляки наконец-то начали отступать, немедленно доложите об этом Верховному командованию!». — возбужденно приказал Роммель с противоположной стороны «пустой» Познаньской группы.

Интересно, что на этот раз в обоих лагерях одновременно находились три Роммеля. Один из них был немцем, двое — поляками, и все трое занимали высокие посты в своих лагерях.

«Лис пустыни» немецкой армии Эрвин Роммель. Имя Роммеля упоминать не обязательно. Двумя менее известными Роммелями в польской армии были Юриуш Роммель и Кароль Роммель. Эти три человека не просто носили одну и ту же фамилию, но и были дальними родственниками немецкого Роммеля.

В последующих боях Юриуш. Роммель и Кароль Роммель были разбиты, взяты в плен и помещены в средний лагерь. Однако оба поляка Роммеля выжили в лагере и позже были спасены союзниками. Некоторые люди предполагали, что причина, по которой два польских Роммеля не погибли в лагере, может быть связана с тайной заботой немецкого Роммеля, но, конечно, одному Богу это известно.

Немец Роммель, который позже получил звание фельдмаршала, был замешан в убийстве Гитлера в 44-м году и был приговорен к смертной казни в возрасте всего 52 лет. Что касается двух его дальних польских родственников, которые умерли в 1967 году, Юриуш в 79 лет и Кэрролл в 72 года, то они, несомненно, были более благословенны в сравнении с ним.

Вскоре приказ о нанесении удара был отдан главнокомандующим: «Хорошо, все на выход!».

Первой не повезло, естественно, медленно двигавшейся пехотной дивизии, отвечавшей за тыл, которая отступила менее чем на пять километров, когда с неба внезапно раздался ужасный шипящий звук. Он звучал как адский крик, сотрясая барабанные перепонки людей и шокируя их разум.

Польские солдаты в унисон остановились и посмотрели в ту сторону, откуда доносился звук, но увидели самолет странной формы, спускающийся с облаков, как орел.

«Вражеские самолеты!». — Многие люди кричали в сердцах и инстинктивно пытались убежать, но все более пронзительный шипящий звук, казалось, сковал их души, и они могли только смотреть, как самолеты проносятся вниз на расстоянии пяти или шестисот метров от земли, затем резко набирают высоту, а несколько бомб на их подвесках срываются и врезаются в самую гущу толпы.

Оболочки этих бомб раскололись, разбросав бесчисленные черные шары, которые разделились на две части, издалека похожие на огромную бабочку.

«…». — Польские солдаты на земле с трепетом наблюдали, как эта большая бабочка, которую они никогда не видели раньше, кружилась и парила в воздухе, приземлившись более чем в десяти метрах над их головами, когда эти большие бабочки яростно взорвались. Шрапнель разлетелась как ураган и пронеслась над польскими солдатами, которые были слишком напуганы «адским свистом» Штуки, чтобы двигаться.

Большая бабочка, получившая официальное обозначение SD2, была кассетной бомбой, использовавшийся Люфтваффе против личного состава во время Второй мировой войны, весом около 2 кг. Бомбы не использовались по отдельности, а разбрасывались в контейнерах, обычно от 6 до 108 суббоеприпасов в одном контейнере, и Stuka могла сбросить не менее 700 или 800 таких маленьких бомб. Если бы эти бомбы были распределены равномерно, площадь поражения была бы значительной, и одна Stuka могла бы нанести серьезный ущерб пехотной дивизии, расположенной ниже.

Но это была идеальная ситуация, а «Штука» не могла быть только одна. Как только первая «Штука» остановилась, вторая и третья пронеслись в быстрой последовательности, сбросив тысячи бомб и уничтожив всю пехотную дивизию.

Когда подошли немецкие танки, это было поистине адское зрелище.

Земля была красной от крови, раненые тащили свои израненные осколками тела и кричали. Насколько хватало глаз, лишь немногие счастливчики избежали бомбардировки невредимыми, но, судя по их поведению, невозможно было заставить их взять в руки оружие и дать отпор врагу.

До этой войны никто в мире не знал, что такое «блицкриг», а для Польши и всего мира «блицкриг» был новым и нетрадиционным способом ведения войны.

К сожалению, ни генерал Кутчеба, командующий в Познани, ни генерал-лейтенант Юлиуш Роммель, командующий в Лодзи, не имели командиров, которые могли бы научить их сути «блицкрига», не говоря уже о том, как от него защищаться. Не только оборона, но и отступление было большим уроком, и если бы они не были осторожны, то были бы стерты с лица земли.

Но самым печальным для них было то, что им и в голову не приходило, что напротив армий Познани и Лодзи будут спрятаны элитные механизированные силы, вооруженные до зубов.

В то время как поляки не знали, что происходит, немцы внимательно следили за каждым шагом своих противников. И как раз когда поляки снялись со своих оборонительных позиций и отступили, немецкий кластер вышел, как стая голодных волков, прорвал пустую оборонительную линию противника. Их задачей было разгромить отступающие Познаньскую и Лодзинскую группировки, затем захватить город Кутно и двигаться прямо на Варшаву.

Расчистив путь для идущих позади танков, бомбардировщики продолжали лететь все глубже и глубже, преследуя врага впереди. Оставив на земле только бронетанковые подразделения, которые смотрели на убитых и раненых повсюду и вздыхали: «Бедные ребята. Если бы они сдались смиренно раньше, разве они не были бы спасены от этого небесного гнева?».

«Верно, эти парни так слабы, что я даже не вижу возможности выстрелить. Скучновато… Один взрыв, и они разлетаются в разные стороны».

Вайтман со смехом выругался: «Нерв, разве ты не видишь, что они все сдались? Ты забыл свои армейские нашивки?». — Сказал он, высунув свое полусогнутое тело, а затем сразу же отступил назад: «Я не говорю по-польски. Кто из вас может говорить на нем?».

«…». — Грузчик передал ему небольшой, размером с ладонь, словарь.

Как раз в тот момент, когда Вайтман читал словарь, сзади раздался приглушенный грохот, и мимо пронесся летательный аппарат в форме большой стрекозы, из-под которого свисал огромный микрофон: «Уйдите с дороги, если не хотите быть раздавленным танком. Встаньте в очередь и не сопротивляитесь». — Громкий звук мужского голоса заглушал гул двигателей и звенел в ушах тех, кто находился на земле.

Польские солдаты, которые никогда раньше не видели таких летательных аппаратов, с изумлением наблюдали, как бескрылый самолёт завис над их головами.

К счастью, из динамиков доносился настоящий польский язык, и все польские солдаты, которые могли двигаться, уходили в пшеничные поля по обе стороны, оставляя за собой след из оружия и тел.

«Как называется этот самолет?». — спросил Вайтман, наблюдая за этим странным летательным аппаратом.

Наводчик ответил: «Вертолет «Стрекоза».

«Это подходящее имя».

В этот момент по гарнитуре раздался голос командира роты. «Полный вперед, цель — город Кутно!».

…

«Что? Немцы догоняют! Какие войска? На противоположной стороне от нас вообще нет регулярных немецких войск, только какие-то туземные отряды обороны, они что, с неба упали?». — Командующий Кучерба, который отступал, был потрясен, услышав новость о том, что весь арьергард был потерян. Но они оставили свои траншейные укрытия и не могли организовать оборону на месте, поэтому они могли только оставить часть войск позади, чтобы снова создать блокаду, дабы остановить немецкое наступление здесь.

Но немцев возглавляли бронетанковые части, а у польских солдат не было ни достойного противотанкового оружия, ни решимости противостоять этим стальным монстрам, поэтому все они рухнули при первом же столкновении. Теперь все думали только о том, чтобы бежать, бежать немедленно, потому что они не могли преодолеть поток немецких танков.

В конце дня у разбитых солдат, которые бешено бежали десять или двадцать километров, кончались силы, и они садились на дорогу, отчаянно ожидая, что их схватят. Если бы не вертолеты в небе, которые вовремя предупредили их и приказали уйти с дороги, они могли бы стать препятствием для продвижения немецких танков.

Бум!

Как раз в тот момент, когда рота Вайтмана продвигалась к Кутно, снаряд попал в лобовую броню головного танка и был поднят в воздух.

«Польские бронетанковые части! Приготовиться к бою!».

Получив известие о разгроме второй блокирующей группы, командующий Кутчеба стиснул зубы и приказал единственному бронетанковому полку в кластере остаться позади, чтобы сдержать врага и прикрыть отход основных сил. Их кластер состоял в основном из кавалерии и пехоты, а этот бронетанковый полк был равносилен его гвардии.

Но у него не было выбора, он уже знал, что у немцев есть бронетанковые части, которые могут двигаться так же быстро, как и кавалерия. Перед лицом таких сил только жесткий контакт бронетанковых подразделений мог снизить темп атаки противника и выиграть время для более крупных сил.

Только по сравнению с немецкими основными боевыми танками, которые могли вступить в бой, польские танки, в лучшем случае, можно было назвать лишь оловянными колесницами.

Единственными польскими танками, которые действительно можно было назвать танковыми частями, были девяносто восемь 7TP, сконфигурированных в 1-й II отдельной разведывательной бронетанковой роте и 1-м батальоне легких боевых машин, которые базировались на британском корпусе Vickers и включали двухтурбинный тип 7TPdw без пушки и только с пулеметами.

А остальные танки, маленькие бобоподобные ТКС, эти бронетанковые силы были разделены и установлены в кавалерийских бригадах и пехотных дивизиях, так сказать, хотя и похожи на танки 35(t), 38(t), № 1 и № 2, но боевая мощь для немецкой армии была гораздо хуже.

И этот командир Кучерба также, похоже, хорошо разбирается в бронетанковом бою, и он с трудом собрал отдельный бронетанковый полк, когда другие подразделения разделились и установили эти бронетанковые силы в кавалерийских бригадах и пехотных дивизиях. Если возможно, он может заменить все свои войска на бронетанковые части.

И это были те же самые танки, которые остались позади, чтобы устроить засаду на немецкие танки, которые только что взяли окружение.

«Польские танки!». — Вайтманн сразу же пришел в себя: «Цель находится в роще, приготовьте…». — не успел он заметить, как из рощи выскочила группа танков.

Увидев эти «танки», Вайтман чуть не рассмеялся вслух.

Несколько боевых машин «карликового размера», не сказать, что по сравнению с их танками «Шакал», даже по сравнению с разведывательными танками «Кот» разведывательного батальона — эти танки выглядят жалко.

«Поляки наверное сумасшедшие, раз думают что смогут дать нам отпор этими танками», — с явной насмешкой в голосе сказал он, прежде чем увидел непрерывный поток танков, вырывающихся из рощи, десять, двадцать, тридцать… они казались бесконечными!

Танки TKS того времени имели только один 7,92-мм пулемет wz.25, и у них не было шансов против немецких танков, кроме танка No.1.

Но на этот раз мощная боевая мощь немецких танковых частей в гражданской войне в Испании оказала большое давление на окружающие страны, и такие страны, как Великобритания и Франция, полным ходом развивали свои бронетанковые войска, в то время как такие страны, как Польша с менее развитой военной промышленностью, вынуждены были модифицировать имеющиеся у них танки.

Сегодня их танки TKS вооружены 37-мм противотанковыми пушками Bofors! Они хотели бы получить танковую пушку более крупного калибра, но 37-мм ствол был бы неактуален в условиях ограниченных размеров корпуса TKS.

Командир польского танка знал, что не сможет пробить броню немецкого танка на таком расстоянии.

Теперь у него было только два варианта, первый — отступить, и менее чем за секунду командир отбросил эту мысль. Потому что он знал, что как только он отступит, не только его танковый полк, но и кластер позади него окажется под угрозой уничтожения. Ради своих товарищей, стоящих за ним, и ради своей страны он должен блокировать эти танки захватчиков. Нужно дать группе достаточно времени для успешного отступления в город Кутно.

Второй вариант был радикальным, поскольку на таком расстоянии их танки не пробиваются, ему пришлось бы сократить дистанцию, ворваться в танковую группу противника и поразить их боковую броню, он не верил, что боковая броня всех немецких танков имеет слабую защиту.

«За Польшу! Изгоните этих захватчиков!». — крикнул командир полка, когда его танки покинули лес впереди и устремились на немецкую танковую группу неподалеку.

«Для Польши!».

«За Польшу!».

Из леса донесся рев: маленький танк ТКС, вырвавшийся из леса и следовавший слева и справа от командира полка, отважно атаковал немецкие танки.

Командир немецкой роты «шпиков» видел намерения группы поляков, которые набросились на них, несмотря ни на что: «Эти ублюдки собираются сражаться с нами на близком расстоянии. Вся рота отступает на полной скорости, ведя огонь на ходу! Мы не можем позволить им подойти достаточно близко, чтобы пробить нашу боковую броню!». — Если у этих поляков были бронебойные снаряды с вольфрамовым сердечником, то на достаточно близком расстоянии даже лобовая броня становилась пробиваемой.

Пока он говорил, из дула танка командира роты вырвался огонь, и перед ним повалил черный дым, бронебойные снаряды вылетели, нацеленные на вражеский танк, который первым вырвался из леса.

Увидев черный дым, выходящий из дула пистолета противника, польский капитан был поражен, и прежде чем он смог что-то сказать, ему показалось, что он услышал треск, а затем он больше ничего не чувствовал. Бронебойный снаряд пробил броню башни этого танка с беспрецедентной легкостью, пробив тела водителя и капитана, а затем прошел через заднюю часть башни.

«Бум!». — Танку потребовалась секунда, чтобы стать безопасным металлом, и её башня была взорвана.

«Быстро, назад! Продолжайте перезарядку!». — Только один из его экипажей в этой острой роте воевал в Гражданской войне в Испании, остальные были новичками, и только что прошедший обстрел вывел из строя пять или шесть танков с другой стороны.

Наводчик экипажа Вайтмана жаловался: «Черт, не могу поверить, что промахнулся, эта штука выглядит слишком маленькой».

«Загрузчик, переключись на взрывные патроны».- Этому маленькому танку не нужны были бронебойные снаряды, даже если рядом с ним взорвутся большие взрывы, этого будет достаточно, чтобы его уничтожить.

К этому времени польские танкисты нажали на педаль газа, и 46-сильный бензиновый двигатель Fiat-122 взревел, двигая танк вперед с конечной скоростью сорок километров в час (11,1 метра в секунду).

Немецкие танки, с другой стороны, двигались назад со скоростью семь километров в час (1,9 метра в секунду), и им приходилось то и дело останавливаться и стрелять.

Расстояние между двумя сторонами сокращалось, и уже достигало 200 метров. И по мере сокращения расстояния точность немцев становилась все выше и выше. Они уже уничтожили треть танков поляков, но остальные были полны решимости погибнуть но уничтожить врага и наседали как сумасшедшие.

«Бум!». — Танк Вайтмана открыл огонь еще раз, подбив танк поляков напротив. Это был их пятый подбитый танк, но Вайтманн не испытывал ни малейшего чувства волнения, глядя на приближающиеся танки поляков, он, казалось, мог чувствовать налитые кровью глаза танкистов противника.

«Боже мой! Номер пять ранен!».

Эти поляки не подавляли свой натиск, они стреляли на ходу, только без двусторонних стабилизаторов, кто знал, куда полетит снаряд, и танку номер пять очень не повезло, ведь снаряд попал в боковую броню и затормозил его.

Польский танк TKS подскочил к борту пятого танка и открыл огонь бронебойными снарядами с почти нулевой дистанции!

«Бум!».

Пятый танк был мгновенно уничтожен, а ударная волна взрыва даже перевернула польский танк, который вел огонь.

«Черт!». — Вайтман выругался: «Продолжайте стрелять!».

Он увидел два польских танка, идущих навстречу ему. Расстояние было настолько близким, что они могли сделать максимум один выстрел, прежде чем оставшийся польский танк зайдет ему во фланг, и тогда ему придется идти по стопам танка номер пять!

Командир орудия целился в польский танк слева, а Вайтман увидел, что польский танк справа уже нацелил ствол на его боковую броню.

Бум!

Как раз в это время танк поляков был внезапно взорван.

«?». — Что случилось? Вайтман, считавший свою смерть несомненной, вздохнул с облегчением и рискнул открыть крышу башни, чтобы посмотреть, кто спас ему жизнь.

Открыв крышку он увидеть падающую с неба ракету, врезающуюся в оставшиеся польские танки, эти ракеты, казалось, имели глаза, уничтожая семь или восемь польских танков одновременно.

Рев двигателей пронесся мимо его головы, когда он увидел штурмовик Ил-2 под номером 203, который безостановочно выпускал ракеты, уничтожая несколько польских танков при каждой пикирующей атаке.

Вскоре польские танки были уничтожены совместными усилиями наземных танков и штурмовиков.

«Потрясающе!». — Изумившись, Вайтман попросил человека из E&M связаться со штурмовиком в небе: «Эй, номер 203, спасибо, что спас мне жизнь».

«Пустяки». — В сопровождении скрипа и писка электронных помех раздался голос другого человека.

«Как тебя зовут? Я как-нибудь угощу тебя выпивкой».

Другой мужчина ответил: «Ганс Рудель».

«Приятно познакомиться, я Мишель Вайтман».

…

Несмотря на некоторые потери, с уничтожением этого польского танкового полка не осталось ничего, что могло бы сдержать немецкий поток стали.

Немцы воспользовались возможностью преследования и при содействии наземных бомбардировщиков разгромили четыре пехотные дивизии Познаньской группы, отступавшие по дороге. Две кавалерийские бригады были серьезно повреждены. Только некоторые из польских солдат, ушедших в лес, избежали гибели или попали в плен.

Группа армий «Лодзь» также была разгромлена.

После урегулирования ситуации с группой армий Познань и группой армий Лодзь, группа Роммеля продолжила свое продвижение и продвинулась к городу Кутно, расположенному в 113 км к западу от Варшавы. После короткой перестрелки этот транспортный узел был захвачен, что полностью отрезало отступление остатков группы армий «Поморские» на север и вынудило их сдаться вместе с Четвертой армией на юге.

После короткого отдыха группа Роммеля продолжила движение на восток, направляясь прямо к месту назначения — Варшаве.

На пятый день битвы группа Роммеля достигла западной окраины Варшавы. В тот же день начальник десятой группы армий группы армий «Юг» прибыл на южную окраину Варшавы. На следующий день 3-я корпусная армия группы армий «Север» прибыла на северную окраину Варшавы. 3-я корпусная армия и 10-я корпусная армия направили войска в восточную часть Варшавы, которая была осаждена с трех сторон.

Варшава сейчас находится в чрезвычайном положении! В городе царит беспокойство. Многие люди начали собирать свои вещи, готовые покинуть город, которому предстояло стать линией фронта.

В полдень того дня над Варшавой зазвучала заунывная сирена воздушной тревоги.

Мужчина средних лет, шедший по улице, держа за руку своего маленького мальчика, поспешно подхватил ребенка и побежал к ближайшему убежищу, но когда он достиг его, то запыхался и обнаружил, что там слишком тесно, чтобы протиснуться внутрь.

Не зная, когда упадут немецкие бомбы, он не мог выйти в другое убежище, а если бы и вышел, то там могло не оказаться места для него, поэтому он мог только сгрудиться у входа в убежище и крепко держать ребенка, молясь, чтобы немецкие бомбы не упали.

Прошло много времени, не было слышно звука взрывов, только ребенок на руках показывал на улицу и шептал: «Папа, на улице идет снег».

Шел снег? Как в этом месяце может идти снег?

Мужчина средних лет в замешательстве повертел головой по сторонам и, конечно же, увидел в небе бесчисленное множество белых флаеров, которые падали, как снежные хлопья, что действительно напоминало ранний приход снежного сезона.

Узнав, что немецкие самолеты вместо бомб сбрасывают листовки, паника на лицах граждан, прятавшихся в бомбоубежищах, рассеялась и сменилась любопытством, и как только сирены воздушной тревоги закончились, они вышли из убежищ, чтобы подобрать листовки на земле.

Содержание листовки заставило людей вздрогнуть. В нем говорилось, что немецкая армия в ближайшее время нападет на Варшаву и что любой, кто останется в городе, независимо от пола, и возраста, будь то женщины или дети, будет считаться врагом и будет убит! Чтобы избежать ненужных жертв, всех жителей Варшавы просят покинуть город в течение 24 часов.

Бросив листовку, мужчина средних лет поспешил домой вместе с сыном. На самом деле они уже давно упаковали все вещи, только отец мальчика не решался уехать, а сегодняшний эпизод заставил его настроиться на скорейший отъезд.

Поскольку верховный главнокомандующий маршал Шимиглы, также получил такую листовку, его глаза пробежались по содержанию листовки, и на его лице появилось презрительное выражение: «Как только французская армия нападет на Германию, наступит конец Германии. Они неизбежно прекратят свои нынешние атаки!».

К сожалению, его самые ожидаемые британские и французские союзники дали ему сильную пощечину.

«Что?!». — Маршал не мог поверить своим ушам, когда услышал доклад адъютанта: «Французская армия еще не напала?!».

«Это неправда». — Адъютант почесал голову с некоторым смущением: «Французская армия напала на Германию. Но…».

«Это хорошо». — Маршал Шимиглы был доволен и заметил несколько странное выражение на лице адъютанта: «Но что? Они же напали».

Адъютант беспомощно сказал: «Французы говорят, что они атаковали один раз, но потери были настолько тяжелыми, что им пришлось на время прекратить наступление».

Французы действительно атаковали немецкую территорию, но они сразу наткнулись на массивное минное поле.

Система укреплений, которую Германия в оригинальный период времени построила против французской линии Мажино на своей западной границе перед началом войны, называлась «Западной стеной» или «позицией Зигфрида», и в других странах ее часто называли «линией Зигфрида». Линия Зигфрида была построена для прикрытия западного фронта Германии и служила в качестве расквартирования для наступления на запад и позиции тяжелой артиллерии для поддержки атаки.

Линия протянулась от Клерво, недалеко от границы Германии с Нидерландами, вдоль границ с Бельгией, Люксембургом и Францией до Базеля, Швейцария, общей протяженностью 630 км. Линия состояла из трех частей: заградительной зоны, основной оборонительной зоны и тыловых позиций, и имела глубину 35-75 км.

По сравнению с линией Мажино, линия Зигфрида характеризовалась в основном меньшими укреплениями и более простыми сооружениями, но их количество достигало 11 860, что намного больше, чем на линии Мажино. На линии было использовано 9,31 млн тонн бетона, что в 2,4 раза больше, чем на линии Мажино, и 350 000 тонн стали, что в 2,3 раза больше, чем на линии Мажино.

И это время и пространство Янник подозревал, что эта линия была пустой тратой ресурсов, и не строил ее вообще, в конце концов, если эти 350 000 тонн стали были использованы для производства танков, как можно построить еще 10 000 танков.

На линии границы появилась твердая стена, и было установлено огромное количество мин для замены оборонительной линии.

Французы, можно сказать, попробовали все виды причудливых мин, использовали против крупных сил противника: цепные мины, педальные мины; использовали против вражеских саперов материнские мины, мины из волосяной проволоки; использовали против вражеских бронетанковых сил противотанковые мины; микс-мины, летающие мины, материнские мины, мины-скорпионы…

Янник использовал лучшее из фильма «Минная война», который он видел в детстве, против французов. Французская армия была взорвана, и никто не осмелился сделать еще один шаг вперед после того, как погибла почти рота саперов, а французы потеряли более 400 солдат, дюжину машин и два танка, не увидев ни одного немца.

В этот момент консерваторы, которые и так не выступали за нападение на Германию, нашли повод для энергичных нападок на представителей главной фракции войны. Совет препирался с полудня до ночи и решил перенести дату главного наступления на западном фронте.

Фельдмаршал Шимиглы яростно махнул рукой; сейчас он хотел услышать не такие слова: «И когда именно они смогут атаковать?!»

Адъютант покачал головой: «Они не назвали точную дату, генерал Шинуй только сказал, что они сосредоточили 25 дивизий на границе, оттянув по крайней мере шесть немецких дивизий с польской территории». — Не успел он договорить, как зазвонил телефон на столе маршала.

«Да, господин президент».

Президент Мощицкий сказал медленно: «Маршал, французский посол только что предложил нам вместе переехать в Румынию».

«!!!» Фельдмаршал Шимиглы застыл на месте. Если головной орган правительства страны переехал в другую страну, разве это не будет правительством в изгнании? То есть фактически он уже был мертв. Он не мог поверить, что Польша, которая была такой могущественной, погибнет всего за несколько жалких дней?

Президент на другом конце линии, не услышав ответа от маршала, несколько раз позвал его: «Маршал, маршал? Вы меня слышали?».

Шимиглы недоверчиво спросил: «Простите, господин президент, что вы только что сказали?».

Президент повторил: «Я сказал, что вы тоже должны готовиться к отъезду».

«…». — Молча положив трубку, маршал Шимиглы после долгого сидения в оцепенении вдруг испустил истерический рев ярости: «Эти трусы могут бежать! Но я не уйду, я умру с Варшавой!».

«Эти трусы могут бежать, но я не уйду, я умру с Варшавой!».

Он и президент Мащицкий уже, казалось бы, враждовали, а теперь фельдмаршал Шимиглы был разгневан и разочарован, узнав, что этот трус собирается бежать из своей собственной страны. Подумать только, польская армия несколько лет назад выбила все дерьмо из Советов и отрезала кусок плоти от советской территории, это было таким великолепным зрелищем, но теперь все рушится на глазах.

Маршал Шимиглы вдруг обнаружил, что совершенно не может принять сегодняшнюю схему ведения войны, глупо развернув большое количество войск на границе в надежде блокировать все направления немецкой атаки и имея в резерве большое количество кавалерии, готовой контратаковать, если немцы отступят под давлением британских и французских сил он сделал фатальную ошибку.

Командующий французской военной миссией в Польше, генерал Луи Шинано, не разделял его взглядов. Он пытался убедить Польшу отказаться от ценных районов на западе, таких как Силезская промышленная зона, а затем сосредоточиться на правой линии долин Нарева и Вислы в планомерной обороне, тем самым поддержав британские и французские атаки на западном фронте Германии.

Однако эта попытка, в конечном итоге, полностью провалилась из-за польского упрямства. Поляки не хотели отдавать свои густонаселенные западные сельскохозяйственные районы и промышленные города в течение нескольких часов после начала войны, опасаясь, что это уничтожит их волю к сопротивлению.

В результате эта линия обороны, которая не имела никакой оборонительной толщины, была легко окружена, разделена и уничтожена немецкими механизированными силами!

Теперь оставался только один путь — удерживать Варшаву, пока британцы и французы не нападут на Германию.

Как раз когда он собирался мобилизовать свои войска и готовиться к обороне Варшавы, адъютант, который только что ушел, прибежал обратно с паническим выражением лица, принеся еще более ужасные новости.

Советский Союз объявил Польше войну!

Десять минут назад.

В штабе группы армий «Ровно» на Восточном фронте командующий Раковский проводит совещание со штабом армии. Раковский проводил обычное заседание штаба армии, когда вдруг земля слегка задрожала под его ногами и вдалеке раздался один приглушенный звук за другим. Он участвовал в нескольких войнах и был знаком с этими ощущениями: «Откуда идет этот обстрел?!».

В панике вбежал штабной офицер и закричал: «Командир, командир, дело плохо, передовые позиции находятся под сильным огнем советской артиллерии! Советы атакуют нас!».

Все в конференц-зале побледнели, теперь, когда немецкое наступление на западе дошло до Варшавы, ситуация была крайне острой, и на этот раз Советский Союз воспользовался ситуацией?

«Этого не может быть, не так ли? Разве мы и Советский Союз не подписали пакт о ненападении?». — Офицер спросил с выражением недоверия на лице.

Польско-советский пакт о ненападении был подписан с Польшей в июле 32 года и был действителен в течение 10 лет. Эти славянские медведи нагло разорвали договор?!

Командир Раковски хлопнул по столу и стиснул зубы: «Эти проклятые ублюдки! Прекратить собрание, всем вернуться на свои посты и дать решительный отпор этим животным!». — Договор был клочком бумаги, даже если он был подписан, его могли в любой момент разорвать. Но хотя бы проявите уважение! Германия напала на Польшу под предлогом «резни в деревне Орло», а Советы? Они напали без всяких предупреждений!

…

«Эти проклятые Советы!».

Конференц-зал Берлинского дворца был наполнен проклятиями. «Проклятая славянская свинья, не кажется ли им, что они опоздали?!».

Толпа проклинала этих бесстыжих советских людей. Это было действительно бесстыдно, когда при подписании советско-германского пакта о ненападении было решено, что обе страны одновременно направят войска на раздел Польши. Но после того, как Германия начала нападать на Польшу, эти парни играли в глухонемых и не объявили войну и не послали войска. Но сейчас пришел Советский Союз и нагло отобрал у них землю.

Люди в конференц-зале были возмущены, но Янник был единственным, кто сохранял спокойствие. Разве Советский Союз не был таким всегда?

Когда Молотов так легко согласился в прошлый раз, он подумал, что в этом есть что-то подозрительное.

Сталин не решался объявить войну, потому что боялся Польши в последней советско-польской войне, и боялся англичан и французов, стоящих за Польшей.

Теперь он увидел, что Польша была настолько слабой, что Германия отбила у нее Варшаву всего за несколько дней; а затем он увидел, что хотя Британия и Франция сделали вид, что объявили войну Германии, не было послано ни одного солдата, и не было сделано ни одного выстрела. Сталин, конечно, не был дураком и видел, что Британия и Франция ещё не решились на полноценную войну.

Поэтому для Советского Союза было жизненно важно как можно скорее создать так называемый «Восточный фронт».

Полномасштабное нападение Советского Союза застало Великобританию и Францию врасплох, и Великобритания поспешно отменила хорошо подготовленные планы Франции по второму нападению. По их мнению, одна Польша была ничто по сравнению с угрозой советского наступления на остальную Европу. Если бы они смогли заставить Советы и немцев сражаться насмерть, то Польша оказала бы Европе большую услугу.

Интересно, как бы отреагировали поляки, если бы узнали, что у их союзников, на которых они возлагали все свои надежды, такие мерзкие мысли.

В соответствии с польско-советским пактом о ненападении, семь польских групп армий численностью в один миллион человек были разбросаны по германо-польской границе, а пять других групп армий численностью в 500 000 человек были развернуты по советско-польской границе, и большинство из этих полумиллиона человек все еще были войсками второй линии. Именно тогда, когда все думали, что Советы прорвут польские линии и ворвутся в польскую глубинку, как это сделали немцы, произошла шокирующая ситуация.

Первая полномасштабная атака советских войск была легко сдержана польской армией. Советские войска не успели пересечь линию границы более чем на пять километров, как были встречены яростной польской контратакой, которая выбила советских солдат с дороги, нанеся им тяжелые потери, и заставила их в беспорядке бежать туда, откуда они первоначально стартовали.

После подсчета Советский Союз обнаружил, что более 60 000 человек не смогли отбежать назад после этой атаки, а более 40 000 легкораненых смогли спастись самостоятельно.

Очевидно, что эти 60 000 или около того советских солдат были либо тяжело ранены, либо убиты в бою, либо попали в плен или пропали без вести.

Было потеряно еще больше оружия, и большинство советских солдат, бежавших обратно, вернулись с пустыми руками, потеряв оружие, когда отправились неизвестно куда.

В атаке участвовало 200 танков, большинство из которых были легкими танками Т-26 с жалкой 15-миллиметровой бронезащитой.

А у Польши в дополнение к обычным противотанковым средствам появилось современное противотанковое ружье.35 Противотанковое ружье М35, стрелявшее патроном 7,92×107 мм и имевшее традиционный поворотно-откидной механизм, было разработано в конце года.

Самой значительной особенностью винтовки было то, что она стреляла патронами с вольфрамовым наконечником, что было, пожалуй, передовой технологией в то время, и другие страны были шокированы, узнав, что простая, обычная на вид винтовка обладает такой проникающей способностью, что казалось, она обладает захватнической силой, которой трудно противостоять! Поначалу внешний мир обратил внимание только на огромную гильзу патрона, не понимая, что дело в вольфрамовой пуле в боеголовке. Подобные патроны с вольфрамовым наконечником позже появились в Германии и Советском Союзе, но применение вольфрама в носике патрона всегда признавалось польским достижением.

В результате половина этих тонкокожих легких танков Т-26 была уничтожена на поле боя.

Советские наземные силы были подавлены, да и воздушные силы были не лучше. Если немецкие ВВС приобрели большой боевой опыт в гражданской войне в Испании, то советские ВВС просто пополнились большим количеством потерь.

В результате советские ВВС не имели большого преимущества против старых самолетов Boeing, и соотношение боевых потерь между двумя сторонами оставалось на уровне один к одному.

Разъяренный Сталин мобилизовал 700 000 резервистов, миллион с четвертью миллионов войск вошли на территорию Польши, и война разгорелась уже в полную силу.

Это был день, когда Янник, Рундштедт и другие высшие чины прибыли на фронт.

Выйдя из самолета, Рундштедт огляделся вокруг и вздохнул с лицом, полным эмоций: «Несколько моих однокашников погибли на этой земле во время последней великой войны».

«Сэр генерал, на этот раз мы обязательно исполним их давнее желание». — Янник заговорил.

Рундштедт быстро восстановил самообладание: «Прошло столько лет, что сегодня мне немного грустно снова быть здесь». — После этих слов он все еще выглядел так, словно хотел что-то сказать.

Видя это, Янник взял инициативу в свои руки: «Нет ничего плохого в том, чтобы говорить то, что у вас на уме, генерал».

Рундштедт на мгновение замешкался и заговорил осторожно. «Браухич, он…».

«Вальтер Фон Браухич? Он хочет вернуться в армию?». — Увидев кивок Рундштедта, Янник ухмыльнулся: «Кажется немного снисходительным давать ему должность командира батальона. Как насчет того, чтобы дать ему должность начальника Генерального штаба, генерал?». — Браухич действительно обладал некоторым военным талантом, но немецкая армия также была полна талантов, одним больше, одним меньше. Он сам однажды дал ему шанс, и именно он им не воспользовался, иначе сейчас он был бы начальником Генерального штаба армии: «Те, кто не может идти в ногу со временем, будут уничтожены, как и эта Польша».

«…». — Рундштедта прошиб холодный пот, как будто он упомянул то, что не должен был. Немецкая армия повышала маршалов в течение 20 лет, и после этой польской кампании, вероятно, будет назначен новый, и наиболее вероятным кандидатом будет он сам. Не желая лишаться такой высшей чести для солдата, он поспешно склонил голову и почтительным голосом произнес: «Я понимаю ваше высочество».

Видя, что Янник больше не смотрит на него, Рундштедт поспешил сменить тему: «Ваше Высочество, если у нас так много супер-оружия, почему мы привлекли на войну только одни K5 Train Guns?». — На этот раз они не только приехали для инспекции, но и отправили пять K5 Train Guns для помощи в нападении на Варшаву.

Будучи высшим офицером армии, Рундштедт, конечно же, знал некоторые секреты. Помимо сверхсекретной ядерной программы, такой как V1, V2, V3 и так далее, он знал ещё кое-какие проекты.

Янник небрежно спросил: «Сэр генерал, знаете ли вы, каковы преимущества войны?»

Рундштедт на мгновение задумался: «Территория? Ресурсы? Население?».

Янник усмехнулся: «Это только некоторые из них. Хотя война кровава, и каждая война уничтожила бесчисленные семьи и разлучила супругов; переселила бесчисленное количество людей и выкорчевала их из родных мест. Но у войны есть и свои преимущества, она быстро продвинет развитие человеческих технологий, и почти каждая технологическая революция связана с войной».

Например, экспедиция Наполеона в Египет была длительной, и существовал большой спрос на срок хранения продуктов, поэтому специалист компании Appel после многократных экспериментов изобрел стеклянные консервы, которые значительно увеличили срок хранения продуктов.

Также существовало конвейерное производство, которое возникло после англо-американской войны в 1912 году. Армии США срочно требовалось в общей сложности 5000 единиц огнестрельного оружия. В то время все американские оружейные заводы были небольшими самостоятельными мастерскими, и никто не осмеливался их захватывать. Затем кто-то придумал решение, десятки заводов объединились, каждый из которых строил свою часть деталей, и наконец собрали пушку воедино. Такое производство позволило снизить затраты и сэкономить время.

Компьютеры, ядерные технологии, ракетно-космическая техника — одни из величайших человеческих технологий последующих времен — все они были продуктами Второй мировой войны.

«Возьмите в пример самолёты, которые изначально считались бесполезными в военных действиях».

В начале 20-го века, с появлением летательных аппаратов тяжелее воздуха, армии всего мира начали закупать самолеты.

Во время войн между европейскими государствами в начале 20 века Италия захватила у Османской Турецкой империи колонию в Северной Африке, позже ставшую регионом Ливия. В ноябре того же года в Италии был создан отряд ВВС, одним из пилотов которого был Джулио Заводи.

«Сегодня прибыли два ящика с бомбами». — написал Заводи в письме своему отцу в Неаполь. «Мы сбросим их с самолета. Как ни странно, никто не сообщил нам об этом заранее, и мы не получили никаких инструкций от начальства, поэтому мы осторожно пронесли бомбы в самолет. Будет весело сбросить этих парней на турок».

Остальная часть истории уже понятна.

Три года спустя армии крупных европейских держав были оснащены небольшими воздушными министерствами, и они находились в болезненной точке перед открытием Первой мировой войны.

Тем не менее, основные технические круги все еще медленно осознавали стратегическую важность установки, и в октябре 1910 года журнал Scientific American выступил против идеи использования самолета в качестве военного оружия, заявив: «Кроме выполнения разведывательных миссий, мы считаем полезность самолета довольно ограниченной, поскольку его грузоподъемность мала, и если он должен избегать вражеского огня, он может работать только на большой высоте, и разрушительная сила взрывчатки, которую он сбрасывает на города, форты, лагеря противника или армии на суше, не говоря уже о военных кораблях на море, весьма ограничена. Короче говоря, самолет не оказал существенного влияния на военные действия».

Это правда, что в начале войны самолеты все еще использовались только в качестве наблюдательных платформ, однако война «воздух-воздух» была естественным шагом в эволюционной истории воздушной войны. У обеих воюющих сторон были самолеты и пилоты, и вскоре они встретились в узком поединке над окопами, и поначалу это противостояние действительно было довольно джентльменским, или рыцарским, поскольку у этих воздушных воинов все еще было что-то общее друг с другом, недоступное их соотечественникам на земле.

Однако им не нужно много времени, чтобы понять, что враги в окопах, держащие маузеры, нацеленные вам в голову, салютуют тому же флагу, что и эти враги с шелковыми шарфами на шее, пролетающие мимо на истребителях «Альбатрос». Кто-то выхватил в воздухе самолёт, и первый самолет был сбит, таким образом началась воздушная война.

Вскоре воздушные наблюдатели, такие как Джулио Заводи, летавшие над вражескими линиями, поняли, как легко они могут сбрасывать взрывчатку. Родилось тактическое бомбометание как доктрина. По словам журнала Scientific American, сброшенные с воздуха бомбы действительно начали «оказывать существенное влияние на военные действия».

«Легко подражать, но трудно создавать. Если врагу показать наше супер-оружие сегодня, он сделает все возможное, чтобы подражать и копировать его. Возможно, через несколько лет это оружие будет использовано против нас. И они также найдут способы придумать, как им защититься от таких атак супер-оружием, и к тому времени атаки станут гораздо менее эффективными».

Так же, как и с ядерной бомбой, никто не знал о ней, пока США не построили его и показали, что такое оружие можно создать. Но только после того, как США взорвали первое ядерную бомбу, другие страны уже окончательно убедились, что его действительно можно построить, и крупные державы последовали примеру США.

То, что сделали американцы, называется инновацией. В то время никто не знал, можно ли сделать ядерную бомбу, и все только нащупывали путь, но после того, как все узнали, что его можно сделать, это стало инженерной проблемой, и это было легко сделать всей страной.

Что касается способов защиты от этого супероружия, то даже от ядерных бомб есть метод защиты, поэтому, конечно, от нынешнего «супероружия» тоже можно защититься.

Например, «радиовзрыватель ближнего действия» считается «супероружием». Согласно послевоенной статистике, 127-мм орудие, являвшееся основой зенитной артиллерии ВМС США, требовало в среднем 500 выстрелов, чтобы сбить каждый самолет противника при использовании радиовзрывателей, и в четыре раза больше, или 2000 выстрелов, при использовании обычных снарядов. Большая часть артиллерии, использовавшейся для защиты от атак камикадзе в конце войны, была оснащена радиовзрывателями ближнего действия.

К сожалению, ранние бесконтактные взрыватели были не очень устойчивы к помехам и были склонны к раннему подрыву, пока они находились ниже 100 метров над уровнем моря, или же простейшие и самые грубые помехи высокой интенсивности могли быть очень эффективны против таких бесконтактных взрывателей.

Ракета V-1, впервые появившаяся в войне, вызвала у англичан сильную панику, но британцам не потребовалось много времени, чтобы найти способ борьбы с ракетой V-1. Из-за неспешной высоты полета ракеты V-1, некоторые более опытные пилоты RAF могли пикировать очень близко к ракете и внезапно открыть огонь, чтобы сбить ее.

Позже некоторые смелые пилоты обращались с V-1 как с большой игрушкой и даже не пытались стрелять. Они летали на своих истребителях бок о бок на одинаковой скорости под ракетой, с крыльями под брюхом ракеты, затем переворачивали самолет, крылья подхватывали ракету V-1 и разбивались.

Затем была акустическая самонаводящаяся торпеда, которая отличалась от обычных торпед того времени тем, что направлялась на цель — двигатели вражеского корабля — для уничтожения его энергетической системы. Эта торпеда, которая могла поворачивать и отслеживать собственную цель, также сначала вызвала панику в британском флоте, но опять же вскоре они нашли решение, отбуксировав за кораблем аппарат, который мог издавать сильный шум, чтобы отклонить торпеду. В результате, это хорошо вооруженное управляемое оружие не принесло большой пользы, и вместо этого торпеда подверглась критике среди офицеров и людей подводных сил за несколько инцидентов, когда она была выпущена, а затем повернула назад, чтобы атаковать подводную лодку, которая сама себя запустила.

Поэтому Янник намеревался использовать это удивительное супероружие в самые критические моменты, чтобы нанести врагу сильнейший удар.

Роммель, поприветствовав их, почтительно отдал честь.

Янник кивнул и радушно спросил: «Генерал Роммель, я слышал, что вы не очень привередливы к еде, не так ли?».

Говорят, что Роммель вел очень простой образ жизни, стараясь представить себя разделяющим трудности своих солдат, и что его ежедневный рацион состоял только из сухого хлеба и небольшого количества консервов, а то, что оставалось, часто приходилось экономить для следующего приема пищи; из-за жесткой и грубой диеты Роммель страдал от серьезных проблем с желудком. К концу войны все немецкие войска действовали в таких экстремальных условиях, что получить достаточное количество пищи было практически невозможно.

«Я нанял частного травника и практикующего врача, и с этого момента за вашу диету будет отвечать только он; вы будете есть все, что он вам скажет, и столько, сколько он вам скажет. Если ты посмеешь ослушаться приказа, я переведу тебя обратно домой, дам тебе праздную работу, и тебе никогда в жизни не придется идти на войну».

В это время Роммель еще не заболел желудочной болезнью, которая мучила его впоследствии. Но Янник также не был уверен, что этот парень в один прекрасный день не оставит войска, чтобы сбежать на день рождения жены, и каждый раз присылал ему компетентного заместителя, в отсутствие Роммеля его было достаточно для стабилизации команды, сможет ли он выиграть битву не понятно, но по крайней мере армия не разбежится.

«…». — Роммель мог быть как тронут, так и подавлен: «Большое спасибо, Ваше Высочество». — Затем он сообщил о предыдущей пробной атаке, которая была отбита варшавским гарнизоном.

Как только началось советское наступление, маршал Шимиглы, поклявшийся умереть вместе с Варшавой, бежал из Варшавы вслед за президентом Мощицким и увез с собой правительственные учреждения в город Люблин, расположенный к юго-востоку от Варшавы.

Посольства стран, проживавших в Варшаве, также были уведомлены Германией и совместно эвакуировались из Варшавы.

В это время в Варшаве было около 20 000 резервистов, которые могли быть вооружены, и, считая полицию и реальные силы обороны, командующий варшавским гарнизоном Кэррол Роммель собрал 80 000 «солдат» для защиты города от немцев. Оставшиеся в Варшаве горожане добровольно взялись за оружие, чтобы защитить свои дома. Под руководством «Министерства обороны Варшавы» эти добровольцы создали многочисленные станции скорой и неотложной помощи, а также пожарные бригады.

Рабочие также объединялись в рабочие батальоны. Общее число рабочих составляло около 2 000 человек.

Под активной организацией генерала Кароля Роммеля каждое здание в Варшаве было обложено мешками с песком, цементом и огорожено колючей проволокой. Паутинообразные подземные ходы соединяли и сообщали различные оборонительные позиции, а на главных улицах Варшавы появилось большое количество противотанковых окопов. Кроме того, на улицах были баррикады из различных камней и кирпичей.

На некоторое время взоры Германии и Польши, да и всего мира, были прикованы к Варшаве, городу с 60-летней историей.

Когда его представили командиру варшавского гарнизона Каролю Роммелю, Роммель выглядел немного смущенным.

Янник усмехнулся; «Еще один Роммель? Это интересно, я слышал, ты также захватил Роммеля?».

Роммель кивнул: «Да. Это командующий группой армий «Родос» по имени Юлиуш Роммель».

«Вы родственники, верно? Семья Роммель действительно талантлива». — После комплимента Янник задумался на мгновение и заговорил: «Ты можешь поговорить с этим Юлиушем, раз уж на то пошло. А Кэррол Роммель просто так не сдастся, верно? Тогда ты будешь ждать до тех пор, пока его не схватят, чтобы поговорить с ним. Спроси их, хотят ли они присоединиться к нам. Нам все равно нужен агент, чтобы управлять этим местом, а раз это твой родственники, то неплохо было бы назначить именно их».

Роммель на мгновение замер, не ожидая таких намерений от Янника: «Большое спасибо, Ваше Высочество».

Что касается проблемы Варшавского города, то Янник сказал с полной озабоченностью: «Прекратить все поставки энергии, а также продовольствия в Варшаву, и просто ждать, пока они сдадутся и выйдут сами. Я пытаюсь обучить этих бойцов потренироваться сначала с этими мягкими парнями, чтобы у нас была основа, когда мы столкнемся с настоящей тяжелой битвой в будущем». — Битва на улице — лучший вариант для слабых против сильных, настоящая «мясорубка», а потери среди сражающихся ошеломляют.

По этой причине Янник создал подразделение, которое может помочь регулярным войскам в войне на аллеях.

Эта армия оснащена мощной автоматической огневой мощью, пехота вооружена G43, MP44, MP40, дробовиками, огнеметами, гаубицами, железными кулаками и т.д…

Штурмовые орудия, базирующиеся на корпусе танка «Шакал», были покрыты толстым слоем брони, и из-за возросшего веса этот танк-аллея мог развивать скорость всего около десятка километров в час, превращаясь в настоящий пехотный танк.

Самоходная зенитная установка на шасси танка «Шакал» была разработана по образцу знаменитой самоходной зенитной установки ЗСУ-23-4 «Шилка» более позднего времени. Хотя он не имел таких современных устройств, как радар и бортовой компьютер, он имел четыре 20-мм зенитных орудия, и его огневая мощь была достаточно велика. А поскольку самоходные зенитные орудия имели достаточно высокий угол возвышения и относительно полную броневую защиту, они были просто находкой в разгар таких боев на переулках. Поскольку им приходится иметь дело с такими целями, как самолеты, такое оружие очень быстро корректирует углы наклона своей башни и имеет относительно меньшее время реакции, поэтому оно гораздо быстрее справляется с угрозами со всех направлений.

Были также танки «Спитфайр», шестиствольные мини-ракетные установки, минометы и так далее.

Больше всего он ценил снайперов, которых тщательно готовили на протяжении многих лет. Они были оснащены «негабаритными» рациями, которыми через несколько лет будет оснащена армия США, — Super Big Brother, весившими почти пять килограммов. Настраиваемая высокочастотная FM-связь Siemens, голосовая или азбука Морзе, имеет эффективную дальность действия около шестнадцати километров. Благодаря этому снайперская команда могла не только обстреливать противника, но и легко вызывать огонь артиллерии для прикрытия крупных вражеских целей.

Придя к Штабу командования, Роммель указал на огромную карту Варшавы на стене и начал докладывать: «Наземные бомбардировщики уничтожили гидротехнические сооружения, водопроводные станции и электростанции в городе Варшава. Большинство районов Варшавы в настоящее время находятся в состоянии отключения воды и электричества».

«Хорошо». — Янник удовлетворенно кивнул и, выслушав все доклады, открыл рот, чтобы спросить: «Готов ли К5? Я хочу посмотреть, на что способны эти большие парни». — Ему было недосуг оставаться здесь надолго, но перед отъездом он хотел увидеть мощь железнодорожных пушек K5.

Концепция железнодорожного орудия была впервые представлена в 1850-х годах в британском труде «Национальная оборона» Андерсона, а затем в 1860-х годах в России. Первой страной, использовавшей железнодорожные пушки, были Соединенные Штаты. Во время Гражданской войны армия Конфедерации впервые использовала 13-дюймовую мортиру с непокрытым поездом для обстрела Петербурга, опорного пункта Конфедерации, что стало первым в мире железнодорожным орудием.

Во время Первой и Второй мировых войн Германия также начала использовать железнодорожные пушки в качестве оружия для обстрела фортов и окопов, что привело к новому пику использования железнодорожных пушек. Во время Первой мировой войны Германия использовала ракету Paris-Geschütz с дальностью стрельбы 130 км для бомбардировки Парижа, Франция. С общим весом 256 тонн, длиной 34 метра, калибром 211 миллиметров, эффективной дальностью стрельбы 130 километров и снарядом, который летел на высоте 40 километров над землей, он стал первым в истории человечества рукотворным объектом, поднявшимся в стратосферу.

В отличие от знаменитой железнодорожной пушки «Густав», 218-тонную железнодорожную пушку K5 не нужно было разбирать и собирать, поэтому она могла останавливаться и стрелять на ходу. Каждый выстрел из K5 приводил к большому количеству жертв, а некоторые десантные войска даже были уничтожены в строю. Это вызвало такую панику среди союзников и нанесло такой удар по моральному духу войск, что K5 получил прозвище «Экспресс Анцио».

«Одну минуту». Роммель снял трубку и отдал приказ.

Через несколько минут над ними раздался резкий треск, за которым последовал оглушительный взрыв в далеком городе Варшава, и земля слегка содрогнулась.

Глядя на огромное облако дыма, поднимающееся из Варшавского города, Янник не мог удержаться от того, чтобы не поцокать языком. «Хех, это оружие действительно достойно быть большим парнем, это очень мощно!».

«Ваше превосходительство командующий, огонь советской артиллерии настолько силен, что передовые позиции подверглись бомбардировке с тысячей пробоин и почти подавлены». — Как раз в то время, когда Янник и его группа бродили по линии фронта, в штабе командования группы армий «Ровно» на Восточном фронте несколько подчиненных докладывали командиру Раковскому о боевой обстановке.

Но на его лице не было выражения тревоги, потому что передовые позиции, о которых он говорил, на самом деле были просто маленькими деревнями с десятком домов. Советские войска били по этим деревням в течение трех дней, и артиллерийский огонь превратил всю деревню в руины, не захватив ее. Каждая атака приводила лишь к тому, что советские войска бросали бесчисленные трупы и в беспорядке отступали назад.

Командор Раковский кивнул: «Я знаю, что бойцы сражаются доблестно. Пусть они сегодня же отходят к постоянным укреплениям». — Полякам нравилась оборонительная модель — не уступать ни пяди земли, но после того, как немцы были разбиты на Западном фронте, командиры на Восточном фронте усвоили урок и решили, что больше не будут приносить бесстрашные жертвы: «Как только мы отступим, позиции советской тяжелой артиллерии последуют нашему примеру и продолжат обстрел наших позиций». — У них не было таких совершенных и многочисленных бомбардировщиков, как у немцев, иначе советские артиллерийские позиции не были бы такими самонадеянными до сих пор.

Командир подчиненной ему кавалерийской бригады предложил: «Сэр командующий, я думаю, мы можем послать несколько кавалерийских подразделений, чтобы ночью подкрасться к позициям советской артиллерии».

Командир Раковский сразу просветлел и счел этот вариант осуществимым: «Я думаю, что это осуществимо. Но цель вылазки не должна быть слишком большой, и лучше всего было бы использовать кавалерийские роты в качестве основного подразделения для проведения быстрой контратаки на различные советские артиллерийские позиции. Вот так, немедленно высылайте разведчиков и постарайтесь найти все артиллерийские позиции и нанести один-два удара!».

В соответствии со специфическими характеристиками артиллерии, те, которые обычно развертывались на второй линии, были в основном позициями для крупнокалиберной артиллерии поддержки; в то время как другие пехотные орудия, орудия боевой защиты и т.д. должны были вести огонь против. Мелкие калибры были ни к чему, а вот крупнокалиберная артиллерия создавала проблемы для его двери.

В то время не было ни современных спутников наблюдения, которые могли бы видеть каждое движение на земле, ни радаров, которые могли бы измерить траекторию артиллерийских снарядов и вычислить позиции артиллерии противника; существовало лишь несколько способов узнать расположение артиллерийских позиций противника.

Одна из них заключалась в использовании разведывательных самолетов для воздушной разведки, но для поляков это было роскошью.

Еще одним видом воздушного наблюдения был «воздушный шар», который выглядел глупо, но в хорошую погоду наблюдатели шара могли четко видеть артиллерийские позиции противника, а затем направлять огонь крупнокалиберных гаубиц на их прикрытие. Во время битвы при Номонкан Советский Союз неоднократно посылал боевые самолеты ВВС для уничтожения японских аэростатов, даже спровоцировав для этого масштабное воздушное сражение, и Советский Союз, имевший превосходство в воздухе, в конце концов уничтожил аэростаты, продемонстрировав полезность этой вещи и щепетильность Советского Союза. Однако, если в центре были препятствия, такие как холмы, этот способ наблюдения не мог помочь.

Третий — полагаться на людей, посылая разведчиков на поиски, и это был единственный способ, на который Польша могла рассчитывать в это время.

После совещания командующий Раковски связался с командованием других групп Восточного фронта и сообщил им о плане отправки кавалерии для атаки советских артиллерийских позиций, договорившись нанести удар одновременно сегодня ночью, чтобы застать врасплох и уничтожить советские артиллерийские позиции.

В сумерках высланные разведчики один за другим передавали сведения о позициях советских артиллерийских позиций.

В полночь с каждой позиции бесшумно выдвинулась рота кавалерии. Каждой лошади заткнули рот, а каждое копыто обернули куском толстого льна и крепко перевязали бечевкой, чтобы звук клекота и ударов копыт стал очень тихим, что облегчало сокрытие их движений.

Это была польская земля, и все они родились и выросли поляками, которые знали каждый дюйм земли и каждую реку как свои пять пальцев.

Бойцы легко преодолели советские передовые позиции и продолжили прощупывать путь к артиллерийским позициям на второй линии.

«Черт!». — Николай, командир одной из кавалерийских рот, только что подъехал примерно на километр к цели, когда лошадь под его промежностью рывком подняла передние копыта и он свалился с лошади в грязь. Не успел упавший Николай подняться, как услышал русское ругательство и звук передергиваемого затвора пистолета рядом с своим ухом.

«!!!». — Он мгновенно отреагировал и понял, что здесь находится скрытый пост русского солдата, и что этот парень должен был заснуть и быть разбуженным копытом лошади, прежде чем встать и тем самым напугал его лошадь!

Он не стал доставать свою саблю, а сквозь мутный лунный свет набросился на русского солдата, который был совсем рядом, и яростно душил его.

«Бах!». — Прежде чем остальные успели среагировать, русский солдат нажал на курок, и хрустящий звук выстрела разорвал тишину ночи.

«Ублюдок! Иди в ад!». — Николай был вне себя от ярости, звук выстрела мог разрушить их планы и, более чем вероятно, поставить их в безвыходное положение. Его руки сжались еще отчаяннее на его шее, и он рычал при этом: «Леван! Давай, иди вперёд!». — Леван был вторым командиром их роты. Выстрелы выдали их, и не было смысла скрывать себя.

«Уходим! Вперёд!». — Леван тоже перестал колебаться и повел людей галопом в сторону артиллерийской позиции.

Выстрел и ржание боевых коней разбудили спящих советских солдат, но прежде чем проснувшиеся люди смогли занять свои оборонительные позиции, яростная польская кавалерия уже пробила себе дорогу к фронту.

Часовой на посту отчаянно пытался спустить курок, но польские кавалеристы не обращали внимания на выстрелы и мчались вперед как сумасшедшие. Оставшиеся советские войска были настолько напуганы, что не имели желания удерживать свои позиции и разбежались.

К тому времени, когда Николай подошел, советские на артиллерийской позиции были уже мертвы и бежали, и было чудом, что они «взяли» позицию 203-мм тяжелой артиллерии всего с двумя десятками потерь.

Увидев идущего Николая, Леван доложил ему: «Командир роты, здесь двадцать 203-мм орудий, их, должно быть, поставили недавно, они совсем новые и не сделали ни одного выстрела. Мы уже поручил им заложить взрывчатку».

В этот момент вдалеке раздался выстрел, и им показалось, что к району собираются советские войска.

Хорошо, что они уже заложили взрывчатку: «Уходим отсюда!».

Николай и его группа помчались как можно быстрее в том направлении, в котором пришли, и когда они отбежали на некоторое расстояние, позади них раздалась череда взрывов и крики восторга польских солдат.

Было уже три часа ночи, когда кавалерийские роты возвращались одна за другой, в основном раненные или покалеченные. На обратном пути рота Николая столкнулась с группой советских солдат и потеряла больше половины, но они проделали хороший путь. Они уничтожили 12 из 15 позиций тяжелой артиллерии советских войск. Бойцы получили краткую благодарность от командования группы, что значительно подняло их боевой дух.

В то время как поляки праздновали эту победу с большой радостью, советские войска с другой стороны не были так счастливы.

В генеральном штабе фронта маршал Ворошилов с мрачным лицом смотрел на только что полученный отчет о нанесенном ущербе и скрипел зубами: «Вы что наделали, свиньи?!». — Он прибыл на фронт всего за два дня до этого, чтобы взять на себя командование почти провалившимся вторжением в Польшу. Его предшественник, напротив, был отправлен в Сибирь копать руды всего через несколько часов после его прибытия.

Двенадцать из пятнадцати позиций тяжелой артиллерии были уничтожены поляками, причем две из них были теми самыми позициями 203-мм тяжелой артиллерии, которые были переброшены с ним два дня назад. Чтобы показать важность фронтового наступления, великий вождь товарищ Сталин направил на него всю только что произведенную 203-мм тяжелую артиллерию.

Теперь это была груда металлолома без единого выстрела из этих ружей, на которые возлагались большие надежды. На этот раз они фактически потеряли почти 200 единиц тяжелой артиллерии: «Несколько кавалеристов в округе уничтожили их?!». — крикнув это, он не стал больше кричать, взял ручку, записал кучу имен и передал их дрожашему адъютанту: «Этих ублюдков тоже не нужно отдавать под трибунал, расстреляйте их на месте!».

Командующий варшавским гарнизоном Кэррол Роммель решил любой ценой удерживать Варшаву до смерти, и это решение принесло полякам в Варшаве беспрецедентное несчастье.

Поскольку листовки с уведомлением об эвакуации уже давно были разбросаны, немцы могли без страха обстреливать Варшаву всеми видами артиллерийских снарядов и бомб.

45мм, 82мм, 120мм минометы; 50мм, 75мм пехотные орудия; 105мм пушки; 122мм реактивные снаряды; 152мм гаубицы; 283мм железнодорожные орудия; 380м штурмовые тигры продолжали реветь, и снаряды всех типов осыпали город Варшаву.

А в небе плотно упакованные наземные бомбардировщики обрушивали на Варшаву тонны и тонны обычных авиабомб, кассетных, зажигательных и бомб с белым фосфором весом от 50 до 500 килограммов.

В это время Янник подошел к последнему пункту проверки, командованию 14-й армейской группы «Листер» к западу от Варшавы, и навис над ножничным перископом, наблюдая за охваченным пламенем и взрывами городом Варшавой. Его сердце не может не чувствовать, что война — это действительно не детская забава. Это детская мечта многих людей — овладеть миллионами войск на поле боя и, наконец, стать героем поколения. Но когда человек оказывается на поле боя, он понимает, что война приносит не только славу и достижения, но и смерть и разрушения.

«Этот Кэрролл Роммель очень упрям. Было бы лучше просто сдаться». — Услышав бормотание Янника, Листер, находившийся сбоку, подхватил разговор: «Ваше Высочество, если он откажется сдаться, мы взорвем весь город».

Янник посмотрел на него, сдерживая желание громко рассмеяться: «В этом нет необходимости, поскольку они отказываются сдаваться, их можно просто использовать для обучения наших войск аллейной войны».

Что касается того, почему ему хотелось смеяться, так это из-за этого Уильяма Листера, который был инвалидом на один глаз. Конечно, Янник не смеялся над инвалидами, но получение и последствия его травмы были просто смешными.

История восходит к битве на Сомме во время последней мировой войны. Бельгийская армия готовилась к атаке на немцев, которые установили множество мин перед своими оборонительными позициями, чтобы блокировать наступление бельгийской армии. Интересно также, видел ли офицер бельгийской армии строй огненных быков, изобретенный циским генералом Тянь Данем, и мобилизовал ли он более 70 быков, чтобы вместе с ними идти в авангарде с целью очистить поле боя от минных полей.

Когда началась атака бельгийской армии, по полю боя пронеслось стадо испуганных и разъяренных быков, и один из них совершил маловероятный бросок на немецкую позицию. Бык, словно зная принцип, что противник должен нападать первым, бросился прямо на лидера, Листера, который в панике случайно получил удар в глаз.

От этого удара сердце Листера сжалось от гнева, он вытерпел боль и достал пистолет, чтобы выстрелить в зверя, когда рядом с ними упал снаряд. Неудачливый Листер был сбит с ног, а бык, хотя и был также ранен, отделался легкими травмами.

Единственным выжившим оказался бык, сбивший Листера. За службу против врага бык был награжден званием полковника армии и Почетной медалью второго класса самим королем Бельгии, из быка он стал настоящим солдатом, а после войны был отправлен доживать свои дни в дом почета в Везули.

Листер, конечно, ненавидел быка, пока, наконец, отомстил ему после немецкого блицкрига на Бельгию в 41-м году.

Листер, к тому времени получивший звание начальника штаба группы армий, отдал приказ непосредственно майору Клуберу, командиру гарнизона города Виссори, казнить проклятого бешеного быка в крыле Виссори.

Майор Клюбер, получивший приказ, был в замешательстве и недоумевал, почему у этого Его Превосходительства генерала возникли проблемы с чёртовой коровой. Однако, поскольку послушание — долг солдата, он отправился в крыло Виссори, чтобы расспросить о корове. Он нашел быка по кличке «Рыцарь», старого черного быка, который потерял свой темперамент и, казалось, обладал достаточной экстрасенсорикой, чтобы знать, что его страна оккупирована, а также был усталым и немного грустным.

Хорошо, что он нашелся, и как раз в тот момент, когда майор Клюбер достал пистолет и собирался прикончить старого быка одним выстрелом, ему помешала группа раненых бельгийцев в крыле. Они утверждали, что бык был военнопленным и что, согласно Женевской конвенции, его нельзя убивать и с ним нужно обращаться как с таковым! Даже изготовил сертификат о рукоположении, выданный королем Леопольдом в 1917 году.

Майор Клубер был ошарашен тем, что это действительно бык с военным статусом и рангом выше, чем у него самого! Согласно Женевской конвенции, он действительно не имел права стрелять в него.

У него не было другого выбора, кроме как перезвонить генералу Листеру и сообщить об аварии.

Вероятно, от скуки или из желания отомстить, генерал Листер сам пришел в крыло Везули и приготовился убить «всадника».

Поскольку он был военнопленным, пришло время поработать над правилами для военнопленных.

Положения о военнопленных гласили, что в случае побега военнопленного победившая сторона может казнить его на месте.

Листер начал придумывать всевозможные уловки; он приказал своим подчиненным положить траву, которую корова любила есть, за дверью тюрьмы, чтобы корова могла сбежать сама, а если это произойдет, ее тут же пристрелят.

Но корова не сдвинулась с места.

Раз этот трюк не сработал, то второй трюк, когда военнопленный покончит жизнь самоубийством самостоятельно, сработает. Корова не могла совершить самоубийство, поэтому он создал иллюзию, что она это сделала, и Листер установил еще одну мину за пределами тюрьмы, пользуясь случаем, вывел корову на прогулку, пытаясь заставить ее наступить на саму мину. Но бык, словно под защитой бога-быка, просто не наступил на мину.

Затем он завел свирепую немецкую овчарку, присвоил ей звание майора в армии и посадил в тюрьму вместе со старой коровой.

Он думал, что собака загрызет старую корову до смерти, но в течение двух дней два животных стали неразлучными друзьями.

После колебаний в течение месяца Листер, наконец, пошел на компромисс и пощадил быка, сказав: «Если я не могу его убить, я не буду его убивать, возможно, это Божье указание, и я не могу ослушаться Божьего повеления».

Неизвестно, будет ли он по-прежнему преследовать старого быка в этом времени и пространстве.

В этот момент Энни, которая находилась сбоку, напомнила: «Ваше Высочество, пора отправляться».

«О, тогда пойдем». Больше не думая о вражде между этим генералом и старым быком, Янник приготовился уходить.

…

Когда он ехали на машине в аэропорт, он вдруг заговорил: «Сверните в соседний аэропорт». — Это был военный аэропорт, только взлетная полоса была специально перекрыта для взлета и посадки его специального самолета.

Листер, который ехал с ним, выглядел озадаченным: «Ваше Высочество, но там не предусмотрена охрана».

Янник незаинтересованно махнул рукой: «Ваше превосходительство генерал слишком обеспокоен, если я не могу доверять даже своим собственным воинам, то чему я могу доверять». — сказал он и показал водителю, чтобы тот подъехал.

Здесь размещались пять эскадрилий сухопутных бомбардировщиков, партии бомбардировщиков взлетали на Варшаву и партии бомбардировщиков возвращались на землю над Варшавой. Янник наблюдал, как наземные команды аккуратно отодвигали приземлившиеся бомбардировщики к краю взлетной полосы и дозаправляли их топливом и боеприпасами, а ремонтники летали вокруг, проверяя двигатели, топливопроводы и другие компоненты.

Весь аэродром, казалось, кипел от активности, но, возможно, из-за строгого немецкого характера, все здесь выглядело организованным и упорядоченным, занятым, но не загроможденным.

Листер же заметил, что многие солдаты здесь работают в основном с голой грудью, и поспешил высказаться: «Простите, Ваше Высочество, я сделаю акцент на вопросе военного вида».

«А?». — Янник не понял, почему он это сказал, и только после того, как он это сказал, он заметил голых солдат и улыбнулся в недоумении: «Ваше превосходительство, генерал, это мелкие и незначительные проблемы по сравнению с той службой, которую они оказали Империи. Они могут приходить так, как им удобно, нет необходимости устанавливать правила».

Толпа в аэропорту также заметила ряд роскошных автомобилей, въезжающих в аэропорт, и хотя они не могли видеть, кто сидит в машине, они могли догадаться, что посетитель — большая шишка, глядя на два маленьких национальных флага, прикрепленных к передней части роскошного «Мерседеса».

В этот момент громкоговоритель в аэропорту взревел в исступлении: «Его Королевское Высочество Наследный Принц прибыл!».

Вот это да! Толпа всколыхнулась, бросив все, что держала в руках, и выпрямившись в приветствии.

Янник показал водителю, чтобы тот остановил машину у толпы перед ним.

Толпа разразилась радостными криками, когда увидела, как Янник вышел из машины.

Янник подошел, поприветствовал и пожал всем руки, все были так взволнованы, что не могли сдержаться, и у многих на глазах были слезы.

Когда он подходил к высокому мужчине, чтобы пожать ему руку, было слышно, как он кричал во всю мощь своих легких: «Ваше высочество, я хочу на фронт!».

«О?». — с интересом спросил Янник, остановившись на своем пути: «Разве не хорошо быть здесь? Почему ты хочешь пойти на передовую?». — На самом деле, он знал, что эти наземные работы были теми видами военной работы, которые не очень нравились молодым людям. Но даже если вам это не нравится, кто-то должен это делать. Иначе, если все будут на передовой, что мы будем использовать, чтобы вести войну? И работать здесь, по крайней мере, намного безопаснее, чем на фронте, если только враг не подойдет на расстояние артиллерийского выстрела или немцы не потеряют воздушную мощь, опасности нет.

Большой человек неловко почесал голову: «Ваше Высочество, у меня здесь все хорошо. Но здесь нет врага, и я не смогу увидеть, как выглядит враг, пока война не закончится. Если я приду домой, а соседи спросят меня, сколько врагов я уничтожил, что я отвечу?».

Видя глубоко одобрительные взгляды на лицах окружающих, Янник уже собирался сказать Энни, чтобы она нашла микрофон и повернулся, когда увидел, что Энни уже ждет его позади с микрофоном.

«…». — Молча подняв большой палец вверх, Янник взял микрофон и начал короткую импровизированную речь: «Похоже, что некоторые из вас чувствуют, что в тылу вы вносите не такой большой вклад, как на передовой? Хотя солдаты, которые храбро сражались и убивали врага на передовой, безусловно, достойны чести и страха, никто не может отрицать вклад тех, кто находился в тылу.

Подумайте сами, фронтовики с оружием в руках убивают врага, и как это оружие попало к ним в руки? Очевидно, что это было доставлено из арсенала транспортным отделом. Материалы для изготовления пушек в арсенале поставляются с металлургического завода, а руда на металлургическом заводе — с горного месторождения.

Когда оружия нет, наши солдаты будут вынуждены противостоять врагу голыми руками.

Возьмите к примеру этот аэродром, пилоты могут забрасывать бомбами врага, но без вас, трудолюбивого наземного экипажа, самые современные самолеты станут грудой металлолома.

Вы должны помнить, что не существует высокого или низкого уровня работы, есть только разное разделение труда. Пока каждый из нас будет выполнять свой долг и посвящать себя делу, Империя победит в этой войне и восстановит свое былое процветание!

Я обещаю вам всем, что на этот раз мы никогда не проиграем! Я поведу вас к созданию тысячелетней Империи!».

Толпа разразилась бурными аплодисментами. И Янник ласково похлопал высокого мужчину по плечу: «Действуйте хорошо, и я обещаю, что в будущем у вас на груди будет не меньше медалей, чем у тех пилотов, и я с честью верну вас в ваш дом».

В этот момент в небе раздался рев — это возвращалась группа бомбардировщиков, поэтому Янник распустил толпу и вернулся на свои посты, а сам вернулся к своей машине.

«Ваше Высочество, вытрите руки». — Энни протянула ему носовой платок. Только что Янник пожимал руки толпе и получил много масляных пятен на руках.

Янник приказал, вытирая руки: «Вернитесь и сообщите Геббельсу, чтобы он опубликовал больше подобных статей, восхваляющих этих логистов».

Энни кивнула в ответ: «Хорошо».

Возвращаясь в специальный самолет, Янник махнул рукой Листеру: «Тогда я оставляю все на ваше усмотрение, генерал Листер. Скоро увидимся на празднике». — Максимум через неделю Польша должна была капитулировать.

…

Вернувшись в Берлин, Риббентроп сразу доложил Яннику: «Ваше Высочество, Великобритания и Франция объявили эмбарго нефтяным странам. Даже нефть из Китая будет прекращена на некоторое время, и меня только что попросил посол Китая передать вам мои извинения».

Янник беззаботно улыбнулся и сказал: «Передайте послу Китая, что это незначительный вопрос и не повлияет на дружбу между нашими двумя странами».

Эта тактика Великобритании и Франции была просто старым способом, в начале первоначальной войны Великобритания и Франция заблокировали на поле поставки нефти, так что немецкой армии пришлось сдерживать все свои оперативные планы. При немецких запасах нефти в 2,4 миллиона тонн, быстро сократившихся до 1,6 миллиона тонн, немецкая армия так и не решилась начать крупную воздушную войну и кампанию бомбардировок против Великобритании, Франции и других стран, поскольку ее запасы топлива были крайне малы, их хватало лишь на то, чтобы начать сухопутное наступление на Западном фронте.

Теперь, с другой стороны, все было совершенно иначе: за эти годы только с Китая поступило более 10 миллионов тонн нефти, а с учетом нефти, приобретенной ранее в Советском Союзе, на Ближнем Востоке, в Соединенных Штатах и других нефтедобывающих странах, запасы нефти Германии теперь составляли 15 миллионов тонн, которые можно было растрачивать по своему усмотрению в течение как минимум двух лет. (На самом деле, все европейские страны имеют свои собственные нефтяные месторождения)

И у него все еще есть секретный козырь в виде Ливии, который он не показал. Хотя добыча нефти еще не началась, но на земле уже построен полнофункциональный город, введены все виды инструментов для добычи, а под названием водопроводов проложены три нефтепровода, соединенные с портом. При одном заказе в течение месяца непрерывный поток нефти будет добываться, перерабатываться на месте и доставляться в порт.

Конечно, ему еще предстояло починить Мальту, гвоздь, вбитый в Средиземное море, прежде чем он сможет безопасно перевозить нефть через море, но, согласно его плану, это не было большой проблемой.

Вместе с большими и малыми месторождениями нефти в различных европейских странах, на этот раз Германии вообще не придется беспокоиться о нефти.

…

Именно тогда, когда поляки в Варшаве думали, что немцы готовятся взорвать Варшаву, бомбардировки внезапно прекратились рано утром следующего дня.

Специальная колонна вошла в разбомбленный город.

Костяк каждой команды составляли «Гризли» со 150-мм пушкой StuH 43/1, окрашенной в городской камуфляж, и самоходная зенитная установка «Гепард».

Хотя он имел тот же 320-сильный двигатель, что и Jackal, его скорость составляла всего около 15 км/ч. Он весил 36 тонн, что на 10 тонн больше, чем «Шакал». И все эти десять тонн были потрачены на дополнительную броню, причем даже самая хрупкая верхняя и нижняя броня достигала 30 мм толщины.

Стальные пластины, которые волочились почти до земли, и простые минные тральщики спереди, плюс усовершенствования кожуха двигателя и вентиляционных отверстий специально для защиты от зажигательных бутылок с коктейлем Молотова. Некоторые из них делают из этого аквариума прочный черепаший панцирь.

Как штурмовое орудие, специально разработанное для поддержки пехоты, Grizzly не обладал достаточной эффективностью в обычном бою. Но в боях в переулках это кошмар для противника, а толстая броня позволяет «Гризли» использовать свою 150-мм гаубицу для стрельбы с близкого расстояния для точного попадания.

Бах-Бах-Бах!

Не продвигаясь ни на секунду, шквал пулеметных пуль ударил в невероятно толстую броню «Гризли», разбрызгивая шквал искр. К сожалению, не говоря уже об этих 7,7-мм пулеметных патронах, даже тяжелые пулеметы, автоматы и даже пушки малого и среднего калибра будут для него не более чем зуд.

Скрип!

«Бум! Бум! Бум! Бум!». — Штурмовая пушка поворачивала свой громоздкий корпус, чтобы нацелиться на направление летящих пуль, когда позади нее с ревом пронеслась самоходная зенитная установка «Гепард».

Самоходная зенитная установка Cheetah также была переделана из шасси танка Jackal, и вместо одной пушки в передней части башни было установлено четыре мощных 20-мм зенитных орудия.

Самоходные зенитные установки изначально предназначались для использования против летающих целей, поэтому это оружие очень быстро корректирует угол наклона башни и имеет относительно меньшее время реакции, что позволяет быстрее справляться с угрозами со всех направлений. В сочетании с такой же комплексной защитой брони, без преувеличения можно сказать, что это просто находка в боях на переулках.

Четыре 20-мм орудия с грохотом разбили вдребезги изрешеченное пулями окно на противоположной стороне, а окружающие стены были густо усеяны пулевыми отверстиями размером с чашу. Если только человек не был адамантином, мужчины в этой комнате были мертвы настолько, насколько это вообще возможно.

Пехота, наступавшая сразу за танками, также была одета в городскую камуфляжную боевую форму, и у всех в руках было мощное огнестрельное оружие, в основном MP40 и MP44, дополненные G43, дробовиками, огнеметами, гаубицами и другим оружием.

«Пять минут ожидания!». — Рев пилота доносился из динамика, висящего на переборке постоянно раскачивающейся кабины транспортного Ju-52, заглушая рев двигателей.

Ju-52 был одним из самых широко используемых и самых известных немецких транспортов Второй мировой войны, за исключением того, что эта слава была навязана ему. Если бы у немцев в то время были другие варианты, они бы не стали использовать этот транспортный самолет в больших масштабах.

В 1928 году конструкторы компании Junkers в Синдо разработали одномоторный транспортный самолет, прототип ju-52, который был предназначен исключительно для перевозки грузов и имел только один двигатель.

В 1931 году Юнкерс добавил еще два двигателя к Ju-52, что дало ему огромный прирост производительности, доказав его способность летать на больших высотах, совершив перелет через Альпы, чего в то время не мог сделать ни один самолет гражданской авиации. Он даже с комфортом пролетел над горами Памира, которые были не менее опасны, чем более поздний маршрут «Горб».

Отличные характеристики пассажирского ju-52 смогли привлечь внимание военных. Сразу же был размещен заказ на 1200 самолетов. В дополнение к транспортной версии было сделано несколько конверсий в бомбардировщики. Оригинальный пассажирский отсек был переоборудован в бомбоотсек с добавлением оборонительных пулеметов. К сожалению, в Испании Ju-52 оказался непригодным для использования в качестве бомбардировщика. Ибо, хотя он хорошо летал и хорошо управлялся, он летал медленно (286 км/ч) и был часто сбит.

Во время Второй мировой войны, хотя он породил модели разведывательных, санитарных и минных тральщиков, он использовался в основном для транспортировки и был важным самолетом для немецких воздушно-десантных войск, на котором немецкие десантники совершали один рейд за другим.

К сожалению, в отличие от своего блестящего послужного списка, Ju-52 понес значительные потери в каждом реальном сражении. В частности, малокалиберные пушки, такие как 20-мм, творили чудеса против низко и медленно летающих Ju-52.

Во время немецкого вторжения в Голландию и Бельгию самолеты Ju-52 совершали рейды на буксируемых планерах на Эбен. И крепость Эммер, и Роттердамский десант стали классическими воздушно-десантными операциями в истории.

Однако Ju-52 и десантные войска, которые они перевозили, понесли большие потери во время операций: две трети из 430 Ju-52, задействованных в Нидерландах, не вернулись или были слишком тяжело ранены для дальнейшего использования.

Многочисленные Ju-52 были сбиты, уничтожены, а обломки самолетов валялись на различных аэродромах в Голландии, где шли тяжелые бои, и потери были еще более тяжелыми, потому что большинство этих самолетов были поставлены летными школами ВВС, а пилоты были инструкторами, обучавшими летчиков-стажеров.

В битве за Крит в мае 41-го года немецкие воздушно-десантные войска со своими Ju-52 снова были тяжело ранены и сильно пострадали, и больше не могли позволить себе запускать массовые воздушные переброски в течение оставшейся части Второй мировой войны.

Доставляя припасы «Африканскому корпусу» Роммеля в Северной Африке, Ju-52 были вынуждены летать над опасным Средиземноморьем, поскольку остров Мальте был занят британскими войсками, а медленные Ju-52 стали отличными мишенями для «Спитфайров» и были уничтожены.

После 42-го года потери Ju-52 опережали производство, 450 Ju-52 были потеряны во время воздушных десантов для снабжения немецких войск под Сталинградом зимой 42-го — 43-го годов, и немецкий парк Ju-52 постепенно уменьшался в размерах.

Для Янника эта штука была летающим гробом, и кошмаром десантника!

Так что теперь Ju-52 был лишь переходной моделью, и это было нормально для Польши, у которой оставалось очень мало сил ПВО, чтобы сбить её.

«Всем встать!». — Услышав команду, командир отделения Шойфеле, сидевший рядом с люком, встал и закричал, шум двигателей был настолько громким, что ему пришлось кричать во всю силу своих легких.

Десантники в кабине поднялись на ноги.

«Приготовьтесь! Проверьте снаряжение!». — Десантники повесили крюки своих парашютных сумок на верхние веревки и проверили на них снаряжение друг друга.

Вскоре красный свет, который постоянно мигал на крыше кабины, сменился зеленым. Командир отделения с силой дернул люк, и в кабину сразу же хлынул холодный ветер, обдувая десантников со спины. И Шойфеле вытолкнул из кабины против сильного ветра ящики с оружием, которые были поставлены рядом с люком.

«Вперед, вперед, вперед!».

Первый десантник вылез из люка по громкому призыву Шойфеле.

Последний десантник в кабине выпрыгнул, Шойфеле оглянулся на кабину, чтобы убедиться, что там ничего не осталось, и тоже быстро выпрыгнул, чем ближе ко всем, тем меньше времени потребуется на сплочение.

В тот момент, когда его тело стало немного неустойчивым от воздушного потока, парашютный крюк рывком раскрыл парашют, сначала из мешка вылетел направляющий парашют, а затем белый основной парашют был вытянут и раскрыт, резкая остановка заставила его тело дернуться, ремни затянулись вокруг него, и удар в обоих направлениях заставил человека с большим количеством прыжков понять, что основной парашют раскрылся плавно.

Вокруг них были плотные парашюты, и на этот раз их выпустил весь полк.

Немцы, конечно, не могли тратить слишком много войск в Варшаве, и на этот раз именно десантники возглавили продвижение на запад.

К счастью для поляков, противовоздушной обороны не существовало, и хотя немецкие парашютисты были густыми в небе, зенитный огонь на земле был жалким, и немецкие солдаты высадились на землю средь бела дня и начали прочесывать свои собственные силы в строю, прежде чем обрушиться на цели, которые они должны были оспаривать.

Шойфеле приземлился плавно, открыв предохранительную защелку своего парашюта и проворно убрав все предметы защиты от прыжков на своем теле.

Поскольку немецкие воздушно-десантные войска стремились сброситься низко, приземлиться быстро и с как можно меньшим временем задержки, немецкие парашюты были маленькими, вес парашюта был строго ограничен, и средний солдат имел при себе только пистолет и две гранаты, у сержанта был пистолет-пулемет MP40, а винтовка, пулемет и боеприпасы сбрасывались отдельно в парашютной трубе.

Но только что в небе ремень его пистолета-пулемета MP40 был сорван воздушными потоками и куда-то упал, и теперь снаружи у него был только его 9-мм пистолет Walther P38 и компактный охотничий кинжал.

Скоро ему нужно будет добраться до ящиков с оружием.

Хорошо, что на каждом оружейном кейсе висело привлекающее внимание поисковое устройство; ночные десанты оснащались светящимися палочками, а дневные — дымящимися канистрами. Ему не пришлось долго идти, прежде чем он увидел недалеко желтый дым, поднимающийся от восходящего солнца.

«Отлично!». — Шойфеле схватил свой заряженный пистолет и быстрым шагом подбежал к нему. И только потом увидел, что вокруг оружейного ящика собрались трое мужчин. Один из десантников, стоявших в карауле, увидел Шойфеле и взволнованно помахал рукой в знак приветствия: «Командир отряда!».

Двух других десантников Шойфеле не узнал, не нужно говорить, что они были из другого отряда. Но они оба были рядовыми, и в данном случае Шойфеле как сержант должен был вести их за собой. Потому что немецкий оперативный устав гласит, что если ваше подразделение дезорганизовано и вы не можете найти своего офицера, просто слушайте того, кто имеет самый высокий ранг. В конце концов, человек с высшим званием либо добился успеха, либо был более опытен в бою, и в конечном итоге безопаснее было прислушаться к нему.

После короткого приветствия Шойфеле достал из своего оружейного ящика MP44. Каждый из них носил с собой дополнительный пистолет на случай, если им попадутся дружественные войска, которые не нашли свой оружейный ящик.

Шойфель достал карту и компас, которые были у него с собой, и сравнил местность, чтобы определить, где они сейчас находятсяи «Мы находимся примерно в километре или около того от этого моста. Давайте пойдем вперед и займем этот мост, пока поляки не взорвали его. Иначе следующим войскам придется либо идти длинным обходным путем, либо строить мост через реку».

«Хорошо». — Остальные не возражали против этого предложения Шойфеле, и четверо мужчин начали прощупывать путь вперед.

По пути они разыскали еще двух бродячих десантников и без помех добрались до окрестностей моста. В небольшой деревне за мостом было видно, что она переполнена людьми, и отовсюду велась ожесточенная стрельба. Плацдарм на этом мосту, напротив, был пуст, и, судя по всему, здешний гарнизон отправился в деревню на помощь.

«Что теперь? Должны ли мы удерживать этот мост или войти, чтобы помочь?». — Видя это, Шеффель тоже был немного нерешителен, поэтому он спросил остальных.

Поразмыслив некоторое время, группа решила, что им следует отправиться в деревню, чтобы помочь.

Различные извилистые улицы, сложный рельеф местности и скрытые враги на улицах и в переулках делали бои на переулках полными множества непредсказуемых факторов. Даже если бы можно было послать наблюдателя для наведения артиллерии, малейшее отклонение от графика стрельбы артиллерии привело бы к большой беде. А раз разведка не следует вовремя за передовыми войсками, то незнания сложного рельефа местности достаточно, чтобы позволить вражеской засаде похоронить хорошее подразделение.

Снайперы, которые скрываются среди них, — это боги смерти, которые господствуют над обычными войсками: один выстрел — одна смерть.

В городе Варшава, внутри полуразрушенного здания, которое было наполовину взорвано, снайпер Мишель смотрел через прицел своей СВД на улицу в пятистах метрах от него. Войска из переулков еще не продвинулись туда и, скорее всего, застанут поляков врасплох.

Чуть ближе лежал взорванный польский легкий танк, и неизвестно, сколько танков поляки собрали в городе, и несколько случайных бомбовых снарядов могли поразить эти танки. Хорошо, что ракеты «Железный кулак» были выпущены до уровня отрядов аллейных войск и могли легко справиться с этими хрупкими танками.

Дикая собака, появившаяся из ниоткуда, осторожно подошла к обломкам танка, с любопытством оглядывая разрушенную стальную броню. Непонятно почему она вдруг заинтересовалась им.

Мишель пристально наблюдала за каждым движением собаки через свой шестисильный прицел. Они просидели здесь несколько часов без движения, и ему стало немного скучно.

На самом деле, снайперская тактика во многом напоминала боевые действия подводных лодок в море, и большую часть времени им приходилось заниматься скучным ожиданием, добиваясь результатов скорее благодаря удаче.

В этот момент Мартин, наблюдатель с одной стороны, вдруг резко заговорил: «Сто пятьдесят метров, там враг!».

Сто пятьдесят метров? Мишель поспешно повернул винтовку, чтобы посмотреть туда, куда указывал Мартин. За забором на краю улицы выглядывала голова.

Глядя на пухлый вид мужчины, Мишель не спешил нажимать на курок, а просто терпеливо ждал.

Мартин пробормотал с некоторым любопытством: «Откуда взялись эти парни?»

Отряд по переулкам продвинулся на 300 метров, и они очистили все здания, чтобы убедиться, что опасности не будет. Как этому парню удалось избежать обыска?

Пока он говорил, парень перемахнул через забор и выпрыгнул наружу. Он был весь в грязи и пыли, но все же можно было различить, что он одет в польскую военную форму и держит в руках пистолет-пулемет.

Хотя страна была уничтожена менее чем за месяц, Польша самостоятельно разработала пистолет-пулемет. У этого пистолета-пулемета было очень мощное название — «Смерть». Максимальная теоретическая скорострельность пулемета составляла 1200 выстрелов в минуту, что было сопоставимо со скорострельностью немецкого пулемета общего назначения MG42, и он мог превосходить многие пулеметы того времени. Его называли пистолетом-пулеметом «Смерть», и это было вполне заслуженно. Пистолет-пулемет имел отъемный магазин на 24 патрона, а на отстрел всех патронов требовалось всего 1,25 секунды.

Для пулемета скорострельность 1200 выстрелов в минуту означает смерть, но для пистолета-пулемета такая высокая скорострельность является серьезной проблемой. Пружина повторной подачи слишком жесткая, а выстрел слишком короткий, что является основной причиной того, что этот пистолет-пулемет стреляет в слишком высоком темпе.

В связи с высокой скорострельностью одним из основных вопросов, который необходимо было решить при разработке пистолета-пулемета «Смерш», было снижение скорострельности. После ряда усовершенствований скорострельность пистолета-пулемета была снижена до 750 выстрелов в минуту. Но такая скорострельность все равно была слишком высокой для того времени.

Из-за длительного цикла разработки и позднего заказа (польские военные заказали этот пистолет-пулемет оптом в марте 39-го года) до начала войны было выпущено всего несколько десятков единиц, причем опытные образцы были изготовлены только в начале войны.

Выскочив наружу, он не бросился бежать, но на мгновение настороженно огляделся, затем подобрал небольшой камень и бросил его в ограду.

«Чего хочет сделать этот парень?». — В следующую секунду двое мужчин ошарашено смотрели, как один за другим из ограды выпрыгивают польские солдаты, целая дюжина.

«Хех! Один выстрел из артиллерии покончит со всеми вами». — Мартин как раз собирался поднять рацию, чтобы сообщить о них артиллерии в тылу, но его остановил Мишель: «Как ты можешь отказываться от мяса, когда она уже перед твоим ртом». — сказал он, доставая из ближайшего рюкзака глушитель толщиной в руку и устанавливая его на дуло своей СВД. Он вынул еще два магазина с дозвуковыми патронами и положил их на ровное место, заменив магазин на пистолете одним из них.

К этому времени группа польских солдат осторожно приближалась в ту сторону, каждый из них держал в руках либо автомат, либо пулемет, на поясе висело несколько гранат, и они выглядели готовыми проникнуть в тыл и поднять шум.

Мишель навел крест прицела на польского солдата, идущего в авангарде, и щелкнул курком.

Пуф! Раздался приглушенный звук, и, почувствовав плечом отдачу, он увидел, как польский солдат упал на колени, прикрывая живот руками.

«Что с тобой?». — Остальные, шедшие позади, как раз собирались сделать шаг вперед, чтобы проверить его, когда Мишель быстро нажал на курок, поразив сразу семь или восемь человек.

В этот момент польские солдаты среагировали, и остальные тут же упали на землю.

«О, кучка идиотов!». — Мишель не мог не насмехаться, если бы эти люди разбежались и убежали, возможно, им удалось бы спастись, но лежа на земле, как сейчас, смерть им была обеспечена.

Он быстро, как только мог, заменил магазин на новый, прицелился в оставшихся польских солдат и снова нажал на курок.

К тому времени, когда эти неудачливые польские солдаты, наконец, почувствовали, что что-то не так, и были готовы бежать, только трое или четверо из них смогли подняться, и они были застрелены и упали на землю, не успев пробежать и нескольких шагов.

«Это было потрясающе!». — Мишель сделал глубокий вдох, втягивая ноздрями пахнущий порохом газ, который пронизывал все вокруг: «Двадцать выстрелов, и шестнадцать врагов уничтожено, не так уж плохо». — Оценив свою работу, Мишель надел толстые перчатки и снял немного горячий глушитель, отложив его в сторону.

«Ха, ты парень сумасшедший». — Мартин несколько задыхаясь покачал головой. Мишель был хорошим стрелком, но этот человек был также довольно жестоким. Если только это не была такая тайная операция, он никогда не попадал во врага, чтобы убить его с одного выстрела, но вместо этого он концентрировался на таких частях, которые выводили человека из строя, а не убивали его сразу.

В это время десяток польских солдат лежали на земле в 100 метрах от них, причитая и крича.

Мишель обычно называл это «милосердием», давая им время на покаяние.

Но Мартин всегда думал, что будет лучше дать им быстрое признание на смертном одре, так как они испытывали сильную боль от пуль.

Мишель заговорил, заменяя новые журналы: «Есть два парня, которые не могут умереть, ведь я не стрелял в их жизненно важные точки. Сообщи в тыл, чтобы их доставили для допроса и выяснили, откуда эти парни».

«Хорошо». — Мартин поднял рацию и доложил в тыл о том, что здесь происходило. После доклада он собрал свои вещи.

В том же разбомбленном здании на подоконнике одного из домов было свалено несколько мешков и установлен пулемет. Несколько польских солдат стояли на страже за пулеметом, нервно поглядывая на далекий перекресток. Звуки выстрелов вдалеке были интенсивными и сначала казались далекими, но постепенно они стали приближаться.

«У кого из вас есть вода?». — Пулеметчик, держась за рукоятку своего пулемета, облизал немного пересохшие губы и открыл рот, чтобы спросить остальных. Водонапорные сооружения и водонапорные станции в Варшаве были разрушены немецкими бомбардировщиками, и водоснабжение города было парализовано на долгое время. Хотя через город протекала река Висла, ходить туда за водой было сопряжено со значительным риском. Днем в небе висели немецкие самолеты, а ночью берега реки периодически обстреливала немецкая артиллерия, и если не быть осторожным, можно было потерять жизнь.

Помимо воды, в дефиците были и продукты питания. Поставки уже давно прекратились, и только запасы боеприпасов оставались в некотором роде гарантированными.

Остальные покачали головами с видом беспомощности, и тут над головой пронеслись два «Штуки» и сбросили бомбы на небольшом расстоянии, Варшава становилась все менее достойной воздушных налетов, поэтому даже немецкие самолеты в последние дни появлялись все реже.

«Немцы!». — Воскликнул польский солдат, смотревший в окно, и все мгновенно схватились за оружие и заняли свои позиции. Пулеметчик даже не потрудился найти питьевую воду и сжал пулемет в своей руке.

Только броневик странной формы медленно появился на перекрестке: «Черт, это немецкая зенитка!». — Они слышали об этой штуке, ужасающей скорострельностью, после того, как она окажется на них, почти никто не сможет выжить. За этой самоходной зенитной установкой следовала группа немецких солдат.

В другое время они бы беспомощно отступили, но сегодня у них было дополнительное волшебное оружие — противотанковое ружье M35. Это противотанковое ружье имело вольфрамовый сердечник, обернутый мягким свинцом и бронированный белой латунью, с выступающей из центра патронника лентой патронов. Когда патрон движется вперед в стволе, нарезка ствола сжимает ленту, образуя высокое давление нарезки, так что начальная скорость патрона близка к 1542 м/с, а мощность весьма внушительна. Он может уничтожать все легкобронированные машины на расстоянии 400 метров, пробивать броню толщиной 15 мм на расстоянии 300 метров и пробивать броню толщиной до 33 мм на расстоянии 100 метров.

Но M35, который должен был стать убийцей немецких танков, на самом деле не сработал так хорошо, как должен был. Причиной тому была чрезмерная секретность польского главного командования. Из его номера мы знаем, что M35 был разработан еще в 35-м году. По оценкам, к началу войны польская армия выпустила около 6 500 таких винтовок.

В то время польский Генеральный штаб классифицировал винтовку как сверхсекретную и хранил ее в запечатанном деревянном футляре. Чтобы скрыть их от посторонних глаз, на ящиках была наклеена надпись «Оборудование для наблюдения, не открывать». Даже снайперские стрелки в польской армии не знали о существовании M35.

По мере приближения военных туч польский Генеральный штаб был вынужден раскрыть ящики и фактически оснастить войска M35. Но даже тогда не все солдаты имели возможность увидеть его в действии: согласно штабным правилам, ни один солдат, кроме стрелка, не должен был приближаться к M35; стрелок также не должен был прикасаться к нему без приказа старшего офицера. Тренировки стрелков должны были проходить на секретной территории, а их оружие должно было храниться в строгом секрете.

Судя по всему, польские снайперы не полностью освоили M35 до начала войны, а некоторые подразделения еще даже не открыли коробки. В результате немцы получили большое преимущество. Они вывезли с оккупированных складов ящики и коробки совершенно новых M35, сразу же изменили название — PzB35(P) — и выдали их немецким солдатам для использования. История гласит, что из-за большого количества пленных немцы не смогли переварить их все сами и продали 800 штук Италии, которая использовала их до конца Второй мировой войны.

Польский главнокомандующий уничтожил чертежи и данные в начале войны, и союзники могли только вздыхать в недоумении по поводу этого передового пехотного противотанкового оружия, а M35 стал «невоспроизводимым оружием».

К этому времени противотанковый стрелок уже установил свой M35 и прицелился в приближающуюся самоходную зенитную установку. Он не знал толщину брони орудия, но, чтобы подстраховаться, собирался определить ее на расстоянии около 100 метров.

250 м, 200 м, 150 м…

Немецкие солдаты вели неуверенную стрельбу по окнам подозрительных зданий вокруг. Хотя окна этой комнаты были заколочены несколькими досками и снаружи их не было видно, все они ждали в воздухе и, как только противотанковые ружья открыли огонь, ударили по ним, чтобы уничтожить преследующих их немцев.

Только они не знали, что за ними уже наблюдает смерть.

Более чем в 600 метрах от них, на церковной колокольне, в окно комнаты, где сидели в засаде польские солдаты, был направлена винтовка, обязанная простыней из камуфляжной ткани.

Он навел на цель 6-кратный прицел своего 98k, тщательно отрегулировал фокус и установил черный коллиматор внутри прицела прямо над головой польского солдата с противотанковым ружьем M35. Он бы не заметил врага, прячущегося в этой комнате, если бы не бочка, торчащая из окна.

«Боже, я доверяю Тебе из лучших побуждений. Пожалуйста, не дай мне быть опозоренным, не дай моим врагам возвыситься над моим телом». — С тихим шёпотом под нос он нажал на спусковой крючок.

Бах! В ушах раздался звук, слишком громкий выстрел, и он почувствовал, как приклад винтовки снова сильно прижался к его плечу.

Увидев, как противотанковый стрелок упал назад, толпа в комнате была поражена, сразу вспомнив о другом страшном немецком присутствии — снайпере!

«Уходим!». — Пулеметчик крикнул, наблюдая, как самоходная зенитная установка неподалеку быстро повернула дуло, выскочила из дома и побежала к лестнице. Толпа последовала за ними и побежала вниз, только услышав треск и грохот над головой, догадавшись, что в комнате, в которой они только что находились, разворошили осиное гнездо.

Не особо заботясь об этом, толпа добежала до самого подвала, подняла тяжелую крышку канализации и прыгнула внутрь.

Идя по сырым канализационным трубам, настроение группы было немного угрюмым, когда они думали о том, как они бежали, не уничтожив ни одного немца, и потеряли ценного противотанкового стрелка и противотанковое ружье.

Не прошло и мгновения, как раздался удар! Перед ними что-то упало, испугав их: «Какого черта?!».

Бум!

Фонарик в руке польского солдата только что посветил на цилиндрический предмет, подкатившийся к их ногам, когда предмет взорвался светом, похожим на солнечный, мгновенно осветив всю канализацию.

«Ах!».

«Глаза! Мои глаза!».

Материалом, из которого изготовлена вспышка, был Mg, или металлический магний, а каждый, кто проходил курс химии в средней школе, знает, что металлический магний при горении излучает сильный свет, вызывая у людей временное нарушение зрения.

Дело в том, что до тех пор, пока вы закрываете глаза перед взрывом и поворачиваете голову, чтобы не смотреть, это абсолютно не проблема, но у человеческого организма есть реакция на стресс, и она срабатывает автоматически. Закрывайте глаза при попадании сильного света, благодаря этому ущерб, наносимый человеческому глазу светошумовыми гранатами будет очень мал и, как правило, не вызывает постоянной слепоты, максимум временная слепота примерно на пять минут. Трудность в том, что вы не знаете, когда враг бросит его.　И этих пяти минут на поле боя достаточно, чтобы люди умирали десятки раз.

А на поле боя этих пяти минут достаточно, чтобы убить человека десятки раз.

Польские солдаты, прикрыв глаза и крича, не заметили, как к ним подошли их враги, после чего их руки завели за спину и связали.

Польские солдаты, которых вчера ранил снайпер Мишель, были доставлены на допрос, и немцы узнали, что они проникли через канализацию под землей. Немцы, конечно, не хотели упустить это подземное поле боя и немедленно послали людей проникнуть в канализацию, чтобы предотвратить проникновение противника и одновременно провести контрпроникновение.

Командир взвода Ганс во главе двух отрядов солдат осторожно прощупывал путь вперед. Они только что наткнулись на большую воронку на дороге, выбитую авиационной бомбой, которая весила не менее 250 килограммов, и танки не могли проехать, поэтому им пришлось ждать, пока саперы позади них подойдут и засыпят воронку, прежде чем они могли двигаться дальше.

Но Ганс не хотел оставаться позади с танками и ничего не делать, поэтому он продолжал продвигаться вперед со своими людьми.

Осторожно пройдя некоторое время, на углу они увидели впереди полицейский участок. К этому времени ступеньки полицейского участка были завалены мешками с песком, а из-за них торчало с десяток почерневших ружей. В трехэтажном здании полицейского участка несколько окон также были плотно заколочены, а за мешками с песком были видны люди, которые, держа оружие в руках, направляли его вниз по улице.

Ганс, свободно владевший польским языком, кричал во всю мощь своих легких: «Слушайте, люди напротив, сдавайтесь и сдавайтесь без сопротивления!».

В ответ ему раздался треск пуль, но Ганс и остальные успели увернуться за угол, и пули не задели даже их волоска.

«Кучка идиотов!». — Ганс презрительно сплюнул: «Коммс, вызывай воздушную поддержку!».

На коммуникаторе была тактическая рация, в конце концов, примитивные рации типа «Большой брат», которыми пользовались снайперские команды, еще не успели дойти до того, чтобы массовое производство стало обычным делом во всей армии.

Но эта тактическая рация уже считается очень продвинутой, если условия хорошие, может находиться в пределах 5 километров с продуктами той же серии и плавными голосовыми вызовами, а с электрическим ключом может также использовать азбуку Морзе для связи с подразделениями более высокого уровня на расстоянии. С помощью этого средства связи движение немецких войск станет более гибким и изменчивым, что усилит войска для возможности экстренного реагирования, больше не будет так, что гонец бежит под дождем пуль и задыхается, а сообщение уже устарело, командир может поддерживать связь с передовой, вовремя получать информацию из первых рук и немедленно реагировать на нее.

Следует помнить, что аналогичный американский радиоприемник Galvin csr300 не будет запущен в производство до 43-го года.

Немецкие электронные технологии не слабее американских, и при достаточной материальной и финансовой поддержке, а также при небольшом правильном руководстве (чтобы они не нажимали не на то дерево технологий), они вполне могут этим похвастаться.

Через некоторое время офицер связи доложил: «Командир взвода, «Штука» будет здесь через пять минут, давайте отметим их местонахождение».

Ганс кивнул: «Джейсон, помоги мне достать гранатомет и красную сигнальную гранату».

Солдат по имени Джейсон порылся в рюкзаке Ганса и достал гранатомет и гранату. Ганс взял гранатомет и закрепил его под стволом своего MP44 — гранатомета, который был копией советского 40-мм гранатомета ГП-25, устанавливаемого на пушку, отличавшегося превосходными характеристиками, простотой конструкции, прочностью, простотой эксплуатации и многими другими особенностями. Пока нет направляющих пикатинни или чего-то подобного. Но это пусковое устройство можно защелкнуть на стволе и использовать, вдавив фиксаторы внутрь, а заряжание и разряжание происходит довольно быстро без каких-либо инструментов.

Закрепив пусковую установку, Ганс вставил осветительную гранату в ствол и немного подождал, услышав в небе глухой рокот двигателя.

Он повернулся немного боком и нажал на курок в сторону полицейского участка, спрятавшись прежде, чем поляки успели открыть ответный огонь.

Граната, тем временем, упала во дворе полицейского участка и начала испускать большое количество красного дыма. Когда поляки поняли, что что-то не так, и попытались поднять гранату и выбросить ее, было уже слишком поздно. Штука кружившая в небе на полпути, начала пикировать, зуммер издавал громкий звук, который постепенно переходил от низкого к высокому и, наконец, к душераздирающему адскому реву.

Пронзительный вой был настолько громким, что поляки на земле в ужасе прислушались и в страхе посмотрели на самолет, проносящийся прямо к ним.

«Боже мой! Самолет падает на нас! Беги!».

Некоторые поляки, впервые столкнувшись с бомбардировкой «Штуки», думали, что самолет врежется в них, и были в таком замешательстве, что даже громкие выговоры их офицеров остались без внимания.

К сожалению, они не успели пробежать и нескольких шагов, как 500-кг авиабомба с подвески «Штуки» уже упала, сильно ударившись о крышу здания полицейского участка на скорости почти 1 000 км/ч. Не слишком толстая бетонная крыша не смогла остановить мощный удар, и авиабомба упала с высоты третьего этажа на первый.

Поляки, охранявшие коридор на втором этаже, смотрели на огромную бомбу с дергающимися ртами, и прежде чем они успели убежать, маленький пропеллер на хвосте бомбы остановился.

«Бум!»

С громким взрывом Ганс и остальные ясно почувствовали, как огромная ударная волна прошла под их ногами.

Из различных окон вырывались только жгучие языки пламени, сопровождаемые громким взрывом, и все здание было похоже на полыхающую огнем банку, которая быстро расширялась, пока не стала слишком тяжелой и не развалилась на куски. Ударная волна взрыва превратила остатки здания в смертоносные снаряды, которые дико стреляли во все стороны, в то время как языки огня не рассеялись во время взрыва, а дико распространились, вырываясь наружу, как бушующая морская волна.

«Хех, это уже слишком». — Ганс не мог удержаться, чтобы не цокнуть языком. Он видел небо, полное клубящейся пыли, серое и туманное, насколько хватало глаз. Даже воздух, который он вдыхал, имел жгучее послевкусие. Он не ожидал, что бомбардировщик сбросит такую преувеличенно большую бомбу, и ему казалось, что бомба весом около 250 кг легко справится с этим местом.

В любом случае, здоровяк помог им расчистить дорогу. Ганс и его группа прошли через руины, заполнявшие местность, и уже собирались идти дальше, как вдруг увидели фигуру, мелькнувшую в окне здания впереди них.

«В укрытие!». — Мужчины проворно нашли укрытие и затаились на месте, направив оружие на окно. Только для того, чтобы увидеть деревянную палку с белой тканью, горестно высунувшуюся из окна: «Мы сдаемся! Не стреляйте! Мы сдаемся!». — Кто-то еще внутри кричал на ломаном немецком языке, в его голосе слышались недоумение и страх.

«Выбросьте оружие в окно!». — крикнул Ганс: «Выйдите с поднятыми руками и покажите, что у вас в руках нет оружия!»

Несколько десятков винтовок были выброшены в окно, и поляки, все еще выглядевшие беспокойными, закричали: «Не стреляйте! Мы выходим! Не стреляйте!».

«Выходи, я обещаю не стрелять!».

Через несколько секунд из этого здания вышел исхудавший польский солдат с поднятыми руками и белым платком в руке, в пальто на шее, с выражением страха и мольбы в глазах.

Ханс помахал ему рукой: «Где остальные? Выходите все!».

Один за другим из здания выходили польские солдаты, их был примерно взвод. Эти польские солдаты сидели, сгорбившись, в разочаровании и страхе, глядя на разнесенное в щепки здание полицейского участка. Казалось, что они решили сдаться, опасаясь, что следующая бомба упадет на здание, в котором они прятались.

Взяв в плен сразу столько людей, Ганс был в довольно хорошем настроении и достал из кармана пачку сигарет и коробку спичек и бросил их этим военнопленным.

Немецкое командование очертило Варшаву десятками маленьких квадратов, нанесло все эти участки на карту и двигало после того, как каждая партия войск, сражавшихся в переулках, захватывала квадрат, а следующая новая партия принималась за дело и продолжала наступление, что позволило всем войскам лично испытать сражение в переулках. Хотя жестокость здешних боев была детской забавой по сравнению с более поздними боями в Сталинграде, они, по крайней мере, дали солдатам хороший опыт.

Немцы неторопливо зачищали и уничтожали польских защитников в Варшаве, а наступление впереди продвигалось организованно, что вызывало тревогу у Сталина в далекой Москве.

Ведь советские войска на фронте до сих пор не смогли прорвать польские пограничные укрепления и оставались на месте.

Польские войска, опираясь на прочные укрепления, нанесли десятки тысяч потерь советской Красной Армии, и хотя вся линия обороны теперь была шаткой из-за отсутствия резервов и последующих поставок, казалось, что она без проблем продержится еще десять дней и полтора месяца.

Чтобы показать, какое значение он придавал передовой, Сталин отправил на фронт свою правую руку Ежова.

«Почему вы до сих пор не прорвались через польские линии? Ответьте, Фельдмаршал Ворошилов!». — Ежов был агрессивным, как только прибыл в распоряжение Ворошилова на фронт.

Из-за логистического хаоса припасы, которые должны были постоянно доставляться на фронт, теперь скапливались в Киеве и Минске. Дорог, которые немцы построили с их помощью, было довольно много, но без соответствующего уровня диспетчеризации не удавалось использовать даже половину их пропускной способности.

Солдаты на фронте не получали необходимых припасов, а боеприпасов было недостаточно для крупномасштабного сражения, так как же они могли сражаться? Он от души радовался, что сейчас лето, а не зима, иначе при таком плохом материально-техническом обеспечении, он задавался вопросом, сколько бы солдат замерзло заживо.

«Товарищ Ежов, Леонид устроил здесь беспорядок, мне нужно закончить разбираться с его проблемами, прежде чем начать массовую атаку».- Леонид был бывшим командиром, и чтобы не быть отправленным в Сибирь, Ворошилов должен был позволить ему взять вину на себя, он вряд ли выскочит в знак протеста, не так ли?

Ежов задумался и решил, что он прав. В конце концов, Ворошилов пробыл на посту всего несколько дней, его никак нельзя было заставить взять на себя всю ответственность: «И сколько времени это займет?».

«Около двух или трех месяцев». — На самом деле, Ворошилов хотел сказать, что у него было не менее шести месяцев, и когда все запасы были на месте, он был уверен, что одним махом преодолеет польские рубежи. Но он также знал, что у товарища Сталина не хватит терпения ждать так долго, и он, вероятно, снимет его с должности в порыве гнева.

Но, видимо, он недооценил терпение Сталина и этого Ежова до него. Как только он услышал время, указанное Ворошиловым, Ежов чуть не подпрыгнул: «Два-три месяца фельдмаршал Ворошилов, вы шутите? Разве вы не знаете, что немцы окружили Варшаву и продолжают продвигаться на восток; не пройдет и месяца, как они ударят придут к вам!». — Как же должно быть стыдно, когда Советы, понеся бесчисленные потери, ворвались на несколько километров в польскую территорию и получат эти жалкие земли.

«…». — Маршал Ворошилов знал о божественной скорости немцев, но что он мог сделать? Он был готов отпустить своих солдат на смерть, но только если жизни этих солдат можно было обменять на победу!

Молча глядя на него, Ежов принял решение за него: «Продолжайте атаковать! С какими трудностями мы бы не сталкивались, мы прорвёмся!».

Хотя это не было изложено открыто, Ежов был равносилен тому, чтобы украсть у фельдмаршала Ворошилова военную власть и отдать приказ о наступлении на всех фронтах. А маршал Ворошилов даже не смел жаловаться, ведь он был любимцем великого вождя товарища Сталина, который мог одним словом снять его с должности маршала и бросить в Сибирь. И еще он знает, что Ежов занимается политической работой, пусть разбирается со своими людьми, этого более чем достаточно, командовать сражением ему немного не по зубам.

Поэтому маршал Ворошилов с удовольствием наблюдал бы в стороне, как Ежов выставляет себя на посмешище, но цена была высоковата, и непонятно, сколько солдат пришлось бы принести в жертву.

Желание Ежов продемонстрировать свое стратегическое видение и полководческий талант усугубляло вялость наступления на фронте. Поскольку он настоял на приказе атаковать на всех фронтах, независимо от главных и второстепенных линий, он позволил Советам распространить свое превосходство в тяжелом вооружении и сражался несколько дней подряд, не имея возможности продвинуться дальше. Треть командиров полков была убита в бою, а еще треть арестована и казнена, так и не сумев вскрыть ситуацию.

Этот результат был весьма неудобен для Ежова, но он был слишком смущен, чтобы пойти к маршалу Ворошилову, вместо этого он привлек нескольких своих средних и старших командиров, обсуждал этот вопрос в течение ночи и, наконец, придумал план сосредоточения превосходящих сил, прорыва в одной точке и окружения кружным путем.

К сожалению, этот, казалось бы, идеальный план в итоге не был реализован из-за отсутствия офицеров среднего и низшего звена, хаотичного процесса сбора войск и хаоса в самой Советской Армии. Армия была в таком беспорядке, что даже многие политические комиссары докладывали ему, что больше нет никакой возможности вести армию вперед!

Два поражения заставили Ежова окончательно понять, что это за война, и, глядя на цифры потерь своих войск, он почувствовал, что на его лбу уже выступил пот. Его сердце не могло не сожалеть о том, что ему не следовало приходить сюда, если бы он знал. Теперь он был полон мысли найти какой-нибудь предлог, чтобы снять с себя вину за эту неудачу.

И Ворошилов, получив обратно свое командование, столкнулся с неразберихой, которая была еще хуже, чем раньше.

В тот вечер Ежов окончательно осунулся и пришел к Ворошилову с двумя бутылками хорошей водки. И Ворошилов, не желая с ним связываться, принял это молчаливое извинение Ежова.

Каждому из них досталось по бутылке водки, и оба немного растерялись. Ежов вскрикнул и заговорил: «Его превосходительство маршал Ворошилов, как вы думаете, что нам теперь делать?». — Он пришел сюда для какой-то божественной операции, а в итоге ничего не добился, только зря увеличил потери солдат, если бы он просто вернулся назад, то последствия невозможно было бы представить. Хотя он был доверенным лицом Сталина, желающих занять эту должность было бесчисленное множество, и один неверный шаг мог стать его концом.

Хоть он и немного растерялся, но Ворошилов не смог сказать ничего вроде того, что завтра он может занять линию обороны или другие великие слова: «Я по-прежнему утверждаю, что мы сможем продолжить атаку только тогда, когда прибудут припасы и будет распределено достаточное количество продовольствия и боеприпасов».

«Но сейчас товарищ Сталин хочет видеть победу как можно скорее!». — крикнул Ежов, ударив по столу. Но в следующую секунду он вдруг потерял дар речи, и его лицо слегка побелело.

«В чем дело? Товарищ Ежов?» Ворошилов, почувствовав, что Ежов не такой, как обычно, и спросил: «Что-то случилось?».

«…». — Ежов медленно покачал головой, несколько раз изменил выражение лица, настороженно осмотрелся, убедился, что больше никого нет, а затем понизил голос и прошептал: «Раз товарищ Сталин хочет новостей о победе, может быть, мы ему их скажем?».

Ворошилов растерялся, но после нескольких секунд понял о чем он.

«!!!». — Среагировавший Ворошилов почувствовал, что корни его головы встали дыбом, тело мгновенно пропиталось холодным потом, и в панике он огляделся по сторонам, чтобы убедиться, что рядом никого нет, прежде чем резко сказать: «Ты с ума сошел? Если бы товарищ Сталин знал, что мы осмелились обмануть его…». — он не смел и представить, каковы будут последствия.

Однако глаза Ерова становились все более непоколебимыми: «Его превосходительство фельдмаршал Ворошилов, рано или поздно эта линия обороны будет взята нами, мы лишь заранее даем знать о нашей победе, и это, строго говоря, не обман. Вы должны хорошо подумать, если больше не будет новостей о победе, то вас ждет судьба Леонида. Пока у нас есть эти новости, мы можем выиграть немного времени и одержать большую победу. В то время, даже если они узнают, это будет заслуга за заслугу, и с нами ничего не сделают». — После получаса уговоров, Ворошилов с трудом кивнул в знак согласия.

Сдерживая свои страхи, Ежов составил рапорт о победе, готовый к отправке в Москву. Конечно, он не осмелился слишком преувеличивать, а только сказал, что после ожесточенного боя они прорвали часть польской линии и что они смогут войти, когда войска закончат отдыхать.

Написав рапорт, он со страхом на лице передал его Ворошилову.

«Товарищ Ежов, это действительно целесообразно для нас?». — Ворошилов взял отчет с некоторым трепетом, чувствуя, что держит в руках собственный катализатор и хочет отбросить его далеко в сторону.

Ни один лидер не потерпит, чтобы его люди обманывали его, тем более такой железный лидер, как Сталин; когда их ложь будет раскрыта, их уничтожат!

Ежов глубоко вздохнул: «Маршал Ворошилов, сейчас мы кузнечики на ниточке; если вы не хотите, то разве я этого хочу? Мне не следовало приезжать в эту дыру». — Учитывая его отношения с вождем, Сталин не стал бы его заставлять, если бы он только нашел небольшой предлог. Оказалось, что он сам того не подозревая провалился сюда и попал в эту дилемму.

В конце концов, если бы он не приехал сюда, то до сих пор был бы большим человеком в Москве. Но он пришел, чтобы продемонстрировать свой несуществующий военный талант, и теперь оказался в таком затруднительном положении.

Ворошилов поднял ручку и с дрожью подписал свое имя, чувствуя себя так, словно из него вынули всю душу, почти не в силах даже стоять на ногах: «Тогда остальное за вами, а я вернусь и немного отдохну».

Наблюдая, как Ворошилов, пошатываясь, выходит, Ежов вздохнул и позвонил своему ментору, чтобы тот отправил отчет с грифом «совершенно секретно» в Москву. Отослав своего помощника, он вернулся в свой дом и упал прямо в постель, мысленно молясь всем богам, каким только мог.

Конечно, Сталин был настолько доволен полученным докладом, что на последующем совещании похвалил их обоих по именам, наградил медалями и даже подготовил семинары в крупных военных округах для обсуждения победы. Московские газеты также трубили об этой великой и тяжело завоеванной победе.

Но Ворошилов и Ежов не могли быть счастливы, ведь земля, занятая в той напрасной победе, все еще лежала под ногами поляков. Они должны были найти способ уничтожить их как можно скорее, чтобы спасти свои жизни.

И тогда внезапно произошло то, чего никто не мог ожидать.

Испанское правительство, которое все эти дни боролось с Советским Союзом из-за золота, вдруг опубликовало в газете статью «Иллюзорная победа». Заголовок был вроде бы безвкусным, ничего шокирующего; но статья начиналась с цитаты из московской газеты о предполагаемой победе, затем следовал репортаж испанского военного корреспондента, который был свидетелем сражения на месте.

По его словам, Советы с другой стороны просто подыгрывали польским защитникам в этой битве; когда поляки отступали в страхе, Советы давали Польше мужество сопротивляться, атакуя вслепую и будучи отбитыми назад не пытались вернуться ради реванша; когда поляки были слабы и беспомощны, Советы просто сидели и ничего не делали, давая полякам время перевести дух; и когда поляки были готовы встретить битву, Советы отступили с занятых территорий.

Если бы поляки не находились в напряженной ситуации из-за немцев позади них, не исключено, что они стёрли бы с лица земли советских солдат.

Статья заканчивается остроумным и саркастическим выпадом в адрес Сталина, высмеивая его как самого глупого лидера в истории СССР, который был настолько глуп, чтобы просить медали после того, как его разыграли его собственные люди.

Советского посольства в Испании не было, но было консульство. Главный консул был поражен газетой и немедленно передал ее содержание в дипломатическую службу на родине. Министр иностранных дел Молотов, получивший этот доклад, был недоверчив, но не посмел медлить и приехал в Кремль на встречу со Сталиным. Он так спешил, что у него были свои личные переживания, у него не было хороших отношений с Ежовым и обычно он смотрел на него недоброжелательно, теперь, когда эта новость была реализована, у Ежова были проблемы и это хорошо для Молотова.

Только войдя в Кремль, он столкнулся с секретарем Сталина и поспешно окликнул его: «Товарищ Анатолий, где сейчас товарищ вождь? У меня к нему срочное дело».

Анатолий сделал смущенный вид: «Товарищ министр, великий товарищ вождь ужинает, а вы знаете, что он не любит, когда его беспокоят в такое время».

«Я знаю, я знаю. Но это дело слишком срочное, чтобы его откладывать!». — Молотов с озабоченным лицом достал из сумки послание и передал его Анатолию: «Посмотрите на это!».

Анатолий поспешно махнул рукой: «Товарищ министр, как я могу прочитать эти документы, это же не по правилам. Раз вы говорите, что это важно, я могу пойти и попросить указаний, но если товарищ руководитель не примет вас, я ничего не смогу сделать».

Молотов поспешно кивнул: «Пожалуйста».

Вдвоем они прошли в кабинет Сталина, Анатолий жестом попросил подождать здесь минутку, осторожно постучал в дверь, толкнул ее и вошел.

Через несколько мгновений дверь снова открылась, и Анатолий внутри подал знак Молотову, что он может войти.

Молотов кивнул ему в знак благодарности и бодро зашагал в кабинет. Анатолий привел его в небольшую столовую в другой комнате, соединенной с офисом.

Сталин, жевавший колбасу, увидел вошедшего Молотова, поднял вилку в руке и указал на стул напротив себя, жестом предлагая ему сесть. Проглотив то, что было у него во рту, он сердечно проинструктировал: «Приготовьте завтрак для нашего товарища Вячеслава».

«Да». — Анатолий вышел из маленькой столовой. А Молотову не терпелось рассказать о цели своего визита: «Товарищ Великий Вождь, случилось что-то важное!».

«О? Что это?». — Сталин выглядел в хорошем настроении и сделал неторопливый глоток каши, после чего медленно и обдуманно спросил.

Молотов почтительно передал телеграмму Сталину: «Пожалуйста, прочитайте это».

«Что это?». — Вначале выражение лица Сталина почти не изменилось, но на середине телеграммы его выражение постепенно помрачнело, и в конце мускулы на лице несколько раз неестественно дернулись.

Положив вилку в руку и задумавшись на мгновение, Сталин открыл рот и спросил: «Товарищ Вячеслав, что вы думаете по этому поводу?».

«…». — Молотов, не был ясновидящим и как он мог знать, что на самом деле происходит на фронте? На мгновение он замешкался, прежде чем осторожно заговорить: «Хотя эти испанцы отвратительны, я не думаю, что они будут так громко говорить без весомых доказательств».

Лучшим доказательством их правоты был вопрос о 560 тоннах золота, но эта тема стала запретной в Кремле, и он не был бы настолько глуп, чтобы говорить об этом при Сталине.

В этот момент Анатолий принес завтрак, и Сталин рявкнул на него: «Пусть войдет товарищ Михаил». — Михаил был капитаном его охраны и, возможно, одним из самых доверенных людей.

Через некоторое время вошел молодой человек лет тридцати не одетый в форму, но по его прямой спине и грамотной походке было легко понять, что он солдат и от него веяло надежностью и благонадежностью.

Михаил салютовала Сталину: «Каков ваш приказ, лидер?».

«Ты берёшь группу людей и отправляешься на фронт, чтобы проверить, правдив ли доклад Ежова. Если он солгал…».

Пальцы Сталина слегка постукивали по столешнице, что-то обдумывая, а потом он полушепотом приказали: «Просто приведи сюда и его, и Ворошилова, иди».

«Да!». — Михаил снова отдал честь и повернулся, чтобы уйти.

Это была не эпоха Интернета более позднего времени, когда новости мгновенно распространялись по всему миру.

Только когда Михаил, Капитан гвардии Сталина, повел группу людей к командованию фронтом, Ворошилов и Ежов узнали, что их ложь была разоблачена в испанских газетах.

В то время, двое мужчин обсуждали, что именно они должны сделать, чтобы прорвать польские линии, даже если это будет всего лишь небольшой участок. Ворошилову пришла в голову идея: «Я думаю, что мы можем сконцентрировать продовольствие и боеприпасы остальных войск и направить их в несколько основных дивизий, и провести наступление в локальном районе, которое должно прорвать их линии».

Ежов поспешно кивнул: «Звучит неплохо, так что, пожалуйста, поспешите отдать приказ, маршал». — Теперь ему казалось, что каждая минута — это душевная пытка. Как только это наступление увенчается успехом, он немедленно покинет эту дыру и больше никогда в жизни не ступит на линию фронта.

Ворошилов как раз собирался снять трубку и отдать приказ, когда дверь кабинета грубо толкнули, и вошли несколько фигур.

Ворошилов закричал: «Как ты смеешь! Кто вы такие?! Разве ты не знаешь, что это за место?!». — Он подумал, что Михаил во главе группы выглядит как-то знакомо, когда услышал «Бах», и Ежов, сидевший на стуле, упал на пол со смертельным выражением лица и с трепетом указал на него: «Ты, ты -… Михаил!».

Михаил? Ворошилов тоже наконец-то вспомнил, кто этот наглый парень — он капитан охраны Сталина!

У Ворошилова ослабли ноги, и он чуть не упал на колени, поспешно ухватившись за стол рядом с собой.

Увидев это, Михаил все понял и не стал утруждать себя словами, взмахнув рукой, пара крепких мужчин позади него подбежали, взяли двух мужчин и направились к выходу.

«Нет, нет, что вы делаете, я хочу увидеть лидера! Я хочу увидеть товарища Сталина!». — Ежов подумал, что его собираются вытащить для тайной казни, и бился в истерике, цепляясь за ножки стола.

Михаил холодным голосом сказал: «Лидер хочет видеть тебя».

Ежов замер, его руки крепче вцепились в ножки стола: «Нет, я остаюсь здесь, чтобы сражаться! Всего за день, нет, нет, всего за полдня мы сможем взять польские линии… Я заглажу свою вину… я!».

Слушая этот бессвязный лепет, Михаил нетерпеливо махнул рукой, и здоровяк, дергавший Ежова за руку, ударил его по затылку.

Ежов упал на пол, когда двое рослых мужчин взяли его, а Ворошилов, лицо которого тряслось в предсмертной дрожи, позволил двум рослым мужчинам вытащить себя из кабинета. Остальные командиры молча стояли по обе стороны прохода и смотрели, как их командира избивают, не смея даже дышать.

Только после того, как Михаил и его группа уехали на машине, толпа посмотрела друг на друга в сильном изумлении: верховного главнокомандующего увезли, кто же будет командовать? После долгого пребывания люди один за другим возвращались на свои посты и делали вид, что заняты.

…

Берлин.

Янник созвал несколько военных начальников на небольшое совещание: «Как дела в Варшаве?»

Рундштедт открыл рот, чтобы доложить: «Ваше Высочество, мы можем взять всю Варшаву максимум завтра, а если поторопиться, то сегодня вечером. Но командир варшавского гарнизона Кэррол Роммель увел остатки своей армии в подполье, чтобы продолжить сопротивление. Время от времени они выходят из какого-нибудь угла города, чтобы напасть на наши войска, и отступают в туннели как только мы начинаем давать отпор. Хотя мы взорвали довольно много входов в туннели, особых улучшений пока не было.

Хотя мы также отправили своих людей сражаться под землей, обстановка там слишком сложная, а с учетом того, что нашей рабочей силы не очень достаточно, операция по зачистке не принесла большого успеха, и мы не можем извлечь из нее большую пользу. Так что эффективных способов борьбы с этой группой сусликов пока нет. Кто-то все-таки придумал решение, но…».

Видя желание Рундштедта говорить, Янник не мог удержаться от любопытства: «Какое решение?»

«Ядовитый газ».

«Нет!». — Янник категорически отверг это предложение: «Имея дело с таким слабым противником, как Польша, не стоит рисковать нашей репутацией во всем мире». — Он приложил немало усилий, чтобы создать положительный образ Германии, и международное сообщество теперь в основном было настроено прогермански, за исключением Великобритании, Франции и их колоний.

Воюющие стороны в последней Великой войне разработали всевозможные виды нового отравляющего газового оружия, в основном иприт, фосген и хлор, и, по оценкам, в войне было использовано не менее 50 965 тонн. Согласно официально опубликованным данным, в Первой мировой войне было около 1 176 500 несмертельных потерь и не менее 85 000 смертей в результате применения боевых отравляющих веществ химического оружия, о чем рассказывается в романе немецкого писателя Ремарка «На западном фронте без перемен».

Поэтому после Великой войны мировые державы договорились в Гаагской международной конвенции о том, что использование биологического и химического оружия в военных действиях запрещено. Договор был обнародован 17 июня 1925 года, а его конкретная реализация вступила в силу 8 февраля 1928 года. Это означает, что любая война с применением биологического и химического оружия, такого как микробы ядовитого газа и т.д., осуществленная после времени вступления в силу, является нарушением международного права и подлежит юридической ответственности.

Он не хотел использовать такую ерунду в такой момент, чтобы вызвать отвращение или даже объявление войны со стороны других стран: «Я убью любого, кто посмеет упомянуть об использовании ядовитого газа в будущем. Если враг не применит его первым, наш ядовитый газ будет лишь вечно заперт на складе!».

«Ваше Высочество мудр». — Рундштедт, который также изначально не мог видеть такие вещи, испытал облегчение, увидев, что Янник так решительно настроен.

«Я пытался придумать для него хорошую работу, но я не ожидал, что он окажется таким неблагодарным». — Янник нахмурив брови сказал: «Тогда не вини меня за грубость. Играешь со мной в туннельную войну? Тогда мы дадим тебе попробовать огненную атаку».

«С огнем?». — Рундштедт предупредил: «Ваше Высочество, Висла протекает через весь город, а Варшава чрезвычайно богата подземными источниками воды, поэтому я боюсь, что огонь будет малоэффективен».

«Конечно это не обычный огонь». — Янник слабо улыбнулся: «Не так давно научный отдел Зоны 51 придумал замечательную вещь под названием напалм. Это обычный бензин с некоторыми присадками, которые при попытке залить его водой вызывают химическую реакцию с водой, выделяя водородный газ для усиления горения. Самое главное, что при горении он быстро потребляет кислород в близлежащем воздухе, создавая смертельно опасную зону с недостатком кислорода.» — Затем им были описаны и другие свойства напалма, такие как образование слоя пламени, который при взрыве разлетается во все стороны, выделяя жар около 1000°C; способность прилипать к другим предметам и гореть в течение длительного времени, и так далее.

«Звучит очень хорошо». — Толпа восхищалась: «Ваше Высочество, тогда можно ли этот напалм производить массово?»

«Конечно, все присадки — это обычные химикаты, так что пока есть достаточно бензина, вы можете создавать их открыто». — В Германии времен Второй мировой войны не было такого количества бензина, которое можно было бы потратить, даже если бы у них была эта технология, но теперь все было по-другому, они могли строить столько, сколько хотели.

Ворошилова и Ежова сопроводили до самого Кремля и привели в кабинет Сталина.

За несколько часов пути эти двое мужчин, казалось, постарели сразу на десяток лет, выглядели они настолько ошеломленными и дезориентированными, что не смогли бы даже идти на своих ногах, если бы не стражники по бокам.

«Это означает, что вы вообще не прорвались через польские линии?». — Сталин держал в руке свою трубку и холодно смотрел на двух стоящих перед ним людей.

Ежов рывком вырвался из рук двух крепких мужчин, удерживавших его, и упал на колени, с лязгом ударившись головой, разбив лоб и залив кровью все лицо: «Лидер пощади наши жизни, мы просто на мгновение растерялись…».

«Заткнись!». — Мольба Ежова о пощаде была грубо прервана Сталиным, у которого глаза широко открылись, мышцы его лица неконтролируемо дергались, и в целом выглядил он очень отвратительно и ужасно, гнев, вырывавшийся из его глаз, казалось, был способен сжечь людей до пепла: «Уберите их с моих глаз!».

Охранники вывели этих двух мужчин, оставив в кабинете только яростно пыхтящего Сталина.

После великой чистки, произошедшей не так давно, те, кому он доверил остаться, были верными подданными, преданными ему, и он никогда не думал, что его собственное окружение и маршал осмелятся вступить в сговор, чтобы обмануть его.

Этот инцидент привел его в ярость, но еще больше его грызло то, сколько еще таких же людей, как они, которые были так покорны и обманчивы с ним? Остался ли кто-нибудь, кому можно доверять? Может все они просто притворяются преданными ему, а сами в любой момент могут подло вонзить в его спину нож!

Он не заметил, что эта идея была откровенно ядовитой, и чем больше он думал об этом, тем больше ему казалось, что все вокруг него подозрительны, что каждый может быть шпионом, предателем, скрывающимся рядом с ним.

«В наших рядах все еще есть враги, глубоко спрятанные враги, очень хитрые… мы должны выкопать их, неважно, насколько глубоко, мы должны выкопать этих паразитов… только когда все будут «чисты», мы можем одержать окончательную победу…». — пробормотал Сталин, переминаясь с ноги на ногу.

Затем он немедленно созвал группу людей, которым, как ему казалось, он еще мог доверять, и начал совещание на тему «тщательного очищения от предателей».

После этого совещания кампания чисток, затихшая менее чем на год, возобновилась с новой силой и прокатилась по Советскому Союзу с еще большим ожесточением, чем прежде.

…

С этой стороны Варшавы в город вошла группа войск преторианской гвардии X.

Они искали в городе подземные входы, заливая в каждый из них несколько бочек напалма и запечатывая входы после их поджога.

Иногда из-под земли доносились душераздирающие крики, от которых мурашки бегали по коже.

По мере того как огненная атака стремительно продвигалась вперед, поляки, прятавшиеся под землей, наконец, не смогли больше держаться. Когда рота польских солдат на секретной позиции была задушена заживо, большое количество польских солдат один за другим бежали наверх и сдавались в плен.

Почувствовав, все конечно, Роммель в конце концов приказал сдаться польским войскам в туннелях, а сам застрелился в своем кабинете, оправдывая свои слова «умереть вместе с Варшавой».

Польское правительство поступило не лучше этих храбрых солдат, которые сражались и защищали свою землю от врага.

Фельдмаршал Шимиглы и президент Мощицкий, бежавшие из Варшавы раньше, сначала бежали в Люблин, к юго-востоку от Варшавы, а затем, спустя всего три дня, из Люблина в Кременец.

Неделю спустя польское правительство, которое снова бежало в Залески, сразу через румынскую границу, наконец осознало, что его предали союзники, и решило бежать в Румынию, чтобы остановить правительство в изгнании и отправить 800 тонн золота через Румынию для сохранения на Западе.

Янник знал, что хотя Германия очень просто победила Польшу, польские солдаты не сдались.

Маршруты, по которым эти разбитые польские войска в оригинальный период времени пробирались в Венгрию и Румынию, чтобы попасть во Францию и Британию для участия в боевых действиях, были разнообразны. Чаще всего они направлялись из Румынии или Венгрии в Италию или Югославию, тогда еще нейтральные страны, и на пароходе в колонии Франции в Северной Африке или Сирии; другие направлялись из Италии в Испанию, затем в Португалию и на пароходе в Англию. Пересечь Европу таким образом считалось близким делом. Польский капитан, направляющийся на восток в Советский Союз, через всю Сибирь, затем через Тихий океан через Японию в Канаду, устанавливающий контакт с британским вербовочным пунктом, путешествующий по всему миру и, наконец, возвращающийся во Францию, чтобы вступить в польскую армию!

После отступления из Дюнкерка, когда французская армия потерпела поражение, польская армия в изгнании в Шотландии, Подгорская бригада, по просьбе Франции фактически отплыла обратно из Шотландии, чтобы присоединиться ко второй фазе французской кампании во французском порту Брест на полуострове Бретань. Их мужество сделать то, что они знали, что не могут, достойно восхищения, но закончилось все трагически: бригада была разбита немцами вместе с основными французскими силами, и только небольшая часть, включая командный состав бригады, смогла вовремя выйти из порта Бреста в Британию. Разрозненные польские бойцы попали либо в немецкие лагеря для военнопленных, либо в контролируемые правительством Виши районы южной Франции, а затем прокатились через Северную Африку и Гибралтар, чтобы найти союзные войска в Британии или на Ближнем Востоке. продолжать борьбу.

Эти польские солдаты, которым платили и вооружали французы и которых союзники часто считали нищими, живущими на подачки, теперь снова должны были бороться за свою жизнь, и многие польские бойцы предпочли бы умереть в бою, чем показать себя воинами перед союзниками. Этот менталитет заставлял их сражаться с достойным восхищения мужеством и самопожертвованием, но он также приводил к ненужной потере ценных человеческих ресурсов впустую. Из 75 000 польских военнослужащих в изгнании, сражавшихся во Франции, только 19 000 сбежали в Британию, и из них 5 000 были летчиками, которых изначально планировалось обучить и оснастить в Британии.

Когда поезд с польской правительственной иерархией, 800 тоннами золота и группой солдат прибыл на железнодорожную станцию в румынском пограничном городе Велико-Татьян, готовый к пополнению водой и топливом, группа хорошо вооруженных солдат немецкой преторианской гвардии ворвалась на платформу и окружила весь поезд, направив оружие на каждый вагон.

«Что, что здесь происходит?!». — Маршал Шимиглы и президент Мощицкий были в ужасе от этого зрелища: «Быстрее, уходите отсюда!» К сожалению, сколько бы они ни кричали в панике, поезд не был высококлассным спортивным автомобилем, который мог разогнаться до сотни метров за несколько секунд, и в это время локомотив уже давно контролировался преторианской гвардией, поэтому они не могли убежать, даже если бы захотели, и действительно стали черепахой в своём панцире.

В это время снаружи зазвучал громкоговоритель: «Послушайте людей в поезде, у вас есть одна минута, чтобы положить оружие и спуститься сюда. Если нет, мы будем стрелять без разбора! Теперь начинается обратный отсчет, 59, 58…».

Глядя на пулеметчиков, возвышающихся над крышами домов, на солдат с ракетами «железный кулак» и даже на два танка вдалеке с почерневшими пушками, направленными в ту сторону, мужчины в машине не имели особого желания сопротивляться.

Поляков, идущих в очереди на выход из поезда, коротко обыскивали, нумеровали и заталкивали в вагон поезда с другой стороны.

Глядя на президента Мощицкий и маршала Шимигли, которые шли по вагону с разочарованными и покорными лицами, генерал-майор преторианской гвардии с улыбкой вышел вперед: «Джентльмены, это долгожданная встреча».

«Ты, ты…». — Двое мужчин с ненавистью уставились на молодого человека, который шел за генерал-майором с нагрудной эмблемой румынского флага на груди, и им просто хотелось броситься вперед и разорвать его на части. Этот молодой человек был не кто иной, как румынский наследный принц Михали. Как посмели эти подлые и бесстыжие парни разыграть такой трюк, чтобы поставить ловушку в территорий своей страны?

«А вы не боитесь, что вас осудит международное сообщество?!».

Михай развел руками с невинным видом: «Извините, вы все — важные преступники, разыскиваемые в Германии, и как дружественная страна, имеющая с Германией договор об экстрадиции, мы, конечно, обязаны помочь Германии поймать преступников, что включает в себя и методы завлечения в ловушку».

Отец этого Михали, Кэррол II, был известным плейбоем, который дважды отказывался от престолонаследия ради женщин. Михали родился в семье Кэррола II и его второй жены, греческой принцессы Елены, и стал новым королем Румынии в 1927 году, когда Кэррол II вновь отрекся от трона и сбежал в Париж со своей возлюбленной в возрасте шестидесяти лет. Михали I был самым молодым королем из всех европейских династий того времени. Но через три года, в 1930 году, Кароль II вернулся в Румынию, и Михали I пришлось уступить трон своему отцу и понизить себя до положения наследного принца.

Хорошо известно, что большинство европейских королевских семей состоят в родстве, и Румыния не была исключением; Фердинанд, сменивший своего дядю на посту короля Румынии в 1914 году, был членом побочной ветви семьи Гогенцоллернов. И этот Михали вырос как мозговой центр Янника, и в этот момент Румыния стала почти вассалом Германии, лишь демонстративно объявив о нейтралитете, как и Испания.

В этот момент подбежал солдат и доложил: «Генерал, мы нашли золото! Там около восьмисот тонн».

Генерал-майор преторианской гвардии кивнул и посмотрел на Михали, который отошел в сторону: «Его Высочество распорядился, чтобы мы вывезли только 500 тонн, оставив 300 тонн для вашей страны».

Михалий слабо улыбнулся: «Это очень любезно со стороны брата Янника, есть ли у него еще какие-нибудь приказы?»

«Его Высочество хотел бы, чтобы ваша страна использовала сто тонн для военной экспансии, а остальным ваша страна может распоряжаться самостоятельно».

«Хорошо, я обязательно передам это отцу».

«Ублюдок! Это польское золото! Если вы посмеете тронуть его, Британия и Франция не пощадят вас!». — Наблюдая за тем, как двое мужчин с достоинством разделили золото, президент Мощицкий и фельдмаршал Шимигли чуть не сошли с ума и закричали в истерике.

Генерал-майор преторианской гвардии усмехнулся: «Вы серьёзно думаете о вашем британско-французском союзнике? Я бы хотел посмотреть, как они ответят нам за это. Если бы ваши мозги были на месте, вы бы вспомнили, когда Великобритания и Франция объявили нам войну, и сожалению, на Западном фронте до сих пор нет сражений. Черт возьми, эти идиоты все еще мечтают о том, чтобы мы продолжали двигаться на восток, чтобы столкнуться с Советами и сражаться насмерть, чтобы они могли пожинать плоды. Когда наша армия двинется на запад, Британия и Франция будут растоптаны нашими ногами, как мы это сделали с вами!». — После нескольких колкостей он махнул рукой и приказал солдатам увести этих двоих.

Не обращая больше внимания на двух мужчин, которых с трудом оттаскивали, Михали спросил с некоторым замешательством: «Действительно ли брат Янник готов в одиночку противостоять британцам и французам? Мы тоже могли бы помочь, если бы он только сказал об этом».

«Вашему Высочеству Михали не стоит беспокоиться, вы сами видите, что эта «военная держава номер один в Восточной Европе» — не более чем мусор. Наше Высочество заявило, что на взятие галльского цыпленка уйдет всего восемь недель. Вашей стране сейчас нужно только приложить все усилия для расширения вооружения и усиления подготовки своих солдат».

Румыния, как страна-слуга Германии в первоначальное время и страна-слуга, направившая наибольшее количество войск для участия в войне против Советского Союза, присоединилась к войне против Советского Союза сразу после начала «Барбароссы» и выделила 13 дивизий и 9 бригад в две армейские группы, 3-ю и 4-ю, общей численностью 382 000 солдат.

Только ситуация с их оборудованием — не очень хорошая. Каждая румынская пехотная дивизия в то время имела всего 36 противотанковых орудий, и все они были легкими противотанковыми пушками, не способными справиться с большинством советских танков, а дивизионная артиллерия имела всего около двадцати 75- или 100-мм конных орудий времен Первой мировой войны, а кавалерийские дивизии имели всего девять 37-мм противотанковых орудий.

Их 1-я бронетанковая дивизия имела всего 122 танка, основную часть которых составляли легкие танки чешского, польского и французского производства, и только 21 немецкий танк III (что делало Румынию универсальным клиентом и сильно затрудняло материально-техническое снабжение). 9 75-мм тяжелых противотанковых пушек и 81 47-мм средних противотанковых пушек. Легко понять, что эта бронетанковая дивизия не могла противостоять советскому Т-34.

С таким «отсталым» оборудованием они смогли в одиночку сражаться в Одессе, что говорит о их храбрости.

На протяжении всей Второй мировой войны румынская армия показывала хорошие результаты, уступая только немцам по количеству, качеству и участию в войне, и была, пожалуй, второй опорой южного фронта в Советском Союзе.

Янник, конечно же, не стал бы плохо относиться к такому верному союзнику и на протяжении многих лет активно поддерживал Румынию в развитии ее военной промышленности.

От индивидуального снаряжения солдат до танков и самолетов — все в их стране было заменено на стандартное снаряжение немецкой армии.

MP41 — это знаменитый британский пистолет-пулемет Sten Mk.II. StG45, с другой стороны, был более поздней, упрощенной версией StG44 (MP44). Его производство стоило всего 45 DM, что было меньше, чем 70 DM у StG44. Время производства и необходимое сырье также были меньше, что как раз подходило для маленькой страны, испытывавшей в то время недостаток ресурсов.

После нескольких лет разработки, типичный отряд румынской армии сегодня оснащен одним G43, двумя StG45, тремя MP41 и остальными 98k, в то время как MG3 используется в качестве огневой поддержки взвода.

В вооружении преобладают «Чейзеры», дополненные танками «Шакал»; самолеты производятся исключительно для обучения штурмовиков BF109 и Ил-2.

Кроме того, Янник направил корпус офицеров, занимавшихся обучением румынских солдат.

Можно сказать, что сегодня румынские военные войска уступают только немецкой армии.

После погрузки и разгрузки всего груза, генерал-майор преторианской гвардии попрощался с Михали и сел в обратный поезд.

…

«Вы его превосходительство генерал Роммель?». — Немецкий офицер, сидевший на пассажирском сиденье, посмотрел на несколько растрепанного мужчину средних лет в форме польского генерала на заднем сиденье и заговорил: «Вы можете быть очень счастливы, ваш хороший день скоро наступит».

Этим человеком был не кто иной, как бывший командующий группой армий «Лодзь» Юриуш Роммель. Услышав слова офицера, он не мог не фыркнуть: «Какие хорошие дни могут быть для неживого раба».

«Я не хочу спорить с вами, время все равно покажет кто был прав». — Сказал офицер, выходя из машины и открывая дверь заднего сиденья: «Пожалуйста, выйдите из машины».

Юлиуш Роммель беспомощно вышел из машины и огляделся: «Что это за место?».

Он увидел несколько радиоантенн, установленных на вершине здания перед ним, что должно было быть где-то командным пунктом.

Офицер слегка улыбнулся: «Увидите позже».

Вслед за офицером в это здание и в кабинет вошел Юлиуш. Наконец Роммель встретился с главным. «Это ты?!».

Эрвин Роммель!

«Присаживайся». — Эрвин Роммель махнул рукой, офицер отдал честь и вышел из кабинета, оставив в комнате только двух Роммелей: «Как бы мне ни хотелось поговорить с тобой, мои войска скоро выдвигаются, поэтому я буду краток. Если ты будешь подчиниться нам, Его Высочество сделает тебя руководителем польского Временного правительства».

Юлиуш Роммель прервал его с неприкрытой яростью: «Хотите сделать меня своим лакеем? Никогда! Это отродье думает, что…».

«Бах!». — Сильная пощёчина заставила Юлиуша Роммелья задрожать от страха и в ужасе уставиться на Роммеля, у которого было ледяное лицо и опасный холодный блеск в глазах: «Следи за своими словами ублюдок! Он — будущий император Германии и будет величайшим императором всей Европы, и предупреждают, тебе лучше перестать обращаться к нему с такими наглыми титулами, как «отродье». Иначе ты даже не сможешь выйти из этого офисного здания!».

Юлиуш Роммель не мог не вздрогнуть: «Хорошо, хорошо. Я был груб, и я признаю, что ваш наследный принц — гений, который бывает раз в столетие. Но ничто из этого не меняет того факта, что вы — захватчики».

Роммель поправил: «Мы захватили вас за справедливость».

Юлиуш Роммель бросил на него насмешливый взгляд: «Что? Забудь об этом, эти слова обманывают только посторонних, не думаешь ли ты, что это самоуничижительно говорить мне это?».

Роммель пожал плечами: «Раз уж ты так выразился, то может изменим на «мы захватили вас, потому что вы слабые»? Достаточно ли этого факта?».

Юлиуш Роммель замолчал. Да, слабые — это еда сильных. Таков закон природы, и это вечная истина.

Роммель продолжал: «Ты не единственный лидер нового польского режима, и Его Высочество оказал мне большую услугу, отдав тебе предпочтение. Среди наших пленников более чем достаточно тех, кто жаждет такой возможности. Они более чем счастливы показать свою преданность Германии».

Юлиуш Роммель, казалось, был охвачен внутренней борьбой, и Роммель добавил: «Ты ведь еще не знаешь, что твой президент Мощицкий и фельдмаршал Шимиглы были нами арестованы вместе со всем правительственным аппаратом, который готовился к отправке в изгнание».

«!!!». — Юлиуш Роммель был совершенно ошеломлен и уставился прямо на Роммеля с открытым ртом. Прошло много времени, прежде чем он глубоко вздохнул: «Я могу согласиться, но у меня есть два условия».

Роммель сказал легким голосом: «Давай, говори».

«Мои требования просты». Юлиуш Роммель облегченно вздохнул: «Первое — пощадить наших солдат в лагерях для военнопленных, война закончилась, и те, кто выжил, не должны умирать».

Роммель кивнул: «Это точно, Его Высочество никогда не убивает без разбора. А живые всегда ценнее мертвых, не так ли?».

Юлиуш Роммель не был дураком и сразу понял смысл слов Роммеля. Похоже Его Высочество может гарантировать жизнь этих солдат, но ценой будет работа на Германию. И эта работа, очевидно, была неоплачиваемой.

«Второе — вы должны обеспечить нормальное развитие Польши, вы не можете позволить всем 34 миллионам жителей Польши отправиться выращивать картофель».

«Без проблем, конечно». — Роммель улыбнулся и протянул руку: «Удачи в нашем сотрудничестве, Господин Роммель!».

«У меня три амбиции: первое, я буду полностью контролировать власть в стороне: второе, я поведу своё войско на вторжение в дальние страны, возьму их правителей в плен и заставлю их склонить головы передо мной: третье, я получу в жены самых красивых женщин в мире, и сделаю других своими наложницамм».

Эти слова прозвучали из уст Янь Ляна, что можно сказать о его жизненных амбициях. Независимо от характера этого Янь Ляна, его амбиции были весьма велики.

И Янник обнаружил, что достиг и первого и второго. Третье было бы легко сделать, если бы он захотел, учитывая его нынешний статус, положение и репутацию, за исключением того, что он любил Империю больше, чем женщин, и умел сдерживать себя.

«Экстра! Экстра! Президент и маршал Польши доставлены в Берлин и скоро предстанут перед судом!».

«Варшава взята! Это великая победа!».

Немецкие газеты сообщили новость о том, что президент и маршал Польши были доставлены в Берлин для суда, и вся страна была охвачена небывалым ликованием.

Люди гордились силой своей страны, ведь никто не ожидал, что после двадцати лет страданий Рейх станет таким могущественным. Всего за полмесяца основная армия «первой военной державы Восточной Европы» была разгромлена, столица противника захвачена, а также ее президент и маршал скоро будут на суде.

Британцы и французы были настолько ошарашены немецкой операцией, что чуть не подпрыгнули, когда пришли в себя, и сурово отчитали Германию и Румынию, осудив их действия как нарушение международной морали. Германии было приказано немедленно освободить арестованных и передать 800 тонн золота, которое было конфисковано.

Румынский МИД продолжал использовать «договор об экстрадиции» в качестве оправдания, а немецкий МИД игнорировал союзников, за исключением статьи Геббельса, в которой он презирал мелочное поведение англичан и французов.

Британцы и французы были жесткими, но все же не решались напасть на Германию, потому что все еще надеялись, что Германия разгромит Польшу, продолжит продвижение на восток и начнёт войну с Советским Союзом до смерти.

Но Советский Союз был настолько жалким, что даже не прорвал к этому времени линию границы. Если бы польскому правительству удалось уехать в изгнание в Великобританию, британцы даже заставили бы правительство в изгнании приказать польским войскам на Восточном фронте отступить и впустить Советов внутрь.

К сожалению, теперь, когда весь польский правительственный аппарат отрезан Германией, британцы просто не могут помочь Советам, даже если бы хотели, они могут делать это только издалека.

Говоря о Советском Союзе, Янник также совершенно потерял дар речи, немецкая армия сейчас прорвалась через Варшаву к востоку от Вискова, он даже специально отдал приказ остановить продвижение на месте, чтобы отдохнуть и пополнить запасы, просто чтобы дождаться, пока Советский Союз прорвет линию и продвинется на запад.

К тому же он приказал не идти через Катынский лес, иначе откуда там взяться резне поляков Советами.

Но Янник не знал, были ли поляки на Восточном фронте слишком храбры или Советы были слишком расточительны, но прошло уже полмесяца, а Советы даже не смогли прорваться через линию границы. Он думал, что после разоблачения лжи Ворошилова и Ежова Сталин пришлет более мощную фигуру для продолжения атаки, но он не ожидал, что Сталин проведет новый раунд чисток. Из-за этого наступление на Западном фронте было просто приостановлено.

Происходило то, что у поляков не было места для контратаки, а у Советов не было приказа продолжать наступление; обе стороны просто смотрели друг на друга.

С другой стороны, «прошения о войне» от фронтовиков летели как снежинки. Почта главнокомандующего была заполнена письмами с просьбой о войне от всех войск. Даже Рундштедт несколько раз подходил к Яннику, пытаясь выяснить, почему Янник остановил передовые войска.

В отчаянии Янник отдал приказ продолжать атаку.

Немцы, которые держались стойко и были хорошо снабжены, продвинулись вперед более чем на сто километров и оказались всего в ста километрах от советско-польской границы.

Командиры польских кластеров на восточном фронте Польши тоже не очень хорошо проводили время, хотя они и сдерживали советские войска, немцы приближались к ним сзади, и через пару дней им, возможно, придется развернуться, чтобы дать отпор уже немцем. Это была ситуация, когда перед ними были волки, а позади — голодные тигры. Кроме того, они полностью потеряли резерв, и было лишь вопросом времени, когда у них закончатся боеприпасы.

Так что они догадывались, что гибель Польши уже на горизонте, и бежать им было некуда. В конце концов, Польша граничила всего с несколькими странами — Советским Союзом, Румынией, Чехословакией и Германией; они слышали по радио, что случилось с правительственными властями, бежавшими в Румынию. Хотя они были несколько возмущены этой презренной румынской практикой, они ничего не могли сделать. Да и они сами не стали бы ничего делать.

В конце концов, они сражались насмерть на передовой, но эти парни были настолько трусливы, что улизнули, даже не отдав приказ сдастся.

Вместо того чтобы сражаться и рано или поздно погибнуть, лучше было бы сдаться, пока еще есть возможность, и, возможно, даже получить приемлемые условия капитуляции.

Поэтому предварительное предложение Раковского было единогласно одобрено другими командирами.

Теперь оставался только один вопрос — на чью сторону сдаваться.

Советский Союз?

Нет, эти Советы даже не смогли прорвать их линии, и сдаваться им было стыдно.

Оставалась только Германия.

После объединения своих взглядов эти командиры отправили гонцов в немецкую армию, находящуюся на расстоянии более ста километров, чтобы обсудить вопрос о капитуляции. Поскольку у них все еще было более 400 000 солдат, они почувствовали, что у них достаточно рычагов давления, и предложили сумму денег, а затем официальную должность и попросили не терять бдительности.

Немцы отогнали гонцов и захватили ещё больше территории. К этому времени это был уже не столько захват, сколько активная капитуляция другой стороны.

Несколько командиров посовещались и снова разослали гонцов, на этот раз умерив свои аппетиты за крупную сумму денег и не имеющую большого значения официальную должность.

Но снова эти гонцы были отброшены назад, и немцы продвинулись еще на 30 километров.

В тот же день бывший командующий польской группой армий «Лодзь» Юриуш Роммель объявил в Варшаве о формировании временного правительства в оккупированной немцами Польше, главой которого он станет. Поскольку президент Мощицкий и фельдмаршал Шимиглы при побеге забрали с собой всех своих приближенных, никто не стал возражать. Конечно, никто не осмелился бы этого сделать, ведь немецкие лагеря для военнопленных были не слишком переполнены.

Первым приказом Роммеля на этом посту была безоговорочная капитуляция Польши.

Командиры групп, наконец, поняли, что у них осталось очень мало рычагов влияния, и на этот раз все, о чем они просили, — это их личная безопасность.

К этому времени немцы были уже достаточно близко, чтобы принять условия командиров этих групп, приказав всем своим солдатам сложить оружие, а затем помочь немцам в создании лагерей для военнопленных, в которые они могли бы поместить себя.

Затем прибыл непрерывный поток немецких войск, чтобы занять польские позиции.

18-дневная польская кампания завершилась, немцы заняли «большую часть» Польши, а Советы продвинулись всего на пять километров с начала наступления до конца кампании.

Польская кампания завершилась, но ее итоги сильно отличались от первоначальных, что заставило Янника чувствовать себя очень странно.

Благодаря его тайным операциям советская чистка стала более масштабной и глубокой, что привело к падению боевой мощи советской армии, которая не смогла прорвать польский Восточный фронт.

Похоже, что на этот раз Катынского фиаско не будет, если только немцы добровольно не отступят на сотни километров и не сдадут оккупацию Советам.

Но Янник не собирался выплевывать мясо, которое он положил в рот.

«Я явно дал им возможность, а они ею не воспользовались». — Янник не мог удержаться от того, чтобы не поворчать на Рундштедта: «Неужели этот парень не понимает, почему его армия такая слабая? Теперь он хочет ещё раз вызвать чистку!».

«Ваше Высочество, почему вы сердитесь». — Рундштедт слабо улыбнулся: «Это хорошая новость для нас, не так ли?».

Янник вздохнул: «Но это далеко от нашего первоначального плана, теперь мы съели то, что не должны были». — Сталин хотел воевать с Польшей, потому что хотел отомстить за поражение в последней советско-польской войне, а также потому, что боялся Германии и хотел создать так называемый «Восточный фронт».

Янник не хотел ввязываться в драку с Советским Союзом, поэтому он позволил бы им построить этот «восточный фронт»; но, к его удивлению, эти недобросовестные ребята продвинулись всего на пять километров.

Немецкая линия фронта теперь находилась всего в пяти километрах от советской границы, и с артиллерией, установленной на линии фронта, они могли наносить прямые удары по советской территории, мог ли Сталин спать спокойно?

Воткнул бы Советский Союз нож в спину, пока немцы сражались на Западном фронте?

Хотя Германия первой осуществила план «Барбаросса» и напала на Советский Союз, у Советского Союза также был «План великой грозы», хотя он не знал, является ли этот «План великой грозы» правдой, но Янник скорее поверит в это: «То, что мы воюем на Западном фронте и вынуждены оборонять Восточный фронт, — не очень хорошая новость».

Рундштедт задумался на мгновение и заговорил: «Тогда мы должны изменить наш план сражения и продолжать продвигаться на восток? Таким образом, британцы и французы тоже сохранят статус-кво, верно?».

Янник покачал головой: «Нет. В этом случае слишком много непредсказуемых переменных, и я не доверяю Советам, а тем более Британии и Франции; я могу гарантировать, что если мы нападем на Советский Союз, Британия и Франция все равно не пожалеют усилий, чтобы поддержать его. А Советский Союз — слишком большая громадина, чтобы мы могли проглотить его в одиночку; чтобы уничтожить его, потребуются объединенные силы всей Европы».

Рундштедт кивнул: «Тогда Восточному фронту придется занять оборонительную позицию, и хорошо то, что Советы не выглядят так, будто в ближайшее время они будут сражаться значительно лучше».

«Да, это вроде как хорошая новость». — Другой хорошей новостью было то, что немецкая армия была полна талантливых людей, не только хороших в атаке, но и не испытывающих недостатка в генералах, умеющих обороняться.

Один только Янник знал о трех мастерах защиты.

Первым был Уолтер Моделл, который всегда умел расположить свои войска в нужной позиции, чтобы остановить прорыв противника в критический момент. Битва за Леженский выступ стала отличным примером таланта Модера к командованию оборонительными действиями, благодаря чему он получил прозвище «Лев обороны», когда он избил Жукова до полусмерти и нанес советским войскам в пять раз больше потерь, чем немцам.

Вторым был Ганс Гюнтер Фон Клюге, который зимой 41-го, в разгар кризиса в Германии, стал командующим группой армий «Центр», где сосредоточилось советское контрнаступление. Клюге во главе группы армий «Центр» подавил попытку советского окружения, сохранив линию фронта в неприкосновенности и спасая ее от уничтожения. Это было тем более примечательно, что группа армий «Центр» удерживала свои позиции, несмотря на острую нехватку зимней боевой техники. Кроме того, фельдмаршал Клюге стал главнокомандующим Западным фронтом в 44-м году и командовал битвой за Нормандию. Хотя она закончилась поражением, Клюге также некоторое время блокировал союзников у побережья, и если бы у союзников не было извращенного превосходства в воздухе, возможно, Клюге действительно смог бы добиться заслуживающего внимания результата.

Третьим был неудержимый военный гений Манштейн, который был не только сильным стратегическим наступательным талантом, но и оборонительным генералом. Он не ограничивался остановкой противника на определенной линии обороны, а пытался с помощью оборонительных контратак нанести серьезный урон или даже уничтожить атакующего противника и вернуть себе инициативу на поле боя, что было характерно для идеи «атака вместо обороны». Во втором харьковском контрнаступлении Манштейн проявил выдающиеся способности, а его умение командовать обороной в этом сражении также было очевидным для всех. Он более чем остановил продвижение советских войск и даже вернул инициативу на поле боя, что считается самым классическим примером оборонительной войны.

Что касается того, кто был подходящим человеком для отправки, Янник поднял этот вопрос на совещании военного руководства на следующий день: «Я уверен, что все вы слышали о доктрине Великой Глубины, о которой я упоминал. Сегодня я подниму вопрос: «Что нужно сделать для защиты от операций большой глубины противника?». — Поскольку Янник первым предложил теорию операций большой глубины и блицкрига в этом времени и пространстве, ему была присвоена репутация «мастера стратегии», и, конечно, его различные репутации были многочисленны: «Каждый, кому интересно, может изучить его, но мне нужна настоящая вещь, а не льстивая лесть».

Он уверен, что эта советская чистка не скоро закончится, и у него было много свободного времени: «Срок — одна неделя. Тот, кто придумает решение, может обращаться ко мне в любое время».

После встречи Янник поднял еще один вопрос: «Теперь, когда польская кампания закончилась, пришло время наград».

«!!!». — В конференц-зале мгновенно воцарилась тишина, все взгляды устремились на Янника.

Видя это, Янник не мог не усмехнуться: «Не смотрите на меня так, точный список наград и повышении будет опубликован через несколько дней. Сегодня я упомяну только об одном: наш генерал Рундштедт будет произведен в фельдмаршалы».

Зал заседаний разразился аплодисментами, первый фельдмаршал в немецкой армии за двадцать лет, какая честь!

Краснолицый Рундштедт поднялся и отдал честь Яннику, кивнув головой в знак приветствия всем окружающим.

Когда аплодисменты постепенно стихли, Янник продолжил: «Когда мы будем покорять Европу, я думаю, мы сможем продвигать около 20 маршалов. Конечно, к тому времени будет больше маршалов, если мы вырвемся из Европы и распространимся в других местах. Но независимо от того, выйдут ли тридцать или сорок, в конце будут выбраны десять лучших маршалов, которые станут рейхсмаршалами».

Во время Второй мировой войны в Германии было 27 маршалов, и, боюсь, это число легко перевалило бы за 30, если бы не тот факт, что некоторые генералы были не в лучших отношениях с Гитлером, но Янник считал, что слишком большое количество маршалов, в свою очередь, будет менее ценным. Как будто VIP мог показать статус знати, но если все были VIP, то куда деваться знати.

Оглядев собравшихся на сцене, Янник объявил, что на этом собрание закрыто.

Когда Янник пошел в другой конец конференц-зала, Геббельс, Шпеер, Рейнхард и другие уже давно ждали его.

«Господа, битва за Польшу окончена. Давайте поговорим о том, что делать с Польшей».

Райнхард спросил уважительным голосом: «Вы намерены колонизировать их или ассимилировать, Ваше Высочество?».

Янник беспомощно вздохнул: «Ассимилировать, конечно. Благодаря проклятым Соединенным Штатам Америки, в наши дни становится все труднее играть в колонизацию или что-то подобное. Рабы и прочее всегда вызывают постоянное сопротивление, и это тридцать миллионов человек, а не свиней, и вы не можете убить их всех. Вот почему я решил проводить в отношении Польши политику медленной ассимиляции».

Хорошо известно, что Соединенные Штаты стали крупнейшим победителем в Первой мировой войне. Раздутые Соединенные Штаты думали, что они — экономика номер один в мире, промышленная держава номер один, страна-победитель в Первой мировой войне, и что они сыграли ключевую роль в Первой мировой войне. А Великобритания и Франция находились в серьезном упадке, поэтому американцы думали, что после Первой мировой войны они смогут стать создателями мирового порядка, как Великобритания и Франция, и даже смогут заменить гегемонию Великобритании. Но им не приходило в голову, что хотя американцы и поднялись на высокий уровень после Первой мировой войны, они все равно не шли ни в какое сравнение с британцами и были не только выдавлены Британией и Францией из Лиги Наций, за которую он сам выступал, но и неоднократно подавлялись Британией.

Хотя Соединенные Штаты превзошли Великобританию в экономической и промышленной сферах, они все еще не приблизились к ней по уровню политического влияния. Политическое влияние имеет отношение к национальному престижу в дополнение к сравнению силы, а национальный престиж требует времени для накопления. Соединенные Штаты настолько мелки, что хотя их экономический уровень превышает британский, их политическое влияние намного меньше британского, и в этом разница между манией величия и капитализмом. Люди — это деловые семьи, которые накопили десятилетия и столетия связей и влияния, намного превосходящих ваши, это не то, что вы можете втиснуться в чей-то круг, купив роскошный автомобиль. То же самое было верно и для США в то время, вы не можете просто заменить людей, когда ваша экономика поднимается, требуется время для накопления и возможностей.

Великобритания, как старый мировой колониальный гегемон, обладала гораздо большей тактикой борьбы и дипломатической мудростью, чем американцы. С помощью искусных дипломатических навыков и различных средств Великобритания пыталась подавить Соединенные Штаты, и в нескольких столкновениях Соединенные Штаты проиграли британцам.

Например, в экономической сфере, хотя США стали экономическим гегемоном, экономическая и промышленная мощь намного превосходит британскую, но британцы не сдаются, а лишь используют убийственный ход, чтобы почти иссушить США. Чтобы справиться с США, Великобритания ввела «имперскую систему преференций», Британия требовала от своих колоний использовать британский фунт стерлингов в качестве базовой валюты для торговли, а также свободной торговли между регионами внутри империи с низкими тарифами, в то время как внешние высокие тарифы достигали 30% и более.

В 1924 году промышленное производство Соединенных Штатов уже составляло 48% от общего объема мирового производства, но Великобритания сделала большой шаг, Соединенные Штаты сразу же потеряли рынок для своей продукции, и не могут получить сырье из британских колоний, избыточные промышленные мощности Соединенных Штатов могут быть переварены только самими собой, что также является важной причиной экономической депрессии Соединенных Штатов.

Если бы не начало Второй мировой войны, дни Америки могли бы не сильно улучшиться, или, по крайней мере, она была бы отброшена Британией.

Американцы, конечно, увидели дрейф и начали тайно прокладывать его.

Во-первых, президент Вильсон предложил «Принципы из четырнадцати пунктов». На поверхности эти принципы были «самоопределением наций», «тайной дипломатией» и установлением мира во всем мире; на самом деле они были манифестом для Соединенных Штатов, чтобы использовать силу, полученную в войне, для ослабления Великобритании и Франции, изоляции новой Советской России и подготовки к новому разделу мира.

Во-первых, Австро-Венгерская и Османская империи стали жертвой уловки и распались на бесчисленное множество мелких государств, а позиции и влияние Великобритании и Франции постепенно начали шататься и слабеть. Хотя Великобритания, Франция и другие страны использовали этот принцип противоположным образом и вывели новую политическую систему для расширения своих сфер влияния, систему мандатов, к сожалению, вскоре после этого разразилась Вторая мировая война.

В результате, как мы все знаем, благодаря, казалось бы, щедрому закону о ленд-лизе Соединенные Штаты завершили экономическое сокрушение Великобритании, выбив из нее все кости.

Эксплуатации реальных экономических интересов Великобритании было недостаточно, чтобы удовлетворить аппетиты Америки, и Рузвельт вместе со Сталиным выступил в защиту принципа национального самоопределения и сделал его одним из основных принципов международного права. СССР сделал это, опять же, для того, чтобы использовать его для ослабления традиционных колониальных империй, таких как Великобритания и Франция, которые полагались на колониальную гегемонию.

Рузвельт подчеркнул, что «Соединенные Штаты и Советский Союз не являются колониальными державами, и нам легче обсуждать эти вопросы». Я не думаю, что колониальные империи будут существовать долго после окончания войны». В то время де Голль также видел, что Рузвельт поддерживает независимость мировых колоний и что эти новые независимые, пернатые нации, несомненно, будут жить за счет щедрости Соединенных Штатов. Персоналом и решениями этих правительств также дистанционно руководили бы Вашингтон и Рузвельт.

Янник не думал, что они смогут высадиться через океан на американской земле и победить их. В конце концов, благодаря своему особому географическому положению, Соединенным Штатам совсем не нужно было беспокоиться о том, что другая страна вторгнется на их территорию. Две страны, Канада и Мексика, могли служить естественными барьерами, и США не нужно было беспокоиться о том, что эти две страны нападут на них самих; единственные стороны, которые нужно было защищать, были восточная и западная. И эти две стороны снова представляют собой чрезвычайно широкие океаны. Желающие атаковать материковую часть США могут быть переправлены только по морю или воздуху.

Если в этой ситуации он будет колонизировать других повсюду, то даже если война в Европе закончится, Соединенные Штаты не остановятся и обязательно будут раздувать пламя повсюду. Вместо того чтобы уставать тушить пожары повсюду в это время, лучше было бы просто использовать политику ассимиляции.

«С момента поступления ребенка в начальную школу до окончания им средней школы проходит в общей сложности двенадцать лет, три или четыре двенадцатилетних периода должны практически завершить этот процесс». — Взмахнув рукой, Энни позади нее раздала толпе несколько брошюр: «Это краткий сборник положений моей политики ассимиляции, подробности будут расписаны через несколько дней, когда у меня будет время».

«Райнхард, GSP должна внедряться в Польшу и внимательно следит за польской элитой. Учителя, священники, академики, светские львицы и те, кто занят в индустрии культуры». — Первоначально предполагалось очистить группу польских элит руками Советов, но теперь им пришлось бы делать это самим: «Все, кто выступает против Германии, кто недоволен или даже враждебен Рейху, все они будут брошены в концентрационные лагеря, в этом вопросе для Рейха нет нижней границы, и пощады не будет. А для мирных граждан и элиты, находящейся у меня на службе можно сделать некоторые поблажки».

После некоторого напутствия Янник посмотрел на Геббельса: «Доктор Геббельс, как можно скорее интегрируйте польский отдел пропаганды».

«Понятно, Ваше Высочество». — Пропагандистская война была специальностью Геббельса, и ему не нужно было, чтобы Янник много говорил, чтобы знать, что делать. У него было знаменитое высказывание: «Секрет пропаганды заключается в том, чтобы подобраться к объекту пропаганды еще до того, как объект пропаганды поймет, что в него проникли. Пропаганда, конечно, имеет цель, но эта цель должна быть так ловко и мастерски скрыта, чтобы объект пропаганды ни в малейшей степени не знал о ней».

«Доктор Шпеер, как можно скорее возобновите плодотворную работу в Польше. Очистите все промышленные и торговые гиганты, а о том, как будут распределяться выгоды, просто напишите мне отчет. Местные рабочие будут получать зарплату по ставке граждан Германии, наряду с другими аспектами политики социального обеспечения, чтобы мотивировать их к работе».

Немецкая оккупация Польши в первоначальный период времени привела к грабежу в бандитском стиле. Согласно приказам Гитлера: любое сырье, металлолом, машины и т.д., которые могли быть использованы в немецкой экономике военного времени, должны были быть вывезены из района, а предприятия, которые не были абсолютно необходимы для поддержания низкого уровня жизни, достаточного для того, чтобы свести концы с концами, должны были быть перемещены в Германию. В течение первых четырех лет оккупации Польши они вывезли из страны 3 768 000 тонн продовольствия, сократив польскую экономику до минимума, необходимого для поддержания местного населения.

Немецкий генерал-губернатор в Польше доктор Франк даже издал прокламацию о том, что вся собственность в Польше, принадлежащая евреям или полякам, будет конфискована без компенсации.

Для Янека этот неустанный демонтаж и перевозка польского промышленного оборудования в Германию казались глубоким ледяным колодцем. Неужели эти заводы не могли ничего построить без питьевой воды из Рейна? Удобно ли было собрать все предприятия вместе и взорвать их вместе с союзниками? Разве отнятие у поляков всего, что им принадлежит, не заставляет других восстать?

Чтобы предотвратить возможные стратегические бомбардировки в дальнейшем, Янник строго запретил вывозить машины и оборудование с этих польских заводов для продолжения производства на месте. Немецкие предприниматели, получившие этот кусок пирога, затем направили своих компетентных инженеров и менеджеров, чтобы те начали эксплуатировать польскую промышленность, одновременно улучшая обращение с рабочими.

Берлинский дворец.

В большом, светлом бальном зале военный оркестр напряженно репетировал исполняемые произведения, а хорошо одетые официанты сновали туда-сюда, каждый с улыбкой на лице, заботливо обслуживая присутствующих гостей.

Здесь собралась верхушка всего военного сообщества, и Рундштедт, в своем великолепном военном мундире, был окружен бесчисленным количеством людей, и был засыпан бесконечным потоком поздравлений.

Для военных это был день празднования. Унижение, вызванное окончанием последней великой войны, до крайности подавило группу солдат, а ощущение того, что с ними обращаются как с рабами, не проиграв войну, заставило каждого солдата страдать. Если бы у них был выбор, они предпочли бы умереть на поле боя, чем терпеть это унижение.

Однако в 1928 году внезапная автомобильная авария унесла жизнь Его Императорского Высочества, который был наследным принцем, и серьезно ранила Третьего наследного принца. Его Высочество, который в глазах других был необразованным и проводил дни в пьянстве, стал наследным принцем.

К всеобщему удивлению, наследный принц ослепительно улучшил экономику и усовершенствовал вооружение, шаг за шагом ведя всех к возвращению достоинства, принадлежавшего Германии.

Его Высочество лично ввел войска в Рейнланд, и впервые после войны Германия вернула принадлежавшую ей территорию, а затем без кровопролития аннексировала Австрию и Чехословакию, получив эти два жизненно важных региона, как в промышленном, так и в экономическом отношении, чтобы возместить ущерб раздробленной немецкой экономике.

По слухам, Его Высочество действительно направлялся Богом и проявил удивительный талант быть всемогущим и всезнающим во всех областях. В военной сфере он помог растерянной немецкой армии наметить направление движения вперед. Армия создала план блицкрига и глубокого боя, основанный на механизированной пехоте и танках; флот отказался от линкоров и разработал тактику авианосцев, чтобы достичь стратегической цели — превзойти Великобританию; ВВС совершили скачок от нуля до мирового класса на одном дыхании.

Первая военная держава Восточной Европы» с населением 35,1 млн. человек и армией более 1,5 млн. человек рухнула всего за 18 дней. Польская армия потеряла более 66 000 человек убитыми, более 100 000 ранеными и более миллиона пленными и сдавшимися в плен. Немцы добились этого чуда в истории войн, имея всего около 5 000 убитых и 30 000 раненых.

Это все ничто иное, как великая победа!

Это сражение не только произвело впечатление на Европу и весь мир в отношении Германии, но и сделало «блицкриг» горячей темой в военных кругах. Франция, Великобритания, Советский Союз, Соединенные Штаты и так далее, все страны мира с крупномасштабным использованием механизированных войск начали углубленно изучать бронетанковую войну, но насколько конкретно они смогут разобраться в польской кампании, зависит от их собственного восприятия.

В этот момент Янник, который был в комнате, вдруг разразился смехом. Сильвия, которая помогала ему поправлять одежду в стороне, сказала с любопытным лицом: «Что случилось, брат Янник?».

Эта итальянская принцесса жила здесь с момента своего приезда несколько лет назад и не собиралась возвращаться. А итальянская королевская семья, казалось, забыла, что у них есть такая принцесса, и не говорила о ней ни разу.

Как говорится, любовь растет со временем, и между ними естественным образом возникли «живые» отношения.

Янник усмехнулся: «Ничего, вдруг вспомнил поговорку, которая называется «страна маленькая, но не на низком месте, менее могущественная, но не боится сильных, невежливая, но оскорбляет больших соседей, жадная и настырная, но неуклюжая дружба, может и умереть».»

«Я не могу понять это». — Глядя на ошарашенную Сильвию, Янник заботливо погладил ее по волосам: «Это Китайская поговорка, так что это нормально, что ты не понимаешь».

Эта цитата взята из книги Хань Фэя «Хань Фэй Цзы — Пятнадцатое собрание мертвых» периода Воюющих государств и означает, что страна, которая была маленькой, но не занимала скромного положения, слабой, но не боялась сильных, без манер, но оскорбляла соседние большие страны, жадной и упрямой, но не умела быть дипломатичной, и может погибнуть.

Эта цитата — истинное отражение падения Польши, когда ты подпрыгиваешь и в конце концов подпрыгиваешь до своей смерти.

Закончив одеваться, Янник направился в банкетный зал и уже почти дошел до него, когда увидел начальника штаба флота Райдера, спешащего поприветствовать его: «Ваше Высочество, флот открытого моря возвращается в порт».

Янник слегка нахмурился: «Так скоро? У них была ещё одна встреча с британским флотом?».

Начальник штаба флота склонил голову в некотором стыде: «Да».

Лицо Янника было немного уродливым, уже во второй раз! И снова Флот открытого моря бежал назад с хвостом между ног!

У флота Германии все еще не хватает смелости вступить в бой с британским флотом!

Если бы не удалось справиться с британским флотом, то высадка в Англии была бы мечтой; если не на британской земле, то немцы снова оказались бы втянутыми в войну на два фронта; в конце концов, Англия стала бы плацдармом для контрнаступления союзников на европейском континенте, а его падением стало бы то, что он наложил на себя руки, прячась в тускло освещенном подвале!

У Янника возникло искушение выругаться!

Немецкий флот сейчас был намного мощнее, чем в прежние времена, возьмите размер флота открытого моря, который вышел в море в этот раз: авианосец класса «Эссекс», крейсер «Шарнхорст», крейсер «Гнейзенау», тяжелый крейсер «Адмирал Хиппер», несколько крейсеров и эсминцев.

Только этот авианосец класса «Эссекс», хотя и был точной копией американского авианосца, мог вместить только 75 самолетов всех типов, зная, что американский вариант имел максимальную вместимость 100-103 самолета.

Морские инженеры объяснили, что хотя они разработали планы на основе данных Янника и несколько раз проверяли их, они впервые строили большой авианосец такого размера, и они добавили несколько дополнительных водонепроницаемых отсеков в целях безопасности, чтобы гарантировать, что ничего не случится.

Поскольку первый экземпляр был удачным, последующие постройки не нуждались в этих дополнительных водонепроницаемых отсеках, и вместимость авианосца была увеличена до 100 самолетов.

Янник также приказал срочно перебросить на авианосцы 30 FW-190t, принимая во внимание проблемы с посадкой и взлетом BF-109.

Такая формация, которая, по мнению Янника, уже была весьма впечатляющей, была напугана британским флотом и бежала назад с хвостом между ног!

Янник подавил свое раздраженное настроение: «Сегодня радостный день, давайте пока оставим это, пойдем и поздравим нашего лорда-маршала».

«Его Высочество прибыло!». — Прозвучал крик из-за двери. Это заставило изначально шумный зал мгновенно погрузиться в тишину. Все сидящие здесь офицеры и мужчины встали, высоко подняв подбородки и выпрямив позвоночники.

Все они повернулись к двери, высоко подняли правые руки и закричали, отдавая воинское приветствие: «Да здравствует Германия! Да здравствует Ваше Высочество!».

Янник вошел со слабой улыбкой на лице и плавно поднял свою руку в знак того, что салют окончен, сразу после этого, их руки опустились в аккуратном унисонном движений.

Янник взял бокал с вином и медленно заговорил: «Мы двадцать лет терпели унижения, но в этой битве мы наконец-то вернули себе гордость.

Сегодня, в этот день, который следует помнить, я поднимаю бокал вина за этих героев, павших и живых; пусть павшие покоятся с миром, а живые будут в здравии. Германия будет помнить вас, и народ будет помнить вас; вы — национальные герои Германии, вы — национальный дух Германии, самый крепкий хребет Германии! С вами Германия всегда будет стоять на вершине мира!».

«Поздравляю, фельдмаршал Рундштедт». — Янник вручил Рундштедту красный маршальский скипетр, символ чести и власти. Скипетр был покрыт драгоценными камнями и металлами, и это была очень дорогая вещь, и при этом символ статуса: «Я надеюсь, что вы сможете повести всех за собой, чтобы продолжать выигрывать войны и двигаться к окончательной победе!».

Весь банкетный зал мгновенно наполнился фотоснимками и мигающими огнями, а Рундштедт, получивший скипетр под непрерывные аплодисменты, немного задохнулся от волнения: «Пожалуйста, будьте уверены, Ваше Высочество! Я сделаю все, что в моих силах, чтобы одержать победу для вас!».

Далее следовал праздничный пир, со всеми видами вина и еды, но не так много людей действительно пришли сюда, чтобы есть и пить, в конце концов, все присутствующие были высшими военными людьми, никто не был настолько беден. Самым важным ритуалом в таких местах является «человеческое общение», бесчисленное количество людей выходят вперед, чтобы праздновать, и бесчисленное количество людей выходят вперед, чтобы льстить другим, пьянящая температура в сочетании с пьянящим запахом, действительно легко заставить людей петь от счастья. Сегодняшний день, безусловно, запомнился Рундштедту.

Янник тем временем беседовал с Гудерианом: «Генерал Гудериан, я слышал, что вас чуть не разбомбили по ошибке ваши же люди на фронте?».

«Да, Ваше Высочество». — Гудериан с огромным облегчением сказал: «Это была тяжелая артиллерия».

В первый день нападения на Польшу, когда наступление только началось, над землей висел толстый слой тумана. В результате первая стычка произошла, когда 3-я танковая бригада первой волны атаки столкнулась с противником к востоку от форта Земпер. В результате тяжелая артиллерия 3-й танковой дивизии открыла беспорядочный огонь по туману.

Первый снаряд попал более чем в 50 метрах перед командной машиной Гудериана, которая в это время продвигалась вместе с 3-й танковой бригадой, а второй — в 50 метрах сзади. Гудериан посчитал, что следующий снаряд разнесет их в клочья, и поспешно приказал водителю повернуть направо.

Но водитель, напуганный внезапным взрывом, нажал на газ и на полном ходу загнал машину в кювет.

«Это было очень близко». — Янник не мог удержаться от того, чтобы не пробурчать: «И почти стоило мне ценного генерала, похоже, это та проблема, к которой нужно относиться серьезно».

Говорят, что история человечества — это история войн, причем несметное количество войн происходило на протяжении тысячелетий. Войны были большими и малыми, и есть бесчисленные записи о сотнях тысяч мужчин, сражавшихся на поле боя. Но есть одна проблема, которая мучила все стороны войны и не была полностью решена до 21 века.

Это дружественный огонь.

В современную эпоху война стала трехмерной, от суши до моря и неба, масштабы и формы военных действий расширились, а количество военных злоключений постепенно увеличивается.

Например, во время Второй мировой войны генерал-лейтенант Макнейр был убит собственным бомбардировщиком, став самым высокопоставленным генералом армии США, погибшим во Второй мировой войне. Союзники осуществляли программу обмана «Гундам», и генерал-лейтенант Макнейр был замаскирован под Паттона на передовой позиции для проверки.

Началась ковровая бомбардировка, и десятки тысяч бомб были сброшены на немецкие позиции, которые были мгновенно сровнены с землей. К сожалению, из-за огромного размера флота некоторые бомбы упали на американские позиции, что привело к почти 600 жертвам, одна из которых попала в генерал-лейтенанта МакНейра, который приехал посмотреть на битву.

Когда дым рассеялся, солдаты смогли отличить его только по трем генеральским звездам на его одежде, и он стал самым высокопоставленным американским генералом, погибшим во Второй мировой войне от рук своего собственного армейского авиационного корпуса.

Немцы же, напротив, обычно устанавливали немецкий военный флаг в направлении продвижения, а также рисовали немецкие флаги на крышах своих бронемашин, чтобы пилоты могли опознать их с воздуха. Когда пилоты штурмовиков не могли идентифицировать находящиеся внизу панцеры, они обычно запрашивали «идентификацию дымовой завесы», на что близлежащие немецкие панцеры обычно быстро отвечали.

Однако это предотвращало только осечки авиации, но не наземной артиллерии, с которыми столкнулся Гудериан.

Такие проблемы можно было бы предотвратить только путем лучшего обучения всех сторон работать вместе в максимально возможной степени.

Поболтав несколько минут, Янник вдруг заметил адмиралов, собравшихся в дальнем углу. Каждый из них выглядел удрученным, словно группа сердитых маленьких невесток, что резко контрастировало с пружинистыми генералами армии и ВВС. В конце концов, для обстрела крепости Вестплаатс в этом сражении у флота был только один старый линкор «Шлезвиг-Гольштейн», кроме которого больше нечего было предложить.

Янник, добродушный и веселый, поприветствовал окружающих и направился к ним.

Несколько адмиралов увидели приближающегося Янника и поспешно встали: «Ваше Высочество!».

«Что такое? Чувствуете смущение или зависть? Честно говоря, ваш флот меня немного разочаровывает». — Если бы океаны составляли только 20% или даже 30% планеты, то при таком слабом флоте он не построил бы даже ни одного линкора. Разве не было бы здорово разделить все эти ресурсы с Военно-воздушными силами.

К сожалению, реальность такова, что земля на 75% состоит из океана, через который можно достичь любой точки мира, и право контролировать море было таким же важным, как и право контролировать воздух, что заставило его энергично развивать военно-морской флот.

Толпа позорно склонила головы. Военно-морской флот Германии всегда находился в очень неудобном положении по сравнению с армией и ВВС. С одной стороны, они осознавали свою значимость для Его Высочества, а с другой — опасались за свой путь развития. По сравнению с предвкушением войны в армии, уверенностью в будущем в ВВС, у немецкого флота комплекс неполноценности, похороненный глубоко в костях под сенью Королевского флота, заставлял их бояться предстоящей войны.

«Ваше Высочество, наш флот недостаточно подготовлен». — Райделл прошептал в защиту.

Янник холодно фыркнул: «Что вы имеете в виду под плохо подготовленным? Вы собираетесь ждать спуска на воду линкора «Бисмарк»? Или два авианосца класса «Эссекс», которые будут спущены на воду? Достаточно ли будет дать вам десять линкоров? Достаточно ли двадцати носителей?».

Молча глядя на каждого из этих людей, Янник мысленно тихо вздохнул: «Никакого количества линкоров и авианосцев не будет достаточно для вас, потому что вам не хватает не линкоров, а мужества победить в узком сражении. Эй, я теперь скучаю по Адмиралу Шеллу По крайней мере, у него хватило мужества сражаться с британским флотом, и если бы он был жив, я бы хотел попросить его стать командующим флотом».

У каждого человека есть свои достоинства, не говоря уже о главе военно-морского флота страны. Райделл покраснел лицом и заверил: «Ваше Высочество, мы оправдаем ваши ожидания в следующий раз, когда нанесем удар!»

«Естественно вы нанесёте удар, иначе зачем вы мне нужны». — После легкого ответа Янник посмотрел в сторону Денница: «Полностью ли готовы подводные силы?».

Денниц сразу же выпрямил спину: «Ваше Высочество, подразделение подводных лодок готово нанести удар в любой момент!». — На самом деле, в душе он был так же подавлен как, и Райделл. Хотя он и работал сверхурочно, контролируя производство подводных лодок, и лихорадочно производил подводные блоки, надеясь, что ВМФ сможет восстановить масштаб подводных блоков прошлых лет, но, в конце концов, строительство подводных лодок не было строительными блоками, и невозможно было сформировать масштаб за короткий промежуток времени.

Хорошо то, что подводные лодки имеют несравненное преимущество перед надводными кораблями, то есть они могут погружаться в воду, если не могут сражаться.

«Ваше Высочество, сегодня утром ко мне пришел голландский посол и спросил, когда мы собираемся продолжить наше продвижение на восток». — Министр иностранных дел Риббентроп пришел доложить о каких-то официальных делах и вскользь затронул этот вопрос: «Он спросил очень туманно, но именно это он и имел в виду, поэтому я стал притвориться, что не понял о чем он, и проигнорировал его».

Янник усмехнулся: «Тогда это должно быть поручение из Англии и Франции, чтобы навести справки». — Обе стороны разорвали дипломатические отношения и выслали послов друг друга после того, как Великобритания и Франция объявили войну Германии.

Британия и Франция все еще глупо ожидали, что Германия продолжит свое продвижение на восток дойдет до Советского Союза; в конце концов, немцы уже приближались к порогу Советского Союза, и казалось, что большая война неизбежна.

Янник тоже немного колебался раньше, в это время в Советском Союзе началась очередная большая чистка, вся страна в беспорядке, воспользоваться ситуацией кажется хорошим выбором. Но после дальнейших размышлений он отказался от этой идеи. В конце концов, он не хотел рисковать, сражаясь на два фронта, он должен был сначала позаботиться о западном фронте.

«Голландский посол? Хмф, какой бедняга, его похоже попросту используют».

В начале XVII века Нидерланды были известны как «морская каботажная страна» из-за своей большой роли в морской торговле. На пике своего могущества голландский флот был способен бросить вызов королевскому флоту. К сожалению, в конце XVII и начале XVIII веков Великобритания и Нидерланды вели многочисленные войны за право вести морскую торговлю, и годы войн свели экономическую мощь Нидерландов к второсортной стране.

К периоду, предшествовавшему Первой мировой войне, Нидерланды ослабли в своем могуществе и находились далеко от рядов мировых держав. Она объявила нейтралитет в Первой мировой войне и вела бизнес на обоих концах.

Но нейтралитет — это то, что Яннику было безразлично. В период Весны и Осени и Воюющих государств не существовало такого понятия, как нейтральная страна, даже общий владыка мира Чжоу Тяньцзы был уничтожен Цинь. Если говорить нейтрально, то мученическая смерть шести поколений народа Цинь была не напрасной? Обещанное объединение всего мира до сих пор не осуществлено?

Поэтому нейтральная страна — это не то, что вы говорите, это зависит от того, признают ее другие или нет, и будут ли они воевать с вами. В Европе во время Второй мировой войны было так много нейтральных стран, Нидерланды, Бельгия, Люксембург, Австрия, Норвегия, Дания и другие страны, но они были захвачены Германией, Финляндия также была дважды захвачена Советским Союзом и была вынуждена присоединиться к Германии и вместе бороться с Советским Союзом.

Что касается международно признанных постоянных нейтралов, таких как Швеция и Швейцария, то большинство из них настроены прогермански. Возьмем Швецию и Швейцарию, хотя номинально Швеция была нейтральна, втайне она снабжала Германию рудой, оружием, даже предоставляла Германии свои железные дороги для перевозки войск; с другой стороны, она значительно сократила торговлю с Великобританией и косвенно помогала немецкому флоту, силой блокируя его выход в Балтийское море через Эресунн для нападения на северную Германию.

Швейцария оказалась в аналогичной ситуации, что и Швеция. На протяжении всей Второй мировой войны Швейцария экспортировала в Германию большое количество электроэнергии, точных деталей и даже оружия, а ее сильная банковская сфера оказывала Германии жизненно важную финансовую поддержку.

В данном случае не было особой разницы, оккупировала ли Германия Швецию или Швейцарию, или нет, она все равно получила бы хорошую репутацию.

Более того, голландский нейтралитет не похож на нейтралитет Швейцарии, Швеции и других стран, политика нейтралитета Нидерландов колеблется, и есть большие подозрения в спекуляциях. У голландской королевской семьи были тесные отношения с французским правительством, и французы построили линию Мажино, а голландцы внесли большой вклад. Разумно сказать, что Нидерланды остаются нейтральными, британские и французские силы не могут войти в Нидерланды, но как только Нидерланды откажутся от нейтралитета, британские и французские силы немедленно войдут в Нидерланды для защиты, то для Германии, несомненно, перед домом «тигр для неприятностей».

Поэтому пришлось взять Нидерланды.

Как только Риббентроп ушел, старейшина Блум из Еврейского общества пришел засвидетельствовать свое почтение.

«Приветствую вас, Ваше Высочество Янник. Я хотел навестить вас несколько дней назад, но не решился, зная, что вы заняты. Надеюсь, я не побеспокоил вас сегодня».

Янник улыбнулся: «Я надеялся найти вас, старейшина Брум. Я слышал, что еврейские юноши в армии сражаются с большим мужеством и ни в чем не уступают настоящим немецким солдатам, благодаря вашей помощи.»

«Как и должно быть, как и должно быть». — Старейшина Блум несколько раз хмыкнул и достал из своей груди лист бумаги: «Это небольшой знак благодарности от нашей Еврейской Ассоциации, за вашу Великую победу».

Взяв лист бумаги и взглянув на него, Янник слегка приподнял брови: «Хех, это довольно «маленький» знак признательности. Мне очень интересно, сколько активов вы, Еврей, вынесли. Если бы я вас всех потряс, разве я не наскреб бы достаточно денег, чтобы растрачивать их годами?».

Имущество, награбленное и разграбленное Германией у евреев во время Второй мировой войны, составило почти 120 миллиардов рейхсмарок. Стоит знать, что стоимость одного немецкого линкора класса «Бисмарк» составляет около 200 миллионов рейхсмарок.

Старейшина Блум смущенно улыбнулся: «Ваше Высочество шутит, по сравнению с тем, чего вы стоите, Ваше Высочество, это не более чем гробовые деньги для нас». — Он, конечно, не был дураком, хотя они и сделали ставку на Янника, они знали, что Янник не окажет им услугу просто так. Он все еще хорошо представлял себе, сколько им придется заплатить в будущем, если реставрация пройдет успешно.

И что еще важнее, они слышали о том, что произошло с евреями в Советском Союзе. Советские власти собирали евреев, конфисковывали их имущество, сгоняли всех вместе, запирали в центральных тюрьмах и заставляли работать день и ночь.

Даже бойфренд дочери Сталина не был пощажен, и когда Сталин узнал, что его дочь Светлана влюбилась в еврея, он был в ярости и строго отчитал свою дочь. На следующий день человек, который должен был стать зятем Сталина, Морозов, был арестован, обвинен в связи с иностранцем без разрешения властей и поспешно казнен через расстрел.

Другие окружающие страны были не лучше: в таких странах, как Великобритания и Франция, антисемитизм был настолько распространен, что местные жители даже периодически проводили марши, призывая правительство бойкотировать евреев.

Все это вызывало у евреев в Германии глубокое беспокойство, и если Советский Союз свергнет Европу, то они не смогут спасти свои жизни, не говоря уже о восстановлении своей страны. Хотя Советский Союз, похоже, пока не мог этого сделать, с британцами и французами в Европе тоже было нелегко справиться. Если Германия проиграет на этот раз, она будет полностью расчленена Британией и Францией. К тому времени можно было представить себе и положение их, евреев.

Поэтому они, старейшины евреев, единогласно решили не жалеть средств на финансирование Янника, чтобы у него был дополнительный шанс на победу: «Ваше Высочество, я слышал, что вы решили захватить Францию за восемь недель?».

«Да». — Янник усмехнулся. «Что, вы не верите мне?».

«Я не смею. Если мы действительно сможем взять Францию через восемь недель, то нас ждет большой куш». — Старейшина Блум поспешно покачал головой и осторожно спросил: «А как насчет Англии?»

«…». — Сказать это Яннику было не совсем просто, ведь в оригинале Британия продержалась до конца войны, а Германия так и не смогла высадиться за морем: «Британия? Трудно сказать. Если Соединенные Штаты не вмешаются, может быть, шесть месяцев, если Соединенные Штаты вмешаются, то это может занять немного больше времени. Старейшина Блум, вы являетесь старейшиной Ассоциации немецких евреев, так можете ли вы повлиять на евреев в Америке?».

Старейшина Блум горько рассмеялся: «Ваше высочество, вы меня переоцениваете меня. Хотя я знаю нескольких людей в Америке, я не в той степени, чтобы влиять на них».

Янник молча кивнул: «Это означает, что американская группа евреев не будет стоять в стороне и смотреть, как вы остаетесь на лидирующих позициях на пути к восстановлению. Они найдут способ получить часть вашего пути или даже потянуть вас вниз».

Старейшина Блум сказал довольно беспомощно: «В конце концов, это характер бизнесмена».

Янник слабо улыбнулся: «Старейшина Блум не хотел бы, чтобы это произошло, не так ли? В любом случае, должен быть принцип «первый пришел — первый получил», не так ли?».

Старейшина Блум был ошеломлен на мгновение и сказал с безошибочной решимостью: «Да, Ваше Высочество. Это амбиция всей моей жизни, и я не позволю никому отнять ее у меня!».

Во второй половине дня Янник отправился на территорию «Крупп Арсенал».

Основателем компании Крупп был Альфред Крупп-старший. Крупп, который производил пушки, позволившие Бисмарку победить Австрию и Францию в середине 19 века, с тех пор является столпом немецкого государства и пользуется восхищением высшего руководства страны.

Но когда президент компании Крупп во втором поколении, Фридрих Альфред Крупп, покончил жизнь самоубийством после того, как в прессе был разоблачен его гомосексуальный скандал, семейное дело было передано внучке Альфреда Круппа, Берте. Она унаследовала огромную промышленную Империю.

Вильгельм II сам организовал брак Берты, чтобы бизнес семьи Крупп не оказался в руках его политических врагов. Он попросил дипломата Густава жениться на «королеве артиллерии» и дал Густаву разрешение добавить к своему имени почетную фамилию Крупп (короче говоря, стать зятем). Затем Берта родила Альфреда Круппа-младшего.

Именно Густав Крупп теперь руководил компанией Крупп. В это время он уже ждал у ворот со своими людьми, и когда он увидел Янника, выходящего из машины, он поспешил ему навстречу: «Ваше Высочество, ваше прибытие очень украшает это место».

«Господин Густав, мы с вами действительно застали хорошие времена, не так ли». — Сказав что-то, что озадачило Густава, Янник посмотрел позади Густава на Альфреда-младшего: «Альфред, давно не виделись».

«Ваше Высочество». — Альфред младший был на два года моложе Янника.

«Я слышал, что ты совершил поездку в Польшу, как там было?».

«Честно говоря, очень плохо, Ваше Высочество». Альфред-младший горько рассмеялся: «Помещения там довольно устаревшие, и большинство из них нуждается в обновлении».

Янник усмехнулся: «Это нормально — отставать, и если они более продвинуты, чем мы, значит, это мы должны быть побеждены. Обновляйте как можно быстрее и производите как можно быстрее. В конце концов, этих военнопленных можно использовать только в течение трех лет».

На этот раз они взяли в плен более миллиона польских солдат. Янник, конечно, не собирался позволять им сидеть в лагерях для военнопленных, ничего не делая и тратя драгоценное продовольствие, и распределял пленных среди предпринимателей фабричных компаний, которые были готовы наладить производство в Польше.

Альфред-младший заколебался и прошептал: «Ваше Высочество, это нарушение Женевской конвенции — заставлять военнопленных выполнять тяжелую работу».

Янник ответил беззаботно: «Я их не заставлял, они сами вызвались. У них такой же восьмичасовой рабочий день, как и у немецких рабочих, мы их кормим, размещаем и платим им зарплату. Чем это отличается от обычного посещения работы?».

Альфред не мог не смотреть на него в некотором смущении: «Ваше Высочество просит нас платить им нормальную зарплату?».

Янник кивнул: «Да, я собирался попросить вас заплатить тем работающим военнопленным. Но их зарплата составляет лишь четверть от зарплаты обычного рабочего». — Текущая минимальная заработная плата для немецких рабочих составляла 200 рейхсмарок в месяц, что сделало бы зарплату военнопленных почти 50 рейхсмарок.

В первоначальный период времени, когда Советский Союз и Германия разделили Польшу в 39-м году, а в 41-м началась советско-германская война и Германия полностью оккупировала Польшу, к 44-му году средняя зарплата наемных рабочих в Польше составляла 20 рейхсмарок в месяц. А цена свинины на черном рынке составляла более 200 марок за килограмм, что означало, что поляк мог купить два фунта свинины на годовую зарплату.

И это еще не все: столовая на торпедном заводе под Варшавой была разделена на два прохода для немцев и поляков, и за поздний приход, ранний уход, роняние инструментов на пол, сплетни или курение в рабочее время немедленно отвечали ударами, пинками, а затем заключением на гауптвахту более чем на 24 часа.

Польские фермеры были вынуждены отдать свои земли немецким соседям, вместе со 160 000 немецких иммигрантов из Украины, которые прибыли в Варшаву без одежды, а через несколько месяцев с сотнями акров земли и кучей наемных рабочих, бывшие польские землевладельцы должны были ютиться в тех же ветхих домах, где в свое время жили немецкие наемные фермеры, они должны были работать по 12 часов в день, а любые несанкционированные прогулки наказывались самым строгим образом. Один немец вдруг вспомнил однажды замечание, сделанное соседом-поляком за много лет до этого: «Почему ты всегда говоришь по-немецки, ты же не в Берлине», и отправил своего соседа в лагерь смерти Дахау.

Полякам не разрешалось входить в магазины, парки, сады, трамваи не ходили по выходным, автомобили не ездили в любое время, а польские школы были почти полностью закрыты, тогдашний польский губернатор сказал: «Достаточно, чтобы их дети научились считать до 100».

Яннику такой способ управления казался настолько тупым, что вызвал бы бунт у любого. От них невозможно было избавиться, а волны восстаний становились все чаще и чаще, и повсюду вспыхивали восстания, так что это только усугубляло его проблемы.

«Это столетний план для Империи. Тот, кто может обмануть своих начальников и подчиненных, или пойти против закона; я не против сослать всю их семью и его самого жить в концентрационном лагере, чтобы он продолжали служить Империи». — Люди — это те, кого легко удовлетворить, пока они сыты, одеты и обеспечены жильем, они не могут позволить себе бунтовать.

Густав Крупп, который следовал за ним, поспешно заговорил: «Пожалуйста, будьте уверены, Ваше Высочество, Круппы преданы Вам, как луна солнцу. И у нас не будет ни малейшего компромисса с вашими приказами».

«Конечно. Альфред, ты знаешь Маркса?».

Альфред на мгновение замешкался и риторически спросил: «Вы имеете в виду человека, который написал «Капитал», Карл Маркс?».

«Да, я помню строчку из того «Капитала»: «Если есть 100 процентов прибыли, капиталисты встанут и пойдут на риск; если есть 200 процентов прибыли, капиталисты бросят вызов закону; если есть 300 процентов прибыли, то капиталисты растопчут все законы на свете!». Я дал тебе достаточно прибыли; надеюсь, ты не будешь жадничать, иначе последствия будут печальными».

Отец и сын поспешно кивнули в ответ, и Янник продолжил командовать: «Военнопленным нельзя задерживать зарплату; им предоставляется медицинская помощь, если они заболеют. Преторианская гвардия будет размещена на каждой фабрике для надзора. Если кто-то из заключенных будет непослушным, навлекать на себя беду или еще каким-либо образом проявлять недовольство, он будет передан преторианской гвардии. Тех, кто вел себя хорошо, стоит наградить. Например, организовать встречи с их семьями или что-то в этом роде».

После некоторого напутствия Янник заговорил о цели своей поездки: «То, за чем я пришёл, готово?». — Он был настолько категоричен, что если бы кто-то действительно сказал что «не готово», то он ничего не сможет сделать с собой, и просто бросить его в концентрационный лагерь.

«Все готово к работе в любое время». — Густав поспешно ответил.

Янник кивнул головой: «Тогда я хочу его видеть!».

«Ваше Высочество, пожалуйста».

Группа вышла на открытое экспериментальное поле, подошла к обсерватории с одной стороны и увидела 88-мм зенитное орудие, установленное неподалеку. Вокруг орудия интенсивно работал стандартный артиллерийский отряд.

Густав спросил уважительным голосом: «Ваше Высочество, нам начинать?». — Увидев, что Янник кивнул, он повернулся и махнул рукой вниз.

«Перезарядка!» По громкой команде командира артиллерийского отделения бронебойный патрон был дослан в патронник.

«Целься!».

«Огонь!».

«Бум!»

«Бум!».

Хотя в оригинальном времени и пространстве в интернете, романах и фильмах часто можно было увидеть, насколько потрясающей была 88-мм зенитная пушка, которая могла бить самолеты и уничтожать танки и считалась легендой своего поколения, Янник впервые увидел, как 88-мм пушка стреляет с такого близкого расстояния.

В его голове промелькнуло только одно слово.

Круто!

Это та игрушка, с которой должен играть настоящий мужчина!

Дуло 88-мм пушки извергло пылающее пламя, и невидимый невооруженным глазом снаряд вылетел из дула и мгновенно ударился об огромную стальную плиту вдали, которую мгновенно окутал поднимающийся дым.

«Мы попали в цель! Всем убрать оружие! Прекратить огонь!».

Вскоре группа инженеров бросилась к этой стальной плите и начала проверять различные данные: «Докладываю, расстояние 1000 метров, 150-мм вертикальная гомогенная стальная броня полностью пробита!».

Все зааплодировали от восторга, зная, что броня французского тяжелого танка B1 в это время составляла всего 40 мм вертикальной гомогенной стальной брони; а танк Matilda 2, который был известен своей защитой, имел толщину брони в основной части всего 75-78 мм, что перед этой 88-мм зениткой было просто как бумажное маше.

Янник знал, что глубину проникновения еще можно улучшить, и, если он правильно помнил, он сможет пробить более 160 мм вертикальной однородной стальной брони.

Густав сказал взволнованным видом: «Ваше Высочество, оправдывая ваши ожидания, эта многофункциональная крупнокалиберная зенитная пушка имела полный успех и готова к запуску в серийное производство». — Затем были подробно представлены различные эксплуатационные характеристики этого зенитного орудия.

«Неплохо». — На Янник знал все данные этой известной зенитки: «Я думаю, что этой пушки должно быть более чем достаточно в этой войне. Но ради готовности я надеюсь, что вы сможете продолжать в том же духе. Продолжайте разрабатывать танковые пушки с большей огневой мощью».

Густав сказал уважительным голосоми «Мы сделаем все возможное, Ваше Высочество».

Янник улыбнулся: «Давайте на этот раз разработаем танковую пушку 105 калибра. 105 мм L/56 должно быть в самый раз, если мы сможем ее разработать, она должна быть в эффективна в течение десятилетий». — 105-мм линейно-ствольная танковая пушка была новым линейно-ствольным орудием, разработанным в 1960-х годах компанией RoyalOrdnance для противостояния мощному бронированному кластеру советской Красной Армии Т-54/55 и установленной на нем 100-мм танковой пушке Д-10Т с линейно-ствольной противотанковой пушкой калибра 52х. В более поздний период холодной войны западные страны разработали на его основе ряд 105-мм танковых пушек, таких как L7A3, используемая Германией; шведская L7A4 лицензионного производства и др.

После этого танковая пушка с проволочной нарезкой закончила свое существование (конечно, до сих пор есть несколько стран, которые настаивают на использовании пушек с проволочной нарезкой).

На смену ему пришло относительно простое, более долговечное и мощное гладкоствольное ружье.

«Понятно, Ваше Высочество. Мы начнем работать над этим как можно скорее».

Янник кивнул и дал указание: «Эта пушка готова к запуску в серийное производство. Хотя танки Панцеркорпуса пока не смогут его использовать, есть еще много мест, где его можно применить».

Современные немецкие танки Panzer Army Jackal Wolf использовали 50-мм пушку KwK39L/60; эта танковая пушка могла пробить 72-мм вертикальную гомогенную стальную броню на расстоянии 500 м бронебойным снарядом (ap) Type 39; а с ap с вольфрамовым сердечником Type 40 она проникала на глубину 88 мм, теоретически способная пробить лобовую броню корпуса T34-76 на расстоянии 700 м и на расстоянии 1000 м через Турель, так сказать, является довольно хорошим исполнителем.

А теперь танк «Шакал» может также легко нести 75-мм Kwk40/L48, не говоря уже о том, чтобы пронестись по Европе или пощеголять им некоторое время на Восточном фронте.

Поэтому Янник не торопился оснащать этот «Буллз» 88-мм зенитным орудием.

Покинув обсерваторию, группа отправилась на танковый завод. Янник стоял перед стеклянным окном на втором этаже и наблюдал за плотной толпой рабочих внизу, которые методично работали, пока один резервуар за другим сходил с производственной линии.

«Что делают эти рабочие?». — неожиданно спросил Янник, указывая на рабочих на предпоследнем участке производства.

Альфред-младший со стороны немедленно ответил: «Они сглаживают сварные швы, Ваше Высочество».

«Сглаживание?». — Янник слегка нахмурился, задумался на мгновение и продолжил спрашивать: «Повлияет ли это на производительность танка, если его не сгладить?».

Альфред-младший был ошеломлен на мгновение и покачал головой: «Это не так».

«Тогда зачем вся эта дополнительная работа? Просто чтобы хорошо выглядеть?». — Наблюдая за тем, как Альфред-младший кивает, Янник не мог не закатить глаза: «Какой смысл хорошо выглядеть? Сможет ли хороший внешний вид победить врага?! Давайте, идём вниз».

Толпа последовала за Янником на второй этаж и остановила танк, который только что сошел с производственной линии и направлялся на склад.

Янник обошел вокруг танка, поднял ногу и пнул переднее крыло: «Работает ли эта штука? Или это просто так, для вида?».

Толпа не могла не посмотреть друг на друга, и Альфред-младший ответил с некоторым колебанием: «Я полагаю, это работает?».

Янник никогда не водил танк и, конечно, не знал, пригодится это ему или нет: «Снимите это крыло для следующей партии танков, и поставьте его обратно, если у фронтовиков возникнут проблемы с обратной связью». — Затем он протянул руку и коснулся камуфляжной краски, которая еще не полностью высохла на корпусе танка: «Спрей настолько густой, что это пустая трата времени, просто нанесите слабый слой».

Попросив кого-то принести перчатки, Янник забрался в бак и залез внутрь. Первое впечатление от интерьера танка было таким: он был намного проще, чем несравненно более совершенные современные танки позднего времени, потому что он еще не был загружен боеприпасами, и интерьер казался очень широким и гладким, а не тесным, как можно было бы ожидать.

Осмотревшись и немного пощупав приборы, Янник вылез из танка: «Снимите всю кожаную обивку внутри».

На различных фотографиях, кино и телематериалах более позднего времени можно увидеть немецких капитанов танков в шляпах с большими полями, а других членов экипажа — в шляпах в форме лодки, довольно красивых; в то время как американские и советские танкисты носили невероятно тяжелые на вид танковые шапки. Это объясняется тем, что в советском танковом отделении не было достойной защиты, машина была маленькой, быстрой, а подвеска — почти пружиной; люди внутри могли трястись и ударяться, если на них не были надеты тяжелые противоаварийные шапочки, а их головы при выходе из машины были накрыты мешками.

Но это была настоящая кожа, искусственная кожа должна была появиться только через 20 лет!

Возможно, под руководством Янника производство будет доведено до ума, но пока он считал, что использовать кожаную обивку на стольких танках — слишком расточительно. Поэтому он решил сделать так, чтобы танкисты носили фуражки M1938, как американские танкисты.

«Оптимизируйте все, что можно, за исключением трех основных компонентов и немного важных деталей, таких как подвеска».

Густав спросил с недоверчивым выражением лица: «Это действительно возможно?».

Для капиталистов прибыль — это король всего, любой кусок прибыли стоит того, чтобы выбить его, сохранить все, что можно, комариная лапка — это тоже мясо.

Янник сказал безошибочной уверенностью: «Конечно, я хочу производить много-много танков!».

Густав с радостью согласился: «Не волнуйтесь, Ваше Высочество, мы максимально оптимизируем танки». — Хотя после такой рационализации цена на танки снизилась бы, объем производства также вырос, и в целом они заработали больше денег, поэтому Густав был более чем счастлив выполнить этот приказ.

Семь дней пролетели как один миг.

Один за другим приходили ответы на заданный в тот день Янником вопрос о том, что делать для защиты от крупных глубоких операций противника. Ответы были настолько разнообразны, что Янник не ожидал, что немцы, известные своей серьезностью, выдвинут столько умных идей.

После просеивания множества бессмысленных и совсем неисполнимых ответов осталось только три. Как и ожидал Янник, это было от Моделля, Клюге и Манштейна.

Хотя в деталях ответов трех мужчин были различия, можно сказать, что в целом они были одинаковыми. Простой ответ заключался в том, что для защиты от большой глубины операций противника, это будет устойчивая оборона + мобильная контратака.

Что касается того, кого послать, то Манштейну нужно было следить за своим «планом Манштейна», а Модель будет использоваться для другой цели, и остался только Клюге.

Янник немедленно вызвал Клюге и выслушал его подробный отчет: «Ваше Высочество, могу ли я спросить, какая страна является нашим воображаемым врагом?»

Янник спокойно ответил: «Красная угроза» напротив нас. Соотношение численности примерно 1:5; боевая мощь, ну, примерно 10:7».

«Понятно». — Подумав немного, Клюге подошел к небольшой доске, которую приготовил Янник, и начал свой доклад.

Бой на большой глубине был тактикой сильных воинов, и противник имел большое преимущество в силе и вооружении, чтобы получить его таким образом. Но большая глубина сражения в масштабах Советской армии имела очень фатальный недостаток — непрерывность!

Если армия слишком велика, логистическое давление очень серьезно, и даже самая могущественная страна вряд ли сможет поддерживать такую крупномасштабную армию в течение слишком долгого времени.

Поэтому, чтобы сдержать большую глубину, сначала нужно понять действия «глубины».

Если у вас есть определенная стратегическая глубина, то вы должны занять гибкую оборону и мобильную контратаку. На самом деле, это не секрет, так называемая «дуэль спиной вперед» является своеобразным воплощением большой глубины обороны. Штурмовые стрелы большой глубины очень мощные, а большие глубины у Советов, скорее всего, будут содержать несколько штурмовых эшелонов, которые набрасываются на противника, как морские волны.

Поэтому необходимо использовать разрушение дорог, установку минных полей и мобильное блокирование в глубине, чтобы постоянно сдерживать и истощать ударные силы противника; в то же время, по мере увеличения дистанции наступления противника и истощения его войск, давление на его службу и способность поддерживать операции быстро снижаются, тогда необходимо использовать преимущество собственной внутренней линии боя, чтобы вовремя собрать стратегические резервы и начать ожесточенную контратакующую операцию, когда наступление противника стремится к пределу. Приоритет будет отдан ударам по их уязвимым линиям снабжения, перекрытию путей отступления атакующих эшелонов по формуле «клещи», с главной целью уничтожения живой силы, что позволит эффективно сдерживать крупные глубокие штурмы.

Выслушав доклад Клюге, Янник некоторое время обдумывал его, прежде чем заговорить: «Тогда, если мы крепко будем держать контроль над воздушным пространством, эта защита будет вдвое эффективнее?».

Клюге ответил без колебаний: «Да, Ваше Высочество. Пока мы удерживаем контроль над воздушным пространством, мы можем непрерывно бомбить фронтовые аэродромы и глубокие регулярные аэродромы противника, а также использовать воздушные удары для уничтожения его заранее подготовленных позиций, пунктов снабжения, артиллерийских позиций, плацдармов и так далее».

Янник кивнул, это было бы хорошо: «Вы отправляетесь на восточный фронт, там сотни тысяч польских пленных, берите их и стройте оборону».

«Есть!».

«Идите, и если Советы осмелятся наступать на границы, преподайте им суровый урок!».

Клюге отдал честь и повернулся, чтобы уйти.

Янник снял трубку и соединился с Министерством обороны: «Ваше превосходительство фельдмаршал, войска готовы?».

«Да, Ваше Высочество, наши войска полностью загружены и готовы к отправке. Мы только ждем последнего слова от разведчиков, посланных в горы Арденнского леса». — Последнее предложение кажется немного менее уверенным. Очевидно, Рундштедт не испытывал оптимизма по поводу перехода бронетанковых войск через Арденнские лесные горы.

Конечно, если бы Янник не знал, что кто-то в оригинальном времени уже пытался провести танки через этот лес, а то и дважды, он бы не принял это решение легкомысленно: «Не волнуйтесь, лорд-маршал. Они смогут найти выход. Кто бы мог подумать в те времена, что Наполеон сможет пересечь Альпы?». — Когда англичане и австрийцы услышали новость о том, что Наполеон хочет перейти Альпы, они оба презрительно сообщили об этом с молчаливой усмешкой: «Это место, где никогда не проезжало ни одно колесо, и ни одно колесо никогда не могло проехать оттуда. Более того, он возглавлял армию из 70 000 человек, тянул громоздкие пушки с тоннами снарядов и снаряжения, а также огромное количество боевых припасов и амуниции». — Однако в тот самый момент, когда осажденный генерал Массена оказался в Генуе в голодной и бедственной ловушке, армия Наполеона появилась словно с небес. Австрийцы, которые всегда верили, что победа не за горами, были ошеломлены и встревожены, они с трудом могли поверить, что маленький человек перед ними покорил недосягаемую вершину великой горы.

«Я надеюсь на это, и да благословит Господь Германию».

Положив трубку, Янник не смог удержаться от гримасы: все хотят Божьего благословения, так кого же Бог должен защищать? Для Бога это было слишком сложно.

В этот момент внезапно зазвонил красный телефон на его столе, этот телефон был прямой линией в Бюро разведки, и, не отвечая, Янник знал, что это звонит Райнхард «Ваше Высочество, наш «план-приманка» сработал».

В уголке рта Янника появилась самодовольная улыбка: «Это отлично».

Первоначальный план нападения на Францию был не «планом Манштейна», а другим «желтым планом»; и хотя Манштейн считал, что «Желтый план» является имитацией «Плана Шлиффена» и не может быть сюрпризом, однако, как говорится, министерство обороны и Гитлер не послушали его и были готовы идти вперед с «Желтым планом».

Но через несколько дней немецкий легкий самолет, летевший вдоль бельгийской границы, совершил аварийную посадку в Бельгии из-за отказа двигателя. Крыло самолета было оторвано веткой большого дерева. Несколько бельгийских солдат с близлежащего пограничного поста поспешили к месту крушения, чтобы спасти его.

Двое мужчин, находившихся в самолете, выжили. Они были одеты в гражданскую одежду, но на самом деле это были немецкие офицеры: пилот и 32-летний майор Гельмут Риенберг, ни один из которых не пострадал. Позже их отвезли в расположенный неподалеку штаб бельгийской армии. Там они попросили по телефону поговорить с военным атташе посольства Германии в Бельгии.

В комнате на посту была маленькая печка, и майор Рейнберг вскоре, казалось, задремал, когда двое бельгийских солдат в комнате начали спать. Вдруг майор Риенберг вскочил, быстро подбежал к огню, открыл рукой пылающую крышку и бросил туда кипу бумаг, которые он спрятал в карман шинели.

Как раз в этот момент в комнату вошел капитан Рох из Бельгии, намереваясь допросить двух немцев. Увидев это зрелище, он бросился к камину и потянулся вниз, чтобы достать рулон бумаги, который начал гореть, и его рука сильно обгорела.

Хотя листы бумаги обуглились от огня, бельгийская разведка собрала их воедино, и оказалось, что бумага начиналась словами «Приказ о немецких операциях», а под ним — «Немецкие войска на Западном фронте будут наступать между Северным морем и Мозелем…». «Были также такие слова, как «Голландская крепость», 7-я летная группа, танковый корпус и т.д. Бельгийские генералы не могли поверить своим глазам: им был представлен «желтый план» нападения Германии на Францию и Низкие страны (имеются в виду Голландия, Бельгия, Люксембург).

Был ли лист бумаги из Райнберга заговором, который сбил с толку союзников? Бельгийская разведка решила докопаться до истины. Когда генерал-майору Виринго наконец разрешили поговорить с Райнбергером наедине, бельгийцы подслушивали в соседней комнате. Бельгийцы слышали, как Райнбергер докладывал Виринго через установленную в зале электронную прослушку, что ему удалось сжечь «Желтый план», что принесло облегчение генерал-майору Виринго. Все это убедило бельгийцев в том, что план реален и не является ловушкой.

Немецкий Генеральный штаб предполагал, что «Желтый план» был раскрыт верховным командованием союзников, что больше невозможно осуществить план с эффектом «блицкрига», и что необходимо изменить попытку первоначальной кампании на Западном фронте.

В это время Гитлер вспомнил о Манштейне, который предлагал ему изменить план сражения.

Первоначальный «желтый план» предусматривал проход через центральную Бельгию на правом фланге фронта, затем поворот на юго-запад и направление главного удара в сторону Парижа, Манштейн изменил его на глубокое разделенное наступление из Арденн через Люксембург на Седан, затем на северо-запад и далее на Кале, чтобы отрезать северную группу британских и французских войск и вытеснить их к морю.

Как мы все знаем, план Манштейна имел беспрецедентный успех, и сотни тысяч союзных войск оказались в ловушке в Дюнкерке.

Янник не знал, была ли утечка «Желтого плана» преднамеренной разведывательной ловушкой, устроенной немцами, но он все равно поручил Рейнхарду устроить ловушку для британцев и французов.

Теперь англичане и французы действительно оказались в ловушке.

Арденны — стратегически важное место в Центральной Европе с древних времен — занимают площадь около 10 000 квадратных километров на юго-востоке Бельгии, севере Люксембурга и северо-востоке Франции. Он также известен как Арденнский лес из-за своей лесистой природы.

Местность Арденнского леса была труднопроходимой, но после того, как Манштейн проконсультировался с экспертом по танкам Гудерианом, он был уверен, что при отличных военных качествах и высокой мобильности немецкой армии массивное танковое скопление сможет без проблем пройти через Арденнский лес.

И французская сторона, конечно, знала, что Арденнский лес, скорее всего, станет прорывом для немцев. Даже во время французских учений в 1929 году командир бронетанкового подразделения провел войска через Арденнский лес за 60 часов. Но местность Арденнского леса совершенно не подходила для маневрирования крупных корпусов, и особенно для тогда еще сырых бронетанковых частей французской армии. В связи с этим пехотные дивизии и противотанковые орудия, первоначально запланированные для этого района, были сокращены до одной легкой пехотной дивизии, которая должна была служить в качестве патрульного охранения.

Французы еще до войны предполагали, что немцы могут напасть на Францию через Арденны, но это не привлекло внимания французов, и они предпочли разместить миллионы солдат на виртуальной обороне Мажино, а не размещать необходимые войска в Арденнах, отчасти потому, что Франция слишком полагалась на рельеф Арденн и недооценила механизированные возможности немцев, а отчасти потому, что если бы немцы не пошли через Арденны, то каждый размещенный там солдат был бы хорошим кандидатом для Арденн. каждый боец, размещенный там, был лишним. Именно из-за несобранности Франции немецкая армия пересекла Арденнский лес без какого-либо достойного сопротивления, и немецкая армия пересекла Арденнский лес чуть менее чем за 60 часов.

Чем более коварна местность, необходимо иметь армию для обороны, чтобы отразить ее эффект, иначе она будет и бесконечной без всякой разницы, Франция не потерялась в Арденнском лесу, не может быть коварной, но потерялась по собственной необъяснимой случайности.

В тот момент в Арденнском лесу, который французы считали долиной разломов, сотни немецких разведчиков осторожно пробирались вперед. Они пробирались через этот лес день и ночь, чтобы найти дорогу, по которой могли бы пройти танки.

«Срубите то дерево впереди!». — Сержант, возглавляющий один из отрядов, приказал, указывая на большое дерево впереди.

Обычные толстые деревья им были не нужны, танки могли просто пробить их насквозь, а вот с этими корявыми деревьями, которым было несколько десятков лет, нужно было разбираться вручную.

Подошел разведчик с бензопилой.

«Бз-з — бз-з!». — Шлейф черного дыма вырвался из бензопилы, когда быстро вращающиеся шестерни бензопилы сомкнулись на стволе дерева, полетели опилки. Они не знали, сколько деревьев они спилили по пути, как бы закрепляя свои навыки пиления, и в мгновение ока большое дерево, которое росло десятилетиями, медленно упало и тяжело ударилось о землю.

Остальные разведчики набросились на дерево, распилили его на несколько частей и оттащили в сторону.

«Продолжайте двигаться!».

Иногда им очень везло и попадались большие участки, которые не нужно было расчищать, участки, по которым танки могли просто проехать.

После еще почти трех дней ходьбы они наконец увидели впереди редеющий лес. Это означало, что они были почти на краю леса.

Несколько разведчиков осторожно пробирались вперед, пока не увидели вдалеке за лесом французский пост, и повернули назади: «Впереди нет больших деревьев, танки могут пройти насквозь».

«Превосходно! Отправьте быстрое сообщение главнокомандующему. Танковая часть может пройти через лес!».

…

В это время в штабе берлинского командования царила напряженная атмосфера.

Глаза фельдмаршала Рундштедта были немного красными, он не мог сомкнуть глаз в течение последних двух дней. Ведь это решающее сражение, и их противники была «первая держава Европы» Франция и первая морская держава Великобритания. Можно сказать, что эта битва определила будущее национальной судьбы Империи на тысячи лет.

Пока он беспокойно ходил взад и вперед, в комнату поспешно вошел штабной офицер: «Ваше превосходительство маршал, разведчики в Арденнском лесу прислали сообщение, что они обнаружили дорогу, по которой могут пройти танковые войска. Разведка также получила сообщение, что Франция перебросила все свои войска в Бельгию, не оставив даже резервов».

«Превосходно!». — Все в комнате не могли удержаться от ликования: найдя такую дорогу, этот план внезапной атаки можно сказать, что удался с большим отрывом. А главные французские силы, британские экспедиционные силы были размещены в неоспоримой Бельгии, и когда немецкие панцеры внезапно появились бы у них в тылу, они наверняка были бы дезориентированы.

Фельдмаршал Рундштедт не мог не вздохнуть с облегчением и не снять трубку телефона: «Ваше Высочество, дорога в Арденнский лес найдена. Теперь мы можем нанести удар в любое время».

«Это хорошо, я жду хороших новостей, после которых можно будет сразу же начинать».

В полдень того же дня министр иностранных дел Рейха Риббентроп выступил с речью под названием «Мир или война», в которой сурово осудил действия Великобритании и Франции как толкающие Европу в огонь войны. Он также предупредил, что у Великобритании и Франции есть шесть часов, чтобы отозвать объявление войны и вывести британские и французские войска в Ливии.

Англичане и французы, которые в это время уже попали в ловушку «Желтого плана» Янника, конечно же, не прислушались к немецкому предупреждению, ведь, в конце концов, согласно оперативным замыслам «Желтого плана», Германия была готова осуществить крупное внезапное нападение на Францию и ее союзников через Ливию. С другой стороны, речь Риббентропа стала доказательством подлинности «Желтого плана».

Янник хотел именно этого, ведь если бы британцы и французы послушно отозвали свое объявление войны, он остался бы без имени и без возможности продолжать войну.

Что касается хороших новостей, которых он ждал, то это была подводная лодка U-47, которая была тайно направлена в бухту Скапа.

Скапа — это полузамкнутая акватория на Оркнейских островах, самой северной части Шотландии, окруженная главным островом Хой и Южным Роналдсеем с группой мелких островов. Это хорошая естественная бухта длиной около 24 км, шириной 13 км и площадью 130 км2; это закрытая бухта с тремя судоходными путями в Атлантику и Северное море, и когда-то она была важной базой для Королевского флота. Во время Первой и Второй мировых войн Британия контролировала с его помощью Северное море. Со времен древних викингов Скапа была местом, посещаемым военными кораблями, и эта история продолжалась до тех пор, пока Королевский флот не закрыл гавань в 1956 году.

В Скапе произошло два известных инцидента. Первая — потопление основного флота, состоявшего из 51 линкора, крейсеров, крейсеров и эсминцев общим весом 400 000 тонн, в конце Первой мировой войны.

Второе — потепление линкора Royal Oak.

Скапа была сильно укреплена, и британцы разместили здесь большие силы для обороны. На береговых оборонительных сооружениях стояли сотни крупнокалиберных орудий, велся интенсивный зенитный огонь.

Две немецкие подводные лодки, пытавшиеся проникнуть в гавань во время Первой мировой войны, закончились трагедией. 23 ноября 1914 года подводная лодка U-18 села на мель в гавани, и весь ее экипаж был захвачен в плен. 28 октября 1918 года подводная лодка UB-116 была обнаружена подводными слушателями и впоследствии затонула, а весь ее экипаж погиб. Эти два инцидента заставили старших офицеров британского флота поверить, что любая попытка прорваться через Скапа никогда не увенчается успехом.

Денниц, напротив, не был убежден в этом, и на основе картографических фотографий высокого разрешения, сделанных немецкими разведывательными самолетами, он проанализировал, что хотя бухта Скапа была сильно ограждена противолодочными поплавками и затонувшими кораблями, в ней также были видны бреши. При правильном выборе времени, ночью, подводная лодка могла пробраться через брешь в спокойной воде и проскользнуть в гавань.

Это была очень опасная задача, но не невозможная.

Немецкая подводная лодка, которой командовал немецкий капитан Гюнтер Прин, тихо проскользнула в Скапу. Шесть торпед были последовательно выпущены по линкору Royal Oak.

Одна из трех торпед первой волны попала в носовую часть Royal Oak, причинив незначительные повреждения и не вызвав серьезных беспорядков на борту. Самое забавное, что разбуженные британские моряки не обратили на это особого внимания, они подумали, что это взрыв в кладовой, где хранился керосин, или в покрасочной камере. Ведь подобный необъяснимый взрыв произошел ранее на линкоре «Вэнгард» в Скапа-Флоу. Поэтому большинство моряков вернулись к себе и снова легли спать, даже не подозревая, что их атаковали с немецкой подводной лодки.

Вторая волна из трех торпед была выпущена снова, на этот раз все три попали в цель. Линкор Royal Oak, который взорвался с силой, затонул всего за несколько минут, унеся с собой 833 человека, включая контр-адмирала Генри Брагроува, командующего Вторым флотом. Контр-адмирал Генри Благроув. Спаслись только 386 человек, включая капитана Уильяма Беннета.

Британцы сначала думали, что внутри Royal Oak произошел случайный взрыв, но позже поняли, что его атаковала немецкая подводная лодка, к тому времени U-47 уже давно отправилась домой. Два дня спустя премьер-министр Черчилль официально объявил о потоплении Royal Oak, признав при этом, что тайная атака немецкой подводной лодки была смелой и профессиональной операцией.

Изначально Янник хотел нанести военно-морской базе в Скапа серьезный удар, копируя пример рейда на Перл-Харбор, но надводный флот ВМС не справился с задачей, поэтому ему пришлось положиться на подводные лодки. Хорошо, что он подготовился дважды, обсудив с Денницем возможность подлого нападения и специально тренируясь для этого еще несколько лет назад.

Но если быть точным, то это должна быть подготовка с трех сторон, если подводная атака провалится, он пошлет воздушные и наземные бомбардировщики для сильной атаки. Только в этом случае потери флота должны были быть не маленькими, а эффективность бомбардировок не всегда гарантировалась.

Наконец, всего неделю назад на U-47 Горта Приена было погружено секретное оружие. Подводная лодка Прина U-47 вышла из гавани Киля.

Они следовали тщательно спланированным курсом через Вильгельмсхафен в Северное море, где изменили курс на юг и погрузились под воду, чтобы избежать обнаружения их местоположения надводными кораблями. Днем они плавали под водой, а ночью всплывали на поверхность.

Было уже совсем темно, когда U-47, весь день находившаяся под водой по навигационным картам и расчетам, наконец всплыла и начала исправлять свой курс. Моряки подводной лодки также воспользовались возможностью подняться на палубу для короткого выхода. Рыбный, прохладный морской бриз бил в лицо, море было туманным, и шум волн поднимался и опускался.

Даже ночью Северная Атлантика все еще не была спокойной, подводная лодка качалась из стороны в сторону на волнах, в конце концов, это был военный корабль менее 1000 тонн, он не мог обладать мореходностью надводного военного корабля в тысячи тонн. По крайней мере, на этом этапе подводная лодка была просто кораблем, который погружался, а не кораблем, который потенциально мог быть погружен.

«Какой хороший день». — бормотал Прин, держа сигарету во рту и глядя на яркие звезды в небе. Они находились достаточно близко к Скапе, чтобы в последний раз всплыть на поверхность для отдыха во время этой миссии, а оставшуюся часть плавания провести под водой в опасных условиях.

Конечно, это также может быть последний раз, когда они всплывают в своей жизни.

Погладив свои жирные волосы, он отбросил неудачную мысль. За несколько дней непрерывного плавания он оброс бородой, а его волосы были довольно жирными, как будто из них можно было выдавить несколько капель масла, выкрутив их. Важно знать, что пресная вода особенно ценна на борту во время длительных плаваний, и краны были укомплектованы, а подводники, помимо питьевой воды, использовали чайную цистерну как единицу измерения для умывания каждый день, умывали лицо и чистили зубы все включено. Они часто использовали полотенце, смоченное в небольшом количестве воды, чтобы вытереть лицо после чистки зубов. Поэтому бритье, мытье волос, принятие ванны и так далее — это роскошь.

После короткого освобождения моряки по очереди забуривались обратно в подводную лодку, и Прин, как обычно, осмотрелся, чтобы убедиться в отсутствии проблем, прежде чем забуриться последним: «Погрузитесь на глубину 30 метров. 5 минут на отключение основного освещения».

Продолжая движение в течение более семи часов, подводная лодка, наконец, прибыла ко входу в канал Корк около часа ночи следующего дня: «Внимание всем! Каждую минуту, проведенную дальше, мы рискуем быть потопленными! Всем приготовиться к бою!».

Согласно собранным ранее разведданным, войти в бухту Скапа, используя маршрут через Коркский канал, было крайне сложно, а проникнуть в нее — практически невозможно. Для защиты от атак подводных лодок подводные воды пролива, ширина которого составляла менее километра, были густо покрыты множеством искусственных обломков и других подводных препятствий.

Однако из-за этого она была относительно неохраняемой, поэтому Денниц выбрал этот маршрут, по которому двигалась U-47.

«Чрезвычайная сложность». — были не просто словами, поскольку отсюда в Скапе шел сильный прилив. U-47 попала в приливную волну, из-за которой она казалась каноэ посреди течения, и U-47 приходилось не только бороться с течением, но и пытаться избежать столкновения с подводными препятствиями. Самым опасным было столкновение, когда они услышали, как днище корпуса подводной лодки столкнулось с кнехтом, уложенным на дно моря, что чуть не привело к посадке субмарины на мель, и если бы Прин не приказал вовремя опорожнить цистерны для экстренного всплытия, они бы погибли.

Они шли словно по острию ножа, и после нескольких моментов жизни и смерти они наконец вошли в Скапу.

«Храни Господь!». — Прин облегченно вздохнул и вытер пот, покрывавший его лицо.

«Возможно, это духи наших предков благословили нас». — Первый помощник, который держался за один из поручней и тяжело дышал, подхватил разговор.

Прион кивнул: «Пришло время отомстить за их смерть». — сказал он, подойдя к перископу и наблюдая за ситуацией снаружи.

«Ого!». — Прион не мог удержаться от вздоха. То, что он увидел, было невероятно большим флотом, хотя было слишком поздно ночью, чтобы точно разглядеть, что это были за военные корабли, но просто глядя на огромную фигуру этого одного военного корабля, он знал, что все они были по крайней мере 20-30 тысяч тонн класса.

Он тут же взволнованно приказал: «Приготовиться к действию!».

Он сказал «приготовиться к действиям», а не «приготовиться к запуску торпед», потому что на этот раз готовилась к применению не подводная торпеда, а секретное оружие — «торпеда, управляемая человеком».

Если говорить о «человекоуправляемых торпедах», то самой известной является человекоуправляемая торпеда «Кайтен» Японии.

Эта пилотируемая торпеда «Кайтен» была переделана из кислородной торпеды Тип 93, имела диаметр один метр и могла нести экипаж из одного человека внутри торпеды, который управлялся с помощью небольшого перископа для подтверждения позиции вражеского корабля. Взрывной заряд «Кайтена» составлял 1,36 тонны, что в три раза больше, чем у обычной торпеды.

В ноябре 44 года первая партия «Кайтен» была доставлена подводными лодками-матками в зону боевых действий, готовая атаковать американский флот, но противолодочные силы США были настолько сильны, что торпедные лодки-матки были подбиты и погибли, не успев выпустить «Кайтен», лишь несколько из них устремились к американским кораблям. Но под сильным огнем американских кораблей на якоре был потоплен только один американский нефтяной танкер.

Менее известно, что итальянцы первыми разработали пилотируемые торпеды, и что они были использованы в конце Первой мировой войны для подрыва австро-венгерского флагманского корабля USS United Force, но это ничего не значило для Австро-Венгерской империи, которая капитулировала три дня спустя.

Итальянцы были весьма настойчивы и продолжали работать над своими пилотируемыми торпедами; в 35-м году они разработали проект более крупной пилотируемой торпеды под названием «Медленная торпеда», более известной как «Maiale» (Свинья). Это было связано с тем, что он был похож на плавающую свинью и им было легко управлять. Два члена экипажа могут разместиться на теле свиньи. «Свинья» оснащалась электромотором мощностью 1,1 л.с., а 30 60-вольтовых батарей были установлены между двумя членами экипажа и сзади, что позволяло проехать 4 мили со скоростью 4,5 узла и 15 миль со скоростью 2,3 узла.

Немецкие инженеры улучшили эту торпеду, сделав полную длину корпуса на 0,5 м больше, чем у оригинала, до 7,8 м; оригинал имел тактическую бомбовую головку длиной 1,8 м, нагруженную 300 кг, а немецкая версия была улучшена до тактической бомбовой головки длиной 2 м весом 350 кг; емкость батареи также была значительно улучшена.

На этот раз они привезли четыре таких минных тела, или, правильнее сказать, пропеллера. Эти четыре движителя были закреплены на корпусах с обеих сторон подводной лодки, и впоследствии они должны были выбраться из подводной лодки, сначала отсоединить эти четыре движителя, затем закрепить на движителях головку тактической бомбы, выталкиваемой из торпедного порта, затем подойти к вражескому кораблю, снять и закрепить головку тактической бомбы на днище корабля, установить таймер взрыва и, наконец, отступить с оставшимися включенными движителями.

Люди на лодке прошли целых шесть месяцев тщательной подготовки для этой секретной операции, и теперь даже повар лодки умело управлял этими движителями.

«Начинайте операцию!». — Прин отдал приказ двигаться, схватил давно приготовленный водолазный костюм и начал переодеваться в него.

Несколько обеспокоенный первый офицер сбоку отговорил его: «Капитан, будет лучше, если я пойду первым. Если произойдет несчастный случай, это тоже требует вашего командования».

Прин похлопал его по плечу: «Ты сам сказал, что духи наших предков благословили нас, какие могут быть проблемы?». — Затем он серьезно добавил: «Но на всякий случай, приготовь взрывчатку. На этот раз мы везем столько современного оборудования, что это не должно попасть в руки британцев».

«Да!». — Первый помощник кивнул и повел нескольких человек загружать взрывчатку в торпедный отсек, а также в энергетическое отделение и другие места.

Команда первого действия переоделась в водолазные костюмы, и подводная лодка медленно поднялась к выходному люку, открыв поверхность воды. Хотя они могли вылезти из торпедных аппаратов, они несли не только кислородное оборудование, но и громоздкие приборы ночного видения. Для удобства им пришлось входить и выходить через выходной люк. Никто не обнаружит их подводную лодку в темноте, если только среди ночи сюда не заглянет прожектор.

«Поехали!». — Группа из двенадцати человек вышла из выходного люка подводной лодки и прыгнула в воду. Войдя в воду, Прин не мог не вздрогнуть: несмотря на то, что было лето, ночью вода все еще была немного ледяной.

Двенадцать человек разделились на четыре группы и поплыли к бортам подводной лодки. Достав с пояса гаечный ключ, Прин нащупал гайку, удерживающую пропеллер на месте, и начал его разбирать.

Хотя немецкие инженеры максимально упростили процесс демонтажа, каждый движитель по-прежнему удерживался на месте более чем тридцатью гайками, и для его разборки все равно требовались определенные усилия. Хорошо было то, что каждой команде из трех человек приходилось заботиться всего о десяти орехах.

Сняв движители, они переместили их в переднюю часть торпедного порта подводной лодки. К этому времени моряки внутри лодки уже наполовину высунули головку тактической бомбы из торпедного порта.

Этот шаг тоже был непростым. Чтобы запустить обычную торпеду, ее нужно было «выстрелить» воздухом под высоким давлением; эта головная часть тактической бомбы не была торпедой, поэтому моряки должны были забраться в трубу с боеголовкой, закрыть заднюю крышку и заполнить ее морской водой, затем открыть переднюю крышку, и моряки в трубе медленно выталкивали боеголовку из трубы.

Прину и остальным потребовалось немало усилий, чтобы закрепить боеголовки перед пропеллерами. К счастью, эти боеголовки поставлялись с устройствами плавучести, иначе им пришлось бы опуститься на дно вместе с ней.

Сделав несколько вдохов, Прин сел на переднее сиденье движителя, управляя его скоростью, направлением и подъемом; другой моряк сел сзади; затем четыре команды направились к своим целям.

Максимальная скорость этого движителя могла поддерживаться только на уровне 3 узлов. Если скорость слишком высока, это не только влияет на дальность полета, но и может выбить маневрирующего из колеи. При движении в нормальных условиях маневрирующий экипаж мог практически не высовывать подбородки из воды. Если бы они столкнулись с патрулирующим кораблем, им пришлось бы погрузиться под воду, чтобы сориентироваться.

Когда движители, которыми управлял Прин, оказались на расстоянии более 50 метров от линкора-цели, он открыл клапан затопления и начал медленное погружение.

Вскоре их головы тоже погрузились в воду. Увидев, что светящийся в темноте глубиномер на циферблате рулевого колеса показывает уже 15 метров, он закрыл заливной клапан и двинулся вперед.

Темнота становилась все глубже, и хотя приборы ночного видения, которые они носили, были хорошо защищены от воды и могли использоваться под водой, в конце концов, они не были таким высокотехнологичным передовым оборудованием, как в более поздние времена, а поскольку плотность морской воды намного больше, чем плотность воздуха, эффект от приборов ночного видения можно было описать только как лучше, чем ничего.

Пройдя еще некоторое расстояние, матрос на заднем сиденье постучал его по плечу, и он понял, что находится под кораблем-целью, поэтому он выключил двигатель, открыл сливной клапан и позволил движителям медленно подниматься.

Во время этого процесса он должен был быть очень осторожен: на дне лодки были прикреплены всевозможные предметы, которые могли порвать гидрокостюм и привести к просачиванию морской воды, если бы он не был осторожен. Они много раз сталкивались с подобной ситуацией во время обучения, и в этот момент были еще более беспечны.

Вскоре после того, как он дважды постучал по плечу, матросы позади него нашли киль.

Киль — это продольный элемент, соединяющий бушприт и кормовой шприт в центре основания корпуса, его основная функция — выдерживать вес и продольный изгибающий момент корпуса для обеспечения прочности конструкции судна. Поэтому после серьезного повреждения киля корабль либо сразу разломится на две части, либо погибнет, либо получит повреждения, и даже если его захотят отремонтировать, это будет невозможно сделать в течение полутора лет.

Моряк закрепил киль специальным зажимом и протянул веревку, чтобы закрепить второй зажим; затем двое мужчин совместными усилиями обмотали веревку вокруг крюка боеголовки, отделив ее от винта.

С потерей этого веса движитель бесконтрольно всплыл вверх, и Прин потребовалось поспешно открутить заливной клапан, чтобы предотвратить столкновение движителя с днищем корабля.

Они переключили таймерный взрыватель на боеголовке на шесть часов позже, когда боеголовка, начиненная 450 килограммами взрывчатки, с грохотом взорвалась, уничтожив морской колосс над головой. Тиканье часов взрывателя звучало секунда за секундой, когда матрос забрался обратно на заднее сиденье движителя, а Прин запустил мотор и выплыл из-под большого корабля, медленно поднимаясь обратно к субмарине.

На вершине подводной лодки находился мигающий инфракрасный маяк, поэтому они легко определили ее местоположение. Поскольку он был инфракрасным, он также не был заметен, только тем из них, у кого были очки ночного видения.

Первый офицер уже ждал там со второй оперативной группой: «Капитан, вы в порядке?».

Несмотря на усталость, Прин улыбался от волнения: «Все в порядке, пошевеливайтесь, у нас мало времени».

Только когда вторая оперативная группа была уже далеко, Прин вернулся в свою каюту, первым делом он снял мокрый гидрокостюм, обернул вокруг себя одеяло и сделал несколько глотков горячего кофе.

Затем он проверил время — было три минуты двадцать семь.

Они прибыли ко входу в канал Какок в 1:05 утра; потратили почти час на пересечение канала и вошли в Скапу в 2:03; сняли движители, загрузили боеголовки, отправились делать большой подарок вражескому кораблю и вернулись обратно, на все это ушло еще около часа. Хотя, начиная со второй партии, демонтаж движителей уже не требовался, и они могли сразу загружать бомбы и уходить; но до рассвета они могли отправить максимум еще одну волну, после чего им пришлось бы воспользоваться предрассветной темнотой для отхода.

Но три волны — это довольно много, и если между ними не будет никаких сюрпризов, то они смогут собрать целых 12 больших линкоров; даже если они будут по 10 000 тонн каждый, то это будет 120 000 тонн; это будет самый большой тоннаж, потопленный одним кораблем в одной линии на сегодняшний день!

Они сотворят невиданное доселе чудо!

В более поздние времена основными военно-морскими базами Великобритании были база Портсмут, база Плимут и военно-морская база Фаслейн, на самой известной из которых, базе Портсмут, находилось шестьдесят процентов надводных кораблей Великобритании.

Но самым крупным британским военно-морским портом до Второй мировой войны была военно-морская база в Скапа на Оркни, которая также была якорной стоянкой главного флота Королевских ВМС на Британских островах. В порту было пришвартовано более 10 крупных военных кораблей, включая авианосцы, линкоры и крейсеры.

На карте видно, что немецкий флот, желая выйти вперед из Атлантики, шел либо через Ла-Манш, либо через Северное море. В военное время проход через Ла-Манш был невозможен, поэтому можно было пройти только через Северное море.

Таким образом, битва за Северное море была доминирующей военно-морской стратегией эпохи как для Германии, так и для Великобритании. Британская военно-морская база в Скапа-Бей была горой с пятью пальцами над головой немецкого флота.

Германия, чья военно-морская мощь была слабой в первоначальную эпоху, решила бросить все силы и провести сверхсекретное тайное нападение на британский флот, обладавший величайшей в мире военно-морской мощью.

Однако частые немецкие разведки заставляли британские войска быть в состоянии повышенной боевой готовности. Чтобы предотвратить несчастные случаи, британцы приказали большинству военных кораблей, находившихся в гавани, переместиться. Когда U-47 вошла в Скапу, она с удивлением обнаружила, что большая гавань почти пуста, на якоре стояли только один линкор и один гидросамолет.

И атака была проведена на несколько месяцев раньше запланированного срока, до того, как британцы успели перебросить линкоры в гавань. Десятки линкоров были просто спокойно пришвартованы.

В 04:50 третья волна оперативников вернулась в полном составе.

Прин с волнением отдал приказ возвращаться: «Это наш триумф! Братья, мы герои Империи!».

«Триумф!». — Все повысили голос и закричали, их лица были наполнены волнением.

Подводная лодка медленно развернулась и направилась в ту сторону, откуда они пришли.

Когда они отплыли из Коркского пролива, было уже за шесть утра.

Раннее утреннее солнце освещало военно-морскую базу Скапы. Когда прозвучал сигнал побудки, моряки на борту различных линкоров встали, сделали утреннюю зарядку, умылись и приступили к обеду, как и полагается; атмосфера была оживленной и насыщенной.

«Прошло несколько дней, и мне до смерти все надоело». — В столовой одного из военных кораблей матрос жаловался, поедая свой завтрак. Хотя корабли причалили, этим морякам не разрешили сойти на берег, и они оставались на борту в течение последних нескольких дней. Поэтому было не так много людей, подобных ему, которые были полны жалоб.

«Это не из-за этих фрицев. Я слышал, что в последнее время военные корабли фрицев совершают глупые перемещения, и высшее руководство хочет найти возможность уничтожить их сразу. Так что нам придется оставаться в режиме ожидания».

Другой солдат фыркнул: «Этим идиотам нечем заняться, кроме как сражаться в своих собственных битвах, зачем нам вмешиваться». — Говоря «идиоты», он явно имел в виду не немцев, а высокопоставленных и могущественных политиков Британской империи: «Они настолько высоки и могущественны, что позволяют нам, солдатам, умирать в бою. Я думаю, что немецкий кронпринц прав, эти парни не могут дождаться начала войны, чтобы…».

Не успели слова покинуть его рот, как сидящий рядом солдат поспешно ткнул его локтем: «Заткнись, если ты позволишь лейтенанту Джону услышать это, ты будешь арестован».

Солдат, который только что говорил, презрительно скривился: «Он думает, что только его семья там погибла? Мой отец тоже пал на берегах Соммы, во время Первой мировой». — На самом деле он знал, что лейтенанту Джону было гораздо хуже, чем ему; в Ютландском сражении покойные дед, отец и дядя лейтенанта Джона имели несчастье быть потопленными немцами на одном линкоре, поэтому лейтенант Джон питал к немцам болезненную ненависть: «Я задавался вопросом: он так ненавидел немцев, но почему он не обвинил Бетти?».

В январе 1916 года адмирал Шеер, ставший командующим немецким океанским флотом, решил нанести упреждающий удар, чтобы бросить вызов британскому морскому превосходству. Он приказал адмиралу Хипперу вести пять боевых крейсеров, пять легких крейсеров и 30 эсминцев в боевой флот в качестве приманки, чтобы выманить британский флот из порта для преследования.

Главные силы Океанского флота, возглавляемые самим Шеером, были спрятаны в 50 морских милях позади финтового флота, готовые собрать и уничтожить заглотившего наживку врага.

Британский флот уже расшифровал немецкий телеграфный код и имел точные сведения о передвижениях немцев. Адмирал Джеллико, командующий главным британским флотом, разработал план борьбы с немецким флотом: 4 линкора, 6 крейсеров, 14 легких крейсеров и 27 эсминцев под командованием вице-адмирала Бетти в качестве передового флота должны были преследовать приближающийся флот Хиппера и ждать, пока немецкий океанский флот под командованием Шеера подойдет и уничтожит их. Немецкий океанский флот подошел к месту осады, симулируя поражение и завлекая противника.

Главный флот, возглавляемый самим Джеллико, последовал за ним и образовал замкнутый круг вокруг немецкого океанского флота, чтобы уничтожить его.

В 14:00 31 мая британский передовой флот под командованием Битти достиг моря, где он должен был соединиться с основным флотом. Однако в это время один из легких крейсеров флота Бетти, «Гатира», заметил легкий крейсер «Элпин» флота Хиппера. Почти в то же время «Элпин» заметил и другой корабль. Оба флота одновременно объявили боевую тревогу, палубы были заняты, а орудия вели огонь друг по другу. Два встретившихся авангардных флота имели соотношение 10 к 5, причем британцы имели подавляющее преимущество. Учитывая несоразмерность сил, немецкий флот не решился вступить в бой, и «Хиппер» повернул на юго-восток к основной части Океанского флота в соответствии с заранее разработанным планом.

Видя, что жирное мясо вот-вот ускользнет, Бетти уже давно выбросил намеченную миссию из окна. Он не стал ни проверять дальнейшую ситуацию с противником в окрестных водах, ни вовремя докладывать Джеллико, а отдал поспешный приказ: «Скорректировать курс и преследовать на полной скорости!».

Поскольку они были так далеко друг от друга, четыре линкора «Бетти» не смогли определить флаг флагмана. К тому времени, когда они получили приказ, мощные, но более медленные линкоры отстали от крейсеров на 10 миль.

Отчаянно желая сражаться, Битти не мог думать дальше и повел шесть боевых крейсеров в погоню за врагом.

Эта «роковая ошибка», как назвали ее британские историки после войны, привела к тому, что британский флот понес огромные потери.

Поскольку немецкие корабли использовали передовую унифицированную систему управления направленным огнем, меткость орудий была намного выше, чем у британских кораблей, и мощность немецких бронебойных пуль также была лучше, чем у британских, хотя соотношение сил было 6:5, но британцы не имели преимущества.

Всего через несколько минут беглого боя 2 британских крейсера были потоплены и 1 ранен.

27 000-тонный корабль Queen Mary разломился на две части и быстро затонул, оставив в живых только девять из 1 275 членов экипажа.

К сожалению, родственники лейтенанта Джона служили на корабле «Queen Mary».

«Как они могут повышать его до маршала после того, как погибло столько солдат? Я думаю, что он простой трус и подлец».

Внезапно раздался громкий удар, и прежде чем британский моряк успел закончить свою жалобу, раздался взрыв, который почти разорвал его барабанные перепонки. Он почувствовал, как пол под ним покачнулся, и не успел найти, за что ухватиться, как неустойчиво упал на землю.

«Что происходит?!». — В таком же беспорядке, как и он, были не один и не два человека, и толпа в ужасе оглянулась, увидев, что посуда на столе медленно сползает в сторону.

Все потеряли дар речи от шока, корабль накренился?!

«Вражеская атака!». — Непонятно, кто это был, но раздался резкий крик.

«Вражеская атака!». — От того, кто был в панике, раздался горестный крик.

Вражеская атака?!

Откуда взялся враг?

В небе? На море?

Но почему не было сирен?!

Прежде чем толпа успела отреагировать, стальное чудовище издало серию зубодробительных, болезненных, нарочитых криков.

«Беги!». — Хотя они лично не сталкивались с потоплением линкора, все были не дураки, и это был явно нехороший знак.

Толпа бросилась к двери, но не успели они сделать и нескольких шагов, как огромный корабль сильно содрогнулся, заставив волну матросов, не успевших сделать больше нескольких шагов, упасть на пол. Все в столовой, что могло двигаться, трещало и разбивалось о них.

Слышались всевозможные проклятия, крики и осторожные молитвы, и никто не обратил внимания на еще один взрыв снаружи; все, чего они хотели, это выбраться отсюда, иначе стальное чудовище превратится в стальной гроб и заточит их тут навечно.

Но прежде чем они смогли встать на ноги, корабль накренился с невероятной скоростью; вскоре пол столовой перевернулся и превратился в потолок.

Упавшие моряки в ужасе смотрели, как бушующие воды бешено заливают различные люки, и испускали отчаянный крик страдания.

«О Боже!».

«Помогите!».

«Я не хочу умирать!».

Пока несчастные моряки беспомощно барахтались в холодной воде, командир военно-морской базы в Скапа, Эврит Джонс Хебрю, уже давно потерял сознание.

До этого еврейский командир наслаждался вкусным завтраком в своей комнате, когда раздался первый взрыв.

Он нахмурился, увидев внезапный взрыв, который раздался со стороны порта. Как раз когда он собирался попросить своего адъютанта пойти в порт и спросить, что происходит, адъютант с паническим видом вскочил и закричал: «Сэр командир, Royal Oak взорвался!».

Первым взорвался несчастный линкор Royal Oak, который все-таки не избежал своей участи.

«Что происходит?!». — Командир Хебрю был ошеломлен и рывком поднялся на ноги: «Это вражеская атака?!».

Почему не прозвучали сирены, если это было вражеское нападение?

Адъютант в панике покачал головой: «Я так не думаю, на сторожевом посту врагов не замечено».

«Черт! Подготовьте мою машину и идём в порт».

Машина, в которой ехал коммандер Хебрю, только успела проехать половину пути до порта, когда со стороны порта раздался еще один громкий взрыв.

«!!!». — Неприятное предчувствие тщетно поднималось из его сознания: «Опять взрыв?!».

Адъютант в недоумении покачал головой, и стал торопить водителя: «Быстрее! Быстрее!».

Водитель нажал на педаль газа и помчался через весь порт.

Вскоре машина подъехала к входу в командную башню порта, и командир не мог ждать, пока адъютант откроет ему дверь, поэтому он поспешно вышел из машины и побежал в командную башню к окну, из которого открывался вид на весь порт.

«Господи!». — При одном взгляде командир Хебрю чуть не упал в обморок. На месте, где был пришвартован Royal Oak, остался только перевернутый гребной винт, а весь корабль погрузился в воду. Накренился и пришвартованный рядом с ним линкор «Айрон Дюк».

«Что, что, черт возьми, здесь происходит?!». — Два несчастных случая подряд?! Это слишком подозрительно, верно?

«Бум! Бум!». — Как раз в этот момент раздались два огромных взрыва, и все увидели, как линкор «Нельсон» и авианосец «Стоглазый гигант» были подняты вверх из-под воды силой взрывов, и невооруженным глазом было видно, как палуба авианосца «Стоглазый гигант» оторвалась от середины. Не лучше обстояло дело и с линкором «Нельсон», который сильно пострадал.

При виде этого у командира Хебрю ослабли ноги, и он почти упал на землю: «Враг, враг атакует! Поднимите тревогу немедленно! Ищите подводную лодку, и приготовьте эсминец! Быстрее!». — Он не зря был командиром и считался опытным, первое, что он подумал, что атака идет из-под воды и что единственное, что может начать атаку под водой — это подводная лодка. Сразу же он приказал эсминцу, возглавляющему патруль, найти подводную лодку.

«Черт, как этот ублюдок пробрался сюда?». — Командир бормотал сквозь стиснутые зубы, прислушиваясь к резкому вою сирен, раздающемуся над базой. Он был уверен, что бухта Скарпа сильно охраняется, так как же, черт возьми, этот парень пробрался внутрь?

В любом случае, его военная карьера подошла к концу, и после этого ему пришлось бы уйти в отставку без военного трибунала. Теперь он просто надеялся предотвратить как можно больший ущерб.

Эсминцы, получившие приказ, начали поиск погруженной субмарины.

Бум!

Всего через две минуты раздался пятый взрыв.

«О Боже! Это авианосец Арк Ройал!».

Командир Хебрю уже выходил из себя: «Что они делают, скорее топите подводную лодку!».

Капитаны эсминцев были чертовски подавлены, почему они не могли найти этих подлых ублюдков?!

Но сколько бы они не использовали свои гидролокаторы, никакого движения не было. Столкнувшись с истеричными уговорами и выговорами командира Хебрю, они могли только приказать своим людям начать сбрасывать глубинные бомбы, и они понятия не имели, во что они могут попасть, даже если это отпугнет вражескую подводную лодку.

Глубоководные бомбы были традиционным и эффективным обычным противолодочным оружием. До конца Второй мировой войны глубинная бомба ASW была преобладающим средством ASW, опережая мины, авиабомбы и морские орудия в рекорде ASW войны.

200-фунтовый глубинный заряд, обычно содержащий около 150 фунтов взрывчатого вещества, эквивалентен лишь снаряду среднего калибра, но при взрыве в морской воде он может вызвать довольно мощный удар; он может повредить корпус подводной лодки в радиусе 30 метров, а если точка взрыва находится менее чем в 10 метрах от подводной лодки, то, скорее всего, нанесет ей разрушительный ущерб.

Бум! Бум! Бум!

Один за другим британские моряки бросали глубинные бомбы в ледяную воду, а затем наблюдали, как столб белой воды поднимается на поверхность с одним громким глухим стуком за другим. Эта атака продолжалась около четверти часа, море вздымалось волнами, похожими на кипящий котел, из воды непрерывно вырывался поток черной грязи и песка, но не черной жижи, которая появляется при повреждении подводной лодки.

«Сбежал?». — Командир Хебрю прикрыл свою немного побаливающую грудь, и пробормотал тихо голосом, как бы успокаивая себя: «Разрушитель формации один продолжает поиск, остальные формации поспешите спасти остальных!».

Бум!

Еще один взрыв, и на этот раз под удар попал линкор «Престиж».

Смотря на это, еврейский командир почувствовал лишь резкий толчок в сердце, его глаза потемнели, и он упал в обморок.

Лондон, Англия.

В то время как линкоры в Скапе тонули один за другим, в офисе государственного секретаря по военно-морским делам Королевского флота в Лондоне государственный секретарь по военно-морским делам Черчилль и другие морские офицеры обсуждали планы сражений по уничтожению немецкого флота.

Немецкий флот, некогда разбитый и презираемый ими, двигался к созданию великого океанского флота, их линкоры, авианосцы, один за другим, строились; это заставило насторожиться даже Британскую империю.

«Я знал, что не должен был давать им ни единого шанса». — Недовольный Черчилль, с большим животом и сигарой во рту, зло пробормотал.

Черчилль всегда выступал против компромисса с Германией, и он неоднократно говорил о необходимости достичь взаимопонимания с Советским Союзом, чтобы приостановить немецкую экспансию.

На следующий день после прибытия Чемберлена в Мюнхен Черчилль устроил обед в лондонском отеле «Савой» с рядом видных британских политиков, включая лидеров оппозиции Эйрдри и Синклера, а также видных тори, таких как Эйдан и Ллойд. Черчилль убедил их немедленно отправить совместную телеграмму Чемберлену с просьбой не подрывать независимость и безопасность Чехословакии. Но один за другим его собеседники говорили, что не могут подписать контракт, и, по словам дочери Асквита Бемкат, которая присутствовала на обеде, описала, как «глаза Черчилля наполнились слезами», когда партия ушла, так ничего и не решив.

И вот теперь сильная Германия снова обнажила свои свирепые клыки и вторглась в Польшу, даже несмотря на войну, объявленную Великобританией и Францией.

Результат был ошеломляющим, поскольку Польша, самопровозглашенная «военная держава № 1 в Восточной Европе», не смогла продержаться даже 20 дней и была легко вытеснена Германией. Президент и маршал были взяты в плен и помещены в лагерь для военнопленных вместе со всеми своими людьми для послевоенного суда.

До конца польской кампании большинство британской иерархии все еще сохраняло проблеск надежды, ожидая, что Германия продолжит свое смертоносное продвижение на восток к Советскому Союзу; но разведданные, полученные не так давно, показали, что Германия готова начать войну на Западном фронте. Только тогда до всех дошло, что Германия не намерена продвигаться на восток, она собирается умереть против Британии и Франции. Сразу же после этого Великобритания отправила во Францию огромный транспортный флот для перевозки экспедиционных сил, планируя разместить на фронте 300 000 британских солдат.

«Какая глупость!». — Черчилль всегда считал, что войну можно было легко остановить в самом начале, но эти парни перевооружились благодаря «неразумию, параличу и благим намерениям» британского народа: «Мы должны как можно скорее найти возможность сразиться с немцами на море и использовать наши превосходящие силы, чтобы одним махом разгромить недавно сформированный немецкий флот открытого моря».

Командующий Средиземноморским флотом Сэр Бонд слабо улыбнулся: «Уинстон, не волнуйся слишком сильно. В конце концов, немецкий флот только вырос за последние несколько лет, и он не идет ни в какое сравнение со столетним флотом Британской империи. Вы также видели, что у них просто не хватает мужества сражаться с нами, разве они не бежали назад с поджатыми хвостами в последние два раза? Даже если мы не сможем уничтожить их флот, мы сможем заманить Германию в ловушку на европейском континенте, как мы это сделали во время последней большой войны, блокировав немецкие воды». — Тогда Британская империя, опираясь на свое абсолютное превосходство в ресурсах, могла бы потягаться со встречным соперником — Германией.

Черчилль неодобрительно покачал головой, и хотя он знал, что слова сэра Бонда не лишены оснований, в его сознании постоянно присутствовало смутное беспокойство, что германский флот представляет собой скрытую опасность, которую нельзя недооценивать: «Что если мы развернем флот между Данией и Балтийским морем, чтобы заманить немецкий флот в бой, и развернем еще два флота поддержки, чтобы окружить их одним махом».

Сэр Бонд кивнул: «Это можно рассмотреть, но сначала мы должны отправить несколько ящиков водки немецкому флоту, может быть, водка подбодрит их, и они побегут сражаться с нами, иначе они как обычно побегут увидев наш флот».

Публика в зале разразилась хохотом.

«Дзинь! Дзинь!». — В этот момент телефон на столе Черчилля неожиданно зазвонил, показавшись немного пронзительным.

Внезапная вспышка необъяснимого беспокойства промелькнула в сознании Черчилля, и он поспешно схватил трубку.

«Сэр Черчилль! Все кончено!». — С другого конца линии доносились бессвязные крики.

Черчилль не мог не нахмуриться: «Кто ты? Что значит, все кончено?!».

Но собеседник не слушал его и повторял фразу снова и снова, словно был в каком-то трансе.

Выслушав две фразы, Черчилль просто повесил трубку: «Что за безумец?».

Сэр Бонд с любопытством спросил: «Что пошло не так? Что случилось?».

Черчилль также был озадачен: «Интересно, какой сумасшедший позвонил не по тому номеру?». — Но ему все равно было немного не по себе; в конце концов, не мог же сумасшедший позвонить по этому номеру и точно назвать его имя.

Как раз в тот момент, когда он собирался попросить своего секретаря выяснить, откуда только что поступил звонок, телефон зазвонил снова.

Черчилль снова поднял трубку. На этот раз на другом конце был другой человек, и хотя он звучал так же невероятно взволнованно, он, по крайней мере, смог разобрать его слова: «Сэр Черчилль, это военно-морская база Скапа-Бей, и здесь… она атакована!».

«Нападение? Где Джонс? Дайте ему трубку!».

«!!!». — Люди в комнате не могли не смотреть друг на друга, Скапа-Бей подверглась нападению? Единственным врагом, который мог их атаковать, был немецкий флот, но как это было возможно? Немецкий флот вернулся в порт всего за несколько дней до этого, он не мог выйти так скоро, да и время не сходилось.

С другой стороны раздался ответный крик: «У командира Хебрю случился сердечный приступ, и он только что умер! Я полковник Джошуа, офицер штаба. Человек, который только что звонил вам, был адъютантом командующего, но похоже, что он не в очень хорошем расположении духа».

«Что?!». — Черчилль рывком поднялся на ноги. Если командир умер от сердечного приступа, ущерб должен был быть ужасным: «Полковник Джошуа, это был вражеский военный корабль?! Или самолет?!»

Полковник Джошуа на мгновение замешкался, прежде чем ответить: «Пока что мы не нашли никаких признаков врага; командир Хебрю заключил, что это была атака подводной лодки, но мы заблокировали все входы и выходы и взорвали всю гавань глубинными бомбами, и не нашли ни одного вражеского корабля».

Черчилль также был в недоумении, узнав о происходящем. Могут ли немецкие подводные лодки раствориться в воздухе? «А как насчет ущерба?»

Полковник Джошуа вздрогнул всем телом: «Все линкоры и авианосцы были подбиты. Royal Oak, Iron Duke, Nelson и Hundred-Eyed Giant были полностью потоплены; Ark Royal, линкор Prestige и Rodney вот-вот перевернутся; остальные тоже сильно пострадали…».

«…». — Черчилль больше не мог слушать, его тучное тело обмякло в кресле, глаза безучастно смотрели на толпу перед ним.

«Уинстон?». — Толпа, видя реакцию Черчилля, уже догадалась, что ситуация нехорошая. Сэр Дадли Бонд поднял упавший на стол микрофон: «Это Дадли Бонд, каковы потери?».- Прослушав несколько слов, он почувствовал лишь прилив тепла к голове, а затем потерял сознание, даже не услышав криков тревоги из толпы позади него.

Толпа бросилась ему на помощь, но обнаружила, что он полностью потерял сознание, его промежность еще больше промокла насквозь, а воздух медленно пропитывался неприятным запахом.

«Боже! Доктор! Вызовите врача!». — Толпа тревожно закричала, и через некоторое время прибежали два врача и, осмотрев его, с сожалением сообщили толпе, что сэр Бонд безнадежен.

Сэр Бонд был не в лучшем состоянии здоровья, и в первое время он не смог дожить до конца войны, уйдя в отставку в сентябре 43-го по состоянию здоровья и скончавшись в октябре.

«Ваше Высочество, телеграмма от U-47, они уже на обратном пути». — Как раз в тот момент, когда в офисе британского военно-морского министра царил беспорядок, Денниц пришел доложить Яннику: «Они установили в общей сложности двенадцать боеголовок».

«Это замечательно». — Двенадцать боеголовок, даже если только половина из них взорвала линкоры, это было неплохим достижением. Янник немедленно набрал номер отдела пропаганды: «Доктор Геббельс, немедленно подойдите сюда».

Положив трубку, Янник небрежно спросил: «Генерал Денниц, как вы думаете, какую медаль следует вручить Прину?».

Дуниц скорчил гримасу: «Он был награжден только Железным крестом 2-го класса, а по правилам он может быть удостоен рыцарского звания только в том случае, если он награжден Железным крестом 1-го класса. Но мне не кажется уместным, если будет вручаться только Железный крест I класса».

Железный крест второго класса был самым многочисленным и самым низким по рангу Железным крестом, выдававшимся немецкой армией во время Второй мировой войны; им обычно награждались солдаты, достигшие одного военного стажа. В течение всей Второй мировой войны Германия наградила почти 4 миллиона Железных крестов второго класса, и даже 12-летние дети были награждены вторым классом. Это показывает, насколько широко был распространен Железный крест в конце войны.

Железный крест I вручался за три-пять актов галантности на поле боя. Награда сопровождалась Почетной грамотой, в которой указывалось звание медали, фамилия награжденного, его звание, подразделение, дата награждения и подпись командира дивизии.

По оценкам, во время Второй мировой войны было вручено около 300 000 Железных крестов I класса (эта цифра полностью соответствует действительности). Солдаты должны были рисковать своей жизнью, а также отличиться в боевых действиях, прежде чем они могли быть награждены; то есть, получатели медалей, по сути, обменивали свои драгоценные жизни на эти почести. Что еще более важно, с Железным крестом первого класса солдат имеет право на другие важные награды, такие как Рыцарский крест.

Рыцарский крест был учрежден самим Гитлером, вероятно, потому, что он был расстроен тем, что не мог получить более высокие достижения, поскольку был только солдатом в Первой мировой войне. Было установлено, что право на получение Рыцарского креста имеют как офицеры, так и солдаты.

Получить Рыцарский крест было большой честью, за всю Вторую мировую войну было выдано всего 7000 орденов (Германия мобилизовала 17 миллионов военнослужащих в разгар Второй мировой войны), так что если вы получали его, это означало, что вы принадлежите к элите империи. В тоже время можно завоевать социальное уважение. Согласно соответствующим правилам немецкой армии во время Второй мировой войны, Рыцарским крестом могли быть награждены только те, кто был награжден Железным крестом первого класса и продолжал проявлять исключительную храбрость в бою и выполнять поставленные задачи. В дополнение к медали получатель Рыцарского Железного креста получал сертификат, отпечатанный на сусальном золоте.

Янник усмехнулся: «Адмирал Денниц, вы забыли, что у Рыцарского креста есть дополнительное условие». — В дополнение к вышеперечисленным условиям: потопление 100 000 тонн подводными силами ВМС; и 20 победных очков для ВВС (1 очко за сбитый одномоторный самолет противника, 2 очка за двухмоторный и 3 очка за четырехмоторный. Двойные очки за ночные миссии) награждаются Рыцарским Железным Крестом.

«Вот что я вам скажу: если потопленный тоннаж меньше 100 000, наградите Рыцарским крестом; если больше 100 000, то наградите Рыцарским железным крестом с дубовыми листьями . В конце концов, это великая победа, и мы должны подать великий пример».

Первоначально Гитлер думал, что война скоро закончится и Рыцарского Железного Креста должно было хватить, но, к его удивлению, война продолжалась. Немецкая армия добивалась успехов на всех фронтах и нуждалась во введении все более высоких медалей для награждения растущего числа героев войны. Поэтому по проекту к оригинальному Рыцарскому железному кресту была добавлена эмблема в виде серебряного дубового листа, обозначающая более высокое звание. В остальном все было по-прежнему. Во время Второй мировой войны этой медалью было награждено всего 890 человек, что свидетельствует о ее ценности.

«Ваше Высочество мудр».

Вскоре после этого поспешно прибыл доктор Геббельс, и Янник рассказал ему новости.

Доктор Геббельс был ошарашен, услышав это: «Вы хотите сказать, что наши подводные лодки пробрались на военно-морскую базу Скапа-Бей и потопили 12 крупных военных кораблей противника?».

Янник махнул рукой: «Не потопили, а установили двенадцать боеголовок, и это вопрос удачи, сколько из них мы сможем потопить. Наши разведчики должны получить точные новости к полудню».

Доктор Геббельс был немного ошеломлен: «Даже если мы потопим треть, это будет чудо». — Все знали, что немецкая армия и ВВС сегодня великолепны, и теперь возможность рекламировать победу, принадлежащую немецкому флоту, просто поднимала боевой дух военных и гражданских лиц по всей стране. Вы знаете, что в последнем знаменитом Ютландском сражении немецкий флот потопил три крейсера, и восемь эсминцев британского флота ценой двух крейсеров, четырех крейсеров и четырех эсминцев своего флота.

А то, что подводная лодка потопила невредимой как минимум три крупных вражеских линкора, можно считать чудом!

«Тогда я сейчас вернусь и подготовлю все газетные радиостанции». — Все, что оставалось, — это приказ прибавить жару и первыми воспеть дифирамбы этому великому морскому сражению.

Янник кивнул: «Но никакого упоминания о нашем секретном оружии, только то, что оно было потоплено подводной лодкой. Что касается того, как это было сделано, то тут уж вы должны использовать свое воображение».

«Понятно, Ваше Высочество».

Янник не мог не вздохнуть, когда Геббельс ушел: «И мне интересно, когда надводный флот сможет одержать такую победу».

Денниц выпрямил спину и воскликнул: «Ваше Высочество, моих подводных сил достаточно, чтобы открыть для вас моря, и я считаю, что их следует активно развивать. Надводного флота достаточно в качестве флота присутствия для сдерживания противника».

Янник сказал с прямым лицом: «Адмирал Денниц, уверенность — это хорошо, но слишком большая уверенность — это инфляция. Если полагаться только на подводные лодки, то флот станет калекой и чудовищем. Без сотрудничества с крупными надводными кораблями и авиацией подводные лодки в конечном итоге останутся в одиночестве».

Германский флот Второй мировой войны был «хромой уткой», и на протяжении всей Второй мировой войны не было ни одного авианосца, мало линкоров, тяжелых крейсеров и других крупных кораблей, а сила была настолько далека от британского флота, что ему пришлось сосредоточиться на U-boats и неограниченной подводной войне в Атлантике.

Во Второй мировой войне Германия произвела тысячи U-лодок, чтобы нарушить морские транспортные линии союзников, так что союзники понесли огромные материальные и имущественные потери, асимметричная тактика немецкого флота, использованная в начальный период, должна быть очень успешной.

В более поздний период, когда армия США вступила в противолодочную войну в Атлантике, особенно успешная разработка воздушных противолодочных торпед, привела к большим потерям немецких подводных лодок, а союзники взломали коды связи немецких подводных лодок, «Тактика волчьей стаи» маршала Денница была признана несостоятельной. В конечном счете, немецкая подводная война была очищена американской и британской авиацией и большими надводными кораблями.

Согласно послевоенной военной статистике, Германия вложила средства в 1113 подводных лодок во время войны и потопила 704 из них во время войны, не считая тех, которые затонули сами, сдались после войны и были захвачены союзниками.

Другим ярким примером является бывший ВМФ СССР, который также делал слишком большой упор на подводные лодки и пренебрегал крупными надводными кораблями, представленными авианосцами, и в результате не смог конкурировать с ВМФ США вплоть до своего распада.

Поэтому Яннику все еще нужно было развивать надводный флот: «Надеюсь, что после выступления U-47 они наконец станут мужчинами». — Пробормотав что-то невнятное, он вспомнил еще кое-что: «Как продвигается проект «Тигровая акула»?».

Так называемая «Тигровая акула» — это кодовое название новейшей немецкой подводной лодки, которую можно считать кульминацией современных технологий. Тигровая акула была настоящей «подводной лодкой», предназначенной для потенциального подводного патрулирования и операций, а не нынешней псевдоподводной лодкой, предназначенной для надводных кораблей, чтобы иметь возможность погружаться в бою или уклоняться от атак.

При упоминании о тигровой акуле Денниц заволновалсяи «Ваше Высочество, примерно через шесть месяцев или около того «Тигровая акула» будет готова к строительству и ходовым испытаниям».

Во время Первой мировой войны, когда подводные лодки были разработаны в больших масштабах, и когда они достигли своего пика, это были не совсем подводные лодки, а скорее лодки, которые могли погружаться в воду, поэтому их правильнее было бы назвать водолазными лодками, а линии подводных лодок тогда были в основном в форме корабля и в форме лодки. Говорят, что Леонардо да Винчи задумал лодки, которые могли бы плавать под водой, но лодки с такой способностью считались дурным тоном, поэтому он не стал разрабатывать проект.

Большинство подводных лодок Первой и Второй мировых войн не были похожи на современные субмарины, они выглядели ближе к надводным кораблям, во многом похожим на них, и имели форму носа, схожую с надводными кораблями, чтобы уменьшить сопротивление поднимающихся волн на ходу. Чаще всего эти подводные лодки плавали на одной поверхности с надводными кораблями. Поэтому основной технической характеристикой подводной лодки было то, что скорость надводного хода была больше скорости погружения.

Обычные подводные лодки времен Первой мировой войны и начала Второй мировой войны можно описать только как прототипы подводных лодок, которые могли проводить около 90% всего времени своей миссии на поверхности, пока не приближались к цели, когда они погружались под воду, чтобы скрыться от врага или избежать нападения. Мощность подводной лодки была не очень хорошей из-за плохого внешнего вида и не очень современных батарей, и в основном поддерживалась скорость около 5 узлов.

Дизайн новой Тигровый акулы был в значительной степени основан на традиционной конструкции подводных лодок более поздних поколений.

Прежде всего, эта "суперсубмарина" полностью отказалась от остроносого дизайна и приняла уникальную двухкорпусную конструкцию в форме кита, снижающую сопротивление жидкости. Он стал первым в мире кораблем, у которого надводная скорость была не такой высокой, как подводная.

Более округлая носовая часть дала конструкторам подводных лодок дополнительное преимущество, которое ранее было недостижимо, а именно: часть гидролокационной системы могла быть установлена на самый широкий угол охвата этой подводной лодки, так что подводная лодка могла обнаруживать свои цели дальше и раньше под водой, а мертвая точка оставалась единственным местом на корме подводной лодки.

А сила этой гидролокационной системы заключалась в том, что она могла нацеливать торпеды без перископа, что повышало ее безопасность.

Для того чтобы уменьшить сопротивление при погружении, вся поверхность подводной лодки, кроме мостика (командной палубы), выглядит очень аккуратно и чисто, никаких лишних вещей, даже небольшая антенна радара и передний горизонтальный руль оснащены складным типом. Это не только увеличивает скорость подводной лодки до предела, но и уменьшает шум, создаваемый неровными частями под водой.

"Суперсубмарина" - это не только улучшение внешнего вида.

Помимо двух дизельных двигателей Mann (1500 л.с. каждый), Тигровая акула оснащена 380 необслуживаемыми свинцово-кислотными аккумуляторами, составляющими огромную супербатарею, которая весит 270 тонн и занимает больше всего места в подводной лодке. крупнейший отдельный функциональный компонент водоизмещения, занимающий не менее 10% водоизмещения подводной лодки.

С этой новой силовой установкой Тигровая акула может развивать под водой впечатляющую скорость 19,5 узлов, а запас хода составляет более 100 часов на тихой скорости 5 узлов (с крейсерским двигателем). Его нужно лишь время от времени подзаряжать, всплывая на глубину вентиляционной трубы. Хорошо то, что на ней больше места и есть бытовые помещения, такие как холодильник для продуктов, душ и даже тренажеры, которых нет на других немецких подводных лодках, что значительно разгружает экипаж от необходимости постоянно выпускать пар.

Первым улучшением в плане бесшумности стал пропеллер, который отказался от популярного в настоящее время трехлопастного и впервые принял большой семилопастный пропеллер бокового вращения.

В сражении между подводными лодками и надводными кораблями подводная лодка всегда находится в невыгодном положении, и для подводной лодки продолжать совершенствовать свою бесшумность - основа ее дальнейшего существования; когда шум воды сравним с фоновым шумом океана, надводным кораблям становится чрезвычайно трудно обнаружить подводную лодку под водой.

Семилопастные пропеллеры асимметричны, менее подвержены резонансу и менее шумны. Для достижения той же скорости, что и у семилопастного пропеллера, скорость вращения трехлопастного пропеллера как минимум в 10 раз выше. Высокие обороты вызывают значительные изменения шума, а шум при значительно более высоких оборотах может быть на десятки децибел выше.

Хотя сейчас ещё не изобрели многоосевые станки для тонкой и более точной обработки, но это не значит, что нету такого способа которым можно произвести семи-лопастной боковой наклонный винт , просто обработка будет менее точно и винт будет издавать чуть больше шума , чем изготовлением на многоосевом станке у которого будет лучше обработка и точность в обработке запчастей .

В свою очередь, мировая технология подводного обнаружения не так невероятна, как в более поздние времена, если не виден перископ или вентилятор подводной лодки, мы можем полагаться только на гидролокатор, чтобы приблизительно зафиксировать положение подводной лодки. Затем используйте радиус взрыва глубинных бомб, чтобы компенсировать недостаток точности обнаружения.

В настоящее время подводные лодки всех стран могут передвигаться под водой только со скоростью четыре-пять узлов, но теперь появилась "суперсубмарина", скорость которой увеличилась в три-четыре раза, а это значит, что прежние средства обнаружения бесполезны.

К тому времени, когда противник обнаружит ее позицию и сбросит глубинные бомбы, подводная лодка будет находиться вне радиуса поражения глубинных бомб.

Конечно, замалчивание было не только этим. К концу Второй мировой войны подводные силы германского флота пошли на спад под воздействием мощных противолодочных сил союзников. Немецкие подлодки, одна за другой, были потоплены.

Для того чтобы оправиться от поражения и уменьшить количество потерь U-boat, научно-исследовательские институты ВМС Германии разработали синтетический резиновый безэховый материал под названием "Алиберих". Резиновый материал был сделан в виде блоков толщиной около 3 см и приклеен к поверхности U-лодки, что значительно улучшило характеристики скрытности U-лодки. Этот резиновый блок, который можно было приклеить к поверхности подводной лодки, считается первой в мире безэховой плиткой для подводных лодок.

В более поздние годы толщина безэховых плиток достигла 150 мм, но Янник не знал, на что способны немецкие безэховые плитки толщиной 30 мм, и увеличил толщину плиток до 80 мм.

Поскольку Тигровая акула имеет двойную оболочку, внутренняя и внешняя оболочки выложены безэховыми плитками, внешние плитки в основном используются для работы с активным гидролокатором, в то время как внутренние плитки в основном используются для снижения шума для себя. Вместе с установкой акустических демпфирующих оснований внутри для двигателей и оборудования, которое вибрирует сильнее, можно сказать, что после всех этих усилий эта подводная лодка является, пожалуй, самой тихой на сегодняшний день.

Увеличение размеров подводной лодки также означает, что она может перевозить больше припасов и боеприпасов, поэтому Tiger Shark, водоизмещение которой с полной нагрузкой составляет ошеломляющие 2 700 тонн, представляет собой абсолютно страшное подводное чудовище.

Это чудовище вооружено мощной огневой мощью шести торпедных капсул в носовой части, а более специализированные торпедные капсулы оснащены гидравлическим торпедным перезарядчиком - модным устройством, позволяющим ей заряжать шесть торпед за восемь минут. С торпедами, находящимися в резерве в трубах, он мог выпустить 30 торпед за 30 минут, что означало, что он мог поразить все торпеды, которые нес.

Янник не мог не воскликнуть: "Интересно, кто из невезучих станет его первой добычей".

Дённиц ответил с ухмылкой: "Кто бы это ни был, он должен чувствовать себя польщенным. Это супер-оружие на все века, трудно представить, что что-то еще может его превзойти".

Янник внутренне усмехнулся: конечно это оружие можно превзойти. Королем морского дна в последние дни стала атомная подводная лодка. Стратегическая атомная подводная лодка в последние дни может легко уничтожить любую страну среднего размера и нанести серьезный ущерб любой большой стране.

Говоря об атомных подводных лодках, Янник вспомнил об отделе исследований ядерной энергии Зоны 51. Ранее небольшой реактор доктора Эйнштейна, который мог зажечь только электрическую лампочку в здании, имел полный успех. Следующим шагом было строительство настоящего реактора, но к началу войны, если враг случайно разбомбит атомную электростанцию и превратит ее в немецкую версию "Чернобыля", это будет более чем достойно.

Поэтому Яннику пришлось отложить проект атомной электростанции на второй план и позволить доктору Эйнштейну и его команде продолжить работу над ядерной энергетикой.

Это было еще одной проблемой, ведь атомная энергия и атомные электростанции сильно отличались друг от друга по топливу, структуре и теплоносителю, за исключением того факта, что они обе были ядерным делением; но согласно оригинальному процессу, и с его помощью немецкой технологии, его разработка должна была занять менее трех лет.

Высокоскоростная центрифуга, которую он так ждал, наконец-то была построена, и команда Отто Хана по исследованию ядерного оружия смогла ее построить. Процесс работы группы Отто Хана по исследованию ядерного оружия значительно ускорился.

В ближайшем будущем они не могли рассчитывать на атомные подводные лодки, но Янник не был слишком разочарован.

В конце концов, в 21 веке, через десятилетия, не каждая страна будет иметь доступ к ядерным подводным лодкам. Для многих стран существуют непреодолимые технические и финансовые трудности при строительстве атомных подводных лодок. Таким образом, в то время как атомные подводные лодки активно развиваются, подводные лодки с обычными двигателями не уходят со сцены истории. Кроме того, подводные лодки с обычными двигателями больше подходят для операций в открытом море и на мелководье, чем атомные подводные лодки.

Подводная лодка не может долго плавать под водой из-за ограниченной емкости аккумулятора, установленного на лодке, поэтому она должна часто всплывать на поверхность, чтобы «дышать», то есть использовать дизельный двигатель для зарядки аккумулятора в состоянии вентиляции, поэтому ее легко обнаружить противнику. Шум дизеля, заряжающего аккумулятор, также легко обнаруживается гидролокатором и другим гидроакустическим оборудованием. Таким образом, скорость воздействия на подводную лодку значительно увеличивается, что существенно влияет как на скрытность атаки, так и на ее собственную живучесть.

Чтобы решить эту проблему, страны предприняли долгосрочные исследования и усилия, и разработка различных энергоблоков AIP была успешной и начала входить в практическую стадию.

Так называемый AIP — это аббревиатура от «air-independent propulsion device».

Поскольку силовые установки AIP не требуют кислорода для нормальной работы, они могут значительно повысить подводную выносливость подводной лодки после установки, увеличивая время пребывания под водой до 2-3 недель и значительно снижая уровень облучения подводной лодки во время круизов. Таким образом, узкое место, которое влияло на операционную эффективность подводных лодок с обычными двигателями, наконец-то было устранено. Обычную подводную лодку, оснащенную AIP, сравнивают с «зеленой атомной подводной лодкой», имея в виду, что она обладает крейсерской мощностью атомной подводной лодки без потенциальных опасностей и высокой стоимости атомной подводной лодки.

Советский Союз и Германия уже участвовали в исследованиях электростанций АИП с конца периода, предшествовавшего Второй мировой войне.

В 1935 году 18-е Центральное конструкторское бюро СССР предложило использовать систему АИП на подводных лодках и испытало ее на подводной лодке М-92, получив большой объем данных испытаний. Однако в то время технология еще не была отработана, и конструкторы представили воздухонезависимую технологию только в качестве экспериментальной.

Во время Второй мировой войны немецкая компания Walter экспериментировала со сжатой перекисью водорода на подводных лодках в качестве источника кислорода для дизельных двигателей под водой. Каждый, кто изучал химию, знает, что перекись водорода может быть разложена на кислород и воду. Перекись водорода нагревалась теплом дизельного двигателя во время работы подводной лодки под водой, после чего создавался кислород для питания дизельного двигателя. Позже Германия построила несколько таких подводных лодок AIP.

Но Янник не любил перекись водорода, потому что она была крайне нестабильна при преобразовании в кислород! В 2000 году на российской атомной подводной лодке «Курск» произошел пожар, вызванный мгновенным взрывом перекиси водорода внутри учебной торпеды, а высокая температура привела к взрыву семи торпед с настоящими боеголовками. Крупнейшая в истории катастрофа с затоплением атомной подводной лодки, в результате которой погибли все 118 офицеров и мужчин, находившихся на борту.

В последующие годы появились три практических решения AIP: дизельные двигатели замкнутого цикла, двигатели Стирлинга и топливные элементы.

Одна из них, технология топливных элементов, была невозможна в ту эпоху; использование жидкого кислорода или перекиси водорода было слишком опасным. И только в 1993 году Германия успешно испытала 250-киловаттную дизельную систему замкнутого цикла на списанной подводной лодке U-1 класса 205. Янник не чувствовал, что сможет заставить технологию Германии совершить скачок на полвека сразу; поэтому самым безопасным способом, который мог бы работать с нынешней технологией, было использование двигателей Стирлинга.

«Генерал Денниц, слышали когда-нибудь о двигателе Стирлинга?». спросил Янник.

Денниц кивнул: «Вы имеете в виду двигатель Стирлинга, изобретенный англичанином Стирлингом?».

«Верно».

17 и 18 века были временем гениальности. Ходила шутка, что в Париже на один медяк можно купить трех гениев.

Уатт добавил к паровому двигателю регулятор, и человечество вступило в век пара, за которым последовали поезд и корабль. Только этот паровой двигатель был слишком угольноемким, и в то время считалось, что потери тепла пара из-за конденсации можно избежать, если вместо пара использовать горячий газ.

Британский ученый Роберт Стирлинг (RobertStirling), согласно этой идее, в 1816 году изобрел двигатель внешнего сгорания замкнутого цикла на горячем воздухе, то есть «двигатель Стирлинга» (StirlingEngine). Двигатель Стирлинга работает через цилиндр с рабочей средой (водород или гелий), через охлаждение, сжатие, поглощение тепла, расширение в цикле для получения выходной мощности, поэтому также известен как двигатель горячего воздуха.

Только в то время ощущалась нехватка хороших термостойких материалов, и французский инженер Николя Леонард Сади Карно еще не предложил цикл Карно, люди имели ограниченные знания о работе двигателя горячего воздуха, а эффективность и мощность машины были известны как очень низкие; после середины 19-го века, с изобретением высокоэффективных двигателей внутреннего сгорания и массовой эксплуатацией нефти, развитие двигателя Стирлинга было остановлено.

Эти воздушные двигатели с циклом Стирлинга не выделяли выхлопных газов и не требовали никакого воздуха, кроме исходного воздуха в камере сгорания, поэтому они подходили для городских условий и космоса, а также были идеальным решением для обеспечения подводных лодок с обычным двигателем возможностью длительного передвижения под водой без необходимости всплытия.

Денниц был немного смущен: «Но, Ваше Высочество, у нас нет технических резервов для этого, и если мы хотим использовать эту технологию в подводных лодках, нам придется начинать с нуля, и я боюсь, что это займет несколько лет».

«Это не займет много лет, генерал Денниц». — На лице Янника была самодовольная улыбка: «Пройдет совсем немного времени, и результаты исследований будут доступны».

Денниц не мог не смотреть на Принца удивлённо: «Доступны? Где?».

Он думал, что его исследовал секретный исследовательский отдел Его Высочества, но он не ожидал, что Его Высочество назовет другую страну.

«Нидерланды. Их компания Philips работает над двигателем Стирлинга уже несколько лет, и я слышал, что не так давно он был окончательно разработан». — Компания, которая производит лампочки, разрабатывает двигатели?

Конечно, этот двигатель Стирлинга можно было считать только прототипом, и Янник не ожидал, что нынешний двигатель Стирлинга будет выдавать сотни киловатт мощности, как в более поздние времена, ему достаточно было выдать несколько десятков киловатт мощности, и этого было бы достаточно. Помимо обеспечения нормального освещения, работы электронного оборудования и жилых помещений на борту, оставшаяся энергия может быть использована для приведения подводной лодки в движение, и субмарине достаточно поддерживать непрерывное плавание в течение полумесяца со скоростью погружения в несколько узлов, и этого будет достаточно.

Денниц воскликнул: «Это здорово, тогда следующая партия «Тигровых акул» должна быть способна использовать этот двигатель». — В конце концов, важно было дать подводной лодке возможность плавать под водой в течение длительных периодов времени, а плавание в состоянии пониженной вентиляции было бы более эффективным для избежания опасности.

Затем двое мужчин заговорили о тактике волчьих стай: «Генерал Денниц, как вы думаете, каковы недостатки «тактики волчьей стаи».

Денниц на мгновение замешкался и заговорил осторожно: «Ваше Высочество, есть некоторые проблемы. Одной из самых больших проблем является передача командования, должен ли командир подводной лодки в море или командование на берегу отдать единый приказ на бой? Если командование на берегу отдает приказ о бое единообразно, то будет трудно импровизировать и может измерить возможность войны; но если командование отдается исключительно командиру подводной лодки в море, то как только противник освоит метод определения местонахождения подводной лодки на основе сигналов, излучаемых радио, то наша подводная лодка легко раскроет свое местонахождением».

Янник знал, что опасения Денница были не пустыми; британские эксперты в свое время изучили тактику «волчьей стаи» немецких подводных лодок и пришли к выводу, что если они смогут перехватить и отследить сигнал с подводной лодки, а затем использовать этот сигнал для определения позиции подводной лодки, то самолеты смогут атаковать быстро и эффективно, что сделает «волчью стаю не может атаковать». Британские ученые разработали небольшой высокочастотный направленный детектор, и положение следящей подводной лодки можно было точно определить по данным пеленга, измеренным несколькими приборами.

Вместе с большим количеством британских и американских эсминцев и самолетов сопровождения, «волчья стая», которая сначала была такой самонадеянной, впоследствии превратилась в беззащитную «стаю».

Более поздний фильм о Второй мировой войне под названием «Со дна моря» рассказывает о немецкой подлодке, которой было приказано искать и уничтожать британские торговые суда в Северной Атлантике. К тому времени, когда они завершают свою миссию и готовы вернуться, они находятся на 65-м дне, сильно повреждены и у них заканчивается топливо, но им приказывают пересечь Гибралтарский пролив с новой миссией… Несмотря на то, что они, к сожалению, были подбиты эсминцем союзников, они погружаются на дно моря и продолжают выполнять приказ , они будут потоплены боевыми самолетами союзников на оккупированной немцами французской верфи в Ла-Рошели во время возвращения…

Холодная статистика в начале фильма «40 000 немецких подводников, 30 000 не вернулись», кажется, подтверждает зрителям провал тактики «волчьей стаи». В фильме мы видим этих «одиноких волков», грозно затаившихся под водой, поджидающих торговые суда союзников, но часто поджидающих союзников, чтобы «заминировать» их и установить глубинные бомбы. «Волки» также стали «овцами» в глазах союзников. Портретами Дёница, висевшим на подводных лодках, солдаты больше не восхищались, а часто дразнили, предвкушая не потопление многочисленных торговых судов, а торпедирование и возвращение домой.

Такова была печальная судьба немецких подводных сил в конце войны.

Но первая атака волков была страшной и пугающей; даже царь зверей не смог устоять перед натиском волчьей стаи. Союзники понесли большие потери, потопив 1160 торговых судов общим тоннажем 6,3 миллиона тонн на пике кампании «Волчья стая», но их собственные потери не достигли и семи процентов. Премьер-министр Великобритании Черчилль воскликнул: Единственное, что беспокоило их во Второй мировой войне, — это немецкие U-boats.

Он сказал это от чистого сердца, потому что Великобритания была островной страной с очень скудными ресурсами, и необходимые на родине товары приходилось доставлять из заморских колоний на родину, чтобы поддерживать производство и повседневные нужды народа. В то время 75% нефти, 88% железной руды, 95% меди, 99% свинца, 89% пшеницы, 84% мяса и 93% кулинарного жира импортировались, а общее количество товаров, перевозимых по морю, превышало 68 миллионов тонн в год, причем ежедневно по морям ходило до 2500 британских судов. Если эти транспорты сильно пострадают, то велика вероятность того, что Британия не сможет продолжать войну из-за отсутствия поставок.

По этой причине Дёниц был также известен как «глава волков».

Яростные атаки «Волчьей стаи» сначала ошеломили союзников, особенно против немецких подводных лодок в «небезопасной зоне» (так называемая «небезопасная зона» была тем местом, куда не могли летать наземные бомбардировщики).

Но когда они обратились к летчикам за решением это проблемы , было придумано решение против тактики «волчьей стаи». Поскольку наземные бомбардировщики не могли летать, почему бы не ввести самолеты в «небезопасную зону»?

Флот поддержки, только что высадившийся после операции «Факел» в Африке, направился в атлантическую «зону небезопасности». Этот флот был сосредоточен вокруг авианосца, вокруг которого располагались 2-3 линии защиты, в основном эсминцы и быстроходные фрегаты. Флот был способен защитить авианосцы от атак немецких подводных лодок, а также бороться с немецкими подводными лодками с помощью авиации.

Этот флот бродил в «небезопасной зоне» патрулируя и как только обнаруживал немецкую подводную лодку, немедленно поднимал по тревоге авиацию и быстроходные фрегаты для перехвата. Атаки были настолько эффективны, что подводные лодки Дёница были либо потоплены, либо находились глубоко под водой не решаясь испытывать судьбу, а конвои наконец-то могли безбоязненно доплыть до места назначения.

На этот раз союзники наконец-то нашли заклятого врага немецких подводных сил — авианосцы.

С тех пор «Волчья стая» неоднократно терпела поражения в боях с союзниками, и даже все усилия Дёница не могли изменить эту отчаянную ситуацию. Даже в мае 43 года, когда союзники использовали авианосные соединения и другие средства для борьбы с «Волчьей стаей», Денниц потерял 41 подводную лодку за месяц, его попытка блокировать атлантические линии коммуникаций была полностью разрушена, и ему пришлось приказал всем подводным лодкам уйти с маршрута.

Янник не хотел повторения этого: «Враг может послать эскортные носители, мы тоже можем. Они хотят ударить по нашим подводным лодкам своей морской авиацией , тогда мы ударим по их самолетам и авианосцам своей морской авиацией . Адмирал Дёниц, вот почему я сказал, что без сотрудничества крупных надводных кораблей и авиации ,подводные лодки в конечном итоге остаются слабы».

Немецкие самолеты-носители теперь были FW-190T, которые, по мнению Янника, по крайней мере, будут доминировать в воздушном пространством на море в течение года или двух.

В целом, самолеты военно-морской авиации по своим характеристикам были чуть менее пригодны для полетов. Потому что, на авионосце полосы взлета и посадки были ограничены , инженером нужно было спроектировать самолёт так , чтобы он мог взлетать с наименьшей длины , что приводило к усложнению конструкции и к сложности проектировки дизайна . На суше нету множества ограничений на подобии веса , структуры , мало или много места , это даёт больше вариантов в кострукции, чтобы оптимизировать другие производительноси .

В это время немецкая морская авиация была переоборудована из сухопутной авиации у которой была база шасси для взлёта с аэродромов и по всем характеристикам была похожа на сухопутную авиацию . Хотя это было и сложно немецкие инженеры сохранили мощные характеристики,такие как : высота и скорость полета, а также поперечный крен набор высоты ,пикирование и другие параметры, за счёт всего этого немецкие самолеты значительно превосходили своих конкурентов.

После начала масштабного разрыва Янник сомневался, что Британия сможет продержаться два года.

При мысли об этом, у Янника в сердце зажёгся огонёк гнева , он так кропотливо оснастил флот таким мощным оружием, у этих ребят до сих пор не хватает смелости сражаться с британцами! Может дать разрешение Дёницу командовать надводным флотом?

Раз и навсегда, чтобы это не повторилось. Если надводный флот после такого плавания все же с позором вернется обратно, он обязательно заставит определенных людей заплатить за это.

Чем больше Янник думал об этом, тем больше злился, его сердце возмущалось, когда в дверь постучала удивленная и растерянная Энни: «Ваше Высочество, великая победа!».

«Покажи мне телеграмму !». — Янник вскочил на ноги и почти выхватил телеграмму из рук Энни: «Ройал Оак» потоплен, «Айрон Дюк» потоплен, «Нельсон» потоплен, «Стоглазый гигант» потоплен, «Арк Ройал» потоплен, «Престиж» потоплен; «Родни» сидит и тонет; «Куин Элизабет» сильно повреждена, «Брейв» сильно поврежден! Число погибших в бою будет не менее 5 000 человек. Также командующий военно-морской базой в Скапа-Бей, Джонс умер от сердечного приступа».

«Победа!». — Слушая, как Янник объявляет названия устрашающих линкоров, Дёниц, дрожа от возбуждения, вскочил на ноги и закричал, испугав Янника.

Но не менее взволнованный Янник не стал его винить и передал телеграмму в руке Энни: «Немедленно передайте это доктору Геббельсу и скажите ему, чтобы он срочно опубликовал это».

Янник приблизительно подсчитал, что тоннаж потопленных и сильно поврежденных линкоров Прина на этот раз составит не менее 250 000 тонн: «Адмирал Дуниц, я чувствую, что Рыцарский Железный Крест Дубового Листа, которым я собирался наградить Приона раньше, далеко не достаточен для признания его героических поступков, я решил наградить его Рыцарским Железным Крестом Серебряного Дубового Листа с двумя мечами». — Рыцарский Железный крест с двумя мечами и серебряными дубовыми листьями был более высокой военной наградой, чем Рыцарский Железный крест с серебряными дубовыми листьями, единственным отличием между ними было добавление пары мечей под дубовыми листьями. Как правило, солдаты награждались Рыцарским Железным крестом с серебряным дубовым листом и совершали выдающиеся акты храбрости в бою, завершая свой срок службы, прежде чем у них появлялась возможность заслужить Рыцарский Железный крест с двумя мечами и серебряным дубовым листом.

В немецкой армии Рыцарский Железный крест с серебряным дубовым листом обычно называли «Капустой», а злополучный Рыцарский Железный крест с серебряным дубовым листом с двумя мечами был известен как «Капуста и вилы».

«Ваше Высочество правы!». — Конечно, у Дёница не было причин возражать.

В течение часа все радиостанции Германии начали сообщать невероятную новость.

Вся Германия была охвачена ликованием.

«Экстра новости! Великая военно-морская победа!»

Несколько мальчишек-газетчиков отчаянно торговали на улицах Берлина. Сегодняшняя газета была очень хорошо продана, и не успела она отойти от газетного киоска на два квартала, как была распродана. Он уже сделал два захода в редакцию газеты, и в его карманах было столько монет, что они звенели.

Эта новость, вероятно, подтолкнула уверенность и моральный дух немецкой общественности к пику.

Вы знаете, что с момента масштабного морского сражения между британским флотом и испанской Непобедимой Армадой в 1588 году, которое закончилось полным поражением Непобедимой Армады, Британская империя прочно утвердилась в качестве военно-морской державы номер один в мире и сохранила это положение военно-морского превосходства в 20 веке.

Достижение даже малейшего успеха в Королевском флоте было достаточно, чтобы привести в восторг военно-морской флот любой страны. Ведь ни одна страна никогда не была в состоянии сделать это, даже Наполеон, который доминировал в Европе, не имел хороших шансов против Королевского флота после достижения абсолютного превосходства на европейском континенте.

Трафальгарская битва между двумя сторонами ознаменовала крушение планов Наполеона по завоеванию Великобритании, и с тех пор ни одна страна не осмеливалась оспаривать британскую гегемонию на море.

Столетие спустя, как Империя позднего времени, как страна, которую не устраивал статус-кво, Германия, а не Франция, снова бросила вызов морской гегемонии Великобритании. После вступления на престол Вильгельма II он сразу же начал готовиться к расширению военно-морского флота, и ко времени Первой мировой войны германский флот уже был вторым по величине флотом в мире, а Флот открытого моря — вторым по величине флотом в мире после британского флота внутренних сил.

В то время германский флот был вполне способен идти через весь мир, жаль только, что из-за плохого географического положения этот второй флот в мире был заблокирован у дверей первым флотом в мире.

Германский флот, конечно, не оставлял попыток, и Ютландское сражение стало явным свидетельством усилий Германии прорвать британскую блокаду.

В итоге, немецкий флот открытого моря под командованием адмирала Шеера одержал тактическую победу, потопив больше британских кораблей при относительно небольших потерях в тоннаже, а флот внутренних сил Королевского флота под командованием адмирала Джеллико одержал стратегическую победу, успешно блокировав немецкий флот в немецких портах, сделав последний практически беспомощным в конце войны.

И сегодня было очень волнительно видеть, как Германия, наконец, добилась успеха и одним махом потопила столько крупных британских военных кораблей.

На улицах, в кофейнях, в торговых центрах, везде и всегда, будь то знакомые или незнакомые люди, как только речь заходила об этом, сразу же начинался разговор. Только вчера Имперская дипломатическая служба сделала последнее предупреждение, но эти неблагодарные британцы закрыли на это глаза, и теперь они были наказаны. Все вздохнули: «Вот и настал последний день непобедимого британского королевского флота!».

По радио диктор передавал новости щедро и капельно, заставляя кровь людей кипеть.

В Имперском Адмиралтействе Райделл вышел из своего первоначального шока и посмотрел на Лютианса, Линдеманна и остальных, которые также выглядели потрясенными: «Какая великая победа».

Лутианс сказал с выражением недоверия: «Это, как возможно, что всего одна подводная лодка может потопить столько линкоров?». — Это было просто невероятно.

«Вероятно, было использовано какое-то секретное оружие. Все это не так важно, флот должен отплыть как можно скорее. С такими темпами в этой войне для надводных кораблей ничего не останется». — Подлое нападение было неизвестно даже ему, как начальнику военно-морского штаба. Он очень беспокоился, что если подводные силы одержат еще несколько таких великих побед, то трон начальника морского штаба придется отдать.

По сравнению с меланхоличной атмосферой Императорского флота, атмосфера на другом берегу Ла-Манша в резиденции премьер-министра Великобритании была просто отчаянной.

Рука премьер-министра Чемберлена, лежащая на столе заседаний, неудержимо дрожала. Он посмотрел на собравшихся в конференц-зале и заговорил с некоторым трудом: «Все вы, скажите мне, что делать дальше».

Все в комнате были мрачны, и никто из них не взял на себя инициативу высказаться.

Когда Британская империя когда-либо несла такие потери? Это было впервые с начала их подъёма.

Прождав полминуты и не увидев, что кто-то что-то сказал, Чемберлен посмотрел на Черчилля сбоку: «Уинстон, как именно напал враг?».

Черчилль покачал головой с горькой гримасой: «Пока нет никаких определенных новостей. Согласно предсмертному суждению коммандера Хеброна, это была бы вражеская подводная лодка». — Но странным было то, что линкоры взрывались один за другим, а ищущие эсминцы не нашли даже следов.

В этот момент в панике вбежала секретарша: «Ваше превосходительство, премьер-министр, ваше превосходительство, есть новости!».

Чемберлен мгновенно отреагировал и сказал: «Какие новости?».

Только для того, чтобы увидеть, как секретарь идет прямо к радиоприемнику, установленному в углу, включает кнопку и несколько раз настраивает канал. В сопровождении рокота токов радио заговорило на страстном немецком языке.

Хотя большинство людей не понимали по-немецки, они могли слышать, что диктор звучал довольно взволнованно и, казалось, говорил о чем-то важном.

К счастью, секретарь был под рукой, чтобы перевести: «Говорят, что прошлой ночью U-лодка тайно проникла в Скапу и потопила…». — Здесь он сделал небольшую паузу и печально сказал: «Немцы узнали подробности потопления и ранения наших военных кораблей».

Конференц-зал мгновенно взорвался.

«Подводная лодка?».

«Как это может быть?!»

«Как подводная лодка проскользнула в Скапу?». — Все не верили, что это могла сделать одна подводная лодка; им казалось, что даже если это действительно была подводная лодка, это просто невозможно сделать без дюжины или около того, действующих вместе.

Но теперь немцы говорили, что была только одна подводная лодка?

Что, черт возьми, происходит?

«Может ли быть так, что немцы построили какой-то новый тип подводной лодки, которая может быть абсолютно бесшумной и игнорировать сонарный поиск?». — Генерал армии не мог не пробормотать.

Услышав это, несколько адмиралов из военно-морского ведомства посмотрели друг на друга и затряслись в унисон. Такая технология была несбыточной мечтой, ее просто не могло быть.

Черчилль говорил медленно: «Сейчас главный вопрос заключается в том, как мы собираемся информировать об этом людей».

Лица всех снова стали на несколько тонов темнее.

Это дело нельзя было скрыть, в конце концов, как можно скрыть потопление нескольких основных кораблей и гибель нескольких тысяч офицеров и людей! .

Болун спросил: «Скажи нам свое мнение».

Черчилль вздохнул: «Мое мнение таково, что нам не нужно ничего скрывать и просто объявить об этом проигрыше, чем раньше, тем лучше. И нам необходимо как можно скорее реализовать план «R4», «R5». Только закончив эту войну как можно скорее, мы сможем вернуть себе поддержку народа».

Так называемый план «R4» представлял собой вторжение Великобритании в нейтральную страну Норвегию. Целью операции было лишить Германию доступа к шведской железной руде. Британское верховное командование рассчитывало, что норвежское правительство не будет возражать против высадки британских войск, и норвежская сторона ранее дала неофициальные заверения на этот счет.

План «R5» предусматривал бомбардировку румынских нефтяных месторождений. Как только румынские нефтяные месторождения были уничтожены, это был лишь вопрос времени, когда немецкие панцеры будут серьезно подорваны. А поскольку Греция была союзником Великобритании, британские бомбардировщики могли взлетать с греческой территории, чтобы бомбить румынские нефтяные месторождения.

Во Второй мировой войне союзники строили много планов, некоторые из которых не были реализованы, и немцы получили преимущество. Другие были планами на случай непредвиденных обстоятельств, которые были отменены, поскольку чрезвычайные ситуации не возникли. Кроме того, существовали планы, составленные исключительно для того, чтобы запутать противника.

Например, план «R4», где англичане еще только высаживались, а немецкий посланник уже прибыл во дворец Амалиенборг в Копенгагене.

Но, прождав час, он не увидел старого короля Дании Кристиана: «Когда, позвольте узнать, приедет Его Величество?». — Он уже в третий раз попросил камердинера, который пришел налить ему чаю.

«Пожалуйста, подождите немного, Его Величество скоро будет здесь». Камердинер трижды повторил одно и тоже.

Немецкий посланник покачал головой, посмотрел на время, и на его лице появилась непостижимая улыбка: «Как тебя зовут?».

Камердинер сказал почтительным голосом: «Гиттельсен, сэр».

Посланник кивнул: «Гиттлсон, как насчет того, чтобы заключить пари? Через пять минут ваш король прибежит ко мне».

Не обращая внимания на выражение замешательства на лице официанта, посланник поднял свою чашку и отпил чай: «Вообще-то, я не очень люблю чай, в следующий раз принесите мне другой напиток».

Одна минута, две минуты, три минуты, четыре минуты… За дверью послышались торопливые шаги. В гостиную почти рысью вошел старый король Кристиан с лицом, смешанным с ужасом.

Немецкий посланник улыбнулся потрясенному служителю и поднялся, чтобы поприветствовать старого короля: «Ваше Величество Кристиан, я искренне сожалею. Кажется, я пришел не вовремя, чтобы побеспокоить вас?».

«Господин посланник, что это означает?». — Старый король не заботился о дипломатическом этикете и, пыхтя и отдуваясь, перешел прямо к делу.

Всего несколько минут назад он получил срочное сообщение о том, что подавляющее число немецких самолетов проскочило через линию границы между двумя странами и направляется прямо на Копенгаген: «Это необъявленная война вашей страны? Дания — нейтральная страна!».

У немецкого посланника был невинный взгляд: «Ваше Величество Кристиан, это не необъявленная война с нашей стороны. Я прибыл сюда час назад, и это то же самое, что сказать, что моя страна объявила войну вашей стране час назад». — При этих словах его лицо резко помрачнело: «Что касается того, чтобы быть нейтральной страной? Как смеет ваша страна называть себя нейтральной страной? Неужели вы думаете, что мы не знаем, что ваша страна маскируется под нейтральную страну и за вашими спинами бравирует Британия и Франция? Разве так должна вести себя нейтральная страна?».

«Я…». — Старый король уже собирался что-то сказать, когда его сухо прервал посланник.

«Ваше Величество Кристиан, возможности нашей немецкой разведки — не детская забава; если Вашему Величеству нужны точные доказательства, я могу их предоставить, только тогда мы будем рвать себе лицо, и у нас не останется места для маневра. Но мы очень милостивы, и даже можем предоставить вам свободу действий».

Мышцы лица старого короля несколько раз дернулись, и его лик несколько раз изменился, прежде чем он медленно заговорил: «О какой свободе действий говорит его превосходительство посланник?».

Немецкий посланник слабо улыбнулся, и его тон значительно смягчился: «Наше Высочество сказало, что пока ваша страна отказывается от сопротивления, вы будете оставаться королем, и кабинет министров не будет распущен».

В этот момент снаружи раздался слабый грохот, и через окно старый король увидел, как в далеком небе появилась черная точка, и лишь на мгновение другая; черная точка становилась все больше и больше, как кривая луна, и медленно приближалась.

Над Копенгагеном прозвучала заунывная сирена воздушной тревоги, и жители города сначала услышали густой гул, а затем с ужасом увидели, как в небе неподалеку проносится стая самолетов. Некоторые люди с хорошим зрением уже видели поразительную эмблему Железного креста, нанесенную на фюзеляж и крылья этих самолетов: «Боже мой, это немецкие самолеты!».

По приблизительным оценкам, эта группа насчитывала по меньшей мере от 400 до 500 самолетов, среди которых были BF-109, бомбардировщики «Москит», бомбардировщики «Штука», бомбардировщики Ил и транспортные JU-52. Эти группы истребителей и бомбардировщиков пролетали мимо в аккуратных эшелонах боевого типа, и визуальный эффект был просто ошеломляющим.

«Почему здесь немецкие самолеты?! Началась война?». — При виде плотного роя самолетов над головой глаза жителей города едва не выскочили из глазниц от ужаса, а рты раскрылись так широко, что челюсти едва не упали на землю.

Но прежде чем они успели добежать до бомбоубежищ, по радио и громкоговорителям повсюду зазвучал голос старого короля Кристиана. По радио старый король объявил, что «Дания приняла немецкую защиту и что датский народ не должен сопротивляться».

Люди на улицах смотрели друг на друга в недоумении.

Но датчане знали, что сопротивляться не стоит. В конце концов, общее население Дании в это время составляло чуть более 3 миллионов человек, в то время как общая численность вооруженных сил Германии уже превышала 3 миллиона. Дания не воевала с 1868 года и проводила политику нейтралитета, вооружение было ограничено до масштабов, позволяющих поддерживать внутреннюю стабильность, общая численность вооруженных сил составляла 20 000 человек, а уровень оснащения был весьма отсталым.

Можно сказать, что Дания не собиралась создавать сильную армию, потому что никакое экстремальное усиление армии ничего бы не стоило такой большой стране, как соседняя Германия. Поэтому для обороны Дании в это время было одинаково, с армией или без нее.

Поэтому люди на улицах вернулись к нормальной жизни после короткого шока, пожимали плечами, показывали на самолеты в небе и разговаривали.

Только дюжина этих транспортов отделилась от своего строя и направилась в сторону дворца Амалиенборг. Вскоре в небе расцвел цветок из белых парашютов. Десантники, которые спрыгнули вниз, были, вероятно, численностью в роту, и вскоре они приземлились вокруг дворца Амалиенборг.

Как только они приземлились, толпа собралась у входа во дворец. Поскольку старый король сам отдал приказ, дворцовая охрана не посмела вмешаться и позволила немецким десантникам войти во дворец, чтобы создать оборонительную линию на высшей точке.

Капитан с отрядом солдат прошел в зал заседаний, где находился старый король: «Извините, господа».

В конференц-зале собралось высшее политическое руководство датских вооруженных сил, и немецкий капитан вошел и подошел прямо к мужчине средних лет: «Его превосходительство командор Хелсоган, пожалуйста». — Этот мужчина средних лет был командиром датского флота Хельсоганом.

После того как немецкая армия оккупировала Данию в оригинальном времени и пространстве, она была готова принять корабли Королевского датского флота. Но командующий ВМС Дании адмирал Херсоген Видерер этого не сделал. Он приказал военно-морскому флоту устроить диверсию против датских кораблей. Все военные суда, стоявшие на якоре в гавани Копенгагена, были потоплены или серьезно повреждены.

В то же время еще нескольким кораблям удалось покинуть гавань, одним из которых был корабль береговой обороны NilsUuel. Судно предназначалось для Швеции, но еще в море оно было атаковано Люфтваффе. Во время боя зенитчики корабля уничтожили один из самолетов Люфтваффе. Однако бой с немцами был явно неравным, и корабль, не имея выхода, был самоуничтожен командой в водах у Зеландии.

Из 54 кораблей датского флота 32 затонули, еще четырем удалось добраться до Швеции, а двум — до Гренландии. Именно эти корабли составили флот Королевского датского флота в изгнании.

Придерживаясь принципа, что даже комариная лапка — это мясо, Янник приказал арестовать большинство морских офицеров, включая командующего датским флотом Хелльсоргена.

Когда с Данией было покончено, огромная группа продолжила полет на северо-запад в направлении Норвегии. Чтобы завершить этот длительный полет, многие бомбардировщики не несли бомб и даже добавляли дополнительные топливные баки.

Норвегия была скандинавской страной, которая вышла из шведско-норвежского союза в 1905 году и после провозглашения независимости всегда была бесконфликтной, поддерживая довольно дружественные отношения как с Великобританией, так и с Германией. Сразу же после начала Второй мировой войны страна присоединилась к Швеции, Дании и другим странам, объявив о нейтралитете, что было традиционной политикой, которой скандинавские страны придерживались с середины 19 века. Они сделали то же самое в Первой мировой войне и пережили эту катастрофу невредимыми, а потому стали еще более решительно придерживаться нейтралитета.

В начале войны Германия также сделала заявление о том, что она уважает территориальную целостность Норвегии, хотя никогда не позволит третьей стране нарушить нейтралитет этой страны. Потому что в начале войны нейтралитет Норвегии действительно работал на пользу Германии.

Источником железной руды для Германии были в основном Рурская промышленная зона и Швеция. Согласно статистике, Германия потребляла 15 миллионов тонн железной руды в год, из которых 11 миллионов тонн приходилось импортировать из Швеции. Как только военная промышленность Германии лишилась бы поддержки шведской железной руды, она перестала бы функционировать и не смогла бы обеспечить военную поддержку внешней экспансии Германии.

Поэтому можно сказать, что шведский транспортный коридор для железной руды является «спасательным кругом» для Германии. Обычно железная руда перевозилась по морю из Балтийского моря в Германию, но когда наступила зима и Балтийское море замерзло, железную руду пришлось перевозить по суше из шведских шахт в Еливалле в норвежский порт Нарвик, а затем транспортировать обратно в Германию на корабле.

До тех пор, пока Норвегия оставалась нейтральной, немецкие суда с железной рудой могли свободно входить и выходить из порта и плавать вдоль западного побережья страны. Этот маршрут был чрезвычайно безопасным благодаря защите множества небольших островов с внешней стороны. Это также затрудняло для Британии блокаду Германии, поскольку немецкие корабли могли плыть на север вдоль длинного побережья Норвегии, пока не пересекали полярный круг, а затем входили в воды, которые британский флот не мог тщательно патрулировать. Таким образом, нейтралитет Норвегии был выгоден Германии.

Кроме того, Норвегия имела 21 000 километров береговой линии и являлась местом выхода Балтийского моря в Северное море и Атлантический океан. Во время Первой мировой войны немецкие военные корабли были блокированы британскими военными кораблями в Балтийском море, и иностранный флот не мог выйти в море. Немецкие адмиралы согласились, что если они получат военную базу в Норвегии, то смогут прорвать блокаду и открыть широкий морской путь для немецкого флота.

Накануне Второй мировой войны Великобритания, Франция и другие страны приняли политику умиротворения, чтобы избежать войны и стремиться к миру. Будучи страной с небольшой совокупной мощью, Норвегия придерживалась политики нейтралитета в надежде избежать нападений со стороны обеих воюющих сторон. Однако из-за своей географической важности Норвегия оказалась местом сражения англичан и французов против Германии.

Часто говорят, что «слабая страна не имеет дипломатии», но это не значит, что слабая страна должна отказаться от своего достоинства; слабая страна также имеет мужество защищать свое национальное достоинство. Во время войны немецкий министр Бройль пытался убедить короля Хокона VII сотрудничать с Германией, но Хокон VII отказался.

Хокон VII сказал: «Нация, которая подчиняется иностранной агрессии, не достойна жить». — После этого Хокон VII возглавил норвежскую королевскую семью и главу правительства в изгнании вместе с отступающими союзными войсками под немецкими бомбардировками, сформировав правительство в изгнании для сопротивления немецкой оккупации Норвегии.

Норвежская армия организовала норвежские бригады и авиационные эскадрильи в Великобритании и приняла участие в морских сражениях в Атлантике и воздушных боях в Великобритании и на континенте. Норвежский торговый флот, включавший более 1000 судов общим тоннажем 4 миллиона тонн, сыграл важную роль в поддержке союзников. Коренной норвежский народ под руководством Отечественного фронта доблестно сражался против немецких оккупационных войск и был для них большим сдерживающим фактором.

Янник, конечно, знал о личности Хокона VII, который неожиданно умер пятью годами ранее, оставив на попечение единственного ребенка Олава. Нынешний король Норвегии — третий сын Фредерика VIII и принцессы Луизы Шведской; младший брат Харальда VII, Харальд Кристиан Христианин Фредерик.

«Что ваша страна подразумевает под этим?!». — В это время во дворце столицы Норвегии Осло король Харальд пристально посмотрел на стоящего перед ним немецкого посланника с теплым и сердитым лицом и задал вопрос: «Наши две страны всегда жили в гармонии, но ваша страна объявила войну нейтральной стране?».

Немецкий посланник слабо улыбнулся: «Ваше Величество неправильно понял меня, мы не объявляли войну вашей стране. Мы просто пытаемся помочь Норвегии вырваться из лап Великобритании и Франции».

Король Харальд сказал в отчаянии: «Помочь нам? Послать несколько сотен бомбардировщиков, чтобы помочь нам или разнести нас в пух и прах? Предупреждаю вас, как только эти самолеты полетят на голландскую территорию, мы нанесем решительный ответный удар».

Немецкий посланник сохранял спокойствие и сказал: «Отправка этих самолетов — это просто демонстрация вашей стране, что у нас есть силы для защиты вашей страны. Что касается контратаки или чего-либо еще, я прошу Ваше Величество подумать дважды, как только Ваша страна начнет атаку, наши летающие формации без колебаний контратакуют также; может ли Ваше Величество представить, сколько городов может быть разрушено такой огромной формацией и сколько норвежских людей будет убито бомбами? Пока ваша страна сохраняет здравомыслие, я могу гарантировать, что ни одна бомба не упадет на головы вашего народа.

Ах да, еще одно, наши подводные силы устроили засаду возле ваших различных портов; я уверен, вы слышали о больших успехах наших подводных сил; как только будет отдан приказ атаковать, они потопят все корабли в портах».

Уголки рта короля Харальда несколько раз непроизвольно дернулись, и в его глазах, не задумываясь, промелькнула вспышка страха. Он действительно слышал об этом и думал, что немцы блефуют, но он не ожидал, что британское радио передаст ту же новость после этого, что очень удивило его; скорее это должно было удивить весь мир.

Норвегия имеет 21 000 километров береговой линии, множество естественных гаваней, рыболовство и морская торговля были основой промышленности Норвегии с древних времен, и если бы эти порты были атакованы немецкими подводными лодками, последствия были бы немыслимыми.

Видя это, немецкий посланник ударил, пока горячо, и сказал: «И Его Высочество гарантирует, что эта мера защиты будет осуществляться максимум три года, после чего все наши войска будут выведены, и ни один солдат не будет оставлен».

«Правда?». — Король Харальд подсознательно спросил.

Немецкий посланник сказал с беспримерной серьезность: «Конечно, наше высочество — человек слова. И я также привез гарантийное письмо от Его Высочества». — сказал он, доставая из портфеля документ и передавая его королю Харальду.

Король Харальд помолчал мгновение и приказал: «Проинформируйте повсеместно силы ПВО, чтобы они пока не предпринимали никаких необдуманных шагов». — Сказав это, он взял документ и внимательно прочитал его.

«Ваша сторона планирует разместить 400 000 солдат?!». — Король Харальд открыл рот и недоверчиво посмотрел на немецкого посланника. Он знал, что население Норвегии составляло всего около 4 миллионов человек, но немцы хотели разместить десятую часть населения Норвегии?

Увидев молчаливый кивок немецкого посланника, король Харальд продолжил читать документ: «Все расходы по содержанию гарнизона будут нести сами немцы, а построенные объекты через три года будут переданы норвежскому правительству без компенсации». — Это была хорошая статья.

Еще несколько оговорок вниз по странице, и они не были чрезмерными, все были приемлемыми.

Особенно последний пункт: «Десять тонн золота в год, которые немецкая сторона будет выплачивать на содержание гарнизона?!». — Десять тонн золота, хотя, возможно, и были небольшой долей в казне страны, отнюдь не были маленькой суммой.

Немецкий посланник заговорил: «Вы все еще довольны, Ваше Величество? У нашего Высочества есть только одна просьба, мы не хотим, чтобы кто-то из вашей страны тайно сговаривался с врагами Германии и подставлял подножку Германии за их спиной. Когда мы узнаем, тогда мы не будем вежливыми!».

Долго колебавшись, король Харальд наконец согласился.

«Ваше Величество приняло мудрое решение, и норвежский народ будет благодарен за ваше решение». — Немецкий посланник польстил, забрав подписанное соглашение у короля Харальда: «А теперь, если Ваше Величество соизволит пройти дальше, наши Высочества приготовили для Вас небольшой показательный пир».

«…». — Хотя он не знал, что немецкий посланник хотел, король Харальд все же сделал то, о чем его просили, и повел группу высокопоставленных лиц на вершину горы под Осло, в конце которой находилась безлюдная ничейная земля.

К этому времени огромная стая разделилась на несколько летных формаций и летела к давно намеченному месту посадки. Вдали в небе оставалось около сотни самолетов.

Немецкий посланник оглядел разрозненных норвежских руководителей и отдал приказ своим людям: «Скажите им, что зрители расселись и представление можно начинать».

«Есть!». — Прихвостень вернулся в машину и начал возиться с радиоприемником.

Через некоторое время было замечено, как четырехмоторный самолет отделился от строя и полетел в ту сторону, сбросив бомбу на расстоянии более десяти километров от них. Толпа невооруженным глазом видела, как самолет резко дернулся вверх после сброса бомбы, которая оказалась довольно тяжелой.

Конечно, упавшая бомба была слишком большой, длина бомбы составляла не менее семи или восьми метров, а диаметр был неслыханно толстым. Пока толпа в ужасе наблюдала за происходящим, падающая бомба врезалась в землю и исчезла.

Бомба действительно была копией британской супербомбы «Grand Slam». Бомба весила 10 тонн, имела высоту 8,08 метра и диаметр 1,17 метра.

В 42-м году британский инженер Барнс Уоллис принял запрос от RAF на создание бомбы. По просьбе RAF Уоллис разработал 6-тонную бомбу TallboyBomb. Бомба была настолько мощной в бою, что сыграла решающую роль в потоплении линкора «Тирпиц». На основе этого Уоллис разработал 10-тонную бомбу, которая была названа «Грандламбом» (также известна как «Большой взрыв»).

Она была начинена 4 144 килограммами взрывчатого вещества гибрид-D1 в алюминиевой оболочке. Бомба Grand Slam имела бронебойный сердечник в головной части и пробивала почву на глубину 40 метров и бетон на глубину 6 метров. Это была самая большая взрывчатка, когда-либо созданная человеком до появления ядерного оружия, и самая большая из когда-либо применявшихся в боевых действиях.

Просто огромный размер «Большого взрыва» не способствует конвейерному производству. Чтобы обеспечить высокую точность литья и обработки, большинство деталей были вырезаны вручную опытными работниками. Например, для увеличения пробивной силы корпус боеголовки Grand Slam изготовлен из высокопрочной стали со специальным процессом закалки. Боеголовка требует высокой степени симметрии на этапе механической обработки для обеспечения оптимальной аэродинамики.

«…». — В тот момент, когда толпа уставилась друг на друга, раздалось приглушенное «Бум», и вся земля загудела. сильно дрожали. Словно при приближении землетрясения, несколько рыхлых камней на горе с грохотом посыпались вниз. Несколько человек не устояли на ногах и упали на землю на ягодицы.

Земля, в которую только что вонзилась гигантская бомба, с силой раздулась в большой мешок, и бесчисленные языки пламени вырвались из различных трещин. Через несколько секунд выпуклая земля снова обрушилась, и появился огромный глубокий кратер. Было слишком далеко, чтобы понять, насколько она глубока, но она была шокирующе большой.

Немецкий посланник посмотрел на бледную толпу и слабо улыбнулся: «Тогда я удаляюсь, господа. Желаю вам всем приятного дня». — С этими словами он сел в машину и уехал.

«Боже!». — После долгого раздумья король Харальд издал слабый вздох и обратился к оруженосцу, который держал его под руку: «Как вы думаете, бомбоубежище дворца сможет остановить такую бомбу?».

Сквайр вздрогнул, его лицо побелело: «Боюсь, не получится».

И без того уродливые лица толпы стали еще более уродливыми, когда они услышали эти слова от Его Величества Короля. Они, высшее руководство, все имели специальные бомбоубежища, но ни одно бомбоубежище не могло защитить от такой ужасающей бомбы, верно?

В этот миг у всех в голове была только одна мысль: они не должны обидеть немцев, иначе в случае, если их встретит такая супербомба, от них не останется даже крошек.

Что касается того, почему Янник пришел на такой спектакль, то это из-за характера норвежцев.

Норвегия — страна, состоящая из 10 000 островов, граничащих с океаном. Его горы, ледники и озера прекрасны. Однако долгие холодные зимы способствовали стойкости норвежского народа.

Народ Норвегии, который был оккупирован в первоначальный период времени, не отказался от сопротивления. На родине формировались большие и малые партизанские отряды. За рубежом, в Великобритании, было сформировано правительство в изгнании, призвавшее народ к сопротивлению. В это же время были сформированы военно-воздушные силы, которые приняли участие в Битве за Британию. Большое количество кораблей было мобилизовано для поддержки союзников. Зима стала спасительницей Советского Союза против немцев, и Советы использовали ее, чтобы сдержать и контратаковать Германию. В то же время норвежский народ использовал снег, чтобы продолжать сопротивление немцам. Один молодой норвежец в одиночку провел несколько дней в снегах и льдах, пересекая скандинавские горы, чтобы доставить информацию союзникам.

Вот почему Янник предложил Норвегии такие щедрые условия и из кожи вон лез, чтобы напугать их драгоценными супербомбами, своего рода запугивание; в надежде ослабить враждебность норвежцев и заставить их оставаться на месте и доставлять меньше хлопот немцам.

…

Сотни или около того самолетов в небе начали возвращаться, хотя они не возвращались прямо в Германию, а делали обходной маневр через Голландию.

Отцом Вильгельма II был Фридрих III, а матерью — Виктория Аделаида Мэри. Принцесса Луиза была старшей дочерью, родившейся у королевы Виктории и принца Альберта Английского.

Королева Нидерландов Вильгельмина была дочерью Вильгельма III и принцессы Эммы. Принцесса Эмма — сестра одной из невесток английской королевы Виктории. То есть невестка королевы Виктории также была принцессой дома Пирмонтов Вальдекских.

Короче говоря, сестра жены брата Вильгельма II была матерью Вильгельмины. Это означает, что Вильгельмина — племянница Вильгельма II, его дяди. Согласно китайскому способу называть родство, Вильгельмина была двоюродной сестрой Вильгельма II.

В первоначальный период времени, после поражения в Первой мировой войне, Вильгельм отправился в изгнание в Нидерланды. Статья 227 Версальского договора прямо объявила Вильгельма II военным преступником, назвав его преступления нарушением международной морали и святости договоров (например, вторжение Германии в постоянно нейтральную Бельгию). Но королева Нидерландов Вильгельмина отказалась выдать его для суда, проигнорировав призывы держав Антанты. В силу родства с королевой Вильгельм II получил небольшой замок HuisDoorn в Доорне, чтобы прожить остаток своей жизни.

Поэтому, когда немецкий посланник дал понять Вильгельмине, что цель поездки — «убедить капитулировать», королева на мгновение замерла, только чтобы прийти в себя с выражением горячего гнева на лице: «Мы в Голландии всегда придерживались нейтралитета. Я не понимаю, почему наследный принц Янник поступил так неуважительно, объявив войну нейтральной стране? Разве он не знает, что нападение на нейтральную страну — это крайне плохой поступок, и что объявление войны нейтральной стране равносильно объявлению войны всему миру? Его Величество Вильгельм II тоже не одобрил бы этого!».

Выслушав череду упреков королевы, немецкий посланник не мог не скривиться в душе.

Нейтралитет?

Вам не стыдно так громко заявлять о себе. И Голландия, и Англия, и Германия — родственники, и они делали дела с двух концов в последней войне; брат Англия! Хочешь, я помогу тебе построить корабль и убить немцев? Немецкие братья! Хочешь, я помогу тебе строить корабли и убивать англичан?

Но у него все же хватило вежливости ответить королеве: «Ваше величество, вы не можете не знать, что Красная угроза на Востоке становится все сильнее и присматривается к Европе, и что ее вторжение в Европу — лишь вопрос времени. А наши европейские страны до сих пор целыми днями борются за свои интересы, не зная, как объединиться и сотрудничать. По этой причине Его Высочество решил консолидировать силы всей Европы, чтобы противостоять будущему кризису и спасти народы Европы от опустошения Красной угрозы. По этой причине Его Высочество даже обвинили в нападении на нейтральную страну. Кто сегодня в мире может сравниться с ним?».

Этот посланник, очевидно, тоже был фанатом с промытыми мозгами, с пеной у рта провозглашавшим величие Янника, тронутый до такой степени, что едва не проливал слезы.

Глубоко выдохнув и пытаясь успокоить свои эмоции, он проигнорировал Вильгельмину, которая была ошарашена этой «теорией бессовестного грабителя», и продолжил: «Что касается нашего Величества Вильгельма II, то он доверил всю Германию Его Высочеству Яннику много лет назад. Даже если вы сейчас назовете Его Величество Вильгельма, это нисколько не изменит решение нашего Высочества. Кроме того». — сказал посланник, доставая карманные часы и глядя на них: «Еще через двадцать минут великие города Голландии превратятся в море огня».

«Что ты имеешь в виду? Угрожаешь мне?». — Вильгельмина чувствовала, что должно произойти что-то плохое, и глубокая тревога наполняла ее сердце.

Немецкий посланник усмехнулся: «Это не угроза! Я просто констатирую факт, который вот-вот произойдет. через 20 минут тысячи бомбардировщиков будут уничтожать крупные города Голландии».

«Что?! Города заполнены мирными жителями!». — Вильгельмина вздохнула: «Вы только что заявили, что наследный принц Янник пытался спасти народ Европы от разорения, но вы хотите уничтожить наш народ?».

Немецкий посланник ответил холодно: «Ваше Величество! На протяжении всей истории человечества достижение любого величия требовало жертв. Жертвы немногих оплачиваются сегодня ради счастья многих в будущем. И с вашими словом даже эти немногие не должны лишиться жизни».

Пока он говорил, в зал заседаний в панике вбежала секретарша: «Ваше Величество, большой рой самолетов приближается к линии границы».

«Боже правый! Ты действительно сошел с ума?!». — Вильгельмина вскрикнула в тревоге: «Я согласна! Согласна на капитуляцию! Немедленно прекратите свои действия!».

Исландия — последний крупный необитаемый остров в мире, за исключением Новой Зеландии. Впервые Исландия была заселена ирландскими монахами примерно в конце VIII века, а во второй половине IX века началась норвежская иммиграция в Исландию. Долгое время после этого Исландия находилась под контролем Норвегии, Дании и других стран.

В 1918 году Дания признала Королевство Исландия (король был по совместительству королем Дании) как суверенное государство, подчиненное Королевству Дания, и Исландия получила независимость и суверенитет, похожий на протекторат, в своих внутренних делах, но внешние дела оставались под контролем Дании.

Когда весть о гибели Дании достигла Исландии, исландцы просто ликовали и радовались, быстро объявив о своей независимости от датского контроля и осуществляя свой суверенитет, сохраняя нейтралитет.

Только независимость Исландии продлилась всего несколько дней. Этим идиотам не приходило в голову, что Дания уже объявила о нейтралитете, но все равно была захвачена Германией!

Но Исландию уничтожила не Германия, а Британия.

Почему?

Исландия расположена между великим североамериканским треугольником — Гренландией, Норвегией и Великобританией, и одно только геостратегическое значение этой страны бесценно. Кроме того, если бы Германия оккупировала Исландию, она могла бы обойти с фланга и защитить Норвегию, находящуюся под немецкой оккупацией, создавая лучшие условия для нападения на материковую часть Великобритании.

В связи с этим Британия взяла на себя инициативу и сделала предложение Исландии, и британские дипломаты предложили Британии и Исландии подписать договор о союзе и разрешить Британии разместить войска в Исландии. Однако эти предложения были отвергнуты исландским правительством, которое неоднократно подчеркивало, что будет придерживаться нейтралитета и не перейдет ни на одну из сторон.

Это вызвало недовольство британского правительства, и Черчилль посчитал, что соглашения в черно-белых тонах не работают, не говоря уже о двух кусках рта, которые еще менее надежны. Исландия должна быть принята как можно быстрее, один шаг медленнее — и Германия может вырваться вперед.

Поэтому Великобритания решила провести против Исландии операцию под названием «Вилка».

Почему это называется операция «Вилка», очень просто, видишь жирную рыбу в воде, опускаешь вилку , и забираешь вкусную рыбу .

Население Исландии в это время составляет всего несколько сотен тысяч человек, нет даже приличной армии, в национальной (государственной) полиции (милиции) всего 70 человек.

Но англичане не посмели отнестись к этому легкомысленно и послали в Исландию большую армию.

Насколько «большим» он был?

Два эсминца, HMS «Fearless» и HMS «Fortune» , в сопровождении двух крейсеров, HMS Glasgow и HMS «Berwick», «отправились» в Исландию.

Исландцы были возмущены этой новостью, так как они были независимы всего несколько дней и собирались потерять свою страну.

Исландское правительство допросило британских дипломатических представителей в Исландии, спрашивая, что вы замышляете. Британский представитель, в свою очередь, рассказал Исландии об опасениях Британии и сказал, что ради интересов Британии он надеется, что Исландия будет сотрудничать. Исландское правительство кричало на Британию за то, что она задирает маленькую страну, и что мы являемся нейтральной страной. Британия по-прежнему говорит одно и тоже: ради Британии вы должны принять реальность.

Объективно говоря, у Британии также не было намерения причинить вред Исландии, а только предотвратить захват Исландии Германией, чтобы причинить вред Британии. Другими словами, Британия позволила Исландии лишь играть гостевую роль «раба», четко заявив: война окончена, британские войска немедленно убираются из Исландии.

В июне 40-го года Франция потерпела поражение от Германии, что заставило премьер-министра Великобритании Черчилля больше беспокоиться об Исландии, опасаясь, что Германия быстро атакует Исландию, а затем нападет на Великобританию. Поэтому он продолжал посылать войска в Исландию, отправляя туда один за другим почти 25 000 солдат.41 В 41-м году Соединенные Штаты также отправили более 40 000 солдат для гарнизона Исландии. По статистике, численность британских и американских войск, размещенных в Исландии, превышала общее количество всех исландских мужчин вместе взятых!

В конце войны британцы действительно эвакуировали Исландию, только британские войска ушли, но американские войска оставались до 2006 года.

Но независимость Исландии зависела и от США. В 44 году, после высадки союзников в Нормандии, общая картина Второй мировой войны была определена, и для держав-победительниц наступило время досрочно разделить выгоды. Если бы ситуация была такой, какой она была до войны, Исландия вернулась бы к статусу датского протектората, где ее внутренние дела контролировались бы самостоятельно, а внешние — под контролем Дании.

Но у американских военных была огромная военная база в Исландии, и США не хотели просто так отдавать ее Дании. Что касается вооруженных сил США, то я выиграл войну, и я никак не собирался делать это для вас, Дания. Таким образом, США позволили Исландии стать полностью независимой, но при этом оставили Дании Гренландию и Фарерские острова, и Дания ничего не могла с этим поделать, хотя и была недовольна.

На самом деле, Янник не слишком беспокоился по поводу британской и американской оккупации Исландии, зная, что Исландия образовалась в результате застывания магмы, извергающейся из щелей, образовавшихся в результате дрейфа континентальных плит. Ледники покрывают около 8 000 квадратных километров, и почти вся страна находится на вулканической породе, большая часть земли не возделывается, известна как «Страна льда и огня». В Исландии насчитывается более 200 вулканов, в том числе около 30 действующих, и они довольно активны — в среднем одно извержение каждые пять лет.

Что произойдет, когда британские и американские войска двинутся туда, а он пошлет бомбардировщики бомбить эти действующие вулканы или просто врежется в центр Исландии?

Этот сценарий был бы слишком прекрасен, чтобы его представить!

Но Янник не хотел облегчать задачу британцам, и как раз в тот момент, когда британские «экспедиционные силы» достигли точки, откуда они могли видеть Исландию, передовой эсминец HMS «Fearless» внезапно взорвался, причем взрыв был сильным и даже поднял грибовидное облако — по-видимому. Склад боеприпасов был повреждён и произошёл взрыв (взрыв большого количества взрывчатки может образовать грибовидное облако, что не является исключительной особенностью ядерных взрывов). Через несколько мгновений весь военный корабль исчез в море.

Прежде чем оставшийся эсминец HMS «Fortune» и крейсеры HMS Glasgow и HMS «Berwick» успели отреагировать, моряки в сторожевых башнях трех военных кораблей забили траурную тревогу.

«Боже! Это торпеда, это торпеда!».

«Торпеды! Торпеды! Они по левому борту!».

«Торпеды по правому борту!»

Главнокомандующий экспедиционными силами, капитан Стенгерс, стоял на мостике крейсера HMS «Berwick» , глядя на торпеды, летящие со всех сторон, и мог только в отчаянии взывать к Богу.

У Бога, конечно, не было на него времени, и в серии взрывов HMS «Fortune» HMS Glasgow и HMS «Berwick» затонули один за другим. Лишь немногие британские моряки избежали гибели и остались плавать на поверхности.

Затем исландское правительство получило совместное заявление от Дании и Германии, в котором они не признавали независимость Исландии и объявляли войну, если Исландия будет продолжать идти своим путем.

Исландское правительство было настолько подавлено, что его вот-вот стошнит кровью, и, осознав истину, что без силы оно ничто, оно просто объявило Исландию незащищенной, так что делайте с ней что хотите.

Немцы отправили в Исландию конвой транспортов, а британцы — флот, который им удалось наскрести, решив захватить Исландию. Только англичане не знали, что конвой и Исландия были лишь приманкой для немцев.

Поздно вечером немецкий флот открытого моря тихо вышел из порта в темноте в Норвежское море.

Париж, Франция.

В Елисейском дворце проходила важная военная конференция, темой которой, конечно же, было то, как справиться с немецким нападением!

Немецкая армия за один день без особых усилий заставила Данию, Норвегию и Нидерланды уступить ей, и это не только шокировала Британию и Францию, но и достаточно сильно напугала Бельгию.

Бельгия расположена на северо-западе Европы, между Германией и Францией, является буферной зоной между Францией и Германией. Хотя Бельгия и является небольшой страной, она не но является слабой, и входит в 20 лучших стран мира. И хотя Бельгия всегда придерживалась строгого нейтралитета, объявив себя «постоянно нейтральным государством», она очень неспокойна.

В 1923 году Бельгия вслед за Францией оккупировала Рурскую промышленную зону Германии, что привело к Рурскому кризису и вызвало ненависть немцев.

Хотя Бельгия и Франция были союзниками, они не были особенно близки. Чтобы не раздражать Германию, Бельгия отказалась от военного сотрудничества с Францией и укрепления своего вооружения, поэтому в то время как французы построили прочную линию Мажино на границе Германии и Франции, они ничего не могли сделать с Бельгией на западе и лишь построили несколько временных полевых укреплений на границе.

Перехват на днях немецкого «желтого плана», в котором немцы прошли через Бельгию в направлении главного удара по Франции и ее союзникам, уже сильно обеспокоил Бельгию; а подчинение Дании, Норвегии и даже соседней Голландии Германии напугало Бельгию почти до смерти; и она сразу же согласилась на размещение британских и французских войск. войска.

«Насколько лучше для этих дураков было договориться раньше». — пробормотал недовольный Гамелен, главнокомандующий французской армией и командующий британскими экспедиционными силами: «Надеюсь, еще не слишком поздно».

Они уже несколько раз имели дело с бельгийским правительством, еще во время строительства линии Мажино Франция первоначально собиралась построить эту линию до самого моря, но Бельгия не согласилась на это. Таким образом, линия остановилась на северном участке немецко-французской границы.

«Последние передвижения немцев совпадают с желтым сценарием, и, похоже, они не заметили утечку разведданных». — После нескольких слов о Бельгии Гамелен перешел к делу: «Поэтому мы должны провести дальнейшую целенаправленную контратаку по желтому сценарию».

В этот момент в панике вбежал штабной офицер: «Доклад! Немцы обстреливают линию Мажино!».

«Что?!». — Толпа была ошеломлена: неужели немцы узнали, что «Желтый план» просочился, и хотели прорвать линию Мажино?

Каждый, кто знаком со Второй мировой войной, знает историю линии Мажино. После Первой мировой войны Франция потратила много денег на строительство линии Мажино вдоль границы между двумя странами, чтобы предотвратить повторное вторжение Германии.

Линия Мажино, названная в честь тогдашнего военного министра Франции Мажино, была построена в основном в восточной части Франции в регионе Лотарингии (уступленной Пруссии и Германии в ходе Франко-прусской войны, которую Франция вернула себе после Первой мировой войны), и была построена от Лонгильона до Бельфора, Франция, общей протяженностью около 390 километров, которую называли «первой в мире линией обороны».

Эта линия включала барьер Мёз, барьер Саар, барьер Лаутель, барьер Бас-Рин и барьер Бельфор. Линия состояла из зоны безопасности (глубиной от 4 до 14 км) и основной оборонительной зоны (глубиной от 6 до 8 км).

Вся линия состояла из зоны безопасности (глубиной от 4 до 14 км) и основной оборонительной зоны (глубиной от 6 до 8 км). Инженерные сооружения наиболее сильны на двух укрепленных территориях Мёз и Лаутель. Пойма реки Саар была сформирована с помощью естественных речных преград и болот, а укрепления начали возводить только после 1935 года, и они были самыми слабыми. Территория Нижнерейнских укреплений была естественно экранирована каналами Рейн, Рона и Рейн, и поддерживалась постоянными огневыми укреплениями только в районе вдоль Рейна. В наиболее важных частях укрепрайонов Мёз и Лаутель был построен комплекс укреплений с комбинированными наземными и подземными участками, пригодными для круговой обороны.

Его наземная часть состояла из бронированных или железобетонных пулеметных и артиллерийских укреплений, включая 5800 постоянных укреплений с плотностью 15 на километр фронта. Среди них было 142 крепости, 68 небольших многогранных фортов и более 150 орудийных укреплений. Каждый форт был также защищен траншеями глубиной 3 метра и шириной 2 метра перед каждым. В общей сложности вся крепость была оснащена 344 орудиями различных типов, самые маленькие из которых имели калибр 75 мм.

Надземные сооружения были в основном крепостями. Внешние стены крепости обычно имели толщину до 3,5 метров, а броня бронированной башни крепости достигала 300 мм, и все это могло выдержать прямое попадание двух 420-мм минометных снарядов. Основное вооружение крепости составляли 75-мм пушки с дальностью стрельбы 9 000 метров и 135-мм гаубицы. Затем большая крепость была окружена многочисленными меньшими фортами, обычно состоящими из трех последовательных темных фортов. и были оснащены 7,5-мм спаренными пулеметами и 81-мм минометами.

Основными противотанковыми препятствиями на оборонительной линии были противотанковые траншеи, скальные стены, обрывы и холмы из металлических и бетонных свай, усиленные минными полями. Противопехотные препятствия обычно представляли собой колючую проволоку из металлических или деревянных кольев, на некоторых участках колючая проволока была электрифицирована.

Даже в подземных секциях это пространство было большим. Здесь было несколько уровней, включая командные пункты, комнаты отдыха персонала, продовольственные склады, склады боеприпасов, станции скорой помощи, электростанции, помещения с фильтрованной вентиляцией и т.д. Были также проходы, соединяющие укрепления друг с другом и с электромобилями. Оружие внутри огневых укреплений было специально разработано и установлено.

При такой длинной линии обороны, само собой разумеется, что ее строительство должно было стоить дорого. Только по времени линия Мажино была построена с 1929 года до 1940 года, начала Второй мировой войны, общей стоимостью около 5 миллиардов франков, что было эквивалентно нескольким годам французского бюджета.

В строительстве такой огромной линии, конечно, французы уверены, французский маршал Петен похвалялся: ни авиация, ни танки не могут изменить ход войны, безопасность нации может опираться только на укрепления! Даже маршал чувствовал, что Мажино неприступен, не говоря уже о других генералах, которые все согласились, что дни быстрого вторжения во Францию остались в прошлом!

Если бы Германия не пошла на неожиданный риск, перейдя Арденны, линия Мажино действительно сломала бы несколько немецких зубов, и можно спорить, победила бы Германия Французов. С другой стороны, блокирование Мажино вынудило Германию перейти Арденны и погрузиться еще глубже, что, по-видимому, послужило стратегической цели Мажино.

В действительности французы построили линию Мажино не для того, чтобы остановить Германию у линии Мажино, а только для того, чтобы использовать линию Мажино, чтобы застопорить Германию. Из-за небольшого размера Франции, ее плоской местности и отсутствия стратегической глубины, Франция нуждалась в сильной линии Мажино, чтобы увеличить стратегическую глубину Франции и выиграть время для французской мобилизации, а также для британской поддержки. В то же время, поскольку Франция понесла тяжелые потери в Первой мировой войне, потеряв целое поколение и опустошив свою казну, французы были по-настоящему напуганы войной. После войны Франция не только испытывала нехватку солдат и рабочей силы, но и столкнулась с серьезным экономическим кризисом и оказалась почти на грани финансового краха, и Франция оправилась только после Второй мировой войны. Строительство линии Мажино не только эффективно сократит потери французов и восполнит нехватку французских солдат, но и позволит сэкономить большое количество денег. Французы построили линию, исходя из ситуации в стране, а не из глупых денег.

Кроме того, поскольку французы полагались на позиционную войну и траншеи, чтобы победить Германию, поэтому упрямо верили, что оборона эффективнее нападения, сильные укрепления и мощная огневая мощь являются ключом к победе, поэтому французы придерживались этого жесткого мышления, линия Мажино фактически является прямым отражением этого стратегического мышления. Но французы забыли одну вещь, лучшая защита — это нападение, а самая сильная защита не может остановить генерала, который что-то сделал. Во французской кампании немцы обошли линию Мажино и прошли через Арденнский лес, ослепив британские и французские войска, и немцы легко выиграли войну. Если бы французы прислушались к совету де Голля и сформировали массивные бронетанковые мобильные силы, Франция, возможно, не проиграла бы войну.

Услышав, что немцы обстреливают линию Мажино, толпа была немного ошеломлена. Первым отреагировал маршал Петен: «Они обстреливают всю линию? Это тяжелая артиллерия?».

Штабной офицер покачал головой: «Они обстреливают участок линии от Брумата до Страсбурга. В основном это все 150-мм или около того пушки».

Толпа посмотрела на него с пониманием, а затем усмехнулась: «Похоже, что немцы пытаются разыграть трюк «питворного строительства дороги», но не очень ловко, а, чтобы обмануть нас, нужно хотя бы притащить артиллерию калибра 200 мм».

Людям, высмеивавшим немцев за их неубедительную уловку, и в голову не приходило, что они были правы, догадавшись, что немецкая артиллерийская атака действительно была «явной», но, к сожалению, они ошиблись, догадавшись, что «скрытой позицией» была не Бельгия, а Арденнский лес, где сложность была сильно переоценена.

Когда сильные страны воюют друг с другом, страдают не только сами сильные страны, но и многие малые страны оказываются вовлеченными в пучину войны. Из-за их стратегического расположения обе армии хотели контролировать их.

Бельгия была небольшой, но, будучи промышленной державой, она могла использовать свою мощную промышленность и географическое преимущество (густую сеть рек), чтобы хотя бы символически защититься от немецкой армии и сохранить свою честь.

Конечно, самым важным было то, что Янник опасался, что, напугав всю Бельгию, он не сможет втянуть британскую и французскую армии в знаменитое историческое окружение, и план сражения Германии может провалиться, поэтому он держал Бельгию в качестве приманки.

А Люксембург, также небольшая страна, насчитывающая всего 300 000 человек, хотя и богатая, долгое время сохраняла нейтральную роль в спорах держав, не уделяя особого внимания наращиванию своих вооруженных сил. И у нее не было такой сильной промышленности, как в Бельгии. При максимальном мобилизационном потенциале в двенадцать процентов от общей численности населения для ведения современной войны она могла мобилизовать в лучшем случае 36 000 человек, а после вычета рабочей силы, необходимой для логистики и военной промышленности, — не более 10 000 военнослужащих.

Поэтому, когда немецкий посланник обратился к великой герцогине Люксембургской Шарлотте Ардегонде, она сказала, что не сможет мобилизовать армию. Ардегонда Элизабет Мари Вильгельмина без колебаний принимала любые условия Германии.

Затем немцы плавно заняли оборону Люксембурга, 19-я танковая армия Гудериана и 41-я танковая армия Рейнхардта образовали скопление танков и устремились в Арденны.

«Следите за тем, чтобы держаться в строю!

«Держите дистанцию между передними и задними машинами, не толпитесь».

Стоя на крыше бронированной командной машины, Гудериан смотрел на колонну, конец которой не был виден, и наконец понял, почему французы так уверенно относились к этому месту как к долине расселин, не охраняемой войсками.

Где это можно считать дорогой?

Она была изрезана, и там, где она была широкой, два танка могли проехать бок о бок, но там, где она была узкой, проехать было крайне сложно даже одному танку, и даже иногда случались аварии и переворачивания. Неподалеку еще один танк скатился в небольшую канаву рядом с ним.

«Черт». — Гудериан не мог удержаться от бормотания, наблюдая за тем, как инженеры поднимаются и бьют по танку: «Такими темпами мы опоздаем!».

«Возможно, еще шестьдесят часов, и мы уйдем оттуда. Не беспокойтесь, командующий армией, разве мы можем сделать что-то, если будем торопиться?». — Адъютант утешительно сказал сбоку.

Все здесь были встревожены, такое движение с черепашьей скоростью, несмотря на прикрытие леса, не исключало полностью возможности быть обнаруженным французами. Как только такие крупные и неподвижные силы были бы обнаружены французами, и французы нанесли бы артиллерийский удар, последствия были бы невообразимыми. Было даже возможно, что вся группа армий «А» будет похоронена в этом огромном лесу.

Но это была просто не та проблема, которую можно было решить в спешке, теперь, когда все войска, танки различных типов плюс большое количество бронетехники столпились здесь, было просто невозможно увеличить скорость.

Гудериан вздохнул и просто выпрыгнул из броневика, он предпочел бы сейчас бродить по окрестностям, войскам все равно придется медленно ползти вперед в этом черепашьем темпе.

В другом направлении, Группа B под командованием Федора фон Бока разделилась на две части, одна из которых направилась в Голландию, а другая атаковала Бельгию.

Поскольку Бельгия добровольно отказалась от нейтралитета, немцам не нужны были лишние слова, и они атаковали напрямую.

В первую очередь они хотели захватить знаменитую крепость Крепость Эбен Эммер.

Крепость была расположена на голландско-бельгийской стороне границы, между городами Маастрихт и Вис. Крепость была важной частью линии канала Альберта, сильным укреплением и важным опорным пунктом для северного продолжения линии Мажино, а также ядром восточной системы обороны Бельгии.

Именно отсюда немецкая армия вошла в Бельгию в 1914 году. Бельгийцы начали строить здесь эту великолепную крепость в начале 1930-х годов, чтобы противостоять возможности еще одного немецкого вторжения.

Он был смоделирован по образцу сложных укреплений линии Мажино. Крепость построена на небольшом гранитном плато, длина плато с севера на юг составляет 900 метров, а ширина с востока на запад — 700 метров. С северо-востока и северо-запада он ограничен почти вертикальными отвесными скалами высотой около 40 метров, под которыми проходит водный канал Альберта; с юга он отделен широкими противотанковыми траншеями и защитной стеной высотой 7 метров. Со всех сторон крепость окружали так называемые «пояса каналов» и «пояса траншей» с железобетонными бункерами, оснащенными прожекторами, 60-мм противотанковыми пушками и тяжелыми пулеметами. К востоку от крепости река Маас протекает параллельно каналу Альберта, образуя барьер по периметру.

На первый взгляд, каждая крепость кажется разбросанной в пределах пятиугольного участка, но на самом деле это искусно интегрированная оборонительная система орудийных позиций, вращающихся бронированных башен, позиций зенитных орудий, позиций противотанковых орудий и позиций тяжелых пулеметов, соединенных между собой 4,5 километрами подземных укрепленных траншей.

Каждое оружие было тщательно уложено так, чтобы максимально повысить его эффективность. Крепость легко просматривалась в любом направлении. Каждый окоп, ведущий в крепость, мог остановить вражескую атаку. На вершине форта нет никаких следов каменной кладки или зданий, обнажающих положение, и повсюду растут сорняки. На вершине форта находились четыре скрытые орудийные башни, снабжаемые боеприпасами с помощью гидравлических подъемников. Чтобы запутать противника, бельгийцы также установили по всей крепости фиктивные башни. Его артиллерийский огонь мог контролировать все переправы в радиусе 16 км от канала Альберта и реки Маас.

Силы обороны форта Эммер состояли из 1200 человек под командованием майора Хиаутланда и входили в состав 7-й пехотной дивизии. Весь персонал мог находиться в бункерах на высоте до 25 метров от земли и был обеспечен водой и продовольствием для длительного использования, а также большим количеством боеприпасов. Форт был хорошо вооружен, вдоль внешних границ форта, рядом с траншеями и реками располагались многочисленные бункеры и траншеи-убежища, а также огневые позиции, поддерживающие друг друга. Для общего обстрела, Эбен. Крепость Эммера, несомненно, выдержала бы его.

Форт был спроектирован группой специалистов в мирное время и завершен в 1935 году после трех лет тщательного строительства. Крепость повсеместно считалась неприступной и неприступной. В то время она считалась одной из самых важных оборонительных позиций в Европе и самой сильной крепостью в мире, и ее уподобляли «воротам» на востоке Бельгии, «шлюзу» на линии канала Альберта.

Только они не учли тот факт, что противник мог прилететь с воздуха и приземлиться на открытом пространстве между батареями и бронированными башнями. И то, что во всей крепости было всего четыре 7,62-мм зенитных пулемета, было немного невероятно.

А из тех 4 зенитных пулеметов, когда немецкие планеры совершили вынужденную посадку на вершине крепости Эбен, 2 фактически вышли из строя. Один из двух других неповрежденных был также сбит крылом приземлившегося планера.

Штурмовая группа из 84 немецких десантников на 11 планерах DFS-230, буксируемых Junkers Ju.52, была десантирована на вершину форта Эбен и после более чем тридцатичасового боя вытеснила бельгийские войска, находившиеся в крепости.

Хотя этот воздушный бой был классическим, Янник решил использовать другое средство нападения.

Первоначально Янник намеревался скопировать американский B-17, но Соединенные Штаты уже разработали и облетали B-17 несколькими годами ранее, и над ним бы посмеялись, если бы он разработал такой же проект.

Подумав, он вспомнил, что у Германии был свой тяжелый бомбардировщик HE-177.

Из-за ограниченных ресурсов топлива и войск немецкие ВВС всегда были огромной тактической силой, но, несмотря на свои размеры, они оставались только на тактическом уровне.

И, вероятно, потому, что «Штуки» были настолько впечатляющими, одержимость Люфтваффе бомбардировками с пикирования достигла уровня паранойи.

Разумеется, у этой одержимости была причина. Из-за ограничений той эпохи точность горизонтального бомбометания была настолько низкой, что стала губительной. Даже у Германии, славящейся своей оптикой, не было очень хорошего решения, когда речь шла о наведении бомбардировщиков на цель для бомбометания.

Пикирующий бомбардировщик, который часто мог уничтожить мосты или бункеры одним пикированием, стал религией Люфтваффе.

Но то ли это была навязчивая идея, то ли убеждение: иметь четырехмоторный тяжелый бомбардировщик с возможностью пикирования — это уже перебор.

Иерархия Люфтваффе, в силу своих собственных хороших и плохих качеств, требовала, чтобы все немецкие бомбардировщики были оснащены возможностью пикирующего бомбометания! Эрнст Удет, в то время глава Немецкого авиационно-технического агентства, даже считал, что бомбардировщик без возможности пикирующего бомбометания вообще не стоит производить.

Вынужденный следовать таким необоснованным требованиям, бомбардировщик He-177 дошел до того, что принял двухмоторную компоновку — два двигателя на одном крыле, но приводят в движение только один пропеллер — в результате чего четырехмоторный тяжелый бомбардировщик снаружи выглядел как двухмоторный средний бомбардировщик.

Нетрудно представить, насколько ненадежными должны были быть такие двигатели с двойным соединением.

Во-первых, пространство кабины для спаренных двигателей было и так очень маленьким, и гидравлику шасси пришлось втискивать внутрь, в результате чего вытекающее из гидравлики масло сгорало при контакте с горячей выхлопной трубой; во-вторых, насос возврата масла был настолько большим, что при полетах на высоте более 6000 метров масло пузырилось и пенилось, что приводило к отказу смазки; и в-третьих, протекал насос впрыска высокого давления. Кроме того, расположение двигателя было слишком близко к фюзеляжу и не хватало места для установки огнеупорного отсека; различная электропроводка располагалась слишком близко друг к другу и т.д. все это увеличивало риск возгорания двигателя в воздухе.

Из восьми прототипов, построенных компанией Henkel, два разбились из-за возгорания двигателей (He-177V4 и He-177V5, соответственно); несколько других также имели частые возгорания в воздухе или проблемы с перегревом двигателя. В результате He-177 в шутку называли «воздушной зажигалкой». Такие плохие характеристики вызывали нарекания пилотов, и мало кому нравилось летать на этом самолете в бою.

Даже рейхсмаршал Геринг был вынужден признать, что «называть четырехмоторный бомбардировщик пикирующим — это нонсенс!». Но, несмотря на огорчение, Геринг не отдал приказ об изменении конструкции He-177, да и Люфтваффе в целом не испытывали острой потребности в тяжелом бомбардировщике. Как видите, глубоко укоренившееся традиционное мышление не изменилось в одночасье.

А Янник рано выгнал бесперспективного Эрнста Удета. Он приказал разработать для He-177 отдельную четырехмоторную компоновку, аналогичную американскому B-17, что значительно повысило надежность двигателя.

Более того, несколькими годами ранее он тайно «пригласил» главного конструктора авиадвигателя Rolls-Royce «Merlin» Британской империи, и благодаря сотрудничеству всех их, характеристики немецкого авиадвигателя теперь были свободны от дилеммы исходного времени и пространства.

Что касается различных редких ресурсов, которые ограничивали производство, то они также были значительно улучшены. В будущем Польша — это район производства меди мирового класса; вольфрамовые рудники Австрии уже находятся в состоянии эксплуатации; нефть Ливии готова к крупномасштабной добыче; Румыния — это великое сокровище, содержащее почти 80 видов полезных ископаемых, включая железо, марганец, медь, уран, золото, серебро, молибден и так далее. Даже Венгрия, относительно бедная природными ресурсами, обладает значительным количеством бокситов, по запасам которых занимает третье место в Европе.

Вместе с различными рудами редких металлов, импортированными из династии Мин и Советского Союза в течение многих лет, текущие запасы ресурсов Германии не были богатыми, но, по крайней мере, не было необходимости беспокоиться.

После решения проблемы с двигателем общие характеристики бомбардировщика также значительно улучшились, он понравился ВВС и уже поступил в серийное производство.

Как уже говорилось ранее, воздушная атака немецких парашютистов на крепость Эбен была классической, но Янник хотел на этот раз использовать другое средство нападения.

Это было сделано для того, чтобы приветствовать Форт Эбен с Большим взрывом.

Как только рассвело, бомбардировщик He-177 с одним Grand Slam и четырьмя Штука, прикрываемый 12 bf109, медленно пролетел над фортом Эбен.

Летели они медленно, потому что бомба Grand Slam весила десять тонн, и He-177 не смог бы лететь достаточно быстро, даже если бы захотел. He-177 был подвергнут специальным модификациям, чтобы вместить этого здоровяка. Турели на задней и носовой частях самолета были сняты, часть брони была удалена, бомбовый люк в брюхе был ликвидирован, и только огромная область была утоплена в брюхе для подвески бомбы, а подвески были специально усилены.

Не только самолет, но и этот Grand Slam был специально модифицирован.

Важно понимать, что у бомбардировщиков, бомбящих на большой высоте, было много проблем. Разумно сказать, что когда бомбардировщик сбрасывает бомбу, из-за инерции бомба имеет мгновенную скорость, равную скорости бомбардировщика вперед, поэтому траектория движения бомбы похожа на траекторию параболического движения, которое также называется параболой.

Но дело в том, что в этом процессе есть различные влияющие факторы, такие как состояние самолета-носителя, вибрация самолета на исходное состояние бомбы, роль ветра во время полета бомбы и т.д. Траектория бомбы определенно не является полной параболой, и потеря доли миллиметра составляет тысячу километров, а когда бомба падает с высоты нескольких тысяч метров, она не знает, куда лететь.

Таким образом, до появления современных систем с вычислителями и управляемых бомб в более поздние времена для повышения процента попаданий использовались ковровые бомбардировки. Стремясь быть как можно ближе к цели, через определенные промежутки времени сбрасывалась 1 бомба, и проводилась большая слепая бомбардировка района цели, переворачивая всю землю в районе цели, как при вспашке поля.

Но такую громадину, как Grand Slam, нельзя было использовать для ковровых бомбардировок, поэтому немецкие инженеры оснастили большую бомбу системой управления, которая позволяла бомбе менять свое положение в воздухе.

Это не была идея Янника, немецкие инженеры в свое время уже исследовали системы высокоточного оружия и разработали «умные бомбы» «Fritz X» и «HS293». «Фриц Х» был оснащен блоком наведения FuG-203 Kell III/FuG-230b Strasbourg и имел уникальную курсовую стабилизацию, гироскоп. Она управляется по радио с борта самолета-носителя с хвостового руля с электромагнитным приводом и имеет точность попадания более 90 процентов по круглым целям радиусом 30 метров.

«Приближаемся к цели, приготовиться к сбросу бомб!».

Сопровождающая «Штука» со свистом пронеслась вниз. Четыре зенитных пулемета в крепости Эбен взорвались огнём.

Внутри кабины He-177 бомбардир Дэниел прижал глаза к окуляру прицела сброса, внимательно следя за целью внизу, помешал цель в контрольную точку сброса и сильно потянул за гаечный ключ.

«Сбрасываю бомбу!».

«Бросаю бомбу!». — Дэниел нажал на кнопку сброса, и внутри брюха самолета огромная бомба Grand Slam отсоединилась от своего крепления, в то же время фюзеляж He-177 дернулся вверх, и Дэниел даже почувствовал, как затягиваются ремни, пристегнутые к его телу, хотя его глаза не отрывались от прицела, пристально глядя на падающую бомбу и цель на земле.

Обычный бомбардировщик, сбросив бомбы, сразу же ускоряется. Этот бомбардировщик He-177, напротив, замедлился. В конце концов, если бы он просто улетел, сброшенные бомбы были бы свободно падающими безголовыми мухами; ему нужно было замедлиться и стать гладкой рабочей платформой, чтобы Дэниел мог лучше управлять бомбами.

Это было похоже на парадокс: если головной самолет быстро улетал после сброса бомбы, то бомба, которой некому было маневрировать, становилась обычной бомбой в свободном падении; если же головной самолет медленно зависал над целью, он мог быть легко взорван зенитным огнем противника или истребителями; и опять же никто не мог маневрировать бомбой.

Поэтому такие бомбы можно было сбрасывать только на такие цели, как этот Эбен, где было мало зенитных средств.

Дэниел не сводил глаз со своей цели, Эбен-Эмара. В то же время его правая рука держала джойстик с одной стороны, двигаясь вперед-назад, чтобы контролировать траекторию падения бомбы.

Крестообразный светящийся маячок на хвосте снаряда продолжал мигать — маячок, указывающий оператору, где находится бомба.

И Дэниел должен был попасть в цель точно по этому ряду огней! Это было похоже на постапокалиптическую модель беспилотника, использующую радиоуправление, а управляющая палочка, с которой возился Дэниел, была похожа на управление ручкой дрона, через которую посылался сигнал для регулировки положения бомбы.

Легко сказать, но нелегко сделать!

Даже более поздние поколения не полностью решили проблему задержки радиосигнала, не говоря уже о настоящем времени, когда даже транзисторы еще не были в производстве.

Джойстик мог передавать только четыре команды: вверх и вниз, влево и вправо, и Дэниел увидел, что траектория Grand Slam отклонилась влево, и управлял джойстиком, чтобы исправить это, но потребовалась целая секунда, чтобы электромагнитный привод руля, установленный на хвосте бомбы, вяло отреагировал. Он понял, что коррекция была чрезмерной, и бомба мгновенно снова ушла вправо.

«Черт!». — На его лбу выступили бисеринки пота, а сердце билось с частотой до ста раз в секунду!

Они были частью X-Force преторианской гвардии, и их основной миссией было проведение различных секретных экспериментов с оружием. Будни были сплошными тренировками и имитационными испытаниями, а настоящий бой состоялся всего несколько дней назад, когда они отправились сбрасывать один из них в открытое поле на окраине норвежской столицы.

Будь то тест или настоящая битва, управлять этой штукой было очень непросто. Бомба пошла влево, затем вправо, затем вверх, затем вниз, как шатающийся пьяница, идущий по улице.

Дэниел сделал глубокий вдох и заставил себя успокоиться. У него были лучшие результаты в обычном тренинге, и именно поэтому его отправили на сегодняшнее задание, поэтому он не мог облажаться сейчас!

По мере того как бомбы продолжали падать, огромный снаряд становился все меньше и меньше, до такой степени, что за левым бортом был виден только хвостовой ряд проблесковых маячков.

Дэниел стал спокойнее, все меньше и меньше настраивая джойстик.

Была задержка, из-за которой каждая коррекция зашкаливала, затем корректировка отменялась и снова зашкаливала. Решение заключалось в том, чтобы регулировать только небольшую часть за раз, так что даже если регулировка была неправильной, он мог продолжать регулировать, и даже если он перерегулировал, он не был слишком далеко.

Наконец, бомба упала на высоту более 1000 метров и приближалась к скорости звука.

Дэниел осторожно отпустил ручку управления, во-первых, потому что воздушный поток на такой высоте и скорости едва ли мог повлиять на траекторию бомбы, а во-вторых, по мере того, как бомба падала все ниже и ниже, задержка становилась все сильнее, и если он продолжит маневрировать, то может еще больше отклониться от цели.

Он нервно посмотрел на хвостовой маяк и увидел, как бомба тяжело врезалась в землю примерно в 20 метрах от 120-мм турели.

«Боже упаси!». — Дэниел сделал несколько резких, неровных вдохов и откинулся в кресле. За эти короткие двадцать секунд показалось, что столетие прошло так давно.

«Дэниел, как дела?». — Голос капитана прозвучал из динамика рядом с ним.

Дэниел поднял свой коммуникатор: «Миссия выполнена, возвращайтесь в полет!».

He-177 и сопровождающие его Stuka, BF-109 вернулись в полет, увидев вдалеке огромную группу транспортов Ju-52, направляющихся в ту сторону. За каждым транспортным Ju-52 был подвешен буксировочный трос, на котором буксировался военный планер dfs230.

Словно получив какой-то сигнал, группа транспортов Ju-52 медленно разделилась на четыре формации и разлетелась в разные стороны.

Крепость Эбен окружена рукотворным каналом, так как через реку перекинут мост. С северо-западной стороны крепости на канале Альберта находятся три моста — Тростниковый, Фронхафен и Фельдвайзельт, которые необходимы для пересечения канала с востока на запад.

В дополнение к этой крепости необходимо было захватить три моста, чтобы завершить миссию!

Поэтому первый эшелон атаки был разделен на четыре штурмовые группы, получившие кодовые названия «бетон», «сталь», «гранит» и «железо».

«Гранит должен был взять крепость; бетон должен был взять мост Фронхафен; сталь должна была взять мост Фельдвайзельт. «Железные» коммандос были ответственны за захват моста Канни.

С планера команды «Гранит» ,командир отряда Фред посмотрел на Не-177 вдалеке и пробормотал: «Похоже, они сделали свою работу».

«Берегись, он приземляется». — Вскоре после этого пилот планера громко предупредил. У планера не было шума двигателя, и толпа могла отчетливо слышать его.

Для взлета планер должен опираться на колеса, хотя после взлета колеса будут отброшены, поскольку колеса добавляют дополнительное сопротивление и вес, а для посадки нужна достаточно длинная взлетно-посадочная полоса.

Лучшим способом сократить посадочную дистанцию было увеличить сопротивление при посадке, для чего обычно наматывали много проволоки на посадочные полозья планера, что постепенно стало обычной полевой модификацией для немецких воздушно-десантных войск, и даже добавляли парашют снижения в хвост, который позволял планеру совершать крутое и быстрое пикирование в случае чрезвычайной ситуации, приземляясь и останавливаясь на очень коротком расстоянии.

Но удар от такой жесткой посадки был очень сильным, и после предупреждения пилота планера все в кабине крепко ухватились за боковые ручки.

Фред посмотрел в окно и увидел Эбен. Над крепостью клубился зеленый дым, в центре крепости царил беспорядок, из трещин в земле то и дело извергались клубы дыма и пыли.

«Интересно». — Фред не мог удержаться от негромкого бормотания, когда заметил, что большая часть земли крепости обрушилась, образовав огромный кратер, но на поверхности не было никаких следов воздушной бомбардировки. Сцена выглядела так, как будто под землей произошел большой взрыв.

Не успел он додумать мысль, как тяжелые полозья под брюхом планера столкнулись с платформой на вершине крепости.

Сразу же после этого они почувствовали силу огромного удара, исходящего от них. Если бы он не был пристегнут ремнями безопасности, Фреду казалось, что он мог бы подпрыгнуть и удариться головой о крышу кабины.

Под их ногами раздался резкий скребущий звук, когда планер замедлился и мгновенно остановился.

«Еще одна благополучная посадка». — Фред втайне торжествовал в своем сердце.

Хотя у планеров были преимущества: «бесшумность», небольшое рассредоточение личного состава в воздухе, возможность собирать личный состав и вводить его в бой сразу после приземления, они были не очень безопасны.

Воздушно-десантные войска на планерах не только сталкиваются с той же угрозой зенитного огня противника, что и парашютные войска в воздухе, как знают друзья, видевшие драму о ВДВ «Band of Brothers». А посадка — это «ворота призрака» для планерных войск, и любое препятствие на посадочном поле может стать причиной трагедии и смерти.

Но он не мог показать этого на своем лице, как командир отряда он должен был подавать пример и вести за собой, иначе, если он покажет свой страх, младшие солдаты под ним будут так напуганы, что намочат штаны.

Он проворно отстегнул ремень безопасности, распахнул дверь кабины и закричал: «Быстрее, быстрее, быстрее!»

Десантники в кабине с автоматами наперевес выскочили из дверей кабины и бросились к давно назначенным целям.

Командир форта Эбен, майор Джотланд, вчера вечером получил приказ от командования 7-й пехотной дивизии «быть в строгой боевой готовности» и уже приказал привести свои войска в боевую готовность. Посты наблюдения батальона тщательно следили за темнотой со всех сторон.

Уже начало рассветать, и когда раздался свист проносящихся «Штук», и бельгийские войска, находившиеся в крепости, поняли, что их атакуют.

«Вражеская атака! Занять свои позиции!».

Слова едва успели вырваться из их уст, как сверху раздалось несколько громких взрывов.

«Черт!». — Он раньше видел различные точки обороны через подземные ямы (Внутри крепости Эбен-Эмар была очень хорошо развитая система ям, похожая на французскую линию Мажино). Майор Джотланд, который по звуку понял, что была взорвана позиция зенитного пулемета, не мог не выругаться. В душе он сетовал на то, какой дурак спроектировал такую большую крепость, но в ней было всего четыре 7,62-мм зенитных пулемета, что давало врагу возможности воспользоваться этим.

Но не успел он произнести несколько слов, как внезапно раздался громкий звук, потолок перед ним с силой обрушился, и огромный металлический предмет с громоподобной силой обрушился вниз и безжалостно воткнулся в пол.

«!!!». — Майор Джотланд ошеломленно уставился на невиданное чудовище и застыл на месте. Первая мысль, промелькнувшая у него в голове, была о том, что это место находится на глубине около двадцати метров под землей, как эта тварь смогла пробраться сюда?

Но в следующую секунду его прошиб пот.

Подождите, он имеет форму авиационной бомбы?!

«Господи!». — В следующую секунду майор Джотланд отправился на встречу с Богом.

Сокрушительный взрыв сначала уничтожил все вокруг, а затем мощная ударная волна с обжигающим пламенем с разрушительной силой пронеслась по четырехходовому подземному ходу.

Grand Slam обычно называли бомбой землетрясения, и нетерпеливые британцы отправили ее в бой после первого успешного испытания Grand Slam оригинального времени. 617-я эскадрилья получила приказ разбомбить железнодорожный мост в Билефельде на оккупированной немцами территории. Бомбардировщик сбросил Grand Slam на высоте 4 877 метров, после чего бомбардир доложил «бомба не на цели», и разочарованный экипаж отправился в обратный путь.

Однако отчет об оценке бомбардировки по возвращении на базу удивил экипаж: мостик был полностью разрушен. Оказалось, что хотя «Большой взрыв» был отклонён от цели более чем на 20 метров, огромный толчок вызвал небольшое землетрясение, которое привело к обрушению нескольких пролётных балок моста. 90 метров настила моста обрушились в результате землетрясения и мост были полностью разрушен.

Теперь вся крепость содрогается от мощных ударных волн.

Провода под потолком замерцали ослепительной вспышкой электричества, и после треска искр и неприятного звука электричества, лампы резко замерцали, затем последовала серия ударов, и одна за другой лампочки перегорели, погрузив всю крепость во тьму.

Это была еще незначительная проблема, а слабые звенья проходов не выдержали ударной волны и начали разрушаться. Первоначальная сеть проходов крепости, которая соединялась во всех направлениях, была разделена на несколько участков.

Самым страшным было то, что подземные вентиляционные ходы крепости также были повреждены в разной степени, что действительно могло убить людей. Вы знаете, что даже если вы оказались в ловушке, пока у вас есть еда и вода, вы можете продержаться долгое время, но если вы лишились воздуха, речь идет о выживании в течение нескольких минут.

Взрыв убил десятки бельгийцев, оглушил и ранил сотню, и косвенно ранил еще многих; тех, кто оказался в ловушке и мог сопротивляться, было всего несколько десятков (в крепости находилось 1200 офицеров и солдат, а когда немцы напали, внутри было всего 650 человек).

Несколько бельгийцев шли пошатываясь, но когда они достигли входа в траншею, их застрелили сзади.

«Что с этими парнями?». — Немецкий солдат пробормотал, заменяя магазин на новый: «Даже ходить не могут?».

Другой солдат ответил беззаботно: «Кто знает, может, просто выпили». — сказал он, и установил взрывпакет на вершине отверстия траншеи.

Если бы десантники спустились на парашютах, они бы вообще не смогли унести большое количество снаряжения, но они прилетели на планере и взяли с собой две тонны взрывчатки.

Их задача состояла в том, чтобы с помощью взрывчатки взорвать все выходы из крепости и заманить защитников в ловушку. К счастью, в этой военной крепости было не так много входов и выходов, и они уже взорвали половину выходов.

После установки взрывчатки и взрывателя двое мужчин быстро убежали, через несколько секунд раздался громкий взрыв и вход в траншею обрушился!

Менее чем за полчаса работы все выходы из крепости были взорваны, и в качестве меры предосторожности они также уничтожили всю артиллерию и военные сооружения на вершине крепости, полностью взяв под контроль наземные позиции крепости.

«Лейтенант, мы нашли несколько подземных вентиляционных клапанов». — Несколько солдат доложили лейтенанту Вичигу, который возглавлял группу.

Лейтенант Вичиг потер подбородок и на мгновение задумался, прежде чем отдать приказ: «Бросьте внутрь несколько дымовых шашек и закупорьте их!».

Дымовые шашки были не так смертоносны, как газовые, но в дымовых бомбах обычно использовались такие вещества, как желтый фосфор, тетрахлорид олова или триоксид серы в качестве дымообразующего вещества; оксиды, образующиеся при сжигании этих веществ, конечно, не были намного полезнее.

«Есть!». — Несколько солдат побежали обратно к вентиляционным клапанам, достали дымовые шашки и бросили их внутрь, после чего разгребли несколько лопат грязи и перекрыли вентиляционные клапаны.

К этому моменту запертые под землей солдаты деловито использовали свои руки и лопаты, чтобы сдвинуть падающие бетонные блоки и грязь у входа в яму, надеясь снова открыть проход, чтобы они могли выбраться.

Вдруг кто-то остановился и принюхался к воздуху: «Что это за запах?».

«Неважно! Быстрее копай, ты хочешь застрять здесь?».

«Нет, он действительно пахнет как-то странно».

«Я тоже чувствую запах. Что это за чертовшина?».

Несколько человек посветили вокруг фонариком, который был у них с собой, и увидели, что из вентиляционного отверстия над головой медленно спускается клубок белого дыма.

Толпа закричала в тревоге: «Боже мой, это бомба с ядовитым газом!»

«Быстро, иди за противогазом!».

«Противогазы находятся на складе, путь туда заблокирован!».

«О Боже!».

В то время как «Гранитные коммандос» успешно выполнили свою миссию, «Стальные коммандос» также высадились на западном берегу канала Альберта и быстро захватили мост Фельдвайзельт.

А вот «Железным» коммандос не повезло, поскольку, хотя планеры были «бесшумными», они не могли быть незаметными для невооруженного глаза; они были замечены бельгийцами на земле за несколько минут до посадки, и им пришлось пробиваться под сильным огнем противника, в результате чего Штурмовая группа потеряла почти треть своих людей, прежде чем смогла оттеснить бельгийские войска, охранявшие мост, и захватить его.

Затем саперы обнаружили, что на опорах каждого моста была заложена взрывчатка, которая была бы уничтожена, если бы немцы не были застигнуты врасплох атакой, и немцам пришлось бы потрудиться, чтобы переправиться через реку.

Падение крепости Эбен стало шоком для бельгийского командования, которое обещало, что крепость будет неприступной. Они поспешили мобилизовать свои войска, чтобы поддержать Эбен, и пытались захватить крепость до прибытия основных немецких сил.

Успех четырех штурмовых команд «Гранит», «Бетон», «Сталь» и «Железо» объявил, что B Группа армий вступила в войну, и наступление на Бельгию было в самом разгаре.

В небе стаи пикирующих бомбардировщиков «Штука», «Москит» и штурмовиков Ил-2 пересекали линию границы под прикрытием плотно набитых BF-109, нанося удары по бельгийским аэродромам, железнодорожным узлам, крупным скоплениям и городам.

«Внимание! Мы обнаружили аэродром!».

«Они готовятся взлететь!».

Командир воздушного судна бросился выполнять задания: «Первая формация Штука отвечает за позиции ПВО к востоку от аэродрома, вторая формация отвечает за позиции ПВО к югу, третья формация отвечает за запад, а четвертая формация отвечает за север; BF-109 прикрывают на большой высоте». Небо сегодня безоблачное, поэтому, если враг нападет, его можно будет заметить с большого расстояния».

«Понятно!».

«Вас понял!».

Получив приказ, один за другим бомбардировщики «Штука» начали пикировать вниз, звук зуммера по мере набора скорости постепенно переходил от низкой к высокой и, наконец, к адскому реву.

Большинство бельгийцев, находившихся внизу, впервые столкнулись с пикирующими бомбардировщиками «Штука», и ужасный звук потряс их до глубины души, когда они в ужасе смотрели вверх на самолеты, несущиеся прямо на них!

«Господи! Самолеты падают на нас! Беги!».

На аэродроме мгновенно воцарился хаос, и даже громкие выговоры офицеров остались без внимания. Зенитные позиции вокруг аэродрома открыли редкий ответный огонь, но этот огонь был нипочем пилотам Штуки, и они с легкостью сбрасывали бомбу за бомбой, поражая зенитные позиции вокруг аэродрома с безошибочной точностью. В одно мгновение повсюду появился дым от взрывов, раздались беспорядочные крики и приказы.

Поскольку главной целью были зенитные позиции, немногочисленным истребителям «Бизли» на взлетной полосе повезло, что они еще не были атакованы; наземные экипажи летели запускать двигатели, сигнализируя пилотам поторопиться и взлететь, а по их гарнитурам доносились бешеные призывы с вышки.

На самом деле, каждый мог видеть парящие в небе немецкие истребители и в душе понимал, что даже вынужденный взлет мало чем отличается от смертельной схватки. Но нельзя было оставаться на земле и ждать бомбежки, нужно было хотя бы взлететь и сражаться.

Что касается исхода, то он, похоже, был предрешен.

Истребители начали медленно скользить вперед, и не успели они пройти и половины пути, как по гарнитуре раздался тревожный крик с вышки: «Осторожно!».

Несколько «Штук», закончивших сброс бомб, не стали подниматься, а пошли прямо на несколько истребителей на взлетной полосе. Хотя они уже не сбрасывали бомбы, у них все еще было два 20-мм пулемета, и это оружие было эффективно против такого старого бипланного истребителя бельгийских ВВС.

«Бах! Бах! Бах!». — 20-мм пулеметы издали рев, и два снаряда прямо разнесли на куски верхнее крыло бельгийского истребителя. Истребитель внезапно потерял управление и выехал за пределы взлетно-посадочной полосы, перевернувшись.

Оставшиеся бельгийские истребители пытались взлететь, но даже самые маневренные бипланы не могли взлететь на такое короткое расстояние и могли только наблюдать, как ужасные трассирующие снаряды становятся все ближе и ближе и в конце концов врезаются в их собственные корпуса.

Взорвавшиеся части фюзеляжа истребителя и горящий бензин были разбросаны по всей взлетной полосе, что сделало невозможным взлет других истребителей.

Строй «Штук» многократно поднимался и проносился, пока даже 20-мм пулеметы не выдохлись, полностью разрушив аэродром, прежде чем BF-109 в небе заметили вдали запоздалое подкрепление.

Гарланд, возглавлявший группу, возбужденно свистнул: «Парни! Мы тоже хотим присоединиться к веселью!».

Янник взял за правило, что любой пилот, сбивший десять вражеских самолетов, должен был служить инструктором в летной школе в тылу, передавая курсантам боевой опыт в течение полумесяца. Так, Гарланд был отправлен в тыл после того, как в последний раз сбил десятый истребитель в Польше, и только несколько дней назад закончил инструктаж и вернулся на поле боя.

Теперь, когда он наконец-то смог подняться в небо и снова разгромить врага, каждая пора в его теле дрожала от возбуждения.

Формация BF-109 начала ускоряться, и когда она приблизилась достаточно близко, Гарланд презрительно умыкнул, когда понял, что приближающийся истребитель был французским MS.406: «Чушь!»