[[image:/storage/reader-images/562ef9a74b9bb199bd9c029e2f11f762e90782dd.png]]

[[image:/storage/reader-images/ee05398c8fd01da616540b4ece0fce0629143f25.png]]

[[image:/storage/reader-images/1d59654fb4892c1b92208471e12d2b3e6c0c0913.png]]

[[image:/storage/reader-images/0e0338590bcdf09b9a8cc42a96bab9eae49dc598.png]]

Всё началось со скучной вечеринки.

— А, покурить можно?

Шумный бар во время вечеринки. Я спросил из вежливости, а сидевшая напротив молодая девушка посмотрела на меня широко открытыми глазами. Нахмурившись, она сказала «прошу». Даже в шумном заведении я её услышал.

Вот только на лице было написано: «Это бар, и курить здесь можно, так что пожаловаться я не могу, но я бы очень сильно этого не хотела».

Эх, вот ведь раздражающая персона. Я положил сигареты на стол.

— Это, Сузу... А? Ми... Мисузу-тян, верно?

— Мирей. Сузуки Мирей.

Морщинка между бровей стала больше. Вот я налажал.

Ведь изначально не хотел приходить. Выходных и так почти не было, а это был повод умотать с работы. Вначале я даже подумал: «Молоденькая и довольно милая девушка, вот повезло», но она просто молча пила саке. Ни я, ни другие мужчины её не интересовали.

Всё раздражало, я даже на миг подумал бросить курить, но в итоге даже бросил бросать. Я вытащил сигарету.

— Это, Сузуки-сан? А ты много пьёшь. Нравится саке?

— Сизуку Химе.

— Что?

Прямо напирала. Она пила и рассматривала каждое моё движение своими огромными глазищами. Чего это с ней?.. Жуткая.

— Вы не знаете? Сузуку Химе Тоса Сирагику. Зачем вы пришли, если ничего об алкоголе не знаете?

А я думал, что она себя принцессой назвала. Вот удивила.

Сама-то зачем на вечеринку пришла? Я тут вообще-то диалог наладить пытаюсь, и на тебе. Вот бесит. Всё же не хочу здесь курить.

— А, прости, я выйду...

— Что, Мията, ты курить собрался? Я с тобой.

Сидевший рядом друг Кобаяси придвинул пепельницу и достал сигареты. Не заметил, что я сбежать собрался или он это специально? Сузуки-сан всё такая же недовольная. А девушка напротив Кобаяси из телефона не вылезает. А, ну и ладно.

— Эй, а ты так можешь?

[[image:/storage/reader-images/1df870f1a9b60ca65f54a608960583a7ecb392af.png]]

Похоже Кобаяси тоже девушка не интересовала. Затягиваясь, он обратился ко мне, сделал несколько затяжек, рот наполнился дымом. Он раздувал щёки, будто полоскал рот, стал выпускать дым через рот, а потом вдохнул через нос. Я прыснул:

— Ува, что за фигня такая?!

— Про восхождение по водопаду не знаешь? А так можешь?

Кобаяси снова затянулся, а потом стал пыхтеть, выдыхая дым. В воздухе расходились белые кольца, которые становились прозрачными и растворялись.

— А, кольца! Нет, не умею. Научи!

— Всё просто, вдыхаешь, а потом складываешь язык трубочкой.

Даже после совета получалось не очень хорошо. Не обращая на девушек внимания, мы просто развлекались, потом заплатили вскладчину, и вечеринка была окончена. Продолжения не будет. Вечеринка выдалась скучной, но так я хоть домой вернусь раньше, чем если бы на работе остался. Прямым маршрутом я отправился домой. Тяжело вздыхая, я решил зайти в туалет.

Дома я курю в туалете. Там вытяжка есть, не хочу я обои испортить, да и спокойно там. Когда на балконе курю, все вокруг пялятся, потому остаётся только там.

Я живу в маленькой квартирке, которой уже тридцать лет, туалет и ванная раздельные, и в туалете у меня вошлет. Агенты по недвижимости говорят, что сейчас без вошлета жильца не найти. Хорошая штука, туалет.

Сев на унитаз, я достал из нагрудного кармана пачку сигарет и зажигалку. Я закурил. Дома эти движения были привычными.

Чтобы дым попал внутрь, я поглубже вдохнул, а потом выдохнул. В маленькой комнатке я мог забыть и о странной девушке, и о каторжной работе, время блаженства.

Я был так расслаблен, будто всех сил лишился, и решил попробовать трюк, которому меня научил Кобаяси. Вдохнув, я свернул язык трубочкой и выдохнул.

В тот раз не получилось, но теперь дым расходился колечками. Они растягивались в воздухе.

— О, получилось, — сказал я самому себе. Колечки из дыма достигли стены и растворились.

... Так я подумал, когда прозвучал взрыв.

Удивлённого меня прижало к бачку унитаза ударной волной.

Круглый кусок стены снесло, и там, где была стена желтого цвета, я мог видеть беспорядок в собственной комнате.

Сообщили о взрыве, и посреди ночи приехала полиция.

— Я просто закурил во сне, и случился маленький пожар, я так удивился, что шкаф уронил, всё в порядке, в порядке, — ответил я, но выглядел очень подозрительно.

В стене была огромная дыра, потому пришлось на следующий день звонить управляющему. Я думал отмолчаться, но такую дыру не спрятать. Страховщик пришёл проверить, как дела. Я кланялся перед недовольным начальником, разобрался с работой и выбил себе вечер.

Сотрудник страховой компании смотрел на меня как на преступника. Точно подозревает.

— Это... Точно не маленький пожар.

... Ну а то.

— Я правда просто в туалете курил, когда это случилось. Я выпил, потому мог уснуть, а тут такой ужас!

— Но тут целая дыра. Насквозь. Маленьким такой пожар точно не назвать. Вы ничего дома странного не делали? Взрывчатку не изготавливали?..

— Нет, нет и нет, возгорание в туалете было, только бомбы в туалете никто не изготавливает!

Проверяющий замолчал. По лицу было видно, что он думал, что даже если я не делал бомбу, сидя на унитазе, но по крайней мере решил её здесь испытать. Для начала он сделал фотографии. Потом сказал «надо посовещаться с начальством» и вышёл. Он никуда не ушёл, вышел из прихожей и с кем-то поговорил по телефону, я слышал, как он сказал «надо в полицию позвонить», и я сел в прихожей.

Что-то мне это не нравится.

Полиция подозревает, страховщики тоже подозревают. Ещё и страховки так лишат. Что ж такое? Просто покурить ведь собирался. Да уж. Хотя ситуация странная, тут не поспоришь.

Переживая, я вернулся с работы на следующий день в двадцать три часа пятьдесят минут. Уже почти день сменился. Вот он, контроль переработок.

На улице стоял холодный весенний вечер, а возле дома стояли двое мужчин в чёрных костюмах.

Ночью они выглядели очень подозрительно. Что, в этот раз какие-то здоровяки. Полиция в гражданской одежде? Нет, они не ко мне. Просто проигнорирую.

— Только с работы?

Я уже собирался войти в дом, когда меня окликнули... Всё же за мной?

— Времени сколько? Не поздновато ли?

Другими словами «столько ждать пришлось», — недовольно сказал тот, что помоложе. Ты мне кто, подружка? Что-то мне не нравилось, что незнакомый тип говорит как будто он мой старый друг. Всё же стоит проигнорировать. Я собрался идти, когда мужчина в костюме снова заговорил:

— Эй, ты. Ты же после работы оставался?

— ... У меня ненормированный рабочий день.

Пришлось ответить, и у молодого парня в костюме появилось отвращение на лице:

— Ува, незаконная компания! Раб корпорации!

И чего меня незнакомый тип оскорбляет? Вот бесит.

— А вы кто такие?

Теперь старикан улыбнулся как опытный торгаш и сказал:

— Прошу прощения за грубость. Вы Мията-сан, инженер. Похоже вы не очень довольны вашим местом работы.

Он не выглядел подозрительным, но что-то много знал. От обычной усталости и событий последних дней мой стресс достиг точки кипения.

— Чего вам? Обследовать хотите? Я вот хочу вернуться домой и выпить пива.

Говоря так, я думал, откуда эти типы вообще меня знают. Где живу, как зовут, где работаю. Нехорошее у меня предчувствие.

... Всё же они из полиции?

Я попятился, а мужчина постарше протянул мне визитку.

— А, прошу прощения. Мы отсюда.

Компания называлась «Всеяпонское исследование феноменов». А буквы, написанные по горизонтали вообще было не понять.

— Исследование? Какое ещё исследование? Анкетирование?

— Если просто, то мы проводим расследования, — с улыбкой сказал старикан в костюме.

— А... Детективы.

— Что-то вроде, но немного другое. Собираем людей с особыми силами и проводим исследования странных феноменов.

... Что-то он странное сказал.

Я рассмотрел визитку и прочитал «Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам!», довольно подозрительный слоган.

— Мы связывались со страховой компанией. Если позволите проверить место взрыва в туалете, мы сможем всё в лучшем виде объяснить страховой компании и полиции, к тому же предложим место с белой зарплатой, ну так что?

Хватит уже про взрыв в туалете говорить. И что за «ну так что»? Я снова посмотрел на мужчин в костюмах. Вот же они подозрительные.

Хотя из головы не выходили дыра в стене, подозрение полиции и недовольство страховщиков. Кто его знает, что будет. И ещё «белая зарплата» в голове застряла.

— Вы точно не из какой-нибудь странной компании? — случайно сорвалось у меня.

... Так я бросил свою тёмную компанию, где проработал десять лет, и перебрался в загадочную фирму.

Первый день в новой компании, в маленьком конференц-зале мне представился начальник отдела кадров, тот самый завербовавший меня старикан в костюме. Он положил на стол толстый конверт.

— Это внутренние правила и документы по безопасности, просмотрите. Хотя думаю, по вопросам безопасности вы должны были как следует ознакомиться на предыдущей работе.

Он всё так же улыбался как торговец, этот начальник кадров. Прямо до странного жизнерадостно.

— И ещё, принесите завтра страховку и все необходимые документы для трудоустройства. У нас здесь с вопросами оплаты очень серьёзно. Если есть вопросы, задавайте.

На конверте было написано «регистрация платёжной ведомости».

Я посмотрел, что там было написано. Командировочные расходы, вычеты и прочее.

И зацепился за слова «компенсация за риск».

— Что за риск? — спросил я.

— Что? Вас что-то заинтересовало?

Начальник кадров даже как-то спросил это до странного высоким голосом.

— Доплата за риск, то есть работа опасная? Вы ведь говорили, что просто что-то проверяете.

Я о таком не слышал. И когда спросил, мужчина с улыбкой ответил:

— А, это, в некотором роде есть, признаю.

— В некотором роде?

— Мы ведь что-то исследуем, так что всё время в офисе не сидим, ходим по разным местам. Бывает, что в опасные места попадаем, всякое ведь случиться может. И в горы подняться, и в море нырнуть, и всю ночь на страже стоять, и руины исследовать. Есть ведь те, кому укороченный рабочий день подавай, с такими сложно, а кого-то вообще ничего не волнует, всё это заранее узнавать надо. От усталости кто-то может захотеть отдохнуть или вообще уволиться, а мы для таких случаев заготавливаем выплаты.

Странные он вещи говорит. Очень подозрительно.

— То есть на работе можно серьёзно пострадать? Неужели это может стоить жизни?

— Хм.

С улыбочкой просто отмолчался. Эй.

Видя мою тревогу, начальник помахал рукой, отгоняя тревоги.

— Приходится писать такое, у нас же тут всякие руины, а кому-то ужасы всякие не нравятся. Бывают такие люди.

— А? Ужасы? Вы что, о привидениях и всём таком?

— У нас исследовательская компания. На визитке же написано. Мы всякие подозрительные шумы и тени изучаем, — говорил он жуткие вещи с улыбкой.

Вот как. «Собираем людей с особыми силами и проводим исследования странных феноменов». «Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам!»

Меня это раздражало, а начальник кадров продолжал:

— Ну, в основном это молодёжь, которая без разрешения куда-то залезла!

— Так это ж вроде опасно.

— Не переживайте. В основном исследованиями мы занимаемся минимум по двое, и в такие места людей побольше засылаем. Мы стандартная исследовательская контора. И по нашим внутренним правилам для новичков в течение трёх месяцев после найма работа с риском не предполагается, — более возбуждённо говорил он. Очень подозрительно. — Вы всегда можете изменить ваше решение. Вам в любом случае заплатят, так что почему бы пока не согласиться. Вы можете отказаться, тогда вас отправят на офисную работу, но там платят совсем иначе.

Как-то спокойно предложил.

Он сказал про риск, но вряд ли меня отправят в опасное место, как например полицейских или силы самообороны. Это самая обычная компания... Хотя обычной её пока сложно начать.

Да и хорошо, что тут платят нормально. Главное, что жизни ничего не угрожает, хотя кажется мои требования после чёрной компании куда как снизиться успели. Платят — молодцы, доплачивают — тоже молодцы.

Тут я кое-что решил спросить:

— Кстати, у вас тоже какая-то особая сила есть? Сотрудники отдела кадров ведь вроде обычно в офисе сидят.

Странный был вопрос... Не ходит же он в море, горы и небо людей вербовать.

— У нас почти у всех есть способности. Либо у родственников наших сотрудников.

— Так к вам это не относится?

— Я уже давно стрелу в колено получил.

— Стрелу?! Тут и такое есть?!

— Я не в прямом смысле. Я старый вояка, ушедший на покой. Вы же инженер, должны во всяких мемах разбираться.

Заблуждение. Не всякий инженер компьютеры любит. Для меня это лишь орудие труда, чтобы деньги заработать.

— Меня такое не интересует.

Начальник кадров точно расстроился и с негодованием посмотрел на меня. Чего это он?

— Если честно, мне из-за болезни пришлось от дел отойти. Дело не в том, что я пострадал на опасной работе. Довелось мне когда-то на передовой полетать.

— А? На передовой полетать?

— Это оборот такой. Вы уже достали.

Он отмахнулся. Нет, это ты меня достал, правда я решил проглотить эти слова. Говорит так, будто на войне побывал, но похоже как и история про стрелу, это лишь подколка. Кажется это что-то вроде «работаем как на передовой по привлечению новых клиентов».

— Мы собираем людей со способностями, но многие из них живут, не присоединяясь к нам. Кто-то просто не может контролировать свою силу, или окружающие их не понимают. И мы хотим поддержать таких людей, у нас нет намерения вас принуждать к чему-то, — с улыбкой продолжал он.

Слова красивые, только враньём попахивают. Он сейчас какого-то злодея-психопата напоминает.

Ну, про доплату за риск прочитать стоит. И он сказал, что я в любое время могу передумать. В своих физических способностях я вообще никак не уверен, потому и тревожно как-то в поле работать. И я внезапно ушёл с работы, потому переживал, что без гроша останусь, когда за жильё расплачусь, так что выбора у меня толком нет.

Вряд ли меня во что-то странное втянут... Конечно это слишком оптимистично, но после устройства на предыдущую работу, мне сразу же выдали десять ночных смен подряд, я тогда как умалишённый орал.

И всё же, раз тут доплаты есть, значит что-то тут нечисто. Это мне шептала натура с заниженной планкой требований.

Ну, запахнет жаренным, сразу же сбегу. Если что, в офис перейду.

После объяснений, меня повели по коридору. Рядом с дверью в комнату охраны, что у входа на этаж, была надпись «департамент исследований и разработок».

Стеклянная дверь открылась, там оказалась стойка как в больнице, а ещё была табличка «отдел развития способностей». Прямо какая-то фармацевтическая контора. Что это за компания такая?

Начальник кадров вытащил документы, подошёл к стойке и обратился к сотруднице в очках:

— Это Мията-кун, сегодня устраивается.

— А, курильщик, — она поправила очки, посмотрев на меня. А потом обратилась вглубь помещения. — Когути-кун, у нас новенький!

Странно слышать «новенький».

Вскоре дверь открылась, и появился молодой и высокий парень. Длинная чёлка скрывала очки.

Беззвучно он поправил их, а потом взял документы у начальника кадров. В документах было написано моё имя, немного биографии и фотография, в остальном документы были чисты.

Не глядя на меня, парень обронил:

— Приветствую. Я Когути. Начнём.

Высокий, но сгорбленный и худой, он совершенно не давил. Но при этом было в нём что-то необычное.

— А? Что? Неужели эксперименты?

Он безумный учёный? А я подопытный образец?!

Я уже начал представлять подвал жуткой организации.

Парень обернулся, направив на меня большие очки. Из-за чёлки эмоции было толком не рассмотреть.

— Вы о чём? Я про медосмотр.

От стыда выступил пот, но это начальник кадров виноват, что ничего не объяснил.

Целую неделю меня осматривали и измеряли способности.

Измерили рост и вес, мозговые волны с помощью КТ, работу лёгких и всякое другое, что вполне нормально, а потом попросили подвигать предметы силой мысли, проверили, вижу ли призраков, чего я вообще не понял. Хотя домой я вовремя возвращался, так что ладно.

Вот только возвращаясь домой, я не знал, чем заняться. Раньше такого не было. Да и оплачиваемых выходных у меня не было. Я даже на Обон и на новый год не мог отдыхать толком.

И теперь просто гулял. Вот оно каково, утром и вечером время иметь. А ещё я спал. Жизнь слишком обычная, как бы здоровье не подорвать. И выходные есть, на которых заняться вообще нечем.

— Мията-сан, в вашем выдохе похоже необычная сила, — в начале следующей недели невзначай заявил Когути на обследовании, на которое я пришёл. У него как обычно стали соскальзывать очки с носа. — Ваше дыхание совместимо с огнём. Когда вы выдыхаете кольца, мощность усиливается. Кольцо символизирует бесконечность или цикл, а в табачном дыме есть огонь, и когда вы выдыхаете кольцо, активируется ваша сила, — говорил парень, листая страницы. Если честно, я ничего не понял.

— А, вот оно что.

— После тридцати новая сила проявилась, вот уж жизнь штука непостижимая.

— Ага.

Это мне говорить надо.

— Хорошо, что не огнём дышите. На банкете такое увидеть было бы интересно, но одна ошибка, и это может привести к серьёзному инциденту. Повезло, что безопасно. Иначе вам не стоило бы курить.

— Ха-ха... А ещё не дышать.

Излишняя забота, я ещё в университете курить начал, и ещё тогда могло что-то случилось, но такой уж я, что ничего не произошло.

У меня во время вечеринки кольцо выдуть не получилось, а если бы я сделал это, кого-нибудь снёс. Партнёрши там те ещё были, но всё равно жалко.

— Надо попробовать кисеру или трубку. Или электронную сигарету. Интересно, кольцо получится сделать? С огоньком? Можно большой мыльный пузырь сделать. И что будет, если через огненное кольцо как в цирке прыгнуть? А если через мыльный пузырь?

— ... Это попробую при возможности. Мне сказали взять результаты и в канцелярию идти.

Я представил, как надуваю мыльные пузыри, и стало стыдно.

Это опасно. Чёрт знает, что будет, если они рядом со мной лопнут. Я скривился в полуулыбке и протянул руку. Давай уже мои результаты.

— Думаю, я ещё вас позову кое-что проверить, — Когути поправил очки и вытащил чистые листы из дела.

Он прикалывается или серьёзно, не пойму, с таким же серьёзным видом парень продолжал:

— У вас нет способности видеть признаков, но зрение у вас двухсот процентное. Без дураков. Вы системный инженер? Точно современный японец?

— Очередное заблуждение.

Кстати, а что за сила у Когути? Надо бы спросить.

Я пошёл в кадры, в этот раз там был не начальник, а молодой парень в чёрном костюме, который с ним был. Он сразу же скривился при виде меня.

— Бумаги, — недружелюбно он протянул руку. «Давай живее», — так и слышалось от него.

Чего за враждебность такая? Ведь явно моложе меня, как же это бесит. Кстати, он с самого начала так себе ко мне относился.

Ну, я здесь лишь неделю. Волны мне поднимать не хочется.

— А, прости, вот.

Я выдавил улыбку и протянул документы, парень забрал их и цокнул языком. Это мне цокнуть хочется. У него талант людей бесить? Я сжал кулак, но сдержался.

Он ведь из отдела кадров? Хотя пофиг.

Парень в чёрном костюме, ничего не говоря, направился к столам. Он поставил печать на столе начальника у окна, налил кофе и вернулся.

— За мной, — обронил он и пошёл. Объяснил бы хоть что-то.

Мы перешли на другой этаж и пришли в комнату для совещаний. Она напоминала гостиную, но тут были длинный стол и кресла, доска, а на стене ещё и жидкокристаллический монитор висел.

Два человека дожидались меня. Расслабленный мужчина средних лет в очках выдал «ах». А молодая женщина в костюме рядом с ним лишь бросила на меня взгляд.

Парень в костюме передал документы мужчине в очках и удалился. Он меня бесит, так что это лишь радует. Только он вообще ничего мне не объяснил.

Как предложил мужчина, я сел напросив них. Улыбаясь, он заговорил со мной:

— Тот самый курильщик. Здравствуйте. Я начальник четвёртого исполнительного отдела департамента исследований, Такахаси. Рад познакомиться.

Я ничего не понял, но кивнул.

— Мията Хиротоси, рад знакомству.

Начальник кадров был слишком возбуждённым, и у этого улыбка буквально к лицу прилипла. Хотя тот был до странного взволнованным, а этот прямо чувствуется, что человек хороший. Стало немного легче.

Девушка рядом тоже слегка кивнула. Спина ровная, а за спиной у неё собранные длинные каштановые волосы.

Чего вся молодёжь здесь с неприязнью на меня пялится?

Так. Стоп. Вроде я её знаю.

... Это, как же там. Я не мог забыть морщинку между бровей и большие глаза, которые за всеми моими движениями следят.

— ... А, Сизуку Химе.

— Это название саке.

... А-а. Так же там, это, Су… Ми... Мисузу-сан?

— Сузуки Мирей! — звонким голосом сказала Сузуки-сан. Я её и в шумном баре хорошо слушал, а в тихом зале так и подавно.

— Вот как.

— Хватит уже коверкать!

Нет, ну я виноват конечно! Но мы ведь всего раз в баре виделись! Хотя своими глазами и отношением она впечатление оставить успела!

— Ах, вы знакомы? — начальник улыбнулся, меряя нас взглядом.

— Нет! Я его не знаю! — решительно ответила Сузуки-сан.

— Но вы просили его прекратить.

— Он просто незнакомец, с которым я случайно на днях столкнулась в баре!

Разница невелика, но было обидно, когда она так заявила. Хотя мы и правда друг другу никто, а лишние вопросы только раздражать будут, так что я молчал.

Сузуки-сан села ровно и заговорила:

— Сузуки Мирей. Четвёртый исполнительный отдел, лейтенант.

... Лейтенант?

— Это, у вас же частная компания?

— Да, наполовину государственная, наполовину частная, когда-то мы были в подчинении у государства, но уже нет, офицерские звания — это пережитки прошлого, ну, так проще уровень способностей измерять. Полковник, майор, лейтенант, рядовой, всего четыре ранга. Каждый делится на главного и помощника, итого восемь рангов получается. Кстати, Мията-кун, вы в самом низу. Хотя уровень оплаты как у руководящей должности. У нас тут довольно неплохо платят. Мията-кун, у вас довольно интересная сила, если проявите себя, то быстро подниметесь, — рассмеялся он.

— Да я как бы не спешу куда-то подниматься... Только если платить будут соответственно.

— Ну, это даже не обсуждается. Соответствующее положение требует и оплаты! Как и издержек за риск!

— Кстати, по поводу этих издержек за риск...

— Всё это отражается в документах. Возраст у вас подходящий, хотите выслужиться, тогда дерзайте!

Хотелось узнать, что за работа такая с рисками, но скорее всего он уйдёт от ответа... Всё же этот начальник такой же подозрительный.

— В основном мы занимаемся запросами наших клиентов, работаем по двое, если что-то не будет понятно, спрашивайте у напарника. Сила у вас стабильна, использовать её вы научитесь, надо лишь к работе привыкнуть. Задание будет простым, и учиться лучше всего в поле, — с улыбкой говорил начальник, только мне это не нравилось.

— Уже запрос? И работать в поле? Никакого обучения не будет?

... Попахивает чёрной работой.

— Вы ведь уже работали, да и сила у вас есть.

— Только опыта нет.

— Не переживайте. Вас всему научит семпай, на которого можно положиться.

Семпай, на которого можно положиться. Я проследил за взглядом начальника, он смотрел на молчавшую Сузуки-сан. Неужели про неё речь? Когда я посмотрел, она уставилась на меня в ответ.

— Начальник, Мията-сан точно думает: «Это она семпай, на которого положиться можно?»

— Нельзя так, Мията-сан. Неправильно книжку по обложке судить. Как бы ни выглядела, она ветеран, уже третий год работает.

Выглядит она на свой возраст. Хоть её и назвали ветераном, что-то она доверия не внушает. Я снова посмотрел на начальника, а он проигнорировал мои переживания и с улыбкой сказал:

— График у нас гибкий, выполните и можете отправляться домой. Вам предоставят компьютер и терминал с wi-fi, каждый день надо будет отчитываться в установленное время. Если возникнут сложности, свяжитесь по мобильному или почте. По поводу задания я скину вам всё на почту, как ознакомитесь, отправляйтесь на место. Обязательно возьмите с собой удостоверение. С ним будет проще беседовать с полицией, телефон тоже не выпускайте. Без него в офис вы не попадёте, и на другие этажи охрана вас не пропустил.

Как всё строго.

— И ещё, не спутайте личные и рабочие сигареты. Использование на работе будет оплачиваться.

Дуристика разделять сигареты на личные и рабочие, но похоже выбора у меня нет.

— На той работе у вас рабочее место было, так что вы вряд ли привыкли работать вне офиса, но постарайтесь. Сузуки, помоги своему кохаю.

Всё, конец, начальник поднялся. Девушка с кислой миной, не вставая, обратилась к нему:

— Этот старикан будет моим кохаем? Есть ведь сотрудники, работающие первый год.

В лицо считай стариканом назвала, а вот начальник игриво ответил ей:

— Я не могу доверить тебе работников первого года.

... Чего это он так? Не нравится мне это.

Посмотрев в мои беспокойные глаза и недовольные глаза Сузуки-сан, начальник поправил очки:

— К тому же за такими как Мията-кун сложнее всего уследить. Если мужчина привык носить костюм, он выглядит законопослушным. А ведь многие люди в костюмах часто переходят на красный свет. Всё же людей по внешности судят, — проговорил начальник и улыбнулся.

Девушка всё продолжала дутья. А начальник стал говорить уже специально ей:

— У Мияты-куна интересная сила, за ним будут наблюдать сверху. И если вы хорошо справитесь с его подготовкой и работой, вас тоже будут лучше оценивать, Сузуки.

Она сразу же проглотила, сказанное ей.

— Раз так.

Легко же передумала.

— В общем постарайтесь на задании. Информация будет в почте, — сказал начальник и повернулся к нам спиной. Он размахивал документами, которые я ему отдал, и уже собирался выйти. Но вот перед дверью остановился. Обернулся и посмотрел на меня.

— Завидую я вам, сигареты оплачивают. Даже если цена расти будет, всё равно курить сможете.

Ну вот уж так.

Сузуки-сан всё также недовольно посмотрела на меня.

— Маята-сан, в четырнадцать часов мы выдвигаемся, приготовьте сигареты до этого времени и просмотрите задание, — недовольно сказала она... Хотя я ведь ничего такого не сделал.

Что у нас по заданию.

— Ребёнку говорит «здравствуй» мужчина около тридцати лет.

Девятнадцать часов семнадцатого апреля, по пути домой к ученице начальной школы обратился мужчина около тридцати лет и сказал «здравствуй». На нём парка, спортивный костюм и босые ноги. Восемнадцатого и двадцатого в то же время, о том же сообщали и другие дети.

Я изучил письмо от начальника, и у меня вырвалось: «Что за чушь?»

Обстоятельства, описание местности, что тут исследовать? Это ж работа полиции.

И какой смысл мне туда соваться? Действия подозрительного тридцатилетнего мужика должен изучать подозрительный тридцатилетний офисный работник?

После обеда я спустился в холл, там уже была Сузуки-сан с сумкой. Как-то на ней странно костюм смотрится.

— Что внутри?

Может какие-то инструменты для изучения подозрительного человека?

Хотя по лицу видно, что нечего мне в это соваться.

— Идёмте, — не ответив, она пошла, широко шагая. Похоже не в курсе, что края юбки задираются. Я же ничего не понял и пошёл следом. С поезда мы пересели на автобус и вот добрались до нового жилого района.

— Я думала, что это очевидно, — молчавшая точно робот Сузуки-сан наконец заговорила. Она внезапно остановилась и обернулась. — Никому не рассказывайте про то, что было на днях.

— Это вы про вечеринку знакомств?

— Верно, об этом! Никому не рассказывайте! Не хочу, чтобы меня считали легкомысленной!

— Да в таких вечеринках как бы ничего такого...

Называвшая вечеринку «этим» Сузуки-сан скривилась.

— Не хочу, чтобы кто-то думал, что я любительница по таким местам ходить! Я пошла туда ради вкусной выпивки и потому что меня знакомая знакомой позвала, и не более!

Так её для ровного числа взяли. Тогда это объясняет, почему она тихо пила и ни с кем из парней общаться не собиралась. Но можно же было хоть для приличия разговор поддержать. Не маленькая как бы.

И всё же она туда только за саке пошла, алкоголичка что ли?

— Вы всё поняли? Я семпай, потому относитесь ко мне уважительно, — девушка подняла брови.

Ничего не стесняясь, смотрит прямо на меня. Глаза решительные, как у зелёной девчонки, которая не знает, как это, когда обламывают.

... Бесит.

— Понял, — кивнул я. Не нужны мне проблемы на новом месте. Сдалось мне, чтобы нас кто-то за знакомых принял.

У Сузуки-сан между бровей сохранялась морщинка, когда она посмотрела на меня, после чего отвернулась.

— Тогда за работу.

И снова побежала. Будто меня бросить собралась, так что пришлось поспешить. Предупреждай, прежде чем ускоряться собираешься!

А она, наплевав на меня, снова заговорила:

— Это запрос от трёх человек. В пятнадцать часов мы пойдём к Сасаки-сан, у которой все соберутся. В пятнадцать тридцать дети возвращаются домой, надо будет встретить, так что поговорим кратно.

— Такое ведь уже давно водится. Может тут поблизости живёт дядя, который здоровается, или тётя, играющая в камень-ножницы-бумагу?

— Нет.

На лице девушки было написано: «Вот вам и разница поколений». Ой, да ну тебя. Скривившись, я отбросил шутки и продолжил:

— Может это просто офисный работник, который бегом занимается.

Глядя перед собой, Сузуки-сан ответила:

— Для работающего человека слишком рано.

— Работа разная бывает. Мы вот по улице шастаем. Может работяга какой тоже возвращался. Много разных профессий, на которых люди спортивную одежду носят. Может решил человек бегом позаниматься.

Странно лишь то, что он в семь вечера здоровается. Ещё и босой.

— Конечно не все в костюмах на работу ходят! Хватит уже! Нас попросили расследовать, вот и будем расследовать! — огрызнулась она. И свысока ещё посмотрела.

Может это и кажется чушью, но такое уж задание, так что надо исследовать. Логично. Но найдём преступника, а дальше что делать?

— Мы даже такой скучной работой занимаемся. К тому же этот запрос и от полиции тоже. Мать в полицию обратилась, так что они количество патрулей увеличили, но никого не схватили, мы должны всё проверить и в случае чего убедиться, что это обычный человек, чтобы все смогли успокоиться!

Начальник отдела кадров говорил, что тут они собирают людей с необычной силой и исследуют странные явления, и когда я устраивался, мне рассказывали про то, что придётся карабкаться в горы, нырять под воду и исследовать всяких призраков. Я всё думал, что за разносторонняя компания, а они и сверхсилы используют, и вот такими обычными исследованиями занимаются.

Может дело обычное, но если получится определить странную силу, надо поскорее со всем разобраться.

— Мията-сан, понимаю, что вы в офисе работали и таким не занимались, но постарайтесь не грубить нашим клиентам.

— Я вообще-то инженер, и мне по работе тоже приходилось с клиентами общаться... Я и на встречи ходил, и полевые испытания проходил, и принцип работы объяснял, и на открытых мероприятиях выступал.

— Я хочу более значимой работой заниматься! Поймать призрачного вора или навалять призраку! Так почему мне приходится проводить обычное исследование со стариканом, который лево от право отличить не может?! — Сузуки-сан проигнорировала мои слова и стала трепаться о своих хотелках. Ещё и кулаками размахивает.

То есть ей и самой всё это бессмысленным кажется? И мне что-то стыдно, можно так не кричать? И что ещё за призраки?

И вообще это ты тут грубиянка. Во многих смыслах.

Мы позвонили в звонок кирпичного дома, после чего дверь с милой металлической ручкой открылась, и показалась молодая женщина.

Сузуки-сан улыбнулась и поклонилась ей.

— Мы из всеяпонского исследования феноменов, — вежливо представилась она. Это только в меня девушка гвозди вбивать готова, а тут прямо в разы доброжелательнее. Но женщина через щель с ног до головы рассмотрела Сузуки-сан, а потом, нахмурившись сказала:

— Из той исследовательской организации, про которую полиция говорила?

— Да. Меня зовут Сузуки, — девушка протянула визитку. Женщина взяла её, после чего с беспокойством посмотрела на меня. Снова — здорово.

Я нацепил на лицо улыбку офисного работника и дал только недавно полученную визитку.

— Меня зовут Мията. Мы хотим разобраться во всём как можно скорее, потому полагаемся на ваше содействие.

На визитке значилось «Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам!», моё имя и звание рядовой-помощник. Как и сказал начальник, с точки зрения Сузуки-сан я на самом-самом дне, но обычному человеку неоткуда знать об этом, я новичок, впервые работающий в поле, только никто об этом не догадается. Скорее уж похоже, что мужчина тридцати лет в костюме с внешностью офисного работника главнее. Даже если костюм дешёвка.

Женщина открыла дверь шире и взяла мою визитку.

— Времени у меня немного, но прошу вас.

Мы прошли через прихожую с ковриком в виде зайца и вошли внутрь.

В гостиной были ещё две женщины. Нам предложили сесть на диван и предложили холодный чай. Но хоть эти женщины и были заказчицами, доверия они нам не оказывали. Следили за каждым нашим движением, не сводя глаз, чай в руку не взять. Но Сузуки-сан вообще не переживала из-за этого и спокойно пила.

Она поставила простую стеклянную чашку на низкий стол и села прямо.

— Мы бы хотели уточнить детали запроса, — из чёрной сумки девушка доставила распечатку запроса.

Женщина вскользь посмотрела на меня.

Эх, ну да.

— Это. Вы хотите узнать о месте, где появился подозрительный тип?

Там же была и карта. Её положили на стол, и женщины склонились над ней.

Здесь школа, здесь дом, они принялись объяснять. После чего они указали на узкую извилистую улицу, ведущую от просторной дороги до жилого района. Госпожа А сообщила:

— Здесь часто машины срезают. Дорога узкая, но разогнаться можно. И никто её не контролирует. Фонарей мало, так что темно и опасно.

Начала и не замолкала. Её поддержали В и С.

— Вечно там студенты на машинах гоняют.

— Кстати о них, они ведь перед входом в дом постоянно собираются.

Времени всего полчаса. А они решили разогреться и потрепаться, после чего уже поставили красный крест в том месте, где дети подозрительного человека видели. Тыкая в это место пальцем, госпожа А сказала:

— Самое ужасное, что он только к детям пристаёт.

Госпожа В насупилась и продолжила:

— Детишки уже сплетничают об этом.

— Мы его ни разу не видели. Это самое зловещее.

— Столько преступлений по отношению к детям случается. Проходится встречать.

— Там много несчастных случаев было. Сколько уже нападений было, говорят детям, чтобы обходили место стороной, а они всё равно там проходят, никому не говоря.

Вряд ли дети врут. Раз свидетелей несколько, не думаю, что это может быть обман.

— Ясно. Мы будем наблюдать в течение нескольких дней. Место мы знаем, думаю, результат будет скоро. Даже если ничего не выясним, мы свяжемся с вами через три дня, — вежливо сообщила Сузуки-сан. Женщины похоже ещё не наговорились, но посмотрели на часы и переполошились. Нам же пришлось быстро удалиться.

Вымотался почём зря.

— Не принимаю я такое отношение! — возмутилась Сузуки-сан. И пошла, топая ногами.

Так и подмывало сказать: «Потому что не место там женщине!», — но ведь и правда есть направления, где мужчины преобладают.

И я старше, конечно они подумали, что я главный.

— Ну, исследованием мы после семи займёмся. И нельзя же, чтобы молодая девушка поздним вечером одна слонялась и расследовала подозрительное происшествие.

— Только невинность из себя строить не надо! По вам не заметно, что вы так думаете!

Не могу отрицать.

— Но одного меня на порог не впустят и дверь не откроют.

Я новичок и один не справлюсь.

Да и подозрительно, когда странного тридцатилетнего мужчину другой такой же мужчина ищет. Женщины и так подумали, что мы из подозрительной конторы. Как бы посреди дня мужик не молодой пришёл, что уже странно. То, что первой Сузуки-сан заговорила, хоть немного градус настороженности снизило.

— Вы выглядите так, будто что-то втюхать пытаетесь, а я произвожу лучшее впечатление! И ваша поддержка мне не нужна.

Ну ты.

Вот такими словами Сузуки-сан ответила на мою поддержку. А потом снова пошла как робот.

На углу был человек в белой шляпе.

А возвращавшиеся из школы дети шли по дороге и переговаривались.

— Здравствуйте. Да, здравствуйте, — сгорбленный старик обратился к детям. Те засмеялись и поздоровались в ответ. Вежливые.

— А это что? — я указал на старика, здоровавшегося с детьми. Девушка даже не думала останавливаться. Повернувшись в сторону старика, она поздоровалась и поклонилась. Он улыбнулся и тоже поздоровался. И я в спешке кивнул.

Проходя мимо старика, Сузуки-сан бросила на меня взгляд.

— Это сосед Ямада-сан, семьдесят четыре года. С тех пор, как ушёл на пенсию, каждый вечер вот так с детишками здоровается. Вы вообще не слушали, что нам говорили?

Заткнись. Об этом мне не сообщали.

Чтобы она не догадалась о моём едком комментарии, я изобразил профессиональную улыбку.

— А, вот как.

— Об этом Сасаки-сан, наша нанимательница рассказывала, — девушка всё ещё высокомерно смотрела на меня. Значит она услышала об этом в том потоке жалоб.

Как-то всё странно. Я вспомнил разговор и как-то сам собой обронил:

— Ну этот старик здоровается же.

Сузуки-сан меня проигнорировала. Она посмотрела на карту и лишь потом безразлично сказала:

— Мы ищем тридцатилетнего мужчину. Он похож на тридцатилетнего?

— И тридцатилетний из-за усталости и стресса может в старика превратиться.

Например после четырнадцати смен подряд. С заходом солнца ты и подозрительный иностранец, и старик и чёрте кто. Вот вернёшься ты от клиента, а тебя не узнают.

Сузуки-сан с жалостью посмотрела на меня.

Вот этого не надо.

Мы добрались до места, отмеченного крестом. Неподалёку кафе было, там мы и стали ждать. Мы пообщались с конторой, связались с полицией, узнали про наезд на пешехода. На углу была белая вывеска, там сообщалось о том, что человека сбила машина.

Пока ждали звонка из полиции, ещё пару раз девушка позвонила. Ей похоже не доверяли и кричать начали, так что я взял трубку и успокоил, в общем одни сложности.

И всё это время мы ждали. Три с половиной часа ждали. Заняться было нечем, хотелось, чтобы быстрее вечер настал.

После ужина, когда мы пили кофе, Сузуки-сан, смотревшая на аллею, освещённую фонарём, пробормотала:

— Есть.

— Что?

— На углу. Мужчина.

Да ну. Это отражатель просто.

Я спросил у девушки, пялившейся в одну точку:

— Вроде никого?

— Есть!

— Нет!

— А, так вы не видите, Мията-сан, — на лице была издёвка.

... А, и что это? Не нравится мне это.

— А, так вы из тех, кто видит?

— Я в храме жила.

Ого, не ожидал. Теперь ясно, откуда у такого хамла манеры.

Вот только я в привидений всяких не верю. Хоть и работаю в странной компании. И у меня самого странная сила, но привидений я не вижу и всё тут!

Хмурясь, я сказал Сузуки-сан:

— Так что, только те, кто родились в храмах, видят?

— Не только, но часто, я вижу, — гордо сообщила девушка. Ничего себе. Ну у неё и уверенность в себе.

— Идёмте, — встала Сузуки-сан.

— Нет, надо подождать немного.

Не хотелось мне к привидению идти. Хотя привидений не существует.

— Не будем мы ждать. Надо разобраться, пока жертв больше не стало!

— Жертв — это тех, с кем поздороваются?

— Призрак, привязанный к месту, со временем может стать опаснее и напасть на людей. Вы не знали?

Обычные люди такого не знают.

Мы быстро расплатились и направились к отражателю.

Там ничего не было, я ничего не чувствовал и не видел.

Но Сузуки-сан скрестила руки и пялилась в одну точку.

— Почему вы здесь? — она обратилась к пустоте. — Не знаете? Вы не можете не знать. Прекратите разговаривать с детьми и пугать их. Ну, многие дети вас видят. Конечно взрослые не понимают. Ничего не помните? И с какого момента?

Она кого-то отчитывала, но со стороны это выглядело как монолог чудачки.

— Потому только дети вас и видят. Я особенная. У меня есть дар.

Она бестолковая. Переговоры вести вообще не умеет. От всей тяжести, что была у меня на сердце, я вздохнул.

Всяких призраков не бывает, и я не верю во всякие невидимые штуки. И всё же. Раз я перешёл работать в такую контору, не могу отрицать все странные явления. Иначе это всё полная хрень будет.

А значит там что-то должно быть.

— Почему он говорит «здравствуй»?

Я спросил у Сузуки-сан, а она переспросила у отражателя.

— Говорит, что не воспринимает время.

— И давно он тут?

— Не знает, — она посмотрела на меня и, будто не зная, что с этим делать, произнесла. — Похоже он не знает, что умер.

Тут я ощутил какую-то вибрацию в воздухе.

— Эй, Сузуки-сан, что-то не так.

— Со мной всё так.

— Да я не про вас, — вырвалось у меня, когда я услышал странный шум. А потом.

— Мёртв, такого... Не может быть!..

Откуда-то я услышал голос. А потом краем глаза уловил движение.

И вот я увидел шатающегося мужчину в спортивном костюме, напоминающего старика.

— У-о-о-о-э-э-э-э! — закричал я от неожиданности.

Прямо 3D модель, сделанная с помощью захвата движений. Я видел сквозь него.

— О-э-э-э. Какое ещё «о-э-э-э», когда на человека смотришь?

Депрессивными глазами мужчина смотрел на меня.

— Ты ещё кто?! Откуда взялся?!

Это виртуальная реальность. Проекция. Где-то должен быть установлен проектор! Мне показалось, что он говорит, но такого ведь не бывает!

— Вы видите это привидение? — спокойно спросила Сузуки.

— Почему, почему я тоже его вижу?!

— Возможно из-за эмоций его сила увеличилась. Такое часто бывает, если например привидение собирается сделать что-то плохое.

— Ага, бывает такое! Это ты ему сказала, что он помер!

— Не обращайтесь ко мне на ты. Мы с вами не друзья! И не подходите ко мне так близко!

— Нет-нет-нет, будто меня это волновать должно?!

Всё никак вечеринку не забудет? Сдалась ты мне, да я только рад от тебя подальше бежать!

Только сказать это было некогда.

Сузуки-сан внезапно ударила призрака.

Кулак прошёл сквозь него. А она отвесила удар ногой с разворотом. Он прошёл сквозь голову, а она закончила разворот и остановилась. Край её юбки задрался. А она сказала:

— Всё же физические атаки на призраке не работают.

— Ну ты, Сузуки! — я от удивления закричал.

— Не опускайте суффикс, вы вообще-то новобранец! И это грубо!

— Заткнись, соплячка! Не лезь в драку!

Мы начали спорить, и тут неподалёку появился свет, я тут же приблизился к краю дороги. Велосипед. Молодой парень смотрел на нас как на подозрительных личностей, проезжая мимо. Посреди жилого района взрослые мужчина и женщина спорят, конечно это подозрительно. Наверняка заявить уже думает. Я тут же прикрыл рот.

— Ты что делаешь?! Почему ты сквозь меня прошла! Что ещё за привидение?!

Голос призрака отражался эхом. Ну вот, она привидение разозлила!

— Я не мёртв!

Блин. Что-то мне это всё меньше нравится.

— И чего теперь делать?!

Я посмотрел на Сузуки, а она открыла свою сумку. Я думал, что за тайный исследовательский инструмент она достанет, и это оказалась бутылка. Бутылка японского саке.

— Саке-то тебе сейчас зачем?!

Она сжимала её, будто это что-то важное, а потом показала мне этикетку. На коричневой бутылке была белая этикетка с милым узоров в виде сакуры.

— Фруктовый запах и освежающий вкус, это саке и женщинам дарит свежесть! Такое не стыдно продавать даже в старинном английском винном магазине! Очень вкусно! — протараторила она.

— Да сдалась мне твоя реклама! Я спросил, зачем ты саке вытащила!

— Я могу использовать пьяный кулак, — влажные глаза Сузуки засияли.

— А?

Пьяный кулак — это когда напился и сильнее стал? Это разве не вымысел? Это точно сейчас надо? На призрака ведь физические атаки не действуют!

Призрак злится, а моя серьёзная напарница настоящую бредятину несёт, что это за чертовщина вообще?

Сузуки достала ложку и ловко открыла бутылку с её помощью, после чего приложилась.

— Говорю же.

Как приложилась.

— Так вот.

Прямо залпом хлещет.

— Почему вы здесь?

Изо рта разило алкоголем.

— Сказал же, что не помню!

Похоже призрака вообще не смутило, что Сузуки саке пьёт, он широко открыл глаза и закричал. Вокруг него собиралась чёрная аура, он собирался напасть на нас.

— Это всё ты виновата, что теперь делать?! — кричал я, а девушка согнула ноги. Прямо мастер кунг-фу, направила на противника правую ладонь и встала в стойку. А в другой руке продолжала бутылку сжимать.

— Просто успокойтесь!

Она сжала правую руку в кулак и отступила. Так мне показалось, но на деле она ударила привидение.

Чего её всё на рукоприкладство тянет! Опять ведь насквозь пройдёт! Так я подумал.

Но прямой удар с правой угодил призраку по лицу.

С выражением на роже «А? Почему?!» призрак, накрытый чёрной аурой, отлетел.

— У меня получилось!

Девушка подняла кулак и встала в крутую позу, а потом опять приложилась к бутылке.

— Получилось, ага! Что это вообще было?!

— Сказала же, пьяный кулак.

Она снова выдохнула и самоуверенно заговорила. Шокированный призрак, державшийся за щёку, поднялся, и тут снова прилетел кулак.

— Наказание железного кулака!

— Ты сама говорила, что мы здесь не ради наказания! Угомонись, ты ж нажралась!

Приведение снова снесло, и теперь оно мелко дрожало, сжавшись возле отражателя.

— Я не нажралась!

Вся красная Сузуки обернулась, да она ж в стельку. Что с ней вообще не так?

Поражённый, я рефлекторно сунул руку во внутренний карман. И достал пачку сигарет. Сузуки с недовольной миной на меня смотрит, да только мне плевать. Плевать, что на улице курить нельзя, мне сейчас важнее успокоиться. Надо переварить всё, что здесь происходит.

Взяв в рот сигарету, я попытался зажечь её. Но зажигалка с блокировкой от детей на уступки идти не собиралась. Я старательно работал большим пальцем, слыша щелчок.

Взволнованный, я закурил и наполнил свои лёгкие дымом.

Фух, выдохнул.

— Пепельница! — пожаловался призрак. Ладно Сузуки, но ещё и ты.

Он с неприязнью смотрел на дым. Кажется, он более прозрачным становится. Призрак недовольно заговорил:

— Не дыши в мою сторону.

— А? Ты ж привидение, нефиг тут про вонь рассказывать.

Стоило сказать на это, и я услышал тяжёлый вздох. Сузуки взялась за лоб и сказала:

— Вы не знали? Привидения слабы перед дымом.

Не знал. Но услышать был рад. Когда истории о призраках услышу, курну и можно спать... Хотя наверное пожар будет.

Призрак сжимался, Сузуки отмахивалась от табачного дыма, хаос немного отступил.

Я снова затянулся и выдохнул, после чего обратился к мужчине в спортивном костюме.

— Слушай. Ну хоть что-нибудь может ты всё же помнишь?

Он стонал, хватаясь за голову. Но вот поднялся и стал каким-то взволнованным.

— Помню... Семь часов... Надо вернуться в семь... Надо вернуться в семь... — он закружился на месте. — У нас была вторая годовщина. Она сказала, чтобы я обязательно пришёл к семи на ужин... Я не успел закончить вовремя... Вечно я работаю, она сказала, что если и сегодня задержусь, мы расстанемся... Тихий ресторан... Я бежал, и меня сбило такси.

Болезненные он вещи рассказывает.

Рядом с отражателем стояла белая вывеска. Двадцать шестого апреля в девятнадцать часов автомобиль наехал на пешехода. Свидетелей просят откликнуться.

Ага, на ужин он не успел.

И всё же что-то мне от этого неприятно как-то. Ужин в честь юбилея с подружкой. Нет, я не завидую. Он же босой и в спортивном костюме на ужин направлялся.

Проследив за моим взглядом, призрак схватился за голову и снова заорал.

— А-а-а-а-а, так я умер?! Не успел! А этот ещё сбил и уехал, я хочу мою компенсацию! — стенал он. Даже воздух задрожал.

— Погоди, успокойся. Компенсацию-то вполне могут выплатить.

— Да даже если заплатят, я ж её использовать не смогу.

— Ну и жлобы вы оба.

— Заткнись, деньги — это важно! — закричал я, взглянув на девушку, а она свела руки, держа бутылку. Не нравится мне это.

А призрак точно перестал изображать спокойствие, и его чёрную ауру, освещённую фонарём, снова стало разносить.

— Ты что задумала?! — вспомнив, что ему досталось, закричал мужчина. А широко открытые глаза засветились.

— Эй, он из-за тебя снова на злого духа стал походить!

— Это из-за вас, Мията-сан!

Я слышал, как вода капает возле Сузуки. Как в проблемной дренажной трубе... Будто одновременно там вода и воздух.

— Помолчите! — девушка широко открыла глаза.

И появился прозрачный вихрь. Он сиял в свете фонаря. Чего это? Будто искривляется.

Это вода? Водный поток.

Она что...

— Успокойтесь, сказала же! — кричала она. Нет, стоп!

Я от нервов опять закурил. Может рискнуть?

Понося Сузуки, я как-то смог успокоиться, сделал затяжку, во рту собрался дым.

Сверху прямо море льётся. Это что, развлекательная передача эпохи Сёва? Думая об этом, я выдохнул дым в форме кольца.

Он попал в воду и взорвался.

Взрыв был мощным, вода разлетелась. Теперь это был ливень, но уж лучше он, чем то скопление воды, что грозилось свалиться.

Блин, на меня снова заявление напишут. Возродилась травма, полученная во время взрыва туалета. Хотя я не туалет, а стену взорвал. Я глубоко вдыхал, чтобы успокоить сердце, а Сузуки нахмурилась и закричала:

— Взяли и атаковали, что вы сделать пытались?!

— Молчала бы! Освежиться захотела?! Что это за вода была?!

— Считайте, что я пыталась охладить вам голову! И из-за вас я тоже мокрая!

— Это из-за тебя случилось, а не из-за меня! И ты не ответила, что это за вода?! — кричал я, а она наконец поняла, о чём я, выдала «а», и продолжила:

— Я ведь не говорила. Я умею управлять водой. Хотя мало кто может как я собирать воду из воздуха.

— Обычные люди вообще водой управлять не могут!

— Мне проще всего управлять жидкостью с большим содержанием алкоголя, вот я его и добавила изначально. То же и к пьяному кулаку относится, когда в крови алкоголь, телом проще управлять. Так у меня и получается дотронуться до призрака.

— Да ты и до пьяного кулака неплохо так ногой взмахнула, это как вообще?

— У меня третий дан по карате.

Мастер боевых искусств, взяла и кулаком ударила. Жуть. Вообще-то противник призрак.

... Точно, призрак. Вспомнив про него, я взглянул на мужчину, а он поражённо смотрел на нас. Какой-то он прозрачный. И чёрная аура вся сжалась. Ещё и весь мокрый.

Чего это? Неужели вода на него подействовала?

Но призрак и правда успокоился. Я тоже постарался успокоиться и затянулся. Достал пепельницу, стряхнул пепел, выдохнул дым и сказал:

— Я что спросить хотел.

— Да? — ослабший призрак кивнул. Будто над ним тут издевается кто, хотя это он злой дух.

— Ты чего в спортивном костюме и босиком? Ты в таком виде на ужин собирался? Это рабочая форма такая? Ты же так выглядишь, потому что в таком виде и умер?

Подробностей я не знал.

Может обувь свалилась, когда на него наехали. И он из тех, кто носки не носит. Но на него точно бы не разозлились, если бы он на ужин в спортивном костюме пришёл, пусть и вовремя? Да и в ресторан в таком пустят?

— ... А? — мужчина посмотрел вниз, и к нему точно вернулось здравомыслие. Воздух вокруг слегка прояснился.

— А ведь и правда, — Сузуки коснулась рукой подбородка.

— Эй, Сузуки, — я указал на мужика. — Этот старикан точно мёртв?

— Не хочу, чтобы меня стариканом старикан называл, — пожаловался мужик.

— Заткнись. Не это важно сейчас.

Тут я услышал электронный звук.

Я стал смотреть по сторонам. То же делала и Сузуки, но вот она догадалась и залезла в карман.

Экран смартфона слегка осветил тёмную улицу. Продолжая держать бутылку с саке, девушка провела по экрану пальцем.

— Да, это Сузуки, — высоким голосом ответила она. К ней тоже обратились. Она слегка нахмурилась и ответила:

— А? Я не пьяна.

Ещё как пьяна.

— Да, да, — громко отвечала она, пока я и призрак наблюдали. Вот и что это?

Вот она сказала «да» низком голосом и передала мне телефон.

— Это начальник. Просит вас.

Кстати, говорили ведь в определённое время отчитываться, а я и забыл. В первый же раз облажался.

— Мията слушает.

«Сузуки не странно себя ведёт? — сразу же спросил начальник.

— Это, думаю, что странно, но мне не с чем сравнивать...

Я не знал, стоит ли говорить, что она пьяна.

«Ясно. Вы вечером с полицией связывались?» — начальник сменил тему.

— Да. Здесь как раз человека сбили, похоже это связано.

Пока ждали в кафе, узнали в полиции про этот инцидент. Сузуки сказала, что возможно это как-то связано.

«Через полицию с нами связалась девушка пострадавшего, она сказала, что он не умер», — спокойно сообщил начальник. Это он про ту, с которой ужин в семь должен был состояться?

«Во время аварии он получил травму головы и впал в кому».

Я обдумал информацию, полученную от девушки.

Что-то тут странно. Если пострадавший и этот призрак — это один человек, то может и можно понять, почему он босой в спортивном костюме на свидание шёл.

«В общем как закончите там, вместе с Сузуки возвращайтесь в офис».

— ... Понял.

Похоже легче не стало. Я вернул девушке телефон.

А перед нами всё ещё находился призрак.

Я убрал сигарету в пепельницу. А призрак робко посмотрел на нас:

— Кто вы вообще такие?

Ну вот. Сузуки не смогла его убедить и перешла к наказаниям железного кулака, а он стал сходить с ума, не понимая, мёртв ли он или жив.

— Мы вот отсюда.

Я залез во внутренний карман, призрак напрягся, но тут же расслабился, когда я визитку достал.

— А, спасибо.

Мужчина выпрямился и попытался взять визитку. Но рука прошла сквозь неё.

Хлопая глазами, он посмотрел на свою руку, а потом снова попытался взять визитку, но всё равно у него ничего не вышло.

— ... Так я и правда умер? — расстроенно сказал он. Мёртвыми глазами он стал читать. — Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам!

Потом посмотрел на себя. Босой, в спортивном костюме и прозрачный. Потом осмотрелся. Он стоял на дороге жилого районе в темноте.

— Ясно, я стал странным явлением.

Так и подмывало сказать «достающим только детей», но я промолчал.

— Ты Гото Масахиро-сан?

Это имя передала девушка начальнику. Мужчину затрясло.

— А, это, Гото Масахиро. Да, это моё имя.

— А девушку зовут Кояма Сёко.

— Сёко... Сёко-тян... Да, точно. Сёко-тян.

В глаза возвращалось здравомыслие.

— Ты вроде как не мёртв. Лежишь в коме. Твоя девушка с нами связалась.

— А? — мужчина, Гото поднял голову.

На лице Сузуки появилось самодовольное выражение. Его я просто проигнорировал, обращаясь к мужчине.

— Слоняешься здесь, оставил своё тело и впал в кому. Возвращайся в своё тело и просыпайся. Твоя девушка ждёт.

— ... Но если проснусь, она разозлится, что я опоздал, — Гото бессильно улыбнулся. Он об этом переживает? Всего-то? Хотя опоздал он и правда солидно.

— Она ещё сильнее разозлится и опечалится, если ты так и умрёшь, не очнувшись.

— Она велела не опаздывать, потому я спешил и попал в аварию, она разозлится, что я такой бестолковый.

Строгая у него подружка.

— Соберись ты уже. Ты опоздал, но не веселился же при этом. Ты работал. Потом компенсируешь ей. Сдалась она, если слушать не будет?

Голос стал решительным. Вот ты работаешь до полуночи, а иногда и до утра следующего дня, а потом еще и на следующий день задерживаешься, и так пока тебя чёрная компания не перемелет.

Отказываешь друзьям, когда они куда-нибудь тебя приглашают, и вот они совсем перестают тебя звать. И с любимой ничего не получается. И так после работы весь выжатый, а тебя всё «что» да «почему».

Я удивительным образом сменил работу, но тоже мог от усталости завалиться под машину. И без всякого ужина с девушкой.

Он прямо как я.

— Сёко-тян ни в чём не виновата, — Гото поднял голову. — Она и правда может пугать. Вечно тянет, меня бестолкового, я лажаю, а она прощает. Она впервые сказала, что бросит меня, но это ведь я не сдержал обещание. Я не прилагал усилия. Сёко-тян сказала, что специально для ужина новую одежду купила. Смогла договориться на ресторан, где не так просто забронировать столик, — Гото был готов расплакаться.

— Да, Гото-сан. Не слушайте Мияту-сана! — тут влезла Сузуки. — Ваша девушка наверняка волнуется. То, что злится, это значит, что переживает. Она точно ждёт вас.

Сейчас девушка выглядела спокойно и рассудительно. Хоть и красная от алкоголя.

Гото кивнул:

— Даже если ничего не выйдет, я вернусь в своё тело, извинюсь перед девушкой и скажу то, что хочу сказать. Я хочу ссориться прямо как вы.

— Эй, последнее точно лишним было. Не говори так, будто у нас тут дружеская ссора была.

Его тело было расплывчатым, но не исчезло. Я его всё ещё видел. А Сузуки тяжело вздохнула:

— Ладно уж. Я помогу.

Она хлопнула в ладоши.

— Прошу простить меня, великая богиня Идзанами.

Это молитва богу была? Это же не экзорцизм, всё точно нормально будет?

Хотя сейчас всё иначе, и я похоже уже не смогу её остановить.

— Всякое зло, грех и скверна, очистись, — Сузуки тихо вдохнула. — Страх, очистись.

Подул прохладный ветерок.

Под отражателем в свете фонаря никого не было.

Прямо как чуть раньше.

Я посмотрел на Сузуки, она взглянула под отражатель на табличку и кивнула.

— Пропал.

Я вообще-то обычно призраков не вижу.

— Что ты сделала?

— Очистила.

— Очистила?

— У меня есть квалификация синтоистского священника. У моей семьи ведь храм.

Понятно. Очистила, значит? Хотел бы я принять это, но нет. Не могу я просто согласиться. Он ведь не умер. Стоило подумать, и от лица кровь отхлынула.

— Ты его добила?

— Если очистить дух живого, он возвращается в тело. Рокудзё-но Миясудокоро ведь вернулась в тело, когда её прогнали.

— Чего?

— Не знаете? Это «История Гендзи». Стыдно должно быть.

— Да просто обычно если убить душу, даже если тело живое, оно уже не очнётся.

Говорю «обычно», но это всё из манги и фильмов.

Девушка свысока посмотрела на меня и сказала:

— Возвращаемся. Печали были очищены, и теперь он вернётся туда, где ему место.

Вот как?

Я задумался, а девушка потеряла равновесие. Всё ещё прижимая бутылку, она уселась на землю.

— Ты чего?

— Устала после использования пьяного кулака.

Вообще без сил.

— Пьяная?

— Нет!

Она тут еж подскочила. Эй, будешь так делать, только хуже станет.

— Я не пьяная. Могу идти прямо!

— Так все пьяные говорят. Отдай бутылку.

Я забрал у неё бутылку. А Сузуки снова уселась.

Ну и что с ней делать? Начальник велел возвращаться, так что надо до такси идти.

Ничего не оставалось, я взял бутылку в руку и усадил девушку на спину. Вот до чего довела человека, который двигаться не привык. Как же тяжко пьянь таскать. Шатаясь, я побрёл.

— Сразу предупреждаю! Я не буйная! — позади прозвучал крик Сузуки. Аж ухо режет.

— Будто кто-то поверит в то, что пьяный рассказывает, будто не буйный. От тебя алкоголем несёт, помолчи.

— Не хочу слышать это от человека, от которого табаком воняет!

А «спасибо» не скажешь?

Мы вернулись в офис на такси, и на этаже четвёртого исполнительного отдела уже никого не было. Ещё и свет выключили, темно вокруг.

Лишь возле окна горел свет. То есть остался начальник.

Он оторвался от компьютера и помахал нам рукой.

— А я всё жду, когда вы со мной свяжитесь.

Сузуки забрала у меня бутылку и подошла прямо к начальнику. После чего принялась отчитываться:

— Расследование завершено. Как нам и сообщили, это призрак пострадавшего в аварии. Дух принадлежит живому человеку, потому я помогла вернуться ему в своё тело, задание выполнено. Завтра надо будет на всякий случай всё проверить, когда во всём убедимся, я планирую предоставить доклад заказчику и связаться с полицией, — вежливо отчиталась девушка перед начальством. А потом расклеилась. А тот, увидев красное лицо девушки, поражённо сказал:

— Вы это использовали? Похоже, содержания алкоголя в крови у вас повышенное.

— Отдел развития способностей прос-с-сил в поле испытать.

Уже язык заплетается.

— Может не стоило делать этого при новеньком?

— Я думала сделать это, если не будет опасно, и посчитала, что никакой ухрозы нет.

— А, вот как. Тогда ладно.

Начальник посмотрел на меня. Не согласный с ней, я замотал головой. Увидев это, мужчина почему-то улыбнулся. Чего вдруг?

— Мията-кун, как вам первая работа в поле? — мужчина в очках дружелюбно улыбнулся.

Не похоже, что искренне.

Я же измученно произнёс:

— Вымотала.

— Раньше вы в офисе работали. Важно работать в поле. Хотя было не так уж и опасно.

— Говоря об опасности, призрак в костюме ещё ладно, но вот она точно опасна, — я указал на Сузуки.

— Не говорите начальству странные вещи! И не тыкайте в меня пальцем! — закричала на меня девушка. Вот она серьёзно? Это при том, что мне её на спине нести пришлось.

— А, угу, угу, но посмотрите, из всего, что плохого случилось, — это лишь мокрая одежда.

Ну такой ответ. Будто ещё и пострадать надо было.

— Сузуки, а вы что думаете? — он спокойно спросил у девушки. Она зло уставилась на меня и ответила:

— До активации слишком большой промежуток.

— Ну, тут дело практики и изобретательности. Я понял. Завтра в течение дня жду доклад, Сузуки, можете возвращаться. А с вами, Мията-кун, я бы ещё хотел поговорить. Вы сама сможете добраться?

— Конечно, — недовольно девушка посмотрела на меня и ушла, не возвращаясь на своё место. При этом довольно безразлично себя вела.

Я смотрел, как она прошла через стеклянные двери, нажала на кнопку вызова лифта, после чего я повернулся к начальнику.

— Как сказала Сузуки-сан, злоумышленник, которого нас наняли найти, оказался духом живого человека. Что в итоге будет с Гото? Даже если он вернётся в себя, он всё ещё жертва ДТП. А преступник так и не был найден.

Мы со своей частью разобрались, но там ещё дело не решённое.

Начальник откинулся на спинку и понимающе улыбнулся.

— Я понимаю, что вы хотите сказать. Но мы ведём бизнес. Нам надо было выявить злоумышленника. Для нас запрос клиентов первостепенен, потом надо будет лишь всё подтвердить, как сказала Сузуки. Даже если вас это волнует, как компания мы ничего не можем.

Я это понимаю, но меня это всё равно не устроило.

— Другое дело, если вы хотите помочь лично. Но советовать не стану, — холодно сказал начальник. С моей стороны это лицемерие, и могу я разве что листовки раздавать. С моей силой я никак не помогу найти виновника, если стану каждый раз зацикливаться на расследованиях, просто не вытяну это. Ещё и не заработаю.

Продолжая улыбаться, начальник сказал:

— И завтра вам стоит поскорее написать отчёт, а потом отправиться в больницу. Полиции не помешает помочь в поиске преступника, а мы могли бы оказать содействие.

Понятно. Вот почему он не рекомендовал мне лезть в это. Компания может и иначе работать.

Мог бы сразу об этом сказать. Любит он исхитриться.

Я с подозрением посмотрел на него, а он с улыбкой посмотрел в ответ. Прямо чую, хитрый лис.

— Так и как вам первое задание в поле? — всё так же жизнерадостно спросил мужчина, а я тяжело вздохнул.

— Почему вы отправили меня с ней?

Никого другого не было? Кого-то, кто умеет работать с новичками.

— А вы как думаете?

Сомневаюсь, что им людей не хватает.

— Потому что заказчик женщина?

— Да. Заказчик — замужняя женщина, я не мог отправить одних мужчин. Наша компания довольно подозрительная, и кто-то может отнестись к нам с подозрением, не хватало, чтобы про нас потом слухи распускали.

Я сам Сузуки говорил, что группа из одних мужчин недоверие вызывает. Заказчик отнесётся с подозрением.

При том, что кто-то по запросу «здравствуйте» говорит, конечно к нам бы с подозрением отнеслись. К тому же подозреваемый тридцатилетний мужчина в спортивном костюме. Как я сам говорил, без Сузуки я бы купался под резкими взглядами тех барышень. Такова жизнь.

— Но я не об этом хотел узнать.

— А, Сузуки. Дело не такое большое, и я решил отправить всемогущую Сузуки-сан и опытного офисного работника Мияту-куна. Даже если бы была настоящая угроза, вы бы смогли дать отпор.

Так что выходит? Я с подозрением посмотрел на начальника.

— Сузуки-сан присматривает за мной, а я присматриваю за Сузуки-сан?

— Верно! Мията-кун, всё же вы догадливый. Удачно получилось. вы смогли справиться с Сузуки даже лучше, чем я предполагал.

То есть он меня дрессировал?

— У неё есть квалификация священника, она неплохо разбирается в работе и обладает силой. Но при этом слишком амбициозная и идёт напролом. Я поставил её в команду с человеком постарше, может это остудит её пыл. Да и не умеет она обращаться с подчинёнными. Мията-кун, вы в этом деле не разбираетесь, но знаете, как работает бизнес. Вы отлично дополняете друг друга, так что растите над собой.

А, то есть он её на меня скинул.

Беру слова назад. Не заботятся тут ни о ком. Чёрная контора. Начальник как минимум. Прямо до глубины души.

— Ах, хорошо-то как. Мы нашли перспективного новичка с боевым потенциалом. Полагаюсь на вашу благосклонность.

Не нравятся мне его слова про боевой потенциал.

— Значит способности человека — это в первую очередь его сила? В прямом смысле умение сражаться? И навыки взрослого, которые помогут сдержать Сузуки?

Я с подозрением смотрел на него, а начальник лишь улыбался.

— Мията-сан, проверили это? — спросил Когути из отдела развития способностей, поправляя несопоставимо большие очки. При этом глядя на записи в руках.

Подвал компании, мы стояли в просторном огнеупорном помещении.

— У вас же есть электронная сигарета? Ими многие пользуются в наше время.

— Да, они не пахнут, и дёгтя в них нет. Непросто такую достать. Они же только у крупных производителей есть.

— Нашей компании вполне по силам достать её, попробуете?

Он поднял голову, и за чёлкой появилась улыбка.

Из кармана белого халата Когути достал чёрную трубочку размером с сигарету. А потом и пластиковый кейс размером с пачку сигарет. И следом и голубую картонную коробку.

— Чёрная коробка — портативная зарядка, зарядная станция. Вот этот стержень вставляете сюда, и заряжаете. Сама зарядка заряжается через USB.

Он вставил сигарету в кейс и нажал на кнопку питания. Загорелась лампочка.

— Ого. Довольно просто.

Вот что крупные производители придумали.

— Если вдаваться в подробности, тут происходит нагрев табака, листья обдаются паром. Никакого огня. Не знаю, сработает ли это с вашей силой. Тут не дым, а водяной пар.

... Водяной пар.

Значит курильщик пожар не устроит, уже радует. Но пар?

— Если это не дым, то и на призраков он не повлияет? Взрываться-то будет?

— По этому поводу. Ваша сила на выдохе работает, возможно табак вам ни к чему.

... Он уже и до этого так говорил. Про мыльные пузыри.

Я был слегка озадачен, а Когути так же безучастно продолжал:

— Про пузырьковое кольцо знаете? Дельфины, выпуская воздух, создают кольцо. Люди тоже вроде как на такое способны. Вот я бы и хотел проверить.

Не нравится мне это. Я уже представляю, как меня в бассейн сбросят для тренировок.

— Вряд ли появится возможность применить это. Мы же проверяли, когда я устроился, в воде выдыхал, но ничего не вышло. Да и огонь мне больше подходит.

— Но сила Сузуки-сан связана с водой.

— И меня от этого воротит.

Сдалась мне совместная техника.

Мы продолжали разговор. Я указал на электронную сигарету.

— Кстати, а она улучшена? Типа теперь ещё использовать проще или мощность увеличена?

Да, странный разговор. Но отторжения он не вызывает. Похоже, я уже привык.

— Обычная. Когда встретитесь с призраком, попробуйте использовать.

— Ну, не думаю, что так скоро возможность представится.

— Ну, не обязательно на призраке, хотелось бы, чтобы вы просто попробовали. Если получится, дальше будем думать, стоит ли улучшать или нет, всё от вашей способности зависит.

Глаза за очками с интересом смотрели на меня.

— Штуковина-то редкая. Хотите ведь попробовать.

Ты кто, барыга из подворотни?

Когути достал короткую сигарету из синей коробочки и вставил в стержень.

— Это называется стик, он вместо сигареты. Нажимаете на электронной сигарете на кнопку, и затягиваетесь, как нагреется.

Вроде здорово, но столько мороки.

Но раз предлагают, и Когути прямо советует, попробовать стоит.

Но я только научился выпускать кольца, и если у меня получится, будет взрыв, так что особо не попрактикуешься, и выпустить дым... То есть пар из новой игрушки наверняка будет непросто. Пар-то легче будет.

Хотя вреда для здоровья меньше, и не так пахнет, да и в горло легче попадает. Я уже много чего пробовал, всё так себе. Пользоваться неудобно, вкус так себе, желание пользоваться нет.

В качестве тренировок я задержался тут на три дня.

Кольцо получалось сделать, но небольшое, оно сразу же исчезало. То есть если нет взрыва, считай ничего не получилось.

Когути разочарованно посмотрел на меня.

— Никак не выходит. Постарайтесь лучше. Вдруг получится.

— Никак. Дома я тренироваться не могу. Вдруг очередную дыру в стене оставлю. Тогда меня точно выпрут.

Когути вопросительно склонил голову:

— Нужен огонь. Выдохните на огонь. Мията-сан, вы такое пробовали? Набираете в рот алкоголь, подносите огонь и выпускаете пламя изо рта.

— Не пробовал и не собираюсь, я пока не совсем сдурел.

— А, давайте в следующий раз попробуем. Помещение огнеупорное. Вдруг что дельное получится. Это будет учтено при экзамене на повышение. Боевая мощь важна, — он прямо загорелся от новой идеи. Что ещё за боевая мощь?

— Ну нет, не хочу усиливать то, что не могу контролировать.

— В общем отдаю, используйте на задании.

— Возьму, но часто пользоваться не стану.

В отличие от обычной сигареты тут задержка по времени. Взрыва нет, как и желания использовать в работе. Но раз уж дали, буду тренироваться и в личных целях пользоваться.

Я взял электронную сигарету и убрал в карман костюма.

Вот так за опытами... А точнее за тренировками, я выполнил три задания, и наконец был вознаграждён.

У Сузуки выходной, и её нет. Только во вторую половину дня прибудет.

Мы в паре работаем, так что без неё я ничего делать не могу. Обычно в таких случаях помогают другим командам. Но в моём случае начальник предпочитал изучать мою силу. Самое то, когда отдыхаешь от непривычной работы.

Хотя хотелось посмотреть, чем другие занимаются. Сузуки что-то объяснять вообще не желала. Я в основном лишь слушал, что клиенты говорят, а дальше за дело. Хотя раньше продажами или работой с клиентами заниматься почти не приходилось.

В обед я сидел за столом, ел хлеб из магазина, когда внезапно появился начальник.

— Сузуки связалась, сказала, что собиралась приехать в полдень, но не получается. После обеда отправляйтесь за ней, а потом вместе выдвигайтесь на место.

— Ей нездоровится?

— Нет, сил у неё хоть отбавляй, так что за это можно не переживать, просто похоже дел полно. Праздник же.

У меня над головой появился вопросительный знак, а начальник с улыбкой продолжил:

— Её семья управляет храмом. А сейчас праздник, потому и работы полно.

— Она в семейном бизнесе помогает?

— Вообще-то подработки у нас запрещены, но у нас здесь много людей, которые выполняют работу по долгу семьи или кровных уз. В таких случаях надо заранее предупреждать, тогда получишь отгул. За это не платят, но и штрафа не будет.

— А.

— Во время Обона в храме ужас что творится. Те, кто ступы расписывают, тоже отдыхают. Во время Обона у нас тут работы на всех хватает, что никого не радует, но что уж, надо выручать коллег.

Сузуки говорила, что у её семьи есть храм, и что люди в таких местах часто рождаются с силой.

Так выходит, что в Обон работы много. Это что, с призраками связано?

— Этот запрос ночной, так что отправляйтесь в отдел снабжения за спальными мешками и прочим.

— А, у меня есть спальный мешок, не надо. Заскочу домой, свой возьму.

— А, Мията-кун, так вам активный отдых нравится?

— Нет, на той работе приходилось пользоваться.

— Но вы ведь системным инженером были... Ах.

Не надо мне вашего «ах». И не смотрите так, будто случайно сказали то, чего не следовало.

Да, приходилось пользоваться, когда в ночную смену на работе сидел. Лучше в спальном мешке, чем на стульях.

— Удивительное место наш мир, — с улыбкой сказал начальник. — Подробности я выслал по почте, и в этот раз с вами будет ещё один человек в качестве поддержки, встретитесь на месте.

После этого он так же растворился.

В машине компании курить нельзя, так что я сделал перерыв перед отправкой.

В курилке стояли пепельница и несколько стульев. Но тут придерживались принципа «курение — это не перерыв», так что людей не было.

Я встал так, чтобы не привлекать ничьё внимание, и закурил.

Последняя личная. И рабочих не осталось. Надо бы закупиться, прежде чем поеду.

— Мията-сан, здравствуйте.

Меня позвали, и я обернулся.

Я проработал уже месяц, но по большей части всё на выездах, так что знакомых у меня тут почти нет. И всё же со мной поздоровался молодой парень с сигаретой в руке.

— Надо же, впервые в курилке встречаемся.

Он говорил дружелюбно, только я не понимал, что происходит. В ответ я тоже поздоровался, а парень усмехнулся.

— Не помните меня? Я приходил к вам домой, чтобы завербовать. Мы и после вашего устройства встречались.

И правда же, встречались уже. Хотя вспоминается так себе.

Это было ночью месяц назад. Под фонарём у дома стояли двое в костюмах. В возрасте и молодой.

— А, ты же был с начальником кадров.

Вспомнил. Он был, когда меня только вербовали, и ещё я его сразу после устройства видел, и отношение у него было так себе.

Запоминать такого — только зря ресурсы мозга тратить, потому я быстро стёр его из воспоминаний.

Похоже у меня на лице было написано «снова ты», потому он горько улыбнулся.

— Меня Маэхаси зовут. Я не очень привычен к тому, чтобы кого-то вербовать, потому возможно не лучшее впечатление произвёл. Простите.

Не возможно. Он реально бесил. Но раз извинился, то и я высказать ничего теперь не мог. Я затянулся.

— Что было — то было, впредь будь осторожнее.

Я уже и забыть успел.

— Спасибо, — улыбнулся Маэхаси. — Мията-сан, вы же с Сузуки в паре работаете? Как она вам?

— Вы близки?

— Мы в одно время устроились, — он гортанно рассмеялся. Неприятный смех. — С ней никто дольше трёх месяцев не проработал.

— Правда?

После первого задания начальник о чём-то таком и говорил. Так с ней сложно?

— Она слишком серьёзная и упрямая, но при этом умелая и соображает неплохо. Говорит то, о чём следует промолчать, и вообще шумная, при этом нелюдимая. В последнее время её поддержкой к другим группам ставили.

Прямо представляю, как она говорит: «Ну серьёзная, и что с того?!» Да ничего, просто она слишком прямолинейная.

Говорит про наказание железного кулака и пьяный кулак, использует странные техники и заливает водой, её явно куда-то заносит, отчего одни лишь проблемы.

— А ты неплохо осведомлён.

— Она же одна из сотрудниц. Я могу просмотреть базу данных по сотрудникам. Мията-сан, вы работали в чёрной компании, потому терпеливы, снисходительны и толерантны.

— То есть это ты меня вежливо дураком называешь?

Он знает информацию о сотрудниках и может проверить, как проходит рабочий процесс, это его работа. Но при этом Маэхаси будто не пытается смотреть сверху вниз. Ни на меня, ни на Сузуки.

— А, простите, если заставил так подумать. Просто она своеобразная. Если вы с ней не уживаетесь, вам стоит поскорее сообщить об этом наверх.

Он с улыбкой сказал, что это совет.

Дом Сузуки был достаточно далеко от города. На машине около часа пришлось проехать, и вот я остановил машину на стоянке, выложенной гравием, после чего пришлось пешком идти. В зелёных горах была каменная дорожка, пройдя по ней, я прошёл через красный тории.

За ним было поле жёлтых цветов. И были подняты флаги с надписью «Фестиваль керрии».

Ну и куда теперь? Офис тут или что?

Руки вначале помыть? Правой или левой ковшик брать? Я только на новый год в храм хожу, потому, смотря на пояснение, я помыл руки.

И тут услышал знакомый голос. В наплавлении поляны с цветами возле тории шла девушка с каштановыми волосами, собранными сзади. На ней было белое кимоно и голубая хакама. Похоже она рассказывала группе иностранных туристов о храме. Это жрица местная?

Она закончила говорить, и я собрался узнать про Сузуки... Только это она.

Помахав группе, удаляющейся в сторону святыни, она провожала их, а я окликнул её.

— Эй, Сузуки.

Волосы всколыхнулись, когда она повернулась. Её глаза широко открылись, когда девушка посмотрела на меня.

В кимоно она изящно смотрится. И осанка просто отличная. Даром, что Сузуки. Слегка бешенная. Стоило подумать об этом, как она устремилась ко мне.

— Я-то думала, что это за усталый офисный работник, а это Мията-сан.

— Много лишних слов. Начальник сказал тебя подобрать.

— Посетителей оказалось больше, чем я предполагала, простите, не могла им отказать.

Как и сказала Сузуки, для буднего дня посетителей много. Я экскурсионный автобус видел.

— А, у вас тут фестиваль керрии. Цветы красивые.

Если честно, я только одну жёлтую керрию и знаю. Ярко-жёлтый цвет карандаша. Только сейчас понял, что это цветок.

— Вообще обычно не так часто люди приходят на цветы полюбоваться. Но похоже снимать их многим нравится, и такие фестивали стали популярными. Люди потом загружают фотографии в социальные сети.

— А почему керрию?

— Этот цветок — путь в царство мёртвых. Мы связаны с водой, но вода как раз есть в реке, ведущей в это царство.

— А.

Ничего не понял. Она же проигнорировала это и недовольно стала принюхиваться.

— Мията-сан, от вас как от собаки воняет.

— А?

Я на подошву посмотрел. Вроде земля, на собачье говно не похоже. Если где и мог наступить, то скорее всего здесь.

— Не разговаривайте.

— ... А... Это из-за электронной сигареты.

Пахнет не так сильно, как табак, но запах специфичный.

— Я тебя забрать приехал, а ты всё так же грубишь.

Она нахмурилась и прекратила принюхиваться.

Но да ладно. Я взглянул на одежду Сузуки. А она одарила меня таким взглядом, будто я какой-то нарушитель. Я вообще-то без неприязни смотрю.

— Почему хаками не красная.

— Я не жрица. Я синтоистский священник. Гоннеги!

— Я разницы не знаю. Как и то, кто такие гоннеги. Если в храме женщина, значит она жрица.

— Предрассудки! Женщин-священников не так уж и мало. Специалисты в нашей области должны знать об этом. Учитесь лучше, — она самоуверенно хмыкнула.

— В отличие от меня ты этим с детства занимаешься. Значит у тебя не стандартная школа буддизма?

— А вы не знали? Конечно. Это же очевидно.

Находясь ниже, она посмотрела на меня свысока. Вот нахалка.

Я про похороны и всякие церемонии в интернете читаю, конечно для меня это не очевидно. Да и не гуманитарий я.

— Эх, блин, из-за того, что работаю с вами, моё продвижение откладывается!

— Как семпаю тебе бы больше о кохае думать.

— Сами молодцы, Мията-сан, вы новенький, но уважение к старшему в вас совсем нет! Вот и начните думать обо мне хоть немного, а то обращаетесь без уважения, ещё и высокомерны. Я хочу вообще-то наверх пробиться и руководителем стать!

— В каком месте я высокомерный?

Вот это желание пробиться наверх. Эх, ну такое. И без того у неё голова горячая, ещё и чушь несёт.

— Ну всё, давай за работу приниматься. Неохота мне затемно возиться. Не хочу по горам в темноте кататься.

— Поняла! За дело! Я переоденусь и возьму вещи!

Сузуки снова стала серьёзной и пошла. Мне ничего не оставалось, и я пошёл за ней.

— Может в таком виде и поедешь? Вполне подходяще.

— Тогда подумают, что наша организация какой-то культ!

— Грубо вообще-то, это же и о твоей семье можно сказать.

— Храмы — дело другое. Мы производим впечатление людей, наделённых силой и общающихся с духами, — возмутилась Сузуки. — К тому же моему брату не нравится, когда мою работу увязывают с семьёй. Хотя я при этом помогаю.

У неё брат есть? Наверное они все такие непреклонные. Раз Сузуки работает в компании, её брат унаследует семейное дело? Не знаю, но наверняка вопрос наследования у старинной семьи довольно непростой.

— У брата нет силы, потому он с давних пор не любит мои способности.

Она говорила с горечью, и мне стало слегка неловко.

Способность видеть и обладать какой-то странной силой для храмов нормальны. И сама Сузуки говорит, что для человека из храма видеть призраков — обычное дело.

— Заклинания и молитвы предназначены для очищения, это совсем не то, что и уничтожение духов, так считает брат. Хотя есть много сказок и легенд об уничтожении демонов. Мой брат всегда был упёртым.

Обычно Сузуки вечно громко и бодро говорит. Я от неё только жалобы слышу, потому и удивился, услышав такое.

Значит они враждуют.

Она не наследует семью, но обладает квалификацией священника и духовной силой, и брату, который возглавит семью, это не нравится. Если бы они не хотели идти по следам своей семьи. Но тут замешана гордость.

Ну, это не моё дело. Это их семья, и я в это лезть не хочу.

— Ждать долго придётся, наверное западная одежда всё же лучше.

Я сказал, что подожду в машине, а девушка обернулась, громко сообщила «поняла» и исчезла внутри храма.

Это задание будет проходить в храме на соседней горе. Заказчики — местные жители. Мы как обычно поговорим с ними, а потом пойдём на место.

Солнце уже село, и в горах стало темно. Фонарей тут тоже нет. Не люблю темноту. Правда не люблю.

Мы прошли по прямой дороге, после чего была сточенная дождями каменная лестница. С обеих сторон стояли каменные фонари. Они заросли мхом, были влажными и зелёными.

Через разломанные ступеньки проглядывалась почва, подниматься было непросто. Я тяжело дышал, а Сузуки в свитере лишь бросала на меня косые взгляды и легко поднималась.

... Не хватало на встречу с заказчиком в свитере идти.

Всё же ей надо было в своём наряде ехать.

Будут ещё на нас с подозрением старички-заказчики смотреть. Тогда женщины ничего не сказали, но тут она сама виновата будет.

Пусть это по соседству и ждать долго придётся, но надо же перед заказчиком хорошо выглядеть. Хотя бы переодеться потом. Она же должностное лицо.

— Мията-кун, ещё немного. Постарайтесь.

Человек передо мной обернулся. Того же возраста, что и я, довольно симпатичная женщина. Высокая, с длинными чёрными волосами. Я ответил ей лишь «ага». Не хочется сейчас болтать.

Начальник говорил о поддержке, и вот это она.

— Мията-сан, не доставляйте проблем Матсусите-сан! — убежавшая на несколько десятков ступенек вперёд Сузуки остановилась, обернулась ко мне и закричала. По тёмной горе разнёсся её голос.

— Я и не доставляю, — пробурчал я и утёр рукой пот со лба, снял галстук и убрал в карман. В компании можно было и без галстука ходить, но на встрече с клиентом он нужен. Через воротник будто тепло уходит. Ещё и спальный мешок и всё остальное снаряжение тяжёлые.

Делая шаг за шагом, я наконец добрался до Сузуки, а она недовольно сказал:

— Знали же, где работать будем, вот бы и оделись в более подходящую одежду.

— Сказал же, нет у меня свитера. Если был бы.

Тяжело говорить.

— И что бы мы делали, если бы вы ходить не могли? Вы не из тех, кто двигаться привык. Чуть что дыхание сбивается, и всё из-за сигарет!

— Замолчи. Хватит уже говорить, будто моё пребывание в компании бессмысленно.

Я прошёл мимо Сузуки и продолжил подниматься, не сбавляя темпа. Если остановлюсь, двинуться больше не смогу.

Через двести ступенек было тории. Сузуки поклонилось перед ним и вошла.

Дальше и Матсусита-сан. Ну и с запозданием забрался я. Перевёл дыхание под воротами и осмотрелся.

Веток и листьев на земле не валялось, было прибрано, но здание старое и такое чувство, что готовое рухнуть.

Мы должны расследовать странный шум, который слышен вокруг храма по ночам.

Прихожан тут мало, вот он и выглядит как заброшенный, а по ночам тут огни и шум. Фонарей тут нет, местные жители по ночам не подходят, и никто не видел, что тут происходит.

Может ремонтирует кто, может ломает, а может кто-то поселился. Все жители помаленьку заведуют этим храмом, но не представляют, что тут происходит. Они сообщали о том, что слышали шум, полиция приезжала, но ничего не находила. Иногда заезжал патруль, но у полиции и так работы хватает, вред не причинён, так что и смотреть они не будут. И вот они обратились в нашу «Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам!» компанию.

Либо бездомные, либо местный молодняк собирается.

— И как они управляют храмом? Хотя здесь довольно прибрано.

— Наследовать его было некому, потому и забросили, и прихожане с возрастом не могли присматривать. Но поблизости есть ещё священник. Скорее всего он приходит и держит это место в чистоте.

Тогда хорошо, что Сузуки переоделась. Так бы заказчик подумал, что священник пришёл.

— Приходит по этой лестнице?

— Тут ничего странного. В наше святилище столько же подниматься надо.

Вот оно. Обычно тут сила нужна, да только уровень у нас разный изначально.

Матсусита, стоя в проходе, сказала:

— Изначально это была моя работа и моего напарника, но у него аллергия на пыльцу. Из-за того, что он не может работать сейчас в горах, отправили вас. Простите, за доставленные хлопоты.

— Что вы, я рада совместной работе! — чудесным образом стала распинаться Сузуки. Ко мне она иначе относится. Девушка повернулась ко мне. — Матсусита-сан потрясающая! Она помощник полковника, она была менеджером, но и в поле показывает отличные умения! С любой работой она и одна может справиться!

Помощник полковника, то есть она выше по силе лейтенанта Сузуки. К тому же управленец.

— Ты меня переоцениваешь. После декрета я в основном только поддержку оказываю, — она принялась успокаивать Сузуки. Прямо как со зверушкой с ней обращается. — Моя сила не предназначена для расследования, так что в этот раз я вряд ли сильно смогу помочь. А, точно, после вашего первого исследования, нас назначили на поиск виновного в ДТП. Сила моего напарника как раз специализируется на расследованиях.

— Я слышал, что начальник сказал, что кого-то назначат на это. Если вы всё смогли сделать, то это отлично... И моя сила тоже не предназначена для этого.

— Давайте обойдёмся без излишней формальности. Я тоже буду обращаться более дружески, — сказала Матсусита.

— А, да. Хорошо.

Хоть она и сказала, сразу избавиться от этого было сложно.

— В храме никого нет. Раз моего напарника нет, придётся нам ночью дежурить. У меня сокращённый рабочий день, потому простите, ночью будет сложнее. Но сегодня муж следит за ребёнком, потому я могу немного задержаться. Я понаблюдаю первая, а потом домой, — извинилась женщина.

— Это же работа. И за это нам доплачивают, так что всё в порядке.

— Как по-взрослому.

— Сладкие деньги.

Льготы, сокращённый рабочий день, банзай. Вот и доказательства, что это белая компания. Хотя начальник чёрный.

Матсусита-сан кивнула и продолжила:

— И, думаю, вы тоже слышали, в последнее время часто случаются несчастные службы и травмы. Стоит быть осторожными, и всегда работать в группе, желательно по трое и больше. В этот раз начальник сказал установить камеру, чтобы можно было с расстояния наблюдать, потому я и могу уйти.

В этот раз мы установим камеру и сами будем наблюдать. Удобная штука, реагирует на движение. Ночью в тепловом спектре снимает, так что темнота ей не помеха. Если ничего не случится, мы будем наблюдать из машины. Запись как раз и доказательством может стать. Самое то для обычной конторы, занимающейся расследованиями, хотя местных тут странные звуки пугают.

Если не будет никаких странных явлений, а простые бездомные или молодёжь, местные смогут жить спокойно, так что надо докопаться до причины.

Здорово, что к нам обратились местные и священник. Но если он у них есть, зачем поручать это посторонним?

Такой у меня возник вопрос.

— Священники тоже обращаются с запросами в компании вроде нашей?

— Не все как мой брат привыкли внутренние дела храма сами решать. Где-то не хватает людей, вот они и просят. Куда проще положиться на кого-то в сложных вопросах, если надо очистить проклятую куклу, с которой сам не справляешься.

Уэ, ненавижу проклятых кукол. Надеюсь, что мне с моей силой таких заданий не дадут. А вот Сузуки могут. А значит и мне. Не хочу.

Девушка тут и там ходила по территории, и вот скрылась в храме. А потом внезапно вскрикнула.

— Что случилось?! — я подбежал, и увидел дрожащую Сузуки в углу.

На полу перед ней валялись упаковки от сладостей и пустые бутылки.

— Сделать такое в храме! Непростительно!

— Всё же тут кто-то живёт, — сказала Матсусита. А Сузуки сжала кулак и решительно заявила:

— Я схвачу тех, кто здесь обосновался. Ради безопасности всех тех, кто живёт поблизости!

— Не надо никого хватать. Чтобы обеспечить безопасность, достаточно найти и доложить. У нас тут доплаты за риск нет.

Нет доплаты — нечего в неприятности лезть.

— В машине есть чем убраться?!

— Ты тут прибираться собралась?

— Конечно!

— Ну прибирайся, но ты точно хочешь снова взобраться?

— А как ещё? Или есть другой способ? Мията-сан, может вы летать умеете? — с серьёзным видом она говорила странные вещи. Обычно стоило бы подумать, что она шутит... Но учитывая, что у нас за компания, может кто и правда летает. Завидую я тогда. Если просто залечу, пыхтеть не придётся.

— Без меня. Я не хочу. У меня и одежды подходящей нет. Я уже едва двигаюсь. Потому подожду здесь с Матсуситой-сан.

— Вам надо больше заниматься спортом!

Хоть и Сузуки, но слова вполне логичные, она прошла через тории, снова поклонилась и побежала.

Шумная ушла, и вокруг воцарилась тишина. Стоя на открытом пятачке, я смотрел в небо, где сияла луна.

— Я проверю, нет ли ничего странного. Мията-кун, проверишь снаряжение?

— Ага, понял.

Женщина пошла к храму. Я же разложил мешки и снаряжение и вздохнул. В горах меня окружает лишь шум листьев, раскачиваемых ветром.

И тут я понял, что нахожусь в горах на территории безлюдного храма.

Блин. Жутко.

По спине пробежал холодок. Ветер был холодным, так что я задрожал. Не получается успокоиться.

Надо курнуть. Затяжка поможет на работе сосредоточиться. И собраться поможет.

Но как-то неправильно посреди территории храма курить. Я убежал подальше от ящика для пожертвований и колокола и встал с краю. Хотя по сути всё ещё здесь. Тут лишь дело восприятия.

Я сунул руку в карман, и тут увидел человеческую фигуру.

— Сузуки, быстро ты.

Если увидит, то разорётся, придётся отказаться от затеи. Я поспешил к девушке, стоявшей у ящика с подношениями.

... А?

Что-то это не походит на миниатюрную Сузуки. Кто-то высокий. И не в свитере. Длинные чёрные волосы ветер треплет. Может Матсусита-сан, но нет, не она. Фигура в белом кимоно посреди ночи.

Длинноволосая женщина в белом кимоно.

Я застыл. Когда она здесь оказалась? Я даже не заметил. И шагов слышно не было.

Белое лицо повернулось ко мне. Даже в лунном свете было видно, что она красивая. Вдруг призрак, но нет. Тут я ошибся. Я же её вижу. Значит прихожанка. Вот же напугала.

Я выдохнул. Глубоко дыша, я успокаивался и посмотрел в сторону тории. Огней там не было, лестницу, ведущую вниз, было не разглядеть. Ряды деревьев точно стали плотнее.

А тихо стоявшая женщина не дышала. Всё же это странно. Сомнительно, что она в кимоно по этой ужасной лестнице в темноте поднялась.

Может она здесь живёт?

Так я подумал, но пусть видно плохо, вроде кимоно не грязное. И не видно, где здесь заночевать можно.

Да и опасно это для одинокой женщины. Не надо ей здесь находиться, стоит попросить удалиться.

— Это, — обратился я. А она посмотрела на меня, и её губы шевелились.

— Это, — без эмоций ответила она.

Зловеще. И деревья вокруг шумят. Странно. Вроде ветра нет.

... Неужели.

Так она призрак? Тогда почему я её вижу? То есть в ситуацию я скверную попал.

— А-ха-ха-ха-ха-ха.

Я сам не понял, как начал смеяться. Сузуки, возвращайся скорее! Матсусита-сан, куда ты ушла! Храм-то малюсенький!

— А-ха-ха-ха-ха-ха.

Женщина тоже засмеялась.

... Жуть.

Я покрылся холодным потом.

— Ува-а-а-а-а-а-а!..

Крича, я стал пятиться.

— Ува-а-а-а-а-а-а!..

Крича, женщина стала приближаться. Вот и что это вообще?!

Я сунул руку в одежду. Надо закурить!

— Мията-сан! Замолчите! Чего расшумелись?! — с лестницы послышался голос. Сузуки поднималась.

Так ты мой крик услышала?! Взрослый мужик не станет кричать лишь для того, чтобы повеселиться! Не хочешь подумать, что тут что-то случилось?!

Появившаяся под тории Сузуки увидела женщину. В одной руке девушка держала пакет из магазина, а в другой маленькую метёлку и совок. А женщина громко и безразлично сказала:

— Замолчите! Чего расшумелись?!

... Ну да, всё так. Скажи ей. Вроде зловеще, а меня на смех пробивает.

Сузуки нахмурилась.

— Вы кто?

— Вы кто? — так же повторила женщина. Сузуки прищурилась и уставилась на неё.

— Что вы здесь делаете?

— Что вы здесь делаете?

Топчутся на месте.

И ведь у обеих есть право спрашивать это. Но когда за тобой повторяют, это больше на провокацию похоже. Меня уже начинало бесить это.

И губы самой Сузуки искривились.

— Ты... Кодама?

На вопрос девушки женщина не ответила. Лишь ко мне повернулась.

— Вы снова явились? — она точно сравнивала нас, и наконец сказала. Я даже вздрогнул.

Чего? Она разговаривать умеет? Ещё и угрожает.

— Снова?

Мы сюда сегодня впервые пришли. И Матсусита-сан не говорила, что бывала здесь.

— Наглецы.

Её лицо скривилось от недовольства. Прекрасное лицо было решительным. И гнев её был явно ненормальным.

Точно специально деревья зашатались. Зашелестели листья. Ветра не было, но звук такой, будто он задувает.

Что происходит? Раз ветра нет, кто-то их шатает. Но в темноте за деревьями всё равно никого не разглядеть.

Сузуки стала подходить к женщине.

— Что вы сделали?

«Что вы сделали, сделали, сделали», — разнёсся эхом голос девушки.

— Сузуки, не надо!

«Не надо, не надо, не надо», — разнёсся мой голос. И так пронзительно, даже стыдно!

— Я ничего не сделала.

Голос снова наложился. Шум листвы, шум деревьев, наши голоса. Всё перемешалось. Так это она тут шумит!

Только я так и не понял, что происходит. От шума голова пухнет. Я и Сузуки прикрыли уши руками и не шевелились.

— Чего вы расшумелись?

С направления всей этой какофонии послышался спокойный голос. Это шла Матсусита-сан. Такая же спокойная.

— Она нас обвиняет!

— Ещё товарищ?

В этом шуме прозвучали голоса женщины и Сузуки. Я уже вообще ничего не понимаю.

Матсусита-сан нахмурилась и скрестила руки. Тут земля от звука ходуном ходит, а она такая же спокойная.

— Так мы точно поговорить не сможем, — она посмотрела на женщину и Сузуки, стоявших друг против друга. — Успокойтесь, — убедительно проговорила она.

И вибрация успокоилась.

Шумящий воздух притих. Шелест листьев и эхо наших голосов тоже больше не звучали. Будто кто-то колонки выключил.

Только естественные звуки и остались.

— Простите. Вам пришлось использовать силу, — попросила прощения Сузуки.

— Это какая-то сила была?

Я ничего не понял. Кстати, я ведь так и не слышал, какую силу использует Матсусита-сан.

Поняв, что у меня на лице отражается куча вопросов, женщина улыбнулась. После её слов и атмосфера вокруг стала спокойнее.

— Мията-кун, я ведь так и не рассказала. Хотя сила у меня не такая уж и впечатляющая. Если не знаешь, то и не поймёшь.

— Так что это за сила?

— Подвид телепатии.

— А?.. А?

Телепатия, даже я знаю, что это за сила. Это когда ты можешь читать мысли и без слов передавать послания. Так что, она в курсе всего, о чём я думаю?!

Но похоже она привыкла к такому и лишь улыбнулась мне.

— Не переживай. Принимать я не могу. Только передавать. И конкретные слова донести не могу.

Теперь стало неловко из-за того, что я переполошился и стал вину испытывать. Я почесал голову.

— Какой-то сломанный телефон.

— Да, не очень удобная сила. Я передаю собственные мысли и чувства. И при прикосновении получается только сильнее, — она многозначительно улыбнулась.

— Так что тут происходит?

— Скорее всего она — источник шума, — Сузуки указала на женщину. — Вы ведь кодама?

— Кодама? Это если сказать «яхо», она повторит «яхо»? — глядя на женщину, спросил я у напарницы. Женщина же повернулась ко мне и сказала «яхо». Вот не надо, жутко же.

— Верно. Говорят, что в горах нет эха, это звуки, которые возвращают духи деревьев.

— В аниме[1] это маленькие белые человечки, у которых шеи крутятся, а она не такая.

— Это и правильно, и нет. Это всё продукт воображения. Кодама же живут в старых деревьях. На шествии духов их изображают как старичков и старушек.

— На старушку она не тянет.

— Рисовавший случайно увидел пожилого человека! С виду ему сотни лет были!

Вначале злилась, а теперь женщина вела себя тихо, как в самом начале. Она осмотрела нас, а потом обернулась.

— Я дух того дерева, — она указала на большое дерево на окраине. Обвязанное сименавой дерево даже трое или четверо человек не обхватят, такое оно большое.

Так она что, вроде как дух?

Впервые вижу. Значит духи существуют. После привидения теперь я духа встретил... Хотя. Эта кодама выглядит как обычный человек, совсем не страшная, да и не впечатляет как-то. Хотя появление её заставило удивиться.

Сузуки что-то там кричала, но я проигнорировал её и повернулся к женщине. С тех пор, как я дымом от сигареты стену взорвал, и меня завербовали люди в чёрном, я уже призраков и духов увидел. Вот уж точно компания странная.

Кодама спокойно заговорила:

— Вы пришли не для того, чтобы срубить меня?

— Вы о чём? — брови Сузуки приподнялись.

Тут нас залило светом.

— Что вы делаете?! — прозвучал гневный голос, и свет направили прямо нам в глаза. Теперь-то что? Прищурившись, я прикрыл глаза рукой и посмотрел: у тории стоял парень с фонарём.

— Отойдите от Юзуки!

В его руках был фонарь и пакет из магазина. Сладости и напитки. Значит мусор его.

— Наоки! — заговорила кодама. Теперь в голосе были эмоции. Мы ничего не понимали, а парень бросил фонарь и пакет и побежал к кодаме. Чуть Сузуки не снёс.

— Юзуки!

Они обнялись.

— Я думал, они придут позже и расслабился. Прости. Я оставил тебя в опасности, — парень повернулся к нам и закричал. — Я не позволю вам убить Юзуки!

Что-то у нас не клеится. Он явно всё не так понял.

— Грубо говорить, что мы кого-то убить собрались.

— То, что вы собираетесь сделать, — убийство.

— Да мы ничего делать и не собирались.

Просто пришли выяснить, что тут за шум. А нас тут в убийстве обвиняют, даже в ситуации не разобравшись, вообще не смешно.

— Мы здесь вообще сегодня впервые. Шум соседям мешает.

Кодама говорила «снова».

— Я никому не мешал! — крикнул парень. И тут вперёд вышла Сузуки. Снова без суда и следствия наказание железного кулака использовать собралась? Но к моему удивлению она совершенно спокойно посмотрела на священное дерево. Потому подошла к кодаме и поклонилась.

Ну да, она же священник, и к духам и богам относится почтительно. Тут она внушает большее уважение.

Когда я подумал об этом, Сузуки сунула руку в карман штанов. И вытащила визитку.

— Вот, прошу. Мы выполняем здесь задание.

... Зачем она духу деревьев визитку дала?

— Я ничего не понимаю. Но тебе и правда стоило прийти в хакама.

— Я же говорила, что ношу её лишь когда помогаю дома!

Да я не о том.

Кодама взяла визитку и посмотрела на неё.

— Сузуки Мирей, — тонкие губы открылись, и она прочитала. Она и читать умеет?

Сузуки перестала кричать на меня и посмотрела на женщину. Та оторвала взгляд от визитки и посмотрела на Сузуки.

— Дитя храма бога-дракона?

Сузуки выпрямилась, стоя перед кодамой.

— Вы знаете?

— Ты очень шумная, я тебя слышала.

Сузуки кричит будь здоров, но вряд ли её даже здесь слышно. То ли у этой кодамы слух настолько хорош, но ли все духи такие. В любом случае забавно.

— Не стоит полученную от бога-дракона силу зря тратить.

Сузуки сжала губы. То ли она напряжена, то ли недовольная, сложно понять. Кодаму же это не сильно волновало, она снова посмотрела на визитку.

Парень рядом тоже посмотрел на визитку. И с недоверием заговорил.

— Исследовательская компания?.. И что ты здесь исследуешь? Стоимость этого дерева?

— Читай как следует. Там написано: «Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам!» Тут по ночам шум и светопреставление, местные уже переживают. Значит причина в вас.

Парень нахмурился.

— Так это не вы шумели... Я всегда с фонарём хожу, свет может и мой, но я не шумел. Я просто прихожу встретиться с Юзуки.

Значит это работа кодамы!

Хотя он сказал, что с кодамой встретиться приходит. Но это волнительное воссоединение и попытка защитить кодаму натолкнули меня на мысли.

— И как вы познакомиться успели?

— Я ещё когда учился в школе, тренировался, бегая по лестнице, Юзуки ещё тогда начала за мной наблюдать.

Как слащаво.

С виду парню двадцать с небольшим. Если он говорит правду, знают они друг друга уже довольно давно.

— Ты же... Понимаешь, что она не человек?

— Не говори так. Грубиян. Конечно я понимаю, — он повернулся ко мне и решительно заговорил. — И это не важно. Если в любви возраст и пол не важны, то и не важно, что чувства появились между человеком и не человеком.

Да уж... Не понимаю. Возраст и пол в любви может и не важны, но вот принадлежность к роду людскому меня всё же волнует. Да и подружка великовозрастная. Без понятия сколько веков этому дереву.

— Ну, это не моё дело. И как-то по барабану на тебя.

— Спасибо, что мешать не собираешься, конечно, но ты даже слишком безразличен к чужой судьбе.

— Он прав, Мията-сан. Даже случайная встреча — дело судьбы. Может они вам и никто, но надо их поддержать.

И Сузуки туда же. Хватит на незнакомых людей отвлекаться, мы тут на работе.

— Давай-ка обойдёмся без лишних эмоций на работе. Любовь — это здорово конечно, а ответственность потом кто брать будет? Допустишь такое, это ведь всю жизнь изменить может, и если всё прахом пойдёт, что делать будешь?

— Это же здорово, когда тебя поддерживают!

— Вот я и говорю, что делать будешь, если сейчас подтолкнёшь безответственно, а из этого ничего хорошего не выйдет?

— Но ведь решение им принимать!

Это попытка отмахнуться или глубокое уважение? В случае Сузуки она вряд ли может думать о том, чтобы просто отвязаться от них.

Тут вмешалась Матсусита-сан.

— Понимаю, что разговор важный, но давайте позже. Молодого человека это смущает, да и у меня времени почти не осталось.

— Ладно, хватит препирательств.

Блин, пошёл на поводу у Сузуки.

— Сузуки, давай-ка вернёмся к главной теме. Нам в первую очередь надо разобраться с тем, что тут происходит.

Девушка была недовольна, и всё же кивнула. А потом повернулась к парню:

— Это ведь вы мусор разбросали?!

Тебя это волнует?

— Намусорил и правда я. Но я собирался вернуться и прибраться. Не буду же я мусорить там, где живёт Юзуки. Это же очевидно. Просто вы пришли, когда я в магазин отошёл.

— Непростительно есть на территории храма! Живо приберитесь!

Вот мелочная. Я тяжело вздохнул и вмешался.

— Если человек-дерево не против, то это ваше личное дело. Я узнать о другом хочу.

— Человек-дерево, — парню явно не понравилось моё обращение.

И как тогда её звать? Она же человек-дерево. Да и вообще как-то это не сильно важно.

— Если шум не ты поднимаешь, тогда кто? И что значит, что кто-то человека-дерево убить хочет?

Кодама уставилась на визитку.

— Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам!

Она прочитала смущающий слоган.

Похлопала глазами и подняла голову.

— Донимают.

А потом уточника.

— Вы ведь не их товарищи?

Спросить, о ком речь, было некогда.

На лестнице появился луч света. И далеко не один.

Со стороны тории появились мужчины с фонарями на шлемах. Было так ярко, что нам пришлось прищуриться и прикрыть глаза руками.

И мы увидели, что у этих людей в руках были бензопилы. Всего их было четверо.

... Так, так, погодите. Я и так ничего не понимаю. Слишком много информации. Голова не поспевает.

Тут нагло заговорил скверный старикан, который похоже был главным:

— Вы ещё кто? Что здесь делаете так поздно?

Деревья вокруг закачались от ветра. Это я бы хотел узнать, что они тут так поздно делают. Только атмосфера не тянула на то, чтобы подобные вопросы задавать.

— Снова явились, — сказала кодама, а у меня вырвалось вопросительное «а».

— Ты нас с ними перепутала? Мы же вообще не вяжемся.

Не ровняй нас с этой шайкой.

Но кодама покачала головой:

— Нет, это другие. В одежде вроде твоей приходил вчера.

— Меня? Или неё? — я указал на стоявшую рядом Сузуки. Может тут кто-то бегом занимается. Сузуки сказала: «Не тыкайте пальцем!», — но я просто её проигнорировал. А кодама опять покачала головой и указала на меня.

— Тебя.

— Мията-сан...

— Погоди, почему я? Ты же сказала, что одежда была как у меня. То есть человек в костюме.

— Верно.

Ну вот. То есть среди этих грубиянов ещё кто-то есть?

Хотя сейчас важнее мужики перед нами. Очередной шумихи тут не хватало, сейчас ещё и Сузуки к наказанию железного кулака прибегнет. Пусть у неё этот её пьяный кулак, но это ведь опасно против бензопил идти, хотя её это точно не остановит.

Так. Ясно, что кодама со своим другом им мешают, но я пока не понимаю, чего эти люди добиваются.

Надо бы поговорить.

Я натянул на лице улыбку и обратился к мужчинам:

— Мы пришли помолиться.

Тот охнул и погладил подбородок.

— Нечасто тут верующих увидеть можно.

— Такие одинокие места нечасто можно найти, в социальных сетях про него написано. Вот мы и решили посетить его. А вы занимаетесь реконструкцией храма?

Мужчины переглянулись и ответили.

— Да.

— Ого, вот значит как. Спасибо за работу. Тогда не будем мешать, пойдём, — сказал я Сузуки. Надо уйти и подготовиться.

Но Сузуки продолжала смотреть на мужчин. Подыграй. Подыграй ты мне.

— Место не очень посещаемое, разве надо заниматься ремонтом ночью? И что-то вы на плотников не похожи.

Прямо всё сказала. Пойми ты уже, что происходит.

Тут кодама отошла от парня. Гордо она посмотрела на мужчин. И заговорила не менее резко, чем при нашей встрече.

— Они воры. Я попросила Наоки остаться здесь и покараулить.

— Всё же это безрассудно.

Я посмотрел на мужчин с бензопилами. И что один парень с группой сделает?

— Никто и не думал с ними драться. Если появятся, я собирался полицию вызвать! Из-за того, что вы шум подняли, мы чуть не подрались!

— Это из-за того, что вы в храме намусорили!

Сузуки тоже не уступала. Будто сейчас для этого время есть.

— И что в этом обветшалом храме красть?

— По вам и так видно, вы воруете древесину! Вы тут уже несколько дней. И всё это время деревья пропадают.

Фонари на шлемах и бензопилы. Ведь и правда. Они тут светят посреди ночи, бензопилами орудуют и деревья пилят. Такое не скрыть. Конечно это проблем местным доставит. Похоже на эффективности сосредоточились: быстро спилили и свалили. То есть это не жуткие убийцы из слэшера?

И шум поднимают они.

— Воровство непросто доказать, и полиции людей не хватает, чтобы это место патрулировать. Потому они и пилят деревья как им удобно.

— А ты много знаешь.

— Я подготовился, чтобы схватить их на горячем. Но вы всё испортили!

— Вот как, так вы в курсе всего, — прозвучал низкий голос. Главарь стал улыбаться.

Заработали двигатели. Я сразу же отступил.

Они заводили двигатели бензопил.

Все четверо приготовили бензопилы. Их звук разносился по лесу. Что они задумали?

— Простите, но раз уж вы нас увидели, отпустить мы вас не можем. Мы тут не в игры посреди ночи играем, — мужчина с бензопилой растягивал слова. Вообще не стесняется.

Что это? Обновлённое ограбление? Значит мы в слэшере?!

— Эй, у нас же была предусмотрена доплата за опасность? — поинтересовался я у Сузуки.

— Вы же в курсе. Нет. Мы должны были просто установить оборудование и наблюдать.

И вот чем всё закончилось.

Спокойно улыбающийся старикан сейчас даже больше духа напоминает, чем кодама. Монстр. Появились стариканы с бензопилами! Повествование прямо тянет сбежать от реальности. Но сейчас не до этого.

Я просто не поспевал за развитием ситуации. И всё же. Я рассмеялся так, чтобы не бесить их, и поднял руки. Сообщил о капитуляции.

— Ладно вам, успокойтесь, давайте поговорим, — я говорил громко, чтобы перекричать бензопилы, но без намёка на угрозу. А потом сунул руку в нагрудный карман.

— Эй, — предостерёг главарь и направил на меня движущееся лезвие. Я оказался залит светом фонаря. — Ты что задумал?

Обливаясь холодным потом, я старался улыбаться.

— Ох и удивили вы. Дайте хоть покурить. Эй, вы ж сами курите?

Я вытащил пачку из кармана.

... Что-то чёрное.

Я посмотрел и увидел чёрную коробочку. Это не сигареты. Твёдная...

Чёрт, я только электронную сигарету взял.

— Обычные сигареты забыл.

— Вы что делаете?! — закричала на меня Сузуки. Даже эти мужики слегка испугались.

— Заткнись, ладно уж, всё из-за дневных экспериментов.

— Забыли рабочие инструменты, какой же вы работник компании?!

Оскорбительно, когда о таком говорит Сузуки. Обидно, что вполне логично.

— Я по пути думал купить, но у вас здесь никаких магазинов нет!

— Не наговаривай на чужой дом! Это на вашем пути просто ничего не было! Сам смотри! — влез парень и указал на пакет из магазина.

А мужчины с бензопилами и фонарями уже миновали тории.

Блин, так... Нас тут частями раскидают!

С Когути тогда не получилось. Но попробовать надо.

Я достал из зарядки тонкий цилиндр и вставил стик. Нажал на питание. Для того, чтобы заработало, нужно время.

— Давайте успокоимся, — прозвучал спокойный голос, который было слышно даже в шуме бензопил. Это заговори Матсусита-сан, глядя на часы. — Простите, мне уже пора возвращаться. Надо обсудить ситуацию. Если мы ни к чему не придём, все останутся в проигрыше. И в таком шуме общаться невозможно. Выключите двигатели.

— Ты ещё кто?

— Соседи стали жаловаться на шум посреди ночи. И мы приехали расследовать это дело.

— Полиция? Значит соврали, назвавшись прихожанами.

Матсусита-сан не стала ни подтверждать, ни отрицать. Лишь посмотрела на главаря и приказала:

— Я же велела: выключите двигатели.

И тут стало тихо. Мужчины спокойно выключили бензопилы.

— Сложите оружие и сдавайтесь. Не знаю обстоятельств, но рубить лес без разрешения — это преступления.

— Какое ещё оружие? Это орудие труда для рубки деревьев.

— Вообще-то вы его на нас направляли, — не сдержался я, а мужчина ответил довольно безразлично:

— Рабочий процесс.

— Нечего в рабочем процессе бензопилы на людей направлять.

Двигатели снова заработали. Один за другим точно хор.

— Не получилось остановить? Какие упрямые, — расстроенно проговорила женщина. Я же проверил электронную сигарету в руке.

... Наконец экран замигал.

Я взял стик в рот и затянулся. Дым вошёл в рот. Заполнял изнутри.

Не на людей же выдыхать, потому я выдохнул белый дым в сторону ящика с пожертвованиями. Клубок дыма вышел, но кольцо не получилось.

— Чем ты сейчас только занимаешься? — с гневом сказал парень, но я его проигнорировал.

... Всё же не подходит. Нужна сигарета.

— И правда, Мията-сан, использовать же не можете! Ещё и воняете!

— Притихни! Не хочу от тебя слышать, что я не могу! И раз воняет, терпи!

Сузуки сжала кулаки. Разносились звуки двигателей. Я же снова затянулся. Больше ничего не оставалось. Будь, что будет, я затягивался.

Осторожно я выдыхал дым... Белый пар. «Воняет», — закричала девушка. Заткнулась бы уже.

Став колечком, пар полетел. Получилось оно больше и чётче, чем в офисе было.

«Наконец-то», — подумал я.

Оно врезалось в ящик для пожертвований, и прогремел взрыв. Нет, что-то вроде взрыва. Белый дым окутал всё.

Туман. Перед глазами было ничего не видать. Всё белое.

Я слышал недоумённые голоса мужчин. Сузуки всё бухтела «воняет».

— Эй, сваливаем! — понизив голос, сказал я и схватил за руку парня, который находился рядом.

— Нет! Я не брошу Юзуки!

Он отмахнулся от меня. И поспешил в храм.

— Что за фигню они сделали?! — в тумане прозвучал голос лидера. Той наигранной дружелюбности уже не было. Лишь жажда убийства.

Я слышал, как бензопилы разрезают воздух. Размахивают. То есть это не просто угроза? Серьёзно?

— Типы в костюмах вроде вас не в курсе. В последнее время цена на пиломатериалы упала.

Голос мужчины и шум бензопилы приближались. Он подходил шаг за шагом.

— Мы делаем это не потому, что хотим. Иначе нам просто не выжить.

— И вы подумали, что это оправдывает воровство?! Не только у вас бизнес плохо идёт, из-за чего трудно себя прокормить! Вы оскорбляете тех, кто старается, даже когда невыносимо трудно! Из Мияты-сана в чёрной компании все соки выжимали, но он молча продолжал стараться!

— Когда это ты говоришь, это больше на издевательство смахивает.

— Из-за того, что слишком терпел, у него даже личность исказилась.

В случае с Сузуки это не попытка поиздеваться, она серьёзно так думала, что ещё сильнее бесит.

Недолго туман держался. Подул ветер, и постепенно обзор прояснялся.

Главарь шёл по территории храма. Похоже его цель — дерево кодамы. Самое большое дерево здесь.

— Но под этим деревом закопаны сокровища. Если их продать, не придётся какое-то время рубить деревья.

— Чего?

Кодама совершенно спокойно стояла у корней своего дерева. А перед ней парень развёл руки.

— Вчера тебе уже сказали. Заберём его и уйдём. В эпоху Мэйдзи под этим деревом закопали золотого Будду. Храм забросили, и не осталось тех, кто об этом знает, и это наш шанс добыть статуэтку.

На лице, освещённом фонарём со шлема, играла улыбка.

— Почему он рассказал тебе о сокровище? Обычно этим люди сами пользуются?

— Чтобы самому прийти, не хватило смелости и умений, — высокомерно сказал мужчина. Похоже в своих способностях они уверены. Выходит были профессионалами своего дела. Но похоже применить их больше некуда, раз они дошли до такого.

Но Сузуки права, есть и другие люди, которым не легче. И посочувствовать я им не могу.

Кодама, стоявшая перед мужчиной, оставалась спокойна.

— Сокровищ тут нет, — холодно сказала она. Не было ни тревоги, ни озадаченности. Просто спокойный голос.

— Врать не надо. Вы мешаетесь как раз потому, что они есть, — хмыкнул мужчина. Но судя по кодаме больше было похоже, что сокровищ нет.

— Вы не думали, что вас могли обмануть? — прямо спросила Сузуки. Нашла время.

Мужчина цокнул языком.

— Плевать. Если сокровище есть, заберём его. А заодно и священное дерево.

Похоже это была команда, мужчины стали рассредоточиваться. Они вошли в лес.

Гул бензопил стал тише. Полетели щепки. Деревья стали падать. Они не воры, а настоящие разбойники.

— Эй, вы! Прекратите! — во всей этой шумихе прозвучал голос парня. А кодама, стоявшая за его спиной, вышла вперёд. Будто теперь сама собиралась защищать его.

— Я заставлю вас понять всю обиду убитых вами деревьев.

Ветра не было, но стал слышен шелест листьев. Вместе с тем слышался и звук бензопил. Звук становился громче, интенсивнее. Было слышно, как качаются деревья, а потом звук падения большого дерева. Звуки разносились со всех сторон от кодамы. Они волной накрыли мужчин.

Это же она и на нас использовала.

Но лидер группы лишь рассмеялся:

— Мы уже привычные к такому! Нам ни холодно, ни жарко!

Похоже они уже встречались. Значит шум был из-за кодамы.

Мужчина направился к парню и кодаме, замахнувшись бензопилой.

Скверно. Снова использовать туман? Но вряд ли их это остановил.

Я ещё раз залез в карман. Вдруг всё же сигаретка завалялась. Ничего не было. Я ехал в машине, так что и в заднем кармане ничего, ни в правом, ни в левом... Есть! В левом кармане осталась одна личная сигаретка.

Волнуясь, я взял её в рот. Трачусь конечно, но я и так не голодаю. Я собрался закурить, но из-за блокировки от детей не смог нормально зажечь зажигалку. Чёрт, снова. Если не научусь быстро зажигать зажигалку, точно когда-нибудь умру.

— Мията-сан! — прозвучал громкий голос Сузуки, но его проглотил шум, создаваемый кодамой.

Я обернулся на треск. Большое дерево, скрывая небо, стало падать.

— Быстрее, беги!

Водяная сфера попала в дерево, но это выиграло лишь секунду. Под силой притяжения дерево падало всё быстрее.

Я глубоко вдохнул. Разблокировал зажигалку и зажёг. Появился маленький огонёк.

А потом затянулся сигаретным дымом. Я слышал, как горит табак. Дерево приближалось. Спокойно. Если дыма не достаточно, кольцо не получится.

Набрав его достаточно, я выдохнул.

Разнёсся взрыв. Передо мной упала лишь небольшая нижняя часть, а верхняя с запозданием свалилась назад.

Неожиданный взрыв заставил всех притихнуть. Шелест деревьев, звуки падения, эхо, всё притихло. Остались лишь звуки бензопил.

— Вы!

Подумав, что спасён, я прокричал.

— Вы уже все задолбали!

Лезут один за другим, не дают расследование провести, ещё и жизни угрожают, что реально бесит. Мы должны были поставить оборудование и тихо наблюдать, нам не платят за риск! Так почему всё это случилось?!

— Воры пиломатериалов, кодамы, влюблённые пацаны, плевать кто! Вы совсем берега попутали?! Убить меня решили!

— Так ведь вы мешаетесь! — заревел главарь. Да, размахивает оружием, напасть хочет, он точно меня убить собрался.

— Остудите головы! — Сузуки крикнула мужчине. А потом прозвучал хлопок в ладоши. Это сделала находившаяся под ночным небом кодама.

... А дальше. На голову мужчине пролилась вода.

Будто из ванной всё вылили, мужчина с головы до ног промок.

Её было так много, что он выпустил бензопилу и опустился на землю. От удивления или шока двинуться не может.

Но тут к нам поспешили другие мужчины.

— Не подходите! — Сузуки подхватила бензопилу и стала угрожать мужчинам.

— Хватит, это же опасно.

Реально страшно.

Мужчины сокращали расстояния. Они занесли низко гудящие бензопилы.

— Может вы и правда прекратите? — прозвучал точно из-под земли голос из-за пределов нашего круга.

— Повторюсь: бросайте оружие и сдавайтесь.

Послышался удар по земле. Потом ещё один. По земле уверенно шагала Матсусита-сан.

Красивые брови были приподняты.

— Я же говорила, что мне домой надо!

Волна гнева прошла через голову. Я сразу же вспомнил руководителя, который умел заставить работать без доплаты, заказчиков, которые меняли техническую спецификацию из-за моей ошибки, и лицемерного начальника, который думал лишь об эффективности, через голову прошла куча информации, и я даже задышал тяжелее. Из-за криков Сузуки я взбесился и совсем перестал соображать, но тут вспомнил, что забыл сигареты и теперь на меня напал отряд бензопильщиков, это напоминало какой-то конец света. Всё. Я ничего не могу, без всякой доплаты за риск меня пустит на фарш отряд из слэшера.

Отчаяние заполнило каждую мою клеточку, и я просто стоял как вкопанный. Простите, простите.

— Матсусита-сан, простите, простите. Я украла домашнее саке, простите! Миясита-сан, я больше так не буду!

Чего это с Сузуки?

Я осмотрелся и понял, что снова стало тихо.

Мужчины побросали бензопилы, сели на землю и плакали. Парень обхватил колени и тоже хныкал. Кодама как отрешённая стоит.

Безумие какое-то.

— Посидите все тихонько какое-то время, — Миясита-сан упёрла руки в бока и приказала мужчинам.

«Да, простите», — ответили они. Крепыши в каких-то ребятишек превратились.

— Что ты сделала?

— А, Мията-кун, ты в порядке? — выдохнув, женщина сказала. — Я же говорила, что обладаю телепатической силой. Она называется conqueror[2].

— Что ещё за conqueror?

— Завоеватель, — она саркастично улыбнулась.

— Жутковато.

— Верно. Человек не замечает, как я навязываю ему свои мысли. Ты подчиняешься чужой воле, потому противостоять такому непросто. Я и мозги промыть могу. Узнавая о моей силе, многие избегают меня.

Так вот что это был за гнев и отчаяние?

Не очень удобно, когда другие могут про твои чувства узнать, но при желании можно управлять другими и даже им мозги промыть? Это ж с человеком что угодно делать можно, жуткая сила.

— Кодама чиста, потому и влияние на неё слабо. А у тебя нервы железные.

— А я не чист, значит, — вырвалось у меня.

Приятно конечно, что про мои железные нервы сказали, но я должен был так сказать, хотя и жалел.

— Сила, позволяющая управлять живыми существами, очень выматывает. Людьми и животными руководит воля и инстинкты, это их правила поведения и философия. А мне приходится искажать их. Это тяжело, и заниматься этим совсем не хочется. Я могу усилить чувства и заставить делать что-то неосознанно, это я и училась делать.

Ясно, значит воцарившаяся спокойная атмосфера — это следствие самоконтроля. Понятно. И сейчас она величественно стоит, уперев руки в бока.

... Прямо королева.

— Что ж, Мията-кун. Я очень устала, — женщина улыбнулась и продолжила. — Дальше давай сам.

Ещё не договорила, как падать начала.

— Да как так?! — закричал я.

Державшая бензопилу Сузуки обернулась к нам. Положи её, опасно ведь.

— Она использовала много сил и лишилась всей энергии. Думаю, если отдохнёт немного, восстановится.

Вот о чём Сузуки готовила.

... С любой работой она и одна может справиться.

Тут девушка была права.

Только разгребать всё оставила нам.

Вдалеке слышался шум патрульной машины.

Мужчины подняли головы, но сбегать не думали. Похоже всё ещё под воздействием силы Матсуситы-сан.

Нам доложить было некогда, наверное это сделал кто-то из наших клиентов. Я не удивлён, всё же мы тут успели пошуметь.

— Юзуки, ты в порядке?

Парень неуверенно поднялся. Кодама погладила плакавшего парня по щеке, а потом исчезла. Расстроенно он посмотрел на перевязанное дерево.

Было слышно, как кто-то поднимается по лестнице.

— Что вы тут делаете?!

Это были двое полицейских с нагрудными фонариками. Дышали они тяжело, но голос был властным.

Они высветили Сузуки с бензопилой и сделались серьёзными.

Промокшие до нитки мужики, угрожающая им бензопилой Сузуки, женщина без сознания, двое мужчин, стоящих как вкопанные. Вот такая ситуация их ждала.

— Ты! А ну брось!

Ну вот, а я предупреждал.

Сузуки недовольно положила бензопилу. Полицейский подходил, спрашивая, что происходит. Я же поспешил к Сузуки.

— Простите, что смутили, она моя подчинённая.

— Я не подчинённая, я ваш семпай!

— Ну-ка притихни! Э-это, позвольте представиться.

Я снова достал свою подозрительную визитку. И удостоверение. Начальник говорил, что с ними проще будет договориться с полицией.

— А... Это вы, — полицейский взял визитку и вернул удостоверение. С подозрением взглянул на меня и Сузуки. Другой с кем-то связывался. Наверное подкрепление вызывал.

— Мы бы хотели выслушать подробности. Вы все проследуете с нами.

Хуже не придумаешь.

Мужчин за попытку разграбить частную собственность арестовали. Ещё и в покушении на убийство обвинили. Мы и парень были ни в чём не виноваты, потому нас просто допросили как свидетелей. Лишь поругали, говоря, что ночью в лесу опасно. Ну, у нас работа, потому и выбора не было.

Прилечь в спальный мешок не вышло, но продержали нас всё равно до глубокой ночи, а во вторую половину следующего дня на работу. Хотя мы должны были ночное наблюдение вести, так что так всё и было запланировано.

— А что с оплатой за риск?

Зовите меня скупердяем, но я хочу конвертировать всё это в деньги.

— По этому поводу, — поправляя очки, начальник скривился. — Вы должны были установить камеру и наблюдать через неё, — просмотрев доклад, он поднял голову. — Своими действиями вы сами навлекли на себя опасность. Потому доплаты за риск не будет. Да и сложно с заказчика просить за это.

У. И ведь правда не оправдаешься.

— Но ведь появились эти с бензопилами.

— Было опасно. Но вы могли бы просто спрятаться, и тогда бы ничего не случилось.

— Тогда бы они убили того парня, защищавшего дерево.

— Это к заданию никак не относится, — с улыбкой сказал начальник.

Жестоко... Но и с заказчика больше не попросишь. А если бы попросил, это мы там такой шум подняли, кто ж нам заплатит?

— Ну, не всегда всё проходит как надо. Постарайтесь в следующий раз!

— ... Ага, — бессильно ответил я.

... У, не хочу стараться. Пока я с Сузуки, кажется, будто по кругу двигаюсь.

Примечания переводчика:

1. Привет, принцесса Мононоке.

2. Вообще тут катаканой написано. Но на английском лучше выглядит.

Было так жарко, что пот лился лишь от того, что я стою. Стрекот цикад точно пронзал голову.

После полудня, ближайшая станция к морю была заполнена людьми. Я подумал, разве сегодня не будний день, но начались летние каникулы. Будь они прокляты. Как стал офисным работником, забыл, что это такое.

— Мията-сан, вы опаздываете! Я на этой жаре вся ссохнусь! Угощаете колой за это! — хмурясь, Сузуки миновала турникет, тыкая в меня меня рукой. Каштановые волосы были собраны сзади, на ней была футболка, шорты и кроссовки. На плече висела небольшая сумка. Всё такая же тяжёлая.

Проще было бы приехать вместе на рабочей машине, но Сузуки опять стала бы кричать, что воняет, и вот как всё вышло. Но тут нас заберёт машина мэра, который и является заказчиком, так что всё равно ехать придётся. Потому пусть выкусит.

— Хорош орать. До назначенного времени ещё полчаса. Ты слишком рано пришла. И ты здесь семпай. Так что и угощать меня ты должна.

Да и не прибыл ещё наш сотрудник поддержки. То есть я всё равно рано.

— Вы же старик, так что такое говорите? А, Мията-сан, от вас табаком разит, не стойте на подветренной стороне.

Всё такая же грубиянка.

— Сегодня снова саке взяла? — я указал на сумку, а она открыла её:

— Конечно, это же рабочий инструмент!

Большая зелёная бутылка с белой этикеткой и надписью толстой кистью.

— Это саке кто угодно полюбит!

Она показала мне с нежностью прижатую бутылку японского саке. Даже дыхание сбилось.

— Это Дзюнмай Дайгиндзё, они используют свои традиции и технологии по обработке риса! Идеальный фруктовый вкус, и главное вкусно!

— И ты такое дорогое саке берёшь?

— Я стащила из дома, так что никаких проблем!

И это «никаких проблем»?

— Будешь на море пить — твои проблемы. Упадёшь, я спасать не стану.

— Я водой управляю, так что не утону! А вы плавать не умеете?

— Нет, умею.

Пока болтали, успел поезд подойти. Из него сразу же разнеслись радостные голоса. Молодёжь проходила через турникет. Эх, молодёжь. Следом повалили семьи.

А дальше был неспешный молодой парень в лёгких брюках и белой рубашке. Увидев нас, он помахал.

— Здравствуйте. Вы рано.

Наша поддержка в этом задании. Говорят, что во время выполнения работы многие часто получали ранения, и как в случае с кодамой нас направили сюда побольше.

— Опаздываешь!

— Замолчи, ещё пять минут.

Парень скривился, глядя на Сузуки. Потом посмотрел на меня и улыбнулся.

— Я Сакаэ. Рад встрече. А вы тот самый Мията-сан.

— ... Тот самый?

— Ну в смысле курильщик. А, я сам уже год как бросил. Но раньше курил. Вы же в стене дыру проделали. Наверняка удивились.

Он весело улыбался, думая о том, что мог бы быть на моём месте. Мне показалось это забавным, и я тоже улыбнулся.

— А, отвратительно.

Была бы Сузуки милой как он, а она лишь недовольно в разговор влезает.

— Сакаэ, ты слишком фамильярен.

— А ты шумная.

Он улыбался мне и кривился Сузуки.

Я же посмотрел на них. Что это? Между ними что-то было?

Сузуки заметила мой взгляд и с отвращением проговорила:

— Мы вместе устроились.

— А чего не ладите?

— Он в команде Матсуситы-сан оказался! Я хотела быть! С Матсуситой-сан! — жаловалась она. А, вот в чём дело. Вот же бесит.

— А Матсуситой-сан что?

— Она в семейном путешествии, так что на помощь прислали меня.

Путешествие во время отпуска, да, белая компания.

Тут настал час дня. В часах на станции заиграла музыка, появились танцующие человечки. А на кольцевую заехал белый седан. Немолодой мужчина вёл нужную нам машину. Похоже это за нами.

Машина отдалялась от моря и рассекала между полей. Наконец появились дома среди возвышенностей. И вот машина остановилась перед очень большим домом. Ворота как перед домом самурая, стене, казалось, конца нет.

Нас привезли не в ратушу или торговую палату. А домой к мэру. На воротах сияла мраморная табличка с надписью «Куно».

— Простите, что так далеко ехать пришлось.

Мэр ещё не договорил, а ворота стали открываться автоматически. О, я отвлёкся на сельские виды, а тут оказывается всё отлично обустроено.

С виду старинный японский дом, а гостиная в европейском стиле, диван мягкий, и кондиционер работает, прямо как в раю. Женщина, напоминающая домработницу, принесла нам холодный ячменный чай.

— Задание — расследовать происшествие в море.

Я как обычно достал из сумки распечатку запроса.

Сузуки рядом со мной выпила чай. Только слышно, как лёд в стакане стучит, ну пусть лучше молчит.

Сакаэ молча осматривал дом. Похоже он его впечатлил.

— За несколько дней было пять случаев, — вытерев пот с бородатой щеки, сказал мэр. — Часто случаются приливы, и много человек чуть не утонуло.

— Течения не меняются сами собой. Может недалеко от берега какое-то течение есть?

Вроде до берега рукой подать, но довольно часто случается, что люди уже не возвращаются.

Мэр тяжело вздохнул:

— Если бы всё так, я бы не сделал запрос.

Ну, тоже верно.

— Мы больше говорим о безопасности, ставим знаки «вход воспрещён» в опасных местах, натягиваем заграждения, делаем всё. Днём местные по очереди дежурят. И всё же. На днях турист подошёл к морю вечером и поднял настоящий шум. Раструбил в социальных сетях, что видел, как что-то унесло в море. И тут же был написан отзыв на гостиницу. Хотя она тут вообще ни при чём.

— Ей явно досталось.

— А теперь начала прибывать молодёжь, которая хочет свою храбрость испытать. Даже не представляю, что может случиться. Не хочу, чтобы ночью они подходили к опасным местам. Пока вред, который мы понесли не такой серьёзный, но если случится крупный инцидент, всё попадёт в новости, и люди перестанут приезжать, это будет серьёзным ударом для города.

Если всё через социальные сети расходиться будет, то наоборот люди приезжать будут. Отдыхающих студентов полно.

— Хотя если слухи можно использовать для оживления города, то это наверное хорошо.

Мэр тяжело вздохнул.

Всякие истории о призраках, монстрах и храмах собирают людей. Но если это никому не вредит. Зевак тут явно никто не ждёт.

— Вы выставляете на ночь патрули?

— Не каждую ночь, всё же это невозможно. Местные по возможности наблюдают. Они уже начали поговаривать о проклятии.

Сузуки допила чай и уставилась на мэра:

— Если это проклятие, вы не знаете, что могло быть его причиной?

— Нет, это лишь слухи, такое ведь повсюду есть. Вряд ли это как-то связано. Дух человека, сброшенного в море, убитый дезертир, затонувший корабль. Понимаете? Лето.

— Мне интересно не о чём говорят приезжие, а чего конкретно боятся местные. Может вы знаете кого-то, кто мог стать призраком? — резко спросила Сузуки.

— Ничего не могу конкретного сказать, но если случаи продолжатся, может чего и случится. Всё это происходит лишь по ночам. Жутко и опасно, — сказал мэр. Враньём попахивает.

Если бы переживал, уже бы пляж закрыл, но так скорее лишь пришлый думает. Для местных сейчас время заработка, им будет сложно. Не акула же появилась. А нам теперь заниматься.

Но если он скроет, что что-то случилось, и всё станет хуже — это плохо.

Сузуки недоумевающе посмотрела на мэра. Во взгляде было подозрение, не смотри так на заказчика.

— Ясно. Тогда мы отправимся на место, — опередив девушку, сказал я. Мэр почесал голову и закивал:

— Обсуждение на городском собрании затянулось бы до конца лета, ещё и протокол вести, потому я плачу из собственного кармана, — сказал он. Вот как. Потому мы и встречаемся у него дома. — В любом случае быстрый осмотр не позволит успокоить людей в городе. Изучите всё как следует, и я только буду рад, если ничего не окажется. Ну, странного и правда ничего нет, — невнятно сказал мэр.

В итоге мы должны выяснить причину и следить на случай, если кто-то к морю подойдёт ночью.

Наблюдение посреди ночи — это отдельный договор, на что мэр сразу же принялся жаловаться.

— Это необходимо. Это ведь часть задания. Молодёжь должна помогать глубинке. Это ведь важное время для заработка.

На лице Сузуки появилась озадаченность. Хотелось спросить, уж не клюнула ли она, но девушка поставила кружку на стол.

— Нет! Про расследования инцидентов мы слышали, но наблюдение посреди ночи — это совсем другая история. Я считаю, что это надо добавить в стоимость работ. Мы же не полиция.

Надо же какая настойчивая. Кстати, она ведь не любит, когда над ней насмехаются. Хотя и переговоры вести не умеет.

— Доплата за ночную работу должна быть в соответствии с трудовым кодексом.

— Так велит ваша компания?

— Наша компания платит нам, а заказчик должен заплатить её. Труд должен соответственно оцениваться. И за качественную работу надо заплатить.

Тут мэр заявил решительно:

— В таком случае, если у меня возникнут вопросы, я платить не буду!

Мы снова сели на машину мэра и направились на пляж. На месте мэр с нами попрощался и уехал. Сказал, чтобы мы позвонили, и тогда нас заберут.

Эй, ты в любое время приедешь? И ранним утром? Надо было рабочую машину брать.

Летние дни длинные, но солнце уже начало клониться. Мне всегда было тяжко под летним солнцем, потому и рад был, что не приходилось ждать днём. В вот вечером жара вполне сносная.

— Прямо бедняжка, пусть молодёжь его спасает, хочет, чтобы бесплатно работали.

Люди с пляжа расходились. Оставались лишь всякие парочки.

Сузуки бесилась и топала ногами по песку на ходу. Сакаэ сказал:

— Нечасто тебя что-то так бесит, Сузуки. Обычно ты идёшь на поводу и принимаешь намного больше, чем изначально просили.

— Это не из-за тебя... Скорее уж я жадностью Мияты-сана заразилась! — она повернулась ко мне. Теперь гнев был направлен на меня.

— Не умеет Мията-сан договариваться.

— Молчи.

— Это ведь вы разозлили мэра. К тому же! — она топнула ногой. — Это ведь подозрительно! За этим явно что-то скрывается! Почему он не рассказал?!

— Потому что не хотел, это же очевидно. Он же говорил, что всё и так по сети разлетелось, проверим, может и найдём чего.

Я стал искать странные происшествия на телефоне, но их было столько, что не ясно, что из этого правда, а что ложь. Похоже дело и правда загадочное, может на сайтах местных получится чего найти?

— Вы же инженер, а гуглить не умеете.

— Это заблуждение. Сама-то не хочешь слышать, что сама из храма, а духов боишься.

— А я не боюсь.

— Вот именно.

Прёт напролом и залить пытается.

Ладно. Раз мэр такой, то и другие вряд ли говорить захотят.

Конечно хотелось бы кого-нибудь разговорить. За несколько дней пять случаев, так что вероятность высокая.

— Будем ходить по этой жаре, и точно помрём. А ночью температура не спадёт. В отличие от Сузуки я натура тонкая.

— Можно воду или лёд купить. Сузуки, может ты своей силой что-то сделать можешь?

— Я устала, так что нет! Не распоряжайтесь чужими силами!

— Да я шучу. И так жарко, не бесись.

Я стал обмахиваться рукой.

— Пока солнце не село, пошлите на место.

Я отчитался начальнику, и мы отправились на пляж.

Мы пришли в скалистую область, где было больше всего неприятных случаев.

Мы дошли до края и обнаружили что-то, напоминающее баррикады. Большая вывеска гласила: «Опасно! Не входить!» Там же была натянута чёрно-желтая лента, и стоял человек, охранявший проход.

Скорее всего один из местных, который дежурил по сменам.

Мужчина посмотрел на нас и сделался серьёзным.

— Здесь опасно, нечего вам тут делать!

— А что-то случилось? — спросил я.

— Поскользнуться можно. Несколько человек уже пострадали, потому никого не пускаем.

Похоже у него можно не спрашивать.

Мужчина собирался спровадить нас. Когда нас уже выталкивали, я сказал «мы хотели бы немного поговорить» и дал визитку.

— А, мы вот эту компанию представляем.

Он тут же напрягся, смотрел на нас с неприязнью. То на визитку поглядывал, то на нас, и вот с прищуром пробежался по надписи. Прочитал: «Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам!» Как же стыдно, когда приходится это слышать, может не надо?

— Нас мэр нанял, чтобы расследовать. Мы хотим узнать, что происходит в море.

Мужчина с подозрением посмотрел на нас:

— Вы типа каких-то экстрасенсов?

Я думал, он нас учёными назовёт, может мэр нас так назвал. Экстрасенсы.

— Точно экстрасенсы?

Он смотрел на Сузуки, Сакаэ и меня. Мы явно не подходили по описанию, так что во взгляде было подозрение. Если речь заходит о том, чтобы не привлекать внимание, то и костюм надевать не стоит.

— Гости рассказывают жуткие истории о том, что кто-то их за ноги тянет. Вы не знаете подробностей?

— А, ничего необычного, что что-то такое появляется, — мужчина тут же смягчился. Это что, нормально, что что-то появляется.

— А что появляется?

— Так это и появляется.

— Это?

Знать не хотелось.

— Привидение?! — громко спросила Сузуки. Мужчина нахмурился.

— Да. Вы не в курсе? Место-то известное среди самоубийц, — говоря, он посмотрел за спину. Тут как раз волна. Она разбилась об берег. Да уж. Настоящий саспенс.

Снова привидение, прямо хуже не бывает. Не хочу я дело с привидением посреди ночи летом расследовать. Вдруг их тут много?

Как и сказал мэр, возможно тут замешано проклятие привидения.

... Хотя случаи в последнее время участились.

Я простонал и что-то заметил краем зрения. Звучали весёлые голоса. И шум со стороны баррикады. Несколько фигур пересекли запретную линию.

— Эй, не входить!

Пока болтал с нами, несколько молодых ребят успели пройти. Вот чёрт. А ведь мэр пообещал нам, что дополнительно заплатит, если мы следить будем.

— Мы пойдём за ними, а вы следите за этим местом, — сказал я, и мы пересекли ленту.

Пляж быстро сменился скалистой набережной. Пока от нас разбегались мокрицы, я старался не поскользнуться в сандалиях и шёл дальше. Штанины джинсов промокли, но ничего не поделаешь. Дорога продолжалась дальше.

Мы слышали весёлые крики. Два парня и две девушки. Скорее всего парочки студентов. Кто-то из них заметил нас и выдал «ува».

Остальные тоже обернулись. До этого им было весело, а теперь сразу же стало тихо.

Ребята виновато смотрели на нас. Почему это? Когда они пролезли, их видели, но они не сильно шумели. А тут нашли, и теперь они прямо просили, чтобы на них кто-нибудь поругался.

Я вздохнул и отмахнулся.

— Мы не местные и ругать вас не будем. Просто тому мужику сказали, что вернём вас.

Ребята удивились и переглянулись. Не знали, что и подумать. А я продолжал.

— Было чего интересного?

После этих слов их точно силы покинули. Теперь они с улыбками смотрели на нас. Это слегка бесило, но они точно не издевались. Один из них посмотрел на нас так, будто мы в очереди за пирожными стояли и вообще такие же как они.

— Вы тоже пришли посмотреть на курган? — спросил один из них.

... Курган? Типа монумент самоубийцам?

— Да, точно, — дал я ответ. Солнце садилось, теперь между морем и небом образовался градиент.

Возле тёмного моря разбивались тёмные волны. Один из ребят стоял на скале. Она была довольно необычной, цилиндрической. Вряд ли люди её специально сюда вот так поставили и по сравнению с другими море не так сильно её сточило. Он свалился и частично оказался под водой. Где-то мне по пояс в высоту.

— Что это? — спросил я, и молодёжь рассмеялась.

— Не впечатляет, верно? Это курган. И в нём ничего особенного.

Парень опёрся ногами, будто спрыгнуть собирался. Ребята прямо говорили «никаких спойлеров».

Сузуки это явно подстегнуло.

— Эй, вы! А ну не суйтесь туда! — сказала она. Ничем не уступала шуму волн. Я её понимаю, но не надо лишнее внимание привлекать.

Ребята забеспокоились. А я отвёл Сузуки и улыбнулся.

— Опасно ведь. Поскользнуться легко, тот мужик нам сказал.

Парень наверху стал выглядеть виновато. Скорее всего его девушка стала его успокаивать и взяла за руку. Бесят. Заигрывать тут собрались.

— А ты храбрый, раз забрался. Мы слышали, оно здесь появляется. Это же монумент? Не боитесь, что вас проклянут и в море утащат?

Я их удивил, а ребята переглянулись и улыбнулись.

— Вы видели, что там наверху? — теперь заговорил другой парень. Сузуки сразу вытянулась.

— Наверху? В смысле на утёсе? Что там?!

Ребята поражённо посмотрели на нас.

Я забрал вещи Сузуки. Сумку с её бутылкой. «А!» — вскрикнула девушка.

— Прости, что таскать пришлось.

Снова расшумелась. Я тут разговор веду, так что не мешайся.

— Они сказали, что им наверх забираться не хочется, потому мы и пришли сюда.

Все уставились на нас. Молодая девушка смотрела на нас как на каких-то старичков. Хуже не придумаешь.

— Там ничего так. Сходить стоит. Самое то, когда солнце сядет, так что сладкое мы напоследок оставили.

— Ого. Серьёзно?

— Хотя в этом ничего особенного нет, — парень на кургане рассмеялся. Быстро переключился. Молодость.

Они советовали самим посмотреть. После чего поклонились и вернулись на пляж.

— И что это было?! — спросила Сузуки, забрав у меня сумку.

— Поболтал. Добыл информацию.

Хотя возможно и зря я сумку у неё забрал.

Я закатал джинсы и направился к скале, где был парень. Недовольная Сузуки тоже вошла в воду по колено и посмотрела. Сакаэ отошёл к скале и наблюдал. Наглый.

— Подозрительно.

— Ничего. Может волны унесли?

Следы дождей и ветров были, но это место отличалось от других скал. Не было ни водорослей, ни моллюсков.

— Возможно, но тогда мы бы что-то рядом в море увидели.

— Это же монумент самоубийцам... Он же сверху должен стоять?

— Что бы тут ни было, ничего хорошего в этом нет. И духи здесь не упокоятся.

— Духи здесь...

Ува, всё же они тут. И не один.

— Меня всё беспокоило это...

— А, нет, не говори! Если не вижу, значит ничего нет!

Кстати, обрыв ведь чуть дальше? Это там люди с собой кончают? С запозданием меня прошиб озноб.

Выступил холодный пот. Я помолился. Не выходите. Хотя если не появятся призраки, ставшие причиной происходящего, мы работу не выполним. Пусть вас Сузуки видит, меня оставьте!

— Ну, ребята про утёс говорили, может оттуда свалился, — помолившись, я посмотрел на утёс позади.

— Мой выход, — молча наблюдавший Сакаэ поднял руку. — Я геолог.

— Геолог?

— Обычно это предполагает, что человек оценивает, может ли как-то земля пагубно повлиять на человека, но с учётом нашей профессии меня можно назвать специалистом психометрии. Знаете, что это? Психометрия — это способность читать воспоминания предметов. Я специализируюсь на земле.

А, точно. Вспомнил.

— Матсусита-сан говорила, что её напарник специализируется на исследованиях. Вы же закончили то дело с ДТП, которое мы начали.

— Когда проходит время, это сложнее, но дата и время известны, и там остались сильные чувства. Здорово, когда получается поймать преступника, хорошая работа, — улыбнулся Сакаэ. — То, что нам заплатят, хорошо, но это доставляет хлопоты местным, потому давайте сделаем всё в лучшем виде и вернёмся. Будет здорово, если тут ничего не окажется.

Вроде зазнайка, но точно не плохой.

Стараясь не промочить ноги, он сунул руку в воду и коснулся земли.

— Если затянем, заказчик из-за дополнительной оплаты разноется.

... Точно.

Сакаэ выяснил, что он и правда сверху упал.

Но прошло уже несколько дней, мысли туристов уже стали нечёткими под впечатлениями, потому деталей разобрать не вышло.

— И ещё какие-то помехи. Скорее всего потому что их тут много.

— Их много? Ничего невидимого нет.

— Я видел руку, тянувшуюся к скале, но слишком темно, ничего не понять. К тому же здесь вода, так что вышло так себе.

Ничего не поделаешь. Я посмотрел на скалу. Довольно высокая.

— Наверх сходим?

Мы вернулись на пляж, молодёжи уже не было. Лишь мужчина скрестил руки и недовольно топал по земле. Увидев нас, он заголосил.

Что-то случилось? Он ткнул в нас телефоном:

— Мне сказали, что вы меня замените.

Мэр успел? Быстро он. Так не понравилось, что больше платить придётся? Хочет из нас всё выжать за эти деньги.

— Мы хотим наверх сходить, подождёте ещё немного?

— Тогда побыстрее! Не люблю я за этим местом наблюдать! — искренне признался он.

Мы прошли по дороге, а потом перебрались на извилистую тропу, и вот добрались до вершины утёса. Дальше не пройти, мы оказались перед натянутой верёвкой, но всё же мы перебрались через неё. Вид открывался бескрайний, очень красиво. Я видел, как начало заходить солнце. Ещё бы здесь люди не сбрасывались.

Здесь же был большой камень, который явно кто-то обработал. Вокруг стояли четыре небольших цилиндрических камня. Такой же был внизу.

Ниже были такие же металлические баррикады. И натянутая верёвка. А ещё жёлто-чёрная лента.

Устанавливали в спешке. Похоже спешили.

На самом большом камне что-то написано, «преданность» вроде, больше ничего не разобрать.

— Давайте проверю, — Сакаэ опустился на колени, прикрыл глаза и коснулся земли.

— Тут всё четче, но эмоций слишком много, сложно рассмотреть.

Глубокий вдох. Шум волн, голоса отдыхающих на пляже.

Какое-то время Сакаэ молчал.

— Мешают чувства любопытных. Мысли размываются. А, может это. Цвет волос отличается, — бормотал он.

— Отец злится?.. Достал уже старик, как же бесит... На кургане русалок ничего страшного.

Парень открыл глаза.

— Там ничего не копали? — Сакаэ указал на большой камень.

Мы перебрались через верёвку и посмотрели за камень. Там и правда была большая яма.

— Кто-то копал?

Что-то выкопали и оттащили к краю. Не нравится мне это.

Перебравшаяся следом за мной Сузуки осмотрела все камни.

— Пентаграмма нарушена. Как-то странно делать такое с монументом для самоубийц. Камень в центре запечатан, но я не понимаю, зачем его запечатали, и зачем сняли печать.

Камень, который что-то запечатывал. В месте печати яма. Ответ лишь один.

— Ты про русалок говорил?

Мы поискали указание на это место и русалок, и нашли подсказку.

На берегу есть курган русалок. А ещё фотография в социальных сетях.

«Курган русалок уничтожен! Рядом с монументом появилась яма! Работа призраков?!»

Работа?! Вот уж вряд ли.

— Достаточный повод заинтересовать местом, где люди с собой кончают, — безучастно сказал Сакаэ.

— Почему нам про курган русалок не рассказали?

— Там печать. Скорее всего не хотели, — Сузуки сжала губы и задумчиво заговорила. Её лицо в закатных лучах стало оранжевым.

— Это старая история.

— Старая история, которая продолжается до сих пор, — скорее всего она имела ввиду храм, которым уже давно управляет её семья.

— Место самоубийств, — Сакаэ поднялся и отряхнул колени.

Он сказал, что может читать воспоминания земли. То, что надо, он не увидел. Но наверняка смог разглядеть покончивших с собой.

— Ты в норме?

— Ну, я уже привык, — улыбнулся он.

— ... Внизу ведь признаки есть. Они с ямой как-то связаны?

Мы решили послушать свидетеля.

Находился он неподалёку, а звали его Кунокатсу.

— Прямо названия ресторана со свининой из эпохи Сёва.

— Мыслить так, значит быть стариком.

— Притихни, Сузуки. Рождённым в Хейсей слова не давали.

Сакаэ посмотрел на мой телефон и выдал поражённое «ах».

— Настоящее имя.

Сейчас молодёжь использует в интернете настоящие имена.

... Куно. Фамилия мэра.

— У него вполне может быть сын-студент.

Отсюда и снимки. Или может он дружит с кем-то светловолосым. Нынешним студентам во время каникул дома скучно.

— А, это он. Это его я видел.

Оставалось лишь поговорить с мэром.

Охранник стал жаловаться: «Вы всё ещё не собираетесь меня сменить?!», — а мы позвонили мэру и попросили приехать. Лучше у него дома поговорить, чем на улице.

— Да как так? Вы же на смену встать должны! — бесился мэр, похоже уже выслушав жалобы. Я пропустил его слова мимо ушей и спросил:

— Почему вы не рассказали нам о том, что монумент сломан?

Лицо мужчины сделалось печальным.

— Мы собираемся его восстановить, но что с того? Или это и правда призраки стали людей за ноги хватать?

— А разве вы обратились к нам не потому, что так думаете?

— Монумент сломали, и случайно начались инциденты, люди стали бояться. И я вызвал вас, чтобы успокоить их, — быстро проговорил он. Явно что-то скрывает.

— У вас нет никаких идей по этому поводу?

Я положил телефон на стол. Показал сообщение. Выражение на лице мэра переменилось.

Сына мэра зовут Куно Катсуми. Он как раз бездельничал дома.

— Не входи без разрешения! — разозлился он на отца, когда тот вошёл к нему. И тот не уступил: «Молчать! Долго ещё бездельничать будешь?!»

— Как это понимать?! Что ты натворил?! — тыкая моим телефоном, кричал мэр.

— Заткнись, подумаешь.

На миг парень удивился. А потом стал выглядеть так, будто его достали.

— Да, это я. Вместе с другом мы сбросили камень в море.

Я забрал у мэра свой телефон.

— Значит след ты оставил.

— Да, будто там что-то было, забавно же, — опираясь на стену, рассмеялся сын мэра.

— Ты понимаешь, что натворил?! — мэр от злости покраснел. Он доставил проблемы городу, и теперь оказалось, что лично ему. Гнев мужчины был выше ожидаемого. Выражение на лице парня тоже изменилось.

— У нас здесь только пляж, туристов почти нет! А с историей о призраках люди повалят! Уже повалили!

— После таких слухов, даже если туристов много, ничего хорошего нам в этом нет.

— Сразу после открытия сезона были люди, которые успели поскользнуться. Это случилось ещё до того, как я курган разломал. А люди уже болтают про проклятия и что это Куно виноваты. Что бы ни случилось, у них вечно мы виноваты! Достали!

— Что значит виновата семья мэра? — вмешалась Сузуки. Мэр недовольно ответил:

— Я виноват лишь в том, что у меня власть.

— А что за русалки? У вас тут курган русалок.

Я показал пост в социальных сетях. Мэр уставился на сына. Тот виновато потупился, но тут же зло уставился на отца. Мужчина холодно заговорил:

— Когда-то на берег выбросило русалку. Она умерла и её похоронили. Там монумент самоубийцам и курган русалки.

— И чуть что, сразу в этом мы виноваты! Уж лучше просто сломать!

— Вы разозлите мёртвых! Это ведь память, — теперь гневно закричала Сузуки.

— Мёртвые, призраки — всё это прошлое! Уже надоели!

— Инциденты происходят из-за вас. Такие шуточки недопустимы!

— Совсем двинутая?! Те люди просто поскользнулись!

Ну да, разрушить монумент и вызвать призраков — это лишь байки. Никто не думает, что и правда может появиться призрак.

— И что там? Ничего не было?

Все посмотрели на мэра. О чём он вообще?

Сын взглянул на отца. Не получив ответа, тот разозлился и выхватил мой телефон.

— Ты яму раскопал. Там ничего не было?! — он тыкал пальцем в снимок. Телефон мой сломать собрался?

Парень на миг непонимающе застыл. А потом ответил:

— Ничего там не было! А теперь валите!

Покинув комнату, мы остановились в коридоре.

Разочарованный мэр пошёл, громко ступая по полу.

— Больше не надо наблюдать ночью. Повезло, можно не платить за дополнительную работу. Вы можете возвращаться, — не оборачиваясь сказал он.

— А? Мы ведь только выяснили, кто испортил курган, а не о причинах происшествий.

— Местные переживали, что это проклятие. А теперь ясно, что это глупая шутка.

— То есть всё случайность?

Сузуки говорила, что призраки есть, но молодёжь явно не переживала, и ничего страшного не случилось.

— Лучше восстановить курган и провести ещё одну церемонию. А до тех пор продолжать наблюдать, — Сузуки следовала за мэром.

— Я и без вас всё восстановлю. Поднять камень снизу — это не дело пяти минут.

— Есть причина, почему там печать. Если её не восстановить скорее...

— Сказал же, что ваши услуги не нужны. Проблема решена. Оплата будет завтра. Я могу отвезти вас на станцию, вам стоит успеть до последнего поезда.

Выставленные, мы ждали, пока водитель развернёт машину.

— Следы точно парень оставил? — Сузуки смотрела в тёмное небо, было видно, что она в это не верит.

— Меня волнует пентаграмма. Барьер был разрушен. А мэр интересовался, что было в земле.

Он говорил, что там похоронили русалку. Должны были остаться кости или ещё что-то.

— Ничего не было. Может всё вернулось в землю.

Смысл уже обсуждать.

— Мэр явно что-то скрывает!

— Мы хотели получить дополнительную оплату, вот он и пытался на нас тогда ещё работу повесить.

— То есть в деньгах дело?! — жаловалась Сузуки.

— Ты же будешь беситься, если тебе молодняк приказывать начнёт. Вполне можно на эмоциях и сделать что-то. Тебе дают работу, а ты условия ставишь. Конечно тебя использовать будут.

Это я понять мог. Обиды у меня не было.

— То есть мы вернёмся, просто всё бросив?

— Заказчик сказал, что ему наши услуги не нужны! Что бы мэр ни скрывал, он не хочет, чтобы мы лезли, и мы не должны. Что если мы только проблем доставим, если нос сунем? Что если ты сделаешь это дело личным? Что если случится что-то опасное? Тебе же сказали, не лезть.

— Но это не значит, что мы вообще ничего не можем!

— «Старая история, которая продолжается до сих пор», — ты сама так сказала. Будешь вечно о местных заботиться? Тогда ты без конца сюда бегать будешь.

— Вы бессердечный!

Я тридцатилетний мужик, которому плевать и на неё, и на местных. Сузуки слишком наивная и серьёзная, для меня слишком уж яркая натура. Хотя точно не милая.

— Обладая силой, разве вам не хочется быть полезным? — с обидой проговорила она. — Я родилась со своей силой в храме и думала, куда её приложить, меня даже семья не понимает из-за этого, почему и вы не поймёте? Разве вы не хотите использовать её, если есть такая возможность?!

— Не знаю! Я жил в семье обычных офисных служащих, и должен был прожить жизнь, не зная ни о какой силе! Я не такой благородный как ты! Ты мои чувства понимаешь?! — закричал я. — Мне надоело, что меня выжимают. Не хочу быть сломленным морально и физически. За работу должны платить! Труд должен оплачиваться, ведь у всего есть цена. Тебе доводилось работать на работе, которой конца и края нет, где тебя только нагружают и нагружают?

Я видел тех, кто ломался и впадал в меланхолию, думал, что и сам когда-нибудь таким стану.

— Один раз согласишься, и будешь соглашаться всегда. То ещё веселье.

Я вырвался из этого ада, и назад не собираюсь.

— Сама в это вляпаешься и меня затащишь. О заказчике думаешь, а о напарнике подумать не хочешь?

Сузуки притихла. Она просто молчала.

— Ладно вам, не кипятитесь, — поднял руки Сакаэ и улыбнулся нам.

— Так, поступим следующим образом. Уже поздно, потому снимем номера в гостинице и заночуем здесь. Если что-то случится, мы справимся, и с мэром попробуем договориться. Я отчитаюсь начальнику.

Сакаэ всё устраивало.

Сузуки скривилась, но согласилась.

Вроде сезон для туризма, но гостиница полупустой оказалась. Вроде и здорово, но встречали нас тут без энтузиазма.

— Работнички Куно?

Одно упоминание мэра вызывало враждебность. Хотя мы даже ничего не сделали. Отпишусь потом на сайте путешественников.

Я думал нас выставят, но похоже постояльцы были нужны, и нам сдали номера. Но из-за того, что мы свалились на них внезапно, оставили без еды. В таком случае пойдём в кабак.

— Вы гости мэра?

В небольшом баре мы втроём сели за стойку, и вот что сразу же услышали.

Недовольная Сузуки просто молча стала пить.

И здесь Куно? Мы везде слышали про мэра, потому я начинал понимать чувства его сына. Все за нами будто следили.

— Почему все так враждебно к мэру относятся? — не выдержав, спросил я, а хозяин с недоверием посмотрел на меня.

— Мы же ни за кем не следим. А к нам и в гостинице холодно отнеслись. Мы ведь просто приехали расследованием заняться. А теперь нас ещё и мэр выгнал.

— А, расследуете случай с курганом.

Отношение хозяина изменилось, возможно из-за того, что он думал, что узнает что-то, или потому что нас мэр выставил.

— Это не то, о чём с чужаками разговаривают. Об этом громко не говорят, но предок мэра захватил город.

— То есть они не всегда здесь правили?

— Раньше тут другой правитель был. Вроде великий человек, но не без слабостей. Этим предок Куно воспользовался и довёл до самоубийства. Монумент как раз тому человеку.

Понятно, вот почему это место самоубийц.

— Разве это не курган русалки?

— А что, мэр сам не говорил?.. Ну, значит не рассказал. Это оказывается сынок его сломал.

Город маленький, слухи быстро расходятся.

— Уж не знаю, правда ли это, но когда-то давно на пляж выбросило русалку. Правитель говорил вернуть её в море, но предок Куно сказал, что она дар моря и предлагал вместе съесть. В общем предок этот обманул людей, выставил правителя и захватил город.

— Мясо русалки. То есть они бессмертия хотели? Вот и съели?

— Похоже на то.

Такое в манге и играх тоже есть, потому даже я знаю.

Мясо русалки дарует бессмертие.

Русалки вроде как наполовину люди. Сам я их не видел. А эти люди её убили и съели?

— Так жители города что, долгожители?

Хозяин рассмеялся:

— Конечно нет. Это бы уже вскрылось. Зато тогда много детей родилось, видать тонизирующий эффект был, хотя кто-то отравился и умер, старики вообще говорят, что это проклятие было.

Монумент скорее всего поставили отравившимся.

— Не было никакой русалки. Просто байка. Куно просто от правителя избавился, а байку для отвода глаз придумали.

Ну, вполне логичное заключение. Раньше я бы и сам посчитал это глупостью.

Но кодама существует, а значит и русалка вполне может.

Может, но я лишь невнятно согласился. А хозяин пожал плечами:

— В любом случае то был дед мэра, и тогда все жители заодно было... А нынешний мэр с этим никак не связан.

— Но благодаря его стараниям Куно до сих пор управляют городом.

Другой посетитель поднял руку и попросил пива. Мужчина ответил ему и понёс пиво.

Сакаэ, держа кружку с пивом, пробурчал:

— Как-то странно всё это,- он посмотрел на меню, висевшее на стене, прожевал сашими и проговорил, ни к кому не обращаясь. — Когда использовал психометрию, я ощутил сильные чувства. Они были странными, потому я подумал, что с нашим делом это не связано, но теперь мне не даёт это покоя.

— Почему?

Я вспомнил, как он иронично улыбнулся на месте самоубийств.

— Мне показалось, что с той скалы кто-то кого-то столкнул.

... Ясно. Там было убийство, выданное за самоубийство. Настоящий саспенс.

— Ох и не нравится мне всё это.

Тут распахнулась дверь. Все посмотрели на человека, вошедшего в бар.

— Стариканы!

Это был сын мэра, Куно Катсуми.

— Знаешь, что с тобой будет, если останешься здесь?

— Знаю! Город-то маленький!

Парень вошёл в бар, крича.

— Надо убираться.

— Что-то приближается?! — подскочила Сузуки.

— Нет, но местные его сейчас разделают. Кто-нибудь, остановите это!

— Полиция.

— Как же! Они тоже местные!

Напыщенность куда-то делась, и теперь парень взволнованно кричал:

— Я не думал, что всё так серьёзно.

Тут же поспешила Сузуки.

Вечно она лезет, куда не просят.

— Блин, достала!

На машине с сыном мэра мы приехали на пляж, людей здесь уже не было. Лишь слышался шум волн... Хотя в темноте разносился галдёж мужчин.

Сузуки выпрыгнула из машины и с сумкой в руках побежала на пляж. Выпить она успела прилично. Под ноги смотри. Если об песок споткнёшься и упадёшь, я помогать не стану.

— Говорю же, я тут охраняю! — на окраине пляжа на страже стоял злящийся мужчина. А вокруг него собрались другие. Они чуть ли не тыкались козырьками кепок в него.

— Это ведь всё мэр виноват!

— Разошлись странные слухи, и мы теперь заработать не можем!

Они ругались.

Его обступали, мужчина спиной упёрся в баррикаду и закричал:

— Всё случилось не из-за мэра!

— А выглядит именно так!

— О чём вы, ваши предки тоже это ели! Мы все соучастники!

— Их вынудил дед Куно! — один из окруживших громко закричал. Другие согласились, подходя всё ближе.

— Мы вообще с этим не связаны!

Для них курган русалки — это не просто старая история. Как сказала Сузуки прошлое тесно связано с настоящим.

Если хозяин бара говорил правду... Нет, мэр и правда не имеет отношения к этому. Во всём виноват дед мэра и те, кто жили в то время. Потому и винить мэра довольно странно. Но для этих людей что сделал дед мэра — сделал он сам.

Но раз они обвиняют мэра, странно, что считают, что сами ни при чём, хотя их предки тоже приняли в этом участие.

— Пока ничего не случилось, но все мы понимаем, что делать надо!

— Кто что делать собрался?! — закричала Сузуки. И бутылку из сумки достала.

Мужчины сразу же обернулись, услышав голос молодой девушки.

— ... Что, девушка?

Они видели, как по песку идёт Сузуки, и один угрожающе заговорил.

— Накинулись все вместе, позор вам!

На девушку угроза не подействовала. Мужчина заметил её и закричал:

— Эй, вы охранять собираетесь?!

Он был зол. Если бы мы его сменили, тогда бы нас так же окружили. Мы-то не местные, потому на нас они пока внимания и не обращали.

Ну, с гневом этих людей ничего не сделаешь, чему быть, того не миновать.

Хотя это всё равно не моё дело.

— Нет, мэр велел нам убираться, — сказал я, а у мужчины глаза округлились:

— Как безответственно!

Да говори что хочешь.

— Господа! — прозвучал громкий голос, а потом девушка достала ложку и открыла крышку бутылки. И начала пить с горла. — Давайте успокоимся и поговорим!

Выглядело это подозрительно.

Мужчины ничего не понимали. Ну да.

— Ты вообще кто?

— Мы прибыли сюда, чтобы расследовать происходящие инциденты!

Она снова отпила. Нахмурившись, заговорил охранник:

— Их мэр нанял, они экстрасенсы-сенсеи.

Экстрасенсы ладно, а сенсеи тут при чём?

— Прислуга мэра!

Ну хватит уже. Почему сразу прислуга?

— Можно со словами поаккуратнее!

— Пришлым слова не давали! Не лезьте в наше дело!

Они начали перекрикивать.

Я подтолкнул пившую Сузуки поближе к ним.

— Как и было сказано, мэр нанял нас расследовать происшествия.

— Вы же в гостинице остановились! Но ещё ведь ничего не решено!

— Сегодня уже поздно, так что мы отдыхаем.

Охранник закричал:

— Почему вы ушли? Или уже разобрались в причине?

— Разрушение монумента и инциденты — это случайное совпадение...

— Как же! — позади прозвучал гневный крик.

Им не хотелось, чтобы что-то произошло, но в то же время они не верили, что ничего не происходит.

— Вы как следует проверяли?!

Один из кричавших толкнул меня в плечо. Уже и руки распускают. Было не больно, скорее я удивился. Ещё и запнулся в песке. А они все разом решили перейти на рукоприкладство.

Блин, и что теперь делать?

— Я не потерплю насилия! — закричала Сузуки. Чья бы корова мычала.

— Заткнись и вали отсюда! — другой мужчина протянул к ней руку.

Сузуки нахмурилась. Она уклонилась от ладони. А потом перехватила руку и что-то сделала, мужчина, который был крупнее неё, оказался подброшен в воздух. Прозвучал сухой удар, поднялся песок.

И лежавший на земле, и другие мужчины хлопали глазами.

— Если вы сами этого хотите, я сдерживаться не буду! Я стараюсь не использовать силы на обычных людях, но не потерплю такого поведения.

Сузуки снова стала пить.

А потом расставила ноги и согнула их. Одной рукой она сжимала бутылку, а второй почесала под носом.

— Я покажу вам силу пьяного кулака!

Ты кто, Брюс ли? Пьяный кулак у Джеки Чана был. Ты явно напутала.

Девушка уже была готова использовать наказание железного кулака. Но тут прозвучал крик. Он доносился со стороны рифа.

— Ладно, оставим это.

Похоже кто-то опять проскочил мимо нас.

Я достал сигарету и взял в рот. Зажёг зажигалку. Я уже успел затянуться, а Сузуки даже не пожаловалась. С бутылкой в руке она так и понеслась. Даже не остановишь.

Мужчины что-то бурчали, но никто даже не думал сдвигаться с места.

— Мията-сан, это те студенты, — похоже использовав свою силу, Сакаэ указал по ту сторону верёвки. — Бросишь людей в беде? Сузуки уже побежала.

На лице написано, что надо идти, бесит.

— А ты как поступишь?

— Мне за риск не платят, — он пожелал мне удачи и помахал.

— Засранец.

— Так я отношусь не к ударной группе. Буду ждать на случай, если поддержка понадобится.

— Тогда зови мэра и договорись о дополнительной оплате. Я за бесплатно работать не хочу!

— Да, да, — ответил он. Тут вышел сын мэра.

— Я поговорю с отцом. Я сказал, что в кургане ничего не было, но соврал.

— Всё же ты скрыл что-то.

— Там были кости. Я выбросил их в море.

... Хуже не придумаешь.

Сжав сигарету, я бежал за Сузуки. Перебравшись через баррикады, я следовал дальше. Хотя не скажу, что прямо бежал, скорее спешил, стараясь не поскользнуться. Из-за волн кроссовки девушки были полны воды, и у меня джинсы по щиколотку мокрые. Море было тёмным, а воды стало больше.

Как и сказал Сакаэ, студенты оказались здесь.

— Возвращайтесь на пляж! — закричал я, и на нас посмотрели заплаканные лица. Вода здесь двигалась неестественно.

— Нас волны держат!

— Там что-то есть! Оно схватило нас за ноги!

Они кричали нам. Эх, ну вот. Так и знал.

— Тут точно что-то есть! Я видел кости! — крикнул молодой парень. А потом поднялся ещё непонятный пронзительный крик.

Из воды потянулись бессчётные руки. Пальцы напоминали слизней. Кто-то тянулся, точно цепляясь за скалу. Потом из воды появилось лицо. Дальше спина.

Оно повернулось в мою сторону.

— У-э-э-э-э-э! — закричал я. Опасно было, чуть сигарету не выронил.

Ползучий дух добрался до упавшего кургана... Точнее до камня, запечатывающего курган, и поднялся.

Его освещала луна. Я видел, как он слабо светится голубым светом.

У нас тут летнее море, хватит страшилок!

Сузуки посмотрела на меня, а потом уставилась в море.

— Мията-сан, зачем вы пришли? Вы же вроде никого не спасаете бесплатно?

— Вот об этом сейчас не надо. Тут что-то поганое происходит, что просто оставить нельзя. И Сакаэ уже должен договариваться.

— Всё же вы жлоб.

Студенты снова закричали. Одного из них утянуло под воду.

— Сузуки!

— Знаю!

Вода вокруг него разлетелась. Поднялся столб. Будто Моисей воду развёл, студента получилось вытащить. Поднялась большая волна, подбросившая его. Друзья, чтобы он не ударился об скалу, тут же подхватили его.

Он ничего не понимал. А другой парень закричал:

— Что это было?

— Штормовая волна. Здесь опасно, возвращайтесь на берег.

— Это призрак! — закричала женщина. Блин, вот достали.

— Тебе показалось! — крикнул я, а студенты уже стали уходить.

Теперь и я весь мокрый. К тому же в морской воде. Хуже не бывает.

На камень, на котором стоял тогда молодой парень, карабкалось что-то белое. И при этом щёлкало.

Это были кости. Было ясно даже в темноте. Нижних рёбер не было. Вместо таза и ног были кости, формирующие хвост. Светившиеся руки и люди тянулись к костям.

Череп поднялся и чёрные глазницы повернулись в мою сторону. Меня будто поглощала пустота.

Я затаил дыхание. Когда затянулся, услышал, как выгорает сигарета.

Большая волна накрыла кости.

— Эй.

Волны становились сильнее. Они бились об берег. Я же, поддерживая шатавшуюся Сузуки, выбрался на скалу.

— Что это было?!

Накрывшая курган волна отступила.

А скелет стал обрастать плотью. Точно манекен с нарисованными мышцами это существо всё ещё смотрело в нашу сторону.

Снова волна. Когда она отхлынула, появилась женщина. Чёрные волосы, сияющее белым лицо, верхняя часть тела. А ещё отдающая серебром чешуя.

Русалка.

Точно статуя, она сидела на кургане.

— Вот это сиськи! — прозвучал крик Сузуки.

— Да, да, точно. Это вообще-то уже сексуально домогательство, направленное на меня!

— Я не вам это говорила! Само вырвалось!

А, вот как.

Хотя лицо у неё злющее. И глаза круглые, рыбьи. Это была женщина с длинными-длинными чёрными волосами.

Мэр переживал за то, что было в кургане. Его сын сказал, что там были кости. Он выкинул их в море.

— Этот «Кунокатсу» сказал, что выкинул кости в море. А она в воде возродилась?! — разнёсся мой голос. Половина тела человеческая, а нижнюю часть подорвать хотелось.

Хотя ситуация была не подходящая, чтобы говорить об этом.

Сузуки тяжело вздохнула и гневно закричала:

— Вы думаете, что достаточно положить кости в воду, чтобы кто-то воскрес?!

— Человек точно не воскреснет, а вот про нелюдей я ничего не знаю!

— Логично.

Вот соглашаться не надо.

— Но она похожа на дух усопшего. В кости русалки вселился дух бывшего правителя, потому и похоже, будто она возродилась. Оно поглотило духов и стало больше.

Тут я заметил, что поднявшихся и ползучих духов нет.

— Они лишились сил и уснули.

— Правда? Ты прямо как настоящая жрица говоришь.

— Вы вообще ничего не запоминаете, если вам не платят? Я не жрица! Я священник!

Снова курган накрыла волна.

Так я подумал, но теперь волна больше моего роста приближалась к нам. Она собиралась нас поглотить.

Я выдохнул колечко дыма. Оно попало в воду, и её разнесло.

— В саке морская вода попала! Как же так! — кричала Сузуки. Сама виновата, что хорошую бутылку взяла.

Поднялась ещё одна волна, собравшаяся поглотить нас. С такой мне уже не справиться. Но тут волна разошлась и разбилась об скалу. Сузуки работа.

Вода накрыла курган, и русалка исчезла.

Мне это сразу не понравилось, и я выпустил дым себе под ноги. И увидел русалку, собиравшуюся схватить нас за ноги. Дым достиг поверхности, вода разлетелась, намочив нас с головы до ног, но и русалке точно досталось.

Даже продохнуть некогда. Я в воде, когда мой противник русалка.

Даже искать не пришлось, она выпрыгнула слева как летучая рыба. Из открытого рта торчали клыки. Я затянулся. Но этот миг был критичным. Не успеваю. Так бы сбежать, но позади скала.

— Йа-а-а!

Тут Сузуки ударила с ноги летевшую на нас русалку.

Попала прямо по носу. Русалка отлетела и шлёпнулась в воду.

Вот даёт. Хотя я и так это знал.

Из воды стал разноситься крик. Похоже разозлилась.

— Я не проиграю!

Сузуки подняла бутылку на уровень глаз и перевернула. Прозрачная жидкость стала вытекать. Но не попала в воду, а превратилась в прозрачный меч. Катана из бутылки.

Сузуки двумя руками взяла бутылку, лезвие было перед ней.

— Мията-сан.

— Что?

— Бутылка тяжелая! Я пьяна, не могу силу вложить!

— Дура! Давай!

Я стиснул зубами сигарету и взял у Сузуки бутылку. Даже в моей руке катана из саке сохраняла форму.

Деталей не знаю, но скорее всего для того, чтобы форма сохранялась, нужна концентрация и солидное умение. И это Сузуки... Её концентрация пугает, раз она на такое даже пьяная способна.

— В следующий раз мне стаканчик налей.

— Стакан и сигарета — это слишком по-стариковски!

— Не больше, чем с бутылкой обниматься!

Приближалась третья волна. Верхом на ней приближалась русалка. Я снова затянулся и выпустил кольцо. Волна взорвалась.

Но она оказалась слишком сильной, снести её не вышло. Наплевав на сигарету, я в последний раз затянулся.

Меня прижало к скале. Я чуть было не застонал, но в таком бы случае выдохнул дым. Пришлось сжать зубы покрепче.

Даже в морской воде с мечом из саке ничего не случилось.

Русалка атаковала когтями, которые напоминали ножи. Я встретил её мечом. А потом выдохнул.

Попав в меч из саке, произошёл взрыв, разошлось пламя. Я чуть бутылку не выронил. Эй, эй, вроде ж не спиртяга, так почему прозрачный меч теперь голубым пламенем горит?

Возможно это следствие объединения силы Сузуки и моей. Когути точно обрадуется.

Посмотрев на огонь, русалка отпрянула. Она убрала когти.

— А ну в море возвращайся, — сказал я и нанёс удар огненным мечом.

— Гья-а-а-а-а-а-а! — прозвучал крик, русалка загорелась.

Она выгорела, даже костей не осталось.

Волны сразу же успокоились. Теперь они лишь мягко били по берегу.

— Ва-а-а-а-а! — и тут прозвучал крик Сузуки. — При поддержке Мияты-сана получилась смертельная техника. Теперь нашу команду точно не распустят! Теперь мне придётся иметь дело не со скрягой и беспечным стариканом, а нормальным человеком, с которым можно и по службе подняться!

— Немного неловко такое слышать, и прекрати про свои амбиции рассказывать, не скрывая неприязни. Я бы и сам был бы рад, чтобы наша команда распалась. Куда мне до паровоза, несущегося на собственных эмоциях.

— Грубиян!

— Да плевать, только не надо тут без сил падать.

— Мне ваша забота не нужна! Своими силами дойду!

Говоря, она шаталась.

Вздохнув, я затянулся. Надеюсь, Сакаэ смог договориться. Надо для начала перед мэром отчитаться. Но если так подумать, Сузуки пьяная, вряд ли мэр нам поверит.

Теперь ещё всё объяснять перепуганным студентам и стариканам, ожидающим на пляже.

Очередная работёнка, думая так, я молча пошёл в сторону пляжа.

Тут обернулась Сузуки и закричала:

— Не курите на ходу!

— Притихни, уже докуриваю.

Она шла шаткой походкой, но вот остановилась и посмотрела на скалу.

— ... Там точно никого?

— Ты про призраков? Да побойся бога.

Она ещё кого-то не очистила? Там и правда была фигура.

Это человек? Вроде свет горит.

Это фонарик? Кто там, местный? Только я так подумал.

Свет погас, а Сузуки отбросило.

Прозвучал взрыв, поднялась ударная волна. По рифу ударила белая волна.

— Эй!

Я повернулся в сторону моря. Но... Лишь вода. Упавшей Сузуки не видать.

Наверху снова зажегся свет. Я тут же пригляделся. Сузуки в воде должна справиться. Хотя я всё же переживал.

Но вместо того, чтобы бросаться в воду, я затянулся. Хорошо, что ещё не выкурил сигарету полностью.

Дым врезался в скопление света.

Свет взорвался, осветив водную гладь. Разнеслась ударная волна.

Тут и Сузуки вернулась верхом на волне, прямо как тогда студента вытаскивала. Вся мокрая, она прокашлялась.

— Уэ. Кхе.

— Эй, ты в порядке?

Сузуки сидела на камне и кашляла. С её волос капала вода.

— Моё саке...

Саке при ней не было.

— Вкусное саке, которое так старательно изготавливали все в компании производителя...

В сторону скалы были направлены полные ненависти глаза.

... Ну, главное, что она в порядке.

— Не прощу.

В море слышался шум. Вода выстреливала точно копья. Они бились о скалы. Разлетались куски камней, мне даже пришлось отойти.

— Опасно же, хорош ландшафт менять!

Но Сузуки меня не слушала. Вода продолжала подниматься.

— Эй, стой, а ну не лезь, ты же пьяная!

Она поднялась вверх так же как выбралась из моря. Могла бы то же самое сделать, когда нам туда забираться надо было.

... Теперь сверху звучал её крик.

— Куда ты делся! Не смей сбегать, трус!

Теперь мне немного стало легче.

Мы стряхнули нескольких городских и мэра, которого позвал Сакаэ, и пошли на скалу.

Сакаэ понял, что кто-то наблюдал за нами.

— Похоже у него есть сила. Лица не видно, может использовал какую-то защиту, — хмурился парень. Лицо мокрой Сузуки было наполнено неприязнью.

— Сверху запустил что-то вроде магии.

— Почему магии? Может это был коктейль Молотого или дымовая бомба.

— От дымовой бомбы не отбросил. И есть следы использования техники.

— Тут я ничего сказать не могу. Магию я не видел. Она чем-то отличается?

— Управление водой или ваша дыхательная техника — это личная способность организма. Магию же можно выучить. Хотя она близка к моим молитвам. Нужен материал для использования, — объясняла Сузуки, не пытаясь поиздеваться надо мной. — Обычно используется какое-нибудь проклятие или вызывается техника. Но если мастер на чём-то специализируется, он может использовать что-то более масштабное.

Что-то, что позволяет блокировать психометрию и отшвырнуть Сузуки?

Сакаэ пожал плечами и продолжил вслед за девушкой:

— В отличие от вас, Мията-сан, с вашей необычной силой, маги в нашем мире не такая уж и редкость. Если будешь тренироваться, то станешь сильнее.

— Почему маги? У нас тут фэнтези?

Продолжая курить, я скрестил руки. И слышал, как тлеет сигарета.

— Может это как-то связано с большим числом травм на работе.

Сакаэ и Сузуки замолчали.

Если подумать, странного было много. В случае с кодамой там целая толпа появилась. И из-за большого числа происшествий стали поддержку отправлять. Неужели совпадение?

— У-у-у.

Пока я думал, застонала Сузуки.

— Что случилось?

— Ничего.

... Эх, и вот снова. Её уже шатало, а она всё силу использовала.

— Надо отчитаться начальнику. Это уже не связано с заказом, так что возвращаемся. За это нам всё равно не заплатят.

На этом всё. Возможно тот человек всё ещё близко, а учитывая состояние Сузуки, если он нападёт, нам несдобровать.

— Давай, — я протянул руку, а девушка большими и злыми глазами посмотрела на меня.

— Я в норме. Мне не нужна помощь того, кто без денег на выручку не приходит.

— Вот упёртая.

Это и правда бесит.

— Ладно уж, так и быть, я тебе помогу. Будь благодарна, — Сакаэ высокомерно усадил девушку на спину. При этом коленки щуплого парня дрожали. — А ты тяжёлая.

— Сакаэ, ты грубиян! Просто я тренированная!

— А, да, да, — отмахнулся он от её жалоб.

Пятничным вечером после работы я снова пошёл на совместное свидание.

В шумном баре было четыре парня и пять девушек, сидевших друг напротив друга. И чего отдельную комнату не сняли? И соотношение странное.

— Я Когути, — безразлично представился сидевший рядом со мной Когути.

Чёлка скрывала половину лица, ещё и очки, вообще не ясно, что он чувствует.

— Врач.

Со стороны девушек послышались восхищённые вздохи.

— А? — вырвалось у меня. Когути тут же повернулся ко мне.

— Это не враньё. Я занимаюсь развитием способностей, а также я врач. Моя работа — следить за вашим здоровьем. У меня и лицензия есть. Я же проводил ваше обследование.

Серьёзно? А ведь если подумать, то так и есть.

— Здравствуйте! Рад знакомству, я Сакаэ. Занимаюсь расследованиями вместе с Миятой-саном, — с улыбкой представился Сакаэ, сидевший сбоку от Когути.

— А, расследованиями занимаетесь, а что именно делаете? — спросила одна из женщин.

— Мы проверяем подозрительных личностей, странные шум, который мешает людям, расследуем случаи в море.

— Круто! А не страшно?

— Изменами тоже занимаетесь? — с интересом спросила женщина. Ну да, когда компания занимается расследованиями, то и с изменами должны работать.

— Мне пока не приходилось.

У меня и Сузуки силы не подходящие. Мы можем и изменами заниматься, но Сузуки шумная, вряд ли из этого что-то выйдет.

— А, я несколько раз таким занимался. Свидетельства собирать просто бесит, но установить несложно, а дальше рутина. Легко, но работка не самая приятная.

Ну, сила Сакаэ как раз предназначена для такого.

— Я ещё гаданием занимаюсь. Никто не хочет попробовать?

Женщины улыбнулись и переглянулись.

— Можно вашу руку? — Сакаэ невинно улыбнулся. Слегка озадаченная женщина, сидевшая напротив него, протянула руку. Парень взял её и прикрыл глаза.

— Это, я немного прочитаю... Хм, понятно. У вас собака есть. Маленькая... Зовут Шоколадка.

— Не может быть! — воскликнули женщины. Начали шутливо толкать друг друга.

— Как вы поняли?

— Хм, сложно объяснить. Скажем так: прочитал ауру.

— Теперь я, — сказала другая женщина. А я прошептал парню:

— Эй, это психометрия? Ты же говорил, что на земле специализируешься?

— Я выяснил, о чём они говорили до нашего прихода. Через этот пол.

— А за руку держать обязательно?

— Конечно нет.

«А что, нельзя?» — говорила улыбка парня. Сакаэ веселил женщин, нам тоже было с кем поболтать, неплохо всё проходит. Показуха хотя.

— Вот ведь показушник, — упрекнула женщина, сидевшая напротив меня. Решительные глаза прищурились и смотрели на Сакаэ. Щёки алые, она уже напилась.

— Почему ты снова здесь? — спросил я, а Сузуки теперь уставилась на меня.

— Когути-сан предложил. Я не хотела. Но слышала, что здесь вкусное саке.

— Я же говорил, что ещё кое-кого позову, — сказал Когути. То ли он вообще не думает, то ли задумал что-то, не понять.

— Только я не думал, что это Сузуки будет. Ты вообще знаешь, для чего групповые свидания проводятся?

— Чтобы встретились две и более групп. Это возможность для групп мужчин и женщин пообщаться, — спокойно заявил Когути.

— И теперь по числу несоответствие.

— Ну, главное, чтобы было весело, — мужчина в очках улыбнулся. Тут и Сакаэ влез.

— Сузуки, нечасто ты с кем-то столько проработать можешь, будь благодарна, что Мията-сан такой терпеливый.

Кстати, он говорил, что устроился вместе с ней. Месяца три назад это было.

Бровь девушки дёрнулась.

— Это я здесь терпеливая!

Ну вот, принёс Сакаэ проблемы.

Рядом со мной отпил пиво мой друг Кобаяси и сказал:

— Не понимаю я твою новую контору.

Я и сам не понимаю.

— Сузуки-сан? Мы уже встречались? — улыбаясь, он обратился к ней.

Ещё до перехода это именно он организовал то свидание. То скучное свидание было несколько месяцев назад, как время летит.

Вот он и сейчас сказал: «Я собираю девушек, с тебя двое парней».

Первым делом я обратился к Сакаэ и думал, что со вторым делать, и тут начальник отправил меня в отдел развития способностей. Надо было отнести доклад о моей общей с Сузуки технике. Так я и пригласил Когути. Думал, он откажется, но мужчина безразлично сказал «хорошо». Ну и вот.

— Кстати, Сузуки уже была на вечеринке Кобаяси. Вы разве не знакомы?

— Может её привела та, кого я позвал? Не знаю. Но я милых девушек не забываю. Да, Сузуки-сан? Мирей-тян? И имя, и личико милые.

— Не подкатывай к Сузуки.

— Ох, ну надо же.

— Что за взгляд такой? От неё проблем больше!

— Грубо говорить, что от кого-то проблемы, — стукнув стаканом по столу, закричала Сузуки. Женщины даже слегка отпрянули.

— Ну, ну, — Кобаяси стал её успокаивать.

— Мията, похоже ты у меня за спиной с девушкой общаться начал, я недоволен. И хочу сблизиться с Мирей-тян.

— Не пойми неправильно. У нас рабочие отношения.

Я даже не знаю, что на такое ответить.

— Не называйте меня Мирей-тян. Я Сузуки, — прогревая горло саке, сказала она.

— Пей себе уже молча... А это что? Не ожидал.

В стакане у девушки была пенящаяся жидкость. Вся красная, она зло посмотрела на меня.

— Мио. Игристое холодное саке.

— А есть игристое японское саке?

— Вы не знаете? Оно вкусное, — она выставила подбородок и хмыкнула. Вот ведь.

Мы ещё ко второй не перешли, а Сакаэ скрылся с одной из девушек, потом и другие пошли в караоке. Дальше вообще одни мужчины остались.

Сузуки тоже было пора, она сказала, что выпьет кофе и поедет домой, и была такова.

В итоге остались лишь я, Кобаяси и Когути. Та ещё компания.

— Не думал, что ты компанейский, — я обратился к молча пившему японское саке Когути, а он ответил, так и не показав лицо из-под чёлки:

— С чего бы?

Похоже он не из тех, кто отказывает, когда зовут.

— Почему Сузуки позвал?

— Хотел увидеть, как вы ссоритесь.

— Мы не ссоримся. Мы просто люди с разным мнением.

— Ссориться из-за разных мнений — это признак пары.

Я уже начал беситься, и выдохнул дым.

Сидевший напротив Кобаяси затянулся, облокотился на стол и, прищурившись, посмотрел на меня:

— Так что, ты научился кольца пускать?

— Нет, не получается у меня это.

Вообще получается, но не как полагается.

— Вот ты неумеха. Это же просто, — говоря, он выпустил колечко. Похоже купился.

— Лучше скажи, почему ты меня пригласил?

— Так ведь иначе бы ты не пришёл.

Обидно такое слышать.

— Просто ты только на такие вечеринки и зовёшь. Вот круг и замкнулся.

— Да как-то тяжело звать без причины. Ты же занят.

— А тебе просто нравятся такие вечеринки.

— Не буду отрицать.

Не будет?

— Подумаешь. У тебя долгих отношений не было, вот я и подумал позвать.

— Это не так. У меня были довольно длительные отношения.

— Довольно длительные. Ну да, встречался ты с кем-то, но они не могли понять, о чём ты думаешь, ты их динамил из-за того, что всё время на работе, они начинали подозревать, что ты им изменяешь, следили за тобой, и в итоге вы расставались.

— Работа, ничего не поделаешь.

— Ты никогда не говоришь, чего хочешь, вот и заставляешь девушек волноваться, и они взрываются.

— Да мне как бы без разницы, — говоря, я выдохнул дым. Кобаяси стукнул по столу и навис над ним. В горошек пепел упал.

— Не говори, что тебе без разницы! Не говори девушке, что тебе без разницы, куда идти и что делать, она спросит, действительно ли ты её любишь! Ты парень хороший, но тебя вечно не так понимают, у-у-у.

Он начал шмыгать носом. Ты что, плакать собрался?

Выпив хайбол, он принялся себя обнимать:

— Вот мне нравится выпивать с девчонками, но сложности мне не нужны.

— Жестокий ты.

Я зажёг зажигалку, играясь с ней.

— Поболтали, выпили, повеселились, разбежались. Не хочу я думать о сложных отношениях.

— Уж не деменция ли у тебя?

— Но я дорожу друзьями. Понимаешь, Мията? Я хочу выпить с тобой, но ты вечно на работе занят и не приходишь. Я уже даже начал думать, что ты от переутомления помрёшь.

Он говорил о том же, о чём и мои бывшие, при этом ныл и шмыгал носом, после чего опять стал пить.

— Как же я рад. Похоже на этой работе тебе весело.

Мы вместе университет закончили. Оба стали работать системными инженерами, просто ему лучше компания досталась, потому и условия труда получше были. Вот он и переживал за то, как мне приходится в чёрной компании.

— Пока ты там работал, я правда думал, что ты скоро умрёшь.

Из-за того, что был пьяным, он уже повторяться начал.

Хотя теперь я могу умереть скоро совсем по другой причине.

Болтая, Кобаяси поднял пустую кружку. В ней застучал лёд. Я чокнулся с ним и затушил окурок в пепельнице.

— Ну вот, допили, можно и возвращаться. Скоро уже последний поезд.

— Хайбол!

— Да.

Когути нажал на кнопку вызова официанта. Что б его.

— Доктор, а вы не слишком на выпивку наседаете?

— Воду и счет, пожалуйста.

Вот же покладистый.

Когути выпил японское саке и сказал:

— Любовь.

В лице не переменился, не ясно, шутит он или серьёзно.

— Это мерзко, завязывай.

— Тогда хайбол!

Да хватит уже, мы и так когда угодно можем пойти и выпить.

— Ты говорил, что можешь домой раньше возвращаться, но по ночам тебя часто не бывает. Значит к милой подружке бегаешь?

— Не говори так, мы просто коллеги.

Не хочу ничего про Сузуки слышать.

Я держал под руку шатавшегося Кобаяси, идя по оживлённой улице. Мы завернули за угол закрывшегося кафе и вышли на аллею.

— Тебе же на другой поезд?

Вроде выпил достаточно, но державшийся уверенно Когути поправил очки и кивнул. Хотя может он и пьяный, просто по нему не видно.

— Тогда я отведу его до турникета.

— Да, будьте осторожны, — помахав, Когути кое-что вспомнил. — Я бы хотел разобраться в вашей совместной с Сузуки-сан технике. Выделите мне время. Начальнику Такахаси я сообщу.

— Эх, ладно.

Что он теперь со мной делать собрался? Ещё и вместе с Сузуки. Ох, надоело.

— Выпьем ещё, — тут голову поднял Кобаяси. Всё же лучше его на такси посадить.

— Домой возвращайся, в другой раз выпьем.

— Обязательно, и в ближайшее время. В следующий раз за маджонгом!

— Да, да.

— В следующий раз онлайн за игрой в футбол!

— Да, да.

— Хорошо поработали, — Когути поднял руку и собрался уже уходить.

— Вперёд, мотои.

Я услышал голос.

Ветер притих. А в следующий миг воздух взорвался.

Я даже ни о чём подумать не успел. Кто-то невидимый отбросил меня к стене.

Меня вдавило в стену заведения в тихой аллее, чуть дух не вышибло. Я осел на полу. Рядом лежал Кобаяси. И Когути рядом опустился.

Вдалеке я услышал чей-то крик.

— Эй, Кобаяси!

Я попытался вытянуть руку, но меня остановил взволнованный Когути:

— Возможно у вас сотрясение, не двигайтесь.

Здесь темно, не понятно, что происходит. Но вроде кровь не идёт.

— Эй.

Я услышал шум. Кто-то заслонил огни улиц и встал перед нами.

— Где Сакаэ?

В свободной куртке и джинсах. Одна рука в кармане, а в другой руке сигарета.

Ну и что ему надо?

— Его здесь нет.

Простонав, я всё ещё продолжал сидеть, когда посмотрел на мужчину.

— Мы просто вместе выпили. Больно, может вначале проверишь, а потом нападать будешь? Не умеешь ты дела вести.

— Так он успел скрыться?

Он за нами следил?

— Сакаэ уже домой вернуться должен был, я не знаю, где он живёт.

— Номер его телефона ты должен знать. Звони.

Мужчина раздражённо выругался. И что-то достал из кармана.

— Вас тревожат странные звуки и странные тени? Обращайтесь к нам! — прочитал он. Девиз нашей компании. — Это он дал, личного номера тут нет, так что не достать.

Бросил в нас. Так это по работе?

Когути вроде в норме, а Кобаяси лежит и не двигается. Плохо. Надо что-то делать.

Я поднял руки, будто сдаюсь.

— Понял, я позвоню.

Я залез во внутренний карман, а мужчина направил на меня сигарету.

— Только ничего странного не делай. Говорить через динамик будешь. И без глупостей.

Дерзкий и молодой. Явно привык к такому.

Я нашёл в списке контактов Сакаэ и позвонил.

А если он с девушкой? Ответит или нет? Лучше бы ответил.

«Алло», — прозвучал расслабленный голос. От души отлегло, но я всё ещё старался говорить спокойно.

— Ты уже домой вернулся?

«Девушка сказала, что ей надо до последнего поезда вернуться, так что я проводил её до станции».

Какой молодец для раздолбая.

— Значит всё ещё где-то недалеко?

«Да, а вы всё ещё пьёте? К вам можно?»

Если позову, он придёт.

Я начал думать. Надо как-то объяснить ему так, чтобы мужчина не понял.

— Да, я кошелёк обронил.

«А?» — прозвучал голос со смешком. Ничего не заподозрил. Я посмотрел на мужчину, но не видел, что у него на лице.

«Серьёзно, хочешь, чтобы я поискал?»

— Как далеко увидеть можешь?

Он вздохнул и замолчал. В отличие от Сузуки с интуицией у него всё отлично, надеюсь, догадается.

Я бросил взгляд на мужчину, он затянулся, но вроде ничего не заподозрил.

«Ты про расстояние? Или время?» — голос был таким же жизнерадостным.

— Расстояние.

«Не точно, но на приличном расстоянии».

— Тогда посмотри как следует и приходи. Мы недалеко от бара, где были, так, вроде у кафе «Кленовый сад».

«С картой сверюсь — найду», — так же весело ответил он. Я извинился и отключился.

— Придёт.

Я посмотрел на мужчину и убрал телефон в карман. Сейчас меня больше всего беспокоил Кобаяси.

— Бесит. И сколько это времени займёт? — раздражённый, мужчина затянулся и стряхнул пепел на пол. Всё ещё не могу разобрать его эмоций.

Глядя на него, я сказал:

— Пока ждём, можно и мы покурим?

— Нельзя, — ответил он, взглянув на меня. — Не нравятся мне читеры вроде тебя.

— Читеры?

— Я человек с посредственной силой, и мне с тобой непросто будет.

Значит у него есть способность. И он посредственный? И что это, раз ему со мной непросто?

Так значит... Он не только про Сакаэ, но и про нас знает.

Я думал, что он только Сакаэ знает. Моё имя от него слышал... Но ему и про меня известно.

Это всё сильнее бесит. Ладно если замешаны люди с силой вроде нас, но тут теперь и обычный человек.

— И ждать ни к чему.

Мужчина поднял сигарету. Маленький огонёк сделался ярче.

... Плохо.

Он открыл рот.

— Огненное колесо.

Напоминало это заклинение малолетки.

Появилось пламя. Я потянул Кобаяси за руку и отскочил в сторону от приближающегося жара.

Огненный сгусток попал в стену и взорвался. Стена треснула, огонь разбросало.

Разлетевшиеся обломки просто выгорели.

Я достал из кармана зажигалку и сигареты. Уже наученный, я быстро снял блокировку и зажёг её. Ещё даже встать не успел толком, а уже закурил.

Но теперь что? Мы не проверяли, что будет, если я использую силу на человеке.

— Мията-сан, — Когути указал на стену позади. Успел спрятаться, не пойму, о чём он думает. Зато знаю, что хочет сказать.

Серьёзно, стену предлагает разрушить?

Всё ли нормально будет? Всё же я застрахован, но ломаю намеренно. Хотя не о том думаю.

Он-то одну стену уже сломал.

Я наполнил рот дымом. И снова потянул за руку Кобаяси. Если сотрясение, лучше его не двигать, но и вариантов сейчас не было.

Я бросил взгляд на мужчину: он раздражённо цокнул языком.

— Не сбежите.

Приближается.

Я выдохнул дым в сторону стены.

Взрыв был ещё громче. Бетонная стена взорвалась, я затолкал Кобаяси в дыру и сам залез. И Когути следом.

— Не позволю! — ревел мужчина. А ведь такой уверенный был недавно.

Он уже спешил к нам. Всего несколько шагов оставалось. Быстро догонит. Если опять ту странную технику использует, конец нам. Я взвалил Кобаяси на спину и соскочил с кучи обломков.

— Эй!

Сжимая сигарету, я обратился к Когути, стоявшему рядом с дырой. Мужчина преследовал. А стена зашевелилась. Тот кричал.

— Не уйдё...

Дальше должно было быть «те», но звук заглох. Аллея исчезла. На месте дыры снова была стена.

Что это было? Я ничего не понимал, а Когути наконец подошёл.

Полная темнота. Похоже мы в коридоре. Хорошо, что тут ничего нет. Раз ничего нет, то ничего не сломаем.

— Мията-сан, быстрее.

Глаза привыкли. Коридор вёл в кафе.

Когути обогнул столы и стулья и подошёл к выходу. Остаётся лишь молиться, что тут камер и сигнализации нет.

Стеклянная дверь закрыта на замок. Раздвижная дверь не заперта, но ставни опущены. Не выбраться. Когути подёргал ставни и потрогал, изучая.

— Мията-сан, сломайте ставни.

— А?

— Если не поспешите, нас догонят.

Да, преследователя не смущает, что он может что-то сломать или кого-то ранить. Сейчас он обходит нас. И если пройдёт с улицы, мы окажемся заперты.

Я выдохнул в направлении ставней. Прозвучал взрыв, и появилась дыра.

Держа Кобаяси, я выбрался на улицу.

Когути как раз высунулся, и тут из-за угла появился мужчина.

— Живее!

Когути вылез, а жалюзи на глазах восстанавливались. Ни единого следа повреждений не осталось.

Что это? Хотя не до того сейчас. Я побежал.

— Вперёд, мотои.

Снова прозвучал голос позади. Опять какая-то техника?!

Я обернулся, и тут Когути схватил припаркованный велосипед. Эй, эй, да ты дерзкий!

Позади поднялся ветер, пространство искривлялось. Что-то невидимое врезалось в велосипед, и его разнесло на части. Осколки разлетелись. Я вжал голову, но разлетевшиеся сидение, руль и педали так и не добрались до меня.

Точно время отмотали, воздух стал прежним. Велосипед сделался целым и полетел в голову тому мужчине.

— Ай! — застонал он, получив великом. — Не сбежите!

Сбежим!

Мы вихляли недалеко от бара и смогли оторваться.

Вроде сбежали, но людей тут хватало, и не ясно, куда нам самим идти. Пойдём в безлюдное место, на нас точно нападут, хотя возможно его присутствие людей не волнует.

Кобаяси оказался тяжёлым, у меня из-за опьянения быстро дыхание сбилось, бежать я больше не мог. Лишь тяжело дышал с сигаретой в зубах. Плетясь, я посмотрел на Когути, шедшего позади.

— Что это было?

— Я слышал заклинение, так что он точно маг.

— Что это, фэнтези?

Тогда на море Сузуки тоже про магию говорила.

— Возможно вы не заметили, но вы тоже житель этого фэнтези-мира.

Серьёзно? А ведь и правда. И всё же: серьёзно?

— Но он как и Сакаэ-сан не специалист по сражениям, может напасть лишь в тёмных и безлюдных местах. У вас боевой мощи больше.

Он правда так считает? Однако тот мужик стену сломать не смог. Хотя заклятие и солидное вроде было.

Только я на себе Кобаяси тащу, и сила у меня ограниченная. Без сигарет я ничего не могу.

— Кто он такой?

— Не из компании. Хотя к нам бы такого и не взяли.

Не думал, что люди с силами просто так вокруг шастают. И при том, как он визитку рассматривал, он точно не из нашей фирмы.

— И всё же сила у вас редкая. В компании про вас говорят, но вы пока никаких крупных дел не разрешили, потому не думаю, что посторонние о вас знать могут.

— ... То есть он не из фирмы, но связан с кем-то?

Когути замолчал. И поправил очки.

— Не могу исключать.

Сакаэ там цел? Почему вообще на него нацелились? Понятия не имею.

... И ещё, точно.

— Это ты что-то с великом и стеной сделал?

Мужчина из-под чёлки посмотрел на меня. Кажется, я озадаченность увидел.

— Вы не знаете? При прикосновении я могут восстанавливать предметы.

— Полезная сила.

— Всё, что на опытах взрывается, я возвращаю. Но проделать то же с людьми не могу, — сказал Когути, и я подумал, что он ещё больше похож на безумного учёного. Хоть и не в белом халате сейчас.

— Потому и стал врачом?

— Вообще-то нет.

Матсусита-сан рассказывала, что управлять живыми созданиями выматывает. Она могла повлиять на дух, а он получается механизм предметов изменяет.

Сложно принять тех, кто может изменять по своей воле механизмы и живых существ. Пусть даже лечить может.

Кобаяси на моём плече застонал.

Я сразу же посмотрел на него. Двигает головой. Очнулся.

Я остановился и опустил его. Рядом был вход в бар, но мне как-то не до того.

Возможно тот мужик нас преследует, так что некогда нам останавливаться... Но его цель Сакаэ.

— Голова болит.

— Эй, ты как? Ударился?

— Перепил...

— Ну тебя, — вырвалось у меня. Выходившие из бара люди смотрели на нас и смеялись.

Может и правда просто перепил. И вообще не пострадал. Совсем не круто уцелеть после такого, а потом умереть.

Кобаяси прикрыл рукой лицо и замычал:

— Сейчас блевану.

— Потом давай.

— Потом не могу. У, выходит. Из-за тебя меня укачало.

Вмешался Когути:

— Точно головой не ударились? Тошнота как раз один из симптомов.

— Вроде нет. Шишек нет, — кивнул Кобаяси, ощупав голову. — Что случилось? Помню, что меня снесло. Тело летело. Я так нажрался?

— Нет.

Что мне ему рассказать?

— Я и сам толком ничего не понял, но нас странный тип преследовал.

Я достал из кармана телефон.

Что делать, в полицию звонить? Но стоит ли обычных людей вмешивать?

Надо коллегам звонить. У меня помимо Сакаэ только номера начальника и Сузуки. Поезда уже не ходят. И ответят ли они так поздно?

— ... Не время сомневаться.

Рингтон угнетал. Прошло два гудка, и прозвучал недовольный голос.

«Да?»

— Эй, Сузуки, ты уже дома?

«А что? Поезда уже не ходят, я пока только возвращаюсь. Неужели вы с Сакаэ что-то натворили?..»

— Конечно нет! — я не дал ей договорить и закричал. — Слушай, мне нужна твоя помощь!

Я сомневался, стоит ли так с ней говорить. Но сейчас мне не до её жалоб.

Девушка замолчала. Я уже представлял, как она хмурится. И вот прозвучал низкий голос:

— «Где вы сейчас?»

— А, сейчас...

Только я начал говорить.

— Ветер, — прозвучал голос. Держа телефон, я толкнул Кобаяси.

Тут поднялся Когути и встал перед нами. Он выставил вперёд руку. И что-то врезалось в воздухе.

Что-то кружилось как вихрь, порождая резкий шум и разрезая.

— Всё же ничего серьёзного.

По руке стекала кровь, когда Когути сказал это. Целой рукой он растрепал чёлку.

— Ты что творишь?! Сам же сказал, что человека восстановить не можешь!

— Себя в принципе могу.

Серьёзно? Но даже если так, ему всё равно досталось. Из-за волос видно плохо, но он явно скривился. Всё же больно.

Я затянулся. Нечего переживать, что противник человек.

Я втягивал дым. Сигарета выгорала. Уже горячо.

И вот выпустил кольцо дыма.

Преследователь что-то сказал. Снова поднялся ветер и снёс моё кольцо. Ещё один вихрь. Он повалил вывески, выходившие из здания люди закричали.

Чёрт, тут слишком много людей.

— Кобаяси, бежим!

Я схватил друга за руку и побежал. Заодно бросил окурок в пепельницу, стоявшую в баре. Когути с разорванным рукавом и порезанной кожей на руке бежал следом.

— Что это?! Что с ним вообще не так?!

Я пропустил вперёд шатавшегося Кобаяси и Когути, а сам остановился. Телефон я убрал в карман, зато вытащил сигареты и зажигалку. И сразу же закурил.

Не дожидаясь нового удара, я выпустил дым. В воздухе прогремел взрыв. После чего я стремительно побежал за друзьями.

Чёрт, была бы электронная сигарета. Тогда бы дымовую завесу создал.

Иногда я оборачивался и выпускал дым, чтобы сдержать противника.

Дышал я с трудом из-за алкоголя, отсутствия физической подготовки и сигарет.

Я раньше задохнусь, чем мы оторвёмся.

— Мията-сан! Наконец нашёл! — прозвучал голос с другой стороны. И увидел спешившего Сакаэ.

Он что, свою силу не использовал?! Чего бегает?!

— Сакаэ, ты чего не дома? — тяжело дыша, спросил Кобаяси.

Чёрт, он же не знает, что этот мужик Сакаэ ищет.

— Ах ты! — позади закричал мужчина. Услышал, таки. — Это ты, Сакаэ!

Я остановился. Хотел путь преградить, но мужчина быстрее оказался. Мне прилетело прямо по щеке, и я зашатался. Я ощутил вкус крови. Из руки выпала сигарета.

Не ожидал, что он кулаком ударит. Понимая, что всё скверно, я получил с ноги в подбородок. Голова ходуном заходила. Мужчина оттолкнулся от земли и отправил меня в полёт, так что я в Когути врезался, и дальше покатились в направлении Сакаэ.

— Ты чего творишь?! — закричал Кобаяси.

— Не надо, Кобаяси!

Прошу, не лезь!

Я попытался встать, но голова кружилась.

— А ну не мешайся! — мужчина с лёгкостью оттолкнул схватившего его Кобаяси и пнул. Тот упал на зад. Мужчина даже не взглянул на него и поспешил к Сакаэ.

Хорошо, что из-за опьянения он толком не мог сопротивляться. Лучше так, чем если на нём какую-нибудь технику использует.

— Это ты, Сакае, дал моей женщине визитку! — ревел мужчина.

Всё же это с женщиной связано. А парень сразу же посмотрел в нашу сторону:

— Всё не так! Я не стал бы давать девушке рабочую визитку в личных целях! Не хватало мне потом проблем на работе! Уже проходил через такое, теперь осторожен!

Значит было дело.

— Ты меня слушаешь?!

Мужчина схватил Сакаэ за грудки. И собирался ударить.

Но тот закричал.

— Ты!

И дал головой по носу.

— Что!

Теперь лбом по подбородку.

— Творишь?!

И под конец врезал кулаком в живот. Мужчина отпустил его и со стоном опустился на колени.

Вроде щуплый пацан, а кулаками помахать горазд...

— Ранил коллег, ещё и доверие ко мне подорвал! — парень кричал, сжимая кулаки.

Мужчина пытался отойти подальше от Сакаэ. «Чёрт», — застонал он.

— Это всё вы виноваты! Из-за вас я не могу к ней приближаться.

Что-то тут уже не так.

— А, вспомнил.

Сакаэ сжал руку в кулак.

— Запрос, касавшийся девушки, которая сбежала от бывшего парня, который бил её, а потом начал преследовать. Я собрал улики, и на суде тебе запретили к ней приближаться, ещё и Матсусита-сан это же приказала, чтобы ты не подходил.

Не угрожала и не промывала мозги, а приказала. Наверное надо быть впечатлённым.

Но думаю, всё правильно было сделано. Мужик, который бьёт женщин и может пользоваться магией, опасен.

Вот тебе и причина преследования.

... Откуда он узнал, что Сакаэ здесь? И откуда про мою силу знает?

Миролюбивое лицо парня было искажено гневом, когда он закричал:

— Сам виноват!

И тут. Прозвучал удар, и Сакаэ стал терять равновесие. Держась за голову, он упал.

— Сколько хлопот.

Позади парня стоял мужчина. На нём был чёрный костюм, из-за чего он сливался с темнотой. Он посмотрел на напавшего на нас и высокомерно проговорил:

— Заканчивай поживее.

Тот поднялся.

— Заткнись, сам не можешь, так не лезь.

— Если бы ты был порасторопнее, мне бы не пришлось влезать! Живее, пока подмога... — только это мужчина в костюме и прокричал.

— Дея!

Прозвучал крик, и мужчина в костюме отлетел.

Он отлетел в сторону, врезался в забор и распластался как лягушка.

Даже думать было не надо, что же случилось.

Задрав ногу, там стояла Сузуки.

... Опаздываешь ты.

— Мията-сан, вы в порядке?!

Всё также девушка сжимала бутылку с саке. На коричневой бутылке была белая этикетка с надписью «Оникороси».

— Не надо было до глубокой ночи пить, и ничего бы не было!

— Пьянка тут вообще ни при чём! — ответил я, слыша упрёки. После чего поднялся. — Ты вроде на сегодня закончила.

— Просто зашла в магазин по пути и купила! Вы же сами просили о помощи!

— Не просил!

Что-то похожее говорил. Хотелось ещё много всего сказать, но я не стал.

Всё же она вовремя прибежала.

— Значит нашла нас.

— Просто надо было найти место, где используются техники. И ты, Сакаэ, что делаешь? Так слился со своими умениями!

— Заткнись, не хочу слышать это от той, у кого из особых умений лишь кричать безудержно! — парень накричал на неё, а потом собрался снова ударить первого нападавшего и наступил ему на спину.

Стоило Сузуки появиться, и сразу началось.

— Вперёд, мотои.

Тут прозвучало заклинание. Это был мужчина в чёрном костюме, которого ударила девушка. Значит и он тоже маг.

Вновь поднялся ветер. В свете фонарей я видел, как он направляется к девушке.

Невидимый сгусток приближался.

— Это что? — прижимая бутылку, Сузуки прищурилась. Воздух будто очистился.

Можно было увидеть, как воздух искажается. Нет, не воздух. Перед Сузуки появились водяные узоры. Они и остановили ветер, обволокли и разбросали.

— Недостаточно устрашающе.

Капли воды сияли в свете фонаря.

... Что уж говорить, Сузуки сильная. Не то что эти недоделки.

— Сегодня я выпила достаточно, потому к бою готова!

Глаза Сузуки сияли, когда она подняла бутылку. Серьёзно?

Первый мужчина поражённо посмотрел на неё. И тот что в костюме закричал:

— Почему и ты здесь?

Он попытался её ударить. А та, держа бутылку, временами пила из неё и, шатаясь, уклонялась.

— Я не собираюсь использовать против человека техники воды, — говоря, она нанесла удар. — Потому применю пьяный кулак!

Эта техника не менее читерская.

Противник явно неплохо владел боевыми искусствами, но сила и скорость была на стороне Сузуки.

— Да кто же ты такая?! — закричал мужчина в костюме. Ну, я его понимаю.

— Кто? Напарница Мияты-сана!

Сказала так, будто спрашивал: «И что такого?»

Развернувшись, она ударила мужчину в чёрном костюме с ноги. Потом приземлилась, свела руки и продолжила:

— Против воли.

— Притихни! Это у меня всё против воли! — закричал я. Сузуки же просто проигнорировала.

— А вы кто? Нападаете на людей с помощью магии!

— Жестоко, Сузуки, — сказал Сакаэ, занятый преследователем.

— Ты его знаешь?

— Не знаю, и сдался мне этот трус, взявшийся неизвестно откуда!

— А ну прекрати! — закричал мужчина в костюме, у которого уже лицо от ударов Сузуки опухло.

— Кто ты? — закуривая третью сигарету, спросил я, а тот неуверенно поднялся и гневно проговорил:

— А? Мы же встречались в компании!

— Впервые вижу.

Насупившись, я выдохнул дым. Рожу уже не узнать, как я его теперь-то узнаю?

И вообще. Выходит это он с преследователем нашим информацией обо мне поделился.

— Я серьёзно, лучше прекращайте!

Снова подул ветер.

Закричали дравшийся с Сакаэ преследователь и мужчина в костюме.

— Ветер!

— Огненное колесо!

Их голоса прозвучали хором. Ветер и огонь создали огромный вихрь. Стало светло как днём. И жарко!

Сузуки создала воду и встретила пламя. Но получилось лишь увести его в сторону, благодаря синергии пламя, усиленное ветром не погасло.

— Мията-сан!

Сузуки тут же перевернула бутылку. Прозрачная жидкость стала вытекать, прекращаясь в катану.

Я же сразу вы выдохнул в сторону девушки.

Меч Сузуки загорелся голубым пламенем. Сейчас оно освещала лицо девушки.

— Доссе-е-е-е-ей! — прокричав, она направилась прямо к огню.

Голубой огонь ударил по красному.

Точно разыгрался шторм.

Но в итоге огонь исчез, а голубая катана Сузуки осталась.

— Командная работа против командной работы! И наша оказалась лучше!

— Стыдно ведь, прекрати.

Когда я сказал это, прозвучал звук тормозов. Позади мужчины в костюме остановилось такси.

Он застыл. Мы тоже застыли и смотрели на такси.

[[image:/storage/reader-images/dad2e592324ffea343a6abd3fa9ee828a55a3543.png]]

Задняя дверь открылась.

На землю ступила нога на каблуке и чёрных брюках-стрейч. А потом показалась женщина в чёрной рубашке и с завязанными волосами. Она вышла из такси и гордо встала перед нами.

Позади дверь закрылась. И такси уехало, точно сбегая.

Недовольно женщина осмотрела присутствующих.

— Как думаете, сколько времени? — прозвучал её низкий голос.

Королева — Матсусита-сан — скрестила руки. Она посмотрела на мужчину, с которым дрался Сакаэ, потом на противника в костюме и нахмурилась.

От её недовольства дрожал воздух. Все тут закрыли рты и стали вести себя тихо. Будто пытались извиниться. Катана из бутылки Сузуки исчезла.

Почему здесь Матсусита-сан? Её Сакаэ позвал?

— Что вы вытворяете посреди ночи?

Её пальчик недовольно отстукивал ритм по руке.

— Всем сесть и подумать о своём поведении, пока полиция не приехала.

В гневном голосе ощущался приказ.

Лица преследователя и мужчины в чёрном побледнели. Они махом опустились на асфальт... Должно быть это было больно.

— Да!

— Приносим извинение!

Сузуки и Сакаэ тут же ответили и опустились на землю.

... Да вас-то никто не заставлял.

— Эй, — прозвучал голос, и мы все подняли головы.

Была видна подошва. Если точнее, то подошва ботинок. В свете звёзд и фонарей к нам спускался чёрный восьмиугольник.

Мужик в чёрном костюме спускался к нам с зонтом как какая-то Мэри Поппинс.

Что это? Сказочный персонаж?

Нет... Это начальник отдела кадров. Вот даёт. Он не слишком быстро обо всём узнал?

— Что за зонт? Выглядит слишком неоднозначно, — вырвалось у меня, а он нахмурился.

— При спуске скорость сложно контролировать.

Приближаясь к земле, он открывал и закрывал зонт, и вот наконец приземлился.

— Так вы летаете?

— Сам летать могу. Но никого поднять не смогу.

Кстати, он вроде что-то такое говорил, когда я только в компанию пришёл.

Летал на передовой, опасная работа. Что-то такое.

— Что это за человек в чёрном? Мэри Поппинс? — прозвучал вопрос, обращённый к мужчине в чёрном костюме, и начальник кадров слегка нахмурился.

— Нет. Кингсман.

А потом с улыбкой офисного работника поправил очки. Прямо английский джентльмен.

— Присмотритесь, у меня чёрная полоска, и не солнцезащитные, а обычные очки. Мията-кун, может вы не выспались?

Захлопнись.

Начальник кадров подозрительно улыбнулся и проговорил:

— Знаете, что значит человек в чёрном?

— Человек, одетый в чёрное?

— Верно, но не только. Это городская легенда в Америке. Если случается что-то странное, появляется человек в чёрном и запрещает о себе кому-либо рассказывать, — он зловеще улыбнулся. — Ну, можно сказать, что мы люди в чёрном. Стираем инциденты.

Ничего не понял, но выглядит круто.

Что ж.

Ситуация переменилась, и воцарилась тишина. Начальник кадров осмотрелся вокруг. Под светом фонаря четыре человека ровненько сидели на коленях, Матсусита-сан недовольно скрестила руки, Кобаяси сидел, ничего не понимая, а ещё раненный Когути.

Вот такой вот бардак.

— И как это понимать, Маэхаси-кун?

Когда он заговорил, я посмотрел на начальника отдела кадров. Его фирменная улыбка пропала, и лицо ничего не выражало. Прямо жуть.

— Не сказать, что ты хорошо к другим относишься, но мне казалось, что ты серьёзно подходишь к работе.

Нет, серьёзно, кто это?

— А, Маэхаси, — всё ещё сидевшая ровно Сузуки что-то поняла и хлопнула в ладоши.

Маэхаси. Где-то я это имя слышал.

— Наш погодка, — сказал тоже смирно сидевший Сакаэ. Раз его, то и Сузуки погодка.

— Ладно ещё я, но вы-то должны помнить, вместе с кем устраивались.

— Я с ним почти не виделась, вот сразу и не признала. Да и кто мог подумать, что на нас здесь коллега нападёт!

Ну, тоже верно.

Начальник с улыбкой сказал:

— Мията-кун, он приходил к вам домой вербовать.

Я стал вспоминать. Двое в чёрных костюмах. Человек, с которым я говорил в курилке. Сейчас лицо после стараний Сузуки распухло, даже не узнать.

— Забыл. Я старикан, быстро забываю всё неважное. Ресурсов мозга всё меньше становится.

— Мията-сан, вы же сами не любите, когда вас так называют!

— Совсем обнаглел!

Молодёжь сразу же заголосила.

Заткнитесь. Вы забыли того, с кем вместе устраивались, так что не ровняйте нас. Я бы вообще без этого рабочий стресс не пережил.

Сдалось мне слышать жалобы того, кто посреди ночи на людей нападает.

— Ты не заслужил права злиться на Мияту-куна. Объясни, почему ты напал на коллег.

Голос начальника был жизнерадостным, но мог лишь пугать.

Руки Маэхаси, лежавшие на коленях, дрожали, он простонал:

— Я хотел работать в поле. А меня назначили в отдел кадров.

— Ты же сам говорил, что будешь работать в офисе, потому что нет доплаты за опасность.

— Это Сакаэ сказал, что её нет! — мужчина посмотрел на начальника. — Мы друзья, потому я и показал ему визитку Сакаэ. Сказал, что помогу отомстить, потому что он меня бесит.

— Это вы меня моей женщины лишили! — тут вмешался мистер домашнее насилие, но тут же притих, стоило стукнуть каблуком по земле. Всё ещё стоявшая со скрещёнными руками Мастусита-сан тихо сказала:

— Помолчи. Я знаю, почему ты питаешь неприязнь к Сакаэ. Ко мне ты не пришёл, потому что посчитал, что с ним проще.

Она сдерживала эмоции, но гнев всё равно ощущался.

... Да уж, довольно пугающе.

Мужчина тут же тихо выдавил: «Да, простите».

— Так это простая зависть? — недовольно нахмурился Сакаэ, продолжая сидеть ровно. Сидевший поодаль Маэхаси закричал:

— Не зависть!

— А что ещё?! Если что-то не устраивает, попроси о переводе!

— Просил, только переводить меня не стали!

— А, ну с твоими-то способностями. О силе собственной подумай. Мои способности в поле пригодятся, а ты ничем не примечательный маг, если ты даже в задании без оплаты за опасность облажаешься, тебя сразу подвинут, разве не понимаешь? — Сакаэ явно смотрел на него свысока. Я-то ещё его хорошим парнем считал, а вот оно как. Маэхаси только сильнее разозлился:

— Всё потому что вы бегать начали! Я просто думал немного боли причинить!

— Заткнись, — я встал перед сидевшей четвёркой и посмотрел на Маэхаси. Зажжённая сигарета горела под светом фонаря. Всё было так спокойно, будто того хаоса и вовсе не было.

— Что ещё за немного боли причинить? Ты ведь и в другое задание вмешался?

Тут он замялся. Прикусил губу до крови. Брови поднялись.

Кодама говорила про мужчину в костюме и в случае с русалкой нас магией кто-то атаковал. Слишком много случайностей, наверняка за этим кто-то стоял. И когда мы в курилке встретились, он сам сказал, что это работа кадров — знать внутренние дела. А потому и вмешаться мог... Это даже впечатляет. Только он не в ту сторону прилагает столько усилий.

— У тебя довольно редкая сила, вот все с тобой и нянчатся. У Сузуки сложный характер, и тебя бы высоко оценили, если бы ты сработался с ней. Я сижу в офисе, а ты в это время зазнаваться начнёшь? Если бы я работал в поле, то показал бы куда лучшие результаты!

— У Сузуки характер и правда не сахар, только не тебе говорить об этом.

— Это грубо вообще-то!

То ли мне, то ли Маэхаси девушка закричала всё тем же громким голосом.

— Разве может с работой в поле справиться человек, который не думает о том, что может вмешать непричастных людей?

Тут я уже кипел.

Лично я бы и в офисе сидел! А тут мне козни чёрт знает кто строит!

— Если не получается что-то, нечего другим вредить. Не нравится работа — смени.

— Легко говорить!

— Не легко. Было бы легко, я бы десять лет в чёрной компании не проработал. Мне стараться не хотелось, но я всё же старался!

— Мията-сан, вы явно лишнего сказали.

Притихни, Сузуки.

Вмешали Кобаяси, ранили Когути, побегать заставили, во мне кипела ярость, и голос сделался зловещим. В случае с русалкой он вообще Сузуки в море сбросил.

— Ты понимаешь, что в худшем случае мог кого-то убить?

Уголки губ приподнялись. Кингсман сказал бы, что научил бы манерам и отлупил. Такие люди не любезничают. Да и я бы не стал.

— Прежде чем завидовать, с собой что-нибудь сделай, — я посмотрел на парня сверху вниз. И ткнул сигаретой в нос.

— Так, хватит. В целом я всё понял, остальное предоставьте мне, — снова жизнерадостно заговорил начальник кадров. Меланхоличная обстановка снова стала более жизнеутверждающей.

Позади уже слышались сирены. Кто-то вызвал? При том, какая шумиха была, они даже опаздывают.

— С остальным мы разберёмся, а вы возвращайтесь и получите помощь. Мията-сан, думаю, лицо у тебя всё ещё болит, — Матсусита-сан обратилась ко всем. — Вы двое, поднимайтесь. Мы возвращаемся.

Сузуки и Сакаэ переглянулись и поднялись, не поднимая голов встали.

— А, Сакаэ-кун, задержитесь. Это ведь вас преследовали, окажете содействие.

— Серьёзно? — раболепно сказал Сакаэ. Ноги как у оленёнка шатались, видать онемели.

Я тем временем поклонился перед Матсуситой-сан.

— Прости. Ты ведь уже спала.

— Ничего. Я успела вздремнуть, так что не спала. За ребёнком муж присматривает, а расходы за проезд мне возместят как за работу.

Не накрашенная женщина улыбалась. Из-за того, что она королева, даже без макияжа была полна изящества.

Так, что за возмещение?

— Тебе всё возместят? То есть клиент... А? Это я?

Так, что-то странно.

Я начал переживать, но начальник кадров отмахнулся, сказав, что всё в порядке.

— У нас есть юрист и связи в полиции. Этим двоим будет подан запрос на возмещение убытков. Они должны будут оплатить лечение, компенсацию и работу в ночное время.

В определённом смысле худшее наказание.

— Вы что-нибудь сломали?

— А, стену в кафе.

— Я уже восстановил её, — вмешался Когути.

— Ах, боже, так с вами и Когути-сенсей был. Вот повезло. И то уже проще. Эта рана... Вы в порядке?

Он только сейчас Когути заметил?

— Уже восстановилась, никаких проблем.

Рука и правда была в норме. Рукав подранный и в крови, но раны нет.

Чёлка всё ещё на лице, так что не ясно, о чём он думает.

— И правда вылечился.

— Скорее не вылечился, а вернул в изначальное положение. Моя сила позволяет не быстро залечить рану, а вернуть всё, как было, потому мне сложно работать с другими. Я меняю механизм предметов. К сожалению, вашу болящую голову я не могу сделать такой же, как она была.

Когда он сказал, лицо, по которому ударил преследователь, запульсировало болью. И во рту рассечение. Видать из-за алкоголя боль притупилась. И всё тело болит. Заставили старика побегать. Завтра мышцы ныть будут. Хуже не бывает.

— Заскочим в компанию для оказания помощи.

— А, спасибо, сенсей.

Хотелось сразу вернуть домой и завалиться спать, но завтра будет только хуже.

— Я увидел, как работают в поле. Было довольно интересно.

Рад за него. Но он это серьёзно?

— Откуда берётся твоя сила, вам не казалась это странным?

Я посмотрел на сигарету и согласился с ним.

Это дыхательная способность, она активируется при взаимодействии с огнём, так мне объяснили, но смысла я не понял. Что вообще за дыхательная сила?

— Откуда взялась моя сила, чем я отличаюсь от обычных людей, почему нельзя вернуть живых существ, эти вопросы кроются внутри тела, в механизме, в генах, и если постараться, возможно получится понять. Для этого я решил стать врачом. Но когда я учился, то понял, что не это хочу знать это. Я подумал, что помимо меня есть и другие люди со способностями, и пришёл в эту компанию, — Когути стал довольно разговорчивым. А потом он поправил очки. — Мията-сан, можно изучить ваш мозг после смерти?

— Всё же ты безумный учёный!

— Я пошутил.

Хватит так шутить с серьёзным видом. У тебя по лицу ничего не разобрать, не ясно, серьёзно ты или шутишь!

Я сунул сигарету в переносную пепельницу, подобрал выроненный окурок. Не хочу улик оставлять.

Потом я протянул руку сидевшему Кобаяси.

— Эй, ты в норме?

Я помог ему подняться.

— Что за фирма, в которой ты работаешь?

— Исследовательская.

Я достал визитку.

— Исследовательская фирма, где собирают людей с особыми способностями.

Кобаяси нахмурился:

— Фэнтези какое-то.

— Фэнтези, но вполне реальное.

— Работа же опасная? Тебе же постоянно приходится иметь дело вот с такими непонятными типами.

Эти непонятные типы так и продолжали тихо сидеть.

— Ты моя мамаша, что ли?

— Ой, да заткнись, — Кобаяси цокнул языком. Похоже опьянение уже прошло.

— Ну, главное, что не выжимают как в той конторе.

Хотя я в этом не сильно уверен.

— Тут веселее, чем на старой работе, так что меня всё устраивает. Только вокруг одни чудики.

Правда работа в поле выматывает. В офисе лучше. И напарница уже достала.

— Не говорите про чудиков!

Эх, да, да.

Звук сирен приближался. Плохо, если возьмут, мурыжить долго будут. Уже на собственном опыте знаю. До того, как устроился, вообще ведь не знал. Хотя узнавать об этом не хотелось.

Теперь надо поймать такси и отправить Сузуки домой. Ох, устал.

— Сколько раз вам говорила, чтобы на улице не курили! — прозвучал громкий голос девушки. Прямо на всю ночную улицу.

«Ах, да, да. Прости», — это уже привычка какая-то. Я убрал сигарету в карман.

— Эй, ты идти-то можешь?

— Могу! — уверенно ответила Сузуки, только её ж шатает. Эх, как же надоело.

— Уходим отсюда. Я тебя на спине донесу.

Я вспомнил, как она говорила о том, что не попросит помощи у того, кто палец о палец ради других без оплаты не ударит. Думал жаловаться станет, но помощь приняла. Всё же она тяжёлая.

Возле уха я услышал её голос, причём похоже настроение у неё хорошее.

— Мията-сан, вас уже не так шатает, как раньше. Какой вы молодец.

На вечеринке выпила и потом ещё, девушка совершенно пьяна. И язык уже плохо ворочается.

— Я уже в горах набегался, стал крепче.

— И это хорошо. Вам надо больше тренироваться!

Мы миновали аллею, направились в хорошо освещённое место. А там, оставив поток машин большой дороги, к нам бежал начальник.

— Похоже я опоздал. Простите, — непринуждённо обратился он. — Хорошо, что вы в порядке. Ува, Мията-кун, похоже вам было больно. Когути-сану вроде тоже немного досталось.

Ува, этого не хватало. Надо ведь отчитаться, но я устал и неохота.

— Начальник отдела кадров сказал, что сам со всем разберётся. Сакаэ с ним остался.

— Ах, он уже здесь. Быстро же. Я как руководитель тоже должен показаться. А вы возвращайтесь.

— Вы настолько уверены, что полиция нам поверит?

— У нас ведь там связи, — улыбнулся он. — Воздух взрывался, огонь разлетался, вода шевелилась, а улик не осталось, а свидетели хоть и есть, им никто не поверит. Но нельзя же просто оставить это дело. Разобраться со всем — наша работа.

Взрыв в моём туалете они тоже списали на устаревание или протечку? Хотя не туалет взорвался, а стена.

До этого тоже приезжала полиция, но потом всё оказывалось чисто, больше никто не приезжал.

— Хотелось бы, чтобы преступления людей с особыми силами расценивались как обычные преступления, но всё не так просто.

Люди в чёрном, да? Хотя рты мы не затыкаем.

Странная организация, которая занимается странными явлениями и необычными происшествиями. А ещё компания, которая даёт место людям со способностями. Хотя в этот раз получилось так себе.

Мы сами создаём странные огни и шум, превращаясь в городские легенды.

— То ещё счастье.

Я понял, что сказал это вслух и усмехнулся.

Поправив Сузуки на спине, я достал сигарету и сунул в рот.

— Заработаете рак лёгких, это будет считаться производственной травмой, — улыбнулся начальник.

— Кто знает, но думаю, не заработаю.

Да.

Дальше нас ждала большая проезжая часть. Было поздно, так что поезда уже не ходили, но это не значит, что машин нет, и повсюду слышались голоса людей. Радостные и гневные. Эх, обычная жизнь.

Надеюсь, стоянка такси уже недалеко. Я думал поймать машину, когда заговорила Сузуки.

— Мията-сан, я устала! Угостите меня колой!

— Притихни. Ты вообще-то даже не идёшь. И я угощу, только помолчи.

— Сегодня в качестве награды я согласна ограничиться колой, — спокойно говорила позади меня Сузуки.

Наверное это что-то вроде попытки примириться.

Я сам говорил, чтобы она не торопилась на эмоциях, но положился на её чувства. К тому же я говорил, что не буду работать даром, и при этом попросил сделать это девушку, которая по сути никто для меня. О чём-то таком и начальник кадров говорил. Неправильно заставлять других делать то, что сам не делаешь.

— Спасибо.

Я поставил Сузуки на землю и пошёл к автомату купить колу. Девушка улыбнулась.

— Теперь по одной за каждое последнее задание!

— Не наглей.

Сузуки взяла бутылку и принялась пить. Пока пила, было тихо. Она кто, ребёнок. Хотя дети саке не держат, пока колу пьют.

В общем пока Сузуки молчала, я искал такси.

— Знаете, Мията-сан, вам чувства опасности не хватает!

Эффект колы длился недолго. Половина ещё осталась, могла бы ещё попить.

— Помолчи, ты что, мамаша моей подружки?

— Вроде уже взрослый, а ведёте себя беспечно, позволили чёрной компании вас захватить, странному типу напасть, с Сакаэ сблизились.

— С Сакаэ проблем не вижу.

Наконец нашёл. Вторая машина после возвращения Матсуситы-сан.

— Всё, езжай домой.

Я стал усаживать на заднее сидение девушку с саке и колой.

— Сузуки, — обратился я к ней, когда она села. Её глаза были направлены на меня. — Спасибо, выручила.

Она улыбнулась.

— Рада знать, — а потом громко продолжила. — Увидимся на работе!

— Да.

— Не попадитесь в полицию с вашим-то лицом! Вы подозрительно выглядите!

Да притихни ты.

Я подошёл к водителю, сказал, что можно ехать. Дверь заблокировалась, а Сузуки всё ещё что-то говорила. Она бодро замахала рукой. Колу не тряси, потом пена будет.

Ничего не оставалось, я тоже ей помахал. Не дожидаясь, пока такси растворится в волне машин, я направился к Кобаяси и Когути.

Теперь надо заехать в компанию и помощь получить.

Рабочая неделя только началась.

Рад познакомиться. Меня зовут Сакура Син.

Спасибо вам, что держите эту книгу в руках. Эти история взяла приз на «конкурсе развлекательных книг, которые интересно было бы прочитать взрослым».

Изначально это планировалось, как короткая история в сети на шесть тысяч иероглифов. Надо было написать произведение по заданной теме, выложить анонимно и после прочтения других работ поделиться мнением. Не только тема, стиль и ритм подачи текста, обсуждались привычки и знаки препинания; обсуждалось вообще всё, а у меня возникли сложности ещё на вопросе темы. Ей был «огонь», и я думал, сойдут ли сигареты, «А вдруг про сигареты фэнтези писать нельзя?», «Может сделать главным героем тридцатилетнего мужчину, про какого я не писал раньше?», вот как-то так и был заложен фундамент для этой истории.

Я всё думал, о структуре, и в итоге произведение получилось длинным, и я решил его опубликовать, но всё ломал голову «Кому нужна история про тридцатилетнего курильщика?», «Как ранобе для подростков это явно не подходит», «Слишком легко получилось, широкой публике не понравится», а тут конкурс «Требуется взрослый мужчина на роль главного героя! Иные миры и перерождения не предлагать!», и я понял «вот оно», и решил участвовать.

В итоге я выиграл, и зашла речь об издании книги, вот уж и правда не знаешь, что жизнь уготовила.

Под конец я хочу поблагодарить всех, кто поддерживал меня, редакторский отдел Novel Zero, который заприметил это произведение, моего редактора, который направлял меня, нарисовавшего такой милой взрывную Сузуки Ману Какковарай-сама, всех тех, кто принимал участие в издании и поддерживавшую меня семью.

Для меня счастье осознавать то, что вам хоть немного понравилось.