Млечный шиноби (Новелла) ShImUrI Герой оказывается в теле мальчишки из клана Кагуя — ещё до того, как начнётся Первая Мировая Война Шиноби. Он развивает свой Кеккей Генкай и понемногу влияет на канон. Посвящение: активным читателям и тем, кто преданно ждёт! ==================== Пролог Вечерний лес в Стране Медведей всегда отличался своей красотой и природным спокойствием. В отличие от лесов Страны Огня, здесь они не были столь высокими и густыми. Медленно прячущееся за хвойными ветвями солнце постепенно оставляло это место без света. Животные, ведущие ночной образ жизни, выходили из своих нор, а дневные, наоборот, старались как можно быстрее оказаться в безопасном месте. Птицы, являющиеся вечными спутниками любого леса, также прекращали исполнять свои излюбленные трели. Ветер потихоньку утихомиривался, кроны деревьев больше не колыхались. Постепенно различные звуки сходили на нет. Лес умолкал. Но волшебная тишина долго не продлилась: её нарушили люди. — Быстрее! Быстрее! Нам нужно оторваться! Осталось совсем немного до Страны Огня! По лесу бежало два силуэта. Мужчина и женщина. Они оба имели белые волосы с необычным зигзагообразным пробором, бледную кожу и зелёные глаза. Отличительной чертой обоих были две алые точки на лбу, а также тёмно-красные маркировки под глазами, которые делали их более выразительными. Женщина носила светло-голубое боевое кимоно, обвязанное золотым поясом. На ногах у неё были деревянные сандалии, которые, впрочем, не особо мешали ей бежать с нечеловеческой скоростью. Мужчина был одет в синие доспехи, характерные для шиноби Киригакуре. Они состояли из многочисленных пластин, которые составляли нагрудник, набедренные и наплечные щитки. Под бронёй он надевал обычную водолазку и плотные штаны. Обут он был в высокие сапоги, являющиеся хорошим примером защиты и многофункциональности, что, однако, уравнивалось потерей манёвренности. Однако кроме них с ними был ещё один человек. Ребёнок, что в данный момент с непонимающими глазами, полными страха, вжался в спину нёсшего его отца. На вид ему было не больше десяти, но уже сейчас можно было с уверенностью сказать, что по внешности он не сильно отличался от своих родителей. — Кайоши, сколько нам ещё? — повернувшись лицом к своему мужу, женщина пыталась не поддаваться панике, больше всего на свете волнуясь за своего сына. — Мы почти добрались до границы. Когда перейдём через неё, нас перестанут преследовать. В ином случае Страна Огня начнёт войну против Страны Воды, — напряжённо выдохнул мужчина, поудобнее обхватывая за спиной своего сына. — Почему они просто не оставят нас в покое? Мы же ничего не сделали… — едва сдерживая слёзы, прерывисто проговорила его жена. — Майя… — тяжело выдохнул Кайоши. — Они… кгх… Мужчина пошатнулся и чуть не врезался в пролетавшее мимо дерево. Упасть ему не дала супруга, придержав за плечи. Затем, когда он благодарно кивнул, она с ужасом уставилась на стремительно расползающееся пятно крови на его одежде. — Твоя рана вновь открылась! — со страхом в глазах воскликнула она. — Нужно тебя подлатать, иначе ты потеряешь слишком много крови! — Ксо… — прошипел сквозь зубы Кайоши, прижимая руку к ранению. — У меня уже не хватает чакры, чтобы регенерировать с помощью Шикоцумьяку… А на то, чтобы меня перевязать, у нас уже… — Нет времени! Внезапно позади напрягшихся до предела супругов появился отряд шиноби. Все они были одеты в стандартную одежду ниндзя Кири, состоящую из чёрных рубашек, поверх которого были надеты бронежилеты серого цвета, брюк, сцепленных защитным поясом, а также браслетов на предплечьях и наголенников, заканчивающихся около коленей. Один из них, который носил жилет джонина, вышел вперёд с вытянутым в сторону парочки мечом. — Вы, жалкая кучка предателей, должны быть уничтожены! Киригакуре не прощает тех, кто трусливо из неё сбегает! — А Киригакуре хоть что-нибудь делает на благо своих жителей? — довольно смело высказался мужчина, опустив сына на землю и спрятав его за спиной. — Или его волнует лишь войны и захват чужих территорий? — О... А я бы никогда не подумал, что Кагуя будет сторониться битв… — насмешливо хмыкнул шиноби Кири. — Вы же только и жаждете умереть в пылу сражения! — Наш клан составляют безумцы. Мы не такие! — повысил голос Кайоши, когда разговор добрался до людей из их клана. — И мы не собираемся служить психам, у которых в голове лишь жестокость и насилие! — Именно поэтому вы и предатели, — прикрыв глаза, неожиданно спокойно и расчётливо отрезал джонин. — А с такими разговор должен быть коротким! С этими словами он, воткнув меч в землю, на скорости, характерной для шиноби его ранга, начал складывать ручные печати. — Стихия Воды: Всемирный Потоп! Буквально из ниоткуда вылилось огромное количество воды, которая в быстром темпе заполонила собой изрядную часть леса. Мощь волны столь разрушительной техники должна была потопить трёх кажущихся на её фоне мелкими пылинками людей. Однако не зря супруги из клана Кагуя также считались высококлассными шиноби. Воспользовавшись силой Кеккей Генкая, Майя смогла воздвигнуть перед членами своей семьи монолитную костяную стену, которая по прочности ничуть не уступала самой крепкой стали. Водная стихия стремительно огибала преграду, будучи не в силах сквозь неё пробиться. — Стой здесь и не выходи! — напитав стену дополнительным количеством чакры и покинув своё укрытие, куноичи серьёзно посмотрела на сына, который на этот приказ поспешил судорожно кивнуть и, дрожа, спрятаться за преградой. Но враг и не думал концентрировать всё своё внимание на супругах. Каждый из них понимал, что использовать слабость противника — вот ключ к победе. Именно по этой причине главной целью шиноби стал мальчик. — Убить мальца в первую очередь! — приказал джонин Кири, доставая клинок из земли и вместе с ним побежав в сторону вооружившегося костяным мечом Кайоши. — Хай! — крикнули его подчинённые, собираясь обогнуть технику Шикоцумьяку и забрать жизнь юного представителя клана Кагуя. — Не позволю! Увидев, как солдаты толпой выдвинулись в сторону её сына, Майя, прорычав, словно дикий зверь, который изо всех сил хотел спасти своих сородичей, без страха бросилась на своих противников. В отличие от мужа, сражавшегося до этого с шиноби Кири, она не успела потратить всю свою чакру, а потому всё ещё могла задать жару сразу нескольким шиноби одновременно. Воззвав к силе Улучшенного Генома, она в мгновение ока выпустила из практически всех частей своего тела десятки острых и очень прочных костей. Теперь, когда она с любой стороны была защищена своим Кеккей Генкаем, в тайдзюцу с ней никто не сможет сравниться. — Ну давайте! Попробуйте добраться до моего сына! Я вас в клочки разорву! Всех вас! *** — Хм… что здесь произошло? На поляне в некогда уютном вечернем лесу остановились четверо шиноби с протекторами Конохагакуре. Их миссией являлся патруль границы со Страной Медведя, но недавно, когда их сенсор почувствовал довольно сильные эманации чакры на этой территории, ниндзя Листа были вынуждены выдвинуться и проверить. Увиденное заставило даже бывалых воинов в период Сенгоку Джидай осматривать творящийся хаос круглыми от удивления глазами. Вокруг лежали мёртвые тела. Слишком много мёртвых тел. Практически все они носили хитай-ате Деревни, скрытой в тумане. Каждый из них погиб из-за колотых или резаных ран, которые обычно наносятся с помощью меча. Некоторые из шиноби Кири лежали без головы, другие — без остальных конечностей. Это была кровавая баня. Но было три погибших, которые отличались от остальных. Их внешность, отсутствие налобных протекторов и раны были теми особенностями, из-за которых их нельзя было приписать к шиноби Киригакуре. Однако членов клана Кагуя и их фирменный Кеккей Генкай не узнать было просто невозможно. Повсюду валялись человеческие кости, являющиеся различными оружиями для убийства. В некоторых местах можно было даже обнаружить небольшие костяные отростки в виде фаланг пальцев. Однако самым главным доказательством того, что здесь полегли представители безумного клана из Тумана, было то, что из их тел до сих пор торчали собственные кости. Но, конечно, не это было причиной их гибели. Вероятнее всего, они смогли победить всех своих противников, но затем, из последних сил добравшись до своего ребёнка, они скончались от многочисленных ран и потери крови. Их дитя, к сожалению, с ног до головы покрытое алой жидкостью, также… — Капитан! — удивлённо воскликнул один из тройки подчинённых, являющийся начинающим меднином, и который сейчас обследовал тело мальчика техникой мистической руки. — Ребёнок всё ещё жив! Он ранен, сердце еле бьётся, дыхание прерывистое, но он ещё не погиб! — Всё ещё отчаянно цепляешься за жизнь, даже находясь на грани смерти? — хмыкнул командир отряда шиноби Конохи, подходя к лежащему на покрытой кровью земле телу. — Нам бы таких бойцов… Интересно… — он ещё раз оглядел поле битвы. — Если твои родители сражались насмерть с отрядом Кири, значит вам там сейчас не рады. Что ж… Мужчина выдохнул, раздумывая о том, какими могут быть последствия от подобного решения. Туман будет весьма озабочен тем, что в Конохе станет жить представитель клана Кагуя. Они не захотят, чтобы один из их сильнейших Улучшенных Геномов был изучен другой деревней. Однако плюсов от этого было всё-таки больше, чем минусов. Времени оставалось всё меньше и меньше, а потому, взвесив все «за» и «против», он, наконец, отдал приказ: — Залечи его раны и позаботься о нём некоторое время. Я пока вызову человека, который отнесёт его в Коноху. — Есть, командир! Спасая жизнь мальчика из чужой деревни, ирьенин никогда бы не подумал, что даровал тем самым вторую жизнь другому человеку, который только что погиб в своём мире… ---------- Том 1 Глава 1 За всю свою довольно короткую жизнь семнадцатилетний Ясухиро не раз попадал в больницы с переломами всевозможных костей. Ещё при рождении, когда он умудрился сломать в теле половину из них, врачи поставили ему диагноз несовершенный остеогенез. Тогда им с огромным трудом удалось спасти новорожденного ребёнка, однако подобные травмы с тех пор стали его постоянным спутником. Несовершенный остеогенез — это генетическое заболевание, характеризующееся повышенной ломкостью костей из-за недостатка количества или качества коллагена. У Ясухиро диагностировали третий тип остеогенеза, который сопровождается тяжёлой деформацией конечностей, проблемами с дыханием, невысоким ростом и искривлением позвоночника. Ему, можно сказать, повезло, что это был не второй тип, ведь с ним человек может прожить не больше года. Но мальчик никогда особо не вдавался в подробности своей болезни. Ему хватало знания того, что если он ударится о твёрдый предмет даже с небольшой силой, то можно будет смело обращаться к врачу с очередным переломом. Ему крупно повезло, что родители о нём действительно заботились, и что они его любили. Если бы не их поддержка, советы и помощь, то кто знает, сколько он в итоге смог бы прожить. Да, из-за подобного заболевания ни о каких походах в школу и речи не могло идти. Даже обычный выход на улицу мог привести к фатальным последствиям. Именно поэтому образование он получал на дому вместе с учителем, который приезжал каждый день и с усердием преподавал нужные предметы. Конечно, как тут не быть усердным, когда тебе платят двойную ставку… Родители Ясухиро не были бедны. И это был ещё один плюс для него, учитывая его проблему. Они периодически возили его на всевозможные обследования, отправляли к лучшим докторам, тратили приличную сумму на лекарства и физиотерапию. Но всё это было бесполезно против заболевания генетического уровня. Из-за вынужденного затворничества у мальчика не было друзей, и он практически ни с кем не общался. Лишь учитель, родители и их родственники были единственными, с кем он имел возможность поговорить. Отсутствие социальных контактов и неучастие в процессе социализации привели к тому, что он рос тихим замкнутым ребёнком без каких-либо навыков общения с незнакомцами. Общество его пугало, а большое скопление людей заставляло испытывать мелкую дрожь. С другой стороны, он мог изучать окружающий мир хотя бы с помощью интернета, фильмов и сериалов. Особенно ему нравились мультфильмы, в которых он сквозь чрезмерную эмоциональность героев и сюрреалистичность сцен всегда находил для себя нечто интересное, что заставляло его о многом задуматься. Например, о том, что его жизнь не так уж и плоха, что есть куда более ужасные случаи. Несовершенный остеогенез можно было сравнить с ходьбой по минному полю. Никто не мог дать гарантии, что в любой момент произойдёт что-то из-за чего жизнь «хрустального человека» может внезапно прерваться. К сожалению, эта участь не обошла стороной и Ясухиро. Вообще в доме для него практически ничто не представляло опасности. Его родители уже давно поняли, что даже если он случайно заденет твёрдый предмет, никто не даст гарантии, что это ему не навредит. А потому все стены, пол и мебель в доме были покрыты мягкими материалами, предотвращающими жёсткие столкновения. Однако есть проблема, которая не может решиться с помощью простых мер предосторожности. Она не зависит от человека, и предотвратить её невозможно. И название этой проблемы — землетрясение. Чудовищная по своей силе природная катастрофа сотрясла весь дом и находящегося в нём подростка. Родители были на работе, учитель в отпуске, из-за чего лишь он остался в особняке. В тот момент, когда с потолка начали падать люстры, переворачиваться шкафы, а пол покрылся трещинами, семнадцатилетний Ясухиро понял, что пришёл его конец. Да, безусловно, он боялся смерти, как и любое другое живое существо. Однако с учётом его болезни, он был к ней морально готов. Его сознание постепенно угасало, непомерная боль отходила на второй план, сердце замедляло свой темп, а дыхание становилось всё более редким. «Жалко родителей… Они так много для меня сделали…» Это было последнее, о чём он подумал, прежде чем отправиться в иной мир. *** Просыпаться было тяжело. Ясухиро имел печальный опыт потери сознания, после которого он со стопроцентной вероятностью оказывался в больнице. Но сейчас на его памяти это было самым трудным пробуждением. Тело всё ещё испытывало фантомные боли от переломанных либо сдавленных под обрушившимся потолком костей. Радовало лишь одно: если он чувствовал боль, значит, он был всё ещё жив. Вероятнее всего, спасатели успели вовремя вытащить его из-под завала, а врачи в очередной раз совершили чудо, не дав ему умереть. Как постоянный посетитель всевозможных больниц, Ясухиро наизусть помнил запахи и звуки медицинских учреждений. И если с первым сейчас проблем не возникало: повсюду расстилался запах лекарственных средств, крови и стерильного оборудования, то вот со вторым появлялись вопросы. В комнате была гробовая тишина. Не было привычных периодических звуков работающего электрического аппарата или переговоров врачей и посетителей за дверью палаты. Лишь тихое лязганье металлическими инструментами свидетельствовало о том, что в комнате был кто-то ещё. Гадать он мог сколько угодно, но нужно было убедиться, что его предположения соответствовали правде. Собравшись с силами и приготовившись увидеть перед собой белый свет от яркой лампы и своего лечащего врача, он предпринял попытку приподнять веки. Врач был. Но он был точно не тем, кого ожидал увидеть Ясухиро. Комната оказалась скорее лабораторией, чем кабинетом хирурга. Внутри царил мрак, и лишь одна тусклая лампочка, висевшая над мальчиком, кое-как освещала помещение. Но даже этого хватало, чтобы разглядеть в полутьме очертания стеклянных колб, наполненных странной жидкостью, внутри которых можно было заметить человеческие органы. Увиденное заставило Ясухиро остолбенеть от страха. Его сердце начало отбивать бешеный ритм, а тело покрылось липким потом. Его взгляд блуждал от одного глазного яблока к другому, от всё ещё пульсирующего сердца до разрезанной надвое печенью. Прежде чем из него вырвался наполненный ужасом крик от непривычной для его мягкого характера картины, тишину нарушил мужчина, всё это время стоявший к нему спиной и с интересом ковыряющийся в теле мёртвого человека: — Если заорёшь, я перережу тебе глотку. Голос был холодным и жёстким. В нём были слышны шипящие нотки, которые обычно присущи змеям. Теперь Ясухиро помимо страха испытывал и удивление. Он хоть и был слабым духом, но на смекалку никогда не жаловался. Сложить два и два было нетрудно, особенно учитывая внешность говорившего. Это был мужчина средних лет с чрезвычайно бледной кожей, длинными чёрными как смоль волосами и жёлтыми глазами со змеиным зрачком. Его губы были плотно поджаты, а по его каменному лицу нельзя было сказать, о чём он сейчас думал. Носил он традиционный медицинский халат белого цвета, состоявший из тонкого плаща, под которым виднелся жилет джонина Конохи, узких штанов и открытых сандалий. На руках у него были надеты простые медицинские перчатки, которые в данный момент были от начала и до конца пропитаны кровью. «Неужели это… он? Я что, один из его подопытных? Как это вообще произошло?» — подобные мысли пролетали в сознании Ясухиро со скоростью света, пока он пытался сдержать рвотный рефлекс от вида выпотрошенного трупа. — Снова провал… — вновь заговорил неизвестный, поддерживая на лице маску отстранённости. — Бесполезный кусок дерьма. С этими словами он закончил свою кровавую работу, сбрасывая мёртвое тело со стола в специальную прямоугольную коробку, которая была пугающе похожа на гроб. Затем, показательно медленно снимая с рук запачканные перчатки, он, наконец, повернулся к терпеливо ожидающему Ясухиро. — Я вижу в твоих глазах узнавание… Откуда ты можешь обо мне знать? Теперь в его голосе можно было услышать сильное подозрение. Его и без того необычный зрачок сузился до невообразимой степени, из-за чего новая волна страха накатила на мальчика. — Я… Я… — только и вырвалось из пересохшего рта Ясухиро, который был попросту не в силах твёрдо ответить в подобной ситуации. К счастью, прежде чем мужчина начал задавать ему новые, более каверзные вопросы, в комнате появилось новое лицо. — Отец! Представь, сегодня все мои кунаи попали в цель! Скоро я уже смогу… Мужчина шумно выдохнул, прервав тем самым своего отпрыска. — Орочимару! Сколько раз я тебе говорил, чтобы ты не врывался ко мне в лабораторию и не отвлекал меня от работы?! — неожиданно для всех он чуть ли не выкрикнул эти слова, прожигая своего сына пренебрежительным взглядом. — Вон отсюда! — Но… — прежде радостная улыбка мальчика шести лет, который был поразительно похож на своего родителя, тут же сошла на нет, а сам он непонимающе уставился на отца. — Вон! — ещё раз повторил он, раздражённо махнув на Орочимару рукой. После этого мальчика и след простыл. Ясухиро мог поклясться, что видел собирающуюся влагу в его глазах, отчего становились ещё более непонятны причины произошедшего. Да и вообще, только сейчас, после того, как мужчина назвал имя своего сына, он убедился, что оказался в мире чакры и бесконечных сражений. Из-за осознания подобного Ясухиро приложил все свои силы, чтобы вновь не потерять сознание. «Как так получилось-то?..» ---------- Том 1 Глава 2 Новая волна паники захватила сознание Ясухиро. В его голове попросту не укладывалось, что он смог каким-то чудом перенестись в другой мир. А то, что это был именно другой мир, он почему-то не сомневался. Если верить тому, что имя ушедшего пару мгновений назад было действительно Орочимару, то складывалась не самая радужная картина. Ясухиро был не идеально, но хорошо знаком со вселенной Мира Шиноби. Этот сериал ему когда-то очень нравился, вплоть до того, что он мог даже без отвращения посмотреть практически все филлеры. Но сейчас в его голове, словно молот о наковальню, билась мысль, что лучше бы он ничего о нём не знал… Кровь, убийства, войны… Всё это вгоняло застенчивого подростка в ужас. Одно — смотреть на это всё через экран монитора, совсем другое — стать свидетелем подобного вживую. Ещё одна неудача Ясухиро была в том, что, похоже, он попал во времена Первых Мировых Войн Шиноби — в самый кровавый период этого мира. Да, в Четвертой войне погибло намного больше людей, однако та война длилась от силы пару дней. Первые три же гремели на протяжении нескольких лет… — Так и будешь молчать, словно язык отрезали, или уже, наконец, скажешь мне своё имя? Раздражённый голос напомнил о том, что перерожденец в комнате до сих пор был не один, вырывая его из своих размышлений. — П-простите, господин, — заикаясь, пролепетал мальчик. — Меня зовут Ясухиро. — Мне не нравится твой страх и то, как ты ко мне обращаешься, — фыркнул неизвестный «врач», устрашающе нависая над «пациентом». — Называй меня Ичиро. Без всяких «господинов» и других проявлений раболепия. Терпеть это не могу. — Х-хай, Ичиро-сан, — набравшись смелости, ответил мальчик. Мужчина дёрнулся, будто бы желая вновь разразиться отборной желчью в сторону паренька. Удивительно, однако на этот раз он воздержался. Вместо этого он лишь на секунду прикрыл глаза, а затем начал тихо, практически полушёпотом говорить: — Когда я тебя обследовал, то нашёл в твоей голове аномалию. Это очень похоже на амнезию. Скажи, что последнее ты помнишь? Ясухиро глубоко задумался. За всем этим удивлением о факте переноса в другой мир, а также из-за животного страха перед жутким Ичиро и его лабораторией, он совсем забыл подумать о себе. А если быть точнее, о своём теле. Всю свою жизнь он страдал из-за болезни. Затем случилось землетрясение, и он резко оказался на столе у учёного. Понятное дело, что он не смог бы выжить в том завале, а это значит, что он погиб. А теперь возникал вопрос: что стало с его телом? Лёжа, опустив взгляд и слегка приподняв голову, он постарался не воскликнуть из-за удивления. Можно даже сказать, из-за глубочайшего шока. В прошлой жизни он смог дожить до семнадцати лет. Да, болезнь замедляла его рост, однако даже тогда руки и ноги у него были значительно длиннее, нежели сейчас. Туловище, которое в данный момент было оголено по пояс, также претерпело изменения: оно хоть и было меньше, однако под ним не были видны деформированные рёбра. Хотя худоба была характерна и для него. Однако это было не единственным, что осталось от прошлого владельца тела. Помимо физической оболочки, Ясухиро унаследовал и его воспоминания. Далеко не все, конечно, однако кое-что с трудом удавалось вспомнить. — Меня зовут Ясухиро… Кагуя, — с небольшой запинкой начал рассказывать мальчик, параллельно сопоставляя вспомненное. — Мне десять лет. Я жил в Киригакуре с родителями. Мы были… не такими, как все. Изгоями. Нас не любили и считали чужими. Вскоре отец решил, что нам нужно бежать на другой конец мира. Главное, чтобы подальше от шиноби Кири и членов нашего клана. Во время бегства на нас напали, а дальше… — Ясухиро замолчал, отчаянно пытаясь вспомнить, что произошло в этот период времени. — Дальше я не помню… — Ясно… — на удивление спокойно протянул Ичиро, перестав испускать волны раздражения и недовольства. — Я не буду тешить тебя иллюзиями. Да будет тебе известно, что шиноби нашей деревни нашли тебя и твою семью в лесах Страны Медведей. К тому моменту, как они прибыли, твои родители были уже мертвы. Ты уцелел только чудом. Если бы тебя нашли спустя пару минут, ты бы уже погиб от потери крови. Несмотря на столь печальные слова, на душе у Ясухиро горько не стало. Нельзя было сказать, что ему было абсолютно всё равно на смерть родителей этого тела. Однако воспоминания мальчика уже успели смешаться с его собственными, отчего они стали казаться частью его самого. Он не будет страдать из-за их гибели, но некое чувство печали останется с ним ещё надолго. — Понятно… — всё, что и смог он сказать. — И это всё? — пугающе тихо и спокойно, но в то же самое время удивлённо протянул мужчина, начиная давить на окружающий мир своим Ки. — Судя по всему, здесь всего два варианта: либо у тебя стальной характер и ты умеешь идеально контролировать свои эмоции, что нихера не правда, если судить по твоему поведению минуты назад, либо в тебе больше генов сраных безумцев из Кагуя, чем я думал. Раз уж твоим ответом на весть о смерти родных будет всего лишь жалкое «понятно»! Ясухиро пришлось зажмуриться из-за колоссального давления, исходящего от отца Орочимару, который после его ответа разошёлся не на шутку. Ему никогда бы не пришло в голову, что так называемое «духовное давление» может так сильно повлиять на другого человека. Вот уж действительно, в такие моменты можно увидеть иллюзию собственной смерти… — Чего замолчал?! — рявкнул Ичиро, когда спустя минуту молчания мальчик так никак и не отреагировал, вжимаясь в койку. — И-извините, Ичиро-сан… — наконец пролепетал Кагуя. — Я п-плохо помню родителей… Возможно, из-за этого мои чувства к ним охладели… Мужчина раздосадованно хмыкнул, прекращая испускать Ки. Шумно выдохнув, он слегка прикрыл глаза, поставил перед кушеткой стул и уселся на него, развернув его спинкой к Ясухиро. — Хватит лежать. Я знаю, что тебе уже лучше. Садись, я хочу смотреть тебе в глаза. Перерожденец поспешил выполнить поступивший приказ. А то, как учёный это сказал, иным словом, как приказ, не назовёшь. Приняв сидячее положение и свесив ноги с койки, Ясухиро посмотрел на собеседника так, как кролик смотрит на удава. — О Ками… Долго же мне придётся выбивать из тебя забитого щенка… — пробормотал себе под нос Ичиро, а затем продолжил куда громче: — В общем, если бы не твоя генетика и приказ Хокаге, то ты бы уже был на его месте. Кагуя проследил за его рукой и сглотнул нервный ком, увидев выпотрошенный труп в ящике. — Так что считай, что тебе крупно повезло. Сам я ирьенин и учёный. Мне интересно изучать человеческое тело, познавать все его особенности и недостатки. Также меня увлекают Улучшенные Геномы. То, как они влияют на организм шиноби, почему они передаются по наследству и каким образом возникли изначально. Ты — Кагуя, в тебе есть Шикоцумьяку. А так как живого представителя твоего клана доставить в Коноху попросту невозможно, именно поэтому ты для меня будешь одним из самых ценных образцов. «Ценный… образец? Я… всего лишь игрушка в его руках?» — обречённо подумал про себя Ясухиро. «Но…» Неожиданно внутри мальчика проявилось нечто, что можно было назвать «волей», смешанным с «чувством собственного достоинства». Безусловно, он был очень мягким и ранимым, но абсолютно у каждого человека рано или поздно должен взыграть механизм психологической защиты самого себя от неблагоприятного окружающего мира. Вот и сейчас Ясухиро, сжимая добела кулаки, твёрдо взглянул прямо в ожидающие ответа глаза Ичиро, а потом сказал так непоколебимо, как никогда в жизни не говорил: — Я не объект исследования… не твой очередной эксперимент и не цель изучения! Я — человек! Комментарий к Часть 2 Чё-то батя Орыча наводит суету... ---------- Том 1 Глава 3 После таких дерзких слов в комнате воцарилась гробовая тишина. Ясухиро слышал собственное тяжёлое дыхание, будто бы он только что решился на серьёзный поступок. Лицо Ичиро, впрочем, ничего абсолютно не выражало. Он словно застыл восковой куклой, будучи не в силах дышать, разговаривать, да и вообще жить. Наконец, когда мальчику казалось, что прошло уже по меньшей мере целая вечность, мужчина отмер, начав тихо и резко выдыхать через нос воздух, что впоследствии превратилось в жуткий смех. — Хе-хе-хе… Ну, наконец-то… — всё ещё странно подёргиваясь и поддерживая на лице довольный оскал, медленно протянул он. — Значит, у тебя уже прорезались клыки… Хорошо, в таком случае, я перейду к тому, о чём хотел с тобой поговорить ещё в самом начале твоего пробуждения… О твоём будущем. Сердце подростка вновь сжалось от страха. Казалось бы, градус напряжения только-только сошёл на нет. С другой стороны, сейчас Ичиро вновь заставлял испытывать ужас при одном лишь взгляде на его змеиные глаза. Вспомнив слова собеседника о том, что ему не нравится проявления страха, Кагуя сразу же попытался собраться с силами, что, откровенно говоря, вышло не очень. Ведь Ясухиро действительно понятия не имел, что могло прийти в голову безумному учёному, коим сидящий напротив мужчина и являлся. Его с лёгкостью могли убить, поработить или пустить на опыты. Но самым страшным было то, что он в любом случае ничего с этим поделать не мог. Однако Ичиро, сделав вид, что не заметил изменений в поведении мальчика, продолжил как ни в чём не бывало: — Так получилось, что главным приоритетом для меня является решение моего командира, нежели моё собственное мнение. А так как Хокаге-сама приказал обучать тебя искусству ниндзя, то моим долгом будет выполнить этот приказ во что бы то ни стало. Но, как я уже не раз до этого говорил, тебе крупно повезло, ведь твой Кеккей Генкай меня очень заинтриговал. Эта твоя особенность, кстати, и стала одним из аргументов, почему тобой заинтересовался сам Глава Конохи и распорядился, чтобы ты прошёл обучение шиноби. Всё это в совокупности привело к тому, что теперь ты мой ученик… Ясухиро от шока попросту потерял дар речи. Все его догадки рассыпались прахом, когда до него дошли сказанные слова, которые, казалось, нельзя было услышать даже во сне. Каков был шанс, что произойдет нечто подобное? Минимальный. Именно поэтому всё, что оставалось ему сделать, так это принять новую реальность такой, какая она есть, и постараться не ударить в грязь лицом. Очень осторожно и медленно начав опускать босые ноги на пол, Кагуя ожидал привычной боли, наступающей всегда, когда он ходил без трости. Однако сейчас, к его приятному удивлению, она не наступила. Неуверенно встав на леденящую стопы плитку, он сложил руки по швам, прикрыл глаза и низко поклонился. — Хай! Сенсей… *** Оказалось, что лаборатория Ичиро находилась в одной из частей подвала его собственного дома. Он аргументировал это тем, что можно не терять время на дорогу и не отвлекаться от работы из-за житейских мелочей. Сам дом был не большим, но и не маленьким. Хотя, учитывая, что в Конохе в это время были либо клановые кварталы, либо многочисленные общежития, иметь отдельный участок — уже показатель высокого статуса. Ведь не каждый мог себе позволить подобное в недавно отстроенном городе. Здание было возведено в основном из дерева. Вместо дверей здесь были сёдзи — бумажные движимые перегородки, которые крепились на деревянной раме. Жилище имело всего один этаж, однако уходило в землю на два. Под землёй один уровень был предназначен для запасов еды и оружия, а другой целиком и полностью занимала лаборатория. Когда Ичиро проводил короткую «экскурсию» по дому, в котором Кагуя, оказывается, будет жить до тех пор, пока является его учеником, Ясухиро отметил, что, похоже, помимо самого отца семейства и Орочимару, здесь больше никто не жил. Имеется в виду, что никакого намёка на присутствие мамы будущего змеиного Саннина тут не было и в помине. Вообще, насколько мальчик помнил, в сериале о родителях Орочимару было сказано ровным счётом ничего. Была только сцена, где он стоял перед их могилой, разговаривая с Сарутоби Хирузеном. Больше никаких упоминаний. Даже имена их оставались неизвестными. Но раз уж Ясухиро лично встретил его живого отца, то и мать должна была быть… Хотя… К сожалению, судя во всему, она уже покинула этот мир. Именно поэтому перерожденец решил проявить тактичность и не затрагивать эту тему в разговоре с учёным. Самого Орочимару в доме уже не оказалось. Вероятнее всего, он, услышав довольно резкие слова отца, поспешил как можно скорее оказаться подальше от этого места, сбежав в одном лишь ему известном направлении. Ичиро это прокомментировал так: «Пусть побудет наедине с самим собой, подумает о своём поведении и сделает соответствующие выводы». Нельзя было сказать, что Кагуя поддерживал такой способ воспитания. Его родители всегда окружали его заботой и поддерживали в трудную минуту. Именно они были теми, на кого он равнялся, и кого он любил всем сердцем. Но, возможно, он был ещё слишком неопытным, чтобы советовать взрослому мужчине то, как нужно воспитывать детей. Ведь он и сам ещё фактически оставался ребёнком. Поэтому, прикусив язык, он молчаливо поплёлся за сенсеем, который повёл его в город, дабы показать его основные достопримечательности. Как и было сказано в мультфильме, многие здания в нём были отстроены лично Хаширамой Сенджу. И это было прекрасно видно, если смотреть на материал большинства построек. Ясухиро не мог не отметить, что Коноха ещё не совсем походила на ту, которая была в сериале во время жизни главного героя. Много чего ещё не было построено. Но с другой стороны, большинство важных объектов, которые отложились в его памяти, уже стояли. Это были, например, Резиденция Хокаге, госпиталь, здание полиции, где всем заправляли Учихи, Академия Ниндзя… Ничего особенного, впрочем, тоже не было. Обычная деревня городского типа. Выделялось лишь две необычные вещи: Монумент Хокаге, на котором в данный момент красовалось лишь одно лицо Хаширамы Сенджу, и огромная стена вокруг Конохи, которая даже издали поражала своими размерами. "Значит Первая Мировая Война ещё даже не началась..." Знакомые лица Ясухиро, однако, не встретил. Вероятно, дело было в том, что до главных событий сериала нужно было ждать ещё несколько десятков лет, с другой стороны, вполне возможно, что этот мир отличается от представленного в мультфильме, и здесь некоторых персонажей может попросту не существовать. В любом случае сегодня ничто не могло омрачить настроение Кагуя. Мало того, что теперь он находился в ином мире, где сможет поучаствовать в некоторых интересующих его событиях, так ещё и переродился в новом теле, которое и знать не знает о старой болезни! А о том, что впереди его ждут тяжелейшие испытания, сражения насмерть и адские тренировки, начало которых будет уже с завтрашнего дня, он старался не думать... Комментарий к Часть 3 Кто за то, чтобы в следующей главе Ясухиро немного пострадал? Во Имя Силы Юности, конечно! ---------- Том 1 Глава 4 — Ну и какое же твоё первое впечатление о ребёнке Кагуя? Кабинет Хокаге. Это помещение появилось относительно недавно, вместе с постройкой всей Резиденции. Мебели здесь было немного: лишь массивный рабочий стол, кожаное кресло и длинный диван, стоящий перпендикулярно. Даже несмотря на новизну и крепость стола, он уже будто бы прогибался от огромного количества макулатуры, стопками лежащей на нём. На стене висел портрет Хаширамы Сенджу, Первого Хокаге Конохагакуре но Сато, который в данную секунду сидел в кресле и внимательно слушал говоривших. Молодым правителем Листа был высокий мужчина со смуглой кожей и тёмными глазами. У него были чёрные волосы длиною по пояс с двумя локонами, обрамляющими его лицо. Одет он был в традиционную мантию главы деревни, состоящую из хаори белого цвета с красным низом, и широкой шляпой, на которой был изображён символ «Огонь». На лбу Хаширама носил красную повязку, поддерживающую его длинные волосы. Помимо него в кабинете Хокаге также находились опустившийся на колено Ичиро и стоявший по его левую руку Тобирама. Тобирама Сенджу был светлокожим мужчиной с белыми лохматыми волосами и глазами малинового оттенка. На его лице располагались три красные линии, по одной под каждым глазом и ещё одна на подбородке. Его одежда состояла из синей рубашки с короткими рукавами, сетчатой брони, подпоясанной жёлтым ремнём, а также браслета на левой руке. На ногах у него были синие брюки и свободные сандалии. Задавшим вопрос был именно Тобирама, извечный помощник и брат Первого Хокаге. — Если коротко, его потенциал обычным джонином не ограничен… В теории, — опустив взгляд в пол, принялся докладывать один из самых выдающихся и передовых учёных Листа — Ичиро. — А если не коротко? — уточнил Тобирама, сохраняя на лице сосредоточенно-пытливый взгляд. — Что скажешь поподробнее? — А если конкретно… — задумался мужчина. — Многого сказать не могу, ведь провёл с ним слишком мало времени. К счастью, но в то же самое время, к сожалению, он открыт как книга. Мне было не сложно понять его характер, мотивы и в целом суть за этот короткий промежуток времени. Да, это лучше для меня, ведь я узнал о нём многое, однако это хуже для нас, ведь любой мало-мальски способный шиноби обязан уметь скрывать свои истинные эмоции. — Хм… вот как, — задумчиво покивал помощник Хокаге. — Это плохо, но исправимо. — Так вот, самая большая проблема как раз таки в его характере. Он слишком мягкий, бесхребетный и боязливый, чтобы быть ниндзя. Хотя, на удивление, у него неплохие запасы чакры и, думается мне, контроль, ведь количество физической и духовной энергии в нём примерно одинаковое. Чакроканалы развиты неплохо, очаг чакры пробуждён достаточно давно, хотя это нормально, учитывая, что он клановый. В общем, потенциал его велик, только если он сможет измениться внутренне. — Очень интересно… — впервые за всё время подал голос Хаширама, слегка приподняв уголки губ в намёке на веселую ухмылку. — Зная тебя, Ичиро, если ты его ещё не выпотрошил, значит, он тебе понравился. Я ведь прав? Учёный нахмурился, не спеша поднимать голову, продолжая смотреть в дощатый пол. Однако когда тебе задаёт вопрос Хокаге, молчать нельзя, поэтому он поспешил ответить: — Да, вы правы, Хокаге-сама. Если над ним поработать, то из него, может, что-нибудь и выйдет. — Хорошо… — хмыкнул Сенджу, сложив перед собой руки. — Этот мальчик из клана чужой страны. Понятное дело, что Киригакуре будет крайне недовольно, если они узнают, что за нас сражается представитель Кагуя. Кстати, что мальчик думает о своём «переезде»? Как он относится к тому, что мы фактически вынудили его сражаться за Лист? — Здесь нам тоже повезло, — позволил себе смешок Ичиро. — У него частичная амнезия. Он плохо помнит свою жизнь. Сказал, что бежал из Тумана с родителями из-за травли. К Кири испытывает ровным счётом ничего, так что считаю, что он не шпион. — Хм… Если это правда, то нам это только на руку, — протянул Тобирама, покивав самому себе. — А если нет… В любом случае, мы отправим его к менталистам из Яманака, чтобы они проверили его лояльность. — Хорошо, я всё понял, — задумчиво покивал Первый Хокаге. — Значит так, Ичиро, начни его тренировки в самое ближайшее время. Мне нужно, чтобы он стал шиноби уровня джонина как можно быстрее. И вот ещё что… На удивление как учёного, так и его брата, Хаширама утих, а затем и вовсе посмурнел. Его весёлый настрой улетучился, что в последнее время происходило слишком часто с весельчаком-Хокаге. Наконец, он сделал тяжёлый вздох и, опустив взгляд, продолжил стальным голосом: — Скоро начнётся мировая война между шиноби всех стран… Это лишь вопрос времени, она случится в любом случае. На территории Страны Огня сплошь и рядом находится плодородная земля. Другие страны захотят ими завладеть. Узушио нам поможет, конечно, но в любом случае нам придётся воевать сразу на несколько фронтов одновременно. Ичиро! — Да? — тут же вскинулся мужчина. — Как только ты обучишь своего нового ученика основам, я отправлю вас на войну. В пылу сражения мальчик Кагуя сможет быстрее набраться опыта, отточить свои навыки и закалить характер. А ты не дай ему умереть в процессе, но спасай лишь в крайнем случае. Пусть почувствует дыхание смерти за спиной… — Я понял, Хокаге-сама! — встал с колена Ичиро, вытянувшись по стойке смирно. — Ты можешь быть свободен, но до тех пор, пока я тебя не позову вновь… Когда учёный покинул кабинет Хокаге, Тобирама недоумённо уставился на брата: — Хаши, с чего вдруг такой интерес к одному мальчишке из другой деревни? — Интуиция… — усмехнулся Первый. — Если он выживет в грядущей войне, то станет намного сильнее. Это сильно поможет Конохе. А если же нет… Ну, мы в любом случае ничего от этого не потеряем… *** — Это полигон номер 5. Здесь в ближайшее время мы будем с тобой проводить наши тренировки. Упорно пытаясь подавить зевок, Ясухиро старался внимательно слушать своего нового учителя, который разбудил его ни свет ни заря. Полигон представлял собой открытую поляну, окружённую всевозможными деревьями, кустами и другой растительностью. Посередине полигона протекала мелкая речушка, через которую можно было без труда перепрыгнуть. Солнце ещё не успело даже показаться на небосводе, отчего вокруг было всё ещё темно. — Вчера вечером я уже объяснил тебе, что такое чакра и как она связана с человеческим организмом. Твой очаг уже пробуждён, а значит, мы не будем тратить на это время. Ты из клана Кагуя и владеешь Шикоцумьяку. Этот Кеккей Генкай в большей степени хорош на близкой дистанции. Следовательно, в ближайшее время мы займёмся твоим тайдзюцу. Лишь тогда, когда я посчитаю, что ты сможешь сносно защищаться и атаковать, я помогу тебе с ниндзюцу. Всё понятно? — Хай, сенсей! — бодро откликнулся Ясухиро. — Хорошо… В первые дни мы будем устраивать спарринги без использования чакры. Сегодня я посмотрю, на что ты годен, и от этого буду отталкиваться в дальнейшем. Готов? Вместо ответа Кагуя кивнул и приготовился к бою. — Нападай! Комментарий к Часть 4 Ура! Страдания Гг начинаются! ---------- Том 1 Глава 5 — И-извините… Я н-не умею д-драться… Ясухиро действительно никогда в своей жизни не участвовал в драках. Да что уж тут говорить, если даже ходить для него было опасно! Понятное дело, что мальчик не мог просто взять и начать мастерски размахивать кулаками. — О Ками… — Ичиро демонстративно закатил глаза, снова начиная терять терпение. — Хорошо, раз уж ты не хочешь нападать… Тогда защищайся! Кагуя с ужасом наблюдал за тем, как к его лицу стремительно приближалась сжатая в кулаке рука. Он ничего не мог с этим поделать, учитывая разницу в их силе и навыках… И поэтому всё, что ему оставалось, так это приготовиться к вспышке боли, которая, несомненно, последует после подобного. Однако… Телом Ясухиро будто бы кто-то завладел. Он, сам не понимая и не контролируя свои действия, смог пропустить кулак мимо себя, отклонив корпус немного в сторону. Следом, используя инерцию собственного тела, он ответил уже своим кулаком, нацелившись в район почек противника. Ичиро, впрочем, без труда заблокировал этот удар, подставив под него руки. — Хе! А говорил, что не умеешь драться! — весело оскалился мужчина, занося руку для нового выпада. — Такие сомнения однажды сведут тебя в могилу! Ясухиро искреннее не понимал, что происходит. Его тело двигалось само по себе. Оно знало, когда нужно было увернуться, когда блокировать, а когда контратаковать. Всё это напоминало… — Понял, наконец? — ухмыльнулся учёный, останавливая его выпад у самого носа. — Это рефлексы. По глазам твоим вижу, что ты ведёшь неосознанный бой. Это плохо, но для начала сойдёт. Потом я обучу тебя нескольким стилям тайдзюцу, а сейчас пока просто хочу узнать, каков твой предел. С этими словами Ичиро значительно ускорился. Его движения стали более хитрыми, и теперь стало довольно тяжело предугадать его следующую атаку. Подставив правую руку под удар ногой снизу-вверх, Ясухиро хотел ответить выпадом в ногу, с помощью которой мужчина продолжал стоять на земле. Однако его оппонент предугадал подобные мысли и, пока мальчик замахивался своей ногой, отец Орочимару успел подпрыгнуть, сделать в воздухе сальто вперёд и ударить неожидавшего подобного Кагую пяткой по голове. Удар был сокрушительным настолько, что Ясухиро даже показалось, что он на мгновение потерял сознание. Когда в его глазах слегка прояснилось, он поспешил поднять руки, чтобы не дать противнику его добить. Решение это было правильным, ведь Ичиро был уже тут как тут, сближаясь с потерявшим ориентацию в пространстве мальчиком. Успев в последний миг убрать голову от очередного выпада, Кагуя чуть не расстался со своим содержимым желудка, когда в его живот прилетел другой кулак оппонента. — Хех… Тебе ещё не хватает опыта, — не став жалеть ученика и ждать, пока он оклемается, мужчина тут же взмахнул рукой, нанося удар точно в его подбородок. На этот раз Кагуя не смог устоять на ногах. В его голове звенело так, будто рядом взорвалась бомба. Упав на траву, он выплюнул сгусток крови, образовавшийся от прокушенного языка, а затем, прищурившись, заметил стоящего над его тушкой Ичиро. — Вставай, — без тени прежней ухмылки приказал он. Ясухиро медленно перевернулся на живот и подтянул под себя руки. Отхаркивая набежавшую кровь, он начал с трудом подниматься, не обращая внимание на нависшую над ним опасность. Ичиро с силой пнул ногой в бок мальчика, пока тот не успел подняться на ноги. — Вставай! — повторил он, повысив голос. И вновь Кагуя попытался подчиниться приказу. И вновь он получил сильнейший удар по рёбрам, которые, впрочем, ломаться не спешили. — Да что же ты такой… безвольный?! — прошипел учёный прямо в лицо мальчика, взяв его за окровавленный воротник от тренировочной майки. — Почему ты не хочешь жить?! С рёвом мужчина замахнулся и бросил находящегося в прострации противника на землю. Не заботясь о последствиях, он вооружился опасно сверкнувшим в утренних потёмках кунаем, подскочил к лежащему и опустил зажатое в руке оружие. *** Орочимару не знал, как относиться к своему отцу. С одной стороны, он его любил. Любил, как ребёнок любит своего родителя. Особенно это чувство в большей степени проявлялось до смерти матери. С другой стороны, он его ненавидел. На его памяти отец ни разу его не похвалил, никогда не оказывал поддержку… Создавалось такое впечатление, что он его за сына своего и вовсе не считал! Без мамы было тяжело. Однозначно. Ичиро стал меньше проводить с ним время, целыми днями сидел в своей лаборатории или выполнял миссии от Хокаге. При таком раскладе о хороших семейных отношениях не могло идти и речи. Его отец всегда был жёстким, как сталь, чёрствым, как кусок сухого хлеба… Ему вечно что-то не нравилось, его вечно кто-то выводил из себя. И как-то так получилось, что этот «кто-то» зачастую был именно Орочимару. В такие моменты он обычно сбегал из дома. Не важно куда, главное, чтобы подальше от него. Он любил проводить время наедине с собой. Любоваться природой, слушать собственное дыхание… Он находил в этом нечто естественное. То, что помогало отвлечься от тяжёлых мыслей хотя бы на время. Ещё одним способом заглушить боль были тренировки. В этом они также были весьма эффективны. Конечно, отец научил его основам искусства шиноби. Их-то он с усердием и оттачивал на полигонах. Его очаг чакры был пробуждён совсем недавно, из-за чего пользоваться энергией он толком ещё не умел, хотя простые техники ему уже были доступны. Вот и сейчас, после очередной ссоры с отцом, проведя ночь в лесу рядом с Конохой, Орочимару направился в сторону своего любимого пятого полигона. Именно на нём он часто проводил время за тренировками. Подойдя к открытой поляне, мальчик тут же спрятался за кустами, увидев, что она была уже кем-то занята. Приглядевшись к сражающимся, Орочимару широко раскрыл глаза. Оказалось, что этими людьми были Ичиро и неизвестный мальчик, чуть старше его самого. «Кто это такой и почему он сражается с отцом? Стоп, они что… спаррингуются?», — сын учёного сжал кулаки, неверяще глядя на оппонентов. — «Отец никогда со мной всерьёз не бился, а тут он решил тренировать какого-то выскочку?!» Несмотря на весь гнев, юный шиноби не мог не отметить, что беловолосый парень неплохо двигался, хоть и немного дёргано. У него была неплохая скорость, реакция и чутьё, однако ему не хватало техники. В любом случае Орочимару сильно задумался о том, смог бы он его победить в рукопашном бою. Ещё больше он удивился, когда его отец начал попросту избивать своего оппонента. Тот не успевал даже подняться на ноги, как вновь получал сильнейший удар. Орочимару даже стало его на секунду жаль, ведь это избиение едва ли можно было назвать честным боем. А в тот момент, когда Ичиро замахнулся с кунаем в руке на лежащего без чувств мальчика, он даже захотел вмешаться. Ведь он считал, что никто не должен лишаться жизни из-за очередной вспышки гнева его отца. Однако… его помощь оказалась ненужной. С шоком в змеиных глазах Орочимару уставился на то, как собственные кости парня вылезли из живота и без труда остановили кунай! Кровь ручьём полилась из образовавшихся трещин, но казалось, что ему было на это всё равно. Без сомнений он насквозь проткнул руку Ичиро и ударил того кулаком прямо по лицу. «Кто. Он. Такой?» — эти три слова были единственными, которые с бешеной скоростью крутились в голове застывшего от удивления Орочимару. — Хе-хе-хе… Ну, наконец-то инстинкт самосохранения взыграл в тебе, и ты решил использовать свой Геном… — совершенно не обращая внимание на серьёзное ранение на руке, а также ссадину на подбородке, Ичиро одобрительно кивнул своему противнику, а затем повернулся прямо в сторону кустов, за которыми прятался Орочимару. — Выходи, сын, я тебя кое с кем познакомлю. И всё, что ему оставалось, так это вздохнуть от того, что его раскрыли, и выйти из своего укрытия. Комментарий к Часть 5 Вопрос к читателям: стоит ли подержать немного Гг в Конохе или лучше сделать скип и начать описывать сражения Ичиро и Ясухиро на войне? PS(можете не отвечать) P.s. экшен, как глоток воздуха... ---------- Том 1 Глава 6 — Кто бы мог подумать… Втягивая и вытягивая из ладони кусок кости, Ясухиро не мог перестать поражаться новым возможностям своего тела. После первой тренировки с сенсеем Кагуя взглянул на него по-другому. Вначале Ичиро казался ему тираном, не терпящим любые проявления слабости. Однако в ходе общения и тренировок с ним он понял, что тот был не так прост, как казался. За стеной раздражения и язвительности скрывалось знание своего дела, опыт и мудрость. Да, он всё ещё оставался не самым приятным человеком, однако он никогда не давил на других психологически без причины. Хотя Орочимару готов был с этим поспорить. Да, с сыном сенсея Ясухиро также начал общаться. Тот, однако, не особо спешил сближаться с чужаком, коим перерожденца он и считал. Не было никаких разговоров по душам или дружественных встреч. Их объединяло лишь то, что они жили под одной крышей и устраивали совместные тренировки. Между ним и Орочимару не раз происходили спарринги. Признаться честно, Кагуя был изумлён, когда увидел, что мальчик младше на четыре года может сражаться с ним в тайдзюцу практически на равных. «Практически», потому что возраст всё-таки брал своё, и перерожденец был банально сильнее и выносливее, чем его новый спарринг-партнёр. Но это не отменяло того факта, что Ясухиро приходилось напрягаться, чтобы одолеть вёрткого соперника. Хотя, если вспомнить, чей он сын… Подумать только! Казалось, что ещё вчера его кость могла сломаться от любого неудачного падения с кресла. Сейчас же они выдерживают напитанный чакрой удар Ичиро. А Ясухиро видел, как он показательно крушил им стальные балки. Перерожденец не мог не нарадоваться новой способности. Омрачало лишь то, что она была дана для того, чтобы выжить в грядущей войне. Когда сенсей сказал ему, что в ближайшем времени они вдвоём отправятся на войну, Ясухиро пол дня не выходил из своей комнаты, пустыми глазами уставившись в потолок. Он ещё не был готов к сражениям, где каждый раз его жизнь будет висеть на волоске. Привыкший к мирному времени двадцать первого века, мальчик не мог без сожалений отправиться в смертный бой. Он ведь даже ещё ни разу не убивал… Хуже всего было то, что он ничего не мог с этим поделать. Приказ Хокаге как-никак… Более того, если бы он воспротивился такому решению главы деревни, то его также ждала бы смерть. В этом он не сомневался, изучив за этот короткий промежуток времени суровый характер здешних людей. Как Ичиро и говорил, на тренировках они оттачивали лишь тайдзюцу. Ниндзюцу они даже не затрагивали. Сенсей сказал, что на это попросту нет времени. Однако чакру Ясухиро всё-таки использовал. Ведь без неё его Кеккей Генкай фактически бесполезен, если не считать пассивную крепость костей. Чтобы использовать части костной структуры тела, Кагуе приходилось задействовать физическую энергию. Духовная же не использовалась практически совсем, однако без неё его Улучшенный Геном не смог бы существовать, так что её небольшое количество в нём всё же присутствовало. Благодаря примерно равному соотношению двух типов энергии Ясухиро в кратчайшие сроки научился ходьбе по деревьям и воде. Это помогло ему улучшить контроль над Шикоцумьяку и стало основой для размышления о создании техник тайдзюцу с его использованием. Как оказалось, Ичиро в их первом бою двигался от силы на двадцать процентов от своей истинной скорости. А ведь он даже не боевик, а учёный и ирьенин. По его словам, на войне никто не будет сдерживаться, поэтому Ясухиро нужно было сосредоточиться на его сильных сторонах — защите и неожиданной атаке с помощью Генома. Он в любом случае за такой короткий промежуток времени не успеет стать сильнее даже чунина. Но чтобы выжить в схватке, необязательно быть сильным. Самое главное, что сенсей вбивал ему в голову на протяжении всех тренировок — это думать головой и уметь вовремя сбежать. Ведь в мире Шиноби бегство с поля боя не является чем-то позорным. Каждый хочет жить, и если иного выхода нет, то лучше воспользоваться подвернувшимся шансом и улизнуть, а затем вернуться, чтобы закончить начатое. И вот когда прошло не больше двух месяцев с тех пор, как Ясухиро оказался в этом кровавом мире, ему пришла весть о том, что началась Первая Мировая Война Шиноби. Это могло означать лишь одно: Подготовка закончилась. Сенсей сказал, что завтра они отправятся к Хокаге, чтобы тот отдал им приказы. Сегодня же у него тренировок не будет, а свободное время он волен потратить так, как ему захочется. Он благоразумно решил провести этот остаток дня, изучая Коноху. Все эти два месяца у него не было на это времени, ведь оно было занято тренировками, после которых никуда, кроме как в душ и постель, идти не хотелось. На удивление, Орочимару решил составить ему компанию этим вечером. И это было довольно странно, ведь обычно мальчик не спешил даже заводить с ним разговор. Чего уж там говорить о совместных прогулках. Вечерняя Коноха была весьма красива. Заходящее солнце окрашивало деревянные дома в кроваво-оранжевый цвет. Полуденная жара постепенно сходила на нет, отчего люди толпами выбирались на улицы деревни. Многие из них останавливались в парках, где располагались на скамейках, некоторые посещали только недавно начавшие работу рестораны и питейные заведения. Ясухиро же решил пройтись вдоль крупной реки, которая протекала на самом краю Конохи. И почему-то именно сейчас, когда рядом никого из людей не оказалось, Орочимару вдруг решил начать разговор: — Ясухиро? Кагуя не сразу понял, что к нему только что обратились. Лишь когда он повернул голову в сторону ожидающего ответа сына сенсея, то понял, что нужно было как-то отреагировать. — Э, да? — неловко посмеялся он, почёсывая затылок. — Возьми меня на войну. Ясухиро даже остановил свой ход, когда до него, наконец, дошло, что он только что услышал. Но для проверки он всё же уточнил: — Что ты только что сказал? — Что слышал, — по-отцовски фыркнул мальчик. — Я хочу сражаться вместе с вами! — Хорошо, но почему ты спрашиваешь это у меня? Поговори с отцом на этот счёт. — Я уже спрашивал, но он отказал… — прошипел Орочимару, а затем пробормотал: — …а затем последовало наказание. Ясухиро задумчиво почесал затылок, недоуменно уставившись на собеседника. — Если он не разрешил, значит ты не можешь идти с нами. Что я-то смогу сделать? — Ясно… — медленно протянул Орочимару, видимо, не удовлетворившись ответом. — Значит, теперь ты ему будешь во всём потакать? Не зря он говорил, что у тебя нет собственной воли… С этими словами он развернулся и направился обратно в город, оставляя Ясухиро стоять на берегу реки в одиночестве. — Может быть, ты и прав… Комментарий к Часть 6 А в следующей главе будут первые крупные изменения канона (если не считать отца Орочи), которые, как мне кажется, вас заинтересуют. ---------- Том 1 Глава 7 есмотря на внезапный уход Орочимару, Кагуя продолжил свой путь. На самом деле желание мальчика отправиться на войну можно было объяснить. Всё было из-за недостатка внимания родителя. Он ещё не в полной мере осознавал, что такое война на самом деле. И поэтому рвался куда угодно, лишь бы провести с отцом как можно больше времени. — Всё-таки ты ещё не тот Орочимару, которого я знаю по сериалу… — вздохнул Ясухиро, пиная по травянистому пляжу камни, разбросанные здесь повсюду. Внезапно его внимание привлекли два ребёнка на пару лет младше него, которые стояли по колено в воде и держались за ветку от дерева, растущего на берегу. Заинтересовавшись и решив подойти к ним поближе, Кагуя смог, наконец, услышать отрывок из их разговора: — Так мы до него никогда не доберёмся, течение слишком быстрое! — А что нам ещё делать?! Если я его не верну домой, то мама мне уши открутит! — А нечего было выпендриваться! Лучше бы стояли подальше от реки, как я и говорила! — Я же не думал, что ветер будет таким сильным, что снесёт его в воду! — Что-то я не припоминаю, чтобы ты вообще когда-нибудь думал! Дети стояли к нему спиной, совершенно не обращая внимание на окружающий мир. Они настолько были поглощены своим спором, что даже не заметили подошедшего к ним Ясухиро. — Эй, детишки, что случилось? Они, как по команде, развернулись на сто восемьдесят градусов, испугавшись громкого голоса за спиной. — Эй! Не пугай так! — разозлился беловолосый мальчишка шести лет. — А сам не видишь? Наш мяч застрял! Вовсю разглядывая мелких, которых он, как ему казалось, где-то уже видел, Кагуя последовал указке паренька. Оказалось, их небольшой надувной шар сейчас болтыхался между двумя камнями, лишь краешком резинового покрытия продолжая за них держаться. Течение было весьма сильным, из-за чего с уверенностью можно было сказать, что если ничего не сделать, то вскоре он утечёт. — Ладно, я вам помогу, — усмехнулся Ясухиро, без каких-либо трудностей ступая на водную поверхность. — Вау… — прозвучал сдвоенный вздох удивления. Кагуя на такую реакцию хмыкнул, будучи весьма польщенным. Дойдя до мяча и взяв его в руки, он поспешил передать его переминающемуся с ноги на ногу мальчонке. — Вот ваш мячик, — проговорил он напоследок, одаривая светловолосую девочку мягкой улыбкой. — Впредь будьте внимательнее. Щёки девочки от этого слегка покраснели, но она смогла ответить и коротко поклониться, так, как её учил отец: — Благодарю, шиноби-сан. — Меня зовут Ясухиро Кагуя. Удачного вечера. Когда он покинул детей, девочка с вопросом в глазах повернулась к мальчику. — Джи, его волосы белые. Прямо как у тебя. Ты точно никогда не встречал его? — Я его и знать не знаю, Цуна, — беспечно отмахнулся он, крепко держа мяч в руках. — Пошли играть дальше! — Ох… — только и успела выдохнуть девочка, следуя за унёсшимся двоюродным братом. *** — Итак, Ичиро, Ясухиро Кагуя, я рад, что вы прибыли по моему зову… В реальной жизни Хаширама Сенджу оказался совсем другим человеком, которого перерожденец помнил по сериалу. И эти различия были отнюдь не во внешности. В мультфильме Первый Хокаге был представлен позитивным, весёлым человеком, который в то же самое время был одним из самых сильных шиноби этого мира. Сильным он и вправду был. И это ещё мягко сказано. Очень мягко. Сейчас на его лице не было и тени от улыбки. Он нахмуренно морщил лоб, придавливая своим тяжеленным взглядом. Кагуя готов был поклясться, что если он решит разгневаться, то никто его уже не остановит. Только если… — Хаширама! Внезапно позади преклонивших колено шиноби раздался громкий звук того, как вылетает дверь со своих петель. Оказалось, что кабинет Хокаге решил посетить второй так называемый Бог Шиноби — Мадара Учиха. И вот сейчас Ясухиро чуть не уронил челюсть на пол. Ведь по идее Мадара уже давно должен был предать Лист, захватить Девятихвостого и «погибнуть» от руки Хаширамы! Но вот он здесь… вполне живой и носит повязку Конохи на лбу. Теперь перерожденец задавался вопросом: а какие ещё в этом мире могут быть изменения? — Чего ты хочешь, Мадара? — устало выдохнул Хокаге, исподлобья глядя на старого друга. — Ты знаешь, чего я хочу! — брюнет с колючими волосами сверкнул узором Вечного Мангекё Шарингана, игнорируя остальных в этой комнате. — Я не могу сейчас отправить тебя на фронт, — покачал головой Первый. — Это побудит остальные деревни выставить своих сильнейших шиноби, и тогда начнётся хаос, в котором погибнут многие, попросту попав под раздачу. — Так пусть они не путаются под ногами! Я же не заставляю их лезть под техники! — Мадара! — громыхнул Сенджу, выпуская часть Ки и ударяя по столу, отчего тот жалобно скрипнул. — Хватит разговоров! Учиха прикрыл глаза и выдохнул сквозь зубы воздух. Этот ответ ему явно не понравился, что доказывалось выступающими желваками на щеках. — Ладно… Это было единственным, что он сказал, прежде чем в молчании покинуть кабинет. Напряжённая атмосфера после этого начала сходить на нет. Хаширама, устало помассировав веки, продолжил разговор с притихшими шиноби. — О чём я говорил… Ах да! Мы начинаем войну с Ивагакуре и Сунагакуре за земли между нашими территориями. Киригакуре объявило войну Узушиогакуре, из-за чего мы автоматически вступили и в этот конфликт. К счастью, нам удалось договориться о взаимном ненападении с Кумогакуре, так что нам не придётся воевать на все стороны. Но даже без этого эта война будет очень тяжёлой для Конохи… — Мы… ждём ваших приказаний, Хокаге-сама! — уверенно воскликнул Ичиро, смахивая с лица всякие сомнения. — Что ж… Мне нравится твой боевой настрой… — оскалился Правитель Листа. — Я не буду пока посылать вас на новообразованный фронт с Ивой или Суной. Там пока ещё есть кому сражаться. Вы должны будете проникнуть на территорию Страны Воды и устраивать там диверсии. Узумаки будут отвлекать их внимание, пока вы и другие диверсанты должны будете работать в их тылу. В первую очередь старайтесь уничтожать командирские посты и лазареты, а также добивать раненных. Не заботьтесь о морали. Она вам ни к чему, когда противник желает вас убить во что бы то ни стало… Помимо диверсий, вы также должны будете осуществлять шпионскую деятельность. Информация из тыла врага будет весьма кстати. И да, старайтесь лишний раз не показываться на глаза. Атакуйте лишь в крайнем случае и только тогда, когда вы уверены, что после вас не остались свидетели. Если же вас раскрыли… сделайте всё, чтобы не попасть в плен. Всё понятно? — Хай, Хокаге-сама! — в унисон ответили шиноби. — Тогда удачи вам, ребята. Она ещё не раз вам пригодится… «Теперь моя жизнь изменится навсегда…» — пролетела одна единственная обречённая мысль в голове у Ясухиро, который, прожив в этом мире так мало времени, уже отправляется на войну. Комментарий к Часть 7 Да начнётся великий экшен! ---------- Том 1 Глава 8 — Да… Это тот самый мост. На самом деле проникнуть на территорию Страны Воды было не так уж и сложно. Тот факт, что это островное государство, не добавляет ему особых преимуществ. В любом случае можно найти и использовать лазейки, чтобы пересечь границу врага. Сенсей Ясухиро решил отправиться вплавь из Страны Огня до острова Наги, который располагался на юге от Страны Воды. Этот остров издавна был оккупирован силами Кири, хотя на нём до сих пор велась торговля с другими странами. Эту особенность Ичиро и решил использовать. Самое главное на подобных миссиях — это оставаться инкогнито. Именно поэтому уже с самого начала путешествия учёный изменил не только свой внешний облик, но и Кагуи. И это было отнюдь не обычное Хенге. Дело в том, что он смог разработать технику, основанную на ирьениндзюцу. Это было очень похоже на пластическую операцию из родного мира Ясухиро. Созданный облик нельзя было снять насильно. Ранения или чакра не были решением этой проблемы. Единственным ограничением было то, что новосозданной образ не мог отличаться по росту, весу или объему. Также он не скрывал чакру владельца. Это были лишь косметические изменения, которые должны были ввести в заблуждение рядовых шиноби. От сенсоров, которые вас будут усердно искать с помощью этой техники не скрыться. Почему Ясухиро вообще стал менять свой облик? Он ведь один из Кагуя с характерной для этого клана внешностью. На самом деле всё просто: было бы очень странно, если бы шиноби Кири встретили Кагую в паре с никому не известным человеком, которые спокойно шли со стороны вражеской страны. Это вызвало бы ненужные подозрения, отчего двойка новоиспечённых диверсантов решила пока не рисковать. С острова Наги им нужно было добраться до южных островов Страны Воды. Это было самое относительно безопасное место для высадки. Ведь на западе Кири воевало с Узушио и Конохой за Страну Медведя, а на северо-востоке — с Кумо за контроль над Страной Клыка, Болот, Когтя и Демона. Таким образом, у диверсантов появилось окно между фронтами, в которое они не преминули проникнуть. Но рисковать почём зря не стоило, а потому они высадились на юге Страны Воды вместе с гражданским кораблем, прикинувшись торговцами. Найти двоих подходящих по размеру людей было довольно тяжело, но, к счастью, на том огромном корабле были и такие. Так, усыпив и спрятав подходящих отца и сына, приняв их облики, а затем спрятав эманации своей чакры с помощью фуин, которым Узумаки поделились со своими союзниками, диверсанты и попали на вражескую территорию. В назначенном месте и в назначенное время шиноби встретились со шпионом Конохи, который передал им точное местоположение первой цели. Это был довольно длинный каменный мост, соединяющий две возвышенности, между которыми протекала быстрая и глубокая река. Через этот мост каждый день проходили множество караванов с продовольствием и оружием. Его высокая частота использования обуславливалась тем, что на многие километры вокруг не было больше способа перебраться с одной возвышенности на другую. Река фактически разделяла этот остров на две половины, от чего мосты были единственным способом, чтобы дойти до противоположной стороны. — Ты прав, мы, наконец, до него добрались… — тихо проговорил Ичиро, который сейчас был налысо выбритым мужчиной с зелёными глазами, крупным носом и широким подбородком. — Пригнись! Он резко опустил голову Ясухиро, а затем и сам спрятался в зарослях дикорастущих кустов. Оказалось, что к мосту начал подходить очередной караван. Кагуя, который стал кареглазым коротковолосым брюнетом с утонченными чертами лица, с интересом разглядывал проезжавших торговцев сквозь колючую растительность. Все они были обычными людьми, желающими выполнить свою работу. Была только одна загвоздка: Ясухиро был тем, кто помешает им это сделать… Когда караван пересёк реку и спрятался в роще из деревьев в тумане на противоположной возвышенности, Ичиро подал условный знак, означавший, что можно выходить. — У нас есть максимум полчаса до того, как прибудет новая группа торговцев. За это время нам нужно успеть заложить бомбы, найти путь для отступления и вернуться в своё укрытие. Всё понял? — Хай, сенсей! — вполголоса ответил мальчик. Крепить фуин под каменный мост оказалось совсем не сложно. Шиноби, способный ходить по твердой поверхности, мог запросто цепляться к потолку и передвигаться вниз головой. Поэтому минирование прошло без каких-либо проблем. Путь для отступления был также в скором времени найден. Он вёл в сторону деревни, из которой часто начинали движение караваны. Шиноби Кири, которые будут расследовать крушение моста, уж точно не подумают, что вражеские ниндзя спрячутся в таком очевидном месте, расположенном всего в нескольких километрах от совершенной диверсии. По крайней мере, так думал Ичиро. У учёного были с собой часы, которые не издавали характерного тиканья, дабы не раскрыть себя подобным звуком. У взрыв-печатей, в свою очередь, был таймер, после окончания которого они срабатывали. С помощью этих часов он отмерил нужное количество времени до того, как таймер закончит свое действие. Теперь оставалось лишь ждать, спрятавшись в том же самом месте в колючих кустах. И вот по истечении положенных пол часа, вновь послышался стук колёс, ржание лошадей и редкие переговоры людей. Всё случилось так, как больше всего на свете боялся Ясухиро. Ведь взорвать мост можно было в любое время. Но люди сюда прибыли именно сейчас… Боль от острейших иголок, впившихся и царапающих кожу, не могла сравниться с болью душевной. Он видел всё: как от ударной волны у людей отрывало конечности, как их давили огромные куски камней, разлетевшихся от взрыва, как они падали в реку, утопая на дне вместе со своими телегами… Даже когда он на автомате следовал за сенсеем, поспешно сбежавшего с места диверсии, в его ушах всё ещё звучали крики умирающих, а перед глазами застыла картина убийства нескольких десятков людей, к которому и он приложил свою руку. Он даже не понял, когда учёный остановил свой бег около одного дерева на краю леса, рядом с которым уже начиналась деревня. В чувства его привела жгучая боль, последовавшая от мощной пощёчины. — Стало лучше? — угрожающе спокойно проговорил Ичиро. — Д-да… н-наверное… — пробормотал Кагуя, потирая горевшее место на лице. — Запомни вот что, — он чуть понизил голос, прищурившись ещё сильнее. — Смерть следует за нами по пятам. Нельзя предсказать, когда ты умрёшь. Но чтобы этого не произошло, нужно сделать это первым. Убить, пока не убили тебя. Если ты не сможешь смириться с этим, то ты долго здесь не проживёшь. — Но… Зачем было убивать мирных жителей? Они же ведь не могли бы убить меня… И я… Я знаю, что ты мог выбрать другое время, чтобы взорвать мост… Почему ты их убил? — решился на вопрос перерожденец, сжавшись в ожидании от новой вспышки гнева. Однако она не последовала. Учёный лишь иронично усмехнулся. — Знаешь, что было в этих телегах? Всевозможное оружие для шиноби Кири. Торговцы продают все эти кунаи, сюрикены и сенбоны ради собственной выгоды. Но ты же должен понимать, что с помощью этого оружия враг убивает наших шиноби. Взорвав этот мост, мы лишили их возможности его получать, а значит, спасли жизни своих. Эти «мирные жители» помогают вражеской армии. Убить их — значит помочь Конохе победить. Это война, мальчик, а на войне все средства хороши… ---------- Том 1 Глава 9 Для того чтобы затеряться в деревне, нужно хорошо постараться. Обычно в таких небольших населенных пунктах все друг друга знают, а потому два новых неизвестных человека непременно привлекут к себе внимание. По этой причине диверсанты не стали посещать её в открытую. Им нужен был план. К счастью, таковой у Ичиро уже имелся. Им в любом случае нужно залечь на дно, ведь шумиха вокруг моста будет длиться ещё некоторое время. А подрывников будут искать. И искать весьма усердно. По этой причине затаиться в деревне на самом видном месте было неплохой идеей. Безумной, очень рискованной, но если всё получится — гениальной. Нужно было найти человека, о котором мало кто знает, редко общающегося с людьми и в целом ведущего закрытый образ жизни. Этот человек будет самым идеальным вариантом для шиноби Конохи. То ли это была высшей степени удача, то ли великолепно проработанный план учёного, но такой человек нашёлся практически сразу, как только диверсанты начали следить за жителями деревни. Это был старик лет шестидесяти, который жил на окраине, где делал поделки из дерева. Родственников в селе у него не было, вне него — неизвестно. Из-за того что он зачастую напивался до обморочного состояния, мало кто желал с ним даже общаться. Единственная небольшая проблема заключалась в том, что он был ниже, чем Ичиро. А для того, чтобы изменить внешность до мелочей, необходимо было совпадение во всех параметрах. Однако сенсей Ясухиро пришёл к выводу, что других, более подходящих людей в деревне найти попросту невозможно. Он решил, что если никому не нужный дед вдруг вырастет на пару сантиметров, то это людей даже не всколыхнёт. Всё было продумано до мелочей… Почему диверсанты не волновались, что нашли лишь одного человека, а не двух? Потому что никого особо не удивит, если к старику приедет внук, который живёт в совсем другом месте. *** После нескольких дней, за которые Ичиро изучал поведение и привычки старика, шиноби Конохи, наконец, решились начать. Всё это время они ночевали под землёй на окраине леса. Хоть учёный и не владел Стихией Земли на уровне мастера, но даже этого ему хватает, чтобы выкопать простейшую землянку. Не сказать, что Кагуе нравилось ночевать на сырой земле с различными жуками и червями по соседству. Пищевые пилюли вместо нормальной еды также доставляли ему неудобство. Ну а факт того, что он находился на вражеской территории, где его в любой момент могли раскрыть и без промедления убить, заставлял его вздрагивать каждый раз, когда он услышит подозрительный шорох или дуновение ветра… Действовать решено было ночью. Тогда, когда все жители спят, а дед лежит в отключке от выпитого алкоголя. Зайдя в старый деревянный дом через опрометчиво незакрытую на ключ дверь, шиноби, не издавая ни единого шороха, мигом нашли комнату старика, где он в данный момент громко похрапывал. Ичиро, успев уже принять его облик, встал над кроватью, ничуть не морщась от крышесносного запаха перегара. — Убей его. Ясухиро как током прострелило. Сначала он подумал, что ему послышалось, однако серьёзный вид сенсея говорил об обратном. — Но мы же можем его просто усыпить и оставить так на пару дней. Зачем лишать его жизни? — Убей его! — более настойчиво потребовал Ичиро. Мальчик с силой сжал кулаки. — Он же даже не работает на врага… — продолжал он сомневаться. — Он никак им не помогает… Он обычный человек! — Убей его! — повторил его сенсей в последний раз и прислонил кунай к шее перерожденца. — Или я убью тебя за неподчинение командиру. — Вы… вы… — прошептал Ясухиро, чьи глаза начали медленно пропитываться влагой. — …монстр, сенсей… — Я знаю, мальчик… — он невозмутимо кивнул, убрал от шеи кунай, оставляя на ней мелкий порез, а затем всучил его в руки Кагуи. Удушливые слёзы застилали взор перерожденца. Его руки дрожали, а сам он был напряжен, словно тетива лука. В его ушах барабанную дробь отбивало громко стучащее сердце. Трясущимися ногами он подошёл к кровати, нависнув над беспомощным стариком. Не будет никаких криков, предсмертной агонии. Он умрёт быстро, будучи во сне, даже не понимая этого. По крайней мере, так успокаивал себя Ясухиро. Остановив лезвие около района сердца, перерожденец крепко зажмурил глаза. Однако учёный был иного мнения по этому поводу. Встав за его спиной, Ичиро положил свои ладони ему на виски и пальцами раскрыл веки. — Ты должен это видеть… Пусть этот миг отложиться в твоей памяти. А теперь… Давай. Опусти его. Ясухиро видел всё. И то, как лезвие с чавкающим звуком вошло в мягкую плоть. И то, как грудная клетка старика перестала вздыматься, а изо рта его полилась кровь. И, наконец, как жизнь медленно покидала тело убитого им человека. И ведь действительно… «Я убил человека…» *** Чиюки Хошигаки, как и остальные представители её клана, уважала открытый бой. Можно сказать, что правила скрытности, характерные для всех шиноби, были не по её части. Какова же была её радость, когда Первый Мизукаге отдал ей приказ ловить и уничтожать диверсантов. Она и помыслить не могла, что сможет совместить приятное с полезным. Первую тройку недалёких шиноби Конохи, которые подожгли склад с провизией, она вместе со своей командой нашла довольно быстро. Идиоты даже не додумались сменить личины после диверсии, не говоря уже о том, что они не заметили одного дозорного, ставшего свидетелем. Глупцов ожидала смерть на месте, они не смогли оказать должного сопротивления в открытом бою. «Жалкие крысы…» И вот сейчас один из разведчиков передал её команде, что недалеко некто взорвал мост, соединявший торговые пути. Эта работа была как раз для неё, отчего она тут же приказала выдвигаться на место крушения, чтобы найти следы беглецов. — Чиюки-сан, разрешите обратиться! — один из бойцов в её команде, состоящей из пяти человек, подошёл к девушке, которая в данный момент искала следы чакры подрывников. — Докладывай, — коротко проговорила она, не отвлекаясь от своего дела. — Мост был взорван с помощью фуин, которое сработало одновременно по всей его площади. Точное количество противников пока определить невозможно. Однако можно сказать, что это сделали точно не шиноби Кумо. Такого фуин у них попросту нет. Значит, это были шиноби Узушио либо Конохи. — Это точно не Узумаки… — уверенно заявила девушка, прикрыв глаза, дабы сосредоточиться на своих сенсорных способностях. — Из них, как правило, выходят хреновые разведчики из-за больших объемов чакры, которые довольно трудно спрятать от таких как я. Хотя… Возможно они используют для этого фуиндзюцу. Чёртовы дьяволы! — Командир, что будем делать? — вокруг Хошигаки собралась оставшаяся часть команды в ожидании новых приказов. — Прочешите весь остров. Они в любом случае ещё не могли успеть его покинуть. Ищите их в городах и деревнях. Спрашивайте у жителей о подозрительных личностях. Мы должны найти их, пока они не сбежали! — Есть! — хором отозвались бойцы, мигом отправляясь выполнять своё задание. Комментарий к Часть 9 Мальчик взрослеет. Бета: Нашел арты, чтобы обозначить внешность Чиюки. https://tr.pinterest.com/pin/720927852821974660/ https://tr.pinterest.com/pin/611926668131067577/ ---------- Том 1 Глава 10 В эту ночь Ясухиро так и не смог заснуть. Всякий раз, когда он опускал веки, перед его глазами появлялся умирающий старик. Ему казалось, что он до сих пор чувствует запах крови, которой пропиталась та самая кровать. Ичиро не проронил об этом ни слова. Он, как ни в чём не бывало, с помощью Стихии Земли закопал труп на заднем дворе, а затем сжёг окровавленную простынь, на которой спал старик. Не было никаких ободряющих слов, никакой поддержки. Учёный будто бы забыл о перерожденце и о том, что он недавно сделал. Словно это было вполне обыденным делом. Хотя… Зная своего сенсея, Кагуя был уверен, что так и было. Но, несмотря на внутреннюю опустошённость, Ясухиро обязан был продолжать миссию. Утром, после того, как Ичиро изменил его внешность на мелкого смазливого подростка лет четырнадцати, Кагуя, кое-как взяв себя в руки и затолкав гнетущие мысли глубоко внутрь, незаметно покинул деревню, чтобы затем сразу же вернуться, но уже через главный вход. Новое милое личико вызывало у людей желание помочь. Они считали, что такой невинный мальчик не мог нести в себе опасность, а потому, узнав, что он внук Гуринэя — старика, живущего на окраине — любезно показали дорогу. Сегодня жители деревни могли видеть долгожданную встречу «внука» и «деда» около его дома. Старый продавец деревянных игрушек из-за количества выпитого не мог даже толком стоять на ногах, но при виде своей родной кровинушки выдавил из себя радостную улыбку и принялся с ним обниматься. Жители слегка удивились тому факту, что этот нелюдимый старик мог проявлять подобные чувства. Но, решив, что ему просто всё это время не хватало семьи, они стали смотреть на него с совершенно другой стороны. Теперь он не казался им деревенским пьяницей, для них он стал обычным одиноким человеком. Обычно Гуринэй начинал продавать свои поделки ближе к полудню, когда уже успевает протрезветь. Вот и сейчас, когда тусклое солнце показалось сквозь неприглядный туман, он вместе со своим «внуком» выставил игрушки около входа в свой дом. Ясухиро, сидя на крыльце рядом с любимым «дедушкой», с любопытством разглядывал проходящих мимо людей. Всё-таки их задачей, помимо диверсий, также являлись шпионаж и разведка. Несмотря на то, что дом старика находился на самом краю села, даже здесь можно было встретить деревенских. К тому же сегодня их было больше, чем обычно. На самом деле причина этого была ясна. Кагуя не думал, что новое лицо в деревне, коим он и был, вызовет такой интерес. За те три дня, что Ичиро следил за стариком, к нему подошли всего лишь один раз, и то для того, чтобы занять денег. Сегодня же к замаскированным шиноби Конохи обратились уже три человека, хотя прошло от силы пол часа! Хотя их истинные желания были совсем другими. Они скорее желали пообщаться, нежели купить товар, который они посмотрели лишь для приличия. Ичиро мастерски отыгрывал роль старика. Ясухиро был удивлен, что он смог полностью скопировать и воспроизвести его поведение за пару дней. Вот уж действительно профессионал своего дела! Всё шло гладко и спокойно ещё несколько часов. Перерожденец продолжал невзначай разглядывать людей, а Ичиро умудрился даже продать фигурку тигра маленькой девочке, бесстрашно пришедшей к «странному старику». Всё изменилось, когда к импровизированному прилавку подошла девушка. Сложно сказать, сколько ей было лет. Ей можно смело было дать как семнадцать, так и все тридцать пять. У неё были длинные светлые волосы, ниспадающие на плечи, и бездонные фиалковые глаза, которые с открытым вожделением смотрели прямо на Ясухиро. На её утончённом личике застыла кокетливая улыбка, а её фигуре могли бы позавидовать многие девушки. Помимо её откровенного наряда, едва скрывающего самое интересное, Кагую также смущал тот факт, что у неё определенно была чакра. Он хоть и не был сенсором, но с такого близкого расстояния определить её наличие у человека трудностей обычно не вызывало. «Она определённо куноичи. Но протектора я на ней не вижу. Кто она такая?» — недоумевал перерожденец, поёжившись от её взгляда, полного недвусмысленного желания. — Гуринэй-сан, я очень заинтересована вашим творением, — грудным голосом практически промурлыкала она, даже не взглянув на «старика». — И очень хотела бы изучить его тщательнее. В вашем доме наверняка есть ещё. Можно ваш внук мне покажет весь ассортимент? Ясухиро почему-то решил, что кем бы эта девушка не была, она явно не желает ему добра. Этот дикий взгляд можно было сравнить со взглядом у львицы, которая вот-вот готова была наброситься на свою добычу. — Конечно, Мияши, будь добр, проведи нашу клиентку внутрь, — чужой улыбкой усмехнулся Ичиро, глазами изображая одобрение и гордость за внука. — Хорошо, дедушка… — всё, что оставалось ответить Ясухиро, решившему, что сенсей предоставил ему возможность разобраться со странной куноичи самому. *** — Ну… Все поделки деда находятся здесь на первом этаже, — проведя девушку внутрь дома, Кагуя оставался напряжённым, как струна, будучи готовым к любой опасности. — Можешь выбрать то, что тебе понравится, и отдать ему деньги. — Да… — предвкушающе протянула она, без какого-либо интереса разглядывая фигурки, стоявшие прямо на полу. — А на втором этаже они есть? Проследив за её взглядом, Ясухиро обнаружил лестницу, которая действительно вела наверх. Там Кагуя ещё не бывал, так что точно не знал, были ли там игрушки на продажу. Но, решив не рисковать, он покачал головой: — Нет, там ничего нет. — Как же так… Может, поищем вместе? Томный голос девушки прозвучал прямо возле его уха, отчего по телу мальчика пошли мурашки. Вздрогнув от того, что она прижалась к его спине своими достоинствами, он, стараясь не краснеть, выбрался из её хватки и начал подниматься, с запинкой ответив: — Л-ладно, но знай, мы просто потратим время. На втором этаже была лишь одна небольшая комната. Как ни странно, но, скорее всего, это была спальня старика, до которой он никогда не добирался, предпочитая спать внизу. Здесь не было никаких деревянных изделий, лишь кровать, шкаф с зеркалом, небольшой столик и картины на стенах. Оставив позади дверь и встав в середине комнаты, перерожденец развёл руками в стороны. — Вот видишь, как я и говорил, тут ничего… Его речь была прервана шорохом одежды, упавшей на пол за его спиной. Широко раскрыв глаза, мальчик медленно повернулся, неверяще уставившись на обнажённую куноичи. — Что ты… Она даже не дала ему сказать и слова, как тут же накинулась, повалив на кровать. Ясухиро, впервые увидев воочию голую девушку, залился краской, стараясь не смотреть на её сногсшибательное тело. — Какой ты милый мальчик… — ласково прошептала она, лизнув его щёку. — Такой… невинный, беззащитный… Как же мне надоели все эти волосатые обезьяны, которых нужно разговорить. Сегодня я, наконец, получу удовольствие от своей работы, сорвав твой цветочек… О нежном поцелуе не шло и речи. Она будто бы желала высушить Кагую досуха. Жар нагого тела обжигал, а её глаза пытались съесть его живьём. Только сейчас, когда в лёгких перерожденца уже не хватало воздуха, он начал приходить в себя. Только сейчас в его голову безумным потоком ворвалась мысль, что его, возможно, соблазняет куноичи из вражеской деревни. Он же на войне! А на ней враг будет использовать любые средства. Теперь, когда эта трезвая мысль поборола всякое смущение, Ясухиро с силой оторвался от её губ и перевернул девушку на спину, так, что теперь она оказалась под ним. — О… Ты хочешь быть сверху? — томно выдохнула она, широко скалясь, — Жаль только… — вдруг она с небывалой силой схватила Ясухиро за плечи и вновь оседлала его, из ниоткуда взяв кунай и приставив его к шее мальчика. — …что я люблю доминировать! А вот теперь Кагуя действительно запаниковал. Он даже не понял, как так произошло то, что одна её рука держала лезвие в опасной близости от его кожи, а другая в это время потянулась к его штанам. «Не позволю!» — билась в его голове лишь одна короткая, но твёрдая мысль. Попытавшись выбраться из «пут», он потерпел неудачу, почувствовав, как маленький ручеёк крови потёк по его шее. — Не дёргайся, сладкий. Думается мне, что ты уже понял, что я куноичи. Лучше тебе спокойно полежать. Я всё сделаю сама… — Я знаю, что ты куноичи… — твёрдым голосом проговорил Ясухиро, прекратив всякие попытки выбраться, чтобы заставить своего «партнёра» расслабиться. — Только вот ты понятия не имеешь, что я шиноби! Не заботясь о последствиях, он использовал силу своего Кеккей Генкая, насквозь пронзая её тело. Затем покрытое алой жидкостью остриё кости втянулось обратно в середину ладони перерожденца. Шею он также предварительно защитил с помощью Генома, так что девушка не смогла среагировать первой и убить его. — К-к-кагуя? — шокировано прохрипела она, окропляя лицо и тело мальчика кровью. — Всё верно… — мёртвым голосом ответил он и сбросил с себя ещё тёплое, но уже бездыханное тело. Комментарий к Часть 10 Прим. Беты: — Ты думала, что это был беззащитный шота, но это был я, Кагуя! — Похоже, убийство старика оказало на него большее влияние, чем я планировал, — проговорил Ичиро, смотря на своего ученика и дырявый труп куноичи. ---------- Том 1 Глава 11 Это было второе убийство всего за двенадцать часов. Как бы Ясухиро не хотел этого признавать, но он пережил его значительно легче, чем первое. Не было никаких истерик и уж тем более слёз. Лишь пугающая пустота. Никаких эмоций. Словно он так и должен был поступить. Будто иного выхода не было. Хотя… На самом деле так и было. Кажется, Кагуя начинал понимать главный принцип мира шиноби: убей или будь убитым. Если бы он не лишил жизни эту куноичи, то кто знает, что бы она с ним сделала… «Кажется… я начинаю к этому привыкать», — с ужасом подумал он, закапывая труп девушки на заднем дворе, рядом с местом захоронения старика. Его испачканную одежду, а также немногочисленное одеяние куноичи он поспешил сжечь по примеру Ичиро. Помывшись и вытерев пол от крови, он облачился в запасную форму, которую всегда хранил в печати. Теперь оставалось лишь рассказать о случившемся сенсею и надеяться, что тот не будет слишком сердиться из-за его действий. Выйдя на улицу, Ясухиро увидел учёного, который за всё это время, казалось, даже не шелохнулся. Он продолжал сидеть за прилавком, нахмуренно сложив перед собой руки. Так как никого из деревенских рядом не наблюдалось, Кагуя решил рассказать ему о произошедшем прямо сейчас. На удивление, Ичиро его опередил. Как только перерожденец подошёл к нему со спины, он тихо проговорил: — Убил её? Его голос был отнюдь не сердитым. Ни о каком разочаровании или обвинении ни шло и речи. Наоборот, в нём отчётливо можно было услышать одобрение. — Да, — коротко кивнул Ясухиро, не став скрывать очевидное. — Хорошо… Такие, как она, соблазняют вражеских шиноби, а затем либо выпытывают информацию, либо убивают. Ниндзя должен уметь контролировать свои желания и держать в узде животные инстинкты. Судя по твоей ране на шее, я уверен, что она застала тебя врасплох и почти совершила своё грязное дело. Тебе нужно избавиться от всякого смущения при виде нагого тела. Все мы люди, и у всех у нас всё одинаково. Ничего там особенного нет. Сейчас тебе десять, и твои гормоны ещё до конца не проснулись. Чакра позволяет тебе расти быстрее, чем обычному человеку, а потому уже в ближайшие два-три года тебе нужно будет воспользоваться специальными услугами… — Х-хай… — с запинкой протянул Кагуя, стараясь не краснеть от услышанного. Ичиро, словно не заметив реакции ученика, продолжил: — Тебе повезло, что в самом начале нам выдали фуин, которые скрывают нашу чакру. И ещё больше повезло, что эта куноичи не была сенсором. В ином случае она бы нас раскрыла, ещё когда подошла бы на близкое расстояние… — учёный выдохнул, заметив подавленное состояние Ясухиро. — Ладно, сходи в деревню, развейся. Это поможет. А заодно пособирай информацию. Сам понимаешь, я не могу отсюда уйти, потому что Гуринэй практически никогда этого не делал до наступления позднего вечера. Мы здесь задержимся на пару дней, так что у тебя есть ещё время. — Хорошо, сенсей, я понял, — коротко поклонился перерожденец и немедля отправился выполнять задание. *** До этого деревня в Стране Воды у Ясухиро ассоциировалась с бедностью и разрухой. Реальность же оказалась совершенной иной. Прогуливаясь по центру селения, Кагуя не мог не отметить добротные, крепкие на вид дома, чистые улицы и развитую систему водоснабжения. Прилавки были забиты всевозможными свежими продуктами, люди ходили в хорошей одежде… В общем, можно было с уверенностью сказать, что эта деревня совсем не бедствовала. Остановился он около места, отдалённо напоминавшего кафе. Свободные столики были прямо на улице, что его очень обрадовало, ведь не было лучшего места для слежки за местными жителями, чем это. Приветливая официантка принесла ему чашку чая, а затем «фирменное блюдо» в виде обычной зажаренной рыбы под соусом, состав которого знает лишь владелец кафе. Оказалось, что сбор информации под прикрытием — не такая уж и лёгкая задача. Обычно в книгах про шпионов автор пишет о том, как окружающие в случайной беседе сразу же начинают говорить друг с другом о наиболее важной для главного героя вещи. Он незаметно подслушивает их, не проверяя достоверность услышанного, а затем отправляется на своё задание. На самом деле всё оказалось более реалистично и приземлённо. Мало того, что расслышать голоса людей с противоположной стороны, даже не самой широкой улицы оказалось невероятно трудно, так ещё и говорили они исключительно о ерунде вроде житейских проблем или погоды. Так и прошли три дня. К сожалению, за всё это время Ясухиро ничего толкового не разузнал. Самым интересным было то, что никто из деревенских ни разу не упомянул протекающую в данный момент войну. Создавалось такое ощущение, что они либо о ней не знали вовсе, либо подчистую игнорировали. Что первый, что второй вариант был довольно странным. Хотя, возможно, это было из-за того, что открытые боевые действия начались ещё совсем недавно, и простые люди ещё не успели от этого пострадать. В любом случае, Ичиро решил, что оставаться в этом месте хотя бы ещё один день может быть опасно. Шиноби Кири в любом случае их ищут, отчего чем чаще они будут менять своё местоположение, тем лучше. Бежать решено было ночью. В лучших традициях ниндзя. Они могли бы, конечно, покинуть деревню и днём, используя маскирующее гендзюцу, однако решено было не отдавать предпочтение неоправданному риску. Оставалось лишь провести остаток дня так, как диверсанты делали это предыдущие дни — спокойно и без каких-либо подозрений. Однако везение — понятие переменчивое. До этого у шиноби Конохи шло всё более или менее гладко. Однако когда в их поле зрения попали несколько ниндзя Кири, которые решили посетить эту деревню, Ясухиро понял, что, возможно, им нужно было уходить подальше от этого места ещё вчера. — Главное, не нервничай и веди себя естественно… — прошептал Ичиро, расслабленно облокачиваясь на спинку стула около входа в дом старика. Кагуя незаметно кивнул и сел на скамейку рядом, сделав свой вид максимально отрешённым и безучастным. Молодой парень лет двадцати с повязкой Тумана на лбу уверенно направлялся в их сторону. Перерожденец был уверен: ему нужны были именно они. — Доброго вечера. Как торговля? — подойдя к прилавку, вполне дружелюбно поинтересовался шиноби. — Как обычно, — по-стариковски кхекнул Ичиро. — Ха-ха, вы ничуть не изменились за все эти годы, Гуринэй-сан, — сдержанно посмеялся парень, только сейчас обратив внимание на Ясухиро. — О, а ты кто будешь, молодой человек? — Это мой внук — Мияши, — сказал как отрезал учёный. Шиноби Кири в удивлении приподнял бровь. — Что-то не припоминаю, чтобы у вас были внуки, Гуринэй-сан… — он задумчиво почесал затылок. — Я же вырос в этой деревне, неужто вы уже забыли меня? — Да, — коротко ответил «старик», продолжая оставаться невозмутимым. — Так по какому поводу ты пришёл? — Нет, это слишком похоже на него… — еле слышно пробормотал про себя парень, а затем продолжил куда громче: — Я хотел бы задать вам один вопрос: вы не встречали в последние дни какие-нибудь подозрительные личности? Они могли задержаться здесь на пару дней. — Нет, — «дед» оставался непреклонным. — Я бы сказал, что подозрительный здесь только ты. Ниндзя Кири с выдохом закатил глаза, протянув что-то типа: «А как же, разве могло быть иначе?». Затем он переключил своё внимание на молчавшего доселе Ясухиро: — А ты, Мияши, видел кого-нибудь, кто мог быть похож на шпионов или, может, беглецов? Вот теперь Кагуя действительно заволновался. Контролировать свои нервы ему было ещё довольно трудно, хоть до этого всё шло вроде бы неплохо. Мысленно собравшись с силами, он смог, наконец, ответить первое, что пришло ему в голову: — Нет, не видел, шиноби-сан… — О, так ты знаешь, что я шиноби? — заинтересованно уточнил парень, слегка склонив голову. — Ну… да. На вашей повязке на лбу изображён знак Киригакуре, — неуверенно протянул Кагуя, чувствуя, как по его спине начинают стекать капельки пота. Ниндзя одобрительно хмыкнул, но затем с лёгким подозрением добавил ещё один вопрос: — И откуда ты знаешь, как выглядят наши протекторы? — Мои родители живут в Кири, — решил рискнуть Ясухиро, на ходу придумывая свою историю. — Там я видел много шиноби, таких как вы. Недавно они отправили меня сюда, чтобы я проведал дедушку. — Хм… ладно, — перестав подозрительно глядеть на перерожденца, парень слабо улыбнулся. — Спасибо за ответы. Удачи. Смотря в спину уходящего прочь шиноби Кири, Ясухиро мог выдавить из себя лишь одно: «Пронесло…» ---------- Том 1 Глава 12 — Клянусь, Чиюки-сан, я и подумать не мог, что это они! В них не было и капли чакры! И они не использовали хенге! Я бы сразу это понял! — Идиот! Я же уже говорила, что они скрывают свою чакру с помощью фуиндзюцу! Очередной удар пришёлся по лицу одного из молодых подчинённых Хошигаки, который совсем недавно расспрашивал так называемых «Гуринэя и Мияши». Сейчас он, а также практически вся группа шиноби Кири во главе с Чиюки стояли над двумя откопанными на заднем дворе старого дома трупами. Прижав ладонь к разбитой брови, дабы льющаяся кровь не попала в глаза, Цукияма, а именно так звали восемнадцатилетнего ниндзя Кири, встал с колен, чтобы затем поклониться так низко, как только мог. — Простите меня! Я готов понести любое наказание, которое вы сочтёте нужным! Девушка презрительно фыркнула. — За такое тебя нужно казнить… на месте, — оскалилась она, увидев, как задрожал её подчиненный. — Но это пока подождёт. Я дам тебе шанс исправить свою ошибку. — Благодарю вас, госпожа! Я больше вас не подведу! — он поклонился ещё ниже, с трудом удержав равновесие, чтобы не упасть. — Ещё бы, — хмыкнула Хошигаки, отвернувшись от парня, затем она присела на корточки, начиная внимательно изучать трупы, которые её подчинённые уже успели вытащить и положить на землю. — Так… что тут у нас… С небольшой толикой брезгливости, но всё-таки очень внимательно разглядев старика, она принялась рассуждать: — Убийство было совершенно с помощью обыкновенного куная. Удар был сильным, оружие зашло по рукоять, но не слишком аккуратным, рана широкая, и крови вытекло довольно много. Значит, человек, убивший его, не умеет либо не захотел убивать без следов. Может он сделал это специально, чтобы ввести нас в заблуждение? А может, он просто неопытный юнец? Нет… это вряд ли. Коноха или Узушио не станет отправлять детей на такие задания. С другой стороны, этот придурок Цукияма общался со «стариком» и его «внуком». Вполне возможно, что этот «внук» и был замаскированным ребенком. Теперь мы, по крайней мере, знаем, что их как минимум двое. Затем её взгляд переместился на обнажённую девушку. — Но зачем тогда нужно было убивать и её заодно? Её рана очень похожа, однако всё-таки отличается. Края слишком ровные, они образуют нечто похожее на овал… Чем можно нанести такое ранение? Никакое оружие такого после себя не оставляет… Хотя… это похоже на… Деревянный кол? Или копьё? В этом есть логика, ведь они несколько дней жили в доме, где находится множество деревянных поделок. Однако они ведь шиноби. Зачем шиноби использовать нечто другое вместо кунаев, сюрикенов или мечей в качестве оружия? Это же самый быстрый и удобный способ убийства… Только если… — внезапная догадка заставила девушку отшатнуться и широко округлить глаза. — Всё сходится! Зачем использовать кунай, если можно намного быстрее и эффективнее убить человека с помощью своего Кеккей Генкая! — Чиюки-сан, вы хотите сказать, что враг опрометчиво отправил к нам в тыл человека с Улучшенным Геномом, который в любой Какурезато ценится на вес золота? — уточнил один из её подчинённых. — Скорее всего… — задумчиво пробормотала Чиюки. — Более того, возможно, это член клана Сенджу, обладающий Мокутоном. Хоть достоверно известно, что им владеет лишь Первый Хокаге, нельзя отрицать, что его соклановцы могли пойти по его стопам… Но это вдвойне нелогично! Ведь не стал бы Хокаге рисковать, отправляя сюда своих людей… — Что будем делать дальше, Чиюки-сан? — Нашими врагами, вероятно, являются шиноби с Кеккей Генкаем и тот, кто умеет изменять внешность, не используя Хенге. Они ушли отсюда недавно. След их чакры отследить не представляется возможным, значит, нам придётся… Начиная подниматься со своего места, она внезапно прервалась. Её взгляд сконцентрировался на кунае, лежащем в яме, где была до этого закопана мёртвая девушка, на который она до этого даже не обратила внимание. — Что-то случилось, госпожа? Чиюки ответила не сразу. Наклонившись над ямой, она ещё раз оглядела так заинтересовавшее её оружие, а затем скомандовала: — Достаньте мне его. Когда кунай оказался в её руках, она несколько раз его покрутила, прежде чем её цепкий взгляд не остановился на нескольких засохших каплях алой жидкости. — Да ладно… видимо, она успела задеть одного из убийц… — она предвкушающе оскалилась, а затем вдохнула запах застывшей, но ещё слышимой для её чувствительного носа крови. — Теперь мне всё ясно… За мной! Шиноби Конохи даже не подозревали, что, однажды учуяв запах крови, член клана Хошигаки может вычислить жертву даже за несколько километров. За свою маленькую, но роковую ошибку они заплатят сполна… *** — Какова наша следующая цель, Ичиро-сенсей? Как бы это ни было странно, но в данный момент двойка диверсантов из Листа бежали прямо по водной глади. Было решено, что использовать корабль, чтобы переплыть с одного острова на другой, будет слишком долго и неудобно. По этой причине Ичиро решил действовать более нагло и открыто: они пересекали море на своих двоих. Конечно, без очередного безумного плана здесь было не обойтись. Понятное дело, что шиноби Кири, которые должны патрулировать местность, будут подозревать неизвестных шиноби, пробежавших с моря. Из-за этого учёный решил, что самое время рискнуть: он приказал Ясухиро принять свой истинный облик. Сам же он тоже стал типичным представителем клана Кагуя, но уже использовав свою излюбленную технику. Также они отключили фуин. Ведь было бы довольно странно встретить двух шиноби Кагуя без чакры. План целиком и полностью опирался на бунтарскую славу безумного клана Киригакуре, а также на некомпетентность шиноби Тумана. Оставалось лишь соответствовать новым ролям. — Мы должны будем проникнуть в полевой госпиталь, — ответил на заданный вопрос беловолосый Ичиро, который сейчас был невероятно похож на старшего брата или отца Ясухиро. — Это задание будет намного сложнее, чем предыдущее. Этот госпиталь находится на главном острове. Там, где расположено Киригакуре. Из-за этого мы будем встречать по пути множество вражеских шиноби. Основной задачей будет уничтожение медикаментов и медицинского оборудования. Второстепенной — убийство раненых и медиков. — Всё ясно… Теперь перерожденца больше пугало не то, что ему, вероятнее всего, вновь придётся убивать, а то, что он начинает это воспринимать как должное. Больше не казалось, что он делает нечто вопиющее. Сейчас это было не более чем заданием, которое он должен выполнить любой ценой… Когда сквозь белёсый туман начал проглядываться остров, Ичиро не стал тормозить, он, наоборот, ускорился. Ясухиро поспешил догнать вырвавшегося вперёд сенсея, пока тот не успел встать на землю в одиночку. Как и ожидалось, на берегу их встретил шиноби Тумана. Он не выглядел враждебно, хоть и было видно, что он насторожился при виде диверсантов. — Кто вы такие и что здесь делаете? — он перекрыл дорогу остановившейся двойке, с прищуром их осматривая. — Тебя еб*ть это не должно! — с ходу начал грубить Ичиро, используя новую модель поведения. — Свалил с дороги, иначе не поздоровится! — Как же с вами, Кагуя, сложно… — прошептал про себя мужчина, недовольно покачал головой. — Вы же не просто так с одного острова на другой переходите. Что у вас за задание? — Худшее, бл*дь, задание на свете! — вновь выругался «Кагуя». — Нам приказали ловить диверсантов! Как будто больше некому искать этих уё*ков! Верно говорю, малой? Ясухиро тут же сообразил, что теперь настала его очередь играть свою роль. — Да, отец, — куда более спокойно, но с видимым боевым оскалом ответил он. — Я бы лучше сейчас резал всех этих ублюдков на фронте, чем просто так тратил своё время. — Нда… Даже такой мелкий ребёнок ведёт себя как и все Кагуя… — закатил глаза шиноби. — Чё сказал?! — Назовите кодовое слово и можете идти дальше, — прервал мальчика охранник, в миг став серьёзным. Ясухиро почувствовал, как его сердце ушло в пятки. Ичиро ни разу не обмолвился о каком-нибудь пароле. А перерожденец об этом даже не удосужился подумать… «А ведь это логично. Нужно же как-то противодействовать шпионам вроде нас…» — стараясь не показывать степень своей паники, Кагуя краем глаза заметил, что на лице сенсея не дрогнул ни один мускул. Словно он всё знал. — Ты что, дурачок? — неожиданно рассмеялся учёный, схватившись руками за голову. — Нет никакого кодового слова! А иначе о нём знали бы все кому не лень! — Ладно… — шиноби испустил тяжёлый выдох, став чуточку более расслабленным после такого ответа. — Можете быть свободны. Оставив позади обманутого шиноби Кири, Ясухиро недоуменно воззрился на оставшегося после всего этого совершенно спокойным Ичиро. — Но… сенсей, так вы с самого начала знали, что у них нет никакого пароля? — Нет, конечно. Я понял это, когда он задал вопрос. Ведь если бы он действительно был, то он спросил бы его ещё в самом начале. Думаешь, почему он сначала уточнил, кто мы такие? — Он нас проверял… — догадался Кагуя. — Верно. И поэтому вопрос о пароле являлся скорее последней проверкой. — Но это не объясняет тот факт, что его совсем нет. Он ведь вполне мог быть, но вы почему-то решили иначе, — продолжал сомневаться мальчик. — О, ты начинаешь рассуждать. Мне это нравится, — ухмыльнулся Ичиро. — Скажем так… это была интуиция, опыт и капелька везения. Если бы я не угадал, то просто убил бы его. Это было бы неприятно, но не критично. — Ясно… — всё, что оставалось ответить мальчику, который не переставал удивляться их везению… …которое рано или поздно должно закончиться… Комментарий к Часть 12 Кто-нибудь дайте им уже Оскар!! ---------- Том 1 Глава 13 К нужному месту шиноби Конохи подошли лишь к позднему вечеру, что было, впрочем, им только на руку. Полевой госпиталь представлял собой связку нескольких белых шатров. На вид они были достаточно большими, чтобы в общей сложности вместить в себе по крайней мере сто человек. Этот госпиталь был одним из самых дальних от фронта, а потому здесь было не так уж и много охранников. А если говорить точнее — их было всего трое. Они следили за периметром с разных сторон, покрывая тем самым своим взглядом всю территорию вокруг. Действовать решено было хитро, как и всегда. По словам Ичиро, организм Ясухиро был даже для такого опытного ирьенина, как он, загадкой. В нём невозможно было определить точное количество костей, а также их изначальное расположение. Любой меднин будет застигнуть врасплох, если просканирует тело перерожденца Шосеном. На этой неопределённости учёный и решил сыграть. Ведь не было лучшего способа проникнуть внутрь госпиталя, чем попасть туда будучи раненым. Для этого Шикоцумьяку работало лучше, чем что-либо на свете. Воззвав к силе Кеккей Генкая, Кагуя достал окровавленную кость из своего локтя, оставив её торчать на половине пути, а затем сломал её. Теперь это очень походило на открытый перелом, так что у врача не должно возникать вопросов. Конечно, Ясухиро испытывал боль. Было бы странно, если бы было иначе. Хоть природа и наградила его возможностью не чувствовать дискомфорт при использовании Генома, однако нервным окончаниям от этого было ни холодно ни жарко. Ведь довольно сложно игнорировать огромную кровоточащую рану, которая образовалась после её открытия. Для большей правдоподобности диверсанты сами себе нанесли лёгкие ранения. Это были мелкие порезы по всему телу, а также синяки. Они сделали всё, чтобы сделать вид, что они вернулись после боя с врагом. Когда все приготовления были завершены, двойка решила действовать. Поддерживая «раненого» Ясухиро, Ичиро в открытую начал двигаться в сторону одного из трёх дозорных. — Эй! Ему нужна помощь! Где у вас тут ирьенин? — изобразив на лице беспокойство за своего соклановца, учёный сразу же перешёл к делу. — Кагуя? — удивился подошедший шиноби. — А я думал, что вам плевать на свои жизни… — Сука, ещё одно слово, и мне уж точно будет плевать на твою жизнь! — Ладно, ладно… — пошёл на попятный ниндзя Кири, в успокаивающем жесте приподнимая руки. — Идите прямо, затем направо. Зайдите в первый шатёр, там вам помогут. Не став высказывать благодарность за помощь, Ичиро потащил своего «товарища» в сторону указанного места. Внутри шатра действительно нашёлся дежурный ирьенин, который, только заприметив вошедших, сразу же подскочил к ним. — Ясно… открытый перелом и многочисленные мелкие ранения, — сделал вывод мужчина, намётанным взглядом осмотрев новых «пациентов». — Ложитесь на койку, юноша, — затем он бросил взгляд на Ичиро. — А вы пока подождите, у вас нет серьёзных ранений. — Будто мне надо ваше лечение… — фыркнул он. — Это всего лишь царапины! — Как скажете, — отстранённо ответил врач, склонившись над уже успевшим принять лежачее положение Ясухиро. — Готовы? Будет больно. Кагуя сделал лицо как можно серьёзнее, а затем коротко кивнул, давая понять, что всё понял. Пока врач выполнял ненужную работу, перерожденец, делая болезненный вид и иногда для верности вскрикивая, получил, наконец, возможность осмотреть помещение изнутри. Оказалось, что вокруг было не так уж и много раненных. От силы человек десять лежало на койках с разной степенью ранений. Кто-то из них корчился от ожогов, другие тяжело дышали из-за глубоких ран. Были также и те, кто лежал в отключке с отсутствием некоторых конечностей. В общем, можно было сказать, что сопротивления от раненых можно было не ждать. Повернув голову в другую сторону, Кагуя заметил то, ради чего они сюда и пришли. В одном из углов лежало множество пачек с бинтами, марлевыми повязками, таблетками, пластырями и спиртом. Наличию последнего Ясухиро обрадовался больше всего. В шатре, помимо человека, который в данный момент его лечил, находились также двое ирьенинов, занятые в данный момент другими ранеными шиноби. Они были полностью поглощены своей работой и, стоя спиной ко входу, даже не замечали новоприбывших Кагуя. Когда меднин практически закончил свою работу, обвязывая руку Кагуи тугим бинтом, Ясухиро поймал взгляд Ичиро, который стоял позади врача. Тот понял, что пора переходить к другой части плана. Он тут же выглянул наружу, проверив тем самым наличие посторонних людей вне шатра. Не найдя подобных, он прикрыл выход тканевой преградой и коротко кивнул, тем самым давая понять, что готов действовать. — Ну вот, готово, — надёжно закрепив бинт, проговорил ирьенин. — До полного восстановления… Кха… Его слова в прямом смысле застряли в горле, насквозь пробитом Ясухиро той самой костью, которую врач лечил секунды назад. Шок и непонимание в его глазах говорило о многом. В первую очередь о том, что начало миссии у шиноби Конохи удалось. Перестав обращать внимание на захлёбывавшегося собственной кровью мужчину, Кагуя мгновенно вскочил со своего места, дабы продолжить кровавую жатву. Ведь иначе его дальнейшие действия назвать было нельзя. Ичиро уже успел к этому моменту лишить жизни остальных ирьенинов, которые в теории несли наибольшую опасность среди присутствовавших. Сделал он это бесшумно и быстро, используя при этом исключительно свой кунай. Оставшиеся раненые шиноби Кири не могли ничего сделать. Тем из них, кто был в сознании, оставалось лишь с отчаянием наблюдать за тем, как их одним за другим убивали. Как скот. Без жалости и сожаления. Где-то в глубине своей души Ясухиро готов был кричать. Ему было тошно от своих действий. Он до сих пор считал, что это было совершенно бесчестно — лишать жизни другого человека таким образом. Однако… Этот крик был спрятан слишком глубоко, чтобы вырваться наружу. Именно поэтому, когда жизнь покинула последнего беспомощного ниндзя, в глазах Кагуи не было ничего, кроме пустоты. Порой во взгляде мертвецов можно увидеть куда больше жизни, чем в его… Из оцепенения его вывел запах расстилающегося дыма. Оказалось, что Ичиро уже успел к этому времени поджечь внутреннее убранство палатки. Огонь ещё не объял весь шатёр, но даже сейчас можно было сказать, что он спалит тут всё до тла. — Не стой! Мы ещё не закончили! — крикнул учёный, пулей вылетая из палатки. Ясухиро моргнул, а затем поспешил за своим сенсеем. На удивление, на улице тревога ещё не поднялась. Видимо, дым ещё не успел привлечь к себе внимание охранников. Впрочем, это было шиноби Листа лишь на руку. — Стихия Огня: Великий огненный порыв! Не тратя время в пустую, Ичиро сложил несколько ручных печатей, а затем отправил гигантскую волну, целиком и полностью состоящую из огня, в сторону остальных шатров. Тканевые сооружения в момент воспламенились, испуская едкий чёрный дым. Кагуя был крайне впечатлён этой техникой. Её разрушительность поражала, и это уже не говоря о том, что учёный потратил на это ниндзюцу чакры в два раза больше, чем имеет в своём резерве перерожденец. Однако помимо восхищения, эта техника также вызывала ужас своей жестокостью. Ведь люди, находившиеся внутри сооружений, фактически сгорали там заживо. И они ничего не могли с этим поделать. Худшей смерти не придумать… Конечно, они пытались спастись. Желая выбраться из огненного ада, люди с жутким криком выбегали наружу. Они катались по голой земле, пытаясь тем самым сбить с себя пожирающее их плоть пламя. К сожалению, было уже слишком поздно. — Стихия Воды: Волна! Внезапно с нескольких сторон на горящие палатки полетели напитанные вражеской чакрой техники. Несмотря на огромное количество воды, которое выпустила подоспевшая тройка шиноби Кири, пламя и не думало гаснуть. — Сенсей, что будем делать? — напряжённо поглядывая на вставших напротив них врагов, спросил Ясухиро, помня о том, что открытый бой — не их задача на данный момент. — Как что… — усмехнулся Ичиро, начиная складывать новую серию печатей. — Конечно сражаться! Комментарий к Часть 13 Экшен!! ---------- Том 1 Глава 14 В то время как в сторону противников летел гигантский огненный шар, пугающе похожий на раскалённое солнце, Ичиро развернулся к стоящему позади Ясухиро. — Они сильнее тебя, но у нас нет выбора. Я возьму на себя двоих. Последний на тебе. Ты обязан с ним справиться, или мы провалим миссию. — Я постараюсь, сенсей! — решительно воскликнул Кагуя, стараясь скрыть пробежавшую по его телу дрожь от осознания своего положения. — Конечно, постараешься! — расплылся в боевом оскале учёный, с ходу наседая в тайдзюцу сразу на двух противников, которые успели отбиться от огня с помощью очередной водной техники. Ясухиро ничего не оставалось, кроме как вступить в схватку с превосходящим по силе врагом. Помня о своих сильных и слабых сторонах, он сосредоточился на защите. Также ему необходимо было сократить дистанцию по максимуму, дабы иметь возможность сражаться в ближнем бою. Шиноби Кири, однако, был несколько иного мнения. Отскочив от вооружившегося костями Ясухиро, он сложил несколько печатей: — Стихия Воды: Водяные пули! Скрыться от техники Кагуе помогли растущие повсюду вокруг деревья. Быстро спрятавшись за одним из них, он подождал, пока снаряды врежутся в ствол дерева либо пролетят мимо него. Выскочив из своего укрытия, он на одних лишь рефлексах успел пригнуться, пропуская над собой просвистевший кунай. Бросив сразу два в ответ, он совершил рывок, сближаясь, наконец, с противником. Незаметно выпустив кость из пятки, он с ходу попытался вогнать её в череп оппонента, ударив ногой с разворота. Ниндзя, однако, сумел вовремя среагировать, подставив под удар свою руку. Стиснув зубы из-за пробитой насквозь ладони, шиноби Кири с удивлением уставился на остриё кости, которое остановилось в сантиметре от его виска. Справившись с секундным замешательством, он вытянул окровавленную ладонь, стальной хваткой сжал мальчика здоровой рукой за ногу, а затем с силой бросил его в сторону. Полёт Ясухиро был не долгим. В скором времени он врезался в дерево, раскрашивая его кору и чуть ли не растрескивая ствол. Столкновение было мощным. Но, несмотря на боль в спине, Кагуя обязан был встать на ноги, чтобы продолжить битву. Учтя предыдущую ошибку, когда он бездумно бросился в атаку, надеясь на удачу, перерожденец вооружился костными отростками на руках, которые шли параллельно запястью. Тем самым он не только их укрепил, но и дал себе возможность сразу же ответить на любое нападение врага. Пока Ясухиро вставал после предыдущей атаки, шиноби Тумана умудрился успеть залатать свою рану бинтом, обматывая его вокруг ладони. Несмотря на кажущуюся серьёзность, это ранение не особо повлияет на его способность сражаться. Лишь слабосилки, вроде только выпустившихся генинов, могли из-за этого растеряться и выбыть из игры. В этот раз первым атаковал именно он. Однако, в отличие от Кагуи, он вооружился кунаем. Так как мужчина был намного выше мальчика, его удар пришёлся бы не в бок, а сразу в голову. Это могло быть точкой в этой битве, если бы перерожденец не заблокировал удар рукой. Сплетение из костей отлично справилось с задержкой лезвия. Шиноби Кири попытался вытащить застрявшее оружие, однако вынужден был оставить его, чтобы не лишиться головы от костяного лезвия, вылезшего из другой руки мальчика. Заполученный кунай Кагуя отправил в туловище оппонента. Однако он смог без проблем увернуться от импровизированного и такого явного броска. — Я понял тебя, — хмыкнул неизвестный шиноби Кири, разрывая дистанцию. — Не думал же ты, что я захочу биться с Кагуей в тайдзюцу? С этими словами он сложил всего три печати, после чего слегка приподнял руку, будто бы сжимая в ней нечто невидимое. Спустя мгновение это «невидимое» материализовалось в сохраняющую стабильную форму струю воды, сильно напоминающую хлыст. Расчёт был на то, что его длины более чем хватало, чтобы не давать Ясухиро приблизиться к его владельцу. Без лишних слов шиноби Тумана умело замахнулся своим новым оружием, заводя его за спину. Затем он резко опустил руку, направляя его в сторону противника. Кагуя видел, как хлыст стремительно разрезал густой туман, которого вокруг всегда было в достатке. Он приближался к верхней части его туловища, словно в замедленной съёмке, намереваясь разрубить мальчика пополам. Но перерожденец не собирался проигрывать просто так. Избавившись от своего замешательства, он напитал чакрой свои руки и с помощью Кеккей Генкая остановил вражескую атаку. Водяной хлыст безрезультатно врезался в сплетение из костей, оставляя на них еле заметные следы от удара. Смахнув воду, Ясухиро решил вернуть инициативу в свои руки, вновь сблизившись с оппонентом. Оттолкнувшись от дерева, он придал себе тем самым дополнительное ускорение для рывка. Однако его плану по быстрому сокращению дистанции не суждено было сбыться. Проскользив на намокшей от техник Воды земле, он пропустил над собой хлыст, который на этот раз просвистел в опасной близости от его головы. Не теряя времени и не ожидая, пока противник вернёт своё оружие в исходное положение для следующего удара, Кагуя быстро вскочил на ноги. Желая немного разнообразить свои атаки, он полностью вынул кость из бедра и бросил её, словно метательное оружие, в район груди врага. Шиноби Кири оскалился, не спеша уклоняться от летящего снаряда. Вместо этого он взмахнул хлыстом, но нацелился не на оппонента. Его оружие обмоталось вокруг толстой ветки крепкого на вид дерева, мимо которого в данный момент пробегал мальчик. Тот по неопытности не придал значения этому шагу, не до конца поняв план врага. Вскоре он из-за этого поплатился. Используя ветку в качестве опоры, противник перерожденца оттолкнулся от земли, напитав для ускорения своё тело чакрой, и, продолжая крепко держаться за хлыст, полетел на него вперёд ногами. Не ожидавший подобной атаки, Ясухиро получил мощный удар в грудь. Он был уверен, что если бы не Улучшенный Геном, то его грудная клетка бы разлетелась на осколки. Охнув от сбитого дыхания, он упёрся руками о землю, дабы не упасть, а затем поднял слегка затуманенный взгляд в сторону медленно приближающегося противника, на лице которого застыло лёгкое удивление. — Хм? А ты крепкий, мальчик-Кагуя… — он уважительно покачал головой. — Но всех предателей ждёт смерть! Не став дожидаться реакции от продолжающего стоять на колене перерожденца, ниндзя Кири слегка отклонил корпус в сторону, отодвинул одну ногу назад и собрался нанести, как ему казалось, финальный удар. Нацелившись на шею, где, по его мнению, его атака не встретит сопротивление, он для проверки тряхнул хлыстом, а затем наконец сделал взмах. — Хоть я ещё многого не умею… — прошипел от боли Ясухиро, мёртвой хваткой держа водяную технику левой рукой, останавливая её тем самым в нескольких сантиметрах от шеи. — …но и ты совершил ошибку, когда подошёл ко мне. Когда шиноби Тумана осознал свою оплошность, в панике округлив глаза, было уже слишком поздно. С криком Кагуя потянул хлыст на себя, притягивая тем самым поближе к себе и потерявшего равновесие противника. Ни о чём не жалея и не испытывая сомнения, Ясухиро вогнал ему остриё кости, вытянутой из запястья свободной руки, прямо в череп. Несколько секунд ещё живой ниндзя круглыми глазами смотрел на перерожденца, проникая своим взглядом прямо ему в душу. Однако затем, издав предсмертный хрип, он обмяк и повис на костяном оружии, пробившем его голову. Тяжело дыша и не до конца осознавая произошедшее, мальчик с неприятным звуком достал кость и втянул её обратно в тело. В следующую секунду, когда адреналин немного сошёл на нет, он чуть не потерял сознание из-за чудовищной вспышки боли в районе левой кисти. Оказалось, что если бы не природная крепость костей, белизна которых в данный момент прослеживалась сквозь глубину раны в середине ладони и в районе фаланг пальцев, то ныне развеявшийся хлыст смог бы с лёгкостью отрубить ему эту конечность. С силой сжав зубы, да так, что казалось, что он сможет тем самым сломать себе челюсть, Ясухиро огляделся по сторонам в поисках сенсея. Оказалось, что тот уже закончил свой поединок. Вытащив из груди одного из противников кунай, он обернулся в сторону своего ученика. Чему-то ухмыльнувшись, он быстро подошёл к нему с зелёным светом, обволакивающим его руки. Лечение не заняло много времени. Не успел Кагуя даже оглянуться, как уже с удивлением взирал на то, как срастается вокруг ран кожный покров. Когда о прежней ране начал напоминать лишь свежий шрам, он озадачено покрутил кистью, отмечая, что от боли не осталось и следа. Вскинув голову, он хотел было уже поблагодарить Ичиро за помощь, однако тот успел его прервать, приняв нахмуренный вид: — Всё это потом. Сейчас нам нужно бежать отсюда как можно быстрее, пока здесь не оказались все кому не лень! Молча кивнув, Ясухиро мимолётным взглядом оглядел догорающие шатры, мёртвых людей и общую разруху вокруг. Именно в этот момент его голову посетила мысль, не дающая ему покоя на протяжении всего задания по уничтожению полевого госпиталя: «Я не чувствую раскаяния за содеянное. Ведь всё так и должно быть. Мне всё равно на их смерть. Это враги. Они убили бы меня, если бы я это не сделал. Моя жизнь важнее. И сделаю всё, чтобы выжить…» ---------- Том 1 Глава 15 — Не думала, что окажусь права… Действительно ребёнок! К сожалению, диверсанты не успели скрыться с места битвы. Когда они хотели уже поскорее сделать отсюда ноги, вокруг них будто бы из ниоткуда материализовались вражеские шиноби Кири. Всего их было пятеро. Среди них выделялась одна куноичи, кем и были сказаны эти слова. Её внешность была весьма необычна: у неё была бледно-синяя кожа с зеленоватым оттенком, ярко-голубые глаза и такого же цвета волосы. Но больше всего молодую девушку отличало от обычного человека наличие жаброподобных линий на щеках. Острые треугольные зубы же дополняли образ хищной акулы. — Хошигаки… — напряжённо протянул Ичиро, нахмуренно разглядывая куноичи и остальных противников. — Неудивительно, что вы нашли нас так быстро… — О да, эта кровушка и привела меня к вам… — подойдя к тому месту, где до этого ранили Ясухиро, она обмакнула палец в небольшую лужицу алой жидкости и продемонстрировала его остальным. — Кто бы мог подумать, что она будет принадлежать Кагуя. Я, конечно, знала, что вы безумцы, но всё же Мизукаге-сама держит вас на коротком поводке. Так что даже вы должны понимать, что предательство — это верная смерть. Или я не права? Её оскалу мог бы позавидовать закалённый в боях воин, убивший тысячи врагов. В купе с расстилающейся вокруг Ки, она могла даже перед началом самого боя запросто лишить оппонента воли к победе. Диверсанты, впрочем, были готовы к подобному. Даже Ясухиро, лишь недавно ставший на путь ниндзя, не дрогнул перед давлением куноичи. За время этих, по большому счёту, пустых разговоров Ичиро успел придумать нечто похожее на план, по которому у них может появиться шанс на победу. Так как противники были со всех сторон, скрытно передать его суть не получилось бы в любом случае, так что учёный решил просветить своего ученика без какой-либо утайки: — Пацан, эти будут в разы сильнее предыдущих. Поодиночке нас сметут. Но если будем действовать слаженно, то сможем им противостоять. Ты сосредоточишься на своей сильной стороне, я — на своей. Всё понял? — Конечно! — сосредоточенно кивнул перерожденец, вспоминая все советы и указы учителя насчёт битвы одновременно с несколькими противниками. «Самое главное — держать всех в поле зрения и следить за их движениями. В суматохе боя один из врагов может запросто затеряться, а затем нанести критический удар, способный поставить точку в поединке». Говоря о сильной стороне Ясухиро, Ичиро имел в виду, конечно же, защиту. Просто, у него банально не хватало атакующих навыков и способностей. Учёный же мог компенсировать этот недостаток своими техниками ниндзюцу и тайдзюцу. Правда Кагуя не знал, какими конкретно техниками сенсей владел, однако он решил ему довериться. В любом случае у него просто не было иного выбора. — Я вам дала достаточно времени, чтобы осознать собственную беспомощность, — напомнила о себе Хошигаки, зажимая между пальцев двух рук сразу по три куная. — Теперь настала пора вас уничтожить! *** — Начнём наше собрание! В освещённом ярким светом печатей фуин помещении собралась верхушка руководства Конохагакуре-но Сато во главе с самим Первым Хокаге. Все шиноби и куноичи расположились за длинным овальным столом, сделанным из тёмного дуба. Стулья были высокими, сделанные таковыми специально для того, чтобы иметь возможность видеть карту мира, лежащую на столе. Помимо Хаширамы Сенджу, здесь также присутствовал его брат и по совместительству советник Тобирама Сенджу, глава Полиции Конохи Мадара Учиха, а также его брат Изуна. Ещё немаловажными гостями являлись главы остальных кланов Листа, представитель Совета Джонинов, главный врач Больницы Конохи, а также другие шиноби, занимающие определённые должности в военное время. — Ну что ж… Я готов слушать вас, друзья мои, — проговорил Хаширама, складывая перед собой руки в замок. — Какова обстановка на фронтах? — Хокаге-сама, на фронте с Суной всё спокойно. Шиноби Песка не проявляют никакой инициативы и, похоже, в ближайшее время не собираются атаковать. — Ивовцы также затаились. За последнюю неделю они лишь раз проверили на прочность нашу оборону. Да и то это были скорее разведчики, которые прощупывали почву. Говорившими шиноби были командующими на фронтах с вражескими деревнями. Они были опытными бойцами ещё со времён клановых войн, так что никто из присутствовавших не сомневался в их компетентности. — Хм… Создаётся такое впечатление, что они чего-то выжидают… — задумчиво протянул Тобирама. — Может они договорились о совместной атаке? Это могло бы серьёзно пошатнуть наши позиции. — Прошло всего пару месяцев с начала войны, — голос подал брюнет, сидящий рядом с Мадарой. — Ещё слишком рано для подобных перемирий. Цучикаге и Казекаге слишком горды, чтобы согласиться на это. Изуна был очень похож на своего старшего брата. Такие же черты лица, оттенок волос и глаз. Отличия были заметны в причёске и во взгляде. Если Мадара был будто бы вечно чем-то недовольный, то вот Изуна сохранял нейтральное выражение лица, как и подобает членам клана Учиха. — А как там у нас дела на фронте с Кири? — внёс Хаширама новую тему для обсуждения. — Пока образовался паритет. Узумаки без труда сдерживают натиск шиноби Тумана, а наши диверсанты неплохо справляются у них в тылу. — Хорошо. Теперь перейдём к… *** Когда совет подошёл к концу, и большинство людей отправились по своим делам, в помещении осталось четверо человек. Это были старые друзья, положившие конец многолетней клановой вражде, и их младшие братья. — Хаширама… — после недолго молчания начал Мадара. — До меня дошли сведения, что ты отправил в тыл к Кири ребёнка. Это правда? Первый Хокаге не спешил с ответом. Будто бы оттягивая неприятный разговор, он нарочито медленно встал из-за стола и подошёл к широкому окну, открывающим вид на вечернюю Коноху. Когда в воздухе начало особо сильно ощущаться напряжение, Сенджу, наконец, ответил. Тихо, но твёрдо. — Да, это правда. Ожидаемая вспышка гнева не случилась. Вместо этого Мадара лишь прикрыл глаза и облокотился о стул, запрокидывая при этом голову. Так в молчании прошло несколько минут, на протяжении которых каждый из шиноби ожидал реакции старшего Учихи, пока тот, наконец, не выдохнул и проговорил: — Ты забыл главную причину создания Конохи? Ты забыл, зачем мы положили конец войне между нашими и другими кланами? Его голос звучал пугающе спокойно. Словно он говорил о погоде или о том, как прошло утро. Лишь некоторые смогли бы расслышать в нём неприятное удивление и разочарование. — Ты как никто знаешь, что я никогда этого не забуду, — продолжая смотреть на деревню, ответил Хаширама. — И тем не менее, Ясухиро Кагуя — ребёнок с повязкой Листа, сейчас сражается на войне. Довольно странно это, не находишь? — В том-то и дело, что он Кагуя! — слегка повысил голос глава Конохи, разворачиваясь лицом к своему собеседнику. — Официально он шиноби Конохи, но по факту… Его лояльность пока под вопросом. Сейчас он спокоен, но рано или поздно его гены могут себя проявить во всей красе. А это выльется в кучу проблем для нас. — И поэтому ты решил отправить его туда, где психика людей ломается раз и навсегда! — наконец Учиха дал волю своим эмоциям, резко открывая глаза и повышая голос. — Это просто гениально! — Мадара… — тяжело выдохнул Первый Хокаге, начиная ходить по кабинету. — Подумай, почему я, ты, Тоби, Изуна и другие наши одногодки в разы сильнее, чем шиноби нового поколения? Потому что мы родились и провели всё своё детство и юность на войне. Именно в таких условиях рождаются воины, способные пробить планку обычного шиноби. Ясухиро Кагуя просто не повезло. Ему выпала участь стать тем, кто пройдёт через те же испытания, через которые прошли и мы. Никого из других детей заставлять сражаться я не собираюсь. Если этот мальчик выживет, то когда-нибудь в перспективе встанет вровень с нами, если умрёт, то послужит своей смертью на благо Конохи. Я попросил Ичиро имплантировать в его тело взрывчатку, которая сдетонирует, если мальчика уже нельзя будет спасти. Так он хотя бы заберёт с собой на тот свет своих врагов. — Я никогда не думал, что жизнь ребёнка, пусть даже того, который родился не в нашей деревне, будет для тебя значить ровным счётом ничего, — грустно усмехнулся глава Полиции. — Ты понимаешь, что если он вернётся, то у него возникнет пару десятков не очень приятных для тебя вопросов? — Но зато он вернётся ветераном войны и станет примером для молодёжи, — возразил Сенджу. — Это укрепит наши позиции и взрастит новое поколение в правильном русле. В гробовом молчании Мадара поднялся со своего места. Разочарованным взглядом смотря в глаза своего старого друга, он развернулся и направился на выход. Уже открыв дверь, он остановился и бросил через плечо: — Ты пал в моих глазах, Хаширама… Комментарий к Часть 15 Ну а в следующей главе узнаем чем закончится стычка между Ясухиро и Хошигаки. ---------- Том 1 Глава 16 Цукияма был удивлён. Вернее будет сказать — ошарашен. Один из диверсантов оказался ребёнком, которому нельзя было дать больше десяти лет. У него есть младший брат такого же возраста, но он просто представить себе не мог, чтобы тот участвовал в боях. Этот же мальчик с глазами загнанного в угол зверя был здесь и он только что умудрился убить одного из его соратников. Вынув из его груди кость, он дёргано осмотрелся, выискивая новую опасность. Юного Кагую было невероятно тяжело достать в ближнем бою. Используя силу Улучшенного Генома, он смог покрыть все наиболее важные части тела остроконечными костями. Теперь, чтобы, например, ударить ему в живот, нужно было пробиться сквозь невероятно крепкую преграду. Однако это было единственное, чем он мог похвастаться. Оказалось, что кроме тайдзюцу он ничего более показать не мог. Хотя даже этого хватало, чтобы заставить их попотеть. — Цукияма! Не спать, а то мелкий тебе твою тупоголовую бошку снесёт! Из оцепенения его вывела командир, которая на протяжении всей битвы не избавлялась от радостного выражения лица. Было прекрасно видно, что это сражение приносило ей неописуемое удовольствие. Она то и дело от души смеялась, отправляя в шиноби Конохи очередную смертоносную технику. Но она была права. Если он продолжит стоять, то мальчик или неизвестный ниндзя, замаскированный под Кагуя, может запросто лишить его жизни. Нужно было двигаться. Вытащив из ножен катану, Цукияма нацелился на старшего «Кагую», который вовремя открылся для атаки, сражаясь с Хошигаки. Лучшего шанса могло и не быть, учитывая, что мальчик сейчас был занят двумя его сослуживцами. Однако просвистевшее лезвие было остановлено у самого тела взявшейся из ниоткуда костью, которая отклонила выпад его оружия вверх. Её владелец из-за подобного манёвра пропустил ответный выпад, оставивший на его незащищённом лице длинный порез от подбородка до щеки. Совершенно не обращая внимания на свежую рану, он вырастил из ладоней две короткие кости, по размеру схожих на кунаи, и в упор бросил их в сторону тех двух шиноби, с которыми он до этого сражался. Затем он вновь переключился на Цукияму, который успел к этому времени вернуть катану в исходное положение и вновь атаковать ею. Мальчику не хватало опыта. Это было очень заметно. В тех ситуациях, когда можно было сделать одно движение, он делал два, что существенно влияло на его скорость. Иногда он совершал ошибки и совершал неправильное действие, из-за чего сполна расплачивался. Но, несмотря на все эти недостатки, он умудрялся выживать. Всё его тело было покрыто кровью от мелких порезов и неглубоких ран, но это не особо ему мешало сражаться сразу с несколькими противниками. У него была другая, более важная проблема. Он просто-напросто начал выдыхаться. Юное тело давало о себе знать. Всё-таки выносливость развивается с возрастом. Чем ты старше, тем у тебя её больше. Именно поэтому момент, когда его силы подойдут к концу, был лишь вопросом времени. Переглянувшись с одним из сокомандников, Цукияма кивнул, с полуслова поняв план по устранению Кагуи. Сложив несколько печатей, они вместе сосредоточили окружающий туман вокруг противника, делая его более густым и непроглядным. Таким образом, они лишили его возможности разглядеть что-либо дальше вытянутой руки. Ведь сквозь эту технику могли видеть лишь обладатели додзюцу, коим он не являлся. Сами же они могли без проблем в нём ориентироваться, ведь в этом ниндзюцу содержалась их собственная чакра. Выдвинувшись в сторону неподвижно стоящего мальчика, они собрались, наконец, лишить его жизни. Первым приблизился к нему его сокомандник, вооружённый кунаем. Он целенаправленно метил в сердце, чтобы раз и навсегда покончить с ним. И несмотря на то, что вся передняя и задняя верхняя части его тела была защищена кольями из костей, между ними были небольшие бреши, через которые можно было достать до внутренних органов. Всё, что произошло дальше, случилось всего за несколько секунд, хотя субъективно это длилось намного дольше. Юный Кагуя поспешил убрать пассивную костяную защиту. Безумная идея оказалась оправданной: кунай смог пробить кожу и зайти вглубь лишь на пару сантиметров, намертво останавливаясь и не желая заходить дальше. Сквозь хлынувшую кровь можно было заметить цельную преграду молочного цвета, защищавшую левую часть его грудной клетки. Оказалось, что он убрал внешнюю защиту именно для этого. Пока его замешкавшийся сослуживец в отчаянии зажимал рану на шее от ответной атаки пацана в виде молниеносного выпада кунаем, в голове у Цукиямы пролетела шальная мысль: «Если он переместил свою костяную защиту снаружи во внутрь, а также использовал кунай вместо кости в качестве оружия, значит, у него есть ограничения во владении Кеккей Генкаем. Он не может покрыть им всё своё тело, и поэтому…» Мысль тотчас же воплотилась в реальность. Катана без какого-либо сопротивления вонзилась по рукоять в живот обессиленного Кагуи, алым лезвием выходя за его спиной. Теперь, когда их лица были на расстоянии вытянутой ладони, Цукияма смог в полной мере разглядеть эмоции в глазах мальчика. Он боялся. Действительно боялся. И парень не осуждал его за это. Мало кто перед смертью не будет испытывать страх. Это простой инстинкт выживания, а желание выжить — естественная реакция в данном случае. Правда, он уже ничего не сможет с этим поделать. — И как же тебя угораздило здесь оказаться? — не то сочувственно, не то удивлённо прошептал Цукияма, глядя, как его оппонент начал медленно опускаться на землю. — Пусть твоя душа найдёт покой в ином мире… С этими словами он вытянул свой меч и мягко опустил еле дышавшего мальчика на землю. — Всё ещё цепляешься за жизнь и мучаешься? Ладно, я помогу тебе. Не выпуская катану из рук, он нацелил её на шею умирающего Кагуи, чтобы добить его. Без лишних слов он поднял своё оружие достаточно высоко, чтобы лишить его жизни наверняка. — Прощай… Внезапно он почувствовал опасность, исходящую будто бы со всех сторон. Он принялся остервенело крутить головой в надежде обнаружить её. В следующее мгновение туман, что до этого скрывал его и мальчика внутри себя, развеялся от сильного порыва ветра. Ему открылся вид на то, как неподвижно стояли друг напротив друга командир вместе с последним соратником и неизвестный шиноби Конохи. И только сейчас Цукияма понял, что опасность всё это время шла именно от него. «Но… он всё это время сражался с Чиюки-тайчо и до сих пор не смог её одолеть», — пролетело в мыслях у парня. — «Теперь втроём мы с лёгкостью сможем убить его. Но почему я чувствую некий подвох? Будто бы всё это всего лишь игра?» «Кагуя» продолжал стоять неподвижно, даже когда они его окружили. Однако затем он бросил внимательный взгляд за спину Цукиямы, туда, где лежал его полумёртвый соратник. Кивнув самому себе, он дьявольски усмехнулся: — Хе… Ну наконец-то… Дальше он сложил всего одну единственную печать. Шиноби Кири напряглись, хотя это и не было похоже на атаку. Они были правы: её не последовало. Однако произошло нечто иное. Он, наконец, принял свой родной облик, а вместе с этим и выпустил на волю свою истинную силу. И вот сейчас Цукияма готов был упасть на колени от давления и мощи, исходившей от странного змееглазого ниндзя Конохи. «Что это за монстр?» — билась в его голове одна паническая мысль. — Ты… Всё это время это был ты… — Хошигаки широко раскрыла глаза, а её тело начало заметно дрожать от испытываемого ужаса. — Тот, кто, по слухам, когда-то мог сражаться наравне с любым из нынешних Каге… Шиноби по-змеиному посмеялся, ещё сильнее сузив и без того узкие глаза. — Не стоит верить слухам… Моя сила и в подмётки не годится монстрам, что стоят во главе Какурезато. Особенно, если говорить о Хашираме Сенджу… — Но зачем нужно было сдерживаться? Ты мог с самого начала сражаться всерьёз. Тот мальчишка сейчас при смерти, и это твоя вина! Что вообще забыл шиноби твоего уровня в сердце нашей территории?! Отчаянный крик вырвался из уст паникующей Чиюки, которая, естественно, больше волновалась за свою жизнь, чем за жизнь Кагуи. Неизвестный шиноби же оставался пугающе спокоен и, видимо, наслаждался сложившейся обстановкой. — А это уже… — он оскалился пуще прежнего. — …не ваше дело! Первой погибла Хошигаки. Змееглазый превратился в размытый силуэт, ускорился в разы и перерезал ей горло. Орудуя вполне обычным кунаем, он за счёт простой скорости переиграл куноичи, которая в Кири считалась довольно быстрой и способной. Следующим на очереди был соратник парня. Он не успел выкрикнуть или даже моргнуть, как вынужден был закрывать несколько колотых ран на теле, от которых он погиб довольно быстро. Последним был сам Цукияма. От безысходности он не смог удержаться на ногах и вскоре упал на колени. Ему не было стыдно за свои слёзы. Он просто не хотел так рано умирать. — Тебе страшно? — прозвучал над ним презрительный голос с шипящими нотками. — А теперь представь, какого было ему… Цукияма прекрасно понимал, о ком он говорил. Он просто представить себе не мог, что чувствовал ребёнок его лет перед смертью… Теперь настала и его очередь умирать… Комментарий к Часть 16 В следующей главе будет скип. Пора двигать события. ---------- Том 1 Глава 17 С момента первой серьёзной стычки, после которой он впервые побывал на волоске от смерти, прошёл год. Целый год в постоянном напряжении и оглядках по сторонам. Диверсии никуда не делись, война тем более. Ясухиро точно не мог сказать, сколько миссий он уже выполнил. Он уже давно сбился со счёта. Убийства также не думали заканчиваться. Однако теперь он относился к ним совсем по-другому. Был только голый расчёт. Никаких эмоций. Никаких сопереживаний. После той битвы с группой шиноби Кири во главе с Хошигаки у него появилось три новых шрама: один поперёк ладони и посередине пальцев левой руки от водяного хлыста, другой - от подбородка до правой щеки от куная и третий - на животе от катаны. Ичиро, конечно, предлагал ему их свести. Для ирьенина его уровня это было легче лёгкого. Однако Кагуя решил их оставить. Была ли эта детская прихоть или желание покрасоваться… он не знал. Однако факт оставался фактом — теперь на его юной коже виднелись свежие боевые отметины. За этот год в какой части Страны Воды он только не побывал. Их «услуги» нужны были везде. Один раз диверсанты смогли даже пробраться в саму Киригакуре. Оказывается, техника изменения внешности сенсея, печати, скрывающие чакру от Узумаки, и отработанные до автоматизма психопортреты творили чудеса! Была и другая сторона успеха всех этих диверсий. Нет, их не начали узнавать. Но о них начали говорить. Шла молва о двух шиноби Конохи — идеальных диверсантов и шпионах. Никто из шиноби Кири так и не смог их вычислить. Их прозвали «Призраками», а Мизукаге даже выставил за них цену в Книге Бинго. Как-то так получилось, что Ичиро и Ясухиро действительно остались единственными ниндзя Листа, которые продолжают находиться в тылу Кири с самого начала войны. Остальные либо погибли, либо попались в плен. Несмотря на свою удачу, они оставались осторожными. Скорее всего, это и было основной причиной, из-за которой они до сих пор оставались на плаву. Главное в такой работе — не наглеть и быть всегда начеку. Ну, и уметь вовремя сбежать. Куда ж без этого. Навыки и сила перерожденца претерпели некоторые изменения. Они не были существенными, так как у него банально не было времени на тренировки. Он в буквальном смысле обучался во время боя. Никакой теории. Одна практика. Именно поэтому он успел разработать всего лишь одну технику, которую сложно было отнести к ниндзюцу, хотя она и была годна для средних атак. С помощью неё он выстреливал фалангами пальцев, словно пулями. Такие снаряды летели быстрее, чем любой кунай или сюрикен, однако они имели меньшую пробивную способность и размеры, отчего приходилось выпускать сразу десять штук за раз, чтобы нанести урон противнику. В остальном же изменения касались увеличившегося общего количества чакры и навыков в тайдзюцу в купе с развитием скорости, ловкости и выносливости. Также он потихоньку начал получать ценный опыт, благодаря которому у него появлялось значительно больше шансов на выживание. Тем временем Первая Мировая Война Шиноби и не думала останавливаться. Наоборот, она только набирала обороты. Туман вместе с Облаком поделил пополам северо-западные земли. Страна Когтя и Демона отошла к первой деревне, а Страна Болот и Клыка — ко второй. На востоке Кири продолжало вести ожесточённые битвы с Узушио за Страну Медведя. Красноволосые хоть и значительно уступали в количестве, однако преуспевали в силе отдельно взятых бойцов. Никто из них за этот год особо не продвинулся вглубь вражеских земель, остановившись в самом центре этого клочка земли. До них также доходила информация и о ситуации на других фронтах. На самом деле там было не так уж и много отличий. Все битвы происходили на территории мелких стран, которым не посчастливилось существовать между Пятью великими странами шиноби. Под основные атаки, в которых участвует Коноха, попали: Страна Чая и Рек (против Суны), Страна Травы и Водопада (против Ивы). Стране Дождей в этом плане было хуже всех. Из-за своего неудачного расположения сразу между трёх Какурезато, эта страна не понаслышке знала, что значит «страдать от войны». Никто не знал, когда всё это закончится. Ясухиро тем более. Однако почему-то именно сегодня с ним и Ичиро связалось руководство Конохи. Призывной зверь в виде маленькой птички передал им, что Хокаге отзывает их. Впервые за год Кагуя почувствовал облегчение. От такой радостной новости он даже позволил себе слабую улыбку, которую свет не видел уже долгое время. Ему казалось, что этот ад будет продолжаться вечно. Однако теперь всё изменится… — Это ещё не всё? — переспросил Ичиро, которому сейчас на ухо птица передавала информацию об их новых действиях. Когда призывной зверь закончил с посланием, он тут же исчез в дымке из чакры, вернувшись в свой родной мир. Учёный, однако, продолжал стоять неподвижно спиной к нему, опустив при этом голову. Ясухиро сразу же почувствовал неладное. — Сенсей, что приказал Хокаге-сама? — подал он голос, осторожно поинтересовавшись. Ичиро позволил себе тяжёлый вздох. Создавалось такое впечатление, что даже такому суровому человеку, как ему, свойственно было испытывать нечто похожее на усталость. Впрочем, дальше он расправил плечи, развернулся к ученику и твёрдо ответил, сохраняя на лице маску строгости и безукоризненности: — Нам велено немедленно отправиться в Страну Водопада на фронт с Ивой. Там ты вступишь в специальный отряд быстрого реагирования и будешь сражаться, пока не поступит иной приказ. Я же доведу тебя до места и сразу же побегу в сторону Страны Рек. Там понадобится моя помощь как ирьенина против ядов шиноби Суны. — Но… — Ясухиро попросту потерял дар речи от такой новости. — Мы же и так воевали целый год без перерыва. Разве нам не положен отдых? — Пока длится война, ни о каком отдыхе и речи не может идти. Есть приказ, и мы должны во что бы то ни стало его выполнить. Ты понял меня, пацан? — голос Ичиро приобрёл угрожающий оттенок, так что Кагуя поспешил поумерить свой пыл. Всё-таки они находились на совершенно разных уровнях силы. Тем более, за этот год перерожденец не раз замечал, что сенсей во время битвы будто бы сдерживается. Это не давало ему покоя, особенно учитывая то, сколько раз они уже успели пройтись по лезвию ножа… Так что мальчик зарёкся с ним спорить, дабы не навлечь на себя беду. — Я всё понял, учитель, — смиренно поклонился он, загоняя все вопросы и претензии глубоко внутрь. Но когда-нибудь настанет время, и он позволит им выйти наружу. До Страны Водопада было решено идти через Страну Горячих Источников, до которой шиноби Конохи добрались вплавь. Не задерживаясь в этой миролюбивой стране, они прошли через Страну Рисовых Полей, Страну Железа и, наконец, дошли до нужного места. Вся дорога у них заняла неделю. И хотя они могли сократить это время вдвое, Ичиро решил, что лучше будет не рисковать и передвигаться спокойно, дабы не привлекать к себе ненужное внимание. Страна, в которой в данный момент сражались Коноха и Ива, встретила их отнюдь не с распростёртыми объятьями. Ещё на границе на только успевших нацепить на лоб протектор Листа бывших диверсантов напали неизвестные шиноби с Хитай-ате Камня. Эти «шпионы», конечно, быстро окочурились, однако сам факт того, что они встретили противника в глубине условно-союзных территорий, настораживал. Сенсей оставался самим собой. Со словами: «Выживи, Ясухиро…», он поспешил ретироваться в сторону другого фронта, исчезая в шуншине. Но удивило Кагую не то, что он покинул его, не удосужившись даже попрощаться, а то, что он впервые с момента назвал его по имени. — Надеюсь, вы тоже останетесь в живых… — проговорил он в пустоту. Ведь как бы ужасно и жестоко не вёл себя Ичиро, и каким бы он не был для него суровым сенсеем, Ясухиро всё-таки успел к нему привязаться. И поэтому он сделает всё, чтобы выполнить его просьбу. Комментарий к Часть 17 Глава вышла информативной. Дальше будет болтовня и драки - всё, что я люблю. ---------- Том 1 Глава 18 Ичиро успел подсказать Ясухиро примерное направление в сторону лагеря шиноби Конохи. По его словам, он находился на юге от огромного дерева, под кронами которого расположилась Такигакуре. Вообще, наличие собственного Скрытого селения в мелкой стране не гарантировало, что она сможет защититься от влияния Шиноби Годайкоку. Как Коноха, так и Ива могли запросто и без особых потерь сломить оборону Селения, скрытого в Водопаде. Однако если одна из сторон решит атаковать Такигакуре, отдавая на это определённое количество бойцов, то вторая тут же активизируется на основном фронте и попытается проломить ослабленного противника. Это была одна из причин, почему Лист и Камень до сих пор терпят местных партизан. Ландшафт этой страны не особо отличался от местности в Стране Огня. Те же леса, реки, озёра, невысокие возвышенности. Выделялось лишь наличие большого количества водопадов, от чего, соответственно, и пошло название страны. Сейчас было лето, а потому жара стояла неимоверная. Солнце шпарило так, что казалось, мозг вот-вот готов был расплавиться. Такая погода кардинально отличалась от туманной Страны Воды, отчего ещё не успевшему акклиматизироваться Ясухиро было хуже вдвойне. К слову, за этот год Кагуя несколько изменил свой наряд шиноби. Это было сделано больше из-за практической потребности, нежели по дизайнерской прихоти. Дело в том, что во время использования Шикоцумьяку кости пробивали не только кожу, но и одежду. И если первое после того, как кость возвращается на место, моментально восстанавливалось, то вот второе оставалось «дырявым». Каждый раз штопать отверстия на одежде Ясухиро в край доконало, поэтому он решил полностью избавиться от одежды по пояс. Конечно, в мирное время он будет носить одежду. Это были простые правила приличия. Однако на войне, когда в любой момент может начаться битва, было как-то не до внешнего вида. На ногах он вместо длинных штанов начал носить удобные шорты, а вместо ботинок — открытые сандалии. Вся эта одежда была в самый раз для столь жаркой погоды, а также она позволяла ему использовать Кеккей Генкай, не боясь её повредить. Двигаясь по лесу, подконтрольном Листу, Ясухиро уже не раз успел встретить шиноби своей деревни. Те либо совершенно не обращали на него внимания, заметив на его лбу повязку Конохи, либо почему-то таращились на него во все глаза. Такие ниндзя, впрочем, не спешили к нему подходить, так что Кагуя так и не понял причину их удивления. Наконец сквозь лиственную чащобу показался лагерь шиноби Конохи. Это была совокупность множества палаток, в которых временно проживали люди. Здесь был полевой госпиталь, небольшой штаб, оружейная и даже импровизированная столовая. Проходя мимо всех этих сооружений, Ясухиро тут же почувствовал на себе сотни взглядов. Все голоса, доселе слышимые со всех сторон, умолкли. Мужчины и женщины смотрели на него недоумённо или даже ошарашенно, будто бы он только что на их глазах восстал из мёртвых. Следом послышался шёпот. Буквально со всех сторон можно было услышать: «Ребёнок? Что он здесь забыл?», «Да ему не больше двенадцати!», «Как он вообще здесь оказался?», «Я думал, что Хаширама-сама не отправляет детей на войну…». И многие, многие другие слова… Мальчику не нравилось находиться в центре внимания. Он поёжился от всех этих внимательных взглядов, на ватных ногах продолжая идти в сторону штаба. Неожиданно около самого входа к нему подошёл неизвестный молодой парень, носивший зелёный жилет чунина, и который был старше его лет на пять. Он остановился напротив Кагуи, преграждая ему путь внутрь. — Малыш, что ты здесь делаешь? Ты, часом, не заблудился? Только глухой не смог бы расслышать в его голосе фальшь. Ясухиро не был конфликтным человеком, а потому ответил как можно спокойнее и вежливее: — Извините, шиноби-сан, но мне нужно попасть в штаб. — О… И что такому коротышу, как ты, могло понадобиться в штабе? — с насмешливой ухмылкой поинтересовался он. Только перерожденец хотел придумать ещё один, более уверенный ответ, как его перебил весьма низкий голос, раздавшийся за спиной у продолжающего стоять шиноби: — Дэнко! Быстро пропустил его, а иначе будешь неделю в столовой тарелки за всех мыть! — Хай, командующий! — выражение лица парня быстро сменилось, а сам он поспешил отойти в сторону, вытянувшись по стойке смирно. Теперь Ясухиро смог, наконец, разглядеть говорившего. Это был высокий и весьма крупный мужчина средних лет с коротким ёжиком волос на голове и глубоко посаженными глазами. — То-то же… — хмыкнул он и бросил короткий взгляд на Кагую. — Нда, это была не шутка… Ладно, за мной, пацан. Я тебя введу в курс дела. *** Внутри помещение оказалось не таким большим, каким перерожденец себе его представлял. Тканевые стены окружали одиноко стоящий стол, на котором лежали различные карты, отчёты и приказы. Больше никакой мебели здесь не было. Хотя, учитывая, что это был полевой штаб, а не обычный, это было вполне оправдано. Ведь в любом случае, если так всё обернётся, что им придётся бежать с этого места, то лучше будет, если здесь останется как можно меньше вещей. Помимо командующего, здесь также находился ещё один человек, стоящий у самого входа. Этот шиноби, видимо, служил неким посланником, который передавал информацию начальника другим солдатам. Грузно упав на жалобно скрипнувший деревянный стул, мужчина, который по росту, казалось, был как минимум в полтора раза выше мальчика, сходу отдал приказ посланнику: — Позови сюда Ацуши. Скажи, что прибыл последний боец его отряда. — Есть! — козырнул ниндзя и поспешил покинуть палатку. Мужчина задумчиво почесал бороду, а затем посмотрел на переминающегося с ноги на ногу Кагую: — Ну что, парень, представься. Сколько лет, ранг, примерный уровень сил, что умеешь, что не умеешь? Мальчик подобрался и отчеканил так, словно читал скороговорку: — Ясухиро Кагуя. Одиннадцать лет. Ранг — генин. Обладаю Кеккей Генкаем — Шикоцумьяку, позволяющим мне использовать в бою собственные кости. До этого год был диверсантом в тылу Киригакуре. — Хо… целый год? Да ещё и Кагуя? — удивлённо приподнял бровь командующий. — Впечатляет… Стоп, так ты один из «Призраков»? Это же отлично! — Да, я один из «Призраков», — не стал скрывать очевидное Ясухиро. — Но без моего напарника теряется большая часть моей эффективности. — Ладно, это не особо важно. Всё равно здесь ты будешь заниматься другим делом, — отмахнулся мужчина, а затем встрепенулся: — Ах да, меня зовут Сатори. — Приятно познакомиться, — не забыл вежливо поклониться мальчик. Внезапно за стенами палатки послышался отрывок разговора между подходящими к штабу людьми, один из которых явно испытывал радость: — Ну наконец-то нам дали последнего бойца! Надеюсь, он оправдает мои ожидания. Ведь не могла же Коноха дать нам какого-нибудь сопляка без боевого опыта? — Что бы вы не подумали, я уверен, что Хокаге-сама не ошибся в своём выборе, — вполне вежливо и сдержанно ответил второй голос, который, похоже, принадлежал посланнику. — Что ты имеешь в… — ткань палатки отодвинулась в сторону, и внутрь заглянул черноволосый парень лет двадцати. — Эм… — Ацуши, знакомься, это новый член твоей команды, — хмыкнул Сатори. Молодой шиноби опустил свой взгляд и с взглядом, на котором явственно читалось: «Это что, шутка?», уставился на Ясухиро. Пару раз моргнув и даже для верности ущипнув себя, он буквально выдавил из себя: — Что? Комментарий к Часть 18 Новая команда для Ясухиро! Готовы увидеть, как мелкий шкет поставит всех этих "заносчивых взрослых" на колени? Вот и я нет. Потому что это не реалистично. ---------- Том 1 Глава 19 Ясухиро было неуютно. И это ещё мягко сказано. Создавалось такое ощущение, что он не оправдал чьи-то ожидания, хотя он ничего толком-то и не сделал. В данный момент он сидел на футоне в одной из палаток. Вокруг него расположилось шестеро людей, каждый из которых являлся его новым сокомандником на ближайшее время. Первым подал голос тот самый брюнет, который привёл его сюда: — Я, конечно, всё ещё не верю в это, но теперь ты в нашей команде. Представься нам всем. — Хай! Меня зовут Ясухиро Кагуя. Мне одиннадцать лет. Я на протяжении года находился в тылу Тумана. Весьма хорош в тайдзюцу за счёт Улучшенного Генома, также преуспел в шпионаже и диверсиях. Ниндзюцу, гендзюцу или кендзюцу не владею. — Хм… Значит, не всё так плохо, как мне казалось, — заинтересованно хмыкнул он. — Ладно, меня зовут Ацуши Учиха. Я — командир нашего отряда быстрого реагирования. Мы считаемся ударной силой и эффективны как для поддержки атаки на врага, так и для обороны основных сил союзников. Наше появление может существенно повлиять на исход боя, так что ты должен гордиться, что Хаширама-сама приставил тебя к нам. — Я вас не подведу, — уверенно кивнул Ясухиро. — Представьтесь, ребята. Мне нужно, чтобы в нашем отряде не было разногласий или недомолвок. Здесь нет никаких рангов. Важны лишь ваши умения и навыки. — Меня зовут Дайцуки Гиро, — первым представился парень лет двадцати с атлетическим телосложением, которое он не скрывал, ходя с расстёгнутой нараспашку жилеткой. Его короткие волосы были каштанового оттенка, а глаза — зелёными. Взгляд его сочетал в себе энергичность и готовность к действиям. Он нетерпеливо постукивал пальцами, будто бы не зная, куда их деть. — Нишия Юичи, — следом подала голос девушка, сидящая рядом с Дайцуки. Её миловидное лицо обрамляли оранжевые локоны, а глаза горели янтарным огнём. Одета она была в бежевое платье, обвязанное чёрным поясом на талии. Может Ясухиро и ошибался, но ему показалось, что от неё веяло сочувствием, направленным прямо на него. Он, конечно, не до конца понял эту эмоцию, решив не обращать на это внимание. Ведь за что его можно было жалеть? — Хе! Моё имя Чин Сенджу! — весьма энергично и несдержанно воскликнул юноша лет восемнадцати с жёлтыми взъерошенными волосами и с глазами с довольно широким зрачком. Отличительной чертой его внешности были оранжевые маркировки в форме круга на щеках, а также татуировка в виде ветвей деревьев на шее. — Не кричи! Балда, — стукнула по голове юноши другая куноичи. — Меня зовут Цунами Сенджу и я — сестра этого дуралея. Несмотря на поразительную схожесть во внешности со своим братом, она была значительно старше его и отличалась необычными глазами с ярко-фиолетовой радужкой. Как и у большинства Сенджу, её волосы, ниспадающие с плеч, были светлыми и довольно длинными. — Меня зовут Джиромо Сарутоби… — флегматично протянул последний представитель новой команды Кагуи. Начать стоило с того, что он явно был самым старшим в группе. Хоть ему и нельзя было дать больше тридцати, однако серые волосы и небольшие морщины около глаз лишь добавляли несколько лет к его реальному возрасту. Примечательным был большой посох, который он крепко сжимал в руках. Такое оружие очень нехарактерно для шиноби, однако если он научился им управлять так, чтобы успешно сражаться с врагами, то, конечно, никто не посмеет что-либо сказать о его выборе вооружения. — Так, хорошо… — решил подытожить Ацуши. — Смотри, Ясухиро. Моя сильная сторона — ниндзюцу и гендзюцу. Я владею Стихией Огня и Молнии. Дайцуки же, хоть и имеет родство с Землёй, всё-таки считается первоклассным рукопашником. Нишия — мастер кендзюцу и владеет Молнией. Чин может использовать Кеккей Генкай клана Сенджу — Мокутон. Цунами у нас боевой ирьенин. Джиромо прекрасно обращается со своим посохом, однако также неплох в техниках Огня и Ветра. Хм… — он задумчиво потёр подбородок. — Получается, если считать вместе с тобой, то у нас выходит два бойца ближнего боя, два — среднего и дальнего, боевой ирьенин, мечник и универсал. Ну что ж… с этим можно работать! — Ясухиро-кун, верно? — немного робко поинтересовалась Нишия. — А как так получилось, что ты сюда попал? Разве твои родители не были против этого? Сидящая рядом с ней Сенджу не сильно ткнула её в плечо, осуждающе покачав головой. — Думай, о чём говоришь. Ни один родитель не отпустил бы сюда своё дитя такого возраста… — Ой… прости, Ясухиро-кун, — девушка широко распахнула глаза и стыдливо опустила голову, покрывшись при этом румянцем. — Я не хотела… — Ничего страшного, Нишия-сан! — горячо заверил её перерожденец. — Мои родители погибли, когда мы бежали из Киригакуре. В Стране Медведя меня нашёл отряд шиноби Конохи. Они меня подобрали с собой и с тех пор я стал одним из вас. После небольшой неловкой паузы, Ацуши прокашлялся и продолжил импровизированный инструктаж: — Кхм… В общем, на данный момент у нас затишье. Никаких боевых действий сейчас не ведётся. Наши, договорившись с камнеголовыми, решили сделать небольшой перерыв. Так что это хорошая возможность, чтобы устроить несколько спаррингов, дабы получше узнать о силе друг друга. И ещё… В бою нам нужно тратить как можно меньше времени на разговоры, так что предлагаю обращаться друг к другу в укороченном варианте. Например: я — Ацуши, меня можно называть Ацу. Ясухиро — Ясу, Дайцуки — Дай, Нишия — Ни, Цунами — Цу, Джиромо — Джи, ну а Чин пусть останется Чином… — Эй! — возмутился юноша. — Это неплохая идея, — медленно протянул Джиромо. — Да, я согласна, — важно покивала Сенджу. — Принято, — коротко отозвался Дайцуки. — Я не против, — улыбнулась Нишия. *** Оказалось, что недалеко от лагеря среди леса можно было найти открытую поляну, где частенько шиноби Конохи отрабатывали свои навыки. В данный момент она была абсолютно свободна, так что отряд Ацуши мог без каких-либо проблем здесь потренироваться. Найдя на краю поляны несколько пеньков, команда устроилась на них, слушая своего командира: — Значит, сделаем так, — встал перед всеми Учиха. — Первыми друг с другом будут сражаться Дайцуки и Ясухиро как рукопашники, затем Нишия и Джиромо, используя кендзюцу, следом я и Чин в качестве экспертов в ниндзюцу. Цунами же в случае чего сможет нас подлечить. — Даже размяться не дал… — фыркнула Сенджу. — Без возражений! — строго отрезал Ацуши. — Ясу, Дай, вы первые. — Хай! — одновременно ответили они, вскакивая со своих мест и готовясь к бою. Комментарий к Часть 19 Вот они слева направо... ---------- Том 1 Глава 20 Комментарий к Часть 20 После двух дней на воле, я вновь вернулся в подвал и готов клепать ради ждунов новые главы...) Бечено — Не держи на меня зла, если я покалечу тебя, Ясу-кун, — без задней мысли проговорил Дайцуки, энергично подпрыгивая на месте и держа руки поднятыми в стойке. — Не сдерживайтесь, Дай-сан, — без страха в глазах ответил Кагуя, выпуская вокруг запястья притуплённые кости. Ведь в обычном режиме его Кеккей Генкай чрезвычайно остр. Также, чтобы зря не навредить оппоненту, он не стал вытягивать своё костяное оружие из ладоней, как это привык делать во время битв. Всё же, это была обычная тренировка. — Как скажешь… — спокойно пожал плечами шиноби, повернув голову в сторону Учихи. — Командир? Прежде чем брюнет что-либо ответил, его перебила обеспокоенная Сенджу: — Ацуши, может, не надо? Я знаю Дайцуки. Он же действительно будет сражаться во всю силу. — Здесь все равны, и я не буду делать поблажки из-за возраста, — довольно жёстко отрезал Учиха. — Можете начинать! Не успел Ясухиро даже моргнуть, как перед ним тут же, будто бы из воздуха материализовался Дайцуки с занесённым в замахе кулаком. На одних лишь рефлексах пропуская удар в сантиметрах от лица, он готов был поклясться, что почувствовал ветряной шквал, последовавший за рукой противника. Смахнув с лица прядь волос, Кагуя в последний момент успел остановить следующий выпад, подставив под удар укреплённую костями руку. Удар ногой он также заблокировал, однако последующий за этим взмах рукой он отразить не успел, больно получив по лицу. «Чёрт, он очень быстрый…» — пронеслась у него в голове нервная мысль, пока он вовсю уклонялся и отскакивал от других серий ударов. Закрыть лицо от кулака, наклонить голову, попытаться контратаковать, сделать кувырок в сторону после неудачи, проскользнуть под пролетевшей ногой, повторить ответный удар… Ясухиро было приятно осознавать, что он начал понемногу привыкать к ритму боя. Да, он стабильно продолжал в основном лишь защищаться, однако теперь, немного изучив стиль боя Дайцуки, он научился преуспевать и в атаке. В прямом столкновении с подобным противником у Кагуи пока что было меньше шансов победить. По этой причине он решил немного схитрить. Когда Гиро проводил новую серию атак ногами, перерожденец уклонился либо заблокировал все удары, кроме последнего. По крайней мере, так казалось со стороны. На самом же деле он специально подпустил оппонента к себе как можно ближе, дабы суметь его достать. Так, стопа, летевшая прямо в живот Ясухиро, была зажата в «клещах» из вылезших костей. Из-за силы пинка он чуть не повалился на спину, однако всё-таки сумел устоять на ногах. Продолжая держать его ногу в захвате, он замахнулся, чтобы с силой опустить свою руку на вытянутую конечность противника. Да, он действительно хотел её сломать, и ему даже не было за это стыдно. Его, по крайней мере, никто бы жалеть не стал. К тому же здесь находится ирьенин, так что такое ранение у сокомандника проблемой быть не должно. Однако Дайцуки не зря считался отличным бойцом тайдзюцу. Он смог оттолкнуться другой ногой от земли и вмазать ею по рукам мальчика, сбивая тем самым их траекторию. Сам же он удачно вырвался из «клещей» и приготовился продолжать поединок. *** На удивление всех присутствующих, ни один из сражающихся не желал заканчивать бой. Ясухиро немного прихрамывал на правую ногу, шипел от боли в ключице и смотрел на соперника с заплывшим глазом, однако продолжал сражаться с прежним энтузиазмом. Дайцуки же морщился из-за сломанных рёбер и залитой кровью руки, которую Кагуя умудрился повредить своими костями. Так могло продолжаться ещё довольно долго, поэтому Учиха решил наконец прервать этот поединок. — Хорош. Всё-таки мы на войне, и нам нельзя тратить все силы на тренировках. Следующие пусть будут Нишия и Джиромо. Прежде немного робкая рыжеволосая девушка сейчас претерпела значительные изменения. Это было заметно в её взгляде и стойке. Она держала спину ровно, слегка приподняла подбородок, расправила плечи и бросила решительный взгляд на своего нового соперника. Следом она развязала пояс на талии и избавилась от платья, оставаясь в одной безрукавке и коротких шортах. Оказалось, что всё это время сбоку на её поясе висели ножны со спрятанной внутри катаной, которую она достала для поединка на мечах. Джиромо же оставался совершенно спокойным, сохраняя отстранённое выражение лица. Словно этот спарринг ни коим образом его не касался. В руке он продолжал сжимать свой посох, имеющий также название «бо». Это оружие было сделано из дерева, хотя на нём присутствовали металлические вставки, созданные, вероятнее всего, для усиления ударной мощи. В диаметре он был не очень большим и выглядел довольно тонковато, однако Ясухиро что-то подсказывало, что это было всего лишь заблуждение. Он также был весьма длинным — практически во весь рост достаточно высокого Сарутоби. Кагуя даже не заметил, как начался бой. Он успел лишь втянуть внутрь все свои кости, убрать с покрытого потом лица чёлку, пощупать вывихнутое плечо и направиться к команде до того, как соперники в кендзюцу уже начали вовсю проверять силы друг друга. Сев на свободный пенёк рядом с Дайцуки, перерожденец принялся с интересом следить за развернувшейся схваткой. Было видно, что оба соперника являлись опытными бойцами в своей области искусства ниндзя. Хотя были и отличия: Нишия была быстрее и проворнее, чем Сарутоби. Однако он выигрывал за счёт рассудительности и точного знания момента для своих действий. Джиромо прекрасно видел весь рисунок боя и читал его, словно открытую книгу. Катана Юичи выглядела очень острой, однако даже она не смогла хотя бы повредить деревянное оружие соперника. Быстрые взмахи посоха создавали необычные звуки рассекаемого воздуха, что, в свою очередь, было весьма завораживающе. Хотя и свист, издаваемый лезвием катаны, также дополнял зрелищности этой схватке. — Хороший бой, — послышалось справа от Ясухиро. Это был Дайцуки, с любопытством следящий за движением оппонентов и совершенно неконцентрирующий своё внимание на Цунами, которая сейчас залечивала его сломанные рёбра. — Согласен. Их мастерство поражает, — решил поддержать разговор Кагуя. — А? — Гиро резко повернул голову в его сторону с застывшим на лице непониманием, а затем вновь обратил свой взор на сражающихся. — А… ну да, они тоже неплохи. Но я говорил о нас с тобой. Ты хорошо сражаешься, Ясу-кун. Я с самого начала чувствовал, что, несмотря на твой возраст, ты заставишь меня попотеть. — Не стоит, Дай-сан! — перерожденец обрадовался от подобной похвалы и даже порывался встать и поклонился в знак благодарности, однако был посажен на место твёрдой рукой Сенджу, которая успела к этому моменту закончить с Гиро. — Сиди, мне ещё нужно осмотреть твои раны. — Хай… — он медленно выдохнул, покорно показывая повреждённое место около глаза. Дайцуки пропустил короткий смешок и покачал головой: — Не нужно тут формальничать. Можешь обращаться ко мне на «ты». — Хорошо, Дай, — в момент исправился мальчик, а затем поморщился из-за боли в области плеча. — Что, болит? — задала риторический вопрос Цунами, довольно быстро покончив с глазом с помощью Мистической руки. — Сейчас посмотрим… Ух ты! — её лицо изумлённо вытянулось. — Никогда бы не подумала, что у Кагуя внутри всё так странно устроено… — У вас не получится меня излечить? — взволнованно приподнял он голову, дабы видеть лицо женщины. Сенджу фыркнула и показательно закатила глаза. — Обычный вывих, только и всего… И не надо тут к нам всем на «вы» обращаться. Мы — твоя новая команда. Мы все здесь равны. От таких слов на лице у Ясухиро сама собой появилась скромная улыбка, которую он и не думал скрывать от других. Почувствовав облегчение от вправленного, а затем и залеченного плеча, хотя, возможно, и из-за того, что понемногу начал вливаться в команду, которая хорошо к нему относится, он еле слышно прошептал: — Спасибо… Комментарий к Часть 20 Тут у нас небольшое руко/ного/катана/посохомахание и продолжение знакомства ребят с новым членом команды. В течении нескольких глав начнутся бои на фронте. ---------- Том 1 Глава 21 — Хорошо, очень хорошо, — довольно покивал Учиха, прерывая тем самым битву. — Можете отдыхать. Ребята переглянулись, всё ещё продолжая держать наготове своё оружие. Остановив порыв вновь броситься в атаку, каждый из них поспешил его спрятать: Нишия отработанным движением вернула катану в ножны, а Джиромо, используя посох не только в бою, но и в повседневной жизни, просто опустил его на землю. Вообще, они оба имели возможность использовать ниндзюцу, обладая родством и умея обращаться с несколькими стихиями. Особенно это хорошо давалось Сарутоби. Однако по обоюдному согласию решено было не тратить попросту чакру. Немаловажную роль в этом также сыграло и решение командира, который вполне оправданно не желал давать своим подчинённым возможность разгуляться в тренировке между битвами на войне. — Чин, мы следующие. Пошли. Вместо вернувшихся на место шиноби на поле для спарринга вышли Учиха и младший Сенджу. И если первый сохранял нахмурено-нейтральное выражение лица, то вот второй даже притоптывал от нетерпения. — Давай уже начинать! — воскликнул он, встав на полусогнутые и встряхнув руками. — В бою нужно быть терпеливым и сражаться с холодным разумом, — покачал головой Ацуши. — Если будешь себя так вести, то рано или поздно наткнёшься на того, кто заткнёт тебя. Насмерть. — В клане мне говорили то же самое, — фыркнул Чин. — И меня это жутко бесит! Ну же, нападай! — О, Ками… Казалось, что эти слова с тяжёлым выдохом послышались от каждого члена команды. Его старшая сестра, севшая рядом с Ясухиро, и вовсе пробормотала: — Вот он, вроде, старше тебя, Ясу-кун, но ведёт себя, как маленький. Когда же он наконец повзрослеет? — она вздохнула, полуприкрыв глаза. — Надеюсь это произойдёт раньше, чем будет слишком поздно… — Ладно, атакуй, — произнёс, наконец, Учиха заветную для парня фразу и также приготовился к бою, активировав Шаринган с тремя томое. — Класс! — довольно крикнул Сенджу, сходу и без ненужного промедления начиная складывать печати. — Стихия Дерева: Древесные Путы! Множество ростков стали моментально прорастать сквозь землю, превращаясь в длинные и крепкие на вид лианы. Они тут же устремились в направлении так и не сдвинувшегося с места брюнета, который будто бы дожидался нужного момента. — Стихия Огня: Песнь Высвобождения Драконьего Пламени! Не став ждать, пока путы его достигнут, он быстро сложил несколько печатей и выдул в их сторону несколько огненных шаров, напоминающих головы драконов. Их пламенные «зубы» вцепились в дерево, прожигая его насквозь и отправляя огонь дальше по основанию. Вскоре от древесной техники остались лишь обгоревшие останки, покрытые пеплом и сажей. Недовольное выражение лица Чина говорило о многом. В первую очередь о том, что он не ожидал такой быстрой расправы над его техникой. Однако следом он расплылся в дьявольской ухмылке, сложил пару ручных печатей и создал двух древесных клонов. С помощью «новых помощников» он разошёлся не на шутку. Увидев, что Ацуши даже не пытался начать атаковать первым, он запустил в него множество игл, похожих на сенбоны. Один из его клонов воздвиг земляные стены по бокам и за спиной, не забыв также и про одну под командиром, делая тем самым почву совершенно непроходимой. Другой же клон с помощью тонких, но густых сплетений деревьев создал непреодолимую преграду сверху. Таким образом, Чин закрыл брюнета со всех сторон, создав своеобразную клетку. — Тебе точно не сбежать! — юноша радостно оскалил зубы, будучи уверенным в своей победе. Казалось, что ситуация была совершенно безвыходной, однако, несмотря на это, на устах Учихи играла снисходительная улыбка. Пока иглы не успели достичь своей цели, красный свет Шарингана быстро осмотрел выросшие со всех сторон стены и сплетённые сверху деревья. — Хе… — обладатель додзюцу поднял на противника взгляд полный превосходства и чувства контроля ситуации. Мышцы на лице Сенджу от такого мелко дрогнули, а сам он от такого поведения оппонента начал испытывать небеспочвенные сомнения. Наконец, когда между древесными сенбонами и Ацуши оставалась какая-то пара метров, он достал из подсумка кунай, с силой воткнул его в деревянную поверхность пола и воззвал к своей силе ниндзюцу: — Стихия Молнии: Громоотвод! Электрический заряд энергии в виде клубка из синих и белых молний через кунай моментально добрался до земли, а затем распространился и на стены. Земляная техника, имея по природе слабость перед техниками Молнии, уничтожилась так, словно она состояла из рассыпчатого и совершенно бессвязного песка. Так «клетка» была разрушена, а её «пленник» смог без затруднений выбраться наружу. Пока Чин оправлялся после неудачи, Учиха в конце концов решил и сам начать наносить удар первым. Сконцентрировав чакру в лёгких и дыхательных путях, он выдохнул в направлении противника новую технику Огня в виде огненного потока. Он был весьма внушительным и опасным, оставляя за собой дым от выжженной до основания травы с покрасневшими от температуры камнями. Сенджу выругался и начал быстро складывать печати, пока столь убийственное ниндзюцу его не достигло. Придав своей чакре природное образование Воды, он выплюнул навстречу пламени сразу несколько водных техник, каждая из которых напоминала выстрел из пожарного гидранта. Огонь, правда, от столь слабого сопротивления и не думал гаснуть. Он устрашающе навис над Сенджу, так что можно было смело считать, что теперь он находился в «безвыходной» ситуации. — Ксо! — прошипел сквозь зубы Чин, мельком стрельнув глазами по сторонам. Найдя в зарослях с боку от себя нужный предмет, он выполнил элементарную замену, оставив на своём месте обыкновенный блок из дерева. Однако огненный поток был настолько широким, что ему пришлось в прыжке отскочить ещё дальше, а затем воздвигнуть за своей спиной земляную стену. Лишь эта преграда смогла остановить мощь пламени Учихи, напитанным чудовищным количеством чакры. Слегка отдышавшись и удостоверившись, что опасность миновала, он запрыгнул на стену, чтобы в следующее же мгновение быть атакованным электрическим копьём. Согнув ноги, он смог на одних лишь рефлексах сложиться под нечеловеческим углом, позволяя снаряду пролететь прямо над его головой. Светлые волосы Сенджу от такого наэлектризовались, начав забавно торчать во все стороны. Но Чину, как впрочем его противнику и наблюдателям, было не до смеха. Спрыгнув с обожжённой с одной стороны земляной преграды, он уверенно встал на ноги, а затем твёрдо взглянул прямо в горевший Шаринган. — Если бы в этом бою я использовал гендзюцу, то ты бы уже витал в иллюзиях, только успев посмотреть мне в глаза, — заметив взгляд парня, Ацуши остановился в десяти метрах от него и как ни в чём не бывало, расслабленно сложил перед собой руки. — Но ты не используешь, — Сенджу вновь успел вернуть самоуверенную усмешку, не собираясь останавливать этот бой. — А значит, я могу спокойно следить за тем, как собьётся вся та спесь в твоих глазах, когда ты увидишь технику, которой меня научил сам Хаширама-сама! Готовься! — Стихия Дерева: Рождение Древесного Леса! Комментарий к Часть 21 Не надо ругаться на восемнадцатилетнего "ребёнка". Грядущие события изменят даже его нетерпеливый характер. Смею предположить, что в лучшую сторону. ---------- Том 1 Глава 22 — Ну что… может, хватит уже? Голос Учихи всё ещё сохранял в себе ту устойчивость и авторитет, что были ему присущи в начале боя. Однако сейчас в нём можно было различить некую усталость, какая встречается у родителей, которые никак не могут угомонить своего ребёнка. Впрочем, Чина вполне можно было отнести к «ребёнку», если говорить о его упрямости и нежеланию вовремя остановиться. Бесспорно, что эта битва была самой разрушительной и зрелищной. Яркие вспышки света от трещавших молний, убийственный жар от испепеляющего огня, кардинальное изменение ландшафта с помощью Мокутона — всё это впечатляло и завораживало до мурашек. — Я не могу проиграть! — тяжело дыша, возразил Сенджу. Битва сильно его потрепала. Да так, что казалось, это была не тренировка, а самый настоящий бой. Его одежда во многих местах была опалена, а правая рука хаотично дёргалась от воздействия техники Молнии. Было видно, что он оставался стоять на ногах лишь за счёт силы воли и нежелании сдаваться. Ясухиро задавался вопросом: «Почему командир не остановил эту схватку раньше? Он же сам говорил, что не хочет, чтобы мы тратили много чакры. А судя по всему, Чин изрядно опустошил свой резерв». — Это всего лишь тренировка. Я же говорил, не стоит доводить себя до изнеможения. Несмотря на объективное превосходство, Ацуши тоже немало досталось. Он буквально стоял в окружении выросшего из ниоткуда живого леса, который всеми силами желал ему навредить. И это у него частично получилось: кожа Учихи во многих местах была исцарапана от многочисленных колючек, которыми были покрыты деревья, а также покрыта синяками из-за крепкой хватки гибких древесных пут. — Чин, хватит упрямиться! — это уже крикнула его старшая сестра. — Как же ты не понимаешь, что нам нужно быть готовым в любой момент отправиться в бой. Перестань вести себя как маленький! — Хватит со мной нянчиться! — огрызнулся он в ответ. — Я буду делать то, что захочу сам! — Слышь, парень… После этих слов от обладателя додзюцу, сказанных замогильным тоном, всё как-то резко изменилось. Брюнет опасно сверкнул Шаринганом, начиная давить изрядным количеством Ки. От такой резкой смены настроения Ацуши, Сенджу мелко дрогнул то ли от удивления, то ли от страха. Теперь каждый из присутствующих понимал: парню несдобровать. — Ты забыл, где мы находимся? Мы на войне. Здесь есть определенные правила, если ты не знал. И одно из важнейших из них — подчиняться своему командиру. Я не буду терпеть твои выходки и неуважение ко мне. В клане, может, тебе и многое позволяли, однако здесь ты ничем не отличаешься от других. Так что будь добр — заткнись и делай то, что я тебе скажу. Атмосфера была накалена до предела. Все с ожиданием глядели на напряжённого Чина, который застыл на месте, словно безмолвная статуя. От его ответа зависело многое. В первую очередь, что с ним будет дальше и как к нему будут относиться другие. Наконец, спустя некоторое время, когда от духовного воздействия капитана уже начала дрожать земля, Сенджу опустил руки, выпрямился, сжал зубы, а затем низко поклонился. — Прошу прощения. Этого больше не повторится, — проговорил он в землю, полностью избавившись от присущей его голосу заносчивости. — Я надеюсь на это, — одобрительно кивнул Учиха и убрал Ки. Его нахмуренное выражение лица разгладилось и сменилось на привычную полуухмылку. Оглядевшись на остальных членов команды, он не приказал, но предложил весьма стоящую идею: — После хорошей тренировки нужно расслабиться и привести себя в порядок. Идёмте, я видел здесь рядом природный горячий источник. Задолбало уже в холодной реке мыться. Сейчас уже вечереет, и я уверен, что ивовцы в бой точно не полезут. Это не в их стиле. Так что можем спокойно туда сходить на пару часов. — Отличная идея! — обрадовалась Цунами, заканчивая лечение своего брата. — Да, это было бы неплохо, — согласился с ней поднявшийся со своего места Дайцуки. Ясухиро решил не отставать от своей новой команды. Не спеша встав с пня, он, как и все, направился за командиром, который, отказавшись от медицинской помощи Сенджу, повёл всех за собой. *** Опустившись под воду до подбородка, Ясухиро блаженно закатил глаза, впервые за долгое время по-настоящему расслабившись. Горячая вода благоприятно влияла на разум и помогала отвлечься от всех проблем, отодвигая их на второй или даже третий план. Слегка приподнявшись и упёршись локтями о гигантский камень позади, он полуприкрытыми глазами осмотрел окружающую обстановку. Этот горячий источник действительно был не искусственным, а природным. Он располагался в самом центре леса и был скрыт густыми зарослями, сквозь которые тяжело было что-либо разглядеть. Сам по себе он был небольшим, однако точно мог вместить в себе как минимум десять человек. Вшестером же здесь было весьма комфортно. Ацуши, расслабленно облокотившись о камень рядом с Кагуей, бесцельно разглядывал звёзды. Чин, вернув себе задорный настрой, совершенно не беспокоился о своём голом виде, носясь за убегающим Дайцуки, держа при этом в руках огромного краба. «И где он его только достал?» — крутился в голове у перерожденца риторический вопрос, пока он с улыбкой наблюдал за тем, как гигантские клешни клацали в опасной близости от спины ловко уворачивающегося Гиро. — Хватит тут уже своей голой жопой светить... — проворчала старшая Сенджу, пригрозив своему брату кулаком. Она, как и Нишия, здесь были со всеми. Поначалу Ясухиро думал, что они решат расслабиться отдельно от остальных. Например, чуть позже. Однако какого же было его удивление, когда они спокойно разделись и полезли в воду наравне со всеми. Тогда ему пришлось пару раз выдохнуть, собраться с мыслями и подумать о чём-то другом, дабы не случился неловкий конфуз. Сейчас же его мозг буквально плавился от наслаждения, так что на какую-либо умственную деятельность у него просто не хватало ни сил, ни желания. — Пс… эй, малой, — раздался сбоку тихий голос Ацуши. — Ты тут лужицей не растекайся. Мы хоть и расслабляемся здесь, но лучше не стоит полностью отключаться от внешнего мира. Как-никак опасность может грянуть в любой момент. Кагуя медленно распахнул глаза, повернул голову в сторону говорившего, а затем кивнул на сопящего в сторонке Джиромо. — А как же он? — А это яркий пример исключения из правил, — весело хмыкнул Учиха. — На самом деле, он неплохой сенсор, и сон у него очень чуткий, так что он в любом случае будет первым, кто засечёт врага. — Интересно… — рассеянно покачал головой перерожденец. Образовавшуюся тишину вновь оборвал командир отряда: — Как там на восточном фронте, Ясу-кун? — он немного помолчал, а затем добавил куда более тихо: — Я вижу на твоём теле шрамы. Там действительно жарко, да? Не трудно было заметить, что после этого вопроса все вокруг притихли и навострили уши. Даже Чин остановился и выбросил краба в лес. Мальчику было понятно их любопытство: всё-таки с одного фронта на другой доходят в основном лишь слухи, которые могут содержать только крупицы информации о реальном положении дел. Ведь зачем тебе знать о чужих проблемах, если их и у тебя завалом? — На самом деле, я точно не знаю, — достаточно громко, так, чтобы услышали все, произнёс Кагуя. — Я был в их тылу и хоть и сражался в открытом бою, но делал это очень редко. В основном, мы с моим напарником устраивали засады, ловушки, поджоги, взрывы и так далее. На фронте же, как мне кажется, намного тяжелее… — Не могу не согласиться, — хмыкнул Ацуши. — Однако целый год устраивать на территории врага диверсии и не погибнуть — это тоже многого стоит. — Командир всё верно говорит, Ясу-кун, — поддержал разговор подплывший Дайцуки. — Мало кому удавалось достичь подобного. Тем более в твоём возрасте. Я вообще не могу представить, какова будет твоя сила в будущем, если ты даже сейчас может вполне комфортно сражаться с кем-нибудь уровня чунина… — Да, такой боец, как ты, будет очень важен для Конохи, — хрипло проговорил очнувшийся от сна Сарутоби. — И поэтому мы будем теми, кто поможет тебе вернуться домой! — решительно воскликнула Цунами, с улыбкой ударив перерожденца по плечу. — Верно, ребят? — Да! — её слова поддержали все без исключения. — Не стоит меня выделять, правда, — замахал руками смутившийся Ясухиро. — Я такой же, как и вы. Мы все вернёмся в Коноху живыми и невредимыми, оставаясь дружной командой! — Неплохо сказано… — хмыкнул Ацуши. — Значит, так тому и быть! «Я очень на это надеюсь…» Комментарий к Часть 22 Чувствуете, как нагнетается обстановочка? ---------- Том 1 Глава 23 — Подъём! У нас есть работа! Резко распахнув глаза, Ясухиро на автомате вскочил с футона и, не оглядываясь на просыпающихся сокомандников, первым выскочил на улицу за командиром. Надевать ему ничего не надо было, всё его оружие всегда было с собой. Снаружи было ещё довольно темно, хотя где-то вдалеке Кагуя полусонным взором заметил свет медленно поднимающегося солнца. В лагере тем временем творилась упорядоченная суета. Множество шиноби спешили кто куда, пытаясь как можно быстрее выполнить приказ или оказаться в нужном месте. Несложно было догадаться, что боевые действия на фронте вновь перешли в активную фазу. А ведь прошла всего неделя с тех пор, как Ясухиро здесь оказался. Всё это время он наслаждался мирными и относительно беззаботными днями, прерываясь лишь на ежедневные тренировки и общение с отрядом. Сейчас же ему нужно будет вернуться к нелюбимой, но нужной работе убийцы. — Малой, иди взбодрись, — заметив вышедшего Кагую, посоветовал Учиха, указав в сторону стоящей рядом с палаткой бадьи с водой. — А то выглядишь как труп ходячий. — Хай… — коротко отозвался мальчик и последовал совету командира. Подойдя к довольно внушительной ёмкости, он поразился её высоте, а затем встал на носочки, дабы иметь возможность окунуться туда с головой. Ледяная вода тут же привела его в чувства. Он пару раз для верности похлопал себя по лицу, чтобы потом вернуться обратно к Ацуши, перед которым к этому времени уже успела выстроиться остальная часть команды. Каждый из ребят был серьёзен и собран. Даже Чин держал язык за зубами, немигающим взглядом смотря на Учиху. Встав в ряд со всеми, перерожденец принялся внимательно слушать слова капитана. — Значит так, — брюнет выпрямился и заговорил твёрдо и четко: — Пару минут назад на наш правый фланг было совершенно нападение. По предварительным данным, противник превосходит наших числом, поэтому мы обязаны им помочь, дабы ивовцы не прорвались внутрь. Вопросы? — Какова наша стратегия боя? — подала голос необычайно серьёзная Нишия. — Отличный вопрос! — кивнул Ацуши. — Слушайте меня внимательно. Ясу, Дай! — Да, капитан? — в унисон отреагировали Кагуя и Гиро. — Вы будете на острие атаки. На вас ляжет самая трудная часть. Вам нужно будет стягивать на себя противников и навязывать им бой, хотят они того или нет. — Хай! — Цу! — обратился он к старшей Сенджу. — Ты будешь их ближайшим прикрытием. Ты должна прикрывать им спину и в случае чего залечивать их раны. — Поняла, — кивнула женщина. — Джи и Ни, — он слегка сместил взгляд в их сторону. — Вы будете закрывать фланги и атаковать тех, кто захочет швыряться техниками на расстоянии. Также вам нужно не давать противнику перегруппировываться. Так у них будет меньше времени на манёвры и им тяжелее будет сбежать. — Есть! — отозвались Сарутоби и Юичи. — И наконец, Чин! — Да? — дёрнулся младший Сенджу. — Мы с тобой будем действовать в качестве поддержки. Наши ниндзюцу по площади отлично подойдут для борьбы против толпы врагов. В битве же будем использовать что-нибудь более точечное, дабы не навредить своим. Но, думается мне, твой Мокутон с этим прекрасно справится. — Будет сделано, Ацу-тайчо! — Есть ещё вопросы? — уточнил напоследок Ацуши. — Никак нет! — хором ответила вся команда. — Отлично. В таком случае выдвигаемся туда прямо сейчас! Двигаясь в сторону атакованной заставы, Ясухиро пытался успокоить бешено стучащее сердце, которое отбивало свой ритм отнюдь не из-за интенсивного бега. Тот факт, что он уже больше года занимается подобным делом, не означал, что он не будет испытывать из-за этого волнение. Он всё ещё боялся умереть. Тем более осознание того, что это будет его первое полномасштабное открытое сражение, отнюдь не добавляло ему уверенности. — Эй, Ясу, не дрейфь! — послышалось сбоку от него. — Мы справимся! Это был Дайцуки, который, несмотря на свои ободряющие слова, также испытывал лёгкую нервозность. Это было заметно по его изредка подёргивающейся щеке и преувеличенно веселому тону. Все остальные члены команды поддержали его слова короткими кивками и ободряющими взглядами. Теперь Ясухиро понял, что он такой не один и что в любом случае за его спиной всегда будет поддержка с их стороны. Спустя некоторое время Джиромо, бегущий как единственный сенсор впереди всех, наконец, заговорил: — Я их чувствую… — Сколько их? — тут же спросил капитан, поравнявшись с ним. — Не меньше сотни, — ответил мужчина, слегка нахмурив лоб. — А наших? — уточнила бегущая позади всех Цунами. — Около сорока, — глухо произнёс он. «Чёрт, нехилое у врага численное преимущество…» — пролетела невесёлая мысль в голове у Ясухиро. — Ксо! — вторил ему Учиха. — Ладно. Выбора нет. Нам нужно победить, а иначе они могут продолжить наступление вглубь наших территорий. Молчание было ему ответом. Ведь все понимали, что битва будет тяжёлой. Кагуя же решил, что главное — не падать духом раньше времени и не сдаваться. *** Когда вдали леса стали слышны звуки битвы, погода резко изменилась, будто бы почувствовав грядущие события. Поднялся сильный ветер, солнце спряталось за чёрными тучами, где-то с небес прогремело так, что уши заложило. С неба начали капать первые крупные капли дождя, постепенно превращающиеся в проливной ливень. В таких погодных условиях сражаться было практически невозможно, однако у шиноби попросту не было иного выбора. — Помним о плане! — Ацуши оглянулся в сторону команды, пытаясь перекричать непогоду. — Ясу, Дай! — Да! — с полуслова понял его Ясухиро и вместе с подоспевшим Гиро устремился вперёд. Хоть застава и находилась на самом краю леса, основная битва всё-таки развернулась ближе к открытому полю, которое служило неким условным обозначением границы между территорией шиноби Ивы и Конохи. Однако Кагуя с напарником заметили первых врагов ещё в лесу. Это могло означать лишь то, что сражение растянулось по периметру, что было не очень хорошо. Не сговариваясь, Ясухиро буквально влетел в самую гущу сражения. Привычно вытащив заострённые кости из ладоней, он с ходу лишил жизни не ожидающего атаки со спины шиноби с повязкой Ивы. Ниндзя Конохи, который до этого с ним сражался, удивлённо посмотрел на упавшего к его ногам противника, а затем поднял не менее ошарашенный взгляд на мальчика. Кивнув на короткое: «Спасибо», Кагуя устремился к следующему врагу, который начал складывать печати для техники ниндзюцу. Костяные лезвия, разрезая капли дождя, без сопротивления вошли в живот нерасторопного противника. Почувствовав опасность со спины, мальчик перекатом увернулся от меча, пролетевшего в опасной близости от его тела. Не обращая внимание на грязь, прилипшую к его коже, он подождал, пока его оппонент, которой оказалась куноичи, сделает выпад, дабы затем отклонить лезвие вакидзаси вниз одной рукой, а другой — воткнуть кость ей прямо в лоб сквозь Хитай-ате. Кровь и слизь на его оружии были моментально смыты ливнем, так что ему не пришлось тратить время на его очистку. Бросив быстрый взгляд по сторонам, он отметил, что остальная часть команды уже подтянулась. Цунами сильнейшим ударом кулака размозжила череп неудачливому ивовцу, защитив тем самым спину Дайцуки, который в данный момент схватился сразу с двумя противниками. Ацуши с помощью гендзюцу вводил в заблуждение самых невнимательных, чтобы затем добить их очень опасной в условиях дождя Стихией Молнии, а Чин, используя древесные корни, росшие прямо из земли, хватал конечности врагов, которых тут же убивали другие шиноби Конохи. Нишия и Джиромо, как и было оговорено, сражались немного в стороне. Куноичи, проведя по катане Молнию, ловила и безжалостно лишала жизни одиночек, отбившихся от основной толпы сражавшихся. Сарутоби ей в этом помогал с противоположной стороны, нанося мощнейшие дробящие удары посохом и посылая мелкие техники Огня, которые за счёт усиления Ветром не гасли даже под таким ливневым дождём. Эта битва только набирала обороты. Комментарий к Часть 23 Мясцо начинается. P.s зарегался на Author.today и выложил там написанные книги - https://author.today/u/shimuri ---------- Том 1 Глава 24 Шиноби Ивы были известны своим мастерством в техниках Земли. Ясухиро было об этом прекрасно известно, а также то, что для этой техники вода — худший враг. Именно поэтому он успел отреагировать на атаку одного из врагов, решивших попытаться достать его из-под земли. Вернее, мальчик даже особо не пытался защититься. Почувствовав дрожь земли за спиной, он покрыл свою спину острейшими костями в виде шипов. Шиноби Ивы, не ожидав подобной подставы, не успел остановить собственный кунай в зажатой руке. Таким образом, мало того, что металлическое оружие застряло между костей, так ещё и кисть его была насквозь ими пробита. Поморщившись от раздавшегося крика боли, Кагуя молниеносно втянул шипы обратно, развернулся и снёс голову с ног до головы покрытому грязью ниндзя. — Осторожно! Громкий возглас раздался сбоку от перерожденца. Мигом повернув голову в эту сторону, Ясухиро заметил зажатых в клещи Дайцуки и Цунами. Они стояли спиной к спине, отбиваясь сразу от нескольких противников. К счастью, они не были ранены. Лишь у Гиро был небольшой порез на плече. Однако Кагуя в любом случае рванул им на помощь. Однако некто выскочил перед ним, пытаясь тем самым загородить дорогу. Не сбавляя набранный темп, он выставил в сторону силуэта все десять пальцев, из которых, словно пули, вылетели костяшки фаланг. Стена из дождя помешала шиноби заметить столь маленькие снаряды, а потому он вскоре был ими изрешечён. Отрастив фаланги обратно, Ясухиро на ходу обезглавил невнимательного ниндзя, окончательно отправив его к праотцам. Добравшись, наконец, до сокомандников, он первым делом занялся теми, кто насел на Цунами. Она хоть и являлась боевым ирьенином, но имела куда меньше опыта битв, чем Дайцуки. Сенджу, заметив за спиной у врагов Кагую, уклонилась от выпада врага, а затем с силой ударила кулаком по земле. Дрожь, последовавшая после этого, помогла заставить противников потерять равновесие, чем и воспользовался перерожденец. Первый лишился верхней части тела, частично провалившись под землю через трещину, у второго появился глубокий разрез на животе, через который повываливались все кишки, третий же уже лежал лицом вниз с приличной дырой в сердце. Закончив с этими, мальчик, объединившись с Сенджу, принялся за тех, кто насаждал Гиро. Ясухиро чувствовал себя странно. Он выполнял все свои действия обдуманно, но создавалось такое ощущение, что это делал за него кто-то другой. Словно он наблюдал за собой со стороны. Он никогда не убивал так много и так часто за одно сражение. Но странным было то, что он ничего не ощущал по этому поводу. По крайней мере, сейчас. Раньше вид крови, отрубленных конечностей, внутренних органов, смрад свежих трупов просто-напросто свели бы его с ума. Сейчас же в его голове крутилась лишь одна мысль. Одна задача, как у робота: «Нужно убить врагов. Защитить своих. И выжить». Этим он и занимался, безэмоционально окунаясь в море крови, пролитой им собственноручно. Сцепившись с вёрткой куноичи, которая была одной из тех, кто старательно и весьма настойчиво пытался убить Дайцуки, он поднял правую руку, подставляя под удар танто своё костяное лезвие. Затем мальчик увёл колющий выпад в сторону, а другой рукой попытался пронзить её тело. К сожалению, девушка успела вернуть короткий клинок на исходную позицию, защищая свой правый бок. Не желая долго возиться со своим оппонентом, Ясухиро покрыл большую часть своего тела шипами, через которое никакое лезвие пробраться не сможет. Это действие тратило кучу энергии и концентрации, так что он решил ограничиться минутой в таком «режиме». Специально дав девушке возможность попытаться пронзить его тело, Кагуя без тени улыбки мёртвой хваткой сжал её за вытянутую руку и отрубил её по плечо. Мозг куноичи, видимо, ещё не до конца осознал произошедшее, так что она не верещала от боли, а глупо хлопала глазами, рефлекторно схватившись за рану другой рукой. Не говоря ни слова, мальчик добил её, точным движением перерезая ей горло. К этому моменту в лесу шиноби Ивы оставалось всё меньше и меньше. Подоспевшее подкрепление в лице команды быстрого реагирования сработало на ура. Оставив в предсмертных конвульсиях поджаренного электричеством ивовца, Учиха бегло осмотрел поле боя и громко крикнул, дабы его услышали все выжившие: — Это ещё не конец! Основной бой всё ещё идёт! Он был абсолютно прав. Хоть шиноби Конохи при помощи его отряда смогли отбиться здесь, на краю леса, в поле продолжалось полномасштабное сражение. Можно сказать, что это была разминка перед настоящей битвой. *** На поле творилась самая настоящая мясорубка. Даже ливень не мог смыть то количество крови, что пролилось на вязкую землю. Он не мог скрыть всю ту жестокость, что воцарилась в этом месте. Сквозь него были видны боль и страдания, триумф и радость, смерть и убийства… Утро должно было наступить уже давно, но из-за плотных чёрных облаков, застилающих всё небо, казалось, что до сих пор царила ночь. Ливень ледяными каплями морозил кожу, заставляя дрогнуть от холода и поёжиться. Лишь адреналин внутри, пробегая по венам, помогал сохранять тепло. Открыть глаза полностью не представлялось возможным: брызги практически постоянно так и норовили попасть под веки. Вместо земли ноги уже давно месили грязь, каждый раз проваливаясь в неё по щиколотку. Приходилось даже использовать чакру на подошве, дабы сохранять прежнюю манёвренность и скорость. Стоя на небольшой возвышенности, ребята не могли оторваться от воцарившейся внизу картины. Это сражение было словно симфония смерти, что пугала и завораживала одновременно. Никто не горел желанием спускаться в этот ад. Однако долго бездействовать им было непозволительно, так что капитан отдал новую команду: — Здесь их во много раз больше, но наша тактика от этого не меняется! Просто держимся недалеко друг от друга и методично вырезаем! Погнали! Скользя по возвышенности, словно спортсмены во время горнолыжного состязания, Ясухиро и Дайцуки, как обычно, в первых рядах ворвались на поле боя. Ещё наверху они заметили основное скопление врагов, которое несло в себе бо́льшую угрозу. Туда они и направились, попутно убивая попавших под руку шиноби Ивы. Комментарий к Часть 24 "...Свежее мясо" продолжается. ---------- Том 1 Глава 25 Нагнувшись от летящих каменных пуль, которые были адресованы даже не ему, Ясухиро незаметно для противника вырастил шип на пятке и всадил его ему прямо в череп, воспользовавшись простым ударом ноги с разворота. С трудом удержавшись на ногах и не поскользнувшись на грязи, он вытянул из ключицы острую кость размером с его предплечье и запустил её в затылок сражающегося с Чином шиноби. Сенджу не успел даже поблагодарить за помощь, как, заметив кого-то за его спиной, резко вытянул в его сторону руки. Оказалось, что позади Кагуи некто хотел бесшумно вонзить в него кунай. Однако лианы вовремя успели остановить убийцу, связав его по рукам и ногам. Быстрым движением пробив ему грудную клетку, перерожденец кивнул Чину в знак благодарности и, не дожидаясь ответа, бросился к следующей жертве. И хотя Ясухиро выделялся на поле боя, его было невероятно трудно не только поймать, но даже просто выцепить взглядом. Он был маленьким, быстрым и неуловимым, словно ураган, проносясь сквозь ряды шиноби. Казалось, что силы его не покинут никогда, и он будет раз за разом продолжать скакать от одного поверженного врага к другому. Впрочем, его команда играла в этом не последнюю роль. Например, добравшись как-то до Джиромо, он условными знаками объяснил ему свою небольшую задумку. Седовласый, мощным ударом посоха проломив своему оппоненту голову, хмыкнул на эту затею, однако всецело её поддержал. Присев на корточки, он, крепко держа обеими руками своё оружие, опустил его практически параллельно земле, а затем крикнул: — Давай! Два раза повторять Кагуе не нужно было. Запрыгнув двумя ногами на самый кончик посоха, он сгруппировался и вытянул руки с обнажёнными лезвиями костей вверх. С рёвом замахнувшись и придав ускорение с помощью чакры, Сарутоби отправил Ясухиро в полёт головой вперёд, словно из катапульты, в сторону сгрудившихся в толпу противников. Проведя в воздухе не больше секунды, мальчик воткнул обе кости до основания в черепа двум вражеским ниндзя. Повалившись вместе с ними на землю, он с чавкающим звуком достал свои костяные клинки и заблокировал ими удар меча от неизвестной куноичи. Выполнив короткий пируэт, наклон, диагональный выпад, перекат и, наконец, взмах в прыжке, он сумел выбить лезвие из её рук и без труда оборвать её жизнь. Как бы перерожденец не хотел продолжать битву в прежнем ритме, детское тело решило всё за него. Сражаться без перерыва в таком бешеном темпе для него было всё ещё тяжело, так что даже он не удивился, что не успел отреагировать в тот момент, когда кто-то влетел в него со спины с такой силы, будто это был не человек, а как минимум поезд. — Что здесь забыл такой сопляк, как ты? Выплёвывая кровь и попавшую в рот землю, Кагуя поднял голову и вытер лицо от мокрой грязи. Вся его спина ломила от боли, и было невероятно тяжело сделать даже короткий вдох. Если бы не сила Кеккей Генкая, он уверен, что большинство костей в его теле были бы сломаны, если не искрошены в труху. Оставаться лежать на земле — значит дать возможность противнику закончить начатое. Именно по этой причине Ясухиро поспешил подняться на ноги и развернуться к новому и весьма опасному врагу. Это был очень высокий и крупный по телосложению мужчина с короткими чёрными волосами, маленькими глазами-точками, большим круглым носом и толстыми бровями. Он был настолько огромным, что даже его сжатый кулак был размером как минимум с голову Кагуи. «Враг большой и сильный, а значит медленный. Нужно использовать скорость и не в коем случае не попадать под его удар», — перерожденец мысленно провёл небольшой анализ, составив в голове некое подобие плана. Не осчастливив противника ответом, он слегка перевел дыхание, смахнул назад испачканные волосы и, кивнув самому себе, устремился в атаку. *** Вдавив подошвой в землю лицо надоедливой куноичи, заставив её тем самым замолчать навсегда, Цунами краем глаза оглядела поле боя. Как ирьенину, ей всегда нужно было держать всех союзников в поле зрения. Особенно членов своего отряда. Чина — в первую очередь. Но как-то так само собой выходило, что её взгляд наравне с родным братом всегда задерживался на Ясухиро. Сенджу сама не могла сказать, почему это происходило. Вполне возможно, что это был пресловутый, но не подающийся контролю материнский инстинкт. У неё самой детей нет, хотя ей совсем недавно исполнилось тридцать. И дело было даже не в том, что ей не везло в личной жизни, или клан так и не смог никого подобрать ей в мужья. Она была весьма красива собой и одарена, как куноичи. Многие мужчины желали бы провести с ней остаток жизни. Да и сама она никогда не была против подобного. Проблема заключалась в бесплодии. Никакие медицинские техники не могут исправить эту ужасную ошибку природы. Не иметь возможность родить собственного ребёнка сильно пошатнуло её. Да так, что на какое-то время она замкнулась в себе и не желала с кем-либо общаться. К счастью, семья и, конечно, младший брат сумели вытащить её из глубин негативных эмоций на свет. С тех пор она была бесконечна благодарна этим людям и поклялась во что бы то ни стало защитить их. Что она, что Чин являются членами главной ветви клана Сенджу, имея тесные отношения и не самое дальнее родство с главой — Хаширамой. Каждый из шиноби подобного статуса имеют право не участвовать в войне. Однако, к сожалению, Чин был слишком самонадеян и полон энтузиазма, чтобы пропускать такое событие. Понятное дело, что Цунами не могла отпустить младшего брата одного. Именно поэтому всё вышло так, что теперь они оба рискуют своими жизнями на поле боя. Возможно, она заботиться о брате слишком усердно. Он уже давно не маленький, особенно по меркам шиноби. Однако она ничего не могла поделать со своими сестринскими чувствами. Но мало ей было этого, так ещё и появился другой объект волнения. Когда она увидела здесь одиннадцатилетнего ребёнка, то ужаснулась до глубины души. Следующей эмоцией был гнев на Хашираму, ведь кто, если не он, мог стоять за тем, чтобы отправить его на войну. Затем пришло облегчение, когда она поняла, что он вполне мог за себя стоять, показав себя с отличной стороны против Дайцуки. В конце оставалось удивление из-за того факта, что член вражеского клана Кагуя сражался на их стороне. Другое дело — видеть его, сражающегося в настоящем бою. Он сражал врагов так, словно это была рутина. Будто он с пелёнок занимался только тем, что лишал других людей жизни. Его лицо оставалось бесстрастным, даже когда кровь жертвы омывала его с ног до головы. Лишь сосредоточенность и расчётливость в глазах доказывали, что он был живым человеком. На удивление, за всю битву его ни разу даже не задели. Он проносился сквозь врагов, словно белый вихрь, оставляя после себя лишь окровавленные трупы. Сегодня удача явно была на его стороне. По крайней мере до тех пор, пока до него не добрался здоровенный шиноби Ивы. Первое время он справлялся неплохо. Мальчик, получив в самом начале мощный толчок, сбивший его с ног, успешно избегал вражеских ударов, изредка нанося несильные, а больше обидные тычки. Он кружил вокруг исполина, словно надоедливый шершень, который так и норовил ужалить как можно сильнее. Однако затем стало понятно, что Ясухиро постепенно выдыхался. И это было довольно логично, ведь, понятное дело, что далеко не каждый смог бы сражаться в таком диком темпе столь длительное время. Тем более не стоит забывать, что его детский организм не позволял ему стоять на ногах столько же, сколько и взрослый человек. Самое страшное было то, что ему нельзя было пропускать вражескую атаку. Хотя бы одна из них могла запросто вырубить его. И это ещё в лучшем случае. В худшем же он может отправиться на тот свет, даже этого до конца не осознав. К сожалению, худшие предположения Цунами сбылись: он не смог уклониться от летящего кулака и отхватил мощнейший удар по лицу. — Ясу! ---------- Том 1 Глава 26 Ясухиро был готов поклясться, что после пропущенного удара он на секунду потерял сознание. Рассеявшаяся перед одним открытым глазом темнота уступила место чудовищной боли в голове. Выплюнув несколько выбитых зубов, он рефлекторно схватился за разбитую губу, переместил пальцы на стремительно наливающуюся синевой щёку и под конец осторожно потрогал правое веко. Даже несмотря на ливень, большое количество крови успевало скапливаться в этом месте, отчего он не мог точно сказать, в каком состоянии был его глаз. Он не сумел поднять веко, пальцами же он доставлял себе ещё большую боль. Решив разобраться с этим позже, он приподнялся на локтях, дабы видеть всё то, что происходило вокруг. Оказалось, что снизу картина была ещё страшнее, чем сверху. Куда не поверни голову — со всех сторон рядом с ним лежали трупы. Ещё свежие, но уже оттоптанные живыми. Смрад царил дикий. И если бы не продолжающийся дождь, то этот запах мог бы свалить человека с ног не хуже удара по голове. — Чего разлёгся, мелочь? — послышался над ним сверху низкий бас. В последний момент Кагуя успел перекатиться в сторону от летящей в его лицо подошвы, встречаясь глазом впритык с лежавшей на земле отрубленной головой неизвестного мужчины. С трудом подавив в горле испуганный крик, он, сам до конца не осознавая свои действия, схватил голову мертвеца и швырнул её в сторону ивовца, дабы на секунду того отвлечь. — Ч-что? — мужчина рефлекторно поймал летящий «снаряд», недоумённо его разглядел, а затем по какой-то причине взревел: — Убью!!! Что ж, отвлечь его и в правду получилось, и теперь Ясухиро немного пошатывался, однако вновь стоял на ногах. Проблема заключалась в том, что противник, видимо, перешёл в своеобразный «режим берсерка». То ли это была голова его знакомого, то ли по какой-то другой причине… Но факт оставался фактом: теперь Кагуе придётся иметь дело с неконтролируемой машиной для убийств. Мужчина, рыча, словно медведь, поднял над головой взявшийся из ниоткуда валун размером с самого Кагую, а затем швырнул его так, будто он ничего не весил. Пролетевший мимо отскочившего в сторону перерожденца камень раздавил сразу нескольких людей позади. При чём среди них были как шиноби Конохи, так и шиноби Ивы. Здоровяку, видимо, уже было всё равно, кто попадётся под его тяжёлую руку. В такой ситуации стоять на месте было смерти подобно. Мужчина мало того, что стал свирепее, так ещё и скорость его значительно увеличилась. Так Ясухиро смог отклонить корпус от пролетевшего кулака лишь в последнюю секунду, хотя раньше ему хватало времени, чтобы не только увернуться, но и попытаться уколоть чем-нибудь в ответ. Играл также важную роль и тот удар по голове. Из-за него в ушах у Кагуи до сих пор был слышен противный писк, а ноги стали ватными, словно он постепенно начал терять над ними контроль. — Жалкий таракан! — в очередной раз выкрикнул ивовец, с силой ударив ногой по земле. Оказалось, что таким образом, без складывания печатей, он использовал технику стихии Земли. В одно мгновение позади Ясухиро выросла стена в виде полукруга высотой в несколько метров. Всю тяжесть своего положения мальчик осознал лишь тогда, когда и без того влажная почва под его ногам превратилась в жидкую субстанцию, постепенно засасывающую его вниз. Его сердце ушло в пятки, когда он, попытавшись выбраться, потерпел неудачу. Вскоре «зыбучие пески» вновь стали твёрдыми. Стоя по колено в застывшей породе, схожей по своему составу на цемент, он огляделся по сторонам, надеясь найти хоть кого-нибудь, кто смог бы прийти ему на помощь. Понять очевидное было несложно. Никто не поможет. Из-за своего положения он не мог видеть, что происходило за его спиной, однако по бокам и впереди он не нашёл никого из шиноби Конохи, кто не был бы связан сражением со своим противником. Члены его отряда также были заняты не меньше остальных. Так что он фактически оставался наедине c самим собой… …и здоровяком. — Вот теперь ты никуда не сбежишь! Навстречу ему летела смерть. Просто другому это назвать было нельзя. Оставив попытки выбраться, мальчик спрятал внутри себя абсолютно все кости, а затем, сделав их как можно шире и больше, защитил ими живот, грудь, а также руки, которыми он прикрыл корпус. Чудесного спасения в самый последний момент, характерного для многих клишированных книг и фильмов, не произошло. Никто не появился перед ним и не защитил от чудовищного по силе удара ногой. Тело Кагуи, словно тряпичная кукла, вылетело из земли, пробило собой каменные стены позади и плашмя упало в грязь. Ясухиро искренне не понимал, как он всё ещё оставался в сознании. Возможно, он сейчас бы многое отдал, чтобы отдаться забвению и не чувствовать всю эту ужасную боль. А болело, казалось, всё. Основная сила «пинка» пришлась на руки, которые он попросту перестал чувствовать, а также на корпус, из-за чего он готов был поклясться, что, несмотря на Кеккей Генкай, многие его внутренние органы были повреждены до критического состояния. По этой причине не было удивительным, что вскоре его вырвало кровью вперемешку с желчью. Ему даже показалось, что среди выплеснутой жижи он смог найти розовые кусочки лёгких или каких-то других органов. Это, по крайней мере, объясняло, почему вместо нормальных вдохов и выдохов из него вырывался прерывистый хрип. Лёжа на спине, он пустым взглядом смотрел на хмурое небо. Его не волновал дождь, заливающий единственный целый глаз. Его уже ничего не волновало. Мозг перерожденца соображал весьма туго, а мысли двигались медленно, будто бы с ленцой. Он даже не заметил склонившегося над ним мужчину, лицо которого выражало разочарование. — Не могу поверить, что потратил время на такого, как ты… Война не место для детей. Твоей ошибкой было здесь показаться. — А ну, ушёл от него! Внезапно до ушей Ясухиро добрался знакомый женский крик, в котором можно было расслышать гнев и желание убивать. С трудом открыв левый глаз, он из-под полуоткрытого века смог разглядеть три фигуры. Одна из них, безусловно, принадлежала здоровяку из Ивы. А вот личности двух остальных он смог узнать лишь тогда, когда его зрение немного прояснилось, а размытость сошла на нет. Это оказались вовремя подоспевшие Цунами и Дайцуки. Вдвоём они не оставили ивовцу и шанса. Мужчина не успевал реагировать на выпады сразу с двух сторон, а потому вскоре был повержен сокрушительным ударом Сенджу по затылку. Кагуя даже не успел моргнуть, как застал склонившихся над ним членов команды. — Как он? — не без тени волнения уточнил у женщины Гиро. — Плохо, очень плохо, — просканировав его тело зелёным светом, покачала головой Цунами, стараясь держать себя в руках. — Его правый глаз вытек, плечевые суставы рук держаться лишь на чудом не порвавшейся коже, одна почка не работает, вот-вот откажет печень, сильно повреждены лёгкие, множественное внутреннее кровотечение… Я вообще не понимаю, что у него твориться внутри! Он ведь Кагуя! Эти кости сломаны, или так и должно быть?! Не нужно быть экстрасенсом, чтобы понять, что она была в панике. Отчего стоящий рядом Дайцуки оказался более чем кстати. Положив руку ей на плечо, он уверенно проговорил: — Успокойся. Ты справишься. Больше никто не сможет его спасти. Он надеется на тебя. Мы все надеемся на тебя. Слова поддержки оказались действенными. Не прерывая сканирующую технику, Сенджу сделала несколько глубоких вдохов и выдохов, а затем благодарно кивнула парню. — Спасибо. Больше Ясухиро ничего не слышал и не видел. Его сознание, наконец, не выдержало всей этой усталости и боли, и вскоре он погрузился в спасительный сон. Комментарий к Часть 26 Ура! Ясухиро наконец отхватил. Жалко пацана. ---------- Том 1 Глава 27 — Какого его состояние? — Жизни ничего не угрожает, однако, по-хорошему, ему бы ещё полежать пару дней, если не недель… — Бедный Ясу-кун… — А с глазом что? — Во время битвы ему его повредили, отчего он вытек. Я пересадила ему первый попавшийся, который не отторгался его телом. — Ладно… Цу, постарайся сделать так, чтобы он как можно быстрее встал на ноги. Он хороший боец и будет нужен нам в следующей битве. — А ещё он обычный ребёнок, Ацуши! Я его собрала по частям! Имей совесть в конце-то концов! — Я понимаю, но без него нам будет тяжело. Ты видела, скольких он убил? Четверть от общего количества врагов, если не больше. — Да, и поэтому ему нужен отдых. Как для тела, так и для души. — Хорошо… У нас есть ещё пара дней, прежде чем наши пойдут в контратаку. Я попробую попросить командующего отложить операцию хотя бы на день, но ничего не обещаю. Ради одного бойца он вряд ли изменит своё решение. — Спасибо, капитан… Голоса звучали приглушённо, словно через плотную вату. Безусловно, это была его команда. Это не могло не радовать. Значит он… в тылу? — Видимо, он очнулся… — прозвучало слева от него. — Как ты, Ясу-кун? Попытка открыть глаза была удачной лишь наполовину. Левое веко медленно, но верно поднялось, явив ему картину окружающего мира. Правое же чувствовалось, однако открыться ему мешала некая плотная повязка, закрывавшая глаз. Оглядевшись по сторонам, Кагуя отметил, что находился в палатке, отведённой его команде. Более того, вокруг него сейчас сгрудились все члены отряда. Примечательным было то, что все они оказались живы и здоровы. На них даже не было ни единой царапины. «Это что получается, лишь я один так пострадал? Вот же… Видимо, мне до них ещё расти и расти…» — пролетели невесёлые мысли в туго соображающей голове Ясухиро. Но вопрос, заданный старшей Сенджу несколькими мгновениями назад, всё ещё висел в воздухе. Все смотрели на него с разными выражениями лица: Цунами и Нишия явно испытывали волнение, Ацуши, как и Дайцуки обрадовались его пробуждению, Чин сдерживался, чтобы не съязвить, а Джиромо оставался непоколебим, и лишь в глубине его глаз можно было заметить не что иное, как облегчение. — Я… Кхм… — первая попытка заговорить оказалась провальной, однако затем он попытался вновь: — Я в порядке. Разговаривать было трудно. В горле стоял неприятный ком, в нём было очень сухо. Казалось, что он проглотил целую пачку иголок, каждая из которых застряла на пути в пищевод. — Это видно… — хмыкнул усевшийся на коробке с разнообразным холодным оружием Ацуши. — Командир, чем закончилась битва? — задал, пожалуй, самый интересующий его вопрос Ясухиро. — Шиноби Ивы отступили. Ценой огромных потерь мы смогли отразить их наступление. Теперь командующий желает, чтобы мы поддержали ответную атаку. После этих слов Кагуя со вздохом опустил взгляд на своё израненное тело. Сейчас оно больше напоминало мумию. Его грудь и живот были полностью обмотаны плотными белыми бинтами. Руки также покрывали повязки, начиная от плеча и заканчивая кистью. Крови видно не было, хотя боль никуда не ушла. — Как долго я пролежал без сознания? — подняв глаз к потолку, задал вопрос мальчик, ни к кому конкретно не обращаясь. — На самом деле недолго, — ему тут же ответил единственный ирьенин в команде. — Примерно пятнадцать часов. — Ясно… — ещё раз вздохнул перерожденец. — Ацуши-тайчо, я слышал ваш разговор до этого. Сколько у нас есть дней до начала контрнаступления? — Дня три максимум, — сухо проговорил Учиха. — Сатори-сан сказал, что нам нужно некоторое время, чтобы оправиться после прошедшего боя. Однако он верно подметил, что медлить нам тоже нельзя. Поэтому нужно радоваться, что он хотя бы не отправил нас сражаться в сегодняшний или завтрашний день. Ясухиро с силой сжал зубы из-за своего плачевного состояния. «Сейчас я беспомощен», — ударила ножом по сердцу мысль. — Ты говорила, что мне стоит ещё полежать некоторое время на больничной койке. Я успею оправиться к битве? — задал очередной вопрос мальчик, повернув голову к старшей Сенджу. — Скорее всего нет, — покачала головой женщина. — Твои раны слишком серьёзны и обширны. За такой короткий промежуток времени невозможно полностью излечиться. Я хоть и подлатала тебя, но твой организм должен сам справиться со всеми последствиями. — Ничего, Ясу-кун, отдыхай. Мы справимся, — попыталась поддержать его Юичи, выдавив из себя утешительную улыбку. — Да, лучше тебе выздороветь до конца, прежде чем вновь идти в бой, — следом за девушкой заговорил Дайцуки. Под конец с этим были согласны и Чин с Джиромо: — Помрёшь ведь в таком состоянии, мелкий! — Если будешь сейчас участвовать в битве, то, вероятнее всего, погибнешь. Не стоит подвергать себя неоправданному риску. После этих слов все взгляды были направлены на Учиху, который был единственным, кто ничего не сказал, и от кого, фактически, всё зависело. На лице у брюнета был виден весь трудоёмкий процесс глубоких размышлений, что подтверждалось нахмуренным лбом и прикрытыми глазами. Прикидывал все «за» и «против» он довольно долго. За это время Ясухиро успел уже десять раз продумать любой вариант решения командира, так что оставалось лишь дождаться того момента, когда он явит один из них миру. Наконец, по прошествии нескольких невероятно длинных минут, Ацуши распахнул глаза и нехотя проговорил: — Ладно. Лучше тебе действительно полежать пока тут, малой. В отличие от остальных членов команды, Кагуя был единственным, кто был против этого решения. Он не хотел, чтобы его считали балластом. Он не хотел отлёживаться в тылу, пока его товарищи будут рисковать своими жизнями. Совесть в любом случае будет давить на него. Хотел мальчик этого или нет. Его мысли были прерваны, когда он почувствовал мягкое, но в то же самое время настойчивое прикосновение к своей левой руке. Это была Цунами. — Не надо, Ясу-кун. Я понимаю, что ты рвёшься в бой. Но если ты погибнешь, то лучше для нас тем самым не сделаешь. — Малой, как твой прямой командир я приказываю тебе оставаться здесь до тех пор, пока ты полностью не восстановишься, — сказал как отрезал Учиха, всем своим видом говоря о том, что не шутит. Ясухиро огляделся по сторонам в надежде найти поддержку от остальных. Однако, естественно, все были согласны со словами капитана. Так, скрипя зубами и до боли сжимая кулаки, он тихо выдавил из себя: — Хай… Комментарий к Часть 27 Я собрал себя по кускам и смог выдавить из себя крохи сил для написания новой главы! Она шла весьма туго, и хочу сказать, что экшен мне даётся намного легче. Так что ждите вскоре новый махач. ---------- Том 1 Глава 28 Война для Учих всегда была неким способом самовыражения. Показать себя, доказать, что ты способен без страха взглянуть в глаза самой смерти. В битве носитель Шарингана меняется до неузнаваемости. Он раскрывает свои эмоции, забывает о всяких запретах, навязанных обществом, диктует свои правила, а не следует по чьей-то указке. Слова ничего не значат, куда важнее дело. Учиха никогда не станет просто так сотрясать воздух, тем более в бою. Вот и Ацуши предпочитал убивать своих врагов молча. Нельзя сказать, что он был рубакой, способным с каменным лицом вырезать толпы народа. Всё-таки он вырос в новообразованной Конохе, застав времена Войны Кланов лишь в свои самые первые годы осознания самого себя. Ему не было знакомо понятие извечного выживания в веренице нескончаемых боёв. Он был уверен, что его детство прошло так, как желали того Мадара-сама и Хаширама-сама, когда они объединяли свои кланы — в здравии, спокойствии и беззаботности. Конечно, о своей будущей работе в качестве шиноби он знал с самого начала. В клане никто не скрывал, что рано или поздно ему придётся убивать. Они готовили его к тому моменту, когда он впервые возьмётся за кунай и лишит жизни другого человека. Тренировок было много, и они были тяжелы, ведь Шаринган он пробудил довольно рано, что для родителей ребёнка в клане Учиха является показателем его потенциала. Они уверены, что такое дитя принесёт почёт в их дом, а оттого были готовы на всё, чтобы он вырос сильным и показал себя с лучшей стороны, оправдал все возложенные на него надежды. Ацуши чувствовал, что всё это было не просто так. Миссии, на которых ему приходилось заниматься разными вещами, характерными для ниндзя, он, конечно, выполнял, и весьма успешно. Однако настоящее испытание началось тогда, когда ему впервые сообщили о том, что началась полномасштабная война, в которой участвуют шиноби всех стран. Вот тогда он понял, к чему его всё это время готовили. Битвы во время войны кардинально отличаются от любых других битв. Здесь шанс умереть возрастает до невообразимых высот, из-за чего юноша довольно часто задавался одним и тем же вопросом: Стоит ли война всех этих смертей? Только когда он сам лично побывал на поле боя, когда почувствовал на собственной шкуре, какого это — вернуться оттуда живым, он зауважал своих предков, которые годами сражались и отстаивали честь своего клана. Вообще, несмотря на то, что по прошествии пятнадцати лет со дня основания Листа в воздухе всё ещё витало напряжение между представителями различных кланов, Ацуши всегда сохранял нейтралитет в этом плане. К членам клана Сенджу, главным историческими соперниками Учиха, он также относился непредвзято. Отличным примером подобного будет являться его новая команда, во главе которой его недавно поставили. Два Сенджу, двое бесклановых и Сарутоби. Неплохая мешанина получилась. Однако ребята были ничего, работать с ними можно было, чему юноша был несказанно рад. Однако чуйка, за все эти года не раз ему помогавшая, подсказывала, что чего-то не хватало. Точнее кого-то. Возможно, командующий тоже это понимал, и поэтому он за всё это время так ни разу и не посылал их в бой. Ведь седьмой член команды стал бы выходом и отлично вписался бы в отряд, отчего новость о новом бойце его несказанно обрадовала. Поначалу, когда Учиха увидел этого «бойца», он решил, что это была шутка. Мол: «Как же это так?! На войну! И ребёнка!». Однако здесь шутить было не принято, тем более, по словам Сатори-сана, его послал сам Хокаге, а потому он попытался с этим смириться. Оказалось, что первое впечатление было ошибочным. Когда он следил за спаррингом между Ясухиро и Дайцуки, единственное, что крутилось у него в голове, было: «Не стоит судить книгу по обложке». Несмотря на свой юный возраст, он уже успел повидать то, чего многие взрослые никогда не испытывали. Побег из родной деревни, смерть родителей, тренировки в новом месте и, наконец, выживание на войне. Всё, что оставалось сделать Ацуши, так это мысленно посочувствовать парню и его нелёгкой судьбе. У Учихи не было доселе опыта командования другими людьми. Жилет джонина ему выдали исключительно за его навыки, высокое умение обращаться с чакрой и логическое мышление. Однако джонин априори должен уметь руководить хотя бы небольшим отрядом из трёх человек, а потому, когда ему буквально всучили шестерых, у него попросту не оставалось выбора. Какова же была его радость, когда в первой же серьёзной битве команда показала себя с самой что ни на есть лучшей стороны. У него даже сложилось такое впечатление, что они были знакомы друг с другом ещё много лет назад и за это время успели так хорошо развить свою командную работу. Конечно, не обошлось без проблем. Самой главной из них была, безусловно, ранение Кагуи. Нельзя сказать, что это была вина отряда, других шиноби Конохи или уж тем более его. Да, на войне ты должен уметь постоять за себя. Уметь выживать и побеждать. Однако помощь союзников во время боя играет не менее важную роль. В одиночку ни один шиноби не сможет справиться со всем на свете. Его эффективность возрастает в разы, когда он действует с кем-то сообща. Самым главным было то, что Цунами всё-таки смогла спасти ему жизнь. Если бы мальчик погиб в первом же бою под его командованием, то Ацуши долго бы не смог себе подобного простить. Всё-таки что бы Учиха не говорил о равенстве и что бы он не думал о его возрасте, но отношение к пацану у него будет особое. Хотя бы потому, что, на сколько ему было известно, он был единственным ребёнком на фронте, сражающимся за Коноху. — Ацу! Пригнись! Из своеобразного транса, во время которого он мог одновременно поддерживать ритм боя и думать о чём-то другом, его вывел крик Джиромо, который запустил в его сторону серповидную огненную волну, летящую параллельно земле. С ходу сообразив, чем чревато будет попадание в него подобной техники, Ацуши, используя выработанные за года тренировок рефлексы, смог в мгновение ока припасть к земле. Не обращая внимание на животный крик пострадавшего от дикого пламени шиноби Ивы, он поднялся на ноги и быстрым взглядом Шарингана осмотрел поле битвы. Контрнаступление на позиции ивовцев шло полным ходом. После того крайне дождливого и не менее кровавого дня прошло трое суток. За это время представители обеих сторон конфликта успели убрать с поля мёртвые тела погибших товарищей. Никто не собирался мешать людям заниматься подобным делом. По обоюдному молчаливому согласию ни одна из сторон не будет нападать на другую во время похоронных церемоний. Ниндзя хоть и готовы воспользоваться любой возможностью, дабы победить врага, однако они также уважают многовековые традиции. Проводы усопшего в иной мир — одна из них. Как только с этим делом было покончено, командующий Сатори приказал атаковать. Ивовцы понесли немалые потери в отгремевшем сражении, однако, несмотря на то, что Лист также потерял некоторое количество бойцов, у них появился неплохой шанс продавить линию обороны Камня вглубь Страны Водопада. Этим медленно, но верно в данный момент они и занимались. Ацуши не мог не нарадоваться, что придуманная им тактика действий своей команды работала. И работала весьма хорошо. Да, безусловно, здесь не хватало Ясухиро. Однако даже без него его отряд прорывался сквозь врагов, словно волнорез в бушующем море. Так что это даже хорошо, что ребята настояли на том, чтобы пацан оставался в тылу. Пусть седьмой член команды Учихи полностью восстановится, а затем вновь будет сражаться наравне с ними. Оставалось надеяться, что хотя бы эта битва пройдёт без потерь и ранений его подчинённых… Комментарий к Часть 28 А вот и глава от лица командира-Учихи. Немного разузнали его историю и поняли ход мыслей. В следующей главе будет любимый мной экшен. ---------- Том 1 Глава 29 Алый свет Шарингана всегда пугал до дрожи многих людей. Мало кто захочет противостоять Учихе один на один, особенно в открытой схватке. Носитель «проклятого» додзюцу был одним из самых неприятных и каверзных противников для любого шиноби. Это в полной мере прочувствовали на собственной шкуре уже несколько ниндзя Ивы, сражавшихся до этого с Ацуши. Все они совершили главную ошибку во время сражения с Учихой — они взглянули ему в глаза. Молодой капитан с лёгкостью заманил беспечных шиноби в гендзюцу, а затем убил их, пока они наблюдали перед собой кажущиеся вполне реальными иллюзии. К сожалению, находились и те, кто был поумнее. Или те, кто прямо во время боя предостерегал остальных от попыток взглянуть в Шаринган. Они опускали свой взгляд, но недалеко — в район подбородка, так, чтобы не попасться в гендзюцу, но также и иметь возможность читать его намерения, видеть эмоции и возможные действия. С такими Ацуши разбирался по-другому. Ведь помимо мастерства в гендзюцу, он также был весьма хорош в ниндзюцу, обладая родством с Огнём и Молнией. Конечно, как и любой другой Учиха, способный с помощью додзюцу предугадывать дальнейшие движения противника по языку его тела, он мог вполне успешно сражаться и в тайдзюцу. Однако, его общий КПД был куда выше именно тогда, когда он использовал техники. — Стихия Огня: Огненные Фениксы! В сторону решившей помериться мастерством в ниндзюцу куноичи Ивы полетело сразу три величественные птицы, объятые золотым пламенем. Держа крылья параллельно земле, они неслись вперёд, грозясь зажарить любого, кто попадётся им на пути. — Стихия Земли: Величественная Стена! За секунду перед девушкой из-под земли выросла массивная каменная преграда, укреплённая неизвестной твёрдой породой. Не способная изменить траекторию своего полёта, техника в виде фениксов влетела в стену, безрезультатно опаляя самый край ниндзюцу Земли. Эта неудача, впрочем, Ацуши ничуть не расстроила. По крайней мере, если судить по его довольной ухмылке. Ожидая подобного исхода и решения от оппонента, Учиха, не тратя зря времени, сложил следующий ряд ручных печатей: — Стихия Молнии: Разряд! На смену огненным птицам пришёл электрический заряд, схожий с классическим ударом молнии. Яркая синяя вспышка сорвалась с пальца Учихи и буквально за доли секунды достигла каменной преграды. Сила техники была такова, что она без каких-либо трудностей разрушила стену, пробивая её насквозь. Однако куноичи там уже не оказалось. И вновь Ацуши сохранил уверенное выражение лица, которое обычно присуще человеку, следующему определенному плану. План у него действительно был. Сейчас же настала пора для финального штриха. — Стихия Молнии: Шоковый Удар! Закончив серию печатей, брюнет припал к земле и прислонил к ней объятые маленькими разрядами молнии ладони. На этот раз электрический разряд ушёл под землю, покрывая собой сразу несколько десятков метров в длину, глубину и ширину. Так спрятавшаяся под земляной породой девушка была зажарена живьём, застряв там навсегда. — Что ж… Пусть это побудет для тебя твоей могилой… — выдохнул Ацуши, поднимаясь на ноги и отряхивая наэлектризованными руками свой жилет от пыли. На размышления о произошедшем времени не было: выступая в качестве поддержки для Дайцуки и Цунами, он должен был следить за тем, чтобы их не окружали и не зажимали в тиски. А это, судя по всему, сейчас может произойти. Достав из подсумка несколько кунаев, он бросил их в бок двум шиноби, особо рьяно пытающихся убить его подчинённого. Их не получилось даже задеть: каждый сумел вовремя почувствовать опасность и отклонить летящее оружие своими кунаями. Однако основная цель была достигнута: они на миг отвлеклись. Этого мгновения Гиро хватило, чтобы заставить противников в полной мере осознать совершенную ошибку. Не дожидаясь, пока они вновь продолжат с ним битву, он моментально «посчитал» одному из них шейные позвонки, а другому сломал руку, выбив в другую сторону локтевой сустав, а затем и вовсе прямым ударом проломил грудную клетку. Еле стоящего на ногах, харкающего кровью из-за сломанных рёбер шиноби Ивы, который схватился за повреждённую конечность, что раньше была рукой, Ацуши, дабы тот не мучился, добил броском куная в висок. Проведя немигающим взглядом упавшего на бок мертвеца, Дайцуки встрепенулся, обратив, наконец, внимание на Учиху: — Спасибо, тайчо. — Не за что, — коротко кивнул брюнет, а потом резко опустил голову, уклоняясь тем самым от просвистевшего метательного оружия. — Воу… это было близко… Тут же позади вставших друг рядом с другом ребят материализовалась старшая Сенджу, вид которой оставался боевым, хоть и был уже немного утомлённым. — Раны есть? — быстро уточнила она, поверхностным взглядом осмотрев их тела. — Я здоров, — ответил Учиха. — У меня только царапины, не трать на меня время и чакру, — заверил её Гиро, состроив самое убедительное выражение лица, которое только мог. Сенджу, впрочем, не поверила ему ни на грамм. Закатив глаза, она юркнула ему за спину и принялась лечить длинный и весьма глубокий порез от меча со словами: — Знаю я твои «царапины»… В это время от никуда не девшихся противников их защищали Ацуши и подоспевший Чин, вставшие с двух противоположных сторон. Джиромо и Нишия, заметив большое скопление ивовцев вокруг членов их отряда, также поспешили на помощь. Чем дольше шло сражение, тем больше Ацуши казалось, что их заманивают в ловушку. Причём, «их» — не армию Конохи, а «их» — отряд из шестерых человек. Главной задачей шиноби Листа было добраться сквозь оборону врага до леса, а затем уничтожить всех, кто в нём находился. Как-то так получилось, что к краю леса подошли лишь он и его подчинённые. И теперь между ними и остальными ниндзя Конохи, продолжающих без особых успехов и подвижек сражаться в поле, образовалось пустое пространство. Ловушка была захлопнута, когда это «пространство» оказалось заполнено новым вражеским подкреплением во главе с мужчиной с остроконечными светло-коричневыми волосами, зелёными глазами и заметно выступающими скулами. Он был одет в стандартный боевой жилет джонина Ивагакуре и рубашку с единственным рукавом, оставляющей его правую руку полностью открытой. Протектор Камня у него был повязан на предплечье. — Хм… Вас должно быть семеро, — неприятным скрипучим голосом, какой обычно присущ старикам, задумчиво проговорил он, а затем хмыкнул, с громким хлопком, похожим на маленький взрыв, ударил кулак о ладонь. — Впрочем, неважно. Даже так, избавившись от вас шестерых, мы сможем переломить ход боя в нашу пользу! Сгруппировавшись и прикрывая спины друг друга, ребята напряжённо смотрели на окруживших их со всех сторон противников. Всего их насчитывалось не меньше тридцати, так что можно было с уверенностью сказать: Битва будет жаркой. Комментарий к Часть 29 У, первая соточка страниц есть. Осталось ещё четырнадцать таких же. ---------- Том 1 Глава 30 — Это их подкрепление… А у нас оно будет? Этот до краёв наполненный надеждой вопрос, заданный Нишией, крутился в голове и у остальных членов команды Ацуши. Сам Учиха судорожно пытался придумать некое подобие плана, учитывая новые обстоятельства в виде засады. Сейчас был самый разгар дня. В отличие от битвы минувших дней, сегодня погода была совершенно иной. Голубое небо, редкие полупрозрачные облака, лёгкий ветерок и яркое солнце — всё это было бы идеальным сочетанием для спокойной прогулки на природе. Однако для команды Ацуши всё казалось совсем да наоборот: солнце жарило, заставляя изливать литры пота в экипировке ниндзя, небо слепило, вынуждая щурить глаза, дабы разглядеть хоть что-то, а ветер приносил вместе с собой сладковатый смрад со стороны поля, где лежали истекающие кровью трупы. Такой день уж точно нельзя было назвать «прогулочным»… С ног до головы запыленные сухой землёй, уставшие от продолжительной битвы, но всё ещё готовые сражаться до конца, попавшие в безвыходную ситуацию шиноби без страха в глазах смотрели прямо в лицо своей смерти. Готовые напоследок продать свою жизнь подороже, они понимали, что, возможно, это последние минуты их жизни. — Нет, к нам на помощь никто не придёт, — вбил крышку гроба напоследок брюнет. Все отреагировали по-разному: Нишия опустила голову, Дайцуки сжал кулаки, а Цунами поджала губы. Только Джиромо внешне оставался непоколебим. Лишь то, что он медленно постукивал пальцем по своему посоху, выдавало в нём неравнодушие. Чин, как обычно, выделился: — Вот бл*дь… — довольно эмоционально выругался он. — А ведь если бы здесь был Ясухиро… В обычной ситуации старшая Сенджу отчитала бы брата за ругательство, однако сейчас всё было настолько паршиво, что она начисто это проигнорировала. В данный момент её волновали несколько более важные дела. Например, о том, как можно было выжить. — Если бы пацан пошёл с нами, то нам пришлось бы его защищать! — жёстко отрезал Учиха, а затем продолжил куда тише: — А если мы будем отвлекаться, рассеивать своё внимание, то ни о какой победе не может идти и речи. Ребята переглянулись друг с другом. Каждый был солидарен с мнением командира, придя к общему молчаливому решению. Ивовцы по какой-то причине не спешили нападать. Возможно, из-за своей уверенности в победе или желании растянуть момент превосходства… Воспользовавшись дарованным временем, Дайцуки тут же задал вопрос от имени всех: — Хорошо, капитан. У нас есть план? — Уже, да… — привычно для подчинённых ухмыльнулся Ацуши, отчего они позволили себе мысленно облегчённо выдохнуть. — Значит так. Действовать будем в парах на три направления. Один идёт в ближний бой, другой его прикрывает дальними атаками. Двойки такие: Я и Дай, Цу и Джи. Ни, будешь с Чином. Комбинируйте стихии и прикрывайте друг друга. Цу, будешь лечить в случае чего. Джи сможет за себя постоять. — Хай! — синхронно выкрикнули ребята, перегруппировавшись по названным парам. — Закончили болтать? — вновь послышался голос неизвестного шиноби Ивы. — Меня зовут Гари. Мне приказали избавиться от семерых ниндзя Листа, что не дают нам продвинуться дальше. Сейчас мы избавимся от вас раз и навсегда! С этими словами он ударом кулака по земле создал взрыв, который породил мощную ударную волну, быстро приближающуюся к команде. Пока трескавшаяся и переворачивающаяся почва их не достигла, Дайцуки, будучи умелым пользователем стихии Земли, успел сложить несколько печатей и поднять команду вверх на каменной платформе. — Молодец, Дай, — коротко похвалил подчинённого Учиха, а затем округлил глаза из-за пришедшей ему в голову идеи, повернувшись к младшему Сенджу. — Чин, ты единственный из нас, кто обладает стихией Воды. Сможешь разлить её вокруг нас? Не нужно атаковать ею врага, просто попытайся сделать так, чтобы вода доходила им всем хотя бы по щиколотку. — Боюсь, мне не хватит на это чакры, тайчо, — бессильно покачал головой парень. — Здесь нет реки или озера. А преобразовать столько воды из воздуха я смогу только с наполненным резервом. — Тогда я сам дам тебе чакру. Не теряя времени, Ацуши подскочил к нему и положил руку ему на плечо, начиная передавать ему собственную энергию. Чин, почувствовав небывалый прилив сил, раскрыл в шоке глаза от осознания того, сколько всё-таки чакры было у его командира. Выбравшись из оцепенения после того, как жар от большого количества влитой за раз энергии немного подуспокоился, парень встал на край платформы и начал на большой скорости складывать огромное количество печатей. Когда их количество перевалило за полсотни, он наконец остановился и тихо прошептал: — Стихия Воды: Бескрайний Океан! Чин, словно гигантский кран, начал выплёвывать во все стороны сильный поток воды, устремившийся в сторону попятившихся противников. Когда «напор» иссяк, они недоумённо опустили головы, подозрительно уставившись на окутавший их стопы тонкий слой воды. Пока ивовцы не успели разгадать его план, Ацуши обратился к Юичи: — Ни, возьми столько кунаев, сколько сможешь, напитай их чакрой Молнии и брось в воду как можно ближе к противникам. — Поняла! — быстро сообразив, что нужно делать, она кивнула и достала из подсумка сразу восемь метательных снарядов. В скором времени по каждому из них начали бегать всполохи энергии в виде ярких искр, преобразившие кунаи до неузнавания. Учиха, повторив действия куноичи, разбросал их вокруг себя, целясь не в самих ивовцев, а им под ноги. Ниндзя Камня осознали свою ошибку слишком поздно. — Стихия Молнии: Смертельный Проводник! Всего одна маленькая вспышка молнии сорвалась с каждого из десяти кончиков пальцев Ацуши, со скоростью света достигая воткнутых в землю кунаев. Металлическая основа оружия породила цепную реакцию, а разлитая вода увеличила радиус поражения электричеством. Однако ивовцы глупыми тоже не были. Да, несколько тугодумов всё-таки попали под действие техники и сейчас бешено дёргались в конвульсиях, испытывая на себе убийственную силу тока. Однако большинство успело вовремя выбраться из воды, поднявшись на точно таких же каменных выступах. А в следующее мгновение команде, стоявшей в середине образованного шиноби Ивы круга, пришлось спешно уворачиваться от фирменной техники подчинённых Цучикаге в виде летящих со всех сторон каменных пуль. *** Выполнив превосходный пируэт, которому позавидовал бы любой мастер кендзюцу, Нишия отсекла молодому парню с повязкой Камня руку, а затем и голову. Фонтан крови, вырвавшийся из шеи, заляпал девушку с ног до головы, однако она совершенно не обратила на это внимание, не отвлекаясь в разгаре боя на подобные мелочи. Крутанувшись на месте, она парировала выпад мечника Ивы, который до этого вместе со своим погибшим товарищем пытался убить девушку. Лезвия двух клинков высекали яркие искры, тут же терявшие свой свет, только упав на землю. Безрезультатно давя на оппонента, куноичи провела по поверхности своей катаны чакру Молнии, в мгновение разрезая метал, словно масло, а затем и самого человека, тоже без особых трудностей. Внезапно позади неё раздался крик, который безусловно принадлежал её временному напарнику — Чину: — Ни, поддержи! Оказалось, что младший Сенджу решил потопить своих противников гигантской волной, способной накрыть с головой любого, кто попадётся под мощь водной стихии. С полуслова поняв, что он имел в виду, девушка направила меч в сторону техники Воды и выпустила из острия меча ветвистую молнию. Не успевшие защититься от искрящейся волны шиноби Ивы были снесены мощным ударом водной толщи, а затем прожарены электричеством. Нишия не всегда была такой. Точнее, она не всегда могла убивать без страха и сожалений. Рано лишившись родителей, она решила посвятить себя ремеслу шиноби, дабы научиться защищать собственную шкуру. Этот поступок подкреплялся тем, что никто, кроме неё самой, этого бы не сделал. Она бесклановая, жила в приюте… Понятное дело, что никому до неё не будет дела. Так было до тех пор, пока она случайно не встретила Дайцуки Гиро. Симпатичный подросток, тренирующий рукопашный бой в одиночестве, вызвал у неё нешуточный интерес. Возможно, это была любовь с первого взгляда. По крайней мере, с её стороны так точно. Поборов свою скромность, девушка однажды вышла из тени и наконец к нему подошла, чтобы познакомиться. Сначала Дайцуки относился к ней с неким подозрением, однако затем он привык к тому, что она начала тренироваться вместе с ним. С годами их дружба всё крепчала и крепчала. Безусловно, это Нишию не могло не радовать. Однако ей всё-таки хотелось бы, чтобы эта дружба когда-нибудь переросла в нечто большее. Эти сильные, но безответные чувства привели к тому, что девушка пошла вслед за отправленным на войну возлюбленным. Чудом попав с Дайцуки в один отряд под командованием Учихи, она готова была прыгать от счастья. Ведь, если бы их разделили, то все старания куноичи пошли бы коту под хвост. Тем более в этом случае она не смогла бы находиться рядом с ним и поддерживать его в трудную минуту. Прибытие одиннадцатилетнего ребёнка вызвало в её душе сочувствие. Она и представить себе не могла, что бы чувствовала, если бы оказалась здесь в таком же возрасте. Но это сочувствие граничило с уважением. Мальчик, несмотря на возраст, мог за себя постоять. За годы совместных тренировок, Нишие был прекрасно знаком уровень силы Дайцуки. А потому в тот момент, когда Ясухиро смог дать ему отпор, она осталась под сильным впечатлением. Сейчас его с ними не было. Может оно и к лучшему, ведь, судя по всему, лишь он один сможет дожить до конца этой проклятой войны… Громкий взрыв вырвал девушку из омута воспоминаний. Опасаясь худшего, она медленно повернула голову в сторону его эпицентра. Помня о том, что там до этого сражался Дайцуки, Нишия молила всех богов, чтобы с ним было всё хорошо. Когда дым рассеялся, она увидела шатающегося, но продолжающего стоять на ногах Гиро. Можно было ошибочно подумать, что с ним всё было хорошо. Однако, когда он встал к ней полуоборотом, её сердце пропустило удар. Его рука была по плечо оторвана. Комментарий к Часть 30 Есть предложения, какое название дать нашему отряду по несчастью? Прим. Беты Гари, правда шакальный: https://vignette.wikia.nocookie.net/naruto/images/9/90/Bakuton_no_Gari.png ---------- Том 1 Глава 31 Его рука, вернее будет сказать то, что от неё осталось, была в ужасном состоянии. Из разорванных тканей ручьём лилась тёмная кровь, образуя под Дайцуки целую лужу. Ошмётки ещё живых тканей свисали на коже, постепенно приходя в негодность. Треснувшая кость сохраняла структуру конечности и не давала ей развалиться под собственным весом. На удивление, Гиро каким-то чудом сдерживал себя, чтобы не заорать. Вместо этого он до боли в голове сжимал зубы и часто вдыхал сквозь них воздух. Его силе воли позавидовали бы многие… Шиноби Ивы, тот самый командир, который, видимо, и был виновником столь жестокого ранения, не собирался останавливаться на достигнутом. Отпрыгнув от огненного шара, запущенного пытающимся прикрыть напарника Ацуши, а затем, разрезав пополам извивающиеся лианы, отправленные на помощь Чином, мужчина вновь сконцентрировал чакру в кулаке, замахнувшись в финальном для Дайцуки ударе. — Нет! — в сердцах крикнула Нишия, тот час же помчавшись на помощь своему любимому. Расстояние между ними было слишком велико, чтобы она успела. Это вгоняло в отчаяние, однако вместе с этим и придавало ей сил для ускорения. Последний шанс улетучился тогда, когда в последний момент перед ней материализовался ещё один вражеский шиноби, преградивший ей путь. Со звериным рыком девушка попыталась избавиться от помехи мощным диагональным ударом напитанной Молнией катаны. Однако ниндзя успел отклонить корпус в сторону и контратаковать созданным с помощью стихии Земли мечом. Будучи не в силах продвинуться дальше из-за навязавшего ей бой шиноби, Нишия могла лишь в бессилии наблюдать за тем, как кулак Гари, напитанный взрывной чакрой, медленно, как если бы время замедлило свой ход, приближался к телу неспособного пошевелиться Дайцуки. Внезапно перед вражеским командиром, словно из воздуха, появился вовремя подоспевший Джиромо. Крепко сжимая в руках посох, он без раздумий ударил его противоположным концом, целиком и полностью покрытым металлом, прямо по занесённой для удара вражеской руке. Ещё один оглушающий хлопок воздуха, образовавшийся от столкновения и создавший мощную ударную волну, отбросил его и Сарутоби в разные стороны. Цунами, пришедшая вслед за Джиромо, тут же принялась за остаток руки Дайцуки. Один из врагов, пожелав убить оглушённого владельца посоха, был остановлен покрытыми колючками древесным путами, которые, обвязавшись вокруг его головы, свернули ему шею. Таким образом, Чин также сгруппировался вместе с командой. Убедившись, что ребята, а в частности — Гиро, находились в относительной безопасности, Нишия, наконец, сконцентрировала всё своё внимание на противнике с мечом. Заблокировав мощный удар, целящийся ей в шею, девушка попыталась разрубить мужчину пополам. Однако он успел среагировать, отпрыгнув назад. Не желая упускать прекрасную возможность для атаки, Юичи искрящейся от переполняемой энергией катаной стремительно разрезала воздух, опустив клинок сверху вниз. Затем, ожидая того, что оппонент сможет отклонить удар, она крутанулась на месте и попыталась уколоть его в правый бок. Вновь не добившись результата, куноичи ещё раз развернулась на сто восемьдесят градусов, но теперь уже через другое плечо и, наконец, смогла достать противника и завершить серию из трёх движений. Оставив шататься нижнюю половину тела не успевшего защититься шиноби, девушка по привычке взмахнула катаной, смахивая с неё кровь и прочие жидкости. Теперь, когда путь был свободен, она мигом подскочила к опустившимся на землю Дайцуки и Цунами. — Цу, как он? — не сдерживая рвущееся наружу волнение, спросила она. — Сейчас я могу только остановить кровь и продезинфицировать рану, чтобы не пошло заражение, — не отвлекаясь от работы, ответила женщина. — Смерть ему не грозит, но сейчас он вне игры. — Н-нет… — прошипел сквозь зубы Дайцуки, сжимая от боли ладонь другой руки. — Я ещё могу сражаться… — Дурень! — прикрикнула на него Цунами. — Ты потерял много крови. Ты даже на ногах не сможешь устоять! — Смогу! — твёрдо проговорил Гиро и попытался встать. Нишия аккуратно положила руку ему на грудь и мягко, но в то же самое время настойчиво толкнула его обратно на землю. — Лежи, Дай… — Нишия? — спросил он так, будто только сейчас заметил склонившуюся над ним девушку. Лишь в этот момент, когда их взгляды встретились, девушка, наконец, смогла разглядеть всю ту боль и страх, что он сейчас испытывал. Всё это показное мужество было лишь для того, чтобы скрыть все эти чувства и не показывать собственную слабость и бессилие. — Дайцуки… — Я, конечно, не хочу вас прерывать, но здесь вообще-то ещё полно тех, кто хочет нас убить! — переполненный сарказмом голос Ацуши раздался сбоку. Оказалось, что всё это время он и Чин отвлекали внимание большинства, чтобы дать время спасти Дайцуки и оклематься Джиромо. Вынужденный сократить дистанцию Учиха оказался связан боем в тайдзюцу. Нишия не могла не признать, что Шаринган в ближнем бою — это нечто. Учиха сражался одновременно с тремя противниками, однако успевал реагировать на движения каждого! Его было тяжело достать даже за спиной, хотя все знают, что круговое зрение даёт лишь Бьякуган. Однако в этом мире ничто не вечно. И даже у такого способного шиноби, как Ацуши, должны были когда-нибудь иссякнуть силы. Прочитав движения одного врага и собираясь ударить первым, он не успел уйти с линии атаки второго, получая кунаем под ребро. Скривившись от боли, он схватил за руку ранившего его шиноби и безжалостно воткнул пальцы ему в глаза. Заоравший ниндзя попятился назад, рефлекторно схватившись за кровоточащие глазные впадины. Сверкнув Шаринганом, он поймал в иллюзию ошарашенного товарища раненного и прямым ударом кулака вдавил нос внутрь его головы, не давая ему возможности вздохнуть. Третий шиноби Ивы, однако, успел прийти в себя, но это не спасло его от участи быть убитым. Учиха выверенным ударом ноги с разворота сломал ему челюсть, а затем воткнул подобранный с земли кунай прямо в сердце. Поморщившись от всё ещё торчащего в боку куная, он попытался его достать. Взявшись за рукоять, он начал медленно тянуть лезвие. Кровь, ручьём полившаяся из полуоткрытой раны, переубедила его продолжать делать это необдуманное действие. Выдохнув, он быстро воткнул его обратно, приостанавливая тем самым обильное кровотечение. — Тайчо, осторожно! — Чин попытался предупредить Ацуши об опасности сзади, однако было слишком поздно. Гари, успевший к этому моменту прийти в себя после того взрыва, напомнил о себе так, как к этому привык — громко и ярко. Использовав излюбленную технику своего Кеккей Генкая, он на ходу всадил свой кулак в спину не ожидавшего подобной атаки Учихи. Полёт Ацуши был не долгим. Благо, что он приземлился рядом со своей командой, а не противниками. Но всё равно состояние его было ужасным. Его спина была разорвана в мясо: то тут, то там виднелись торчащие осколки костей, отовсюду лилась кровь, остатки кожи дымились, а оголённые мышцы догорали до черноты. — О боже… — тихо прошептала Нишия, неверяще смотря на весь этот ужас. Цунами действовала более оперативно. Поднявшись на ноги, она уже не с той же прытью, но всё ещё резво подбежала к дышавшему через раз Учихе. Воспользовавшись крупицами от оставшегося количества чакры, она активировала Шосен и принялась заживлять самые трудные для лечения места. — Мне… мне не хватит чакры, чтобы вылечить его… — с трудом проговорила старшая Сенджу, изливаясь градом пота и испытывая дрожь от длительного напряжения. — Мы дадим тебе её! — уже без присущей ему энергичности воскликнул Чин. Нишия и оклемавшийся Джиромо кивнули в знак согласия. — Нет… не надо… — внезапно раздался тихий шепот со стороны чудом не потерявшего сознание Учихи. — Я уже не жилец… Лучше сохраните чакру для того, чтобы выжить… — Да… — теперь заговорил и Дайцуки. — Не думайте о нас… Мы лишь потратим ваши силы… — Правильно. Вам уже не долго осталось жить. Резко обернувшись в сторону говорившего, Нишия увидела Гари, а также ещё около десяти выживших шиноби Ивы позади него. Тот факт, что они сумели убить больше двадцати врагов, говорил о том, что они сражались на славу. Теперь, правда, они обессилели и вряд ли смогут дать отпор остальным. Но они хотя бы попытаются это сделать. — Эй, вы заметили, как стало тихо? — неожиданно подал голос Чин. Прислушавшись, Нишия действительно уловила опустившуюся на поле тишину. Только сейчас она заметила, что звуки битвы, которые всё это время раздавались со стороны основного числа сражающихся, стихли. Причина этого вскоре стала ясна. — Э-это же… — неверяще протянула Цунами, на секунду оторвавшись от Ацуши. Позади Гари и остальных стояла армия победителей. Этими победителями были злые, уставшие, раненые, но живые шиноби Конохи. Впереди всех во главе войска стоял обмотанный бинтами, покрытый с ног до головы кровью и вооружённый окровавленными костями Ясухиро. — Прошу прощения, капитан, но я решил нарушить ваш приказ! Комментарий к Часть 31 А вот и он! ---------- Том 1 Глава 32 Сплюнув с губ вязкую кровь, Ясухиро облегчённо выдохнул, глядя на живых сокомандников. Он успел. Находясь в лагере, мальчик не переставал думать о своей бесполезности. Его сердце разрывалось от мысли, что из-за недостатка силы и своей ошибки он вынужден был отлёживаться на больничной койке. Не то, чтобы он так уж сильно горел желанием снова броситься в бой. Страх никуда не делся. Он всё ещё с дрожью в теле вспоминал, через что ему пришлось пройти на днях. Ему не хотелось переживать эти моменты вновь. Однако в нём пылало чувство, которое затмевало собой всякий страх. Именно совесть на протяжении всего времени, с тех пор, как ушли ребята, терзала его разум и не оставляла в покое. Ха… Это было довольно забавно. Мчась по лесу в сторону того самого злополучного поля, где Шиноби Ивы и Конохи вновь скрестили клинки, Ясухиро не переставал удивляться самому себе. Казалось бы, он был знаком с этими людьми не больше недели, однако уже успел привязаться так, что готов был рисковать ради них собственной жизнью. Кто ж знал, что мальчик будет так легко считать своими тех, кто проявляет к нему минимальное благодушие… Чувствует перерожденец, что это когда-нибудь ему ещё аукнется. Когда Кагуя выбрался из лесной рощи, перед его глазами предстала точно такая же картина ненависти и жестокости, какую он «имел честь» наблюдать в прошлый раз. Создавалось такое чувство, что люди никогда не изменятся. Только вчера, поставив на кон свою жизнь, шиноби испытал свою судьбу, победил и выбрался из этого Ада живым. Сегодня же, будто в насмешку своей удаче, он вернулся сюда вновь и продолжает играть в эту смертельную игру. Был ли у них выбор? Конечно, нет. Но в этом вся суть войны. Если бы ему не отдали приказ убивать врага, смог бы он сдержаться и не прикончить того, кто лишил жизни его товарища? Вряд ли. Как там говорится: «Ненависть порождает ненависть, и этот порочный круг никогда не прервётся», да? Но будет ли виноват солдат, действующий по приказу? Кто на самом деле будет виновен во всех этих смертях? На самом деле тот, кто эту войну начал. Помахав головой, Ясухиро выкинул из головы все эти философские мысли. Всё-таки в этом мире он ещё мало что понимал. Возможно, он ошибается, а всё его представление о жизни — всего лишь выдумки одиннадцатилетнего мальчика. Просматривая мешанину из вцепившихся друг в друга людей, перерожденец пытался найти тех, ради кого он сюда, собственно, и пришёл. Но сколько бы он не бегал глазами, он всё никак не мог отыскать хотя бы одного из них. Ужасная мысль прострелила его сознание не хуже удара молнии: «А что если они уже мертвы и сейчас лежат где-нибудь втоптанные в землю? Что, если он опоздал?». Охваченный паникой, Кагуя уже отчаялся и практически сдался, пока не выцепил взглядом самую дальнюю от него часть поля, где хаотично двигались силуэты. Прищурившись, дабы разглядеть сражающихся, Ясухиро сделал глубокий вдох, с удивлением отметив, что всё это время он не дышал. Это действительно были члены его команды. Все шестеро были живы, но окружены со всех сторон. Не теряя лишнюю минуту, мальчик бросился к ним наперерез сквозь столкнувшиеся армии. Ещё до конца не затянувшиеся раны давали о себе знать. Бинты на его животе и груди уже после первой минуты схватки пропитались кровью. И она была отнюдь не вражеской. Повязки на руках пришлось снять ещё до начала боя, чтобы беспрепятственно использовать Кеккей Генкай. Конечно, в этот раз сражаться было куда сложнее, чем в предыдущий. Но это было связано не только с ранением. Изменившаяся погода также играла определённую роль. Ведь во время дождя шиноби Ивы намного труднее использовать техники Земли, на которых они специализируются. Сейчас же солнце своими лучами выжигало любую влагу, что давало врагам возможность отыгрываться за тот дождливый день по полной. С другой стороны, однако, шиноби Конохи также получили бонус. Ведь по неофициальной статистике, каждый второй представитель Листа обладал родством со Стихией Огня. А, как известно, сражаться огневикам под ливнем очень неприятно. Лишь те немногие, кто может побороть водную стихию за счёт мощи техники, оставались на плаву. Получив несколько колющих и режущих ранений, но убив в ответ не менее нескольких десятков людей, мальчик желал как можно скорее добраться до своих друзей. Всё было против него: ноги переставали слушаться, руки с каждой секундой онемевали всё сильнее, а пересаженный глаз, спрятанный под повязкой, всё ещё до конца не прижился, отдавая неприятной болью. Тем не менее этого было недостаточно, чтобы остановить Кагую. Огонь решимости в душе придавал ему сил, позволял делать невозможное, помогал сконцентрироваться на цели. Казалось, что в этот день он был непобедим. Ясухиро не мог точно сказать, повлиял ли он на исход боя. Однако как-то так само получилось, что именно за ним следовало оставшееся войско Конохи, поддерживая его одобрительными возгласами и расчищая дорогу от возникающих на пути врагов. Когда последний ивовец был повержен, мальчик обернулся, дабы взглянуть на выживших ниндзя Листа. Возможно, из-за сильной усталости ему просто померещилось, однако он увидел на их лицах благоговение. Никто не проронил ни слова, но даже без них лишь самый недалёкий не понял бы, что все эти куда более взрослые, опытные и сильные шиноби готовы были последовать за одиннадцатилетним мальчиком, обладающим силой воли, которой они никогда не достигнут. Сегодня его белые волосы и бледная, светящаяся на солнце кожа стали для них путеводным светом, а покрытое кровью тело, изнурённое, но, в отличие от врагов, живое — символом тяжёлой и кровавой победы. — Прошу прощения, капитан, но я решил нарушить ваш приказ! Команда выглядела плохо: державшиеся из последних сил Нишия, Чин и Джиромо, бледная от усталости Цунами, лежащий на земле с отсутствующей рукой Дайцуки, истекающий кровью Ацуши — всё это говорило о том, что если бы Ясухиро пришёл на помощь хотя бы на минуту позже, то спасать было бы уже попросту некого. Оставшийся десяток шиноби Ивы резко обернулись, неверяще уставившись им за спины, где лежали их погибшие товарищи. Затем подал голос мужчина со странной причёской, стоявший впереди всех: — А вот и седьмой пришёл… — тоном проигравшего проговорил он, а затем слабо усмехнулся. — Что ж… мы сдаёмся. Видимо, у нас самого начала не было шансов против вашей семёрки убийц… — бросив на землю все подсумки с оружием, шиноби положил руки за голову и встал на колени, смотря прямо в глаза Ясухиро. — Все мы шиноби, однако именно после вас всегда остаются лишь трупы. Вы несёте боль и жестокость. Вы несёте смерть… Когда остальные ниндзя Ивы последовали примеру своего командира, шиноби Листа их быстро связали и увели прочь. Теперь, когда опасность миновала, Кагуя смог, наконец, на негнущихся ногах подскочить к своей команде, которая сейчас усиленно передавала остатки чакры Цунами, чтобы та смогла вылечить Учиху. — Ребят, вы как? — Держимся, — коротко ответила за всех Нишия. — Мы очень рады видеть тебя, Ясу-кун! Сам-то ты как? Выглядишь нездорово… Было неудивительно, что девушка задала этот вопрос. Всё-таки мальчик сейчас был в одном шаге от потери сознания. — Но уж точно не хуже, чем вы, — позволил перерожденец себе небольшую шутку, на которую остальные члены команды ответили слабыми улыбками. — Гкх… эй… Малой… — еле слышно прохрипел Ацуши, лёжа лицом в землю. — Да, Ацу-тайчо? — Ясухиро тут же подобрался, приблизившись к нему, дабы иметь возможность расслышать его слова. — Спасибо, что пришёл… Мальчик улыбнулся. — Конечно, Ацу-тайчо… Воистину, Цунами была отличным ирьенином. Получив дополнительную чакру, она удалила все поражённые участки и заставила ткани регенерировать с бешеной скоростью. Так спина капитана была вылечена и замотана свежими бинтами. Мальчик даже сразу не заметил, но вскоре за их спинами начали шептаться: — Слушай, а ведь действительно, они несут смерть… — Это что, плохо? Они убивают наших врагов. Чего тебе ещё нужно? — Ничего… Просто я удивляюсь, как всемером можно столько всего сделать? — Это не важно. Главное то, что они вот уже вторую битву буквально вытаскивают нас из жопы! А пацан так вообще сделал больше, чем все мы вместе взятые! — Как там он сказал… Они несут смерть? Значит, пусть так и будет! Пусть наши враги боятся семёрку Конохи, несущую смерть! — Несущие Смерть! Несущие Смерть! Несущие Смерть! Подняв с земли Дайцуки и Ацуши и удерживая друг друга от падения, ребята удивлённо взирали на скандирующих шиноби Конохи. Общие мысли отряда были озвучены немного оклемавшимся от ранения Ацуши: — Я не уверен, но, похоже, нашей команде только что дали название… Комментарий к Часть 32 Я всё продолжаю офигевать от вашей бешеной активности. Спасибо! И да, в следующей главе будет скип. Приличный. ---------- Том 1 Глава 33 — Они здесь! Несущие здесь! Бежим скорее отсюда! — в палатку одного из командующих армией Ивы бесцеремонно ворвался всклокоченный молодой парень с безумным от отчаяния глазами, носивший стандартный жилет чунина. Коротко стриженный мужчина, стоявший к прибывшему спиной, в это время нахмуренно разглядывал настенную карту. Его взгляд был сконцентрирован на стране, за которую они сражались с коноховцами на протяжении вот уже четырёх лет. Но причиной его недовольства было не это, а то, что практически вся территория Страны Водопадов была закрашена красным цветом, который означал контроль над этим местом Конохой. Уловив первые звуки столкновения металла о металл, взрывы от техник ниндзюцу и крики и ругань бойцов, командующий недовольно прикрыл глаза, развернулся, упёршись руками о стол, и вперился тяжёлым взглядом в подчинённого. — Куда бежать? Уже слишком поздно! Мы примем бой, даже если это означает, что он будет для нас последним! — Я… я… — забегал глазами по помещению парень, а затем всё-таки взял себя в руки, смирившись со своей судьбой: — Я понял вас! — Идём, — кивнул в сторону выхода мужчина, обходя стол и огибая вытянувшегося по стойке смирно подчинённого. Оставшиеся на одном из последних рубежей в Стране Водопадов шиноби Ивы в панике носились по лагерю. Весть о том, что вскоре сюда прибудет отряд, который до дрожи пугал любого представителя Страны Земли, деморализовала шиноби не хуже известия о поражении на фронте с Конохой в этой стране. Конечно, они понимали, что рано или поздно самая знаменитая команда Листа на этом фронте прибудет по их души. Однако, как говорится: надежда умирает последней… Мощная стена огня, усиленная искусственным потоком воздуха, словно дикий зверь, набросилась на палатку, из которой только что вышли командующий и чунин. Отскочив от убийственного жара, исходящего от объятого красным пламенем шатра, они вступили в схватку с превосходящими по количеству и силе ниндзя Конохи. На острие атаки коноховцев было семеро людей, ставших за эти годы живыми легендами: Учиха — капитан отряда, в любой, даже самой безвыходной ситуации сохраняющий холодную голову и вот уже несколько лет успешно координирующий действия подчинённых, Сарутоби — шиноби, который, казалось, обладал предрасположенностью ко всем видам дзюцу, будь то тайдзюцу, ниндзюцу или кендзюцу. Следующие были брат и сестра Сенджу. Первый обладал Мокутоном и, по слухам, был родственником самого Первого Хокаге. Вторая же была настолько одарённым ирьенином, что, согласно словам некоторых очевидцев, могла вернуть к жизни даже полумёртвого. Двое бесклановых, несмотря на отсутствие геномов или других секретных клановых техник, безусловно, стояли вровень с остальными. Девушка с фамилией Юичи соответствовала стихии, которой оперировала в битве. Она, словно молния, проносилась по полю боя, оставляя после себя лишь изрубленных своей излюбленной катаной оппонентов. Гиро — второй бесклановый, обладал невиданной стойкостью и мог в тайдзюцу вынести практически любого. Последний, седьмой член команды Несущих Смерть был, конечно, самым обсуждаемым и интересным. Мальчик, буквально взрослеющий на войне, не мог не привлечь к себе всеобщее внимание. Единственный ребенок, принимающий участие в Первой мировой войне Шиноби, стал знаменит не только из-за своей уникальности, но и за счёт выдающихся умений. Теперь уже будучи подростком, он приносил неприятностей для своих врагов больше, чем любой другой шиноби уровня джонина. Улучшенный Геном, ставший для него «визитной карточкой», делал его очень неприятным противником даже для превосходящего по силе человека. Не имея возможности сломать нерушимые кости, шиноби Ивы могли его убить лишь путём отрезания конечностей в месте их соединения. Также он не был защищён от потери крови и отделения головы от тела. Страх и чувство безысходности, исходящее от шиноби Ивы, казалось, можно было потрогать руками. Один за другим они падали замертво на истощённую войной землю, не имея возможности противостоять машине для убийств под сокращённым названием «Несущие». Чунин Камня не успел даже моргнуть, находясь в оцепенении от столь ужасной картины, как мелькнувший белесый силуэт с горящими глазами разных оттенков пролетел мимо него. Проведя взглядом помчавшегося к следующему оппоненту Кагую, парень недоумённо округлил глаза. «Он что… просто проигнорировал меня?» — мысль, состоящая из безудержной радости и праведного возмущения, возникла внезапно, но вполне оправданно, учитывая, что он не желал умирать, однако не терпел к себе подобного пренебрежения. — Эй! Я… — набравшись смелости, он попытался прокричать в спину режущего его товарища мальчика, однако внезапно не смог вымолвить и слова. — Кгх… Схватившись за шею, парень судорожно пытался остановить льющуюся быстрым потоком всё ещё тёплую кровь. Однако просачивающаяся сквозь пальцы жидкость не оставляла никаких шансов на выживание. Оказалось, беловолосый успел совершить своё тёмное дело так быстро, что чунин этого даже не заметил. И всё, что умирающему оставалось сделать, так это обессиленно упасть на землю и потухающим взглядом смотреть на спину безжалостно вырезающего людей мальчика. *** — Хорошая работа, команда… — усталым голосом проговорил Ацуши, удовлетворённо осматривая плоды их работы по зачистке одного из последних лагерей ивовцев на территории Страны Водопада. Затем, повернувшись к своему отряду, он хмыкнул: — Малой, ты сегодня какой-то вялый. Опять кошмары? Молчание было ему ответом. Слова, впрочем, здесь были лишними. Мальчик недвусмысленно взглянул зелёным — родным и голубым — вживлённым глазами на Учиху и кивнул. Каждый из команды, имея возможность видеть вскакивающего по ночам от очередного страшного сна Ясухиро, так или иначе знали, что капитан был прав. — Ладно… В любом случае мы здесь закончили, так что можем возвращаться в наш лагерь. Да… Несмотря на трёхгодичную регулярную мясорубку, кошмары у перерожденца начались относительно недавно. Возможно, здесь сыграл накопительный процесс. Много кто сказал бы, что ко всему можно привыкнуть и перестать испытывать к этому эмоции. Кагуя бы без зазрения совести посмеялся в лицо каждому из них. Ведь… как можно привыкнуть к убийствам? В его снах он «просыпается» на том самом поле, где провёл свои первые бои, превратившиеся далее в бесконечный калейдоскоп из сражений. Однако сон от реальности отличался тем, что он всегда стоял по колено в крови, вокруг плавало море из трупов, среди которых были и члены его команды. Небо было окрашено в кроваво-алый, а вместо луны на него смотрел жуткий глаз с бордовым зрачком. Обрывался кошмар всегда на одном и том же месте: пытаясь выбраться из мешанины из тел и крови, он застревал ещё сильнее до тех пор, пока невидимая сила не засасывала его вниз с головой. Если бы не поддержка команды, то Ясухиро бы уже давно сошёл с ума… Он был в этом уверен. Была и обратная сторона всего этого ужаса. Понемногу, метр за метром, квадрат за квадратом, но армия Конохи продвигалась вглубь лесов, равнин и полей Страны Водопада вплоть до границы со Страной Земли. Ещё одним плюсом бесконечных сражений стало его развитие как шиноби. Помимо увеличения общего количества чакры, её контроля, развития силы, скорости, выносливости и навыков в тайдзюцу, перерожденец также открыл в себе предрасположенность к двум стихиям: Воде и Ветру. Пока он смог выучить лишь несколько техник каждой из природных образований, однако в будущем он планирует взяться за них всерьёз. Но самым главным он считал развитие своего Кеккей Генкая. Путём многочисленных проб и ошибок он научился покрывать под кожей всё своё тело монолитной костяной бронёй, способной защитить его от большинства железа. Эта «техника» требовала множество чакры, так что он не мог использовать её на протяжении всей схватки. Также он разработал несколько дальнобойных техник с использованием Шикоцумьяку. Одна заключается в том, что он опускал руки на землю, затем выпускаемые из ладоней кости удлинялись под землёй и вырывались наружу, прямо под противниками, протыкая их насквозь. Другая позволяла ему создать несколько костяных пластин диаметром с его тело, которые он может разбросать по земле во время боя. Используя их в качестве средства перемещения, он в любой момент мог спрятаться в одной из них и неожиданно вылезти из другой, застав тем самым противника врасплох. Но самой необычной и перспективной способностью, основанной на Улучшенном Геноме, он считал другую вещь. Развивая контроль над Шикоцумьяку, он совершенно случайно влил слишком много чакры в палец и смог заставить плоть на нём исчезнуть. Полностью. После того как паника прошла, он стал с интересом изучать «оголённую» конечность. Кожа, кровь, ткани, сосуды — всё исчезло. Остались лишь кости и окружающая их голубоватая дымка из чакры. Тогда ему и пришла в голову идея: если его кости настолько крепки, что их не берёт даже напитанное чакрой железо и большинство техник ниндзюцу, то что будет, если от его тела останутся не «кожа да кости», а только «кости»? Что если он сможет избавиться от плоти — наиболее уязвимой части его тела, и стать самым настоящим скелетом? Перспектива этой техники будоражила сознание, однако на это, как и на любую другую новую технику, требовалось время. Сейчас Ясухиро мог «оголять» лишь кисть одной руки. Для дальнейшего преобразования ему не хватало контроля и чакры, ведь даже такое незначительное изменение тела требовало колоссальной концентрации и прорву энергии. В общем, можно было с уверенностью сказать, что эти три года прошли для него продуктивно. По словам многих, в первую очередь — членов команды, он уже вышел на уровень джонина и способен потягаться со многими шиноби. Хотя, конечно, если бы это не было необходимо для его выживания, то он предпочёл бы не видеть и не принимать непосредственное участие во всех этих ужасах войны… Комментарий к Часть 33 Всегда найдётся рыбка покрупнее... ---------- Том 1 Глава 34 Первая мировая война Шиноби постепенно сходила на нет. Это было очевидно даже для тех, кто был далёк от гремевших на весь мир кровопролитных сражений. Страны, может, и не в полной мере, но так или иначе, выполнили поставленные задачи: каждая из Шиноби Годайкоку завоевала и распространила своё влияние на соседние мелкие страны. Таким образом, Коноха заняла Страну Водопада и Страну Чая, Иве отошла Страна Травы, Суна заполучила под свой контроль Страну Рек, а Узушио согласно союзному договору с Конохой разделило Страну Медведя. Примечательно, что Аме, за которую боролись сразу три Какурезато, не досталась никому. Фактически эта страна, раздираемая после четырех лет бесконечных столкновений, лежала в руинах. Большинство шиноби Деревни Дождя были истреблены, а самые важные объекты инфраструктуры уничтожены. Это была ничейная земля, олицетворяющая эталон бессмысленности войны. Но как бы Ясухиро того не хотелось, сражения ещё не окончились. Очаги сопротивления в виде назойливых партизанов ниндзя Водопада и оставшихся на территории шиноби Ивы всё ещё доставляли существенные неудобства. Пока командование Листа не прикажет своей армии прекратить боевые действия, они будут выполнять поставленную ранее задачу. Но завтра у команды Ацуши будет такой редкий в последнее время, но очень нужный выходной. Возвращаясь после битвы в лагерь затемно, ребята, безусловно, желали как можно скорее оказаться «дома». Потому что именно лагерь являлся для них последние несколько лет местом, которое можно было назвать не иначе как «дом». Когда команда «Несущих» ступила на невидимый порог границы места стоянки для армии Конохи на западном фронте с Ивой, была уже глубокая ночь. Редкие пылающие огоньки в виде тусклых фонарей на деревянных стойках освещали дорогу и остальные основные пути внутри лагеря. Полная луна, зависшая на звёздном небе, также служила естественным источником света для вернувшихся с вылазки шиноби. Несмотря на большое количество присланных на фронт шиноби, лагерь в это время суток пустовал. На ногах оставались лишь дозорные, неустанно патрулирующие периметр, и редкие зеваки, которым не спалось. На пути в общую для отряда палатку Ясухиро замедлил шаг, а затем и вовсе остановился, залюбовавшись ночным небом. Отговорившись команде простыми словами: «Я вас догоню», он отошёл в тень, куда не доходил свет фонарей, и с удобством устроился прямо на земле, поросшей густой, покрывшейся влагой травой. Подтянув под себя ноги, он поёжился из-за лизнувшего его полуголое тело прохладного ветра, который в ночное время суток был куда более неприятным, чем днём. Вдохнув полной грудью свежий, отрезвляющий воздух, он с интересом продолжил разглядывать мрак небес, освещаемый многочисленными звёздами. Изучая незнакомые ему созвездия, он краем глаза заметил, как рядом с ним приземлился кто-то ещё. Оказалось, что это был его капитан — Ацуши. — Интересное сегодня ночное небо, верно? — с интересом поинтересовался он, проследив за взглядом мальчика. — Да… — рассеянно протянул Кагуя, не сводя взгляда с видного невооружённым глазом звёздного калейдоскопа. Наступившая после этого тишина не требовала возобновления диалога. Любование природой и её красотами — дело всегда молчаливое. Лишние слова непременно бы испортили её естественность и гармоничность. Однако в такие моменты есть вещи, с которыми, наоборот, необходимо поделиться. Вот и сейчас давящая на разум мысль перерожденца без его желания вырвалась на волю: — Знаете, тайчо… — медленно, словно сомневаясь в своих дальнейших словах, начал Ясухиро. — Да? — уточнил Учиха, не перемещая свой взгляд со звёзд. Мальчик замялся, но потом собрался с силами и продолжил говорить: — Я чувствую… тревогу. Словно что-то должно произойти. Что-то ужасное… — он неуютно поёрзал на месте, поджав под себя плечи. — Это чувство с каждым днём становится всё сильнее и сильнее. Я не могу сказать, с чем эта тревога связана, но в том, что она не сулит ничего хорошего, я уверен… Ацуши с окончания монолога Кагуи, казалось, даже не моргнул. Даже сквозь полумрак, царивший вдали от света, можно было заметить, что его лицо оставалось всё таким же отстранённым. Словно ничто в этом мире его не должно волновать. Признаться честно, любой незнакомый с ним человек так бы и подумал. Однако Ясухиро знал его уже практически три года. Его просто так фамильной безэмоциональной маской Учиха не проведёшь. — Ты знаешь, малой… — спустя, казалось бы, бессчётное количество времени, за которое Кагуя успел ещё несколько раз продрогнуть из-за гуляющего по лесистой местности ветра, Ацуши, наконец, подал голос, звучащий тихо и приглушённо. — Я тоже это чувствую. Ноющая в груди тяжесть не оставляет меня в покое вот уже несколько дней, предсказывая нам в будущем весёлые деньки. Только вот я одного понять не могу: война практически закончилась, никто из деревень не собирается отправлять на измученный битвами фронт сильнейших шиноби… Так что может быть для нас столь серьёзной помехой, что моя интуиция просто-напросто кричит о будущей крупной заварушке, в которой нам выбраться живыми будет крайне трудно? — Может, джинчурики? — подумав немного, несмело предположил мальчик. Учиха покачал головой. — Нет, это исключено. Взять хотя бы Иву — нашего непосредственного врага на этом фронте. Цучикаге не станет посылать такого сильного и могущественного, но неуправляемого бойца для отвоевания земель. Во-первых, это затянет бои ещё на несколько месяцев. И это самый минимум. А во-вторых, Коноха может отправить тех, кто способен этого самого джинчурики остановить, связать и вынудить биджу вырваться из носителя. А Узумаки — мастера фуиндзюцу — будут как нельзя кстати для помощи своим союзникам. Так что Камень, таким образом грозится не только потерять своё главное оружие, но и затянуть невыгодный для них конфликт. — Но тогда что может такого ужасного произойти, что близость этого неизбежного события ощущаю не только я, но и ты? — спросил в лёгком замешательстве мальчик, переведя взгляд с неба на собеседника. — Не знаю, пацан, не знаю… — тяжело выдохнул Учиха, также вернувшись с «небес на землю», а затем похлопал Ясухиро по плечу, вставая со своего места. — Ладно, пошли уже в палатку. Завтра… Э, точнее уже сегодня важный день. Кагуя недоумённо уставился на капитана, поднявшись вслед за ним на ноги. — В смысле? Что за день? — Хо… Так ты не помнишь? — он с удивлением усмехнулся, а затем оскалился во все тридцать два зуба. — Ну, так будет даже интереснее… *** Ясухиро был, мягко говоря, ошарашен, когда проснулся не из-за кошмара, ставшим для него эдаким «будильником», а потому что кто-то мягко, но настойчиво трепал его за плечо. Разлепив веки, он сонно повернул голову в сторону человека, так нагло оборвавшего его спокойный сон, и увидел перед собой не сдерживающую умилённую улыбку Цунами. — Просыпайся, Ясу-кун. У нас для тебя сюрприз. — Что? Какой ещё сюрприз? — ещё до конца не отойдя от сна, непонимающим голосом уточнил мальчик, уставившись недовольным взглядом в сторону странно ведущей себя женщины. — Увидишь, — загадочно хмыкнула она и, не говоря больше ни слова, шмыгнула за тканевую преграду, служившую дверью в шатёр. Мальчик, сонно потирая лицо, принял сидячее положение, а затем сделал над собой волевое усилие и встал на ноги. — Вот же… — мысленно костеря на все лады помешавших его спокойному и, самое главное, заслуженному сну сокомандников, он пару раз хлопнул себя по лицу, чтобы немного взбодриться, а затем медленно потопал на выход. — И чего только им могло прийти в голову с самого раннего… Но ворчливые причитания юного Кагуи, только выглянувшего наружу, были неожиданно прерваны стройным радостным возгласом шестерых людей, поджидающих его на улице: — С Днём Рождения! «А… ну да... точно…» — флегматично подумал перерожденец, вечно забывающий про день, когда родился прежний владелец этого тела. Комментарий к Часть 34 Чувствуете, как нагнетается обстановка? Следующая глава будет одной из последних в спокойной обстановке. ---------- Том 1 Глава 35 — Эм… спасибо, ребят, — неловко улыбнулся Ясухиро, успев сдержать свои инстинкты и не высунуть кости из-за резкого выкрика ребят. Всё-таки за три года бесконечных боёв у него выработалась привычка, что лучше сначала ударить, а потом спрашивать. Ведь не редки были случаи, когда быстрая реакция спасала его жизнь, а неудачливые вражеские шиноби, устраивавшие засаду, отправлялись в иной мир с инородными предметами в виде костей в теле. — Хэй! Взбодрись, Ясу-кун! — первой к нему подскочила всё та же Цунами, заключая в медвежьи объятья. — Всё-таки сегодня твой день! — Кхе… кхе… воздух! — просипел из последних сил мальчик, округлив от напряжения глаза. Старшая Сенджу ойкнула и отпрянула от задыхающегося, виновато посмеявшись. После неё его куда более мягко обняла Нишия. — Ты действительно подрос, Ясу-кун… — она отстранилась от него, а затем просияла своей самой тёплой улыбкой. — Да… только я ещё не дорос даже до тебя… — понуро проговорил он, сравнивая свой рост и рост остальных. Несмотря на свои четырнадцать лет, мальчик всё ещё оставался самым низким в команде. Нишия и Цунами, как девушки, были априори ниже парней, однако, как Кагуя и сказал, он не достигал даже до них. О высоченных Джиромо и Дайцуки он даже не заикался. — Хе-хе… — весело посмеялся Гиро, утешающе похлопав его по плечу. — Ничего, успеешь ещё. Всё-таки сегодня ты стал на год старше, а значит, ты потихоньку к нам приближаешься, — он протянул в его сторону руку, которую перерожденец не преминул пожать. — С праздником, Ясу-кун. Следующим на очереди был Сарутоби. — Поздравляю, Ясухиро, — он, как и Дайцуки, крепко пожал ему руку, а затем коротко добавил: — Живи долго. Мальчик усмехнулся, уже давно привыкнув к немногословности старейшего члена отряда. Переведя взгляд на Чина, Кагуя не удивился, увидев на его физиономии постный вид. Тот никогда не любил, как он это называет «телячьими нежностями». Однако нависшая над ним угроза в виде старшей сестры и хорошо скрываемое чувство уважения к младшему, но более сильному товарищу по команде, заставили его выдавить из себя небольшое поздравление: — Мелкий… в общем… — он замялся, не зная, как правильно подобрать в такой ситуации слова, но потом дьявольски ухмыльнулся. — Жду, пока ты дорастёшь до моего уровня, чтобы проверить, кто из нас сильнее! А пока… Ай! Сестринский кулак правосудия привычно прошёлся по макушке непутёвого брата, прерывая нескончаемый поток самовосхваления. Угрюмо зыркнув на неодобрительно качающую головой Цунами, Чин еле слышно промямлил, отведя при этом взгляд: — Да… и поздравляю тебя с четырнадцатилетием. Последним остался капитан команды «Несущих». Было видно, что он держал что-то в руках, пряча его в ладонях от любопытных глаз Ясухиро. Выйдя вперёд остальных ребят, он несколько торжественно начал своё поздравление, упёршись твёрдым взглядом в разноцветные глаза мальчика: — Малой, сегодня твой День Рождения… И поэтому мы решили подарить тебе подарок от нас всех. Мы вместе провели эти ужасные три года. Вместе сражались, побеждали, проигрывали, вместе стояли друг за друга, вместе жили… Я чувствую, что между нами образовалась некая связь… Нерушимая и самая прочная. Я смело могу назвать всех вас своей семьёй, и пусть кто-нибудь скажет, что это не так. А потому, даже если после войны нас расформируют, и мы больше не будем командой, я хочу, чтобы ты, Ясухиро, помнил о нас. Всегда. И никогда не забывал, что где бы ты ни был, мы придём к тебе на помощь. С этими проникновенными словами Ацуши раскрыл ладони и явил на свет небольшой медальон на серебряной цепочке. Необычное украшение было овальной формы и содержало в себе семь разноцветных камней: шесть образовывали круг, и один побольше находился в центре. Потеряв дар речи от эмоциональной речи командира, Ясухиро протянул руки и осторожно, словно это была хрустальная ваза, взял медальон. — Видишь камни? Семь камней, семь цветов. Понимаешь? — Да… — задумчиво протянул мальчик, любуясь красотой украшения, а затем резко вскинул голову, придя к догадке. — Это… мы? — Всё верно, — хмыкнул Учиха. — Смотри, чёрный камень олицетворяет меня, серый — Джиромо, оранжевый — Нишию, зелёный — Чина, жёлтый — Цунами, красный — Дайцуки. Ну, а белый, который находится в середине, — это ты. Мальчик был настолько поражён подобным подарком, что даже не мог подобрать ответных слов. Заворожённо изучая каждый из камней, он представлял на их месте своих друзей… Нет. Свою семью. Двух старших сестёр — строгую, но заботящуюся Цунами и добрую Нишию, и четырёх старших братьев — всегда поддерживающего в трудную минуту Дайцуки, флегматичного, но при этом дружелюбного Джиромо, взбалмошного Чина и заботящегося об остальных Ацуши. Все они прошли через огонь и воду, выбирались из таких ситуаций, где остальные давно бы уже сдались, справлялись с любыми тяготами, выпадавшими на их долю. Если раньше Ясухиро, может быть, и стал бы сомневаться, то сейчас он понял, что несмотря на извечный страх смерти, он смог бы без раздумий отдать за них жизнь. — Это… — наконец выдавил из себя перерожденец, сжав медальон в руках, а затем нацепив его на шею. — Спасибо вам большое, ребята! — Ой, только не плачь, мелкий! — не сдерживая настоящей искренней улыбки, которая присутствовала и на лицах остальных членов команды, незлобно посмеялся Чин. — Да… извините, — ответил он на их улыбки, быстро стерев счастливые слезы, что непрошенными гостями медленно стекали по его щекам. — Ничего, эмоции — это хорошо! — по-доброму усмехнулась Цунами, беря в оборот заторможенного Ясухиро. — Хватит стоять! Пошлите уже праздновать! — С самого утра? — скептически выгнул бровь мальчик, еле поспевая за энергичной сегодня старшей Сенджу. — Раньше начнём — больше посидим, — философски хмыкнул идущий за его спиной Дайцуки. По пути к «тайному месту», где ребята подготовили для себя стол, мальчик стал объектом всеобщего внимания. — О, Ясухиро! С Днём Рождения! — Да, поздравляем тебя, Ясухиро! — Много не пей, а то станешь, как я! — Куда ему пить, он мелкий ещё! — Эй, ты кого мелким назвал?! — А ну, иди сюда! Такие и подобные им выкрики звучали со всех сторон. Каждый из тех, кто побывал в битвах, сражаясь плечом к плечу с мальчиком, считал своим долгом поздравить его с праздником. Те, кто только недавно прибыл на фронт, недоумённо взирали на своих товарищей и провожали скептическим взглядом «странного мальчишку в окружении «Несущих Смерть». По слухам, этот отряд состоял исключительно из самых подготовленных, высококвалифицированных и жестоких шиноби Конохи. Что забыл среди них этот пацан, для не знающих людей было непонятно. Конечно, Кагуе было приятно от такого внимания. Достаточно просто вспомнить их отношение, когда он впервые прибыл в лагерь. С тех пор минуло три года, и теперь сомнение в глазах людей сменилось на уважение, а недооценка — на почитание. Сегодня был его день. И он собирался провести его так, будто это будет последний счастливый день в его жизни. Комментарий к Часть 35 Последний счастливый день Ясухиро? Не знаю. Но последняя спокойная глава - это точно. ---------- Том 1 Глава 36 Поздним вечером, сидя вместе с командой около пылающего костра, Ясухиро провожал этот день. Желтовато-красные языки пламени облизывали почерневшие поленья, периодически издавая характерный треск. Правду говорят, что на огонь можно смотреть вечно. Его танец завораживал, тепло — согревало, а свет позволял насладиться природным уютом. В этом свете можно было углядеть весёлые, задумчивые, счастливые лица шиноби и куноичи. Война доконала всех, но такие моменты позволяли хотя бы на секунду отвлечься от тяжёлых дум и напряжённого ожидания следующей схватки. Сегодня они радуются мимолётному дуновению ветра, завтра они будут идти против надвигающейся бури. Всё как всегда… Слушая краем уха тихие разговоры команды, Кагуя умиротворённо вертел в руках подаренный медальон. Казалось, что даже в темноте вставные камни светились каждый своим цветом. Хотя, возможно, всё дело было в отражающимся в бликах огня, что отражались от их гранёной поверхности. Как бы мальчик хотел, чтобы этот день никогда не заканчивался… И пусть его уже давно клонит в сон, комары кусают нещадно, а холод начинает пронизывать буквально до костей, он всё равно отдал бы многое, лишь бы продлить это мгновение. Ночью его посетил всё тот же кошмар. Красное небо, гигантский глаз, кровавое море, куча плавающих тел, мёртвые сокомандники… В этот раз, правда, добавилось кое-что новое: где-то вдалеке, среди туманного горизонта проглядывался гигантский силуэт. Таинственное существо возвышалось над самыми высокими пиками деревьев в лесу, имело за спиной шесть насекомообразных крыльев и длинный рог за головой. Прежде чем перерожденец успел разглядеть чудище или понять, кем оно в действительности являлось, новая необъяснимая волна страха накатила на него, словно дикая волна неспокойного океана. Это чувство беспомощности постоянно возникало буквально из ниоткуда, и контролировать его Ясухиро был не в состоянии. Это случается каждый раз, когда мальчик слишком долго задерживается внутри этого сна. Ну а дальше, как и всегда, он просыпался в холодном поту, громко крича и часто дыша, отчаянно пытаясь замедлить быстро стучащее сердце. Кагуя бешеными глазами огляделся по сторонам. Никто из ребят от его крика даже не шелохнулся, продолжая размеренно дышать и наверняка видеть десятый сон. Единственным, кто так же, как и мальчик, не спал, был Ацуши. Встретившись с ним взглядами, лежащий на боку Учиха молча кивнул в знак поддержки, руками показав: «Просто успокойся». Ясухиро благодарно кивнул в ответ, камнем падая на футон. Гулкое сердце перестало отбивать свой бешеный ритм, дыхание восстановилось, и теперь мальчик мог вновь расслабленно закрыть глаза и попытаться уснуть. Утро на удивление выдалось довольно спокойным. Проснувшись с восходом солнца, ребята пошли кто куда: кто умываться, кто кушать, кто на зарядку… Ясухиро, будучи немного сонным после нескольких весьма неприятных ночных пробуждений, поплёлся к реке, дабы прийти в себя и освежиться. Ледяная вода, как всегда, действовала на спящий организм наилучшим способом. Сняв немногочисленную одежду, мальчик с головой окунулся под речную гладь, а затем с восторженным от острых ощущений возгласом выбрался наружу. Проделав эту водную процедуру несколько раз, он, дрогнув от пробежавшего по телу ветра, выбрался на берег, вытерся заранее припасённым полотенцем, облачился в шорты и сандалии, а затем потопал обратно в лагерь. Однако долго продолжаться это умиротворение не могло. Только Кагуя вместе с остальными «Несущими» хотел было отправиться на короткую утреннюю тренировку, как в их палатку ворвался запыханный шиноби в жилете чунина. — Ацуши-сан! Вас и вашу команду вызывает к себе командующий! — немного переведя дыхание, выпалил посыльный. — Это очень срочно! — А у него по-другому не бывает… — ворчливо прокомментировал это Учиха, а затем повёл плечами. — Ладно, не будем заставлять нашего начальника ждать, идём. В шатре Сатори-сана ничего не изменилось. А вот сам командующий претерпел за эти три года некоторые изменения, связанные со своей чрезвычайно стрессовой работой. Самыми яркими из них были многочисленные седые волосы на короткой копне волос, а также старческие морщины, делающие из мужчины средних лет пожилого человека. — Вызывали, командующий? — Быстро дойдя до штаба и, «не стучась», войдя в огромную палатку, ребята выстроились в ряд и принялись внимать словам начальства. — Да… Ацуши. Не буду долго вас томить. Ситуация серьёзная, как никогда, — встав из-за стола, Сатори практически вплотную подошёл к Учихе, краем глаза поглядывая на остальную команду. Отбросив всякое шутовство, капитан отряда принял самое сосредоточенное выражение лица, вытянулся по струнке и приготовился внимать. — Я вас слушаю. — Несколько минут назад до меня дошли сведения, что на севере, со стороны Такигакуре на наши укрепления было совершенно несколько нападений, — начал мужчина, принявшись мерить шагами комнату. — Самое интересное, что среди нападавших всегда был один и тот же человек. Его зовут Какузу. Это шиноби из Деревни Водопадов, который год назад совершил неудачное покушение на Первого Хокаге, выжил и вернулся обратно в деревню. Я не знаю, действует он по своей инициативе или по приказу начальства из Таки, но нам в любом случае необходимо его остановить. — Хаширама-сама отпустил его что ли? — выразил словами общее удивление команды Ацуши. Сатори в ответ остановился, пожал плечами, а затем вновь продолжил свою ходьбу по помещению. — Мне это не ведомо. Но факт остаётся фактом: он выжил в битве с Первым, а потому, вероятно, обладает превосходными навыками ниндзя. Обычные шиноби, даже если их будет несколько десятков, вряд ли с ним справятся. Поэтому… — Я понял, — криво усмехнулся Учиха, бесцеремонно прерывая командующего. — Вы хотите, чтобы мы с ним разобрались? — Верно, — кивнул мужчина. — Сейчас в нашем секторе никого, кроме вас, кто мог бы с ним справиться, нет. Это задача исключительно для «Семёрки Несущих»… — Понятно… — с выдохом протянул Ацуши, а затем повернулся к отряду, командирским голосом проговорив: — Команда! У нас есть новое задание! Выдвигаемся сейчас же! *** Со времён начала Первой мировой войны Шиноби в северной части Страны Водопада практически всегда сохранялось напряжение между шиноби Конохи и шиноби Таки. Обычно это ограничивалось тем, что первые угрожали полным уничтожением в случае неповиновения, а вторые, сжимая зубы, подчинялись приказам оккупантов. Именно поэтому, если этот Какузу сейчас громил силы Листа, подчиняясь Водопаду, то Коноха имеет право ответить весьма и весьма жёстко. А до тех пор, пока это не выяснилось, отряду Учихи нужно было решить этот насущный вопрос до того, как станет слишком поздно. Приблизившись к территориям, где в последний раз бушевал Какузу, ребята добрались до небольшого мобильного лагеря, где встретили несколько команд из числа шиноби Конохи. Один из них — высокий плечистый мужчина лет тридцати с длинными светлыми волосами — вышел с радостным лицом встречать прибывшую команду. — Ацуши-сан! Я так рад, что вы прибыли! — Ближе к делу, солдат, — резко прервал его словоизлияние хмурый Учиха. — Кхм… Да, прошу прощения, — прокашлялся мужчину, виновато улыбнувшись. — В последний раз наши дозорные видели шиноби под именем Какузу в долине, что находится в трёх километрах к востоку от нас. — Принято, — коротко бросил брюнет, а затем, не прощаясь, двинул в указанную сторону, проговорив про себя под конец: — Эта долина и станет твоей могилой, Какузу… ---------- Том 1 Глава 37 Долина завораживала своей красотой. С двух сторон её укрывали густые леса, возвышающиеся на будто бы искусственно высеченных каменных возвышенностях. Многочисленные водопады, начинающие свой путь в самом верху, ниспадали в небольшие водоёмы, что были связаны с длинной голубой рекой, протянувшейся по всей долине. Деревьев около воды практически не было. Из флоры вокруг там росли лишь трава, высокие кустарники и молодые деревца. В такой местности спрятаться было довольно трудно. А потому неудивительно, что даже с такого большого расстояния команда смогла заметить мелкую по сравнению с ландшафтом фигуру, стоящую фактически в самой середине долины. Но самым удивительным было то, что, похоже, этот человек сейчас смотрел прямо в их сторону. — Как-то всё это странно… — подозрительно протянул Дайцуки, внимательно разглядывая силуэт шиноби. — Он что, ждёт нас? — Джиромо, насколько он силён? — подал голос Ацуши, который всем своим видом излучал мрачную сосредоточенность. Сарутоби, прислушавшись к сенсорике, нахмурил седые брови, поморщился, будто бы от боли в голове, и выдохнул: — Он… очень силён. Любой джонин и рядом с ним не стоит! Теперь понятно, как он выжил после боя с Хаширамой Сенджу… Ловушек вокруг него не заметил. Других шиноби тоже. Он там один. — Вероятно, он уверен в своей победе и даже не считает нужным скрывать от нас своё присутствие… — проговорила Цунами. Ацуши взглянул на мрачные лица своих подчинённых, а затем вновь вернул взгляд к не шелохнувшейся за всё это время фигуре. — В любом случае мы должны от него избавиться. Хотим мы того или нет… Спуск вниз ребята так и не нашли. Но когда непроходимые места были помехой для ниндзя? Прыгать с многометровой высоты, конечно, идея весьма эффектная, но рискованная. Было решено спускаться по практически идеально ровной каменной поверхности, спрятанной за одним из водопадов. Используя чакру, команда без помех смогла зацепиться к вертикальной поверхности и быстро спуститься вниз. — А вы довольно долго, «Семеро Несущих»… Какузу был очень высоким мужчиной лет тридцати со смуглой кожей и тёмно-каштановыми волосами, доходящими до его плеч. Его глаза имели очень необычный оттенок: красную склеру и зелёную радужку без признаков зрачка. Его лоб покрывала серая бандана, а нижняя часть лица была скрыта под маской. Протектора Такигакуре на нём не было. Он ходил с оголённым торсом, демонстрируя жилистую мускулатуру, тёмно-зелёными рваными штанами, несколькими подсумками на поясе и чёрными сандалиями шиноби. Ещё одной особенностью его внешности были многочисленные серые швы на его теле. Они будто бы соединяли куски кожи друг с другом, не давая ему рассыпаться по частям. — Ты — Какузу из деревни Водопада? — Ацуши, как главный в группе, вышел вперёд, бесстрашно глядя в зелёные глаза мужчины. — Я — Какузу, но селение Таки надо мной больше не властно, — несколько высокомерно подметил нукенин. — Тогда зачем ты нападал на наших шиноби? — Учиха от такой новости в лице не изменился, хотя внутри него росло недоумение от действий человека, предавшего свою деревню. Какузу прищурил глаза и мерзко ухмыльнулся, хоть этого и не было видно из-за маски, но Ясухиро был уверен в этом. — Всё просто… Мне просто нужно было вас выманить. Я вас заприметил уже давно, ещё когда вы только здесь появились. Увидев в этом перспективу, я решил подождать, пока цена за ваши головы не вырастет до того уровня, когда это может меня заинтересовать. Сейчас же ваша команда входит в первую сотню шиноби в Книге Бинго. — Так тебя интересуют лишь… деньги? — теперь в голосе Ацуши можно было отчётливо услышать презрение. — Деньги — самая надёжная вещь в мире, — казалось, что мужчина такими словами Учихи был задет за живое, что подтверждалось вспыхнувшей на секунду Ки. — Весь мир стоит только на них. Какой смысл в верности, если её можно купить? Всё в этом мире стоит денег. Даже жизнь. И это я вам сейчас докажу! Внезапно из-за спины нукенина, словно огромные щупальца, вырвались четыре отростка, состоящие целиком и полностью из толстых серых нитей. Клубы́ живых сплетений извивались, как черви, разрастались и постепенно принимали форму гуманоидных существ. Вместо лиц у них были белые маски, отличающиеся по форме и имеющие различные цветовые обозначения (красный, жёлтый, синий и голубой). — Ну что, поиграем? — оскалился под маской нукенин, после чего существа начали своё движение. *** За годы войны команда Ацуши научилась понимать друг друга без слов и выработала тактику, которой пользовалась на протяжении всего этого времени. Благодаря ей они всегда выходили из битвы если не победителями, то хотя бы не проигравшими. Единственная проблема заключалась в том, что эта схема не совсем подходила против одного человека. Причём такого сильного. — Он что, обладает всеми пятью стихиями?! — прокричал Чин, успев в последний момент спрятаться за двойной каменной стеной, созданной им и усиленной Дайцуки, от разрушительной огненной волны, усиленной Стихией Ветра. — Что это вообще за монстры?! — на этот раз насущный вопрос задал Дайцуки, в бессмысленной попытке пытаясь сразить одно из существ в тайдзюцу. Бессмысленным это было потому, что они фактически не имели плоти, из-за этого для физических атак они становились если не неуязвимы, то трудноубиваемы уж точно. Именно по этой причине Ясухиро, после неудачной попытке разрезать существ, переключился на самого Какузу. — Думаешь, меня убить будет легче, мальчик-Кагуя? — бесстрашно остановив около лица костяное лезвие голой рукой, невозмутимо поинтересовался мужчина. — Ты вообще в курсе, что среди твоих друзей ты самый «дорогой»? Туман весьма озабочен твоим существованием, так ещё и в рядах Конохи. Они обещают за твою голову столько, что мне этих денег хватит на многие года вперёд. Ясухиро старался не разговаривать в бою, избавившись от этой привычки в пользу эффективности. Поэтому вместо ответа он резко отделил кость от ладони, освобождаясь тем самым из захвата, моментально вырастил новую и попытался пробить нукенину грудь. Впрочем, попытка оказалась удачной лишь наполовину: кость вошла в его тело, однако Какузу от этого, казалось, было ни холодно ни жарко. Крови в месте попадания не было, и вообще создавалось такое впечатление, что Ясухиро пронзил не человека, а тряпичную куклу. — Ха… не попал, — ребячески посмеялся мужчина, схватился одной рукой за запястье мальчика, беспрепятственно вытащил кость, а затем другой рукой отправил перерожденца в полёт. Пока Кагуя считал перед глазами звёзды, отходя от чудовищного удара по голове, остальные члены команды продолжали пытаться найти лазейку в обороне, казалось бы, бессмертного шиноби. К этому неутешительному выводу ребята пришли, когда несколько раз безрезультатно прошивали его тело различным железом и техниками, после чего нукенин, как ни в чём не бывало, восстанавливал «плоть» с помощью странных нитей и продолжал битву. Отрезание рук или ног также не помогало: утраченные конечности моментально пришивались и вновь функционировали. Оставался лишь один вопрос: А человек ли это вообще? Впервые всё шло наперекосяк. Скорости Нишии не хватало, чтобы достать его наполненной чакрой Молнии катаной, гендзюцу Ацуши будто бы совсем на него не действовало, а любое ниндзюцу Чина или Джиромо отбивалось одним из гуманоидных чудовищ. Про Ясухиро, Дайцуки и Цунами, которые показывали высокий уровень лишь в тайдзюцу и не могли похвастать дальними атаки, и вовсе не стоило говорить. Срочно нужен был план действий. В ином случае их ждёт незавидная участь… ---------- Том 1 Глава 38 Именно сейчас Ясухиро как никогда ощущал себя бесполезным. Сколько бы он не резал нукенина, сколько бы не протыкал — всё было без толку. Цунами, в отличие от него, хотя бы помогала отряду с лечением. Дайцуки воздвигал каменные стены и другие техники Земли для защиты команды. Навыков ниндзюцу у мальчика не хватало, чтобы нанести хоть какой-нибудь урон чудовищу под именем Какузу. В данный момент фактически его нахождение здесь не имело смысла. Это заставляло его злиться. Никогда Кагуя так явно не ощущал себя балластом. Что ж… всё бывает в первый раз. Ещё более обидным было то, что он очень плохо помнил этого персонажа при просмотре аниме. В его голове даже не отложилось, в чём заключалась особенность этой его странной техники. Единственное, что он припоминал, так это то, что его вместе с сероволосым напарником называли «бессмертным». — Он не может быть неуязвимым! У каждой, даже самой сильной техники есть слабость! — пытался поддержать отряд Ацуши, запустив в чудовища с маской с жёлтыми метками несколько молниевых разрядов. — Нам только нужно её найти! Кха! Его речь прервала ответная молния, вылетевшая из пасти того же самого существа, которого до этого прикрыло другое чудовище с синими пятнами на маске, отклонив атаку брюнета в сторону. Не успев уклониться, Учиха получил нехилую силу тока. Его тело несколько секунд билось в судорогах, а кожа на месте попадания опалилась до черноты. Когда конвульсии закончились, а дым перестал исходить, он без чувств упал лицом вниз. — Хе… минус один, — проскрипел довольным голосом Какузу, сосредотачиваясь на остальных противниках. — Нет! — воскликнула Цунами, подбегая к лежачему без чувств командиру. На её пути выросла удлинённая рука нукенина, попытавшаяся схватить женщину. Однако она вскоре была разрублена подоспевшим Ясухиро. Конечность, естественно, сразу же восстановилась, но она хотя бы вернула себе изначальный размер, давая Сенджу возможность добраться до Учихи. Опустившись рядом с ним на колени, Цунами перевернула брюнета на спину, голыми руками разорвала его куртку и тут же прильнула к груди, чтобы попытаться уловить биение сердца. «Сердце не бьётся!» — пролетела у неё паническая мысль, заставившая всё внутри неё перевернуться. — «Нужно его запустить, пока не поздно!» Будучи опытным ирьенином, способным даже в критической ситуации сохранять холодный разум, женщина тут же взяла себя в руки и принялась действовать, как полагается в подобной ситуации. Осложняло всё лишь осознание того, что под ней лежал не просто умирающий союзный шиноби, а умирающий близкий человек. — Прикройте меня, пока я буду его спасать! — крикнула она своим товарищам, скрещенными прямыми руками уперевшись перпендикулярно левой части грудной клетки Учихи и начав делать быстрые толчки, прерываясь иногда на искусственное дыхание. Остальные «Несущие» поняли её с полуслова. Дайцуки, Чин и Ясухиро буквально встали перед ней, закрывая её и Ацуши от полетевших в их сторону ниндзюцу Ветра, Огня и Молнии. Обладая Стихией Земли и имея неплохие защитные навыки, эта троица лучше всех подходила для роли «прикрытия». С силой дважды вдохнув воздух вглубь Учихи, Цунами не переставала продавливать его грудную клетку в отчаянных попытках заставить его сердце биться вновь. — Давай… Давай же! — нервно проговаривала она в процессе, раз за разом наваливаясь на его тело всем весом. В тот момент, когда надежда, казалось, уже покинула отчаявшуюся женщину, Ацуши резко раскрыл глаза, сделал самый глубокий вдох в своей жизни и, повернувшись на бок, разразился диким кашлем. Облегчённо выдохнув, старшая Сенджу не сразу услышала, что брюнет начал что-то шептать, при чём повторяя одну и ту же фразу: — Я понял… я всё понял… я всё понял! — Что ты говоришь, Ацу? — приблизив ухо к брюнету, дабы иметь возможность расслышать его шёпот, она тут же, испуганно дёрнувшись, отпрянула, когда он практически закричал: — Я понял! — вскочив на ноги и поморщившись от обугленной раны на боку, он немного успокоился и продолжил куда более тихо: — То чудовище защитило другого от моей техники Молнии. Я не видел, чтобы хоть один из них использовал больше одного вида стихии. Сам Какузу также не показывал родство с чем-то кроме Земли. Это значит, что если мы по одному избавимся от них, то сможем лишить его возможности использовать все пять природных образований! — Хе… Вот, значит, как… — усмехнулся под маской нукенин. — А вы попробуйте до них добраться! С этими словами существа, как по команде, начали уменьшаться в размерах, вновь превратившись в щупальца из нитей. Втянувшись в его спину, они оставили на свету лишь свои маски, устрашающе глядя на «Семёрку Несущих». Почему-то именно сейчас безумная мысль прострелила голову Ясухиро. Вспомнив слова предателя, когда мальчик впервые пробил его грудь, вспомнив то, как главные герои из того сериала всеми силами старались уничтожить «его сердца», и сопоставив это с его теперешними действиями по защите своих «питомцев», Кагуя поделился со своими предположениями вслух: — Ребята, а что если его слабое место — это его сердце? Если голову ему отрезать невозможно, от потери крови он не умрёт, а от ниндзюцу защититься с помощью масок, то почему нельзя пробить его сердце? Мы же ведь ни разу этого не сделали, верно? Эту идею тут же подхватили остальные. — Да… Можно попробовать! — воодушевился Дайцуки, впрочем, как и все остальные шиноби. — Сейчас он нам только облегчил задачу, убрав своих кукол! Было отчётливо видно, как нукенин напрягся. Это, конечно, не помешало ему вовремя сложить печати и защититься от нескольких комбинированных мелких техник ребят с помощью укрепления кожи Стихией Земли. Дальше последовали более серьёзные дзюцу: переглянувшись с Джиромо, Ацуши выдохнул во много раз более мощную огненную технику: — Стихия Огня: Великое Огненное Уничтожение! — Стихия Ветра: Порыв! Сарутоби в мгновение ока поддержал пламенный поток Учихи своим ветром, раздувая и увеличивая скорость и масштаб и без того монструозной техники. Сообразивший Чин опустил руки на землю, и вскоре конечности Какузу оказались захвачены в цепком сплетении вылезших под ним корней. В такой ситуации выбраться живым было практически невозможно. Покрытый седьмым потом младший Сенджу с трудом, но сдерживал чрезвычайно сильного отступника. Тот изо всех сил пытался порвать путы, однако Мокутон оказался прочнее, чем он думал. А убийственное пламя всё приближалось и приближалось, отчего мужчина перестал брыкаться и с пугающим спокойствием уставился на огненный поток. «Он что-то задумал. Он не мог просто так сдаться», — подумал про себя Ясухиро, решив пока не расслабляться раньше времени. Огонь, настигший Какузу, ещё некоторое время бушевал вокруг. Когда техника, наконец, рассеялась, оказалось, что на месте мужчины ничего не оказалось. Ни тела, ни пепла… Ничего. — Он… Исчез? — недоумённо уточнила Нишия, бегая глазами из стороны в сторону в надежде найти выжившего противника. — Да не… — беспечно отозвался Чин, от усталости присаживаясь прямо на землю. — Вряд ли. — После такого не выживают… — покачал головой Ацуши, будучи как никогда уверенным в своих словах. — Джи, посмотри с помощью сенсорики. Может он успе… — Это было неприятно… Стальной голос, полный раздражения, раздался около Чина, шею которого выбравшийся из-под земли нукенин сжимал всего лишь одной рукой. Вскинувшиеся товарищи младшего Сенджу чертыхнулись из-за неудачи, с волнением наблюдая, как стремительно синеет лицо парня от нехватки кислорода. Беспомощно болтая в воздухе ногами, он пытался выбраться из стальной хватки, но всё было тщетно. — Раньше я хотел взять вас живьём, чтобы больше заработать. Но вы оказались назойливее, чем я думал. Поэтому сейчас же мне ничего не остаётся, кроме как убить вас… ---------- Том 1 Глава 39 «Я не дам ему вот так просто погибнуть!» — проскрипел зубами Ясухиро, видя, как жизнь вместе с воздухом постепенно покидала тело Чина. Взяв из своего источника приличное количество чакры, он прильнул ладонями к земле, используя недавно разработанную технику: — Шикоцумьяку: Костяные Пики! Как и было изначально задумано, несколько длинных костей вырвались из земли прямо под тушкой Какузу. Ему ничего не оставалось, кроме как быстро отскочить, дабы не быть пронзённым насквозь. Таким образом, младший Сенджу был освобождён из удушающей хватки, обессиленно падая на землю и начиная безудержно кашлять. Впрочем, цвет его лица постепенно приходил в норму, вновь становясь бледно-розовым. — Смотрите! Их осталось три! Одной из них больше нет! — с изрядной долей воодушевления прокричал Дайцуки. Говорил он о масках на спине нукенина, одна из которых, та, что была с жёлтыми обозначениями, исчезла. После этого ещё одно воспоминание пронзило разум Ясухиро. — Теперь понятно, как он выжил после той техники… — пробормотал себе под нос перерожденец, а затем продолжил во весь голос: — Слушайте! Окончательно убить мы его сможем только в том случае, если уничтожим все маски! Будем считать, что у него осталось четыре сердца, включая его родное! — Какой ты проницательный… — прищурил мужчина свои зелёные глаза, прожигая догадливого мальчика убийственным взглядом. — Звучит как план! — оскалился Учиха, сбросив с себя порванную куртку, оставаясь стоять с голым торсом. — Ни! Готовься! — Поняла! — кивнула девушка, проведя по воздуху искрящейся от переполняемой электричеством катаной. — Джи, Ясу, Дай! Вы знаете, что делать! — Хай! — стройный возглас был ему ответом. Создав в руках несколько костяных пластин, он разбросал их вокруг нахмуренного Какузу, одну из них предварительно оставив под собой. Когда остальные уже ввязались с ним в бой в тайдзюцу, он, не дожидаясь, пока оппонент поймёт смысл задуманного, «провалился» в круг под собой, чтобы затем появится из другого — ближайшего к спине противника. Выпад в сторону одной из масок был пресечён на корню: вырвавшиеся из плеч отступника нити, словно живые и действующие обособленно от «хозяина», обернулись вокруг кости, останавливая её ход. Удивительным было то, что Какузу в этот момент на Кагую даже не обернулся, продолжая отбиваться от ударов остальных ребят. В очередной раз отделив кость от тела, дабы иметь возможность выбраться из захвата, мальчик решил попытать удачу ещё раз. Однако нити оказались быстрее. Не успев даже вытащить новое костяное оружие, Ясухиро оказался зацеплен за ногу и перевёрнут вверх тормашками. Круговым ударом оттолкнув от себя Джиромо и Дайцуки, Какузу моментально развернулся и прописал Кагуе мощный пинок ногой по туловищу, в очередной раз заставляя его полетать. Грузно упав на землю, Ясухиро не повезло удариться головой о лежачий валун. Преодолевая противный звон в ушах, мальчик с трудом открыл глаза, пытаясь проморгаться и избавиться от белёсой пелены. Прошипев сквозь зубы от боли, он завёл руку за голову, потрогав затылок. Теплая кровь, оставшаяся на его пальцах, заставила его поморщиться от досады. Уперевшись руками о землю, он попытался встать на ноги, что получилось далеко не с первой попытки. Так, пошатываясь и с трудом перебирая ногами, он направился обратно в сторону битвы. «Я должен помочь… Мне ещё рано выходить из игры», — всё твердил и твердил он себе мысленно одно и тоже, пытаясь тем самым заставить свой организм лучше слушаться. С силой похлопав себя по лицу, перерожденец потряс головой, дабы быстрее прийти в себя. Боль немного отрезвила его разум, давая возможность осознать наиважнейшую вещь в данный момент: Нужно продолжать бой. Выставив перед собой руки с вытянутыми пальцами, он запустил в Какузу свою излюбленную технику летящих фаланг, целясь, понятное дело, в маски. Однако костяные снаряды были остановлены вездесущими нитями, которые сплелись в непреодолимую для них преграду. Не обращая внимание на неудачу, Ясухиро ещё во время полёта костяных фаланг подбежал к ближайшей пластине и в мгновение переместился сбоку от нукенина с занесённым для удара лезвием. Мужчина, отбросив от себя ударом ноги Дайцуки, подставил под кость почерневшую от техники Земли руку. Именно в этот момент, когда нити Какузу были заняты пулями, одна его рука блокировала костяное оружие Кагуи, а другая вынуждена была отбивать посох Джиромо, Ацуши прокричал: — Давай! Ни! Девушка лучше всех знала, что значит «вовремя нанести один удар». Сейчас же был наилучший момент, чтобы это продемонстрировать. Напитав ноги чакрой для увеличения скорости, Юичи сорвалась с места с занесённым «электрическим» клинком так, словно сама была молнией. Не встретив всякого сопротивления, катана пронзила левую сторону груди Какузу, насквозь пробивая его основное сердце. Как бы ребята этого не хотели, но нукенин действительно не спешил отправляться на тот свет. Чертыхнувшись на все лады, он быстро заменил себя на земляного клона, сбегая тем самым из западни. Теория Ясухиро, основанная на далёких и весьма ненадёжных воспоминаниях о событиях сериала, оказалась верна: маска с синими пятнами слилась с телом мужчины, видимо, заменяя собой пробитое сердце. Став после потери двух масок менее сговорчивым, Какузу молча сложил несколько печатей и отправил в сторону команды сразу две техники: — Стихия Огня: Огненный Шторм! — Стихия Ветра: Торнадо! Две невероятные по количеству чакры и силе природные дзюцу вырвались на свободу, словно дикие звери. Рыжее пламя было подхвачено ветряным вихрем, ускоряя его, заставляя крутиться вокруг своей оси и превращая его в самое настоящее огненное торнадо. Техника, издавая адский рёв и оставляя после себя выжженную до черноты землю, как ураган мчалась на выпавших в осадок ребят. — Откуда у него столько чакры… — прошептала Цунами, в зелёных глазах которой отражалось движение всепоглощающего пламени. Учиха, как самый ответственный, тут же подумал о том, как им спастись: — Так… Чин, Ясу, используйте самую мощную технику Воды. Дай, нужна самая мощная защита, которую только сможешь создать! — Да, тайчо! — ответили синхронно упомянутые шиноби, выйдя вперёд и встав лицом перед бушующей стихией Огня. Собрав достаточно энергии, Ясухиро сложил множество печатей и на пару с Чином выдул навстречу пламени гигантскую волну, высотой доходящую до верха огненного торнадо. Чакры на эту технику мальчик потратил столько, что от усталости даже не смог устоять на ногах. Прежде чем ребята успели увидеть, остановила ли водная стихия огненную, Гиро в миг создал перед ними монструозную по высоте и ширине каменную стену. Монолитное сооружение выглядело впечатляюще, внушая спокойствие своими размерами. Дайцуки, впрочем, эта преграда стоила больших усилий. Сложно было сказать, сколько он вложил в неё энергии, но, судя по тому, что после этого он опустился на одно колено и тяжело задышал, количество было действительно огромным. Вероятно, если бы не эта стена, то путь команды «Несущих» на этом бы и закончился. Гигантские трещины, образовавшиеся от столкновения двух техник, говорили о многом. Судя по шипению, раздавшимся до этого, и взлетевшим клубам пара, вода частично справилась со своей задачей. Команда Ацуши была спасена. Проблема была лишь в том, что чакры у них оставалось всё меньше и меньше, а у противника, казалось, она убавляться и не думала… Комментарий к Часть 39 То чувство, когда хотел расписать битву с Какузу за одну главу, а по ней выходит уже третья 🥲 ---------- Том 1 Глава 40 Когда пар унёсся ветром в небеса, а огонь перестал «облизывать» края земляной преграды, стена оказалась разрушена с другой стороны нукенином, верхняя часть тела которого почернела и стала похожа на камень. Не обращая внимание на сыпавшиеся на него кусочки земли, он окинул побледневших шиноби пронзительным взглядом, а затем принялся методично раскидывать их по сторонам, используя лишь одно голое тайдзюцу: Оценив ребят по степени усталости, он решил сначала разобраться с теми, кто потратил больше всех сил. Так, моментально оказавшись около шатающегося от огромного количества использованной чакры Чина, он бесхитростным движением вырубил не успевшего даже моргнуть обладателя Мокутона. Затем он подлетел к едва остающимся в сознании Дайцуки, проделав ту же процедуру. Гиро, конечно, попытался из последних сил дать хоть какой-то отпор, однако вялого, медленного движения рукой по определению не могло хватить, чтобы остановить нукенина. Машину смерти под именем Какузу было не остановить. Пропустив над собой взмах катаны, он схватил Нишию за горло и буквально вбил её спиной в землю. Девушка прокашлялась кровью и осталась лежать, будучи не в силах подняться. Её рёбра наверняка были сломаны. Джиромо, Ацуши и Цунами попытались оказать сопротивление, напав на мужчину сразу втроём. Однако много ли могут сделать Учиха, который не мог даже поддерживать активированный Шаринган, Сенджу, которая потратила всю чакру на лечение отряда, и Сарутоби, не способный выдавить из себя хотя бы крохи энергии на дзюцу? Ответ был очевиден. Какузу одной голой рукой остановил взмах посоха, другой — кулак Цунами, а нити, вылезшие из-за спины, справились с отчаянной попыткой Ацуши пробить обычным кунаем одну из масок. Удерживая тройку за руки, мужчина сделал разворот вокруг своей оси и разбросал своих противников в разные стороны, будто это были надувные куклы, а не настоящие люди. Стоя к оцепеневшему Ясухиро спиной, нукенин усмехнулся через плечо: — Вот ты и остался один… *** — Почему ты никого не убил? У тебя было уже множество возможностей для этого… Конечно, Ясухиро был рад, что нукенин пока что оставил всех его товарищей в живых. Задал он этот вопрос, чтобы понять логику оппонента и заодно потянуть время. — Меня интересует только выгода, — охотно ответил мужчина, сверкнув ядовитыми глазами. — Как я уже говорил, за вас живых цена в два раза больше. И пусть я потерял в этом бою два сердца, но зато теперь заработаю больше денег. Всё просто, пацан. «Так значит, он уже давно мог с нами покончить? Что за монстр…» — пролетела неутешительная мысль в голове у перерожденца. Опустив голову вниз, мальчик попытался успокоить дрожащие руки. Ему было страшно. Очевидное не стоило отрицать. Каждый раз, когда его жизнь была на грани, он боялся. Этот случай не стал исключением. А кто оставался бы невозмутимым, смотря в глаза своей смерти? «Нет… Если я… сдамся, то мы проиграем. Нас убьют в любом случае. Нельзя поддаваться панике. Нужно собраться… Ради команды! Ради семьи!» Оглядев лежащих без сознания либо корчащихся от боли друзей, перерожденец сделал несколько глубоких вдохов. Почувствовав, как ритм сердца постепенно приходил в норму, а дрожь в теле исчезла без следа, он исподлобья взглянул на ожидающего противника и вытащил кости практически из всего тела. Теперь каждая открытая часть его кожи была защищена Шикоцумьяку. — Интересно… — хмыкнул Какузу на демонстрацию Ясухиро. — Ну, давай проверим, чья техника лучше! Сорвавшись с места, нукенин моментально оказался около ощетинившегося Кагуи с занесённым для удара кулаком, укреплённым с помощью Стихии Земли. Мальчик успел отвести удар в сторону, попытавшись другой рукой пронзить его сердце. Впрочем, попытка оказалась неудачной, когда мужчина вернул отклонённую руку на исходное положение, сбивая летящую в его грудь кость с траектории. Ясухиро был значительно ниже, чем Какузу, так что каждый из ударов отступника летели ему в район головы, делая каждый из них чрезвычайно опасными. Так, нырнув под выпад левой руки, мальчик в миг нарастил острейшую кость на кулаке и вновь попытался её вонзить в левую часть его грудной клетки. На этот раз нукенин не успевал защититься. Мимолётная радость разбилась осколками тогда, когда костяное лезвие безрезультатно упёрлось в кожу, покрытую камнем. Чуть не попав под мощный апперкот, Кагуя вовремя разорвал дистанцию и принялся анализировать: «Он стал медленнее. Это факт. Теперь я поспеваю за его движениями. Но зато сейчас его кожа не пробивается моими костями. Это проблема. Как мне тогда добраться до его сердца? Хотя… Можно попробовать уничтожить маски. Но как мне добраться до его спины? Раньше он был занят ребятами, и я мог попытаться. Сейчас же он сконцентрирован лишь на мне и вряд ли пустит за спину», — параллельно отбиваясь от многочисленных атак, Ясухиро одновременно придумывал план. — «Есть, конечно, идея. Но она настолько рискованная, что если бы не плачевность ситуации, то я никогда бы о ней не подумал. Что ж… оставлю её на самый крайний случай». Отбросив лишние мысли, мальчик полностью сконцентрировался на своём противнике. И сделал он это очень даже вовремя — тот почему-то решил резко сменить свою тактику. Отменив укрепление на руках и оставив его на груди, дабы прикрывать сердце, он значительно ускорился, избавившись от лишнего веса в конечностях. Теперь перерожденцу действительно было туго. Заблокировав скрещенными руками атаку ногой, а затем отклонив голову с траектории удара кулаком, Кагуя не успел защититься от третьего выпада, получая мощную затрещину. Пошатнувшись, но устояв на ногах, он подпрыгнул, увернувшись от прилетевшей в мгновение подсечки. Какузу не преминул воспользоваться его «подвешенным» положением. Пока Ясухиро ещё не успел найти точку опоры, мужчина с ноги влетел в его живот, отправляя мальчика в дальний полёт. Несмотря на защиту Кеккей Генкая, его внутренности будто бы превратились в кашу. Поперхнувшись из-за сбитого дыхания, перерожденец с видимым трудом поднялся на ноги. — Неужели устал? — деланно заботливо, но на самом деле просто насмехаясь, спросил нукенин, медленно, будто бы желая насладиться триумфом, подходя к еле дышавшему перерожденцу. — Нет… Пока ты не умрёшь, я буду сражаться… Слова давались ему с трудом, хотя даже этого хватило, чтобы противник их расслышал и от этого, издеваясь, рассмеялся. Мысленно послав его к чёрту, Ясухиро из последних сил ускорился и рванул в сторону нукенина. Возможно, сейчас его движения были неуклюжи, медленны и бессмысленны. Однако ничего другого он сделать не мог, и так прикладывая титанические усилия, чтобы не отключиться из-за дикой усталости. Но всё-таки этого не хватило, чтобы побороть более опытного, более сильного и более быстрого противника. Его правая рука оказалась в захвате, левую нукенин также схватил своей рукой, останавливая ещё на «подлёте». Так, стоя в открытую друг напротив друга, оппоненты, наконец, встретились взглядами. И если в глазах Какузу отчётливо читалось торжество, то вот у Кагуи «зеркала души» отражали холодную уверенность. «Значит, вот он… самый крайний случай…» — слабо усмехнулся перерожденец, начиная делать то, отчего даже отступник выпал в осадок: — Ты чего это… Хочешь, чтобы я поскорее тебя убил? Дело было в том, что мальчик втянул все кости на груди, животе, руках и ногах внутрь. Вообще все. Теперь вне его тела не было ни одной кости, которая бы его прикрывала или служила в качестве оружия. Внутри он также не стал образовывать защитные монолитные костяные образования, однако кое-что он там всё-таки изменил. — Не знаю в чём подвох, но лучше не буду рисковать… С этими словами Какузу воззвал к своей способности, заставляя вездесущие нити вырваться из его плеча и насквозь пробить живот Кагуи. — Кха! — вязкая кровь вместе с кашлем вырвалась из его рта, пока он, уже не чувствуя боль, с усмешкой взглянул на противника. На одной лишь силе воли контролируя Улучшенный Геном, Ясухиро с помощью костей намертво зафиксировал внутри себя нити, не давая тем самым нукенину вернуть их обратно себе в тело. Затем, помолившись, чтобы всё сработало, перерожденец прикрыл глаза, пожелав, чтобы его рука изменилась под воздействием Кеккей Генкая. Подняв веки, он со странным интересом принялся изучать «оголённую конечность», покрытую синим огнём из чакры. «Есть в этом что-то… потустороннее…» — повертев рукой, состоявшей лишь из голой кости, он ещё раз взглянул на нахмуренное лицо Какузу. — Признаю, это выглядит весьма устрашающе… Но всё равно эта техника не поможет тебе пробить мою защиту. Сейчас моя кожа крепче алмаза, ничто не… Кгх… Ч-что? К-как?.. — Много пустых слов… — тихо проговорил мальчик, сжимая изменённой рукой внутри тела нукенина его ещё продолжающее биться сердце. Оклемавшиеся и пришедшие в чувства Нишия и Чин оказались как никогда кстати. Таким образом, одна маска была пробита катаной, а другая уничтожена с помощью деревянного кола. Нити после этого исчезли без следа, оставляя в районе живота Ясухиро приличную сквозную дыру. Дабы раньше времени не умереть из-за потери крови, мальчик закрыл «проходы» плотным слоем костей, останавливая бурный поток алой жидкости. Упав на спину, Какузу, прежде чем умереть, успел прохрипеть, пустыми глазами уставившись в безоблачное небо: — Кгх… Нда… я проиграл… какому-то… ребёнку… Комментарий к Часть 40 Ну, вот... А вы расшумелись тут! Помрут, помрут, ага, как же! ---------- Том 1 Глава 41 — Фух… Мы смогли это сделать… — тяжело выдохнул Ацуши, немного оклемавшись после битвы. — Да… Так тяжело нам ещё не было… — поддержал его слабо улыбающийся Дайцуки. — Стоп! Ясу, ты как? Все будто бы только сейчас вспомнили, какой ценой мальчику удалось смертельно ранить нукенина. Цунами, издали увидев его ранение, тут же вскинулась, на негнущихся от усталости ногах побежав ему на помощь. — Ясу, твои органы в порядке? — первым делом уточнила женщина. За три года старшая Сенджу так и не научилась понимать «внутренний мир» Кагуи. Всё, что творилось у него внутри, оставалось для неё загадкой. Поэтому при подобных ранениях она всегда уточняла вначале всё, что ей было нужно у самого мальчика, который научился «чувствовать» своё тело. — Да… Вроде, да… — прокряхтел перерожденец, присев на один из валяющихся в округе камней. — Хорошо… Тогда ты пока держи рану закрытой. Твои кости с этим отлично справляются. Прости, но чакры у меня уже нет, чтобы залечить такое обширное ранение. Я тебя сейчас забинтую. Ты, главное, продержись до тех пор, пока мы не донесём тебя до лагеря. Там тебе уже помогут другие ирьенины. Таким образом, самая тяжёлая для «Семёрки Несущих» битва подошла к концу. Никто не думал, что слухи окажутся верны, и что человек, который выжил после битвы с самим Первым Хокаге, окажется настолько сильным. Да, без сложностей не обошлось, но цель была выполнена: Какузу был убит. А самое главное — все члены команды выжили… Ведь так? «А ведь сейчас нас всех сможет убить даже какой-нибудь обычный джонин», — пролетела в голове Кагуи сомнительная мысль, однако затем он успокоил себя: — «Только вот никого из людей, кто мог бы нести опасность для Конохи больше на этой территории не осталось. Ивовцы отступили к себе в Страну Земли, а шиноби Таки спрятали свои носы у себя в деревне. Война, считай, уже закончилась. Теперь мы сможем, наконец, вернуться в Лист…» Как же Ясухиро ошибался… — Капитан! Я чувствую огромный всплеск чакры! — внезапно вскочил со своего места Джиромо, повернувшись в сторону начала долины, где неподалёку начиналась территория Такигакуре. — И он… Он приближается! Паника в голосе у Сарутоби было чем-то новым. Все сразу вскочили на ноги, неверяще уставившись на сенсора. — Что это?! Это человек?! Это техника?! ЧТО ЭТО ТАКОЕ?! — не сдерживаясь, прокричал Ацуши, тряся Джиромо за одежду. — Это… Я… не знаю… — обречённо прошептал мужчина, покачав головой. Умудрившись побороть боль, Ясухиро сошёл с камня и поплёлся вперёд всех в указанную Сарутоби сторону. Заходящее солнце слепило, и Кагуе даже сначала показалось, что именно оно было источником той ужасающей чакры, что начал ощущать даже он, не являясь сенсором. Однако вскоре «солнце» начало странно увеличиваться в размерах, превращаясь в огромный фиолетовый шар. И теперь круг светила был полностью им закрыт, словно наступило внезапное затмение. — Ты знаешь, что это такое, Ясу-кун? Обернувшись на голос Нишии, мальчик взглянул на каждого из команды. Все они были напуганы и не знали, что делать. Чакры ни у кого не было, а то, что этот странный шар летел в их сторону, сомнений не вызывало. Они ещё не понимали всю серьезность ситуации, однако шестое чувство подсказывало им, что ничего хорошего этот шар им не принесёт. Он смотрел на их лица и пытался запомнить это мгновение. Перед его глазами пролетали события, которые они успели пережить все вместе. Они были весёлыми и грустными, жестокими и впечатляющими, душевными и памятными. Команда смотрела на него в ответ. На фоне приближающейся «звезды смерти» Ясухиро казался оплотом уверенности. Хотя сам мальчик с этим бы поспорил. Наконец, когда времени до столкновения оставалось совсем чуть-чуть, перерожденец выдохнул, добела сжал кулаки и процедил: — Это Бомба Хвостатого. По слухам она может разнести целую гору. Выжить от столкновения с ней практически невозможно, но… — Кагуя на секунду сомкнул веки, а затем резко раскрыл их, набравшись решимости, какой никогда не обладал. — Я попытаюсь! Встаньте передо мной в кучу! Я защищу нас! Ребята непонимающе переглянулись, но решили не спорить с самым младшим членом отряда. Встав перед ним вплотную, они с вопросом в глазах на него уставились, ожидая чего угодно. Ухватившись за плечи товарищей для того, чтобы не упасть, Ясухиро обратился к последним остаткам чакры, каплями болтающимся на «дне» очага. Используя Шикоцумьяку, он вырастил из своей спины несколько полукруглых широких костей, которые заставил соединиться между собой и стремительно расти в размерах. Вскоре шиноби оказались под самым настоящим костяным куполом, закрывающим всех внутри от внешнего мира. В глазах Ясухиро потемнело, из его носа от перенапряжения хлынула кровь, а сам он рухнул бы на землю, если бы его не поддержали сокомандники. — Ясу! — хором взволнованно воскликнули абсолютно все члены отряда. Чувствуя, как его аккуратно положили на землю, мальчик пытался разглядеть размытые лица нависших над ним друзей. Они что-то ему говорили, у некоторых из них он даже заметил слёзы, хотя, возможно, ему просто показалось. Сжимая в руках недавно подаренный медальон, он из последних сил прошептал: — Спасибо… Последним, что он помнил перед тем, как отключиться, был чудовищный по силе взрыв от столкновения Биджудамы с его построенным на скорую руку костяным куполом… *** Сквозь непроходимые леса, быстрые реки и вязкие болота бежала группа шиноби с повязками Конохи во главе с бледнолицым мужчиной, смотревшим на мир неестественными змеиными глазами. Ичиро, а это был именно он, время от времени подгонял своих подчинённых, которые и так выдавливали из себя максимум. Вся эта спешка нужна была для того, чтобы как можно быстрее оказаться в долине, в которую, по данным разведки, шиноби Таки пустили порезвиться своего Хвостатого Зверя. Деревня скрытого Водопада потом ответит за этот поступок, однако сейчас учёному жизненно необходимо было помочь своему ученику и его команде. Приказ, поступивший сверху, соответствовал желаниям мужчины. Он и сам охотно желал спасти Кагую, ввиду того, что успел к нему привыкнуть за тот год совместной деятельности. Он считал, что спокойный и кроткий характер мальчишки был идеальным вариантом, чтобы построить продуктивное сотрудничество и новые крепкие связи. Возможно, это всё был взгляд со стороны выгоды, однако Ичиро просто являлся таким человеком. Сражаясь на фронте с Суной, он, как и многие другие, имел честь слышать о новой команде из Конохи под названием «Несущие Смерть». Когда он узнал, что в состав этого отряда входил также и Ясухиро, то неслабо удивился. Подумать только, недавно он боялся убить спящего старика, теперь же он, по слухам, вырезал целые толпы ивовцев! Учёному было очень интересно узнать, какой силы он достиг за эти три года, а самое главное — насколько он смог развить свой Улучшенный Геном. В состав команды Ичиро входили только элитные шиноби Листа: один из лучших ирьенинов, трое боевиков, сенсор и даже согласившийся помочь Узумаки, способный сдержать биджу. Вообще, он был изумлён, когда во главе такого отряда спасения поставили именно его. Он не питал надежды насчёт своей силы, однако отдавал себе отчёт, что всё ещё был способен потягаться с кем-нибудь уровня Каге, но только в том случае, если, конечно, будет использовать все уловки и хитрости, что он разработал, изучая человеческое тело. Но сейчас, возможно, им придётся сражаться со Зверем, который выходил за рамки любого критерия человеческой силы. Биджу всегда заставляли испытывать животный страх от одного лишь своего присутствия, отчего против них могли выступить лишь самые отважные либо глупые шиноби. Ичиро же не подходил ни к первому типу, ни ко второму. Он просто выполнял приказ и хотел помочь своему ученику. Ни больше, ни меньше. Долину найти было несложно. Всё-таки остатки чакры Хвостатого обычно витали в воздухе даже за многие километры. Вот и сенсору в команде, который к тому же был Хьюга, найти место, где бушевал Биджу, не составило труда. Сама долина представляла из себя самый настоящий Ад на Земле. Помимо огромного кратера в середине, вокруг были вскопанные ямы, догорающая растительность, затопленные участки, поваленные от техник Ветра деревья. Создавалось такое впечатление, что здесь шла полноценная битва между двумя армиями… — Капитан… Похоже, мы опоздали… — встав рядом с Ичиро, проговорил очевидное Хьюга. — Семихвостого здесь тоже нет. Возможно, он успел укрыться где-нибудь неподалёку. — Стой, — прервал поток речи учёный, взмахнув рядом с ним рукой. — Скажи, там… — он указал пальцем в самый центр кратера, где издали виднелись лежащие силуэты людей. — …есть выжившие? Сенсор напряг додзюцу, уставившись в указанную сторону, а затем покачал головой: — Не могу сказать… Фон чакры зверя перебивает мою сенсорику. Даже Бьякуган не способен пробиться сквозь него. — Ладно, — выдохнул Ичиро, начиная спускаться вниз по горе, идя в сторону вероятной битвы «Семёрки Несущих». — Значит, проверим это сами. — Но… Тайчо, разве мы не должны искать Зверя? — попытался возразить один из боевиков. Мужчина взглянул на него своим самым пронзительным взглядом, придавив того к земле изрядной долей Ки. — Мы. Идём. Вниз, — по словам отчеканил он и, миновав начало водопада, начал спускаться, шагая по вертикальной поверхности. ---------- Том 1 Глава 42 Первое, что почувствовал Ясухиро, придя в сознание, была боль во всём теле и дикая усталость. Пошевелить конечностями, казалось, не представлялось возможным. По ощущениям они будто бы онемели или их и вовсе не было. На спину сверху что-то давило, вдохнуть полной грудью из-за этого было проблематично. В нос ударил запах сырой земли и крови. Также немного пахло электричеством и озоном, словно недавно прошла сильная гроза. Когда мальчику «надоело» лежать в неведении, он открыл глаза. Вернее, попытался. Подняв веки, он часто заморгал, пытаясь избавиться от попавших на слизистую крошек земли. Покончив с этим делом, он не увидел перед собой ничего, кроме серой глинистой земли. С трудом подтянув к своей голове сквозь грязь одну из рук, он немного приподнялся и протёр правую сторону лица от прилипшей и успевшей засохнуть крови. Далее он попытался подняться, используя свою конечность в качестве опоры. Выходило со скрипом, но всё же прогресс был: освободив из «плена» земной почвы вторую руку, он полностью перевернулся на живот и начал поднимать корпус. Тысячи земляных песчинок, сыплющихся со спины, говорили о том, что он был словно похоронен заживо. Потому что засыпало его действительно под неплохой такой толщей грунта. Но эта преграда была пусть и с трудом, но преодолена, и теперь, сев на колени, он смог, наконец, оглядеться. И как только он это сделал, то решил, что очутился в одном из своих кошмаров. Возможно, его мозг пытался таким образом сохранить остатки стабильности психического состояния, изображая действительность в качестве ненастоящего сна. Только вот… это был далеко не сон, а страшная реальность. Вокруг Ясухиро лежали тела. Мёртвые тела его друзей. Членов семьи. Раздавленные, изувеченные… Ближе всех к нему лежал Дайцуки. Тот самый друг, который всегда мог дать ему совет, помочь с любой проблемой, поддержать в трудную минуту… Если бы у мальчика был бы старший брат, то он хотел, чтобы он был именно таким, как Дайцуки. Но огромная дыра в его животе, вывернутые наружу внутренние органы и огромная лужа крови под ним — всё это ставило крест на его мечте. Рядом с ним, до конца держа сцепленные с ним пальцы рук, находилась любящая его Нишия. Девушка, словно настоящее солнце, грела и исцеляла одним лишь своим присутствием. Сестра. Вот кем она была для перерожденца. Её радостное лицо, вечно озаряющее этот мир милой улыбкой, было изувечено до неузнаваемости. Лишь тусклые от грязи и крови волосы, которые раньше были оранжевыми, говорили о том, что это действительно была она. С другой стороны от него он нашёл Джиромо, Цунами и Чина. Сарутоби, лишившись ног, даже после смерти не разжимал из ладони свой любимый посох. Да, он был самым нелюдимым, редко проявлял эмоции, но в душе всегда любил каждого члена команды «Несущих». Дядя. Так Кагуя назвал бы его, имея возможность с ним поговорить. Сенджу оставались родными друг другу, несмотря на последние секунды жизни: Цунами, как самая настоящая любящая старшая сестра, прикрывала младшего своим телом. Но даже этой отваги и любви не хватило, чтобы защититься от угрозы. Вечно задирающий его Чин и заботящаяся Цунами… Брат и сестра. Горькие слёзы, словно водопады вокруг, нескончаемым потоком хлынули из глаз Ясухиро. Глядя на тех, с кем он бок о бок прожил последние годы своей жизни, он чувствовал лишь боль и отчаяние. Но боль была отнюдь не физической, а душевной, будучи куда сильнее. Невидимый ком в горле не давал вдохнуть пропитанный смертью воздух. Перед глазами всё плыло, но в голове навсегда застыла картинка лежачих замертво ребят. Возможно, он так никогда бы и не услышал тихий шёпот, раздавшийся с боку от него, если бы не вспомнил о последнем члене отряда — о своём капитане. — Я…су…хиро… Резко обернувшись на звук, он увидел Ацуши, нижнюю часть тела которого придавило огромным валуном. Не веря своему счастью, он грязной от земли рукой смахнул слёзы и пополз к нему, пытаясь как можно быстрее оказаться рядом с всё ещё живым командиром. — Тайчо! Ацуши! Я так рад! — часто дыша и не контролируя дрожь в руках, он обхватил его за плечи, чувствуя неописуемую радость, которая тут же омрачилась лужей крови, растёкшейся со стороны камня. Нахмурив брови, мальчик взялся за основание валуна и попытался его сдвинуть. Несмотря на прикладываемые силы, всё было тщетно. Возможно, если бы он был полон сил, то смог бы его сдвинуть. Однако сейчас он только зря старался. Конечно, где-то в глубине души он и сам это понимал. Но слепая надежда вновь и вновь заставляла его сдирать ладони в кровь и пытаться хотя бы приподнять этот многокилограммовый груз. — Не… надо, Ясу… Тебе меня уже… не спасти, — раздалось со стороны Учихи. Будто бы по команде Ясухиро остановился, грузно опустив плечи. Прерывисто выдохнув, он повернул голову и вновь подполз поближе к брюнету, дабы иметь возможность слышать его последние слова. — Малой… Мы… мы не справились… — он отвёл взгляд в сторону проплывающих мимо облаков, найдя на смертном одре в них нечто загадочное и умиротворяющее. — Я думал… что смогу сохранить наш отряд… до конца войны… Но… видимо… не судьба… Наверное… я плохой командир и мне нужно было… предугадать подобное… — Нет! — новые слёзы вырвались наружу, щекотя кожу на лице и падая на рваную одежду Учихи. — Вы были лучшим командиром! Я бы всё отдал, чтобы вновь встать под ваше командование! — Хе… плачешь, как девчонка… — слабо усмехнулся брюнет, в глазах которого можно было заметить совсем не издёвку, но облегчение. — Я рад… что ты выжил… Знай, Ясу, что ты — уникальный ребёнок… Ты всегда им был… Когда я впервые тебя увидел… то подумал, что кто-то надо мной… Кха… Кха… пошутил… — выплюнув сгусток крови, Ацуши продолжил: — Как же я был не прав… — Капитан, нет… Ацуши… Я не знаю, что мне делать, — отпустив плечи брюнета, Кагуя положил руки на колени и опустил голову. Учиха вернул свой взгляд от неба к мальчику, заставив того взглянуть в свои глаза, в которых плескалась уверенность и твёрдость. — Живи, малой… просто живи… — он с титаническим усилием заставил свою руку подняться и лечь на колено мальчику. — Не ищи мести… Не ищи виноватых… Так ты только погрязнешь во мраке… и заставишь меня… нет… нас всех разочароваться… Мы знаем… какой ты на самом деле… И… хотя ребята уже не смогут тебе этого сказать… но знай… Мы все очень тебя любим… — Ацу… Я обещаю… что… буду жить дальше… ради вас… — прошептал Ясухиро. — И я тоже очень сильно вас люблю… Учиха ещё раз ухмыльнулся. На этот раз и сам не сдерживая слёз. — Моё время подходит к концу… — спустя некоторое время еле тихо прошелестел он. — Прошу… Ясу… позаботься о моём сыне… Его зовут Дейки… Когда придёт время, отдай ему мой Шаринган… — он сверкнул необычным узором, которого Кагуя никогда не видел. — Он может показаться тебе грубым… Но на самом деле ему просто одиноко… Пожалуйста… помоги ему… — Х-хорошо… — Эй… не печалься, малой… — Ацуши выдавил последнюю тень улыбки и трясущейся рукой указал на висевший на шее Ясухиро медальон. — Помнишь, что я тебе говорил? Мы всегда придём к тебе на помощь… Мы всегда будем с тобой… всегда… Ослабшая рука упала мальчику на колени. Подняв застилающий влагой взор на Учиху, мальчик почувствовал, как что-то в нём сломалось. Будто бы хрупкая тростинка, всё это время сдерживающая накатываемое безумие. Брюнет больше не дышал. Его глаза опустели и абсолютно ничего не выражали. Последний из тех, кого он считал семьёй, погиб. Обхватив его за плечи, крепко прижимая его к себе, Ясухиро, наконец, дал полную свободу своим чувствам. Надрывной крик был схож с прорвавшейся плотиной. Он хотел вырвать собственное сердце из груди, чтобы перестать испытывать эту боль. Возможно, он тоже хотел бы отправиться на тот свет, чтобы воссоединиться с ними. Но мальчик пообещал, что будет жить дальше. Ради них. А потому всё, что ему оставалось — так это сдержать это обещание. Он уже не обращал внимание на то, что кто-то к нему подошёл и пытался оторвать от мёртвого капитана. Этот некто его звал, раз за разом повторял его имя, однако перерожденец упорно игнорировал неизвестного, продолжая горевать. Возможно, если бы свет перед его глазами от точного удара по затылку не потух, то он ещё часами продолжал бы сидеть здесь, не веря в произошедшее. Он продолжал бы думать, что всё это был всего лишь кошмар. Что стоило лишь очнуться, и он вновь бы оказался в палатке в окружении спящей команды. Но сейчас всё было иначе… Ведь это был не сон. Комментарий к Часть 42 Честно? Я плакал. И сейчас плачу. Да, я очень эмоционален в этом плане. И мне за это не стыдно. Возможно, вы прочитаете эту главу за минут пять и вам покажется это ненужными, наигранными соплями. Но, слушая три часа сборник из самых грустных саундтреков из Наруто и печатая эту главу, я как никогда прочувстовал этих героев... И только сейчас я понял, что хотел бы, чтобы они остались в живых. ---------- Том 1 Глава 43 Прошло несколько недель с тех пор, как официально закончилась Первая Мировая Война Шиноби, что подтверждалось подписанными мирными договорами между воюющими странами, так или иначе завладевшими новыми территориями. Таким образом, первый полномасштабный конфликт в истории этого мира, затронувший большинство существующих стран, подошёл к концу. Сегодня погода соответствовала настроению многих жителей Конохи. Яркий свет солнца радовал своим теплом, давая возможность купаться в своих невидимых лучах. По голубому небу медленно, будто бы лениво, плыло множество полупрозрачных облаков, создающих, если напрячь воображение, самые разные фигуры и предметы. Лёгкий ветерок изредка пролетал мимо деревьев, лаская зеленеющие листья, и людей, мерно колыша их волосы и обдувая разгорячённую от жаркой погоды кожу. Запах весны витал везде, и казалось, что природа в это время не только оживала сама, но и оживляла всё остальное. Но в этот день целая толпа народа собралась на центральной площади Конохагакуре не из-за празднования наступления весны, а потому что Хаширама Сенджу в честь окончания войны решил выступить перед всеми с речью. Резиденция Хокаге, находящаяся перед горой с высеченным на нём монументом, была лучшим местом для проведения подобных мероприятий. Наряженные в белые плащи со знаком «Огонь» на спине люди сделали из этого события самый настоящий праздник. Повсюду висели разноцветные флажки, в воздухе летали конфетти, были слышны выстрелы хлопушек и грохот салюта. Радостные лица горожан и шиноби, а также раздающийся со всех сторон смех говорили о многом. Но в первую очередь о том, что все были счастливы и рады тому, что весь этот ужас, который хоть и происходил вдалеке от Конохи, но всё равно пугал до дрожи многих, наконец закончился. Наконец, будто бы по команде, всё внимание толпы оказалось приковано к небольшой площадке из тёмного дерева, построенной специально для этого мероприятия. Но объектом всеобщего интереса была не она, а тот, кто незаметно для всех на неё взобрался. — Приветствую всех вас, жители Конохагакуре-но Сато! Толпа взревела многотысячным возгласом, который, казалось, можно было услышать за многие километры отсюда. Говорившим был улыбающийся во все тридцать два зуба Хаширама Сенджу, одетый в ставшей традиционной мантию главы деревни, состоящую из хаори белого цвета с красным низом и широкой шляпы, на которой был изображён такой же символ «Огня», что и у остальных людей. На лбу Первый Хокаге вместо протектора носил красную повязку, поддерживающую его длинные чёрные волосы. Позади него, немного поодаль, стояли по двум обособленным группам все те, кто так или иначе был связан с ним семейными, кровными или духовными узами. В одну группу входили его прямые родственники. Одной из них была Узумаки Мито, являющаяся, наверное, самой скрытной и нелюдимой среди остальных. Хотя, учитывая её «особый статус» и то, что она была носителем Девятихвостого, о чём она оправданно никогда не горела желанием распространяться, это было нисколько неудивительно. Но всё-таки она не могла не приковывать к себе случайные взгляды. Дело было в том, что её внешность с головой выдавала в ней правящую ветвь Узумаки. Она была стройной темноглазой женщиной с тёмно-красными волосами, уложенными в два пучка оданго, закреплённые тонкими шпильками. Её чёлка была уложена набок и закреплена тремя жёлтыми заколками. На голове она носила массивную золотую тиару. На ее лбу была видна странная ромбовидная метка фиолетового оттенка. Губы были подкрашены нежно-розовой помадой. Из одежды на ней было белое кимоно, подвязанное широким фиолетовым поясом, и традиционные гэта на ногах. Другими немаловажными для Хаширамы людьми были его дети — Цунаде и Наваки, сейчас державшиеся за руки Мито. Десятилетняя девочка смотрела на мир яркими кофейными глазами, её длинные светлые волосы были завязаны одним хвостом на затылке, а одета она была в бирюзовое кимоно с сиреневым разрезом, из-под которого проглядывалась сетка. Весь этот наряд был обвязан чёрным поясом оби. У копирующего отцовскую широкую улыбку шестилетнего мальчугана были короткие светло-каштановые волосы и глаза такого же оттенка, что и у сестры. Отличительной чертой Наваки являлся румянец на щеках и светящийся искренним любопытством ко всему окружающему миру взглядом. Носил он мешковатую зелёную одежду с серым пончо. Вместе с семьёй Сенджу-Узумаки стояли Тобирама, его жена — Сарутоби Рэйко и их сын — Джирайя. К слову, куда больший интерес вызывали именно они, редко появляющиеся на публике, а не сам советник Хокаге. У Рэйко были длинные каштановые волосы, заплетённые в хвост, и большие чёрные глаза. Сама женщина была одета в белое кимоно с красочными цветочными узорами. Джирайя по внешности больше напоминал отца: отличительной чертой его внешности являлись его колючие белые волосы, собранные за спиной в небольшой хвост. Под малиновыми глазами — такого же оттенка, как и у Тобирамы, у него находились две красные линии. Он носил белую куртку от кимоно с зелёной обшивкой, расшитую жёлтыми узорами. Рукава и низ были обшиты красной тканью на манер пламени. Под ней он также носил сетчатую рубашку. На ногах у него были свободные чёрные сандалии. Однако помимо кровных родственников, здесь также находилась вторая группа, состоящая всего из двух людей. Это были небезызвестные братья Учиха — Мадара и Изуна. Вот их большинство жителей Листа здесь увидеть совершенно не ожидали. И лишь те, кто знал всю правду либо был очень догадливым, понимал, что представители второго Клана, основавшего Конохагакуре, находились рядом с Хокаге отнюдь не просто так. — Сегодня мы собрались здесь, чтобы отпраздновать окончание Первой мировой войны Шиноби! — продолжил тем временем выступать перед толпой Хаширама, вытянув в стороны руки. — Этот ужасный конфликт проверил на прочность наши силы, высушив их до дна, заставил с оружием в руках бороться за свою жизнь, жить в страхе и печали… После этих слов толпа заметно поутихла. Многие начали вспоминать и задумываться о том, как они провели прошедшие за время конфликта года. Хаширама же стал говорить куда менее радостно, приняв сочувствующее выражение лица. — Он унёс жизни многих наших друзей, родителей, детей, братьев и сестёр. Это сильный удар для всех нас. Но знайте, друзья мои, они погибли не зря! Каждый из них погибал с мыслью о том, что они смогли защитить свой дом. Они смогли защитить Коноху! Так давайте же почтим их память минутой молчания… *** Цунаде, как и все находящиеся люди на площади, стояла молча, опустив при этом голову. Где-то вдалеке мерно отбивались секунды, знаменующие отсчёт минуты молчания в честь погибших на войне. Даже у Джирайи — вечного проказника и озорника, сейчас вместо улыбки было хмурое выражение лица. Всё-таки героев, отдавших свои жизни, должны уважать все без исключения. Хоть сама девочка была далека от прогремевшего конфликта деревень шиноби, она уважала абсолютно каждого, кто отправился на войну, чтобы защитить её дом — Конохагакуре-но Сато. Ведь все эти годы она могла беззаботно проводить время с семьёй и друзьями, не заботясь о том ужасе, что происходил за многие километры от неё. Когда минута молчания подошла к своему логическому концу, её отец продолжил, стараясь вернуть толпе праздно-решительными характер: — Будьте уверены: никто не забыт, ничто не забыто. А потому я считаю необходимым наградить всех тех, кто воевал за нашу деревню. И пусть этих наград не хватит, чтобы описать всю благодарность от народа Страны Огня, и пусть они не смогут заменить все эти года, что вы провели в Аду, однако я надеюсь, что они послужат напоминанием о вашем героизме, чести и отваге! Вновь улыбаясь хлопающему народу, Хаширама подошёл к стоящему сбоку от него массивному столу, на котором лежали различные медали и значки. Именно один из значков с зелёной нашивкой и золотым обрамлением он и взял в руки, показательно выставив его на общее обозрение. — Отныне все шиноби и куноичи, участвовавшие в Первой мировой войне Шиноби, получат вот такие памятные значки. Это означает, что человек, удостоенный подобной награды, заслуживает особого уважения и почитания. Общаясь с ними, знайте, что когда-то они проливали за вас свою кровь и обеспечили вам мирное существование. Значки отличаются тем, на каком фронте и сколько воевал ниндзя, а также его родом деятельности на войне. Гордитесь ими! Когда толпа по мановению руки отца Цунаде немного подуспокоилась, он положил значок на место и на сей раз взял сразу три медали: бронзовую, серебряную и золотую. В центре каждой из каждой был изображён знак Листа. Все они не имели отверстия для ленты для ношения на шее, но крепились на одежде с помощью обычной металлической булавки. — Но не стоит также забывать и о тех, кто стал на этой войне героем! Бронзовые медали будут вручены тем, кто проявил себя в каком-то сражении, совершил героический поступок или выполнил трудновыполнимую миссию. Серебряные получат шиноби, повлиявшие на весь исход битвы или нескольких битв на фронте своими боевыми либо командирскими навыками, либо которые возглавляли различные подразделения, будь то боевые или тыловые. Как для первых, так и для вторых будут доступны определённые привилегии и особый статус, гарантирующие им достойную награду за их старания. Однако… — Хаширама сделал небольшую паузу, позволяя людям вдоволь накричаться, а затем положил обратно на стол все медали, кроме золотой. — Тем, кто заслуживает высшей награды — золотой медали, я хочу вручить их лично. Это, — он поднял руку вверх, ещё раз всем демонстрируя медаль. — Знак того, что человек — самый настоящий Герой. Он или она влияли своим присутствием на целый фронт, диктовали врагам свои условия, были примером для подражания и вели за собой остальных. По большей части именно им мы должны быть благодарны за то, что война не была проиграна, и что Коноха показала себя в ней очень достойно. Они — наша гордость, так давайте же как следует их отблагодарим! Первыми я вызываю сюда двух главнокомандующих нашими войсками на фронтах с Суной и Ивой — Юрико Такаичи и Сатори Кацуки! Именно благодаря им и их решениям наши войска смогли выстоять в борьбе с другими странами и завоевать новые территории! Из толпы вышли рослый широкоплечий мужчина и хрупкая на вид темноволосая женщина. Под бурные аплодисменты жителей они быстро добрались до площадки и встали напротив отца Цунаде. Получив медали и прицепив их к одежде, они отошли немного в сторону, дав и другим возможность получить свою награду. Сама же девочка с братом Джирайей смотрели на эту двойку с безграничным уважением и почитанием. В её голове просто не укладывалось, что решения именно этих людей повлияли на то, как Лист себя проявил в этой войне. Ей казалось, что для этого нужно иметь нечеловеческую волю и стальной характер, а потому было довольно удивительно видеть, что такими шиноби были самые обыкновенные люди, коих на этом свете живёт огромное множество. Но среди этого множества отличились именно они, отчего их заслуги определённо были оправданными. Когда шум и овации со стороны горожан сошли на нет, Хаширама продолжил: — Следующими Героями Конохагакуре-но Сато стали Сарутоби Хирузен и Шимура Данзо! Именно они были теми, кто, сражаясь на фронте с Суной, смогли своими действиями повлиять на захват Страны Чая! Поприветствуем же их! Одним из вышедших шиноби был молодой низкорослый человек, имевший смуглую кожу, а также короткие каштановые шипастые волосы. Он носил небольшую бородку того же цвета, а под его тёмными глазами были видны две тонкие красные полосы. Второй ниндзя носил куда более хмурое выражение лица, чем его соотечественник, смотря на скандирующую толпу пронзительным взглядом серых глаз. У него была такая же лохматая причёска, за исключением того, что она была намного длиннее, достигая уровня глаз. Также отличительной особенностью его внешности был крестообразный шрам на его подбородке, немного портящий образ таинственного симпатичного парня. Ребята уважительно поклонились Первому Хокаге, коротко поблагодарили ликующих и встали сбоку от предыдущих награждённых. Тем временем отец Цунаде взял в руки ещё одну медаль. — Этого человека мало кто знает, ибо он сторониться общественности. Однако это не умаляет его талантов и подвигов, о которых, я считаю, должны знать все! Встречайте: Один из Призраков Конохи — Ичиро! Вперёд вышел мужчина с самой странной внешностью, которую встречала маленькая Сенджу. Его змеиные глаза с прищуром наблюдали, казалось, за каждым из присутствовавших, хотя это и было невозможно. — Он также воевал на фронте с Песком, ликвидируя и успешно противостоя кукольникам с их коварными ядами, разработав множество противоядий! Цунаде не могла не заметить немного издевательскую улыбку на лице своего отца. Тот, кого он назвал Ичиро же, отнюдь не поддерживал его весёлый настрой. — Ну и зачем? — еле слышно проговорил он с заметными шипящими нотками, подойдя к нему вплотную. — Чтобы все знали, друг мой, — ещё шире улыбаясь, ответил Хаширама. Буквально вырвал у него из рук металлический значок, Ичиро медленно потопал ко всем, показательно игнорируя всё оказанное ему внимание. И вот, взяв со стола последнюю золотую награду, её отец особо не спешил представлять следующего шиноби. Наконец, когда толпа уже готова была взорваться из-за любопытства, он немного понизил голос и продолжил: — Ну а сейчас я вручу высшую награду тому, кто целый год успешно досаждал в тылу Туману — нашему общему с Узушио врагу на востоке! Кто три года вместе со своей командой вёл за собой наши войска и смог отвоевать Страну Водопада! Он собственноручно убил не меньше полутысячи шиноби Ивы и смог остановить Какузу — нукенина, которого не смог лишить жизни даже я! Он — тот, кто пережил битву с самим Семихвостым! Друзья! Перед вами Второй из Призраков Конохи, Последний из «Несущих Смерть» — Ясухиро Кагуя! ---------- Том 1 Глава 44 Сперва толпа, по аналогии с награждением предыдущих Героев, взорвалась аплодисментами и бурными овациями. Однако затем, к удивлению Цунаде, дикий гвалт постепенно начал сходить на нет, когда люди так и не увидели самого «медалиста». — Его что, здесь нет? — выразил общее недоумение Джирайя, забавно нахмурив лоб. Хаширама сразу не ответил. Слегка прикрыв глаза, он на чём-то сконцентрировался, видимо, воспользовавшись сенсорикой. Полуулыбка, тронувшая его губы, говорила больше, чем любые слова, однако он решил просветить остальных: — Нет. Он точно здесь, — он взмахнул свободной рукой в сторону жителей. — Глядите. Повинуясь указке отца, девочка принялась внимательно следить за замолчавшей в миг толпой. И в самом деле, вскоре ещё вдалеке, в самой середине, люди начали странно расходиться, будто бы кого-то пропуская. «Это точно он. Ясухиро Кагуя», — быстро сообразила Цунаде. — «Хм… Где-то я это имя уже слышала. И отнюдь не от людей, которые во время войны распространяли о нём самые разные слухи. Я уверена, что когда-то слышала его вживую». Даже находясь на небольшой возвышенности в виде деревянной площадки, дочь Хокаге не могла увидеть шедшего сквозь море из людей человека. Казалось, что они пропускали невидимку, хотя на самом деле этот Герой мог быть просто очень низкого роста. «Он же ведь не может быть ребёнком, верно?» — нервно посмеялась про себя девочка, не особо веря в эту теорию, так как знала своего отца и его главный принцип. — «Он бы такого не допустил», — была она твёрдо уверена. Однако шёпот, начавший идти со всех сторон, подставил уверенность девочки под сомнение: — Кто это такой? — недоумевали одни. — Неужели это он? — задавались вопросом другие. — Какой молодой… Он же ведь совсем ещё ребёнок! — сомневались третьи. — Разве он мог совершить всё то, что перечислил Хаширама-сама? — Чушь… Не мог он убить полтысячи шиноби! — Кагуя? Это же клан шиноби из Тумана! Он что, враг?! И многие, многие другие неприятные, скользкие и травящие шепотки были слышны со стороны жителей Конохи. Цунаде мелко поёжилась от всей этой давящей атмосферы. «Если это чувствую даже я, то каково же сейчас там ему?» — задавалась вопросом Цунаде. Но когда тот, кого должны будут наградить, наконец выбрался из толпы, ахнули абсолютно все, в том числе и дочь Первого Хокаге. При чём причин для шока конкретно у девочки было сразу несколько. Во-первых она его узнала. С трудом, но узнала. Судя по отвисшей челюсти Джирайи, который хоть и оставался довольно беспечным, но на память никогда не жаловался, он тоже его вспомнил. Да, это был действительно Ясухиро Кагуя — тот самый мальчик, который когда-то давно помог ей и её двоюродному брату, когда они игрались у речки. Эта первая причина удивления была напрямую связана со второй: Он был ребёнком, не на много старше самой Цунаде, но уже стал ветераном войны. Хоть девочка в этой жизни ещё много чего не понимала, но даже её скудного жизненного опыта хватало, чтобы осознать тот факт, что это абсолютно неправильно. Бросив быстрый взгляд на отца, она увидела, что тот стойко сохранял нейтральное выражение лица, и ни о каком удивлении, гордости или, на худой конец, интересе и речи не шло. «У нас с тобой будет долгий разговор, папа…» — твёрдо решила она, вернув всё своё внимание к мальчику. Третья и самая важная, на взгляд Цунаде, причина была в его внешности и поведении. За четыре года с тех пор, как она единожды его увидела, он неплохо так изменился: вырос, стал немного шире в плечах, его лицо утончилось, стали более выразительными скулы, а и без того длинные белоснежные волосы со странными зигзагообразным пробором на голове отросли практически до лопаток. Но больше всего в его внешнем виде шокировало наличие бесчисленного множества шрамов. Возможно, ему стоило бы прикрывать их за одеждой, однако мальчик, словно специально единственный пришёл на эту церемонию не в традиционной белой одежде Конохи, а вообще без неё. А если быть точнее — без одежды выше пояса. Лишь довольно необычный медальон с разноцветными камнями, колыхающийся на его груди, мог сойти за предмет гардероба. Шрамы покрывали весь его торс. Ровные и кривые, рваные и едва заметные, длинные и мелкие… Они были буквально везде. Но особого внимания стоило два из них: огромный на животе и спине, очерчивающий неровный круг, и тонкий на лице, начинающийся на подбородке и заканчивающийся около глаза. «Подумать только… Сколько же он сражений пережил, раз уж на нём столько боевых отметин?» — мысленно качала головой Цунаде. Последней вещью, которая выделяла его среди остальных из присутствующих здесь шиноби и горожан, был его взгляд. Глаза разных цветов: зелёного и голубого — смотрели на продолжающую перешептываться толпу с таким безразличием, что казалось, что в этой жизни его ничто на свете не волнует и не может смутить. Он шёл нарочито медленно, словно наслаждаясь произведённым на людей эффектом. Хотя на самом деле, судя по его каменному выражению лица, не выражающим никаких эмоций, и которое было больше присуще какой-нибудь статуе, а не человеку, ему на это было всё равно. Всё это и делало Ясухиро Кагую особенным, подчёркивая его отрешённость и обособленность от остальных жителей Конохи. Наконец его путь закончился. Он всё также неспешно поднялся по небольшой лестнице на площадку и остановился напротив терпеливо ожидающего отца Цунаде. Многие ожидали, что мальчик сейчас что-нибудь скажет, однако он только оставил долгий пронзительный взгляд на её предке, который фактически ответил ему тем же. Со стороны казалось, что между ними сейчас шёл важный мысленный диалог, которым ни один, ни второй не мог поделиться с остальными. Но вот, наконец, Ясухиро отмер, словно добившись своей поставленной цели или увидев в глазах Первого Хокаге то, что ему нужно было. Мальчик всё также молча взял из протянутой руки медаль, но вместо того, чтобы отойти назад и встать вровень с остальными, он, наоборот, вышел вперёд и предстал перед народом. — Было бы очень невежливо не принимать этот «дар» от самого господина Хокаге, а потому сейчас эта вещь находится в моих руках, — начал свою импровизированную речь Кагуя, немного приподняв руку, дабы ещё раз продемонстрировать всем золотую медаль. — Однако я не считаю, что заслуживаю всех этих почестей, титулов и вашего внимания. Дайцуки Гиро, Нишия Юичи, Чин Сенджу, Цунами Сенджу, Джиромо Сарутоби и… Ацуши Учиха. Вот кто действительно заслуживает эту награду! Они отдали свои жизни за вас всех. Они отдали жизнь за Коноху. Они являются настоящими Героями! А я… — он опустил руки, ссутулил спину, его оживившийся взгляд вновь потух, после чего он добавил куда тише: — Я этого не достоин… В гулкой тишине Ясухиро Кагуя спустился по лестнице и, провожаемый многочисленными сочувствующими, нерешительными и виноватыми взглядами проникшихся к нему людей, молча пошёл на выход с центральной площади, за один день став самым популярным и обсуждаемым человеком в Конохе. ---------- Том 1 Глава 45 — Хм… Найти тебя было несложно. До боли знакомый шипящий голос раздался сбоку от сидящего на берегу реки Ясухиро. Его обладатель ещё раз хмыкнул и сел на траву рядом, не обращая внимание на холод, исходящий от голой земли. — Ни за что не поверю, что ты не смог бы отыскать место получше, чтобы спрятаться от всеобщего внимания, — продолжил свой монолог Ичиро. — Неужели ты хотел, чтобы кто-то тебя нашёл? Кагуя не спешил с ответом. Тень, падающая на него со стороны растущей рядом сакуры, не могла скрыть его взгляд голубо-зелёных глаз, бесцельно бродящих по быстрому течению воды. Он уже давно потерял счёт времени, занимаясь этим успокаивающим, но совершенно бессмысленным делом. Возможно, учёный был прав, и ему действительно нужен был кто-то, с кем он мог поделиться своими переживаниями. Перерожденец много раз слышал до этого, что держать тревожащие мысли в себе — идея не из лучших. Во всяком случае, если ты не хочешь, чтобы эти мысли рано или поздно свели тебя с ума. Иногда в буквальном смысле. Конечно, отец Орочимару со своим резким, жестоким и весьма циничным характером, к которому, впрочем, Кагуя за тот год успел немного привыкнуть, был не самым лучшим собеседником «по душам», однако так получилось, что у Ясухиро выбор был не особо велик. А если быть точнее — с недавних пор его вообще не было. Бесконечно теребя в одной руке памятный медальон, а в другой сжимая подаренную медаль, мальчик испустил тяжёлый вздох, а затем, наконец, еле слышно проговорил: — Я не буду у вас спрашивать об имплантированной в моё тело взрывчатке и о том, почему меня отправили на войну в таком возрасте. Всё это я бы хотел узнать когда-нибудь непосредственно из уст господина Хокаге. Вам я бы хотел задать всего один вопрос: сенсей, как справиться с этой болью? У вас было когда-нибудь также? — Это два вопроса, пацан… — сначала Ичиро привычно ухмыльнулся, а затем, не уловив какой-либо реакции от ученика, он в миг стал серьёзным. — Кхм… Да… на самом деле я прекрасно тебя понимаю. Ты знаешь… когда-то я смотрел в зеркало и видел в отражении точно такие же глаза, как и у тебя сейчас. — Правда? — искренне удивился Ясухиро, повернув голову к собеседнику, впервые за это время проявив хоть какую-то эмоцию. — Да… — нетипично для себя тепло улыбнулся учёный, с головой погружаясь в воспоминания. — Когда родился Орочимару, мы с женой были вне себя от радости. Тогда Коноха была уже лет пять как отстроена, так что мы могли не бояться за нашу безопасность внутри её стен. Зато вот вне их всё ещё можно было с лёгкостью наткнуться на недоброжелателей. Во время одной из совместных миссий нас окружили и застали врасплох несколько нукенинов, которые по силе были равны мне, если даже не превосходили… Было видно, что Ичиро этот рассказ давался с трудом. Хотя он и поддерживал отстранённое выражение лица, по которому сложно было что-либо сказать, однако изредка поддёргивающаяся щека и некая нетипичная для него неуверенность в голосе выдавали его с головой. — Она… пожертвовала собой, чтобы я смог выжить, — он горько усмехнулся. — Тогда весь мир для меня рухнул. Я не знал, как мне быть, и не видел смысл своего существования. Лишь то, что у меня оставался сын, не давало мне совершить чудовищную ошибку и покончить с собой… — он сделал небольшую паузу, давая мальчику осознать весь смысл его слов. — Моя опустошённая душа долго бы ещё скиталась по всем барам Конохи, где я безрезультатно пытался заглушить боль, пока однажды ко мне во сне не явилась она. — Ваша жена? — понимающе протянул перерожденец. — О, да… — кивнул учёный, вновь нацепив на лицо странную полуулыбку. — Ты знаешь, пацан, моя жена была очень темпераментной женщиной… Я никогда бы не подумал, что во сне смогу так чётко ощущать боль от её фирменных ударов по голове, которыми она меня всегда одаривала, когда меня несло не в ту степь. Тем не менее это и её родной для меня голос помогли мне прийти в себя. Я наконец смог её отпустить, после чего взглянул на эту жизнь с совершенно иной стороны. Я вспомнил, что у меня есть Орочи и что мне необходимо о нём заботиться. — Мне кажется, он бы поспорил, что вы о нём заботитесь, — усомнился мальчик, вновь устремив взгляд в сторону умиротворённо журчащей реки. Учёный усмехнулся от таких слов ученика. — Да, возможно, я не тот отец, о котором он мечтал. Но я воспитываю в нём шиноби. Я воспитываю в нём характер. На самом деле, пусть он меня будет вечно ненавидеть, но зато он хотя бы не помрёт в первом же бою. Я ведь не хочу потерять и его… Впервые на памяти Ясухиро его сенсей предстал в совершенно другом ключе. Он внимательно слушал рассказ из уст человека, которого ну никак нельзя было сравнить с типичным Ичиро. Оказывается, под маской язвительности и безразличия скрывалась весьма извращённая, но искренняя забота о тех, кого он считал «своими». Возможно, он был прав. Зная, какой на самом деле жестокий этот мир, он решил с самого детства подготовить к нему своего сына. «…зато хотя бы не помрёт в первом же бою…» — раз за разом прокручивая в мыслях эту фразу, он пытался вспомнить, где же он её уже слышал. Внезапная догадка, прострелившая голову не хуже техники Молнии, заставила всё его тело покрыться мурашками. Широко раскрыв глаза, он почувствовал, как сердце в груди забилось так, словно пыталось пробиться сквозь рёбра и вырваться наружу. Покоя не давала одна и та же мысль: «А что если он меня тоже считает „своим“?» Все эти жестокие тренировки, суровые испытания, пренебрежительное отношение… Всё это было просто для того, чтобы он смог выжить в грядущей войне. Получается… что Ичиро тоже о нём «заботится». Но с какой кстати? Он же изначально ему был никем. Не сыном, не братом, не даже знакомым. Так с чего вдруг такое внимание? «Приказ. Точно приказ Хаширамы. Зная его любовь к Конохе и беспрекословное подчинение начальству… Уверен, что я для него не больше, чем просто очередное задание…» Этот вывод тут же заставил его слететь с небес на землю. Многие вещи сейчас встали на свои места, и на самом деле Ясухиро удивлялся самому себе, что не смог до этого додуматься раньше. Хотя всё ещё в глубине его израненной души оставалась надежда на то, что Ичиро испытывает к нему хоть какую-то степень обычной человеческой привязанности. — Подумай о том, что сказали бы тебе сейчас ребята из твоей команды, — тем временем немного затянувшаяся пауза была вновь нарушена учёным. — Они наверняка не хотели бы видеть тебя горюющим, жалеющим о чём-то. Я уверен, что они привыкли видеть тебя совершенно другим. С этими словами мужчина медленно поднялся, отряхнул невидимые пылинки с белоснежного плаща, ещё раз взглянул на задумавшегося ученика и напоследок проговорил: — Отпусти их. Знай, что какая-то их часть всегда будет жить рядом с тобой, — он с интересом окинул взглядом медальон, хмыкнул и пошёл в противоположную от реки сторону, бросив через плечо: — И да… Ты хотел задать пару вопросов Хокаге. Что ж… он просил передать, что будет ждать тебя сегодня вечером в своём кабинете. Удачи. Комментарий к Часть 45 Вы когда-нибудь видели предка Орочимару, способного вести психологические консультации? Вот и я не видел. ---------- Том 1 Глава 46 Вечер наступил довольно быстро. По крайней мере, так казалось глубоко погруженному в свои мысли Ясухиро. Думал он много, анализировал прошедшие годы, сопоставлял факты, пытался понять мотивы и поступки тех или иных людей. Совет учителя, был тот искренним или нет, но подействовал на мальчика. Нет, тяжёлая ноющая боль в груди никуда не делась, продолжая досаждать и говорить о себе. Однако ему, безусловно, стало легче. Такие душевные травмы не исчезают бесследно после одного разговора. Для этого должно пройти какое-никакое, но время. Поэтому Кагуя готов был подождать, пытаясь стараться меньше думать о погибшей команде. Стремительно опускающееся солнце смогло, наконец, добраться сквозь густые ветви сакуры до лица сидящего Ясухиро, ослепляя его полумёртвые глаза. Прикрыв их бледной ладонью, перерожденец с выдохом и явным нежеланием поднялся на ноги, оставив в покое медальон и положив золотую награду в карман. «Нужно идти к Хокаге. Надеюсь, он всё ещё меня ждёт», — поёжившись от лизнувшего его полуобнажённое тело ветерка, подумал про себя Кагуя. — «И да… надо бы одежду верхнюю приобрести. Я же ведь больше не на войне…» Кивнув своим мыслям, мальчик ещё раз взглянул на заходящую звезду, а затем быстро потопал в сторону широкой, обустроенной специально для прогулок вдоль реки дорожки. На удивление, в это прекрасное для прогулок время суток около берега он никого так и не встретил. Создавалось такое впечатление, что никто не хотел видеться с идущим в одиночестве Ясухиро. Хмыкнув своим невесёлым мыслям, он продолжил идти по запылённой тропинке, оставляя после себя свежие следы. Впрочем, в скором времени некто прервал его «одинокое шествие». Этим «некто» оказались двое детей, что сейчас шептались на повышенных тонах, прячась в близлежащих кустах, думая, что они незаметны. Кагуя хоть и не был сенсором, но не заметить двух совершенно не скрывающих большое количество чакры шиноби было довольно трудно. Особенно для человека, у которого за время войны неплохо так развилось так называемое пресловутое шестое чувство. — Ну, и чего вы там прячетесь? — остановившись около «говорящего» куста, достаточно громко проговорил перерожденец, чтобы скрывающиеся поняли, что он обращался именно к ним. Голоса в момент утихли, а их обладатели, поняв, что их раскрыли, начали с нарочито громкими причитаниями выбираться из своего естественного укрытия. Оказалось, что малолетними шпионами были отпрыски двух самых знаменитых братьев Сенджу — Цунаде и Джирайя. Вообще, когда Ясухиро узнал, что в этом мире девочка является дочерью, а не внучкой Хаширамы, а мальчик — самый что ни на есть сын Тобирамы, то он не особо удивился. А какой был в этом смысл, если он уже встречал изменения покруче этих. Начиная от Мадары и заканчивая тем, как прошла Первая мировая война Шиноби. Ещё тогда он зарёкся надеяться на знакомые факты из просмотренного много лет назад и фактически уже забытого сериала. Это не мультфильм. Это реальность. Поэтому любые «отклонения» такого рода для него сейчас вполне нормальны. — Эх… А я думал, что моя техника сокрытия сработает! — принялся первым делом сокрушаться о собственной неудаче беловолосый мальчик, с шипением, больше присущей змее, доставая воткнутые в кожу иголки какого-то дикого растения. — Да… только она не сработала. И вас бы уже давно засекли и убили, если бы вы сейчас были на… — только Кагуя хотел сказать «войне», как вовремя осёкся, мысленно ударив себя по лбу. «Они ещё всего лишь дети. Откуда они об этом могут знать? Да и нужно ли им это?» — тут же подумал мальчик, иронично отметив: — «Хотя… видимо, меня это не касается. Я-то в их возрасте уже ползал в грязи во время очередной диверсии в тылу Кири, до дрожи во всём теле, боясь, что меня засекут и…» Передёрнув плечами от неприятных воспоминаний, он повнимательнее осмотрел стоящих напротив него детей. Только увидев их сейчас ещё один раз, он понял, что уже видел их однажды в этом мире. Перед его глазами пролетело дежавю, как он помогает двум совсем ещё маленьким, но уже активным и вполне самостоятельным детям достать из речки застрявший мяч, демонстрируя им обычную ходьбу по водной поверхности. Смотря на них изменившихся, в эту секунду он осознал, как быстро пролетело время. Казалось, только вчера забитый, вздрагивающий от любого шороха мальчишка проснулся на неудобной койке в подвале у жестокого учёного. Сегодня же он — шиноби, способный победить джонина, ветеран войны и с недавних пор «Герой» Конохи. Ясухиро был чертовски прав, когда говорил, что этот мир изменит его навсегда. — Ну, так чего вы за мной следили? — продолжил он разговор-допрос, когда пауза после того, как он прервался, немного подзатянулась. — Прости нас, просто мы очень хотели с тобой встретиться, но боялись просто так подойти, — вместо нетактичного и порой даже грубого Джирайи принялась говорить Цунаде, не забыв при этом отвесить извиняющийся поклон и заставить сделать тоже самое и своего двоюродного брата. Затем, вновь разогнувшись, она ярко улыбнулась и поспешила представиться. — Меня, кстати, зовут Цунаде. А это… — она махнула рукой в сторону пробурчавшего себе под нос: «Сама ты это…» — мальчика: — …Джирайя. Хоть учителю главного героя сериала и возможной будущей Пятой Хокаге было в данный момент не больше десяти, но даже так они были очень похожи на свои взрослые версии. Джирайе лишь не хватало огромного роста, привычной ухмылки и длины его фирменной белой шевелюры во всю спину, а Цунаде — фигуры считающейся самой красивой куноичи в Мире Шиноби, а также объёма в некоторых «деликатных» местах. Впрочем, даже сейчас можно было сказать, что в будущем действительно один станет двухметровым шкафом, а вторая — очень даже симпатичной девушкой. — Моё имя, думается мне, вам уже известно, с учётом того, что когда-то давно я вам уже представлялся, — хмыкнул Кагуя навострившим уши детям, выдохнув под конец фразы: — Но даже если вы его забыли, то совсем недавно его уже успели раструбить на всю Коноху… — Да… именно поэтому мы и хотели с тобой встретиться! — неожиданно воскликнула девочка. — Мы видели, как тебе было тяжело на награждении, и мы представить не можем, что тебе пришлось пережить… — тут она невзначай сконцентрировала взгляд на шрамах перерожденца, остановившись на том, что был на его лице. — Но мы просто хотели сказать тебе, чтобы ты не грустил! Может, я всего не знаю, но уверена, что всё будет хорошо! — Мне бы твою уверенность… — выдохнул Кагуя, чьи уголки губ на секунду дрогнули в намёке на слабую улыбку. — Улыбнись, и мир покажется тебе хорошим местом, — явно кого-то цитируя, важно проговорила Цунаде, выставив при этом палец вверх. Потом она неожиданно толкнула Джирайю, весело подтрунив его: — А ты чего молчишь, братец? Язык что ли проглотил? — А что мне говорить? — возмутился он, ойкнув от боли в плече, и недовольно взглянул на сестру. — Ну, не знаю… может, что ты ярый поклонник Ясухиро Кагуя? Сам же мне день и ночь твердил, что мечтаешь вырастить таким же, как и он… — Что?! Не было такого! — принялся яростно отмахиваться Джирайя, стремительно покраснев. — А вот и было! — по-детски подтрунивала над ним девочка. — Не было! — Было! — Нет! — Хе… какие смешные дети… — пробормотал про себя Ясухиро, постепенно отдаляясь от продолжавшей спорить двоицы, которая даже не заметила, что третий их собеседник уже успел их покинуть. — Но мне с вами задерживаться нельзя… А то ещё опоздаю на «приём» к вашему родственнику. Что бы перерожденец не думал, но дети смогли помочь ему отвлечься и найти тот самый настрой, который отдалённо можно было назвать «позитивным». Может, ему стоит почаще с ними общаться? Всё-таки даже он понимал, что если сейчас продолжить находиться в одиночестве, то ничем хорошим это для него не закончится… ---------- Том 1 Глава 47 Кабинет Хокаге нисколько не изменился за эти четыре года. Всё тот же массивный дубовый стол, полки, шкафчики, тумбочки, диван и стул для главы Листа. Бумажная волокита также имела место быть, только сейчас её было больше, и она буквально лезла из всех щелей. Это на самом деле можно было легко объяснить: война только-только отгремела, и понятное дело, что у главы участвующей в ней деревни будет много документационной работы. — Наконец-то ты добрался до меня, Ясухиро-кун… Тебя что-то задержало по дороге? Хаширама Сенджу уже не казался таким страшным, когда мальчик увидел его впервые. Да, он всё ещё внушал трепет за счёт своей силы, которую ощущал даже он, не будучи сенсором. Однако теперь мужчина выглядел куда более… человечным? Словно до этого он был не человеком, таким, как Ясухиро, а существом совершенного иного порядка. — Прошу прощения, Хокаге-сама, потерял счёт времени, — вполне вежливо, но честно начал Кагуя, преклонив колено перед главой деревни. — А ещё меня задержали… — Цунаде и Джирайя? — перебил его Первый, слабо усмехнувшись. — Да… они бывают чересчур разговорчивыми… «Хм… За мной следили? Неудивительно так-то», — отстранённо подумал перерожденец. — «Хотя, вполне возможно, он мог просто догадаться». Вслух он сказал совершенно другое: — Не спорю. Всё-таки они ещё совсем дети… От выразительного взгляда и весьма непрозрачного намёка мальчика, казалось, что в комнате моментально стало в разы холоднее. Хаширама, на удивление Кагуи, решил не игнорировать его слова, вздохнул и глухо проговорил: — Тебе пришлось через многое пройти, Ясухиро. И ответственность за это лежит исключительно на мне. Ты смог пережить войну. Стал сильнее, намного сильнее, чем раньше. И теперь ты заслуживаешь достойной награды за это. «Это он так извиняется? Или называет меня обычным наёмником?» — мысленно недоумевал мальчик, не понимая к чему собеседник клонил. — Хаширама-сама, скажите, зачем вы это сделали? Зачем вы отправили десятилетнего ребёнка на войну, следуя при этом главной идее создания Конохи — защите детей? — с нескрываемой болью в голосе напрямую спросил Кагуя, на что Хокаге не менее прямо ответил: — Потому что я увидел в тебе потенциал, который можно было раскрыть только в реальных боевых условиях. Этот потенциал послужил и ещё послужит на благо Конохи. Пойми, Ясухиро, — ещё раз выдохнул Хокаге. — Я ничего не имею против тебя. Но когда мои подчинённые принесли кланового шиноби из вражеской деревни, я не мог не относиться к нему с подозрением. В первую очередь я всегда думаю о деревне. О её благополучии и защите. Сражаясь под знамёнами Листа, ты доказал, что больше не представляешь для нас скрытой угрозы. Сейчас, можно сказать, ты отплатил за то, что когда-то мы тебя спасли. В связи с этим я даю тебе выбор: остаться здесь и продолжать быть шиноби Конохи, либо уйти из деревни и жить так, как тебе захочется. Ты волен поступить так, как сам считаешь нужным. Ясухиро приложил массу усилий, чтобы сохранить нейтральное выражение лица и просто-напросто не рассмеяться. Опустив голову, он спрятал глаза, по которым можно было понять истинное мнение мальчика, за длинными белыми локонами волос. «Ха… Вот она — иллюзия выбора…» Справившись со своими эмоциями, он поднял твердый, уверенный взгляд на ожидающего Первого: — Хокаге-сама, скажу честно: я не испытываю привязанность к Конохагакуре-но Сато. И я бы ушёл, попытавшись обосноваться где-нибудь в глуши, чтобы избежать нажитого всеобщего внимания. Однако… — сделал небольшую, но очень выразительную паузу Кагуя. — Моя команда любила деревню. Они ведь за неё и погибли… — грустно усмехнулся он. — Так что я готов ради светлой памяти о них продолжить следовать их заветному желанию защищать деревню. К тому же… Я пообещал Ацуши-тайчо, что позабочусь о его сыне. И это обещание я в любом случае намерен выполнить. Хаширама, внимательно дослушав склонившегося мальчика, красноречиво хмыкнул, откинувшись на спинку стула. — Вот как… — непонятно протянул мужчина, а затем заметно повеселел: — Хорошо, я рад это слышать. В таком случае, нам осталось лишь решить, что будет с тобой дальше. — Есть какие-то проблемы? — тут же напрягся Кагуя. — Нет. Вовсе нет, — помахал он перед собой руками. — Мною было решено, что в связи с военными заслугами и доказанной в бою силой ты официально станешь джонином. Также получишь деньги, приличное жильё и статус кланового, а вместе с этим — новые права и обязанности. Команду учеников я тебе сейчас не дам не из-за твоего возраста или отсутствия опыта обучения, а потому что для тебя есть работа несколько иного характера. Но подробнее тебе об этом расскажет тот, кто этот вариант предложил… Словно по команде, дверь раскрылась, и в кабинет вошёл советник Хокаге — Тобирама. Альбинос, как ветер, пронёсся по помещению и встал рядом с братом, суровым взглядом вперившись в Ясухиро. — Можешь подняться, мне не нужно твоё преклонение. Тут же выполнив это предложение-приказ, мальчик выпрямил плечи, почувствовав себя куда увереннее, чем раньше. Беловолосый Сенджу продолжил: — Не буду долго рассусоливать. Твои способности уникальны, универсальны и отлично подходят как для скрытности, так и для открытого боя. Эти особенности прекрасно подходят для подразделения, которое я собираюсь основать. Однако тебе всё ещё не хватает голой силы, чтобы стать элитным ниндзя Конохи. Поэтому после определенного периода времени… скажем, одного года, во время которого ты будешь тренироваться под руководством Ичиро, я предлагаю тебе вступить в АНБУ, но стать не обычным бойцом, а одним из членов моего личного отряда. Более подробную информацию об этом боевом подразделении я тебе расскажу позже. «Хм… Вроде в сериале главой АНБУ был Хокаге, а не конкретно Тобирама. Но… Серьёзно? Меня в «элитные войска Конохи»? Так ещё и в личный отряд Сенджу!» — Почему вы решили, что я гожусь на эту роль? — спустя некоторое время раздумий уточнил Ясухиро. — Мне льстит, что вы так высоко оценили мои навыки, Тобирама-сан, но я не думаю, что способен оправдать ваши ожидания… Советник Хокаге несколько разочарованно хмыкнул, а потом с изрядной долей иронии в голосе ответил: — Тех, кто «не способен оправдать ожидания», не награждают высшей наградой, которую получило всего шесть человек из всей армии Конохи. Задумайся об этом и перестань себя недооценивать. Скромность — это, конечно, хорошее качество для шиноби, но не настолько, чтобы им злоупотреблять. Кагуя ещё раз глубоко задумался. По факту, опять же, особого выбора у него не было. Если он согласится, то фактически будет на коротком поводке у Тобирамы, а следовательно — и у Хаширамы. Также работа в АНБУ, безусловно, будет более опасной, чем, скажем, работа обычных шиноби на миссиях. Риск погибнуть при исполнении будет весьма высоким. Но, с другой стороны, так он куда быстрее сможет развиться, как ниндзя, станет сильнее, а также получит возможность избегать внимания людей, прячась под маской. В любом случае решение было очевидно: — Хорошо, я согласен. ***** Коротко о главе: (Хаши): - Слушай, сорян, но ты капец каким подозрительным был. Вот тебе тачки, бабки, тёл... Кхм... (Тоби): - Ах да, послужи ещё в АНБУ, а то ещё задумаешь планы какие против Конохи. (Ясу): - Блин... Ну, ладно. ---------- Том 1 Глава 48 Шагая по Конохе в новой одежде, с зажатым в одной руке чемоданом денег, а в другой — с ключами от его нового дома и сложенным жилетом джонина, Ясухиро не просто шестым чувством, но даже кожей чувствовал, как его просто пожирали десятки взглядов. От всеобщего любопытства его не спасали даже буквально только что купленные белая майка на короткий рукав и чёрные штаны с такого же цвета ботинками. Люди ахали, причитали, шептались за спиной, жалели и качали головой. Находиться в центре внимания для него всё ещё было неприятно, и это ещё мягко сказано. Для остальных он оставался спокойным и даже, казалось, не обращал никакого внимания, смотря вперёд и только вперёд. Однако на самом деле он был очень и очень напряжён. Краем глаза он постоянно выискивал опасность. Внимательно следил за особо резкими движениями людей, будучи в любой момент готовым защищаться и атаковать в ответ. Это вполне можно было назвать паранойей, но паранойя у шиноби — это залог его выживания. Шёл он, конечно, в сторону своего нового жилища. Хаширама не соврал, когда говорил о «достойном жилье». Дойдя до нужного места, расположившегося около центра деревни, Ясухиро увидел здоровенный дом, которому больше подходило название «загородный особняк особо важного чиновника». Забора и внутренней территории вокруг дома как такового не было. Вход был немного выше уровня земли, так что к нему шла роскошная лестница, покрытая керамическими плитами кирпичного цвета с белыми декоративными металлическими поручнями. Само бежевое здание имело два этажа с многоуровневой крышей и балконом с видом на главную улицу. Учитывая, что большинство домов в Конохе сейчас были деревянными, это сооружение явно было построено для самых богатых её жителей. Внутри оказалось всё обставлено не менее роскошно, чем снаружи. Рассматривая вычурные обои на стенах, позолоченные зеркала, картины, люстры и мебель, Ясухиро задавался лишь одним вопросом: А зачем ему всё это? Огромный коттедж с кучей комнат вызывал не что иное, как недоумение. Ему, в принципе, хватило бы обычной добротной однокомнатной квартирки. Здесь же пока со спальни доберешься до кухни, казалось, можно было состариться. Возможно, Хокаге, даря ему такое жильё, хотел как лучше. Возможно, он хотел этим решением «загладить свою вину». Хотя, куда более вероятно, он просто решил задобрить «малыша» новой дорогой игрушкой. Бессмысленное это дело, на самом деле. Довольно интересной находкой в главной спальне, которую Ясухиро планирует сделать своей комнатой, был простой, но добротный металлический сейф. Его очень толстые стенки из одного из самых прочных металлов внушали мнимое спокойствие за сохранность содержимого внутри. Однако Кагуя не питал ложных иллюзий. На самом деле, для более или менее опытного ниндзя не составит труда с помощью чакры его разломать. Именно по этой причине некто (хотелось бы надеяться, что Узумаки) позаботился о том, чтобы сейф смог выполнять свою главную функцию и быть готовым выстоять против практически любого физического или энергетического влияния. Дело было в том, что на стенках «металлической коробки» висело пять прямоугольных печатей из специальной бумаги: сверху и по всем бокам. Как понял перерожденец, защиту фуина мог отключить лишь только он один, просто подав в неё свою чакру. По идее, на сигнатуру любого другого шиноби они не отреагируют. Хотя пока он всё это не проверит, делать какие-то выводы было нецелесообразно. Двумя важными вещами, которые он сейчас мог оставить в сейфе, были чемодан с деньгами и банка с плавающими в специальном растворе Шаринганами Ацуши Учихи. Глаза капитана мальчик успел получить от Ичиро, который и смог их достать и «законсервировать». Зная наверняка, что сыну Ацуши в ближайшие года они пока всё равно не понадобятся, он и пришёл к выводу, что лучше будет оставить их у себя. К возражениям соклановцев командира по поводу хранения додзюцу он уже был морально готов, имея представление, что Учихи точно захотят раз десять у него за это спросить. Этот насыщенный на события и встречи с людьми день неуклонно подходил к концу. Перед сном Ясухиро решил выйти на балкон, чтобы подышать свежим воздухом и немного понаблюдать за ночным небом. Его голову тут же начали посещать мысли о планах на своё будущее. «Завтра мне нужно как-то попасть к Учихам, чтобы познакомиться с сыном Ацуши. Было бы куда проще, если бы я был главой клана Кагуя, решивший нанести визит главе клана Учиха с целью налаживания дружеских отношений. Однако я не глава, хоть и являюсь единственным Кагуя в Конохе. Моя ситуация схожа с таковою у Узумаки. Их глава — Узукаге — находится в Узушио и имеет полную власть именно там. На территории Листа же среди красноволосых, живущих в квартале, его нет. По крайней мере, официально. Неофициально здесь ею является Мито Узумаки, однако она не обладает возможностями главы, как в любом другом клане Конохи. Её можно назвать просто представителем Узумаки. У меня практически всё то же самое. Хаширама сказал, что я получу статус кланового. Но о статусе главы не было ни слова. Ведь Кагуя — это клан в Кири, а я нахожусь здесь — во вражеской для них Какурезато. В общем, нужно будет мне завтра попробовать пройти к Учихам с помощью собственных сил. Если не получится, то буду просить помощи у Хокаге. Всё-таки он обещал мне помочь с этим делом, если, конечно, возникнут трудности». Слушая на удивление успокаивающее стрекотание многочисленных цикад, Ясухиро перевёл слипающиеся от усталости глаза со всевозможных созвездий на яркую полную луну. «После этого нужно будет обговорить с сенсеем наши тренировки на ближайший год. Я уверен, что он уже подготовил некий план, согласно которому у меня получится подготовиться к службе в АНБУ. Да и, на самом деле, это очень даже хорошо, что у меня будет столько времени на саморазвитие. Всё же во время войны у меня совсем не было времени на тренировки…» С этими мыслями Кагуя отлип от перил на балконе, вернулся в спальню и, только коснувшись затылком подушки, тут же отрубился. *** В это же самое время в другой части Конохи Хаширама Сенджу и не думал о сне. Он сидел на своей высеченной в скале каменной голове, свесив ноги с собственных «волос», и умиротворённо наблюдал за ночной деревней. «Надо почаще выбираться из резиденции…» — пролетело у него в мыслях, пока он с наслаждением вдыхал свежий ночной воздух. Впрочем, голова у него была забита отнюдь не этим. Всё, про что он день за днём продолжал думать — это Коноха. Буквально недавно закончился первый мировой конфликт между деревнями шиноби. Лист, сражаясь сразу на два фронта, так ещё и посылая ниндзя на помощь Узумаки, очень даже неплохо закончил войну. Новые земли были захвачены, оставалась лишь проблема их удержания и предотвращения бунта местных. Ещё одним очень неприятным последствием Первой Мировой является сокращение клановых бойцов и замена их бесклановыми. «Неприятное» оно, потому что первые в любом случае сильнее, чем вторые. А так как на протяжении войны более семидесяти процентов шиноби были именно клановыми, то соответственно и процент общих потерь составлялся преимущественно из их числа. Ни для Хаширамы, ни для других глав деревень не секрет, что следующий военный конфликт долго не заставит себя ждать. Все Какурезато захотят уже попробовать на вкус не только территории мелких стран, но и территории друг друга. Пройдёт не больше пяти-семи лет, за которые подрастут новые бойцы, как вспыхнет очередной пожар войны. Однако на этот раз Сенджу был абсолютно уверен, что всё будет по-другому. В Первой мировой войне Шиноби, по взаимному негласному правилу всех деревень, практически не участвовали ниндзя ранга S и уровня Каге. По крайней мере, в открытом боевом столкновении. Ичиро будет одним из самых ярких тому примеров. Никто не даст гарантии, что в следующий раз будет также. Вполне возможно, что какое-нибудь селение решит использовать козырь и отправить кого-то из сильнейших своих шиноби или даже джинчурики на прорыв. Это побудит остальные Какурезато сделать также. Вот тогда и начнётся настоящая мясорубка… Но пока до войны ещё оставалось некоторое время, нужно было решить другие, более насущные проблемы. Например, вопрос с Такигакуре. Оказалось, что глава Водопада ничуть не случайно выпустил своего биджу порезвиться на воле. Прежде чем подоспевшие Узумаки успели спеленать монстра, он успел не только разрушить несколько деревень и один город и убить пару сотен шиноби Конохи, но и практически полностью уничтожить обессиленную после боя с Какузу команду Ацуши Учихи, или по-другому «Несущих Смерть». Такое Лист проглотить не мог, однако сейчас действовать было ещё довольно рискованно, учитывая, что должно пройти некоторое время, прежде чем подчинённые Хокаге смогут нанести визит Такигакуре. Хаширама и сам не заметил, как его мысли вновь вернулись к мальчику-Кагуе, с которым он буквально час назад закончил разговор. Жалел ли он о своём решении четырёхлетней давности? Отнюдь нет, особенно если говорить о пользе, которую он принёс Конохе. Было ли ему стыдно перед Ясухиро? Тоже нет, хотя бы потому что это уж точно не то чувство, которое он испытывал насчёт этого. Чувствовал ли он вину? Вот это уже вполне возможно. Однако в итоге всё вышло как нельзя лучше. Мальчик стал намного сильнее, сохранил адекватность мышления, послужил отличным примером для подрастающего поколения и привязал себя с помощью погибшей команды к Листу. Да, может, он и не испытывал любовь к деревне и не готов был ради неё погибнуть. Но зато у него теперь есть якорь в виде обещания командиру и памяти об отряде. Ясухиро Кагуя по праву стал шиноби Конохи, и Хаширама ни за что не станет этого отрицать. В составе новообразованном АНБУ он сможет выполнять миссии на благо селения, а через года, набравшись опыта, голой силы и улучшив навыки, — сражаться на следующей войне в качестве одного из козырей Хокаге наряду с другими сильнейшими ниндзя Листа. Всё-таки его подчинённые сделали верное решение, когда однажды спасли его и принесли сюда… **** Принимая упомянутый в комментах челлендж: Подозрительный мальчик с подозрительным чемоданом всё время нервно оглядывается по сторонам. Находит обычную хату среднестатистического айтишника и смотрит на звёзды, думая о том, какая жопа его ждёт дальше. В это время деревяшка сидит на своём лице, тоже размышляя о том, какая жопа ждёт дальше Ясу. ---------- Том 1 Глава 49 Решено было отправляться в квартал клана Учиха ближе к полудню, чтобы с самого утра, когда большинство людей в не самом приятном настроении, не мозолить глаза охранникам и остальным красноглазым. И вот, когда солнце оказалось высоко в зените, а многие уже ушли на работу, Ясухиро имел честь видеть перед собой ворота, ведущие на территорию одного из двух Кланов-основателей. Высокий каменный забор, прозрачный барьер фуиндзюцу и два охранника на входе не способствовали свободному проходу внутрь. К парню и девушке лет двадцати, которые носили жилеты чунина, Кагуя и пошёл, надеясь на удачу. — День добрый, — первым делом вежливо поздоровался он. — Меня зовут Ясухиро Кагуя. Охранники напряглись, а затем внимательно осмотрели мальчика на предмет оружия или злых намерений, но, удостоверившись, что тот сейчас не несёт опасности, расслабились. — Да… Мы знаем. Как и вся Коноха теперь, — хмыкнул парень с необычными для Учиха волосами бледно-серого цвета. — И как же тебя так угораздило… Что же тебе, интересно, понадобилось в нашем клане, Ясухиро Кагуя? — Я бы хотел поговорить с вашим главой. Мой вопрос касается Учиха Ацуши и его сына. Я был в одной с ним команде, и мне нужно согласовать один момент с вашим кланом. Учихи быстро переглянулись, задумавшись над его словами. Девушка, смотревшая на Кагую доселе Шаринганом, отключила додзюцу и неуверенно протянула: — Вроде бы не врёт… — Уверена? — уточнил её соклановец. — Я же говорю… «вроде бы», — немного раздражительно повторила девушка. — Что будем делать? Парень спокойно пожал плечами. — Пойду уточню. Всё-таки Последний из Несущих его точно заинтересует. А вы пока постойте здесь. С этими словами он шустро нырнул за двери, исчезая с поля зрения оставшихся на местах Ясухиро и куноичи. Девушка ещё раз заинтересованно оглядела мальчика с ног до головы и, не выдержав, всё же спросила: — Так ты… действительно порубил на куски полтысячи ивовцев? Кагуя сверкнул разноцветными глазами, одарив собеседницу тяжёлым взглядом. Он, возможно, никогда бы ей не ответил на это вопрос, однако игнорировать тоже нельзя было, учитывая, что ему нужны хорошие отношения желательно с каждым из представителей этого клана. — Я никогда не считал, сколько мною было убито, — с изрядной долей мрачности проговорил перерожденец. — Но мне кажется, что это число значительно преувеличенно. — Всё равно это очень круто! — восхищённо протянула она. — А я вот сидела всё это время здесь в Конохе. Скукота страшная, на самом деле. Лучше бы я… — В войне нет ничего «крутого»… — резко оборвал её Ясухиро. — И тебе повезло, что ты осталась дома. После этого куноичи не осмелилась что-либо говорить, ограничившись тихим: «Извини…» Так в молчании они провели субъективно ещё минут пять, прежде чем ворота вновь открылись, пропуская вернувшегося парня. — Главы сейчас нет на месте. Но тебя согласился принять его брат, который в данный момент его заменяет. Следуй за мной. *** Если о характере, привычках и манере поведения Мадары Кагуя знал много чего из сериала, то вот его брат был для него совершенно неизвестным человеком. Единственное, что он о нём помнил, было то, что он жил ещё до создания Конохи и погиб в бою против Тобирамы. В этом мире же он был вполне себе живым, что являлось ещё одним отличием от «канона». — Так что тебе понадобилось в клане Учиха, Ясухиро Кагуя? Ушедший назад к воротам охранник быстро привёл мальчика к одному из достаточно богатых и больших домов в квартале. Изнутри он оказался обставлен достойно и со вкусом, будучи вполне себе уютным и представительным одновременно. Сам Изуна внешне был типичным представителем клана носителей Шарингана. Но то было мнение исходя из внешности, что не всегда, а если говорить об Учиха — практически никогда, не является истиной. Что и было подтверждено с самого начала разговора с мальчиком. В отличие от многих красноглазых этот человек не был импульсивным или надменным. Наоборот он показался спокойным и достаточно вежливым. По крайней мере с ним. Но больше всего перерожденца удивило, что брат Мадары согласился принять его фактически в неформальной обстановке. Вместо полуразговора, полудопроса, как это было в кабинете у Хокаге, его пригласили на самое обычное чаепитие на кухне. Разливая кипяток по фарфоровым чашкам и бросая в них небольшие листья малины, Изуна и задал этот вопрос. — Дело в том, что я воевал вместе с одним из ваших соклановцев — Ацуши, — неспеша начал Кагуя, сделав осторожный глоток чая. — Может, вы знаете его? — Ацуши? Конечно, знаю, — кивнул мужчина, также пригубив свой напиток. — До войны я часто видел его на наших полигонах. Весьма способный шиноби. Так значит, он… Лицо Ясухиро окаменело, а сам он глухо произнёс: — Да, он погиб. Но успел перед смертью попросить меня позаботиться о его сыне Дейки и позаботиться, чтобы его глаза были ему пересажены, когда наступит время. По поводу мальчика я и пришёл к вам. Хочу хотя бы с ним познакомиться, узнать кто он, где и как живёт. — Хм… — задумчиво протянул Изуна, постучав пальцем по столу. — Значит, его глаза сейчас находятся у тебя, так? Кагуя коротко кивнул. — Да, он отдал мне их на хранение. — Если ты не врёшь, и это действительно последняя воля Ацуши, тогда клан Учиха не будет иметь к тебе какие-либо претензии. Но если врёшь, то… — он опасно сверкнул проявившимся Мангекё Шаринганом, сделав он ещё один мелкий глоток. — Я похож на того, кто будет врать брату Учихи Мадары? — к явному предупреждению Ясухиро отнёсся пугающе спокойно, так как обычно шиноби при взгляде в «дьявольское» додзюцу начинали испытывать необъяснимую тревогу и нервозность. — Я бы так не сказал. Но я тебя не знаю, поэтому и спрашиваю, — расслабился мужчина, отключая своё додзюцу. — В любом случае, Шаринган способен определить, говоришь ты ложь или правду. К счастью для тебя, ты был абсолютно честен со мной. Мне это нравится. Я уважаю честность, желания своих соклановцев и людей, которые держат своё обещание. Может, мой брат и не одобрил бы этого, но мне всё равно, — допив уже подостывший напиток, он отставил пустую чашку в сторону и взглянул прямо в глаза Ясухиро. — Отныне я разрешаю тебе проходить на нашу территорию, дабы помогать юному Дейки тогда, когда тебе этого захочется. Охранники будут об этом уведомлены. Но имей в виду, что просто так слоняться по кварталу тебе всё ещё будет запрещено в целях безопасности для клана. Для тебя будут свободны дом мальчика, один из клановых полигонов, это на случай, если вы захотите там вместе потренироваться, и наши продуктовые и другие лавки. — Хм… это отличная новость, благодарю! — сдержанно улыбнулся перерожденец таким словам. — Да, но всё время твоего нахождения в пределах стен квартала за тобой будет следить один из членов моего клана. Без обид, но ты всё ещё чужак для нас, так что лучше нам перестраховаться, чем потом жалеть… — Я понимаю… — спокойно кивнул мальчик. Брат Мадары поднялся со своего места, показывая тем самым что этот разговор подошёл к концу. Ясухиро тут же за ним повторил, успев к этому моменту опустошить и свою кружку. — Благодарю за чай, Изуна-сан. Мне очень понравился ягодный вкус этого напитка, — коротко поклонился Кагуя. — Также спасибо за то, что дали мне возможность исполнить последнюю просьбу моего капитана. Я это очень ценю. Разогнувшись, перерожденец направился в сторону выхода. Изуна, хмыкнув: «Ну, хоть кому-то на самом деле понравился мой чай», последовал за ним, проводив своего юного гостя. Напоследок, когда Ясухиро уже вышел за двери и готов был отправиться на поиски дома сына Ацуши, мужчина негромко и весьма туманно проговорил: — Те, кто помогает Учиха, всегда получают помощь в ответ. Запомни это, Ясухиро Кагуя… **** Мальчик своей силой харизмы смог заставить двух взрослых шиноби пустить его внутрь, так ещё и согласился отвести к заместителю главы. Брат шизанутого любителя злодейских планов понтанулся Мангекё, поиграл в доброго полицейского и разрешил тому досаждать одному бедному Учихе, которому придётся потом за ним и другим мелким Учихой постоянно таскаться по кварталу, добавив в конце, что братва помощь не забудет, и если что, все красноглазые будут голосовать за него на выборах в местные депутаты. ---------- Том 1 Глава 50 Когда провожаемый охранником Ясухиро впервые попал на территорию клана Учиха, у него не было особо возможности рассмотреть квартал как следует. Сейчас же, покинув дом Изуны, он, наконец, эту возможность получил. Как таковых заборов или других оград между домами здесь не существовало. Продуктовые, оружейные, впрочем, любые лавки также не закрывались от глаз людей стенами, но обычно были прикреплены к жилым постройкам, в которых, вероятнее всего, жили их владельцы. Сами дома в основном были одноэтажными и деревянным, стоя вплотную друг к другу. Однако можно было найти и двухэтажные, более дорогие из материала покачественнее, такой, как у Изуны, например. Но то было большой редкостью, а то, что в таком жил брат главы клана, лишь подтверждал факт элитарности подобных домов. Главная улица была довольно ухоженной, не было грязи или мусора. По краям вымощенной камнем дороги росла всевозможная растительность, включая небольшие деревья, декоративные кустарники и разнообразные цветочные клумбы. В общем и целом внешний вид квартала производил хорошее впечатление, что было на самом деле весьма логично, учитывая, что гордость членов этого клана не позволила бы им жить в грязи и беспорядке. Единственной проблемой для любующимся видами Ясухиро было то, что он понятия не имел, где находится дом Дейки. У Изуны он об этом спросить просто-напросто забыл, а возвращаться и уточнять уже было как минимум некрасиво. К счастью, в данный момент вокруг оглядывающегося мальчика было очень даже людно. В большинстве своём, это были обычные люди, не имеющие возможность использовать чакру. Но также, конечно же, здесь нередко встречались и шиноби. Кагуе понравилось, что практически никто из Учих не обращал на него внимания, как это делали абсолютно все горожане Конохи. Мальчик не знал то ли дело было в резко проснувшимся коллективном чувстве такта, то ли в том, что их всех каким-то образом успели предупредить о беловолосом чужаке… Но факт оставался фактом — люди краем глаза любопытно следили за перерожденцем, но не смели шептаться, а уж тем более к нему подходить. Более того, похоже, подойти к кому-то из них придётся самому Ясухиро. — Здравствуйте! — «целью» был выбран стоящий за продовольственной лавкой продавец разнообразных видов мяса. — Извините за беспокойство, но можете, пожалуйста, подсказать, где находится дом Дейки? — Дейки? — задумчиво покатал на языке это имя тучный мужчина лет сорока, почесав при этом довольно густую чёрную бороду. — Это который сын Ацуши, что ли? — Да, это он, — кивнул Кагуя. — Иди вдоль улицы, вот в ту сторону, — он пальцем указал нужное направление. — Дойдёшь до её конца и свернёшь налево. Найдёшь там третий дом с правой стороны. Это, вроде как, должен быть он. — Благодарю, — не поскупился на короткий поклон Ясухиро, направившись в указанную сторону. *** — Есть кто дома? Дейки? Эй! Но сколько бы Кагуя не добился в двери обычного на вид дома, никто ему так и не ответил. Он хотел было уже подумать, что стучится не в тот дом, или что мясник подсказал неправильно, как за его спиной раздался старческий женский голос: — Мальчик, ты чего тут шумишь? Не видишь, что Дейки сейчас нет дома. Перерожденец тут же развернулся и увидел перед собой низенькую женщину пожилого возраста с круглыми очками и небольшой тростью. — Извините, а вы не знаете, где он может сейчас быть? — вежливо уточнил он. Бабушка, можно сказать, показательно охнула и покачала головой. — Где, где… В Академии, конечно же. Скоро у него закончатся занятия. Если поспешишь, то сможешь успеть его там отыскать. — Спасибо большое! — на ходу искренне поблагодарил её мальчик, вихрем проносясь мимо пожаловавшейся на «вечно спешащую куда-то молодёжь» старушки. О том, где находится Академии Ниндзя Ясухиро было известно ещё с тех пор, как он впервые прогуливался по улицам Конохи четыре года назад. Ещё тогда, не имея особой возможности изучить деревню, он на всякий случай запомнил примерное расположение всех её главных объектов. Эти знания помогли ему успеть как раз к тому моменту, когда ученики только-только начали выходить из своих классов на улицу, где их в это время ждали родственники или друзья. Дабы не привлекать к себе лишнее внимание всех этих людей, Кагуя решил спрятаться на толстой ветке одного из деревьев в парке, что расположился с задней стороны Академии. Кого только мальчик в этой толпе не увидел: здесь были и Хьюги, и Учихи, и Сенджу с Сарутоби, представители союза кланов Нара, Акимичи и Яманака также присутствовали. Однако помимо клановых среди людей можно было заметить и бесклановых. Они не так сильно бросались в глаза, вели себя несколько иначе и в целом казались на первый взгляд более… простыми. Интересным фактом было то, что среди учеников он заметил и Цунаде с Джирайей, которых забирали неизвестные Ясухиро люди клана Сенджу. Где-то в толпе затесалась и черноволосая макушка Орочимару, который, впрочем, даже не стал ждать отца, сразу же отправившись в только одному ему известную сторону. Всю глубину бездны, в которую он, к своему несчастью, попал, перерожденец осознал лишь тогда, когда до него наконец дошло, что он понятия не имеет, как выглядит сын Ацуши. Понятное дело, что Учиха обычно ходят с тёмными волосами, аристократично-бледной кожей и угрюмым видом. Но в этой толпе было полным-полно таких детей. Опираясь на интуицию, которая была единственным, что у него осталось, он отчаянно пытался выцепить взглядом Дейки. В открытую выходить к ученикам и их родителям и звать мальчика по имени, дабы его тем самым найти, было как минимум странно, особенно учитывая, что делать это будет другой мальчик ненамного старше с совершенно другой внешностью. Кагуе не хотелось признавать, но была ещё одна причина не менее значимая для него, чем первая. Дело было в том, что он совершенно не желал вновь приковывать к себе сотни пожирающих взглядов, от которых скрыться довольно трудно. Это усугублялось ещё и тем, что подавляющим большинством среди них будут дети, часто не имеющих такой черты характера, как сдержанность, тактичность и уважение личного пространства. Быть развлечением для детей он совсем не хотел. Чем меньше людей оставалось перед Академией, тем быстрее угасала надежда Ясухиро увидеть сына капитана. Когда же ушла последняя семья, он мысленно начал костерить себя на все лады за то, что, видимо, пропустил мальчика среди длинного потока детей. Спрыгнув с дерева, Кагуя выбрался тем самым из своего укрытия и в открытую направился в сторону освободившегося места перед входом в Академию. Не особо надеясь на результат, он покрутил головой, силясь в последней попытке найти Дейки где-нибудь в округе. Так и не обнаружив даже следа юного Учихи, он тяжело вздохнул, развернулся спиной и пробормотал себе под нос: — Нда… Видимо, он уже ушёл. Ну, или не приходил вовсе, а всем в клане наврал. Эх… придётся ждать его около дома до тех пор, пока он не нагуляется в деревне. Только перерожденец хотел было уже пойти обратно на территорию клана Учиха, как услышал за спиной спокойный мальчишеский голос. — Пока кто «не нагуляется в деревне»? Резко развернувшись, Ясухиро вперился изучающим взглядом в сторону вышедшего в одиночестве мальчика лет восьми-девяти, надеясь, что тот по счастливому стечению обстоятельств, был именно тем, кто ему нужен. Сомнения вызывала его внешность: он был русым, с яркими голубыми глазами и неплохим таким загаром. От внешнего вида, характерного для многих Учих, было только скупое на эмоции лицо и слегка высокомерная манера поведения, что, с другой стороны, выглядело несколько нелепо, учитывая его юный возраст. — Ты — Дейки Учиха? — тут же уточнил Кагуя, мысленно скрестив пальцы. — Да, это я, — важно покивал мальчик. — А ты кто такой? Я тебя не… Внезапно он остановился на полуслове, словно проглотив язык. Самый настоящий коктейль из всевозможных эмоций оживило его лицо. Там было и удивление, и неверие, и грусть, и даже почему-то ненависть. Именно с этой эмоцией он и выплюнул следующие слова: — Ты! Я узнал тебя, Ясухиро Кагуя! Это ведь ты остался в живых в отряде моего папы! Он погиб, а ты — нет! Наверняка ты просто сбежал, да?! «Не так я себе представлял себе нашу первую встречу…» — тяжёлым взглядом смотря на переполненного злобой мальчика, подумал перерожденец, пытаясь твёрдым волевым усилием сдержать вспышку гнева от подобных слов. Комментарий к Часть 50 Молодой Пудж отправил нашего героя в "нужную сторону". Пытаясь достучаться до пацана, Костяк раскричался так, что его даже с другого фэндома бы услышали. Пропустив сеанс мозговыносящей терапии от бабульки на тему: "Эх... а раньше трава была зеленее", он полетел на всех парах в Шкилу для особо одарённых. До последнего нереально очкуя засветить своё прелестное личико, он добился того, что все уже успели разойтись по домам. Однако, как это обычно и бывает, в последний момент позади него вышел агрессивный и с явными проблемами с головой заучка, оставшийся на доп. занятиях по обучению фирменному учиховскому покерфейсу. ---------- Том 1 Глава 51 — Дейки, послушай, — немного успокоившись, выдохнул Ясухиро. — Я хочу тебе помочь. У тебя сейчас трудный период в жизни. Я понимаю, у меня тоже. Но вместе мы сможем с этим справиться. — Ничего ты не понимаешь! Оставь меня в покое, Кагуя! Пытаясь скрыть непрошенные слёзы, мальчик отвернулся от перерожденца и с редкими всхлипами побежал прочь от него и Академии, не дав ему даже и слова вставить. Вновь оставшись на площадке в одиночестве, Ясухиро ещё некоторое время, не моргая, глядел в точку, где скрылся за углом убежавший сын капитана. Затем он добела сжал кулаки, пытаясь унять клокочущую, необъяснимую ярость. Но злость эта была отнюдь не на наговорившего всякого мальчика, а на самого себя. На секунду сквозь выстроенную недавно плотину в очередной раз прорвалось самобичевание. Дейки своими словами напомнил о чувстве потери, которое после того разговора с Ичиро немного поутихло. Но продолжать просто так стоять на месте было довольно глупо, что бы мальчик сейчас не чувствовал. Тряхнув головой, чтобы попытаться выбросить из головы дурные мысли, он направился на выход с территории Академии Ниндзя. Учитывая, что сын Ацуши рванул не в сторону своего квартала, то и ему никакого смысла сейчас туда идти не было. «Наверное, лучше ему сейчас пока побыть одному. Когда он вышел, то выглядел довольно спокойным. А я для него, видимо, послужил неким спусковым крючком для столь ярких эмоций. Значит, будет лучше мне не маячить перед его лицом слишком часто. Буду налаживать с ним отношения постепенно. Я надеюсь…» С этими мыслями Ясухиро, не спеша и явно пытаясь насладиться чудесной погодой в этот безоблачный день, пошёл в сторону своего нового дома. Сегодня ему никуда не нужно было, так что он вполне имел право на спокойные прогулки по деревне с целью успокоить всколыхнувшиеся чувства. Однако у кое-кого было иное мнение по этому поводу. Не успел Кагуя даже дойти до конца улицы, как его внимание привлекло к себе тихое шипение маленькой серой змейки, появившейся из близлежащих кустов, и которая целенаправленно поползла в его сторону. Остановив свой ход, мальчик недоумённо воззрился на чешуйчатого, не почувствовав при этом от него какой-либо угрозы. Пресмыкающееся подползло поближе, на удивление вполне осмысленным взглядом вертикальных глаз осмотрев перерожденца, затем «лизнуло» воздух своим раздвоенным языком, удостоверившись, что человек перед ним был именно тем, кто ему нужен. Напрягшись всем своим телом, змейка аномально широко раскрыла рот и отрыгнула скрученный лист бумаги. Посчитав свой долг выполненным, она исчезла в растительности, также как и появилась, быстро и без лишнего шума. Хмыкнув, Ясухиро нагнулся и, поморщившись, подобрал лежащий на земле покрытый слизью листок. В послании было следующее: Зайди ко мне домой. И лучше с этим не затягивай. Стоило ли говорить о том, что он сразу же понял, кто отправил ему это сообщение? Даже если не учитывать призывную змею, своего сенсея Кагуя узнает даже через выплюнутый пергамент с двумя накаляканными на нём предложениями. Делать было нечего, так что мальчик немного нехотя пошёл в сторону дома Ичиро. *** — День добрый, сенсей! Вы желали меня видеть? После нескольких безуспешных попыток достучаться до хозяина дома, перерожденец без зазрений совести вошёл внутрь, совершенно не удивившись, что дверь оказалась открытой. Не найдя учёного, как и его сына, на первом или втором этаже, он спустился в последнее оставшееся место в этом доме, где мог сейчас находится Ичиро. — Да, пацан. Что-то ты долго, — недовольно подметил мужчина, даже не удосужившись оторваться от своего любимого дела в виде копошения в очередном трупе, лежащего перед ним на злосчастном операционном столе. — Как только получил послание, так сразу же и двинул к вам, — спокойно пожал плечами мальчик, с интересом осматривая внутреннее убранство подвала. — А вы, кстати, Орочимару из Академии разве не должны забирать? Лаборатория не особо изменилась с тех пор, как Ясухиро последний раз здесь был. Всё те же колбы с непонятными растворами внутри, слабое освещение, а также удушливый запах крови и медицинских препаратов. — Что? Нет, конечно, — отмахнулся Ичиро. — Он же не маленький. Дорогу домой знает. — Это… Довольно жёстко. — Ага… да-да… — на автомате пробормотал учёный, с головой погрузившись в свою работу. Кагуя вздохнул и покачал на это головой. — Так что вы хотели, сенсей? Словно по команде мужчина вытащил из тела окровавленные руки в перчатках и немного раздражённо уставился на мальчика. — Я бы хотел целыми днями изучать человеческое тело и не отвлекаться ни на что, — он криво усмехнулся. — Но Хокаге хочет, чтобы я подготовил тебя к службе в АНБУ. Понимаешь, что это значит? — Что вы будете весь год плеваться желчью, ненавидеть этот мир и «любить» меня особенно сильно, подвергая воздействию непроверенных и очень опасных препаратов, а также оставляя в полумёртвом состоянии после каждого спарринга? — Хе… — широко скалясь, выдохнул Ичиро. — Какой ты догадливый… Значит, поднабрался всё-таки мозгов на войне, да? Перерожденец не ответил на риторический вопрос, показательно закатив глаза. Учёный же снял перчатки, выбросил их в специальную урну и спихнул мёртвое тело со стола. «Никакого уважения к мёртвым», — констатировал очевидный факт Ясухиро. Сам Ичиро, впрочем, никогда этого не отрицал. — Раздевайся и ложись. Выгнув бровь, Кагуя перевёл взгляд с сенсея на покрытый чужой кровью стол, где только что он препарировал труп. Теперь настала очередь и мужчины закатывать глаза, когда он понял, что конкретно не устраивало его ученика. Намочив взявшуюся из ниоткуда тряпку, он привёл своё «рабочее место» в порядок и повторил: — Ложись. Поморщившись, перерожденец выполнил приказ, в одном лишь нижнем белье разлёгшись на холодной кушетке. Воспоминания четырехлетней давности тут же бурным потоком ворвались в его голову. Тогда он впервые очнулся в этом мире и увидел точно такую же картину: слепящую глаза лампу над собой и стоящего в тени Ичиро. В этот раз, правда, его посещают совершенно иные мысли, да и не было больше того животного ужаса, что он испытывал, оказавшись в такой же ситуации. Сейчас всё, что его волновало, — это то, что на этот раз решил сделать с ним гениальный, но немного, самую малость бесчеловечный учёный. — Суть в том, что ты действительно оказался прав, — мужчина вышел из тени, остановившись прямо над Ясухиро, закрывая тем самым собой свет лампы. — Так получилось, что обучение у тебя будет нестандартным. Дело в том, что обычно шиноби в спаррингах оттачивают навыки и набираются опыта. Но тебе опыт нарабатывать, мягко говоря, нахер не нужно, учитывая, что ты этим регулярно занимался на войне. Поэтому на протяжении следующего года мы будем в основном повышать твои физические характеристики, количество и контроль чакры с помощью специальных инъекций, содержащих в себе разработанные мной препараты. — То есть, говоря о том, что они непроверенны и очень опасны, я всё же был прав? — не особо обрадовался мальчик своей перспективе подопытной мыши. — Частично, — неопределённо покачал головой учёный. — Они успешно работают для тела обычного человека. Твой же Кеккей Генкай может этому воспрепятствовать. Мне это доподлинно неизвестно. Именно по этой причине, прежде чем вводить тебе что-либо, я постараюсь как можно тщательнее изучить твой организм. Однако, учитывая тот факт, что в первый год войны я имел честь довольно часто латать твоё тело, кое-какие представления, на основе которых я уже успел создать для тебя экспериментальную инъекцию, у меня всё-таки имеются. — Что за «экспериментальная инъекция»? — ухватил перерожденец нужное слово из всей речи наставника. — Она создана на основе твоей ДНК и должна стимулировать твою регенерацию тканей. В перспективе, очень и очень далёкой перспективе это позволит тебе за считанные секунды восстанавливать раны лёгкой и средней тяжести. Также я планирую создать препарат для развития так называемой «голой силы». Он будет заставлять твой источник ударными темпами вырабатывать огромное количество чакры, которую ты должен будешь тут же выпускать наружу в любом виде. Это позволит тебе рискованно, учитывая нагрузку на организм, но быстро увеличить общий запас энергии. Но это в ближайшей перспективе. У меня есть ещё куча идей насчёт новых генетических модификаций. Осталось лишь исследовать твоё тело, чтобы ты не откинулся в процессе нашего с тобой совместного «обучения»… Ичиро к тому моменту, как закончил свою длинную речь, уже успел взять со стола шприц с неясной прозрачной жидкостью внутри. Постучав несколько раз пальцем по стеклу и выдавив для проверки небольшое количество этого препарата, учёный зафиксировал руку мальчика, вонзил иглу и принялся медленно вдавливать содержимое внутрь. — Что вы вводите? — заторможенно спросил Кагуя, когда до него дошло, что его сейчас могли накачивать всем, чем угодно, а он даже не удосужился уточнить, чем конкретно. — Обычное снотворное. Я же уже говорил, что мне нужно досконально изучить твой организм. Сейчас будет первый такой «сеанс». Ясухиро даже не успел спросить, зачем ему в таком случае нужно было быть без сознания, как перед глазами у него всё начало плыть, окружающие звуки становились всё тише, а руки и ноги перестали слушаться, после чего он, сам того не осознавая, погрузился в сон. Комментарий к Часть 51 Два слова: Ясухиро жалко. Сегодня челлендж продолжать лень) P.s. У автора сейчас небольшие финансовые трудности, так что он будет рад, если кто-нибудь поддержит материально. Карта: 5144 2104 1820 2249 (MAXIM RIMSHA) https://www.donationalerts.com/r/shimuri ---------- Том 1 Глава 52 Сегодня Ясухиро решил ещё раз попытать удачу и наладить отношения с Дейки. Так вышло, что в отключке он побывал больше, чем планировалось, из-за чего пришёл в себя лишь ко второй половине следующего дня. В это время идти в Академию было уже слишком поздно, так что как только мальчик оклемался после наркоза, так сразу же отправился в квартал клана Учиха. К слову, Кагуя точно не знал, как ему относиться к тем «процедурам», что он будет проходить на протяжении целого года. Не то, чтобы он не доверял своему сенсею, просто довольно неприятно осознавать, что над твоим телом будут проводить непонятные и весьма сомнительные махинации, которые, по идее, должны пойти ему на пользу. Да, у Ичиро был приказ Хокаге подготовить его к службе в АНБУ. Но кто сказал, что не было ещё какого-нибудь распоряжения от Хаширамы или Тобирамы, о котором никто не посчитал нужным распространяться. Какие гарантии, что учёный не введёт в его тушку что-нибудь мерзопакостное? Никаких. А перерожденец даже не сможет этого понять, пока «экспериментальный препарат» не начнёт действовать. Самая большая проблема заключалась в том, что он ничего не мог с этим поделать. Неприятно было осознавать, что он до сих пор оставался тем, кем можно было скрытно или явно манипулировать. Несмотря на полученные на войне болью, кровью и потом уважение, почёт и положение, они всё ещё просто-напросто не позволяли ему выступить против решений вышестоящих людей, особенно учитывая, что в Конохе он не родился и не особо привязан к ней. Возможно, когда-нибудь он сможет воспротивиться и перестать беспрекословно подчиняться приказам верхушки власти Листа, которые так или иначе подвергают его жизнь неоправданной опасности. Однако сейчас он лишь одна из фигур на доске, способная только на то, чтобы по указке «игрока» передвигаться с клетки на клетку. С другой стороны, если Ичиро не врёт и действительно будет колоть ему инъекции с содержимым, способствующим его качественному развитию, как шиноби, то Кагуя будет ему только за это благодарен. Ведь именно это в первую очередь поспособствует тому, что у него появится больше шансов, чтобы выжить в бою с сильным противником. Но параллельно с тренировками и экспериментами над его телом ему нужно было выполнять данное капитану обещание. По этой причине вместо того, чтобы отлёживаться дома после первого «исследования» Ичиро, он отправился к Учихам. На входе в квартал его встретили всё те же охранники. В этот раз парень и девушка отнеслись к нему с куда меньшим подозрением, хотя и уточнили цель визита. Не имея к мальчику каких-либо претензий, они спокойно пропустили его через ворота. Внутри он сразу же, буквально с первого шага по территории клана, почувствовал за собой слежку. Он, не будучи особо чувствительным к эманациям чакры, не мог точно определить местоположение и количество следивших. Однако чужой взгляд, от которого у него пробежалась мурашки по спине, он не мог не ощутить. Всё-таки шестое чувство за время войны стало для него одним из способов выжить. Прикрыв глаза и пару раз вдохнув и выдохнув, Ясухиро убедил себя в том, что ему придётся смириться с вниманием со стороны неизвестного шиноби. Всё-таки это было одним из условий Изуны, а с ним он ничего не мог поделать, если хотел сохранить возможность видеться с сыном Ацуши. Запомнить с первого раза дорогу для перерожденца не составило труда, так что нашёл он дом Дейки довольно быстро. Вновь оказавшись напротив входной двери, мальчик поднёс руку и несколько раз постучал. Ответа не было. Он постучал ещё раз. Всё то же самое, как и в прошлый его визит. Наученный опытом, Кагуя не стал подавать голос, зная, что это было по большей части бессмысленно. Повернув голову в сторону улицы, он с неудовольствием отметил, что сегодня почему-то здесь было безлюдно. Не было никого, кто мог бы подсказать ему, куда делся Дейки. «Уроки в Академии у него точно закончились. Значит, он должен быть либо дома, либо шататься где-то по Конохе. Дома его нет, поэтому, скорее всего, второй вариант. Но… искать его в огромной деревне? Конечно, не как иголку в стоге сена, но тоже весьма и весьма проблематично. Вот же… чёрт», — на языке крутилось выражение куда грубее, но он решил сдержаться. «И что мне сейчас делать?» В любом случае, стоять на месте было ещё бессмысленнее, так что Ясухиро медленно двинул обратно. Шагая по вымощенной камнем дорожке, он всё думал о том, что вся эта ситуация ему напоминала игру в кошки-мышки. Этому миру явно не хватало способа быстрой коммуникации, с помощью которой можно было бы без труда связаться с нужным человеком. Призывных животных, как у того же Ичиро, у него не было, телефоны здесь ещё не изобрели, а письма слать — пустая трата времени. На полпути к выходу из квартала он резко остановился, когда его голову посетила весьма дельная мысль: «Изуна сказал, что мне можно посещать один из тренировочных полигонов клана. Дейки тогда вышел из Академии самым последним. Это значит, что он либо заплутал, либо что-то дополнительно узнавал у учителей. Его внешний вид и фамилия говорят о том, что это вряд ли первый вариант. Хотя, вполне возможно, я могу и ошибаться. Но если второй — это означает, что он любит учиться, а в частности — развиваться. А что значит «развитие» для шиноби в первую очередь? Вывод достаточно прост: он сейчас может проводить время за тренировкой», — используя свои немногочисленные аналитические способности, заключил Ясухиро, сменив направление своего движения в сторону полигонов, надеясь на то, что сможет на одном из них найти Дейки. Об их местоположении Кагуя узнал ещё вчера, когда впервые шагал по территории клана в сопровождении охранника. Они находились не так далеко от ворот, ведущих на выход. Нужно было всего лишь пройти сквозь один небольшой парк и пересечь искусственное озеро. В итоге дорога до них у мальчика заняла не больше пяти минут. Всего полигонов было три, и все из них, видимо, сейчас были заняты. На первых двух, которые расположились ближе, в данный момент тренировались неизвестные ему Учихи. Некоторые из них отрабатывали техники, другие сражались в спарринге. Третий же был немного спрятан вдали, отчего Ясухиро не имел возможности рассмотреть того, кто его занимал. Мысленно скрестив пальцы, он подошёл к нему поближе и, наконец, увидел тренирующегося. К счастью, это был Дейки. Облегчённо выдохнув, перерожденец, стараясь особо не привлекать к себе внимание, направился в его сторону. Оказалось, что голубоглазый Учиха в данный момент сражался с каким-то неизвестным темноволосым подростком возраста Ясухиро. И можно было с уверенностью сказать, что что-то в этом поединке было явно не так. *** Успев в последний момент отклонить в сторону летящий ему в бок кулак, Дейки попытался другой рукой зарядить оппоненту по печени, однако тот поспешил отклонить корпус назад. Воспользовавшись заминкой мальчика, подросток схватил его за вытянутую руку, резко потянул на себя и без труда опрокинул на землю. — Кха-кха… — откашлялся Учиха от попавшей в рот пыли и медленно поднялся на ноги, стараясь не обращать внимание на боль в руке от столь резкого движения. — Знаешь, Дейки, — наблюдая за поднявшимся, проговорил его оппонент. — Ты хоть мне и платишь за эти наши спарринги, но с куда большей пользой я сейчас потренировался бы сам или отправился на миссию. С тобой же я просто теряю время, учитывая, что особого прогресса у тебя не наблюдается. — Я тебе заплатил… Мы же договорились… — недовольно прошипел мальчик, потирая ушибленную конечность. Подросток хмыкнул. — Да, и это занятие я проведу до конца. Но после него тебе придётся искать нового спарринг-партнёра. А учитывая, что потенциал Учихи в тебе был загублен твоими голубыми глазами, даже если ты найдешь нужного человека, то вряд ли сможешь добиться чего-то стоящего. Мой тебе совет: не трать деньги. Не подвергай себя лишнему риску. Дейки плотно сжал зубы, не в первый раз услышав подобные слова. Перед его глазами пролетели все те моменты, когда кто-то говорил ему, что достойным шиноби ему не стать. Ещё с детства он знал, что из-за генетической аномалии никогда не сможет пробудить Шаринган — главный признак и показатель силы клана Учиха. Особое отношение соклановцев к себе он ощущал весьма остро. Не было открытых оскорблений или травли, но взгляды, полные превосходства, говорили сами за себя. Конечно, не все Учиха были одинаковы и вели себя так с ним. Встречаются и те, кто вполне нормально реагируют на эту его отличительную черту. Однако в нём наиболее ярко отразилась другая особенность красноглазых — знаменитый упёртый характер. Когда ему было пять лет, его отец отправился на войну. С тех пор он его видел лишь пару раз, когда он возвращался в наиболее спокойные на фронте периоды времени. Таким образом, на протяжении всех этих лет рядом с ним практически никого не было. Но это не было особой проблемой. Опять же, всё дело было в характере. Мальчик словно уже родился самостоятельным ребёнком и мог принимать вполне обдуманные решения. Это помогло ему осознать, что если он будет просто сидеть сложа руки, то ничего в его жизни так и не изменится, а сам он не сможет стать шиноби. Мудрая мысль в не по годам развитом сознании привела к тому, что он начал тренироваться. В Академии Ниндзя того времени и внимания, что уделялось ученикам, ему крайне не хватало. Поэтому он пришёл к выводу, что необходимо развиваться самостоятельно. Главным препятствием для этого было то, что он понятия не имел, чем именно нужно заниматься на тренировках. Пойти за советом ему было не к кому, так что пришлось выкручиваться самому. Сначала он подсматривал за тем, как упражняются другие шиноби. К сожалению, это не принесло особых результатов, потому как видеть — одно, а повторить, тем более без всякого понимания — другое. Затем он отыскал спрятанные отцом деньги и решил платить за занятия. Никто из взрослых, правда, не желал связываться с таким ребёнком, как Дейки, поэтому ему приходилось обращаться к генинам и чунинам, которые и сами-то на самом деле не так уж и давно окончили Академию Ниндзя. Одним из них и был стоящий напротив него подросток. Он тренировал мальчика не больше недели, но уже захотел прекратить занятия. Это не могло не выводить из себя, учитывая, что найти нового спарринг-партнёра, который согласится давать уроки, очень трудно. — Чёрт… — выдохнул сквозь зубы Дейки, отряхнул тренировочную одежду от пыли и поднял перед собой кулаки. — Ладно… Давай уже, нападай! Комментарий к Часть 52 Покумекав о безрадостном своём положении и выдав изрядную долю паранойи, Костяк включил мозги и потопал на полигон, где уж точно можно было найти девятилетнего мальчика. Мелкий получает люлей от неизвестного, тот говорит, что такая зарплата его не устраивает. Малой злится и распинается о жизни своей тяжкой. ---------- Том 1 Глава 53 Подросток не заставил себя ждать. В миг оказавшись вплотную к Дейки, он провёл целую серию ударов: один из них метил в голову, другой — в грудь, а третий — в живот. Голову мальчик успел защитить прямым блоком, однако остальные прилетели прямо в цель. Согнувшись от боли, Учиха следом получил-таки удар с ноги по лицу. На этот раз удержаться на ногах также не удалось. Сплюнув кровь с губ, Дейки упёрся руками о землю и с трудом поднялся, грозясь вновь упасть от, казалось бы, малейшего порыва ветра. Подросток усмехнулся и продолжил спарринг. На этот раз он решил действовать ногами. Боковой удар был чудом заблокирован вовремя подставленной рукой, которая после этого на секунду онемела. Подсечка оказалась незамечена, отчего Учиха потерял равновесие и охнул от мощного выпада коленом в живот, в очередной раз оказавшись на земле. — Может, уже хватит? — иронично усмехаясь, «вежливо» уточнил его соперник. Избавившись от содержимого желудка, Дейки закашлялся, пытаясь сосредоточить мысли и избавиться от гулкого сердцебиения в ушах. Дрожа и трясясь из-за боли по ощущениям во всём теле, он, лёжа на животе, подогнул под себя конечности и, опираясь рукой, смог встать на одну ногу, а затем и вторую. Без слов стало ясно, что мальчик желал продолжить тренировку. Он еле стоял на ногах, перед его глазами плыло, а уши заложило, но он всем своим естеством хотел закончить начатое. Его оппонент покачал головой на такое рвение, но останавливаться не стал. Всё-таки деньги были уже уплачены. — Следи за его стойкой и движениями. Первое поможет определить начало атаки, второе — конец. Не зацикливайся на чём-то одном, рассеивай своё внимание и держи в голове общую картину. Неизвестный тихий голос звучал, словно это были его собственные мысли. Впрочем, иначе находящийся в данный момент на грани потери сознания Дейки подумать и не мог. Терять было особо нечего, так что он решил прислушаться к этим словам. Только вот была одна проблема. Он смертельно устал. Сосредоточиться в таком состоянии не представлялось возможным. Именно поэтому он не успел должным образом воспользоваться советом и отреагировать, когда его противник оказался рядом с ним с занесённым кулаком. Первый удар, который мальчик попытался безуспешно отклонить в сторону, пришёлся на многострадальные рёбра. Следующий — по почкам, ещё один — в солнечное сплетение. Последний из серии метил в голову, дабы закончить, наконец, этот «бой». Рефлекторно зажмурив глаза, Дейки ожидал очередной вспышки боли, от которой он наверняка потеряет сознание. Однако чем дольше он стоял в ожидании, тем больше понимал, что удара не будет. Неверяще подняв веки, он с удивлением уставился на спину человека, который защитил его. Это был Ясухиро Кагуя. — И это избиение ты называешь «занятием»? — сжимая одной рукой кулак оппонента Учихи, пугающе спокойно проговорил Последний из Несущих. Да, это точно был его голос. Дейки также не мог не отметить, что именно он до этого пытался ему подсказать, как победить. Даже находясь на грани потери сознания, мальчик ощущал давящее духовное давление, исходящее от Ясухиро. Неужели он действительно был тем, кто сражался плечом к плечу с его отцом? Просто удивительно, как такой молодой шиноби, старше самого Учихи лет на пять, прошёл войну. Так ещё и выжил в той смертельной схватке, где остальные погибли. В том числе его отец… — Кхм… Ясухиро Кагуя, так? — было видно, что подросток занервничал, хотя и пытался скрыть это за показной уверенностью в себе. — Да, — коротко ответил беловолосый ниндзя, не отпуская руку оппонента из захвата. — Меня не волнует твоё мнение, а тебя не должно волновать, чем я занимаюсь, что и как делаю. Я не верю, что такой парень, как ты, который к тому же младше меня, прошёл всю войну и заслуживает всех этих наград и почестей. Наверняка, ты просто… — Доказать? Дейки готов был поклясться, что услышал противный треск, исходящий от зажатого в тисках кулака подростка. Прежний дерзкий настрой заскулившего от боли брюнета тут же улетучился, особенно когда Ки стало ещё сильнее, а по бокам из тела Кагуи демонстративно начали вылазить заострённые кости. Расширивший от шока глаза бывший «учитель» Дейки закусил губу, пугливо помотал головой и отчаянно пытался вырваться из захвата. — То-то же… — хмыкнул Ясухиро, играючи медленно разжимая руку. — И лучше тебе здесь больше не появляться, ясно? Так называемый «спарринг-партнёр» мальчика даже удосужился кивнуть, рванув от Героя Первой мировой так, что пятки сверкали. Постояв так немного, глядя в место, где исчезла тёмная макушка, Кагуя втянул все кости обратно, пробормотав: «Чёрт… опять одежду новую покупать…» и развернулся к Дейки. — Ты как, цел? Эй, Де… Детский организм всё-таки не выдержал тяжёлой нагрузки и полученных ран, отчего Учиха, не успев дослушать, потерял сознание. *** С трудом разлепив веки, Дейки увидел перед собой белый потолок. В уши ворвались звуки пикающих приборов и приглушённые голоса людей. В нос ударил запах крови и медикаментов. «Больница», — сразу же отметил он. Попытавшись приподняться на локти, мальчик претерпел неудачу: боль в обмотанной тугими бинтами груди помешала этому. Выдохнув сквозь зубы, он попробовал вспомнить, как здесь оказался. — Уже очнулся? Раздавшийся голос послужил спусковым крючком для ворвавшихся в голову воспоминаний. Резко повернув голову, он увидел сидящего на стуле рядом с его кроватью Ясухиро Кагуя. Яркой вспышкой перед его глазами пролетела картина, как он защитил его от того придурка. «Зачем он это сделал?» — билась одна и та же мысль. Он его ненавидел. С тех пор как он узнал, что его отец погиб, то мир словно рухнул. Оставшись без родителя, мальчик потерял единственную опору, что помогала ему уверенно стоять на двух ногах. Теперь же ему оставалось лишь держаться из последних сил, чтобы не упасть на колени. При таком отчаянии рождается мысль сделать кого-то виноватым в твоём горе, чтобы было на кого выместить все эмоции. Этим человеком оказался подчинённый его папы, единственный оставшийся в живых. Именно поэтому из-за его поступка сейчас в Дейки противостояли друг другу две эмоции: яркая, чистая ненависть и скрытая, но искренняя благодарность. Всё-таки тот «учитель» мог запросто тем последним ударом убить девятилетнего мальчика. — Как ты себя чувствуешь? — последовал следующий вопрос. — Нормально… — прохрипел Учиха, пытаясь даже в таком положении казаться невозмутимым. — Раны ещё болят? Хотел бы Дейки сказать «нет», однако эта ложь была бы слишком явной. Поэтому, прикрыв глаза, он ответил честно: — Да. В груди. Ясухиро хмыкнул. — Немудрено. Тот парень хорошо тебя отметелил. Зачем ты вообще его нанял, если он тебя чуть не убил? — Ты не поймёшь, — Дейки, как он думал, грозно сверкнул глазами, пытаясь тем самым надавить на собеседника. Проблема была лишь в том, что миловидное лицо девятилетнего мальчика этому особо не способствовало. — Хм… разве? — неопределённо протянул Кагуя, сложив перед собой руки. — Дай угадаю… ты с трудом нашёл человека, который согласился с тобой провести несколько спаррингов. Он оказался довольно жестоким, но ты не роптал, ведь всем своим сердцем желал получить труднодоступные знания и реальный боевой опыт. Разве я не прав? Дейки нахмурился пуще прежнего и отвечать не стал. Хотя его лаконичное молчание говорило само за себя и только подтверждало слова беловолосого шиноби. Тот не стал ухмыляться и продолжать эту тему, а наоборот, сменил её, с совершенно серьёзным лицом проговорив: — Давай начистоту, Дейки. Я хочу тебе помочь… — Мне не нужна помощь от тебя! — тут же перебил его мальчик. — …потому что я пообещал это твоему отцу, — продолжил Ясухиро, проигнорировав его слова. — И хочешь ты того или нет, но я намерен сдержать это обещание во что бы то ни стало… ***** Вы наверное думаете: "Боже, как же этот школьник бесит". Ну, так вот... Полностью согласен. Но, хэй, он же Учиха. Просто смиритесь) Ах да... Шкилу побили, но не добили, ибо Костяк(привет одному человеку, который НЕ подсадил меня на это прозвище) ему помог. Шкила злится на Костяка. Костяку пофиг. Костяк терпила. Всё, ради капитана. ---------- Том 1 Глава 54 Дейки необходимо будет пролежать в больнице ещё некоторое время, так что Ясухиро мог пока что спокойно заняться своими делами. По крайней мере, до тех пор, пока его не вызовет Ичиро либо для тренировки, либо для инъекции. На следующий день после того, как очнулся Учиха, перерожденец купил в магазине десяток различных элементов одежды, благо, деньги к этому располагали. Он оставил их дома, переоделся в чёрную облегающую рубашку на короткий рукав и потопал на улицы деревни, дабы перекусить. Ему повезло, что практически рядом с его жильём расположилось достаточно популярное кафе, в котором можно и отдохнуть, и вкусно поесть. Пройдя буквально пару улиц, он оказался перед небольшим зданием, на котором висела вывеска, выполненная в довольно строгом чёрно-белом стиле, который нечасто можно было встретить в яркой и пёстрой Конохе. — Сладкое удовольствие… — еле слышно пробормотал Кагуя, прочитав необычное название для заведения, которое шло в разрез с его внешним видом. — Ха… Ну, ладно. Пожав плечами на эту странность, мальчик зашёл внутрь через обычную деревянную дверь. Тут же над ним раздался перезвон колокольчиков, символизирующий для людей, что прибыл новый посетитель. Приложив усилия, чтобы не дёрнуться из-за столь резкого и неожиданного звука, Ясухиро не успел даже сделать и шага, как перед ним, словно из ниоткуда, материализовалась работница кафе. — Здравствуйте! Чего бы вы… — с дежурной улыбкой привычно начала молодая светловолосая девушка лет шестнадцати-семнадцати, а потом резко умолкла, разглядев мальчика, и кардинально изменилась в лице, неверяще и почему-то радостно уставившись на него. — Ясухиро-сан?! Кагуя недоумённо приподнял бровь из-за таких резких изменений в настроении. Оглядев её с ног до головы, он напряг память, пытаясь вспомнить, видел ли он эту девушку где-нибудь раньше. Однако сколько бы он не перебирал в голове лиц, которых он встретил в этом мире, ни одно из них не совпадало с тем, что он видел сейчас перед собой. — Извините, мы знакомы? — вежливо уточнил он. — Что? — она резко расширила глаза, а затем неловко посмеялась, помахав перед собой руками. — Нет, нет. Вы не должны меня знать. Видите ли, вы спасли моего отца в одной из битв на войне. С тех пор он и я очень вам за это благодарны, — девушка низко поклонилась и подошла поближе, заговорив шёпотом: — Я найду для вас лучший столик. Также можете заказать, что захотите. Я всё оплачу. — Спасибо, конечно, но в этом нет необходимости, — легко улыбнулся он доброте официантки. — Всё-таки Коноха позаботилась о том, чтобы я не бедствовал. — Это меньшее, что я могу для вас сделать в благодарность за спасение жизни отца, — она разогнулась и ответила на улыбку Ясухиро. — Так что я настаиваю. — Хм… хорошо, — немного подумав, он всё-таки сдался под напором девушки. — Пройдёмте за мной. Изнутри кафе оказалось таким же строгим, как и снаружи. Стены, пол и потолок, а также вся мебель были выполнены преимущественно в чёрных, белых и серых тонах. Места для посетителей представляли собой небольшие круглые столики с обычными деревянными стульями вокруг. За таким столом вполне можно было отдохнуть как одному, так и в компании. Стойко игнорируя ставшее уже привычным за последние дни всеобщее внимание к своей персоне, Кагуя по пятам следовал за девушкой, которая привела его на уличную пристройку, где открывался живописный вид на парк с противоположной стороны от главного входа заведения. Здесь также можно было увидеть сидящих людей, однако в этом месте их было куда меньше. — Прошу, присаживайтесь, — указав на один из свободных столиков, официантка взяла со стойки меню и протянула его мальчику. — Держите. — Я бы хотел сразу заказать, — кивком головы отказавшись от небольшой бумажной книжки, он занял своё место. — Можно, пожалуйста, блинчики с вареньем и малиновый чай. У вас же есть всё это? — Конечно, — заверила она его и поспешила скрыться внутри здания со словами: — Я постараюсь принести вам заказ как можно быстрее, Ясухиро-сан! — Можете не спешить, — махнул он рукой, сконцентрировав своё внимание на природе и придавшись интересным мыслям. «Довольно неожиданно. Не думал я, что кто-то заострил внимание на моих действиях на войне. Я же ведь через столько битв прошёл. Не счесть. И в каждой из них нужно было кому-то помогать. Однако для меня спасение своих — это не прихоть, а долг. Так что не совсем понимаю, зачем меня нужно благодарить. На моём месте так бы сделал каждый». По прошествии десяти минут на его столе оказалось несколько румяных блинчиков, небольшая тара с вареньем и чашка ароматного горячего напитка. Поблагодарив упорхнувшую официантку, мальчик неспеша принялся за завтрак. Однако его надеждам поесть в одиночестве, видимо, не суждено было сбыться. Вскоре к его столу подошла куноичи, а то, что она обладала чакрой, Кагуя был уверен. Миловидная девушка с иссиня-чёрными волосами, которой нельзя было дать больше двадцати, одетая в традиционное женское кимоно серого цвета, остановилась на почтительном от него расстоянии и первой подала голос: — Здравствуйте, Ясухиро-сан. Можно мне к вам присоединиться? «Хьюга», — пришёл к выводу перерожденец, глядя в её большие лиловые глаза без зрачка. «Что ей нужно? Просто так она бы ко мне точно не подошла». Мальчик насторожился, хоть и внешне оставался спокойным. Решив, что отказывать было бы как минимум невежливо, он сделал небольшой глоток чая, встал со своего места и отодвинул стул напротив, молча приглашая её сесть. — Благодарю, — она сдержанно улыбнулась и элегантно заняла предложенное место. Сев обратно, Ясухиро не спешил притрагиваться к недоеденному завтраку. Есть под таким пристальным взглядом было для него неприятно, так что теперь уже он проявил инициативу: — С кем имею честь разговаривать? — Меня зовут Химиру Хьюга, — охотно ответила она. — И я бы очень хотела с вами поговорить кое о чём. Кагуя отвёл от неё взгляд, сделав вид, что вымоченные листья малины на дне опустевшей чашки его интересовали куда больше, чем весь этот разговор. — Я весь во внимании, — ровно проговорил он. — Перейду сразу к сути: клан Хьюга приглашает вас, Ясухиро-сан, на чаепитие. Глава пожелал встретиться с вами лично, чтобы поговорить и обсудить одно предложение для вас. — Что за предложение? — тут же зацепился перерожденец за интересующее его слово. Девушка плавно махнула рукой. — Это мне неизвестно. Однако могу вас заверить, что Глава очень желает пообщаться с таким человеком, как вы. «А вот хочу ли я с ним общаться, видимо, никого не волнует. С другой стороны, особо выбора у меня также нет. Когда тебя приглашает на встречу сам глава одного из ведущих кланов Конохи, хочешь не хочешь, но тебе придётся на это согласиться. Особенно учитывая, что теперь я тоже считаюсь клановым. Иной ответ, конечно, они примут, но осадок после этого останется весьма неприятный». Ясухиро вздохнул, вернул свой взгляд к ожидающим ответа лиловым глазам и твёрдо и чётко промолвил: — Что ж… В таком случае я буду рад посетить стены вашего клана… Встретиться с главой клана Хьюга было решено ровно через три дня. Кагуя так и не узнал, почему его нашла и передала ему информацию именно эта девушка, а не кто-либо ещё из носителей Бьякугана. Кем она была также оставалось неизвестным. В любом случае, возможно, но совершенно не точно, он узнает это при встрече. К слову, а что вообще могло от него понадобится главе Хьюга? С представителями этого клана мальчик практически никогда не пересекался. Даже на войне они в основном служили в разведке, когда как Кагуя сражался в открытых боях. Есть предположение, что это может быть связано с его новым положением и статусом. Всё-таки кланы в любые времена старались улучшить своё положение. И не только за счёт агрессии в сторону соперников, но и с помощью сотрудничества с кем-то извне. Этим «кем-то», видимо, для Хьюга является Ясухиро. Хотя вполне возможно, что он слишком много о себе возомнил, считая, что один из четырёх благородных кланов Конохи захочет иметь с ним дело. Ну а пока эта встреча не наступила, ему остаётся лишь догадываться об истинных намерениях верхушки носителей Бьякугана. К счастью, у него будет чем заняться эти дни, особенно учитывая, что Ичиро как раз недавно сказал заглянуть к нему, дабы он ввёл ему первый препарат. **** Альтернативный вариант (если шо ето шутка): ...он оказался перед небольшим зданием, на котором висела вывеска с безвкусным логотипом, выполненным в неприятных глазу оранжевых тонах, которые нечасто можно было встретить в яркой и пёстрой Конохе. — Вкусно - и точка... — еле слышно пробормотал Кагуя, прочитав самое еба... странное название для заведения, которое очень даже подходило его внешнему виду. — Ха… Ну, и пизд... ---------- Том 1 Глава 55 По воле Ичиро Ясухиро вновь оказался в его доме, где на этот раз застал и его сына. Повзрослевший Орочимару суетливо собирал тренировочный комплект и переодевался в специальную одежду, не заметив вошедшего в дом перерожденца. — На тренировку? — ступив по скрипнувшему полу, вместо приветствия спросил Кагуя. Мальчик резко обернулся, прекратив всякие движения, и пытливым взглядом вперился во «вторженца». Признав в нём ученика своего отца, он вернулся к своему делу. — Да. Те двое меня уже выводят из себя, — раздражённо фыркнул он. — Так что я хочу как можно быстрее найти новое место, о котором они не знают. — Кто эти «те двое»? — заинтересовался Ясухиро, не разуваясь, пройдя вглубь дома. — Цунаде и Джирайя Сенджу. Они изводят меня с самого начала обучения в Академии. Постоянно говорят, что я им нравлюсь из-за моей якобы странности, — он слишком резко дёрнул рукой, привязывая к поясу подсумок со снаряжением, что явно намекало на то, что он еле сдерживал свои эмоции. — И что во мне такого странного? «Как бы тебе так сказать…» — мысленно усмехнулся Кагуя, вслух ответив иначе, помня о том, что в сериале эта троица была одной и очень даже сильной, можно сказать, легендарной троицей: — Возможно, они просто хотят предложить тебе дружбу. И… честно, но я бы на твоём месте задумался бы о том, чтобы принять её. Как-никак, но хорошие отношения с детьми Хокаге и его советника никогда не будут лишними. Орочимару немного успокоился и взял себя в руки. Закончив собираться, он бегло проверил, всё ли взял, и направился на выход из дома. Обернувшись напоследок к остановившемуся перерожденцу, он твёрдо проговорил: — Меня не интересуют связи. Мне нужны лишь тренировки, — а затем хлопнул после себя дверью. «А вот тут ты не прав. Тренировки, конечно, хорошо, однако иметь в друзьях кого-нибудь могущественного — ещё лучше. Жаль, что я сам начинаю это понимать только сейчас…» После небольшого разговора с Орочимару Ясухиро пошёл туда, куда направлялся с самого начала — в подвал. Там его встретил Ичиро, внешний вид которого вызывал вопросы. И без того бледнющая кожа сравнялась цветом с серым потолком, чёрные круги под глазами и немного маниакальная улыбка — всё это говорило о том, что мужчина провел последние несколько дней без сна. — Сенсей, вы в порядке? — участливо спросил спустившийся по лестнице мальчик. Ичиро, выглядя сейчас как самый настоящий безумный учёный, оторвался от смешивания в прозрачной стеклянной колбе двух жидкостей и с непонятным блеском в глазах уставился на ученика. — В полном. Ложись. Сейчас я тебе вколю то, что было готово уже давно. В течение следующего дня я доделаю другую, и мы повторим этот процесс. — Может, вам всё-таки стоит отдохнуть, учитель? — послушно занимая своё место на койке, уточнил Ясухиро. — Вы же можете от этого загнуться раньше времени. — Да-да, — помахал он рукой, совершенно проигнорировав, и наполнил ампулу со шприцом с заготовленной заранее мутновато-жёлтой субстанцией. — Сейчас я введу тебе этот препарат, а потом мы пойдём на полигон, чтобы немного погонять его по крови. — Это тот, который должен повышать регенерацию? — немного боязливо уставившись на длиннющую иглу, задал вопрос перерожденец. — Да, а теперь заткнись и лежи спокойно, — он с лёгкостью пробил кожу на оголённой руке, с хирургической точностью попав прямо в вену. — Больно не будет. Больно было. Даже очень. Настолько, что Кагуя, даже пройдя войну и не раз получая самые болезненные травмы, не выдержал и попросту закричал. Казалось, что по венам растекалась лава, сжигая его тело изнутри. Он начал извиваться на койке, словно сгорая заживо. Проблемой было только то, что как бы он не хотел, но сбить это «пламя» он был не в состоянии. Мальчик не знал, сколько прошло времени до тех пор, пока боль потихоньку не начала отпускать — пять, десять минут или же весь час. Просто в один момент он обнаружил себя лежащим на холодном полу в позе эмбриона, до наливающихся кровью синяков сжимая собственные щиколотки. Челюсть болела от той силы, с которой он её сжимал до этого, а горло саднило из-за истошных криков. С трудом поднявшись на негнущиеся ноги, Ясухиро исподлобья взглянул на всё это время внимательно наблюдавшим за ним Ичиро, который и не думал насмехаться над слабостью ученика. — Вы соврали, сенсей… — прохрипел мальчик, рукой опираясь об удачно расположившийся рядом стол, чтобы вновь не упасть на пол. Мужчина позволил себе лёгкую усмешку. — Хе… но тогда ты бы запаниковал раньше времени. Что ж… видимо, всё прошло успешно. Хотя доподлинно узнаем мы это немного позже, и то лишь когда я просканирую твоё тело. Сейчас пошли на полигон, но перед этим… Он отошёл в угол, где стоял шкаф, на полках которого лежали многочисленные свитки. Что-то бормоча себе под нос, он, совершенно не заботясь об уважении к ценной информации, сбрасывал на пол те, которые его не интересовали. Наконец по прошествии нескольких минут мужчина достал три свитка и протянул их Ясухиро. — Держи. Они целиком и полностью твои на время нашего с тобой обучения. В одном их них содержатся техники Стихии Воды, в другом — Ветра. В третьем же ты сможешь найти те, при использовании которых не нужно обращаться к стихийному преобразованию. Например: Шуншин или Техника теневого клонирования. — Благодарю, учитель, — куда более благосклонно ответил перерожденец, забирая ценнейшую для шиноби вещь — возможность изучить новые дзюцу. — Да, но помни, пацан, что они только твои. Никому нельзя их передавать, продавать или даже отдавать на время. Я запрещаю это, ясно? Грозный вид учёного мог бы напугать кого угодно, однако мальчик умудрился за это время к этому привыкнуть. — Понятное дело, — спокойно пожал он плечами. — Разве я создавал впечатление человека, который склонен к обману? — На задании? Ещё как, — ухмыльнулся Ичиро, вспомнив их совместный первый год войны. — Но со своими — нет. Так что в этом плане я тебе доверяю. Хотя, сам понимаешь, просто обязан был предупредить. — Понятное дело… — словно издеваясь, повторил перерожденец, еле сдерживая усмешку. — Неужто ты оправился настолько, что вздумал пошутить? Ладно. Сейчас мы это исправим, — он направился к двери, ведущей в комнату, в которой Ясухиро ни разу не был. — Идём. *** Высокий забор. Ворота. Два охранника. Стойкое чувство дежавю посетило мальчика в этот момент. На этот раз, правда, двойка состояла исключительно из мужчин, каждый из которых внешностью был пугающе похож друг на друга. — Ясухиро Кагуя? — уточнил один из них, когда перерожденец подошёл к ним на расстояние для разговора. — Всё верно, — кивнул он. — Прошу за мной. Я вас проведу к Главе. И ещё одно совпадение. Внутри стен, однако, много что отличалось от квартала Учих. Людей здесь было в разы меньше, а те, что были, не обращали на гостя вообще никакого внимания, занимаясь своими делами. Все дома были одноэтажными и выполнены в традиционном стиле. Не было торговцев, шумной улицы или каменных построек. Даже дорога, по которой они шли, была обычной тропинкой, покрытой свежескошенной травой. Дом главы клана Хьюга ничем, собственно, не отличался от остальных. Разве что размерами. Уходя далеко в ширину, он явно намекал на высокий статус своего хозяина. — Пожалуйста, постойте здесь, — вежливо попросил проведший его охранник. — Я узнаю, готов ли вас принять Глава. — Хорошо, — кивнул мальчик. Не прошло и пяти минут, как скрывшийся за входной дверью мужчина вновь вернулся и коротко поклонился: — Достопочтенный Глава и Химе ожидают вас внутри. **** Главы душноваты. Даже мне самому. Также, как и вы, с нетерпением жду скипа. Надеюсь, скоро он настанет. Найдя в доме плюющегося ядом Змеёныша, который бегал от своего фан-клуба из Жабы и будущей Бурёнки, Костяк встретил полетевшего крышей старшего Змеёныша-наркомана, вколовшего ему дозу новой "убойной дичи". Словив нереальный трепняк, Костяк покатался по полу и получил в награду бумажки, за которые Орочи из канона в своё время сделал бы всё, что угодно. Получив не описанные ленивым автором люлей, он потопал к белоглазым на приём к главному консерватору всея Конохи. ---------- Том 1 Глава 56 Изнутри дом главы Хьюга оказался выполнен в таком же традиционном стиле. Начать стоило с потолка, сделанного из плотного настила, который держался на пересекающихся перегородках из тёмного дерева. Стены были сделаны из белой бумаги, поддерживая свою твёрдость с помощью всё тех же деревянных перегородок, которые, в отличие от тех, что крепились на потолке, были гораздо меньше и короче. Впрочем, иногда их словно не было на месте, из-за чего открывался вид на внутренний дворик, целиком и полностью состоящий из зелени. Дневной свет проникал сквозь эти самые полупрозрачные стены, рассеиваясь по всему дому. На потолке висели большие светильники, формы которых отдалённо напоминали домашние фонари. Крепились они на тонкой верёвке, что была обмотана вокруг деревянного бруска, поддерживающего потолочный настил. Пол также был необычным. Сама его поверхность была сделана из плотной бесцветной соломы вперемешку с неизвестным травянистым растением, которое, будучи спрессованным, создавало нужную твёрдость, но сохраняло тепло и было приятным на ощупь. По крайней мере, так казалось Ясухиро, который, увидев около входа сложенные на специальной подставке пары сандалий, тоже разулся и пошёл босиком. Ещё один интересный факт, отмеченный мальчиком в процессе изучения дома, стал внутренний интерьер, а точнее его фактическое отсутствие. Единственными предметами мебели были встроенные в стену шкафы, которые в комнатах практически не занимали места. Украшением для внутреннего чувства прекрасного являлись одиноко стоящие фарфоровые вазы с нанесёнными на них непонятными для перерожденца рисунками. Ещё нередко можно было заметить небольшие, но изысканные композиции из сухих и живых цветов, листьев, веток и корней, а также висевшие на стене картины самых разных размеров в основном с изображённой на них природой. Долго плутать по этому памятнику культуры здешнего народа Ясухиро не пришлось. Открытость и просторность дома позволила ему без труда найти комнату, где его сейчас ожидали хозяева. — Приветствую тебя, Ясухиро Кагуя. Меня зовут Хьюга Кишио. С моей дочерью Химиру, ты, стало быть, уже знаком. Коротко поклонившимся Главой был мужчина лет сорока с длинными чёрными волосами, безликими белыми глазами и каменным лицом, которое в этом мире можно назвать аристократичным. Он носил традиционную свободную белую робу с длинными рукавами, на которую было накинуто коричневое хаори. — Приветствую, Кишио Хьюга, — Ясухиро не растерялся и повторил поклон как и ему, так и девушке. — И вас, Химиру. — Не желаешь присоединиться к нам? Кишио взмахнул рукой в сторону небольшого, чрезвычайно низкого столика около центра помещения, под которым лежало три подушки. На самом столе уже стояло такое же количество пустых фарфоровых чашек. — С удовольствием. Усевшись в традиционном, но весьма неудобном положении, когда ноги подгибаются под себя, и ты фактически сидишь на коленях, мальчик встретился глазами с также занявшей своё место девушкой из того самого кафе. В этот раз, правда, она была одета несколько иначе. На ней было кимоно, которое скреплялось на талии специальным поясом и имело рукава, шириной превышающие толщину рук. Одежда не имела пуговиц и была заправлена на правую сторону, а пояс был несколько раз обёрнут вокруг тела и завязан сложным бантом за спиной. Само кимоно было выполнено в ярких, вычурных цветах с изображёнными на нём цветами. На фоне официальной одежды Хьюга, то, в чём был одет мальчик, смотрелось несколько неуместно. Однако возвращаться домой было уже поздно, так что, поправив свою рубашку и брюки, он попытался не заострять на этом внимание. Будто по команде в комнату зашла ещё одна девушка в куда более скромном наряде, которая была, судя по всему, служанкой. Держа в руках чайник, она без слов разлила горячий напиток по чашкам, низко поклонилась и также молча удалилась из помещения. Первым притронулся к чаю глава Хьюга, затем его дочь. Следуя их примеру, Ясухиро также сделал маленький пробный глоток. И приложил массу усилий, чтобы не скривиться. «О, Ками, какой крепкий и… горький. Они что, целый день его настаивали? Нда… Это точно не малина…» — Прекрасная сегодня погода, не правда ли? — неторопливо начал мужчина. «Только не эти разговоры не о чём… Почему нельзя сразу перейти к делу?» — мысленно сокрушался Кагуя, однако вслух всё же ответил на вопрос: — Да… Весна в этом году выдалась чудесной. Хотя и в прошлые года она была ничуть не хуже. — Не могу с этим не согласиться, — едва заметно покивал головой Кишио, а затем немного изменил тон голоса, в котором теперь можно было услышать покровительственные нотки: — Однако разве у тебя была возможность в полной мере оценить красоту природы Страны Огня в последнее время? — Поверьте, последние четыре года я провёл непосредственно бок о бок с природой, — ничуть не растерялся мальчик. — В таких условиях довольно тяжело не заметить изменения во внешнем виде окружающей среды. А периодические битвы лишь подогревали желание понаблюдать за ней в спокойной обстановке. — Вот как… — непонятно протянул мужчина, пригубив напиток. — Что ж… я рад, что теперь ты снова можешь заниматься своим любимым делом без риска для жизни… Следующие минут двадцать, за которые Химиру так ни разу и не подала голос, Ясухиро пытался понять, к чему вообще был этот, по большому счёту, бессмысленный разговор. За это время, пока служанка периодически вновь наполняла чашки, Кишио не удосужился даже упомянуть причину, по которой он позвал мальчика. Кагуя не был силён во всех этих церемониальных чаепитиях, однако даже он понимал, что приветственный формальный разговор как-то подзатянулся. Его ноги затекли ещё в первые минут пять, а от горького вкуса горячего напитка уже начало сводить челюсть. Пребывать в недоумении и не понимать смысл своего нахождения здесь ему пришлось бы ещё долго, если бы мужчина, наконец, не затронул тему политики: — Я слышал, что недавно, помимо наивысшей награды, Хокаге-сама также даровал тебе жилет джонина и статус кланового шиноби. Мои поздравления. Я считаю, что заслуги каждого жителя Конохи должны быть оценены по достоинству. — Благодарю, — коротко кивнул перерожденец. — Пока, правда, в моей голове не совсем укладывается, как это может улучшить моё положение, и какие плюсы мне это принесёт, однако я верю, что Хаширама-сама знает, что делает. Кишио едва заметно хмыкнул. — Поверь, мы, клановые шиноби, обладаем куда более широким спектром возможностей и прав, наши слова имеют вес, а также мы уважаемы обществом. Где ни глянь — одни плюсы. — То есть, вы хотите тем самым сказать, что бесклановые ниже нас? — недоумённо выгнул бровь Ясухиро, немного нахмурившись. — Вовсе нет, — помотал он головой. — Они такие же шиноби Конохи, как и мы. Просто… ты же сам должен понимать, кто действительно несёт в себе силу и управляет деревней. Бесклановые шиноби могут высказывать своё мнение лишь в Совете джонинов, который, однако, в большей мере состоит из клановых. Больше никаких возможностей влиять на политику Листа, кроме как избирать Хокаге, у них нет. — Что вы хотите этим сказать? — после небольшой паузы, уточнил перерожденец. Глава клана Хьюга, впрочем, этот вопрос просто-напросто проигнорировал: — Скажи, Ясухиро, ты думал о своём будущем? Мальчик отвечать не спешил. На самом деле ответ в его голове возник практически сразу, однако озвучивать его он не спешил. Причина этого заключалась в том, что он пытался понять, к чему всё-таки вёл Кишио. Кагуя в данный момент словно находился на минном поле, где мины — это слова, неправильный выбор которых, может, его и не убьёт, но покалечит уж точно. Но долго затягивать с ответом тоже не стоило, а потому Ясухиро вскоре наконец подал голос: — Конечно, думал. И уже имею общее представление о нём. — Это хорошо, — Кишио, казалось, был удовлетворен таким ответом. — Однако в связи с твоей известностью оно может измениться в любой момент. Мальчик нахмурил брови. — Что не так с моей «известностью»? — интонационно выделил он последнее слово. — Помимо явного всеобщего внимания, конечно. — Очевидно, что такая фигура, как ты, непременно привлечёт к себе внимание людей, которые захотят поживиться за твой счёт. Ты же в курсе, что в Книге Бинго ты занимаешь далеко не последнюю строчку? В этом мире полно тех, кто ради денег и славы сделает если не всё, то многое. — И что вы предлагаете? — напрямую спросил Кагуя. Внимательный взгляд мальчика успел заметить, как дёрнулась щека собеседника, словно тот не ожидал такой прямоты. Немного помолчав, он вскоре дал не менее чёткий ответ: — У меня есть предложение, выгодное как для тебя, так и для нас. Я предлагаю тебе союзничество с кланом Хьюга. Помимо дальнейшего сотрудничества, мы гарантируем твою безопасность, будем поддерживать тебя в политической жизни Конохи и обеспечивать твоё развитие как шиноби. Взамен ты должен будешь жениться на моей дочери и оставить после себя наследника, который в будущем станет главой Хьюга. Фамилию и принадлежность к клану других детей ты волен будешь выбирать сам. Также мы ожидаем от тебя ответной поддержки в политических вопросах и вопросах о благополучии клана. Ясухиро резко перевёл взгляд на девушку. Она невозмутимо взглянула ему в глаза, словно не её только что предложили отдать ему в жёны. Нахмурившись пуще прежнего, мальчик унял вспыхнувшее раздражение, отложил чашку с остывшим чаем в сторону, быстро поднялся со своего места и, возможно, совершая тем самым для себя ошибку, ровным тоном проговорил: — Благодарю за чай и гостеприимство, Кишио-сан, — коротко поклонился он. — Но я вынужден отказать вам в вашем предложении. Всего доброго. Развернувшись и направившись на выход из комнаты, Кагуя шестым чувством ощущал, как вперились два прожигающих взгляда ему в спину. Вместо того чтобы запаниковать, он просто повёл плечами, избавившись от пробежавших мурашек, и скрылся за поворотом, оставляя в гробовом молчании неудовлетворённого подобным ответом главу клана Хьюга и внутренне обрадовавшуюся решению перерожденца Химиру. **** Буду как всегда краток: Костяк не поддался на сладкие речи хитрого дядьки и миленькую внешность его дочурки, гордо прокричав в конце: — Без баб! ---------- Том 1 Глава 57 — Привет, ребята. Я надеюсь, что у вас сейчас там всё хорошо. У меня вот день рождения недавно был. Да… пятнадцать исполнилось. Помню, год назад мы тоже отлично провели время. Спасибо вам за это. В этот раз, конечно, тоже было неплохо, хоть меня никто и не поздравил. Тихий смешок раздался в кладбищенской тишине. — Ну а что? На сенсея я не злюсь, он хорошо если знает, что я вообще существую. Дейки же и остальные мелкие и знать об этом не должны. Я же им об этом не говорил. К слову… Ха, капитан, вы были правы, когда говорили о грубости своего сына. Этот мальчик умеет выводить из себя, хотя, вроде, мы с ним нашли общий язык на почве тренировок. В любом случае я продолжу помогать ему, чем смогу. И глаза ваши сохранил. Как и обещал… Беловолосый теперь уже подросток немного помолчал, а затем вновь заговорил: — Да… А ведь казалось, что всё это было лишь вчера. А уже прошёл целый год{?}[Бета: Тут ничего не было. По смыслу подходит только год, но автор мог иметь в виду месяц или ещё что-то другое. Если неверно, то можно в любой момент это исправить]. Быстро же летит время… Хех, говорю уже как старик. Чин, ты бы наверняка уже надо мной подшутил. А Цунами тебе бы за это дала щелбан. Эх… если бы у меня была сестра… или брат. Интересно каково это. Кстати, надеюсь, вы уже признались друг другу, Нишия, Дайцуки. А то даже я — не особо разбирающийся в этих делах — всё знал и понимал. Хм… Может и со мной когда-нибудь такое произойдёт? Хотя… Был уже случай. Вы представляете, Хьюги хотели меня под предлогом женитьбы забрать к себе в клан и сделать фактически вассалом. Интересно, да? Благо, оказалось, что глава, что его дочурка — люди разумные. Они были против этого брака. Как мне потом сказал Кишио, это было решение Совета старейшин. Так что он тоже был рад, когда я отказал, хоть и постоянно напоминал мне, что сделал я это слишком резко и прямолинейно. В общем, мне потом ещё не раз приходилось ходить на подобные «чаепития» в другие кланы. Они, конечно, были менее провокационными, но факт остаётся фактом: кланы конкретно так во мне заинтересованны. Не думал я, что в один момент стану объектом для охоты… В последний раз бросив взгляд на шесть фотографий бывших сокомандников, которые стояли на сером мраморном надгробии, Ясухиро положил по два цветка{?}[Бета: В Японии с таким количеством цветов пойдут на свидание, но, так как тут стоят теги АУ и ООС, я это исправлять как ошибку не буду] около каждой из них. Протерев золотую медаль, лежавшую посередине, он напоследок слабо улыбнулся: — Ну что ж… Пойду я. Тобирама-сан, думается мне, ждать не любит. Шагая мимо могил на кладбище Конохи, перерожденец не переставал теребить медальон на шее. Его голову заполонили воспоминания. Но не далёкие, какие как о войне, а о недавних событиях. Ичиро справился со своей задачей: Кагуя стал сильнее. «Допинг» в виде экспериментальных препаратов как нельзя лучше этому поспособствовал. Они почти в два раза увеличили его объём чакры и на порядок повысили физические характеристики. Как известно, вместе с ростом количества энергии для сохранения баланса необходимо развивать и контроль. Последним подросток и занимался практически всё своё свободное время. Контроль также позволил ему изучить больше стихийных техник и уменьшить количество печатей для тех, с которыми он уже был знаком. Стоило также упомянуть и Шикоцумьяку. В первую очередь перерожденец нацелился на то, чтобы попытаться совместить Геном с одной из Стихий. К сожалению, либо ему всё ещё не хватало контроля чакры, либо его Кеккей Генкай отвергал другой тип энергии… в общем, Стихия Воды никак не желала взаимодействовать с костями, а Стихия Ветра позволяла лишь напитывать их собой, добавляя им длинны, скорости вылета и остроты. Возможно, когда-нибудь он и сможет довести это до чего-то дельного, однако сейчас он вынужден мириться с тем, что есть. Во вторую очередь Ясухиро разрабатывал новые техники, основанные на Шикоцумьяку, а также развивал, как он его назвал, «режим Мертвеца». В этом режиме, как и до этого, его кожа, кровь и другие «внутренности» исчезали. Вместо плоти в этот момент у него сохраняется голубоватое проявление чакры, которое опоясывает поверхность костей, словно огонь. На данный момент его контроля хватало, чтобы изменить по отдельности либо руки, либо ноги, либо любую другую часть тела (кроме головы), на которую не требуется много чакры. К слову о чакре. Для поддержания даже всего лишь одной «оголённой» руки всё ещё требовалось колоссальное количество энергии. Эта техника высасывала её, словно чёрная дыра, зачастую оставляя полностью истощённым. Однако плюсы от этого дзюцу, безусловно, оправдывали все минусы. Путём экспериментов с участием Ичиро, они узнали, что «режим Мертвеца» позволял начисто игнорировать любые физические атаки. Прочность костей становилась настолько высокой, что даже энергетические атаки могли нанести несущественный урон лишь в области их сочленения. И то сделать это могли лишь Стихия Ветра и Стихия Молнии. Но кроме повышения физических характеристик и увеличения количества чакры, препараты также модифицировали его тело. Сначала, как и планировалось, подросток получил повышенную регенерацию. Конечно, рассчитать конечный результат действия стимулирующего вещества на организм Кагуя было очень трудно, так что вместо заверенного восстановления средних ран получилось мгновенно заживлять лишь лёгкие{?}[Бета: Тут про тяжесть ран, а не про орган дыхания]. Но даже это было неплохим подспорьем в бою. Ещё после первых «сеансов» у Ясухиро возникло немало вопросов к учёному насчёт совмещения этого препарата и его Кеккей Генкая. Ведь при извлечении костей открываются раны. Да, Шикоцумьяку после этого их восстанавливало, однако если эти самые раны будут регенерировать слишком рано? Или быстро? Не будет ли она только мешать? Оказалось, что Ичиро не зря долгое время уделял изучению его Улучшенного Генома. По его словам, организм Кагуи не считает раны при извлечении костей «ранами» в классическом понимании этого слова, то есть теми, которые нужно лечить, и из-за которых он может погибнуть. Таким образом, повышенная регенерация никак на них не влияет. Следующим улучшением стал полный иммунитет к большинству известных ядов. Понятное дело, что такой шиноби, как Ичиро, у которого призывные животные — это змеи, а специализация — ирьенин, должен разбираться в этом деле. Не зря всё-таки Хокаге во время Первой мировой отправил его на фронт с Суной. В общем, оказалось, что для повышения иммунитета к токсичным для подростка веществам не нужно было создавать специальные препараты. Учёный сделал намного проще: он просто вводил в его тело очередной яд, ожидая, пока организм не справится с ним сам. Если он видел, что перерожденец не справлялся сам, то выводил его из тела, а затем, подождав, пока Кагуя немного очухается, вновь вводил. Так продолжалось до тех пор, пока не появлялся иммунитет. Жестоко? Определённо. Во время таких «сеансов» Ясухиро готов был либо убить своего сенсея, чтобы тот прекратил так делать, либо убить самого себя, чтобы избавиться от чудовищной боли. Но цель, о которой мужчина напоминал каждый раз перед началом и после конца процедуры, заставляла воздерживаться его от всего этого. Третий и самый последний был связан с улучшением возможностей органов чувств. Слух, зрение, обоняние — всё это подверглось модификации. Конечно, он не научился видеть в темноте или слышать шорох муравья за километр, однако это сделало его более внимательным и готовым к бою. Больше за год они с Ичиро не успели ничего сделать. Но даже так, после всего этого Ясухиро значительно продвинулся в личной силе. Комментарий к Часть 57 А вот и скип. Грядёт служба в АНБУ. Думаю, что эта глава должна была дать вам пищу для размышления. — Привет, ребята. Я надеюсь, что у вас сейчас там всё хорошо. У меня вот день рождения недавно был. Да… пятнадцать исполнилось. Помню, год назад мы тоже отлично провели время. Спасибо вам за это. В этот раз, конечно, тоже было неплохо, хоть меня никто и не поздравил. Тихий смешок раздался в кладбищенской тишине. — Ну а что? На сенсея я не злюсь, он хорошо если знает, что я вообще существую. Дейки же и остальные мелкие и знать об этом не должны. Я же им об этом не говорил. К слову… Ха, капитан, вы были правы, когда говорили о грубости своего сына. Этот мальчик умеет выводить из себя, хотя, вроде, мы с ним нашли общий язык на почве тренировок. В любом случае я продолжу помогать ему, чем смогу. И глаза ваши сохранил. Как и обещал… Беловолосый теперь уже подросток немного помолчал, а затем вновь заговорил: — Да… А ведь казалось, что всё это было лишь вчера. А уже прошёл целый год{?}[Бета: Тут ничего не было. По смыслу подходит только год, но автор мог иметь в виду месяц или ещё что-то другое. Если неверно, то можно в любой момент это исправить]. Быстро же летит время… Хех, говорю уже как старик. Чин, ты бы наверняка уже надо мной подшутил. А Цунами тебе бы за это дала щелбан. Эх… если бы у меня была сестра… или брат. Интересно каково это. Кстати, надеюсь, вы уже признались друг другу, Нишия, Дайцуки. А то даже я — не особо разбирающийся в этих делах — всё знал и понимал. Хм… Может и со мной когда-нибудь такое произойдёт? Хотя… Был уже случай. Вы представляете, Хьюги хотели меня под предлогом женитьбы забрать к себе в клан и сделать фактически вассалом. Интересно, да? Благо, оказалось, что глава, что его дочурка — люди разумные. Они были против этого брака. Как мне потом сказал Кишио, это было решение Совета старейшин. Так что он тоже был рад, когда я отказал, хоть и постоянно напоминал мне, что сделал я это слишком резко и прямолинейно. В общем, мне потом ещё не раз приходилось ходить на подобные «чаепития» в другие кланы. Они, конечно, были менее провокационными, но факт остаётся фактом: кланы конкретно так во мне заинтересованны. Не думал я, что в один момент стану объектом для охоты… В последний раз бросив взгляд на шесть фотографий бывших сокомандников, которые стояли на сером мраморном надгробии, Ясухиро положил по два цветка{?}[Бета: В Японии с таким количеством цветов пойдут на свидание, но, так как тут стоят теги АУ и ООС, я это исправлять как ошибку не буду] около каждой из них. Протерев золотую медаль, лежавшую посередине, он напоследок слабо улыбнулся: — Ну что ж… Пойду я. Тобирама-сан, думается мне, ждать не любит. Шагая мимо могил на кладбище Конохи, перерожденец не переставал теребить медальон на шее. Его голову заполонили воспоминания. Но не далёкие, какие как о войне, а о недавних событиях. Ичиро справился со своей задачей: Кагуя стал сильнее. «Допинг» в виде экспериментальных препаратов как нельзя лучше этому поспособствовал. Они почти в два раза увеличили его объём чакры и на порядок повысили физические характеристики. Как известно, вместе с ростом количества энергии для сохранения баланса необходимо развивать и контроль. Последним подросток и занимался практически всё своё свободное время. Контроль также позволил ему изучить больше стихийных техник и уменьшить количество печатей для тех, с которыми он уже был знаком. Стоило также упомянуть и Шикоцумьяку. В первую очередь перерожденец нацелился на то, чтобы попытаться совместить Геном с одной из Стихий. К сожалению, либо ему всё ещё не хватало контроля чакры, либо его Кеккей Генкай отвергал другой тип энергии… в общем, Стихия Воды никак не желала взаимодействовать с костями, а Стихия Ветра позволяла лишь напитывать их собой, добавляя им длинны, скорости вылета и остроты. Возможно, когда-нибудь он и сможет довести это до чего-то дельного, однако сейчас он вынужден мириться с тем, что есть. Во вторую очередь Ясухиро разрабатывал новые техники, основанные на Шикоцумьяку, а также развивал, как он его назвал, «режим Мертвеца». В этом режиме, как и до этого, его кожа, кровь и другие «внутренности» исчезали. Вместо плоти в этот момент у него сохраняется голубоватое проявление чакры, которое опоясывает поверхность костей, словно огонь. На данный момент его контроля хватало, чтобы изменить по отдельности либо руки, либо ноги, либо любую другую часть тела (кроме головы), на которую не требуется много чакры. К слову о чакре. Для поддержания даже всего лишь одной «оголённой» руки всё ещё требовалось колоссальное количество энергии. Эта техника высасывала её, словно чёрная дыра, зачастую оставляя полностью истощённым. Однако плюсы от этого дзюцу, безусловно, оправдывали все минусы. Путём экспериментов с участием Ичиро, они узнали, что «режим Мертвеца» позволял начисто игнорировать любые физические атаки. Прочность костей становилась настолько высокой, что даже энергетические атаки могли нанести несущественный урон лишь в области их сочленения. И то сделать это могли лишь Стихия Ветра и Стихия Молнии. Но кроме повышения физических характеристик и увеличения количества чакры, препараты также модифицировали его тело. Сначала, как и планировалось, подросток получил повышенную регенерацию. Конечно, рассчитать конечный результат действия стимулирующего вещества на организм Кагуя было очень трудно, так что вместо заверенного восстановления средних ран получилось мгновенно заживлять лишь лёгкие{?}[Бета: Тут про тяжесть ран, а не про орган дыхания]. Но даже это было неплохим подспорьем в бою. Ещё после первых «сеансов» у Ясухиро возникло немало вопросов к учёному насчёт совмещения этого препарата и его Кеккей Генкая. Ведь при извлечении костей открываются раны. Да, Шикоцумьяку после этого их восстанавливало, однако если эти самые раны будут регенерировать слишком рано? Или быстро? Не будет ли она только мешать? Оказалось, что Ичиро не зря долгое время уделял изучению его Улучшенного Генома. По его словам, организм Кагуи не считает раны при извлечении костей «ранами» в классическом понимании этого слова, то есть теми, которые нужно лечить, и из-за которых он может погибнуть. Таким образом, повышенная регенерация никак на них не влияет. Следующим улучшением стал полный иммунитет к большинству известных ядов. Понятное дело, что такой шиноби, как Ичиро, у которого призывные животные — это змеи, а специализация — ирьенин, должен разбираться в этом деле. Не зря всё-таки Хокаге во время Первой мировой отправил его на фронт с Суной. В общем, оказалось, что для повышения иммунитета к токсичным для подростка веществам не нужно было создавать специальные препараты. Учёный сделал намного проще: он просто вводил в его тело очередной яд, ожидая, пока организм не справится с ним сам. Если он видел, что перерожденец не справлялся сам, то выводил его из тела, а затем, подождав, пока Кагуя немного очухается, вновь вводил. Так продолжалось до тех пор, пока не появлялся иммунитет. Жестоко? Определённо. Во время таких «сеансов» Ясухиро готов был либо убить своего сенсея, чтобы тот прекратил так делать, либо убить самого себя, чтобы избавиться от чудовищной боли. Но цель, о которой мужчина напоминал каждый раз перед началом и после конца процедуры, заставляла воздерживаться его от всего этого. Третий и самый последний был связан с улучшением возможностей органов чувств. Слух, зрение, обоняние — всё это подверглось модификации. Конечно, он не научился видеть в темноте или слышать шорох муравья за километр, однако это сделало его более внимательным и готовым к бою. Больше за год они с Ичиро не успели ничего сделать. Но даже так, после всего этого Ясухиро значительно продвинулся в личной силе. **** А вот и скип. Грядёт служба в АНБУ. Думаю, что эта глава должна была дать вам пищу для размышления. ---------- Том 1 Глава 58 Подросший и повзрослевший из-за стимулирующих препаратов Ясухиро стоял напротив вечно хмурого Тобирамы. Помимо них, в затемнённой комнате подземного комплекса, где из мебели были лишь стол, кресло и шкафчик сзади, стояло ещё четверо: Сарутоби Хирузен, Шимура Данзо, Учиха Кагами и Акимичи Торифу. Кагуя с незамутнённым интересом искоса наблюдал за ними. «Интересно… Очень интересно. Не думал я, что буду в одной команде с такими людьми, как они». Сенджу пронзительным командирским взглядом оглядел каждого. Сложно сказать, удовлетворён ли он был своими новыми подчинёнными, впервые увидев их перед собой в полном составе. Тем не менее он прекрасно знал и понимал, кого приглашал на эти ответственные должности. — Итак, название нашей команды будет Гоей Бутай{?}[Бета: 護衛部隊 — блок эскорта]. Вы не будете рядовыми членами АНБУ, а следовательно — будете выполнять другую работу. Очевидно, что такой отряд я не отправлю на ловлю нукенинов, шпионаж или диверсии. Этим есть кому заняться. В первую очередь ваши задания будут касаться вопросов безопасности Конохи. Напряжённая ситуация с другой деревней на границе, крупномасштабная вылазка на вражескую территорию, присутствие на дипломатических встречах — всё это требует вашего и моего непосредственного участия. Тобирама немного помолчал, давая отряду осознать услышанное. Затем он указал на стол, где лежала сложенная униформа, состоящая из водолазки на длинный рукав, плотного жилета, свободных штанов и высоких ботинок. Все элементы одежды были белого цвета. Ключевыми фигурами при этом были маски различных животных. — Отныне на заданиях вы должны носить это. Хирузен, у тебя будет маска обезьяны, Данзо — сокола, Кагами — кота, Торифу — кабана, Ясухиро — ежа. Забирайте. Подойдя последним к столу, подросток взял в руки маску и мазнул по ней любопытным взглядом. На ощупь она была жёсткой, но в то же самое время удобной для ношения. Хмыкнув, он надел её на голову и повернул на бок, чтобы лицо оставалось открытым, а затем вернулся в «строй». Сенджу тем временем продолжил: — Вы обладаете правом командовать на заданиях остальными членами АНБУ, будете получать повышенное жалование. Вашим непосредственным капитаном буду я, однако Хокаге, как главнокомандующий, также может отдавать вам приказы. Имейте в виду, что миссий у вас будет немного, но каждая из них непременно дойдёт до S ранга, требуя максимальной отдачи. Тут стоит уточнить, что я всё это время говорил о вас как о команде. По отдельности я тоже могу посылать вас на задания другого профиля. Будьте готовы взять на себя командование любым другим отрядом АНБУ. Есть вопросы? Коротко переглянувшись, новоиспечённые члены команды Гоей Бутай ответили синхронно: — Вопросов нет! — Хорошо… — удовлетворённо протянул Тобирама. — Первое задание для вас уже есть. Завтра на рассвете вы отправитесь со мной в Кумо в качестве сопровождения. Я должен буду провести переговоры с Райкаге. Готовьтесь к нападению или диверсии. Никто не может гарантировать нашу безопасность. — Хай, Тобирама-тайчо! — воскликнули ребята. — В моё отсутствие на задании назначаю главным Хирузена. Нетрудно было заметить, как дёрнулся в этот момент Данзо. — И да, советую вам сегодня, пока есть время, познакомиться, если вы этого не сделали раньше. Лучше начать строить командную работу с этого малого, но очень важного шага. *** Времени до конца дня оставалось ещё много, так что по всеобщему согласию решено было зайти в ближайшее кафе, где можно перекусить и переговорить. К глубочайшему изумлению Ясухиро, этим самым «ближайшим кафе» оказалось «Сладкое удовольствие», в котором он за этот год чуть ли не поселился. А что? Он всё бы отдал за тот чай, который там готовят. Но больше, казалось, удивлены были ребята, когда при входе в кафе, словно из воздуха, материализовалась молодая светловолосая девушка и тут же подскочила к Кагуе. — Ясухиро-сан! Вам как обычно? Она искренне ему улыбнулась, краем глаза отметив стоящих позади него людей. — Спасибо, Джина, но как обычно сегодня не получится, — подросток ответил на улыбку, кивком головы указав на остальных. — Дело в том, что я с компанией. Для нас будет столик? — Для вас и для ваших друзей места в этом месте всегда найдутся! — с энтузиазмом заверила его она и махнула рукой. — Проходите за мной. Повела она народ в сторону одного из углов кафе, где располагались столы побольше и где вместо деревянных стульев были диваны с двух сторон. Следуя в шаге за девушкой, перерожденец почувствовал, как кто-то приблизился за спиной и еле слышно проговорил: — Часто здесь бываешь? Подросток узнал в этом голосе Хирузена. Слегка отвернув голову, он встретился с его глазами полными любопытства и коротко хмыкнул: — Часто. Очень даже. Больше никаких разговоров во время пути не было. Заняв стол, Ясухиро и Хирузен сели за один диван, остальная тройка — за другой. Не теряя зря времени, официантка сразу же начала раскладывать меню, не оставив его лишь напротив Кагуи. — Ясухиро-сан, вы будете что-то ещё, кроме чая? — помня о его главном пристрастии, уточнила она. — Сегодня, пожалуй, обойдусь только им, благодарю, — немного подумав, ответил перерожденец. — Хорошо, — девушка понятливо кивнула, а затем обратилась и к остальным: — Хотите что-то заказать прямо сейчас, господа? — Тоже чай, пожалуйста, — подал голос всё тот же Хирузен. — И нам, — поддержали его Данзо и Кагами. Все обернулись на невозмутимого Акимичи, который после того, как получил меню, заметно оживился, с горящими глазами по нему бегая. Перевернув и просмотрев, казалось, все страницы, он, наконец, выбрал то, чего так сейчас, как и, впрочем, всегда, желал больше всего на свете: — Мне, пожалуйста… жареные рёбрышки под соусом из белых грибов, стейк из говядины, запечённый картофель, блинчики с сыром и ветчиной, два классических рамена, овощное рагу, три фрикадельки, вареное куриное филе, два молочных коктейля и три кусочка шоколадного торта. Когда пулемётная очередь из заказов прекратилась, все до единого, особенно девушка, с глубочайшим шоком на лице уставились на довольного Торифу. Тот, как ни в чём не бывало, отложил меню в сторону, оглядел вытаращихся на него людей и недоумённо выгнул бровь. — Что? — Эм… ладно, — избавившись, наконец, от ступора, странно протянула она, а потом вернула себе прежний настрой. — Хорошо, я всё передам нашему повару, — начиная уже отходить от стола, она резко обернулась, будто что-то забыла. — Кстати, Ясухиро-сан, так как вы заказали больше пяти блюд, сегодня для вас всех скидка. Все ваши заказы выйдут вам в половину стоимости. — О, круто! — не сложно было догадаться, кто радовался этому больше всех. — Джина… — закатил глаза Кагуя. — И не надоело тебе придумывать поводы для скидок? Начальник разве тебя за это не ругает? — А он об этом не знает, — хихикнула девушка, уносясь в общий зал. — Спасибо… — по-доброму усмехнулся ей в спину подросток. Долго в тишине ребята не сидели. Вернее будет сказать, как только Джина ушла, то сразу же потихоньку потёк разговор: — Ну что, давайте знакомиться что ли? — хлопнул в ладони Сарутоби, энергично оглядев всех. — Начну, пожалуй, с себя. Меня зовут Сарутоби Хирузен. Мне двадцать два года. Люблю деревню, свою жену и курить. Не люблю, когда она запрещает мне делать последнее. Следующим подал голос шедший по стопам Тобирамы, то есть такое же угрюмый и словно чем-то недовольный Данзо: — Моё имя Шимура Данзо. Мне тоже двадцать два. Единственное, к чему я могу испытывать положительные эмоции — это Коноха и тренировки. Много чего ненавижу, но больше всего предателей и… Хирузена. — Хе-хе-хе… — не сдержал смешок упомянутый, вызывающе улыбаясь фыркнувшему лучшему другу. — Я Учиха Кагами. Двадцать пять лет. Готов на многое ради клана и селения. Не люблю пустую трату времени, — рубленными фразами проговорил светлокожий юноша с тёмными, как и у всех Учих, глазами и с короткими чёрными взъерошенными волосами, спадающими ниже лба, закрывающими протектор и обрамляющими его лицо. Поняв, что очередь дошла и до него, следом начал представляться Акимичи, имевший короткие взъерошенные каштановые волосы и тёмные отметины вокруг глаз, отличающийся от остальных двумя клановыми особенностями — очень крупным телосложением и маркировками на щеках. — Меня зовут Акимичи Торифу. Мне двадцать четыре года. Я люблю кушать. Не люблю ждать, пока готовится еда. Прямо как сейчас… Наблюдая за приунывшим товарищем, Ясухиро сделал один вывод: «В итоге никто ничего дельного так и не сказал… Что ж, было бы странно, если бы они так взяли и выложили всё о себе без пяти минут незнакомым людям. Значит, сделаю также». — Моё имя Кагуя Ясухиро. Мне пятнадцать лет. Мне нравится… Тут он запнулся, не зная, что сказать дальше. Остальные члены команды Гоей Бутай выразительно уставились на самого младшего среди них, пока тот пытался собраться с мыслями. «Если так подумать, то мне ничего не нравится… Семьи, как и друзей, у меня нет, Коноха не вызывает тёплых чувств, тренируюсь я для того, чтобы не сдохнуть, а привычки или еду не считаю чем-то, на что стоит обращать внимание. Ха… Только сейчас задумался об этом… В конце концов, каков сейчас смысл моей жизни? Впрочем, мне хватит лишь обещания, данного Ацуши. Хотя бы это оставляет во мне желание жить». — Получается… — после ещё одной минуты молчания, Кагуя, наконец, горько усмехнулся: — Единственное, что, а вернее будет сказать, кого я любил — погибли… Однако ненависть во мне также ничего не вызывает. Больше мне нечего добавить. **** Грустно всё-таки. Дослушав Белого Дуба и получив хайповый шмот, в котором смело можно идти на вечеринку любителей животных, Костяк и его новая Ко потопали в ставшую любимой кафешку, которая на самом деле является скрытым стрип-клубом (Просто Костяк не был в подвале), чтобы пояснить за имя, возраст, любимки и нелюбимки. ---------- Том 1 Глава 59 Ранним утром в роскошном, но всё таком же пустом доме, в ванной, которая по размеру могла поспорить с однокомнатной квартирой, перед овальным зеркалом, усыпанным позолотой по бокам, стоял беловолосый юноша. Успев уже переодеться в выданную форму АНБУ, он сполоснул лицо ледяной водой, дабы окончательно прийти в себя после сна. Вперившись изучающим взглядом в собственное отражение, Ясухиро не мог не отметить, что белая одежда неплохо подходила не только к его волосам, но и к голубо-зелёным глазам, удручённо смотрящим на себя в зеркале в попытках найти в них готовность к действиям. Из-под палки работать не захочет никто, а по-другому назвать службу в АНБУ Кагуя не мог. — Как же крепко меня держит это обещание… верно, Ацуши-тайчо? Горькая усмешка на покрытом шрамом лице не стала новой эмоцией, не раз появляясь за этот год. Пустым взглядом наблюдая за тем, как последние капли воды словно нехотя стекали с подбородка, падая в керамическую раковину, юноша вспоминал знакомство с отрядом Гоей Бутай. Не сложно было догадаться, что явное чувство дежавю преследовало его весь вечер. Знакомство с новой командой. Будущие совместные задания. Одна цель и идея. Другие лица, но суть осталась прежней. Ребята не вызывали чувства отторжения, а были вполне приятными и интересными на разговор. По крайней мере, так казалось на первый взгляд. Хирузен был эдаким заводилой, центральным ядром группы. Лидерские качества уже сейчас были заметны в нём невооружённым глазом. Он любил поговорить, быть везде и решать вопросы за других. Но, несмотря на это, был довольно рассудительным и внимательным. Теперь понятно, почему Тобирама в сериале выбрал в качестве Третьего Хокаге именно его, а не, например, Данзо. К слову о нём. Лучший друг Сарутоби, конечно, не был тем заядлым параноиком, которым его показали в мультфильме. По крайней мере пока. Он скорее был очень скрытным, сдержанным и хорошо скрывал свои эмоции, изредка проявляя на свету лишь раздражение и язвительность в сторону Хирузена. Про Кагами и Торифу юноша помнил намного меньше. Откровенно говоря, практически ничего. Но в ходе разговора он пришёл к выводу, что первый был чрезвычайно серьёзным и даже немного чёрствым. Он ни разу за весь вечер не улыбнулся и большую часть времени предпочитал отмалчиваться. Второй был человеком простым и открытым. Добряком назвать его было трудно, но нельзя отрицать, что он был слегка мягковат для шиноби. Хотя Ясухиро не стал себя обманывать. Он был уверен, что Акимичи на самом деле обладал уверенностью и силой духа. В конце концов Тобирама не стал бы брать абы кого в элитный отряд АНБУ. Шумно выдохнув, Кагуя упёрся руками о раковину, с силой зажмурив глаза. Его голову никак не хотели покидать мысли о том, что всё может повториться. «Мне не стоит к ним привязываться. Они, можно сказать, коллеги по работе. Ничего общего, кроме выполнения заданий, у нас нет и быть не должно. Буду с ними максимально холоден и говорить только по делу. Никаких откровений. Я и так уже сказал им больше, чем нужно было. Нужно забыть о дружбе». В последний раз взглянув на отражение, он не смог сдержать кривой ухмылки. — Кого я обманываю… *** — Все здесь? Отлично. Одетый в свой излюбленный синий доспех с белым меховым воротником поверх простой чёрной одежды Тобирама удовлетворённо оглядел своих подчинённых в новой форме. Только-только начинающее выглядывать из-за горизонта утреннее солнце придавало белым одеждам теплоты и яркости. Прошедший за ночь дождь существенно понизил температуру воздуха, сделав его немного удушливым. Плотный туман, который был не типичным природным явлением для Страны Огня, окутывал всё вокруг, включая начинающийся лес в стороне от стены вокруг Конохи. Около открытых ворот собралось приличное количество народа. Хокаге в том числе. Всё-таки это была официальная дипломатическая миссия, которая может изменить отношения между Листом и Облаком. Потому «дипломатов» в лице Тобирамы и Гоей Бутай было решено «провести». Формальность, конечно, но формальность нужная. Среди людей Ясухиро смог выцепить тройку детей, которые не нуждались в представлении. Цунаде, Джирайя и даже Орочимару смотрели на шиноби в масках с нескрываемым любопытством. Интересно ведь знать, кого сам брат Хокаге взял к себе в «охранники». Юноша не сдержал короткого смешка под маской, увидев позади них мрачного, словно туча, Ичиро. Причиной его праведного недовольства заключалась в том, что, как только он закончил обучение Кагуи, Хокаге следом повесил на него новую тройку детей. И хотя сами дети не возражали (Орочимару тщательно скрывал, но испытывал радость от того, что, наконец, сможет тренироваться под крылом отца), что будут обучаться у старого знакомого Хаширамы, но вот сам учёный предпочёл бы заниматься своими экспериментами, а не «нянчиться со спиногрызами». Поспорить с решением Хокаге он не мог, отчего ещё сильнее впадал в уныние. Дейки, понятное дело, здесь не было. Всё же Ясухиро не распространялся о том, что собирается вступить в секретное боевое подразделение. Перед этим он успел поговорить с мальчиком о том, что с этого дня будет пропадать на некоторое время, назвав это «вынужденными миссиями». Хоть Учиха и пытался показать, что ему на это всё равно, поникшие глаза и плотно поджатые губы выдавали его с головой. Эти скрытые эмоции и отношение не могли не радовать перерожденца. — Удачи вам. Надеюсь, ваша миссия пройдёт успешно, — то был Хаширама, одетый в традиционный наряд Хокаге, который, словно император, снизошедший до простых смертных, выделялся на фоне остальных особо сильно. Тобирама коротко кивнул брату, в последний раз оглядел собравшихся, свой отряд и наконец скомандовал: — Выдвигаемся. *** Туман преследовал отряд весь их путь. Казалось, что в эти дни такая погода опустилась на территорию всех стран. А с учётом того, что шиноби Конохи менее чем за семьдесят часов успели добраться до границы Страны Огня, пересечь Страну Горячих Источников и Страну Мороза, можно было утверждать, что видели они за это время немало. Конечно, на пути к Стране Молний они часто встречали шиноби других деревень — не только Облака. Все они настороженно зыркали на команду, возглавляемую братом Хокаге, но подходить не смели. Провоцировать же их Тобирама не собирался — не то время и не то место. Да и нецелесообразно это сейчас делать, особенно учитывая их задание. Естественно, без привалов не обошлось. Всё-таки насколько сильны они не были, но отдых нужен всем. Обычно в это время трое спали, а трое следили за периметром. Разговоры были настолько редки, что за всё «путешествие» хорошо, если прозвучало пару фраз, не относящихся к миссии. Все были напряжены, серьёзно настроены и собраны. Даже Торифу воздерживался от еды и употреблял её лишь тогда, когда и все. Большая часть территории страны Молнии была испещрена высокими горами, в вышине которых часто происходили грозы. Вероятнее всего, из-за этого природного феномена эта страна и получила свое название. Также по горным хребтам стекало множество рек, начиная от больших и широких, заканчивая маленькими и узкими. Нельзя было не отметить, что это выглядело довольно красиво. Ещё одной особенностью здешнего ландшафта было большое количество природных горячих источников, в одном из которых команда даже решила остановиться. Слежку за собой шиноби Конохи почувствовали ещё с момента пересечения границы. Это было вполне логично и даже нормально, взяв во внимание, что они в данный момент находились на хоть и не вражеской, но всё же чужой территории. Стойко игнорируя внимательные взгляды в спину, они без происшествий и приключений добрались, наконец, до Кумогакуре-но Сато. Оказалось, что их уже встречали. Видимо, те, кто за ними следили, успели предупредить об их приближении заранее. Перед раскрытыми довольно низкими воротами жёлто-синего цвета, расположенными между двух высоких скал, стояло четверо шиноби с повязками Облака. Впереди всех находился высокий, но достаточно худощавый светлокожий шиноби с болотно-зелёными волосами и тёмными глазами, один из которых был закрыт повязкой. Его вытянутое лицо было изуродовано всевозможными шрамами и следами от чего-то похожего на ожоги. В общем, жути наводил он знатно. — Добро пожаловать в Деревню, Скрытую в Облаке, достопочтенные шиноби Конохи! Комментарий к Часть 59 Полюбовавшись своим отражением и сделав определённые выводы о новой команде, Константин Кагуевич отправился ни свет ни заря на встречу подписчиков. Полюбовавшись на провожающих и мысленно поглумившись над Змеём старшим, он отправился вместе с остальными дыпломатами строить коммун... Кхм... дружественные отношения с другой деревней, на входе перед которой их встретил капец какой стрёмный мужик. ---------- Том 1 Глава 60 Первый Райкаге был очень высоким темнокожим мужчиной средних лет с длинными, тёмными и лохматыми волосами, частично скрывающими его белый протектор Облака. У него были выразительные чёрные глаза, большой нос и губы. Его брови «домиком» подчёркивали угрюмое выражение лица. Он носил тёмное кимоно с высоким воротом, поддерживаемое белым поясом. Поверх кимоно был надет традиционный кремовый плащ Райкаге со шляпой на голове такого же цвета. На его шее висел завязанный фиолетовый шарф. Встретил он их в качестве жеста доброй воли в самом сердце Кумогакуре — в Резиденции Райкаге. Это сооружение имело шарообразную форму, находясь в самой высокой башне деревни. На вершине Резиденции можно было заметить множество растительности, состоящей из деревьев и кустов, растущих прямо из поверхности скалы. Сам кабинет главы Деревни, Скрытой в Облаках, был просто огромным. Будучи выполненным всё в тех же жёлто-голубых тонах, он больше походил на зал для крупных собраний, но отнюдь не для встречи нескольких шиноби. Два небольших дивана в центре комнаты и такой же небольшой монолитный столик между ними не особо занимали место, подтверждая странность подобной планировки. Вообще, Кумо имело довольно необычный внешний вид. Ясухиро выделил два своеобразных уровня. Первый состоял из зданий, построенных в горах либо выпирающих из скал, которые нередко были скрыты белёсыми облаками. Второй был более классическим: его составляли сооружения внизу, на земле. Таким образом, именно эти два «этажа» составляли цельную картину Кумогакуре. В данный момент Первый Райкаге и Тобирама сидели напротив друг друга и вели размеренный разговор. Позади Эя — так звали правителя Облака, стояло трое шиноби, один из которых был тот самый жуткий мужик, ожидавший около ворот. Хотя Ясухиро готов был поклясться, что помимо этой тройки за их встречей наблюдало некоторое количество людей из укрытия. Позади Тобирамы же находилась его команда, давая понять, что спина его под надёжной защитой. Хотя шиноби Облака, в том числе и Райкаге, увидев впервые странных ниндзя Конохи в масках и белых плащах, сперва удивились. Затем, когда первое удивление прошло, насторожились. Ведь не видеть потенциального врага в лицо — не очень приятная вещь, заставляющая заранее испытывать к нему нехилое подозрение. Однако никто никакой агрессии не проявлял, так что обе стороны держали себя в руках и вели себя уважительно друг к другу. Ясухиро не особо вслушивался в переговоры Сенджу и Эя. Его никогда особо политика не интересовала, да и лезть он в неё никогда не собирался. Его задачей сейчас является защита капитана команды от потенциальной угрозы, а не встревание в дипломатические вопросы. Но часть разговора его всё-таки заинтересовала: — Так значит, вы хотите наладить торговлю между нашими Какурезато, верно, Тобирама-сан? — сложив в своей излюбленной манере руки, Райкаге не просто говорил, а просто-напросто давил своим тяжёлым взглядом на собеседника. Тобирама, впрочем, был отнюдь не из тех, кто прогнулся бы под подобным давлением, а потому ответил ему не менее твёрдо и лаконично: — Верно, Эй-сан. Хокаге-сама считает, что сотрудничество между нашими деревнями поможет наладить экономику после войны. С учётом того, что Коноха имеет наибольшее количество плодородных полей, а Кумо меньше всех потеряла в экономическом плане, процесс купли-продажи вполне имеет место быть. — Хм… Это вполне приемлемо, — словно нехотя отозвался темнокожий мужчина спустя минуту раздумий. — Тогда подробности этого можно будет обговорить позже. Но, думается мне, вы хотели предложить что-то ещё? Эй выразительно уставился на собеседника, без труда прочитав этот ход. — Да, вы вновь оказались правы, — несмотря на вежливость в голосе, было прекрасно видно, что он предпочёл бы поговорить с ним совсем по-другому. — Вы наверняка знаете, что даже сейчас, после года, как окончилась Первая Война, ясно, что рано или поздно случится и Вторая. Она будет куда более кровавой, жестокой и разрушительной для Какурезато. Некоторые деревни, скорее всего, исчезнут с лица Земли, другие останутся полуразрушенными. Погибнет много шиноби, изменятся территории. В таких условиях выживать в одиночку какой-либо Стране невероятно трудно. Именно поэтому Коноха предлагает Кумо подписать акт о взаимном ненападении до и во время Второй мировой войны Шиноби… *** — Значит ли это, что Кумогакуре выполнит своё обещание? В Облаке они задержались на целых три дня. Оказалось, что существует негласная традиция, согласно которой вести переговоры лишь один день — неприлично и может означать неуважение к другой стороне. За это время, к счастью или сожалению, единственное, что АНБУ и Тобирама могли наблюдать — это Резиденцию Райкаге и элитную гостиницу, в которой их поселили на это время. По понятным причинам Эй не собирался давать чужакам просто так разгуливать по своей деревне. Всё это было сказано весьма завуалированно и обтекаемо, однако посыл оставался ясен как день. Конечно, изучить изнутри чужую деревню ниндзя было бы довольно полезно, однако даже без этого хотелось просто прогуляться по ней. Всё-таки сидеть долгое время в четырёх стенах — занятие скучное и малоприятное. Но когда третий день подошёл к концу, команда, наконец, покинула Деревню, Скрытую в Облаке. Сейчас они уже не находились на территории Страны Молнии, сделав небольшой привал, когда почувствовали, что слежка от них в конце концов отстала. — Сложно сказать, — ответил Тобирама на вопрос Хирузена, наблюдая вместе с Ясухиро за горящим костром, пока Данзо, Торифу и Кагами занимали позиции немного в стороне, наблюдая за территорией вокруг. — Райкаге не сказал «да» или «нет». На самом деле было бы странно, если бы он так сделал во время первых же переговоров. Ведь впереди будут ещё и будет их много. Нам остаётся лишь надеяться на то, что он согласится. Хирузен в ответ промолчал. Тогда, казалось, впервые за всё путешествие в Страну Молнии, решил подать голос Ясухиро: — Тобирама-тайчо, действительно ли Листу понадобится помощь другой Какурезато в следующей войне? Казалось, на каменном лице Сенджу на секунду промелькнуло изумление. Он с выгнутой бровью уставился на невозмутимого подростка, продолжающего умиротворённо разглядывать поднимающиеся вверх языки пламени. Коротко хмыкнув, он вернул свой взгляд малиновых глаз к костру. — Сложно сказать… — повторил он. — После Первой Войны все Пять великих стран шиноби захватили территории малых стран. Теперь речь пойдёт о войне на землях друг друга. Территория Страны Ветра практически полностью покрыта пустыней, Страна Земли — безжизненными каменными равнинами, Страна Молнии, как мы могли недавно видеть, — горами и скалами, Страна Воды вообще страдает из-за чрезмерно влажного климата и малого количества территорий в виде нескольких островов. Наша страна же объективно имеет при себе лучшие земли, которые будут лакомым кусочком для любой другой деревни. Боюсь представить, что будет, если остальные объединятся, чтобы разделить нас между собой. Узушио, конечно, нам поможет, однако этого будет мало сразу против четырёх Какурезато. Именно поэтому нужно как можно быстрее заключить союз с одной из них. Облако мы выбрали, потому что мы с ними не воевали в предыдущей войне. Поэтому шанс на благоприятный исход наших дипломатических встреч весьма велик… Только Хирузен хотел задать ещё один вопрос, как к костру подбежал взволнованный Торифу, который без лишних слов принялся докладывать: — Тобирама-тайчо! Нами было замечено двое неизвестных шиноби! Они на большой скорости движутся прямо в нашу сторону! — Чёрт… — прошипел сквозь зубы Сенджу, в мгновение ока вскакивая со всего места, что сделали также и Сарутоби с Кагуей. — Насколько они сильны? — Очень. Они не скрывают свою чакру, чудовищное количество которой ощущается даже с такого расстояния. — Ясно… — Тобирама, который буквально секунду назад достаточно меланхолично сидел, поджав ноги, и подбрасывал поленья в пламя, тут же превратился в шиноби, прошедшего через Клановые Войны, участвующего в создании Деревни, Скрытой в Листве, наряду с Хокаге, управляющего ею в данный момент, а также создателя множества дзюцу, в том числе запретных. — Всем приготовиться к бою! Комментарий к Часть 60 Покачав права, Белобрысый и Черно... кхм... Уголёк обсудили планы на вечер и решили пока не собираться вместе бухать. Завуалированно друг друга послав... до следующей встречи, они разошлись по домам. Вернее домой потопали только Белобрысый и его Ко. Покумекав у костра и обсудив ситуацию (а точнее жопу, в которую попадёт Коноха через несколько лет), они повскакивали со своих насиженных мест, понимая, что к ним на всех парах мчатся двое из ларца, одинаковых с лица. ---------- Том 1 Глава 61 Надежды Ясухиро не сбылись: двумя догнавшими их шиноби действительно оказались братья Кинкаку и Гинкаку. Память подкинула ему воспоминания о знаменитой команде из Облака лишь сейчас — когда он увидел их перед собственными глазами. Как и подобает братьям, они были очень друг на друга похожи. Кинкаку был крепким шиноби атлетического телосложения и высокого роста, Гинкаку — чуть меньше, но не выглядел менее устрашающе. У обоих были светлого цвета глаза с тёмными склерами, а также сероватого оттенка кожа. У старшего были длинные белокурые волосы с чёрными концами, у младшего — серые. Эти особенности усиливались наличием у них двух чёрных роговых выступов, а также прямоугольной метки на носу. На щеках они вдвоём имели отметины, напоминающие усы. Их одежда была абсолютно идентична друг другу: стандартный бронежилет Кумогакуре с высоким воротником без рукавов необычного бело-пурпурного цвета. На лбах у них располагались протекторы Облака, а на руках — браслеты. На левом плече Кинкаку был вытатуирован знак, означающий «Золото», на правом плече Гинкаку — «Серебро». — Что всё это значит? Кумо решило напасть на дипломатов Конохи сразу после переговоров? Тобирама с прищуром рассматривал прибывших ниндзя, которые картинно остановились, взойдя на небольшую возвышенность, дождавшись, пока за его спиной не встанут все его подчинённые. Будучи готовым в любой момент сорваться в бой, он хотел сначала раздобыть как можно больше информации из уст нападавших, дабы потом использовать её в дальнейшем. — Ха… так значит, вы не слышали о Кингин Кьёдай? — оскалил кристально белые зубы старший из братьев, смотря на Гоей Бутай сверху вниз. — Слышали. Поэтому и спрашиваем. Вы понимаете, что ваши действия можно считать, как нападение на представителей шиноби Конохи, что может привести к войне между нашими деревнями? Ясухиро не совсем понимал, зачем Тобирама задавал риторические вопросы, учитывая, что ответ на каждый из них знали как братья, так и АНБУ. Только если для того, чтобы потянуть время. Как помнил подросток, в сериале эти шиноби побывали в желудке у Девятихвостого и выжили, получив часть его силы. Маркировки на щеках в виде усов подтверждали этот факт. Также они в своё время напали на Второго Хокаге и Второго Райкаге во время их переговоров, сильно раня первого и, вероятно, убив последнего. Сейчас они почему-то не стали атаковать внутри деревни, а дождались, пока отряд покинет Страну Молнии. Это наводило на мысли, что, вполне возможно, они всё ещё были верны Кумогакуре, раз уж решили не нападать на правителя деревни, который в этом мире был всё ещё Первый Райкаге. Также отличия от мультфильма заключались в том, что в руках у Кинкаку и Гинкаку не было странных предметов, которые, как помнил Кагуя, когда-то принадлежали самому Рикудо Сеннину. Это не могло не радовать, если знать, какую опасность они представляют. Однако даже так бурлящая внутри их тел чакра, количество которой у каждого из них было больше, чем даже у Тобирамы, заставляла покрываться потом и готовиться к тому, что битва будет не из лёгких. И это ещё мягко сказано… — Видно, что всё-таки вы плохо нас знаете… — на этот раз голос подал Гинкаку, хрустнув пару раз шей и кулаками. — Потому что нам плевать на Кумогакуре! Сражение началось слишком внезапно. Вот два брата расслабленно стоят на месте и насмешливо смотрят на напряжённых шиноби Конохи, как следом они уже бросаются в них сдвоенной огненной техникой, осветившей окружающие горы и безжизненную каменную равнину. От столь яркого и горячего пламени, жар которого ощущался даже на подлёте техники, казалось, сбежать или защититься было невозможно. В следующей же момент Ясухиро понял, почему Тобирама считается величайшим пользователем элемента Воды. Сложив всего несколько печатей, Сенджу без какого-либо внешнего источника воды сумел создать водяной вихрь, окутавший его команду, который за мгновение ока вырос в гигантский водоворот, похожий на торнадо. Два ужасающих по размерам и количеству вложенной чакры дзюцу некоторое время противостояли друг другу без продвижения в какую-нибудь из сторон. Однако спустя некоторое время обе техники наконец ослабели и вскоре самоуничтожились. Через образовавшийся обжигающий пар можно было заметить звериные оскалы братьев, ожидающих подобного исхода. Без слов они со скоростью молнии двинули напролом сквозь постепенно рассеивающуюся завесу, без страха в глазах врываясь в строй шестерых шиноби Конохи. *** Привычно вытащив кости из ладоней и окутав ими руки и туловище, Ясухиро бросился в ближний бой. Напитанные чакрой Ветра костяные клинки безуспешно пытались достать на удивление вёрткого для своего размера седоволосого шиноби из Кингин Кьёдай, который голыми руками отбивался одновременно от его атак, а также атак Хирузена и Кагами. Тобирама решил разделить отряд на две группы. Одна сражается с Гинкаку, другая, в которую входили соответственно Сенджу, Шимура и Акимичи — с Кинкаку. Это быстрое, но по своей сути отличное тактическое решение было обусловлено тем, что необходимо было компенсировать сильные и слабые стороны членов Гоей Бутай, дабы повысить эффективность команды и победить в схватке. Таким образом, в каждой из групп были шиноби, способные противостоять братьям в ближнем бою (Ясухиро и Торифу), способные поддержать их техниками ниндзюцу (Хирузен и Тобирама), а также же те, кто был по своей сути универсалом (Кагами и Данзо). Несмотря на это, шиноби Конохи всё ещё не добились идеальной командной работы. Вообще, можно считать, что это был их первый совместный бой, так что сложно было ожидать отличных результатов во взаимопонимании. Они не задевали друг друга и не мешали в особо важные моменты лишь за счёт опыта, который они приобрели за время войны. — Осторожно! Кагуя вовремя услышал за спиной крик Хирузена, решившего достать противника с помощью одной из техник Огня. Не оборачиваясь и полагаясь лишь на свою интуицию, подросток исчез в одной из костяных пластин, чтобы следом вылезти из другой немного в стороне. Пламя пролетело мимо него, но в Гинкаку не попало: тот вовремя ушёл с линии атаки, используя обычную Замену. Не теряя даром времени, перерожденец создал и разбросал рядом с оказавшимся около больших булыжников противником несколько новых пластин. Седоволосый шиноби, изучив действие этой странной техники, позволяющей Кагуе за короткий промежуток времени перемещаться в пространстве на небольшие расстояния, был готов к его появлению рядом из одной из таких. Однако прошла секунда, две, три, а подросток всё не появлялся, просто-напросто исчезнув. Нахмурившись, Гинкаку попытался понять смысл действий пацана, не находя в этом логики. Делал он это до тех пор, пока его взгляд не зацепился за красноватое свечение, исходящее откуда-то сбоку. Повернув голову, он разглядел не отсвечивающего доселе Учиху, наконец сообразив: «Иллюзия!» Быстро сложив одну единственную ручную печать, он еле слышно проговорил: — Кай. А в следующую секунду он чисто на одних рефлексах заблокировал выпад буквально материализовавшегося из ниоткуда Кагуи. Ясухиро, широко раскрыв глаза, не мог поверить, что мужчина сумел голыми руками остановить движение напитанного чакрой Ветра, а следовательно, чрезвычайно острого костяного клинка. Воспользовавшись заминкой подростка, Гинкаку потянул его на себя, ударил коленом в грудь и отправил в полёт, отбросив его в сторону одного из камней. Защита из костей смогла компенсировать все удары, кроме, пожалуй, того, что пришёлся на затылок, когда перерожденец влетел в твёрдую поверхность булыжника, заставив тот покрыться трещинами. Помотав несколько раз головой, он избавился тем самым от плывущей картинки перед глазами, хотя противный писк в ушах так и не прошёл. Немного пошатываясь, юноша поднялся на ноги и тут же, шестым чувством ощутив угрозу, ушёл с линии атаки одного из братьев, чей кулак, в опасной близости пролетевший мимо лица Кагуи, врезался в тот самый камень, раздробив его на мелкие кусочки. На подмогу Ясухиро пришли Хирузен и Кагами. Первый весьма искусно орудовал широким посохом, напоминая тем самым другого представителя клана Сарутоби, с которым был знаком подросток, второй же целиком и полностью полагался на Шаринган, имея возможность видеть все атаки оппонента, хоть и не всегда успевая вовремя на них реагировать. В основном по негласному соглашению было решено действовать так: Ясухиро брал на себя роль защитника, который мог без сильного вреда для себя блокировать выпады врага с помощью крепости костей, Хирузен атаковал Гинкаку посохом, пока тот был занят Кагуей, а Кагами, не подставляясь под удары, время от времени отвлекал его внимание, сбивая концентрацию и не позволяя наращивать темп с помощью гендзюцу. — Нда… так мы с вами ещё долго будем возиться… — раздражённо смахнув с лица лезшие в глаза волосы, Гинкаку одной серией атак отбросил от себя перерожденца и Сарутоби, переглянулся с проделавшим то же самое братом и по-звериному оскалился: — Значит, пора перейти к чему-нибудь посерьёзнее! Сдвоенный голос членов команды Кингин Кьёдай предзнаменовал новую волну опасности для Гоей Бутай. — Покров Биджу: Вторая версия! Комментарий к Часть 61 Тут собственно, особо говорить нечего: устроили буйные на голову школьники дикий махач стенка на стенку после уроков. Ждём развязки. Надеюсь, никому нос не разобьют, а то опять к директору вызовут... ---------- Том 1 Глава 62 Резкий одномоментный всплеск демонической чакры создал ударную волну, отбросившую шиноби Конохи от покрывшегося тёмно-красной энергией Гинкаку. Давление было настолько велико, что под псевдо-джинчурики продавилась земля, образуя кратер глубиной и шириной в несколько метров. За его спиной появилось шесть энергетических хвостов, один из которых — посередине — был намного длиннее остальных. Лицо мужчины изменилось — теперь там были видны лишь белые глаза и такого же цвета рот, своими чертами напоминая зверя. Однако, судя по живой мимике и осмысленному взгляду, он сумел сохранить рассудок, контролируя свои действия. — Тепер-р-рь поигр-раем… — раздался с его стороны вполне человеческий голос, который, впрочем, приобрёл звериные нотки. С этими словами он взмахнул центральным хвостом и ударил им о многострадальную землю, вызывая тем самым землетрясение. Пока почва не раздробилась под ногами Ясухиро, тот успел переместиться в сторону с помощью одной из пластин. Хирузен и Кагами же избежали урона с помощью Замены. Если бы не опыт, развитая интуиция и полученные рефлексы, Ясухиро не успел бы подставить под выпад хвостов скрещенные руки, сплошь и рядом покрытые костями. Токсичность демонической чакры с такого близкого расстояния ощущалась особо сильно. Даже несмотря на то, что Гинкаку не касался его кожи, давя на неподдающиеся кости, она всё равно покрывалась ожогами и волдырями, которые, однако, тут же заживали за счёт повышенной регенерации Кагуи. Это не мешало ему сдерживать натиск, но приносило существенный дискомфорт. Всё-таки боль от повреждений кожи никто не отменял. Мысленно поблагодарив Ичиро за эту модификацию, перерожденец, не складывая печатей, лишь с помощью одного контроля выдул мощный поток воды прямо в лицо противнику. Используя полученные драгоценные секунды, пока один из братьев «отплёвывался» от его техники, Ясухиро поспешил от него отскочить, дабы не пасть под давлением голой силы, которой у него сейчас было в достатке. «Видимо, пришло время и мне использовать козырь», — проанализировав сложившуюся ситуацию, когда битва перешла на совершенно другую стадию, пришёл к выводу подросток. — Гендзюцу больше на него не действует! — коротко отрапортовал Кагами, появляясь рядом с Кагуей. — Физические атаки, вероятно, также не будут наносить урон, — это уже был Хирузен, спрятавший свой посох обратно в свиток. — Значит, я сделаю так, чтобы и его атаки были бесполезны… — выдохнул Кагуя, выдерживая небольшую паузу, а затем отбросил в сторону более ненужный плащ, оставив на лице маску, и тихо проговорил: — Шикоцумьяку: Режим Мертвеца! Пока Учиха и Сарутоби с широко раскрытыми глазами наблюдали за действием Улучшенного Генома, покрытые голубой дымкой из чакры «руки», на месте которых остались лишь кости, смело остановили летящие в их сторону хвосты. На этот раз боли не было. Ведь плоть, повреждающаяся под гнётом демонической чакры, теперь отсутствовала. Наоборот, Ясухиро ощущал небывалый холод в конечностях. Это можно было сравнить с тем, когда ты на лютом морозе снимаешь одежду и начинаешь ходить без неё. В данном случае «одеждой» была кожа, отсутствие которой почему-то начало доставлять ему подобные, мягко говоря, неудобства. — Поддержите атакой! — прокричал сокомандникам перерожденец, в мгновение исчезая в пластине под ногами, чтобы затем появиться за спиной у Гинкаку, ударяя того по затылку. Псевдо-джинчурики не особо проняло, однако это дало драгоценные секунды на то, чтобы сообразившие АНБУ запустили в его сторону техники ниндзюцу. Несколько огненных шаров, созданных Кагами, увеличились в размерах и значительно ускорились за счёт поддержки Хирузена в виде мощного потока воздуха, мощным ударом врезавшись в шиноби Кумо. Со спины Ясухиро сложно было сказать, нанесла ли ему техника какой-либо урон. По всей видимости, он успел подставить руки и несколько хвостов в качестве щита. Не став это проверять, перерожденец удлинил и сделал шире «оголённую» руку, напитал её изрядным количеством чакрой Ветра и буквально вбил её в тело мужчины. Костяной клинок без труда прошёл сквозь центральный хвост и пробил то место, где должна быть спина. В следующую секунду подросток вынужден был отсоединить кость и резко отпрыгнуть, дабы не попасть под взмах свободными хвостами. Обернувшись, Гинкаку предстал перед Кагуей во всей своей ужасной красоте: его лицо было перекошено в гневе, а передняя часть тела стремительно регенерировала от многочисленных ожогов. Воткнутую кость он с шипением достал и отбросил в сторону. Однако крови не было. Открытая рана пугающе быстро принялась восстанавливаться с помощью чакры Девятихвостого. — Г-р-р-а-а! Вот теперь этот возглас мало походил на человеческий. Шиноби Кумо взревел и сломя голову понёсся на Ясухиро, посчитав его главной угрозой. На полпути, используя хвосты в качестве опоры, он оттолкнулся от земли, оставляя после себя ещё один приличных размеров кратер, и всей своей массой набросился на подростка, который на его фоне выглядел слабым и беспомощным. Как бы не так. Кагуя не зря работал над собой весь этот год. И разработанная им связка сейчас понадобиться как никогда. Спокойно наблюдая за тем, как сверху на него летит огромная тень, он в последний момент опустился в пластину, появившись из той, что была рядом с Хирузеном и Кагами. — Ёж, нам нужно, чтобы ты его обездвижил. Мы с Котом нанесём по нему один совместный, точечный удар. Этого должно хватить, чтобы одержать над ним победу. — Я бы в этом не был уверен, однако попытаться всё же стоит, — хмыкнул под маской перерожденец, в уме прикидывая, что это идеально совпадало с его мыслями о том, как победить этого монстра. Кивнув сокомандникам, Ясухиро выцепил взглядом одну из пластин, находящихся рядом с поднимающимся после удара Гинкаку. Рассчитав в уме, каким должно быть примерное расстояние, он создал ещё две и разбросал их возле мужчины, образуя тем самым вокруг него с помощью них треугольник. Не теряя даром времени и пока противник не разгадал его план (хотя, учитывая его режим «берсерка», сейчас его критическое мышление оставляло желать лучшего), Кагуя выдвинул из двух ладоней оружия, напоминающие небольшие копья, напитал их чакрой Ветра, а затем привычно погрузился внутрь костяной поверхности. Оказавшись за спиной у врага, он, целясь в конкретную часть тела, выстрелил снарядами, словно из пушки. Не дожидаясь плодов своей работы, он вытащил новые, точно такие же «копья» и выбрался из другой пластины с противоположной стороны, отправляя их в скрестившего руки кумовца, который всё ещё защищался от предыдущей атаки. Проделав этот трюк ещё один раз, он повторил все движения и запустил третью пару костей, завершая тем самым комбинацию. Скорость всех этих перемещений была такова, что Гинкаку, успев отреагировать лишь на первое летящее оружие, которое приходилось на корпус, не смог заблокировать те, что целили в ноги. Четыре кости с чавканьем вонзились по бокам, насквозь пробивая покрытую демонической чакрой плоть. — Р-р-р-р… — раздалось со стороны мужчины, когда он попытался достать оружие. — Р-р-а-а! Однако это принесло ему лишь ещё более сильную боль. Дело было в том, что Ясухиро, наученный опытом, в этот раз предварительно изменил структуру копий так, чтобы зубцы на них не позволяли вытащить оружие из плоти, ещё сильнее в неё впиваясь. — Давайте! — крикнул из последних сил перерожденец. Ребята, воспользовавшись нужным моментом, практически синхронно сложили заготовленную комбинацию печатей, воззвав к приличному количеству чакры в источниках. Первым закончил Хирузен, который, сделав глубокий вдох, выплюнул в сторону противника мощную и чрезвычайно плотную струю воды. Кагами тут же поддержал его дзюцу ослепительным разрядом молнии. Водная техника, напитанная чакрой Молнии, казалось, за секунду преодолела расстояние до левой стороны груди врага, проходя её насквозь за счёт приобретённой проникающей способности. Гинкаку отшатнулся и повалился бы на спину, если бы не хвосты позади. Ясухиро вынужден был прекратить действие техники «Мертвеца». Время подошло к концу. Чакры у него оставалось минимум, ведь длительное использование этого режима и последняя серия атак забрали её изрядную долю. Плоть и кожа вновь вернулись на свои места, а тепло вернулось, словно он «надел куртку». Подойдя к напряжённым ребятам, Кагуя вместе с ними следил за спрятавшим лицо мужчиной. Такое повреждение даже для него должно было стать фатальным, однако он по какой-то причине падать не спешил. — Как это возможно… — неверяще прошептал Хирузен. — Мы же пробили его сердце! Тихий жуткий смех, постепенно переходящий в громкий гогот, раздался со стороны одного из Кингин Кьёдай. Взявшись за торчащие из ног кости, он голыми руками обломал их с двух сторон, оставив недоступную часть внутри плоти. Проделав так с каждой из застрявших «копий», он, продолжая по-звериному скалиться, медленно, немного показушно, принялся подниматься. — А с чего вы решили, что моё сердце находится слева? Ха-ха-ха! — вполне человеческим голосом проговорил он, под конец не сдержавшись и взорвавшись новой волной издевательского смеха. АНБУ с неприятным удивлением наблюдали за тем, как чудовищная сквозная рана на груди у мужчины неторопливо, но стремительно затягивалась. Наконец кумовец встал во весь рост, расправил плечи и приготовился продолжать битву. «Чёрт… плохо дело. Чакры у нас осталось немного, а у этого монстра её ещё в достатке. Если так пойдёт и дальше, то мы ничего не сможем ему противопоставить. Нужно что-то придумать, иначе нам…», — стремительный полёт мыслей в голове у подростка был прерван новым неизвестным голосом, раздавшимся откуда-то сбоку. — Хаширама был прав… Прежде чем Ясухиро успел обернуться, дабы увидеть говорившего, обладатель, а если быть точнее — обладательница, этого голоса добавила: — Что ж, пора вернуть тебе частицы твоей чакры, Лис… Словно паззл, всё тут же сложилось. Резко повернув голову, перерожденец увидел её. Узумаки Мито. Комментарий к Часть 62 А вот и та самая директриса... ---------- Том 1 Глава 63 Это было… сильно. Казалось, что только недавно два брата представляли для шиноби Конохи реальную опасность. Сейчас же они, вернув себе человеческие облики, мёртвым грузом лежали на земле. Сразу после своего прибытия Мито вместе с ещё тремя неизвестными Узумаки использовали незнакомую для Ясухиро связку фуиндзюцу. Сначала жена Первого Хокаге использовала знаменитые Цепи своего клана, обездвижив шиноби Кумо. Затем её соклановцы воздвигли вокруг них странный полупрозрачный барьер, функционал которого так и остался загадкой для подростка. Тем не менее он заставил упасть их на колени. В конце концов, Мито буквально вытянула из них чакру Девятихвостого, которая неспеша перетекала по поверхности Адамантовых Цепей ей прямо в живот, туда, где, вероятнее всего, находилась печать, сдерживающая Демона. После этого Кингин Кьёдай обессиленно попадали на землю, где и встретили свою смерть от клинков АНБУ. На самом деле оставлять их в живых действительно не было никакого смысла. Статус этих двоих оставался неизвестным до самого конца. В Книге Бинго они не числились в качестве нукенинов, а значит: работали на Деревню, Скрытую в Облаке. Их слова об отношении к селению не имели никакого веса, учитывая реальные факты и то, что они напали на делегацию Конохи. В любом случае, видимо, Кумо не настроено на союз, хотя Кагуя может и ошибаться. Запечатав тела в двух больших свитках, Мито выпрямилась, вернула себе холодное выражение лица и оглядела поле боя. Тобирама, встряхнув головой, спрятал в ножнах свой уникальный меч, а затем подошёл к Узумаки. АНБУ повторили за своим капитаном, поправив маски и плащи (Ясухиро успел его найти лежащим на земле, отряхнуть и надеть). — Мито, что значит «Хаширама был прав»? — судя по всему, Сенджу сейчас явно был недоволен. — Он что, знал о том, что произойдёт? Почему он ничего мне не сказал? — Он не знал, но догадывался, — невозмутимо ответила женщина. — А потому попросил меня вам помочь. Тобирама фыркнул. — Знаешь, было бы намного лучше, если бы я был об этом осведомлён. Вы подвергли опасности весь мой отряд! — Все претензии выскажешь ему лично. Я не собираюсь отвечать за его действия. Я лишь выполнила его просьбу. И да… пожалуйста, — язвительно протянула она. — Спасибо, — закатил глаза мужчина. «Хм… Видимо, у них не самые лучшие отношения», — пришёл к выводу Ясухиро, наблюдая за мелкой словесной перепалкой между давними знакомыми. — «Интересно… Хотя, может, это их нормальное общение. Всё-таки я не видел раньше, как они друг с другом разговаривают. Мито я вообще вижу второй раз в жизни, если считать то награждение, конечно». Долго задерживаться на этом месте, понятное дело, никто не стал, так что вскоре Гоей Бутай вместе с Узумаки, один из которых оказался ирьенином, отправились обратно в Коноху. На одном из привалов, когда ребята уже отошли от битвы, произошёл неудобный для перерожденца разговор: — Ёж, твоя техника… Это было очень необычно! Я такого никогда раньше не видел. Она действительно не приносит тебе вреда? То был вездесущий Хирузен, который пододвинулся поближе к сидящему немного в стороне Ясухиро. Подросток, доселе задумчивым взглядом оглядывающий небольшую поляну, на которой они расположились, и окружающий хвойный лес, обратил внимание на Сарутоби. Не став сразу отвечать на заданный вопрос, он сначала повернул голову в сторону сидящих вместе с ними Узумаки, намекая на их присутствие. — Мы все знаем, что под маской находится Ясухиро Кагуя, — за Хирузена ответила улыбающаяся снисходительной улыбкой Мито, чей голос стал куда мягче, чем во время первого разговора с Тобирамой. — Так что можешь особо не скрываться. Да и к тому же сложно было этого не понять, когда я увидела на том месте разбросанные повсюду кости и дыры на твоей одежде. Это, знаешь ли, нехило так раскрывает твою личность. Работа инкогнито для тебя совсем не подходит. Чем только думал Тобирама? — выдохнула под конец она, покачав головой. Как бы Кагуе не хотелось проигнорировать такие слова, но он решил, что жене Первого Хокаге и по совместительству джинчурики Кьюби лучше всё же ответить: — Маска помогает скрыть моё лицо до боя, Мито-сан. А во время сражения это становится уже не важно, учитывая, что я либо убью противника, либо погибну сам. А вместе с союзниками вне структуры АНБУ я в ближайшее время сражаться не планирую. — Хм… Я бы не была так уверена в твоих словах, — еле слышно пробормотала женщина. — Что вы имеете в виду? — благодаря улучшенному слуху, Ясухиро всё прекрасно услышал и посчитал нужным уточнить. — Скоро узнаешь… — загадочно проговорила она. «Так… Мне это уже не нравится», — подумал про себя подросток. Вообще, Узумаки Мито ощущалась очень странно в энергетическом плане. Кагуя прекрасно помнил, что в ней должен быть запечатан Девятихвостый Демон. Его-то, помимо мощной чакры, присущей всем красноволосым, он и чувствовал. Это были практически те же ощущения, что и от братьев Кинкаку и Гинкаку, однако в этом случае, даже несмотря на то, что чакра Кьюби была запечатана внутри женщины, её чудовищные эманации ненависти и злобы пробирали до дрожи. Подросток и представить себе не мог, какой силой воли нужно обладать, чтобы сдерживать этого монстра… Вскоре Хирузен вновь напомнил о себе: — Ну так что, Ясухиро? Перерожденец тяжело выдохнул под маской и обратился к силе Шикоцумьяку. Всё-таки лучше один раз показать, чем долго и муторно рассказывать. — Вау… это… Странно. Но до жути интересно. Все до единого (кроме Тобирамы и остальных, кто пошёл в разведку) с любопытством разглядывали «голую» кисть Кагуи, который демонстративно покрутил ею в разные стороны. Но долго представление длиться не могло, учитывая тот факт, что после прогремевшего боя прошло не так уж и много времени, чтобы с лёгкостью использовать это энергозатратное дзюцу. — И да, отвечая на твой вопрос, Обезьяна, — встряхнув рукой, которая приняла нормальный вид, вспомнил перерожденец. — Эта техника не приносит мне вреда, если, конечно, не считать, что она жрёт немерено чакры и отдаёт мертвецким холодом по телу. — Ясное дело… — глухо хмыкнул Кагами, сидящий поодаль от всех. — У тебя ведь в это время не остаётся как такового «тела». — Ясухиро-кун, а ты не думал, что с тобой будет, если ты полностью изменишься таким образом? Останешься ли ты в здравом уме, если это коснётся твоей головы, например? На этот вопрос, заданный всё той же Узумаки, Ясухиро лишь пожал плечами и слабо усмехнулся: — Поживём — увидим… По пути в Коноху никаких происшествий не произошло, так что шиноби спустя два дня спокойно добрались до деревни. На входе, попрощавшись, от команды сразу же отделились красноволосые, которые, судя по всему, направились в свой квартал. Тобирама также не стал долго задерживать своих подчинённых и со словами: «С Хаширамой я сам поговорю» — отпустил ребят по домам, уточнив, что свяжется с ними чуть позже. Таким образом, немного потрёпанные и уставшие после длительной дороги члены команды Гоей Бутай остались сами по себе. Каждый из них сейчас больше всего на свете хотел попасть домой и наконец отдохнуть. Так, на самом деле, поступили все, и в скором времени лишь один Кагуя остался стоять около выхода из деревни, понимая, что идти в свой дом особо не хотелось. Всё-таки его там никто не ждал, да и делать в нём практически нечего… *** Несмотря на то, что работы в качестве АНБУ в данный момент у Кагуи не было, ему было чем заняться. Именно по этой причине на следующий день после того, как он вернулся в деревню, ровно в полдень его ноги вели в квартал клана Учиха. Был он, понятное дело, в своей обычной одежде и без маски. — Приветствую, — коротко кивнул он знакомым охранникам. — Здравствуй, Ясухиро, — синхронно ответили они, признав в пришедшем частого гостя клана носителей Шарингана, без вопросов пропуская его внутрь. Как не сложно догадаться, подросток держал путь в сторону полигонов, где он обычно проводил занятия с Дейки. К слову, именно его он и встретил, только ступив на площадку для тренировок. Мальчик отрабатывал тайдзюцу на многострадальном стволе дерева, поверхность которого уже успела покрыться трещинами и частично разлетелась на щепки, ударяя по нему обмотанными для защиты в бинты руками и ногами. Учиха был настолько поглощён этим процессом, что даже не заметил присутствия нового лица на площадке, стоя к нему спиной. — Кхм… — нарочито громко кашлянул перерожденец, привлекая тем самым его внимание. — Не хочешь потренировать удары на «живой мишени»? Мальчик обернулся, как ошпаренный выставив перед собой руки, словно готовясь атаковать прервавшего. Когда первый испуг прошёл, Дейки более осмысленным взглядом осмотрел стоящего перед ним человека, узнав в нём Ясухиро. Расслабившись и опустив руки, он фыркнул. — Не пугай так… И да, провести с тобой тренировку будет хорошей идеей. — Я рад, что ты тоже так считаешь, — с изрядной долей иронии проговорил Кагуя, а затем покачал головой: — Молодец, что готов был меня атаковать, когда я тебя прервал. Не молодец, что встал как вкопанный, а не сразу напал. Знаешь, на войне мне много раз спасал жизнь принцип: «Лучше запустить в сторону шороха технику, подкопить чакру и повторить, а потом уже спрашивать, кто там». Так что лучше в следующий раз сыграй на опережение, а потом разбирайся, с кем имеешь дело. А иначе грозишься быть убитым из засады. — Да понял я, понял, с-е-н-с-е-й, — закатил он глаза, специально выделив последнее слово. — К слову, тренировки — это, конечно, хорошо, однако стоит всегда быть начеку. Если бы ты работал над собой и параллельно следил за окружающим пространством вокруг, то не допустил бы ситуации, когда я застиг тебя врасплох. Учитывай это на будущее. Враг может настичь тебя в любой момент и в любое время. Никто не защищён от опасности. Особенно шиноби… — Ками… может, уже начнём тренировку? — тяжело выдохнул Учиха, взглядом великомученика глядя на Ясухиро, и вновь вскинул руки в стойку тайдзюцу. — Эх… ладно, — сокрушённо покачал головой подросток, отзеркаливая своего спарринг-партнёра. — Начнём. «Никакого уважения. Возможно, мне стоит перенять некоторые способы обучения у Ичиро-сенсея? Может, хотя бы с помощью них я смогу поумерить его дерзкий пыл? Всё же отец Орочимару меня за такие выходки в своё время бы избил, а затем вылечил и снова избил, вдалбливая вместе с ударами правила правильного поведения. Хотя таких случаев и не было, учитывая, что уважение к старшим мне привили уже очень давно, но я уверен, что он, не размышляя, так бы и сделал», — пролетело в мыслях у Кагуи, пока он с ленцой отражал быстрые для десятилетнего, но медленные для самого Ясухиро удары. — «Но… я не склонен к жестокости. У меня попросту рука не поднимется на Дейки, если это не часть тренировки, конечно же. Наверное, я слишком мягок для хорошего сенсея…» Комментарий к Часть 63 Пришла, значится, директриса и с помощью своего любимого bondage завязала насмерть двух драчунов из соседней школы. Костяк офигел от её фетиш... силы и напряг руку настолько, что аж кожа слетела. Пообсуждав данный феномен, диплоМАТЫ вернулись домой и разошлись, аки пара после развода, в разные стороны. Костяк на следующий день от скуки попёрся к мелкой выёбISтой сопле (Желчному пузырю, Остряку со слишком длинным языком, Зубастой блохе - называйте как хотите), и принялся легально бить ему лицо. Так... походу, это заходит слишком далеко :) ---------- Том 1 Глава 64 Прошло около месяца с первого задания команды Гоей Бутай, где были убиты знаменитые братья из Кумогакуре — Кинкаку и Гинкаку. За это время Ясухиро успел несколько раз сходить на миссии в качестве капитана отданного ему отряда АНБУ. Такие миссии не представляли сложности на самом деле. Слежка, шпионаж, охота за нукенинами и работа курьером — вот чем занимался подросток. Не сказать, что ему нравилось командовать. Однако выбора у него особого не было. С другой стороны, на войне, несмотря на возраст, ему не раз приходилось брать на себя «бразды правления». Так что, можно сказать, что какой-никакой, но опыт у него имеется. Такие задания действительно больше напоминают обычную работу. Рутину, где всё примерно одинаково. Да, это было куда безопаснее, чем то же сражение с псевдо-джинчурики, однако довольно скучно. Скуку разбавляло общение с новыми людьми и занятия с Дейки. Не зря говорят, что тренируя кого-то, ты сам учишься чему-то новому. Вот и перерожденец всё чаще начал смотреть и анализировать свои навыки шиноби с совершенно другой стороны. Также стоило упомянуть, что в один день этого месяца сама Мито Узумаки лично позвала его в свой клан, как она сказала: «Попить чай». И если раньше разговор с главой позвавшего на чаепитие клана так или иначе сопровождался желанием последнего сподвигнуть Ясухиро на сотрудничество, то вот эта женщина, казалось, действительно желала просто пообщаться и насладиться вкусом ягодного напитка. На протяжении всего разговора Мито ни разу не затронула тему клановых распрей, политики Листа или Первой мировой войны Шиноби. Все её слова были о семье, забавных историях из своей жизни (подросток даже услышал несколько о Хашираме), а также о том, как она в своё время привыкала жить в Конохе (этот намёк понять было не трудно, ввиду того, что фактически это совпадает с историей жизни самого Ясухиро). Её вопросы к нему не касались его техник, выживания на войне или жизни в Кири. Все неудобные моменты тактично умалчивались и обходились стороной. Казалось, она была первым человеком, который не счёл необходимым узнать всю подноготную. В общем, вышел тогда Кагуя за пределы квартала клана Узумаки в смешанных чувствах. Этот странный разговор вызвал намного больше вопросов, чем ответов, учитывая, что ничего нового ни он, ни Мито друг о друге не узнали. Хотя перерожденец не отбрасывал предположение, что жена Хокаге умудрилась изучить его даже с помощью этого непринуждённого общения. Сегодня с самого утра до Ясухиро дошло известие, что ближе к полудню Хаширама собирает людей для проведения совета по какому-то чрезвычайно важному вопросу. К удивлению подростка, его также пригласили. Делать было нечего, так что он, дождавшись положенного времени, отправился в резиденцию Хокаге. На входе его встретил один из работников Резиденции, который любезно предложил провести его в зал для совещания. Отказываться было глупо, учитывая, что перерожденец действительно не знал дорогу до нужного помещения, помня лишь то, как добраться до кабинета Хокаге. В большом помещении, где посередине стоял огромных размеров овальный стол, уже находилось несколько людей. Всех их Ясухиро знал. — Приветствую, Хокаге-сама, Тобирама-сан, ребята, — коротко поздоровался он, заходя вглубь комнаты. — Проходи, Ясухиро-кун, — заметил вошедшего Первый, сидящий во главе стола, и указал в сторону свободного стула. Остальные поддержали его приветствие кивками. Вскоре в зал зашли остальные члены команды Гоей Бутай, два неизвестных шиноби, один из которых явно был членом клана Узумаки, а другой обычным на вид ирьенином, и, к изумлению Кагуи, недовольный Ичиро, который, заметив подростка, еле заметно кивнул в приветственном жесте. Таким образом, если не считать Хашираму и его брата, стоящего у него за спиной, здесь находилось восемь человек. Дождавшись, пока последний займёт своё место, Хокаге встал из-за стола и вперился в присутствующих пронзительным взглядом. — Итак… Всем вам, наверное, интересно, зачем я вас здесь собрал. Ведь так? *** — Не буду долго рассусоливать, а потому буду краток, — начал Хаширама, оглядев каждого из присутствующих. — На протяжении практически всей Первой мировой войны Шиноби подконтрольная нам Деревня Скрытого Водопада время от времени мешала нашей деятельности, убивая наших шиноби, устраивая диверсии и лишая нас поставок боезапасов, медикаментов и провизии. Ясухиро, как единственный из вас, кто сражался на фронте с Ивой, стало быть, является прямым свидетелем этого. — Верно, — подтвердил его слова подросток. — Вот. Тогда мы не могли с ними разобраться ввиду более важных проблем. Сейчас же, когда война окончилась, и мы восстановили силы, пора, наконец, поставить их на место. — Что вы предлагаете, Хокаге-сама? — поспешил уточнить неизвестный для Кагуи мужчина. — Мы не будем полностью уничтожать Такигакуре, однако существенно прорядим их состав и низвергнем верхушку, поставив во главе селения нашего человека. Таким образом, мы добьёмся лояльности Водопада. После этого в зале воцарилась тишина. Каждый анализировал слова Хаширамы, представляя масштаб будущей военной операции. Вскоре подал голос Ичиро, высказав вполне логичную мысль, которая возникла в голове у всех шиноби. — Я сомневаюсь, что после захвата и оккупации нами Таки её жители будут в восторге от этого. Недовольства, вплоть до свержения власти внутри деревни, — лишь вопрос времени. — Безусловно, это так, — согласился с ним Сенджу. — Однако мы избавимся от самых «горячих» умов, самых недовольных и тех, кто будет подбивать других на действия. Без этих людей простой народ будет вынужден смириться с новым положением дел. Все присутствующие задумчиво покивали, соглашаясь со своим лидером. — Так каков план, Хокаге-сама? — задал интересующий всех вопрос. — Все вы будете командующими восьми различных дивизий. Каждая дивизия имеет свою особенную роль и выполняет определенную функцию. Вместе вы будете друг друга дополнять, действуя как одна большая команда… — Хаширама сделал небольшую паузу, а затем продолжил: — Итак, Ясухиро, ты будешь командиром дивизии, отвечающей за ближний бой. В ней будут состоять шиноби, специализирующиеся на тайдзюцу. Хирузен, ты отвечаешь за дивизию, ведущую бой на средние дистанции. За тобой, а также за Данзо, который станет командующим дивизии для сражения на дальние дистанции, будут шиноби, в первую очередь специализирующиеся на ниндзюцу. Кагами, под твоим командованием будет смешанная группа из тех, кто может сражаться как на ближней, так и на средней дистанции. Иными словами — универсалы. Группа разведки, которая также должна будет в самом начале устроить несколько диверсий, за тобой, Ичиро. Далее, Торифу, твоей задачей будет вести за собой отряд специальных возможностей. В него в основном войдут шиноби, обладающие Хиденом, дабы оказывать помощь в критической ситуации… Нобу. На этот раз он повернулся к ирьенину. — Да, Хаширама-сама? — встрепенулся мужчина уже достаточно зрелого возраста. — Ты и твои подчинённые меднины будете лечить раненых бойцов нашей армии, — протянул Сенджу, а затем обратил внимание на последнего, кого не упомянул. — Эиджи, верно? — Да, Хокаге-сан, — уважительно, но не как своему Главе, кивнул Узумаки. — Ты должен будешь со своими соклановцами обеспечить прикрытие наших дивизий от сенсоров, дабы враг заранее не узнал о нападении. Получится это сделать? — Фуиндзюцу на это способно, — спустя несколько секунд раздумий хмыкнул красноволосый. — Славно, — Хокаге удовлетворённо покивал головой и, развернувшись, встал около настенной карты, держа в руках обычный карандаш в качестве указки. — А теперь давайте более подробно разберём нашу тактику на время этой операции… Комментарий к Часть 64 Целый день ездил в автобусе из одного города в другой, так что глава вышла небольшой. Но зато дальше будет моя любимая рЭзня... ---------- Том 1 Глава 65 На открытой равнине примерно в пяти километрах от деревни стояло войско Конохи. Всего было около тысячи шиноби, что с лихвой хватит, чтобы уничтожить всякое сопротивление со стороны Какурезато небольшой страны. Армия была разделена на восемь групп, перед каждой из которых стоял свой командир. Люди, стоящие в рядах, возбуждённо обсуждали будущую миссию. Никто не думал, что даже тогда, когда казалось, война уже закончилась, им вновь придётся в открытую сражаться с другим селением. Шепотки также касались возраста командующих. Большинство из них недоумевали о том, что должны будут подчиняться такому молодняку. Однако самых возмущённых заткнули более здравомыслящие люди, которые понимают, что Хокаге не поставил бы их просто так во главе дивизий. Ясухиро было неуютно. Примерно так можно описать его ощущения при виде сотен людей перед собой, которые внимательно следили за каждым его шагом, за каждым движением. Во время Первой мировой войны Шиноби ему не приходилось командовать таким большим количеством людей. Максимум отрядом из десяти человек. В этот момент, когда он имел возможность увидеть всех своих временных подчинённых перед собой, особо остро ощущалась ответственность за них. А если быть точнее — ответственность за их возможную смерть. Видеть перед собой людей и знать, что они могут погибнуть под твоим командованием, заставляет испытывать неуверенность в собственной компетентности. Может стоило поставить во главе кого-то более подходящего? — Эй, всё нормально, Ясухиро? — раздался сбоку от него голос Хирузена. — Ты какой-то бледный. — Я всегда такой… — сделав глубокий выдох и прогнав непрошенные мысли, подросток позволил себе скупую улыбку. Если сложившиеся обстоятельства напрягали его, то каково было Сарутоби, которого назначили главнокомандующим всей армии? Внешне он выглядел как обычно: спокойным и уверенным. Однако было ли это на самом деле? Впрочем, если и было, то он мастерски это скрывал. В любом случае выглядел как лидер он куда более убедительно, чем тот же Кагуя. Этот небольшой разговор позволил Ясухиро немного расслабиться и прийти в себя. Теперь он взглянул на ниндзя и куноичи перед собой с иной стороны. Теперь он видел солдат, которые сделают всё, чтобы исполнить свой долг. Все они сражаются за деревню и не побоятся за неё погибнуть. Но подросток постарается свести число убитых к минимуму. — Шиноби Конохи! — дождавшись определённого момента, громко начал свою речь Хирузен. — Хокаге-сама поручил нам важную задачу — лишить Деревню, Скрытую в Водопаде, верхушки командования, уничтожить всякое сопротивление и создать условия для обоснования там наших сил. Такигакуре в своё время убивало наших шиноби и даже выпустило на волю Семихвостого, дабы тот уничтожил одну из лучших команд нашей деревни — «Несущих Смерть». Абсолютно все резко перевели взгляд на старающегося сохранять нейтральное выражение лица Кагую, зная о том, что после той бойни он единственный остался в живых. — Ничего… мы за них отомстим, — Сарутоби подбадривающе похлопал по плечу перерожденца, а затем выкрикнул: — Мы отомстим за всех погибших по их вине! Пока Хирузен «заводил» толпу и в общих чертах рассказывал о тактике, Ясухиро глубоко задумался. Жаждет ли он мести? Хочет ли он больше всего на свете увидеть убитыми тех, кто виновен в смерти отряда? Нет. Определённо нет. Перед его глазами, непрошенным воспоминанием, возникла картина смерти Ацуши. Одни из последних слов капитана касались того, чтобы подросток не искал мести. Было ли это причиной или это с самого начала сохранялось в характере перерожденца, но никого убивать за смерть команды он не хотел, как он и просил{?}[Вещает Бета: Кагуя-пацифист смотрится очень дико на фоне соклановцев… которые ведут себя, как отбитые боевые маньяки.]. Возможно, это было странно. Кагуя не мог с этим не согласиться. Кровь за кровь — этот принцип очень даже действовал в этом мире и довольно часто применялся. Взять хотя бы ту же самую отгремевшую Мировую войну. После неё буквально каждый второй желал любым способом уничтожить убийцу его или её родственников, друзей или сокомандников. Можно сказать, убивать других из мести в Мире шиноби — это нормально. Никто не будет тебя за это порицать. Более того, тебя поддержат. Именно поэтому, скорее всего, поступок Ясухиро многие посчитают странным и нелогичным. Это точно бы волновало подростка, если бы ему не было всё равно. Он не будет распространяться о своих истинных желаниях, а остальные пусть думают, что, уничтожая шиноби Водопада, он будет это делать по личным причинам, а не по приказу Хокаге. Вскоре Хирузен закончил свою речь, которую армия поддержала взрывным боевым кличем. После этого все командиры спустились с искусственно построенной с помощью Стихии Земли возвышенности и, обойдя войско, встали в его главе. — Вперёд! *** В небольшой двухэтажной деревянной хижине, которая построена около нескольких деревьев, находилось два человека. Один из них был главой Такигакуре, а второй — его правой рукой. Хисен, а именно так звали нынешнего правителя Деревни, Скрытой в Водопаде, был мужчиной средних лет, у которого, впрочем, уже поседела половина из тёмно-зелёных волос. Его тёмные, небольшие глаза смотрели на мир с усталостью и некой долей грусти. Лицо у него было квадратным и покрыто многочисленными морщинами на лбу и около глаз. Небольшая козлиная бородка и густые брови завершали его образ. Интерьер внутри Резиденции выглядел довольно просто, так как не содержал большого пространства или какой-то необходимой мебели, такой как стол или стулья, поэтому глава деревни сидел на поднятой платформе прямо на полу. Его собеседник же предпочитал стоять на своих двоих. — Есть новости? — тихий голос Хисена разрушил вязкую тишину. Второй мужчина, который был куда младше и выглядел совершенно по-другому, имея зелёные глаза и длинные светлые волосы, сперва скривился, а затем ответил с изрядной долей иронии: — Есть, конечно. Говорят, дождь скоро пойдёт, урожай в этом году будет хорошим, о, а ещё… — Ты знаешь, что я имею в виду, Шуичи… — закатив глаза, прервал его глава Водопада. — В таком случае, нет, новостей нет, — вернул себе прежнее угрюмое выражение лица тот, кого назвали «Шуичи». — Семихвостый словно испарился. С тех пор, как Зверь вырвался, наши сыщики так и не могут его найти. Хотя прошло уже больше года… — Подумать только… — медленно правитель Таки, услышав очередной доклад о неудаче. — Как такая громадина может так долго скрываться от сенсоров? Да его чакра ощущается за километры! Его собеседник шумно выдохнул. — Может, ты уже наконец признаешь, что его захватила Коноха или Узушио? Хисен, все факты и догадки говорят о том, что Нанаби уже давно запечатан. Вопрос только остаётся в том, кто им завладел. — Не неси чепухи, — отмахнулся от него мужчина. — Остальные Великие страны шиноби не позволили бы коноховцам просто так завладеть вторым биджу. Это пошатнуло бы равновесие! — О каком таком равновесии ты говоришь?! — повысил голос Шуичи, рассерженное лицо которого явно намекало на то, что эта тема уже не раз поднималась в их разговоре. — Может до Войны мы и могли что-то противопоставить одной из Шиноби Годайкоку, но сейчас… Подумай сам, — советник принялся загибать пальцы. — Во-первых, мы лишились нашего главного оружия — Биджу! Во-вторых, был убит этот предатель Какузу — один из сильнейших шиноби нашей деревни, который к тому же украл секрет Джионгу — нашего единственного Хидзюцу! В-третьих, в двух шагах от нас постоянно трутся шиноби Листа, которые явно желают отомстить нам за нашу партизанскую войну! Как думаешь, сколько они ещё будут думать, прежде чем взять нашу деревню штурмом? — Но… у нас ещё есть Эйю но Мизу{?}[Вещает Бета: Мне больше перевод нравится. Вода Героев звучит лучше… и понятнее] и большое количество высококвалифицированных джонинов… Тихие, неуверенные слова, нехарактерные для правителя целой Какурезато, были прерваны и не думавшим останавливать яростный поток речи Шуичи: — Да, только вот какой от этого смысл, если нас могут задавить числом? И… ты думаешь, у тех же коноховцев нет сильных шиноби? Да они задавят нас, словно муравьёв! Остаётся только молиться, чтобы они как можно дольше оставались сидеть в своей деревне и… На этот раз был уже прерван и советник главы Водопада, однако не его собеседником, а целой чередой взрывов, прогремевших со стороны селения. Широко раскрыв от испуга глаза, старые друзья долго смотрели друг на друга, надеясь, что это было не то, о чём они подумали. Синхронно обернувшись на звук открывшейся двери, которая от силы удара чуть не слетела с петель, они увидели ворвавшегося шиноби Такигакуре, сходу прокричавшего: — Хисен-сама! На нас напали! — Кто?! — не менее громко спросил мужчина, по лбу которого сразу же потекла капелька пота. — Коноха! — Твою мать… — прошептал Шуичи, не веря в то, что оказался прав, говоря об этом буквально минуту назад. — Что будем делать, Хисен-сама?! — уточнил продолжающий стоять в проёме юноша. — Будем сражаться! У нас нет иного выбора! — собрав остатки мужества, правитель Деревни, скрытой в водопаде переглянулся с советником и, уверенно ему кивнув, направился на выход из резиденции, дабы защитить своё селение… Комментарий к Часть 65 Пока один из восьми учителей распинался перед толпой школьников о пользе убивания врага своего в целях мести священной, Константин Кагуевич как обычно сомневался в своих способностях учителя (А ведь он даже Педагогический не закончил!). Изучив теорию, школьники пошли получать практику. Далее добрый автор впервые за долгое время показал повествование от других лиц, тех самым доказав, что не терпила! и не лох! И что ещё может креативить и расширять его АУшный мир. Хотя... что он там показал? Разговор между нытиком и его правой рукой (левой пяткой)? Так дела не делаются... Значит автор всё-таки лох! и терпила! И да. РЭзня начинается! Честно... Походу моя шиза прогрессирует... ---------- Том 1 Глава 66 Выбив из рук противника кунай, Ясухиро взмахнул костяным клинком, разрезая его тело пополам. Добив закричавшего от боли мужчину, воткнув лезвие ему в череп, он отшатнулся от ощутимого удара по спине, основная сила которого, впрочем, была ослаблена за счёт выступающих в качестве защиты костей. Нырнув под ещё один выпад куноичи, которая попыталась повторно попасть по его телу ногой, подросток в момент удлинил лезвие и круговым взмахом задел тонкую шею девушки. Рефлекторно схватившись за открытую рану, она отчаянно пыталась остановить льющуюся рекой ярко-красную кровь, с отчаянием в глазах смотря на монстра в обличии человека перед собой. Вбив кость ей в грудную клетку, Кагуя оттолкнул от себя убитую, а затем мельком оглядел поле боя. Сражение только набирало обороты. После успешной диверсии дивизии Ичиро внутри деревни, Хирузен скомандовал начать атаку. По понятным причинам в первых рядах шёл во главе своих людей Ясухиро. Однако перед нападением рукопашников, сперва нужно было подготовить почву для успешного наступления. Этой проблемой занялась дивизия, специализирующаяся на дальних атаках. Вскоре множество дальнобойных ниндзюцу открыли путь для прорыва армии внутрь деревни. Группа Ясухиро успела добраться до границы Таки, которая представляла собой невысокую (по сравнению с Конохой) каменную стену, скрытую от чужих глаз с помощью густо засаженных деревьев. Используя созданные бреши, шиноби во главе с перерожденцем ворвались сквозь линию обороны, сминая первые очаги сопротивления. Следом пошли и остальные три основные дивизии под командованием Хирузена, Данзо и Кагами. Армия Конохи успела добраться до гигантских корней не менее величественного дерева, прежде чем встретила первое существенное сопротивление. Именно здесь, у подножья сердца Такигакуре, сейчас и происходил основной бой. — Держитесь рядом! Не отделяйтесь от остальных! — крикнул Кагуя своим подчинённым, после того, как, возникнув из пластины, бесхитростным движением свернул шею одному из водопадников. Заметив, как сразу трое вражеских шиноби насели на ловко отбивающуюся куноичи с повязкой Конохи, перерожденец приложил ладони к земле, сконцентрировавшись на контроле Шикоцумьяку. Вскоре несколько толстенных костяных кольев вырвались из послушной почвы, насаживая не успевших отреагировать ниндзя. С круглыми глазами наблюдая за тем, как её недавние здоровые оппоненты вдруг резко оказались нанизанными на окровавленные кости, девушка, не меняя выражения лица, перевела взгляд на пользователя этой техники. Подросток молчаливо кивнул ей, на что она оторопела, но бессознательно повторила его движение. Помимо рукопашных боёв, вокруг уже вовсю бушевали стихийные техники. Можно сказать, сейчас наступила самая «кровавая» фаза сражения, когда в мясорубке под шальное ниндзюцу или взмах лезвия мог попасть абсолютно каждый. Вот Ясухиро сейчас пришлось пригнуться от пролетевшего в сантиметре от головы куная. Несмотря на это, армия Конохи всё же потихоньку продвигалась вперёд. Сказывалось количество, общий уровень подготовки людей и внезапность нападения, достигнутого благодаря диверсии и мастерским печатям сокрытия Узумаки. Поморщившись от «лизнувшего» его кожу потока пламени, от которого получилось сбежать лишь в последний момент, Кагуя выстрелил в обидчика костяными фалангами, понятное дело, напитав их перед этим Стихией Ветра. Метательные снаряды без какого-либо сопротивления на сумасшедшей скорости пробили тело противника, проходя его насквозь. Отросшими за мгновение пальцами перерожденец схватил за руку шиноби, попытавшегося его убить со спины, а затем резким круговым движением вывернул её в обратную сторону, с противным треском ломая ему кость. Прорвавший кожу белый обрубок из локтя Ясухиро вогнал парню прямо в шею, заставив того, наконец, затихнуть. В таком сражении даже не было нужды в режиме «Мертвеца». Ясухиро хватало скорости, чтобы убивать окружающих его чунинов, а прочности и количества выступающих костей — для защиты. — Ах ты тварь! — внезапно сбоку от Кагуи, который только что отсёк голову неизвестному мужчине, раздался душераздирающий крик женщины, в чьих глазах отчётливо виднелось отражение бушующей в душе ненависти, направленной на убийцу её знакомого. — Убью! Быстрый, но прямолинейный выпад был принят на сплетение из костей, которые моментально удлинились, захватывая конечность куноичи. Попытавшись выбраться, она претерпела неудачу, безрезультатно потянув на себя руку. От следующего шага женщины даже перерожденец, сквозь адреналин и нечто отдалённо напоминающее боевой транс, испытал удивление. Куноичи, не колеблясь, достала небольшое танто и молниеносным движением отрубила себе руку по локоть, тем самым выбравшись из захвата. Ярко-красная артериальная кровь бурным потоком хлынула из обрубка конечности, окропляя собой не только землю вокруг, но и тело самого подростка. Попытавшись зажать ужасную рану, женщина от боли не смогла сдержать ещё одного крика, со слезами на глазах глядя на вытирающего лицо Ясухиро. — Зачем вы это делаете? — дрожащим голосом прошептала она. — Быстро же твой настрой поменялся… — проигнорировав её вопрос, Кагуя смахнул с себя её кровь и одним незамысловатым движением руки, вооружённой излюбленным костяным клинком, оборвал её жизнь. Вскоре бои перенеслись и на улицы деревни. Мирные жители в страхе тряслись в домах, содрогаясь от каждого крика, вспышки света или лязга металла. Не всем удавалось спрятаться от последствий сражения: некоторые дома заживо хоронили своих хозяев под своими обломками от взрыва случайно прилетевшей техники. Конечно же, были и те, кто сопротивлялся вторженцам. Шиноби Конохи старались не трогать гражданских ввиду того, что обычно они не представляют реальной угрозы для человека, обладающего способностью к управлению чакрой. Однако сейчас эти люди досаждали нападающим мелкими пакостями, большая часть которых зачастую приносили крупные неприятности. Так, например, какой-то отчаявшийся старик залез на крышу своего дома и принялся бросаться в ниндзя камнями. Все снаряды, естественно, либо пролетали мимо от увернувшегося бойца, либо были отбиты. Но зато это дало нужное мгновение для того, чтобы его оппонент с Хитай-ате Такигакуре смог вонзить свой клинок ему в живот, тем самым поставив точку в их стычке. — Внимание! К нам приближается вражеское подкрепление! — внезапно прокричал один из Хьюга с активированным Бьякуганом. — Их чакра ощущается очень странно! Словно… Его речь была прервана на полуслове, когда неизвестный шиноби Водопада своей катаной отрубил парню, потерявшему бдительность, руку, а затем и голову. Впрочем, Ясухиро сделал то же самое: успев за мгновение ока с помощью одной из пластин оказаться рядом с убийцей его подчинённого, он выбил из его рук клинок, сделал резкий взмах, лишая его верхних конечностей до предплечья, и в конце, нарастив кость на пятке, круговым движением ноги оставил его без головы. — Скорее всего, он говорил о Эйю-но Мизу! — ударом посоха проломив своему оппоненту челюсть, Хирузен подскочил к следующему, что не мешало ему разговаривать. — Говорят, что это мощнейшее оружие Такигакуре. — Что это за оружие, Хирузен-сан? — спросил один из шиноби Листа, прикрывая Сарутоби спину. — Эта информация не точна, однако… — прервавшись на то, чтобы прокрутить своё оружие в руках, лишить противника равновесия и ударить его прямо в грудь, ломая тем самым грудную клетку и рёбра, он продолжил: — Оно представляет из себя сжиженную чакру, растворённую в воде. По слухам, если эту воду выпить, то чакра шиноби увеличивается во множество раз! Тем временем из глубины гигантского дерева, там, где начинались исполинские корни, вышло по крайней мере пятьдесят человек с повязками Такигакуре-но Сато. Во главе группы был полуседой мужчина, лицо которого выражало гнев и отчаяние одновременно. Что-то прошептав своим подчинённым, он пальцем указал в сторону сражающихся. Остальные ему на это кивнули и вместе с ним направились в самую гущу сражения. Оттолкнув от себя очередного нанизанного противника, Кагуя заинтересованно мазнул взглядом приближающихся людей. «Если вы используете козыри, то и я не воздержусь от подобного», — решил подросток, нащупав в специальном отделе своего подсумка маленькую твёрдую таблетку белого цвета, сделанную в форме простой пилюли. — «Надеюсь, она сработает, сенсей…» Вспомнив, как перед боем Ичиро в последний момент подкинул ему этот «подарок», перерожденец хмыкнул и закинул его в рот, тут же проглатывая. Сначала никаких изменений не произошло. Ясухиро уже подумал, что учёный решил таким образом над ним пошутить. Но, зная, что отец Орочимару и шутки — два абсолютно невзаимосвязанные и противоречащие друг другу понятия, он терпеливо ожидал эффекта. И вот, когда «накачанные» специальной водой шиноби были уже на подступе к столкнувшимся армиям, Кагуя чуть не расплылся в довольной улыбке, граничащей с полным блаженством. Ударные дозы дополнительной чакры в момент наполнили его энергетические каналы, из-за чего он еле сдерживался, чтобы не начать крушить всё вокруг от переполняемой его энергии. Силой воли отодвинув чувство эйфории на задний план, подросток разумно решил, что таким образом он принесёт больше вреда, чем пользы. Именно поэтому в его голову сразу же пришла идея, как можно эффективнее всего потратить интенсивно вырабатываемую работающим на износ очагом чакру. Учитывая, что раньше из-за проблемы нехватки энергии он не мог продвинуться дальше в использовании этой техники, то сейчас есть все шансы, что всё получится… — Шикоцумьяку: Полный Режим Мертвеца! Задумка удалась лишь наполовину: дзюцу позволило ему полностью превратиться в скелета, однако это приволокло за собой непоправимые последствия… Комментарий к Часть 66 Одно слово: РЭзня! ---------- Том 1 Глава 67 Мир изменил свои краски. Теперь перед глазами Ясухиро (если можно было так назвать синие огоньки в пустых глазницах) всё было в серых цветах. Трава, земля, деревья, небо, вода, люди, кровь… Словно в один момент он стал дальтоником, причём полным. Опустив голову, он принялся во всю рассматривать своё тело. В принципе, теперь он стал классическим скелетом. Отличался он от тех, что лежали погребёнными под землёй, лишь цветом самих костей (у него они были кристально белыми, тогда как для обычных костей характерна некоторая желтизна) и тем, что их окутывал голубой ореол из чакры. Враги остановились, увидев перед собой подобное существо. Они с широко раскрытыми глазами разглядывали того, кто буквально секунду назад был самым обычным человеком, сейчас превратившимся в монстра. Но не только противники были, мягко говоря, удивлены. Шиноби Конохи также вовсю пожирали одного из командиров дивизии своими удивлёнными взглядами. Казалось, что, утратив свой человеческий облик, подросток изменился и внутренне. Это заставило коноховцев напрячься и косо наблюдать за «ожившим скелетом», чтобы чуть что вступить в схватку уже с ним. На самом деле Кагуе сейчас на мнение других было настолько всё равно, что он даже не стал на этом заострять внимание. Можно больше сказать: видимо, его подчинённые правы — он изменился и внутри. Дело в том что вместе с изменением тела произошли изменения и в его голове. В данный момент он не ощущал эмоций. Вообще. Словно кто-то по щелчку пальцев забрал у него возможность что-либо чувствовать. Не было ни страха, ни радости, ни грусти. Оставался лишь холодный расчёт. В голове витали отстранённые мысли о том, что всё это ненормально. Неправильно. Человек без эмоций — не человек вовсе, ведь именно они делают из него живое существо, предрасположенное к эмпатии. Именно поэтому Ясухиро сейчас сложно было назвать человеком. Хотя нельзя сказать, что он превратился в безумного убийцу. Рассудок всё ещё оставался при нём, мыслил он здраво, даже быстрее, чем обычно. Концентрация внимания сохранялась на высшем уровне. Можно быть уверенным, что, несмотря на атрофию чувств, он выполнит поставленную задачу, ведь именно она, как установка, подталкивала его к действиям и не давала сойти с ума. В ощущениях нового тела также произошли изменения. Терзавший доселе холод в частичной трансформации усилился в разы, в буквальном смысле пробирая до костей. Более того, он шёл не снаружи, а, казалось, изнутри. Словно Ясухиро сам был его источником. Ему хотелось двигаться, чтобы «согреться», так что он не придумал ничего лучше, кроме как пойти навстречу двинувшимся врагам. *** Оживший мертвец, словно олицетворяя саму смерть, сеял хаос в рядах шиноби Такигакуре. Создавалось такое впечатление, что он был абсолютно неуязвимым. Самое крепкое и острое оружие, самые сильные удары, напитанные чакрой, самые мощные техники — ничто, казалось, не могло причинить ему вред. Были и те, кто даже от одного лишь внешнего вида такого противника теряли изрядную долю своего мужества. От убийственной ауры, духовное давление которой ощущалось, будто бы на всём поле боя, у многих предательски потрясывало колени и сбивалось дыхание. Чувства безысходности и гарантированной смерти усиливались за счёт ярких примеров, когда преобразовавшийся подросток прямо перед их глазами безжалостно лишал жизни их товарищей. — Кто это такой?! — прокричал Хисен бьющемуся рядом с ним советнику, наблюдая, как скелет медленно, но верно вырезает его подчинённых. — Я-то откуда знаю?! — не менее громко ответил Шуичи, отбиваясь сразу от нескольких джонинов Листа. «Геройская вода» сделала ниндзя Таки во много раз сильнее. Теперь это были не обычные середнячки, способные разве что сражаться с чунинами. Сейчас каждый из них мог представлять угрозу даже для кого-то посильнее. А Хисен и Шуичи, которые и так были неслабыми шиноби, вообще вышли на совершенно другой уровень. Ясухиро услышал эту короткую перепалку, повернув голову в их сторону. Обозначив их в качестве новой цели, он двинул к ним напрямик в буквальном смысле прорубаясь сквозь пытающихся помешать ему врагов. Отклонив в сторону выпад неизвестного водопадовца, а затем безбоязненно приняв его следующий удар на «руку», Кагуя вытащил из собственных рёбер кость и вонзил её ему в горло. После, не обращая внимание на корчащегося в смертельных конвульсиях противника, он впервые за всю битву решил применить ниндзюцу: — Стихия Ветра: Ужасающее давление! Мощный порыв ветра, выпущенный изо «рта» перерожденца, создал гигантскую волну в виде кругового водоворота, который сносил всё на своем пути. Многие не успели защититься или сбежать от воздействия техники, из-за чего оказались затянуты в круговорот и вскоре раздавлены под силой давления. Глава Таки и его советник, впрочем, сумели вовремя уйти с линии атаки. Решив, что игнорировать столь опасного противника чревато не самыми приятными последствиями, они вдвоём столкнулись с ним в тайдзюцу. Очень слабо и отдалённо почувствовав эмоцию, которую можно было охарактеризовать как обычную усмешку, Ясухиро с «радостью» вступил с ними в ближний бой. Двумя «ладонями» одновременно схватив запястья попытавшихся ударить его с двух сторон противников, Кагуя оттолкнулся от земли и прописал сначала одному, а затем и другому знатного пинка по туловищу. Выдохнув сквозь зубы воздух, но не думая сгибаться от боли, они вновь атаковали, но на этот раз по очереди. Не заботясь о пропущенном от Хисена ударе по рёбрам, перерожденец удлинил кость на ладони и рассёк воздух в районе головы Шуичи. Несмотря на хорошую попытку, мужчина сумел вовремя отклонить корпус, так что лезвие задело кожу на его щеке буквально самым кончиком. Следующий выпад главы Водопада подросток уже смог почувствовать. Пока он был сконцентрирован на одном противнике, другой мощно зарядил ему ногой прямо по черепу. Реального урона ему это, конечно, не принесло, однако приятного в этом тоже мало что было. Тряхнув головой, Ясухиро подставил руку под сдвоенный удар оппонентов, а другой, свободной, попытался прямым выпадом пронзить тело Шуичи. Задумка удалась лишь частично. Мужчина успел отреагировать, однако всё же частично попал под удар: острые концы выступающих костей в мясо разодрали его бок, разрезая защитный жилет так, словно это была обычная бумага. — Ксо… — прошипел советник главы Таки, схватившись за рану. Кровь ручьём проливалась сквозь бледные пальцы, окропляя собой свежескошенную траву. Его губы были плотно сжаты, а глаза попеременно смотрели то на друга, то на врага, то на ранение. — Шуичи! — крикнул Хисен, заслонив его собой в защитном жесте, напряжённо выставив перед собой кунай. — Нормально. Вроде как… — выдохнул советник, выпрямившись далеко не с первого раза. — Шуичи-сан, сейчас я вам… Ясухиро не собирался сидеть сложа руки и просто наблюдать, давая врагам шанс на победу. Срубив голову подоспевшему ирьенину, он хотел сделать то же самое и с правителем Такигакуре, однако тот подставил под удар кунай. От столкновения железного и костяного лезвия вырвались искры, на мгновение опалившие кожу мужчины. — Я не дам тебе убить его! — выпалил Хисен, бесстрашно глядя прямо в пустые глазницы, в которых горело голубое пламя. — Обернись. Голос казался потусторонним. Он звучал так, словно говорил сам Дьявол, а не пятнадцатилетний подросток. Он был очень низким, резал слух и вызывал мурашки по коже. Глава Водопада распахнул веки, молясь, чтобы его самые ужасные догадки не сбылись. Медленно повернув голову, он обомлел: Шуичи был пронзён в области живота костяным колом, вышедшим из земли. Будучи не в силах смотреть на закатившего глаза друга, Хисен вернул свой взгляд, в котором всё сложнее и сложнее удавалось разглядеть здравый рассудок, к Кагуе. Тот клацнул зубами, словно таким образом обозначив усмешку, и слегка приподнял ногу, демонстрируя воткнутое в землю начало кости, убившей Шуичи. — Мне необязательно нужны руки, чтобы использовать эту технику… Так что… Ясухиро внезапно прервался на полуслове, не имея возможности выговорить и слова. Схватившись за голову, он упал на колени, будучи не в силах устоять на ногах. Пока из его «рта» вырывалось нечто нечленораздельное, его тело постепенно возвращало себе первоначальный облик. Кости обрастали плотью, плоть вскоре скрылась под кожей. Вернулись на место волосы, глаза, губы, нос и другие части тела. Хисен в шоке уставился на скрученного подростка, который буквально пару секунд назад внушал одним своим внешним видом такой страх, что пробрало бы даже самого бывалого воина. Сейчас же он казался слабым и беззащитным, хотя это не убавляло ненависти по отношению к нему за убийство его друга. — Кровь за кровь… — прошептал мужчина, в глазах которого сейчас отчётливо можно было заметить опасный блеск. Отразившее луч солнца лезвие куная, нацелившееся в голову тяжело дышавшего Кагуи, было остановлено взявшимся, словно из ниоткуда, Ичиро. Учёный без каких-либо слов точным, выверенным взмахом короткого меча отсёк ему руку, а затем с силой вонзил его в район сердца. Когда тело на его руках обмякло, мужчина вынул лезвие, вытер его об одежду погибшего и обратил внимание на дрожащего ученика. — Что, неприятен откат, да? — язвительно подметил он, подходя к нему вплотную. — Ну ничего, помучаешься ещё каких-нибудь… пару дней. Но зато в следующий раз будешь знать, прежде чем тестировать столь опасные техники прямо в бою. Закинув Ясухиро, пробурчавшего что-то около: «Чёрт… как больно…», на спину, Ичиро неспеша потопал к ирьенинам, которые успели к этому моменту обустроить небольшой полевой госпиталь, где они лечили раненых. Бой к этому моменту уже подходил к концу. Последние остатки сопротивления со стороны Деревни, Скрытой в Водопаде, были подавлены. Выжившие взяты в плен. Таким образом, Коноха одержала закономерную победу в этой короткой и, безусловно, кровопролитной войне с деревней шиноби, одной из малых стран. ---------- Том 1 Глава 68 По гигантским ветвям многовековых деревьев страны Огня на скорости, нехарактерной для обычного человека, перемещались две группы. Одна из них — та, которая гналась за первой, состояла из четверых шиноби в масках различных животных, во главе которой был ниндзя в белой экипировке, выделяющей в нём командира. Другой отряд, со всех ног бежавший от преследователей, был представлен тремя нукенинами с повязками Листа. — Не дать им уйти! — громко проговорил командир в маске Ежа, на ходу выпуская в беглецов костяные фаланги пальцев. Команда поддержала его всевозможным железом, запущенным в спины отступникам. Те, впрочем, сумели вовремя уклониться и беспрепятственно продолжить прыжки с ветки на ветку. — Стихия Ветра: Вакуумные пули! Позаимствованная у Данзо техника, выпущенная Ясухиро, также не принесла результата. Несмотря на сумасшедшую скорость полёта подобных «пуль», нукенины успели спрыгнуть вниз на нижние ветви, тем самым сбежав с линии атаки. Чертыхнувшись про себя, Кагуя быстро пораскинул мозгами и придумал нечто, что можно было назвать планом. Знаками распальцевав своим подчинённым его детали, он сложил крестообразную печать и создал два теневых клона. Остальные АНБУ повторили за своим командиром. Копии с заложенным в их сознании планом действий, не говоря ни слова, отправились в разные стороны, заранее распределившись на два отряда. Таким образом, основная команда из оригиналов продолжала преследование, заводя врагов в ловушку, которую устроят клоны. — Попались… — удовлетворённо хмыкнул перерожденец, наблюдая, как троица попала под целый град из техник и метательного железа со стороны затаившихся копий. Имея возможность, наконец, сблизиться с противниками, Ясухиро начал делать то, что умел лучше всего: сражаться в рукопашке. Его пыл сдерживал тот факт, что преступников нужно было доставить живыми, так что он не стал сразу же лишать их жизни. «Затупив» кости, он выверенными выпадами наносил удары по болевым точкам, дабы сломить их волю и заставить сдаться. Нукенины, однако, не особо горели желанием вернуться в Коноху закованными в цепях. Именно поэтому их сопротивление помогло им продержаться ещё… несколько минут, прежде чем АНБУ их в конец не окружили и повязали с ног до головы. — Отличная работа, команда, — одобрительно покивал юноша в дырявой форме капитана АНБУ. — Забираем их и возвращаемся в Лист. Надеюсь, успеем до заката солнца… С момента битвы в Такигакуре прошло два года. Ничего такого особенного, на самом деле, за этот промежуток времени не произошло. Служба в АНБУ шла своим ходом. В основном он, как сейчас, выполнял несложные миссии в качестве капитана отряда. Но иногда ему приходилось возвращаться в Гоей Бутай и отправляться вместе с остальными её членами на важные задания, касающиеся вопросов государственной важности. Его обязанности как учителя Дейки недавно закончились. Мальчику исполнилось двенадцать лет, он окончил Академию Ниндзя, и, как это обычно и бывает, его поставили в команде с двумя другими новоиспечёнными генинами. По его словам, их «никчёмный» сенсей ничему не мог их научить. Хотя, учитывая характер Учихи, вполне возможно, что он, как всегда, просто сгущал краски. Главной проблемой, с которой столкнулся Ясухиро на протяжении этих лет, было отсутствие значимого прогресса в развитии в качестве шиноби. Застой начался тогда, когда былые способы тренировок перестали приносить пользу как для увеличения количества и контроля чакры, так и для улучшения силовых, скоростных и выносливых качеств. Это было довольно странно, ведь даже по словам того же Тобирамы, «потолок» у шиноби появлялся обычно ближе к годам двадцати пяти. К этому времени в обычных условиях очаг чакры больше не развивается. Остаётся лишь поддерживать тот уровень, которого ниндзя успел достичь, развивать контроль, можно также разнообразить арсенал техник ниндзюцу. Перерожденцу же было всего семнадцать лет. И это удручало. Казалось бы, можно ведь развивать Кеккей Генкай? Так-то да, однако в этом плане он также застопорился. Полный режим «Мертвеца» получалось активировать без стимуляторов на пять минут. Дальше наступал откат, во время которого он становился практически беззащитным. Другие стихии никак не хотели ему даваться, все основные, а также большинство общеизвестных техник он выучил, а времени на их более углубленное изучение у него не было. Но всё тот же Тобирама нашёл выход из этой ситуации, которым в своё время воспользовался Хаширама. Этим решением оказалось сендзюцу. Природная энергия позволяла многократно увеличить силу шиноби, даруя возможность использовать совершенно иной тип чакры, разлитый повсюду вокруг. Единственной обязанностью ниндзя, который хочет воспользоваться сендзюцу, является её правильный сбор и последующее разумное применение. Это безусловно даст Ясухиро нужный толчок. Стоял другой вопрос: а сможет перерожденец освоить столь сложное и недоступное многим искусство? Лишь единицы способны манипулировать природной энергией, не превращаясь при этом в камень. Так удастся ли это сделать ему — обычному шиноби — то, что недоступно большинству? В любом случае, Кагуя готов был пойти на риск. Он принял собственное, волевое решение и теперь не отступится от него. Если он погибнет, значит всё так и должно быть. Если выживет, то станет сильнее и продолжит защищать Коноху в дань памяти о погибшей команде. Вернувшись в деревню, Ясухиро отпустил своих подчинённых, приказав доставить нукенинов нужным людям, а сам отправился к Тобираме, дабы доложить о выполненной миссии. На базе АНБУ было суетливо. За два с половиной года существования организации численность оперативников возросла в разы. Миссий в последнее время хватало на всех, так что каждый был в той или иной мере занят работой. Большое количество заданий объяснялось, на самом деле, очень просто. В последнее время вновь начала возрастать напряжённость с другими странами. Всё это рано или поздно выльется в войну. Никто в этом не сомневается. Однако оставались вопросы: когда и с кем. Это была ещё одна причина риска отправки в призывной мир. Кагуя боялся не успеть к началу боевых столкновений. Всё-таки он понятия не имел, сколько будет длиться его обучение и захотят ли его вообще обучать. К тому же масло в огонь подливал тот факт, что время в том мире может идти по-другому, нежели в этом. Не стоит отрицать, что проведя два года там, он может потерять в три раза больше здесь. — Тобирама-сан, задание выполнено. Вот отчёт. Зайдя в кабинет, отведённый специально для главы АНБУ, Ясухиро встретил там, собственно, того, кого и искал, сразу же положив ему на заваленный макулатурой стол краткий пересказ хода миссии в письменном виде. Альбинос поднял усталый взгляд на вошедшего юношу, затем перевёл его на отчёт, вздохнул и положил его на вершину «бумажной горы». — Были трудности? — вернув себе привычный серьёзный вид, уточнил советник Хокаге. — Нет. Всё прошло чётко и без осложнений, — коротко отрапортировал юноша. — Хорошо… — Тобирама помассировал виски, а затем вперился в перерожденца испытывающим взглядом. — Ты готов? — Да. — Уже успел со всеми попрощаться? — вскинул бровь альбинос. — Прозвучало так, словно вы меня на смерть отправляете, — усмехнулся Ясухиро. — Кто знает… — загадочно ответил он, вставая из-за стола. — Ладно. Тогда отправляемся сейчас же. Ввиду опасности отправки в призывной «мир» в пределах территории Конохи (мало ли что может произойти), решено было использовать Технику призыва в одном из лесов глубинки Страны Огня. Найдя открытую поляну, Тобирама огляделся по сторонам, кивнул самом себе и повернулся к экипированному с ног до головы Кагуе. — До начала Второй мировой войны Шиноби осталось не больше трёх лет. Ты должен справиться за этот срок и вернуться в наш мир. Сам понимаешь, в этот раз у нас, кроме Узушио, не будет союзников. — Постараюсь, — уверенно кивнул перерожденец. — Хорошо… В таком случае, можешь начинать. Отойдя на несколько метров, Тобирама сложил перед собой руки и принялся внимательно следить за всем процессом. Зная от начала и до конца всю процедуру, Ясухиро сделал глубокий вдох, а затем выдох. Вытащив маленькую костяную иголку, он, слегка поморщившись, порезал себе большой палец, сложил нужную серию печатей и резко опустил ладонь на землю. — Техника призыва! *** «Где это я?» — была первая мысль у Ясухиро после переноса. — «Хм… судя по ощущениям, пригодное для жизни место. Кислорода в достатке, не зашкаливающая температура, твёрдая земля под ногами… сам я выжил после переноса — всё, вроде бы, пока идёт хорошо». Вокруг была степь — нехарактерный ландшафт для Страны Огня. Засушливый воздух, палящее солнце, редкие полусухие деревья, пожелтевшая высокая трава — юноша не мог с точностью сказать, в какой части света оказался. В прямой видимости вдали не было никаких возвышенностей, кроме возвышающейся груды гигантских камней, образующих нечто, что отдалённо напоминало чьё-то место жительства. К слову, пока перерожденец никого из живых существ заметить не смог. Скудные навыки сенсорики также молчали — вокруг него никого не было. Ну, либо этот «кто-то» очень хорошо скрывался. Покрутив ещё раз головой по сторонам и оценив обстановку, за неимением альтернативы, Кагуя неспеша направился в сторону сооружения. Чем ближе юноша подходил, тем больше и больше оно казалось на вид. Теперь он смог разглядеть его детали: валуны, воздвигнутые без какой-либо схемы, были словно собраны в кучу (если можно, конечно, передвигать такие объекты размерами в десяток метров). Между ними, правда, можно было заметить едва различимые щели, ширины которых хватило бы, чтобы протиснуться даже человеку. Когда солнце скрылось за возвышенностью, и подошедший к ней вплотную Ясухиро оказался в тени, перед ним наконец появились «местные жители». — Стоять, человек! Ни шагу больше! Вероятнее всего, призывными зверьми, оказались ящерицы небольших размеров (не больше метра в длину), с ног до головы покрытые крупной чешуёй. Окраска у трёх вылезших из ниоткуда рептилий была коричневой, зелёной и сероватой. На их спинах чешуя была ребристой, располагаясь ровными поперечными рядами. Практически по всему телу, если не считать живота, у них были острые на вид шипы, смотрящие назад. В области хвоста они увеличивались в размерах, скапливались в одном месте и в данный момент угрожающе указывали в сторону лица Кагуи. На брюшке ящериц щитки были гладкими, образуя непонятный чёрный рисунок. С обеих сторон тела чешуёй высылались две ровных складки. Головы у ящериц были небольшими, имели треугольную форму. Глаза, в которых явственно читалась способность к разумным мыслям, были крупными, а зрачки круглыми. «Это что ещё за бескрылые драконы?» — неподдельно удивился юноша, разглядывая припавших к земле рептилий, выставивших в его сторону остроконечные хвосты. — «По крайней мере, очень похожи. Хотя… скорее всего, просто я в своё время плохо изучал биологию и не помню, как называется вид этих шипастых ящериц». — Я пришёл с миром… — начал с банальной фразы перерожденец, приподняв в успокаивающем жесте руки. — …и не желаю вам вреда. — Тогда с какой целью ты пришёл в наш дом? — не меняя настороженной позы, вполне человеческим голосом уточнил один из охранников. — Я хочу заключить с вами контракт и обучиться сендзюцу. Мне нет нужды скрывать, что я пришёл из Конохагакуре-но Сато — деревни шиноби — и желаю заручиться вашей поддержкой. Самый что ни на есть правдивый ответ заставил рептилий глубоко задуматься. Не моргая смотря на Кагую, они словно хотели взглядом прожечь в нём дыру, пытаясь вычленить из его рассказа ложь. По истечении некоторого времени, они переглянулись друг с другом, а затем немного расслабились. — Шиноби… мы о вас слышали, — задумчиво протянул тот, что был с коричневой расцветкой. — Но никто из вас так и не осмелился нас потревожить. Как ты сюда попал? — Я использовал Технику призыва. То, что я сюда попал, — чистая случайность. Ведь не заключив контракт с призывным животным, ниндзя грозится оказаться в совершенно неизвестном ему месте. Вот и я, выполнив технику, оказался здесь. — Хм… случайность, говоришь, — весело хмыкнул ящер. — Я бы так не сказал… Что ж, мы пропустим тебя и отведём к Старейшине. Он решит, что с тобой делать. Но знай, что ты всё ещё чужак для нас. Если мы почувствуем от тебя агрессию, то сразу же уничтожим, ясно? — Предельно, — коротко отозвался Ясухиро. — Хорошо… Тогда мы — поясохвосты, приветствуем тебя в нашем доме! Комментарий к Часть 68 Ой, сейчас духота начнётся... А вообще, есть оригинальный призыв? Есть. Ну, вот и всё. Прежде чем напрягать мой мозг, поищите в интернете, кто такие "поясохвосты". ---------- Том 1 Глава 69 Пройдя внутрь через одну из щелей, Ясухиро словно попал в отдельный маленький мир, населённый удивительными созданиями — поясохвостами. Они были самыми разными: маленькими, не превышая размер ладони, и большими, длиной достигая нескольких метров, молодыми, живо бегая вокруг родителей, и старыми, неподвижно отдыхая в укромном уголке. О разнообразии их окраса и говорить не стоило — перерожденец, казалось, имел возможность наблюдать всю палитру цветов на шкурках у этих призывных животных. Понятное дело, что двуногий чужак тут же оказался в центре внимания. Хмыкнув, юноша повёл плечом, краем глаза изучая окружающую обстановку. Поясохвосты жили в небольших домиках из камней без окон, вход в который был выполнен в виде всё той же щели, имевшей куда меньшие размеры, чем тот, что вёл на выход из этого места. Следовательно фактически их дома всегда были открыты. Правда, не все они были одинаковыми. Практически все строения отличались друг от друга некоторыми деталями. Например, где-то можно было встретить дополнительные сооружения из дерева, встроенные в каменные конструкции. Другие дома могли иметь совершенно иную форму — круглую, к примеру, или классическую прямоугольную. Третьи же могли быть частично закопаны в землю, словно там обитали те, кто любил максимальную защищённость. К слову, стоило отметить, что большинство ящеров следили за шедшим по «селению» Ясухиро из довольно странных поз. Они припадали на задние лапы, прислоняясь брюхом к земле, их передние вытянутые конечности упирались, а сами они приподнимали голову высоко вверх. Создавалось такое ощущение, что поясохвосты стараются таким образом казаться выше и массивнее. Тем не менее это вполне себе работало — даже самые маленькие рептилии выглядели в этой позе статными, добавлялась некая величественность. Вели Кагую напряжённые охранники недолго: поселение было не таким уж и большим по размерам, так что спустя каких-то пять минут они остановились напротив очередной щели, ведущей вглубь дома, выдолбленного прямо в скале, составляющей большую часть стены всей «деревни». Таким образом реальные размеры здания оставались сокрыты от поверхностного изучения. — Проходи внутрь. Старейшина ждёт тебя. Молча кивнув словам ящера, перерожденец шагнул в глубину тёмного полумрака. По ту сторону его ждал небольшой коридор, приведший в конечном итоге в огромный зал. По бокам в этом помещении ровными рядами стояли гигантские статуи, застывшие во всё той же позе, в которой стояли живые местные жители этого поселения. «Вот это действительно величественно и грациозно», — не мог не подумать юноша, во все глаза разглядывая безмолвных рептилий. Но было в этом помещении и живое существо, по размерам нисколько им не уступающее. Если бы не отсутствие крыльев, Ясухиро с уверенностью бы сказал, что перед ним в данный момент лежал самый настоящий дракон. Ящер с ярко-золотым окрасом на чешуйках, каждая из которых была размером с голову перерожденца, моргнул янтарными зенками, заметив подходящего чужака. — Приветствую, Старейшина, — Кагуя не поскупился на уважительный поклон столь могущественному, судя по тщательно скрываемой мощи и количеству чакры, существу. И ведь действительно, энергии внутри зверя было настолько много, что его смело можно было сравнить с биджу. А учитывая, что большая её часть оставалась сокрыта внутри, а злых намерений сейчас он, по-видимому, к нему не испытывал, страшно было представить, в какого монстра он превращается во время схватки. — И тебе привет, Ясухиро Кагуя… — громогласно ответил ящер, слегка приподнимая голову, доселе лежавшую на передних лапах. — Откуда вы знаете, как меня зовут, учитывая, что ваши сородичи меня не знают? — неподдельно удивился Кагуя, слегка опешив от первой же фразы старейшины поясохвостов. Ящер издал звук, очень похожий на человеческий хмык. — Мне много чего известно… — неопределённо протянул он, а затем продолжил после небольшой паузы: — Впрочем, могу тебя заверить, что для того, чтобы не отставать от жизни и быть в курсе событий, я периодически наблюдаю за тем, что происходит во внешнем мире. Ты же на слуху у многих, Ясухиро Кагуя… «Это… довольно откровенно», — пролетело в мыслях у юноши. — Ах да, имени у меня нет. Оно было когда-то, но исчезло после того, как я «вступил в должность». Такова традиция нашего народа, — если бы он был человеком, то жест, который он сделал, можно было сравнить с пожатием плечами. — Поэтому можешь называть меня просто Старейшиной. — Кхм… как скажете, — кивнул перерожденец, не смея с ним спорить. — В общем, я бы хотел подписать с вами контракт, дабы призывать ваших сородичей в бою и обучиться сендзюцу для увеличения собственно силы. — Хорошо. Ясухиро изумлённо округлил глаза. — Что? — Я недостаточно громко это сказал? — теперь в его голосе явственно читалось притворное удивление. — Тогда повторю… ХО… — Я понял вас, — быстро прервал его Кагуя, пока от мощи баса рептилии у него не лопнули барабанные перепонки. — Но… почему? Почему всё так просто? Разве не должны быть некие испытания, которые покажут, достоин ли я быть вашим призывателем? — Если ты так этого жаждешь, то я могу тебе их устроить, — опасно сверкнув глазищам, Старейшина выдохнул через ноздри струю пара. — Но вообще, если ты переместился к нам с помощью Техники призыва, значит, ты имеешь с нами природное родство. Этого вполне достаточно, чтобы я мог тебе доверять и даже начал считать своим. Ведь природа никогда не обманет… — Я… очень удивлён, — покачал головой Ясухиро. — По тебе видно, — показал ящер ровный ряд остроконечных зубов. — Это значит, что могу начать обучение? А сколько оно будет длиться? Вместо ответа рептилия зубами отколола со своей спины одну из чешуек, на месте которой тут же появилась новая, и преподнесла её Кагуе. Тот как можно аккуратнее взял переливающуюся золотом пластину и с вопросом в разноцветных глазах уставился на Старейшину. — Напиши кровью своё имя и оставь отпечатки пальцев, — подсказал ящер. «Что-то непохоже это на свиток, который есть у жаб…» Тем не менее Кагуя послушался и выполнил всё то, что от него требовалось. — Отлично… — удовлетворённо протянул Старейшина. — Что ж… твоё обучение может длиться как месяц, так и десятки лет. Всё зависит от тебя. Так что для того, чтобы не терять время… — он сделал небольшую паузу, а затем громыхнул: — можно начинать! *** Десять лет прошло с того момента, как в зале для совещаний в резиденции Хокаге проводилось собрание по поводу начала войны. В этот раз состав несколько изменился, заменившись и дополнившись новыми людьми. Так, помимо неизменной четвёрки из Хаширамы и Мадары с их братьями, глав кланов, Като Дана, как представителя Совета джонинов, и Нобу, престарелого по меркам шиноби главы госпиталя, здесь также в неполном составе присутствовали Гоей Бутай, Ичиро со своей командой и Мито в качестве джинчурики и представителя Узумаки. Глава селения и его главный соперник, который также является его старым лучшим другом, казалось, внешне нисколько не изменились за все эти года. И хотя им должно быть уже около сорока лет, им нельзя было дать больше тридцати. Всё-таки мощная чакра не только показывает силу, но и способствует поддержанию жизни в теле. — Я вас слушаю. Спокойный, уверенный голос бессменного правителя Конохагакуре-но Сато раздался в густой тишине. Шиноби Конохи начали переводить друг на друга вопросительные взгляды, гадая, кто начнёт первым. Многие останавливались на Ичиро, который в данный момент являлся командующим разведкой Листа. Именно он, по идее, должен знать актуальную информацию об остановке вокруг Страны Огня. — Уже сейчас можно сказать, что нас планомерно окружают… — всё-таки решил высказаться учёный, структурировав в голове общие сведения, полученные от подчинённых. — Поподробнее? — полувопросительно уточнил Сенджу, остановив на нём свой испытывающий взгляд, от которого у многих в комнате пошли мурашки по коже. Ичиро, впрочем, от этого даже не почесался. — На самом деле всё очень очевидно и кристально ясно. На западе Сунагакуре собирает силы на нашей границе со Страной Рек и снабжает корабли в заливе Акулы, который ведёт в сторону подконтрольной нам Страны Чая. На северо-западе Ивагакуре уже сейчас действует ещё более нагло: они вовсю используют Страну Травы в качестве плацдарма для своих войск и даже уже несколько раз проверяли на зуб наши укрепления. На севере Кумогакуре пока что не спешит с активными действиями. Вероятнее всего, они ещё не успели до конца мобилизовать своих шиноби. Насчёт ситуации на востоке у меня меньше всего информации. Шиноби Кири хорошо скрывают свою деятельность. — Мне известно, почему Кумо и Кири не спешат нападать на Страну Огня, — внезапно подала голос Мито. Хаширама повернул голову в сторону жены и молчаливо выгнул бровь, как бы говоря тем самым: «Продолжай». — Как говорил Ичиро: «Всё очень просто», — по-лисьи хмыкнула женщина, в чьих глазах, впрочем, не было и намёка на веселье. — Эти деревни готовят совместное нападение на Узушио. Подробности пока неизвестны, однако уже сейчас можно сказать, что оно будет в самом ближайшем времени. Туман хотел уничтожить Узумаки ещё во время Первой Мировой, но тогда у них не хватило на это сил. Сейчас же с помощью поддержки Облака они намерены завершить начатое. — Ясно… — шумно выдохнул Хаширама. — Не думал я, что когда-нибудь скажу это… но мы в дерьме. Причём не просто по уши, а на дне глубины бескрайнего океана из этого самого дерьма. Шиноби Листа поджали губы, молча соглашаясь со своим лидером, который решил не сдерживать себя в выражениях. Каждый понимал, что сейчас было не до шуток, а потому никто не посмел упрекнуть его в этом. — Ха… Какие они мелочные, — криво усмехнулся Сенджу, откинувшись на спинку своего стула. — Ради наших земель готовы забыть о всяких распрях и начать сотрудничать с теми, кто в прошлой войне убивал их шиноби… Это ли не жажда власти? — Это политика, Хаширама… — глухо проговорил Мадара. — Если бы для Конохи было выгодно напасть на соседнюю деревню, то мы бы это уже сделали. Я уверен в этом. — Не могу не согласиться с этим, — вновь раздалось со стороны Ичиро. — Наши плодородные земли — цель для каждой из вражеских селений ниндзя. Они не столько нас ненавидят, сколько желают благополучия для своей Какурезато и её жителей. — Мне это прекрасно известно. Я понимаю это как никто другой. Но это не отменяет того факта, что мы фактически будем воевать с четырьмя деревнями шиноби. Как вам такая перспектива? Напряжённая тишина сгустилась ещё сильнее, когда Хокаге вперился тёмными глазами в сторону своих подчинённых. Некоторые опустили головы, осознавая плачевность сложившейся ситуации. Другие сосредоточенно размышляли о том, какая судьба их ждёт в дальнейшем. Третьи же просто смирились с тем, что смертей в этой войне будет больше, чем когда-либо за всю историю существования Листа. — Не нагнетай, Хаши. Мы ещё не проиграли. Наполненный твёрдой, непоколебимой уверенностью и в то же самое время спокойный, ровный голос Мито раздался в тишине, разрушая многие сомнения, возникшие после слов правителя Листа. Сенджу позволил себе скупую улыбку, в миг изменив свой настрой. — Верно. Мы ещё не проиграли, — теперь на шиноби Конохи смотрел не человек, сомневающийся в победе своего народа, а один из сильнейших ниндзя этого мира, ветеран клановых войн, Первый Хокаге Конохагакуре-но Сато и главнокомандующий армией, выступающей на первом месте среди остальных деревень по личной силе. Он резко встал, не сдерживая свою харизму и бурлящую в его жилах «энергию»: — Что сели, головы повесив? — не обращая внимание на упавший от его энтузиазма позади стул, Хаширама хлопнул руками по столу, отчего тот жалобно хрустнул. — Думаете, что если мы в меньшинстве, если нас окружили, то мы должны сдаться? Чёрта с два! Мы не дадим этим шакалам нас загрызть! Мы будем пинаться, бороться, сражаться и защищать нашу Страну до тех пор, пока все не поляжем! С новым последующим словом у каждого из присутствовавших ниндзя Листа на устах звериный оскал делался всё шире и шире. От былой неуверенности не осталось и следа. Всё-таки природная способность воздействовать на группы людей у Хаширамы была развита до предельного уровня. — А теперь задам вам один вопрос… — он немного сбавил обороты, поднял стул и вновь сел на своё место. — Вы хотите, чтобы Коноха выжила в этой бойне? — Да! — громогласно ответили практически синхронно абсолютно все шиноби Листа. — Хорошо… — одобрительно покивал он. — Тогда давайте решим, как именно мы это сделаем. Не долго думая, с предложением решил высказаться старший Учиха: — Для того, чтобы не проиграть в первый же месяц, нам нужно структурировать наши силы, а оборону сделать максимально компактной. С учётом того, что нападение нам стоит ожидать со всех сторон, будет лучше, если мы расставим укрепления и шиноби вдоль границы Страны Огня, оставив при этом Страну Водопада и Страну Чая. Исключением будет только Страна Медведя, так как там крепко обосновались Узумаки. — То есть вы хотите просто так отдать врагу территории, за которые мы сражались на прошлой войне? — впервые за всё время с начала совещания голос раздался со стороны представителя Совета джонинов Като Дана, который был молодым юношей с необычными светло-голубыми волосами и небольшими зелёными глазами. — Я согласен с Мадарой, — неожиданно поддержал его Тобирама. — Лучше мы покинем эти страны, оставив там для врага неприятные сюрпризы, чем всё равно рано или поздно потеряем их в кровопролитном сражении. Так мы не только сохраним жизни многих своих шиноби, но и без лишних потерь сможем проредить их войска. Хаширама, дослушав своего брата, кивнул в знак согласия. — Хорошо, я поддерживаю эту идею. Но прежде чем я выберу командующих нашей армии на всех четырех направлениях, хочу кое-что прояснить. Тоби? — он повернулся к альбиносу. — Да? — выгнул бровь советник Хокаге. — Есть новости о Ясухиро? Он уже больше трёх лет находится в мире призыва. Он вообще ещё живой? Никто даже не заметил, ну или просто не придал значения, как дёрнулась Цунаде, когда было произнесено это имя. Лишь Ичиро, изучивший характер ученицы за годы, проведённые с ней и её друзьями, и Хаширама с Мито, которые являлись её родителями, поняли, что это было не просто так. Тобирама сделал глубокий выдох и незаметно для всех закатил глаза, гадая, специально ли задал его брат этот вопрос при всех, когда как сам совсем недавно делал тоже самое, но при личной встрече. Впрочем, он решил, что Хаширама получит точно такой же ответ: — Никаких новостей с момента использования Техники призыва от него как не было, так и нет. Я никак не могу с ним связаться. Вероятнее всего, место, в которое он попал, находится очень далеко от Конохи. Однако, скорее всего, он не погиб. По крайней мере, на это указывает моё чутьё. — Что ж… ладно, будем ожидать его возвращения, — как ни в чём не бывало хмыкнул старший Сенджу и хлопнул в ладони, вновь привлекая к себе всеобщее внимание. — Всем слушать меня очень внимательно. Сейчас я назову имена командующих на фронтах, а также их заместителей. Итак… Мадара. Ты будешь главенствовать на юго-западе против Суны. Твоим заместителем будет Изуна. — Хм… приемлимо, — задумчиво протянул мужчина, переглянувшись с братом. — Тобирама, твоей задачей будет командовать на северо-западе. Ты и Като в качестве помощника должны будете противостоять Иве. — Принято, — коротко кивнул альбинос, мельком переглянувшись с Даном. — На северо-востоке командиром будет Хирузен. Твоим помощником будет Данзо. На вас ляжет обязанность по сдерживанию Кумогакуре. Справитесь? — Так точно! — живо отозвались они вдвоём. — Ну и напоследок остаётся фронт с Кири на востоке. Там должен будешь всем заправлять ты, Ичиро. Хаширама весело хмыкнул из-за кислой мины учёного. Тот не особо горел желанием брать на себя ответственность за жизнь стольких людей, а потому был не слишком рад из-за обязанностей, только что на него возложенных. — Кто хоть будет моим помощником? — обречённо вздохнул змееглазый мужчина. — Пока что твой помощник приручает призывных зверушек и постигает искусство сендзюцу, — старший Сенджу усмехнулся ещё шире, увидев, как в глазах у Ичиро понемногу созревает понимание своего положения. — Но до тех пор, пока он не соизволит вернуться к нам, тебе будут помогать твои ученики. Я уверен, что они справятся со своей задачей. Верно? — теперь он с вопросом в глазах воззрился на свою дочь, сына Ичиро и сына Тобирамы. — Да! — тотчас же ответили самые молодые из присутствующих шиноби. — Отлично, я в вас и не сомневался… Нобу? — Слушаю вас, Хокаге-сама, — тут же отозвался старый ирьенин. — Я хочу, чтобы ты равномерно распределил наших меднинов по всем направлениям согласно специализации каждого. Отправляй тех, кто разбирается в ядах на фронт с Суной, тех, кто лечит обширные ранения — против Ивы, тех, кто способен работать с нервной системой — против Кумо и тех, кто лечит глубокие кровотечения — против Кири. Хотя, думается мне, что ты сможешь разобраться с этим даже лучше, чем я. Главное помни: без своевременной и правильной медицинской помощи, мы не сможем долго продержаться. Так что твои подчинённые — одно из важнейших звеньев нашей армии. — Я понял вас, Хаширама-сама… — задумчиво кивнул мужчина. — Превосходно. Под конец хочу сказать, что впереди нас ждёт тяжёлая война, — напряжённо проговорил Первый Хокаге. — Возможно, самая тяжёлая, которая когда-либо будет. Если нам суждено проиграть… что ж, значит, так и тому и быть. Но я вас уверяю… мы сделаем всё возможное и невозможное, чтобы пойти наперекор судьбе! И мы победим несмотря ни на что! Так давайте заставим их пожалеть о том, что они решили на нас напасть! За Коноху! Комментарий к Часть 69 Да простит меня Бета за 7 страниц моей писанины... П.с. А вы заметили, как автор за две главы скипнул 5 лет? Вот и я не заметил... ---------- Том 1 Глава 70 — Сенсей, а почему мы сидим здесь, а не помогаем Узушио отбиваться от атак Кумо и Кири? Вопрос был задан так и не избавившимся от шила в одном месте подросшим Джираей, который то и дело хотел знать всё и сразу, быть везде и повсюду. Сейчас команда Ичиро вместе с самим учёным находились около границы Страны Медведя, с другой стороны которой расстилалось море, ведущее прямиком к островам Страны Воды. Весть о начале Второй мировой войны Шиноби разлетелась по всей Стране Огня со скоростью пожара. Хотя это не особо удивительно и даже было сделано Хаширамой специально, когда он выступил перед народом с новостью о новом военном конфликте. Конечно, многие неприятные углы он сглаживал, дабы не поднималась паника, однако всю суть он всё же передал: война будет против всех. Поначалу большинство шиноби Конохи впало в отчаяние, услышав столь обнадёживающую новость от самого Хокаге. Учитывая, что в прошлой войне им и так пришлось несладко, когда нужно было сражаться на два фронта, очевидно, что сейчас они заранее похоронили всякую надежду на победу. Однако здесь сработало две вещи, которые не дали жителям Страны Огня пасть духом: во-первых это харизма и источаемая уверенность Хаширамы в купе с пропагандой, а во-вторых имена командиров фронтов. Всё-таки репутация именитых шиноби Листа как никогда служила подспорьем для того, чтобы идти за ними в бой, ведь для многих это будет честью. Мобилизация войск прошла успешно. Всё-таки о возможном конфликте с другими деревнями люди знали уже давно, а потому в каком-то смысле были к нему готовы заранее. Таким образом, все, даже генины, приготовились защищать свой дом. С момента совещания в резиденции Хокаге, где Хаширама назначил командующих и обрисовал общую картину вероятных будущих событий, прошло всего ничего — две недели. Но за это время многие шиноби Конохи уже успели добраться до своих позиций. В большинстве своём это были построенные на скорую руку лагеря около границ страны, где планируется постепенное укрепление обороны. Вблизи устанавливались всевозможные ловушки, которые в теории должны будут задержать наступление врага. Как же будет всё происходить на самом деле, никто сказать не может. Но даже так сделать всё возможное для защиты своей территории — долг каждого ниндзя. Первыми активными боевыми действиями можно было назвать нападение объединённой армии Тумана и Облака на Водоворот. Осада длится уже третий день, что говорит о том, что защитники не спешат отдавать врагу свою деревню. Команда Ичиро же, которая фактически находится на одном фронте с Узушио, осталась в Стране Медведя — подконтрольной Узумаки территории. — Потому что там есть кому сражаться. Хокаге-сама отправил туда на помощь наших шиноби, так что не стоит волноваться о судьбе наших союзников. Меланхоличный ответ Ичиро не совсем устроил Джирайю, однако тот не спешил уточнять детали, зная, что сенсей может из-за этого неслабо так разозлиться. А после этого достанется ему не только от него, но и от команды, потому что вскоре бурный поток несдержанной желчи выльется и на них. Вообще, несмотря на шестнадцатилетний возраст, по характеру одна из самых одарённых троек нового поколения практически не изменилась. Джирайя всё также оставался эксцентричным нарушителем спокойствия с доброй натурой, искренне заботящимся о своей семье и команде; Орочимару был молчаливым и зачастую скрывал свои эмоции, в большинстве своём оставаясь бесстрастным по отношению к окружающему миру; Цунаде же верила своей команде и готова была без колебаний отдать за неё жизнь несмотря на то, что нередко попрекала ребят за их недостатки, хотя сама была довольно грубой и вспыльчивой. Но, помимо становления характера, ребята повзрослели и внешне. Парни стали выше и крепче в плечах, обзавелись жилистой мускулатурой и приобрели взрослые черты лица. Цунаде, в свою очередь, превратилась в красавицу, какую поискать ещё надо. Детская угловатость исчезла без следа, сменяясь на плавные изгибы и умеренно пышные формы, что в какой-то момент заставило большинство парней её возраста заострить на ней весьма недвусмысленное внимание. Но Сенджу отвергала каждого, кто видел в ней лишь дочь Хокаге или объект для похоти, а не обычную девушку, имеющую свои желания и интересы. — Ох… тут невероятно скучно. Ничего не происходит… Сколько нам ещё здесь сидеть просто так? — продолжал ныть беловолосый, сидя на пеньке и размеренно бросая небольшие камешки в сторону мелкой речушки, что протекала рядом. — Сколько надо, столько и будем ждать, успокойся, — фыркнула Цунаде, сидевшая рядом с двоюродным братом, отвесив тому для профилактики лёгкий щелбан. — Ай… больно же. Джирайя зашипел и схватился за ушибленное место, исподлобья глядя на сестру. Сидящий напротив ребят Орочимару, планомерно точащий кунай, дабы хоть как-то себя занять, закатил глаза, пробурчав еле слышно нечто язвительное. — Что ты там себе под нос бормочешь? — тут же взъелся сын Тобирамы, никогда не упуская шанс поспорить со своим другом-соперником, угрожающе (по крайней мере, так ему казалось) закатывая рукава. — Опять хочешь получить? Орочимару в лице нисколько не изменился. Он продолжил несколько меланхолично водить лезвием куная по точильному камню, словно происходящее вокруг его совсем не волновало. Отчасти так и было, однако, дабы развеять скуку и понаблюдать за реакцией вспыльчивого сокомандника, он всё-таки решил ответить: — Насколько я помню, в прошлый раз ты убегал от меня со сломанным носом, жалуясь Цунаде, что я использовал «бесчестный удар со спины», — с ухмылкой на устах проговорил сын Ичиро. — Только вот я одного понять не могу: как это я нанёс «удар со спины», если он пришёлся тебе в лицо, а? — Кхм… Не было такого! — сразу не найдя чем ответить, выкрикнул беловолосый, прикрыв глаза, сложив перед собой руки и повернув голову слегка в бок и вверх, словно показывая тем самым свою правоту. — Ты всё врёшь, да! — Хе… ну да, конечно… — весело выдохнул Орочимару. — О, Ками… — возвела к небесам глаза Цунаде, покачав головой. — Джирайя, я же помню, как лечила твою физиономию. Это было буквально на прошлой неделе. Всё ещё думаешь, что прав? — Да-да-да, вы все просто сговорились против меня! — продолжал упорно стоять на своём беловолосый юноша. — Никто не поддержит великого Джирайю… А вы что скажете, сенсей? Я бы набил морду вашему сыну? Ичиро, сидящий поодаль от всех, который до этого мирно отдыхал в медитации, медленно раскрыл один глаз, вперившись им в ожидающую ответа физиономию самого надоедливого ученика. Затем раскрылся и второй, после чего мужчина перестал сдерживать рвущееся наружу раздражение: — Я могу сказать лишь то, что ненавижу детей… — обманчиво спокойный голос прозвучал в образовавшейся тишине. — …особенно таких, как ты, Джирайя. — Эй, я уже не ребёнок! — возмутился сын Тобирамы, бесстрашно глядя в глаза учителя. Мужчина проигнорировал выкрик ученика, устраиваясь поудобнее, дабы продолжить медитацию: — Я уже начинаю жалеть, что вас сюда отправили… — куда более спокойно протянул Ичиро, вновь закрывая глаза. — Всё-таки с Ясухиро в своё время было куда легче… Каждый из ребят тут же навострил уши, услышав имя бывшего ученика учёного. Никто из них никогда особо не интересовался, что происходило во время Первой мировой войны, а в частности о том, что там было между ним и Ясухиро. Цунаде, как та, кого больше всех интересовал этот момент, набралась смелости и спросила: — Сенсей, а можете рассказать о нём? С ответом Ичиро не спешил, словно желая, немного помучать своих учеников. Однако вскоре он приподнял веки, прекрасно понимая, что они от него не отстанут: — О ком, о Ясухиро? — для проформы уточнил он, словно желая ещё немного растянуть этот момент, но в скором времени, получив подтверждающие кивки, продолжил: — Что ж… Когда его отправили на войну, ему было десять лет, но уже тогда он вёл себя куда взрослее, чем вы, шестнадцатилетние остолопы, — давящим взглядом задавив на корню возражения со стороны Джирайи, учёный хмыкнул: — Да… я помню, словно это было только вчера. Он в то время был очень пугливым. Боялся каждого шороха, каждого хруста ветки в лесу, каждого резкого движения мирных жителей в деревнях. Но в то же самое время он изо всех сил старался бороться с этим страхом. Конечно, опасность для жизни, поджидавшая его со всех сторон, давала нехилый толчок для становления характера, однако даже без этого он сам прикладывал усилия для того, чтобы стать твёрже, жёстче и сильнее. — А вы, вероятнее всего, этому поспособствовали… — еле слышно проговорил притихший Джирайя, вспоминая своё первое убийство, которое именно Ичиро его и заставил сделать. — Естественно, — не стал скрывать очевидное мужчина. — Тогда медлить было нельзя. Мы долгое время находились в тылу у врага, где каждая ошибка могла стоить нам жизней. Поэтому его обучение шло ударными темпами и фактически происходило прямо во время настоящих стычек с вражескими шиноби. — Поверить не могу… — покачала головой Цунаде, широко раскрыв глаза. — Я помню нашу первую встречу. Тогда ему примерно столько и было. Это получается, после этого он и пошёл на войну? Как мой отец такое допустил? — А ведь мы в его возрасте ещё играли в детские игры и не заботились о том, что происходило вокруг… — опустил голову сын Тобирамы, перестав бросать камешки. — Это довольно длинная история, Цунаде, — ответил на вопрос девушки учёный. — Но не буду скрывать: твой отец лично распорядился о том, чтобы Ясухиро оказался в рядах армии Конохи… После этих слов на небольшой опушке рядом с лагерем ниндзя Листа образовалась тягучая тишина. Каждый размышлял о том, что только что услышал, представляя себя на месте Кагуи. Даже Орочимару, прекрасно помнящий все те слова, что он когда-то давно сказал около реки, не мог себе представить, через что пришлось ему пройти. Тем не менее именно он был тем, кто разрушил молчание: — Есть предположения, когда он вернётся? — Как сказал Тобирама-сан, мы ничего о нём не знаем, — выдохнул учёный. — Поэтому я не могу ничего обещать. Тем более, я не имею ни малейшего понятия о том, сколько длится полное обучение сендзюцу и какой метод его изучения предпочитают звери, с которыми он, я надеюсь, заключил контракт. В своё время я пытался научиться использовать природную энергию, однако у меня не вышло. Змеи, практически постоянно мечтающие меня убить, ни разу этому не способствовали. — Хм… я бы тоже хотел получить призыв… — задумчиво протянул Джирайя, мысленно представляя какого-нибудь гигантского дракона, восседая на шее которого он истреблял бы всех своих врагов. — Рано вам ещё. Да и война только-только началась. Нет у вас сейчас времени на это… Речь Ичиро была прервана, когда к четвёрке на всех парах примчался один из шиноби Конохи. Выцепив взглядом учёного, молодой чунин скороговоркой выпалил: — Командующий-сан! Наши разведчики доложили о странных движениях противника около их границы! Что будем делать? «Вот и для нас работа нашлась», — пролетело в мыслях у учёного, который в миг отбросил всякую меланхолию, поднялся на ноги и приготовился отдавать приказы. *** — Ичиро-сан! Нами было замечено несколько десятков приближающихся кораблей противника! В течение десяти минут они будут уже около наших берегов! Выпалив это на одном дыхании, чунин принялся ожидать приказаний. Ичиро медлил с ответом, глубоко нырнув в свои мысли. Однако затем, когда его взгляд вновь стал осмысленным, он принялся рассуждать в слух: — Так значит Кири решило воспользоваться численным преимуществом… Ведь большинство Узумаки сейчас защищают Узушио, а здесь хорошо если осталась сотня красноволосых. Всё-таки придётся нам отбиваться своими силами… — Откуда у них вообще столько шиноби в запасе, если они по идее должны практически всех отправлять на штурм Водоворота? — задал весьма разумный вопрос Джирайя, в миг отбросивший всякую весёлость и ребячество, что он демонстрировал пару минут назад. — Скорее всего они всё это продумали, — вместо Ичиро ответил его сын. — И если у них есть возможность не посылать всех людей на Узушиогакуре, значит, дела у защитников идут не очень хорошо… — Узумаки справятся, — сказал как отрезал учёный. — Всё-таки не забывайте, что помимо помощи в виде шиноби Конохи, у них также есть и полученный в конце Первой мировой войны Семихвостый биджу. — Командующий-сан! Они скоро приблизятся к границе! Теперь прибежали уже несколько ниндзя с повязкой Узу. Все они с выжиданием уставились на Ичиро, который на этот повёл себя так, как и должен вести себя командир на фронте, а именно, начал отдавать приказы: — Значит так, будем встречать их ещё в море. Так как мы в любом случае уступаем в численности, нам нужно убить как можно больше, потеряв при этом как можно меньше. Ударим по ним дальнобойными атаками, уверен, что на воде им будет тяжелее защититься. Затем начнём оборонять берег. Наша задача — не дать им прорваться вглубь территории. Держимся вместе и прикрываем спины друг друга. Передайте это остальным! — Хай! — одновременно выкрикнули чунин и Узумаки, пулей помчавшись в сторону лагеря. — Мы же пойдём встречать наших гостей… — усмехнулся учёный, переглянувшись с командой. Берег моря, разделяющего Страну Медведя и острова Страны Воды, был невысоким, покрыт мелкими камнями и твёрдым песком. Ходить по такой поверхности было не очень приятно: через тонкие подошвы сандалий чувствовались любые неровности. Однако для шиноби это не являлось особой проблемой. Всё-таки чакра помогала и в этом деле. Вдалеке неспокойной воды, откуда шёл сильный холодный ветер, виднелось несколько небольших точек, которые со временем становились всё больше и больше. Вскоре, когда позади Ичиро и его команды выстроились остальные шиноби Конохи и Узушио, эти точки начали постепенно приобретать очертания кораблей. Стали видны раскрытые паруса, гордые мачты и размытые силуэты людей на борту. — Приготовиться! Ударим по ним дальними атаками! Гулкий командирский голос Ичиро раздался в напряжённой тишине, эхом разносясь по всему берегу. Шиноби, с мрачной решимостью сверлящие взглядом врага, принялись в скором темпе разгонять по каналам чакру, разминать конечности и в тысячный раз проверять наличие холодного оружия в подсумках. Наконец, когда с кораблей стали доноситься боевые выкрики, а расстояния хватало для того, чтобы разглядеть знак Кири на Хитай-ате вражеских шиноби, учёный прокричал: — Атакуем! Со стороны объединённых сил Конохи и Узушио целым градом полетели всевозможные техники ниндзюцу. Стихия Огня, Воздуха, Молнии и в меньшей степени Земли с Водой грозились изничтожить каждого, кто попадётся на их пути. Казалось, что от такого спастись было невозможно, однако у врага нашлось своё весьма неожиданное решение… — Что это такое? Как такое возможно? — послышались встревоженные возгласы со стороны шиноби. Все выпущенные техники столкнулись с невидимыми стенами, которые окружали корабли. Всё ниндзюцу либо впиталось в поверхность преграды, либо отскочило в сторону, не принося противнику никакого вреда. А судна, словно и не заметив атаки, продолжили свой ход, стремительно приближаясь к берегу. — У них есть наши фуин-барьеры… Подумать только! — поражённо проговорил один из Узумаки, стоящий позади Ичиро. — Видимо, во время Первой мировой Кири всё-таки получили доступ к вашим фирменным запечатывающим техникам… — нахмурено протянул учёный, на ходу продумывая новый план с учётом обстоятельств. — Ладно. Пусть будет так. Внимание! — он повернул голову к армии. — Ждём, пока они не повылезают со своих посудин! Как только это произойдёт, сразу же атакуем! — Есть! — стройным хором ответили шиноби союзных деревень. Так началась первая, но далеко не последняя битва на восточном фронте между Конохой и Узушио с одной стороны и Кири — с другой. Никто ещё не знал, чем всё это закончится, однако каждый из участников конфликта всенепременно рассчитывал на победу. Чего бы она не стоила… Комментарий к Часть 70 Моя любимая рЭзня, так ещё и в таком масштабе! Ух... как мне это нравится! Вы спросите, когда появится Константин Кагуевич? А я скажу, что в самый подходящий для этого момент. ---------- Том 1 Глава 71 Владея явным численным преимуществом, шиноби Кири вели себя очень нагло и бесстрашно. Не считаясь с потерями при высадке на берег, они тут же вступили в схватку, сблизившись с защитниками. Не обладая клановым Мокутоном, Цунаде приходилось делать то, что у неё получалось лучше всего: лечить своих с помощью ирьениндзюцу и убивать чужих в рукопашном бою. Конечно, техники ниндзюцу, а в частности Стихия Огня и Молнии, ей были доступны, однако с самого детства клан делал упор именно на тайдзюцу, ибо именно это считалось её предрасположенностью. Как бы это парадоксально не было, но как раз таки отец учил её лечащим дзюцу. Со стороны могло показаться странным, что Бог Шиноби, тот, кто в битве без труда изменяет ландшафт вокруг, обучал свою дочь именно этому, а не искусству ниндзя. Однако Цунаде утёрла нос бы каждому, кто что-то бы на это сказал, потому что во-первых это в полной мере раскрыло её потенциал в качестве меднина, чему она была очень рада, с малых лет мечтая о том, чтобы спасать жизни своих друзей, а во-вторых её развитие боевых навыков ни на миг не отставало. Ичиро, ставший её сенсеем после Академии Ниндзя, разузнав её сильные и слабые стороны, принялся заниматься с ней развитием именно рукопашного боя. Несмотря на вечные причитания, недовольные бурчания и бесконечный поток раздражения, мужчина тренировал на славу. Он не оглядывался на её статус дочери Хокаге, что Цунаде очень нравилось, и обучал её также жёстко и без поблажек, как и Джирайю — сына советника правителя деревни, так и Орочимару — своего собственного отпрыска. Таким образом до момента её отправки на войну ею занимались с умом и отдачей, всесторонне и эффективно. А теперь в реальных боевых условиях ей придётся применить всё то, что она за эти годы развила. — Агх… на помощь! — послышался сбоку от девушки хриплый голос. Резко обернувшись на звук, Сенджу увидела парня, который был ненамного старше её самой. Он лежал на земле, судорожно зажимая глубокую рану на животе. Его лицо кривилось от боли, хотя он и старался издавать как можно меньше звуков, дабы не привлекать к себе излишнего внимания. Действовать нужно было быстро, а иначе он грозился истечь кровью, которой под ним к этому моменту собралось уже весьма и весьма прилично. Не раздумывая, Цунаде рванула на зов помощи, оставляя прикрытие на её сокомандников. — Я тут. Я рядом! — коротко выдохнула дочь Хокаге, падая на колени перед раненым. — Не закрывай рану! Покажи мне её! Командирский голос заставил парня рефлекторно подчиниться и убрать руки с живота. Первым делом она внимательно осмотрела ранение, определив, с чем конкретно нужно работать. Затем, активировав Шосен, она принялась за дело. Проведя сквозь руки чакру, отчего те ярче засветились зелёным светом, Сенджу остановила кровь и принялась восстанавливать повреждённые ткани. Вскоре от глубокой раны, от, вероятнее всего, катаны или другого меча, не осталось и следа. Даже шрама на память. Все эти действия были произведены с феноменальной скоростью с помощью отточенных до автоматизма навыков Цунаде. — Готово. Можешь вставать, — коротко кивнула дочь Хокаге, поднимаясь на ноги. — Спасибо! — парень благодарно кивнул в ответ, с радостным удивлением потрогав на том месте новообразованную кожу. Он хотел сказать что-то ещё, подняв взгляд на Сенджу, однако в тот же момент его голова оказалась отделена от тела из-за тончайшего лезвия, блеснувшего на явившемся сквозь густые облака полуденное солнце. Пока девушка с широко раскрытыми от шока глазами пыталась сообразить, что вообще сейчас произошло, провожая взглядом упавшее на землю мёртвое тело товарища, из шеи которого начала бурным потоком хлестать кровь, обрызгавшая её с ног до головы, мужчина с повязкой Кири на лбу отряхнул свой меч и стрельнул глазами в её сторону, найдя в ней свою новую цель. — Надо было сразу его добить, а не идти за следующим… — на удивление приятным голосом тихо проговорил он, а затем ухмыльнулся, глядя на растерянность в глазах Сенджу. — Бедняжка… Его молниеносный выпад в её сторону был остановлен вовремя подоспевшим Орочимару, который подставил под удар своё вакидзаси. Одной рукой удерживая рукоять, а другой — тупую сторону своего оружия, он тем самым не без труда, но сдерживал напор шиноби Тумана, давящего на юношу всем своим весом. Несмотря на видимое напряжение, которое он испытывал, противостоя в этой «проверке силы», он отвернул голову назад, в сторону продолжающей стоять на месте Цунаде, и, точь-в-точь копируя излюбленное выражение лица своего отца в виде беспокоящегося раздражения, проговорил: — Не стой столбом, а то порежут быстрее, чем успеешь вякнуть! Вот, лучше иди помоги людям. Проследив за кивком сокомандника, девушка еле сдержалась, чтобы не ахнуть. Куда ни глянь, везде лежали умирающие люди. Естественно, как союзники, так и враги. Некоторые стискивали зубы или кусали себя за руки, чтобы не закричать, другие не могли сдержать дикий вопль от боли, третьи молча ожидали конца. Причём раны были самые разнообразные: от режущего, колющего, рубящего, реже дробящего холодного оружия… их степень также отличалась. Были неглубокие, но многочисленные повреждения, у многих просто-напросто отсутствовали конечности, но также встречались и те, кого можно было узнать лишь по обрывкам одежды. Особенно выделялись шиноби, поражённые техниками ниндзюцу и всевозможными ядами. И если первых Цунаде ещё могла бы вылечить, задействуя уже свою энергию, то вот вторых она вынуждена была бы оставить умирать, так как в большинстве случаев зловредное вещество, попадающее в организм ниндзя, она в боевых условиях вывести не могла. Возникал хороший вопрос касательно того, почему, кроме Цунаде, никто фактически не мог сейчас оказать медицинскую помощь. И на самом деле ответ был довольно прост. К сожалению, в основном ирьенины не вступают в бой, оставаясь и работая с ранеными в тылу. Они не обладают достаточными боевыми навыками, чтобы лечить прямо в самый разгар битвы, грозясь стать лёгкой мишенью для проворного врага, выискивающего меднина для ликвидации. Так что, как бы Сенджу не хотелось получить поддержку со стороны коллег, лечить на этом берегу ей придётся в одиночестве. Именно поэтому, смахнув с лица неуверенность, она выцепила взглядом впереди тянущего к ней руку, лежащего на животе шиноби Конохи, который, судя по светлым волосам и отдалённо знакомому лицу, был одним из членов её клана. — Цунаде-химе… — прокряхтел он, прикладывая неимоверные усилия для того, чтобы начать ползти в её сторону. Подняться на ноги он не мог из-за того, что они были раздавлены до состояния ошмётков. Девушка не знала, какая техника могла такое сделать, однако её это не особо волновало. Ей нужно было ему помочь, а потому, не теряя даром времени, она пулей стартанула в его сторону. — Не так быстро… В одно мгновенье перед ней, словно гора, вырос неизвестный ниндзя Кири, угрожающе нависнув. Лишь вдолбленная сенсеем и кланом реакция помогла Цунаде успеть отклонить корпус в сторону, дабы рука мужчины пролетела мимо её головы. Помня о раненом, она мысленно попросила его подождать минуту, за которую она планирует разобраться со своим новым противником. Успокоив бешено стучащее сердце, Сенджу решила использовать свою коронную фишку в тайдзюцу, используя прямолинейные, но невероятно мощные удары. Напитав чакрой кулаки, она сблизилась с оппонентом, целясь ему в корпус. Тот совершил ошибку, подставив под выпад скрещенные руки. Раздавшийся хруст был слышен, казалось, по всему берегу. Поморщившись от боли, он ногой оттолкнул от себя Цунаде, встряхнув перед собой повреждёнными конечностями. Решив не терять инициативу, дочь Хокаге вновь пошла в атаку. На этот раз, правда, она сошлась на том, что нужно воспользоваться хитростью. Перед тем как сойтись с врагом в ближнем бою, она со всей силы ударила по поверхности берега, вложив в этот удар немалое количество чакры. Дрожь земли и образовавшиеся трещины заставили шиноби Тумана потерять равновесие. Пока противник находился в «подвешенном состоянии», Сенджу поспешила действовать. Пробежавшись по краю отделившейся твёрдой породы, она в прыжке попыталась зарядить ему по голове. Однако мужчина в последний момент сумел сориентироваться и нырнуть вниз, избегая всяческого урона. Воспользовавшись заминкой девушки, он, не сдерживаясь, ударил коленом ей живот, заставляя её от этого даже немного подлететь в воздух, а затем добавил выпад ногой в область груди, отправляя её полежать в куче мелких камней, покрытых кровью. С трудом сдержавшись, чтобы не опустошить желудок, Цунаде рвано выдохнула, с трудом поднимаясь на ноги, охнув от боли в грудной клетке. В этот момент внутри неё начало стремительно разгораться нечто жгучее и очень опасное. То была чистая, незамутнённая злость. Злость на врагов за то, что они хотят уничтожить её деревню, убить её друзей и семью. Злость на себя из-за того, что она не может даже победить одного противника. Эта яркая эмоция как вспыхнула, так и угасла, оставаясь тлеть где-то на задворках сознания. Наглядная картина в виде умирающих союзников позади врага отрезвила её и заставила вспомнить, что никто, кроме неё, им помочь не сможет. Так что, взяв себя в руки, она стиснула зубы, быстро вылечила последствия от пропущенного удара и с холодным разумом продолжила битву. *** — Хе… не зря всё-таки ты — дочь Хокаге… — криво усмехнулся шиноби Кири, поперхнувшись сгустком крови. Придавливая его шею ногой, Цунаде смотрела на своего противника сверху-вниз, понимая, что потратила на него слишком много времени. Мужчина проиграл тогда, когда позволил себе расслабиться после нескольких успешных атак. Тогда-то Сенджу и наказала его за эту ошибку. Его внутренности были разбиты в труху, хотя внешне никаких признаков подобного не было. Всё-таки удары девушки в большей степени имели проникающую силу, не разрывая кожу. Это выглядело не так эффектно, однако не менее эффективно. Не говоря ни слова, Цунаде с интересом наблюдала за тем, как жизнь постепенно покидала тело поверженного. Этот процесс заворожил её, не позволяя оторвать взгляд. Когда последний хриплый выдох сорвался с его уст, она убрала ногу, удостоверившись в том, что он действительно погиб. В следующую секунду её словно прострелило техникой Молнии. За всей этой битвой и медленным добиванием противника она совсем забыла о своих товарищах. Резко подняв голову, Сенджу имела возможность наблюдать за тем, чего она сейчас больше всего на свете не желала видеть. Тянущий ранее к ней руку соклановец замертво лежал, уткнувшись лицом в землю. Кровавая дорога позади него говорила о том, что перед смертью он умудрился проползти около десятка метров, видя в Цунаде единственную надежду на спасение. Кроме него рядом также можно было заметить несколько бездыханных тел, испустивших дух совсем недавно. Добела сжав кулаки, дочь Хокаге, не до конца осознавая свои действия и надеясь на чудо, принялась проверять каждый труп на наличие хоть каких-нибудь признаков жизни. Только сейчас, буквально по локоть окутав свои руки в ещё тёплой крови, она почувствовала её мерзкий, удушливый, слегка сладковатый запах, который ранее она старалась не замечать. Вместе с картиной убитых союзников перед глазами пришло осознание собственной никчёмности. Сколько бы она не вливала чакры в технику Мистической руки, трупы оживать не желали. Они продолжали пустым взглядом мёртвых глаз смотреть в небеса, навсегда покинув мир живых. — Отступаем! Голос сенсея был слышен словно через вату. Всё её внимание было сконцентрировано на собственных окровавленных руках. Она даже не чувствовала, как сильно её била дрожь. Мыслей не было, в голове образовалась глухая пустота. Сзади кто-то взял её под руки и начал быстро уводить. Но Цунаде на это никак не отреагировала. Перед её глазами всё ещё стояла картина убитых, которая запомнится ей ещё надолго. Всё-таки можно было предположить, что девушка, родившаяся и прожившая в мирных условиях, всё ещё не будет готова к войне и её последствиям. Однако в нынешней ситуации и обстоятельствах её участие в боевых действиях было не желанием, а обязанностью. Так что справляться со своими страхами ей придётся самой. Комментарий к Часть 71 Всей деревней ждём появления Константина Кагуевича! А то его будущая пассия сейчас начнёт сходить с ума. ---------- Том 1 Глава 72 Сбегать с поля боя было неприятно, но правильно. Всё же какой смысл погибать просто так, когда противник владеет инициативой, если можно перегруппироваться и попытаться остановить его с новыми силами? Вот и Ичиро, проанализировав ситуацию, сложившуюся в тот момент на берегу моря, пришёл к выводу, что отступить — единственное верное решение для того, чтобы не потерять изрядную часть своего войска. Таким образом, Туман занял территорию примерно в десять километров, начиная от воды и заканчивая лесом, который занимал большую часть земли на краю Страны Медведей. Получилось так, что теперь силы Конохи и Кири были разделены открытой равниной, с друх сторон опоясывающейся густыми лесами. Каждый засел в своих укрытиях, будучи готовыми атаковать при любом, даже самом маломальском движении врага, которое будет похоже на активные действия. В общей сложности Коноха и Узушио потеряли не так уж и много бойцов — около пятнадцати-двадцати процентов от общего количества, находящегося на берегу. Учитывая, что в лагере Ичиро предусмотрительно оставил некоторую часть сил, не отправляя всех людей в первую битву, эти потери действительно не сильно повлияют на боеспособность всей армии. Другое дело, если говорить о раненых. Вот их, к сожалению, было достаточно. По крайней мере, больше, чем ожидалось. И как бы это цинично не звучало, но позаботиться о тех, кто получил ранение, а затем полностью вылечить его, возвращая в строй, намного сложнее, чем просто похоронить труп. Конечно, ирьенины сделают всё, чтобы поставить раненых на ноги, однако это требует потратить силы и время. Самой главной проблемой, с которой Лист может столкнуться в следующей схватке, будет именно нехватка времени. Если Кири решит напасть до того, как Коноха успеет «зализать раны», то их продвижение вглубь Страны Медведей будет закономерным последствием. Пришли также и новости прямиком из Водоворота. Оказалось, что Узумаки неплохо так справляются с защитой своего селения, успешно отбивая атаки сразу двух джинчурики. Семихвостый в их подчинении так же сыграл в этом немаловажную роль. Всё это ведёт к тому, что вскоре битва за Узу завершится. И, на самом деле, здесь, на восточном фронте, для шиноби Конохи будет неблагоприятным исходом как уничтожение Узушиогакуре, так и поражение войск Кири или Кумо. Потому что в обоих случаях Туман отзовёт свою основную армию и всенепременно направит её в Страну Медведей, и тогда и без того трудное положение превратиться в катастрофическое. Хотя, с другой стороны, если красноволосые одержат победу, то также пришлют сюда своих шиноби, что станет существенным подспорьем в бою. Сейчас же ниндзя Листа и Водоворота оставалось лишь укрепиться на своих позициях для отражения следующей атаки врага. А пока, выжидая этого момента, им нужно было постараться сохранить боевой дух, существенно пошатнувшийся после первого поражения. Теперь, помимо ожидания в напряжении будущей схватки, шиноби испытывали и другие, новые эмоции. Страх, злость, отчаяние, безумие… Всё-таки многие шиноби, отправленные сюда, никогда в своей жизни не участвовали в подобном. Да, они не были совсем уж зелёными шиноби, обладая навыками ниндзя и опытом реальных сражений, хотя глупо было бы говорить, что Коноха, попав в ситуацию «один против всех» не стала бы посылать на передовую всех подряд. Объективно говоря, так и было. Всё же нужно было как-то компенсировать численное преимущество противника. Как итог, именно такие шиноби в основном в бою на берегу и погибли. Никто не мог с этим ничего поделать. В ином случае армию Листа смяли бы, задавили числом и захватили деревню. А так за счёт всех резервов у Конохагакуре появлялся шанс на победу. Однако миссия и война — совершенно разные вещи. Здесь шанс умереть намного выше, чем на обычном задании. А страх смерти на уровне инстинктов имеет любой человек, остающийся в здравом уме. Именно поэтому сейчас в лагере царила тяжёлая атмосфера. Если бы посторонний человек прошёлся бы между палаток, землянок и на скорую руку отстроенных «одноразовых» домиков, то он увидел бы подавленных, отчаявшихся и потерявших надежду людей, которые либо поодиночке отсиживались в укромных местах, либо изредка перебрасывались короткими фразами с другими. Никто не желал громко разговаривать, а уж тем более смеяться, первое считая лишним, а второе — неправильным. С этим срочно нужно было что-то делать, потому что с таким настроем о победе в войне не могло идти и речи. Ведь как можно её выиграть, проиграв морально? Без нужного настроя в этом деле люди обречены на провал. Но, к сожалению, в лагере не было того, кто мог бы поднять боевой дух солдат и подготовить их к грядущим событиям. Ичиро, являясь командующим на фронте, объективно говоря, не особо годился на эту роль. Его поведение, характер и отчасти внешность не вызывали желание пойти за ним и не располагали к безоговорочному доверию. Некоторые даже просто-напросто боялись его, не зная, чего можно от него ожидать. Если всё продолжится так же, то Коноха грозится потерять Страну Медведя… *** Цунаде было плохо. Скудный обед в виде уже остывшей каши с кусочками жёсткого мяса, который она получила в импровизированной «столовой», попросту не хотел лезть в горло. Каждый раз, когда она пыталась съесть хотя бы маленькую ложку, тут же появлялся рвотный позыв, вызванный воспоминанием металлического запаха крови, привкус которого она ощущала до сих пор. Тогда девушка откладывала тарелку в сторону, закрывала глаза и представляла перед глазами всё, что угодно, кроме событий вчерашнего дня. Затем, выбросив из головы всякие мысли о произошедшем, она вновь брала в руки обед, чтобы затем всё опять повторилось, пойдя по кругу. Сенджу была одной из тех, кто хотел побыть наедине. Именно поэтому сейчас она сидела на голой земле в полном одиночестве под козырьком своей палатки. Хорошая погода в виде тёплого ветерка и яркого солнца ничуть не добавляли хорошего настроения. И хоть у неё не появился страх крови или трупов, однако ничто не могло избавить её от свежих воспоминаний и новых психологических травм. Ведь по-другому то, что с ней произошло, назвать было нельзя. — Ты как? — над головой раздался знакомый тихий голос, в котором явно слышалось искреннее беспокойство. Подняв глаза, Цунаде увидела Джирайю и стоящего позади него Орочимару. На них можно было заметить бинты и пластыри, что говорило о том, что из битвы невредимыми они не вышли. Хотя это довольно логично, учитывая, что они вдвоём на поле боя были очень активны и постоянно ввязывались в сражение. — А ты как думаешь? — невесело хмыкнула она, окончательно отложив тарелку с едой в сторону, а затем повнимательнее взглянула на парней. Джирайя больше не шутил, не смеялся и даже не улыбался. Его губы выстроились в ровную линию, брови были слегка нахмурены, а в глазах виднелась усталость и желание, чтобы всё это поскорее закончилось. Орочимару же сохранял нейтральную маску, через которую очень трудно было разглядеть его истинные эмоции. Лишь в его взгляде читалась взволнованность и… страх. Самый обыкновенный страх, присущий каждому человеку. Цунаде никогда бы в жизни не подумала, что когда-нибудь увидит, как вечно невозмутимый либо чем-то недовольный сын Ичиро будет испытывать настоящую боязнь. Видимо, прогремевшая битва оставила свой отпечаток не только на Сенджу… — Я думаю, что не очень… — вздохнул сын Тобирамы, присаживаясь рядом. Орочимару, в свою очередь, чтобы не отставать от сокомандника, невозмутимо сел с другой стороны. — Это был риторический вопрос, дурила… — выдавила из себя слабую улыбку девушка. Присутствие рядом двоюродного брата, с которым она с самого детства проводила время, и Орочимару, за время совместных тренировок ставший ей угрюмым и нелюдимым, но всё-таки настоящим другом, не могло не повлиять на неё положительно. Несмотря на то, что умом ей хотелось сейчас побыть одной, сердце требовало поддержки со стороны близких. Нет, она не избавилась от засевшего в душе страха, однако от присутствия ребят и пары незначительных слов с ними ей стало чуточку легче. — Сенсей всё ещё сидит в штабе? — решила она поинтересоваться, заметив, что никто из команды никак не хотел продолжать разговор. — Да, не вылазит оттуда с того момента, как мы сюда пришли, — ответил всё тот же Джирайя, принявшись методично вырывать травинки из земли. Цунаде понимала это поведение и уже давно привыкла к такому: ему всегда нужно было чем-то занять свои руки. — Разговаривает с аналитиками и думает, что нам делать дальше, наверное. Цунаде еле сдержала нервный смешок: — Что тут думать? Укрепиться здесь и обороняться. Хотя… есть ли в этом смысл? Нас ведь просто задавят числом… — Вот поэтому отец и пытается придумать план, чтобы нас не постигла такая участь, — впервые за всё время заговорил Орочимару, который взглядом в никуда уставился в сторону леса. — Главное, чтобы не было слишком поздно. Шиноби Кири не станут тянуть со следующей атакой, — покачал головой Джирайя. — Поверь, в нашем случае, лучше поздно, чем никогда, — коротко ответил сын Ичиро. После этого около палатки наступила тишина. Никто не желал её прерывать, наслаждаясь, возможно, последними спокойными минутами. Редкий тёплый ветер колыхал золотые волосы девушки, щекоча её слегка загорелое лицо. Дыхание было спокойным, размеренным — не то, что десяток минут назад. Её взгляд, вернувший себе пару оттенков жизни, рассеянно блуждал по округе, не ища чего-то конкретного. Впрочем, густые лиственные деревья и редкие кустарники всё равно вряд ли смогли бы стать объектом её внимания. Так ребята и сидели в полном молчании, наслаждаясь звуками природы, с замиранием сердца ожидая того момента, когда вновь придётся взяться за оружие, встать плечом к плечу и защищать свою деревню… Комментарий к Часть 72 Да, размер небольшой, за это прошу простить. Но сейчас голова забита другими вещами, и пока не могу полностью отдаться писательству. Скоро будет интереснее. Ожидайте. ---------- Том 1 Глава 73 — …сколько можно бегать? Вы же сами понимаете, что это проблему не решит! — А что, нам просто стоять на месте и пытаться сделать то, чего мы сделать не сможем в любом случае? Да нас сметут и не заметят, с учётом количества нашей армии! — Оттягивать неизбежное нет никакого смысла! Если нам суждено погибнуть, значит, так тому и быть! — Не знаю, что насчёт тебя, однако я не собираюсь погибать просто так! В большой палатке, которую шиноби Конохи называют штабом, собрались, по меньшей мере, все командующие и другие вышестоящие лица армии на восточном фронте. Ичиро, будучи главнокомандующим, понятное дело, также здесь присутствовал, хотя всей своей душой желал оказаться как можно дальше от этого места. Сидя во главе длинного прямоугольного стола, он попеременно переводил взгляд от одного «аналитика» к другому, пытаясь сделать вид, что не желает прикончить что первого, что второго. Судя по резко замолчавшим шиноби, которые заметили изменения в поведении командира, ему это сделать не удалось. Прошло уже почти полтора дня, а никто так и не придумал адекватный, а главное рабочий план обороны. Почему-то каждый раз, когда кто-то вносил идею, другие тут же начинали возражать, что в скором времени перерастало в очередной спор на повышенных тонах. У учёного уже не раз возникала мысль, что они делали это специально, из-за чего повышался градус его раздражения и увеличивался шанс того, что рано или поздно он всё-таки сорвётся. Но чтобы не рушить и так шаткое моральное составляющее в лагере, Ичиро сдерживал свои порывы и даже пытался думать о своих подчинённых исключительно в хорошем ключе. Жаль, что это не решало главной проблемы — скорого нападения врага. — Командующий-сан, вы хотели что-то сказать? — из мыслей его вырвал шиноби из клана Нара, который был, наверное, единственным человеком из присутствующих, кого ему не хотелось придушить. Выждав небольшую паузу, Ичиро прикрыл глаза, думая, как бы помягче назвать всех этих «аналитиков» бесполезными. Мысленно досчитав до пяти, он резко раскрыл свои змеиные глаза, заставив некоторых проглотить нервный ком, а затем наконец заговорил: — Если всё так продолжится, то мы ни к чему не придём. Наша дискуссия уже порядком подзатянулась. Враг может атаковать в любой момент, так что мне нужны идеи, а не ещё один спор. Хлёсткий голос учёного отрезвил даже самые горячие головы, приструнив тех, кто хотел высказать очередные возражения. Шиноби начали переглядываться друг с другом, гадая, есть ли у кого-то дельные мысли. Однако по прошествии пяти, а затем и десяти минут никто так и ничего не предложил. Ичиро позволил себе показательный, тяжёлый вздох, дабы показать, как он разочарован своими подчинёнными. — Надо было давно уже это сделать… — пробормотал он про себя, а потом продолжил громче: — Что ж… в таком случае, раз уж вы ничего не можете сделать, то мы будем действовать так, как скажу я. Возражения не принимаются, у вас уже был шанс высказаться. После небольшой паузы, за время которой учёный приводил в порядок и структурировал свои мысли, он, не вставая из-за стола, принялся обрисовывать тактику: — Значит так, между нашими армиями стоит открытая равнина. Они в любом случае не смогут напасть незаметно. Только если поодиночке — что вряд ли, учитывая их количество. Нашей задачей в первые минуты боя будет уменьшение их численности без потерь с нашей стороны. Сколько у нас уверенных пользователей Стихии Земли, способных перемещаться под землёй? — Порядка двадцати, Ичиро-сан, — ответил всё тот же Нара. — Не густо, но выбора у нас особо нет, — покачал головой учёный. — В общем, они должны будут ещё до начала битвы в пределах территории леса нырнуть под землю и добраться с помощью такого передвижения до середины поля. Там они, не показываясь снаружи, должны заложить взрывные фуин, работающие по активации со стороны пользователя. Важно, чтобы как шиноби, так и печати не были обнаружены вражескими сенсорами, а то с самого начала всё пойдёт наперекосяк. Думается мне, что Узумаки поделятся с нами фуином, способным скрывать чакру. — Так точно, — кивнул один из красноволосых, также сидящий за столом. Ичиро удовлетворённо хмыкнул, не сомневаясь в таком ответе от Узумаки. — Отлично. Далее мы будем использовать дальние атаки, спрятавшись в лесу, расстреливая их, пока они будут преодолевать равнину. Нужно будет сделать так, чтобы мы их видели, а они нас — нет. — Но, командующий-сан, наша похожая тактика, когда мы атаковали их корабли, оказалась провальной, — возразил один из шиноби. — Тогда их защитило фуиндзюцу, сейчас же такого не произойдёт, так как они не смогут распространить его на всех пеших шиноби. И я, кажется, уже говорил… без возражений! — полыхнул он изрядным количеством Ки, заставив говорившего вжаться в своё кресло. — Кхм… только вот вряд ли они побегут сломя голову по открытой местности. Наверняка они используют свою фирменную Технику сокрытия в тумане… Я думаю, что если они объединят силы, то им не составит труда заполонить им всё поле. — Бьякуган сможет видеть сквозь такое препятствие, — подал голос мужчина средних лет с характерным для представителей клана Хьюга белёсым зрачком. — В таком случае, члены твоего клана будут нашими глазами. Вам нужно будет передавать нам информацию о местонахождении противника для того, чтобы мы наносили удар. Такого враги точно не ожидают. — Я передам им ваши слова. — Буду надеяться на это, — хмыкнул Ичиро. — Однако маловероятно, что их остановят взрыв-печати и дальнобойное ниндзюцу. Они в любом случае доберутся до леса, где мы их и встретим. Будем использовать эту территорию на двести процентов: ловушки, засады, скрытые убийства… всё, что поможет быстро лишить их инициативы и уверенности в победе. Последним рубежом станет наш лагерь. Его укрепить по максимуму и оборонять любой ценой. В самом крайнем случае, чтобы не терять всё войско, мы отступим дальше, однако на этот раз нам придётся покинуть Страну Медведей, которую Узумаки с нашей помощью когда-то с огромным трудом завоёвывали. Именно по этой причине нашей ключевой задачей на ближайшие дни, а может и недели, является удержание этой страны до тех пор, пока нам на помощь не придёт основная армия шиноби Узушио… *** На следующий день Хьюга, следившие всё это время за периметром, доложили, что шиноби Тумана стали проявлять странную активность. Ичиро ничего знать больше не нужно было. Он сразу понял, что время пришло. Тут же приказав всем боеспособным ниндзя готовиться к битве и занять указанные заранее позиции, учёный, не теряя даром времени, взял с собой двадцатку шиноби, обладающих хорошими навыками Стихии Земли, нескольких Хьюга для «навигации» и пару десятков обычных бойцов, способных использовать ниндзюцу на дальние расстояния. Нацепив на себя скрывающее фуин Узумаки, ниндзя сложили несколько печатей и вскоре скрылись под землёй, не выходя за пределы скопления деревьев в пределах территории леса. Долго ждать их не пришлось: буквально спустя пять минут «землеройки» вернулись, доложив об успешном выполнении поставленной задачи. Ичиро скупо похвалил своих подчинённых и принялся вместе со всеми ожидать первых активных действий врага. — Следи за ними, — тихо проговорил он стоящему рядом с ним Хьюга. — Сразу же говори, если зашевелятся. — Хай! — коротко кивнул носитель Бьякугана, активируя додзюцу. Остальные девяносто процентов от общей армии, в том числе и ученики Ичиро, в данный момент засели где-то среди лесного массива, затаившись в ожидании шиноби Кири. Долго ждать их не пришлось: вскоре равнина с другого её конца начала заполоняться густым белым туманом, медленно ползущим по земле в сторону шиноби Конохи. — Командующий-сан, — тут же вскинулся Хьюга. — Они… — Начинают атаку, — перебил его учёный, с ничего не выражающим взглядом уставившись в сторону фирменной техники Кири. — Я вижу. Готовьтесь взрывать. — Хай! — отозвались шиноби, прикрепившие взрывные печати. Второе и, возможно, последнее нападение бойцов Деревни, скрытой в тумане началось… *** Ослепительная вспышка света, а затем и полупрозрачный дым потревожили дикую природу западного (иными словами, самого крайнего) острова Страны Воды, который граничил со Страной Медведей и был в данный момент пристанищем для армии шиноби Кири. Когда дым рассеялся, размытый доселе силуэт превратился в молодого юношу двадцати лет с постриженными белоснежными волосами, кончики которых обрамляли его бледноватое возмужалое лицо. Две алые точки над бровями, выражающие принадлежность к клану Кагуя, стали крупнее и выразительнее. Появившийся из ниоткуда шиноби мог похвастаться фигурой, которой позавидовал бы каждый атлет, он подрос и теперь мог и сам смотреть на своих противников «сверху вниз», его плечи стали шире, а черты лица — выразительнее. Учитывая, что его верхняя часть тела не была закрыта какой-либо одеждой, заметить все эти изменения было нетрудно. На руке появился новый «аксессуар» — тонкий браслет золотого оттенка с короткими чешуйчатыми шипами, росшими друг за другом по кругу. Разноцветные глаза шиноби медленно бродили по округе, оценивая обстановку и выискивая опасность. Не обнаружив оной, он, и не думая расслабляться, задумчиво протянул окрепшим голосом, который приобрёл глубокие нотки: — Знакомая местность… Где это я? Неужто в Стране Воды? - он размеренно покачал головой, наблюдая за тем, как перед глазами пролетали воспоминания. - Да… девять лет прошло с того момента, как я в последний раз здесь был… Почувствовал он внимание к своей персоне ещё тогда, когда неизвестные медленно подкрадывались к нему со спины. Оставаясь спокойным и не показывая того, что что-то заподозрил, беловолосый юноша, не оборачиваясь, тихо проговорил, словно в пустоту: — Смауг, разберись-ка с ними. Одного не убивай, мне нужна информация. Шиноби Кири недоумённо уставились в спину этому странному человеку, который возник на их территории буквально из воздуха. Переглянувшись, они не совсем поняли его последние слова, что и стало их ошибкой. Не обнаружив никого вокруг помимо него и не заметив, как браслет на его руке сам по себе отсоединился и исчез в траве, ниндзя решили, что неизвестный просто разговаривал сам с собой и не представлял из себя опасности, оставаясь полностью открытым для атаки со стороны слепой зоны, отчего без задней мысли продолжили красться, становясь всё ближе и ближе. Всё произошло слишком быстро. А для шиноби Тумана — практически незаметно. Внезапно уже за собственными спинами они в буквальном смысле почувствовали дыхание смерти. Резко обернувшись, они успели заметить лишь размытый силуэт золотого цвета, который явно не принадлежал человеку. Последний оставшийся в живых ниндзя шокировано уставился на своих мёртвых товарищей, из продырявленных тел которых с ног до головы торчали крупные иглы в длину размером с предплечье человека, а в диаметре — не меньше пальцев. Неизвестное для него животное жёлто-оранжевого оттенка было на голову выше, имело покрытый теми самыми иглами хвост и чешуйчатую кожу. Стоя на четырёх лапах с пятью пальцами, зверь демонстративно пригнулся, угрожающе наступая на него с высоко поднятым вверх хвостом. Оцепенев и попятившись назад, ниндзя Кири моментально застыл на месте, когда почувствовал чьё-то прикосновение к своему плечу. Дёрнуться ему не дали крепкая хватка неизвестного и покрытая мелкими шипами кость, остановившаяся в миллиметре от его кожи на шее. — Говори, где мы сейчас находимся, почему вы сразу на меня напали и что происходит в данный момент в мире? — преспокойно начал задавать он вопросы, словно интересовался погодой, а не вёл допрос, угрожая его жизни. — Ты что, с луны свалился, что ничего не знаешь? — тем не менее, мужчина нашёл в себе храбрость, чтобы на них не отвечать, а начать увиливать и темнить. — Так… не хочу я с тобой долго возиться, — несколько разочарованно протянул юноша. — Отвечай на каждый вопрос, или мы с моим другом тебя убьём. Рептилия в подтверждение его слов показательно оскалил белоснежные зубы и провёл по ним своим длинным языком. Шиноби Тумана, однако, вопреки всему разумному, лишь усмехнулся: — Блефуешь. Ты не похож на убийцу… — Хм… видимо, ты меня не узнал, — оттенок удивления появился на бледноватом лице шиноби с повязкой Конохи. — Я что, настолько изменился? Он, выгнув бровь, взглянул на рептилию, которая на его вопрос лишь покачала головой. Пожав плечами, беловолосый юноша кивнул своему призыву в сторону заложника. Ящеру два раза повторять не нужно было. — Агх… — прошипел от боли мужчина, когда длиннющая игла, вылетевшая из хвоста животного, насквозь пробила его ухо. — Всё ещё хочешь молчать? — прошептал он пугающе ровным голосом. — У Смауга этих шипов ещё много, и, как ты уже понял, он может умело ими швыряться, у меня тоже есть свои иголочки. Думаешь, выдержишь, если я вобью тебе их под ногти? Или проколю глаза? Или вставлю их между пальцев? Знаешь, а ведь там множество нервных окончаний… Если не захочешь выбрать эти варианты, то мы сможем добавить немного яда. Почувствуешь, как по твоим венам пробежит сжигающий изнутри огонёк, выблюешь кишки, сам себе исцарапаешь от боли лицо, а может даже покончишь с собой, лишь бы не страдать… Так вот, я повторю. Всё ещё хочешь молчать? Лицо шиноби Кири, стремительно бледнеющее после каждого последующего слова, выражало ни что иное, как страх и панику. Он в холодном поту на бешеной скорости бегал глазами по сторонам и тяжело дышал, представляя в голове все те зверства, что с ним могут произойти. Его бурная фантазия и холодная решимость, с которой говорил его пленитель, подтолкнули к единственному правильному, как ему казалось, ответу: — Хорошо, хорошо, я всё скажу… — наплевав на всё на свете и волнуясь лишь за свою жизнь, выпалил он. — О… как-то быстро… — пуще прежнего изумился юноша, а затем, впрочем, тут же вернул себе спокойное выражение лица. — Я слушаю. — Мы на западном острове Страны Воды. Здесь неподалёку находится наш лагерь. А убить мы тебя хотели, потому что ты — наш враг, так как носишь протектор Листа. В мире разразилась Вторая мировая война Шиноби, где все деревни воюют с Конохой и Узушио. Сейчас мы атакуем ваши позиции и совсем скоро захватим Страну Медведей. У вас нет шансов, как бы вы не старались… — Хм… значит я не сильно опоздал. Что ж, хорошо, я услышал тебя… — получив пищу для размышлений, задумчиво выдохнул шиноби Конохи, а затем выверенным движением бесхитростно перерезал мужчине горло. Не обращая внимание на захлёбывающегося кровью ниндзя, юноша втянул кость обратно в ладонь и переглянулся с ящером. Он, прекрасно поняв выразительный взгляд своего друга, по-человечески закатил глаза и шумно фыркнул. — Я знаю, что тебе хотелось бы побыть в этой форме, однако мы, судя по всему, на вражеской территории. Нам нужно как-то вернуться к своим и помочь им. И… — он взглянул на переставшего дёргаться шиноби Кири, заприметив на его лбу незапятнанный Хитай-ате. — …у меня появилась идея как. Рептилия ещё раз выдохнула сквозь зубы, но всё-таки послушалась и вскоре принялась прямо на глазах изменять своё тело, стремительно уменьшаясь в размерах до тех пор, пока не превратилась обратно в маленький браслет на руке у юноши. Заботливо потерев «украшение», он пробормотал небольшое: «Спасибо» и, спрятав свой протектор Конохи в подсумке, снял с головы вражеский со знаком Киригакуре, после чего надел тот на себя. — Ну что… вспомним молодые годы с Ичиро-сенсеем, да? Комментарий к Часть 73 ДА! Возрадуйтесь же, ибо блудный сын вернулся! P.s. Возраст героев на данный момент: Ясухиро - 20 Цунаде/Джирайя/Орочимару - 16 Дейки - 15 Хаширама/Мадара - ~45 Тобирама/Изуна - ~40 Ичиро - ~35 ---------- Том 1 Глава 74 Дождавшись, пока трое противников пройдут мимо, Цунаде, засевшая в ветвях густого дерева, бросила в их спины целую россыпь из кунаев, целясь им прямо в затылки. Свист летящих лезвий и развитая интуиция помогла спастись шиноби Кири, которые вовремя успели пригнуться или отбежать в сторону. Однако один всё-таки попал под удар и теперь лежал лицом в землю с пробитым сзади черепом. Ниндзя Тумана, не особо желая найти затаившегося в засаде противника, просто-напросто разнесли и вырвали с корнем всё дерево с помощью ниндзюцу в виде мощного потока воды. Не увидев рядом с ним труп, они принялись суетливо выискивать выжившего врага, бегая глазами по окружавшей их лесной растительности. Сенджу явилась буквально как гром среди ясного неба. Спрыгнув заранее с уничтоженного дерева, она добралась до другого, а затем вместе с брошенными в полёте кунаями обрушилась на них сверху с занесённой для удара рукой. На летящее метательное оружие ниндзя Кири отреагировать успели, уклоняясь или отбивая его в сторону своим железом. Однако атаку самой Цунаде, последовавшей сразу после этого, они пропустили: ладонь девушки выверенным движением сломала одному из них шейные позвонки, а другому бесхитростным движением проломила нос, вбив его внутрь черепа. Приземлившись на землю и удостоверившись в том, что все противники мертвы, Сенджу огляделась по сторонам: так получилось, что рядом с ней практически точно такие же засады устроили и члены её команды. Джирайя с помощью своей техники, благодаря которой он мог удлинять, укреплять и иным образом управлять своими волосами, стрелял в противников иглами, попадая точно в болевые точки и уязвимые зоны, словно он так же, как и Цунаде, был ирьенином. Орочимару же действовал несколько иначе: он использовал Технику сокрытия в поверхности. С помощью этого дзюцу он мог незаметно перемещаться по окружающей его поверхности и прятаться в ней, что позволило ему застать врасплох не ожидавших нападение со стороны голого ствола дерева оппонентов и в миг лишить их жизни. План Ичиро сработал на ура. Первые ряды армии Кири существенно прорядились от взрывов печатей на равнине. Ниндзюцу, несмотря на сокрытие туманом, также помешало им быстро перебраться через поле, слегка замедлив атаку и убив самых ретивых. К этому моменту в лес успели вернуться все шиноби Конохи, выполнявшие до этого первую часть плана. Ичиро, понятное дело, был одним из них. — Как обстановка? — первым делом уточнил он, оказавшись рядом со своими учениками, вступая вместе с ними в битву против нахлынувших в лесную чащу врагов. — Пока справляемся! — ответил за всех Джирайя, сложив ручные печати и выдув струю огня прямо в лицо вылезшему из кустов чунину Тумана. Не обращая внимание на истошный крик парня, Цунаде с холодными глазами и бесстрастным лицом оборвала его жизнь простым ударом куная, что, можно сказать, оказалось для него лишь избавлением от страданий. Бросив быстрый оценивающий взгляд на сокомандников, она мимолётным движением оказалась рядом с Орочимару, быстро залечив рану на его плече. Получив короткий кивок в знак благодарности, она, как и все остальные, уставилась в ту сторону, откуда продолжали наступать враги. У шиноби Конохи вокруг, как и говорил Джирайя, пока что получалось их сдерживать, используя густую лесную местность. Однако ход битвы изменился тогда, когда среди атакующих появились полуголые ниндзя с длинными белыми волосами и двумя красными отметинами на лбу. Их было не больше пяти десятков, однако создавалось такое ощущение, что каждого из них можно было считать за троих обычных шиноби. — О-хо-хо-хо… — смехом, лишённым всякой адекватности, разразился ближайший к команде Кагуя, вытащивший из внешней стороны ладоней остроконечные кости длиной в полметра. — Как интересно будет всех вас порезать на куски! Сблизившись со своей командой, Ичиро прошептал так, чтобы никто вокруг, кроме ребят и остальных шиноби Конохи, не услышал: — Цельтесь в уязвимые места, такие как шея, глаза, сочленения костей и суставы. Их кости сверхпрочны, и они умеют покрывать ими практически всё своё тело изнутри. Даже ты, Цунаде, вряд ли сможешь их сломать. — Откуда вы так много о них знаете? — удивился Джирайя, разглядывая мужчину, который в данный момент отвлёкся и сцепился с одним из подскочивших к нему Узумаки. — А шиноби какого клана я, по-твоему, тренировал на протяжении нескольких лет? — раздражённо прошипел учёный, сдерживая порыв хлопнуть своего ученика по затылку. — В общем, помните ещё о том, что они могут доставать кости откуда угодно и когда угодно. Так что будьте бдительны и готовы к неожиданным атакам. Словно по команде в этот момент вместо одного Кагуи перед ними оказалось пятеро. У всех в глазах читалось лишь одно желание — убить. Причём жажда битвы ощущалась как от мужчин, так и от женщин. Как-то само собой так получилось, что на Ичиро без каких-либо вразумительных слов напали двое, а остальные распределились поодиночке. Безумие, читавшееся в глазах наскочившей на Цунаде куноичи, никак не помешало ей вытащить кунаи и заблокировать ими её прямой выпад. Беловолосая женщина двигалась очень быстро, но как-то сумбурно и хаотично. К удивлению дочери Хокаге, она практически не заботилась о собственной защите. Её волновало лишь то, чтобы как можно скорее располосовать, проткнуть и разрубить девушку пополам. С двумя кунаями, зажатыми в руках, было не очень удобно отбиваться от костей, которые значительно превосходили в длину. Однако это было всяко лучше, чем сражаться с таким неудобным для Сенджу противником вообще без оружия. Это стало основной причиной, почему она не стала в своей привычной манере наносить сильнейшие удары кулаками. — Хи-хи-хи… — противно захихикала женщина в перерыве между очередной серией атак. — Девочка, я хочу тебя убить! — Понимаю, — с совершенно серьёзным лицом ответила Цунаде, мельком залечив порез на щеке. — Так не сопротивляйся же! С этими словами она, словно львица, охотящаяся на антилопу, резко прыгнула и попыталась с двух рук пробить тело дочери Хокаге насквозь. Сенджу, впрочем, была готова к внезапным движениям оппонентки, а потому отклонила кости вверх и, пока женщина оставалась открытой, ударила её ногой по животу. Не желая терять инициативу, Цунаде накинулась на лежавшую спиной на земле Кагую, целясь кунаем ей прямиком в один из глаз. Глупо хихикая, женщина, даже будучи в захвате, извернулась под неестественным углом и умудрилась уклониться, сместив голову ровно в тот момент, когда лезвие готово было вот-вот вонзиться ей в её уязвимое место. Широко оскалившись, беловолосая куноичи глазами указала практически лежавшей на ней Сенджу посмотреть вниз. Недоумённо проследив за её взглядом, она широко раскрыла веки, глядя на то, как кость, вылезшая из живота противницы, пробила уже её живот. В миг отпрыгнув назад и избавившись таким образом от инородного предмета в теле, Цунаде рукой закрыла образовавшуюся довольно широкую рану и тут же принялась за её лечение. — Хе-хе-хе… Думаешь я тебе дам это сделать? — Кагуя как ни в чём не бывало шустро вскочила со своего места и, сблизившись, заставила дочь Хокаге приостановить действие Шосена. Поморщившись из-за хлынувшей крови в незалеченной до конца ране, девушка вынуждена была расплачиваться за свою ошибку, отбиваясь от новых и новых выпадов оппонентки. Краем глаза она решила оценить обстановку у остальных. Оказалось, ребята справлялись получше, чем она: имея в своём арсенале множество атак на средние и дальние дистанции, они могли, в отличие от Цунаде, сражаться с ними, не сближаясь. Ичиро же, в свою очередь, имел за плечами немалый опыт сражения с представителем этого клана, так что, можно сказать, он справлялся лучше всех, хоть и бился сразу с двумя противниками. Защитив голову кунаем от выпада сверху-вниз, девушка следом с трудом отвела кости в стороны, но успела пырнуть оппонентку в грудь. Как и ожидалось, лезвие вошло не глубже, чем на пару сантиметров, врезавшись в костяную пластину внутри. Это не нанесло Кагуе существенный вред, однако дало возможность Сенджу увеличить дистанцию. Перед глазами всё начинало плыть, что объяснялось потерей большого количества крови. Всё-таки ранение ей излечить так и не удалось — женщина не давала ей это сделать. Если всё так продолжится, то она просто-напросто отключится. «Я что, так просто проиграю такой, как она?» — внезапно пролетела мысль в тяжелеющей с каждой секундой голове. — «Это немыслимо!» Собравшись с духом и взяв всю свою волю в кулак, Цунаде покрыла свою ладонь огненной чакрой и прижала её к ране. Не сдерживая болезненный крик и не обращая внимание на хлынувшие сами по себе слёзы, девушка через силу продолжала держать руку до тех пор, пока кровь не остановилась. До тошноты сладковатый запах жаренной плоти ударил в нос, сбивая дыхание и заставляя закашляться. Таким образом, проблема в виде потери крови была устранена, однако другая — та, которая её и вызвала, всё ещё оставалась насущной, напомнив о себе выстрелами фалангами пальцев. Дочь Хокаге успела уклониться от всех, кроме одного: снаряд вошёл ей в правое плечо, вызывая новую вспышку боли. Рефлекторно схватившись за повреждённую руку, девушка исподлобья взглянула Кагую, которая с безумной ухмылкой медленно, словно желая посмаковать момент триумфа, начала к ней подходить. — Хи-хи… Наконец-то я смогу покончить с тобой… хи-хи-хи… — периодически хихикая и облизывая алые губы, резко контрастирующие с её серо-белыми волосами, женщина, вытащив из рук сразу по три кости, становилась всё ближе и ближе. — Жду не дождусь, когда… Внезапно чьи-то руки сзади крепко схватили её за затылок и челюсть и, пока она не успела отреагировать, резко потянули в разные стороны. Голова с громким хрустом, раздавшимся из-за сломанной шеи, дёрнулась в сторону, а затем вернулась в своё прежнее положение, словно ничего не произошло. Однако глаза Кагуи закатились, а тело обмякло, безвольно падая на землю, что явственно говорило о том, что больше она не встанет. — Ты бы ещё глупее себя повела… Хотя, что взять с безумных Кагуя? Ичиро, который и был тем, кто возник из земли позади женщины, свернув ей шею, демонстративно отряхнул ладони, смотря в спину погибшей. Цунаде, глядевшая на всё это со смесью удивления, облегчения и благодарности, бросила взгляд в сторону, где ранее сражался её сенсей. Оказалось, что своих двоих противников он уже успел одолеть, что подтверждалось их бездыханными телами, покрытыми кровью. — Неужели Ясухиро такой же сильный, как и все члены его клана? — тихо пробормотала Сенджу, удивившись силе, казалось бы, обычных шиноби, которые явно превышали таковую даже у среднестатистических чунинов. Ичиро, услышавший слова ученицы, усмехнулся: — Нет, конечно… Он куда сильнее, — и пока Сенджу не успела задать ещё один вопрос, он резко проговорил: — Потом спросишь. Мы всё ещё сражаемся. Лучше залечи свои раны, пока выдалось пару свободных секунд. — Хай… — несколько грустно протянула дочь Хокаге и принялась за дело, словно только сейчас вспомнив о двух довольно-таки серьёзных ранениях. К этому моменту со своими оппонентами разобрались и Джирайя с Орочимару. Они оба заметили состояние своей сокомандницы и тут же подскочили к ней и сенсею, дабы если что прикрыть. Восстанавливая повреждённые участки кожи, Сенджу не могла не отметить, что в лесу стало как-то слишком тихо. Умолкли техники ниндзюцу, вырывавшие деревья с корнем, больше не были слышны звон металла и боевые выкрики. Более того, подняв глаза и оглядевшись, Цунаде с изумлением отметила, что бой приостановился. При чём как нападающие, так и защитники всё ещё были живы. Все они смотрели в одну сторону, позади девушки. Туда, где была часть леса, со стороны равнины, откуда шли шиноби Тумана. Обернувшись, она не совсем поняла, почему все так резко перестали сражаться. Однако по тому, как напрягся Ичиро, она могла сказать, что сейчас битва точно перейдёт во вторую, если не третью фазу. В окружении поваленных деревьев, используя их в качестве опоры, стояло семеро вполне себе обычных с виду шиноби с Хитай-ате Тумана. Необычными были их мечи, каждый из которых уникальным образом выделялся и выделял тем самым своего пользователя. Там был и меч, похожий на акулу, и парные, и двойной напоминающий щит, и в виде длинной спицы, и связанный верёвкой молот с топором… Также оставались огромный плоский меч с вырезанным кругом внутри и, по мнению Цунаде, самый странный (если не считать акулий) клинок, на одной стороне которого была узкая режущая кромка, а на другой — полотно со взрывными печатями. — Это же Семь мечников Тумана… — чей-то шёпот прозвучал особо громко в образовавшейся тишине. — Да… И теперь наведём здесь порядок, — широко оскалив заточенные зубы, громко проговорил мужчина средних лет с тёмно-серыми волосами, забинтованной шеей и крестообразным шрамом на правой щеке. — А начнём мы… — он демонстративно и, казалось, без каких-либо усилий поднял свой гигантский клинок и указал его остриём в сторону Цунаде, которая, как оказалась, была к нему ближе всех из шиноби Конохи. — …с дочери Хокаге! Давай, Райга! Он кивнул другому шиноби, который обладал двумя мечами со странными зазубринами. Этот парень имел длинные волосы зеленоватого оттенка, достаточно густые брови и большие глаза с широкими голубыми зрачками. Его отличительной чертой являлись его достаточно большие губы. Прекрасно поняв своего сокомандника, Райга скрестил перед собой клинки и в миг сформировал яркую синеватую молнию, которая тут же понеслась в сторону Сенджу. Время для девушки замедлило свой ход. Широко раскрытыми глазами она имела возможность рассмотреть летящий разряд во всём его смертельном великолепии. Она прекрасно понимала, что со своими не до конца залеченными ранами она не успеет уклониться, поскольку расстояние между ней и противником было слишком маленьким. Ребята также не смогут ей помочь, так как находились за спиной и не имели возможность её защитить, хотя краем глаза она заметила, что Ичиро всё-таки пытался к ней подскочить и спасти. «Я не хочу умирать…» — было её последней мыслью перед тем, как время вновь потекло в своём привычном темпе. Вспышка от техники ослепила её глаза, заставив их рефлекторно закрыть. Вместе с этим в ожидании боли сжалось её сердце и остановилось дыхание. Тело и сознание приготовилось к неминуемой смерти… Однако вместо неё она почувствовала резкую смену своего положения и странное тепло, исходящее от чего-то. Вернее будет сказать, кого-то… Неверяще подняв веки, она поняла, что находилась на руках у юноши чуть старше неё, с короткими белоснежными волосами, голубым левым и зелёным правым глазами и с узнаваемым шрамом на повзрослевшем лице от подбородка до щеки. Её спаситель опустил взгляд на девушку, слегка ободряюще ей улыбнувшись. От этого маленького, незначительного жеста она почувствовала, как сердце её забилось чаще. Сама не понимая изменения в поведении своего организма, она всё-таки слабо улыбнулась в ответ, посчитав это правильным и уместным. — Ясухиро?.. Её кроткий вопрос остался без ответа. Юноша молчаливо кивнул и поднял голову, недобро посмотрев в сторону мечников Тумана. Аккуратно опустив Сенджу на землю, словно она была хрупкой вазой, готовой разбиться от любого неосторожного движения, он сложил пальцы в крестообразную печать и насмешливо протянул: — Не вы одни любите эффектные появления… Комментарий к Часть 74 А вот и он... белый принц без коня. ---------- Том 1 Глава 75 Бой продолжился также внезапно, как и приостановился. Никто даже толком не успел опомниться и осознать, что исчезнувший на три года Ясухиро Кагуя вновь вернулся и по какой-то причине оказался прямо на восточном фронте. Однако вопрос остался невысказанным, потому что сам факт того, что прибыла помощь в виде Героя Первой мировой войны Шиноби, заставлял лишь радоваться удаче и надеяться на то, что он поспособствует победе объединённых сил Конохи и Узушио. После того, как он сложил необычную крестообразную печать, его внешность претерпела существенные изменения: кожа начала покрываться бледно-серой чешуёй, словно у рептилии, лицо немного вытянулось в звериной ухмылке, увеличилось количество и острота зубов, а глаза практически полностью заполнились голубо-зелёной радужкой, не оставляя места для склеры. Вытащив по всему телу из щелей между защитных пластинок бесчисленное количество костей, Кагуя стал похож на дикую смесь из человека, рептилии и ежа, сохраняя, впрочем, в большей степени именно человеческую природу. Не заботясь ни о чём, он бросился прямо на опешившую семёрку мечников, что послужило неким условным сигналом, безмолвным призывом к продолжению схватки, который понял абсолютно каждый шиноби в этом лесу. Ичиро, Джирайя, Орочимару и ещё несколько других ниндзя армии Конохи и Узушио поспешили его поддержать. Цунаде, в свою очередь, прекрасно понимала, что ничем не сможет им помочь в боевом плане, поэтому, будучи высококвалифицированным медиком, принялась за свою работу. Залечивая раны союзным шиноби, Сенджу параллельно старалась наблюдать за Ясухиро. А посмотреть там действительно было на что. Его навыки и необычные способности просто поражали. Да и призыв Героя предыдущей войны выделялся среди остальных: огромная рептилия золотого окраса, часто меняющая свой размер от мелкого, за которым невозможно было уследить, до гигантского, превышающего все мыслимые и немыслимые размеры живых созданий. Этот ящер, подстать своему призывателю, орудовал длиннющими иглами, нанизывающими врагов, словно шашлык. Также зачастую он «кусал» себя за хвост и сворачивался в клубок, а затем, оттолкнувшись, катился по земле, либо сдавливая людей, либо терзая их своей колючей чешуёй. Сам Ясухиро сражался на равных сразу с двумя противниками: с тем, который в самом начале схватки указывал на Цунаде своим тесаком, и с тем, кто владел странным мечом с письменами. Его скорость поражала. Он успевал уклоняться от одного, а затем атаковать другого, причём делать это одновременно. Акробатические элементы, феноменальная ловкость, отработанные до автоматизма рефлексы, полученный опыт и развитая интуиция — всё это помогало ему теснить двух элитных шиноби Тумана. Сразу было видно, что Кагуя прошёл через сотни, если не тысячи битв. Конечно, никто не идеален. И даже такой как он получал ранения. Успев в последний момент убрать голову с линии атаки плоского меча, Ясухиро получил небольшой порез на шее, через который тут же тонкими ручейками потекла кровь. Не успел он опомниться, как вынужден был отпрыгивать назад, чтобы не попасть под удар другого мечника Кири, взорвавшего часть земли на его месте. Так получилось, что приземлился юноша около Цунаде. Будучи ирьенином, она в первую очередь заметила рану, и, пока была возможность, ей нужно было её залечить. Однако Кагуя, краем глаза заметив хотевшую подскочить к нему девушку, остановил её жестом руки и немного улыбнулся её прыти: — Не стоит тратить на меня чакру. Для меня это несерьёзно. Лучше позаботься о других. После того, как он демонстративно показал ей свою шею, где рана заживала буквально на глазах, она поняла смысл его слов. Хмыкнувший из-за её реакции Ясухиро вновь вступил в схватку, а удивлённая Сенджу лишь провела его спину взглядом. Опомнившись, она решила последовать его совету. Оглядевшись по сторонам, она нашла множество людей, которые всё ещё нуждались в её помощи, ведь битва и не думала заканчиваться, хоть и наступила её последняя, третья фаза… *** Ясухиро был рад, что успел вовремя. Провожая взглядом спины убегающих шиноби Тумана, в число которых входили и потрёпанные Мечники Тумана, он облегчённо выдохнул. Бой был напряжённым и далеко не таким лёгким, как ожидал перерожденец. Каждый из семёрки не зря считался элитным воином своего селения, заставляя его выложиться на полную. Сендзюцу, накапливаемое его теневыми клонами, когда он добирался до поля боя, конечно, помогло и дало возможность не уставать на протяжении всей битвы. Однако даже без своих мечей, каждый из этой семёрки мог считаться ниндзя если не уровня слабого Каге, то сильного джонина уж точно. Вообще, за три года, проведённых среди поясохвостов, Кагуя понял, что не стоит бояться более сильного противника. Они привили ему то, что выжить можно в любой ситуации. Ему казалось, что эти звери идеально подходят для одного из главных принципов шиноби: если не получается победить, нужно сделать так, чтобы не проиграть. Этих рептилий невозможно достать, если они сами того не захотят, ведь живот — единственное их уязвимое место, и они могут с лёгкостью его закрыть, свернувшись в клубок. В таком виде они буквально неуязвимы, хотя и не могут атаковать — действительно идеальная защита. Своего упоминания стоит и то, как именно проходило его обучение. С первых же дней Старейшина познакомил его со своим сыном — Смаугом. В отличие от своих сородичей, он был немым, хотя обладал, возможно, куда более полезным способом общения — в старом мире Кагуи это назвали бы телепатией. Можно сказать, что Смауг стал его личным призывом по инициативе своего же отца В первый год его тренировки были не самыми результативными. Его задачей было почувствовать природную энергию и — самое главное — попробовать управлять ею. Для этого Старейшина отправил его на «крышу» их поселения, где на раскалённых камнях под палящим солнцем он должен был научиться использовать сендзюцу, медитируя в неподвижном положении на протяжении многих часов, если не дней подряд. Проблема заключалась в том, что природной энергии там было настолько мало, что долгое время Ясухиро даже не мог понять, как эта чакра должна чувствоваться. По словам главы поясохвостов, если он научится ощущать энергию окружающей среды в том месте, где кроме голых камней ничего не было, то в каком-нибудь лесу Страны Огня, где её просто немерено, ему придётся, наоборот, сдерживать её поток, дабы не превратиться в камень. На самом деле, так и произошло. В том плане, что после скудной на природную чакру пустыни, лес в Стране Медведей ему показался её концентрированным эпицентром. Помимо Смауга, который на добровольной основе согласился всегда сопровождать Кагую «в мире людей», он мог также призывать и других поясохвостов, хотя пока что такую нужду он не испытывал. На его вопрос Старейшине, сможет ли он призвать его, ящер загадочно посмеялся. Перерожденец решил, что пока ему просто-напросто не хватает для этого количества чакры, хотя вполне возможно, что в нужный момент глава «бронированных рептилий» всё-таки откликнется на его зов. Режим мудреца, достигаемый с помощью смешения природной энергии и чакры Ясухиро, имел как преимущества, так и недостатки. Во-первых во время его действия повышается физическая сила, скорость, выносливость, ловкость, восприятие и стойкость. Во-вторых становятся более мощными ниндзюцу, тайдзюцу и гендзюцу. Также обычно, в зависимости от природного элемента призывных животных, шиноби может получить способность использовать новую стихию. Так Кагуя научился манипулировать огнём — одной из двух основных стихий поясохвостов. В-третьих перерожденец получил способность ощущать чакру вокруг себя и чувствовать нападение без необходимости зрительного контакта. Это также значительно повысило его навыки сенсора. Теперь, находясь в этом режиме, он может быть разведчиком не хуже тех же Хьюга, хоть и со своими нюансами и ограничениями. Однако помимо преимуществ, всегда есть недостатки. Ведь одно из основных правил этого мира — это то, что не существует идеальных техник. Для того чтобы собрать достаточное количество природной энергии, чтобы начать преобразование в Режим Мудреца, Ясухиро должен оставаться совершенно неподвижным, тем самым становясь уязвимым для атак противника. Поскольку он всегда находится в движении во время сражения, его сенчакра не может быть пополнена, а следовательно, он не может пребывать в этом состоянии длительные периоды времени. Да, с каждым разом после того, как он использует этот режим, время его действия увеличивается. Однако это происходит не так быстро, как хотелось бы. Тем не менее Кагуя нашёл способ, как компенсировать эту слабость. Во время обучения ему в голову ворвалось воспоминание о том, как это делал главный герой сериала. Он заключается в использовании Теневых клонов. Копии способны собирать природную энергию отовсюду и в любом месте и развеиваться по мере надобности, передавая собранную энергию оригиналу. Путём многочисленных опытов перерожденец выяснил, что этот способ ограничивает число создаваемых Каге Буншин до пяти, поскольку по мере того, как клоны собирают природную энергию, количество свыше этого предела может нарушить концентрацию, что приведёт к их безрезультатному исчезновению. В целом, можно сказать, что Ясухиро не зря провёл эти три года вдали от дома. Мало того, что он обзавёлся новыми союзниками, так ещё и получил доступ к новой силе. Но больше всего его радовал, конечно, тот факт, что он успел вернуться до того момента, как Коноха была бы уничтожена. Хотя, судя по всему, активные военные действия с одним из соседей прямо намекают на то, что такое вполне может произойти. Кагуе оставалось лишь разузнать об этом как можно больше информации, да и вообще вернуться в ритм жизни, наверстав упущенное. Время действия Режима Мудреца подошло к концу, так что внешние эффекты постепенно сходили на нет: чешуя отпадала, зубы возвращали себе привычный вид и количество, а глаза переставали видеть всё до мельчайших частиц. Резко накатила усталость, но не такая, которая могла бы свалить его с ног, а собственная чакра ощущалась немного притуплённо, словно растопленная смола. Можно считать, что это нормальный побочный эффект от использования сенчакры. Перерожденец, впрочем, к подобному привык уже давно. Смауг же, посчитав свой долг выполненным, уже успел принять форму браслета и вернуться на запястье Ясухиро, в очередной раз мысленно причитая о подобной необходимости. После окончания действия Режима Мудреца он всегда начинал себя ощущать слепым котёнком, а потому, почувствовав сбоку чьё-то прикосновение к плечу, он резко дёрнулся, рефлекторно вытянув из ладони кость, которую приставил к шее «нападающего». Этим человеком оказалась Цунаде, круглыми глазами, в которых явно читалось опасение, поглядывающая то на оружие, то на его владельца, то на некоторые раны на его теле, которые не особо спешили затягиваться. — Кхм… извини, — виновато протянул юноша, в миг пряча кость обратно в ладонь. Девушка с изрядной долей любопытства, в миг забыв о том, что только что на её шею давило костяное лезвие, внимательно проследила за этим процессом до тех пор, пока оно не спряталось под его кожей. До этого она видела, как другие Кагуя в бою против неё и других бойцов Конохи использовали свой Геном, однако тогда ей было не до изучений. Сейчас же она могла воочию наблюдать перед собой представителя этого клана, что давало возможность для удовлетворения её заинтересованности. — Тебе не больно, когда ты их используешь? — тихо, даже немного робко (что очень нехарактерно для такой девушки, как Цунаде), уточнила она. — Больно, но я, можно сказать, уже давно к этому привык, — без промедления ответил Ясухиро, будучи всегда готовым к подобному вопросу со стороны других шиноби, не знакомых на хорошем уровне с Шикоцумьяку. — Хотя… не знаю, возможно ли вообще привыкнуть к боли? Тс… Прошипев сквозь зубы, он схватился за открытый порез на животе, который был довольно глубоким. Во время действия Режима Мудреца, он, видимо, его даже не замечал. Однако сейчас после боя, когда адреналин сошёл на нет, он в полной мере прочувствовал не только все ранения, но и остальные последствия. — Сядь на землю, я посмотрю, — Сенджу тут же изменилась в лице, превратившись в элитного ирьенина. Она критическим взглядом, без всякой задней мысли осмотрела тело юноши и расставила для себя приоритеты о том, что нужно лечить в первую очередь, а что в последнюю, чтобы «пациенту» не угрожала опасность. Кагуе ничего не оставалось, кроме как подчиниться словам профессионала своего дела. Полное отсутствие одежды выше пояса на нём сейчас было как плюсом, так и минусом. Плюсом — потому что Цунаде ничего не мешало, чтобы видеть и лечить раны. Минусом же было то, что по какой-то непонятной для неё причине, когда она касалась его кожи, её щёки стремительно окрашивались в ярко-алый цвет, жар которого она ощущала особо сильно. Непонятно это было, потому что для медиков не существует такого понятия, как «стеснение». Она давно привыкла к виду человеческого тела. В том числе нагого. Однако сейчас почему-то она не могла избавиться от смущения, накатившего на неё, словно лавина со снежной горы. — Может хватит уже гладить его? Всё ведь уже вылечила, — сбоку неожиданно раздался полуехидный, полунедовольный голос Ичиро, насмешливым взглядом вперившийся в девушку, которая тут же одёрнула руку, будто кожа Ясухиро обжигала не хуже раскалённой плиты. Переведя смеющиеся змеиные глаза на перерожденца, он не менее язвительным тоном, с помощью которого ему удалось скрыть радость и облегчение, проговорил: — А ты что, только рад этому, да, пацан? «Мне тоже понравилась эта самка… Одобряю твой выбор, Ясу», — тут же отозвался Смауг, чей голос в голове у перерожденца звучал очень похоже на голос его отца вживую, но был куда менее величественным и… древним. «Я же даже ничего не сделал…» — мысленно хлопнув себя по лицу, закатил глаза юноша. — «И она всего лишь лечила мои раны. Ничего более». «Я почувствовал связь между вами. Этого достаточно…» — деловито высказался ящер и замолчал, «закрыв разговорный канал». Умело скрывая на бледном лице подступившую розовизну и в мыслях костеря на все лады «оборзевшую рептилию», Кагуя поднялся со своего места, отряхнулся и пощупал все те места, где минутой ранее были порезы. Отметив, что работа действительно была выполнена на высоком уровне, он благодарно кивнул девушке: — Спасибо, — получив ответный кивок, он вновь повернулся к учёному. — Сенсей, три года не виделись, а вы всё также бурчите, как старый дед. Может вам пора уже на пенсию? — Малой, десять лет назад за такие слова я бы тебя выпорол или чего похуже… — оскалился мужчина. — Но сейчас, пожалуй, воздержусь. И да, ты прав, прошло целых три года с того момента, как ты исчез. Нам есть, что с тобой обсудить. — Я уже это понял… — проведя глазами по округе, намекая на только-только прогремевшую битву, куда менее весело выдохнул юноша. — Хорошо. В таком случае нам не стоит разговаривать здесь. Вернёмся в лагерь, — учёный развернулся в неповреждённую сторону леса, ведущую вглубь Страны Медведей, а затем проговорил через плечо: — Цунаде, Джирайя, Орочимару, вы пойдёте с нами. — Хай… — дружно ответили ребята, неспеша потопав за своим учителем и его бывшим учеником сквозь разрушенные деревья, выжженную землю и многочисленные трупы — всё то, что вырисовывало чудовищную картину начала нового конфликта людей этого мира — Второй Мировой Войны Шиноби. Комментарий к Часть 75 ДА!!! Спустя 280 страниц текста наконец проявляется смысл сего пэйринга! Как говорится: "Лучше поздно, чем никогда!" P.s. 487 ждунов - это рекорд. Круто, чё... ---------- Том 1 Глава 76 — Был ли твой поход к призывным животным продуктивным? Последовав за сенсеем, Ясухиро в конце концов оказался не в штабе, как он предполагал в самом начале, а в одной из жилых палаток, которая принадлежала, судя по всему, либо ему, либо кому-то из его команды учеников. На самом деле перерожденец не совсем понял, почему Ичиро, который как бы является главнокомандующим на этом фронте, сейчас не подводит итоги битвы вместе с остальными шиноби-командирами. Это, впрочем, была одна из тем, которую он в данный момент и хотел поднять. Палатка внутри была простой, но функции свои выполняла. С лёгкостью вмещая в себе пять человек, она защищала от ветра и солнца, хотя из-за последнего внутри неё становилось немного душновато. Несколько футонов и походные вещи — вот всё то, что было внутри этого шатра. Тем не менее это было неплохое место для разговора без лишних ушей и любопытных взглядов. Помимо Ясухиро и Ичиро, здесь также собрались и те, кого в сериале звали «Саннины». Но ребята были ещё слишком молоды для этого звания, если они вообще когда-нибудь его получат, учитывая, что прозвал их так правитель Амегакуре. Собственно, Кагуя успел заметить во время схватки, что даже без него они уже вполне могут считаться джонинами по праву силы. Конечно, в силу возраста им всё ещё не хватает опыта, однако он был уверен, что со временем этот недостаток исчезнет. Также перерожденец заметил, что ребята не использовали во время битвы призыв — одну из коронных техник этих троих в сериале. Тут у него было пару догадок насчёт этого момента, однако больше всего он склоняется к тому, что прошло ещё слишком мало времени с тех пор, как они начали свои тренировки у призывных животных. Потому что, если они уже успели закончить обучение, то было бы крайне нелогично не использовать их в сражении. Вопрос Ичиро всё ещё висел в воздухе, ожидая своего ответа. Выбравшись из собственных мыслей, Ясухиро напряг память, вспомнил смысл вопроса и наконец промолвил: — Был ли он продуктивным? Ответ очевиден. Разве я наглядно не продемонстрировал результат тренировок? — Да… это было интересно, — задумчиво покивал учёный. — А тот зверь, которого ты призвал, как он называется? — Поясохвосты. Это название его вида. И да, он сейчас вас слышит, — усмехнулся Ясухиро, поправляя браслет. «Хочешь показаться?» — это юноша уточнил уже у своего призыва. «Почему бы и нет…» — хмыкнул зверь, который всегда предпочитал пребывать в этом мире в своём истинном облике. «Хорошо. Но тогда не делайся большим. Боюсь, это место не выдержит такого здоровяка, как ты», — мысленно посмеялся перерожденец. Юноша отчётливо услышал, как ящер по-человечески фыркнул, а в сознании его отобразился образ, как он закатывает глаза. «Да-да…» Золотистый браслет, буквально сделанный из чешуек Смауга, в ту же секунду «поплыл» и начал увеличиваться в размерах, постепенно принимая форму рептилии. Удлинились туловище, появилась голова, лапы и хвост. Встряхнувшись, ящер, тело которого сейчас не превышало размеров обычной кошки, оглядел окружающих его людей, кивнул и устроился сбоку от Ясухиро, можно сказать, «свернувшись калачиком». — Он не умеет говорить, поэтому за него буду представлять его я, — начал Кагуя, похлопав рептилию по бронированной спине. — Его зовут Смауг. Он — сын Старейшины поясохвостов. За время обучения он стал моим личным призывом и лучшим другом. — Ух ты… какой красивый, — умилилась Цунаде, во всю разглядывая зверька, который сейчас казался симпатичным и неопасным, выбросив из головы тот факт, что менее часа назад он разрывал в клочья шиноби Тумана. «Эта самка мне начинает нравиться всё больше и больше», — деловито подметил Смауг, ложась на футон и положив голову на передние лапы. — Он сказал спасибо, — переиначил его слова Кагуя, не особо отступая от контекста. Ичиро сместил заинтересованный взгляд с ящера на перерожденца. — Хм… он не говорит, но ты понимаешь его? Неужели ваши сознания связаны? Хе… было бы интересно это изучить… — Я не знаю точно, как это работает, но мы не можем читать мысли друг друга в прямом понимании этого слова. Это скорее просто такой способ общения. Мы говорим, но мысленно. — Хорошо. Это я понял, — покивал учёный. — Значит, судя по тому, как он выглядел во время сражения и после него, он может изменять свою форму. Есть какие-то ограничения? Тратится на это чакра? Ясухиро бросил взгляд на Смауга, который к этому времени окончательно улёгся и теперь спокойно посапывал. Почувствовав к себе внимание, рептилия открыла один глаз и еле заметно кивнула на незаданный перерожденцем вопрос о том, можно ли рассказать о её способностях. — Да, он может изменять форму своего физического тела — это, можно сказать, его личная техника. И да, ограничения тоже есть. Например, его максимальный размер не может превышать десяти метров в длину. Также уменьшиться он может до размера браслета. Меньше не получится. — Мне известна техника роста Акимичи, но, как я знаю, там они для увеличения своих размеров преобразовывают калории в чакру, — задумчиво пробормотал учёный, потерев подбородок. — А что насчёт Смауга? Не может же он манипулировать своей физической формой без каких-либо последствий. Ясухиро пожал плечами. — Опять же, я точно не знаю, как это происходит. Даже сам Смауг вам вряд ли ответит, так как он развил в себе эту способность совсем недавно. Но подозреваю, что это как-то связано с природной энергией. — Он — призывной зверь. Понятное дело, что он будет связан с этим типом чакры… — фыркнул впервые вступивший в диалог Орочимару. — Эй, а можно его погладить? — ничуть не боясь острых чешуек и многочисленных шипов, взволнованно прошептал Джирайя, аккуратно придвигаясь «спящему» зверю, который на самом деле даже с закрытыми глазами внимательно следил за каждым движением людей вокруг. — Не стоит. Он всё равно не позволит этого сделать незнакомцам, — покачал головой Кагуя. — Но мы же ведь уже знакомы… — обиженно опустил он голову, но руки убрал и больше не пытался добраться до ящера. — Да, но он тебе всё ещё не доверяет. Ведь доверие надо заслужить, верно, Смауг? Перерожденец демонстративно потрепал зверя по его макушке, отчего тот недобро зыркнул на него и едва ли не зашипел, словно змея. На самом деле он не очень любил, когда его трогал даже Ясухиро, будучи слишком гордым для «домашнего питомца». Однако в редкие моменты он это делать позволял и даже ничего про это не говорил, что доказывало уровень доверия между ним и его призывателем. — Сенсей, я, конечно, понимаю, что вам хочется получить больше информации о том, чему я научился, однако мне не менее интересно узнать, что вообще произошло за три года моего отсутствия? Ичиро был готов этому вопросу и собирался было уже сам начать об этом говорить. Переглянувшись с учениками, он тяжело выдохнул, что было очень нехарактерно для учёного. На его лице проглядывались признаки усталости в виде мешков под глазами и еле заметных морщин, хотя вполне возможно, что это было из-за того, что он не спал последние несколько дней. — Хорошо… — мужчина собрался с мыслями и поспешил вернуть себе прежнюю невозмутимость. — Если кратко, то началась Вторая Мировая Война Шиноби. — Ну… это я уже понял, — кивнул юноша. — А если подробнее? — Всё просто, на самом деле. Страны объединились, чтобы захватить наши территории. Узушио в данный момент отбивается от объединённой армии Кумо и Кири. Хаширама распределил наши войска на четыре фронта. Мы находимся на восточном и воюем против Тумана. Нашей задачей сейчас является удержание Страны Медведей. Если мы с этим не справимся, то отступим к границе Страны Огня. — То есть, считай, четверть нашей армии сражается с целой Какурезато? — выгнул бровь Кагуя, впрочем, не особо удивляясь подобному факту, если учитывать увиденное им на поле боя. — Получается, да… — протянул Ичиро. — Хотя… не совсем так. Я уже говорил, что Кири в данный момент штурмует Узушио. Поэтому далеко не всё их войско сейчас находится здесь — на западном фронте. Удивительно только то, что они почему-то не взяли с собой в сражение против Узумаки свою Семёрку мечников. Это был очень неприятный сюрприз для нас. Однако ты подоспел вовремя, Ясухиро. — И сколько Узумаки уже отбиваются? — Около пяти дней. Но по сведениям союзников совсем скоро эта долгая битва должна завершиться. И, к счастью для нас, скорее всего победой Водоворота. — Это хорошо. Без Узумаки нам будет намного, намного труднее… *** После прогремевшей битвы, которая в основном проходила на территории, подконтрольной шиноби Конохи, необходимо было восстановить укрепления, привести в порядок уничтоженную часть леса и, самое главное, позаботиться о погибших. Этим занимались практически все свободные от других, не менее важных задач люди. В том числе и Ясухиро. Всё-таки, несмотря на окончившиеся боевые действия, необходимо было подготовиться к следующей волне, которая непременно последует в ближайшем будущем. С телами ниндзя Тумана поступали так же, как и со своими: кремировали, а прах сохраняли. Это было одной из особенностей культуры шиноби — позаботиться о памяти об усопших, даже если они при жизни были врагами. На следующий день после окончания всех работ пришла хорошая новость: шиноби Узушио одержали победу, и в данный момент изрядная их часть направляется в Страну Медведей. Также перерожденцу удалось узнать, что, судя по всему, красноволосые умудрились захватить и запечатать одного из атаковавших их биджу. Трёххвостого, если быть точнее. Фактически, теперь Узумаки имеют в своём распоряжении, наряду с ранее полученным Семихвостым, сразу двух Хвостатых зверей. Если добавить к этому Мито с запечатанным в ней Кьюби, то получается, что совмещённая армия Конохи и Узушио теперь обладает нехилой ударной силой. Ясухиро ещё с самого начала пребывания в этом месте заметил, что в лагере царила довольно-таки тяжёлая атмосфера. Самому ему, конечно же, не было радостно, однако своим «белым» внешним видом он конкретно-так выделялся среди остальных. Хотя никто и не думал о том, чтобы что-то ему предъявить. Да и было бы это довольно глупо, по мнению Кагуи. Вообще, прогуливаясь среди палаток, перерожденец вспоминал и сравнивал те времена, когда он делал то же самое, но будучи одиннадцатилетним ребёнком. С тех пор много воды утекло, однако самым важным, безусловно, является изменившееся к нему отношение людей. Если тогда они смотрели на юного Ясухиро с неверием, превосходством и жалостью, то сейчас всё кардинально изменилось. В глазах шиноби он видел уважение, восхищение и немного страха — всё то, что ему с трудом удалось заслужить спустя множество полезных для Конохи дел. И хотя он никогда напрямую не стремился «услужить» всем этим людям, заставить их всех любить его и почитать, однако всё это послужило фундаментом для такого понятия, как «хорошая репутация», которая, как он считает, лишней уж точно не будет. Заниматься в лагере было особо не чем. Люди либо готовились к неминуемому бою, либо разговаривали между собой, либо тренировались в щадящем режиме, либо гуляли в пределах оборонительных сооружений. Последним Кагуя и занимался в надежде занять себя чем-нибудь, чтобы не загнуться от скуки. Делал он это до тех пор, пока около границы лагеря не услышал в стороне скопления густых деревьев женский голос, чья обладательница явно сейчас проводила тренировку. «Хм… пойду посмотрю. Всё равно делать нечего», — мысленно пожал он плечами, направив свои ноги напрямую в сторону доносящихся звуков. То, что это был не враг, Ясухиро был уверен на сто процентов. Вокруг восстанавливающейся от боя армии Конохи круглосуточно дежурят дозорные, которые в случае чего тут же должны передать информацию о нападении или любых других активных действиях врага. Так что в любом случае, если тревога не звучала, значит всё хорошо. Стараясь двигаться тихо и незаметно, пробираясь сквозь заросли, чтобы ненароком не спугнуть того, кого он услышал, Кагуя аккуратно отодвинул в стороны листья дерева и наконец смог разглядеть тренирующуюся. На самом деле он не особо удивился, увидев там Цунаде. Место для тренировок она выбрала хорошее: открытая поляна, закрываемая многочисленными деревьями вокруг, невысокая зелёная трава, метровая в ширину речка, протекающая буквально под боком… Ничто и никто не мог ей помешать. Признаться честно, Ясухиро не мог оторвать от неё взгляд. Одетая в обтягивающий жёлтый топ и короткие чёрные шорты, что подчёркивало все её достоинства, она отрабатывала тайдзюцу. Но «куклы» или человека перед ней не было — она вела так называемый «бой с тенью». Юноша не мог не отметить, что техника у неё была неплохая, даже отличная. Направленная в первую очередь на прямые, но разрушительные по силе удары. Не хотелось бы ему попасться под один из таких… Ноги она использовала редко. В основном лишь для того, чтобы совершать акробатические движения. В целом, что сейчас, что тогда — во время боя, он мог с уверенностью сказать, что девушка умеет не только лечить, но и калечить… «Так и будешь глазеть на неё или всё-таки подойдёшь?» — раздался в голове насмешливый голос Смауга. — «Что-то я не припоминаю за тобой такой робости. Не пугай меня, Ясу…» «Ты не видел меня десять лет назад. Вот тогда я бы согласился с тобой», — невозмутимо ответил Кагуя на колкость своего друга, но тянуть не стал и решил выбраться из своего укрытия. Сенджу сразу же заметила нового гостя на поляне, которая стала новым местом для её тренировок. Тут же остановившись, она смахнула с лица выбившуюся из причёски прядь волос и немного вопросительно уставилась на человека, прервавшего её занятие. — Ясухиро?.. — недоумённо протянула она. — Ты что, следил за мной? — Да, — с каменным лицом ответил он, а затем, увидев, как на лице девушки расцветает смесь из смущения и злости, идеально между собой сочетаясь, поспешил добавить, подняв в успокаивающем жесте руки: — Точнее, я услышал, как ты тренировалась и решил взглянуть. — Вот как… ну тогда ладно, — на удивление быстро успокоилась девушка, вернув себе самообладание. — Так что ты хотел? — Вижу, что тебе не хватает спарринг-партнёра… — загадочно протянул перерожденец, намекая на увиденное ранее. — Если хочешь, я могу им побыть. Всё равно в лагере скучно. — Хм… вообще-то я уже заканчивала свою тренировку… — слегка нахмурила брови дочь Хокаге, задумавшись над его словами. — Однако закрепить все элементы на живом оппоненте было бы неплохо. Хорошо, я согласна. — Отлично, — с энтузиазмом хлопнул в ладони Ясухиро, встряхнув руками для небольшой разминки суставов. — Но сразу предупреждаю: нам обоим лучше сдерживаться. Мы не знаем, когда нам нужно будет вновь вступать в бой с Туманом, так что лучше, если мы сохраним наши силы на потом. — Ага. То, что Сенджу, видимо, пропустила мимо ушей последние предложения, Кагуе стало ясно тогда, когда она без каких-либо отмашек к началу спарринга, тут же набросилась на него, и не думая о смягчении своих ударов. Юноше оставалось лишь сдерживать её порывы и сделать так, чтобы после этой «тренировки», которую лучше назвать настоящей битвой, они оба остались на ногах и в сознании… Комментарий к Часть 76 Маленькая статистика уже от меня. В режиме онгоина этот фанфик в среднем читает 2000 человек. По последним главам 1/4 от общего количества ставит "ждуна". По лайкам будет необъективная статистика. Всего фанфик набрал на данный момент 331121 просмотров. ---------- Том 1 Глава 77 — Ха…ха…ха… Как же ты достиг такой скорости и выносливости? Отчаянно пытаясь отдышаться, усталым голосом прохрипела Цунаде, упираясь руками о колени. Пот с неё стекал градом, ноги подкашивались, а руки слегка подрагивали. Эти последствия схватки уж точно нельзя было охарактеризовать, как «тренировка в щадящем режиме». Ясухиро же стоял ровно, дышал размеренно и, казалось, совсем не устал. Задумчиво почесав щёку, он пожал плечами: — Мои тренировки всегда проходили в условиях реальных боевых действий. Это был, знаешь ли, неплохой стимул для развития. Сенджу, выслушав своего недавнего оппонента, ещё раз тяжело выдохнула и опустила голову, приняв эту информацию к сведению. В глаза ей тут же бросились наливающиеся кровью синяки на теле, которые постепенно начинали побаливать. Всё-таки Кагуя, несмотря на свои слова о том, что нужно было сдерживаться, бил если не во всю силу, то в большую её часть, не используя, впрочем, Улучшенный геном или другие техники, ограничиваясь лишь «голым» тайдзюцу. Восстановив дыхание, девушка принялась за свои не столько опасные, сколько обидные «ранения». Ясухиро знал, как наносить удары так, чтобы не наносить особого вреда противнику, но делать так, чтобы он ощущал, что участвует в спарринге. Наоборот, однако, он тоже делать умел: ему не составит труда убить человека, попав одним метким ударом в уязвимое место. — Неплохо потренировались. Если бы только ты не потратила на это столько сил, то было бы ещё лучше, — подождав, пока Цунаде закончит восстанавливаться, хмыкнул перерожденец, поправляя слегка помятые шорты — единственный, кроме сандалий, атрибут одежды, который на нём сейчас был. Сенджу хотела бы возразить, однако умом она понимала, что Кагуя был прав. С интересом и небольшим разочарованием отметив, что на его теле кроме многочисленных памятных шрамов от прошлых битв не было ни одного синяка, ссадины или другой отметины после боя, она разогнулась и, закатив глаза, фыркнула: — Если бы ты не был таким быстрым, то я бы не устала… — А как иначе? Тогда теряется весь смысл тренировки, — развёл он руками в стороны, а затем махнул. — Ладно, сходи в речке, искупайся. Остынь. Потом можно будет что-нибудь перекусить. Обед скоро. — И ты хочешь сказать, что даже не будешь за мной подглядывать? — с прищуром и изрядным количеством скепсиса в голосе уточнила Цунаде. Ясухиро расплылся в ехидной улыбке. — Ты так говоришь, будто хочешь, чтобы я это сделал… — увернувшись от брошенного камня, юноша примирительно поднял руки. — Ладно, ладно, я же пошутил. — Смотри мне! — пригрозила она ему пальцем, нахмурив брови, что по мнению Кагуи выглядело скорее умилительно, нежели устрашающе. Кагуя ничего на это не ответил, сохраняя на лице насмешливую полуухмылку. Проведя взглядом скрывшуюся среди зарослей девушку, он пожал и плечами и сделал то, что и вправду обещал: пошёл обратно в лагерь дожидаться, пока она не вернётся. *** Столовой в лагере как таковой не было. Еду люди получали в одной из открытых палаток, где она готовилась не обычными гражданскими, а такими же шиноби, которые заодно следили за тем, чтобы никто не добавил в пищу яд. Обычно в военное время ниндзя принимают пищу не больше двух, а то и одного раза. Однако Страна Огня не зря славилась своими плодородными землями и благоприятным климатом для разведения большого количества скота, что в совокупности было способно прокормить огромное войско. Таким образом, если на фронте нет активных действий, люди могли питаться утром, днём и даже вечером. Долго ждать Сенджу не пришлось. Получив две порции обеда в виде рисовой каши с кусочками говядины с подливкой, Ясухиро вышел из шатра и передал одну тарелку подоспевшей вовремя девушке. — Спасибо, — кивнула она, а затем скривилась, увидев свой обед. — Фе… не люблю такое. — А что, у нас есть выбор? — хмыкнул перерожденец и направился к ближайшему пню, поставленному специально для того, чтобы можно было спокойно перекусить. — Это да… — выдохнула дочь Хокаге, вынужденная признать правоту этих слов, что, впрочем, не говорило о том, что она была от этого счастлива. Рассевшись по своим местам, ребята принялись по-разному поглощать свои порции. Цунаде морщила лоб от каждой новой ложки, Ясухиро же ел со спокойным лицом, ничего не имея против подобной еды. Никто не спешил возобновлять разговор, считая, что несколько минут тишины не будут лишними. Проходящие мимо люди кивком головы здоровались с ними, и получали такой же ответ. Ведь дочь Хокаге и Герой Первой мировой войны — личности довольно знаменитые, не узнать их было невозможно. К счастью, никто не стал мешать их трапезе ненужными и лишними вопросами, оставляя парочку в покое. Наконец, прикончив свою порцию и отложив пустую тарелку в сторону, Ясухиро подождал пока Цунаде вымученно проглотит последний кусок несчастного мяса, а затем решил заговорить первым: — Знаешь, а ведь несмотря на то, что мы знакомы фактически с детства, мы так ни разу нормально и не поговорили… — Точно… — выдохнула девушка. — А ты помнишь нашу первую встречу? Кагуя уверенно кивнул. — Конечно. Я тогда помог вам с Джирайей достать из реки ваш мяч. Мне тогда было лет десять. Ха… — чему-то усмехнулся он. — Это же был последний день перед тем, как я… Зависшее в воздухе продолжение слов юноши заставило Сенджу поёжиться. Отведя взгляд в сторону, чтобы не смотреть на опустившего голову Ясухиро, она подогнула под себя одно колено и упёрлась об него рукой, позволяя ей спокойно болтыхаться. — Насколько… нет… — начала она неуверенно, а потом заменила слово: — Как ты выдержал всё то, что на тебя тогда свалилось? Кагуя не спешил с ответом. Задумчиво теребя медальон на шее, который за все эти годы, понятное дело, никуда не делся, он вспоминал через что тогда прошёл и как умудрялся сохранять рассудок в здравии. Воспоминания о былом часто преследовали его, однако во время таких разговоров они становились особо яркими и чёткими. Он не особо любил теребить прошедшее, однако сейчас почему-то он был не против поделиться об этом с таким человеком, как Цунаде. — Выживал как умел, как мог, — протянул с выдохом перерожденец. — На самом деле, если бы не Ичиро-сенсей, то я не знаю, смог ли продержаться так долго и не сойти с ума. Он хоть и был жестоким, но помогал, хоть и в своей манере. Возможно, именно его такое отношение ко мне закалило мой характер и дало стимул к развитию… ну и взрослению, конечно же. — То есть ты не всегда был таким, как сейчас? — заинтересованно уточнила Сенджу, внутренне радуясь, что Ясухиро решил раскрыть завесу тайны о своём прошлом, и сочувствуя ему из-за того, каким это самое прошлое было. — Конечно. Война меняет людей. Я не был исключением, — грустно усмехнулся перерожденец. — Раскрою тебе секрет: в детстве я был очень боязливым. Боялся много чего и много кого. Под последнее понятие больше всего подходил сенсей, естественно. Не скажу сейчас точно по отношению к чему конкретно был вызван тот страх. Скорее всего это просто была такая моя черта характера, данная мне с самого рождения. И только реальные, характерные для жизни в этом мире окружающие факторы повлияли на меня внутренне. — Я до сих пор не могу поверить, что отец на такое решился… — поджав губы, покачала она головой. — Я прекрасно понимаю, что Коноха — не то место, где ты родился. Но твоя принадлежность к другой деревне не должна была позволять ему забыть о том, что ты был самым обыкновенным ребёнком, которого нельзя обрекать на такие тяжёлые испытания. Ясухиро встретился взглядом с сочувствующими глазами Цунаде. Заворожённо глядя в разноцветные глаза, она испытывала непреодолимую силу, которая не позволяла ей от них оторваться. Юноша же смог справиться с точно таким же наваждением, пару раз моргнув. Повернув голову в бок, он собрался с мыслями и решил прокомментировать её предыдущие слова: — На самом деле я перестал думать об этом с недавнего времени. Я таил обиду на твоего отца долгое время за то, что мне пришлось пережить, однако вскоре понял и, самое главное, принял такое его решение. Я посмотрел на всю эту ситуацию с другой стороны, можно сказать, от его лица. И честно говоря, если бы я действительно заботился о своей деревне, о своих людях, то на его месте сделал бы точно также. — Но… как же так? — удивлённо распахнула она веки. — Всё просто, — хмыкнул перерожденец. — Сама подумай: ты — глава деревни шиноби. К тебе приводят мальчика из другого селения, который, вполне возможно, несмотря на свой возраст, может оказаться вражеским шпионом. Мальчик имеет потенциал, безусловно, и в будущем сможет стать сильным ниндзя. Но самое главное, его личность — словно комок мокрой глины. Из неё слепить можно всё что угодно. В первую очередь то, что необходимо тебе. А война, вовремя начавшаяся — хороший предлог, чтобы всё это сделать. Ведь таким образом ты избавляешься от всяких рисков. Если мальчик выживает, то становится перспективным кадром в рядах деревни. Если умирает, то ты ничего особо не теряешь. Как он появился, так и исчез. Бесследно… — То есть ты принимаешь то, как с тобой поступили? — нахмурилась девушка. — А что мне сделать? Убить кого-то? Бунтовать? Зачем, если в ином случае моя жизнь могла стать ещё хуже. Всё-таки, как видишь, сейчас я не особо на неё жалуюсь, — развёл он руками в стороны, но увидев в глазах Цунаде ещё один вопрос, продолжил: — Но скажу тебе честно… Я далеко не патриот нашей деревни. Коноха не вызывает в моём сердце ровно никаких чувств. Я сражаюсь против её врагов не ради неё, а ради команды, которая стала мне семьёй во время войны. Они действительно любили Лист и хотели его защитить. Вот я и выполняю их волю. Хотя… можно сказать, что с тех пор у меня появились новые люди в жизни, которых я хотел бы защитить. Возможно, они — это ещё один повод для того, чтобы я здесь оказался. Сенсей, Дейки. А теперь Орочимару, Джирайя и ты, Цунаде… — он окинул понурую девушку серьёзным взглядом. — …тоже одна из них. Было видно, что от этого разговора настроение у Кагуи значительно упало. Сенджу чувствовала себя виноватой из-за того, что начала его, а потому сейчас желала исправить это. Встав со своего места, она медленно подошла со спины к продолжающему сидеть на своём месте Ясухиро, который после окончания своих слов опустил голову, и просто обняла его, пытаясь этим шагом его поддержать. Положив голову ему на плечо, она ощущала тепло его тела, размеренное дыхание, вздымающуюся из-за него грудь и даже гулкое сердцебиение. Но всё это, на удивление, не служило поводом для смущения. Сейчас она не думала ни о чём таком, а просто хотела таким образом выразить свою благодарность. — Спасибо… — тихо прошептали они синхронно, к удивлению обоих. Комментарий к Часть 77 Моё сердце плачет, когда я вижу второй раз подряд число 497 вместо 500... ---------- Том 1 Глава 78 По прошествии пяти дней в лагерь начали потихоньку стекаться Узумаки. Сначала из-за того, что их было слишком много, чтобы расположить в одном месте, было решено на скорую руку отстроить ещё один лагерь в нескольких километрах от первого. Однако затем Ичиро, всё ещё остающийся командующим этого фронта, предложил другую идею, которая заключалась в том, что необходимо было сохранить единство сил и укреплений. Иными словами, нельзя было разобщать людей даже на такое короткое расстояние. Ведь, по его словам, с которыми согласилось большинство, намного легче оборонять одно место, чем сразу два. Такая тактика больше подходит для атаки, нежели защиты. Понятное дело, что когда все Узумаки, планировавшие прибыть на восточный фронт, оказались в расширившемся лагере, то Ичиро тут же созвал всех командующих и других важных шиноби армии на обсуждение дальнейших действий. Ясухиро и троица его учеников, естественно, также были приглашены. — Какова наша общая численность в данный момент? Встав из-за стола, упёршись об него руками, Ичиро окинул собравшихся суровым взглядом, который заставил многих, даже бывалых шиноби, поёжиться. Ясухиро и его ученики, привыкшие к «зловещей ауре» учёного, не моргнули и глазом. Помимо них и других командующих и аналитиков Конохи, здесь также находилось трое Узумаки. Красноволосые ниндзя сидели за столом наравне со всеми, внимая словам главнокомандующего фронта. — В связи с прибытием шиноби Узушио, это число увеличилось втрое, и теперь нас около двух тысяч, — тут же отрапортовал один из ниндзя Конохи с жилетом джонина. — «Около»? Мне нужно точное число! — вспыхнул раздражением Ичиро. — Произведи точный подсчёт! — Так точно! — Хорошо… в принципе, даже знание примерного количества наших войск позволяет сравнить его с вражеским… — задумчиво пробормотал про себя мужчина. — Есть информация о том, сколько противник имеет в своём составе боеспособных шиноби? — Неохотно ответил всё тот же джонин: — К сожалению, нет. А если точнее, нет точных сведений. Только предположения, основанные на том, что у нас есть. — И что же говорят ваши «предположения»? — выгнул бровь учёный, особо выделив последнее слово. — Если раньше наше соотношение войск было примерно два к одному в пользу Тумана, то сейчас, несмотря на подкрепление Узумаки, оно стало три к одному. Ведь Кири также вернуло всех своих солдат из Узушио и теперь готовится отправить их сюда. — Водоворот справился с атаками сразу двух деревень, которые наверняка также обладали численным преимуществом, — веско возразил другой шиноби с повязкой Листа. — Поэтому не всё так плохо, как кажется. Прежде чем в палатке, где и проходило собрание, люди успели обрадоваться, один из красноволосых поспешил спустить их с небес на землю: — Не стоит думать, что нам всё под силу… — мужчина, облачённый в традиционное красно-чёрное кимоно с причёской в виде пучка волос на затылке, закреплённого с помощью двух необычных сенбонов, размеренно покачал головой, поглаживая длинную козлиную бородку, цветом соответствующую его волосам. — Узушио, сама по себе, — неприступная крепость. Прорваться внутрь там можно, лишь имея кого-то внутри, кто сможет помочь обойти защитные фуин, используя их слабые места. К счастью, внутри нашей деревни если такие лазутчики и были, то мы их быстро ликвидировали. Так вот… наш лагерь — это не Узушио. Его оборонять намного, намного труднее. И даже лучшие барьерные печати не смогут справиться также хорошо, как это было на нашем острове. Поэтому не стоит думать, что у нас получится отсидеться в «скорлупе», созданной фуиндзюцу. Ведь эта «скорлупа» рано или поздно треснет, а затем и разобьётся вдребезги. — Понятно… — пожевал губами Ичиро, внимательно выслушав представителя их союзников. — В таком случае, будем работать с тем, что есть. Наша предыдущая тактика, вероятнее всего, в этот раз не сработает. Противник будет более осторожным и внимательным, ожидая ловушек с нашей стороны. Поэтому нам нужно действовать иным образом. Есть идеи? — Примем бой. Открытый. Прямо в поле. Абсолютно все повернулись в сторону Ясухиро, рубленными фразами привлёкшего к себе внимание. Многие смотрели на него, как на умалишённого, другие — ожидая пояснений. Но в большинстве своём все были удивлены его прямолинейностью. — Нас перебьют как скот. Мы же будем на самом видном месте! Учитывая, что нас значительно меньше, в прямой схватке у нас нет шансов! — Парень, ты понимаешь, что это билет в один конец? Может ты и Герой прошлой войны, но это не означает, что тактика — твоя сильная сторона. — Думай о том, что говоришь! Ты здесь от силы пару дней и не сражался в предыдущих битвах с Туманом! Такие и подобные им выкрики звучали со всех сторон. Гвалт был способен оглушить, а человек, из-за которого он поднялся, должен был как минимум почувствовать себя неуютно. Ясухиро, впрочем, оставался пугающе спокоен. Его невозмутимость лишь накаляла обстановку, вынуждая шиноби считать это проявлением неуважения. Были и те, конечно, кто никак не отреагировал на его слова. По крайней мере, негативно. Помимо тройки учеников Ичиро, это были и трое Узумаки, стойко сохранявших самообладание. — Тихо! Резкий хлопок по столу, из-за которого по деревянной поверхности пошла виетоватая трещина, вместе с гулким голосом, способным, чуть ли не взрывать стёкла, заставил всех «крикунов» замолчать. Постепенно ослабляя давление Ки, Ичиро окинул собравшихся предупреждающим взглядом и тихо проговорил: — Мне кажется, я уже говорил, что здесь мы все равны, а потому вам следует десять раз подумать, прежде чем критиковать чужое мнение. К тому же, если вы это делаете, то всегда должны предлагать свои варианты. Я что-то пока от вас ничего дельного не услышал. Ясухиро, — он повернулся к юноше. — Расскажи поподробнее о своей задумке и объясни, почему мы должны действовать именно так и никак иначе. Кагуя всё также, не выражая каких-либо эмоций и не обращая внимание на прожигающие взгляды, твёрдо ответил: — Я считаю, что если мы засядем в лесу, как вы это делали в предыдущий раз, то нас попросту выкурят оттуда. Вы же должны понимать, что вероятнее всего сейчас Туман пошлёт в бой своего второго джинчурики. Несложно представить, что останется от леса после нескольких Бомб Биджу. А я так понимаю, Узумаки не приведут сюда своего Биджу. — Верно, — кивнул один из красноволосых. — Наш джинчурики Семихвостого жив, но серьёзно ранен. Сейчас он отдыхает от нескольких дней осады. Запечатывание Трёххвостого же завершилось лишь совсем недавно. Шиноби, который стал его носителем, ещё не освоился с новыми силами. — Вот об этом я и говорю, — покивал головой перерожденец. — Если правильно подготовиться к открытой схватке, то у нас есть шанс победить, даже учитывая соотношение сторон. — И что, интересно, ты подразумеваешь под «правильно подготовиться»? — выгнув в вопросительном жесте бровь, поинтересовался один из джонинов с Хитай-ате Конохи, который являлся главным аналитиком на этом фронте. — Я предлагаю распределить всех наших шиноби на тройки, в каждой из которых будет хотя бы один Узумаки, владеющий фуиндзюцу, шиноби, специализирующийся на рукопашном бое, и шиноби, сильная сторона которого — ниндзюцу. Так мы сможем достичь баланса — важного аспекта для команд. При этом на каждые пять отрядов должен будет приходиться один ирьенин, чтобы в случае чего они смогли получить необходимую медицинскую помощь. — Мне нравится этот план, — после небольшой паузы первым отреагировал всё тот же Узумаки, доселе внимательно слушавший Ясухиро. — Всё чётко и логично. — А мне не очень, — словно специально ожидаемо возразил главный аналитик. — Что мешает джинчурики Тумана точно также ударить по нашим войскам Биджудамой в самом начале? С учётом того, что мы даже не будем прятаться, то попасть в нас будет нетрудно. — Зато так мы сможем это вовремя заметить и защититься. Думается мне, что барьеры наших союзников справятся с этим, — с этими словами Кагуя переглянулся с главным из красноволосых. — Да и есть другие способы отразить Бомбу Хвостатого, поверьте. Тянуть время сейчас — не выход. Поэтому прятаться от опасности нет никакого смысла. — Я услышал тебя, Ясухиро… — выдохнул Ичиро, решив закончить обсуждение этой темы. — Может у кого-нибудь есть другая тактика? *** В конечном итоге решено было действовать по плану, предложенному Ясухиро. Да, были и другие варианты, однако Ичиро, взвесив все за и против и выслушав мнения остальных, выбрал именно этот. Единственное, что следовало выделить, так это то, что план нуждался в дополнении и «шлифовке шероховатостей». Например, шиноби пришли к выводу о необходимости создания отдельного отряда, состоящего исключительно из мастеров фуиндзюцу клана Узумаки. Их целью будет исключительно вражеский джинчурики и его сдерживание. Иронично, но сам Ясухиро не попал в какой-либо отряд, в отличие от тех же Орочимару, Цунаде и Джирайи, которых распределили по их личным боевым навыкам в разные команды. Кагуя, Ичиро, Акайо — тот самый Узумаки, который поддержал его на совещании — и четверо неизвестных ему шиноби с жилетами джонинов, которые, как оказалось, были элитными шиноби S ранга. Сомнения, что они действительно достойны своего высокого звания, закрались у перерожденца с самого начала, когда он понял, что даже не знает их имён (а ведь он помнил всех выдающихся шиноби Конохи). Несложно догадаться, для чего выделили семерых шиноби. Всё-таки не стоило забывать об угрозе, исходящей от Мечников Тумана, которые в одиночку могли существенно проредить чужое войско. Никто не мог предугадать, хватит ли поставленных против них сил, однако, если судить по прошлому бою, когда Ясухиро сцепился сразу с двумя из них и чувствовал себя вполне нормально, так же как и Ичиро со своими учениками, то можно сделать вывод, что этого будет достаточно. К тому же Коноха и Узушио были не в том положении, чтобы иметь лишних шиноби, которые могли бы им помочь. — Кха… Кха… Кха… — закашлялся Ясухиро, отойдя в укромное место вблизи штаба после окончания собрания. После того, как приступ кашля, который словно заставлял выплёвывать его лёгкие, закончился, юноша взглянул на внутреннюю часть ладони, которой прикрывал рот, чтобы никто ничего не услышал. Небольшие, но заметные капельки крови на коже приковали к себе взгляд. Сжав руку в кулак, Кагуя выдохнул сквозь зубы и слегка прикрыл глаза. — Какой-то ты сегодня чересчур бледный. Не заболел часом? Голос за спиной заставил дёрнуться и сжать кулак ещё сильнее. Резко обернувшись, к счастью или к сожалению, он увидел Ичиро, на лице которого не было и тени улыбки. — Вам, верно, показалось, сенсей. Учёный с прищуром оглядел юношу с ног до головы, внимательно следя за его реакцией. Напряжённая поза и сжатые зубы, проявившие желваки, привлекли к себе его внимание. Заметив на его губе едва заметную каплю крови, Ичиро, не меняясь в лице, скомандовал: — За мной. И без разговоров. Вынужденный подчиниться Ясухиро последовал за умчавшимся учёным в одну только ему известную сторону. Пройдя половину лагеря, не привлекая к себе внимания, мужчина остановился около вполне обычной, стандартной палатки, коих здесь было великое множество. Кивнув перерожденцу в сторону входа, Ичиро мельком огляделся по сторонам и шагнул вслед за учеником. Внутри было пустовато: лишь один разложенный футон сиротливо лежал в углу. Рядом с ним можно было найти множество лекарств и бинтов, так что создавалось такое впечатление, что эта палатка была чьим-то личным медицинским пунктом. — Ложись. Не имея другого выхода, Ясухиро подчинился и занял выделенное ему место. Окутав руки зелёным светом, учёный принялся водить ими по телу юноши. — Расскажи мне всё, что знаешь об этом. — Я не знаю точно, что со мной происходит, — неохотно начал Кагуя. — Слабости никакой не ощущаю, чакра в порядке, тело чувствуется нормально, восприятие остаётся таким же, физические параметры не изменились. Однако раз в несколько дней я чувствую боль в груди. Вместе с этим появляется кашель. Но длится этот «приступ» не больше пары минут. Затем всё становится как обычно. — Когда у тебя всё это началось? — нахмуренно пробормотал мужчина, встретившись взглядом с учеником. — Точно не скажу, но примерно два месяца назад. — Может ли это быть связано с сендзюцу? — Вполне, — коротко кивнул Ясухиро. Ичиро сделал глубокий вдох и выдох, прекратив сканирование тела. — Почему сразу не сказал? — Не было возможности, — отстранённо проговорил перерожденец, отвернув голову немного в сторону. — Врёшь… — тут же заключил Ичиро. — Ты же должен понимать, что это ненормально! — он слегка повысил голос. — Дай угадаю: с каждым разом кашель становится всё сильнее, как и боль в груди, так? Кагуя поджал губы, не спеша с ответом. Но этот жест выдавал его с головой и говорил сам за себя. — Что вы там нашли, сенсей? — проигнорировал он вопрос. — Отвечай на… — Что. Вы. Там. Нашли. Сенсей? — по слогам отчеканил юноша, перебив учёного более настойчивым и твёрдым тоном. Мужчина негодовал за дерзость и уважал за упорство одновременно. Ещё раз выдохнув, он решил пойти у ученика на поводу: — Ничего. Абсолютно. Никаких аномалий, опухолей или других вредных для организма вещей. Я бы сказал, что ты полностью здоров, к тому же твой иммунитет в данный момент на невероятно высоком уровне, однако ты сам, скорее всего, понимаешь, что это неправда, исходя из твоего рассказа и того, что я увидел минутами ранее. — И что здесь можно сделать? Что вы предлагаете, учитель? — Я не могу избавиться от проблемы, не зная, в чём эта самая проблема выражается. Иными словами, пока я не пойму, что с тобой не так, помочь не смогу. Как бы я этого не хотел… Ясухиро прикрыл глаза. Конечно, такой ответ его не устраивал, однако он знал, что Ичиро не стал бы его обманывать. По крайней мере, в этом вопросе так точно. — Я прошу вас никому об этом не говорить, — добавив в голос стальные нотки, проговорил юноша, распахнув веки. — Пусть всё будет, как раньше. У нас и так не самый крепкий моральный дух среди людей. — Хорошо, — кивнул учёный, а затем, покопавшись в сумках рядом с футоном, достал оттуда большой шприц. — В таком случае пока Туман не решился напасть, я попробую найти твою проблему «изнутри», так сказать… — Опять? — закатил глаза перерожденец, смирившись со своим будущим «принудительным сном», после которого он всегда чувствовал себя паршиво. — Только зашейте нормально, чтобы швы не были видны. — Не тебе меня учить препарировать людей, пацан… — позволил себе небольшую усмешку мужчина, резким движением вогнав иглу под кожу и медленно вдавливая внутрь специальную жидкость. Комментарий к Часть 78 Чувствуете это, да? ---------- Том 1 Глава 79 Две армии шиноби стояли друг напротив друга. Полуденное солнце отражалось на поверхности Хитай-ате трёх различных деревень: Конохи, Узушио и Кири. Поднявшийся ветер, пролетевший по высохшей равнине, колыхал волосы и одежду людей. Погода не была тёплой, однако у многих по лбу стекали капли пота. То было из-за напряжения и готовности к будущему сражению, которое, как никто не сомневался, всенепременно случится. Больше всего удивляла гробовая тишина. На поле с двух сторон можно было насчитать целые тысячи ниндзя, однако никто не осмелился подать голос. Все лишь молча сверлили взглядом стоящих напротив врагов. Первыми задвигались шиноби Тумана. А если быть точнее — один из них. Это был совсем ещё молодой юноша лет восемнадцати, с длинными тёмно-синими волосами, одетый в стандартную форму своей деревни. Он бесстрашно вышел немного вперёд, сразу же привлекая к себе всеобщее внимание. В следующее мгновение, покрывшись тёмно-алой чакрой и отрастив за спиной три хвоста, юноша начал формировать перед собой огромный шар фиолетового оттенка, из-за давления которого земля под его ногами промялась. Увеличив шар до размера, превышающего его рост раза в два, он взмахнул руками и отправил Биджудаму в полёт. Объединённая армия Конохи и Узушио не дрогнула. Люди продолжали упорно стоять на месте, словно не на них сейчас летела техника, способная разрушать горы. Их уверенность в плане была непоколебима, а потому никто даже не шелохнулся. Однако многие не могли избавиться от страха, что было вполне нормально, учитывая опасность, которая может их настигнуть в случае неудачи. Они смотрели на приближающуюся Бомбу Биджу и молились, чтобы всё сработало. В тот момент, когда шиноби Тумана решили, что их враги сдались и даже не пытаются защититься или сбежать, Биджудама наконец настигла другую часть поля. Чудовищный по силе и громкости взрыв оглушил практически всех вокруг. Поднявшаяся пыль застилала обзор, не давая разглядеть последствия столкновения техники. Ниндзя Кири были убеждены, что от такого спрятаться невозможно. Прозрачный барьер, на миг засветившийся голубым цветом, который стал виден после того, как пыль рассеялась, «считал» иначе. Окружая всю армию полукругом, он умудрился остановить и полностью нивелировать урон Бомбы Биджу, заставляя её существенно изменить ландшафт перед ним, оставив многометровый кратер. Барьер же оставался целым и невредимым. Даже трещин не появилось. Злобный животный рык изменившего внешность джинчурики послужил неким спусковым крючком для начала атаки шиноби Тумана. Они безбоязненно стартанули в сторону своих противников, получая поддержку в виде дальнобойных ниндзюцу. Армия Конохи-Узушио, как и планировалось, распределилась по тройкам и приготовилась «встречать гостей». Выцепив взглядом Семёрку Мечников, которые, как и предполагалось, затесались в первых рядах, Ясухиро переглянулся с Ичиро и Акайо, стоящими по бокам от него. С учётом известной информации об элитных мастерах кендзюцу Кири, было решено распределить людей так: Кагуя должен будет сражаться с Бива Джузо, Ичиро — с Куросуки Райга, а Акайо — с Суиказан Фугуки, тем, кто владел Самехадой. Остальные четыре джонина из Конохи и Узушио должны будут взять на себя оставшихся Мечников. Имея спрятавшихся в лесу трёх клонов, накапливающих в данный момент природную энергию, перерожденец был готов к бою как никогда. Скосив глаза в сторону разделившихся по разным командам Цунаде, Джирайи и Орочимару, которые располагались не так уж и далеко от него, он одним из первых шагнул вперёд, навстречу врагам. *** — В прошлый раз ты был побыстрее. Отклонив голову назад, тем самым позволяя костяному клинку пролететь в считанных сантиметрах от глаз, Джузо широко оскалился, заставляя расшириться узор в виде красно-белых полос на челюсти. Без труда удерживая свой огромный меч одной рукой, он слегка пригнулся, а затем взмахнул им параллельно земле, стремясь отрезать Ясухиро ноги. Серебристое лезвие, впрочем, разрезало лишь воздух, а сам Кагуя успел в нужный момент подпрыгнуть и, находясь в коротком «полёте», выстрелить в упор несколькими костями из рук. — В прошлый раз ты меньше разговаривал. Наблюдая за тем, как на плече оппонента медленно проявляются первые капли свежей крови от попавшей в цель кости, перерожденец пока решил не использовать сендзюцу. Старый добрый Геном и так пока действовал без особых проблем, остановив отдельными костями Кубикирибочо. Где-то рядом с ним ревел частично преобразованный джинчурики Шестихвостого, которого сдерживала и пыталась запечатать целая группа Узумаки. Но Ясухиро не обращал на это внимание, всецело сосредоточившись на своём противнике, который вскоре поспешил вновь атаковать. Кагуя решил не отставать от мужчины и, недолго думая, применил тактику «лучшая оборона — это нападение». Торчащие из ладоней костяные клинки опасно сверкнули на солнце, а затем закрутились в смертельном танце. Джузо не ожидал такого хода, однако защититься успел: выставив перед собой меч в качестве щита, он заблокировал все выпады, которые были нацелены на его туловище. Затем, оставляя клинок в том же положении, он сам развернулся на месте и дал таким образом ему возможность для полёта после могучего взмаха рукой. Завершив поворот, он удержал своё оружие в ладони, которое, казалось, застряло в сплетении костей на боку Ясухиро. Однако удар был такой силы, что клинок вскоре снова был в полном распоряжении своего хозяина. Поморщившись из-за ударной волны по площади туловища, которая всё-таки настигла его даже после того, как он защитился, перерожденец решил немного форсировать события. Сложив перед собой крестообразную печать, он усилием воли развеял одного из теневых клонов, который накопил к этому времени достаточно природной энергии для преобразования в режим мудреца. Наполнение тела этим видом чакры было сродни эйфории, которая, впрочем, быстро проходила, вынуждая контролировать её поток, чтобы сохранялся баланс между ею и личной чакрой каждого шиноби — духовной и физической для баланса и возможности использовать сендзюцу. Но обязательные внешние изменения в виде чешуи его уже давно не волновали, куда интереснее был дополнительный приток чакры и увеличившиеся физические параметры. — О… вот теперь ты похож на того, с кем я сражался в прошлый раз, — прищурил глаза мужчина, выставив перед собой клинок. — Тогда вас было двое… — Ясухиро в момент оказался вплотную к Джузо. — …сейчас ты один. Сноп искр вырвался из-за столкновения двух лезвий. Мечник Тумана, не без труда отклонивший выпад Кагуи в сторону, свободной рукой нацелился в его челюсть, однако юноша убрал голову и попытался вонзить кости с обеих рук в открывшийся живот оппонента. Тот, однако, отделался лишь очередными двумя порезами, сместив корпус немного назад. Теперь перерожденцу хватало скорости, чтобы теснить одного из элитных мастеров кендзюцу Киригакуре. Опыта сражений у него также было навалом, так что у Джузо не было преимущества в этом плане. Ясухиро знал, когда, зачем и что делать в тот или иной момент, дабы повернуть всё в свою пользу. Он читал движения Мечника так, словно знал его как облупленного, проводя с ним сражения на протяжении многих лет. Однако это было не так. Просто он ещё давным-давно выделил для себя несколько типов противников, для каждого из которых нужна была отдельная, конкретная тактика. Так, например, против крупных, но сильных врагов не работала тактика выматывания. «Мелкие уколы» также в основном не работали. Их нужно поразить одним точным и выверенным ударом прямо в уязвимую точку, чтобы раз и навсегда положить его на землю. Более мелкие, юркие цели чаще всего сами попадались в ловушку своей скорости, так как ничего не могли сделать против практически идеальной защиты в виде Шикоцумьяку. «Средние» противника, как тот же Джузо нуждались в комбинированных атаках. Можно сказать, что против таких эффективны как мощные, резкие так и осторожные, но точные выпады. «Танцуя» с мечником, Ясухиро не забывал время от времени оглядываться по сторонам. Всё-таки в данный момент он был на самом настоящем поле боя, где каждый нашёл себе по противнику. Но несмотря на это, опасность в таких сражениях шла буквально со всех сторон. Никто не давал гарантий, что в спину не прилетит шальная техника врага, решившего отступить от «честной битвы» со своим оппонентом. Также нужно было иметь в виду и понимать, какова обстановка и как протекает бой. Необходимо было вовремя реагировать на изменения и принимать решения, если вдруг всё стало идти не по плану. Однако Кагую больше заботило не это, а состояние его друзей и сенсея. Он одинаково следил за тем, как у каждого из них протекала битва, чтобы в случае необходимости помочь, даже если это будет в ущерб ему самому или Конохагакуре. Перерожденец уже давно решил и недавно лишь укрепил своё мнение о том, что для него наибольшую важность представляют именно эти люди, а не собственное «я» и уж тем более деревня. Но когда-то давно Ацуши наказал ему уважать самого себя и попросил позаботиться о Конохе и сыне, который сейчас воюет на другом фронте. По этой причине Ясухиро в данную секунду стоит здесь и бьётся, как если бы бился за свою жизнь, что, впрочем, не так уж и далеко ушло от правды. «Смауг, не хочешь размяться?» — не прислоняя ладони к земле, а используя исключительно ступни, из которых под породой повылазили кости, устремившиеся к Джузо, мысленно поинтересовался юноша. «Ещё спрашиваешь…» — в сознании Ясухиро всплыла картина по-человечески закатывающего глаза ящера. — «Пойду-ка я помогу твоей самке. А то будешь потом плакать». «Она не «моя самка», глупая ящерица», — фыркнул Кагуя, с досадой отметив, что противник оказался с хорошей чуйкой, которая позволила ему в нужный момент отпрыгнуть. У Цунаде действительно дела складывались хуже, чем у остальных учеников Ичиро. В своей команде она была рукопашником, а потому всегда была на острие атаки и постоянно участвовала в активных боевых действия. Непривыкшему к такому ирьенину было бы трудно продержаться хотя бы пять минут, однако девушка показывала свой стальной характер и оправдывала свою фамилию и статус, справляясь с выпавшими на её хрупкие плечи невзгоды. «Да-да…» — «потёкший» браслет Ясухиро в момент принял истинную форму поясохвоста, который достиг, как и в прошлый раз нескольких метров в высоту. — «За «глупую ящерицу» потом ответишь». Более не отвлекаясь на «разговоры», Смауг издал полурык-полушипение, заставив тем самым многих обратить на себя внимание, а затем, расправив шипы на хвосте, помчался в сторону Сенджу, которую теснили двое шиноби Тумана. Кагуя же, имея возможность больше не отвлекаться на девушку, за которой, он был уверен, теперь присмотрит его личный призыв, решил наконец перейти к финальной части битвы с одним из Мечников Тумана. — Шикоцумьяку: Полный… Однако завершённую версию режима «Мертвеца» ему не дал активировать мощный всплеск демонической чакры, сбивший его концентрацию. Её плотность зашкаливала, а количество поражало. Его мысли о том, что такую энергию может источать лишь сам Зверь, подтвердились тогда, когда солнце заслонилось выросшим существом, похожим на гигантского слизня с шестью хвостами позади. Узумаки, которые должны были не допустить подобного, сбились в кучу, напряжённо наблюдая за взревевшим Демоном. Пока Шестихвостый был занят тем, что «радовался» своей свободе, выбравшись наконец из своего джинчурики, у красноволосых было время придумать новый план, пока он не начал крушить вокруг всё подряд. «Ясу! Мне нужна помощь! Её уводят!» Но мало было «восхождения» Биджу, так ещё и Смауг, который даже не успел добежать до Цунаде, кричал в его сознании, мысленно указывая в её сторону. Переведя на неё взгляд, Ясухиро понял, что с каждой секундой всё становилось хуже и хуже. Её бессознательную, но, как он надеялся, живую, нёс на спине неизвестный шиноби Тумана в форме, состоящей из чёрной одежды, серого боевого жилета, металлических наручных пластин, перчаток и сандалий ниндзя с шипами. Его сопровождала тройка ниндзя в точно такой же униформе, на лицах каждого из которых была маска с прорезями для глаз, узорами и символом деревни, выгравированным в области лба. «АНБУ Кири…» — тут же пришёл к выводу Кагуя, с прищуром наблюдая за тем, как безнаказанно они похищали его подругу прямо во время сражения. — Беги за ней. Я знаю, что ты хочешь этого. Я вижу это по твоим глазам, — рядом раздался голос Ичиро, который, недолго думая, схватился с неуспевшим возмутиться противником перерожденца, оставив другого Мечника на подоспевших Джирайе и Орочимару, также с волнением следивших за своей подругой. — Мы тут разберёмся. Не дай им увести принцессу Сенджу! Стрельнув взглядом в сторону вовсю бушевавшего Биджу, которого отчаянно пытались сдержать Узумаки, а затем на Мечников Тумана и членов клана Кагуя, вносящих ещё больший хаос в битву, и наконец на практически скрывшуюся за плечами врагов Цунаде, Ясухиро не колебался. Ичиро был абсолютно прав насчёт того, что перерожденец в любом случае сделает именно такой выбор, а потому сам ему поспособствовал. Теперь поле зрения у юноши сузилось до размеров четырёх человек, которые в данный момент уводили его близкую подругу. «Смауг, за мной!» — не попросил, а скорее приказал нахмуренный, если не озлобленный Кагуя, в миг сорвавшийся с места, направляясь прямиком в сторону собравшейся толпы из шиноби Кири, пожелавших его задержать. Ящер, ничуть не обидевшись на резкость друга, без слов последовал за ним. Комментарий к Часть 79 Прошу прощения за долгий перерыв. Только-только восстановил душевное спокойствие. ---------- Том 1 Глава 80 Бежать в логово к волку — бежать на верную смерть. Иными словами, бежать одному, хоть и с помощью призыва, в место, где на каждый квадратный метр приходилось по несколько шиноби Тумана, означало поступок не менее глупый и самонадеянный. Но когда мысль о безумии действия запрещала Ясухиро его выполнить? Вот и сейчас, прорываясь с боем сквозь толпу врагов, он не думал о своём решении и его последствиях. Всё, что его волновало в данный момент — это добраться до Цунаде и вызволить её из плена. Благо, Ичиро вовремя успел приказать своим людям расчистить дорогу перед Кагуей, дабы тому не приходилось медлить и останавливаться каждый раз, чтобы сразить очередного чунина, решившего погеройствовать. Времени на активацию Полного Режима Мертвеца не хватало, а потому перерожденец ограничился собственными навыками и сендзюцу. К слову, второй из трёх клонов, накапливающих природную энергию, уже успел развеяться, «освежив» силы юноши. Все более или менее сильные противники, которые могли бы ему что-то противопоставить, остались в гуще сражения за его спиной. А это означало, что остановить его сейчас противники могли лишь используя колоссальное численное преимущество, чего, как бы им не хотелось, добиться они уже не могли, так как все силы были брошены в основное сражение. — Куда бежишь, предатель? Единственные, кто мог его хотя бы попытаться задержать, были его соклановцы. В прошлой битве, в которую он нежданно-негаданно ворвался, он схватился лишь с несколькими из них, да и то с теми, кто не обладал Шикоцумьяку. Сейчас же, судя по выпирающим костям из различных частей тела, враги перед ним точно обладали Улучшенным Геномом. — У меня нет времени с вами возиться. И действительно Ясухиро в данный момент дорога была каждая секунда, а потому его слова были отнюдь не преувеличением. — Глава уже много лет желает насадить твой череп на кол и поставить его перед входом в квартал в качестве трофея… Теперь у нас наконец появилась возможность это сделать! Молниеносный для обычного шиноби, но слишком прямой и медленный для такого, как Ясухиро, выпад был остановлен ещё на подлёте. Отклонив кость вместе с рукой в бок, перерожденец успел, прежде чем второй Кагуя атаковал, пронзить одно из уязвимых мест врага, где кости соединялись друг с другом — локоть, а затем и верхнюю часть плеча. Пригнувшись от пролетевшего над головой костяного меча, а затем заблокировав ещё один взмах, он в мгновение вырастил с помощью Шикоцумьяку нечто похожее на дубинку, а затем с силой ударил ею по виску противника. Кагуя как подкошенный рухнул на бок, а из его головы начала ручьём вытекать кровь, образуя под ним тёмно-красную лужу. Ввиду нехватки времени, не став проверять мёртв или всё ещё жив его соклановец, Ясухиро бросился к рычащему от боли и гнева другому мужчине. Попытавшись компенсировать неспособность использовать одну из рук с помощью Кеккей Генкая, наращивая её костями, шиноби Тумана, видимо, совсем обезумел, так как решил, несмотря на рану, продолжить атаковать, вместо того, чтобы защищаться. Учитывая, что Шикоцумьяку идеально подходило именно для обороны, вопрос о вменяемости ниндзя, решившего так поступить, оставался открытым. Но рывок в сторону перерожденца был остановлен, когда в теле Кагуи — в ногах, руках, спины и шее, появились лишние шипы. И шипы те совсем не относились к Улучшенному Геному. Смауг, который долгое время провёл с Ясухиро, знал, куда нужно целить, чтобы поразить цель, если это представитель клана Кагуя, чьи кости не дадут так просто умереть своему «владельцу». Для верности бесхитростно перерезав остолбеневшему мужчине горло, перерожденец кивнул своему призыву и продолжил свой путь до убегающих АНБУ Кири. Вообще, у многих мог возникнуть вопрос, как он относится к своим соклановцам. Ответ на самом деле прост, учитывая его действия секунду назад. Однако если копать глубже, то можно понять, что эти люди были для него никем. Буквально пустое место. Он без каких-либо зазрений совести лишил их жизни и сделает это ещё раз, если будет такая необходимость. Несмотря на высокую ценность семьи, крови и клана в этом мире, Ясухиро не относил себя к Кагуя. Да, он не собирался отказываться от своей фамилии, однако уже давно не ассоциирует себя с этими шиноби Кири. Они ничего для него не сделали. Более того — убили родителей прошлого владельца этого тела. Да и сейчас не прочь были сделать это уже непосредственно с ним. Мог и хотел бы он в таком случае иметь что-то общее с такими людьми? Очень вряд ли. Они никогда не помогали и всегда желали ему только зла. Слова погибшего мужчины лишь это подтверждали. Поэтому другие обладатели Шикоцумьяку будут умирать точно так же, как и остальные ниндзя враждебной деревни. *** Первое, что услышала Цунаде, медленно придя в сознание, были звуки битвы. Ещё не успев открыть глаза, она поняла, что это было не сражение в поле, где схватились две армии, а, можно сказать, обычный поединок между несколькими шиноби. Это доказывалось тем, что не были слышны многочисленные взрывы техник и голоса людей. Фактически, если бы не звон металла и короткие выкрики в виде команд или переговоров, а также частое утробное рычание неизвестного зверя, этот бой, можно считать, проходил бы в тишине. Множество мыслей одна за другой в этот момент посещали её разум. Последнее, что она помнила перед тем, как потеряла сознание, было её сражение со своими двумя оппонентами, которые теснили её в тайдзюцу. Затем она успела лишь в последний момент краем глаза заметить промелькнувшие рядом с ней тени, которые оказались новыми неизвестными врагами, заставшими её врасплох. Ей не хватило скорости и реакции, чтобы не дать им к себе приблизиться, отчего вражеским шиноби в масках не составило труда её вырубить. Но с закрытыми глазами она могла сколько угодно гадать о том, что произошло и где она сейчас находится. Именно поэтому, собравшись с силами, она наконец решилась приподнять веки. Оказалось, она была права насчёт того, что теперь рядом с ней протекала не основная бойня, развернувшаяся между Кири и Конохой с Узушио на равнине. Сражающимися с одной стороны оказались те самые АНБУ Тумана, коих в этот раз было даже в два раза больше, если сравнивать с тем количеством, когда её похищали, и одним шиноби Конохи вместе с призывным животным с другой стороны. — Ясухиро… — прошептала девушка, широко распахнув от изумления глаза. Сложно было сказать, что удивило её больше: тот факт, что он за ней пришёл, или то, что он в данный момент в одиночку со Смаугом бился против шестерых шиноби вражеской деревни, которые, в общем-то, во всех Какурезато считаются элитой. Да, Цунаде известно, что когда-то Ясухиро также был в рядах АНБУ Конохи под предводительством её родного дяди — Тобирамы. Однако как бы ни был силён один боец этого подразделения, если думать логически, таким колоссальным численным преимуществом можно задавить любого. Понять, что творилось в голове у человека, решившегося на столь безрассудный поступок, для Сенджу не представлялось возможным. Но что бы она об этом не думала, она, конечно же, была рада, что такой человек всё-таки нашёлся и сейчас рисковал своей жизнью ради неё. Улучшенный Геном Кагуи являлся основной причиной, почему его до сих пор не зажали в тиски и не уничтожили. Герой Первой мировой крутился как белка в колесе, не давая врагам даже повода для того, чтобы его окружить. Изменённый внешний облик и невероятная скорость говорили о том, что сендзюцу в его теле всё ещё действовало. Разбросанные повсюду костяные пластины позволяли юноше метаться по полю боя, словно молния, и наносить вражеским АНБУ неожиданные и непредсказуемые удары. Его призыв не обладал такой же высокой скоростью или манёвренностью, однако ему это и не нужно было. Гигантский по меркам человека поясохвост был практически неуязвимым для физических атак призывом, которого ничего не заботило. В крайнем случае ящер кусал себя за хвост и прикрывал тем самым своё единственное уязвимое место — брюхо, превращаясь тем самым в нечто, похожее на колесо, что позволяло ему свободно «кататься» по земле в любом направлении, не боясь быть пораненным. С волнением наблюдая за боем, Цунаде испытала стойкое желание помочь своим спасителям. Видимо, ещё в бессознательном состоянии её бросили около дерева и оставили лежать, отправившись противостоять Ясухиро. Попытавшись подняться девушка претерпела неудачу: её руки и ноги были плотно привязаны друг к другу и к телу. Воспользоваться чакрой для того, чтобы выбраться, не удалось по причине того, что эту самую чакру она сейчас не ощущала. Видимо, похитители использовали на ней фуин, позволяющее перекрыть ток энергии или иным образом заблокировать возможность её применения. Зубами также не получилось разорвать верёвку ввиду её прочности. Всё, что у неё вышло, так это с трудом перевернуться и упереться о ствол, дабы иметь возможность видеть каждую деталь сражения. К радости девушки, несмотря ни на что, инициативу в битве всё-таки потихоньку перенимали Кагуя и его призыв. Их слаженная командная работа позволяла им справляться со многими трудностями, в число которых входило и численное преимущество. Однако, как бы ей не хотелось, чтобы Ясухиро и Смауг победили, а затем освободили её, чтобы вместе бежать обратно, продолжалось это не долго… — Хватит. Раздался за спиной неизвестный голос, чей обладатель явно был престарелого возраста. Однако сталь и уверенность, с которой он произнёс всего одно слово, твердила о его могуществе и о том, что этот человек привык, чтобы ему подчинялись. Словно по команде АНБУ отпрыгнули в стороны, прекратив всякие движения в сторону нахмурившегося Ясухиро и оскалившего зубы Смауга. Юноша, не расслабляясь и не меняя боевую стойку, перевёл настороженный взгляд за спину Цунаде. — Ясухиро Кагуя… — медленно произнёс неизвестный, будто бы смакуя каждое слово. — Мы давно хотели вернуть тебя обратно, но как-то до сих пор не доходили до этого руки, знаешь ли… — Ага… целых десять лет, — без тени ухмылки тихо протянул Герой Первой мировой, постоянно бегая глазами от одного окружившего его противника, к другому. — Может, просто у вас ничего не выходило? У вас был целый год на то, чтобы выловить десятилетнего мальчика, который находился на вашей территории. Сложность, вроде, это не должно вызывать, верно? Но вы, почему-то не справились… — Нет нужды тратить время и силы на такого, как ты, — хмыкнул старик. — В любом случае… сдавайся, Ясухиро Кагуя. У тебя нет иного выбора. Вот теперь на лице у юноши проскользнула едва заметная усмешка, которой он одарил так и не показавшегося на глаза Цунаде шиноби. — Выбор есть всегда, Бьякурен. Я не намерен сдаваться просто так, даже если против меня вышел Первый Мизукаге Киригакуре-но Сато. — Нда? — казалось бы, искренне удивился старик. — А что ты скажешь сейчас? Внезапно чьи-то сильные руки, не заботясь об аккуратности, грубо подняли её с земли и заставили стоять на ногах. Даже не опуская взгляд, она почувствовала приставленное к её шее холодное оружие, которое так и норовилось порезать нежную кожу девушки при любом неверном движении. Ужас на лице у осознавшей собственное положение Сенджу отразился в глазах у Ясухиро. Он старался оставаться невозмутимым, чтобы не дать повода для ненужных мыслей у врага о его собственной слабости. Однако не заметить едва заметные изменения в его поведении не мог разве что слепой. — Вам нет нужды убивать её, — сделав глубокий выдох, постарался взять он себя в руки. — Вы её захватили, а значит, она нужна вам живой. — Ты в этом уверен? А может, мы хотели таким образом выманить именно тебя? Мелкое движение кунаем спровоцировало появление небольшого пореза, вызвавшего первое кровотечение. Почувствовав тёплый ручеёк крови, стекающий по шее и верхней части груди, Цунаде приложила все усилия, чтобы не дёрнуться. Сердце стучало отбойным молотком, страх заставлял подкашиваться её ноги, а на глазах появились первые робкие слезинки. Как бы она не хотела казаться храброй и крикнуть Кагуе, чтобы тот забыл про неё и спасался, на самом деле, больше всего на свете она сейчас хотела жить. Ей было очень стыдно за свои мысли, однако она ничего не могла с этим поделать. Сенджу оставалось лишь жалеть, что теперь по её вине в этой ситуации оказалась не только она сама, но и её друг. Молчание затягивалось. Было видно, как тысячи мыслей в данный момент пролетали в голове у Ясухиро, судорожно пытающегося отыскать лазейку, найти выход или хотя бы минимизировать последствия. Однако чем больше проходило времени и чем сильнее начинала дрожать от страха Цунаде, тем явнее проявлялось на лице у юноши осознание неизбежного. Огонь в его глазах постепенно угасал, плечи опускались, а сам он словно становился меньше. Кости медленно втягивались обратно в тело, а природная энергия, наоборот, его покидала, рассеиваясь в воздухе. Поймав его взгляд, Сенджу стало ещё хуже. В глазах его читалась вина и сожаление. Такие эмоции Ясухиро девушка отказывалась понимать и принимать, считая, что вина за произошедшее лежала исключительно на её плечах. Поэтому, имея возможность общаться лишь с помощью глаз, она попыталась передать ему таким образом, что благодарна за его усилия, которые он приложил для того, чтобы попытаться её вызволить. Она не знала, понял ли он её до конца, однако едва заметный кивок от него она всё-таки заметила. — Хорошо… я сдаюсь. Комментарий к Часть 80 Кто там говорил про чудесное спасение "пленённой принцессы"? Ну так вот... ---------- Том 1 Глава 81 Следующее пробуждение Цунаде отличалось, но в то же самое время было похоже на предыдущее. Как и в тот раз, она была связана, однако сейчас вместе с Ясухиро. Комната, в которой они очнулись, была небольшой. Яркий режущий свет источала лишь одна единственная лампа, висевшая прямо над двумя стульями, к которым были привязаны девушка и юноша. Скудного освещения вокруг не хватало для того, чтобы разглядеть скрытый в тенях интерьер комнаты. Лишь одна металлическая дверь в углу помещения выделялась среди однообразия внутреннего убранства. Воздух был затхлым, что говорило о том, что они застряли где-то под землёй. Пахло сыростью и гнилью. Чакра всё также не ощущалась. Даже самое малое её количество. Верёвки намертво приковали их руки к спинкам стульев, так, что даже пошевелиться не представлялось возможным. Мысли текли вяло, словно девушку накачали каким-то препаратом. Однако даже сквозь его «воздействие» она понимала, в какой ситуации они оказались. Ясухиро, видимо, очнулся раньше неё, так как его глаза не бегали по сторонам, не изучали окружение, а смотрели исключительно на неё. Цунаде не знала, какие мысли в данный момент посещали его голову, тем более смотря на его безэмоциональное лицо. Казалось, что его ничего сейчас не волновало. Словно не он оказался в плену у одной из вражеских деревень. — Успокойся. Дыши ровнее, — твёрдо проговорил он, заметив нарастающую панику в её глазах. — Мы найдём способ выбраться отсюда… Больше он ничего сказать не успел, потому как послышался неприятный скрип металлической двери сбоку от них. В комнату неспеша вошло трое мужчин с повязками Тумана. Никого из них Сенджу не знала, по крайней мере, в лицо. Однако то, что они пришли сюда с явно недобрыми намерениями, было ясно как день. — Вам, наверное, интересно, что мы с вами будем делать, да? Вопрос задал невысокий брюнет с вытянутым лицом и маленькими серыми глазами, снисходительно поглядывающими то на девушку, то на юношу. Двое остальных шиноби, внешность которых была ещё менее запоминающаяся, встали за его спиной, словно два охранника. — Всё слишком очевидно… — протянул Ясухиро, чьи губы изогнулись в кривой усмешке. — Ты так думаешь, предатель? — куда более пренебрежительно ответил мужчина. — Информация от вас нам не нужна. Всё, что нам нужно было узнать, мы уже узнали от других ваших ниндзя. Кагуя быстро переглянулся с Сенджу. — Тогда зачем вы нас держите? Шиноби Тумана оскалил острозаточенные зубы и довольно потёр ладони. — О… знаешь, пытать ведь можно не только ради получения сведений, наказания или запугивания. Мы будем это делать исключительно потому, что мне это будет приносить удовольствие. Приказ сверху гласит, что ваши жизни теперь в моих руках, так что делать с вами я могу всё, что моей душе угодно! — В таком случае, в похищении нас нет ещё большего смысла… Не легче просто нас убить? — Ха… нет, не легче. Потому что в таком случае вы не смогли бы ощутить страдания, — хмыкнул он, словно это было само собой разумеющееся. — Итак, начнём! Дабы разнообразить наше с вами времяпрепровождение, мы сыграем в одну очень интересную игру. Суть её такова: у вас есть раунды, перед каждым из которых я буду подбрасывать монетку. С помощью неё мы будем решать, кто из вас пойдёт в ту комнату на наши «оздоровительные процедуры», — он мерзко ухмыльнулся, указывая пальцем в сторону полуоткрытой двери. — Однако, даже находясь там, у вас будет способ избежать «процедур» и вернуться сюда, где вы снова будете сидеть друг напротив друга в ожидании следующего раунда, надеясь на то, что монетка отсрочит ваши страдания. Для этого достаточно всего лишь будет сказать «Стоп». Тогда мы поймём, что вы слабы духом и не можете больше продолжать. В этом случае другой игрок идёт в эту комнату вместо вас, и мы работаем над ним в два раза усерднее. Поверьте, это намного хуже, чем простые пытки… С каждым словом сердце в груди у девушки увеличивало свой темп, постепенно начиная отдавать в виски. Совет Ясухиро не помогал: дыхание становилось всё чаще и резче. Во рту пересохло, пот холодными каплями стекал по лицу, а мелкая дрожь заставляла тело биться в неконтролируемых конвульсиях. Страх застилал её сознание с головой. Она боялась боли, как и любой другой нормальный человек. В обычной ситуации она с помощью техники ирьениндзюцу просто отключила бы нервные окончания, однако сейчас, когда чакра была заблокирована, сделать это было попросту физически невозможно. Кагуя же после того, как внимательно выслушал мужчину, поджал губы в ровную линию, медленно перевёл взгляд себе под ноги и немного опустил голову. Надзирателю было забавно наблюдать за реакцией пленных. Разные эмоции, разные мысли. Юноша, казалось бы, совсем не испытывал страх. Создавалось такое ощущение, что он просто-напросто смирился. Девушка же готова была потерять сознание от пробравшего до костей ужаса. Однако как бы ему не нравилось на них глядеть, «действия» всегда доставляли ему куда большее удовольствие. — Если вы всё поняли и осознали, а я думаю, что это так, то мы можем начинать, — шиноби Кири показательно достал из кармана небольшую монету, отдающую позолотой, и покрутил ею перед «игроками», показывая обе её стороны, которые отличались по цвету. — Предатель, твоя счастливая сторона - белая, Принцесса… — повернув к ней голову, нарочито вежливо протянул он. — Ваша сторона соответственно чёрная. Ну что, готовы? А впрочем, мне плевать. Не дожидаясь слов от пленников, надзиратель положил половину монетки на указательный палец, а затем резким движением большого пальца подбросил её вверх. В глазах Цунаде монета переворачивалась в воздухе слишком долго. Она с замиранием сердца наблюдала за каждым её оборотом, даже один из которых мог стать решающим. И вот наконец железка окончила свой бесконечно длинный «полёт» упав в ладонь мужчины, которую он тут же спрятал другой рукой. Жутко усмехнувшись, мужчина глумливо переводил взгляд от одного пленника к другому, оттягивая тем самым долгожданный для него момент. — Белый… Убрав ладонь, констатировал он. Сенджу не смогла сдержать облегчённого выдоха. Но в тот же момент её вновь сковали переживания. Ведь если не пойдёт она, то будут пытать Ясухиро. Где-то в глубине сознания, словно кошка о деревянную дверь, скреблась совесть. Но даже если бы она хотела что-то сделать, то вряд ли бы у неё это вышло, учитывая её положение. С момента начала «игры» Кагуя так и не поднял голову. Даже тогда, когда подбрасывалась монета и был оглашён результат. Двое шиноби, стоящих за спиной надзирателя, тут же пришли в движение. Один из них достал кунай и приставил его к шее юноши, в то время как второй принялся резкими движениями развязывать путы. При сложившихся обстоятельствах даже если бы Ясухиро хотел попытаться сопротивляться, то у него всё равно ничего бы не получилось. Наверное, сам он это тоже понимал, отчего позволил им себя поднять и поволочь в сторону двери. Лишь возле самого проёма он самую малость повернул голову в сторону продолжающей сидеть на своём месте Цунаде и кивнул. По крайней мере так, как позволяло лезвие около шеи. Этим коротким движением он будто бы старался уверить её в том, что всё в порядке. Однако Сенджу понимала, что это далеко не так. — Оставлю специально для тебя дверь немного приоткрытой, чтобы ты имела честь слушать звонкий голосок своего друга! Ха-ха-ха! — расхохотался напоследок безумец, когда Кагуя оказался внутри, действительно не давая двери окончательно отрезать её от другой комнаты. *** Первый раз в жизни Цунаде хотела лишиться слуха. Она слышала всё: безумный смех шиноби Тумана, бряцанье орудий пыток, льющуюся воду, горящий огонь, разрывание плоти… Но самое страшное из всего этого были крики Ясухиро. Сенджу попросту не могла представить, что человек вообще может кричать так надрывно и душераздирающе. После каждого раза она съёживалась, будто пытаясь закрыться от всего этого. Но верёвки заставляли её дослушивать всё до самого конца. В один момент всё прекратилось. Больше не было разговоров. Ясухиро также молчал. В следующее мгновенье, когда девушка уже успела напридумывать всякое, дверь распахнулась, и в комнату вернулись шиноби Кири, буквально таща на себе юношу. Увидев Кагую, Цунаде не смогла сдержать поражённого вдоха. Состояние его было ужасным. На разных участках кожи были видны ожоги, начиная от обычных волдырей, заканчивая почерневшей плотью. Во многих местах виднелись узоры, нанесённые, вероятнее всего, раскалённым лезвием. Некогда белоснежные волосы слиплись и покрылись липкой кровью. Ногти как на руках, так и на ногах были вырваны. Изо рта постоянно шла кровь, что говорило либо о внутреннем кровотечении, либо о выбитых зубах. И, судя по разбитой губе, к счастью, это был второй вариант. «К счастью», потому что в другом случае долго Ясухиро без квалифицированной медицинской помощи не прожил бы. Его бесцеремонно кинули на сиденье стула, на котором он с трудом удержался, чтобы не упасть в бок, вновь связав руки за спиной. Затем они взяли из тёмного угла два больших металлических ведра и окатили его водой, смывая грязь и кровь. — Между раундами должны быть перерывы, иначе веселье становится обыденностью, — около дверного проёма, в который шагнули двое шиноби, раздался голос надзирателя, чьи руки всё ещё были испачканы в крови Ясухиро. — Так что отдыхайте, пока есть время. Громко хлопнув с этими словами дверью, мужчина скрылся в комнате пыток, оставляя ребят в глухой тишине. Девушка с волнением вперилась взглядом в юношу, который с того момента, как его посадили на стул, даже не шевельнулся. Лишь хриплое дыхание, едва вздымающиеся плечи и дрожь из-за холодной воды говорили о том, что он был всё ещё живым. — Ясухиро… — позвала она его тихо. Когда реакции не последовало, она повторила немного громче: — Ясухиро. — Кха! Кха! Кха! — вместо ответа, юноша закашлялся, выплюнув вместе с зубом изрядное количество крови. — Ты как, Ясу? — не нашла ничего лучше, чем спросить это Сенджу. — Ха… Просто… Прекрасно… — выдохнул он, подняв наконец голову. Девушка с шоком уставилась на то, как он выдавливал из себя кривую, но всё же улыбку. Это поразило её до глубины души. Она не понимала, как он вообще нашёл в себе силы, чтобы делать вид, что всё хорошо? Ради чего? Ради кого? — Ты выглядишь ужасно. А что, если в следующий раз монета вновь выберет тебя? — Значит, придётся снова идти… — лаконично ответил Кагуя, а затем вновь зашёлся кашлем. — Кха! Кха! Кха! — Я знаю о твоей повышенной регенерации, — подметила девушка, наблюдая за многочисленными ножевыми ранами, которые не спешили затягиваться. — Почему она не работает? — Потому что… слишком много повреждений. Организм… не успевает справляться со всеми сразу… отчего заживление происходит… очень медленно, — с перерывами для очередного сдавленного вдоха, пробормотал юноша. — Кхе-кхе… Некоторое время они сидели в тишине. Наблюдая за тем, как Ясухиро дрожит то ли от боли, то ли от холода, Цунаде очень хотела помочь ему хоть чем-то. Первая мысль придвинуться к нему, с помощью подёргиваний, подпрыгивая вместе со стулом, оказалась невыполнимой: предусмотрительные шиноби Тумана приварили металлические ножки стула к полу, намертво тем самым его фиксируя. Конечно, для шиноби такая преграда — ничто, однако сейчас Сенджу была фактически обычным человеком. Затем, за неимением альтернативы, она принялась говорить подбадривающие слова. Выходило, откровенно говоря, не очень. Учитывая, что даже сама она сомневалась в их искренности, поверить в них было довольно трудно. Однако Кагуя не стал отмалчиваться и тоже старался поддерживать хороший настрой. Если можно было это так назвать, если брать во внимание, где они оказались и что их ждёт дальше. Цунаде не могла точно сказать, а если быть точнее, она вообще была без понятия, сколько прошло времени с момента их пробуждения. Верёвки доставляли крайнее неудобство, мешая крови нормально циркулировать по телу и понемногу «съедая» кожу. Нахождение долгое время в одном и том же положении также не доставляло удовольствия. В таких условиях, дабы хоть немного отвлечься, она решила вновь завести разговор: — Нам нужно думать о том, как отсюда выбраться. Не можем же мы вечно играть в эту их «игру»! Рано или поздно кто-то из нас погибнет, и кто знает, что они сделают с другим. — Вероятнее всего, тоже убьют… — уже куда более ровным и уверенным тоном проговорил Ясухиро. — Но мысль дельная. Нам действительно стоит найти выход из сложившейся ситуации. Проблема только в том, что нам недоступна чакра. Как без неё мы сможем что-то противопоставить шиноби? — А никак, — внезапно раскрылась дверь, и вскоре показалось лицо довольного надзирателя. — Ладненько. Готовы ко второму раунду? Хотя… мне всё также плевать, так что… В этот раз он делал всё намного быстрее и без лишнего пафоса. Ребята даже не успели опомниться и морально подготовиться, как злополучная монетка сверкнула между его пальцев, а затем устремилась ввысь. Поймав её на очередном повороте, мужчина убрал ладонь и жутко оскалился: — Белый… Комментарий к Часть 81 Придётся пострадать. ---------- Том 1 Глава 82 — Ясу… Ясу… зачем? Почему ты продолжаешь молчать? Они ведь специально не выбирают меня… Не взваливай всё на свои плечи. Остановись… Цунаде было больно на него смотреть. С каждым разом пытки не особо изменялись, однако это не означало, что они переставали быть мучительными. Девушка уже сбилась со счёту, сколько раз его уже волокли в соседнюю комнату и возвращали обратно полумёртвым. Как назло, монета всегда выбирала Ясухиро, хотя она готова была поклясться, что надзиратель каким-то образом делал это специально. Откуда такая ненависть к одному человеку? Сенджу не понимала мотивов шиноби Кири. Была ли здесь какая-то особая причина, по которой они не трогали её — дочь Хокаге, или же это была просто прихоть этого безумца? Она попросту отказывалась верить, что все эти пытки проводились исключительно ради развлечения его бесчеловечной натуры. Или, может, это приказ вышестоящих особ? Что, если тот, кого зовут Бьякурен, решил таким образом наказать «предателя» родной деревни, назначив ему наказание за годы, проведённые вдали от Кири? В любом случае это было как минимум неправильно, а как максимум — недопустимо. В перерывах между очередными «сеансами оздоровительных процедур», как это называл этот чокнутый, ребята пытались придумать план побега. Но каждый раз они упирались в проблему заблокированной чакры. Сначала была надежда на Смауга, который после задержания Ясухиро вернул себе облик в виде браслета. К слову, всё это время он находился у него на запястье. Однако по словам юноши, его призыв хранил странное молчание. Он никак не реагировал как на слова вслух, так и на мысленные «вызовы». Ребята пришли к выводу, что сдерживающая печать повлияла и на ящера, отчего он не мог вернуть себе истинный облик или хотя бы поговорить. Учитывая, что без чакры призывные животные даже в большинстве своём не могут жить, это становится вполне логично. Шли минуты, часы, а возможно и дни, но ситуация никак не менялась. Их, конечно, подкармливали, изредка поили и отводили в туалет. Всё-таки умереть можно не только от пыток и сопровождающих их ран. Теперь, еле сдерживая рвотные позывы во время употребления полужидкой бесцветной жижи, которая на запах и вкус была схожа с помоями, Цунаде отдала бы многое, чтобы съесть тарелку риса с кусочками мяса, которое она до этого откровенно не любила. Но за неимением альтернативы, она вынуждена была на пару с Кагуей давиться «местным деликатесом». Подать сигнал, вырваться из плена, дать отпор — всё это было невозможно. Сон был, мягко говоря, неприятным и очень нервным, однако организм уставал настолько, что можно было отключиться даже на этом неудобном стуле. Надзиратель приходил вместе с бессменными помощниками с завидной регулярностью, из раза в раз следуя своей традиции. Но после очередной пытки Ясухиро становилось очевидным, что шиноби Кири желали совершать все эти зверства исключительно по отношению к нему. Хотя, вполне возможно, они таким образом желали его сломать. Дождаться того момента, когда он сломается. Однако юноша, похоже, не собирался проявлять слабость. Даже с учётом того, что такие страдания выдержать под силу далеко не всем. Это и было причиной того, что Цунаде, видя состояние Кагуи, уже была готова умолять его сказать «хватит». — Я готова пойти туда вместо тебя, Ясу… Прошу, дай мне тебе помочь. Чувствуя, как с каждым словом к горлу подступал неприятный ком, девушка битый час пыталась вразумить своего друга. Однако тот уже давно перестал отвечать, посчитав это пустой тратой собственных сил. Фраза «как об стенку горох» подходила для этой ситуации как нельзя лучше, но Сенджу не собиралась так просто сдаваться: — Зачем ты это делаешь? Зачем изводишь себя, каждый раз умираешь перед моими глазами? Для чего нужно мучиться? Для кого? Ради меня? Чтобы доказать мне что-то? Так знай, что этого делать не нужно. Тебе не нужно терпеть боль только для того, чтобы не давать испытывать её мне. Мы в одной лодке, а значит, должны вдвоём нести тягости нашего положения. Так скажи мне, зачем ты это делаешь? Я не понимаю… — Я тоже… Сначала Цунаде показалось, что она ослышалась. Однако затем до неё дошло: Ясухиро впервые за долгое время произнёс хоть что-то. Тихо, хрипло, не совсем отвечая на заданные раннее вопросы, но всё-таки вымолвил два слова. Но радостный бурный поток новых вопросов и уточнений был бесцеремонно прерван на инстинктивном уровне вызывающим страх скрипом двери, после которого в комнату, как обычно, вошли трое мучителей Кагуи. — Так, так… смотрю, за время наших «сеансов» ничего так и не изменилось, — надзиратель был как всегда полон энтузиазма и, так сказать, навеселе. — Предатель, ты всё ещё хочешь продолжать игру? — А что, у меня есть выбор? — криво ухмыльнулся разбитыми губами юноша, чьё лицо становилось всё менее и менее узнаваемым. Так, например, после последнего раза, по его словам, у него перестал видеть один глаз. Цунаде тогда сразу же заметила, что он просто-напросто отсутствовал, а на его месте оставались лишь окровавленные веки. Рассказав всю правду, она столкнулась с ещё одной волной удивления, когда Ясухиро на это лишь пожал плечами и сказал: «Ну… ничего. Бывало уже такое. Не впервой». — И да, и нет, — загадочно повёл бровью мужчина, потянувшись в карман, дабы достать злополучную монету. — Отказаться от игры ты не можешь. Однако во время неё у тебя есть возможность передать «ход» своей напарнице. Ты же прекрасно знаешь правила… Нужно всего лишь сказать «стоп»… Юноша вновь опустил голову, прошептав так, чтобы никто не услышал: — Ясно… Всё равно рано или поздно это закончится. Закончится для вас и очень плохо… — Продолжаем играть! Какой это раунд? — не услышав слова Ясухиро, надзиратель как ни в чём не бывало возобновил свою речь. — А, впрочем, неважно! Главное, что мы продолжаем! И вот монета после непродолжительного полёта опять показала свою белую сторону. — О, как неожиданно! — деланно удивился мужчина. — Предатель, тебе снова повезло! Как же я тебе завидую… Ты тоже этому рад, правда? — Меньше слов. Просто тащи меня, ублюдок… — выдохнул сквозь зубы Кагуя, исподлобья с неприкрытой ненавистью глядя на своего истязателя. Однако надзиратель проигнорировал его слова. Также, к удивлению как Ясухиро, так и Цунаде, два охранника продолжали стоять на своих местах, не приблизившись к юноше даже на сантиметр. — А знаешь, что? Наша игра постепенно становится немного скучноватой, не находишь? Как-то… — он задумчиво помахал рукой в воздухе, подбирая нужное слово. — …обыденно, наверное. В общем, предлагаю немного изменить правила для того, чтобы стало повеселее. Добавим немного жарких эмоций и леденящих ощущений. Ребятки, тащите всё сюда. Внезапно шиноби вышли из комнаты и вернулись с многочисленными металлическими коробками, в которых бряцали неизвестные Цунаде предметы. Девушка тут же подорвалась (насколько это позволяли путы за спиной), переглянувшись с Кагуей. Догадаться было нетрудно. Этот безумец решил переместить «комнату» пыток прямо к ним… — Я думаю, вы уже всё поняли, да? — обвёл он глазами напрягшихся ребят. — Так-с… с чего бы начать? — он с интересом принялся копошиться в коробках, содержимое которых издавало очень громкий и неприятный шум. — Хм… может быть, с этого? В руках его оказалась обыкновенная на вид металлическая труба с таким диаметром, который позволял спокойно за неё ухватиться. Ржавая и местами погнутая — её наверняка использовали уже множество раз. После того как помощники встали за спиной Ясухиро, удерживая его за плечи (непонятно зачем, учитывая, что приваренный стул и крепчайшая верёвка не позволяли сдвинуться даже на чуть-чуть), надзиратель драматично замахнулся, будто это был его фирменный пируэт, и с силой ударил ею по его коленям. — Гх… — прошипел сквозь зубы Кагуя, зажмуривая глаза и сжимая челюсти. — Это, так сказать, в качестве разминки, — демонстративно покрутил он плечами, словно готовясь к марш-броску, а затем несколько раз повторил удары. Цунаде была уверена, что если бы не Кеккей Генкай, то колени его уже в самом начале представляли собой месиво из костей и плоти. Но так как первое сломать обычной трубой было невозможно, страдало лишь второе. Но это не отменяло того факта, что всё это уже выглядело просто ужасно. — Продолжаем… — бездумно откинув более ненужную железяку в сторону, которая с громким лязгом упала где-то в углу комнаты, надзиратель с аккуратностью ювелира достал из коробки маленькую пробирку с плещущейся внутри тёмно-фиолетовой жидкостью. Откупорив ёмкость и помешав её рукой, он оскалился пуще прежнего и подошёл к Ясухиро вплотную. — А теперь, давай немного пройдёмся по твоим внутренним органам. Ставки повышаются. Смотри не умри. С этими словами он влил яд в рот несопротивляющегося юноши. Выпив всё до последней капли, он опустил голову, спрятав свой взгляд от чужих глаз. Секунды складывались в минуты, но ничего так и не происходило. Цунаде не совсем осознавала происходящее. Всё-таки внутри организма Кагуи сейчас теплилось вещество, которое наверняка нельзя было назвать «полезным для здоровья», особенно учитывая последние слова надзирателя. Постепенно широкая ухмылка мужчины меркла, превращаясь в злобную гримасу. А на лице юноши, наоборот, расцветала издевательская улыбка. — Как жаль, что существует такая вещь, как иммунитет… От злости шиноби Кири ударил его несколько раз по лицу, а затем и в живот, из-за чего он не выдержал и всё-таки расстался с содержимым своего желудка. Но неудача надзирателя настолько развеселила его, что он даже нашёл в себе силы для короткого смешка: — Ха… знал бы ты, что травишь ученика Ичиро — не выставил бы себя дураком… Ещё один пинок по рёбрам и юноша наконец замолчал, не желая лишний раз провоцировать безумца. Тот вскоре поспешил вернуть себе былой настрой и продолжил как ни в чём не бывало: — Ладненько, что у нас там дальше… О, видишь это? — он указал в сторону двух одиноко стоящих железных посудин, похожих на самые обыкновенные кастрюли, закрытые крышками. — В одной из них кипяток, в другой — ледяная вода из реки. Выбери ту, из которой мы будем тебя поливать. Сами кастрюли друг от друга никак не отличались. По крайней мере, внешне. Так что это снова была игра пятьдесят на пятьдесят. А учитывая, каким образом проходит для Ясухиро точно такая же игра в монетку, от его выбора ничего не измениться. Но молчать — значит, повлечь на себя гнев мучителя, поэтому юноша, не глядя, буркнул: — Правая. — Ну, правая так правая, — спокойно пожал плечами мужчина, а затем кивнул своим помощникам. Один из них вжал Кагую в стул, надёжно зафиксировав голову. Второй шиноби взял указанную ёмкость, а затем поднял крышку, заставив подняться ввысь густые клубы пара. Неудача не особо удивила Героя Первой мировой. Он сжал зубы и приготовился к новой порции боли. — Давайте, — скомандовал мужчина, встав с другого бока от Ясухиро, дабы наблюдать за его реакцией. Кипящая вода безжалостно полилась по шее и продолжила свой путь по груди и животу, закончив его в ногах и районе паха. Не имея возможности выбраться, Кагуя с диким криком отчаянно дёргался и бился в конвульсиях. На поражённых участках кожи довольно быстро начали появляться характерные для ожогов покраснение и волдыри. Судя по тяжёлому дыханию переставшего орать юноши, чей голос такими темпами рано или поздно сорвётся, эта пытка далась ему тяжело. Перед глазами Цунаде всё начало расплываться. И это была отнюдь не усталость. Слёзы застилали её взор и помогали хотя бы на время перестать видеть перед собой этот ужас. Одно дело — слушать всё это из другой комнаты, но совсем другое — наблюдать за этим своими собственными глазами… — Ты знаешь, как я понял, сейчас тебе нужно немного охладиться, верно? — удовлетворившись увиденным, надзиратель вновь подал голос. — Я тебе с этим с удовольствием помогу, хоть и немного по-другому… Вторую кастрюлю он взял уже собственноручно. Пар из неё не бил, так что, вероятнее всего, вода внутри действительно была ледяной. Однако в этот раз всё было несколько иначе. Взяв из ниоткуда простую тряпку, он положил её на лицо Ясухиро, чью голову запрокинул стоящий позади него помощник, и приказал крепко держать её второму шиноби. — Тебе достаточно всего лишь сказать «стоп», — словно змей искуситель проговорил мужчина, подняв над его головой ёмкость. — Большего не нужно. Это что так сложно? — Иди к чёрту… — после небольшой паузы глухо раздалось из-под тряпки. — Выбор твой, — пожал плечами надзиратель и без колебаний принялся выливать жидкость. Сначала казалось, что юноше было всё равно. Он не двигался, и даже ни одного звука с его стороны не вырвалось. Однако в скором времени он начал мелко подёргиваться, что в дальнейшем превратилось в дикое желание выбраться из водной ловушки, которое сопровождалось неразборчивыми воплями и безудержными судорогами. — Хватит! Остановись! — теперь не выдержала уже Сенджу, желавшая спасти своего друга. — Ты же убьёшь его! — О нет… — ехидно ухмыльнулся надзиратель и, не прекращая пытку, повернул голову в сторону девушки. — Он так просто не умрёт… Прекратил мучения Ясухиро не мужчина, а тот факт, что банально закончилась вода в кастрюле. Недовольно пробурчав нечто невразумительное, он убрал тряпку и лично пошёл в другую комнату за ещё одной ёмкостью. Получив небольшую передышку и возможность дышать, Кагуя закашлялся, делая множество судорожных вдохов. — Ясу… пожалуйста… — слёзы не переставали капать на холодный пол, однако Цунаде на это попросту не обращала внимание. — Скажи «хватит». Я тебя прошу. Я тебя умоляю… — Нет… По…подожди… ещё… немного… — с трудом выдохнул Кагуя. — Чего ждать? Что должно… — Так-так… если есть силы для разговора, значит, ты чувствуешь себя вполне нормально, — прервал девушку вернувшийся надзиратель, который в руках держал шланг вместо кастрюли. — Смотри, что я нашёл! С этой штуковиной нас ничто не остановит! Шланг тянулся на многие метры, как что его длины хватало, чтобы добраться до стульев. Втянув в себя воздух через него, вызывая тем самым напор воды из ёмкости, которая, по-видимому, стояла в соседней комнате, мужчина вновь нацепил уже мокрую тряпку на лицо юноши и направил в его сторону конец шланга. — Ну что, пока у тебя есть пару секунд. Не хочешь ничего мне сказать? — Хочу, — внезапно ответил Ясухиро. — И что же? — ни о чём не подозревая, поинтересовался надзиратель. — Жаль, что тебя убьют быстро… Перед тем, как вода вырвалась из шланга, а мужчина успел осознать сказанное, словно по команде, от воздействия некоего землетрясения пошёл трещинами потолок и часть стены. В ступор впали все: и Цунаде, и шиноби Кири. Лишь Кагуя оставался пугающе спокоен. Только чудом сыплющиеся части потолка не попадали на ребят, с каждым разом рассыпаясь всё на большие куски. — Что за… Слова надзирателя смешались с грохотом трескавшейся стены, где, скорее всего, и находился источник её разрушения. И вот, когда каменные части вперемешку с железными открыли путь наружу, в импровизированном «проходе», проявляясь сквозь поднявшуюся пыль, показались два силуэта. Одним из них оказался вездесущий в последнее время главнокомандующий восточного фронта — Ичиро. А вот другим был тот, кого Цунаде узнала в первое же мгновение… — Отец! Комментарий к Часть 82 Готов ловить тапки. Сурово и "по-мужски". Но перед тем, как в меня их кидать, знайте, что многие моменты прошедших глав будут объяснены в следующей. Если прям неймётся, то я почитаю ваше недовольство. А так, наберитесь терпения, пожалуйста. ---------- Том 1 Глава 83 Белые стены. Белый потолок. Тишина и стерильный запах… Как же часто Ясухиро на протяжении обеих жизней просыпался в больнице. И если в первой в основном из-за очередного перелома, то вот во второй — по причине истощения либо особо тяжёлых ран. Это пробуждение напомнило ему о первой битве в составе Несущих Смерть. А если быть точнее — о её последствиях. Тогда он тоже чувствовал себя отбивной и не мог видеть правым глазом. Но, помимо этого, в тот момент рядом с ним находились все ребята из команды. Сейчас же… — Ты наконец очнулся… Знакомый женский голос заставил его резко повернуть голову. Цунаде. Живая и абсолютно здоровая. В её глазах отчётливо виднелись беспокойство и усталость. Лицо слегка осунулось, но в целом выглядело свежо и всё также привлекательно. — Как ты? Голос звучал приятно и успокаивающе. Словно пытался убедить, что всё в порядке. Если бы Кагуя не знал её обладательницу, то решил бы, что с ним говорит заботливая мать или сестра. По крайней мере, именно такие ассоциации у него вызывал этот стиль речи. Но вопрос всё же нуждался в ответе. Опустив голову, юноша оглядел своё тело. Заштопанное и забинтованное. Всё, как обычно, когда просыпаешься в палате больничного центра. Конечности отзывались без осложнений и тремора. Это было хорошо. Однако боль никто не отменял. Особенно в области груди. — Кха! Кха! Кха! Снова этот кашель. Кровавый, отзывающийся болью и спазмах в лёгких. Теперь на кристально белых бинтах виднелись небольшие капельки крови. Это вызвало у Цунаде нешуточную озабоченность. Она вскочила с упавшего с грохотом стула, приблизившись к койке. — Ясу! Что с тобой?! Тебе плохо?! — Нет… нет… Всё нормально. Его собственный голос не шёл ни в какое сравнение с Сенджу. Дряхлый и скрипучий. Как у старика. Но так бывает всегда, когда он долгое время пролежит без сознания. Кстати, а «долго», это сколько на этот раз? — Цунаде, сколько я был в отключке? — Где-то дней пять с тех пор, как нас спас мой отец. — Пять дней?! — сквозь полудрёму воскликнул Ясухиро. — Что ж так долго-то? — После того, что с тобой произошло, тебе необходим был отдых. Причём как телу, так и разуму. Неудивительно, что ты восстанавливался столько времени, — спокойно проговорила девушка, а затем заметно нахмурилась: — Но ты не уходи от ответа! Твой кашель — это ненормально! Ты знаешь, что с тобой происходит? Давай может я тебя осмотрю? Странно, что ирьенины, лечившие тебя до этого, сказали, что твоей жизни больше ничего не угрожает. Не могли же они что-то упустить? — Могли. Ещё как могли, — выдохнул перерожденец. — Цунаде, спасибо за твою заботу, но, боюсь, ты ничего не сможешь с этим сделать. Даже Ичиро ничего не нашёл, а ты знаешь, насколько хорошо он разбирается в отклонениях и аномалиях в теле. — Но как же так? Мы же не можем просто взять и забыть про это. А вдруг эта болезнь сведёт тебя в могилу? Ясухиро закатил глаза. — Все мы рано или поздно умрём. Так что не волнуйся по этому поводу. Я обещаю, что приложу все усилия, чтобы с этим бороться. — Хорошо… — опустив глаза, протянула дочь Хокаге. Подняв упавший стул и поставив его на прежнее место, Цунаде придвинулась немного поближе, дабы дать возможность «больному» не поворачивать голову слишком сильно. Но нужных слов для дальнейшего разговора она не нашла, вследствие чего просто уставилась в уцелевший голубой глаз собеседника, что, впрочем, нисколько её не смущало. Пауза была несколько скомканной и внезапной, из-за чего Кагуя решил её прервать: — Расскажешь о том, что произошло во время моей отключки? И… где мы сейчас, собственно? Девушка моргнула пару раз, а затем несколько грустно хмыкнула. Её взгляд потух, а плечи опустились. Юноша сразу понял, что что-то не так. — Мы в Конохе. И я всё тебе расскажу. Но сначала, хочу услышать про ваш с Ичиро и моим отцом план. Никто из них так и не удосужился мне что-либо объяснить. Говорят, что ты разъяснишь… — Серьёзно? Вот ведь старые… — неприятно удивился перерожденец, вовремя остановив поток речи. — Кхм… ладно, хорошо. В общем, с самого начала у нас была идея, которая заключалась в том, чтобы я специально попался в плен и указал точное местоположение важного стратегического объекта, где меня бы держали. С помощью семечка, созданного Хаширамой и пересаженного внутри моего тела Ичиро, меня можно отследить практически с любого расстояния. Этот манёвр позволил бы продвинуть фронт и перейти в контрнаступление. Но никто не мог предположить, что сперва захотят похитить тебя, а не меня. Вот я и последовал за тобой, воспользовавшись моментом. — Я всё ещё не понимаю, как твоё пленение помогло бы Конохе в войне? — сложив брови домиком, с сомнением уточнила девушка. — Это нужно было, в том числе, и для того, чтобы выманить кого-нибудь сильного. Каге, например, — коротко хмыкнул перерожденец. — Ведь для задержания Последнего из Несущих нужен кто-то посильнее, чем обычный джонин… Вот скажи мне, тебе известна судьба Бьякурена? — Он мёртв. От руки моего отца. — Вот об этом я и говорил, — ничуть не удивившись, кивнул юноша. — План удался, хоть и не так, как мы планировали изначально. Теперь ситуация на восточном фронте резко изменилась. Я уверен в этом. Но раз уж ты упомянула ныне погибшего Каге Тумана, расскажи наконец о том, что произошло и какова обстановка сейчас. После небольшой паузы, во время которой Цунаде структурировала свои мысли, она с выдохом принялась объяснять: — Ну… Кири фактически вышла из войны. После смерти Бьякурена многие бойцы начали сдаваться. Это было совсем не в духе шиноби Тумана, но похоже, что страх перед моим отцом явно превалировал над жаждой мести. Однако это вмешательство повлекло за собой последствия. Прямое участие Хокаге в битве на фронте вынудило остальных Каге и других сильнейших шиноби деревень также покинуть свои дома и отправиться на войну. Вместе с пятью джинчурики они продавили наши укрепления практически на всех фронтах, кроме того, где командует Мадара-сан. Но для того, чтобы сохранить целостность границ, его войскам и нашим — на восточном фронте, пришлось отступать вместе с остальными. Враги сужают подконтрольную нам территорию, Ясу… И если в начале войны мы стояли на границах Страны Огня, то теперь вынуждены защищаться в двух шагах от Конохи. — Значит, всё настолько плохо… — тихо проговорил Ясухиро, прикрыв не забинтованный глаз. — А ведь я уверен, что Мадара-сан на пару с Хокаге могут уничтожить добрую половину всех наших врагов. Однако, как всегда это и бывает, не всё так просто… — Да… но я не уверена, что мой отец сможет это сделать. Всё же он обычный шиноби, хоть и посильнее многих. — О… ты не представляешь насколько он «посильнее многих», — выделил последние слова Кагуя. — Я с ним и рядом не стоял, как бы мне этого не хотелось. Так что не удивлюсь, если он будет тем, кто остановит эту войну. — Я на это надеюсь… Кстати, он просил передать, чтобы ты к нему зашёл в Резиденцию, когда очнёшься. Но сказал, чтобы ты не спешил. Всё-таки тебе нужно восстановиться после случившегося. А время для этого ещё есть. Он хотел, как я поняла, о чём-то с тобой поговорить и рассказать подробнее об обстановке вокруг нас. — Хорошо, я обязательно зайду к нему, — кивнул Ясухиро, а затем задумчиво потёр бинты на лице. — К слову, как долго мне нужно будет это носить? Чешется невыносимо сильно… — Цунаде весело улыбнулась. — Ха… Тебе второй раз пересаживают чужой глаз. Понадобится время для полного приживления. Подожди немного. — Эх… — вздохнул перерожденец, смирившись с тем, что будет вынужден терпеть мучительный зуд, от которого никак не избавиться. — Ладно… — Выздоравливай. И… — Сенджу поднялась со стула и, медленно и несколько робко наклонившись к юноше, поцеловала его в щёку, обдав приятным ароматом цветов и хвои. — …спасибо за то, что сделал. Не успев ответить что-либо вразумительное умчавшейся из палаты девушке, Ясухиро замер, не в силах пошевелиться. Глупая улыбка никак не могла сойти с лица, хотя он и не хотел, чтобы она исчезала. Он был не против, что подобные эмоции делали из него обычного человека. Всё-таки приятно было осознавать, что некоторые его поступки приносили радость и пользу не только ему, но и другим… «А она стала смелее…» Знакомый рычащий голос, возникший прямо в голове, вывел его из состояния оцепенения. Помотав головой, он нашёл свернувшегося на подоконнике ящера, вновь принявшего уменьшенную форму. — Смауг! Ты как, дружище? — не мог не обрадоваться Кагуя, не имевший возможность говорить со своим призывом во время пленения. Сейчас же никого рядом не было, так что юноша мог общаться с ним так, как привык — вслух: — Стой, то есть ты всё это время был здесь? «Да, а что?» — поясохвост же, ввиду своей особенности, говорил исключительно мысленно. — Ничего, — хмыкнул перерожденец, приподнимаясь на локтях, чтобы не напрягать шею при взгляде на подоконник. — Ты как? И почему не отзывался раньше? Ящер фыркнул. «Я-то в порядке. Со мной вообще ничего не происходило, да и произойти не могло, учитывая, что я тогда был в форме браслета. А вот реагировать не мог, потому что печать, перекрывшая тебе чакру, повлияла и на меня. И очень даже сильно. Фактически я впал в спячку. Ведь без чакры я не могу нормально существовать, не то, что говорить или менять свою форму. Ты лучше скажи, как сам себя чувствуешь? Я слышал всё, что с тобой происходило…» — Ты знаешь, на удивление, нормально, — заметив скептический взгляд животного, Ясухиро добавил: — Нет, серьёзно. Без шуток. Зубы целы, глаз новый вставили, все конечности на месте. Да, это было чертовски больно. И да, привыкнуть к боли попросту невозможно. Однако в моей жизни её было достаточно, чтобы научиться терпеть. Да и к тому же у меня была цель — не дать этим выродкам тронуть дочь Хокаге. Ведь если я прошёл через многое и был готов к пыткам, то вот она… — покачал головой юноша. — …вряд ли. «В этом определённо есть смысл», — задумчиво кивнул Смауг. — Только вот со шрамами придётся что-то делать… Потому что, чувствую, когда я сниму все эти бинты, их будет настолько много, что трудно будет найти здоровое место. «Попроси Ичиро их вывести. Для него это — не проблема». — Это да… — сделал глубокий выдох Кагуя. — Кстати, надо будет его где-нибудь выцепить. Раз уж его ученики здесь, значит, и он должен быть… Ладно, я, наверное, посплю немного. Разбуди часа через четыре. Я думаю, этого хватит мне, чтобы восстановиться и отдохнуть, ведь регенерация сейчас идёт полным ходом. «Не будет ли это слишком поздно?» — с сомнением уточнил ящер, намекнув на медленно опускающееся за горизонт солнце. — Поверь, с нынешней ситуацией, сон для Хокаге — непозволительная роскошь. Так что в самый раз. «Хорошо… отдыхай», — не стал противиться воле своего друга Смауг, развернувшись мордой к окну, чтобы иметь возможность скоротать следующие несколько часов, наблюдая за людьми и засыпающей природой. *** — Хокаге-сама, вы хотели меня видеть? За три года, которые Ясухиро проводил среди призывных животных, Хаширама нисколько не изменился. Несмотря на видимую усталость и напряжение, всё тот же статный мужчина средних лет, внушающий трепет и страх одним своим взглядом. Благо, Кагуя уже давно научился противостоять его подавляющей ауре и держаться рядом спокойно и уверенно. Кабинет также практически не претерпел изменений. Лишь добавилось и без того огромное количество бумаг на столе. — Ясухиро? — немного удивлённо поднял глаза на юношу Сенджу, а затем тут же вернул себе невозмутимый вид: — Ты видел какой сейчас час? Да и ты даже не до конца восстановился. Полежал бы ещё денёк-другой. Куда спешишь? Хаширама был прав. Вид Кагуи словно кричал о том, что он только-только сбежал из больницы. Наверное, именно поэтому по пути в Резиденцию он был главным объектом интереса проходящих мимо гражданских и шиноби. И если первые удивлялись из-за количества повязок на его теле, то вот вторые вовсю обсуждали возвращение в Коноху спустя три года Героя Первой Мировой — последнего из Несущих Смерть. Смауг сдержал своё слово и разбудил его ровно через четыре часа. Сбежать из больницы было несложно. Хоть ирьенины и привыкли за многие годы работы в госпитале, что большинство шиноби желают оказаться как можно дальше от белых стен и неудобных коек, а потому научились ловить даже самых упёртых, однако для ниндзя уровня Ясухиро, который был мастером скрытности, они не являлись препятствием. И теперь перерожденец был здесь, в Резиденции Хокаге, далеко за полночь. — Сейчас время играет против нас, Хокаге-сама. Я думаю, вы понимаете это, как никто другой, — спокойно ответил Кагуя после непродолжительной паузы. — Так о чём вы хотели со мной поговорить? Мужчина некоторое время смотрел на юношу не отрывая взгляд, словно пытался что-то разглядеть внутри своего собеседника. Однако затем, опустив глаза, он отложил все бумаги перед собой в сторону и расслабленно облокотился о спинку кресла, махнув рукой в сторону дивана напротив. — Присаживайся. Нам стоит многое обсудить… Комментарий к Часть 83 Принимаю налёт тапков. Только не жёстко, мне ещё проду писать. ---------- Том 1 Глава 84 — …Мне надоело смотреть на то, как гибнут мои люди из-за алчности и гордыни правителей других деревень. Они не видят ничего дальше своего носа, не заботятся о сохранении мира, не считают нужным остановить кровопролитие! Как в таком случае с ними вообще можно вести переговоры? У них уже был шанс прекратить войны, забыть о кровавом прошлом. Но они снова и снова думают чем угодно, но только не головой! — Хаширама-сама, у меня возникает такое ощущение, что вы пытаетесь передо мной оправдаться, — невозмутимо прервал его Ясухиро, словно не он сейчас разговаривал с одним из сильнейших людей этого мира. — Я ни в коем случае не осуждаю ваше решение вмешаться в войну. В конце концов, кто я такой, чтобы судить ваши действия? Меня больше интересуют последствия. К чему привело и ещё приведёт ваше вмешательство? — Всё просто, — выдохнул Сенджу, слегка ухмыльнувшись. — Туман выбыл из войны, когда не стало их лидера и большей части элиты, а их Биджу были перехвачены нами. — Мне хватило почувствовать малую часть сил Бьякурена, чтобы понять, что он не зря носил титул Мизукаге. Как вам удалось так просто его одолеть? Хаширама многозначительно хмыкнул, не став раскрывать детали их боя. Вместо этого он продолжил: — Так вот, осталось три враждебные нам деревни. И знаешь что? Я считаю, что пусть лучше, вкушая плод ложного превосходства, они соберутся в одном месте, около Конохи, например, где мы сможем их один раз прихлопнуть, чем нам придётся ловить их поодиночке рядом с нашими границами, тратя при этом намного больше сил, ресурсов и времени. А учитывая, что в первых рядах у них наверняка будут сильнейшие, их убийство безоговорочно принесёт нам победу в войне. — Почему вы уверены, что они не задавят нас числом? — с сомнением уставился перерожденец на Первого. — Всё-таки как сильны бы не были отдельные шиноби нашей деревни, численное преимущество врага может сыграть ключевую роль в этой войне. — Я не могу дать гарантий насчёт того, как всё пройдёт. К сожалению, знание будущего нам недоступно… — криво усмехнулся мужчина. — Однако я уверен, что, если мы будем верны своему делу и мы будем стойкими и непоколебимыми, то у нас всё получится. — Хотелось бы в это верить… — вздохнул Кагуя. Некоторое время они провели в молчании. В тишине был слышен лишь мерный пересчёт настенных часов, который с каждым движением секундной стрелки будто бы становился всё громче и громче, постепенно превращаясь в удары молотка о металлическую поверхность. Оттого в условиях подобного «транса», когда ничего вокруг больше не представляло из себя интерес, не менее неожиданно и громогласно прозвучал голос Хаширамы: — Кстати, я позвал тебя сюда не только для того, чтобы рассказать о том, что происходит на фронте. Я также хотел тебя поблагодарить… Ясухиро не мог не удивиться. — Поблагодарить? За что, Хокаге-сама? — Ты знаешь, Коноха создавалась для прекращения всяких войн, смертей и защиты тех, кто нуждался в помощи, — издалека начал Сенджу, непроизвольно окунувшись в былые времена. — Тогда мы с Мадарой думали в первую очередь о своих кланах. Об их благополучии и процветании. Но затем я перестал зацикливаться на одном лишь клане, начав ценить жизнь и заботиться о каждом жителе Листа независимо от их различий… «Вот тут я бы поспорил…» — мысленно подметил юноша, вспоминая то, что произошло с ним, когда он оказался в Конохе. — …Однако как бы я не старался одинаково относиться ко всем людям, семья для меня всё равно всегда оставалась и остаётся на первом месте. То, что ты сделал в плену… — Хаширама встретился взглядом с перерожденцем, показывая серьёзность своих слов: — …заслуживает уважения. Я знаю всё, что произошло в том подвале. Мы с Мито весьма и весьма благодарны тебе за то, что ты не дал тем психам притронуться к нашей дочери. Кто знает, до чего они могли дойти в своей жестокости… — Боюсь, для таких людей не существует разумных рамок и пределов желаний, — глухо проговорил Ясухиро, с неприязнью вспоминая недавно минувшие события. — Они не остановятся не перед чем, чтобы развлечь свои инстинкты. — Вот-вот, — кивнул Хаширама. — И поэтому я считаю правильным, что за мной теперь должок. Если тебе что-то понадобится, в разумных пределах, конечно же, то ты можешь смело у меня об этом просить. Я обещаю, что приложу все усилия, чтобы помочь тебе. — Это… очень неожиданно, Хаширама-сама, — через некоторое время отреагировал Кагуя, тщательно обдумав его слова и вычленив для себя их главный смысл. — Я приму это к сведению… Сенджу махнул рукой. — Можно просто Хаширама. Может формально ты всё ещё шиноби Конохи и мой подчинённый, но теперь ещё и мой друг. — Мне кажется, вы слишком староваты, чтобы я к вам так обращался, Хаширама… — весело усмехнулся юноша. — …сан. — Хе… Как знаешь… В любом случае пока ты можешь быть свободен. Как полностью выздоровеешь, зайди ещё раз в Резиденцию. Проведём внеочередной совет, где окончательно разработаем план на решающую битву, которая, независимо от того, в чью пользу будет, в любом случае либо закончит этот военный конфликт, либо переведёт его в совершенно иную фазу. В общем, ступай пока домой, раз уж из госпиталя всё равно сбежал. Вновь придвинув к себе злосчастные документы, которые даже в военное время никак не желали его отпустить, Хаширама всем своим видом показал, что разговор окончен. Ясухиро долго думать не было необходимости, отчего со словами: «До встречи», он встал с дивана, развернулся и неспеша потопал на выход из кабинета правителя Конохагакуре-но Сато. *** Прогуливаясь по ночной Конохе, держа путь при этом в сторону дома, Ясухиро вспоминал и анализировал всё то, что сказал Хаширама. Оказалось, когда до него дошли вести о том, что Цунаде оказалась в плену у шиноби Кири, он, не колеблясь, стремглав рванул в сторону восточного фронта. При чём в одиночку, потому что никто за спешащим Хокаге попросту не успел бы. Удивительно, но скорость его была такова, что он добрался из Конохи до самой крайней точки Страны Медведей как раз к тому моменту, когда битва всё ещё гремела и рвала многострадальную равнину между двумя полуразрушенными лесами на куски. Желавшего добраться до своей дочери правителя Листа никто не мог остановить. Джонины, члены клана Кагуя, Хозуки, Хошигаки, Мечники Тумана, даже Биджу — все они были незначительными препятствиями для Бога Шиноби. Единственный, кто мог оказать ему сопротивление — это Первый Мизукаге, который после пленения Ясухиро и Цунаде, хотел вернуться обратно в полевой штаб и руководить оттуда войсками. Однако, получив сведения о прибытие на поле боя Хаширамы, Бьякурен выбрал неправильную тактику. Вместо того, чтобы соответствовать настоящему шиноби, то есть отступить, перегруппироваться с остальным войском, завести Первого в ловушку и убить его, он решил вступить в открытую схватку один на один. Итог был закономерен и очевиден. Появление Хокаге и смерть Мизукаге воодушевило солдат Конохи и Узушио. Открывшееся второе, если не третье дыхание позволило отбросить противника и перейти в контрнаступление. Тогда-то шиноби Кири и посыпались один за другим… И как итог: Скрытый Туман, ввиду огромных потерь и смерти командующих на фронте, вышел из войны. «Просто удивительно, как один человек может единолично решить исход сражения между двумя огромными армиями. При чём, не особо-то и показывая всю полноту своей силы…» — заметив и помахав знакомым с фронта людям, которые в данный момент отдыхали под открытым воздухом в одном из баров, подумал про себя Ясухиро. — «На победу никто из нас особо не рассчитывал. Преимущество врага было слишком велико. Но Хаширама смог в один момент перевернуть всё с ног на голову. Вот только возникает один вопрос…» «Почему он не сделал этого раньше?» — продолжил за него Смауг, который всё это время, как и положено, пребывал у него в виде браслета на запястье. «Хм… верно», — хмыкнул Кагуя. — «Если он мог сделать это с самого начала, то почему решил действовать лишь тогда, когда похитили Цунаде?» «Он же сам тебе буквально только что сказал, что, выбирая между семьёй и деревней, он без раздумий предпочтёт первое. И если честно…» — в сознании у перерожденца всплыла картина того, как одобрительно покивал ящер. — «Я это одобряю. И сделал бы такой же выбор. Впрочем, я уверен, точно так же, как и ты, Ясу». Кагуя на миг приостановил свой ход, задумавшись над словами друга. «Да, ты абсолютно прав», — пришёл к выводу юноша, продолжив медленно прогуливаться по тихой Конохе. — «Но как-то странно слышать это от Хокаге. Тем более в военное время. Я, конечно, всё понимаю, но если бы он оказался там раньше, то спас бы множество жизней. Это ли не главная задача правителя деревни?» «В твоих словах есть зерно истины…» — по-философски заключил Смауг. «В конце концов, если у тебя есть возможность вершить судьбы тысяч людей, то нужно делать хоть что-то: либо убить их, либо спасти. Но бездействовать…» — покачал головой Ясухиро. — «…это хуже, чем что-либо другое». «А что, если он таким образом проверял или закалял своих людей? Всё же родитель должен в какой-то момент отпустить своих детей во внешний мир, чтобы они с помощью проб и ошибок научились выживать. Хаширама, видимо, подумал также и позволил шиноби Конохи разобраться своими силами». Кагуя мысленно фыркнул. «Ага… а как только схватили его дочь, так он сразу же подорвался… Не знаю, Смауг. Всё это очень неоднозначно. Если он действительно хотел испытать ниндзя Листа, то почему сделал это в такой важный момент? Зачем рисковать таким огромным количеством жизней?» «Этого мне не понять…» «Ладно… что было, то было. Пусть это останется в прошлом на совести Хокаге. В любом случае с учётом окончания той битвы всё прошло не так уж и плохо, если говорить в общем». Закончив на этой ноте мысленный разговор со своим призывом, Ясухиро продолжил идти в сторону дома «в молчании». Но думать о том, что грядёт в ближайшем будущем, он не переставал. — Кха! Кхм… Кашель усилился и участился, и юношу это не могло не беспокоить. Пока что это был единственный, наряду с периодической болью в груди, симптом его неизвестной болезни. Слабость не наступала, чакра и контроль были в порядке, температура, вроде, соответствовала норме. Но ключевое слово тут «пока»… Больше всего его волновало, что приступы могут усилиться в самый неподходящий момент. Скажем, что, если ему резко станет плохо во время сражения? Тогда, когда малейшее промедление равняется смерти. Враг не будет сидеть сложа руки и ждать, пока он оклемается. Поэтому нужно каким-то образом обезопасить себя от подобных неприятных неожиданностей хотя бы на протяжении следующей битвы… — Дом, милый дом… Сказано это было с изрядной долей сарказма и иронии. «Такой же огромный и пустой. Только теперь ещё и пыльный…» — так Ясухиро подумал, добравшись наконец до своего жилища и отворив входные двери. Некому за ним было ухаживать за все годы отсутствия его хозяина, а оттого воздух внутри был спёртым и сухим. Проходя по комнатам, перерожденец не раз замечал в углах серебряные нити паутины. Иногда из штор вылетали непонятно как оказавшиеся, а главное — выжившие насекомые из числа мух и молей. «Что-то у тебя тут грязновато…» Пока Кагуя открывал в своей спальне окна, дабы впустить внутрь свежий воздух, слезший с запястья Смауг принялся деловито расхаживать по комнате, зачастую морщив при этом мордочку. — Меня не было в этом месте три года, — покачал головой перерожденец, вдохнув свежий ночной воздух. — А живу я один. Понятное дело, что некому было здесь прибираться. И… о чистоте говоришь мне ты, Смауг? Помню, видел я твою комнату и, честно говоря… «Ладно, ладно, помолчи…» — тут же перебил его ящер, фыркнув и по-человечески закатив глаза. — «А зачем тебе, в таком случае, такой здоровенный дом, раз уж кроме тебя здесь больше никого нет? Или…» — тут он в звериной ухмылке оскалил свои белоснежные зубы. — «Может, это для вас с Цуна…» — Да-да, опять эти твои шуточки… — размеренно постилая рядом со своей кроватью чистый футон, спокойно пробормотал юноша, уже давно привыкнув к подобным «подколам» друга. — Ложись-ка ты лучше спать. Подумай о своём поведении немного. «Что? А ты куда?» — нехотя послушав Ясухиро, поясохвост с удобством расположился на мягкой поверхности, по-кошачьи поджав под себя хвост, иглы которого не доставляли для него никаких неудобств. Уже уходя из комнаты, перерожденец махнул рукой, успев проговорить напоследок: — А я пока пойду уберусь в других комнатах. Не волнуйся, скоро вернусь. Мне же всё-таки прописан постельный режим… Комментарий к Часть 84 Ну что ж... Следующая глава будет последней перед финальной аркой. Ожидайте. ---------- Том 1 Глава 85 По прошествии трёх дней, за которые произошло ровным счётом ничего, Ясухиро, посчитав, что полностью восстановился и окончательно пришёл в себя, решился наконец снять все бинты и повязки. Зрелище тогда открылось не для слабонервных. Придя к выводу, что обратиться к Ичиро для выведения всех ненужных и самых пугающих шрамов — задача обязательная для выполнения, юноша решил одевать пока более закрытую одежду, дабы не пугать своими «боевыми отметинами» окружающих людей. Пересаженный глаз не болел и работал исправно, создавая ощущение, будто он был с ним с самого рождения. Однако от родного он отличался цветом радужки. В этот раз она была серой. Порадовавшись, что шиноби Кири во время пыток практически не трогали его волосы, Кагуя немного подравнял его короткую причёску, слегка обрезав концы недавно купленными ножницами. В целом чувствовал он себя здоровым и отдохнувшим. Словно «отпуск» длился не три дня, а три недели. Самочувствие было прекрасным, раны не отдавали болью, голова была ясной и чётко соображала. — Кха-кхе… Если бы не этот чёртов кашель, то было бы вообще идеально… Вытерев пальцами капли крови на губах, Ясухиро ещё раз взглянул на себя в зеркале, отметив, что неплохо было бы увеличить количество приёмов пищи в день для того, чтобы исчезла излишняя худоба. Конечно, про него нельзя было сказать «кожа да кости», ведь для шиноби его телосложение вписывалось в стандартные рамки, однако было бы лучше, если он наберёт пару килограмм. — Ладно, Смауг, — перерожденец отлип от раковины в ванной и вернулся обратно в свою спальную комнату, где отлёживался в данный момент упомянутый ящер. — Давай меняй форму, и пошли. Скоро совет начнётся. «А? Знаешь, иди-ка ты без меня…» — Смауг протяжно зевнул, всем своим естеством демонстрируя нежелание даже сдвинуться с места. — «А я буду охранять твой дом в это время…» — И от кого же ты собрался его охранять? — изогнул Ясухиро губы в лёгкой усмешке, накидывая на себя чёрную водолазку по горло и светло-серую жилетку. «А это уже не твои заботы…» — прикрыл свои зенки ящер, положив голову себе на скрещенные лапы, показывая тем самым, что разговор окончен. — Ленивая ящерица… — покачал головой Кагуя прямо перед тем, как выйти из комнаты. «Я всё слышал!» *** — Доложите обстановку. — Хокаге-сама, нас постепенно окружают. Силы Песка уже на подходе к Танзаку, а это, считай, в шаге от Конохи. Ива уверенно занимает позиции на северо-западе, отрезая путь для отступления. Ниндзя Кумо же приближаются с северо-востока. Вскоре они будут в пределах ста километров от нас. В рядах каждой из вражеских селений были замечены джинчурики и Каге. Нужно что-то делать, Хокаге-сама, а иначе… — Туман нас не побеспокоит, верно? — Хаширама бесцеремонно перебил одного из джонинов, который отвечал за разведку, обратившись к Ичиро, сидящему через несколько мест от него самого. — Абсолютно точно, — уверенно кивнул учёный, не сомневаясь в своих словах. Теперь в разговор вмешался Мадара, который в качестве одного из сильнейших шиноби Конохи как обычно присутствовал на подобном важном совещании: — В таком случае, со всех сторон пойти они не смогут. Узумаки не дадут Облаку обойти нас на востоке. Я ведь прав, Ашина-сан? Все повернулись в сторону сидящего ровно напротив Хаширамы, как равный по статусу, уже достаточно пожилого человека (если по внешности Узумаки можно было судить об их возрасте) с длинными выцветшими бледно-розовыми волосами, которые наверняка когда-то было алыми, белыми усами и такого же цвета квадратной бородой. Он носил довольно старомодные доспехи, под которыми находился чёрный костюм с длинными рукавами с выгравированными на плечах символами Узушиогакуре. За спиной у него можно было заметить пару мечей с перевязанными изогнутыми рукоятками. Также на лбу, как и у большинства Узумаки, у него располагался протектор со знаком его деревни. Взгляд его был суров и холоден. Он часто хмурился, из-за чего отчётливее становились видны старческие морщины на лбу. Но грубость или уж тем более высокомерие в сторону своих союзников он себе не позволял. Он предпочитал отмалчиваться либо же отвечать односложно, но по делу. Так, чтобы ни у кого не возникало никаких вопросов. Вот и сейчас, бросив тяжёлый взгляд на Мадару, который без труда его встретил, он твёрдо и чётко произнёс: — Вы совершенно правы, Мадара-сан. Пока Узушио живёт — шиноби Облака не посмеют двигаться вдоль ваших восточных границ. Вообще помимо Узукаге в комнате для совещаний также присутствовало ещё двое Узумаки. И на удивление Ясухиро, он знал их обоих. Причём лично. По левую руку от Хаширамы расположилась Мито, смотрящая на всех шиноби в комнате с некоторой долей разочарования, причина которого юноше была доподлинно неизвестна. Вторым красноволосым шиноби же был Акайо — Узумаки, с которым он сражался вместе буквально недавно, в последней битве. Ещё в самом начале совета он встретился с ним глазами и, кивнув ему в знак приветствия, получил в ответ тоже самое. Вообще практически со всеми сидящими за столом людьми Кагуя был знаком. Каждый из них так или иначе фигурировал в его жизни. Кто-то больше, а с кем-то он даже ни разу в жизни не разговаривал при личной встрече. В первую категорию входили Хаширама, Изуна, весь состав Гоей Бутай, а также Ичиро и его ученики. С Мито он общался с глазу на глаз лишь тот самый один раз, когда она пригласила его в квартал Узумаки для вполне обычной беседы за чашкой чая. Впрочем, что тогда, что сейчас, он всё ещё не понимал какой был в этом смысл, учитывая, что ничего важного она у него так и не спросила. А вот ко второй категории можно было смело отнести Мадару Учиху. Довольно интересно и весьма необычно, что за десять лет нахождения в этом мире Ясухиро так ни разу и не поговорил с главой клана носителей Шарингана напрямую. По крайней мере, ни один, ни второй не проявляли инициативы. Хотя Кагуя, естественно, был бы не прочь побеседовать с ещё одним Богом Шиноби. Он бы хотел хотя бы немного узнать о его характере и вообще понять, что он за человек на самом деле. Всё-таки в этом мире он отличается от самого себя в сериале. Юноше было до жути интересно узнать, связаны ли эти изменения с миром и обстоятельствами вокруг него или всё-таки он сам здесь ведёт себя по-другому? — Благодарю вас, Узукаге-сан, — вполне искренне проговорил Хаширама, вновь привлекая к себе всеобщее внимание. — Итак, раз уж остановить их продвижение вглубь страны мы не сможем, значит, будем встречать их у порога Конохи. Укрепим нашу деревню и её окрестности так, чтобы ни одна муха не могла пролететь без нашего ведома. Гражданских начинайте эвакуировать прямо сейчас. Их потеря для нас обойдётся слишком дорого. — Есть! — воскликнул шиноби, отвечающий за сохранность мирного населения. — В деревню никого не впускать и не выпускать. Ввести комендантский час. Провести проверку на предмет вражеских разведчиков и шпионов. Увеличить количество патрулей в радиусе двадцати километрах от Конохи. Ашина-сан, ваши соклановцы смогут улучшить барьер вокруг деревни? Старый Узумаки не заставил себя ждать: — Я займусь этим лично, пока есть время. Теперь он будет рассчитан на два вида работы: пассивный — для сканирования и идентификации любого проходящего через него человека и активный — для защиты от вражеских прорывов, техник и взрывов. Во втором случае ни один человек не сможет пройти через него физически, если только он не носит в себе кровь Узумаки или она не зарегистрирована в Госпитале Конохи. — С каких пор барьеры фуиндзюцу определяют принадлежность к деревне с помощью крови? — фамильно недоумённо выгнул бровь Изуна, решивший впервые за время проведения совета взять слово. Узукаге был как всегда краток и лаконичен, не утруждая себя раскрывать все тайны техник своего клана: — С недавних. — Что ж… это хорошо. В таком случае, у нас точно не возникнет проблем с контрразведкой хотя бы в пределах стен деревни, — покивал головой Хаширама, удовлетворившись таким ответом. — Так, дальше… Главным госпиталем у нас останется Больница Конохи. Устроим там наилучшие условия для раненных. Объедините между собой палаты и сделайте больше места. Но помимо этого нужно будет создать множество мелких медицинских пунктов на окраинах, где шиноби с лёгкими и средними ранениями смогут получить помощь. Распределите ирьенинов согласно их компетенции. Ясно? — Хай! — довольно энергично отозвался Нобу — один из самых старых, но при этом по праву считающийся одним из самых лучших из ныне живущих ирьенинов Листа, который заправляет главной больницей с самого основания Конохагакуре-но Сато. — Хорошо… Мадара. Он повернулся в сторону сидящего справа от него старого друга. Учиха молча бросил на Сенджу пристальный взгляд, показывая тем самым, что внимательно слушает. — Распредели нашу армию на пять дивизий. Учитывай личные навыки, способности и физические характеристики каждого. Мне не нужно, чтобы в одной дивизии были исключительно джонины, а в другой — генины. Сделай так, чтобы все наши войска сохраняли универсальность и готовность сражаться в равной степени с остальными. — Я тебя понял, Хаширама… — после непродолжительной паузы тихо проговорил Учиха. — В таком случае я также разделю своих на три группы, — и вновь голос подал Ашина. — Я полагаю, что они равномерно и гармонично впишутся в ваши ряды. — Принято, — коротко отозвался Хокаге. — Теперь поговорим о… *** — Привет, ребята. И снова я, да? Целых три года прошло с момента нашей последней встречи. Хе… Вы, наверняка, думаете, что я вам уже давно надоел. Что ж… вы вправе так считать. Обычно на кладбище не принято улыбаться. Большинству во время посещения этого места не до веселья. Особенно если в одной из могил лежал кто-то из родственников, друзей или знакомых. Однако Ясухиро давно изменил своё мнение о скорби о погибших благодаря Ичиро. Нужны ли мёртвым чьи-то слёзы, грусть и печаль? Вряд ли. Вряд ли их что-то вообще волнует. Поэтому юноша всегда навещал свою команду с улыбкой на лице. По крайней мере в начале. Потом, рассказывая о том, что с ним произошло в последнее время, он, глядя на мрамор и шесть фотографий людей, постепенно переставал говорить, погружаясь в удушливое молчание. В этот момент перед его глазами пролетали воспоминания, где он видел лица своих друзей не через застывшие изображения на бумаге, а вживую. То, как они общались друг с другом, шутили и смеялись. Их голоса до сих пор сохранились в его памяти. Как бы он не хотел оставаться в эту секунду невозмутимым, эмоции всегда били через край и не давали сосредоточиться. И тогда тёплая улыбка постепенно превращалась в печальную. Губы немного подрагивали, глаза смотрели в одну точку. В голове было пусто. Ни о чём не хотелось думать. Но слёз не было. И не потому что многие посчитали бы, что это стыдно. Плевал Кагуя на мнение других. Их всегда удавалось сдержать благодаря пониманию, что ребята этого бы не одобрили. Ясухиро был почему-то в этом уверен. В этот раз ничего не изменилось. Подойдя к надгробию, перерожденец протёр на его поверхности скопившуюся пыль. Не забыл он и о самих фотографиях, долго рассматривая каждую перед тем как её поправить и привести в порядок. Бросив взгляд на упавшую золотую медаль, которую когда-то ему вручил Хокаге, он поставил её на бок, лицевой стороной, так, чтобы она была всем видна. Непонятно, правда, кому это «всем», но, честно говоря, юношу это никогда не волновало. — Ну что, теперь у вас тут чисто и опрятно. Надеюсь, вам станет от этого приятнее, — немного отойдя, дабы видеть фотографии всей своей команды, Ясухиро как обычно решил поделиться новостями, которые, как он был свято уверен, были для его погибших друзей интересны. — Прошло уже шесть лет с того момента, как мы одержали победу в той войне, а вы ни капли не изменились… Хе… Кхе-кхе… Тихий смешок, в котором не было и намёка на веселье, сменился на сухой кашель, ставший его вечным спутником в последнее время. Когда приступ закончился, Кагуя тяжело вздохнул, став ещё более смурным, чем раньше. — Да… мне тоже это уже надоело. Но я рассчитываю на то, что сенсей сможет понять в чём проблема. Хотя есть у меня подозрения на болезнь, о которой в этом мире никто даже и не знает. А учитывая, что даже в прошлом мире люди не научились это лечить, то здесь… шансов ещё меньше. Хорошо, если я ошибаюсь… Но не будем о грустном, хотя… — юноша встрепенулся, но затем опять опустил плечи. — Сейчас новости только такие. Опять война. Опять смерти… Пару дней назад проходил у нас совет. Сейчас все готовятся. Скоро будет, возможно, решающая битва за Лист. Но я выполню вашу просьбу, Ацуши-тайчо. Взгляд перерожденца переместился на Учиху, который даже на фотографии сохранял своё излюбленное хмурое выражение лица. Юношу это всегда забавляло. Но сейчас он даже не обратил на это внимание, продолжив: — Коноха вновь в опасности, но я помогу ей, чем смогу. Даже если придётся пойти на жертву. Так, как вы тогда пожелали, командир… И да, ваш сын… Внезапно Ясухиро, несмотря на отсутствие сенсорных способностей, появляющихся исключительно во время Режима Мудреца, почувствовал за спиной чакру двух людей, которые, впрочем, и не думали скрываться. Не оборачиваясь, он практически сразу понял, кто это был. И поэтому, не отвлекаясь на них, он продолжил как ни в чём не бывало с того места, где остановился: — Ваш сын изменился. В лучшую сторону, уж поверьте. С годами в нём всё чаще прослеживались ваши наилучшие качества. Теперь я точно не сомневаюсь, что вы — его отец. Один из пришедших медленно обошёл Ясухиро и приблизился к изображению конкретного человека, с которым, в общем-то, Кагуя и общался. Не говоря ни слова, подросший Учиха с каменным выражением лица, но глазами, в которых отчётливо виднелась тоска, аккуратно погладил рамку фотографии. По прошествии пяти минут, за которые подросток наверняка провёл с погибшим отцом мысленный монолог, он напоследок коснулся пальцами высеченного на мраморе имени, а затем, всё также не произнеся ни слова, расположился по левую руку от перерожденца. Тот, краем глаза заметив вставшую справа Цунаде, коротко хмыкнул, но никак это не прокомментировал. Он прекрасно помнил, что Цунами и Чин были для неё родственниками. Он точно не знал кем они приходились ей конкретно, но это было не важно. Все они были из одного клана, а потому с большой вероятностью хорошо друг друга знали. Именно поэтому вопросов он по этому поводу никаких не задавал. Вместо этого он возобновил свою речь: — Только вот защитить сейчас его будет труднее, чем раньше. Он уже давно не маленький. Полезет в самое пекло, как и вы когда-то, я в этом убеждён, — скосив глаза на Дейки, юноша ожидал, что тот скажет на эти слова что-нибудь едкое, как это всегда и делал, однако сейчас, к его удивлению, он оставался невозмутимым, совершенно никак не отреагировав. — Но я хорошо его натренировал. И сам он старался, как мог. Так что уверен, что он сможет за себя постоять. Тем более ваши глаза помогут ему… — Я ещё не готов к ним, сенсей. Впервые заговорил Дейки изменившимся за три года голосом. Кагуя резко прервался. Долго пронизывая своего ученика пристальным взглядом, перерожденец позволил себе короткую усмешку. — Да… он действительно изменился, Ацуши-тайчо. Вы можете по праву им гордиться… Тишина, которая наступила после этих слов, не была тревожной или напряжённой. Все понимали, что в такие моменты молчание — это то, что было нужно каждому. Причём мысли также старались отойти на второй план, не мешая не думать ни о чём. Не переставая держать в руках сохранивший свои цвета памятный медальон, который за все эти годы не заимел ни потёртостей, ни царапин, Ясухиро шестым чувством ощутил некую тревогу. Её источник для него был неясен, однако никуда она деваться не собиралась, наоборот, с каждой секундой становясь всё навязчивее и ярче. Настороженность Кагуи заметили и Дейки с Цунаде. Они ничего такого не ощущали, но непроизвольно доверились чутью Героя Первой мировой, также принявшись внимательно оглядываться по сторонам. Вскоре всё стало ясно, и появилось объяснение беспокойства юноши. Где-то вдали, в центре Конохи, раздалось несколько оглушительных взрывов, дым от которых тут же поднялся высоко над деревней. Кладбище было слишком далеко от эпицентра, находясь практически на самом краю Листа, однако даже здесь было ясно, что всё с самого начала пошло не по плану Хаширамы. Переглянувшись с ребятами, в чьих глазах сразу же появилось осознание произошедшего, Ясухиро, не долго думая и не собираясь тратить время зря, коротко скомандовал, не без оснований взяв на себя роль капитана их только что созданного временного отряда: — Двинули. Комментарий к Часть 85 Ну что я могу сказать... Медленно приближаемся к финалу, да? Но наперёд загадывать не буду. Случиться может всё что угодно. ---------- Том 1 Глава 86 — Что происходит? — не сбавляя темп, на ходу произнесла Цунаде, напряжённо поглядывая в сторону разрастающегося пожара, который охватил самые высокие здания в центре Конохи. — Я не знаю. Враг не мог… Внезапное появление группы шиноби заставило прерваться Ясухиро на полуслове. Его внимательный взгляд зацепился за знаки на Хитай-ате, которые явно не принадлежали Листу. Долго думать не пришлось: стало очевидно, что в деревню вторглись вражеские силы. Причём судя по взрывам в центре, вторжение произошло не из одной точки. Ведь Ясухиро с ребятами сейчас находились на краю деревни. Вокруг не было жилых или любых других зданий, да и самих людей не наблюдалось, благо большинство из них успели к этому моменту эвакуировать. Открытый парк лесного типа, где они и остановились на пути к своей цели, намного лучше подходил в качестве места для битвы. Это не могло не радовать перерожденца, не желавшего разрушать дома людей. — Внимание. Прорываемся к центру. Нам нужно понять, что конкретно произошло. Там наверняка найдём кого-нибудь, кто сможет всё объяснить. Вперёд! Хлёсткие слова срывались с губ так, словно он всю жизнь только и занимался тем, что отдавал приказы. Выходило это настолько хорошо и убедительно, что в головах у Дейки и Цунаде не возникло даже мысли о том, чтобы сомневаться в негласном выборе Ясухиро в качестве их командира. К тому же даже если бы они хотели возразить, то это было нелогично, хотя бы учитывая, что Кагуя имел явно больше опыта как в командовании, так и в сражении. Это уж если не говорить о личной силе, которой у юноши было хоть отбавляй. Именно поэтому ответ ребят мог быть только один. — Есть! Битва закрутилась своим чередом. Дейки принялся довольно скоро складывать печати, последней из которых оказалась печать Тигра, что сразу же прямо указало на стихию, родство к которой имеют практически все члены клана Учиха. — Стихия Огня: Огненный Рёв! Продолжительный поток ярко-оранжевого пламени, чей обжигающий жар чувствовался даже на расстоянии нескольких метров, устремился к смешанному отряду из шиноби Ивы и Кумо. Двое ниндзя с повязками Камня без сомнений вышли немного вперёд своих товарищей и, отточенными движениями сложив несколько ручных печатей, воздвигли перед собой укреплённую стену из камня. Огненный поток не смог пробиться сквозь столь укреплённую преграду, лишь слегка опалив её края. Однако вторженцы, спрятанные за высокой стеной, в следствие чего не способные видеть своих оппонентов, явно не ожидали, что Цунаде решит прорваться сквозь преграду напрямую, обычным ударом кулака разрушив её поверхность с обугленной пламенем стороны. Но продолжать своё движение дальше она не стала. Клочья земли и огромные каменные осколки, полетевшие от инерции в их сторону, послужили отвлекающим манёвром, которым воспользовался выскочивший из-за спины девушки Ясухиро. Заранее подготовленные костяные клинки закрутились в привычном за десяток лет смертельном танце. Эффект неожиданности позволил Кагуе взять на себя инициативу, несмотря на численное превосходство вражеских шиноби. С поддержки ниндзюцу Дейки, он вместе с Цунаде принялся заниматься тем, что умел лучше всего: Сражаться. Оттолкнувшись от коры молодого дерева, оставляя на стволе след от подошвы и крупные трещины, в ускоренном рывке Ясухиро прямым выпадом попытался пронзить тело одного из кумовцев. Когда лезвие меча темнокожего шиноби остановило полёт костяного клинка, перерожденец воспользовался мечом в другой руке, с помощью которой ему удалось задеть предплечье оппонента. Шестое чувство закричало об опасности сзади, но юноша, не желая переключаться с одного противника на другого, не стал разворачиваться к нему лицом, вместо этого увеличив количество и толщину костей, торчащих из спины. Перерожденец ожидал чего угодно, но только не слабого толчка и громкого крика, раздавшегося вслед за ним. Оказалось, не самый умный ниндзя с Хитай-ате Камня решил не останавливать свой удар, а попытался пробиться сквозь кости. Стоит ли говорить, что теперь его рука представляла из себя решето из мяса? Отклонив в сторону выпад катаны напомнившего о себе мечника Кумо, Кагуя крутанулся на месте и снёс голову вопящему от боли ивовцу, избавив его тем самым от краткосрочных мучений, а затем, не теряя времени и используя полученную ввиду резкого разворота инерцию, одной рукой выбил из рук первого противника оружие, а другой — вонзил кость в районе сердца. Широко распахнутые глаза, наполненные шоком и непониманием, вскоре закрылись навечно, а их владелец без чувств упал наземь, истекая багряной кровью. Смахнув её с лезвия, Ясухиро вовремя успел пропустить мимо себя пролетевший кунай, вонзившийся в ветку дерева позади него. Повернув голову в сторону, откуда прилетел снаряд, юноша обозначил ещё троих врагов, к которым стремглав помчался. На ходу отклонив вверх ещё серию метательного железа, он в ответ выстрелил фалангами пальцев. К сожалению, противники успели либо увернуться, либо заблокировать их своим оружием. Однако Кагуя особо и не надеялся на результат этой атакой. Главная цель была выполнена — он смог с ними сблизиться. *** Сорвав с себя то, что раньше называлось жилеткой и водолазкой, Ясухиро не мог не удивиться. Втянув внутрь тела покрытые кровью кости, он оглядел лежащие рядом с ним изрезанные и проколотые тела, которые буквально несколько минут назад ещё были живыми людьми, желавшими, чтобы замертво лежал уже он. Однако как бы им этого не хотелось, у них изначально было немного шансов, учитывая, что их уровень и его явно не совпадали друг с другом. И это было напрямую связано с его состоянием, которое можно было частично назвать шоковым. Обычно после битвы с такими противниками Кагуя без какого-либо перерыва начинал искать следующих. Но сейчас к его глубочайшему изумлению, он никак не мог привести своё дыхание в порядок. Сердце стучало как бешеное, хотя это была далеко не та нагрузка, которая раньше бы заставила его биться с такой скоростью. Пот стекал градом по всему телу, словно после парилки. Перед глазами время от времени плыло либо темнело, хотя на ногах ему всё ещё удавалось стоять твёрдо. — Кхм… кхм… — закрыв рот кулаком, юноша приглушил тем самым кашель, от которого у него резко заболела голова, будто кто-то по ней ударил кувалдой. — Ясу! Ты в порядке? — рядом с ним в мгновенье оказалась встревоженная Цунаде, которая сначала оглядела его тело на предмет ран, а затем, не найдя оных, немного успокоилась, но не перестала волноваться из-за его очевидно плохого самочувствия. Учиха, покончив со своим оппонентом при помощи отточенного когда-то вместе с Ясухиро тайдзюцу, также приблизился, даже не пытаясь скрыть беспокойство за своего сенсея. — Кхм… да, — справившись с приступом, Ясухиро выровнял наконец дыхание, мысленно порадовавшись, что болезнь его на какой-то момент отпустила. — Не волнуйтесь обо мне. Лучше волнуйтесь о нас. Это сражение не окончено, оно только начинается. Соберитесь и следуйте за мной. Нам ещё нужно добраться до центра. — Но… — Без разговоров! Продолжаем! Робкая попытка Цунаде возразить была прервана довольно жёстко, однако девушка не сердилась на юношу за это. Она понимала, что он в любом случае не станет отсиживаться в стороне, даже если будет плохо себя чувствовать. Это было не в его характере. Именно поэтому она подавила в зародыше «инстинкты» ирьенина, твердившего ей выявить причину недуга больного, и последовала вместе с Дейки за рванувшим далеко вперёд Героем Первой мировой. “Ясу, твоя болезнь прогрессирует? Я чувствую, что она начинает потихоньку влиять на чакру. Нельзя это просто так оставлять. Хуже же потом будет», — раздался в голове у спешащего Ясухиро голос Смауга, который всё это время «следил» за битвой, пребывая в форме браслета. И не думая останавливать свой ход, перерожденец сжал губы в ровную линию и смахнул с лица не перестающие литься капли пота. «Я не могу сейчас прерваться на отдых. Да и что могут сейчас сделать для меня ирьенины? Только время и чакру потратят…» «Я не знаю, но хотя бы что-то!» — тон ящера постепенно повышался и становился куда более нервным. — «Если ничего не делать, то ты рано или поздно сведёшь себя в могилу! А учитывая тот факт, что, судя по всему, врагов впереди будет ещё много, это будет скорее «рано», чем «поздно»!» «Смауг… не надо. Ничего не говори», — юноша не мог не удивиться таким ярким эмоциям в голосе своего призыва, отчего немного смягчился. — «Я понимаю, что, возможно, делаю глупость. Но по-другому я не могу. Таковы мои принципы…» На какое-то время Смауг затих. Он, видимо, пытался смириться с твердолобостью и ослиным упрямством, граничащим с безумством, своего друга. Наконец после непродолжительного молчания он вновь мысленно заговорил: «В таком случае, есть только один вопрос: почему твоё состояние ухудшилось именно сейчас? Ты и до этого под влиянием болезни сражался, используя и чакру, и Улучшенный Геном. Вот только тогда не было никаких симптомов. По крайней мере, во время и сразу же после боя». «Честно? Я не знаю, Смауг», — вынужден был ответить перерожденец чистейшую правду. — «Скорее всего здесь возымел накопительный эффект. Это как с обычной простудой — если не лечить, то есть вероятнось умереть в конце концов. Только вот у меня точно не обычная простуда. Но от этого моя болезнь легче не становится». «Понятно…» Пока ребята всё ещё пробегали мимо зелёной территории Конохи, Ясухиро решил хотя бы немного подготовиться к будущей схватке. Сложив крестообразную печать, он отправил двух появившихся из облака дыма теневых клонов спрятаться где-нибудь в глубине парка для того, чтобы начать процесс накопления природной энергии. Вторжение было совершено внезапно, отчего Кагуя не успел подготовить копий для вхождения в Режим Мудреца. Но теперь, если хватит времени (всё-таки процесс сбора природной чакры далеко не так быстр, как кажется на первый взгляд), и никто из противников их не найдёт, то они смогут в нужный момент существенно помочь в бою. По пути к центру Листа ребятам ещё несколько раз встречались отряды вторженцев, случайно или специально заблудших не на открытой местности, где и происходили основные сражения, а в переулках и переходах между районами. Да, как только отряд под командованием Ясухиро добрался до первых зданий, то пришлось существенно себя ограничивать, дабы не нанести вред имуществу мирных жителей. Враги же не были скованы подобным условием, из-за чего не стеснялись в своём боевом репертуаре. Благо перерожденец почти всегда ограничивался исключительно тайдзюцу и Кеккей Генкаем, поэтому не забивал себе голову о сохранности зданий. Несмотря на ухудшившееся состояние, юноше пока всё ещё не было равных. Никто не успевал за его скоростью, никто не мог предугадать, в какой момент кость удлинится и проткнёт туловище, никто не знал, как пробиться сквозь идеальную защиту Шикоцумьяку. Дейки и Цунаде старались не отставать от своего временного командира. Они делали всё возможное, чтобы заставить врагов понять, что они зря напали на Деревню, скрытую в листве. Спустя несколько сражений, за которые тройка шиноби Конохи получила лишь несколько не особо серьёзных увечий, которые всё равно были сразу же залечены Сенджу, ребята наконец добрались до главной площади. И, признаться честно, увиденное им сильно не понравилось. Первое, что бросалось в глаза — это полуразрушенный монумент Хокаге, каменное лицо которого сейчас было не узнать. Вероятнее всего, его задели теми первыми взрывами. Второе — это Резиденция Хокаге, снесённая практически полностью. В некоторых местах там до сих пор полыхал пожар, хотя, казалось бы, каменные стены гореть не должны в принципе. Хотя, по правде говоря, от стен там по сути ничего не осталось, чего уж там говорить о крыше… Но больше всего привлекали внимание люди, сцепившиеся друг с другом в смертельной схватке. Битвы были везде: и на открытом месте, и среди обломков зданий (в том числе Резиденции), и внутри ещё целых домов (таких постепенно оставалось всё меньше и меньше)… Кровь лилась рекой. Шум, гам, крики, звон железа, взрывы техник — всё это заполонило собой главную площадь. Нельзя было найти кого-то, кто не был захвачен битвой. Все пытались добиться поставленной задачи. Одни — сравнять Конохагакуре с землёй, другие — защитить родную деревню любой ценой. Именно поэтому появившиеся в центральном районе Ясухиро, Цунаде и Дейки неизвестно сколько бы ещё времени стояли, в оба глаза наблюдая за всеобщей мясорубкой, если бы не внезапное появление, словно из ниоткуда, рядом с ними одного человека, обычно в такие моменты решающего исход боя одним своим присутствием. Это был один из так называемых Богов Шиноби — Учиха Мадара. — Столбом не стойте. Двигайтесь. А то зарежут и не заметят… Комментарий к Часть 86 Ждунов становится всё меньше и меньше. Эхъ... ---------- Том 1 Глава 87 — Как это вообще произошло? Я думал, они не смогут прорваться сквозь купол! Да и ещё и устроить диверсию в Резиденции Хокаге! Как так… — Предательство. Всё потом. Резкий тон Мадары заставил Ясухиро прерваться на полуслове. Внешний вид главы клана Учиха просто кричал о том, что он был в гневе. Однако мужчине удавалось его умело сдерживать. Видимо, сказывается опыт, ведь перерожденец был уверен, что такой темпераментный человек, как Мадара, мог завестись практически по любому поводу. Несколько противников были достаточно самоуверенны, чтобы напасть на него и стоящих рядом Ясухиро с Дейки и Цунаде. Учиха пренебрежительным взглядом тёмных глаз окинул летящую в их сторону смешанную технику из Стихии Огня и Молнии. Ничего не говоря, он потянулся за своим излюбленным гунбаем за спиной, который представлял из себя нескладной веер коричневого оттенка с чёрной рамкой и красными томое на её поверхности, сделанной из прочного дерева, соединённый с помощью длинной рукояти с обёрнутыми вокруг её основания бинтами. А в следующее мгновение это нескладное и монструозное на вид оружие вобрало в себя чакру попавшего в него ниндзюцу и преобразовало её в Стихию Ветра, словно зеркало отражая и посылая изменённую технику обратно в сторону ошарашенных от такого исхода событий врагов. — Все вопросы потом, Кагуя. Сейчас нам нужно отбиться здесь, а потом помочь Хашираме и остальным около ворот. Именно там собралось большинство наших врагов, — Мадара, не обращая внимание на сбитых с ног и впечатанных в стену вторженцев, вернул гунбай обратно на место и активировал знаменитый Шаринган, от которого даже у бывалого Ясухиро на секунду пробежала по телу дрожь. — Брат! Через ворота смогли прорваться трое джинчурики! Мито-сан говорит, что они направляются прямо сюда! Вскоре рядом с ними оказались новые знакомые лица. Среди них перерожденец нашёл говорившего Изуну, упомянутую Мито и ещё одного незнакомого шиноби. Это был высокого роста мужчина с рыжими, почти огненными волосами, ниспадающими ему на плечи. Глаза были карими, нос довольно длинным, подбородок острым, а скулы ярко-выраженными. Всё это в совокупности добавляло его образу звериной хищности, которая, на самом деле, не каждому человеку пришлась бы по вкусу. — Отлично! — несмотря на, казалось бы, обезнадёживающую новость, Учиха, наоборот, обрадовался, широко оскалившись. — Они сами разделяют свои силы! Так нам будет проще их уничтожить! — Не спеши с выводами, Мадара, — решила его осадить жена Первого Хокаге. — Джинчурики Ичиби, Йонби и Гоби — не те противники, с которыми нужно расслабляться! — И я это прекрасно понимаю, — хмыкнул Бог Шиноби. — Поэтому рассчитываю на вас. Ясухиро, скорее всего, показалось, но на один, совсем маленький миг он заметил промелькнувшее на лице у Мито что-то, что было очень похоже на удивление. Впрочем, быстро вернув себе привычное самообладание, женщина ответила в своей манере: — Прекрасно. Хорошо, что ты это понимаешь. — Так, я думаю, нас пятерых будет достаточно, — оглядев всех вокруг, пробормотал глава Учиха. Затем он заметил стоящих рядом с Кагуей ребят. — Цунаде, я думаю, от тебя будет больше пользы в этой битве, — он указал пальцем себе за спину, где развернулось основное сражение на главной площади. — М… хорошо, — с заминкой отреагировала девушка, бросив на мгновение взгляд на Ясухиро. — И… ты, кажется, Дейки, да? — теперь Мадара переключился на сына Ацуши. — Ты ей поможешь. Не своди с неё глаз. Если с ней что-то случится, Хаширама мне голову открутит. — Есть, Мадара-сама! — вытянулся по струнке Дейки, по виду которого явно можно было понять, что он был рад, что глава его клана знал его имя и лично поручил ему такую задачу. Не теряя больше зря времени, ребята рванули в сторону сражающихся. Мадара же вновь сконцентрировал своё внимание на Мито и остальных. — Двинем им навстречу. Нельзя, чтобы они добрались до сюда. Места здесь мало. Заденем ненароком своих же. — Боюсь, они уже здесь… — громко произнёс Ясухиро, указывая в самое начало главной площади. По дороге, ведущей напрямую со стороны ворот Листа, мчалось трое шиноби. Каждый из них был окутан тёмно-оранжевой полупрозрачной чакрой, образующей за их спинами определённое количество хвостов. Первым был мужчиной средних лет с крупными чертами лица и каштановыми волосами. На голове он носил забинтованную шапку с протектором Суны, а в качестве одежды у него выступала традиционная форма шиноби своей деревни, выполненной преимущественно в бежевых цветах. Судя по принадлежности к деревне и одному энергетическому хвосту позади, он был джинчурики Ичиби. Вторым из троицы был также мужчина, но куда моложе предыдущего. Он был высоким и мускулистым, с волосами пепельного оттенка. Также у него имелась такого же цвета небольшая борода. Его отличительной чертой являлся довольно крупный нос, впрочем, сочетающийся с квадратной челюстью. На лбу он носил протектор Ивы, а одет был в бордовую кожаную броню без рукавов. За спиной у него виднелось три хвоста. Но несмотря на это он был, вероятнее всего, джинчурики Четырёххвостого. И последним, или точнее — последней, была куноичи. Тоже с повязкой Ивы на лбу. У неё были короткие, тёмно-коричневые волосы и ярко выраженные голубые глаза, подчёркиваемые выступающими тёмными ресницами. Она была одета в стандартную одежду ниндзя Камня, состоящую из красного снаряжения на длинный рукав и ткани, покрывающей её ноги, коричневого боевого жилета, сетчатых колготок и юбки. Также она носила высокие сандалии шиноби и пару чёрных перчаток. Она явно была носителем Пятихвостого Демона, о чём свидетельствовали четыре хвоста, торчащих за спиной. — В таком случае, не дадим им продвинуться дальше! — Мадара уверенно вышел вперёд, показывая тем самым пример для остальных. — Их трое, нас пятеро. Мито, думается мне, что ты сможешь справиться с Ичиби в одиночку. Я прав? — Ты совершенно прав, — важно кивнула Узумаки, будучи совершенно убеждённой в верности своих слов. — Изуна, Хизока, на вас Йонби. Не дайте ему тут всё сжечь. Уведите его как можно дальше отсюда и уничтожьте. В крайнем случае задержите и дождитесь, пока Мито его запечатает. Его брат и джинчурики Семихвостого, которого, как оказалось, зовут Хизока, внимательно слушавшие слова главы клана Учиха, понятливо покивали, принимая во внимание отданный приказ. Напоследок Мадара повернулся к Ясухиро. — А мы с тобой возьмём на себя Гоби. Я полагаюсь на твою защиту, Ясухиро. Шикоцумьяку справиться с этим, возможно, даже лучше, чем моё Сусаноо. — Я на это надеюсь, — не очень-то уверенно ответил Кагуя, на что, впрочем, Мадара не обратил внимание, успев к этому моменту повернуться лицом к приближающимся носителям Демонов. — Двинули! Не время оставлять всё на потом! Это не тот противник, чтобы сдерживаться! Используйте ваши козыри прямо сейчас! А я не буду от вас отставать… Сусаноо! После этих слов томое легендарного додзюцу закрутились в бешеном круговороте, образуя недостижимую для многих Учиха финальную форму Шарингана — Вечный Мангекё Шаринган. С помощью силы своих глаз он принялся наращивать вокруг своего тела полупрозрачные структуры синего цвета, похожие на рёбра. Чакрой «фонила» эта техника, казалось, за километры, что попросту кричало о необходимости иметь немалое её количество. Впрочем, Изуна, который явно обладал меньшим объёмом, несмотря на это, вскоре повторил за своим братом. Его «рёбра» при этом имели жёлтый цвет. Следом за ними изменения коснулись и Мито вместе с джинчурики Нанаби, который явно также был Узумаки. Женщина впервые на памяти Ясухиро обратилась при нём к силе Лиса. Где-то из глубины её очага во внешний мир начала просачиваться дьявольская чакра, которая постепенно обволакивала её тело, принимая форму Первой версии покрова Биджу сразу с шестью хвостами. Хизока осуществил точно такие же манипуляции, остановившись, однако, на четырёх. Стоя в окружении людей, от которых чакрой буквально полыхало, да так, что хотелось вжаться в землю посильнее и не стараться не отсвечивать, дабы не навлечь гнев этих монстров, Ясухиро задумался о том, сможет ли он от них не отставать? По большому счёту, его арсенал атак ограничивался универсальностью в ближнем бою. Справиться с большим количеством не самых сильных врагов — это его специализация. Сильная сторона. «Мясо» рубить он научился уже давно. Ещё со времён Первой мировой войны шиноби. Однако сейчас дело предстоит иметь с кем-то выделяющимся из категории «мясо». Простого использования Шикоцумьяку тут явно будет недостаточно. Преобразованный джинчурики будет быстрее, сильнее и выносливее, чем обычный шиноби. Смауг также не будет эффективен против данного типа противника. Именно поэтому, имея единождый опыт сражения с носителями силы Демонов — Кинкаку и Гинкаку, Ясухиро мог доверять и смело обратиться лишь к одной технике, которую мир не видел вот уже пять лет: — Шикоцумьяку: Полный Режим Мертвеца! И вновь мир перед «глазами» претерпел кардинальные изменения, приняв исключительно серые тона. На этот раз Кагуя не стал себя рассматривать, привыкнув к такому своему необычному и для многих пугающему виду. Несмотря на то, что эту технику он не использовал против врагов с момента сражения в Деревне, скрытой в водопаде, её он регулярно тренировал как между миссиями во время службы в Анбу, так и в период пребывания в «мире» призыва. В ходе длительного и многочисленного обучения он увеличил количество времени использования Режима Мертвеца в несколько раз и научился контролировать поток чакры, требуемый для его использования, дабы она не тратилась впустую. Однако были и моменты, которые изменить так и не удалось. Например, как бы перерожденец не хотел, но от «внутреннего холода», безумно терзавшего, как казалось, саму душу, он избавиться так и не смог. Не то, чтобы это мешало ему концентрироваться на поставленной цели, однако уж точно не приносило какого-либо удовольствия. Но всё-таки между продуктивностью техники и ощущений от неё он безусловно выберет первое. Эффективность всегда перевешивает удобство и «личные хотелки». С другой стороны, появился ещё один плюс от Режима, помимо увеличения и усовершенствования физических характеристик, а также приобретения фактической неуязвимости — получилось избавиться от влияния болезни на организм. Серьёзно, слабость и боль внутри тела исчезла без следа вместе с самой плотью. Теперь он вновь уверено стоял на «ногах», исчезли «мушки» перед «глазами», сердце — единственный оставшийся «живой» орган в теле, вернуло себе былой стабильный ритм. Сейчас он чувствовал себя прекрасно и ужасно одновременно. Но этот резкий контраст не мешал ему соображать и концентрировать внимание на поставленной цели. — Выглядит жутко, но мне это нравится, — совершенно серьёзно проговорил Мадара, всё это время с нескрываемым интересом наблюдая за изменениями Ясухиро. — Готов, Кагуя? — Как никогда… — словно голосом настоящего мертвеца ответил юноша, клацнув обнажёнными белоснежными зубами. Помня о тактике и принимая во внимание свои способности и возможности, перерожденец, прорываясь сквозь толпу сражающихся шиноби, первым двинулся в сторону носительницы Пятихвостого Демона. Без каких-либо «предбоевых» разговоров, которыми грешат многие ниндзя, и даже не дожидаясь команды Мадары, он вступил в схватку. Куноичи, с самого начала заприметив приближающееся конкретно к ней скелетоподобное существо, бесстрашно рванула ему навстречу, от силы толчка оставив после себя нехилых размеров кратер на земле. Обычно при виде несущегося на шиноби джинчурики, с ног до головы окутанного демонической чакрой, он должен как минимум испугаться, а как максимум молиться о быстрой и безболезненной смерти. Однако Ясухиро был не из таких. Он как ни в чём не бывало вырастил из стоп огромное количество костей, опустив их на многие метры в землю наподобие корней дерева для большей устойчивости и скрестил перед собой «руки», приняв на них всю мощь прямого удара заряженного энергией Биджу девушки. Вместо разрушенного на мелкие части странного скелета, куноичи увидела перед собой совершенно невредимого противника, чьи кости даже не потрескались. Повторить попытку проверить на прочность столь необычного врага ей не дал глава клана Учиха, выскочивший из-за его спины и отправивший одним молниеносным и поражающим сознание по силе выпадом в полёт уже её саму. Смягчив столкновение спиной с каким-то каменным зданием, чьи стены тут же потрескались и принялись рушиться, грозясь упасть носительнице Гоби прямо на голову, с помощью покрова чакры Биджу, она выкарабкалась наружу, но тут же вынуждена была подставлять хвосты под удар вновь приблизившегося к ней Мадары. В мгновение ока вернув все кости обратно в «тело», Ясухиро поспешил не отставать от Бога Шиноби. Словно в замедленной съёмке наблюдая за тем, как джинчурики Пятихвостого замахивается на, казалось бы, не собирающегося обороняться Мадару, Кагуя вовремя подставил под удар выращенную костяную пластину, выдержавшую воздействие демонической чакры, защищая тем самым бесстрашного Учиху, который, словно дожидаясь этого момента, тут же с грохотом резким выпадом отправил её в очередной раз полетать, впечатав в декоративный камень, служащий раньше в качестве одной из достопримечательностей Конохи. На лице куноичи явно начала проскальзывать злость от того, что её фактически бессовестно и безнаказанно швыряют по сторонам, словно простую тряпичную куклу. Обычно в такие моменты эмоции брали верх над разумом у носителей Демонов. Эта девушка не стала исключением, и вскоре дьявольская чакра вокруг неё начала приобретать более тёмный оттенок красного цвета, становясь куда более плотной и материальной. Резкий всплеск энергии, разрушивший постройки в ближайшем радиусе и обдавший собой приблизившихся Ясухиро и Мадару, ознаменовался появлением за её спиной последнего, пятого хвоста. — Хм… теперь станет интереснее, — довольно протянул Учиха, в чьих глазах можно было с лёгкостью прочитать искреннее и ничем не замутнённое предвкушение хорошей битвы. Кагуя уже не знал ввиду изменений в поведении куноичи Ивы, поняла ли она слова Бога Шиноби, однако громкий, наполненный яростью, животный рык, раздавшийся с её стороны, явно намекал на то, что теперь им придётся сражаться с потерявшим рассудок, но в разы усиленным противником. И это, если бы не притупившиеся эмоции, как одно из последствий техники Режима Мертвеца, точно бы не оставило его равнодушным. Но сейчас в его голове крутилась лишь одна мысль, ставшая на время этой битвы главной целью: Нужно одержать победу. Любой ценой. ---------- Том 1 Глава 88 Обезумевшая девушка, прорычав нечто нечленораздельное, в мгновение ока оказалась вплотную к неожидавшему подобных резких изменений в скорости Ясухиро. Тот вынужден был рефлекторно подставить руки, на которые пришлась основная мощь удара. На этот раз удержаться на месте у него не вышло, однако и «полетать» она его не отправила: успев выставить для опоры одну «ногу» назад, он сохранил равновесие, проведя нехилую метровую борозду. Будучи уверенным, что если бы не Улучшенный Геном, то его кости давно бы уже превратились в труху, Кагуя поспешил закрыться от выпада энергетических хвостов джинчурики, которая и не думала от него отставать. Окончательно не потерять инициативу ввиду большой разницы в скорости ему не дал Мадара, атакующий куноичи с другой стороны. Таким образом, она вынуждена была сражаться «на два фронта»: нападать на Ясухиро спереди с помощью рук и ног и защищаться от Учихи сзади благодаря хвостам, служащим в качестве вполне себе эффективных конечностей. И, на удивление юноши, у неё это получалось довольно хорошо. Понимая бессмысленность обычных блоков, перерожденец пошёл на небольшую хитрость. Вместо того, чтобы принимать следующий удар под завязку заряженного демонической энергией кулака просто на «ладонь», он в самый последний момент вырастил из неё небольшую, едва заметную кость, которая больше была похожа на сенбон. Рука девушки, как и планировалось, врезалась в эту самую «ладонь», порождая очередную ударную волну из-за силы удара. Однако перейти к следующей атаке носительница Гоби так и не смогла. Успев вовремя сжать кулак куноичи Ивы, Ясухиро принялся как можно быстрее удлинять и увеличивать в размере ту самую маленькую иглу, которая при ударе успешно вошла в её плоть. Действие Шикоцумьяку затруднялось невероятной силой чакры Пятихвостого, успешно справляющегося с распространением костей в захваченной руке его джинчурики. Однако даже этого хватало, чтобы приносить ей ужасную боль, что подтверждалось злобным рычанием, проблеснувшим человеческим криком, а также искажённым в агонии бывшим ранее милым, а сейчас звериным лицом, и не давать выбраться из поистине «мёртвой» хватки. Не желая упускать подвернувшийся момент, вездесущий Мадара со спины нанёс чудовищный по мощи удар ногой с разворота где-то в районе головы продолжающей осуществлять отчаянные, но безрезультатные попытки выдернуть руку из капкана девушки. Хвосты немного смягчили сокрушительную атаку Бога Шиноби, однако не спасли от очередного, уже третьего за бой полёта, который на этот раз был явно подлиннее, чем предыдущие два. Самый большой урон получила, естественно, её рука, чья часть в качестве закономерного исхода по плечо осталась у Ясухиро. Вернув кости обратно в своё тело, Кагуя испытал нечто отдалённо напоминающее интерес, смотря на медленно «остывающий» и теряющую в себе силу Демона обрубок руки, мёртвым грузом лежащий на вытоптанной земле. Но отвлекаться от битвы с противником такого уровня, даже если он серьёзно ранен — было гиблым делом, именно поэтому он вернул свой взгляд в сторону носительницы Гоби, которая к этому моменту успела выбраться из выжженных чакрой Биджу зарослей, которые входили в часть парка, расположенного на самом краю центральной площади, куда они в процессе боя, сами того не желая, и переместились. Несмотря на потерю одной из ключевых конечностей, куноичи Ивы и не думала сдавать свои позиции. Крепко встав на ноги, она рассвирепела ещё сильнее, хотя, казалось, куда уж больше. Однако раненый зверь будет сражаться за свою жизнь особо рьяно и пылко, пытаясь не достаться своему противнику. Вот и эта девушка, похоже, из-за своей раны, которая к тому же успела к этому моменту затянуться, оставив на месте обрубка гладкую, ровную кожу, стала только разъярённее. Опустившись на четвереньки, используя вместо оторванной руки выращенную из тела энергетическую конечность, она в новой попытке шустрыми перескоками вскоре опять оказалась в считанных метрах от Ясухиро. Однако на этот раз юноша был подготовлен куда лучше. Заранее переглянувшись с Мадарой, с полуслова разработав небольшой план, он решил воспользоваться невнимательностью соперницы, которой сейчас было точно не до каких-либо тактических ходов. Задумка была проста и очевидна, однако Кагуя был уверен, что даже этого хватит, чтобы обвести носительницу Гоби вокруг пальца. Успев до того момента, как она до него добралась, создать из рук две свои фирменные пластины, он бросил одну из них себе под ноги, а вторую — в трёх метрах ровно перед собой, туда, откуда неслась куноичи Камня. Сторонний наблюдатель решил бы, что Ясухиро — самый рисковый человек, ведь несмотря на несущуюся на него джинчурики Пятихвостого, он упорно и до самого конца продолжал стоять на месте, даже не выставив перед собой руки в защитной или атакующем жесте. Мадара, в эту секунду находящийся немного поодаль, также не двигался, ожидая нужного момента для исполнения своей роли в этом импровизированном плане. И вот, когда между телом перерожденца и напитанной до предела демонической чакрой рукой девушки оставалось каких-то полметра, которые ввиду невероятной скорости должны преодолеться ею буквально за миллисекунды, юноша, словно крот, заметивший опасность, резко опустился вниз, но не под землю, конечно же, а в пределах пластины. Перемещение длилось не долго, а если точнее — считанные мгновения. Однако, как бы это не было логично, Ясухиро не стал атаковать в спину. Но решение это было сделано далеко не из соображений чести. К тому же, как оказалось, даже в голове у потерявшей рассудок куноичи, видимо, промелькнула мысль о ловушке, отчего она после неудачного выпада тут же развернулась на сто восемьдесят градусов, продолжив атаку. Кагуя и рассчитывал на такой исход событий, а потому сразу же после перемещения выставил перед собой блок, на который и пришёлся обещанный удар. Можно было спросить: «Зачем тогда нужны были все эти сложности, если ничего по сути не изменилось?» Ответ был прост. Именно этого момента и дожидался Мадара. Обманутая единожды джинчурики Гоби, сумевшая прочитать действия возникшего за спиной Ясухиро и напасть на него с невероятным желанием убить, попросту не могла подумать о том, что на первоначальном месте перерожденца появиться позабытый противник в лице Мадары. Таким образом, за счёт своей истинной скорости в секунду оказавшись позади занятой его напарником куноичи, Учиха, миновав все хвосты и сумев преодолеть защиту в виде покрова дьявольской энергией, пронзил её тело выращенной с помощью Сусаноо уменьшенной версией клинка из синей чакры. Носительница Пятихвостого замерла на месте, перестав атаковать отошедшего на безопасное расстояние Ясухиро. Даже сквозь оболочку из демонической энергии, юноша мог различить калейдоскоп сменяющихся эмоций на её лице, словно именно сейчас к ней вернулся разум или хотя бы его отдалённые проблески. Чаще всего там мелькало неверие, хотя иногда проскальзывал и страх вместе с грустью, гневом и отчаянием, попеременно сменяя друг друга. Продолжая стоять за её спиной, Учиха без труда вытащил свой меч, настороженно следя за каждым вероятным движением поверженного противника. Однако девушка и не думала нападать. Обессилев, она упала на колени, будто бы смирившись со своей судьбой. Её хвосты, более не развеиваясь, опустились вместе с ней на землю, но пока что не спешили исчезать. — Биджу всё ещё живёт внутри неё, — подойдя немного поближе, пробасил изменённым голосом Ясухиро, осторожно наблюдая за умирающей, дабы если что иметь возможность вовремя среагировать. — Нужно скорее перезапечатать его, пока он не воспользовался состоянием своего носителя и не вырвался на свободу, разрушив при этом половину Конохи! — Да… — неопределённо протянул Мадара, а затем резко поднял свой клинок, развернул его и одним молниеносным движением разрубил девушке шею. — …либо можно сделать так. Всё произошло настолько быстро, что Кагуя даже не успел что-либо сказать. Всё, что ему оставалось, так это провожать взглядом катящуюся к его ногам голову с застывшей на ней маской непонимания. Только успев поднять «глаза» обратно на главу клана Учиха, перерожденец был вынужден приложить все силы, чтобы устоять на ногах из-за пролетевшей мимо него волны демонической чакры, которая в конце концов бесследно рассеялась в воздухе. Мадару же, который находился практически возле самого эпицентра этого «взрыва», отбросило назад на несколько метров. Давление в том месте было настолько сильным, что даже несколько рёбер его Сусаноо пошло трещинами. Впрочем, юноша был уверен, что это не доставит каких-либо проблем Богу Шиноби в дальнейшей схватке. — Могли бы и предупредить, Мадара-сан… — если бы скелет мог выражать голосом эмоции, то от Ясухиро, несмотря на статус его временного напарника, точно бы сейчас послышался упрёк. — Теперь нам придётся ждать несколько лет, прежде чем Гоби вновь возродится. — Не важно. Зато решили главную проблему, — отмахнулся Учиха, фыркнув в фирменном стиле своего клана. После этого тело уже мёртвой девушки вернуло себе нормальный, первоначальный облик. По крайней мере, если так можно говорить о туловище без руки и головы. Правильно ли поступил Мадара, убив куноичи и самого Биджу, вместо того, чтобы переманить его на свою сторону и использовать в качестве ещё одного козыря? Сложно сказать, по правде говоря. Однако нельзя было не согласиться, что его смерть всяко лучше, чем жизнь в истинной форме в самом центре Деревни, скрытой в листве… Быстрый поток мыслей Кагуи был прерван внезапным рёвом неизвестного чудовища, которое явно не подходило под понятие «человек». Словно насмехаясь над его размышлениями, которыми он предавался буквально несколько секунд назад, в ста метрах от него, там, где ранее сражались Изуна, Хизока и Мито, которая успела скрутить своего противника знаменитыми цепями Узумаки, буквально из ниоткуда вырос зверь исполинских размеров. Это был Четырёххвостый. Однозначно. Не имея возможности различать цвета, Ясухиро лишь из давней памяти выудил, что перед ним, упёршись на передние лапы, стояла красношерстная зеленокожая обезьяна, напоминающая по своей комплекции гориллу. Его глаза имели однотонные склеры, в то время как клыки были удлинены, а из головы прорастали два изогнутых рога с концами, похожие на корону. По всем его четырём хвостам располагались шипоподобные выступы, не такие, как у поясохвостов, но очень похожие. Также у Биджу отсутствовал язык, что он гордо продемонстрировал, издав очередной рык, однако во рту имелось отверстие в форме купольного вулкана. О его практическом значении догадаться было не трудно, учитывая его основное природное преобразование — Стихию Лавы. Но кроме психологического от Йонби также исходило колоссальное духовное давление. Чтобы было проще, ещё живую носительницу Пятихвостого во второй стадии покрова Биджу можно было сравнить с каким-нибудь средненьким озером. Вырвавшийся на свободу Четырёххвостый же был самым настоящим необъятным океаном. Теперь перерожденцу не без помощи остальных придётся этот океан укротить… — Хм… а вот это уже плохо, — вынужден был признать Мадара, готовясь увеличить поступающий поток чакры для перехода на следующую стадию своего Сусаноо. — Ладно, справимся. Ясухиро, давай поможем нашим… Словно этого было мало, где-то вдали, со стороны ворот, раздался схожий сдвоенный рёв. Точно такой же, который прозвучал недавно от Йонби. Если бы не атрофия чувств, то Кагуя точно бы неверяще уставился на два выросших с другой стороны деревни гигантских зверя. Юноша не знал, была ли эта шутка судьбы или какой-то игра богов, однако факт оставался фактом: ситуация ухудшалась с каждой секундой. И если продолжать стоять и ничего не делать, то вряд от этого станет лучше. Видимо, это понимал не только перерожденец, но и глава клана Учиха: — Твою-то мать! — не сдерживаясь, прошипел мужчина, попеременно переводя взгляд то с начавшего разрушать всё и вся Йонби, то на резвящихся вдалеке других Демонов. Решение принимать нужно было быстро, однако, к счастью, Мадара славился своими умственными и аналитическими способностями прямо во время боя с учётом изменений его условий. — Ладно. Я понял. Ясухиро, беги к воротам. Ты там будешь нужнее. А мы пока разберёмся с этой обезьяной. — Вы уверены? — чисто для проформы уточнил перерожденец, прекрасно зная, что мужчина не оступиться от своих слов. — Ты ещё спрашиваешь… Кивнув фыркнувшему Учихе, который уже успел нарастить на себе броню из Сусаноо, юноша, не отменяя техники Режима Мертвеца, на всех парах стартанул в сторону гремевших на всю Коноху Биджу. Посчитав необходимым не тратить даже секунду своего времени, он совершенно не обращал внимание на сражающихся на его пути шиноби, убивая лишь тех, кто не давал ему пройти. «Ясу, а ты уверен, что тебе хватит чакры, чтобы продолжать поддерживать твой Режим?» — внезапно впервые за всё время вторжения решил «заговорить» Смауг. — «Всё-таки энергии она потребляет немерено. Ты же сам об этом говорил». Прислушавшись к своим внутренним ощущениям, почувствовав количество оставшейся чакры в очаге и проанализировав сколько ему ей понадобиться для дальнейшего использования Режима Мертвеца, Кагуя пришёл к одному выводу: «Я точно не знаю, Смауг. Но должно хватить ещё минут на десять. Максимум пятнадцать». Поясохвост выдержал небольшую паузу, а затем продолжил: «Не забывай, что после его отключения к тебе вернётся ощущение тела. А значит, и болезнь… Я, конечно, плохо во всём этом разбираюсь, но уверен, что тебе наверняка станет хуже, чем раньше». Мысленно вздохнув, Ясухиро без сомнений пронзил сердце выскочившего на него ивовца, а затем швырнул несколько острозаточенных костей в поджидающих за углом шиноби Суны, каждому из них пробивая черепа насквозь. Не став даже проверять, погибли ли эти люди от его рук, что, на самом деле, наверняка, и произошло, он всё также нейтрально и, можно сказать, равнодушно ответил: «Не волнуйся. К этому моменту два моих теневых клонов смогут накопить достаточно природной энергии, чтобы я получил возможность войти в Режим Мудреца, увеличив тем самым лимит использования Режима Мертвеца». «Но ты же никогда не совмещал эти две техники!» — с сомнением воскликнул ящер. «Всё бывает в первый раз…» Комментарий к Часть 88 Помните, что было с Конохой после канонного нападения одного Пейна? А тут у нас... Хе... ---------- Финал К тому моменту, как Ясухиро приблизился к воротам, близлежащая территория вокруг них представляла из себя лишь разрушение и хаос. Два Биджу также успели разрушить стену в нескольких местах, через которые теперь имели возможность ворваться шиноби Ивы, Суны и Кумо, увеличив итак неслабый напор на защитников. Можно было с уверенностью утверждать, что бойня здесь развернулась не менее, если не более масштабная и кровопролитная, чем на главной площади. Поскольку именно сюда враги могли пребывать и пребывать, в то время как в центре Конохи их численность была ограничена. С другой стороны, здесь сражались многие из сильнейших шиноби Листа и Узушио. Это были, например, Тобирама, Узукаге, практически весь состав Гоей Бутай, знакомый для юноши Узумаки Акайо, Ичиро вместе с Джирайей и Орочимару, а также джинчурики Трёххвостого и Шестихвостого, выступающих, естественно, на их стороне. С такой оравой именитых шиноби можно было условно захватить чужую страну, не особо при этом напрягаясь. Но сейчас именно им и обычным ниндзя нужно было не захватить, а защититься от спланированной атаки трёх объединившихся деревень, что делало это сражение куда более сложным. В первую очередь, эту самую сложность вызывал тот факт, что, если не считать двух вырвавшихся Демонов, которые сами по себе являлись нешуточной угрозой в пределах территории селения, на стороне вторженцев бились шиноби, не слабее элиты Конохи. Так, например, Тобирама сражался вместе со своей командой против Ишикавы — Первого Цучикаге Ивагакуре, который был мужчиной довольно преклонного возраста, на чьём лице застыл подозрительный прищур, с длинными усами, прямыми волосами и козлиной бородкой с чёрными полосами. Кагуя мог различать лишь оттенки белых и чёрных цветов, отчего его плащ, под которым находилось кимоно со специальной обшивкой, ему казался однотонным. Несмотря на небольшую мешковатость одежды, она не мешала ему двигаться с завидной для его лет скоростью. Ашина и Акайо были заняты другим вражеским Каге, которого Ясухиро однажды уже встречал лично, будучи в составе делегации в качестве Анбу — Первым Райкаге Эйем. Высокорослый темнокожий мужчина резко выделялся на фоне низенького Узукаге. Однако только глупец сказал бы, что этот старик, мастерски орудующий своими парными клинками, не представлял опасности. Правителем Деревни, скрытой в песке, который вступил в схватку с Ичиро и его учениками (без Цунаде, оставшейся на главной площади), а также с джинчурики Шестихвостого, был достаточно молодой шиноби с колючими волосами и выразительными глазами тёмного, почти чёрного оттенка. Его наряд состоял из такого же цвета костюма длиною до самой маски, которую, он, по-видимому, использовал для покрытия рта у себя в стране. Поверх него он носил, похожее на пончо, хаори с толстым белым воротником. С учётом расстановки сил возникал закономерный вопрос: а где, собственно, был Хаширама? Ответ нашёлся тогда, когда послышался громоподобный рёв одного из Биджу, которого окутали многочисленные древесные путы, толщиной достигающие как минимум несколько метров. Сам Зверь был очень необычным по внешнему виду. Это была дикая смесь из быка и осьминога с четырьмя длинными рогами на голове, мускулистым торсом и сгорбленной спиной, а также руками с выступами на локтях и кулаками с пятью пальцами, прямо как у людей. Вместо задних ног его нижняя половина состояла из восьми хвостов, напоминающих конечности осьминогов, что и делало его частично похожим на это животное. Судя по его поведению, он явно был взбешён тем, что его снова пытаются захватить. Только получивший долгожданную свободу Демон при помощи пятипалых рук и хвостов принялся резкими движениями разрывать путы. Двухвостый же, словно действительно обладая способностью мыслить, начал ему помогать своими когтями. Чтобы не попасть под горячую руку, Хаширама не стал продолжать сдерживать Зверя, отпустив оставшиеся оковы. Проанализировав ситуацию и оценив примерные шансы на победу, Ясухиро решил помочь Хокаге, направившись в его сторону. Но не из-за того, что он считал, что Первый не справится с Биджу, а потому что сделать это нужно было как можно быстрее. Ведь именно они в данный момент наносили наибольший вред Конохе. — Хаширама-сан! Я пришёл помочь! Мужчина, только собравшийся сложить новую серию печатей, резким движением обернулся в сторону перерожденца. По его выражению лица можно было понять, что он не сразу признал в нём Ясухиро. Однако затем, сообразив, что выглядеть так мог лишь один известный представитель клана Кагуя, он избавился от подозрительного прищура. — Ясухиро! Хорошо, что ты здесь! — в его голосе сложно было не услышать облегчение, отчего юноша пришёл к выводу, что его помощь тут действительно была нужна. — Я только из центра, там… — Я уверен, что Мадара и Мито там справится, — резко перебил его Сенджу, вернув себе былую серьёзность. — Хорошо, — понятливо кивнул перерожденец, а затем указал в сторону Биджу, один из которых (Хачиби) выбрал в качестве своей основной цели Хашираму, а другой (Ниби) — пошёл, можно сказать, «по своим делам», начав бесцельно крушить всё вокруг. — Я так понял, сегодня у нас свои «персональные» оппоненты… — Верно понял, — не без иронии хмыкнул Сенджу. — Отвлекай на себя Двухвостого до тех пор, пока не освободится Ашина-сан или не придёт Мито. Мне не хватит навыков фуиндзюцу, чтобы запечатать Демона, поэтому я тоже буду сдерживать Восьмихвостого. Нельзя дать им нанести больше урона деревне, чем они это уже сделали! — Хай… — даже сквозь искажённый голос Ясухиро можно было отчётливо услышать блеснувшую в нём тень безысходности. Всё-таки перспектива биться в одиночку против высвобожденного Биджу, не имея при этом способностей для его задержания — не самая радужная для того, кто, вообще-то, ещё хотел пожить. Хокаге закончил наконец длинную серию ручных печатей, после чего полыхнул невероятным количеством чакры, начиная создавать с помощью Стихии Дерева свою особую технику. Это было гуманоидное существо исполинского размера, без труда сравнимое с Хачиби, имевшее полноценное тело из дерева, вокруг которого обвивался не менее огромный дракон. Восьмихвостый, посчитав выросшего монстра более важной целью, с поражающей для своих размеров лёгкостью оттолкнулся всеми своими щупальцами и напрыгнул на него, вызвав тем самым небольшое землетрясение. Больше не обращая внимание на эту схватку двух гигантов, Ясухиро повернулся в сторону своей цели. В буквальном смысле окутанный тёмным пламенем Двухвостый Кот с удовольствием крушил близлежащий дом, будучи повёрнутым к юноше спиной. Мысленно пожелав себе удачи, перерожденец создал из руки остроконечную кость как можно большего размера, не чувствуя при этом её веса за счёт Режима Мертвеца, что со стороны, наверняка, смотрелось довольно странно, учитывая, что она была больше, чем сам Кагуя раза в два, и, задав себе инерцию вращением, запустил её прямо в спину Ниби. Кость без труда пробилась сквозь энергетическую плоть, но вскоре остановилась, не пройдя даже большей части своей длины. Тем не менее, нужный эффект, который заключался далеко не в попытке ранить Зверя, это действие всё же возымело: Кот то ли зарычал, то ли зашипел, одним прыжком на месте резко развернулся на сто восемьдесят градусов и прижался к земле на четвереньках, пытаясь выискать того, кто это сделал. Юноша, впрочем, даже и не думал скрываться. Он бесстрашно встал напротив Демона, вскинув в стороны руки, показывая тем самым, что его противником теперь будет он. Сконцентрировав всё своё внимание на «жалкой букашке, посмевшей его отвлечь», Ниби издал громогласный рык и оттолкнулся от земли, одним прыжком собираясь добраться до Кагуи. И вот сейчас, смотря в глаза бешенного Зверя, летящего на него с незамутнённым желанием убить, Ясухиро понял, что для того, чтобы продержаться до помощи Узумаки, ему сейчас придётся выложиться так, как никогда. На все сто, если не двести процентов. А поможет ему в этом две вещи — сендзюцу и призыв. И речь здесь будет идти далеко не о Смауге. *** Сложив крестообразную печать, Ясухиро мысленной командой отменил действие одного теневого клона, второго предусмотрительно оставив на потом. В тот же момент его тело претерпело изменения, которые он доселе ни разу не испытывал. Мысленное желание соответствовать текущему противнику, активированный Режим Мертвеца, отличное владение Шикоцумьяку и нехилый дополнительный приток природной энергии позволили ему управлять костями так, как он до этого не мог физически. В глазах Двухвостого промелькнула тень удивления, когда на месте одного маленького, пусть и странного человечка, которого он собирался прихлопнуть одним ударом, вырос громадный скелет, окутанный белыми чешуйками, что делало его похожим на смесь из человека (если так можно было назвать существо без плоти и крови) и рептилии. Тем не менее, Ниби останавливаться не собирался, да и не смог бы, учитывая, что всё это время, за которое с Кагуе произошли изменения, пролетело буквально за секунды. Поэтому он просто сменил ориентир, выставив свои выпущенные когти в сторону черепа юноши. Тот не растерялся и без какого-либо вреда для себя схватил влетевшего в него Биджу за передние лапы, устояв при этом на ногах, затем замахнулся, приложив для этого ощутимые усилия, и с разворота бросил его за пределы стен Конохи, словно обычный мешок картошки. Перерожденец готов был поклясться, что если бы не подавление эмоций, то он сейчас бы от шока просто-напросто уронил челюсть. Опустив взгляд, Кагуя разглядывал то свои исполинские руки, силы в которых теперь хватало, чтобы швырнуть Двухвостого, как обычного котёнка, то на остальное тело, размеры которого превышали все мыслимые и немыслимые пределы, то на землю, где сражающиеся шиноби действительно казались мелкими букашками, грозясь быть растоптанными. Но краткая эйфория закончилась быстро, чему поспособствовал очередной рёв Демона, чья голова с яростным оскалом на лице и верхняя часть туловища выглядывали за стеной. Прежде чем Биджу успел вновь вернуться на территорию Листа, юноша сам поспешил выбраться наружу, приложив титанические усилия и аккуратность, чтобы случайно не раздавить обычных людей под ногами. В попытке перебраться через стену он задел её верхнюю часть, однако не стал себя корить по этому поводу, решив, что она и так к этому моменту уже была разрушена настолько, что ещё одна прореха особо роли не сыграет. На самом деле, переместить битву за пределы Конохи было отличным решением, если брать во внимание творящийся там хаос. Теперь можно было не волноваться о том, что своими неосторожными действиями ты заденешь своих или нанесёшь вред постройкам. Проблема заключалась лишь в том, что Ниби после того, как с ним обошлись таким вопиющим образом, озверел ещё сильнее и теперь жаждал отмщения. Сконцентрировав в пасти сгусток тёмного пламени, Кот выплюнул его в сторону добравшегося до него Ясухиро. Пылающий снаряд, сжигающий на своём пути многовековые деревья, был простым движением руки отброшен в сторону. Демоническая чакра, которая всегда наносила вред обычной человеческой плоти, никак не влияла на костяные конечности Кагуи. Режим Мертвеца всегда защищал его от энергетического воздействия, отчего он мог без страха принимать на себя любые атаки подобного рода. По-видимому, в голове у Биджу промелькнула такая же мысль (конечно, если Зверь вообще был способен на мыслительную деятельность). Именно поэтому следом он вместо того, чтобы продолжать швыряться в него своим огнём, решил сократить дистанцию и биться в ближнем бою. Чакры смесь Режимов Мертвеца и Мудреца потребляла просто немерено, отчего Ясухиро вынужден был сдерживать свои порывы. Например, чтобы сохранять «форму гиганта», он не мог, как привык, банально вытаскивать из тела кости, с целью использовать их в качестве оружия. Он оставался цельным скелетом, обязанным сражаться исключительно при помощи «голого» тайдзюцу. На стороне перерожденца играла сила. Он мог наносить мощные удары по телу Ниби, отбрасывая его на десятки метров, вырывать с корнем средние по размеру деревья и использовать их как одноразовое оружие, а также хватать Биджу за конечности и швырять от себя подальше. Однако Двухвостый сражался куда более эффективно за счёт скорости и ловкости. Как и подобает всем представителям семейства кошачьих, он мог извернуться под немыслимым углом, молниеносно оказаться за спиной, заставляя неповоротливого юношу испытывать усилия, чтобы защититься, хитро наносить удары исподтишка… Это была битва между двумя могущественными, но разными по способностям противниками, которые, впрочем, также имели разные цели: Ниби всей своей животной сутью желал убить «возросшего человечка, ставшего надоедливой помехой», а Ясухиро просто хотел продержаться против Зверя как можно дольше. А учитывая, что чакра у Демона была будто бы бесконечной, а действие всех Режимов — ограниченным, Ясухиро грозился вернуть себе свой нормальный облик до того, как к нему придут на помощь. «Смауг… ты слышишь меня?» — не останавливая бой, мысленно воззвал он к своему личному призыву. Ящер, который всё это время «следил» за битвой, будучи увеличенным в размере браслетом на костяной руке, ответил без промедлений: «Конечно, слышу. Что случилось?» «Пока что ничего…» — даже в такой ситуации Кагуя сохранял оптимизм. — «Но скоро случится. Скажи, Старейшина откликнется на мой зов?» «Мой отец?» — удивлению ящера не было предела, однако он поспешил продолжить, понимая, что его друг спрашивал это на полном серьёзе. — «Я… не знаю. На моей памяти он никогда не призывался кем-либо. Да и не положено это делать нашему Старейшине… Ты что, хочешь, чтобы он поучаствовал в битве?» «Определённо хочу», — мысленно кивнул Ясухиро. — «Вопрос только, захочет ли он это сделать…» «Как я уже сказал, мне это не ведомо. При мне отец никогда этого не делал. Но…» — поясохвост замолчал, видимо, обдумывая про себя некоторые варианты. — «…возможно, у тебя получится». «Не попробую — не узнаю…» В очередной раз оттолкнув от себя приставучего Зверя, отбросив его подальше, юноша своими огромными «пальцами» сложил одну единственную ручную печать и развеял оставшегося клона. Стараясь не обращать внимание на «ободряющий эффект» поступающей природной энергии, Ясухиро на секунду застыл, словно кое-что вспомнив. «Кровь… нужна же кровь!» — мысленно воскликнул он, коря себя на все лады за свою забывчивость в самый нужный момент, что может порушить весь план, который он продумал. «Не волнуйся. Твоя кровь есть у меня. Возьми». Из золотистого (сейчас, правда, серого) браслета вылезла небольшая, по сравнению с самим атрибутом, пятипалая конечность, державшая в когтях маленькую колбу с жидкостью внутри. Аккуратно, будто это была самая редкая и драгоценная вещь на свете, взяв эту ёмкость, юноша даже на секунду застыл, когда до него дошло, что сейчас произошло. «Стоп, откуда у тебя моя кровь и где ты вообще её хранил? И главное… зачем?» «Для такой ситуации!» — немного нервно ответил ящер. — «Меньше вопросов — больше дела!» Ничего не ответив, но мысленно пообещав себе спросить потом у него об этом, Кагуя размазал свою кровь на самом кончике голой фаланги большого пальца, сложил несколько печатей, вложил изрядную часть поступившей чакры, ударил ладонью о землю и прогремел: — Техника призыва! *** По ощущениям очаг чакры опустошился настолько сильно, будто Ясухиро призвал за один раз целый народ поясохвостов. Дошло аж до того, что из-за одномоментного использования такого большого количества энергии, перед его «глазами» на секунду всё поплыло, а чакроканалы готовы были разорваться. Но задумка, по всей видимости, удалась. Когда рассеялись по ветру белые непрозрачные клубы дыма, являвшиеся обязательным атрибутом процесса призыва любого зверя, перед Кагуей предстал он… — О-о-очень занимательно… Так как Старейшина поясохвостов появился, стоя спиной к перерожденцу, то первым, что он увидел перед глазами, был несущийся в его сторону Биджу. Быстро сообразив, что к чему, внушительных размеров, сравнимых с Двухвостым, ящер ощетинился, припал к земле, а затем, дождавшись нужного момента, резким движением взмахнул хвостом, полным метровых игл. Тело Кота, а особенно морда, отхватившая внушительный удар, накренилось в сторону, а сам он перестал наконец рычать и греметь. Создавалось такое ощущение, что этот выпад его на время оглушил. Старейшина решил воспользоваться этой минуткой, чтобы «разобраться» с тем, кто его призвал. Обернувшись, он с неясной ухмылкой уставился на поднявшегося с колена Ясухиро, который только-только отошёл от потери такого количества чакры. — Можешь не объяснять, что здесь происходит, — хмыкнул ящер, предугадав первые слова своего призывателя. — Признаться честно, я удвилён, что у тебя хватило сил, чтобы призвать меня. Никому этого доселе ещё не удавалось. Можешь гордиться этим. — Спасибо, конечно, но мне сейчас не до гордыни, — нормализовав поток энергии в очаге, громыхнул Кагуя. — Понимаю. Ладно, что нам нужно сделать? — перешёл к главному Старейшина, заметив, что Ниби потихоньку начинал приходить в себя, пуще прежнего источая своим чёрным пламенем. — Я так понимаю, разобраться с этим котом? Зная тебя, Ясухиро, для другого противника, я думаю, ты меня бы не вызвал. Обычно тебе бы с этим помог Смауг, — заметив растянутый браслет на запястье юноши, хмыкнул поясохвост. — Да, нам нужно задержать этого Биджу настолько, насколько возможно, — подтвердил его слова Кагуя, приготовившись вновь вступить в схватку с окончательно оклемавшимся Демоном. — Хм… давненько я не сталкивался с противником такого уровня… — задумчиво протянул ящер, в голосе которого не было ничего, кроме как предвкушения славной битвы. — Что ж, отлично. Наконец разомну свои кости! Энтузиазму Старейшины вторил Кот, попытавшийся с наскока вцепится ему в шею. И у него это вышло! Ясухиро даже не удивился, что отец Смауга специально позволил ему это сделать. Ведь глубочайшая рана, которая, возможно, могла бы стать смертельной, так и не появилась. Зубы Двухвостого безрезультатно ударились о сверхпрочную чешую, которой было много даже в области, казалось бы, такого незащищённого места, как шея. Таким образом, подпустив к себе противника на максимально близкое расстояние, Старейшина сконцентрировал внутри себя громадное количество чакры и вскоре выпустил её через рот в виде техники Стихии Воды, ударившей Ниби прямо в многострадальную морду. Желая поддержать внезапную атаку ящера, Ясухиро поспешил врезаться в Биджу всем своим телом, сбивая того с лап и отправляя в полёт. Разрушив изрядную часть близлежащего леса, Кот встряхнул мордой, огонь на которой временно потух, в очередной раз за бой поднялся и опять стартанул на перерожденца и ящера. У Ясухиро возникло такое ощущение, что этот Биджу не умел учиться на ошибках. Или, по крайней мере, не мог понять, что, перестав бездумно на них бросаться, он сможет изменить последствие каждой такой атаки, которая заключалась в том, что он опять оказывался «брошенным котёнком». При чём «брошенным» в прямом смысле этого слова. Конечно, такое неразумное поведение Зверя играло юноше только на руку. Ведь в таком случае не нужно было думать о другой тактике. Да и вообще думать. На самом деле, не сложно было каждый раз отбрасывать от себя въедливого противника. Сложно было делать так, чтобы чакра при этом не тратилась буквально на глазах. Перейдя на своеобразный «экономный режим», Кагуя позволил ещё полному энергии Старейшине быть тем, кто атаковал их общего оппонента. Ясухиро же в это время делал то, что лишней траты чакры не требовало вовсе — он просто в нужный момент подставлял свои конечности в качестве блока и защиты своего временного напарника, дабы тот сразу же за этим контратаковал. К сожалению, в условиях даже такого не самого энергичного темпа боя он имел возможности понять, что в данный момент происходило в деревне. А если быть точнее — какова там была ситуация с остальными Биджу. Ничего не может быть хуже, чем ожидание. Причём ожидание, срок которого тебе неизвестен. Кагуя понятия не имел, сколько ещё понадобится времени Хашираме и остальным, чтобы закончить со своими противниками и помочь ему с запечатыванием Ниби. Признаться честно, он даже не знал, смогут ли вообще справиться, хотя он искренне верил в хороший исход и силы своих союзников. Но эта вера не добавляла ему чакры в очаге, который потихоньку начинал показывать дно, и не помогала скрутить увёртливого Кота. Старейшина же, несмотря на свою поистине устрашающую мощь, не имел в своём арсенале техники, способные спеленать и уж тем более запечатать Демона. Так что, не имея возможности его убить, ему также приходилось пользоваться любыми методами, дабы хотя бы не дать Зверю начать буйствовать. Однако в один момент всё изменилось. Биджу словно на краткий миг заимел в голове нечто, что можно было назвать мозгом. По крайней мере, только так можно было объяснить, что Двухвостый вдруг резко полыхнул чудовищным количеством чакры, чудным образом отбросив от себя как Ясухиро, так и Старейшину. Затем он, к глубочайшему удивлению юноши (что вообще было довольно странно, учитывая эмоциональную атрофию как следствие использования Режима Мертвеца), отбежал от них на некоторое расстояние, словно в один момент потеряв к ним всякий интерес. Но вскоре его странные действия, которые можно было охарактеризовать как бегство с поля боя, возымели объяснение. Так как бой между ними перенёсся на несколько сотен метров от Конохи, Кагуя находился не рядом с её стенами. Так оказалось, что именно повёрнутый к границам Листа Биджу был к ним ближе всех, особенно сейчас, когда он специально к ним приблизился. В тот момент, когда в его пасти начало концентрироваться огромное количество чакры в виде тёмного шара, Ясухиро понял, что если он хочет, чтобы от лицевой части Конохи и всех тех людей, сражавшихся около ворот, осталось хоть что-то, необходимо было принимать меры. Быстро и решительно. — Вот же… чёрт! Не успевая прервать формирующуюся атаку, сбив, например, Зверя с ног, перерожденец, длинными прыжками преодолевая расстояние, оказался ровно между ним и Деревней, скрытой в листве. В память его тут же врезалось воспоминание шестигодичной давности, когда прямо на него нёсся точно такой же шар, способный по своей силе ровнять с землёй целые горы. Тогда он был слабее, и его действия, как бы он того не хотел, никакого эффекта, к сожалению, не возымели, что привело к смерти команды. Видимо, судьба ему «благоволила» настолько, что дала возможность ещё один раз подвергнуть его смертельному испытанию. Вопрос оставался лишь один: Чем оно окончится в этот раз? «Что ж… сейчас я хотя бы уверен, что это будет не зря…» — в буквальном смысле соскребав с дна очага остатки чакры, Ясухиро, рискуя всем, но не видя иного выхода, приготовился использовать технику Шикоцумьяку. «Ясу! Стой, подожди! Ты же…» — в сознании себе места не находил Смауг, понимая, что задумал сделать его друг. «Не хорони меня раньше времени, друг мой», — на полном серьёзе «проговорил» Кагуя, пытаясь тем самым успокоить ящера. — «И давай без всех этих пафосных речей. Мне передадут чакру наши. Скоро они придут. Скоро…» «Какой пафос, де…» Больше не слушая волнующегося поясохвоста, мысленно от него «отключившись», юноша сконцентрировал наконец энергию и с помощью Улучшенного Генома принялся создавать перед собой костяной щит. Его размер рос с каждым мгновением, вскоре достигнув полного роста самого Ясухиро. В толщину он также внушал, ведь как бы перерожденец не был уверен в крепости своего Кеккей Генкая, перестраховаться, создавая многометровый охват, всё же стоило. Крепко упёршись ногами о землю и слегка наклонив корпус вперёд, он таким образом придал себе больше устойчивости, дабы не опрокинуться от ударной волны. Спрятавшись за поверхностью щита, из-за чего не имея возможности видеть полёт Биджудамы, юноша словно окунулся в вакуум. Закрыв «глаза», которых сейчас, как бы, и не было, он, сам того не замечая, принялся вспоминать всё то, что с ним произошло с того момента, как он однажды проснулся в теле маленького десятилетнего Ясухиро Кагуи. Все ключевые события проносились с бешеной скоростью. К сожалению, в основном в них была лишь смерть. И даже не важно кого. Друзей, союзников, врагов… Этот мир изменил его. И даже не важно, в худшую или лучшую сторону. Факт оставался фактом: он уже не тот, что был десять лет назад, и уж точно не похож на себя из прошлого мира. Многих интересует вопрос: «Есть ли смысл в моей жизни?» Будучи честным, в первую очередь, перед собой, Ясухиро не дал бы на него точного ответа. Возможно, он вообще не должен был здесь появляться. Возможно, лучше бы этот мир нёс своё прекрасное существование и без него. Однако волею судьбы или каких-то неведомых Богов, он оказался здесь. Не стоило отрицать, что он привязался к некоторым людям. Эта связь вела его к разным поступкам. В одних ситуациях она помогала, в других, наоборот, была помехой. Но именно она стала тем самым поводом для того, чтобы он сейчас так рьяно защищал всех этих людей за спиной. Прямо или косвенно. С холодной головой или проступающими даже сквозь Режим Мертвеца эмоциями. Осторожно или до самого конца… Столкновение Бомбы Биджу со щитом было настолько мощным, что он всё-таки не смог устоять на ногах, отлетев назад на приличное расстояние, остановившись лишь тогда, когда в спину упёрлась часть стены Конохи. До него не сразу дошло, что лес, перед которым находился Лист и где происходило основное сражение с Двухвостым, постепенно становился всё зеленее и зеленее, небо начало окрашиваться в голубой, а свежеобразованный кратер отдавал цветом земли. Такими цветами, какими все эти вещи обычно и должны быть. Причём в размерах всё начало становиться больше, из-за того, что он, по-видимому, сам стал уменьшаться. Когда его тело в масштабах приняло привычную величину обычного человеческого роста, он всё ещё продолжал лежать на земле, упёршись о в один момент снова ставшей громадной стену позади. Постепенно исчезала чешуя, возвращалась плоть, кровь, органы, эмоции… Вместе с ними нетерпеливо и самым жёстким образом напомнила о себе болезнь. — Кха! Кхм… Кхе… Кха! Казалось, что крови он выкашлял столько, что хватило бы, чтобы создать из неё нового человека. Тёплая, алая, мерзкая — одним своим видом она сводила его с ума. Грудь отдавала невероятной болью. Пошевелить конечностями хотя бы немного, чтобы отползти от лужи крови, быстро растёкшейся под ним, не представлялось возможным. Дышал он через раз. Буквально. Да и то назвать это «дыханием» язык не поворачивался. Он скорее просто хрипел, пытаясь вдохнуть сквозь забитые кровью дыхательные пути хотя бы немного воздуха. Картинка перед глазами расплывалась, но даже сквозь пелену он смог разглядеть группу из знакомых шиноби, в число которых входили Мито и Хаширама. Нет, они не бежали в его сторону. Наоборот, они устремились в сторону леса, где даже сквозь противный писк в ушах, Кагуя смог расслышать рёв всё ещё неповерженного Демона. Однако это его уже не заботило. Раз уж они шли за Биджу, раз уж они закончат его дело, значит, он смог справиться со своей задачей. Получается, Коноха и Узушио смогли одолеть врага внутри деревни. А значит, они всё-таки одержали победу… «Это ли не повод, чтобы просто закрыть глаза и наконец немного отдохнуть?..» *** В белой палате чудом уцелевшей за время вторжения Больницы Конохи находилось пятеро человек и один конкретный поясохвост. Все они склонились над кроватью, на которой лежал молодой юноша с бледной кожей, цветом сравнявшейся с его короткими волосами. Всё его тело было покрыто шрамами, которые он так и не успел свести. Внешне он выглядел спокойным и, можно сказать, удовлетворённым, словно он просто спал. Но руки его лежали на груди, которая… совершенно не двигалась. Дыхания у него не было. Сердце уже не стучало. Эмоции у людей в комнате были разными, но все они, безусловно, горевали. Дейки отчаянно пытался сдержать давящие слёзы, вспоминая все наставления своего учителя. К сожалению, понял подросток, что он о нём всё это время заботился, слишком поздно. Он уже не мог поблагодарить его за это. Орочимару, ровно как и Джирайя, держались получше. Да, они с детства знали этого шиноби, брали с него пример, уважали как Героя Первой мировой, но, к сожалению, проводили с ним недостаточно времени. Теперь в их головах крутилась мысль о том, что они очень хотели бы сейчас просто поговорить. Даже не важно о чём. Просто поговорить. Смауг винил себя в смерти своего друга. Да… Он никогда бы в жизни не подумал, что назовёт так кого-то не из своего народа. Этот необычный человек сразу дал понять, что он не промах. Что с ним будет как минимум интересно. Он никогда не возражал против того, чтобы часами, если не днями, болтаться у него на запястье в качестве аксессуара, что для многих было бы дикостью. Однако Смауг был не таким. Ясухиро был не таким. Он его уважал. Считал равным себе. Относился не как к призывному животному, не как к оружию. Точно… он был его другом. Цунаде была единственной в комнате, кто совершенно не сдерживал эмоции. Слёзы градом текли по её щекам, но она совершенно не обращала на них внимание. Как за такой короткий промежуток времени можно полюбить человека? Она никогда бы не дала ответ на этот вопрос, да и сейчас с трудом бы смогла это сделать. Сенджу знала его давно. Но тогда он привлекал её внимание только как шиноби или друг. С недавних же пор она невольно посмотрела на него как на мужчину. В тот момент она поняла, что теперь в её жизни наступят перемены, которые принесут ей как радость, счастье и блаженство, так и грусть, печаль и боль. Она не была против этих перемен до тех пор, пока они не стали тем единственным, что её бы изменило. Этот момент настал с его смертью. И вроде бы она не должна была убиваться горем, не должна была из-за этого страдать. Ведь они не стали парой. Он не отвечал взаимностью. Хотя и сама она не очень-то и показывала свои чувства. Они даже не так уж и часто виделись. Тем более то его трёхгодичное отсутствие… Девушка не должна была так сильно к нему привязаться! Но тем не менее при виде его лежащим замертво на этой кушетке сердце её разрывалось на куски. Слёзы душили. Не хотелось ничего, кроме как смотреть на него и верить, что он вот-вот проснётся. Это ли не называется «любовь»? Ичиро был последним, кто пребывал в этой палате. По внешнему виду незнакомый с ним человек сказал бы, что ему было абсолютно плевать на смерть своего бывшего ученика. Однако сам учёный просто-напросто и без каких-либо зазрений совести убил бы этого человека за подобные слова. Можно сказать, что из всех людей в комнате, он провёл с Ясухиро больше всего времени. Но его мысли были связаны не только с тем, что произошло раньше. Он также думал и о том, что могло бы произойти в будущем. Размышляя о своей жизни, о том, чего он сумел добиться, а чего нет, он каждый раз возвращался к тому, что Ясухиро, возможно, смог бы это сделать лучше. Ведь тот был, несмотря ни на что, перспективнее, сильнее духом, лучше и как шиноби, и как человек. Да, может он и не любил Коноху так, как Ичиро, однако его действия говорили о том, что он готов был пойти на всё ради своих принципов. Это не могло не вызывать уважение. Это не могло не заставлять думать о том, что… Впрочем, зачем все эти лишние мысли, если он уже давно принял решение? — Оставьте нас наедине, пожалуйста. Сначала ребята и поясохвост медленно перевели недоумённые взгляды на сохраняющего невозмутимость учёного, не отрывающего взгляд от мёртвого Ясухиро. Затем каждый из них понимающе отошли от кровати и нехотя отправились на выход. Когда в палате никого больше не осталось, Ичиро расправил плечи, словно сбросил с них неподъёмный груз, а потом принялся мерять комнату шагами, начав монолог, который при иных обстоятельствах мог бы стать диалогом. — Ты знаешь, Ясухиро, когда я впервые увидел тебя в своём подвале, то подумал, что ты слабак, трус и мямля, не способный ни на что, — довольно-таки жёстко начал учёный. — По большому счёту, в первое время так и было. Я проклинал Хашираму за то, что он скинул тебя на меня и приказал обучать. Но, с другой стороны, я был рад, ведь появилась возможность изучить новый Геном. Со временем ты черствел... — ухмылка тронула губы мужчины, который на миг остановил свой шаг. — Становился жёстким и даже порой жестоким. Как и подобает настоящему шиноби. Но в тоже самое время сохранял внутри себя что-то светлое, что помогало не превратиться в обыкновенного безумца, способного лишь убивать и наслаждаться этими убийствами. Уже тогда мне стало понятно, что как человек ты явно лучше, чем я. Что ты справишься с теми вещами, где я точно бессилен. И ты это доказал. Но не словами, а своими действиями. Но, как я уже говорил, патриотизма в тебе явно не доставало. Зато его во мне предостаточно... — невесело хмыкнул Ичиро, остановившись прямо над телом Кагуи. — Поэтому выбирая из нас двоих того, кто сможет принести больше пользы для Конохи, то я без раздумий остановлюсь на тебе. Вот такой я патриот… или просто трус. Мужчина неспеша убрал руки юноши в стороны, чтобы они не мешали. Затем он опустил свои окутанные голубым ореолом ладони в районе его живота и принялся медленно передавать не только чакру, как можно было подумать, но и саму жизненную силу. — Трус, потому что боюсь признаться даже самому себе, что делаю это не по этой причине, — впрочем, это не мешало ему продолжить одновременно говорить. — Кто бы мог подумать, что такой «злой», жестокий, эгоистичный и желчный человек, как я, мог бы привязаться к кому-то настолько, что готов добровольно отдать за него свою жизнь? Вот и я не знаю… — в этот момент мужчина не смог сдержать искренней улыбки, которой этот мир, вероятнее всего, видел от силы пару раз. — Эта техника называется «Реинкарнация собственной жизнью». Во время Первой мировой я выучил её, взяв в плен куноичи из Суны, которая оказалась способным ирьенином и кукловодом. Не думал я, что когда-нибудь использую её, однако жизнь — штука непредсказуемая сама по себе, так что… Кхм… Мужчина резко почувствовал, как силы начали его покидать. При чём в буквальном смысле. Пошатнувшись, но устояв на ногах, он ещё раз хмыкнул, упорно не прекращая процесс передачи жизненной энергии. — Да, похоже мне уже недолго осталось… Наверное, стоит сказать что-то напоследок. Ну… я надеюсь, Орочи меня поймёт. Я никогда не был примерным отцом, поэтому он в любом случае не будет горевать о моей смерти. Но мне достаточно и того, что он сейчас жив и здоров, а потом будет находиться под твоей защитой. Тебе же я хочу сказать… Кхм… кхм… Говорить становилось всё тяжелее и тяжелее. Мысли в голове с каждой секундой становились всё медленнее. Упав на колени, но не убрав руки с торса Кагуи, не прервав тем самым технику, Ичиро, приблизившись к лицу своего ученика и сбросив всякие маски, тихо прошептал: — Я рад, что был… твоим учителем… Надеюсь… ты проживёшь счастливую жизнь… А мне уже пора… на покой… Не скорби обо мне… я этого не стою… прощай, Ясухиро… Издав прерывистый вздох и передав последнюю каплю своей энергии, учёный расслабленно уронил свои дрожащие руки, а затем замертво упал на пол. Долгое время ничего не происходило. Можно было подумать, что техника не сработала. Что жертва впервые проявившего истинные чувства учителя была напрасной. Но затем… Вместе с судорожным вдохом резко распахнулись разноцветные глаза воскресшего и избавившегося от смертельной болезни ученика. Комментарий к Часть 89. Финал Ну что ж... вот и конец наступил. Окончательный. Я уверен, что будут те, кому он не понравится. Однако не менее убеждён, что найдутся люди, которые посчитают его хорошим. Я же считаю, что он, как и я вся работа, вышел неплохим. Со своими недостатками и преимуществами. Прошу вас высказать своё мнение об этом фанфе в комментах. Буду рад критике. Также, конечно, хочу сказать огромное спасибо всем тем, кто читал, лайкал, добавлял в сборники и подписывался на меня. Особую благодарность выражаю комментаторам, и тем, кто поддерживал с самого начала написания работы. Если вы тот, кто со мной с июля, но ни разу не заявил о себе в комментах, то я всё равно говорю вам "большое спасибо". Мне было приятно знать, что кому-то приходится по душе моё творчество. Но останавливаться я на этом не собираюсь. В ближайшее время выйдет первая глава нового фанфика с либо кроссовером мира Наруто и ГП. Будет, понятное дело, также макси. Больше инфы об этом вы узнаете в статье моего блога, которая также скоро появится. Можете подписаться на меня, чтобы следить за моим блогом, где будет интересная статья про этот фанф, и не пропустить выход первой части новой книги. Даже если просто так, мне будет приятно, если подпишетесь :) В общем, ещё услышимся! Для тех, кто вдруг захочет поддержать меня материально: Яндекс деньги (Yoomoney): https://yoomoney.ru/to/4100117674354204 Donationalerts: https://www.donationalerts.com/r/shimuri Карта BSB bank (Белорусская карта): 5144 2104 1820 2249 (MAXIM RIMSHA) ----------