Я не тот, за кого меня принимают Denfee Меня зовут Деон Харт. Кругом говорят, что я талант, что мне открыты все двери и мне доверяет тьма народа... Нет! На деле я — безжалостный воин, который ни разу не пал, при этом отличный руководитель и подчинённый! Но при всей этой репутации я тяжело болен. Мне не то что сражаться — прожить день без мучений сложно. Любое мелкое движение — и меня колотит, выворачивает наизнанку. Меня рвало от перегрузки, рвало от потрясения, рвало от лёгкой вспышки эмоций. Просто замкнутый круг... Пора бы всем понять, что я слаб. Но почему они, наоборот, понимают меня всё меньше?.. Выходит, раньше я был силён?! Нет! Я и сейчас силён, но тело почему-то сломано. И поэтому не могу выложить навык на 100%? Тело не выдерживает?.. А может, это без всякой причины... или всё-таки проклятие? ==================== Сильнейший козырь Короля демонов (1) Грохот. Белые руки, бледные, как луна, крепко обхватили стол. Под ними не было ничего, кроме листа белой бумаги. Рука, которая остановилась, после короткой паузы медленно удалилась, оставив после себя только листок белой бумаги. Мужчина, наблюдавший за отдаляющейся рукой, посмотрел на бумагу, лежавшую на столе, и увидел на ней слова "Заявление об уходе". Его глаза расширились, а лицо стало бледным еще до того, как он смог поднять голову. Человек с красными глазами и белыми волосами посмотрел на взволнованное выражение лица мужчины и заговорил твердым голосом, без намека на эмоции. — Я подаю в отставку. «...» Если в Империи есть "герои", то в Королевстве Демонов есть "командиры корпусов". Как Империя выдвигает своих способных генералов, так и Королевство Демонов выдвигает своих "командиров". Поэтому командиры корпусов служат одновременно мечом и щитом Королевства Демонов, а также символом силы. Официально в Королевстве Демонов существует в общей сложности 12 командиров корпусов, числом от 1 до 12, но на самом деле есть еще один, скрытый в тайне, неупомянутый командир корпуса. Люди Королевства Демонов, и даже армия вражеской Империи, не знают о секрете — командире Нулевого Корпуса. Человек, возглавляющий Нулевой Корпус, был не кто иной, как тот, кто убил последнего "Героя", практически самый сильный командир в Королевстве Демонов. То, что столь могущественный командующий вдруг заявил о своей отставке, было невообразимо. — Нет! Никогда! — Я не могу позволить, чтобы такой талант, как у тебя, пропал зря! С огромной решимостью Король Демонов схватил своего подчиненного за ноги и усадил на землю. Обычно командир Нулевого Корпуса почти не разговаривал и не передвигался, поэтому, когда он лично пришел сюда, Король Демонов удивился, почему, и даже немного обрадовался. Но сказать что-то вроде этого. Может быть, он не был искренен. Как всегда, это была всего лишь проверка. Так и должно быть. Он поднял голову, продолжая крепко держаться за ноги. Его взгляд встретился с красными глазами, и наступила тишина. Возможно, по его глазам можно было понять, что он пытается сказать. «Если я зайду так далеко, ты же не можешь сказать мне, что действительно собираешься уволиться?» Его глаза, которые все это время были неподвижны, слегка дрогнули, чтобы проверить, правильно ли сработали его намерения. На первый взгляд, это не было очевидно, но Король Демонов, сосредоточившийся на нем, смог быстро это уловить. Он дрожал. Значит мы должны остановиться на этом. Он отпустил ноги, за которые держался, и подпрыгнул. На этот раз он схватился за оба плеча. — Почему? Тебе что-то не нравится? Твои подчиненные плохо к тебе относятся? Они дискриминируют тебя только потому, что ты человек? Кто эти ублюдки? Скажи мне, и я заставлю их пожалеть о том, что они живы! Вопреки своему резкому тону, он был уверен, что они не сделали ничего подобного. Сила человека была настолько велика, что у всех не было иного выбора, кроме как признать ее. Нет, что такое "признать"? Для демонов он обладал непреодолимой силой, которую невозможно получить даже упорным трудом. Далеко не дружелюбный, он вызывал у всех благоговение и уважение, кто отважится связываться с ним? Тем не менее, для этого была причина. Деон Харт, известный как "Демон Арут" в Замке Демонов, был следующим "человеком" в командовании после Короля Демонов. Он был единственным человеком в замке, поэтому не знал, каковы другие люди, но, в отличие от других демонов, ему крайне не хотелось видеть чью-то кровь. Поэтому, когда дело дошло до этого, не было другого выбора, кроме как как-то реагировать. — Как и ожидалось. Когда он уже собирался покинуть офис, его схватили за запястье. Обернувшись, он увидел пару красных глаз, смотрящих на него с охотничьим взглядом. Король Демонов заставил себя улыбнуться. «...Похоже, ты наконец-то хочешь поговорить». Другая сторона была его самым ценным подчиненным, который только что подал заявление об уходе, поэтому вместо того, чтобы отмахнуться от него, он глубоко вздохнул и сел с усталым выражением лица. — Я спрошу еще раз. В чем причина? — ...Вы собираетесь убить меня? Это было просто искреннее любопытство, но ответом был скорее еще один вопрос, чем ответ. Ты собираешься меня убить? Какая страшная вещь. Он удивился и поднял голову, их глаза встретились. Красные глаза, казавшиеся свирепыми, смотрели на него не мигая. Он издал пустой смешок. «Это не было моим намерением, но если я останусь здесь еще немного, мне могут перегрызть горло». Хотя он был Королем Демонов, которому не с кем было сражаться, кроме Героя, человек перед ним был угрожающим. Если бы он действовал в соответствии с мыслями внутри головы Короля Демонов и схватил его за горло, мужчине пришлось бы сильно страдать. Голос, призванный успокоить собеседника, плавно перетёк на спокойные тона. — Я ни за что не смогу тебя убить! Я просто хочу знать почему. — ...Это так. После недолгого молчания он открыл рот, чтобы заговорить, но затем начал кашлять. «...Кровь?» — Кха! Кха!!! — А. Кровь вылилась на стол, заваленный бумагами. Он рефлекторно протянул руку и поймал кровь. Его голова слишком сильно кружилась, чтобы думать о других действиях. Яд? Нет, он использовал заклинание обнаружения яда с тех пор, как увидел кровь, но реакции не последовало. Тогда оставалась только одна возможность. Последствия. Официально Деон Харт убил Героя. Естественно, Герой был очень силен, поэтому он получил большие травмы, в результате чего его и без того слабое тело было полностью разрушено. Иногда его рвало кровью, как сейчас. «Правда в том, что это не из-за этого, но в любом случае, последствия были подходящими, и результат был таким же». Он и раньше неоднократно страдал от гематемезиса, но его частота явно увеличилась. Ух. Мысль о том, что он может потерять ценный талант, заставляла его страдать. В этот момент Деон запоздало осознал ситуацию и сделал несколько шагов назад от стола, прикрыв рот рукой. Казалось, что он пытается сдержать кровь, так как он издал напряженный звук. — Простите. Документы... — Это не проблема сейчас! Вызовите врача! Врача командира Нулевого Корпуса! Какого черта он делает, когда его пациент так болен?! Весь замок сотрясался от криков Короля Демонов, и наступил хаос. *** Издалека прибежал лечащий врач Бен. Мои мысли по поводу появления красных пятен на ковре в комнате Короля Демонов были очень просты. «Черт, я влип». Я просто хотел написать заявление об уходе и уволиться, но, конечно, кровь должна была появиться, испачкать бумаги, испачкать ковер и даже побеспокоить лечащего врача... Разве это не идеальная ситуация, чтобы на кого-то наехать? Я буду счастлив, если меня просто ударят. Противники — демоны. Если бы это был человек, было бы просто разозлиться и идти дальше, но демоны — это те, кто размахивает мечом и говорит: Искупи вину своей жизнью! Поэтому я стиснул зубы, бледный от напряжения и скованный страхом, и автоматически подчинился осмотру Бена. — Деон, ты слышишь мои слова? Сколько я показываю пальцев? — Три. Я заменил язык тела, который я бы использовал, чтобы попытаться выжить, на надежный ответ и вспомнил ситуацию, произошедшую некоторое время назад. Меня зовут Деон Харт. Из-за некоторого недоразумения в Королевстве Демонов я известен как "Демон Арут". Нет, нет. "Некоторое" недопонимание — это не то слово. Я подал заявление об уходе именно из-за этого "недопонимания". Что за недопонимание, спросите вы? Дело в том, что у всех жителей Королевства Демонов, включая Короля Демонов, сложилось неверное впечатление, что я до смешного силен. Ха, какая забавная история. Возможно, даже повар этого замка сильнее меня. По крайней мере, если повар — "демон". Но важно не это. Продолжающаяся переоценка даже вызывала у меня чувство страха, и казалось, что она предупреждает меня о том, что нужно уходить, пока не стало слишком поздно. Хороша ли переоценка? Это хорошо, только если в меру. Слишком большая переоценка заставляет меня бояться последствий. Особенно в Королевстве Демонов, где даже сам Король Демонов переоценивает меня и относится ко мне соответствующим образом. Только подумайте, что случится, если правда будет раскрыта. Возможно, это будет день моей смерти. И это не будет комфортная смерть. «Я хочу убежать». Но если я просто тихо убегу, Король Демонов наверняка погонится за мной с целой армией, крича: Я не могу отпустить такой талант, как ты!!! Меня даже могут схватить и посадить в тюрьму, или, что хуже всего, я могу умереть. Даже среди людей есть поговорка "Если я не могу получить это, то никто не может!" Не говоря уже о демонах. Я никогда не слышал, чтобы враги походили друг на друга. Но Король Демонов определенно похож на Императора Человеческой Империи, когда речь идет о наборе талантливых людей. Даже если я скажу правду, вряд ли кто-то мне поверит, а если и поверит, то скажет: "Ты все это время мне врал?!" и повесит меня... Поэтому я попытался встретиться с ним напрямую и развязать узлы. Я даже подумал, что если мне повезет, то я смогу оставить сообщение со своим заявлением об отставке и исчезнуть как ветер. Я не ожидал, что Король Демонов схватит меня за ноги и не отпустит. [Нет! Я не могу позволить тебе сделать это!!!] Я ожидал, что меня будут в какой-то степени ругать. «Но это не входило в мои планы!» Хватать меня за ноги... Неужели у Короля Демонов нет никакого самоуважения?! Пока я кричал внутри, я не мог даже пошевелиться. Это потому, что мне было страшно. «Король Демонов у моих ног! Проклятье, Король Демонов!!!» Противник — сам Король Демонов. Он — самый сильный Король Демонов в истории, который всегда защищал Королевство Демонов, не получал особых ранений, даже когда сражался с Героями. Всего один жест его пальцем, и моя жизнь разлетится в прах! Если я сделаю неверное движение и случайно задену его, что произойдет? Это то, что можно легко предсказать, даже не прибегая к фантазии. Так что я стоял там неподвижно, как статуя, пока он не отпустил меня первым. Я уверен, что выпрыгнул бы из кожи вон, если бы он отпустил меня хоть немного позже, какой бы напряженной ни была ситуация. Каким бы ни был сдвиг в его сознании, когда наши взгляды соединились, он отпустил меня и резко встал. Он отпустил мои ноги, но теперь его руки были на моих плечах! Он начал говорить, положив руки на оба моих плеча, как бы пытаясь удержать меня. В общем, Король Демонов. — Почему? Что тебя беспокоит? Причина, по которой я подал заявление об уходе, заключается в следующем… — Это твои подчиненные? Они дискриминируют тебя, потому что ты — человек? …Они так хорошо ко мне относятся, что это ошеломляет. Вы можете подумать, что это "лечение, соответствующее твоему таланту", но я так не считаю. Я имею в виду, у меня действительно нет никакого таланта! На самом деле, мои физические способности слабее, чем у обычного человека. «Я должен был насторожиться, когда они впервые попытались завербовать меня». Мне следовало бы с подозрением отнестись к тому, какую пользу может принести такой человек, как я. У меня не было выбора, кроме как согласиться, так как я боялся, что они убьют меня, если я откажусь... — ...А? — теперь, когда я думаю об этом, у меня никогда не было выбора. «Хах...» Я сделал глубокий вдох, который, казалось, достиг моего горла. Я должен выбраться отсюда сейчас. Поскольку финальный босс, Король Демонов, относился ко мне лучше, чем я думал, это не будет совершенно невозможно... — Кто эти ублюдки? Скажи мне, и я заставлю их пожалеть о том, что они живы! Нет! Нет, нет!!! Я схватил его, задыхаясь, когда он быстро направился к двери кабинета. Кого я должен выбрать? Кто понесет ответственность, если он даст указание казнить подчиненного? Конечно же, целью будет источник всего этого — я! Слушай, даже если они будут хорошо ко мне относиться, это уже слишком. Черт, почему мне хочется плакать? К счастью, Король Демонов со вздохом сел обратно, показав свои истинные чувства. — Позволь мне спросить тебя еще раз. В чем причина? Почему-то его голос звучал мягче, и это было похоже на знак капитуляции. Я не уверен, что это недоразумение, но лучше быть осторожным, поэтому вместо ответа я посмотрел на его лицо и спросил: — Вы собираетесь убить меня? О, это не то. Я слишком напрягся, и мои слова прозвучали слишком резко. Как и ожидалось, Король Демонов со зловещим взглядом повернулся, чтобы посмотреть на меня. Что говорил этот взгляд? Это взгляд, который говорит: "как ты узнал?" или взгляд, который говорит: "убить тебя или пощадить?" Возможно, это взгляд, который говорит: "Слуги с такой острой интуицией, как у тебя, - помеха." Должен ли я извиниться прямо сейчас?.. Нет, а прежде всего, спасут ли вообще меня извинения? Сколько бы я ни думал об этом, ничего, кроме мрачного будущего, не приходит мне на ум. Я не могу избежать этого пристального взгляда, я могу только бормотать и ерзать. Словно пытаясь прочесть мои мысли, Король Демонов наконец-то опустил голову. — Я никак не могу убить тебя. В чем причина? Поговори со мной. Хотя я колебался, но только на мгновение. В любом случае, поскольку я планировал сбежать из замка, это был необходимый процесс. Я не могу убежать, нет, я не должен. Итак, я открыл рот. — ...Это. — Кхаа! Внезапно знакомый горький запах крови распространился от моего рта к носу. — Кха!!! Кха! — А. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Сильнейший козырь Короля демонов (2) Наконец-то я смог осознать ситуацию. Это мое слабое тело! Из всех мест на земле, рвать кровью именно здесь! Проклятье! Я увидел окровавленные бумаги. Даже Король Демонов был вымазан в моей крови... Боже мой. «Какая дерьмовая жизнь». Подумав про себя, я быстро закрыл рот и отступил от стола. Бумаги были уже испачканы, а руки Короля Демонов были в моей крови. Как и ожидалось, я услышал, как он стиснул зубы, словно в гневе. Проглотив крик, который вот-вот должен был вырваться из моего горла, когда убийственное намерение пронзило все мое тело, я открыл рот. — Простите. Бумаги... — Сейчас это не имеет значения! Врач! Вызовите врача командира Нулевого Корпуса!!! Что он делает, когда его пациент так болен?! ...А? Мой разум застыл из-за неожиданной ситуации. Через несколько минут я с трудом смог осознать ситуацию. О, так он злится на врача. Возможно, так оно и есть, я стал причиной этого несчастного случая, потому что был болен. Это означает, что врач не выполнил свою работу должным образом, и в результате врач был виноват в этом несчастном случае. Значит, вместо того, чтобы винить меня, он будет винить врача, так? Если да, то куда денется обида врача, которого обвинили ни с того ни с сего? Это замок демонов. Вспомнив, что доктор тоже был демоном, я с горьким выражением лица опустился на свое место. «Чёрт, все кончено». *** — Что он делает, когда его пациент так болен?! А?! Непреодолимая магическая сила пронеслась по всему замку. Было очевидно, кто является источником этой плотной и тяжелой магической силы. Бен, врач, поспешно собрал свою медицинскую сумку для удаленных визитов и приготовился к смерти. Конечно, единственной заботой Короля Демонов был пациент, за которого я отвечал, гордый командир Нулевого Корпуса, Демон Арут. Как и ожидалось, когда я прибыл в офис Короля Демонов, я увидел сэра Арута, сидящего на голом полу с закрытым ртом. По его руке стекала кровь. В результате ковер в кабинете был испорчен, но поскольку Король Демонов, похоже, не возражал, я тоже не стал ничего говорить и подошел к нему. Он не хотел вставать, вероятно, потому что его ноги были слабыми. Я поспешно помог ему и усадил его на диван, виня во всем себя. Пациент был болен, и я не смог быстро приехать, что лишило меня права быть врачом. Я ничего не смогу сказать, если сэр Арут рассердится и даже свернет мне шею. Но перед этим нужно начать лечение. Сначала я вытянул три пальца. Чтобы сначала проверить, в сознании ли он. — Сэр Арут, вы меня слышите? Сколько вы видите пальцев? — Три. Сознание в норме, зрение в норме. Все в Замке Короля Демона знали, почему Демон Арут был таким, как они могли не знать? Потому что все это ясно видели. Сцена, в которой он сдерживает Героя, готового к самоуничтожению, не имея ничего, кроме своего смертного тела. Не говоря уже о сцене, где Герой умер от одного лишь небольшого движения с его стороны. Вполне естественно, что его тело было повреждено, поскольку он в одиночку принял на себя силу самоуничтожения Героя. Так кто же может смотреть на него свысока? «Никто». Слабое тело и боеспособность — две разные вещи. Я не уверен, что кто-то еще упоминал об этом, но этот человек был особенным. Если бы я действительно захотел, то мог бы покончить с этой жизнью прямо сейчас. Но тогда я бы даже не понял, что умер, пока не стало бы слишком поздно. Несмотря на то, что в тот момент он извергал кровь, при взгляде в его живые глаза это не выглядело так. Красные глаза, заставляющие усомниться в том, что так бывает, когда свежая кровь образует круг. Глаза, которые еще больше выделялись на фоне его белых волос, несли в себе явное "убийственное" намерение. То, что может произойти только после убийства бесчисленного количества людей и свидетельства бесчисленных смертей. Как я могу смотреть на него свысока? Подавив страх и трепет, Бен спокойно открыл рот. — ...Как вы уже догадались, это последствия битвы с героем. Как будто он этого и ожидал, на лице Короля Демонов промелькнуло смирение. Он также на мгновение закрыл рот от горечи. Однако с Демоном Арутом все было иначе. Взгляд безразличия. Нет, это определенно взгляд человека, которому всё осточертело. Он слышал это столько раз, что ему это уже надоело. Пока Арут что-то говорил, из ниоткуда он накрыл рот платком, полученным от Короля Демонов, и глубоко зарылся в диван. Его отставка и отсутствие беспокойства оставили Бена и даже Короля Демонов безмолвными. «Как он может быть таким решительным?» Будь на его месте любой другой командир корпуса, это давно бы произошло, даже если бы в результате был беспорядок. Будь то выхватывание меча, размахивание кулаком или сидение и молчаливая угроза. Ярко сверкая своими смертоносными глазами, они приказали бы мне исправить ситуацию любым возможным способом. Разве это не то, что я должен делать? В конце концов, это причина моего существования. Как только я подумал об этом, мне показалось, что я сейчас вздохну. Вздох облегчения, а не разочарования или гнева. Подсознательно Бен подумал, что ему очень повезло быть врачом командира Нулевого Корпуса. «Нет, сейчас не время для таких мыслей». Он мгновенно отмахнулся от своих мыслей и, собравшись с эмоциями, порылся в своей медицинской сумке. — Как всегда, это лекарство, которое помогает при внутренних повреждениях. Мне жаль, но это все, что я могу для вас сделать. — Спасибо. Я осторожно открыл и закрыл глаза, убедившись, что сэр Арут принял и даже выпил бутылочку с лекарством. И теперь, когда я закончил свою работу, наступило неизбежное время. С того момента, как я прибыл сюда, Король Демонов излучал ауру, которая говорила: Я разберусь с тобой позже. Хорошо зная, что цена пренебрежения — смерть, я осторожно встал со своего места и предстал перед Королем Демонов. У меня нет никаких особых претензий. Это даже несправедливо. Очевидно, это моя вина, что я не смог быстро отреагировать на отклонения в состоянии пациента. Возможно, сэр Арут тоже рассердится, нет, даже если не рассердится, то, по крайней мере, не обрадуется. Вот почему я был готов встретить гнев Короля Демонов, а затем, если останусь жив, выдержать гнев сэра Арута. ...А? *** Король Демонов собирается убить доктора! Я рефлекторно вскочил со своего места и схватил Бена за запястье. Врач смотрел на меня своими большими глазами, как будто он был удивлен. Точно так же и Король Демонов смотрел на меня широко раскрытыми глазами. Они удивлены? Я тоже удивлен. Но я ничего не мог поделать. Не будет ли все негодование направлено на меня, если я вот так брошу своего врача? Каким бы умеренным ни был Бен, он, естественно, будет злиться, если его обвинят в том, в чем он не виноват. К тому времени будет уже слишком поздно. Я должен остановить это, чтобы выжить! С такой решимостью я сначала обратился к Королю Демонов, который все еще молчал. — Я плохо себя чувствую, поэтому я ухожу. Конечно, мой врач пойдёт со мной. Жаль, но нам придется отложить вопрос о моей отставке на потом. — О, да? Отставка?.. Хорошо, я понял. Поторопись и иди отдыхать. Может быть, он не захочет потом говорить об отставке, но я ничего не могу поделать. Я обязательно скажу ему об этом в следующий раз! Во-первых, сегодня было неудачное время, поэтому я сделал себе замечание и вышел из офиса с большими шагами. Я понятия не имел, как долго я шел. Но когда я остановился, я уже стоял посреди довольно длинного коридора. Там было полно развилок и дверей, поэтому я выглянул из окна, чтобы узнать, где нахожусь. Как будто солнце отсутствовало, я видел сад с завесой лунного света, спускающегося из окна коридора. Вместо солнца три луны, занявшие его место, мягко освещали сад. Вам может показаться, что пейзаж здесь прекрасен, но посмотрите туда. Как у цветов могут быть такие зубы? Это плотоядное растение? У того, что рядом с ним, даже есть глазные яблоки, и оно даже моргает! Я вздрогнул от отвращения, но тут услышал слабый голос рядом с собой. — Ммм, сэр Арут... — Хм? А… Если подумать, я все еще держался за его запястье. Я так отвлекся, что даже не заметил этого. Я отпустил его руку и тайком взглянул на лицо Бена. Он ведь не обиделся, правда? К счастью, на его лице не было и следа недовольства. Вместо этого мое внимание привлек бледный, как у меня, цвет лица. Неудивительно, что он кажется беспокойным... — Вы заболели или что? — Нет, я просто... Чувство покорности промелькнуло на его лице. Он издал небольшой вздох и посмотрел на меня с нервозностью, как будто ему действительно было плохо. Бен покусывал свои бледные губы, словно готовясь к чему-то, а затем наклонился. — Это может быть самонадеянно, но, пожалуйста, убейте меня как можно безболезненнее! — Что? На краткий миг я потерял контроль над выражением своего лица. Возможно, ощущение нелепости уже было на моем лице. Ошеломленный голос был дополнительным бонусом. Я рад, что он наклонился. Видя, что не было никакого движения, похоже, что он не услышал и моего голоса. Я быстро справился с выражением лица и прочистил горло. Я не могу открыто спросить, что это был за бред, поэтому немного изменю свои слова... — Что вы имеете в виду? — О... нет, это само вылетело у меня изо рта. Я извиняюсь! Я спросил как можно мягче, но он все равно испугался. Он действительно был болен? Люди говорят, что нельзя заниматься самолечением и лучше позвать врача, но что происходит, когда сам врач болен? И этот врач был моим личным врачом. Я вздохнул, беспокоясь, что мог доверить свое тело другому больному, и сказал. — Я не убью вас. Кем бы он ни был, если он не убьет меня, то и я не убью его. И если бы у меня была способность убивать демонов, я бы давно отказался от роли командира корпуса и сбежал, зачем бы я до сих пор жил в этом месте? Когда я снова осознал это, я мог только вздыхать о своем жалком положении. Чувствуя себя подавленным, я пошёл в сторону своей комнаты, оставив Бена в недоумении позади себя. *** Вопреки его внешности, я знаю, что сэр Арут — самый добрый среди всех командиров корпуса. Но я не ожидал, что он будет прикрывать даже тех, кто не может выполнять свои обязанности. Нет, он, похоже, не считает, что я не выполнил свой долг в первую очередь. Возможно, это потому, что он человеческого происхождения, и его мысли отличаются от нас, демонов, поэтому я не могу понять его стандарты. Но как, должно быть, унизительно было для него, когда я попросил его убить меня как можно безболезненнее. Даже человек, который обычно говорит формально, сказал "Что?" и спросил неформально. Однако у такой иллюзии есть причина. У других командиров, даже если бы они меня спасли, причина была бы такая: Мне нужно убить его самому, чтобы унять свой гнев. В любом случае, я жалею, что не прекратил разговор там раньше. К сожалению, — я прошу прощения, — мои слова доставили ему дискомфорт. Я взвалил на него бремя. Сэр Арут сказал это со слабым вздохом и шлепком по затылку, без намека на гнев. [Я не убью вас]. Честно говоря, это было слишком шокирующе. Не было ли это слишком снисходительно? Я всегда гордился тем, что являюсь его личным врачом, но никогда не был так горд, как сегодня. Может быть, сегодня я захвачу бутылку спиртного и нанесу визит в квартал личных врачей командиров корпусов. Сцена, где им приходится иметь дело с недоброжелательными командирами корпусов и подшучивать надо мной от зависти, уже плыла в моих глазах. Конечно, до этого еще нужно поработать. «Чтобы то же самое не повторилось снова...» Глаза Бена слегка заблестели, когда он вспомнил жалкий вид своего пациента, демона Арута, кашляющего кровью. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Командир Нулевого корпуса Деон Харт (1) — Я ненавижу бумажную работу! Это было первое, что я сказал, когда мне впервые предложил завербоваться Король Демонов. Благодаря этому, заняв неофициальную должность командира Нулевого Корпуса, я стал пугалом, похожим на фигуру, которой нужно было только сидеть на месте. Жаловаться особо не на что. Когда я вижу, как другие командиры корпусов зарываются в бумажную работу, это заставляет меня чувствовать благодарность за мое положение. Однако есть один фатальный недостаток... — Мне так скучно! Это просто слишком скучно! Мне нечего делать, и даже если я выхожу на улицу, в Царстве Демонов всегда ночь, а в саду растут только гротескные растения. Идти к Королю Демонов — это просто безумие, а идти к другим командирам корпусов — все равно что искать собственную смерть. Демоны под моим командованием избегают меня, и доверять им я тоже не могу... В итоге то, что я мог сделать, было ограничено. Как разгадывание кубика Рубика или собирание пазлов, что-то очень полезное... Бах! Вжух! Тысячи кусочков пазлов пролетели по воздуху. Я оглядел комнату с глубоким вздохом. Большие пазлы, которые были идеально собраны вместе, были обрамлены на стенах. Сначала я начал собирать пазлы, просто чтобы скоротать время, начав с пазлов из 50 или 60 кусочков. Но когда я пришел в себя, то понял, что уже собираю пазлы из 6000 деталей. Это просто смешно, я такой идиот, просто повышаю свою концентрацию без всякой причины. Внезапно, ошеломленный надвигающейся на меня пустотой, я испустил смешок и открыл дверь. Слуга, ожидавший за дверью, вздрогнул и быстро опустил голову, явно пытаясь избежать зрительного контакта со мной. Сделав вид, что не замечаю его отчаянных движений, я произнес. — Принесите мне немного алкоголя. — Что?! — Алкоголь. Подойдет любой вид. Это просто должен быть алкоголь. — Н-но... Вопреки своему послушному поведению, когда он делал все, о чем его просили, он колебался с лицом, которое, казалось, могло заплакать. Я могу примерно догадаться, почему у него была такая реакция. Бен, должно быть, запретил ему давать мне алкоголь. Я родился со слабым телом. Мои ненормально белые волосы и красные глаза, а также кожа, настолько бледная, что почти прозрачная, являются тому подтверждением. Я даже легко теряю кровь из-за этого. Здесь говорят, что причина этого — "последствия" от боя с последним Героем, что и так было удачно, но невозможность пить алкоголь немного печалит. Если быть точным, я действительно сожалею о тщательной рабочей этике Бена. Когда я был молод, врач, осматривавший меня, однажды сказал. «Все здоровье, которое должно было быть равномерно распределено по всему телу, похоже, сосредоточено в печени». На самом деле, мне нелегко напиться, так что это не ложь. Благодаря этому я смог выжить, даже принимая лекарства, которые не полезны для организма... В общем. Это значит, что для меня нормально пить алкоголь. В смысле, я не умру. Так что принеси мне алкоголь. Сейчас как раз то время, когда он мне нужен. Я больше не могу выносить это с трезвым умом, когда я осознаю свой внешний вид, сидя в своей комнате, собирая пазлы и не делая ничего другого, как командир Нулевого Корпуса. Когда я резко бросил взгляд со значением, что хочу побыстрее, мой слуга вздрогнул и опустил плечи, а затем куда-то убежал. ...Подождите, а каков ответ?! Только не говорите мне, что он не принесет его… Да, не похоже, чтобы он убежал или пошел куда-то еще без разрешения. Даже когда я бормотал, я почему-то вздрогнул от нарастающего зловещего чувства. Зловещее чувство попало в точку. Слуга, который исчез, не сказав ни слова, вернулся. …С Королем Демонов. Этот сучий предатель. — Хочешь выпить? Гневно глядя на слугу, я быстро перевел взгляд на Короля Демонов. Если я скажу "да", начнутся придирки. Я также не мог сказать "нет", поэтому остановился на полпути и покачал головой. Однако слова, прозвучавшие в ответ, намного превзошли ожидания. — Ты настолько неспокоен, несмотря на своё тело? — ...А? — Я ожидал, что тебе будет скучно без возможности сражаться в последнее время, но я не ожидал, что все будет настолько плохо. Должно быть, я слишком много внимания уделял тебе. Я прошу прощения. О, нет-нет-нет, подожди минутку. Я просто хотел выпить, почему его мысли текут в этом направлении?.. — Если ты действительно хочешь, ты можешь принять участие в небольшом сражении. Командир Девятого Корпуса, который в эти дни находится на передовой, сказал, что это скучно. И я думаю, что все изменится, если ты поедешь туда. Как насчет этого? Ты хочешь туда поехать? Если командир Девятого Корпуса будет там... «Это на границе». Место, где часто вспыхивают мелкие и крупные сражения, поскольку оно граничит с Империей. Ты собираешься отправить меня в такое место? А, понятно. Мое тело настолько слабое, что я умру, если выпью, поэтому он хочет использовать меня как мясной щит на поле боя. А-а. Там грязно и мрачно. В любом случае, я не хочу туда идти. — Всё в порядке. Это не потому, что я боюсь. Это потому, что там грязно. — Что ж, это хорошее решение. Даже если ты пойдешь туда, ты не увидишь достаточно крови, чтобы удовлетворить себя. Я больше не могу даже говорить. Я даже не могу поправить его, я застыл от страха. Несмотря ни на что, это слишком, чтобы так угрожать мне только потому, что я хотел выпить немного алкоголя. Устанавливая зрительный контакт, я тайно опустил взгляд на случай, если мои чувства будут раскрыты. Голос Короля Демонов продолжил. — В любом случае, никакого алкоголя для тебя. Ты хочешь свергнуть Королевство Демонов? Если тебе скучно, пойди посмотри на членов своего корпуса или осмотри сад. Я слышал, что Хиен посадил новые цветы. Я наклонил голову. Неужели этот парень сумасшедший? Я пропущу тот факт, что он — Король Демонов, а Хиен — садовник. Если можно так выразиться, Хиен еще более безумен, чем Король Демонов. Чем он так одержим? Опасные и странные плотоядные растения! Сначала я неодобрительно отнесся к идее иметь садовника в царстве Короля Демонов, но после прогулки с ним по саду я убедился в этом. «Из-за того, что он такой безумный, он и работает в замке Короля Демонов!!! Я подумал, что это будет мирная работа! Я больше! Никогда не буду! Верить демонам!!!» Это опыт, который остался со мной и вытравлен в моих костях. Я не мог игнорировать его беспечно, поэтому я посмотрел на Короля Демонов с серьезным выражением лица. — Я посмотрю на членов своего корпуса. Солдаты корпуса могут быть опасными, но они определенно лучше, чем этот сумасшедший садовник. ...Спустя пять минут я направлялся на тренировочные площадки Нулевого Корпуса, как вдруг... — О, сэр Арут! — ...Хиен. Я быстро поднял руки, чтобы скрыть свое бледное лицо. А затем я поднял голову, и не успел опомниться, как оказался лицом к лицу с красивым мужчиной с утончённой внешностью. Я был застигнут врасплох! — Вы устали? — Ну, немного... — В такое время идеально вдыхать аромат цветов. Я только что купил несколько новых экземпляров, хотите посмотреть на них? Вы будете первым, кто их увидит, сэр Арут. Всё это только ради вас! Король Демонов. Король Демонов улыбался, прищурив глаза. Обычно я бы взглянул на его завораживающую внешность, но я был просто сосредоточен на попытке найти способ сбежать. Я даже не обратил внимания на его внешность. Почему на меня должна влиять его внешность? Он ведь мужчина. Если бы это был суккуб, я бы ещё подумал, но меня ни за что не привлек бы инкуб. Даже если я здесь схожу с ума, я не настолько потерял рассудок. «Теперь, когда я думаю об этом...» Этот парень, не слишком ли он хитрый? Или это потому, что он инкуб, он хорош в сужении вариантов. «Вы устали?» Вариант А: Я устал > В таком случае аромат цветов — самое то! Вариант Б: Я не устал > В таком случае, возможно, ты мог бы взглянуть на цветы, которые я нарвал в этот раз, прежде чем ты уйдешь. В обычной ситуации я бы обманулся его словами и пошёл посмотреть на ужасный сад. Но теперь у меня есть хорошее оправдание. — Я как раз направлялся к членам своего корпуса, так что это будет немного затруднительно. — О... а есть ли какой-то способ... чтобы отложить это? «...» Как настойчиво. Откладывать это на потом можно в любой момент. Члены моего корпуса на самом деле не ищут меня, а если и ищут, то просто наблюдают за мной издалека, а не подходят или разговаривают со мной. Фактически, все, что мне нужно там делать, — это спрятаться в углу, играть с мечом и избегать внимания. Ах, когда я говорю "играть с мечом", — я не имею ввиду метафору. Я не хочу утруждать себя какой-то бессмысленной дракой из-за недостатка мастерства. В общем, я могу отложить это, но все равно не хочу. Разве не для того я шел на эксклюзивную тренировочную площадку Нулевого Корпуса в первую очередь, чтобы избежать его? «...» «...» Внезапно я понял, что молчание было дольше, чем я думал. Я упустил момент для ответа, потому что мои мысли были слишком спутанными. Я закатил глаза на Хиена, чтобы посмотреть, не беспокоит ли его затянувшееся молчание. Должно быть, он посмотрел в ту сторону как раз вовремя, но наши взгляды встретились. Я не знал, как реагировать, и прежде чем я успел подумать, Хиен пожал плечами. Затем, стерев свою обычную мягкую улыбку, он поклонился. — Я сожалею. «?..» — Я был самонадеян. В этот момент я чувствую необходимость переосмыслить вопрос о расе демонов. Не помешает обсудить это как следует. Вот она, тема на сегодня: Является ли внезапное извинение чертой демонов? «Почему он снова это делает?» *** Хиен — инкуб. Тот самый инкуб, на которого смотрят свысока, считая его вульгарным. По воле случая он стал садовником в замке Короля Демонов. Ему нравится собирать и выращивать всевозможные опасные растения, и так получилось, что он приобрел редкое растение и уже возвращался домой, когда попался на глаза Королю Демонов и был принят на работу в качестве садовника. Он никак не мог рассчитывать на хорошее отношение к себе со стороны высокопоставленных чиновников, таких как командиры корпусов. Всякий раз, когда приспешники видели его, они плевались и проклинали. Как он мог осмелиться попасться на глаза командующему корпусом? Он был бы благодарен, если бы они не беспокоили его. Но, некоторые люди издевались и били его. Что мог сделать инкуб против таких демонов? Он мог только терпеть. К тому же это было в тот день, когда он подвергался словесным оскорблениям и насилию. — Этот инкуб... Вместо того чтобы встать на защиту сада, о котором заботился Хиен, он зафиксировал свой взгляд на земле. Уничтоженные растения печалили, но сейчас перед ним было нечто более важное. Недовольный командир Десятого Корпуса. Он, который ударил Хиена только потому, что тот был перед ним, сильно нахмурившись, пробормотал. — Я уже растерялся, но все... Хиен просто опустил голову. Командир Десятого Корпуса — это демон, который любит демонстрировать свою силу. Если бы он выстоял, как мог, против командиров Первого или Третьего Корпусов, это бы только еще больше спровоцировало его. Поэтому Хиен делал вид, что не может встать, и опускал голову. — А... — Что? Странный, незнакомый и очень слабый голос прозвучал издалека. До этого момента все понятно. Это мог быть только что прибывший сюда сопровождающий, случайно наткнувшийся на эту сцену. Проблема заключалась в реакции командира Десятого Корпуса. — Уф!.. Рефлекторно Хиен поднял голову. Неужели он неправильно расслышал? Но выражение лица командира Десятого Корпуса было слишком суровым, чтобы ошибиться. Взгляд чистого ужаса. Почти непроизвольно Хиен проследил за взглядом командира Десятого Корпуса и увидел "человека". Хрупкое, стройное тело, которое было каким угодно, только не нормальным. Белые волосы и ярко-красные глаза. Ко всему прочему, бледная кожа. Если бы не способность чувствовать от него магическую силу, можно было бы и не подумать, что это человек. «...Теперь, когда я думаю об этом». Недавно вокруг замка Короля Демонов начали вихриться слухи, похожие на бурю. Неясно, когда именно, но это могло произойти вскоре после окончания войны с Героем. [Я слышал, что кто-то, кроме Короля Демонов, убил Героя]. [Король Демонов пытался завербовать его прямо тогда на поле боя]. [Они даже сказали, что это был человек]. «Это он». Главный герой этих слухов, который, как считалось, был лишь чьей-то фантазией. Это был он, — кричала интуиция Хиена. Именно слова и действия командира Десятого Корпуса вгоняли его в ступор. — Что... почему... вы здесь... — Я слышал, что здесь есть садовник, поэтому я пришел, чтобы увидеть его... но, похоже, я пришел не вовремя. — О, нет. Человек, к которому даже командир корпуса относится с осторожностью. Это значит, что этот человек либо сильнее, либо занимает более высокое положение. Если подумать, то, похоже, до него дошел слух, что этот человек получил должность командира Нулевого Корпуса. Командир Десятого Корпуса, размахивавший руками, поспешно отступил, сказав, что оставит их наедине с их разговором. Человек из слухов подошел ко мне со спокойным шагом. Он сказал, что пришел повидаться со мной. Мне интересно, какова его цель, но я не ожидаю многого. «Да, это потому, что я — инкуб». Этот человек — командир Нулевого Корпуса. Каковы шансы, что он будет добр ко мне? «Я думал только об этом». ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Командир Нулевого корпуса Деон Харт (2) — Приятно с тобой познакомиться! Я слышал, что ты садовник, который ухаживает почти за всеми растениями в замке Короля Демонов. Это правда? Тон голоса был теплым и дружелюбным. Хиен, забыв о собственной ситуации, которая с ним приключилась, в оцепенении поднял голову, чтобы посмотреть на командира Нулевого Корпуса. ...То, что сейчас происходило, имело настолько малую вероятность. Это было просто абсурдно. Доброта, проявленная командиром Нулевого Корпуса, превзошла все его ожидания. — Замок Короля Демонов довольно большой, это удивительно. У Хиена было такое негативное представление об этом человеке. Он был признан Королем Демонов и назначен командиром Нулевого Корпуса. Даже если бы он был высокомерным, никто не мог бы ничего об этом сказать. Несмотря на это, он говорил вежливо и с уважением к другому демону. «Это поведение сильного человека, о котором я слышал только в рассказах?..» Когда кому-то не хватает уверенности в себе, он будет преувеличивать собственные способности и повышать голос, чтобы любым способом сокрушить своего противника. В этом смысле командир Нулевого Корпуса был уверен в себе, о чем свидетельствовали его слова и действия. — Мне интересно узнать о растениях в замке Короля Демонов, ничего, если я попрошу провести мне экскурсию? Он не только признал опытность Хиена, но и попросил провести экскурсию, вместо того, чтобы просто приказать. В этот момент жесткое лицо Хиена расслабилось, и он улыбнулся. [Как его звали?] [Я не расслышал, повтори ещё раз.] [Демон Арут.] Имя, более похожее на демоническое, чем настоящее имя демона. В тот день Хиен несколько раз повторил это имя внутри своего сознания. После этого он попытался подойти к нему ближе. Нет, он не осмелился подойти ближе. Он просто пытался уговорить его прогуляться в саду, потому что беспокоился о здоровье человека, который оставался только в своей комнате. Сэр Арут, в отличие от других командиров корпусов, не проигнорировал мои слова. Также не было насилия или словесных оскорблений. Он часто гулял в саду, отвечая стабильно с жестким выражением лица. Хотя Демон Арут мог бы выгнать его или хотя бы оттолкнуть, чтобы побыть одному, он все равно заботился о том, чтобы я ходил и сопровождал его на прогулках. Вот почему я, казалось, стал чувствовать себя очень комфортно. «Как смел инкуб вроде меня…» «Совершить такую ошибку». Сегодня я зашёл слишком далеко со своими словами. *** Я до сих пор сожалею о том, что произошло в тот день. Изначально я просто случайно увидел сад издалека, прежде чем войти в замок Короля Демонов, и именно так я узнал о существовании садовника в разговоре с Королем Демонов. Мне следовало просто оставить это и двигаться дальше. Но я, который ничего не знал, был счастлив. Даже в таком месте, как замок Короля Демонов, есть такая мирная работа, как садовник. Я должен был довольствоваться тем, что видел что-то нормальное в этом месте, полном демонических существ, склонных к насилию и кровопролитию. Но я был настолько взволнован, что прошел через всевозможные процедуры только для того, чтобы найти его. И мне удалось встретить мужчину, который оказался более привлекательным, чем я предполагал. — Приятно с тобой познакомиться! Я слышал, что ты садовник, который ухаживает почти за всеми растениями в замке Короля Демонов. Это правда? Это гнездо демонов. Какими бы незначительными они ни казались, они всегда будут сильнее меня, поэтому уважительные слова крайне важны. Это моя вина, что я нервничал, и если бы я пострадал, то винить пришлось бы только себя. — Замок Короля Демонов довольно большой, это удивительно. Мне трудно использовать слишком лестные слова. Это может вызвать проблемы, если я покажусь слишком неискренним. Лучше показать уважение и одобрение. Конечно, я должен быть осторожен, чтобы не переусердствовать и не показаться фальшивым. Имея это в виду, я сделал короткую паузу, скомпоновал свое выражение лица и заговорил снова. — Мне интересно узнать о растениях в замке Короля Демонов, ничего, если я попрошу провести мне экскурсию? На мгновение выражение его лица было пустым, но затем на лице садовника расцвела улыбка. Он с радостью согласился, а затем показал мне весь сад. Ему было все равно, что я человек, он показал мне все свои растения в саду и произнёс их названия. А потом я увидел ад. Демоны есть, демоны, в конце концов! Это болезненная цитата, которая была выгравирована в моей жизненной философии. С того дня, когда бы мы ни встречались, Хиен всегда предлагал прогуляться по саду. Я не мог отказаться, иначе он мог использовать свои мощные растения, чтобы причинить мне боль. Поэтому я шел, стиснув зубы и наслаждаясь видом растений, за которыми он с такой любовью ухаживал. Конечно, Хиен, демон, который предложил мне прогуляться, должен был быть рядом со мной. Что мне делать, если эти ужасные растения попытаются съесть меня, когда этого парня не будет рядом? Я не могу умереть в одиночестве! Если мне придется умереть, давай умрем вместе! В общем, примерно так я и думал. ...По какой-то причине, чем больше проходит времени, тем больше кажется, что он становится ближе ко мне. *** Я уставился на Хиена с обеспокоенным выражением лица, недоумевая, почему он снова извиняется. Я все еще не мог понять, что произошло, поэтому, нахмурив брови, начал вспоминать предыдущую ситуацию. Что произошло до того, как он извинился? ...Ничего не произошло. «Действительно, ничего не произошло». Я молчал, и он тоже. Просто молчание было слишком долгим. А потом наши глаза встретились, и он извинился... «...Ни за что». Неужели он предлагает вместо того, чтобы извиняться, пойти вместе прогуляться по саду, даже если это займет больше времени? Разве от этого не трудно отказаться? Этот парень... Я думал, что он упрямый, но теперь вижу, что он просто прямолинеен. Что ж, всё в порядке. До сих пор я выживал каждый раз, так что пока не будет проблем в этот раз, я смогу выжить. Я быстро привёл в порядок свой разум, а затем посмотрел вниз на Хиена, который все еще склонял голову. — Тебе не нужно этого делать. Пожалуйста, подними свою голову. Он медленно поднял голову. Я увидел все еще жесткое выражение на его лице, поэтому кивнул головой. «Я иду, я иду, я иду, так что расслабь выражение на своём лице». — Итак, где новые цветы, которые ты купил на этот раз? — ...Э-э?! Он не ответил. Я начал уверенно идти в сторону сада. Хиену, который следовал за мной в оцепенении, я четко сказал, как бы давая заверение: Я сказал тебе, что хочу пойти посмотреть на цветы. Разве ты не собираешься направлять меня? — А-а-а! Конечно! Хиен неистово искал факел. В отличие от демонов, которые привыкли к ночи, мне, человеку, нужен факел, чтобы внимательно наблюдать за растениями. Честно говоря, у меня нет желания пристально наблюдать за ними, но этот гадёныш всегда требовал, чтобы я пристально наблюдал за ними. Конечно, он не говорил этого прямо, но ведь не зря же существует фраза "молчаливое давление". После взволнованных объяснений о растениях он смотрел на меня этими сияющими глазами. Как я мог игнорировать это? — Тогда, пожалуйста, следуйте за мной! Хиен, держащий факел, казалось, восстановил свою энергию и широко улыбнулся, как будто ничего не произошло. Он быстро пришел в себя, и я подумал, почему он извинился раньше? Такие мысли приходили мне в голову, пока я, не задумываясь, следовал за ним. Я остановился на мгновение и посмотрел вниз на свои пустые руки. Затем я взял факел у Хиена и крепко держал его, следуя по его примеру в сторону западного сада. Как всегда, там ненормально, мерзко и страшно. Жуткое чувство, когда растения вот так смотрят на меня... Пока я быстро шёл, чтобы скрыться из виду, глаза двигались и пристально смотрели на меня. Я был так напуган, что чуть не уронил факел. — Хм, сэр Арут. — Да? — Я могу держать факел... — Все в порядке. Ха, он пытается забрать мое оружие? Я крепче сжал факел в руке. Все эти растения плотоядные, но, в конечном счете, они просто "растения". Они ничего не могут сделать, как только их сожгут. Так что это мое оружие и мой спасательный круг. Я не могу допустить, чтобы его так просто отняли. — Сколько еще нам осталось идти? Я медленно теряю свои ментальные силы. Когда я уже был готов рухнуть от изнеможения, пытаясь сохранить самообладание, Хиен, к счастью, указал куда-то пальцем. — Мы почти пришли, это вон там. Мои глаза сфокусировались на том месте, куда указывал его палец. — О... Мой рот открылся в изумлении. Это было не просто удивление. Это был подавленный крик. Самый громкий крик, на который только что была способна моя онемевшая голова. «Что это, черт возьми, такое! Это растение?» Ты с ума сошел! В каком месте это похоже на растение? Неправильно. Это не нормально. Я должен выбраться отсюда прямо сейчас... — Сэр Арут? — ...Э-э-э... Я едва удержался от того, чтобы не сделать шаг назад. Я не уверен, насколько мне повезло, что мое лицо от природы бледное, так что на нём не видно, даже если оно становится бледнее. Если бы мой цвет лица был нормальным, бледность была бы заметна. Моя реакция была совершенно естественной. Даже если бы это был кто-то другой, он бы отреагировал так же, как и я. Это не растение! Это животное! Казалось, что оно пытается убежать, как человек с застрявшими в земле ногами, оскалившись. — Кееееее! ...Я должен поправить себя. Оно ещё и светилось. — Почему растение кричит?! О нет, я случайно заговорил неформальным тоном! Отложив в сторону свои опасения по поводу того, что делать, если он разозлится, Хиен сосредоточился на содержании, а не на тоне моих слов. — Они называются плотоядными растениями. Сэр Арут, похоже, не заметил их, потому что он так слаб, но даже с такого расстояния эти крики содержат светлую энергию. И более слабые демоны замерзли бы и стали неспособными к бегству, если бы услышали это. «...» — Повезло, что они "плотоядные" растения. И не едят демонов, поэтому мне не придется беспокоиться о том, что демоны в замке Короля Демонов будут съедены. Нет, скорее наоборот. Эта штука не слабая, просто я слишком слаб, чтобы даже почувствовать энергию. Ты можешь, пожалуйста, помнить, что я не демон? Нет, более того, эта штука только что, и вода, капающая с её цветов, — слюна? Так вот что это такое?! Оно было в ярости, это существо, это чудовище, нет, это растение, когда оно дико трясло свой стебель. Если он правильно изогнется, то сможет дотянуться сюда... Квах! — Ииик! Я едва увернулся от него! — Какой диапазон! — Хаха, похоже, даже Сэр Арут удивился. У него определенно большой радиус действия, верно? Думаю, он может покрыть около 10 м. Сейчас он активно размножается, так что скоро он сможет полностью покрыть замок Короля Демонов. Вы можете с нетерпением ждать этого. Тогда как же мне реагировать? Ты пытаешься убить меня? Я должен был подать заявление об отставке независимо от того, сбегу я или нет. Нет, я должен сделать это сейчас. Я должен выбраться из этого безумного места как можно скорее. Это не то место, где могут жить люди. Тот факт, что я не чувствовал страха монстра, казалось, сработал неожиданным образом. Обычно я бы колебался и готовился к такой ситуации, но сейчас я действую без колебаний. Другими словами, я сейчас не в своем уме. — Пойдём. Где сейчас Король Демонов? Если бы мое тело было сильным, я бы доверял и полагался на него, но, к сожалению, мое тело ниже среднего. Для меня, которому нужно быть осторожным, чтобы выжить, замок Короля Демонов — худшая среда. Поэтому сейчас я пытаюсь пойти и подать заявление об отставке, но по какой-то причине одна из моих ног не двигалась, как будто она прилипла к земле. — Сэр Арут! — ...Да? Вжух! Звук ветра зачесал мои уши. Мое зрение начало расплываться, а когда оно остановилось, мир был перевернут вверх ногами. О, я вишу вверх ногами. Подождите, что? — ...Сумасшедший! Передо мной гигантский бутон цветка хлопал своими гротескными клыками, обнажая отвратительные зубы. Стебель крепко обхватил мою лодыжку, не давая мне возможности уйти. Эта ситуация… ну, это возможность исследовать желудок плотоядного растения... ...Насильно. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Командир Нулевого корпуса Деон Харт (3) Как ни странно, несмотря на невообразимую ситуацию, моя рука крепко держалась за "спасательный круг". Ярко горящий факел в моей руке был настолько ошеломляющим, что прежде чем я успел подумать или заговорить, я замахнулся им на ветку, опутывающую мои ноги. — Киииииии! С криком, который, казалось, разрывал мои барабанные перепонки, ветка отцепилась от моей лодыжки. Отлично! Я был прав, когда сам держал факел! Я никогда не думал, что он мне понадобится, но... «Но... Почему у меня холодная спина?» Отвратительный цветок, казалось, становился всё дальше и дальше... Нет, это хорошо, что он становится всё дальше и дальше, но что-то... «Подождите! Я падаю!!!» Как высоко я находился? У этого монстра радиус покрытия 10 метров, так что я должен был быть близок к 10 метрам. «...Хаха, чёрт». Спасите меня, кто-нибудь! Хотя я был напуган до такой степени, что моё сердце выпрыгивало из груди, моё тело, натренированное в боях, спокойно готовилось к падению. Даже если я сломаю кости в нескольких местах, это будет лучше, чем сломать шею. Я пытался правильно подгадать время падения и приготовился сгруппироваться, но кто-то поймал меня. — С-сэр А-Арут! Вы в порядке?! Вы где-нибудь ранены? Где вы ранены? Это я должен быть удивлен, но почему это ТЫ заикаешься? Ты что, чёрт возьми, язык прикусил? Мне хотелось прямо сейчас затолкать этого ублюдка, виновника всего произошедшего, в желудок этого плотоядного растения, но я сдержался. Не потому, что противник сильнее меня... Я поднял глаза и увидел Хиена, который крепко держал меня, приподняв мою голову своими руками. «...Я спущу тебя с крючка только на этот раз». Он легко поймал меня после того, как я упал с такой высоты. Хотя я относительно лёгкий, вес моего тела всё ещё находится в пределах нормы для взрослого человека, но, как и ожидалось, демоны остаются демонами. — Сэр Арут? — ...Всё хорошо... Я в порядке. Я медленно отпрянул от него. Приняв мою реакцию, основанную на инстинкте выживания, за сигнал опустить меня на землю, Хиен осторожно опустил меня. Как только я оказался на земле, мир начал трястись. Я закрыл глаза на мгновение, чтобы успокоить свои качающиеся ноги, прежде чем опустить руку и посмотреть на Хиена. И... «...» У меня не было выбора, кроме как молчать. За спиной Хиена фон, который должен был быть смесью серебристого лунного света и тёмной ночи, окрасился в красный цвет. Запах горящего дерева проникал в мой нос, а жар обжигал кожу. Линия холодного пота пробежала по моей спине. Не потому, что жарко... «Это... моя вина?» Сад горел из-за факела, моего спасательного круга, который я отпустил, когда падал. *** «Сегодня я умру». «Нет, я точно умру». Хиен слабо опустил голову под жаром, который коснулся его кожи. Растение, за которым я ухаживал, пыталось съесть Сэра Арута. Конечно, Сэр Арут не попался бы просто так в эту западню, очевидно, что растение не понравилось ему. Иначе у него не было бы причин пострадать от такого пустякового нападения. Ему не нравилось это растение, нет, ему не нравился сам сад, поэтому он искал причину, чтобы сжечь его. Может быть, ему самому не нравился Хиен. Садовник виноват в ошибках растения. Независимо от любых других мотивов сэра Арута, растение, за которым я ухаживал, напало первым, а сэр Арут, который был атакован и не имел другого выбора, кроме как защищаться. В результате, он не мог обвинить сэра Арута в том, что сад был сожжен, и был поставлен в ситуацию, когда должен был взять ответственность на себя. В первую очередь, я даже не думал обвинять сэра Арута в том, что сад был сожжён. «Если он ему не понравился, значит, это моя вина». Обычно он очень добрый человек. Бен, его врач, сказал то же самое, когда хвастался этим. Так что, если он был разгневан, значит я сделал что-то против его воли со своей стороны. Я был настроен решительно, но я всё ещё боюсь смерти. Я коснулся лица, которое, должно быть, побледнело, и прикусил губу, глядя на спину сэра Арута. Трудно сказать, потому ли, что это со спины, или потому, что я не вижу выражения его лица, но атмосфера вокруг него, кажется, отличается от обычного сэра Арута. «Нет, нет. Сейчас не время обращать внимание на атмосферу». Пришло время приносить извинения. Он согнулся в пояснице в сторону того, кто смотрел только на пламя, пожирающее сад, не оглядываясь назад. — Мне жаль. Медленно, туфли, из которых был виден только каблук, повернулись. Хиен плотно закрыл глаза, глядя на обувь другого человека, стоящего перед ним. *** Ух ты, как хорошо горит. Так вот как выглядят те фермеры, которые поджигают фермы в горах, чтобы спастись от вымогательских налогов своего лорда? Проблема в том, что это не горы, это замок Короля Демонов, и здесь нельзя заниматься сельским хозяйством. «Что же мне делать?..» Горит хорошо, слишком хорошо. Ужасающие плотоядные растения, напавшие на меня, уже полностью поглощены пламенем и больше не издают своих гротескных звуков, а другие гротескные растения вокруг также беззвучно исчезли в огне. Несмотря на то, что огонь уже поглотил половину западного сада, он всё ещё жадно расширял свой ареал, пожирая оставшиеся растения, как будто не был удовлетворен. Я чувствую холодный взгляд на своем затылке. Должно быть, это Хиен. У меня не хватило смелости оглянуться, чтобы посмотреть, какое у него выражение лица, поэтому я просто уставилась на красный сад в полуобморочном состоянии. А, точно. Этого нельзя отрицать. Это побег от реальности. Это сад замка Короля Демонов, а садовник, конечно же, демон. Этого нельзя забывать. «Кто-нибудь может потушить этот огонь? Кто-нибудь, пожалуйста». Я молился в своём сердце, надеясь, чтобы хотя бы пошёл дождь, когда услышал слабый голос позади себя. — Мне жаль. «?..» Должно быть, я ослышался. Конечно, это та ситуация, когда я должен извиниться, но почему извиняется именно он? В то время как мои уши настаивают на том, что я услышал всё правильно, моя голова настаивает на том, что я ослышался, поэтому я медленно повернулся, чтобы подтвердить истину. К счастью, в поле моего зрения попал не Хиен с сердитым выражением лица, а Хиен с согнутой спиной. Несмотря на то, что я испытал полуоблегчение, я ничего не понял и промолчал, но он сам добавил объяснение. — Я не знал что эти растения… Вернее, этот сад не понравился вам. «...» — А может быть, вы на меня сердитесь... — Нет, это не так. Неужели я выгляжу таким бесчувственным человеком? Я положил руку на лицо и снова посмотрел на Хиена. В любом случае, он имел в виду, что думал, что я поджёг те плотоядные растения или сам сад, потому что они мне не понравились, и всё же он извинился. — Вы с ума сошли? — Мне жаль. — Я не это имел в виду... Теперь, когда я думаю об этом, этот парень — подхалим. В любом случае, глядя на ситуацию, кажется, что он не будет сердиться на меня из-за этого. Я думаю, что у меня больше шансов выжить при таких обстоятельствах, чем если бы я случайно упустил факел. Ну, что мне теперь сказать? — ...Сад не особенно радует меня, но это не то, что мне не нравится. Нет, если честно, мне он не нравится. Я его ненавижу! Это безумие! Однако невозможно попросить садовника замка Короля Демонов вырастить обычные цветы человеческого мира, такие как розы и лилии, так что же мне делать? Мне придется смириться с этим. — Тогда... — Также, я был бы признателен, если бы ты воздержался от выращивания того растения, которое показывал мне ранее. — О, конечно! Я понимаю. Я избавлюсь от всех семян. Если ты избавишься от них здесь, меня не касается, если ты начнёшь выращивать их у себя дома. В любом случае, кажется, что ситуация разрешилась, но за спокойным выражением лица Хиена появилась тень. Это определенно человек или демон. Мне стало интересно, кто это, и когда я прищурился, чтобы разглядеть, из тени раздался голос. Очень знакомый голос. — Что это за огонь? Тело Хиена напряглось. Этого не было видно, но я тоже замер. Это понятно, потому что этот голос определенно... — Кто это сделал? Это было сделано намеренно? Он принадлежал единственному и неповторимому королю Королевства Демонов, широко известному как Король Демонов, который, как говорят, является сильнейшим из всех времен. — Эх, почему Король Демонов здесь... — Хм, мой замок в огне, а ты хочешь, чтобы я стоял на месте? Король Демонов, который резко оборвал вопрос Хиена, повернул голову. Его глаза, которые медленно двигались, один раз посмотрели на огонь, а затем бросили особенно жуткий взгляд на меня и садовника. Его глаза, которые были равнодушными, когда он смотрел на Хиена, изменились, как только он посмотрел на меня. — Мне было интересно, почему никто не тушит огонь, хотя всё полыхает... Он покачал головой и улыбнулся. Очевидно, в мою сторону. Неужели это оно? Сегодня будет такой же день, как и мой день поминовения. Как и ожидалось, Король Демонов произнёс моё имя. Возможно, это потому, что вокруг были другие люди, но это было не моё настоящее имя, а имя, известное в Королевстве Демонов. — Ты был здесь, Арут. В то же время, когда Король Демонов взмахнул рукой, густой дым вокруг меня отхлынул и исчез. Только тогда я смог ясно видеть. Вокруг было множество демонов. Они смотрели в мою сторону с обеспокоенным выражением лица, не в силах что-либо сделать. Нет, если бы вы пришли раньше, вы должны были бы сразу же потушить огонь. Почему вы стоите здесь и смотрите? Благодаря вам Король Демонов здесь. — Итак, что тебе не понравилось? «?..» — Ты злишься на садовника, или ты недоволен садом? Я могу убить его, если ты хочешь. Так что ты хочешь, чтобы я сделал? Нет, подождите минутку. Я слышал, что сам Король Демонов привёл этого садовника в замок. Так почему он с такой легкостью собирается его убить? На его лице не было улыбки, чтобы принять это за шутку. Я озадаченно оглянулся на Хиена, но тот, которому пришлось бы тщательно умолять или защищаться, спокойно склонил голову, словно соглашаясь с любым решением. В таком темпе, я чувствовал, что Король Демонов убьёт Хиена, поэтому я поспешно открыл рот. — Дело не в том, что я злюсь на садовника, и не в том, что я ненавижу сад. — Тогда почему? ...Нет, сначала другой вопрос. Могу я потушить огонь? — А? Да. Я кивнул головой в оцепенении, и те, кто ждал, бросились к нам и начали колдовать. Массивные капли воды возникали из ниоткуда и лились вниз все сразу. У одного-двух человек на это ушло бы много времени, но с таким количеством людей огонь был потушен в одно мгновение. Раз вы смогли сделать это быстро, тогда почему... — Тогда почему ты поджёг сад? Здесь я сделал паузу на мгновение. Во-первых, у меня нет причин говорить о недоразумении Хиена своими собственными устами перед всеми этими людьми. Должен ли я тогда сказать правду? «Как он отреагирует, если я скажу ему, что чуть не умер из-за одного растения?» «Ты настолько слаб, что тебя чуть не убило маленькое незначительное растение», — нет, возможно, он попытается убить меня, говоря: «Ты сжёг мой сад только из-за этого?» Однако я не могу не ответить на вопрос Короля Демонов. Я некоторое время думал, что ответить, как вдруг вмешался Хиен и объяснил вместо меня. — Растение, которое я подобрал в этот раз, напало на сэра Арута. Поэтому сэр Арут в гневе поджёг его. «...» Эй, он шпион! Кто его послал? Революционная армия? Или его послали дворяне Империи? Я думал, как ответить, чтобы слухи не распространились, но он снова открыл рот после короткой паузы, как будто не закончил говорить. Его голос слегка дрожал. — Это моя вина. Я не обучил их должным образом. Слово "обучить" совсем не подходит к растениям, но никто здесь, похоже, не почувствовал ничего странного. Ну, оно было больше похоже на животное, чем на растение, учитывая, как оно выглядело некоторое время назад. — Уф. В этот момент короткий стон пронзил мои уши. Когда я внезапно поднял голову, то увидел, что Король Демонов поднимает Хиена за шею одной рукой... Садовник исказил своё лицо, так как его дыхание прервалось, но он не сопротивлялся. «Чёрт, я схожу с ума. Я мог бы поступить лучше, но почему...» Атмосфера отличалась от той, что была в начале. Она была тяжелой и серьезной настолько, что человек мог потерять сознание. Пока я терял дар речи, Король Демонов, который держал Хиена за шею, повернул голову и посмотрел на меня. Его лицо, которое было очень серьезным, когда он смотрел на Хиена, явно смягчилось, когда он повернулся в мою сторону. Нет, он даже улыбался. — Что мне делать? — ...Что? — Должен ли я убить его? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Нулевой Командир Корпуса Деон Хардт (4) Его тон был непринуждённым, как будто он приглашал меня на обед. Его голос был настолько простым и лёгким, что я чуть было не ответил, но быстро закрыл рот и сделал шаг назад. Увидев мою реакцию, Король Демонов в недоумении поднял бровь, но быстро понял, что сейчас не время об этом беспокоиться От моих слов зависела чья-то жизнь. Ещё с момента, когда я вошёл в замок Короля Демонов, я всегда должен был подбирать слова, но в этот момент я напряг свои навыки красноречия настолько, насколько это возможно. Правда… — Я схожу с ума… — Что, прости? — Я говорю, всё уже кончено. Король Демонов пробормотал: "Кажется, я слышал что-то странное", но затем его внимание привлекла последняя моя реплика. — Тогда что мы должны сделать? — Не выращивать это растение. Оно слишком слабое. — Что? Недовольство промелькнуло на лице Короля Демонов: Оно напало на тебя, и этим дело не ограничивается. Ты важная персона, и поэтому никто не должен относиться к тебе легкомысленно. Но что если тебя застанут врасплох и ранят? Это огромное понижение в классе, от того, кого ты никогда не победишь, до того, кого, как ты думаешь, ты сможешь победить, если правильно разыграешь карты. И ты позволишь ему избежать наказания? Как бы я тебя ни уважал, это не нормально. Ты должен, по крайней мере, отрезать ему конечность. Я не знаю, с чего начать: с идеи отрезать конечности Хиену или с темы уважения ко мне. Я чувствую, что у меня поднимается кровяное давление, потому что мне сказали что-то настолько нелепое. …Полагаю, что не моё настроение стало причиной кровотечения из носа. — Арут?! В панике, Король Демонов бросил Хиена и зашагал ко мне. Хиен, упавший на пол в оцепенении, смотрел на… — Сэр Арут! Что ты делаешь. Просто лежи и не двигайся. Он пытался встать, хромая на одной ноге, как будто хотел дотянуться до меня. Земля под моими ногами дрожала. Я вспомнил, как пару минут назад болтался вверх ногами на проклятом растении. Неудивительно, что к моей голове прильнуло столько крови. Прикрыв рукой искалеченную нижнюю часть туловища, я скрючился и упёрся ногами в землю, пытаясь удержать равновесие. Моя хрупкая кожа горит, а глаза щиплет от огня. Моё зрение затуманено, а лодыжки болят от стеблей растения. Чёрт бы побрал это слабое тело. — Сэр Арут... держитесь! — Арут... ты... слышишь... мой... голос? Прямо новый рекорд. Проклятье. Среди приглушенных голосов я медленно закрыл глаза, проклиная своё вялое тело. На мгновение мне показалось, что я услышал голос Бена позади себя, прежде чем закрыл глаза, и прежде чем успел оценить его подлинность, темнота навалилась на меня. Его комната находится далеко отсюда, так что откуда он мог знать, и даже если бы кто-то вызвал его, он не смог бы добраться сюда за такое короткое время. *** Открыв глаза, я увидел очень знакомый потолок. Закатив глаза ещё немного, я посмотрел на стены и увидел гигантские пазлы в рамках... Это 100% моя комната. Хм. Недолго думая, я попытался подняться и издал короткий стон от слабой боли, пронзившей мое тело. Затем я услышал знакомый голос в комнате, которую я считал пустой. — Вам будет довольно неудобно некоторое время. — ...Бен? — Да, сэр Арут. Бен, который сидел за столом в центре комнаты и готовил лекарство, отодвинул свой стул и встал. Он подошёл ко мне, проверил мои глаза, и со слабым вздохом взял меня за руку и поднял. Рука была тщательно обмотана белыми бинтами до самых кончиков пальцев. — Как Вы можете видеть, — сказал он, — у вас лёгкие, но покрывающие всё тело ожоги. — ... — Ваши глаза также немного побагровели от долгого созерцания огня. К счастью, они восстанавливаются. В противном случае они могли бы быть повреждены навсегда. — ...Ух, хорошо. — Зачем человеку, чья кожа краснеет после 20 минут воздействия солнечного света, устраивать пожар? Если вы злились, почему просто не убили того, кто вас разозлил? Всегда ли он был таким радикальным?... Не был ли он немного, что ли, мягкотелым? Но настроение, мягко говоря, не совсем правильное. Посмотрите на эти глаза. Они пылают сильнее, чем пламя в саду. И эмоции в них... гнев?! Это немного несправедливо, но мне лучше поскорее уйти от этой темы. Я отчаянно ломал голову, а потом вспомнил. Я услышал голос Бена, который, как мне показалось, я узнал во время обморока. — Бен. Ты был тогда в саду, когда у меня шла кровь из носа? — Да? Я не знаю, почему вы спрашиваете, ведь вы разговаривали со мной. — ?.. *** Только когда я поговорил с Беном, я понял, что произошло. Короче говоря, я был не в себе. Я столкнулся с Королём Демонов в полуобморочном состоянии, и в результате Хиен выжил без потери конечностей. По словам Бена, я дерзко разговаривал с Королём Демонов. Если ты уважаешь меня, почему бы тебе не уважить меня и дальше. Точнее, мои слова были: «Ты сказал, что уважаешь меня», и когда Король Демонов ответил: «Да, уважаю», я сказал: «Тогда почему бы тебе не уважать меня и дальше?» Тогда Король Демонов спросил: «Что?», и я якобы указал пальцем на Хиена с нахальным замечанием: «О чём же я могу говорить?» О, это я использовал слово "нахальным". Бен ни за что в жизни не сказал бы такой дерзкой вещи. Несмотря ни на что, факт остается фактом: я осмелился сказать и сделать такие вещи перед Королём Демонов. Я напряг мышцы лица и едва успел заговорить, пока Бен смотрел на меня с озадаченным выражением лица. Я был не в силах сдержать своё разочарование. — У тебя хорошая память... — Спасибо. На самом деле, я не думаю, что кто-то из нас, кто был там в то время, когда-нибудь забудет эту сцену, сколько бы времени ни прошло. Это значит, что она была напряженной. О, я хочу остаться один. Я хочу, чтобы это всё было неправдой. Я молча зарылся лицом в подушку. Я не могу поверить, что совершил такой ужасный поступок, и хочу отрицать его, если смогу. Если бы я помнил, что произошло, я бы сделал всё, чтобы забыть об этом. Поэтому не совсем беспричинно то, что я потерял память. О, я больше не хочу об этом думать. Я просто не хочу об этом думать. Единственная хорошая вещь — это то, что количество людей, которые пытаются поговорить со мной в Замке Демона, крайне ограничено. Так что пока я держу рот на замке, никто больше не будет говорить со мной об этом. Так я думал... — Ммм... Я сел на кровать, обнял подушку и сжал брови так сильно, как только мог. Если кто-то не мог сказать, глядя на меня, что я несчастен, значит, он не обращал на меня внимания. Сейчас мне очень некомфортно. Если кто-нибудь заговорит со мной, я разорву его на части со всей силы. Причина, по которой я так себя чувствую, заключается в демонах, с которыми я общался раньше. Их очень ограниченное количество, и все они упоминали о работе в саду. Все до единого! Все до единого! [Я решил оставить его в живых из уважения к тебя, как ты и попросил]. Даже Король Демонов, который пришел навестить меня. [Сэр Арут, я очень ценю то, что вы сделали для меня тогда, и извините, я не хотел доставлять вам неприятности…] И садовник Хиен, который всегда был единственным, кто обращал внимание. Даже Бен, врач, который приходил каждый день, чтобы осмотреть мои раны, при любой возможности упоминал о случае в саду. [Я уверен, что многие люди были впечатлены тем, что вы остановили Короля Демонов, чтобы спасти жизнь садовника]. Вы что, ребята, сговорились?! Как вы все можете быть такими слепыми? Это черта демонов? — Ппфффф. — Вам нездоровиться?.. — Нет, мне хорошо. Сегодня рядом со мной Бен менял мне повязки. Ну, я оставлю это на потом, но, кажется, в последние дни он делает это реже. Кончики пальцев Бена дергались всякий раз, когда я сужал бровь, и я не уверен, куда делась та свирепость, с которой он обычно укорял меня, когда я впервые проснулся после происшествия с садом. Кстати, я думал, что у меня серьёзные ожоги всего тела, но на самом деле у меня были лёгкие ожоги лишь в некоторых местах. Я не прыгал в огонь, я просто ненадолго подвергся воздействию жара, и мне стыдно за себя. Я хотел бы забыть это воспоминание, но его невозможно забыть из-за шрамов, поэтому я предпочел бы иметь искажение памяти и помнить, что я был в прямом контакте с огнем, что было бы менее постыдно. Но, увы, такого чуда не произошло. Отчаянно пытаясь думать о чём-то другом, чтобы как-то отогнать стыд, я вдруг вспомнил вопрос, который у меня уже был. — …Кстати, Бен. — Да. — Между твоей комнатой и западным садом довольно большое расстояние, не так ли? — Да, это так. — Тогда как ты добрался до того места, где я нахожусь, за такое короткое время? Это странно, если подумать. С того дня, как я отдал Королю Демонов письмо о своей отставке, если мне становилось плохо или больно, Бен приходил ко мне как призрак. Тогда я думал, что это иллюзия, но, судя по его появлению в саду в этот раз, похоже, что это не так. Я уставился на Бена с явным подозрением. Он несколько раз моргнул, как будто мой взгляд был ему неприятен, но потом улыбнулся и снял ожерелье с шеи. — Благодаря этому. Это было ожерелье, усыпанное камнями размером с монету, которые излучали странное свечение. На первый взгляд, это простое украшение на обычном ожерелье, но в нём есть что-то странное, притягивающее взгляд. Я видел это раньше. Я уверен, что помню его. ...Ах. — Волшебный камень? — Да. Он содержит несколько капель крови Короля Демонов и его магию. Если качество, скорость или поток крови, протекающей через тело сэра Арута, покажется неправильным, я немедленно буду предупрежден. Я испробовал много способов, чтобы предотвратить повторение подобного. В последний раз это случилось, когда меня вырвало кровью перед Королём Демонов... Этот камень даже говорит ему, где я нахожусь. Он притворяется, что это не так, но я вижу, что он гордится собой, и я не мог не пробормотать робко про себя. «Ты сумасшедший ублюдок. Когда ты взял мою кровь?» Поскольку я молчал, в комнате, естественно, воцарилась тишина. Потенциально неловкая атмосфера смягчилась, когда Бен сменил тему. — Вы сегодня снова будете есть в своей комнате? — Ну... Я всегда так делаю... — Я никогда не просил вас оставаться в постели. Именно так. Вот уже три дня я сижу в своей комнате и не выхожу из неё. Так было большую часть моего пребывания в замке Короля Демонов, но Бену, похоже, это не нравилось. Когда он старательно завязывал концы бинтов, он заговорил хрипловатым голосом. — Я сегодня проверил рацион в столовой для командиров, и он неплох. — Я пациент... — Для начала это был незначительный ожог. Кроме того, лекарство, которое я использовал, было сделано из лучших ингредиентов, которые я смог достать у самого Короля Демонов, так что вы почти исцелились, а ваши глаза должны были прийти в норму. Лодыжка, повреждённая из-за стебля растения, теперь также не должна болеть при беге. — ... Он настолько прав, что я не знаю, как парировать его аргументы. Именно тогда я понял, что Бен — это переключатель. Переключатель, который заставляет обычно умеренного человека открывать рот и извергать яд. Здоровье. Какая рабочая этика. Возмущаться из-за чего-то, что не является чем-то другим. Конечно, не то чтобы я был счастлив или обеспокоен этим. Он просто выполняет волю Короля Демонов, но я все равно впечатлён. Кроме того, неприятности никуда сами собой не денутся. Я поджал губы и встал. — Я собираюсь переодеться, так что, пожалуйста, уходи. — Спасибо, что удовлетворили мою самонадеянную просьбу. Он уходит, явно вежливый до последнего. Невозможно ненавидеть его, когда он такой, и он должен это знать. Я ворчал про себя и открыл шкаф. Я взглянул на одежду, висевшую на вешалках. Все они были заполнены Королем Демонов и Капитаном Второго Корпуса. Что касается Короля Демонов, ну, это одно, но я не знаю, почему Командир Второго Корпуса так настаивает на том, чтобы одевать меня. Я уверен, что у неё хороший вкус, но я не намерен их носить. Если бы я их носил, она, вероятно, настояла бы на том, чтобы подобрать для меня новый наряд. Вздрогнув, я отпихнул одежду, которую купила мне Командир Второго Корпуса, и достал ту, что дал мне Король Демонов. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Нулевой Командир Корпуса Деон Хардт (5) Одетый в аккуратный черный костюм, я смело шагал к столовой командиров корпусов. Когда я проходил по коридорам, солдаты, заметившие меня, застывали и вскакивали, как будто увидели чудовище, которое превратит их в камень, если они посмотрят ему в глаза. Сначала я был ошеломлен и напуган, но теперь я благодарен. Вы, ребята, выглядите устрашающе. Я уже встречался с вами лоб в лоб, и мне казалось, что я превращусь в камень. Именно я, конечно, а не вы. Не обращая внимания на шквал взглядов, я остановился перед огромными воротами, и мужчины, охранявшие их, вздрогнули и стали дрожать, а затем стали по обе стороны от двери. — Сэр Арут, вы пришли пообедать? — Да. — Тогда я открою вам дверь. Большая дверь распахнулась плавно, без обычного "скрипа". Я шагнул внутрь, и на шумный ресторан опустилась тишина. Я выругался про себя, чувствуя все взгляды, устремлённые в мою сторону. Вот почему я не хотел приходить в столовую! Обладатель всех этих взглядов — Командиры Корпусов. Демоны, которые могут изменить ход битвы на поле боя одним только своим присутствием! — … — … Уф, что же делать? Сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие. Сначала нужно взять себе еду. Я шёл, стараясь делать вид, что мне всё равно. С каждым шагом за мной следовали напряженные взгляды, но я не отводил глаз от поваров, как будто не замечая всё остальное. По какой-то причине казалось, что повара двигаются быстрее. «Да, поторопитесь, если можете». Для меня это просто пытка — стоять в центре внимания, как сейчас. — Е-еда г-готова. П-приятного аппетита... Да-да-да-да. Я посмотрел вниз на поднос, который неудержимо трясся, затем вверх на повара. Ты тоже немного нервничаешь, как я погляжу... Я имею в виду, кто бы не нервничал, когда здесь собралась целая толпа Командиров Корпусов. Я улыбнулся, чтобы подбодрить его, и грохот подноса стал ещё громче. Я поднял руку, чтобы поймать тарелку, думая, что сейчас пролью еду... Упс. Пух! …Слишком высоко. Я думал, что буду нервничать меньше, чем шеф-повар передо мной, но, очевидно, я нервничал не меньше. Я поднял руку слишком быстро, слишком высоко, и поднос, посланный в полёт моей рукой, кувыркнулся в воздухе, разбрасывая еду и падая на пол. — ... — ... Наступила тишина, ещё более глубокая, чем раньше. Я издал короткий крик и провел рукой по лицу. Чёрт, мне конец. *** Ужасающий. Просто ужасающий. Именно эта мысль пронеслась в голове у всех присутствующих в ресторане в этот самый момент. Демон Арут. Человек, убивший последнего героя, Командир Нулевого Корпуса Армии Демонов, привезенный сюда самим Королём Демонов и, как говорят, настолько могущественный, что даже сам Король Демонов не смог его тронуть. Он внушает страх. Командиры Корпусов в этой комнате могут вас в этом заверить. Его обычная сдержанность? Не позволяйте этому убаюкать вас ложным чувством безопасности. Он просто не бушует в обычное время. Посмотрите на него сейчас. Только на днях он пощадил жизнь садовника. Из-за плотоядного цветка, которое напало на Командира Нулевого Корпуса, Хиен должен был быть казнён, так как не ухаживал за своими растениями должным образом, но Арут пощадил его. А в этот раз он отбросил поднос повара, потому что его "трясло". «Всё же, это немного слишком для его обычного поведения...» Командир Первого Корпуса Джакар молча точил свой нож, наблюдая за разворачивающейся перед ним сценой. «Он поджёг сад, что означает, что он был очень зол», — тихо промолвил Командир Первого Корпуса, наблюдая за разворачивающейся перед ним сценой. Он сделал паузу, как будто его ум остановился на наиболее подходящем предположении. «Что было бы, если бы он тогда не простил садовника?» Что, если он терпел его, вплоть до случая в саду, потому ему не нравилась идея сокращения боевой силы в замке Короля Демонов? Что, если именно поэтому сэр Арут до сих пор держит в себе этот гнев? «Мне жаль повара». Он имел несчастье стать объектом его гнева. Уголком глаза я заметил черную мантию сэра Арута. Возможно, это было невысказанное предупреждение: «У меня сегодня плохое настроение, не шутите со мной». Не сводя с них глаз, Джакар медленно нарезал мясо и отправил его в рот. Мне жаль повара, но я не собираюсь открыто показывать эту жалость. Было бы большой потерей рисковать нашими жизнями, чтобы противостоять Командиру Нулевого Корпуса ради спасения повара. Не желая погибнуть бесчестной смертью на поле боя, и не желая погибнуть бесполезной смертью от рук своих собственных союзников, Джакар молчал. То же самое, вероятно, можно сказать и о других командирах, поэтому все они молчали. Лицо Арута давно ожесточилось. Его кроваво-красные глаза запали и устремились на повара. Это существо явно разгневано. Если ты не встанешь на колени и не будешь умолять прямо сейчас... — Мне жаль! Мне жаль! Мне жаль! Простите меня!!! Это повар, который имел дело с Командирами Корпусов, в конце концов. Он быстро соображает. Джакар проткнул вилкой свой салат, украдкой взглянув на выражение лица Арута. Впалые глаза мерцали красным. — Ты чем-то обеспокоен. Командир Третьего Корпуса, Асильд, тихо пробормотал, сидя рядом. Джакар кивнул в молчаливом согласии и молча наблюдал. Что мы будем делать. Он не стал их убивать, обычно ему крайне не хотелось лишать кого-то жизни. Подожжёт ли он его или просто выведет из строя. Арута было не остановить, и глаза Джакара были прикованы к нему, как будто он не пропустит ни единого удара. *** «Деон Харт, твоя жизнь обречена», — это короткое предложение крутилось у меня в голове. Я безучастно смотрел на повара, который дрожал передо мной. Цвет лица повара был еще бледнее, чем у меня. Да, ты должно быть расстроен и рассержен тем, что твоё тщательно приготовленное блюдо стало мусором на полу, но ты не можешь сердиться, потому что виновник этого — Командир Корпуса... Он пытается как-то выразить своё негодование, и мне нужно извиниться. Иначе не знаешь, когда и где я получу удар в спину. Итак, я уже собираюсь извиниться, когда шеф-повар вдруг упал на колени. — Мне жаль! Мне жаль! Мне жаль! Простите меня!!! — !? Какого чёрта. Внезапная атака застала меня врасплох. Мои глаза, должно быть, дико затрепетали. Я быстро взял себя в руки и с дрожащим выражением лица посмотрел на шеф-повара. — ..Не могли бы вы встать. — Простите, пожалуйста, пощадите! Нет, в этой ситуации я виноват по всем признакам, что, чёрт возьми, с ним не так? — Никакой пощады. Встаньте. — Иииккк! В лучшем случае, я мягко сказал ему, что это не его вина, но это не та реакция, которую я ожидал. Если уж на то пошло, он ещё больше сплющился... Как мне это исправить? Я услышал голоса. — Это… Арут... — Не говори о нём так легкомысленно... Они что-то бормочут. Я подавляю дрожь и оборачиваюсь, но все молчат и отводят взгляд. Должно быть, они говорили обо мне. Должно быть, мой имидж сейчас на самом дне. Да, он уже испорчен. Даже если я испорчу его ещё больше, ниже плинтуса падать уже некуда. С этой мыслью я почувствовал себя более расслабленным. Я облегченно вздохнул с освобожденным выражением лица и посмотрел на повара, который всё ещё кланялся на полу. — В такое время, как сейчас, я думаю, вам стоит вернуться к готовке. Я не против, но мне интересно, расстроятся ли другие Командиры Корпусов. Я слышал, что у всех командиров есть своя изюминка. Они не знают пощады, особенно к тем, кто ниже их по званию. — Да, да, да, я приступлю к работе прямо сейчас! Повар с трудом встал на ноги, как будто его только что хорошенько побили, и помчался в сторону кухни. Я прислонился спиной к стене, закрыл глаза и стал ждать, когда мне снова подадут еду. Почему я закрыл глаза? Потому что если бы я этого не сделал, слёзы хлынули бы наружу. Ах, жизнь... Еду принесли быстрее, чем я ожидал. Даже сервировка была очень быстрой. Шеф-повар, который так быстро принёс еду, наклонился под прямым углом и исчез на кухне. Это было так быстро, что если бы не еда в моей руке, я бы принял это за порыв ветра. После серии поворотов и разворотов я, наконец, принял еду и начал идти. Столовая была большой и просторной, с трудом верилось, что в ней могут обедать всего тринадцать командиров. Тринадцать прямоугольных столов, за которыми могли бы разместиться двадцать человек! Но с небольшим знанием контекста, это негодование совсем не имело смысла. У каждого командира была сильная личность, и нередко они конфликтовали друг с другом. Я слышал это от Короля Демонов, но когда повара накрыли всего один из тех столов на 20 человек в столовой, два командира, которые ссорились друг с другом, решили, что не хотят сидеть за одним столом и перевернули всё вверх дном. С тех пор столовая держит стол на 20 человек для каждого Командира Корпуса, так что если все командиры корпусов ввяжутся в драку, это не будет проблемой. «Так что никто не будет садиться рядом со мной». Здесь много места, так почему кто-то должен хотеть сидеть рядом со мной. Вот почему я здесь, потому что я могу дать такую гарантию. Иначе я бы лежал на полу, умоляя, чтобы меня убили. Так или иначе, я проскользнул внутрь и сел за самый дальний столик. Место, где меня не увидят и не услышат, если только у меня не будет других забот. Я как раз собирался взять вилку, чтобы спокойно поесть, когда... — Вы не возражаете, если я сяду здесь? — ?! Демон приблизился. Темная кожа и длинные, заостренные уши доказывали, что он не человек. Начиная с того, как он говорил, и заканчивая тем, как он умело обращался ко мне, когда все остальные использовали почетные обращения. Я зажал рот и проглотил вздох, который грозил вырваться наружу. Все командиры. Демоны с реальной властью, которые могли официально выступать в качестве представителей Короля Демонов, в отличие от меня, который был не более чем пугалом. Джакар, первый легионер, нёс поднос с мисками, прося моего разрешения сесть рядом. В миске оставалась только половина еды, и я оглянулся, чтобы посмотреть, ест ли он еще. — Зачем напрягаться, если можно просто доесть там, где сидишь. Часть меня хочет отказаться, но у меня нет хороших аргументов, поэтому я заставил уголки своего рта подняться в жёсткую линию и кивнул. — Это незанятое место, я не думаю, что вам нужно спрашивать разрешения. Мой ответ был достаточно коротким. Этого должно было быть достаточно. — Понятно. Ухмыляясь, он поставил поднос, отодвинул стул и сел. Я не могу поверить, что он действительно сидит напротив меня, что, чёрт возьми, со мной не так. Слабый привкус во рту исчез. Я подавил вздох, который грозил вырваться наружу, и продолжал копаться в своём салате, как вдруг над головой раздался непонятный, но в тоже время знакомый голос. — Вы не возражаете, если я присяду? Я чуть не выронил вилку. Обращаться к кому-то из-за спины. Где твои манеры? Я застыл на месте, когда увидел, кто это был, чувствуя, как моё удивление медленно переходит в гнев. Демон с рогами на висках и неземным уровнем мускулатуры, которым не может обладать ни один человек, наблюдал за мной с нечитаемым выражением лица. Командир Третьего Корпуса Асильд. Держа в руках поднос, наполовину заполненный едой, как будто он только прекратил трапезу, он пристально посмотрел на меня, как бы требуя ответа. Я знал, что я должен сказать в этой ситуации. — Конечно. Я не могу отказать Командиру Третьего Корпуса, хотя всего пару мгновений назад разрешил Командиру Первого Корпуса сесть рядом. Место передо мной уже занято Джакаром, поэтому Асильд, естественно, сел рядом со мной. Окружённый со всех сторон, я не мог найти, куда смотреть, поэтому я пригнул голову, чтобы спрятать дрожащие глаза, и сосредоточлся на своей еде. Она, увы, не очень хорошо шла, поэтому я просто перемешивала ее вилкой. «Командир Третьего Корпуса Асильд, вероятно, член гвардии Короля Демонов». Я извлек информацию из глубин памяти, которую запомнил по пришествию в этот замок, чтобы выжить. Третий Корпус — это корпус, где каждый член, включая командира, владеет мечом, и они используют подавляющую силу, чтобы уничтожать своих врагов. Третий корпус — это также корпус, который использует Король Демонов, когда ему нужна по настоящему мощная армия. Хотя Первый Корпус можно также использовать, редко кто задействует его, так как он сам по себе очень значителен для замка. Не зря Джакар является заместителем Короля Демонов. — … — … О, нет. Я слишком долго думал о чём-то другом. Внезапно неловкое молчание проникло мне под кожу, и я слегка поднял голову. Я попытался проследить за выражением их лиц, чтобы понять, обиделись они или рассердились, но, к сожалению, мои глаза встретились с Джакаром, который смотрел на меня. Я не мог избежать его взгляда и думал, как реагировать, но он тоже казался неловким. Джакар ненадолго опустил взгляд на свою тарелку, а вскоре поднял голову и медленно открыл рот. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Командир Нулевого корпуса Деон Харт (6) — ...Есть ли что-то, что вас здесь беспокоит? — Нет. Даже если бы было, недовольство не должно было просочиться наружу. Вспомнив слова Короля Демонов о том, что у всех командиров корпусов не всё в порядке с головой, я ответил без всякой суеты. Джакар смотрел на меня с пристальным взглядом, разглядывая моё выражение лица. — Если вы так говорите... значит ли это, что и думаете вы в том же ключе? — Прошу прощения? — В конце концов, вы человек, поэтому должны быть какие-то неудобства. Пожалуйста, не сдерживайтесь и скажите мне. Я постараюсь сделать всё возможное, чтобы приспособиться к вам. Что это? Забота... Да? Меня завербовал сам Король Демонов, поэтому Джакар пытается заботиться обо мне? Что-то в этом роде? Несмотря на то, что, по моему мнению, не в этом дело, я также подумал на всякий случай об этом пару мгновений. Затем Джакара продолжил, как будто прочитал мои мысли. Более осторожным тоном, как будто читая обстановку, он промолвил. — Не создавайте беспокойства в замке без причины... — Хорошо… Спасибо вам. Но это было бы слишком хорошо, чтобы быть правдой. Уффф, я бы лучше умер. Определенно я раскаиваюсь в том, что произошло в саду. Ясно, что он обвиняет меня в том, что я без причины поджёг сад. В то же время, это предупреждение. Предупреждение о том, что если я совершу еще какие-либо ненужные ошибки, они не останутся незамеченными. Прочистив горло, которое запершило от страха, я выдавил из себя ответ и вернулся к еде. Тогда Асильд, который сидел рядом со мной, спокойно ожидая окончания разговора, слегка приоткрыл рот, чтобы заговорить… …Нет, он собирался это сделать. Если бы не внезапное вторжение Командира Четвертого Корпуса. — О боже, сэр Арут. Давно не виделись! Моя спина задрожала от этих слов. Мой позвоночник дрожал и раньше, но, к счастью, мне удавалось сдерживать своё выражение лица. «Мне всё таки не следовало приходить сюда». Начиная с Командира Первого Корпуса и заканчивая Третьим и Четвёртым. Мой разум, который едва держался на плаву, теперь был полностью сломлен, поскольку неожиданные личности продолжали появляться. Я с сожалением думал, что должен был отказаться от всего, что сказал Бен, но вдруг низкий голос медленно пронзил мои барабанные перепонки. — Эделлия, ты знала и всё равно сделала это?.. Даже прозвучало это, как проклятие. Хотя я знал, что не являюсь целью, Командир Четвертого Корпуса, Эделлия, казалось, невозмутимой и даже лениво улыбалась, прикрывая рот веером. — Что я сделала? Я не понимаю, почему ты так сердишься? — Чушь! — прорычал Асильд. Верно, у этих двоих не было хороших отношений с самого начала. Я вынужден был игнорировать происходящую передо мной ситуацию и тыкал вилкой бездумно в уже испорченный салат. Конечно, это было ложью. Я так сильно разозлился, что хотел выбросить еду... О, но я уже так делал несколькими минутами ранее... Я чувствую, что у меня будет расстройство желудка, даже если я ничего не буду есть. Чувствуя, что скоро упаду в обморок, я тихо положил вилку и Джакар, который наблюдал за ситуацией, повернул голову и тихо позвал их обоих. — Вы оба, остановитесь. Кажется, вы забыли, кто сейчас перед вами. — ...О. — Извините. Оба их смущенных взгляда были направлены на меня. Чувствуя себя смущенно, я быстро опустил голову и сказал, что все в порядке, а затем Эделлия села рядом со мной и прошептала. — Я слышала, что ты сжёг сад? — Эделлия. — О, я прошу прощения, если была груба. Меня просто интересует, что могло вас так разозлить... Если бы не Джакар, я бы подавился. Мне просто хотелось, чтобы разговор про сад закончился. Это не касается вас, и вы не видели, что произошло, так зачем все так этим интересуются? ...И тут я вспомнил, что четвертый корпус отвечает за обработку информации. «Теперь понятно, почему она так заинтересована в этом». Должно быть, это связано с возложенными на нее обязанностями. Четвертый Корпус, в который входит Эделлия, отвечает за обработку информации. Конечно, Второй Корпус это тот, кто в первую очередь собирает информацию, а Четвёртый Корпус фильтрует и сортирует её, но это не значит, что они вообще не собирают никакой информации. Поэтому... «Сейчас Командир Четвёртого Корпуса наиболее опасна для меня». Это случайное заключение, которое пришло мне в голову, но оно не ошибочно. Я — единственный человек в замке Короля Демонов. Конечно, большинство людей будут относиться ко мне с неприязнью. Я не знаю, когда и где Эделлия может узнать о моих слабостях и рассказать о них. Эта реальность, внезапно ударившая меня, заставила мое сознание гудеть. Я быстро вернул себе самообладание и твёрдо приготовился, прежде чем посмотреть в её сторону. Эделлия встретила мой взгляд с улыбкой и сказала: Ходят слухи, что это из-за садовника.... — ... — Если причина, по которой вы сохранили ему жизнь, в том, что вы не хотели пачкать свои собственные руки, то я готова сделать это для вас. — ...Всё в порядке. Первая мысль, которая приходит в голову демонам, когда что-то идёт не так, это убить причину проблемы. Интересно, есть ли у этих существ вообще милосердие... Я сделал паузу на мгновение, обдумывая её слова. Подумав об этом с другой стороны, не означает ли это, что и для меня не будет пощады? «Нет, это опасно». Моё будущее находится под угрозой. Я уже хожу по тонкому льду, и осознание этого факта заставило холодный пот стекать по моей спине. Моя рука, держащая вилку, напряглась. Как бы я ни старался расслабиться, вены на тыльной стороне моей руки выделялись. Я почувствовал, как они слегка вздрагивают по бокам, но сейчас это не важно. Я должен внедрить идею "милосердия" в умы всех существ здесь, в замке Короля Демонов, ради моего собственного будущего. С этой решимостью я поднял голову и посмотрел на Эделлию. Её глаза дрожали, не так как раньше. Она прикусила язык или что-то неправильно пережевывала? Приглядевшись, казалось, что её руки тоже дрожали. Наблюдая за ней в таком состоянии, я чувствую себя немного неловко, но я всё равно должен сказать то, что хотел, для своего будущего. — Это было не так важно. Не стоит убивать кого-то из-за этого. — Да, да... — Ты понимаешь? Это не стоит того, чтобы убивать кого-то из-за этого. — Да, мне жаль. — За что ты извиняешься, Эделлия? Просто подумай дважды, прежде чем сказать, что собираешься кого-то убить. Действительно ли другой человек сделал что-то плохое, достойное смерти? О, я чуть не забыл самое важное. — Иногда проявление милосердия — не такая уж плохая вещь. — Да, я обязательно буду иметь это в виду. Мне очень жаль. Я не знаю, почему она продолжает извиняться, но пока это неплохо. Если мы медленно строим хорошие отношения, то даже если я однажды совершу ошибку, она простит меня хотя бы один раз. Проблема в том, что после того, как Эделлия закрыла рот, наступило молчание. Я посмотрел на выражения лиц остальных командиров корпусов, которые смотрели на меня угрюмо и напряженно, будто я слишком сильно отчитал Эделлию. Если подумать, женщина, которая не сделала ничего плохого, даже извинилась несколько раз. Только тогда я понял, что стал ублюдком в глазах всех. — ... — ... Молчание затягивалось, и по мере того, как шло время, выражение моего лица постепенно теряло контроль и становилось напряженным. Выражения лиц командиров корпусов становились еще хуже, что было естественным ходом событий. Как же человек мог сметь оставаться безмолвным перед ними? Размышляя над тем, как разрешить ситуацию, которая становилась все хуже и хуже, я понял, что это молчание было неудобным не только для меня. Эделлия, которая обменивалась взглядами с другими командирами корпусов и судорожно о чем-то думала, посмотрела на меня и открыла рот в улыбке. — ...Сэр Арут. О, точно! Неловкая атмосфера разрядилась. Я встретил Эделлию с выражением лица, которое говорило о моей готовности выслушать всё, что угодно. Хорошо, скажи мне что угодно. Я выслушаю любую твою просьбу на этот раз... — Я слышала, что вы собираетесь осмотреть свой корпус. Я выслушаю... — О, я хотел сказать тоже самое. Чёрт возьми. В общем, я думал о том, чтобы убежать, или, скорее, тихо отодвинуть свой стул, чтобы избежать ситуации. Конечно, было время, когда я сказал, что пойду взгляну на свой корпус. А когда это было... Вероятно, это было, когда Король Демонов пришёл ко мне после того, как я сказал, что хочу выпить алкоголя. [В любом случае, никакого алкоголя. Ты хочешь свергнуть Королевство Демонов? Если тебе скучно, пойди посмотри на членов своего корпуса или осмотри сад. Я слышал, что Хиен посадил новые цветы]. [Я пойду посмотрю на свой корпус]. Я бы предпочел иметь дело с членами корпуса, чем с этим страшным садовником. Это несправедливо. Я выбрал членов корпуса, потому что не хотел сталкиваться с садовником, но мне всё равно пришлось встретить Хиена на пути к корпусу. Что ещё хуже, я не могу отказаться от того, что сказал перед Королём Демонов. — Сэр Арут... Вы в порядке? — Я в порядке. Казалось ли моё выражение лица странным? К счастью, похоже, что никто не обратил особого внимания на то, что я отодвинул свой стул. Если я просто дождусь подходящего момента и убегу... «...Я не могу». Когда я подумал об этом, я был полностью окружен. Эделлия — слева от меня, Асильд — справа, а передо мной — Джакар. Все они — командиры корпусов. Если я попытаюсь убежать, меня тут же поймают. Мне придётся сдаться. Когда я выпустил напряжение, которое держал в своём теле, Асильд, который не знал, что я только что пытался убежать, медленно заговорил, глядя мне в глаза. — Я слышал, что при осмотре солдат нужно иметь при себе меч. Я тоже об этом слышал, но сам не пользуюсь мечом. Единственный меч, которым я владел в жизни, был деревянным. Этот деревянный меч был настолько тяжелым, что мои руки дрожали. Честно говоря, я даже не могу мечтать о владении обычным железным мечом, я едва могу удержать деревянный меч своей физической силой. Но почему? — После осмотра членов вашего корпуса, могу ли я попросить спарринг-матч с вами? — ... Я едва остановил руку, которая тянулась к моим ушам. Я, должно быть, слишком расслабился в последнее время. Я слышал всякую чушь. Моя попытка отрицать реальность была разбита словами Джакара. — Это хорошая идея. Могу я понаблюдать за спаррингом? Очевидно, мое выражение лица, которое говорило "я готов выслушать всё, что угодно", сыграло со мной злую шутку. Вы просили меня сказать, если меня что-то беспокоит, но, видимо, вы не видите моего лица, умоляющего о помощи. Это вообще был бы нелепый матч с самого начала. Разница в нашей физической силе уже так велика, какой же это спарринг? Это ясно только при взгляде на руки Асильда. Даже если он ударит меня руками, а не мечом, моя шея точно сломается. — ...Это. Я не мог просто молчать, поэтому я выдавил из себя голос. Все демоны тут же сфокусировались на мне, как будто этого они и ждали. Чувствуя себя подавленным под их пристальными взглядами, я отчаянно повернул голову, пытаясь найти подходящее оправдание. — …Это немного проблематично. В конце концов, я облажался. Я медленно опустил голову. Неужели это конец для меня? Без весомой причины они будут продолжать давить на меня. Тогда мои способности раскроются, и мне придется заплатить за то, что я обманул их. Нет, я не думаю, что мне придется беспокоиться об этом после того, как меня поймают. Мои способности раскроются, когда я умру. Я увидел на столе холодную еду, к которой даже не притронулся. Прежде чем умереть, я должен был съесть свою порцию теплой пищи. Пока я ждал ответа, как преступник смертного приговора, реакция Асильда была на удивление спокойной. Он сделал паузу на мгновение, прежде чем медленно кивнуть головой и произнёс. — Хмм, действительно. Вы правы. — ?.. — Сэр Арут склонен проявлять свою резкость больше в реальных сражениях, чем в спаррингах. Это должно быть хлопотно для вас, так как я могу случайно умереть во время спарринга. — ? — Я прошу прощения. Я был груб. — Нет, всё в порядке... Так... всё кончено? Казалось, что я услышал какие-то зловещие слова, но в любом случае, мне удалось избежать спарринга, так что, наверное, всё в порядке. — В будущем, когда я стану достаточно опытным, чтобы так просто не умереть, я попрошу вас снова. Но, подумав об этом второй раз, кажется, что проблема всё ещё не решена. Это большая проблема. — Я не заставлю вас ждать слишком долго. — ... — Но могу ли я всё же сопровождать вас сегодня во время осмотра корпуса? Я услышал голос Командира Третьего Корпуса. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Командир Нулевого корпуса Деон Харт (7) [Я не заставлю вас ждать слишком долго] Это так трогательно, что хочется плакать. Тебе не нужно заходить так далеко. Ничего страшного, если ты заставишь меня ждать долгое время. Если возможно, я бы хотел ждать до самой смерти. Однако Асильд из тех демонов, которые всегда исполняют свои обещания. Это то, что он никогда не забудет. Другими словами, независимо от того, когда это произойдёт, мне определенно придется столкнуться с этим ужасающим ублюдком. — Сэр Арут? — Аx. Теперь, когда я думаю об этом, он сказал что-то в конце... Правильно, он спросил, может ли он прийти и посмотреть. Я невольно проглотил вздох, который вот-вот должен был вырваться наружу. Нет никакой уважительной причины отказывать ему. Тем не менее, это лучше, чем спарринг, так что я должен быть счастлив. Нехотя я кивнул головой, и слабая улыбка появилась на его строгом лице. — Спасибо. — Нет необходимости благодарить меня... Странно видеть парня, который безжалостно убивает людей на поле боя, таким вежливым. Это заставляет меня чувствовать себя более обременённым. Было бы лучше, если бы он говорил со мной неформально. Если бы он казался немного высокомерным, это заставило бы меня чувствовать себя более комфортно. — О, тогда я тоже могу прийти? Мне интересно узнать о методах тренировок Нулевого Корпуса. Почему Эделлия хочет прийти, если она не ладит с Асильдом? Может быть, это для разведки? Похоже, что она пытается собрать информацию обо мне, но что мне с этим делать? — Вы можете прийти, это не имеет значения в любом случае... Я заранее прошу прощения у Эделлии, которая с нетерпением ждет этого, но мой метод обучения — "пренебрежение". Буквально, я пренебрегаю своими членами корпуса и лишь иногда заглядываю посмотреть, как они тренируются. Вот и всё... Я боюсь, что она будет разочарована. Однако, из-за своей совести я не мог сказать, что я ими пренебрегаю, поэтому я спокойно и молча собрал свои тарелки. Поставив все тарелки, всё ещё полные еды, на поднос, я встал. В этот момент Джакар и Асильд, которые сидели, встали, держа в руках пустые тарелки. Эделлия, которая уже убрала свои тарелки, подошла ко мне, затем посмотрела на мою тарелку и кивнула. — Вы закончили есть? — Да. — Ваш желудок чувствует себя не очень хорошо... — Да, немного. Из-за вас, ребята! Я проглотил слова, которые подступили к горлу, и спокойно ответил. Тогда Джакар обеспокоенно посмотрел на меня и сказал. — Тогда, может, вам стоит сначала сходить к своему врачу? — Я в порядке. Даже если Бен хороший парень, если я буду продолжать беспокоить его по пустякам, я не могу гарантировать, что может произойти. В конце концов, разве он тоже не "демон"? Я покачал головой и передал поднос слуге, вспомнив о Бене, который, кажется, утверждал, что он демон, потому что часть его лица была покрыта змеиной чешуей. Когда я вышел на улицу, остальные командиры корпусов последовали за мной. В дополнение к неожиданной ситуации, казалось, что чей-то облик пересёкся с моим, и я рефлекторно остановился. Как будто я... «Король Демонов?» И благодаря этому взгляды, которые не прекращались, даже если я этого не хотел, стали еще более интенсивными. Я просто хотел спокойно поесть и уйти, но как это произошло? Почувствовав, что атмосфера подходящая, я подумал, что мне следует направиться прямо в корпус, поэтому я неловко остановился и огляделся, но тут кто-то издалека бросился ко мне. — Лорд Джакар! Что происходит? Поскольку что-то должно было случиться, я почувствовал беспокойство. Я быстро определил, кто это — враг или союзник. — Лорд Джакар, ваши документы просрочены, поэтому ваш помощник попросил вас прийти немедленно. Это союзник. — ....Понятно, бумажной работы, наверное, накопилось много, это всё?.. — Да… Я услышал тяжелый вздох. Прикрыв лицо одной рукой, Джакар показал своё разочарование и дискомфорт. Затем он повернулся ко мне. — Я уверен, что вы слышали, но похоже, что я не смогу сопровождать вас сегодня. — Да, очень жаль. Совсем не жаль. Я молча поблагодарил демона за хорошие новости и вспомнил прошлое, когда я отказывался заниматься бумажной работой с самого начала. В то время я так нервничал, что думал, что потеряю голос во время разговора, но сейчас я понимаю, что это было правильное решение. Благодаря этому мне не приходится страдать из-за моего помощника. К вашему сведению, мой помощник, которому нечем было заняться благодаря мне, сейчас находится в мире людей. Я отправил его за новыми пазлами или головоломками, потому что мне было очень скучно. Конечно, есть много вещей, с которыми нужно быть осторожным, потому что он демон, но по-своему он такой же добрый и заботливый, как и Бен. — Это... Признаться, мои дела тоже близки к завершению. Сидящий рядом со мной Асильд издал вздох, который можно было истолковать как разочарование или боль. Он нервно провёл рукой по волосам, а затем повернулся ко мне с выражением покорности на лице. — Похоже, нам придётся пока отложить наш визит. Я прошу прощения за неудобства, связанные с темой, которую я задал вам ранее. — Нет-нет, всё в порядке. Это действительно было прекрасно, я бы хотел, чтобы он действительно не извинялся. Я сделал всё возможное, чтобы показать, что всё в порядке, и улыбнулся демону, который принёс хорошие новости. Но он вздрогнул, как мелкий воришка перед стражником. Это не показалось мне особенно странным. Странно, что он не обращает внимания на Командиров Корпусов. Кроме того, он был здесь, чтобы сообщить им, что их бумажная работа просрочена, и что им нужно поторопиться. — И... Леди Эделлия... а? Леди Эделлия? Где леди Эделлия? Слуга нервно огляделся вокруг, ища женщину. — Эделлия? Эделлия должна быть здесь... Подождите, куда она пошла? Что происходит, неужели я один не заметил, что она исчезла? Нет, похоже, что это не так. Даже Асильд и Джакар смешали на лицах удивление и раздражение, и они тоже искали её взглядами. Куда она внезапно делась? Надеюсь, она не сбежала только потому, что не хотела заниматься бумажной работой... Нет, этого не должно быть. В конце концов, она всё ещё Командир Корпуса. — Похоже, она снова убежала. — Похоже, она становится всё более некомпетентной с каждым днем. Серьёзно?! Я забыл. Командиры Корпусов ненормальные. Слуга, который также понял, что Эделлия сбежала, испустил долгий вздох. Вернее, он был почти готов заплакать, и начал ругаться, забыв, с кем он говорит. — Вы видели лицо леди Эделлии? Оно почти как маска. Это не было бы проблемой, если бы ей было всё равно, но проблема в том, что помощник командира начал возмущаться и написал заявление об увольнении... — ...Я вам сочувствую. — Нет, я приношу свои извинения. Тогда я пойду. Если вы случайно найдёте леди Эделлию... — Обязательно поймайте её и бросьте перед помощником командующего. — Да, я обязательно это сделаю. Как будто для того, чтобы пойти и продолжить поиски, слуга поклонился и ушёл. И когда фигура слуги исчезла из виду, и Джакар, и Асильд одновременно повернулись, чтобы посмотреть на меня. — Тогда увидимся в следующий раз. — Мы ещё встретимся. — Да, удачи в работе. О, я думаю, это было неправильно. Они оба вздохнули, как будто с них было достаточно слов ободрения. Я беспокоился, что они рассердятся, но, к счастью, они оба повернулись, ничего не сказав, и медленно пошли прочь. «А я…» Думаю, я пойду в Нулевой Корпус... и осмотрюсь. Сроков нет, так что я мог не торопиться, но если я задержусь слишком сильно, то командиры, закончившие к тому времени оформление документов, могут начать меня искать. Теперь, когда все ушли и были заняты своим делом, это было идеальное время. Поэтому я сдерживал свои шаги, которые стремились направиться в мою комнату, и заставил себя повернуть в сторону эксклюзивной тренировочной площадки Нулевого Корпуса. Чёрт, я не хочу идти. *** Было время после обеда, поэтому тренировочная площадка была совершенно пуста. Кто будет бегать сразу после еды? Это навредит их желудку. Может, мне просто вернуться? Но если я вернусь, не встретив никого из членов корпуса, это будет означать, что я не выполнил свой долг как Командир Корпуса. Поэтому, с намерением подождать, я неохотно взял со стойки деревянный меч, прошел в угол тренировочной комнаты и сел, скрестив ноги. Меч с выцветшей ручкой казался тяжелым в моих руках. Может быть, потому что он был из мира демонов, а может быть, просто потому, что я слаб. Я мог бы попытаться взмахнуть им, но тогда меч взмахнул бы мной, а не я — мечом. Эта моя проклятая сила, которая не может управлять даже деревянным мечом, не говоря уже о железном. Именно поэтому, когда меня впервые притащили на поле боя, я помню, как в панике пытался уклониться и убежать, не имея возможности держать в руках какое-либо значительное оружие. Только позже я остановился на маленьком, легком кинжале. — Умм... Меня вернули к реальности небольшим шумом. Я поднял голову и увидел, что кто-то стоит у входа на тренировочную площадку с серьезным выражением лица и смотрит в мою сторону. Это эксклюзивная тренировочная площадка Нулевого Корпуса, поэтому он должен быть одним из членов нашего корпуса. Он пришел сюда тренироваться? Какой старательный. ...Как только я об этом подумал, мужчина внезапно выбежал с тренировочной площадки. «...Что?» Зачем он пришел, если собирался просто убежать? Или это потому, что я ему не нравлюсь? Он пытается сказать мне, что не вернется, пока я не уйду? — Хаа. «Да, кем возомнил себя какой-то ничтожный человек, чтобы вести себя как Командир Корпуса?» — вот что он, наверное, подумал. Я хочу уйти. Я сделал достаточно. На самом деле, я не могу сказать, что я сделал достаточно, но моя совесть говорит мне, что этого достаточно, так что всё в порядке. Я встал со своего места, чтобы убрать меч. Когда я сделал шаг, я почувствовал вибрацию от земли. Сначала я думал, что это только мне кажется, но... Будум-будум-будум! Я видел, как вдалеке собираются облака пыли, и я был уверен. «Что это, чёрт возьми, такое? Это монстр? Были ли монстры в замке Короля Демонов?» Подождите, я увидел человекоподобную фигуру, появившуюся из облака пыли. Только тогда я понял, что это были члены корпуса, и мы были на одной стороне. — ... Я хочу убежать. Я не уверен, что происходит, но у меня плохое предчувствие. Я могу отложить проверку корпуса до более позднего времени. Нет, в этот момент это было божественное откровение, говорящее мне, что это нужно бежать сломя голову. Пока я нервно отступал назад, парни, которые шли прямо передо мной, выстроились в ряд. Их действия были быстрыми и резкими. — ... — ... Тишина охватила просторную площадку для тренировок. В отличие от безмолвной тренировочной площадки, мои мысли становились все более громкими. Что это? Это их способ сказать мне уйти, потому что они не признают меня своим Командиром Корпуса? Когда я должен уйти? Должен ли я уйти сейчас? Судя по их глазам... Думаю, мне следует уйти немедленно. Я уже собирался повернуться, кивнув один раз в знак своего намерения уйти, когда один из них, который, похоже, был представителем, осторожно окликнул меня. — Извините, сэр Арут. — Да? — Что привело вас сюда... Почему его слова прозвучали для меня как "Зачем вы пришли сюда, если вам нечего делать"? Но даже если моя интерпретация верна, в его словах нет ничего плохого. Моя беспокойная рука двигалась сама по себе. Я попытался поправить воротник рубашки, но было бы лучше просто схватить мой меч. Я вложил силу в руку, которая держала деревянный меч, и произнёс. — Мне стало любопытно. О способностях членов нашего корпуса. Каждый раз, когда я прихожу, они почти всегда тренируются, поэтому я верю, что они будут по крайней мере выше среднего, но я хочу хотя бы раз увидеть это своими глазами. Ну, судя по их отношению, я полагаю, что вряд ли мне удастся увидеть это, если только не произойдет несчастный случай. Я направился к стойке для оружия, чтобы положить свой меч обратно, не в силах противостоять давлению, требующему поскорее уйти. Я старался двигаться как можно естественнее, но, похоже, я был слишком напряжен. Мои ноги запнулись! Моя слабая нижняя часть тела снова подвела меня! «Я падаю!» Если я буду так падать, то стану посмешищем. Будет удачей, если всё закончится тем, что меня просто будут считать посмешищем. Но если я действительно упаду, люди будут смотреть на меня с презрением, и распространится слух, что я упал, потому что слаб. Я уже могу представить, чем это обернется. Итак, с мыслью, что падение здесь будет означать мой конец, я отчаянно пытался восстановить равновесие, отталкиваясь одной ногой вперед. Затем я опустил верхнюю часть тела и попытался сохранить устойчивую позу... Пока что-то пролетело мимо моей головы! — Сэр Арут!!! Я поднял голову и увидел, как что-то падает перед моими глазами. Белые волосы... это мои волосы? Я в ужасе встал и быстро повернулся, чтобы оглядеться. Затем я почувствовал, что мой локоть ударился о что-то твёрдое. Баам! — ?.. Когда моё зрение, наконец, полностью прояснилось, противник уже дрожал, держась за живот в позе эмбриона. Мои глаза расширились при виде знакомой внешности. — Человек? Не было ни хвостов, ни рогов, ни чешуи. В отличие от демонов, у которых части тела отличаются от человеческих, противник, как ни посмотри, казался человеком. Вопрос о том, как человек оказался в замке Короля Демонов, был временно отложен в сторону, когда я увидел меч, который он держали в руках. Незваный гость. Может быть, мой локоть попал в живот этого парня? Мне повезло. Если бы это было не так, то удар пришелся бы на меня. Успокоив своё удивлённое сердце, я взял меч обеими руками и поднял его. Был ли это человек или нет, факт, что он был нарушителем и напал на меня, не изменился. Поэтому в моих действиях не было никаких колебаний. Вместо этого, подумав, что я буду в опасности, если оставлю всё как есть, я взмахнул мечом со всей своей силой. Бам! ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Герои, собрания и... (1) Члены корпуса с мрачными выражениями лиц наблюдали за тем, как утаскивали нарушителя без сознания, а в голове у них была только одна мысль: «Мы чуть не умерли сегодня». Когда мы отдыхали после еды, один из мужчин, вошедший снаружи, крикнул, чтобы мы быстро собирались, но мы подумали, что это шутка. Но Командир Корпуса действительно был здесь. Командир Корпуса заходит очень редко, крайне редко. Однако на посиневшем лице мужчины не было ни единого признака лжи, и как только мы узнали, что это правда, мы взволновались и бросились на тренировочную площадку как сумасшедшие. И там мы смогли встретиться лицом к лицу с командиром нашего корпуса. Когда ему задали вопрос о причине его прибытия, — вопрос, требующий немалого смелости, — ответ был весьма неожиданным. — Мне стало любопытно, – сказал он. Что его могло интересовать? Вопрос недолго оставался без ответа. Словно неспешно прогуливаясь, сэр Арут шёл куда-то в сторону. А затем, в одно мгновение, с невероятной скоростью, сэр Арут наклонился и уклонился от меча, направленного на его шею, а затем лёгким движением повернул верхнюю часть своего тела и ударил локтем в живот противника. Все его движения были быстрыми и плавными. Только тогда мы поняли значение слов «Мне стало любопытно». [Мне стало любопытно]. — Мы действительно не знали… Правда ли он знал, что на тренировочную площадку проник злоумышленник, но при этом не проявлял никакого любопытства? Даже не взглянув на нас, застывших в шоке, сэр Арут поднял свой меч и нацелился, чтобы ударить противника. И тут на тренировочной площадке раздался громкий звук. Бах! *** После того, как я едва смог остановить членов корпуса, которые продолжали склонять головы и извиняться, я вернулся и заперся в своей комнате. Я выполнил все свои обязанности. Я прогулялся по саду, осмотрел членов корпуса и поел в столовой, как и просил Бен. Так что некоторое время мне не нужно было выходить на улицу. Я лежал на своей кровати и наслаждался спокойной повседневной жизнью, пришедшей ко мне после долгого времени, когда я услышал стук в дверь. — Сэр Арут, это Эд. Эд — мой помощник, не так ли? Он отправился в человеческий мир в поисках нового пазла или кубика для меня, без которых я вот-вот должен был умереть от скуки, и наконец-то вернулся. Я встал в волнении, моё сердце билось от предвкушения. — Входите. Выражение лица Эда, которого я не видел в течение некоторого времени, было каким-то скованным. Неужели снаружи произошло что-то плохое? Нет, Король Демонов упомянул, что должность помощника Командира Нулевого Корпуса должна быть занята талантливым человеком, и он выбрал Эда из всех кандидатов. Так что, со способностями Эда, он должен быть в состоянии победить любого обычного демона... — Я принёс вам новый кубик. Он называется зеркальный куб, и он довольно уникальный. — О. — И... Дрожа от холода, прошедшего по его спине, Эд нервно отвёл глаза. Я понятия не имел, на что он смотрит, потому что он всё ещё стоял в дверном проёме. В конце концов, Эд проглотил свою сухую слюну и медленно открыл рот. — Король Демонов пришёл повидаться с вами... — О. ...О? — Ты не занят, ничего, если я займу немного твоего времени? Внезапно, кто-то знакомый вошел в комнату с тяжелыми шагами. Этот человек быстро оглядел комнату, сел на кровать и посмотрел на меня, затем усмехнулся, его глаза напомнили форму полумесяца. После некоторого молчания я понял что происходит, отпустил подушку, которую держал в руках, и резко встал. Почему Король Демонов здесь? Вроде бы в этот раз я не устроил никаких несчастных случаев... ...Хотя, есть одна вещь, которая беспокоила меня. — Это из-за того незваного гостя? – спросил я. — Именно. – Ответил он. Как и ожидалось, Король Демонов слегка улыбнулся, и жестом указал в сторону двери. — У меня есть что сказать по этому поводу. Если ты не против, давай вместе посмотрим на заключенного. Подождите, он предлагает нам вместе пойти посмотреть на заключенного в подземной тюрьме? Что происходит? Мог ли незваный гость сказать что-то странное обо мне? Это могло иметь какое-то основание, так как мы оба люди. Я не знаю, что происходит, но я не умру вот так, без борьбы. Я едва заметно взглянул на Эда, сигнализируя, что хочу жить. И я ясно видел, как он избегает моего взгляда. Чёрт, ты подлец. В подземной тюрьме было совершенно темно, даже сыро. В конце концов, я пришёл сюда. — Откройте. После слов Короля Демонов прочные железные ворота мгновенно открылись. Стражник, который открыл ворота, быстро поклонился и отступил. Король Демонов, смотревший назад, перевёл взгляд на "человека" в камере. Нарушитель, весь в крови, яростно смотрел на него, но Королю Демонов было всё равно, он вошёл и присел перед ним на одно колено. — Деон. Пока я осматривал окружающую обстановку, я услышал своё настоящее имя. В то же время, взгляд незваного гостя сфокусировался на мне. Если бы взглядом можно было убить, я понял, что он хочет меня прикончить по выражению его глаз. Это всего лишь ощущение, но казались ли его глаза более наполненными злобой, когда он смотрел на меня, чем, когда он смотрел на Короля Демонов? В любом случае, Король Демонов грубо схватил нарушителя за волосы, поднял его голову и повернул её ко мне лицом. — Взгляни на этого подлеца. Не кажется ли он тебе знакомым? Я действительно не знаю о нем ничего, кроме того, что он человек... После того, как я не ответил, Король Демонов начал объяснять шаг за шагом, словно намекая на что-то. — Несмотря на то, что он человек, он обладает силой способной победить значительное количество демонов в одиночку, особенно сильной она является против меня "Короля Демонов". Когда я увидел тело нарушителя в состоянии дезориентации, оказалось, что Король Демонов играл с ним. Но это не имеет значения прямо сейчас. Услышав объяснение Короля Демонов, моё выражение лица непроизвольно застыло. — Не может быть... — Верно. Король Демонов отпустил его волосы, словно бросил их, затем засмеялся, стирая кровь со своих рук. — Остатки героя. Империя называет это фрагментами героя и восхваляет их, но в действительности, это... — ...Герой. — Это даже не смешно. *** Когда герой находится на грани, у него есть два варианта развития событий. Если бы мне пришлось выбирать, то мой выбор пал бы на использование жизни в качестве ресурса, то есть распространение "силы Героя" по всему свету, создавая кого-то, кто может, хотя бы еле-еле, противостоять Королю Демонов. Было бы хорошо, если бы сила могла быть полностью передана одному человеку, но это невозможно в течении жизни, а сила героя начинает исчезать после смерти. В итоге, всё, что они могут сделать, это распространить силу Героя в обмен на свою собственную жизнь, создавая тех, кто обладает фрагментами Героя. Империя собирает тех, кто обладает этими фрагментами, называя их «Героями». Конечно, звание «Героя» давалось не каждому. Неофициально все, кто обладает фрагментом Героя, называются Героями, но полноценно только те, кто обладает выдающимися способностями и великими достижениями, получали звание «Героя» и более высокий уровень почёта. К сожалению, окровавленный человек передо мной был одним из таких "фрагментов". — Фрагмент Героя, который не смог стать полноценным Героем. Тем не менее, его всё ещё следует называть "кандидатом в Герои", и было бы расточительством просто выбросить его. Именно такой человек проник в замок Короля Демонов. «Какого чёрта?» Ярко-красные глаза светились леденящим неестественным светом. Эмоции, которые можно было увидеть в них, были нечем иным, как замешательством и сомнением. Это не было простым любопытством, почему и как это произошло. Это был вопрос о чём-то, что невозможно понять. Для кандидата в Герои нет никаких причин находиться здесь. Он не нёс никакого послания и, казалось, не имел никакой особой цели, кроме уничтожения демонов, включая Короля Демонов, и, в конечном счете, нападения на меня самого. «Почему он напал на меня? В чём причина?» — подумал я. — «Что на самом деле происходит в голове у этого парня?» — ... Вечером состоится встреча Командиров Корпусов. Я сам приду за тобой, так что жди в своей комнате. — ... — без слов, я молча смотрел на Короля демонов. Когда ответа не последовало, Король Демонов встал и повернулся лицом ко мне. Он не проявлял никаких эмоций, словно бы ушел в свои размышления. Его обычно жесткое выражение лица стало еще более напряженным, застывшим на месте. «Похоже, что он не намерен подниматься вместе», — подумал я. Король Демонов опустил голову и вздохнул, но всё же решил уточнить, спросив. — Ты останешься здесь ещё ненадолго? — Да. — Хорошо, тогда я подожду снаружи. Король Демонов, вышел из железных ворот и медленно исчез. ...Беспокойство закончилось. *** Деон, который пытался определить расстояние по звуку удаляющихся шагов, опустил взгляд и посмотрел на злоумышленника Кроваво-красные глаза, которые не раскрывали, то о чём он думает, смотрели на нарушителя. Однако нарушитель не отвел взгляд. Вместо этого он поднял голову и уставился на Деона. Его глаза были наполнены чистой ненавистью и гневом, а также чувством предательства. Затем, губы, покрытые кровью, медленно промолвили. — Деон Харт. Полное имя, которое он не слышал уже долгое время. Глаза Деона стали холодными. Злоумышленник усмехнулся, крича свои слова, наполненные кипящим гневом, ненавистью и холодной злобой. — Ты чёртов предатель. — ... Ах. Теперь ответ был найден. Его глаза, которые сильно сузились, теперь расслабились. Точно так же его голос, который был напряжен, теперь был расслаблен, когда он говорил. — Ты – разменная монета. — Что? «На него не стоило обращать внимания. Пустая трата времени». Деон не пытался скрыть свой презрительный взгляд, когда задал вопрос, не отвечая на насмешливое замечание. — Какие грехи ты совершил? — О чём, чёрт возьми, ты говоришь?! Разменная монета. Грехи? — Какие грехи ты совершил, чтобы быть отверженным Императором? — Чушь! Его Величество послал меня с важной миссией! Если бы он хотел отвергнуть меня, он бы не дал мне эту миссию! Несмотря на его слова, его глаза слегка дрожали, как будто кто-то ударил его. В помещении, где единственным источником света была мерцающая свеча, Деон точно уловил эту дрожь, и с лёгкостью перепрыгнул через железные ворота и вошёл в камеру. В отличие от Короля Демонов, он не стал ничего делать, а просто присел перед нарушителем, пристально глядя на него. — Нет. Доказательства является то, что ты назвал меня предателем. Ты был в хороших отношениях с Императором, но теперь ты отброшен. — Это неправда... Деон, который читал лекцию низким голосом, встал, решив, что больше нет необходимости тратить здесь время. Вывод был сделан. Не было необходимости оставлять этого человека в живых. На самом деле, было бы лучше убить его. Однако, поскольку он знал, что у него нет полномочий принимать такое решение, Деон посмотрел на него сверху вниз и скривил губы. Затем, с намерением, чтобы кто-то услышал это, мощный голос раздался в подземной тюрьме. — Его Величество в курсе всего. — ! Наконец, когда его глаза расширились от шока, Деон повернулся, и больше не оглядывался. Позади него раздался яростный крик. — Импе... А-а-а!!! Какая показушная преданность. Деон, который шёл с насмешкой на губах, остановился, увидев Короля Демонов, поджидавшего его у входа в подземную тюрьму. Словно удивившись тому, что Деон улыбался, Король Демонов, который смотрел на его невыразительное лицо, медленно открыл рот. — Я слышал тебя. Вскоре он сказал с самоиронией: — Это было чересчур. Поскольку ты так ясно и громко выразился, у меня нет другого выбора, кроме как убить его. Но если я постараюсь, то его труп послужит хорошим ресурсом. Ты специально это устроил? — ... — Ладно, ладно. Я сказал это внутри, но, похоже, ты меня не услышал, поэтому я скажу еще раз. Сегодня будет собрание командиров корпусов. Я сам заберу тебя, так что, пожалуйста, подожди в своей комнате. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Герои, совещания и... (2) Я полагал, что он просто очередной убийца, обученный и затем выброшенный Империей, но, похоже, он был кандидатом в Герои. Честно говоря, это был шок. «Да, это было шокирующе...» Я никогда не предполагал, что потеряю рассудок до такой степени. Когда я пришёл в себя, я уже был в своей комнате. Я не мог ничего ясно вспомнить, потому что находился в трансе. Самое чёткое воспоминание, которое у меня было, это, вероятно, уверенность в том, что он умрёт. «...» Вероятно, лучше больше не думать об этом. Умрёт он или нет, жалко мне его или нет, я всё равно ничего не смогу с этим поделать. Я лёг на кровать с кубиком, который принёс мне Эд. Когда я перемешивал кубик и начал отпускать свои мысли одну за другой, я услышал стук в дверь. — Это я. — ...Король Демонов?! Я вскочил. Я быстро проверил свою одежду и тщательно расчесал свои растрёпанные волосы, прежде чем открыть дверь. — Король Демонов, что привело вас сюда снова?.. — Я же сказал тебе. Я пришёл чтобы забрать тебя. — Что? Когда? Словно прочитав мое растерянное выражение лица, Король Демонов поднял одну бровь. Он прислонился к двери, скрестив руки, и посмотрел на меня с тревожным выражением лица. — Встреча Командиров Корпусов. Разве ты не помнишь? Я не помнил, но почему-то мне казалось, что не стоит говорить об этом. Я кивнул головой с настолько нейтральным выражением, насколько мог. — А, я помню. Я старался изо всех сил произвести впечатление. Король Демонов кивнул головой, не высказывая никаких подозрений и выпрямился. — Тогда пойдём. — Хорошо. Я быстро последовал за ним, не желая терять время. В результате я вышел из комнаты, даже не заметив, что всё ещё держу в руке кубик. *** Во время битвы с Героем, Командир Седьмого Корпуса был огромным огром. Даже если не принимать во внимание тот факт, что Командир Седьмого Корпуса был одним из ключевых бойцов армии Короля Демонов, Король Демонов помнил это отчетливо. Он был противником Деон Харта. Другими словами, Деон Харт убил Командира Седьмого Корпуса, когда тот только появился. Король Демонов горько улыбнулся, вспоминая тот день. Когда он выиграл битву против Героя, Король Демонов поднял свой меч и приготовился убить Героя, чтобы забрать его жизнь, иначе он сам скоро умер бы, если бы его оставили в покое. Однако Герой предпочел самоуничтожиться. Король Демонов был очень сильно удивлён, увидев, что тело Героя излучает яркий свет. — ...У этого мужчины довольно героическая сущность. Он издал пустой смех. У Героев есть два варианта, когда они готовы умереть. Первый – это распространить осколки своей силы по всему свету, чтобы создать какую-то форму сопротивления Королю Демонов, а второй, известный как самоуничтожение, используется в основном, когда Король Демонов находится рядом. В этом случае Герой собирает всю свою силу и взрывается. Обычно Герои предпочитают распространить фрагменты своей силы для будущего. «Хотя я всё равно не умру». Его не зря называли сильнейшим Королём Демонов в истории. Он был уверен, что сможет выжить после взрыва без особого ущерба, если будет использовать свою магическую силу без ограничений. Проблема заключалась в других демонах, которые были вокруг. Все демоны Королевства Демонов вышли посмотреть на историческую битву, которая, без преувеличения, решала судьбу всей расы демонов. Сила Героя дана, чтобы уничтожить Короля Демонов, а раса демонов была рождена от Короля Демонов. В итоге, сила Героя могла влиять на демонов только косвенно. Так что если бы сила Героя взорвалась здесь... «Половина из них погибнет». Это привело бы к тому, что половина армии испарилась бы в одно мгновение. Учитывая, что Королевство Демонов было размером с небольшой город в Империи, и что все демоны присутствовали поблизости, уровень ущерба был бы невообразимым. — Всем отступить!.. Однако, когда команда была отдана в спешке. Буууум!!! ...С неба упал мужчина. Вместе с Командиром Седьмого Корпуса. Тот, кто появился, пригвоздил к земле Командира Седьмого Корпуса, но даже не взглянул на Короля Демонов. Он просто убедился, что лежащий под ним Командир Седьмого Корпуса мёртв, перерезав ему шею мечом, а затем неторопливо встал. Его поведение было настолько невозмутимым, что было почти невозможно в это поверить. Белые волосы и красные глаза. Его багровые зрачки ходили туда-сюда между Королём Демонов и Героем, и в конце концов остановились на Герое. Затем он начал медленно приближаться расслабленной походкой. Он не выглядел напряжённым среди бесчисленных демонов, окружавших поле боя. Его поведение было очень легкомысленным. Однако, возможно, именно из-за его беззаботного поведения и уверенной позы, солдаты не могли не заметить его подавляющее присутствие, которое ощущалось от его неизменного выражения лица. Они могли только молча наблюдать за ним. «Жалкие людишки». Король Демонов не мог проклясть их в открытую, поэтому он крепко сжал зубы. Хотя это было всего лишь мгновение, он тоже был ошеломлён. Поскольку расстояние было не таким уж большим, он вскоре оказался перед Героем. Не глядя на Короля Демонов, мужчина положил руку на плечо Героя и приблизил своё лицо к его уху. И тут произошло чудо. Свет, который излучался от тела Героя, полился в сторону мужчины. — ...Он безумец. Из его рта вырвался стон. Король Демонов лучше других знал о Герое и системе Империи по их взращиванию, поэтому он быстро догадался о ситуации. Человек с белыми волосами, вероятно, последовал за ним, чтобы непосредственно наблюдать за исходом боя и сообщить об этом в Империю. Возможно, это была его основная миссия. А второстепенной миссией было убедиться, что состояние Короля Демонов таково, что он сможет убить его, даже если Герой умрёт. Поэтому, когда Герой решил самоуничтожиться, он уже знал вероятность. [Вероятность того, что самоуничтожение Героя нанесет урон Королю Демонов, и масштаб ущерба, который он нанесёт]. [Количество окружающих демонов, которое может быть убито самоуничтожением]. [Вероятность убить раненого Короля Демонов после прохождения через поредевшие толпы демонов]. [Наконец, возможность достижения главной миссии "воскрешения" при выполнении этой задачи]. Самоуничтожение было бы сочтено нерациональным. Поэтому он положил руку на плечо Героя и остановил его. Прыжок на линию фронта противника мог показаться немного неожиданным, но, возможно, у него была уверенность в том, что ему удастся уйти живым. «Умный, очень преданный и обладающий отличными боевыми способностями...» Уголки глаз Короля Демонов округлились от восторга. Он пожалел, что Империя послала такого человека в это опасное место. Если бы это зависело от Короля Демонов, он бы не отправил этого человека туда, где его ждёт смерть без всякого уважения. Так или иначе, Герой прочитал его намерение и быстро повернулся, чтобы передать свою силу. Конечно же, сила не осталась в теле мужчины, как и предполагал Герой. «Конечно». Сила Героя даётся ему непосредственно с определенной целью. Изначально, когда Герой умирает, сила должна рассеиваться и возвращаться в мир. Оставить её на этой земле, даже в виде фрагментов, пришлось бы ценой жизни самого Героя, поэтому намеренная передача была бы невозможна. Сам Герой должен знать это лучше всего. Возможно, ему пришлось испытать огромную боль от этого действия. Несмотря на это, Король Демонов, который видел, как Герой умирает, бессмысленно борясь, немного поднял глаза и посмотрел на человека, державшего его тело. Он был непосредственно замешан в бессмысленной попытке противостоять воле мира. Он тоже не смог бы уйти невредимым. Конечно... — Кхм, кхм. С решительным выражением лица, не показывающим никаких признаков слабости, он выкашлял кровь. Несмотря на то, что изо рта вытекало много крови, выражение его лица оставалось неизменным. Это жуткое чувство вызвало удовольствие в глазах Короля Демонов. Король Демонов, подавив свое волнение, с мягкой улыбкой спросил. — Как тебя зовут? — Деон Харт. Деон Харт. Он произнёс это имя. Не было необходимости спрашивать снова, Король Демонов уже знал, кто он такой. Взглянув на ситуацию со стороны, он остановил героя от самоуничтожения, взамен откашлявшись кровью. Этого было достаточно, чтобы остальные демоны узнали о нём. Больше не было причин сомневаться. Король Демонов без колебаний раскрыл своё желание. — Есть ли у тебя намерение стать моим подчинённым? Неважно, был ли собеседник человеком или нет. Короля Демонов привлёк этот умный и преданный человек, и, прежде всего, он заинтересовался мужчиной перед ним, даже когда он был в состоянии отчаяния. Было достаточно причин, чтобы привести его в замок Короля Демонов. *** — Эй, уйди с дороги. Разве ты не видишь! — Этот человек враг или союзник? — Он помешал Герою самоуничтожиться! По крайней мере, он не должен быть врагом. — Но он же убил Командира Седьмого Корпуса? — Что? Король Демонов спрашивает его имя! — Ты такой шумный! Я ничего не слышу!!! — Ты сам шумишь! — Итак, как его зовут? Солдат-демон плохо слышал из-за шума вокруг и тихого голоса человека, поэтому вместо того, чтобы слушать, он сосредоточился на форме рта мужчины. — Де... мон, А... ру... т? — Демон Арут? — Похоже на то? — Демон Арут... Имя, более похожее на имя демона, чем имя настоящего демона. Так имя Деон Харта стало именем Демона Арута и распространилось по всей армии демонов. *** Достижение человека, который предотвратил большие потери, помешав самоуничтожению Героя, было признано великой заслугой даже другими Командирами Корпусов. Даже после победы в битве против Героя, «Демон Арут» выпил слишком много и перевернул замок Короля Демонов вверх дном. После этого о его способностях больше не было сказано ни слова. Тем более что жертвой инцидента стал другой Командир Корпуса. Поэтому, когда человек появился из ниоткуда и получил должность Командира Нулевого Корпуса, демоны Королевства Демонов в целом не отзывались о нём негативно. Конечно, это было только «в целом». — Он опоздал. Командир Шестого Корпуса, Велитан, хлопнул по столу в зале заседаний и зарычал. Его лоб был плотно наморщен, показывая, что ему не по себе. Он знал о больших достижениях, которых добился Арут в то время. Но всё же это было неправильно. Он всегда опаздывает на встречи. Даже сейчас. За исключением Командиров Корпусов, которые находятся на заданиях, все собрались в зале заседаний, и только этот человек отсутствовал. В конце концов, Велитан не выдержал и ударил кулаком по столу. — Разве нам не нужно что-то сказать?! — Как шумно. — Джакар! Как долго ты собираешься терпеть его высокомерное поведение? Он... Джакар, откинувшийся в кресле с закрытыми глазами, медленно открыл глаза и посмотрел на Велитана. Когда он вздрогнул от холодного взгляда, обращенного на него, Эделлия, Командир Четвертого Корпуса, вмешалась, как будто ждала этого. — Это ты высокомерен, Велитан. Знаешь ли ты, о ком ты говоришь в такой грубой манере? — ...Что? — Это действительно неправильно с твоей стороны – говорить в таком тоне даже по отношению к простому человеку. — То, что ты используешь вежливую речь, не означает, что ты не высокомерна! Тогда как ты объяснишь, что он опоздал на собрание? — Я уверена, что у него есть свои причины. Её ответ был без малейшего намека на колебания. Даже Асильд, у которого с ней были плохие отношения, кивнул головой. На мгновение он задумался: «Неужели это действительно так?» Велитан быстро тряхнул головой, чтобы вернуть себе самообладание, и открыл рот, как будто это было абсурдно. — Это... Как ты можешь быть так уверена? Как раз, когда Эделлия собиралась ответить, с другой стороны стола раздался громкий удар. Командиры Корпусов повернулись, чтобы посмотреть на необычный звук. Как только они поняли, кто был источником звука, одни вздохнули, другие покачали головами, как будто знали, что это произойдет, а у некоторых на лицах появилось смущённое выражение. Велитан относился к третьей группе. Место в конце стола. Там сидела маленькая девочка, положив руки на стол. — Хватит богохульствовать, Велитан! Какая дерзость! — ...Риринелл? — Неуважительно! — Рир... — Дерзко! Командир Одиннадцатого Корпуса Риринелл. Обычно она тихая и спокойная, но, когда дело касается одной вещи, она бушевала как сумасшедшая. К несчастью для Велитана, эта одна вещь была Демоном Арутом. Да, она фанатка Демона Арута. Это факт, известный большинству демонов, живущих в замке Короля Демонов, но Велитан, который часто покидает замок, чтобы охотиться на монстров, не знал об этом. Поэтому он тупо уставился на девушку, которая дико ругала его. — Извинись! Ты, уродина! — Что... — Ри-Риринелл?.. Хотя она может показаться слабой и легко запугиваемой, она всё же была Командиром Корпуса. Велитан был грубияном, который обычно владел большим топором, а Риринелл была искусной ведьмой с наибольшей магической силой среди Командиров Корпуса. Если бы они сражались друг против друга лишь вдвоём, то зал заседаний был бы разрушен. Но даже без этого Король Демонов и Командир Нулевого Корпуса должны были скоро прибыть. Зачем уничтожать зал собраний? Если бы это произошло, замок Короля Демонов был бы перевернут вверх дном. Возможно, даже произойдут серьезные изменения в командовании корпусами. Поэтому, пока остальные Командиры Корпусов нервно наблюдали за происходящим, служитель объявил о прибытии Короля Демонов и Командира Нулевого Корпуса снаружи зала заседаний. — Король Демонов и Командир Нулевого Корпуса прибыли. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Герои, совещания и... (3) Замешательство было кратковременным. Командиры Корпусов, успокоив свои нервы, одновременно встали. Вскоре дверь распахнулась. В неё вошли Король Демонов и Демон Арут, Командир Нулевого Корпуса. Эделлия тайком наблюдала за выражением лица Велитана. Как и ожидалось, он был недоволен. Кто осмелится связываться с Демоном Арутом? Он – второе по уважению существо в Королевстве Демонов после самого Короля Демонов. Король Демонов неторопливо сел на самый роскошный стул, скрестил ноги и слегка взмахнул рукой. — Прошу всех сесть. В одно мгновение все присели. Король Демонов внимательно посмотрел на всех, кто занял свои места, а потом на Деона, который сидел ближе всех к нему, слегка приподнял уголки своего рта и сказал. — Как вы все знаете, здесь был незваный гость. Командир Нулевого Корпуса блестяще поймал его. Все взгляды обратились к Деону. Все демоны здесь были достаточно могущественны, чтобы их взгляды должны были быть ошеломляющими, но он просто опустил глаза и возился с кубиком. ...Кубик? Командиры корпусов начали оживленно обмениваться взглядами. «Погодите…» «Да, похоже, что он заинтересован в этом инциденте». «Результат был очевиден, но...» «Это может быть опасно, поэтому лучше быть осторожным». Когда во время войны проходило собрание, он всегда вращал куб, чтобы услышать мнения всех присутствующих. Когда ему нравилось чьё-либо мнение, кубик вращался плавно, а когда не нравилось, он вращался хаотично и наполнял зал треском. Независимо от того, вращался ли он плавно или хаотично, лучший вывод в ситуации всегда достигался вместе с завершением сборки кубика. Проблема заключалась в том, что при хаотичном вращении кубика, становилось понятно, что вот-вот что-то произойдёт. Посреди едва уловимого шума продолжились слова Короля Демонов. — Согласно результатам расследования, это было не простое вторжение. Конечно, для кого-то проникнуть в замок Короля Демонов, не говоря уже о внутренних помещениях, является очень тяжелой, почти невозможной задачей, но в данном случае это особенный случай. Его глаза, наполненные легким оттенком враждебности, просканировали демонов, сидящих на своих местах. Хотя его взгляд был устремлен на Командиров Корпусов, казалось, что он смотрит на кого-то еще. Король Демонов заговорил со слабым вздохом. — Потому что это был фрагмент Героя. — ...Героя? — Да, он был одним из немногих, на кого Империя обратила внимание. Он был отправлен сюда в качестве разменной монеты. Грохот! Раздался тяжелый звук. Командиры Корпусов даже не потрудились искать источник шума. Потому что и без взгляда было ясно, кто его вызвал. Король Демонов наклонился вперед, все еще сжимая кулак на подлокотнике кресла. Тяжелое давление заполнило весь зал заседаний. — Какова была их цель? — ... — Действия Империи подозрительны. Недавно даже была прервана связь с Командиром Девятого Корпуса, который находился на передовой. Должно быть, происходит что-то странное. Король Демонов был силён. Он был настолько силен, что ему не нужно было использовать свой интеллект, поэтому его решения всегда были простыми, но тяжелыми. Этот раз ничем не отличался от других. — Командир Первого Корпуса. — Да. — Ты должен отправиться туда. Он думал о том, чтобы начать лобовую атаку. Джакар – представитель Короля Демонов. Здесь не было дураков, которые не знали бы, что значит сделать этот шаг. Джакар, который некоторое время колебался, посмотрел на Короля Демонов, опустив голову и лишь слегка подняв глаза. После короткого мгновения он тихо ответил, не выразив ни слова протеста. — Я понял. Легкое напряжение начало заполнять зал заседаний. Хотя война не собиралась вспыхивать немедленно, Король Демонов хлопнул в ладоши, как бы изменяя напряженную атмосферу, которая, казалось, могла взорваться в любой момент. Тишина была нарушена, за ней последовал легкий голос. — Что ж, это конец истории, но есть ещё кое-что, что мы должны затронуть, прежде чем мы перейдём к следующему вопросу. — ?.. — Какую награду я должен дать Командиру Нулевого Корпуса, который поймал Героя в одиночку? Рука, которая без перерыва вращала куб, остановилась. Красные глаза, которые ни на секунду не поднимались из-за стола на протяжении всего совещания, медленно поднялись и встретились с Королём Демонов взглядом. Встретившись взглядом с красными глазами, направленными на него, Король Демонов слегка улыбнулся. — Будет неплохо, если тот, о ком идёт речь, решит это сам. *** Я ненавижу собрания Командиров Корпусов. Ужасно ненавижу. Я думаю не нужно объяснять почему. Потому что это страшно! Столовая Командиров Корпусов терпима, потому что некоторые демоны едят мало, но зал собраний – это место, где все так или иначе участвуют. Насколько же это страшно! «Я не хочу идти туда...» Каждый раз, когда я опаздываю на собрание, это происходит потому, что я не хочу туда идти. Если бы не Король Демонов, который пришёл за мной, я бы и в этот раз опоздал. О, я уже опоздал? Я остановился, пытаясь вытереть потные руки об одежду. Что это? «Кубик?» Кубик. Конечно, я беру с собой кубик на любое собрание, но только если это «собрание, сосредоточенное вокруг меня». Поскольку встреча хорошо проходит и без меня, мне неприятно, если кто-то спрашивает моё мнение после установления зрительного контакта. Поэтому я стараюсь его избегать и вожусь с кубиком, чтобы скоротать время... Собрание, на которой я собираюсь присутствовать прямо сейчас, – это собрание, сосредоточенное вокруг Короля Демонов! Почему Король Демонов не сказал об этом раньше? Я хотел бы вернуться назад и оставить кубик там, но уже слишком поздно. — Король Демонов и Командир Нулевого Корпуса прибыли. Дверь в комнату для совещаний открылась с довольно громким и торжественным звуком. Я вошел в зал заседаний, чувствуя себя коровой, которую тащат на бойню. И вскоре после начала совещания мои мысли о кубе полностью изменились. «Я очень рад, что принес его». Было бы неловко, если бы я его не принёс. Атмосфера была пугающей, но никто не смотрел на меня – идеальная обстановка, чтобы возиться с кубиком. Пока я перемешивал новый кубик и уже решил его наполовину, Король Демонов вдруг сказал что-то неожиданное. — Что ж, это конец истории, но есть ещё кое-что, что мы должны затронуть, прежде чем мы перейдём к следующему вопросу. До этого момента я думал, что это не имеет ко мне никакого отношения. — Какую награду я должен дать Командиру Нулевого Корпуса, поймавшего Героя в одиночку? Я удивленно поднял голову. Несмотря на то, что я пытался отрицать, что я не так что-то услышал, взгляд Короля Демонов был явно направлен на меня. Он добавил, как бы вбивая гвоздь. — Будет неплохо, если тот, о ком идёт речь, решит это сам. Наступила тишина еще большая, чем раньше. Когда я замолчал, другие Командиры Корпусов, которые держали рот на замке, посмотрели на Короля Демонов. Король Демонов смотрел на меня, опираясь подбородком на руку, как бы говоря мне, чтобы я говорил быстрее. В наступившей тишине я огляделся вокруг. «Итак... Вы хотите, чтобы я сказал то, что хочу?» Если это то, чего он хочет, то это не слишком много. Я могу думать только о том, что он может легко дать мне с точки зрения Короля Демонов... — Отставка... — Нет. — Тогда алкоголь... — Ты действительно этого хочешь? — ... — ... ...Я думал, что в этом нет ничего плохого. Король Демонов так резко перебил меня, с суровым выражением лица. Он ждал моих следующих слов, сохраняя при этом мягкую улыбку. Его взгляд, который всё ещё пристально следил за мной, был подавляющим, я хотел быстро сказать что-нибудь и закончить это, но... Неужели мне больше ничего не нужно... — ...Я не могу сейчас ничего придумать, можно я отложу это на потом? — О чём ты собираешься просить? Мне уже страшно. Он снял руку с подбородка и выпрямился. Его взгляд, сканирующий Командиров Корпусов, упал на Велитана. Инстинктивно заметив, что он собирается перейти к следующему вопросу, Командиры Корпусов напряглись, не в силах опустить или поднять глаза из-за вновь возникшей напряженной атмосферы. Для меня не имело значения, что это был за вопрос. — Командир Шестого Корпуса, я слышал, у вас есть что сказать о демонических монстрах? — Да, я хотел бы попросить о поддержке. — Хм... Порывшись в отчете, Король Демонов вытащил бумагу. Его спокойное выражение лица в начале постепенно становилось всё более и более напряженным, пока он читал отчет. Наконец, прочитав последнюю строчку, он сказал низким голосом. — Дело, безусловно, серьёзное. Неужели тебя и Командира Двенадцатого Корпуса недостаточно? — Двенадцатый Корпус в настоящее время не способен охотиться на демонических монстров. На мгновение действия Короля Демонов остановились. Глаза, смотревшие на бумаги, поднялись и обратились к Велитану. Я смотрел на ситуацию без малейшего движения, настолько, что слово «застыл» было бы более подходящим. Вы, вероятно, удивлены – это естественно, потому что я тоже был удивлен. Что это значит? Двенадцатый Корпус понёс такие тяжелые потери, что он даже не в состоянии охотиться на демонических монстров? Причина, очевидно, должна быть в демонических монстрах. — Тогда должность Командира Двенадцатого Корпуса вакантна... — Я слышал, что он восстанавливается после ранений. — Ранения от простых демонических монстров? — Будьте осторожны в своих словах. Даже небольшая группа демонических монстров может стать угрозой, если они объединятся вместе. Между Командирами Корпусов послышался небольшой обмен мнениями. Это легко понять. Командующий Двенадцатым Корпусом был побеждён простыми демоническими монстрами. «Простые» демонические монстры. Неудачники, которых в Империи называют «монстрами». Сила Короля Демонов создает бесчисленное количество демонов, даже если сам Король Демонов не намерен этого делать. Вот почему Король Демонов представляет угрозу, и это также решающая причина, по которой Империя – и даже все люди – стремятся победить его. Среди рожденных демонов, только 40% могут действительно называться "демонами". Остальные – не более чем неудачники, которые следуют только своим собственным желаниям и не достойны называться "демонами". Поскольку они – полные неудачники, которые пытаются съесть даже настоящих демонов, не говоря уже о том, чтобы управлять ими, Король Демонов назвал их "демоническими монстрами" и часто истреблял их ради безопасности демонов. «Неужели я пробыл здесь слишком долго?» Сколько времени прошло с тех пор, как я видел солнечный свет? Я бесцельно уставился на изношенный стол, и меня охватило чувство грусти. Тем временем, голос Короля Демонов возобновился после небольшой паузы. Я ожидал, что он будет немного потрясен, но его голос был более спокойным и собранным, чем обычно. Как и ожидалось, он был Королем Демонов не просто так. — Письменные документы имеют свои ограничения. Расскажи, что происходит своими словами. — В какой-то момент количество демонических монстров значительно увеличилось. Когда мы поняли это и попытались отреагировать, было уже слишком поздно, половина маленьких деревень уже была растоптана. — Половина... А что с оставшейся половиной? — Мы эвакуировали их в большие города со стенами. Велитан, я думал, что ты глуп, но у тебя на удивление хорошая рассудительность... Прости, я, должно быть, недооценил тебя. Я молча извинился мысленно и внимательно слушал его объяснения. — Проблема в том, что демонических монстров слишком много, и они пытаются прорваться сквозь стены. Такое ощущение, что мы каждый день ведем войну. — ...Теперь нам придется также разместить командиров в больших городах. — Почему численность внезапно так возросла... Последнее заявление Велитана было близко к жалобе, последовавшей за бормотанием Короля Демонов. В ответ Король Демонов положил подбородок на свою полузакрытую руку и равнодушно сказал. — Это потому, что Герой умер. И теперь баланс нарушен. Сказав это, Король Демонов посмотрел на меня. Почему он смотрит на меня? Это ведь не моя вина, не так ли? Ведь это ты в первую очередь довёл Героя до смерти, верно? Тем не менее, не в силах смотреть ему прямо в глаза, я избегал взгляда Короля Демонов и пробормотал. — Здесь четыре больших города... Если Двенадцатый Корпус не в состоянии сражаться, то оборона будет невозможна. — Да, я запрашиваю подкрепление. — Где... Оставшиеся солдаты... Чувство беды пробежало по моему позвоночнику, и я быстро опустил взгляд, чтобы скрыть дрожь в глазах. Я слишком поздно понял, что кубик под столом начал бешено вращаться. Я никогда не знал, что мои руки могут двигаться так бешено. Щёлк, щёлк, щёлк, щёлк, щёлк! Почему я чувствую себя так беспокойно? Разве это не очевидно? Когда вы думаете о запасных солдатах, кто приходит вам на ум? Я, тот, кого можно считать запасным солдатом даже среди запасных, кто даже не занимается бумажной работой, которой заняты все остальные командиры! Единственное, что я сделал, это поджёг сад и разбил несколько тарелок. — Деон, будет лучше, если ты пойдёшь. ...Щёлк! Мои руки остановились. Моё дыхание остановилось. «Ох чёрт! Мне нужно дышать!» Кажется, я увидел, что кто-то зовёт меня по ту сторону реки. Пока я торопливо начал дышать, мой разум снова начал функционировать. Но на этот раз мое быстрое мышление оказалось более разочаровывающим, чем когда-либо. Я схватился обеими руками за готовый кубик и испустил беззвучный крик. «Я знал это, я знал, что это произойдет, чёрт возьми!!!» ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почему мои подчинённые настолько талантливы, что это сводит меня с ума? (1) Кубик был собран. Это лучший вывод. Однако... Все в зале заседания, включая Короля Демонов, затаили дыхание. «Хаотичное вращение». Это означало, что ему было не по себе. Король Демонов внимательно наблюдал за лицом Деона. Как всегда, у него было стоическое выражение лица, что заставило Короля Демонов нервничать ещё больше. Он не мог понять, о чём тот думает. Однако Король Демонов точно знал, что Деон не в хорошем настроении, поэтому он открыл рот, и спокойно сказал. — Конечно, я знаю, на каких битвах ты специализируешься. — ... — Но у демонических монстров тоже есть чувства. Скорее, они больше руководствуются своими эмоциями, чем интеллектом. Поэтому я уверен, что твой стиль боя сработает. — ... Деон всё ещё не ответил. Король Демонов, который начал волноваться, медленно добавил, глядя в глаза Командира Нулевого Корпуса. — Кроме того, ты же хотел алкоголя, правда? Демон Арут вздрогнул. Рука Деона, державшая кубик, слегка дёрнулась. В то же время, выражение его лица слегка поплыло. И то, что проявилось, было выражением, которое, казалось, передавало чувство беспокойства и тревоги. В противоположность этому, лицо Короля Демонов, понимающее что он попал в цель, стало ярким от уверенности. — Ты слишком напряжён? Не лучше ли выпустить напряжение сейчас? — ... Не было ли это слишком прямолинейно? Холодная тишина, острая, как лезвие, распространилась во всех направлениях. Источником её, конечно же, был Деон. В сложившейся атмосфере необходимо было бы сказать что-то ещё, но уже сказав всё, что нужно, Король Демонов замолчал. Он ждал ответа Деона в напряжённой тишине. Спустя долгое время, голова Демона Арута, которая, казалось, не двигалась целую вечность, медленно качнулась вверх и вниз. *** Я медленно и спокойно покачал головой. Я пытался интерпретировать слова Короля Демонов, которые не имели никакого смысла, но даже после интерпретации их со множества точек зрения, вывод сузился до одного. «Итак, ты думаешь, что мне просто нужен алкоголь?» Я едва остановил свою руку, которая собиралась почесать лоб. Какой глупый повод. Король Демонов не настолько глуп, чтобы использовать такую причину, чтобы помыкать мной, он, вероятно, намерено придумал такой неуклюжий повод. Так что это явный признак их решимости отправить меня, несмотря на мои возражения. «Хаа... действительно». Другого выхода нет. Я вынужденно кивнул с сожалением, но даже это длилось недолго. Как только я кивнул головой, кто-то поднял руку в другом углу стола и встал. — Тогда я тоже поддержу тебя! — ...Риринелл? Я был немного удивлён, когда кто-то, кого, как я думал, здесь не было, встала и подняла руку, но мое напряжение немного ослабло, когда я узнал знакомое лицо. Риринелл, Командир Одиннадцатого Корпуса. У неё самый успокаивающий вид, и каждый раз, когда я её вижу, она всегда заботится обо мне различными способами. Конечно, я знаю, что она обладает самой большой магической силой после Короля Демонов, и я также знаю, что на поле боя её прозвали Маленьким Дьяволом. Однако люди всегда зациклены на узком мышлении. К сожалению, я был одним из таких людей. Что опасного в таком маленьком ребёнке? Так я думал, но ...Она будет поддерживать меня? Это дитя? — Есть четыре больших города. Я слышала, что количество приближающихся демонических монстров растет с каждым днем. Велитан тихо кивнул. Риринелл, которая, казалось, была воодушевлена молчаливым подтверждением, крепко сжала свои маленькие руки и заговорила. — Итак, нам нужен Командир Корпуса, который способен эффективно защищать четыре города, отделённые друг от друга. —Ты хочешь сказать, что это ты? — Да! Велитан – нет, он типичный невежественный грубиян, владеющий топором. А Демон Арут пользуется мечом. Только что она назвала его невежественным... Я не единственный, кто это слышал, верно? Посмотрев на лицо Велитана, он был удивлён, услышав это, но не смог ничего сказать и просто открыл рот в недоумении. Что, между вами двоими произошло? Почему это выглядит так, будто Риринел идёт против Велитана... — Не имеет значения, насколько хорош твой физический стиль боя, главное — это защита базы, на которой ты находишься. — Так ты, использующая магию, собираешься взять на себя эту задачу? — Да! — У тебя нет других мотивов? — Конечно же есть! — ... — ... Среди Командиров Корпусов раздался вздох. Нет, это был не "вздох", это было больше похоже на "стон". Риринелл, не в силах больше молчать, украдкой посмотрела на меня, а затем широко расправила плечи, как будто приняла решение. — Я повторю еще раз: есть четыре города. Итак, на Велитане и Демоне Аруте по одному, а я буду отвечать за оставшиеся два. Таким образом, бремя Короля Демона уменьшится... — Риринелл. — Да? Король Демонов сменил позу, наклонил своё тело, упёрся подбородком и мягко направил глаза в сторону девушки. Его улыбка была настолько яркой, что могла обмануть кого угодно. Но я знал лучше. Эта улыбка была плохой, её использовали только перед тем, как отказать кому-то, чтобы разрушить его надежды. Как раз в тот момент, когда я внутренне выражал свои соболезнования Риринелл, которую собирались отвергнуть. Король Демонов сохранил свою яркую улыбку и заговорил. Предложение было настолько коротким, что это заставляло сомневаться в том, правильно ли оно было услышано. — Хорошо, действуй. — Что? — Сделай это. Я разрешаю. *** Я показал благосклонное выражение лица Риринелл, которая выглядела озадаченной. Удивительно, но она добровольно вызвалась помочь, так как же я могу ей отказать? Конечно, я знаю, что это не из чистого намерения. Это потому, что ей нравится Деон. Однако это всего лишь поклонение идолу. Я с готовностью согласился, потому что знаю, что у неё нет чувств к представителю противоположного пола, и она также предоставила уважительную причину. Она не настаивала на защите одного города, она просто сказала, что будет отвечать за два города одна, чтобы облегчить проблемы Деона, так как я мог отказать? Если бы её одолевали чувства, и она предложила бы неразумную причину для защиты двух городов, то я бы никогда не согласился. Скорее, я бы разозлился. — Ты хочешь облегчить бремя Деона? Как хочешь. Основная причина отправки Деона была в том, чтобы дать ему возможность снять стресс, потому что будет проблематично, если в итоге он станет еще более напряженным из-за того, что ему придётся защищать несколько городов. Нет ничего опаснее, чем напряжённый Деон, по крайней мере в замке, поэтому активная позиция Риринелл очень ценится. Поэтому я с готовностью разрешил уйти Командиру Одиннадцатого Корпуса, который в первую очередь отвечает за защитный барьер замка. С внешними атаками можно было легко справиться, но внутренние проблемы между союзниками, будет гораздо сложнее искоренить. — Но прежде чем ты уйдешь, позаботься о защите замка. — Да! Я позабочусь о том, чтобы он был в безопасности по крайней мере следующие 100 лет! ...Ты же не собралась уйти на 100 лет? *** Король Демонов просто улыбнулся. После встречи все прошло гладко. Что это значит... — Все готово, сэр Арут. — Вы уверены, что у вас всё готово? — Да, всё идеально. —Но, на всякий случай, подумайте хорошенько. Вы уверены, что ничего не забыли? — Нет. — Что ж, на память не всегда можно положиться… — Я попросил подчиненных рассказать мне больше о том, что вам может понадобиться. Все собрано. Это прекрасно. Всё настолько идеально, что мне хотелось заплакать. В конце концов, голос, близкий к шёпоту, вырвался из моего рта. — Не слишком ли это быстро... — Прошу прощения, мой господин. Поскольку прошло много времени с тех пор, как вы в последний раз выходили, я подумал, что будет лучше подготовиться как можно быстрее. Нет. Нет. Почему мой подчиненный такой компетентный?!.. Пока шестой и одиннадцатый корпуса всё ещё готовятся, наш корпус уже готов и ждет снаружи. Таким образом, день моей смерти стал ещё ближе. Когда я в разочаровании лежал на кровати, Эд подошёл ко мне, достав откуда-то чёрную мантию. — Вам не нужно надевать повязки, так как мы собираемся оставаться в пределах Демонического королевства. Думаю, да. Без солнца вреда не будет. Но когда бы я ни отправлялся в человеческий мир, я всегда обматываю повязками все открытые участки тела и надеваю плащ. Я даже закрываю лицо маской или капюшоном плаща, чтобы быть особенно осторожным. «Это немного расстраивает, но... Я ничего не могу с этим поделать». Я не могу противиться своему слабому телу. Мои глаза и кожа чувствительны к солнечному свету, поэтому мне приходится максимально прикрываться. Даже с плащом мне всё равно приходится носить повязки, чтобы закрыть открытые участки кожи на руках, лице или кистях. Это не идеально, но это самый надежный способ защитить себя. «Честно говоря, в Королевстве Демонов ношение плаща не так уж необходимо, но это своего рода символ». Это стало символом, потому что "Командир Нулевого Корпуса" всегда носил чёрную мантию на поле боя. Интересно, как я вообще получил прозвище «Жнец»? На самом деле, перед ним стояло прилагательное «Сумасшедший», но я добровольно уберу его. Возможно другие вещи немного отличаются, но это определенно произошло от сильного недопонимания. — Сэр Арут? — А, да. Положив подбородок на простыню, я только открыл глаза и протянул руку, чтобы принять плащ. Как только я это сделал, рука с плащом отодвинулась от меня. — ?.. Несмотря на раздражение, я неохотно подняла голову. Я увидел, что Эд всё ещё держит мою одежду. Я снова протянул руку и жестом попросил его раскрыть ладонь, но ответа не последовало. Даже после некоторого ожидания плащ не приземлилась в мою руку. Я был раздражен, но у меня не было сил выразить своё раздражение Эду, который был кандидатом в Командиры Корпуса, поэтому я подавил своё раздражение и сказал жестким тоном. — ...Пожалуйста, дайте его мне. — Я надену его на вас. — Эд, я говорю это каждый раз, но вы не должны... — Это то, чего я искренне я хочу. — ... Я чувствую себя обременённым. Не мог бы ты оставить меня в покое? Эд – самый компетентный помощник командира среди всех остальных. Поскольку он был кандидатом в Командиры Корпуса в первую очередь, его ценность достаточно ясна и без моих уточнений. Что я чувствую, имея такого талантливого человека в качестве своего подчиненного? Он хорош, потому что способен, а ещё он добр, но каким-то образом каждый день кажется уставшим. Особенно когда мне приходится давать ему какие-то указания. Как-то так. «Что если он попытается убить меня за то, что я заставляю его слишком много работать?» Или в далеком будущем, когда выяснится, что я слаб и бесполезен. «Он может попытаться убить меня за то, что им командовал кто-то вроде меня». Поэтому я стараюсь давать ему как можно меньше работы... Но, если этот подонок не работает, он может заболеть болезнью, вызывающей рост шипов на теле, и он сам просто найдёт, чем заняться. От похода в человеческий мир, чтобы купить новую головоломку или кубик, до мелких поручений вроде помощи мне в одевании. «Пожалуйста, просто отдохни, ты, подонок!» Моя совесть и инстинкт выживания кричат во мне, что этот талантливый человек помогает мне с такой мелочью, как одевание. Но Эд убеждал меня быстрее, чем я успевал открыть рот, чтобы сказать "нет". — Когда я смотрю на других Командиров Корпусов, они все полумёртвые и носятся с бумажками. Они не могут оторваться от бумаг, даже когда едят. А я вот здесь, наблюдаю за всем со свежим лицом и пустыми руками, даже ни одного темного кружка под глазами. Как вы думаете, что я при этом чувствую? — ... Вероятно, это заставляет вас чувствовать себя счастливым? Но это не тот ответ, которого он хочет. Продолжая молчать, Эд испустил слабый вздох. Затем он осторожно приподнял мантию, которую держал в руках, и произнёс. — Это то, что я должен сделать, иначе, я чувствую, что у меня не будет другой цели. Не могли бы вы позволить мне надеть его на вас? — ...Делайте, что хотите. Это не совсем просьба, у меня нет выбора. Сделав глубокий вдох, я согласился на просьбу Эда надеть на меня плащ... Но в этот момент раздался стук в дверь. Воспользовавшись случаем, я быстро встал и направился к двери. — Похоже, кто-то пришел. — Я открою. Эд взял плащ и положил его на кровать, после чего направился к двери. Тем временем я быстро надел плащ и почувствовал удовлетворение от того, как быстро и идеально я оделся. Но, похоже, Эд был разочарован. — Сэр Арут, Командир Двенадцатого Корпуса пришёл с визитом... Вы надели плащ самостоятельно? — Да. — Хаа... Он весь в беспорядке. Чёрт, неужели я надел его слишком поспешно? При втором взгляде, я увидел, что мантия была вся помятая. Но всё не так уж плохо, чтобы исправлять это... Вздох?! Это был вздох? Едва вздохнув Эд снова подошёл ко мне и начал поправлять помятые и растрепанные части моего плаща. Привязывая завязки, чтобы плащ не сползал вниз, он снова произнёс слова, которые собирался сказать минуту назад. — Командир Двенадцатого Корпуса здесь. Не хотите ли вы с ним встретиться? — Командир Двенадцатого Корпуса?.. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Подчинённые настолько талантливы, что я схожу с ума (2) О, я только что вспомнил. Командир Корпуса, который отвечает за охоту на демонических монстров вместе с Командиром Шестого Корпуса, Велитаном. Кажется, его звали Майерс. Я слышал, что он восстанавливается после травмы... Разве он может передвигаться? А зачем он сюда пришёл? «О, не может быть...» Он злится, потому что я забрал его работу? Это не безосновательная мысль. Они ненавидят работу, вроде бумажной, но работа, связанная с боем, очень популярна среди Командиров Корпусов. Поэтому, как только я пришёл к выводу, что это возможно, я быстро ответил. — Нет. — Нет? Вы отказываетесь?... — Да. Как говорится "безопасность превыше всего". С твердым выражением лица я кивнул головой, и Эд, который смотрел на меня с оттенком замешательства, похоже, понял мой отказ и направился к двери. И, слегка приоткрыв дверь. — Сэр Майерс, мне очень жаль, но... Он замолчал. — Почему вы здесь?.. — Сэр Арут... — ... — ... Кто там? Комната большая, и трудно расслышать, что они говорят, потому делали они это тихо, вероятно, стараясь быть внимательными ко мне. По крайней мере, разговор закончился раньше, чем я думал. — ...Хорошо. Получив короткий ответ, Эд снова закрыл дверь, блокируя и звук, и обзор. Он повернулся, чтобы посмотреть на меня, и на его лице отразилась эмоция, которую он пытался скрыть, но не смог. — Сэр Арут. — Да. — Садовник, Хиен, пришёл... — Командир Двенадцатого Корпуса ещё не ушёл, верно? — Да! Это верно. — Тогда я встречусь с Командиром Двенадцатого Корпуса. Эд, который выглядел нервным, наконец улыбнулся и кивнул головой. Я не мог понять, почему он так расслабился, но моя голова была слишком забита мыслями, чтобы беспокоиться об этом. Сегодня какое-то событие? Почему все приходят меня навестить? «...Какой сегодня день? День, когда я умру». Я не знаю, зачем пришел Хиен, но это точно не может быть хорошей новостью. Так не бывает. Намерения садовника не несут в себе негатива, у него всегда чистые замыслы по отношению ко мне. Однако... Даже если я вернусь без проблем, с ним, кажется, что продолжительность моей жизни от этого сильно сокращается. Так что я бы предпочел быть с Командиром Двенадцатого Корпуса, чем с этим сумасшедшим садовником. Кроме того, поскольку он был ранен, даже если он попытается навредить мне, я смогу убежать. Я не знаю о многом, но я, по крайней мере, знаю, как сбежать. Пока я терялся в раздумьях, Майерс, каким-то образом вошедший в комнату, стоял передо мной с угрюмым лицом и склонился в поясном поклоне. — Давно не виделись, сэр Арут. Моё лицо тоже напряглось, когда я увидел угрюмое лицо Майерса. Казалось, что он принес плохие новости. «Это... опасно, не так ли?» Командир Двенадцатого Корпуса, Майерс. Его основное оружие – копьё. Его характерной чертой является то, что он очень молчалив. Конечно, он говорит, когда это необходимо, но обычно держит рот закрытым, настолько, что некоторые его подчиненные считают, что ему отрезали язык в каком-то прошлом инциденте. Конечно, я несколько раз слышал его драгоценный голос на собраниях... «Разве сейчас не время говорить? Почему он ничего не говорит?» Я уверен, что он пришёл сюда не просто поздороваться. Но если бы это было так, он бы уже перешёл к основной теме. Атмосфера из-за молчания становилась всё тяжелее. Я почувствовал от неё удушье и попытался заговорить, но столкнулся с неожиданным препятствием. «Что я должен сказать?» И какое выражение лица я должен принять? Должен ли я смеяться? Нет, если я засмеюсь, он может подумать, что я над ним издеваюсь. Сделать непроницаемое выражение лица? Но тогда он может спросить: Что это за выражение после того, как я только что поприветствовал вас? — … — … С течением времени выражение лица Майерса становилось всё более напряженным. Я почувствовал угрозу своей жизни и послал умоляющий взгляд своему компетентному, но бесполезному подчиненному, но Эд отступил назад, либо потому что не заметил, либо притворился, что не заметил. Он действительно является компетентным, но бесполезным подчиненным. Я хотел бы начать рвать кровью, но моя кровь, которая обычно вытекает как из открытого крана, сейчас даже не показала намека на выход. Внутри я сожалею о своих действиях в неловкой атмосфере. «Если это так, то я бы хотел, чтобы Хиен был здесь...» Словно забыв о прошлом опыте, или, скорее, не оценивая тот опыт, я задумался о себе и осознал, насколько переменчивыми могут быть человеческие сердца, и вздохнул. — Эд? — Да, Командир Двенадцатого Корпуса. Если вы хотите что-то сказать... Я благодарен, что он сказал то, что я хотел сказать, но теперь я чувствую себя еще более неловко. Я осторожно поднял голову и посмотрела на Майерса. Наши глаза встретились, и я увидел, что его зрачки слегка дрожат. Он определенно выглядит сердитым, должен ли я извиниться? Но на самом деле я не сделал ничего плохого. Честно говоря, это я должен быть расстроен. Теперь, благодаря кому-то, на меня возложена опасная миссия. Конечно, мой рот был недостаточно велик, чтобы позволить моим мыслям вырваться наружу, поэтому мне приходилось тщательно подбирать слова, но Майерс внезапно склонился. Действие было умеренным и уважительным. — Извините за беспокойство. — ...Что? — Я чувствовал, что должен сказать вам это. Я просто уставился на его макушку. Затем сквозь разрез в одежде я отчетливо увидел его плечо. Белая повязка, обмотанная вокруг его плеча и груди, ясно показывала, что он получил серьезную травму. Ох... тогда эта поза, должно быть, не очень хороша для его травмы. — Встаньте прямо. — Да! Я сказал это, потому что беспокоился о его травме, но он стоял прямо, как солдат, которого заставили это сделать. Кажется, я даже услышал слабый стучащий звук. Я на мгновение забеспокоился, что его травма может ухудшиться, если он будет так двигаться, но Майерс слегка нахмурил лоб. Я сделал вид, что не заметил страдальческого выражения на его лице и снова покрасневшей белой повязки, и отвернулся. «В любом случае, он не сердится, верно?» Он извинился передо мной, так что, думаю, проблем быть не должно. Это значит, что мне не нужно напрягаться. Теперь, когда мне стало легче, пришло время выслушать его объяснения. Я жестом предложил ему сесть на стул в центре комнаты, а сам сел с противоположной стороны. — Если вы извиняетесь, не дав никаких объяснений, значит, вы хотите, чтобы я что-то сделал? — Что... Эээ... Я думаю, вам стоит принять извинения. — ...Я не просил об этом... — Мне жаль. — Нет... Во-первых, держите спину прямо. — Да. Стук. Я посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Эда, который тихо стоял в стороне. Я не могу с ним справиться. Ты не можешь сделать это за меня? «...Если даже ты шокирован, что мне делать?» Лицо, которое раньше было хмурым, теперь было полно шока. Возможно, у меня тоже. Кто бы мог подумать, что Командир Двенадцатого Корпуса, известный своей скрытностью, будет обладать таким характером? «Я рад, что ты просто замолчал». Эта концепция великолепна. Продолжайте в том же духе. Если вы неосторожно откроете рот, вы можете потом пожалеть об этом. Я быстро успокоил свое выражение лица и вспомнила о цели разговора, прежде чем увлечься его словами и действиями. — Я спрашивал, почему вы извиняетесь. — Оx... Я раскрыл все карты, теперь он должен объясниться. Но почему этот парень так сильно дрожит? Его ноги тряслись так сильно, что даже стол дребезжал. Если бы на нём стояла чашка с чаем, скорее всего, он пролился бы и устроил беспорядок. В тот момент, когда я уже не мог больше ждать и собирался что-то сказать. Он встал со своего места, прежде чем я успел открыть рот. — С-сэр, ваш помощник!... — ?.. Шшшшшш. Когда я пришёл в себя, Майерс уже исчез. Пока я оглядывалась по сторонам, чтобы понять, не прячется ли он где-нибудь, Эд подошёл ко мне с шёпотом. — Он ушел. — ...Что?! — Кажется, он пошел позвать своего помощника, но поскольку мы не знаем, когда он вернется, не хотите ли вы спуститься первым? Я кивнул головой и направился к двери. Мне было любопытно, почему он извинился, но ведь на кону была не моя жизнь, и мне не нужно было слушать никаких объяснений. А больше всего я не хотел ждать. Кроме того, было бы неловко снова встретиться с ним лицом к лицу. Не задумываясь, я положил руку на дверную ручку. Дверь вскоре открылась. — ... Хлоп. Дверь закрылась. — Сэр Арут! Я хочу подарить вам растение, перед вашим отъездом... — Арут?! Я вышел только для того, чтобы увидеть тебя, но не слишком ли сурово ты обращаешься с Королем Демонов? — Я – помощник Командира Двенадцатого Корпуса! Насчет ошибки сэра Майерса... Я думаю, что этот стук никогда не прекратится. К счастью, стук не перешел в грохот, но он всё равно был громким, поэтому я закрыл уши. Вдруг снаружи послышался другой голос. — Это Майерс... — Говорите громче! Громче! Если сэр Арут рассердится, я закончу работать помощником… — Это Майерс!!! Это сон. Это должен быть сон. Мир сходит с ума. В конце концов я открыл дверь. Король Демонов стоял снаружи, и я не мог оставаться внутри вечно. Теперь, когда дверь была открыта. Я был окружен этими ужасными демонами. Первым шаг вперед сделал помощник Командира Двенадцатого Корпуса. Потянув за руку Майерса, который был занят борьбой с нервами он плавно представился достойным голосом. — Приветствую, сэр Арут. Я – Дахар, помощник Командира Двенадцатого Корпуса Майерса. Я приношу извинения за внезапный визит и за любые неудобства, которые мы могли причинить. Я действительно сожалею. Дахар отвесил глубокий поклон и ткнул Майерса пальцами в бок. Затем Командир Двенадцатого Корпуса, который беспокойно стоял рядом с ним, склонил голову. — Я приношу извинения. — Ах, да... Что это такое? — Несмотря на грубость, у моего внезапного визита есть причина, и я слышал, что вы взяли на себя роль моего начальника, сэра Майерса, из-за его ранения. — Что ж, это верно. Я уже собирался уходить, когда аккуратно осмотрел окружающих меня людей. Начиная с Хиена, который держал в руках семя неизвестного растения, и недовольного Короля Демонов, который нахмурился, потому что я не открыл ему дверь. Кроме того, передо мной стояли Командир Двенадцатого Корпуса Майерс и его помощник Дахар. — Я приношу извинения за неудобства, вызванные тем, что вам пришлось взять на себя неожиданное задание. Я притащил сюда сэра Майерса, чтобы извиниться... Нет, сэр Майерс пришел сюда с визитом... Дахар посмотрел на Майерса. — ...Огромное, я и-извиняюсь, з-за оскорбление... Ох, его слова выговариваются очень плохо. Низкий голос, который раздавался, словно он скрипел зубами, был довольно жутким. Я молчал, а Командир Двенадцатого Корпуса склонял голову каждый раз, когда его слова обрывались. Похоже, что сегодня я вижу много новых сторон Командира Двенадцатого Корпуса, которые меня не особенно интересуют. Я также сделал ненавязчивое выражение лица, но быстро покачал головой, потому что мне не хотелось видеть, как Командир Двенадцатого Корпуса будет ругаться со своим помощником передо мной, что было бы неудобно для меня. Я не очень заинтересован в этой ситуации и считаю, что лучше сохранить репутацию Командира Двенадцатого Корпуса. — Если это извинения... Вы, кажется, имеете в виду его высказывания, но это действительно не было большой проблемой... — Что?! А, я… Я посмотрел на выражение лица Майерса, но Дахар поднял голову и в ужасе воскликнул. — Боже мой, вы не только сбежали, но и сделали неосторожное замечание?! Что вы сказали? ...Снова что-то не то сказал? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Подчинённые настолько талантливы, что я схожу с ума (3) Как и ожидалось, Командир Двенадцатого Корпуса – это тот тип, который создаёт проблемы, просто открыв рот. Кто-то может подумать, что в этом нет ничего страшного, но в зависимости от ситуации это может стать серьезной проблемой. Например, что, если бы он говорил таким образом во время аудиенции с императором. «...Просто думать об этом – безумие». Тем более, что император – тиран, если бы это случилось, Майерс не продержался бы и недели, и был бы обезглавлен, я гарантирую это. И, к несчастью, демоны в замке Короля Демонов видят во мне человека с такими же наклонностями, как у этого тирана-императора. Как я могу быть так уверен? Потому что то, как они смотрят на меня, слишком похоже на то, как жители империи смотрят на императора. Поэтому неудивительно, что его помощник в ужасе. — Ну... это... Майерс был слишком жалок, чтобы быстро ответить, поэтому он медлил с ответом. Я думаю, что меня допрашивали, но стоит ли мне сейчас отрицать это... Несмотря на беспокойство, глаза Дахара сузились. Он посмотрел на Майерса один раз, затем снова вежливо поклонился мне. — Я прошу прощения, сэр Арут. Я пожалуй отойду на минутку, чтобы поговорить с сэром Майерсом. Дахар быстро вышел из комнаты. Майерс, который суетился, погнался за Дахаром, который окликнул его яростным голосом. — Сэр Майерс, вы не собираетесь выходить? А по другую сторону закрытой двери начал ворчать Дахар. — Ты точно не оставишь меня в живых... — Разве я не говорил вам держать рот на замке большую часть времени! Вы из тех, кто попадает в неприятности, когда открываете рот! Почему вы открыли свой рот перед сэром Арутом! Вы хотели умереть? Почему вы просто не попросили сэра Арута убить вас? Если бы вы попросили сэра Арута, он бы убил вас более безболезненно. Похоже, что концепция молчания была решена его помощником. Честно говоря, я думаю, что это был очень хороший выбор. Его помощник также достаточно компетентен. Но всё равно, по сравнению с Эдом, я думаю, что мой помощник всё равно намного лучше. По крайней мере, он не использует такие грубые выражения по отношению ко мне. «...Что? Подожди, теперь, когда я думаю об этом, разве эта комната не звуконепроницаема? Звукоизолирующая магия Короля Демонов, которую невозможно пробить...» Подозрения по поводу проблемы звукоизоляции были недолгими. Было интереснее сосредоточиться на разговоре снаружи, чем беспокоиться об этой проблеме. Это была не только моя мысль, прежде чем я осознал, комната наполнилась тишиной. Дахар говорил без остановки, словно на его рот была наложена какая-то магия, а Майерс просто слушал, ничего не говоря. Хотя я не мог его видеть, он, я уверен на все сто, выглядел жалко. Да, Майерс иногда возражал... — Но сэр Арут спросил меня... — По крайней мере, подумайте, нормальный ли это ответ, прежде чем отвечать... А, понятно. Я совершил ошибку. Вы устроили этот несчастный случай, потому что не смогли их отличить. Просто держите рот на замке. Отвечайте жестами. Я не стану исправлять ваше поведение без причины. Чем больше я слушал, тем более удивительным казался мне помощник командира. У него большой авторитет и жесткая позиция. Кажется, что все грубые действия других были исправлены им. Голос Майерса погрустнел и снова исчез. Тс-с бедняга. В этот момент Король Демонов, который также прислушивался к разговору, изменил позу и взмахнул рукой в воздухе. Звук извне был мгновенно блокирован. — Я забыл, что временно снял звукоизоляцию. — ?.. — Я временно снял звукоизолирующую магию, потому что ты не открыл дверь. — Что?.. Изначально все важные места, включая комнату Короля Демонов и комнаты Командиров Корпусов, находились под звукоизолирующей магией. Слышны только звук стука и несколько секунд после него – то есть как раз то время, когда нужно попросить разрешения войти. — Если вы будете убирать это произвольно... — Хм? — Нет, не берите в голову. Но противник — Король Демонов. Я ничего не могу сказать по этому поводу. Я повернул голову и со скрипом посмотрел на Короля Демонов. Хиен посылал мне жалостливый взгляд со стороны, но семя неизвестного растения, которое он держал в руке, выглядело слишком свирепо, поэтому я быстро отвёл взгляд. — Что привело вас сюда? — Что ты имеешь в виду? Ты уходишь после долгого перерыва, разве я не должен хотя бы проводить тебя? — О... Я не думаю, что это необходимо... — Это верно. Мне не нужно было, но я хотел. Я не ожидал, что мне запретят войти. Неужели Король Демонов всегда так обижался? Как бы я ни ответил, это было бы просто рытьем собственной могилы, поэтому я ничего не ответил и только закатил глаза с виноватым выражением лица. Есть ли способ выйти из этой ситуации? ...Нет. Лучшим вариантом было бы оставить всё на волю судьбы. Может быть, моя кровь снова выйдет наружу. Только не говорите мне, что он будет держать обиду на больного человека. Почему у меня льётся кровь? Я думаю, что она выходит, если мое кровяное давление немного повышается. Так что, такое ощущение, что внутри всё кипит.... — Сэр Арут... — Да, что? О, чёрт. Я ответил, не подумав, потому что ослабил бдительность. Нет нужды говорить, что моё лицо побледнело, когда я понял, кому принадлежал голос. Я замер на мгновение, думая, что мне конец, но затем медленно повернул голову, чтобы посмотреть, откуда доносится голос. Как и ожидалось, там был Хиен, с яркой улыбкой на лице, наконец-то осознавший, что его голос дошёл до меня. Он улыбнулся и протянул мне что-то, что выглядело "совсем не приятно". — Король Демонов сказал, что вы собираетесь на задание, поэтому я принёс семена растения, которое можно использовать для защиты. — Хм... Это, случайно, не плотоядное растение? — Да, оно также очень сильно и может даже есть демонов... Ох, оно повышается. Мое кровяное давление повышается. Я чувствовал запах рыбы во рту. Из предыдущего опыта я знаю, что это симптом, предшествующий рвоте кровью. Я тихо прикрыл рот. Как и ожидалось, что-то горячее поднималось в моё горло. Вскоре мои губы раскрылись, и в тот момент, когда я уже собирался выплюнуть все из себя. — Уф... Стук! — Сэр Арут! — ...Что?!? Появился Бен с медицинской сумкой. Что, как он так быстро пришёл? Ах, да. Мой дорогой личный доктор сказал, что у него есть какой-то магический предмет. Это был волшебный камень? Как он может быть таким компетентным? «А что, если он будет здесь прежде, чем я успею выбраться из этой ситуации...» Он настолько подготовленный к подобным ситуациям, что у меня на глаза наворачиваются слёзы. *** Благодаря моему опытному доктору, ситуация разрешилась ещё до того, как она вспыхнула. Тем не менее, я не считаю, что это был проигрыш, потому что мне удалось прогнать Хиена под предлогом плохого самочувствия и даже отправить обратно Командира Двенадцатого Корпуса Майерса и его помощника, которые спорили за дверью. Тем не менее, единственное, о чём я жалею, это то, что я пытался отменить миссию, используя это как предлог... — Я, миссия... — Что? О... Даже в этой ситуации ты всё ещё зациклен на миссии... Зациклен? Что это за бред... Я нахмурился, даже не осознавая этого. Хотя было очевидно, что моё выражение лица говорило: "Что за бред?", Король Демонов вздохнул, как будто не мог сдержать своих слов, и сказал. — Не волнуйся. Шансов отменить миссию нет. Вместо этого, будь осторожен, куда бы ты ни отправился. — ... — Я знаю, что ты никак не можешь умереть от чего-то подобного. Но на сто процентов никогда этого не знаешь. Может быть немного опасно, если кто-то нападёт на тебя, когда ты ослабнешь от последствий и потеряешь бдительность. Это будет опасно, даже если я буду осторожен. Возможно, для сильных демонов это не проблема, но для меня – да. Ах, у меня болит спина. — Что?! Сэр Арут! Как ваше кровяное давление? — ...Всё в порядке. Пойдем. Не обращая внимания на обеспокоенный взгляд Бена, я глубоко вздохнул и направился к двери. На самом деле, я не собирался идти один. Мой опытный и верный помощник ждал снаружи, ожидая, что я быстро выйду, и его настойчивый взгляд начинал жалить. — Сюда. Как будто он ждал, Эд открыл дверь и направился туда, где ждали члены Корпуса. Кажется, что все задерживается из-за неожиданных событий, только не говорите мне, что я создал какие-то проблемы во время их ожидания?.. Чёрт, я не должен был об этом думать. Мне больше не хочется идти. Я старался идти медленно, но в итоге последовал за быстрым шагом Эда и вскоре оказался перед входом на первый этаж. За этой дверью нас ждали члены корпуса. Интересно, злятся ли они, за то, что я опоздал? Даже когда они стоят на месте, они выглядят очень свирепо. Если я открою дверь, не подготовившись, то могу умереть от сердечного приступа. Поэтому я быстро окликнул Эда, который уже собирался открыть дверь. — Подождите. — Да? — ...Я открою её. Помощник повернул голову и отошёл, ничего не сказав. Я медленно подошёл к двери, сделал глубокий вдох и приготовился, прежде чем открыть её. — Сэр Арут, ваш пульс регулярно учащается. Вы в порядке? — ...Вы можете обнаружить и это? — Да. Вполне естественно внимательно следить за вашим здоровьем. — … Я посмотрел на странное украшение, висевшее на шее Бена. В тот момент мне хотелось сорвать его и разбить, но что я могу сделать? У меня не хватит сил разбить драгоценный камень. Как всегда, когда я чувствую себя бессильным, я глубоко вздохнул и положил руку на дверь. — Вы действительно в порядке? Ваш пульс... — … — Бен, вы недооцениваете сэра Арута? Сэр Арут не настолько слаб, чтобы на него это повлияло. Да, это именно то, что я хочу сказать. Даже если я слаб, я не могу быть в опасности только из-за этого. Как и ожидалось Эд точно знает мои мысли и говорит соответственно. Бен, который, как я думал, уже должен был отступить, вместо этого начал кричать. — Как вы можете быть таким беспечным на месте его помощника? Его отношение было действительно деспотичным. — Какая нелепость! Это будет опасно, если он не будет осторожен! Ты хоть знаешь текущее состояние тела сэра Арута? — Ну и как оно? Я был отброшен назад силой его слов! — Это как тонкое стекло, которое может разбиться в любой момент! На самом деле, последствия настолько плохи, что разъедают изнутри тело сэра Арута! — Невозможно! О... Моё тело было в таком состоянии?.. Я подумал, что мне немного повезло, что у меня было такое хорошее оправдание под названием "последствия". Опять же, для ясности, я не страдаю от каких-либо последствий. Другими словами, мое нынешнее состояние – врождённое... Этот факт должен быть сохранен в тайне, даже если это означает смерть. Это может быть опасно, но это слишком унизительно. Я уже было решился, но Эд с серьезным лицом приблизился ко мне и начал изучать мой цвет лица. — Вы действительно в порядке? Ваше лицо выглядит бледным. — Так было всегда... — И ещё ваши губы кажутся более красными, чем обычно... Вы кусали губы из-за боли? — И это также было всегда. Это позорно. Прекрати. Я отвернулся, что означало, что я не хочу больше говорить. И, не дав им возможности сказать что-нибудь ещё, я открыл дверь. Когда я вышел на улицу, прохладный воздух коснулся моего лица, а в небе ярко сияли три луны, как бы приглашая меня выйти. И там... Члены Корпуса выстроились в ряд без всякого движения. «...Какое зрелище». Если бы только их взгляд не обращался ко мне. Когда дверь открылась, не было ни малейшего движения, и только их глаза смотрели на меня. Это было зрелище, которое испугало бы любого обычного человека вроде меня. Я остановился на месте, чтобы унять дрожь в ногах. Мне кажется, я услышал, как Бен тихо пробормотал сзади меня: "Нет, его сердцебиение снова учащается!". Я действительно это слышал? Чёрт, я не знаю. Мой разум теряет сознание. — … — … Холодный пот струился по моей спине. Пот также стекал по их лбам. Возможно, пот, стекающий по их лбам, был вызван чем-то другим, в отличие от пота, стекающего по моей спине. Да, понятно, что они вспотели из-за того, что оставались стоять смирно до того момента, пока я не пришёл. Однако существует также вероятность того, что пот был вызван гневом... Подумав, что меня могут убить, как только я покину замок, я начал судорожно думать, что мне нужно сказать, чтобы выжить. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Мои слишком компетентные подчиненные сводят меня с ума (4) Это первый раз, когда они увидели сэра Арута после инцидента с вторжением на тренировочную базу Нулевого Корпуса. Члены корпуса напряглись как никогда раньше, ожидая его прибытия. После "того случая" сэр Арут больше не наведывался на тренировочную площадку. Конечно, он был человеком, который посещает их очень редко, но поскольку произошел значительный инцидент, они задавались вопросом, придёт ли он к ним хотя бы ещё раз. Однако, словно насмехаясь над мыслями членов корпуса, он не заглядывал к Нулевому Корпусу до сегодняшнего дня. Естественно, члены корпуса должны были испытывать волнение. — Он всё ещё сердится? — Но ведь тогда он явно не проявлял никакого беспокойства. — Идиот, ты веришь всему, что видишь? — Может быть, он сердится на нашу некомпетентность за то, что мы не смогли заметить нарушителя... — ... Наступила тишина, больше похожая на уныние. Трудно отрицать, но, когда сэр Арут лично сражается своими кинжалами, он оказывает большее влияние на ситуацию любого боя, чем, когда командует корпусом. Поэтому для такого человека наличие или отсутствие членов корпуса не имело никакого значения. Поэтому они тренировались усерднее. Они упорно трудились, чтобы не быть помехой, даже если не могли помочь. В итоге они оказались там, откуда начали. Способности сэра Арута превосходили их воображение, а они всё ещё не могли даже поспеть за ним. Так что если им казалось, что их способности немного улучшились, это была лишь иллюзия... В тот день, когда все немного расслабились, сэр Арут посетил тренировочную площадку и поймал нарушителя, который скрывался там, не вызывая никаких подозрений. И это было напоминанием о том, что способности, которые, как они считали, выросли, оказались совершенно бесполезными. Они разочаровались в себе. Потому что они были некомпетентны. Потому что ему было бы удобнее и выгоднее быть одному. — ...Давайте просто потренируемся. — Да, говорят, что Командир Корпуса отправляется через несколько дней, поэтому нам нужно хотя бы немного улучшить свои способности, чтобы не быть ему помехой. — В конце концов, мы больше ничего не можем сделать. Члены корпуса не могли сказать, о чём думает сэр Арут, поэтому всё, что они могли сделать, это строить всевозможные догадки в ожидании дня его появления. И сегодня. Все приготовления были сделаны, и сейчас они ждали. «...Почему он не выходит?» Несмотря на то, что прошло значительное количество времени, сэр Арут всё ещё не вышел. Даже его помощник, Эд, отправился за ним. Холодный утренний ветерок начал распространять беспокойство по всему корпусу. Они не могли пошевелиться, потому что не знали, когда выйдет сэр Арут, но, наконец, крепко закрытая дверь с грохотом распахнулась. Сэр Арут, с более твердым выражением лица, чем обычно, спокойно вышел, но затем остановился, увидев их. И по мере того, как лицо Командира Нулевого Корпуса становилось всё более холодным, члены корпуса обретали уверенность. «Он всё ещё недолюбливает нас». Наступила тишина. Утренний ветер был холодным, но пот стекал по их лбам, как дождь. У всех было одинаковое ощущение сухости во рту, и было слышно, как кто-то глотает сухую слюну. «Нас же не бросят, как только мы выйдем, правда?» Члены корпуса судорожно обменивались взглядами друг с другом, пытаясь придумать способ быстро утихомирить гнев сэра Арута. *** Я человек немногословный. Понятно, что человек, родившийся с другой внешностью и вынужденный жить в условиях дискриминации, плохо говорит. Правильно реагировать на слова других – это задача, которая отнимает у меня много энергии и душевных сил, а также является очень утомительной. Чтобы немного это изменить, мне трудно придумать подходящий ответ, и в этом неловком молчании я никогда не могу заговорить первым. Так что сейчас я... — … Я просто жду, когда кто-нибудь нарушит молчание. К счастью, молчание было не таким долгим, как то, что я пережил ранее. — Что вы все делаете? Сэр Арут сердится! — ?! Прервал молчание ни Бен, ни Эд, ни даже демоны, которые были членами корпуса. Это само по себе было удивительно, но содержание фразы меня потрясло ещё больше. «Я злюсь?» Я не был в ситуации, в которой мог бы разозлиться. Очевидно, это моя вина, что я опоздал... Нет, нет, не в этом дело... — Риринелл? Почему ты здесь?! Я слегка повернул голову в сторону, откуда доносился голос, и увидел в небе маленькую парящую фигурку. Вид её спины, повернутой к луне, очень мечтателен, но, к сожалению, её крошечное тело не может вместить в себя больше, чем просто миловидность. Может быть, она хотела выглядеть круто... Я куплю ей немного конфет позже. Я не могу не сделать этого. — Простите! Вот чёрт!.. Пока я ненадолго оторвал взгляд от неба, члены корпуса как один опустили спины. Звонкий голос эхом разнесся по небу. «Почему вы все такие... Вам не за что извиняться... Ах, это из-за Риринелл?» Командир Одиннадцатого Корпуса и обладатель второй после Короля Демонов магической силы. Я часто забываю об этом из-за её милой внешности, но её силу нельзя недооценивать. Поэтому для рядовых членов корпуса она должна быть подобна богу. Для такого богоподобного существа кричать на них, чтобы они быстро извинились? Даже если они не сделали ничего плохого, у них нет выбора, кроме как извиниться. «Но эта обида ляжет на меня...» Риринелл, которая не могла знать, что горит внутри меня, спустилась в мою сторону. Она сделала лёгкий поклон и посмотрела на меня с выражением "Я хорошо справилась?"... Чёрт, я даже не могу злиться на это выражение. Если я разозлюсь, мне кажется, что я превращусь в бессовестного взрослого, который сердится на ребёнка. Конечно, у меня не хватит смелости сделать это. Прежде всего, я должен решить даную ситуацию. С кем я должен разобраться в первую очередь? С членами корпуса? С Риринелл? Ну, во-первых, я должен обратиться к членам корпуса, которые всё ещё сохраняют позу, похожую на скрючивание больной спины. — Для начала, все поднимите головы... Переубедить их было довольно сложно. Члены корпуса были весьма настойчивы. Мне пришлось несколько раз сказать им, что со мной всё в порядке, прежде чем я смог наконец посмотреть на их лица. Я серьезно задумался, зачем мне понадобилось их уговаривать, но, по крайней мере, мне удалось разрушить эту некомфортную атмосферу, и я мог считать это удовлетворительным результатом. Причина извинений также была довольно нелепой. Случай, когда я поймал нарушителя по счастливой случайности. И поэтому они были не в своей тарелке и побеспокоили меня. Когда вообще такое было? — ...Кстати, Риринелл? — Да, сэр Арут! — Почему вы здесь? — Ах, да! Так что... А, я хотела подарить вам это. Риринелл, которая смотрела на меня с несколько озадаченным выражением лица, порылась в кармане. Она показала ожерелье, похожее на то, которое носил Бен. На мгновение у меня мелькнула неприятная мысль, что она украла его у Бена, но потом я вспомнил, что это магические камни, и кивнул головой. Маги обычно гравируют магические камни на своих ожерельях. Но почему она даёт это мне? — Это спасёт вас хотя бы раз от мгновенной смерти. — Спасибо. Я не спрашивал о причине. Если кто-то дарит мне подарок, я должен просто принять его. Где я найду смелость спрашивать о причине подарка? Это было бы невежливо. Как только я надел ожерелье, Риринелл радостно захихикала. Она очень милая. Несмотря на то, что она Командир Корпуса, она совсем как маленькая девочка. Сам того не осознавая, я погладил её по голове. В этот момент лента, обернутая вокруг шеи Риринелл, радостно зашевелилась. «А… Это были щупальца». Два щупальца были замаскированы под ленту, чтобы максимально уменьшить моё отвращение как человека. Я смотрел, как она радостно извивается с неописуемым выражением лица, и убрал руку. Я повернулся, изо всех сил стараясь сделать вид, что ничего не произошло, но зрелище, которое я увидел, когда повернулся, сделало эти усилия тщетными. «...Ребята, что вы делаете?..» Не успел я оглянуться, как члены корпуса разошлись в стороны и таким образом создали дорожку. А в конце её ждал чёрный конь, который испускал порывы воздуха и фыркал, и мой помощник держал поводья. Я снова застыл на месте от этой шокирующей сцены. Проклятия заполнили мой рот, как будто они могли вырваться в любой момент. «Точно... Чёрт возьми». Одна из причин, по которой я не хотел покидать замок Короля Демонов, заключалась именно в этом. Конь выглядит впечатляюще, но я бы не хотел на нём ездить, даже если бы это было бы необходимо. Лошади Королевства Демонов не похожи на лошадей мира людей, и они с самого начала выглядят устрашающе. Если вы поедете на них на войну, любой, кто их увидит, будет их избегать. Даже характер у них более жёсткий! Если бы я сел на этого коня, я бы точно умер. Упасть и умереть, быть затоптанным и умереть, или быть укушенным и умереть. «Шшшшш…» В любом случае, это мне не подходит. Я переживал различные опасности в замке Короля Демонов около полутора лет. Но сейчас я столкнулся с величайшим кризисом. *** — Что это такое? Король Демонов, наблюдавший за Деоном через окно, нахмурился. Лошадь? Даже не лошадь из мира людей, а лошадь из Королевства Демонов. И этот парень, которого совсем недавно рвало, и который был весь в крови, собирается на ней ехать? — Мой господин? Что-то не так? — Нет, ничего. Король Демонов отрицательно покачал головой влево и вправо в ответ на подозрительный вопрос Велитана и снова посмотрел в окно. Он хотел проводить Деона с самого начала и до того момента, как тот покинет замок, но Король Демонов не мог проявлять фаворитизм даже в своём официальном положении главнокомандующего, поэтому ему пришлось найти другой корпус для подготовки к битве. Но потом он увидел, как Деон пытается оседлать коня, из-за которого его тело может сломаться в любой момент. «Как и ожидалось, когда я на мгновение отвлекаюсь, происходят такие вещи». — Велитан. — Да. — Есть ли у тебя камень связи? — Да, есть. — На нем выгравирован камень связи Эда? — Да. — Отлично, позволь мне одолжить его на минутку. Он взял камень связи Велитана и соединил его с камнем связи Эда. Он мог связаться с Деоном, но была причина, по которой он этого не сделал. Даже если бы он попытался связаться с Командиром Нулевого Корпуса, его сообщение не было бы получено. Он игнорирует его не намеренно, а скорее потому, что Деон дал прямой приказ оставлять его в своей комнате. Поэтому даже если попытаться связаться с ним, он бы не принял сообщение. Однако особых неудобств это не вызвало. Деон, который обычно находится в своей комнате, выходит на улицу только в сопровождении своего помощника Эда, который всегда с ним. Будучи опытным помощником, Эд всегда носит с собой камень связи. Это и сейчас так. — Да, это Эд, помощник Командира Нулевого Корпуса. — Это Король Демонов. — Ах, да, милорд. В чём дело? — Ты в своём уме? — ...Да? Возможно, смущенный внезапным выговором, он ответил немного медленнее. Но казалось, что Король Демонов не собирался прекращать порицание и продолжал неумолимо настаивать. — Почему ты пытаешься посадить человека, которого в любой момент может вырвать кровью, на лошадь из Королевства Демонов? Ты пытаешься заставить человека с плохим здоровьем преодолеть большое расстояние на лошади? Ты сошёл с ума? — ...Простите. Больше сказать было нечего. Король Демонов на мгновение замолчал, словно на его голову вылили ушат холодной воды. На самом деле, это было несправедливо по отношению к Эду. Деону нравились демонические лошади, поэтому часто, когда он видел, как кто-то ездит на лошади, он пристально смотрел на них. Он никогда не выражал желания ездить верхом или видеть лошадей, но, если он так пристально смотрел на них, было ясно, что лошади ему нравятся. Не может быть, чтобы Эд, его помощник, не знал этого... Вероятно, он подумал, что трудно будет сломить упрямство Деона, и сразу же приготовил лошадь. Для человека, который не мог покинуть замок, даже его внешнюю часть, и был ограничен во внутреннем замке, это была долгожданная прогулка. Вполне естественно, что ему захотелось бы покататься на лошади. — ...Я понимаю. — Нет, я даже не пытался его убедить. Мне очень жаль. Убедить Деона было не так просто. Сломить его упрямство само по себе не было сложной задачей. Трудная задача, которая требовала большого упорства, это убедить его. Он как бомба замедленного действия, которая может взорваться в любой момент. Даже если он обычно был мягок, он будет очень опасен, когда взорвётся, поэтому у него не было другого выбора, кроме как быть осторожным. Возможно, это связано с тем, что он человек, и время его ярости отличается от времени ярости демонов, что делает её более сложной для управления. Конечно, было бы проще молча всё подготовить, чем убеждать его. — В любом случае, это всё равно "нет". Немедленно подготовь карету. — Да. — Я оставлю его убеждение на тебе. — ...Да. По какой-то причине ответ показался медленным, но Король Демонов сделал вид, что не заметил этого. В конце концов, он тоже не хотел навлечь на себя гнев или ненависть Деона. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Подчинённые настолько талантливы, что я схожу с ума (5) То, что, как я думал, будет кризисом всей моей жизни… Вопрос о лошадях, оказался на удивление лёгким. Эд связался с кем-то, убрал лошадей и подготовил карету. Он подошёл ко мне и очень вежливо попросил прощения... И я искренне удивился, почему он был так снисходителен. Мне это нравится. В любом случае, после неоднократных извинений со стороны Эда, я сел в карету и теперь направлялся из замка в город. Конечно, дорога была совсем плохой, поэтому задняя часть кареты подскакивала при каждой неровности, но... Ладно, я потерплю. Это лучше, чем ехать на лошади. Мне в любом случае приходится мириться с этим, даже если я не хочу. Потому что передо мной Эд. Он сел напротив меня, сказав, что ему нужно кое-что объяснить, и спокойно перелистывал бумаги в этой дико раскачивающейся карете, читая мелкий шрифт. Это была удивительная способность. — Причина, по которой монстры выбирают города, проста. Там много еды. Первоначально они выбирали небольшие деревни, где мы не могли оказать сопротивления, но теперь, когда города – это всё, что у нас осталось, логично, что они будут стекаться в них. — Если так подумать, то демоны находятся в замке размером с небольшой город... — В Королевстве Демонов есть Король Демонов, а есть Командиры Корпусов. — Да. — С другой стороны, в городе кроме нескольких сильных демонов никого нет. Если бы мне пришлось для нападения выбирать между двумя местами – замком, наполненным сильными войнами и городом, который можно попытаться быстро захватить, я бы конечно выбрал бы город. У монстров нет мотивов. Они следуют только своим инстинктам. Так как у них нет разума, то у них развиваются инстинкты, и невозможно не заметить энергию, вырывающуюся из Замка Короля Демонов. Если они её не ощущают, то, по крайней мере, они были способны почувствовать уровень опасности. Они не лишены чувств, а только рациональности. Пока не исчезнет эмоция страха, естественно будет сторониться Замка Короля Демонов. — И в город часто приезжали демоны из других областей для торговли, так что они могли хорошо полакомиться, просто устроив караул дороги и нападая на них. — Сейчас их там нет, значит, они должны быть нацелен на сам город. — Да, это... Бах! Аааааа!!! Карета сильно вздрогнула. Моё тело, как лист бумаги также затряслось. Когда я повалился на него, как будто готовый ударить, Эд небрежно поймал меня, проверил, нет ли на мне следов травмы, и усадил обратно, как будто ничего не произошло. — ...Да, мы в городе... — Убить!!! — Прикройте меня... — Не подпускайте его к карете! — Мы сделаем это… — Сдохните, чертовы изверги, умрите, умрите! ...Действительно, это удивительно во многих отношениях. По дороге сюда на нас несколько раз нападали. Даже я, который первоначально был напуган, могу сидеть сейчас так спокойно. Но спокойствие Эда выходила за рамки здравого смысла. В нетерпении я открыл окно и выглянул наружу. Снаружи было адское зрелище. — Эд, разве вы не собираетесь им помочь? — Члены корпуса позаботятся об этом, будьте уверены, они не зря являются Нулевым Корпусом. — Ох... Что?.. Это выглядит именно так. Члены корпуса усердно истребляли монстров. Кажется, что ни один из них не получил серьезных травм, так что каждый, по крайней мере, был способен справиться с одним монстром… Но... Почему Бен там? — Умри, умриииии! Шмяк! Кровь брызнула. Я быстро отодвинулся назад и закрыл окно. Я думал, что двигался довольно быстро, но, кажется, уже слишком поздно. Жидкость была на моей щеке. Ну, одно мы знаем точно. Бен сейчас не в себе. Когда я быстро вытер кровь тыльной стороной ладони, Эд испуганно достал носовой платок и с бледным лицом очень решительным голосом сказал: — Я думаю, вам стоит подождать окончания битвы, чтобы открыть окно. — О, да. Я понимаю, но что насчёт Бена?.. Я вспомнил, как он выглядел немногим ранее. Как он разбивал голову монстра мешком с камнями и кричал громче, чем его противник. Ситуация была настолько запутанной, что я уже начал сомневаться в том, что он действительно врач. Где же его сумка с лекарствами? И куда пропал его меч? — О, когда Бен чувствует вкус крови, он не может остановить себя. Всё же он демон. Да, он демон. Я забыл об этом. К тому же, если он хорошо сражается и при этом ещё и демон, то это уже достаточно, чтобы только один Бен мог справиться со всем. Но я никогда не хочу оставаться с ним наедине, потому что, как говорят, он не может контролировать себя, когда впадает в ярость. Я осторожно вспоминал моменты, когда мы оставались вдвоём для терапии и другого лечения. Мне стало не по себе. — Ох, вот это я дурак. По какой-то причине, чем больше опытных людей меня окружает, тем короче кажется продолжительность моей жизни. — Хахахахахахаха, сдохните, ублюдки! — Уaa... Я прислонился головой к стене кареты, прислушиваясь к неистовому голосу Бена снаружи. Ах, как бы я хотел, чтобы это закончилось. — Перерыв! — Перерыв! Громкий голос Эда проник сквозь щель в двери и ворвался в карету вместе со скандирующими голосами других членов корпуса. Я сидел там некоторое время, разминая затёкшее тело и размышляя о чём-то более комплексном. «Судя по всему, он действительно должен быть заместителем командира». Я запутался в своём помощнике, потому что он делал много покупок и выполнял много моих просьб. С точки зрения Империи, эту задачу должен был выполнять командир дивизии. Однако, поскольку в Замке Короля Демонов заместители командира совмещают функции командира дивизии, Эд справляется со своими обязанностями весьма успешно. Я вышел из кареты, чтобы дать отдых своим больным бёдрам и подышать свежим воздухом. Я открыл дверь и вышел, испугавшись чёрных лошадей, выделявшихся своим внешним видом. Даже одна из них выглядела очень внушительно, несмотря на то, что они выглядели как обычные лошади. Они собрались вместе и что-то ели. На мгновение я был поражен кажущейся мирной атмосферой и смог расслабиться, хотя бы немного. «Ну, по крайней мере, это лошадь. Хотя она ест что-то не как обычная лошадь. Хм…» ...Что-то, это немного странно. Это... Труп монстра? Всё верно. Это действительно труп монстра. Они мирно сгрудились вокруг него прямо сейчас, поедая останки… Я рефлекторно отступил назад, слишком напуганный, чтобы осознать это. Только когда я почувствовал своей спиной жёсткую, холодную дверь кареты, я пришёл в себя. — Сэр Арут. — ... — Сэр Арут. — ... Чёрт, какие же страшные твари, даже слишком. При таком количестве членов корпуса неудивительно, что их так много... Но всё равно страшно. Вы же не думаете, что они вдруг сойдут с ума или начнут прыгать и атаковать меня? Возможно, из-за своего устрашающего внешнего вида, необычного для мира людей, мой взгляд постоянно устремляется на них, несмотря на мою волю. Это не значит, что я проявляю к ним какой-то интерес. Нет, это интерес. Держать их в поле зрения для бдительности – это форма интереса. Пока я смотрел на табун лошадей, предо мной из ниоткуда появилась бутылка с водой. — Сэр Арут, не хотите ли вы попить воды? Довольно вежливо для того, кто возник из ниоткуда. Это был мой преданный Эд, который предложил мне воду с большой искренностью. Честно говоря, я ожидал такой жест от него. — Сколько же здесь людей, которые искренне следуют своим обязанностям. Даже если это всего лишь один человек, который выполняет свои обязанности так искренне. — Спасибо. Это благодарность как за воду, так и за то, что даже я, как человек, не проявляю никаких признаков того, что являюсь человеком, и всегда выполняю свои обязанности. Эд, не понимая двойного смысла, просто ухмыльнулся, как будто это, само собой разумеется. Он посмотрел на группу лошадей, на которых я смотрел мгновение назад, потом на меня, а затем, словно почувствовав что-то, он начал осторожно говорить. — Я заметил, что вы смотрели на лошадей несколько минут назад ... — А, да. Чёрт, я и забыл об этом. Да, я наблюдал за ними, на случай, если они сойдут с ума и нападут на меня. Если бы это были сильные демоны, то, может быть, их бы не стоило бояться. Но я, человек, особенно слабый, если столкнусь с чем-то подобным, то мое тело и душа разлетятся в клочья. Поэтому мне не остаётся ничего другого, как быть настороже. — Кстати, если вы это заметили, то, должно быть, шпионите за мной. Король Демонов отдал вам приказ? Может быть это, из-за заявления об отставке? — Вы думаете, что я могу выдать вас? Это довольно хорошее предположение. После нескольких мгновений колебания Эд медленно заговорил. Слова, вырвавшиеся из его нерешительных губ, были совершенно неожиданными. — Или, может быть, вы хотите... Покататься на лошади? — Что? — Так вы всё-таки хотите… Я машинально открыл рот, ошеломленный, а затем в отчаянии вытянул руку. Но это было отражено в его глазах как-то по-другому. — Нет, конечно же нет. Я просто... — Простите. Я знаю, что это может быть неудобно, но не могли бы вы использовать карету, пока ваше состояние не улучшится? Вы не можете даже ехать на лошади в таком состоянии. — ... Я не позволил себе снова отрицать это. Подождите, разве это не значит, что я больше никогда не смогу ездить верхом? Мое состояние врождённое, а не приобретенное, и оно никогда не станет лучше. Так зачем отрицать это? — ...Я понимаю. Лучше не показывать слабость демонам, и это лучше, чем ставить друг друга в неловкое положение. Из-за чувства опасности, что я могу произнести что-то неуместное, моё горло пересохло. У меня же в руках была бутылка с водой, так что я попытался сделать из неё глоток, не сводя глаз с окружающих… — Эй, новичок, ты уже умеешь ездить на лошади? — Нет, я всё еще недостаточно опытен! — Нет необходимости быть таким скромным. Хорошо, ты уже достаточно подготовлен. Теперь остался последний шаг, верно? Да, есть одна вещь, которую мы должны сделать, что-то вроде особенной традиции нашего корпуса. Но, на самом деле, это не очень старая традиция. Особая традиция? Почему я никогда не слышал об этом в Нулевом Корпусе? Я внимательно слушал, заинтересованный в их разговоре. Что может быть этим последним шагом? Я начинаю сомневаться в их традициях, учитывая, что Нулевой Корпус был создан только благодаря моим усилиям и существует всего два года. Я сосредоточился на их разговоре, гадая, не помешает ли мне звук глотаемой воды услышать их. И мне пришлось пожалеть, что я не проглотил воду. — Есть одна история, которую должен знать каждый член Нулевого Корпуса. Она о нашем сэре Аруте. — Охх, нет... — Да, ты член Нулевого Корпуса, и я хочу убедиться, что ты знаешь, что произошло, когда сэр Арут убил героя. Пфууу!! — Арут?! Я быстро пригнул голову и, к счастью, не выплюнул воду в лицо Эду. Я быстро вытер уголки рта, чтобы убрать воду. И мой помощник был поставлен в тупик. Он быстро достал свежий носовой платок и подносит его к моему рту, затем отстранил его, чтобы проверить, что внутри. На его лице появилось выражение ужаса. — Кровь, кровь... Что? Опять кровь? Судя по его бледному цвету лица, у меня, должно быть, снова пошла кровь. Ну, это уже не первый и не второй раз. Я не слишком паникую... — Кровь, доктор, доктор! — ?.. — Бен! Где вы? Беееен… Знаете, что? Что-то здесь не так, вам не кажется? Меня больше озадачивает отсутствие крови. Разве не должно быть наоборот? Его носовой платок был чистым. По крайней мере, у меня не было никаких красных пятен или чего-то подобного. — Что происходит! О, Боже мой. Бен пришёл. Моя совесть пошатнулась, когда он бросился ко мне. Я попытался разрядить обстановку, но Эд, который был слишком предан, опередил меня на шаг, схватил его за шиворот и закричал. — Сэр Арут вдруг сильно закашлялся, но крови не было! — Боже мой! В этот момент я оставил попытки думать. У этих парней нет ни капли здравого смысла. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Приподнятый занавес (1) — Так что, может быть, в бутылке с водой был яд? — спросил Эд. — Возможно! В любом случае, давайте отложим бутылку в сторону. Также узнаем, кто её подготовил! — сказал доктор. — Да... Хм? Подождите… Я вспомнил! Я ведь сам приготовил эту бутылку! — воскликнул помощник. — Эд, негодяй... Вы могли бы!.. — возмутился Бен. — Нет, подождите. Почему все подозрения направлены на меня?! — спросил помощник. Ах, я понял. Бен ещё не смог полностью оправиться от последствий боя. То есть, он не был в здравом уме. «Зачем ты позвал его? Ты хотел меня убить?» Я посмотрел на Эда с немного остывшим взглядом, но всего на мгновение, потому что он все-таки позаботился обо мне и был весьма смущён. Я решил учесть это и проще отнестись к ситуации. Но это не из-за того, что я боюсь, что следующим заместителем будет кто-то вроде Дахара, заместитель главы 12-го корпуса. Я думал, что если они продолжат в таком же темпе, то устроят передо мной дуэль не на жизнь, а на смерть, поэтому я сильно кашлянул и подозвал их к себе. — Я в порядке, так что вы оба прекратите... — Сэр Арут! — Что за чёрт!.. Крови нет, магический камень не реагирует... что это за хрень? Это магический камень так плох? Бен, мы должны поменять его, как только вернёмся! Нет, да не в этом дело! О, чёрт… В этот момент что-то сгорело дотла. Что именно? Мой рассудок. Не могу поверить, что столько сил ушло на то, чтобы доказать, что это был не яд. Тем не менее, они до конца не поверили мне. Всё, о чём они могли сейчас думать: «Наш могущественный сэр Арут обманывает нас, перебарывая эффект яда самостоятельно, чтобы мы не беспокоились о нём. Поэтому, на этот раз, давайте сделаем вид, что купились на его ложь». Я благодарен, что всё остановилось на этом, но... почему я чувствую себя на грани сумасшествия? — Затем сэр Арут упал между ними, сокрушая бывшего командира 7-го корпуса!.. Я услышал взволнованный и чрезмерно преувеличенный голос. Измученный, я сел на плащ Эда, прислонился к стене кареты и в оцепенении слушал голос. Прохладный ветер дул и развевал мои белые волосы. Ветерок, пробегавший по моим прядям, поглаживая кожу головы, словно наставлял меня на правильные мысли. Благодаря этому мой разум начал возвращаться к правде "о моей безрассудной истории". Всё это ложь. Я не убивал того героя! Я не остановил героя, который хотел самоуничтожиться. И я не принял отдачу от его взрыва своим телом. История о бывшем командире 7-го корпуса также была немного искажённой. Пока я пытаюсь восстановить свои мысли, давайте я расскажу вам о себе. Меня зовут Деон Харт. Сейчас, в силу неизбежных обстоятельств, я живу в замке Короля Демонов под именем "Демон Арут"… … Я был "последним товарищем" "последнего героя". «Последний герой, ах да...» Я наклонил голову и прислонился к стене кареты. Чёрное небо, усыпанное тремя лунами и звездами, заполнило моё поле зрения. «...Это не смешно». «Последний герой, последний товарищ». Это выражение, используемое Империей. У него нет никакого особого смысла. Империя любит вещи, которые выглядят важными. "Последний герой, последний товарищ" звучит более весомо, чем просто "герой" и "его товарищ". Я не думаю, что приставка "последний" имеет какое-то значение, особенно если она прикреплена к герою. «Потому что не существует такого понятия, как постоянно последний». Допустим, есть дом, в котором родились двое детей. Среди них, понятно дело, будет младший. Но что, если родят ещё одного ребенка? Тогда прозвище "младший", которое было присвоено второму ребенку, передастся к третьему. То же самое относится и к героям. Мир ценит равновесие. Сила Короля Демонов настолько велика, что может нарушить баланс, и поэтому в любой момент, пока Король Демонов жив, мир опять отправит героя в битву. Тогда слово "последний", которое было присвоено погибшему, передастся новому герою. В двух словах это означает, что вам не нужно уделять слишком много внимания слову "последний". Это какая-то пустая гордыня, которая просто выглядит так, как будто что-то значит. — Он схватил за плечо героя, готового взорвать себя! А, они всё ещё разговаривают. Но отвлёкся от рассказа я по другой причине. Я плохо их слышал, поэтому наклонился поближе. Итак, начну со времени, когда я был назначен напарником Героя, и мы направились к замку Короля Демонов. «... Если подумать, то хорошо, что я остался жив». Мне даже страшно вспоминать о том, что произошло в тот день. Дорога к замку Короля Демонов была очень опасной. Нет, слово "очень" не может передать того уровня опасности. Многие мои коллеги, которые были отправлены с Героем, погибли, и как можно описать нечто подобное таким простым словом, как "опасность"? В конце концов, когда замок Короля Демона уже был виден вдали, я был единственным выжившим, а Герой настолько доверял мне, что я стал его единственным союзником. На самом деле это была просто удача. — Да, это было везение, – улыбнулся я, глядя на солдат, которые радостно что-то обсуждали о моём прошлом. *** — Дальше я пойду один. — ... Вы уверены? Вопрос сорвался с моих губ. Может быть, в глазах Героя это уже не имело значение. Нет, этого не может быть. Он не обычный человек. Герой – это существо с огромным талантом и крепким телом, подготовленное для схватки с Королём Демонов. Сейчас, вероятно, он видит эту армию более ясно, чем я. Я снова повернул голову, чтобы посмотреть на гигантский замок Короля Демонов. Это великолепно. Вот где живёт сам Король Демонов. По всей видимости, он не будет просто сидеть там и продолжать жить своей жизнью, поэтому... «Какого лешего он вышел встречать нас». Могучий и величественный замок Короля Демонов. Обычно меня привлекали его размеры и величие, но тут меня привлекло кое-что другое. Перед ним сгрудилась кучка чёрных существ. Да, это "демоны". Возможно, это отряды, которые присоединились, чтобы посмотреть на битву короля. Вы поняли мои слова? Я сказал "присоединились". Это значит, что Король Демонов выходит на передний план. Обычно конечный босс должен быть последним, не так ли! Тогда почему, чёрт возьми, он вышел вперёд? — В конце концов, роль "напарника" заключается в том, чтобы помочь Герою дойти до Короля Демонов. Битва принадлежит только Герою. Итак, Деон Харт, твоя цель заканчивается здесь. Ты молодец. — ... — Тем не менее... Если я одержу победу, то вернусь этой же дорогой, так почему бы тебе просто не подождать меня, пока не закончится битва? — ...Я так и поступлю. Снова взглянув на огромную армию, я полностью убедился, что Герой проиграет. У него не было шансов на победу. Даже одному только Королю Демонов противостоять невозможно, не говоря уже о том, чтобы сразиться с ним и его армией одновременно. Но есть ещё одна вещь, которую Герой не упомянул. Роль «напарника» – это обеспечение прохода Героя к Королю Демонов, а также блокирование армии, чтобы Герой мог сразиться со своим заклятым врагом. Но он, вероятно, не упомянул это, чтобы избежать лишней смерти. Если он всё равно должен был умереть, то хотел сохранить жизнь хотя бы одного человека. Это действительно геройское мышление. — Эммм... Я даже не мог вымолвить слово. Ведь я не мог его остановить. Герой был рождён, чтобы убить Короля Демонов. Если он вернётся, то это означает, что он отказался от своего предназначения. Но я не мог пойти с ним туда, где он точно умрёт. Трудно согласиться отправиться в место, где тебя ждёт смерть, когда ты едва успел проделать этот путь. Я не мог сказать, что хочу пойти и умереть. — ... Я закрыл рот и очистил свои мысли. Всё, что я могу сказать на данный момент, это.... ...Ничего. Абсолютно ничего. — Тогда я ухожу… — ...Да. Я едва успел выплюнуть ответ, а он уже спускался с утеса, где мы прятались, в сторону армии демонов. Он шёл без малейшего колебания. Его шаги были настолько уверенными, что он как будто не думал о поражении. Он остановился только тогда, когда достиг Короля Демонов. Произошел короткий обмен словами, и Король Демонов жестом обвёл всех присутствующих. Затем он кивнул и легионы расступились и образовали огромный круг. «По крайней мере, у него есть совесть». Честно говоря, я не думал, что они будут сражаться один на один. Он не похож на настоящего Короля Демонов, у которого даже подлость принимается и одобряется. Однако, когда началась битва, я изменил своё мнение. «Что это за чудовище?» Он не проявил совести, чтобы уступить дорогу своим подданным, он сделал это, потому что уверен в своей победе. Я наконец понял, почему он называется самым могущественным демоном в истории. Это ошеломляет. Он сражается с "Героем", но словно взрослый, играющий с ребенком, Король Демонов принимает все его атаки скучающим и пресыщенным выражением лица. Конечный результат, конечно же, заключался в победе Короля Демонов. Он вонзил в живот Героя его же меч, который вышел из спины. Брызги крови капали на землю. Король Демонов с презрением посмотрел на него, затем взял рукоятку меча, погруженного в его тело, как бы желая убить его. И тогда… — Кто это! Я замер на мгновение. Мурашки побежали по всему телу. Жутковатый голос, царапающий голосовые связки, доносится, очевидно, позади меня. Рефлекторно я первым делом выхватил свой кинжал. И когда я увидел своего соперника, я сразу же расслабил свою руку. «...Огр». Я не могу победить его. Он может говорить, что означает, что он "монстр", находящиеся под влиянием силы Короля Демонов, и поэтому обладает способностями, намного превосходящими способности обычных огров. Мне нужно убежать. Что меня успокоило, так это то, что я бегаю лучше, чем кто-либо другой. «80% удачи и 20% манёвренности, вот секрет успеха, благодаря которому я оставался в живых до сих пор». В точности, скорее это "способность к бегству", чем "манёвренность". «Но я всегда называл это “манёвренностью”...» Бах! — Стой, ублюдок! Действительно, я едва увернулся. Неужели атакующий не пытался сначала поговорить? С благодарностью за мою рефлекторную реакцию и гибкую талию, я сделал несколько шагов назад от него. Затем до меня дошло. «Чёрт, здесь же обрыв». Тук. Земля, на которую я опирался пятками, разлетелась и упала вниз. Единственный путь к отступлению был заблокирован противником. Он грубо держал длинный меч, мускулы его тела, готовые разорвать любого, и спокойная поза, которая показывала, что он очень хорошо знает ситуацию. Я тихо кивнул головой. «Увы, похоже моя удача подошла к концу». Если бы он был глуп, я бы, наверное, смог заманить его и толкнуть с обрыва, но, судя по его поведению, он не глуп. Если я умру, то, вероятно, из-за него. Но жизнь была слишком дорога, чтобы от неё отказываться. Как я выжил до этого момента! Я не хотел становиться напарником Героя с самого начала. Так что я умру от несправедливости! Было бы несправедливо умереть вместе. Ты умрешь, а я буду жить. Я бросился на него с кинжалом в руке. Я, конечно, не собирался делать глупости, например, дать знать о своём присутствии врагам внизу. Просто зажмурился и беззвучно бежал. Неожиданно для меня, он с широко открытыми глазами улыбнулся и поднял меч. Я считал в голове секунды, пока он делал большой шаг вперёд, его меч поднимался и опускался через пространство ко мне, его глаза ни разу не моргнули до сих пор. «Сейчас!» ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Приподнятая завеса (2) Казалось, что я упал, и, покатившись по полу, оказался сзади монстра. Обычно я бы просто ударил его в спину или нанес бы порез, но зная, что его кожа слишком прочна для моей слабой силы, я решил не рисковать и бросился на него со всей мощью. Учитывая его размеры и силу, я действительно приложил все усилия. Честно говоря, я думал, что моя плечевая кость сломается. Мои молитвы, похоже, были услышаны, так как его тело наклонилось вперед. Я поднялся на ноги и отступил на шаг от него, чтобы оценить ситуацию. Впереди был обрыв. Если он сейчас упадет, я одержу победу. Его верхняя часть тела уже полностью свисала за край обрыва. Если он упадет головой вниз, он умрет, но если ногами, то может выжить. Однако, он не сможет сделать ничего, чтобы вернуться наверх. ...Так я и думал, но этот проклятый огр. Он развернулся и схватил меня за лодыжку! «Блять!» Чёрт возьми, я не учёл длину его рук. Моё тело перевернулось, и всё мерцало передо мной. Я чувствовал, как небо сокращается в реальном времени из-за расходящихся облаков. И вскоре после этого... БАММММММ! Сильный толчок пронёсся по его телу. — Ууу... Мои внутренности свернулись в узел. Я тяжело сглотнул, пытаясь справиться с тошнотой, поднимающейся в желудке, и с трудом поднялся на ноги. Я упал... Упал? О, я всё ещё держал в руке кинжал, но разве я сейчас на земле? Я собрался с мыслями и осмотрелся, пытаясь понять, что происходит. Демоны, окружающие меня со всех сторон. И Герой с Королём Демонов, находящиеся недалеко от меня. ...А? Нет, подождите, что это было?! Даже подо мной – тот же самый огр, что и раньше, на которого я только что набросился. Место, куда мой кинжал вонзился, было не что иное, как его горло. «Даже огр может пронзить себя под тяжестью собственного веса...» Я нахожусь посреди вражеской территории, и я только что убил их товарища прямо у них на глазах, не так ли? Вокруг тишина, возможно, из-за внезапного падения. Когда даже Король Демонов замолчал, я начал пятиться, понимая, что должен выбраться оттуда до того, как они придут в себя. Инстинкты выживания указывали мне не на кого иного, как на Героя. Он излучает свет, словно собирается совершить самоуничтожение, но мне больше некуда идти. Со всех сторон я окружён демонами, так что у меня нет ни единого шанса выжить, куда бы я ни пошёл, но это не значит, что я должен идти к Королю Демонов. Уже полумёртвый и готовый к самоуничтожению, Герой был моим единственным спасательным кругом. Я шёл с неописуемым выражением лица, стараясь, чтобы ноги не дрожали. Дойти до Героя было легко. Он уже смотрел на меня, раскрыв глаза, когда я упал, а затем начал улыбаться с грустью, когда наши глаза встретились. Затем он, кажется, что-то хотел сказать, но я не мог слышать его слов. «Ты не можете говорить?» Хотя мне не было необходимости этого делать, я дружелюбно схватил его за плечо и прислушался, приставив ухо к его устам. Тогда слабый голос достиг моих ушей: Ты... И в самом деле... — ?.. Он больше ничего не сказал. Что случилось, это конец? Что, чёрт возьми, он собирался сказать... — Что?! В тот момент я почувствовал нечто странное. Свет, исходящий из тела героя, окутал меня. Сначала я был ошеломлён, но вскоре понял, что он собирался сделать. «Он хотел передать свою силу», — подумал я. Единственный выход, который был в его случае, – это совершить самоуничтожение. Я почувствовал не гордость или радость, а скорее грусть. Сила Героя не может быть передана намеренно. Лишь рассеивание фрагментов силы по всему миру может быть лучшим вариантом. Хотя неизвестно, кто станет следующими владельцами фрагментов, фактически сила Героя не имеет никакой ценности. Но тем не менее, я чувствовал, как его сила проходит сквозь моё тело. Вместо того, чтобы удержаться внутри меня, она просто прошла насквозь, как вода, проходящая через сеть, и развалилась на куски, как обугленные обломки. Вероятно, она распространится по всему миру. А Герой, должно быть, почувствовал себя громоотводом в грозу. Именно так чувствует себя Герой, когда пытается удержать силу и передать её насильно. «…Невозможно». Я уверен, что Герой также чувствует это ясно, но не знаю, почему он не сдаётся. Сила последнего толчка медленно ослабевает, и его тело опустилось на моё. Он был на смертном одре. Он посмотрел на меня и, как бы успокаивая, слабо улыбался. В этот момент меня охватило желание что-то сказать, но я не мог произнести ни слова, пока перелив сил не прекратился, пока не исчез весь свет, пока его тело не обмякло. На мгновение меня охватило неописуемое чувство, но затем я замер, смотря на выражение его лица и почувствовав дискомфорт. «...Он мёртв». Мой единственный спасательный круг. Я перепроверил снова, но не услышал никакого дыхания с его стороны. Не было даже пульса. В моей ошеломлённой голове всплыла одна забытая деталь – тишина, которая была, когда я упал. И эта тишина всё ещё продолжалась... Осознав, что тишина может прерваться в любой момент, я понял, что должен действовать быстро. Я огляделся, чтобы оценить ситуацию и определить, как мне пробраться назад через вражескую территорию. Если я останусь здесь слишком долго, демоны обязательно заметят меня, и моя судьба будет предрешена. Моё сердце забилось быстрее, и я начал двигаться, стараясь оставаться как можно более незаметным. Теперь, когда Герой мёртв и его сила распространяется по миру, мне придётся полагаться на собственные способности и мудрость, чтобы выжить и преодолеть все трудности, которые мне предстоит встретить на своём пути. Моя долгая и опасная дорога только начинается. Теперь, когда я понял важность своей роли в этой истории, я должен собраться с силами, чтобы отыскать фрагменты силы Героя и, возможно, изменить ход судьбы. Время идёт, и я должен продолжать двигаться вперёд, независимо от того, какие трудности меня ждут. — ... — ... Я стал чувствовать себя неуютно, ощущая пристальные взгляды со всех сторон. Когда я поднялся на ноги, глаза зрителей начали медленно следить за мной. Я жаждал, чтобы они отвели свои взгляды, поскольку это лишь усиливало моё напряжение. Среди всех этих глаз на меня смотрел и Король Демонов, что лишь добавляло тревоги. Мне срочно нужно было уйти отсюда, чтобы не показывать свою слабость перед демонами, которые явно имели надо мной превосходство. Но тут я почувствовал, что из моего рта начинает вытекать кровь. «Чёрт, почему именно сейчас!..» Я осознавал, что получил серьёзный удар при падении, однако до сих пор чувствовал себя на удивление хорошо. Теперь же я не мог поверить, что кровь так просто хлынула изо рта. Все это время тело погибшего Героя сильно отягощало меня. Мне хотелось бросить его и убежать. Но в то время, как я обдумывал свои действия, губы Короля Демонов, до сих пор плотно сжатые, медленно раскрылись. — Как тебя зовут? Что он имел ввиду? Значит ли это, что, если я убегу, он найдёт меня и убьёт? Или, возможно, он хочет найти мою семью и убить или запугать их после того, как услышит о моём бегстве. В любом случае, шанс выжить, убежав, крайне мал, так что неважно, расскажу я ему своё имя или нет. Но что насчёт моей семьи, моих близких... — …Деон Харт. Прядь моих белых волос развевалась на прохладном ветерке и щекотала мне щеку. Я смахнул её и слабо улыбнулся, потирая уголки глаз, в которых находились красные зрачки. Так что же, я назвал своё имя. Теперь он может сделать со мной все, что захочет. Я был так настроен, но то, что я получил в ответ, стало для меня сюрпризом. — Ты не хочешь стать военачальником армии демонов? Впервые в жизни мне что-то предложил демон. Я недоволен. Это может быть предложением, но на самом деле у меня нет выбора. Если я откажусь, я уже знаю, что произойдёт дальше. Но я не дрогну перед такой угрозой! Я поднял тело мёртвого Героя, прислоняя его к себе. Я осмелился сказать "нет" перед Королём Демонов. — Я ненавижу бумажную работу! Я немного затянул свой ответ, но моё намерение было правильным. Я даже слышал, что некоторые командующие страдают от бумажной работы. Я не хочу тратить на это своё время. — Ну, тогда не делай этого. — ?.. — Что, если ты будешь в этой должности, но без бумажной работы?.. «Что?» — Если такой должности нет, то мы создадим её. Как насчёт Командира Нулевого Корпуса? Тебе это нравится? О нет. Он не в своём уме? Командир Первого Корпуса занимает позицию заместителя главы демонов, а он хочет, чтобы я стал Командиром Нулевого Корпуса? Мои способности ещё не были проверены, а он просит меня быть командиром? — Не беспокойся о протестующих. Те, кто увидели эту сцену, не смогут даже произнести возражений. Тогда я понял, что что-то серьёзно не так. В итоге, я не мог отказаться от предложения о занятии должности Командира Нулевого Корпуса, потому что я был подавлен высокой ценой, которую мне предлагали за отказ. *** Бах!!! Когда Деон упал с тяжёлым стуком, я был несказанно удивлён. Если бы не меч в животе, я был бы на ногах. Но всё было уже решено. Я не убил Короля Демонов, а только остался в его руках, готовый умереть. Нет никакой ценности в Герое, который не может убить Короля Демонов. Все вознаграждения и почёт, которые я получал как "единственный человек, который может убить Короля Демонов", были отозваны, когда я не смог это сделать. Другими словами, Герой, который проиграл Королю Демонов, стал ничего не стоящим человеком. «Но почему?» Почему он здесь, если мог просто убежать? Деон Харт. У него есть не только обязательство как "товарищ", но и обязательство сообщить Империи о результате битвы. Так что было бы гораздо более полезным уйти тихо вместо того, чтобы рисковать своей жизнью здесь. Тем не менее, он вторгся на территорию врага и теперь шёл сюда с чувством гордости. — Ха-ха. Из меня вырвался нервный смех, смешавшийся с тяжёлым дыханием. В тот короткий момент между нами промелькнуло какое-то товарищество, и поэтому он здесь? Чтобы собрать осколки? «Даже лицом к лицу перед Королём Демонов?» Может быть, это меч в моём животе, но едва уловимое ощущение поднимается из нижней части живота и витает вокруг сердца. Долгое время он мог только сжимать губы в разочаровании от неописуемых ощущений, а затем он схватил меня за плечи и наклонился близко к моему уху. Воодушевлённый этим, я сказал одну фразу. — Ты... И в самом деле... Он тот, кто безрассудно мил и предан, вопреки распространённому мнению. Когда родится следующий великий "Герой", я надеюсь, что это будешь ты. Я начал направлять всю энергию, которую собрал для саморазрушения, с намерением передать её ему. Будучи Героем, я знал, что сила Героя не может быть передана намеренно. Тем не менее, поскольку это было единственным способом для него выжить, это всё, что я мог сделать. Герой, переступивший черту терпимости, установленную миром, призвал его, и теперь он наблюдал за ним. «Мир, ты смотришь?» Конечно же, он смотрел. Герой был тем, кому была непосредственно предоставлена сила, выбранная миром. Так что мир должен видеть и знать об этом. «Это моё решение по собственной инициативе». Потому что он ничего не знает. Я понесу все последствия нарушения воли мира. Пусть твой гнев за такое поведение будет направлен только на меня. Мир, который взвешивал грехи, вынес приговор. На мгновение от ужасной боли я зажевал кончик языка. В глубине моего горла раздался невнятный крик. Боль, пронзающая мышцы, пронзила и мои кости. Голова болит так, что кажется, будто она вот-вот треснет. Возможно, это было предупреждение, возмездие от мира, но я проигнорировал его. Я сглотнул кровь, хлынувшую в моё нутро, и надавил ещё сильнее, преодолевая душераздирающую боль. «Пожалуйста. Даже если это всего лишь один осколок...» Я не могу позволить, чтобы такой человек был убит демоном. Поэтому, пожалуйста, дай ему силы противостоять Королю Демонов. Однако моё рвение было недолгим. Вся сила, которая была влита в Деона, вышла из него в виде света и распространилась по всему свету. Осколки скользили по его телу, как птицы по облакам, а затем, не задерживаясь, они понеслись по ветру, сверкая на свету, и растворились в воздухе. ...Как и предполагалось, это не сработало. По большому счёту, ты не можешь проиграть. Хотя черта была пересечена, я всё же решил "передать" свою силу в обмен на свою "жизнь", и поскольку я платил "жизнью", мир должен был её кому-то "передать". Таким образом, утраченная сила не возвращалась в мир, а распространялась по свету, как и сила других "проигравших" Героев, и создавала другого "Героя". Но Деон вдруг заговорил… ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Приподнятая завеса (3) — ... Я закрыл глаза предвкушая мрачное будущее, которое всё время приходило мне на ум. Если существует мир или Бог, который управляет и наблюдает за всем этим, то возможно он может принять любую форму, но никогда не примет облик “человека”. Люди – самые эмоциональные из всех живых существ. Даже если они стараются принимать рациональные решения, в конечном итоге они не могут избежать того, что они подвержены эмоциям, поэтому им невозможно быть холодными и беспощадными. «Ах…» Смерть была близка. Не в силах сдержать своё падающее тело, я прислонился к Деону. Я даже не мог поднять голову, и сложное выражение его лица стало чётко видно на фоне чёрного ночного неба, на котором были три круглые луны. Выражение, которое говорило о том, что он не знает, что сказать. Деон лишь слабо рассмеялся. Тебе не нужно ничего говорить. Всё, что тебе нужно делать, – это жить. Но если бы мне пришлось выбирать, что я хочу услышать перед смертью, я бы сказал.... «Имя». Моё имя, а не звание Героя. Однако ты, вероятно, не знаешь. Ты, вероятно, никогда не узнаешь моё имя, которое даже я позабыл. Когда ты становишься Героем, неважно, какой была твоя жизнь до этого, ценность твоего существования сводится к убийству Короля Демонов. Никто не называет Героя по имени, и ты настолько потерян в своей цели, что даже не можешь сам вспомнить своё имя... «...Мне бы не хотелось, чтобы я забыл своё имя». Надеюсь, следующим великим Героем будет не Деон Харт, а кто-то другой. Я медленно закрыл глаза, наблюдая, как Смерть медленно тянется ко мне. Независимо от того, удалось мне это или нет, я рад, что сделал это. Я даже был рад умереть. Это означает, что теперь я могу отдохнуть. Моё имя, по крайней мере, будет упомянуто на похоронах. Если. Если ты доживёшь до моих похорон. Ты запомнишь моё имя. «Мой взор… застилает тьма». *** Получив признание Короля Демонов, мэр одного из четырёх главных городов, известный как "Первый город", вышел дрожа из ворот своей крепости. По сути, мэр – это человеческий эквивалент лорда. По крайней мере, в этом городе он был практически равен Королю Демонов, и несложно было понять, почему он так напряженно ждал на пороге, ожидая, что кто-то важный приедет. И этим человеком был Командир Нулевым Корпусом, о котором ходили только слухи. Даже если бы это был просто командующий другим корпусом, всё равно я должен был бы поклоняться и трепетать перед ним, но теперь передо мной стоял гигант среди гигантов, чья личность не была до конца понятна. Если вы спросите меня, что я чувствую по этому поводу, я скажу, что это неловкость. Подумайте о том, что вы не можете льстить, потому что вы не знаете его склонности, но вы также не можете быть слишком строгим. Что, если вы не сможете потакать ему? Вы можете навсегда потерять доверие, которое вы заработали за столько лет. «Если вы сделаете ошибку, вы умрёте...» Сухость в горле увеличивалась. Моя спина уже была мокрой. Точно так же, прижав влажные руки к штанам, я ждал, когда откроются двери кареты. В конце концов, был только один способ. Действовать так, чтобы не вызывать неприязнь и быстро познакомиться с ним. Поэтому держи себя в руках. Легенда гласит, что даже Король Демонов не может обращаться с ним грубо. Это был Командир Нулевого Корпуса. Было очевидно, что случится, если я разозлю его. «Я хочу жить достаточно долго, чтобы насладиться моим статусом!» Вскоре дверь кареты открылась, и из неё выскочил красивый и энергичный мужчина, с аккуратной причёской и чистым внешним видом, который не очень подходил к его аристократической внешности, но испускал угрожающую силу. Это он, Командир Нулевого Корпуса? Но он имеет магическую силу, а значит он точно не человек. Как и ожидалось, этот человек был правой рукой Командира Нулевого Корпуса, и он держал дверь кареты, открытой с невероятно вежливым жестом, как будто ожидая, что кто-то выйдет. Затем фигура в чёрной одежде ступила на ступеньки кареты и медленно спустилась вниз. —Это он, – подумал я. Как будто мне не нужно было этого говорить. Его непринуждённый язык тела, его бесстрастное поведение, авторитет, который он излучает. Он носит мантию, которая является символом нулевого корпуса, и кто ещё может быть Командиром Нулевого Корпуса, кроме него? Он был не таким большим, как можно было ожидать. На самом деле, он был таким карликом, что, если бы я встретил его, когда был пьян и не мог оценить обстановку, я бы начал ссору. Однако сейчас я был трезв и способен лучше чувствовать атмосферу, чем кто-либо другой. Кто этот энергичный человек с сильной магической силой? Кто этот человек с ранцем, покрытым кровью, кого он защищает? Также, кто следит за людьми, окроплёнными кровью, которые, как будто, вступили в бой с демонами? И наконец, «Кто здесь самый спокойный». Глоток. Я проглотил слюну, переваривая свои мысли и осторожно подошёл к мужчине в рясе, склонившись и произнёс: «Добро пожаловать в первый город». *** Хотя наша задержка была вызвана нападениями монстров, я знал, что мы должны прибыть в конечный пункт рано или поздно. Да, я "только и думал" об этом. Другими словами, я ещё не готов к этому ментально. — ... Я сидел на месте и бестолково смотрел на открытые двери кареты. «Я не хочу выходить отсюда». В любом случае, хоть и поздно, если я спущусь здесь, то должен буду на самом деле защищать этот город от ужасных демонов без возможности двигаться с места. Вероятность того, что мои навыки будут обнаружены, также увеличится. О, когда я об этом думаю, я ещё больше не хочу спускаться. Прежде чем спуститься, я затянул капюшон плаща, который Эд мне дал. Тогда мой помощник, который держал дверь снаружи кареты, позвал меня с удивлённым выражением на лице. — Сэр Арут? — Да, пойдём... Неохотно я поднялся со своего места. Когда я медленно спустился по ступенькам кареты, мой взгляд встретился с исхудавшим демоном, который, казалось, был мэром города. Я не знаю, является ли это его обычным выражением, но его лицо было неподвижно. «Не может быть, чтобы у него было такое выражение лица.... Это, конечно, не его обычное выражение лица. Он, очевидно, не доволен моим приездом». Я надеялся на лучшее, когда отправился в город, но меня встретил этот никчёмный тип, и как мне улыбаться и наслаждаться жизнью в этом городе? Возможно, в этот момент он чувствовал сильное разочарование и говорил в душе: "Нашему городу конец!" Или: "Чёртов маленький демон!" И он мог проявить свою ярость. Я не такой бестактный, чтобы приветствовать его с улыбкой в такой ситуации. Поэтому я молча стоял, не открывая рта, и в это время он сделал шаг в мою сторону и вежливо наклонился. — Добро пожаловать в первый город. И следующие слова были полны похвалы. Он сказал, что это честь принимать Командира Нулевого Корпуса в гостях, что такое не повторится дважды, и что все жители города будут чувствовать себя спокойно. Что-то вроде похвалы, но это не явное подхалимство, а скорее естественная похвала. Это я могу сказать с уверенностью. Я восхищён этим парнем! Он так хорошо контролирует свои эмоции, что это не может быть просто несколькими словами подхалимства. Я даже не смею прервать его и просто восхищаюсь им, когда Эд, казалось бы, прошёл мимо меня со своим жёстким выражением лица. — Хватит лести, — сказал он. — ! Не слишком ли ты груб? Он уже был расстроен, когда я пришёл, а теперь, если мой подчинённый начнёт издеваться над ним, то какого ему будет? Глаза мэра расширились от удивления. Но затем, как профессионал, он кивнул, скрывая своё выражение лица кривой улыбкой. — Я извиняюсь за моё грубое поведение. Я волновался из-за посещения сэра Арута, и это заставило меня неоправданно грубить вам. Я прошу прощения. — Я Эд, заместитель сэра Арута, Командира Нулевого Корпуса. Если бы это было просто туристическим посещением, я бы мог выслушать вас до конца, но, к сожалению, наша цель – защита города, так что давайте перейдём к делу. — Спасибо за ваше понимание. Когда мэр глубоко поклонился, Эд стал строгим начальником, который принимает доклад. Взяв в руки ручку, он начал рыться в бумагах, которые носил с собой ещё в карете, задавая вопросы. — Демоны нападали точно через день? — Нет, никакой закономерности в их атаках не было. Но если есть что-то, в чём я могу быть уверен, то это то, что они вернутся в течение недели. — Насколько масштабным было нападение, и какова была численность, чтобы мы могли сделать предположение. Все ли демоны с окрестностей пришли? — Да, думаю, все. Из-за того, что их тоже нужно кормить, это стало делом выживания, и, кажется, все монстры с округи собрались. Атака была жестокой. Это был не просто бой, но, скорее, это был ураган. — Ураган? Приток монстров был настолько сильным? Ну что ж, если проблема была в количестве, то она уже решена, верно? — Решена, да. Хотя 'решена' звучит слишком оптимистично... Но почему он смотрит на меня таким образом, говоря это? Я подумал, что это может быть моё заблуждение, но, когда наши взгляды встретились, я почувствовал, что в его поведении есть что-то зловещее. Он точно что-то задумал! Простите? Секунду. — Извините, есть что-то необычное? Он проигнорировал меня! — Думаю, что лучше рассматривать эту битву не как сражение с монстрами, а как осаду. — Да, я согласен. — Эд?.. Он разговаривал со всеми, кроме меня. Он же что-то от меня хочет? Я замолчал, стараясь выяснить, что же он от меня хочет, но Эд снова перебил меня, нетерпеливо спросив: — Что вы собираетесь делать? — ...Я не знаю, что делать. Я не хочу пойти искать монстров, чтобы потом попасть в ловушку. Придётся ждать здесь, пока они не придут. Но я не могу это сказать. — Арут? — ...Они должны напасть в течение недели, так что нужно ждать. Нет необходимости идти им на встречу. — Тогда, что делать нашим воинам в это время? — Они свободны, пока не будет нападения монстров. Могут пить, ходить по магазинам. А если будет нападение, нужно сразу же реагировать. Эти слова понравились воинам, и их лица стали более радостными. Я гордо выпрямил грудь, убедившись в правильности своего выбора. Я не мог просто ждать неделю, возможно, понадобилась бы даже больше времени, но это было единственным выбором. Конечно, если бы это был мой приказ, я бы тоже ждал, но это не было бы лучшим решением, потому что мой авторитет мог бы пострадать. Так что лучше выглядеть более расслабленно и получить больше уважения от других воинов. «Хорошо, значит, если демоны нападут, я должен сначала защитить себя». Я улыбнулся про себя и кивнул головой, когда мэр, который уже давно наблюдал за нами, спросил, хотим ли мы посетить наше место для отдыха. — Да, конечно. Он был умелым профессионалом, который не нарушал психологический баланс своего гостя. Я обернулся и посмотрел на своих солдат, которые сияли от радости. — Вы можете найти место для отдыха и заниматься любимым делом. — Урааааааааааааа!!! — Да здравствует сэр Арут! Услышав одобрительные возгласы моих воинов, я одобрительно кивнул. Конечно, я тоже собирался хорошо отдохнуть. «Я должен выпить немного». Этот город не похож ни на один другой. У этого первого города есть даже второе название: "Город ночной жизни". Алкоголь, азартные игры, проституция и другие вещи, связанные с удовольствием, являются фирменными символами города! Среди всех вариантов, конечно же, мне больше всего нравился алкоголь. Я пошёл за мэром, который сопровождал меня, напевая песню под нос. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Приподнятая завеса (4) Комната была великолепна. Хотя она не сравнится с замком Короля Демонов, но об этом я не мог и думать, поэтому я выплеснул всё свое восхищение и направился к окну. На небе, видимом из окна, было три луны. «Ещё светло». Конечно, в мире демонов нет солнца, но это не значит, что нет различия между днём и ночью. Если на небе три луны, то это день, а если они перекрывают друг друга, создавая одну, то это ночь. Поскольку сейчас они выстроились в ряд, сейчас день. «Почему бы не выпить днём? У дневной выпивки есть свои прелести». Я сбросил с себя мантию и посмотрел на то, что на мне надето. Это была обычная одежда, которая, казалось, была удобной для движения. В такой одежде я могу выйти на улицу без проблем. До этого момента я был так взволнован, что забыл об одном очень важном факте. — Нельзя, — услышал я голос. — Это город, который нужно "защитить". Вы собираетесь погрузить его в хаос? Что у меня два проклятых преследователя. «...О боже!» *** — Это командир Девятого Корпуса? — Да, это он. Джакар смотрел на тело холодными глазами, опустившись к нему. Он находился на передовой линии. Подозревая о потере связи с командиром 9-го корпуса, Деон прибыл в качестве подкрепления в последнюю минуту, но ситуация уже была безнадежной. Командир Девятого Корпуса мёртв. «Это Командир Девятого Корпуса». Тем не менее, была причина, по которой труп некогда живого, дышащего человека называли "этим". Труп, который был сильно изуродован и едва узнаваем. Он был больше похож на кусок мяса, чем на труп, и его "держали" в гробу, который выглядел так как будто сделан пару минут назад. — На втором или, может быть, на третьем ударе, его голова отлетела, и он был раздавлен копытом лошади. — ... — Что же вы за войны, раз не смогли даже вернуть тело своего командира? — Извините. Выражение Джакара при виде того, что это был Командир Девятого Корпуса, было не самым лучшим. Отсутствие Командира Девятого Корпуса было не просто потерей в боевых силах. Конечно, это имело влияние, но была и другая, более серьезная проблема. — Командир Первого Корпуса! Враг! — ...Опять, да неужели? Неожиданно мощное наступление противника. Я вздохнул в отчаянии. Не подготовившись, Джакар выскользнул из палатки, меч в его руке был надежно пристегнут к поясу. Его облик на солнце был неуклюжим. По прибытии мы едва успели распаковать вещи, как нас бросили в бой. Он махал мечом безумно, но его силы были на пределе. Ситуация была настолько опасной, что ему снова приходилось сражаться. Всё это из-за одного человека. Один из самых сильных Героев Империи, появившийся на этом поле боя без предупреждения. Если бы здесь были другие командиры, кроме Командира Нулевого Корпуса, то они были бы легко отброшены. Пшшш. — …Попросите поддержку у Короля Демонов. Его голос был отчетливо низким, как будто он сдерживал эмоции. Он не хотел признавать это, но ему нужно сохранить своих солдат, чтобы не потерять их из-за своей гордыни. — Появился "настоящий Герой" и Командир Девятого Корпуса мёртв. Теперь у него было только одно задание. Выждать время, пока не придёт поддержка. ...До тех пор, пока наш "Джокер" не придёт и не уничтожит их. Думая о командире Нулевого Корпуса Аруте, который, вероятно, находился в городе в это время, Джакар глядел на Героя. Он казался волком, который бродил среди овец, будто он собирался его убить. *** Я здесь уже два дня и даже не притронулся к алкоголю. Причина этого до банальности проста. За мной целый день наблюдают в паре, чтобы я не сделал что-то неправильное! Такие ублюдки. Я устал от неустанного преследования Эда и Бена просмотрел карты в своих руках и бросил их, произнеся сквозь зубы. — Я точно сказал, чтобы они свободно жили здесь? — Да, я ясно слышал вас. — Солдаты были в восторге. — Другими словами, эта "свобода" включает и вас. — Был приказ не отходить от вас ни на шаг. — Я здесь чтобы охранять... Чёрт! Я нервно бросил карты и, смахнув золотые монеты передо мной, раздраженно сказал. — Ну, позвольте Эду хоть уйти. — Охрана... — Одного Бена будет достаточно. Пожалуйста, уходи. Мне трудно дышать. У меня что, не должно быть личной жизни?! Я раздражён. Это наверняка приведёт к гневу. Я быстро перевёл взгляд на кучу золотых монет рядом со мной. «Уфф...» Мои чувства успокоились. Это всё мое. Я, по крайней мере, пока не беспокоюсь о деньгах. «На самом деле я не так уж нуждаюсь в деньгах, но…» В конце концов, существует такая вещь, как настроение. Я откинулся в кресле и скрестил ноги, рассматривая золотые монеты, сложенные рядом со мной. Наверняка уже понятно, что я сейчас в игровом зале. Изначально я пришёл сюда, чтобы выпить и забыть свои страхи перед демонами, но теперь, когда я не мог этого сделать, то почему бы и не попробовать сыграть, чтобы развеять свои мысли? — Вы опять выиграли. — Вы действительно умны. Почему я так хорошо играю в эту игру? Может быть, мне стоит просто бросить все остальные дела и сосредоточиться только на этом? «…Ну а если на самом деле бросить все дела?» Похоже, что я очень хорошо играю в эту игру. Взгляды людей в казино, смотрящих на меня, изменились немного с тех пор, как я начал выигрывать. Особенно взгляд в глаза парня, сидящего напротив меня. — Почему бы не закончить на этом, если это снова моя победа? — Что за хитрость? Вы жульничали? — Это не хитрость, просто я победил. Однако, нет смысла спорить на эту тему, поэтому я просто улыбнулся и кивнул. Теперь, когда игра окончена, я ссыпал золотые монеты в мешок, который Эд подал мне сзади, и взял напиток, который он держал в руках. — Вы действительно так хороши в этом! Вы не использовал какие-то хитрости? Не принимайте это на свой счёт, но я просто поражен, настолько вы хороши. — Я не использовал никаких хитростей, но... — О, я собирался выпить этот напиток, но проиграл, так что вы, должно быть, потеряли аппетит к игре, поэтому я позволю вам выпить его за все ваши труды. — Нет. Это сказал не я. Вы, проклятые преследователи!.. Кстати говоря, Эд, всё еще не ушёл. Почему он здесь? Разве я не сказал ему уйти? Привязав к поясу мешочек с золотыми монетами, я поднял голову и посмотрел на Эда. ...Хотя, я сразу расслабился, когда наши глаза встретились. В любом случае. — Эд, я же сказал вам уйти, не так ли? — Но... это для вашей безопасности... Безопасности? Когда я пришёл сюда, Бен очень хорошо дрался. Он был похож на какого-то берсерка. Поэтому я не хотел оставаться один на один с ним, но с тех пор, как я мучаюсь уже два дня или больше, моё мнение изменилось. Я сам могу стать берсерком, если я продолжу проводить время с ним. Лучше отправить его куда-нибудь побыстрее. — ...Эм... Мой помощник медлил, склонив голову. Я посмотрел на Бена и увидел, что он смотрит на Эда с выражением победителя. Это мой шанс! Очень естественно, как будто я взял стакан воды, я схватил рюмку и быстро сказал, не дав Эдгару и Бену обратить на меня внимание: — Можно понять, что с Беном ничего не поделаешь, но Эд может отдохнуть здесь, не так ли? Он много трудился в последнее время, и это может быть его единственным шансом отдохнуть. — ... — Да? Он печально повернулся и попытался разогнуть свою спину. Я улыбнулся победителю и поднёс рюмку к губам. «Какой же я глупец». «?..» И тут я замер. Перед тем, как жидкость вошла в мой рот, я остановился на мгновение. В то же время Эдгар внезапно повернул голову и посмотрел на меня. Я застыл с рюмкой в руке, словно замерз. — ... —… Ха, ха, ха. Глаза замерли, словно выражая разочарование. Даже взгляд Бена, который только что смотрел на Эда, повернулся в эту сторону. Мне пришлось неуклюже опустить руку, удерживавшую стакан, из-за пронзительных взглядов, перекрещивающихся между моим стаканом и лицом. — Я просто хотел ощутить аромат. — Да, я верю вам. — ... — Тем не менее, я хотел бы сказать, что мы здесь, чтобы обеспечить безопасность города. Пожалуйста, воздержитесь от алкоголя насколько это возможно. — Да, конечно... Ладно, а теперь уходи отсюда. Я помахал рукой в воздухе с таким намерением. Эд, который снова стал угрюмым и ушёл пошатываясь, а Бен, который молчал, произнес слова, которые я слышал уже столько раз. — Вы слышали, уберите стакан. — Да, конечно, я так и поступлю. Когда я небрежно сел и отодвинул стакан, его выражение лица немного изменилось. Он выглядел, как будто бы он говорил "Что происходит?" ...Каким было моё обычное впечатление? Я почувствовал себя плохо. Я резко повернулся и посмотрел на парня, который предлагал мне выпить. Лицо, наполненное вопросами, смотрело на меня. Я прямо смотрел на его безобидное лицо и медленно сказал с мрачным выражением: — Я люблю алкоголь, но я не большой поклонник наркотиков. — !.. Вы думали, что запах алкоголя замаскирует это, не так ли? Это может выглядеть так, но я чувствую запах наркотиков. Почему? Я уже достаточно много их перепробовал. Так что я уверен, что в этом стакане есть два вида наркотиков. Вероятно, это снотворное или обезболивающее. Они сконцентрировались только на эффективности, поэтому в составе есть наркотические вещества. Это алкоголь, созданный для бесчувственного удовлетворения, не заботясь о том, кто будет его пить. Так зачем он держит его, чтобы выпить его самому? — Вы принесли это, чтобы использовать его, если проиграете? — ... Лицо оппонента побледнело. Шумный игорный дом окутал тишина. — Что?.. Молчание было гнетущим. Под вниманием множества глаз, мужчина, который был испуган до потери сознания, сделал неправильный выбор. — Что вы говорите? Наркотики? Это был плохой ход. Доказательства были налицо, и он отрицал их. Как глупо. Тогда Бен, который был рядом, трясущийся от гнева, безжалостно поставил ему мат. — Тогда вы можете выпить это сами. — ... Игра была окончена. Я слегка прищёлкнула языком, наблюдая, как он закусил губу, не в силах ничего сказать. Он выглядел как осёл. Я имею в виду, что он был настолько глуп, чтобы скормить это дерьмо человеку, за которым следят два подчинённых. Он мог бы попробовать украсть кошелёк во время того, как я лежал без сознания, или, если бы он был пойман, попытаться использовать меня как заложника, чтобы добиться своей цели, но он столкнулся с доверенным лицом Короля Демонов. О, я не так выразился, надо было сказать главным военачальником. Я отодвинул стул и медленно встал. В конце концов, я смог неплохо заработать деньжат, и я не пил этот наркотический коктейль, так что я не понёс никаких убытков. Я не хотел увеличивать проблему, поэтому просто молча встал и собирался уходить со своего места, но... Бум! Бум! Но произошло что-то еще более неожиданное. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Приподнятая завеса (5) — Эй ты! Сначала я подумал, что что-то случилось с Беном. Я думал, что довольно тщательно слежу за своим "здоровьем" и возможно даже слишком сильно, но следующие слова вызвали подозрения относительно моих мыслей. — Майлз! Я говорил тебе, чтобы ты не занимался такими грязными вещами во второй раз! Э? Бен знал имя этого парня? Кстати, его голос звучал немного по-другому. Я оглянулся. «...Бен здесь, верно?» Всё ещё кипящий от ярости, но спокойно стоящий позади меня. Я безошибочно узнаю Бена при любых обстоятельствах. Но это был совсем другой демон, который схватил за горло того наркомана по имени Майлз. Бум-Бум!! «Чёрт, он бросил его прямо на землю!» Парень бросил его, крутя шею, как будто бросил что-то другое, например, камень, а затем взглянул на меня. Я был очень обескуражен этим зрелищем, глядя на его искаженное лицо, и на того парня, который был прижат к земле. Он смотрел на меня с презрением, но это было только на мгновение. Его выражение лица сразу же смягчилось, и он заговорил осторожно, с ноткой сожаления в голосе. — Мой друг совершил большую ошибку, я прошу прощения. — Нет… всё хорошо. — Нет, это было серьезно. Я думал, что больше такого не случится, после того как разобрали этот инцидент раз и навсегда. Извините. Я должен как-то это компенсировать... Я действительно чувствовал себя хорошо. Я просто хочу вернуться и отдохнуть, потратив полученные сегодня деньги на что-то другое. Я собирался отказаться от того, что они предложили, и пойти домой, но потом увидел… — О, вы сказали, что любите выпить. Кстати, на втором этаже здесь бар. Я могу купить вам там что-нибудь выпить. — !.. — Можете пить сколько захотите. Все действия прекратились. Я ничего не могу с этим поделать. Это как инстинкт. — М-можно сколько угодно? — Да, сколько угодно. — ... Это форс-мажорные обстоятельства. — Сэр Арут...? Бен, будто почувствовав нарастающую опасность, осторожно позвал меня. Да, наконец-то я смог прийти в себя. Нет. Эд уже сказал до этого. Я должен сдержаться. Я должен не поддаться на провокацию ради Бена, который так внимательно следит за мной. Меня не обманут такие провокации, как эта. — Это просто жест доброй воли, не стоит нагружаться. Если вы чувствуете себя неуютно, могу рассказать вам несколько секретов о вас. — У меня нет никаких секретов. — О, действительно сложно выявить секреты в первую встречу, не так ли? Нет. Это не из-за того, что мы встретились впервые, просто их действительно нет. — Тогда давайте начнём с того, что познакомимся друг с другом. В его голосе звучала какая-то странная нотка, что делало его ещё более приветливым. Я посмотрел в его глаза, которые казались озорными от улыбки на лице. Этот парень довольно хитёр. Мне кажется, что он умело привлекает людей к себе. Обычным людям ты, вероятно, нравишься, но это не работает на меня, который знает всё! «По крайней мере я так думал...» В следующее мгновение я оказался с ним на втором этаже. Я попался! Почему?! Захотелось рвать волосы от отчаяния. Конечно, мои волосы были мне дороги, поэтому я сжал кулаки. — О чём вы думаете? — ... Ни о чём. Нет. Когда я обдумал это, я понял. Это произошло потому, что я не пил уже довольно долго. Особенно для людей, которые, как я, любят пить, это было достаточно просто понять. Так что мне придётся выпить немного, чтобы не попасться на эту уловку снова.... — Сэр Арут… — Ах. Я был ослеплён алкоголем и забыл о присутствии следящего за мной демона. Я покрылся холодным потом, глядя на Бена с отчаянным выражением лица. Я бы предпочёл, чтобы он был более авторитарен и настойчив, тогда бы я не чувствовал себя виноватым, но такой мягкий взгляд в мою сторону вызывал у меня чувство вины. Это было даже страшнее. Поэтому я старался быть осторожным, следя за его настроением, и попытался пойти на уступки как можно более осторожно. — Я просто хочу выпить одну бутылку. — ... — Я не буду пьянеть. — Если вы так думаете… — Да! Я могу выпить одну бутылку? Ты тоже выпьешь, не так ли? — ...Ладно. Тяжелый вздох прошёлся по столу. Я не показывал своих эмоций, но внутри меня всё тряслось. Как всегда, когда я прошу о чём-то, Бен плохо реагирует. Ничего не вышло, а расположение духа моего помощника упало. Это ужасно. Вздох вырвался из груди. Он, кажется, снова услышал это, и Бен с дрожащим телом посмотрел на меня. — ... — ... Его взгляд задел меня, словно спрашивая, почему я вздыхаю, хотя должен был вздыхать он. Как-то даже задыхаясь, я снова глубоко вздохнул, и он медленно произнёс, дрожащим голосом: — Только... одну бутылку, пожалуйста. — Что? — К сожалению, я думаю, что лучше дождаться следующего раза, когда мы сможем выпить больше. Извините. Мне потребовалось некоторое время, чтобы понять его слова. Этот парень, который, казалось, никогда не дал бы своё согласие, теперь соглашается? Я правильно слышу? Или я услышал только то, что я хотел услышать? После нескольких секунд размышлений в голове, я понял, что он говорит правду, и, подавляя свою радость, ответил: — Конечно. Наконец-то! Я сел за стол, напевая песню в душе. Тот парень, который по очереди смотрел на меня и Бена, поднял руку и позвал официанта. — Всё, что есть в меню, по одной бутылке. Чёрт, я люблю его. Я спросил, не слишком ли много трат для него, а он ответил, для новых друзей не жалко. Где ещё в этом мире есть такие ангелы? Алкоголь быстро появился. Я проигнорировал тревожный взгляд Бена и радостно осмотрел бутылки. И тут я внезапно почувствовал глубокую грусть. «Из всех этих бутылок я могу попробовать только одну». Я мог бы смешивать разные напитки, но в таком случае я не смогу насладиться вкусом каждого из них. Я схватил то одно, то другое, чувствуя, что сейчас расплачусь, потому что ни за что не стану заканчивать выпивку на одной бутылке. Это было раздражающе. — Если вам трудно выбрать, могу я что-то порекомендовать? — Да? — Если любите кислый вкус, возьмите это. Если любите вкус с чистым послевкусием, возьмите это. Если любите сладкое, возьмите это. Если любите гладкость в горле, возьмите это. И ещё... Он продолжал объяснять без конца. «Какой же он алкоголик, такой же как я». Очень удивительно?! Я был рад, что он здесь, и молча прослушивал его длинные объяснения с улыбкой на лице. Похоже, Бен был раздражён, но мне всё равно. Для меня сейчас этот момент - это как раз один из самых важных выборов в жизни. Я не хотел выбирать наугад из-за его внимания, это было слишком ценно. Так что после долгих раздумий я наконец выбрал одну и наконец взял рюмку в руки. Жидкость внутри смутно сверкала и звенела. Я приуныл, не зная, когда я могу снова пить. Но тут этот парень, который тоже пил рядом со мной, вдруг начал говорить. — Здесь немного шумно, не так ли? — Что? — Там много грубых парней, и когда они напиваются, то вступают в драки. — ...А. Но не было ли это обычным делом в барах? Я посмотрел на него, затем он укоризненно прищурил один глаз и указал пальцем куда-то. Там было два демона, которые дрались без всяких ограничений. — Кто победит? Хотите поставить? Конечно, вместе с вашим другом. — Я не хочу. — Не отказывайтесь так легко. Он улыбнулся и почтительно похлопал Бена по плечу. Наконец, я понял, что он хотел этим сказать. Он сужает моё поле зрения и наливает мне еще одну рюмку. Может быть, это оскорбление для демона, но я не обычный демон. Я понял, что он хочет, но не смог сопротивляться. Как только я опустошал рюмку, она была снова наполнена. Я пил, он наливал, я пил, он наливал. Мы повторяли этот круг несколько раз. «Мой разум остановился». *** Хотя он не смеялся, его красные глаза были ясными. Его лицо расслабилось, но движения были более собранными, чем обычно. Опасно. Мой инстинкт внезапно заставил меня тревожиться. Я был так напуган, что не мог даже пошевелить пальцами. В следующее мгновение он уже опустошил три бутылки и был на полпути к четвёртой. Словно застывшее время нарушилось, я опустил взгляд, едва сумев взять себя в руки. Я дрожал. Мои руки, находившиеся под столом, тоже дрожали. «Я не могу остановить его». В первый раз, когда он показался мне пьяным, я мог бы остановить его, но сейчас вместо этого я просто наблюдал за ним, пока он не выпил три с половиной бутылки алкоголя. И именно в этот момент мои самые сильные инстинкты кричали об опасности. Но я, проведя столько времени в бою, знал, что доверять своим инстинктам, а не глазам, было не самым лучшим выбором. Поэтому я не мог ничего сказать, когда я видел, что он наливает себе ещё одну рюмку. — Хахаха... Его красные глаза стали менее ясными из-за того, что он пил без закуски. Он смеялся, опираясь на стол. Одна из бутылок, который всегда стояла рядом, упала на пол. «...Похоже, что пустых бутылок стало больше?» Как и ожидалось, четыре бутылки выстроились в ряд. Всего пять, если считать ту, что упала и катилась по столу. Сейчас, когда он опустил голову на стол, его руки чуть-чуть расслабились. Но это не означало, что я перестал быть настороженным. И это было не зря. — Ты враг? — спросил Арут. — Нет. — Тогда ты враг? — Тоже нет. — Кто же враг? — Здесь их нет. — Ты, ты враг? — Нет. Началось полнейшее пьянство. «Он сказал, что не собирается напиваться...» Я спрятал лицо в молчании, которое усугублялось тем, что вопросы Арута продолжали повторяться. Я дал ему слишком много воли. Я почувствовал непреодолимое чувство сожаления. Я боялся, что, если увижу, как он вздыхает, он может что-то сделать, поэтому я закрыл глаза и позволил ему выпить ещё одну рюмку. «Я не должен был этого допускать». Демон Арут, гордый Командир Нулевого Корпуса армии демонов, убивший последнего Героя. Уже 20 минут он продолжал бесконечно повторять один и тот же вопрос. Некоторые могут спросить, почему я так нервничаю перед этим пьяным человеком, который даже не может держаться на ногах. Но это было только потому, что вы не знаете его. Да, он кажется слишком легкомысленным. Да, он кажется беспомощным и безрассудным. Попробуй ответить утвердительно на его вопрос "Ты враг?" и Деон начнёт махать своим кинжалом, как будто он снова трезв. Если бы вы это сделали, в лучшем случае были бы тяжело ранены или погибли без мучений, а в худшем - изуродованы до неузнаваемости. Так как же тут не нервничать? Особенно здесь, если произойдет такое, трудно исправить ситуацию. «К счастью, это только первая фаза, но...» Его пьянство делилось на три стадии. Шаг 1 - допрос, шаг 2 - подозрение, шаг 3 - полный допрос. На первом шаге задается вопрос: "Ты враг?" и, если вы ответили отрицательно, он будет двигаться дальше. На втором шаге следует вопрос: "Почему?" Если на этот вопрос вы отвечаете неправильно, начинается атака. Третий уровень можно считать началом расправы. Простым примером может быть ответ на вопрос "Почему?": "Ты – Командир Демонов. Я тоже. Поэтому мы не враги". Тогда он всё равно начинает тебя допрашивать, может быть, ты шпионишь за мной? Если ты потеряешь дар речи от недоумения или повторишь простое отрицание, то в конечном итоге он будет атаковать, думая, что ты всё-таки враг. «Третий шаг никогда не должен быть достигнут». С этой мыслью я взял себя в руки и сдержал руку Арута, когда он потянулся за новой бутылкой. Его глаза стали темнее и были наполнены недовольством. Это было явное недовольство. Не жизнь, не гнев, а просто недовольство. Тем не менее, после минутной паузы, как мышь перед кошкой, я сухо сглотнул слюну и с трудом промолвил… ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Приподнятая завеса (6) — Пожалуйста, прекратите пить. — Что, проблемы? — Нет. — Нельзя выпить? — Нет, нельзя. Вы уже достаточно выпили. — Ни капли? — Вообще. Решительно убрав бутылки со стола, он встал. Мужчина, на которого обрушился шквал вопросов, неловко почесал голову и посмотрел вверх. — Ой... Я не знал, что это вызовет такую проблему... — Хорошо, что вы это поняли. — Ха-ха .... Он не мог не заметить мои глаза. По сути, это я предложил алкоголь. На самом деле это была проблема, возникшая из-за того, что он уговаривал Арута выпить. Я, конечно же, понял это, и сдался. Я глубоко вздохнул, чтобы понять, как справиться с этой ситуацией. «Я должен позвать Эда». Как бы я ни думал об этом, это было лучшим вариантом. Ему нужно было привести несколько членов отряда, чтобы быстро предотвратить любые возможные происшествия. «У меня есть коммуникационный камень...» Нет. Я забыл его. Я редко выходил из своей комнаты в замке Короля Демонов. Я выходил только в том случае, если состояние Арута было крайне плохим и мне нужно было срочно навестить его. В таких случаях я не мог заботиться о камне, поэтому для меня присутствие камня было почти таким же невидимым, как и воздух. Я должен был вспомнить о его существовании. Конечно, я взял его с собой в дорогу, когда вышел за стены замка, но он, вероятно, остался где-то внутри сумки, которую я взял с собой. Винить можно меня, что не заботился о камне, но это была также просто ошибка, потому что я не думал, что Эд покинет нас. — Есть ли здесь коммуникационный камень? — Что? Нет? — ... — Но, думаю, хозяин здесь должен иметь его. — ...Понятно. Я поочерёдно смотрел на неуклюже улыбающегося демона и Арута, который все ещё прижимался щекой к столу. Но я не мог просто таскать вокруг себя командира без явной цели, и я не мог просто уйти и оставить его здесь... Не думая слишком долго, я принял решение. Бах!!! Я схватил мужчину за горло. Удивлённое лицо парня было перед моими глазами. — Что, случилось? Почему вы вдруг стали таким? — Будьте осторожны. Если вы выкинете любую ложную информацию, вас могут убить. — Ну, если вы собираетесь это сделать, то хотя бы сказали бы это по-хорошему... Тьфу! — Причина моего уважения к вам в том, что Арут проявил к вам благосклонность. Но если вы даже не можете ответить взаимностью, почему я должен вас уважать? — Кто, кто не проявил уважения? Он посмотрел на меня с изумлением в глазах, как будто не понимая, что происходит. В любом случае, он не собирался ничего предпринимать. Он просто хотел воспользоваться моментом и украсть у Арута деньги. Не считается ли это "неправильным деянием"? В сравнении с тем, что он выпил, это было несущественным. Если бы план Майлза прошёл успешно, ему бы и не пришлось что-то делать. «Чёрт возьми, это его работа исправлять все ошибки». Если сильно проявлять гнев, то он обычно стихает. Особенно если это происходит с очень эмоциональным человеком, то гнев уходит, а его место занимает смущение. Именно таким методом он уже несколько раз спасал своих друзей от опасности. Другой человек, который никак не может понять, что происходит, паникует и смущается, а вы подходите к нему с предлогом, что извиняетесь за друга, и крадёте его деньги. Как пострадавший, Майлз не мог ничего сделать, поэтому, если учесть, что жертва уже выиграла, то это не будет слишком плохой сделкой. Но его сегодняшний партнёр был какой-то странный. Может быть, он почувствовал подвох? Изначально он не собирался дать Аруту выпить так много. Точно тогда, когда они вместе поднимались на второй этаж, он хотел быстро взять деньги из кармана, но... «Ему очень сильно не повезло, что я шёл позади». Поэтому он поил его алкоголем, пока Арут не напился. Он потратил много денег, но если он получит деньги из сумочки Командира Нулевого Корпуса, то это не будет большой потерей. Он хотел действовать быстро и уверенно. И вот сейчас. Мужчина с белыми волосами и красными глазами утыкал голову в стол. Хотя это выглядело, как полная беспомощность, но почему же. «Почему мне кажется, что он до сих пор чувствует себя неловко?» Но он не может дальше этого откладывать. Он специально притворился, что у него нет камня связи, чтобы я отдалился от Арута и, если он не сможет украсть деньги, его репутация сильно пострадает. Он переместил руку на его пояс, незаметно и быстро, нервничая больше, чем когда-либо, потому что это был шанс, который больше никогда не представится. И... — ! Он был пойман. Он посмотрел на свою руку, которую поймали, но не понимал, что произошло. Это была уверенная хватка, которая держала его как тиски. Он посмотрел на белую руку, которая держала его собственную, и увидел, что перед ним было лицо, которое смеялось и качалось. — Враг!! — ...нет. Он с трудом вымолвил слова. Мой разум уже был в смятении. Я не представлял, что будет дальше. Эти мысли проносились у меня в голове, когда внезапно на улице началась суматоха. Динь… Дон… Динь… Дон… Зазвучали колокола, объявляющие об атаке. — Это демоны? — Похоже, что они уже напали. Не было никакого сомнения. Ведь тут были создаты, чья обязанность - защищать этот замок. Я быстро подбежал к Командиру Нулевого Корпуса. — Вставайте, Сэр Арут! Это демоны! — Эм, это враги? — Да, демоны - это наши враги. С этими словами я вздохнул с облегчением. Наверное, мне не стоит этого говорить, но время для этого было самое удачное. Если Арут не видел крови, чтобы удовлетворить себя, он переходил на следующий уровень пьянства, даже не выпивая больше. Именно в такой ситуации случилась атака демонов. — Эд и остальные, должно быть, ждут снаружи. Идите вниз. Я сам спешил спуститься на первый этаж как можно быстрее, но вдруг произошло что-то странное. Один за другим люди в баре поднимаются со своих мест. Моё выражение лица медленно ожесточалось, когда он понял, что их действия по блокированию лестницы были не добрыми. В это время наш Арут всё ещё улыбался. — Враг? — Судя по всему, наркотики и карманные кражи провалились, так что вы – господа решили, что мы ваша добыча, верно? — ... Один мужчина прищурился, но не сказал ничего. Когда никто не ответил на его вопрос, Деон медленно наклонил голову и заговорил снова. — Ты Враг? — ... — Враг? По-прежнему нет ответа, его улыбка становится глубже. Его голос стал сильнее. — Он просто пьяница. У него только один приятель. На их губах застыла усмешка. — Ну, если ты отдашь нам деньги из своей сумки, я просто позволю тебе быть клиентом в баре. — Все видели, сколько вы выиграли в игорном доме. К сожалению, большинство людей в игорном доме знают друг друга. Они конкурируют между собой, чтобы обчистить карманы покровителей, или работают вместе, чтобы забрать их деньги. Они ни за что не собирались выпускать из рук человека, который смахнул гору золотых монет. Очень лёгкая добыча, и нас всего двое. Я подумал, не парализовал ли мой страх мой разум. — Ха-ха-ха-ха! — ?.. — Ха-ха-ха-ха-ха! Кхе-кхе-кхе-кхе! Деон начал безудержно смеяться. Он смеялся, наклонив голову до самого пола, и внезапно остановился, сделав серьёзное лицо. Из его рукава выкатился короткий кинжал. — Враги. *** Тяжёлые шаги перекрывают скрип изношенных деревянных ступеней. Беловолосый мужчина с наполненным кошельком на поясе, или, вернее, уже считавшийся преступником, спокойно спускался на первый этаж. Хотя он так явно показывал свой кошелёк, но никто на первом и втором этажах не мог остановить его. Нет, они даже не могли к нему подойти. Те, кто видел его жестокость перед своими глазами, ужасались, а те, кто не видел, видели безумие в ухмыляющемся лице мужчины, покрытом кровью. Один из демонов, который был свидетелем всего этого своими глазами и даже присоединился к нам, чтобы выпить, стоял и трясся, как пригвождённый. Это не потому, что он был убит. Он убил только одного демона. Однако... Был убит слишком жестоко. Всё произошло в одно мгновение. Как только Арут, который истерически смеялся, начал двигаться, кинжал вонзился в лопатку главного, кто хихикал впереди. Быстро. Прежде чем я успел подумать об этом, он опустил свой кинжал. Кровь брызнула на его лицо с жутким звуком, но ему было всё равно. Он вместо этого отрубил мышцы на обеих руках своего нападающего, превратив его в безнадёжного овоща, и начал бить его, смеясь безумным смехом, и махая кинжалом как лопатой. Неважно, было ли это лицо, живот или конечности, он просто улыбался и без колебаний бил ещё сильнее. Когда он остановился, его белоснежные волосы окрасились в красный цвет. И тогда я понял, почему он остановился. «Потому что труп не может быть ещё более потрёпанным». Труп, который был разорван до такой степени, что нельзя было даже распознать его исходное состояние. Я инстинктивно понял, когда умер этот демон, даже не зная, когда именно это произошло. «Ох, если я бы сопротивлялся, меня постигла бы таже участь». Люди, которые стояли на лестнице, начали тихонько отступать, как будто они тоже это почувствовали. Смотря на открытый путь, я пошёл за ним. «Да, пока живы, мы чувствуем боль, поэтому лучше умереть безболезненной смертью». Даже если вы живое существо, вы предпочтёте умереть без боли. Никто не захочет умереть в таком ужасном состоянии. Мужчина, держащий нож, по которому течёт кровь, спускался по лестнице, погруженный в неподвижную тишину. Лица охранников, которые его сопровождали, были равнодушны. Они были просто формальной охраной. Или, может быть, их роль заключалась в том, чтобы не дать проснуться спящему зверю. Я шёл за ним, словно одержимый. Конечно, я не следовал за ним вплотную. Я оставался на безопасном расстоянии, чтобы он был виден только в моём поле зрения. И то, что я увидел: это люди на первом этаже, которые отчаянно пытались уйти, не зная, что происходит на втором. Конечно, некоторые из них, возможно, тайно наблюдали за тем, что там происходит. Но такие люди были в крайнем меньшинстве, поскольку можно было почувствовать атмосферу вокруг. «Он полностью захватил это место». Удушающая тишина окутала здание. Это вызвало мурашки. Этот мужчина, убив только одного демона, перевернул численное преимущество и перевёл всех на свою сторону. Инстинкт или намерение? В любом случае, то, что он представляет опасность, является фактом. Но что в этот момент было важнее? Это была самая тихая атмосфера из всех, но это было как перед штормом, поэтому я остановился и закрыл глаза. — Я трезв... — Вы серьёзно... Бен ответил дрожащим голосом. Кто бы ни столкнулся с такой ситуацией, наблюдая или участвуя в ней, его сознание мгновенно прояснится. Но то, что, даже смотря на такое пьянство, он все ещё остаётся боеспособен, говорит о его силе. Он не обращал внимания на короткие фразы Арута, потому что это было не в первый раз. Командир Нулевого Корпуса говорил полусловом, только когда был пьян и серьёзно вовлечён в битву. Арут пробежал пальцами по кровавому следу на коротком мече, затем повернулся к двери. После он остановился на мгновение, как будто что-то обнаружил, и уставился на меня. — Хахаха! Я, который прятался в углу, быстро сжался в комок. Глаза встретились! Арут, весь покрытый кровью, явно смотрел на меня светящимися красными глазами. Я чувствовал угрозу для жизни, и сожаление накатывало на меня, как приливная волна. «Я схожу с ума. Почему он меня заметил?» Бен никак не мог не заметить, что Деон смотрит на него. Я безумец, осмелившийся предложить Аруту напиток с наркотиком. Если бы я не знал лучше, я бы не делал этого. Но.... Бен сузил глаза и сказал. — Вам не нужно тратить на него своё время, просто скажите, и я... — Нет. — ... Прервав Бена, Деон повернулся и медленно пошёл ко мне. Несмотря на то, что он шёл очень медленно, он оказался там в мгновение ока, медленно опустился на колени передо мной, лицом к лицу, и улыбнулся. — Наркотик. — Да, да! — Если ты не хочешь умереть... — ... — Дай мне остальную часть. — Что?.. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Приподнятая завеса (7) Ожидая у здания, пока Арут и Бен выйдут, Эд на мгновение потерял дар речи от представшей перед ним сцены. Что, чёрт возьми, произошло внутри. Он посмотрел на Арута через окно, пока тот небрежно убирал пропитанные кровью волосы со своего лица, и поспешил проверить, что происходит внутри. Он хотел убедиться, сколько же людей было убито, но увидел неожиданную картину. «Где тела?..» Если на вас столько крови, то должно было быть много убитых. В доме царила жуткая тишина, но, по крайней мере, на первом этаже, который виден через окна, тел нет. В конце концов, у него не осталось выбора, кроме как спросить напрямую, поэтому Эд начал говорить заикаясь. — Что произошло?.. И откуда, черт возьми, столько крови на вашем теле... — Это не кровь сэра Арута. Бен ответил за него. Эд немедленно возмутился. Неужели он думает, что помощник командира не знает об этом? Если бы Арут не мог различить, чья кровь на его теле, то никогда бы не смог добраться до этого места. Именно поэтому, когда Эд попытался продолжить разговор, он заметил выражение лица Бена. Это было выражение отвращения. Это выражение часто встречается у тех, кто непосредственно наблюдал за сражениями сэра Арута. Эд тоже часто использовал это выражение, поэтому он быстро понял, что оно означает. «Эх». «Да, ты и впрямь ничего не понимаешь». Он был настолько спокоен, что на некоторое время забыл об этом. Стиль боя Командира Нулевого Корпуса совершенно отличается от стиля боя других командиров. Как можно забыть об этом? Не обращая внимания на ошеломленное выражение лица Эда, Деон высунул язык и слизал кровь со своей щеки. Затем встал с не совсем нормальной улыбкой на лице и красными глазами, начинающими выражать сумасшествие. Эд, испуганный, вынул носовой платок и подал его. — Вытрите этим. — Не нужно. Всё равно мы идём драться! — Кровь мешает вам видеть. Пожалуйста, хотя бы вытрите её. — Хм. К счастью, больше отказа не последовало. Он послушно взял платок и вытер лицо. Эд с тревогой наблюдал, как Арут вытирает лицо и выпрямляется, думая о том, что нужно успеть на поле боя, пока что-нибудь не случилось. — …Нам нужно поспешить к стене замка. В этот раз масштабы событий совсем другие. — Но это не имеет значения. Главное - есть ли чувства у демонов? — Определённо точно есть. — Я знаю. Несмотря на явный смех и игривость в словах, лицо Эда напряглось, он просто наклонил голову, заменяя свою улыбку строгим выражением. Когда мужчина впервые стал заместителем Командира Нулевого Корпуса, и когда он впервые увидел своего начальника в таком виде, он был очень озадачен. Это один и тот же человек. Но он какой-то странный. В растерянности, как вести себя со своим начальником, который был полярной противоположностью того человека, которым он всегда был. Но затем он принял простой вывод: не было смысла в этом заморачиваться. Мне даже не нужно было думать об этом. Просто нужно было соответствовать его манере поведения и настроению. Люди не меняются, когда меняется их характер. Они остаются те же, но их настроение может измениться. Если подходить к этому как к поведению капризного человека, то можно сохранить ясность мышления. Сегодня Командир Нулевого Корпуса был прав в том, что был как никогда бдителен. Если бы он допустил слишком много свободы, это могло привести к неприятностям. — Простите. — Не важно. Где моё оружие? — Оно здесь. Он вытащил несколько коротких мечей и ножен, которые можно было надеть на тело. Деон брал их, как будто он был знаком с ними, и начал одеваться. Он нацепил на себя шесть кинжалов, расположив два на каждом бедре, два на поясе и два перекрёстно на спине. Затем он взял в руки мантию, которая лежала на руках Эда. — Мне не нужна мантия, потому что наш противник не человек, — сказал он, взяв в руки мантию. Гул ветра. Чёрная мантия дико развевалась. Деон, проверив, что ничего не забыл, оглянулся назад, немного остановившись. В здании были демоны, которые смотрели на него с удивлёнными лицами. Он услышал слабый шёпот о Командире Нулевого Корпуса, похоже, они поняли, кто он такой. «Ну, это не имеет значения». Смотря на их испуганные лица, он улыбнулся и повернулся. В его красных глазах было что-то безумное и злобное. Он улыбался и вынул короткий меч из ножен на поясе, и сказал: — Пойдём. *** Я открыл глаза, которые были закрыты. Я вижу солдат, которые неуклюже, но в своей манере выстроились в ряды. Когда я немного расширил свой взгляд, я увидел бесконечное небо за ними. Я ненадолго уставился на ясное небо, что не соответствовало кровавой бойне, которая произойдёт вскоре, а затем опустил взгляд. Я стоял на передовой. Я посмотрел на солдат, которые скрывали свой страх, напряжение, неудовлетворенность за маской безразличия и сказал: — Передовая делится на две основных категории. Я поднял два пальца, а они безмолвно покачали головами. — Первая - настоящая передовая дивизия, которая прорывает ловушки силой, топча врагов и повышая боевой дух союзников. Другая - так называемый мясной щит, который обнаруживает ловушки телом и нейтрализует сильные атаки врага. Если выбирать, мы, конечно, принадлежим ко второй категории. Видно, как они скрежещут зубами. Они, наверное, захотят возразить, крича, что это неправда. Но никто в этой комнате не был достаточно нагл, чтобы отрицать это, когда сказанное было очевидно. Поэтому на их молчание "я" смело открыл рот. — Все здесь, должно быть, знают, каково это на поле боя. Никто не забыл. Крики и вопли, звуки выстрелов, которые не перестают звучать, рвущаяся земля, окрашенная кровью. И, все это движимо «безумием». — ... — Некоторые сопротивляются безумию, некоторые погибают. Так что я скажу вам сейчас. По их глазам я вижу, что они знают, что я собираюсь им сказать. Они, вероятно, ожидают банальную фразу "не дайте поглотить себя безумию". Это забавная мысль. Я, который имеет до такой степени слабое тело, выжил в этом сумасшедшем месте. С такого человека нельзя ожидать банальных фраз. — Позвольте поглотить себя безумию. Опустошительное безмолвие окутало место. "Я" говорил, настолько яростно испуская свой безумный гнев, что казалось, что я мог поглотить всех вокруг. Некоторые люди испуганно взглянули на меня, как будто сомневаясь в моём здравомыслии. — Будьте полностью поглощены происходящим. Разума должно быть лишь столько, чтобы различать кто враг, а кто нет. Фраза "не позволяйте безумию взять над собой верх" применима только к рыцарям, владеющим мечом на должном уровне. Какой смысл пытаться сохранять свой ум, если вы не обучены искусству меча? Любой зверь должен оставаться спокойным, чтобы иметь успех в охоте, а тот, кто не является агрессором, живёт дольше. Мы были просто зверьками, и "я" видел только один способ выжить в этом месте, где бродят множество хищников. — Не оставляйте тело целым. Даже если вам кажется, что он мёртв, не прекращайте его терзать; вскройте ему брюхо и разбросайте внутренности. Остановитесь, когда решите, что он не может стать ещё более потрёпанным. Они смотрели на меня усталыми глазами. Эти мысли только усложняют ситуацию, но это не смешно. Если "я" стою на этой позиции, я не буду допускать, чтобы мои подчинённые умирали. Не из-за какой-то ответственности. "Я" был обеспокоен тем, что если я потеряю свои войска, то буду не в состоянии выполнить свои обязанности. Что остаётся у командира без войск? Если бы не было таких демонов, как эти парни, я бы не стоял здесь, готовый умереть. — Вы забыли, где вы сейчас находитесь. Проснитесь! Я не могу смириться с этой несправедливостью. Увеличившиеся глаза были обращены на меня. Я смотрел прямо во все их глаза и кричал на них злым голосом. — Вы думаете, что враги будут милостиво сражаться с вами, смотря на вашу слабость? Вы думаете, если вы крикнете, что вы были принуждены сюда, они посмотрят на вас с сочувствием? Если здесь есть кто-то, кто хочет обсуждать мораль и этику, то пусть он выходит из строя! Прохладный ветер дул. Слышно, как песок сдувает ветром. Листья шуршат, и слышен скрип ветвей. Все эти звуки слышны так отчетливо, словно тишина опустилась на просторы пустыни. — Мы слабы. Это поле битвы, на котором побеждает только сильнейший. Сколько методов, вы полагаете, мы можем использовать, чтобы выжить здесь? Вы даже не понимаете, что здесь не рассчитывают на слабых. Это было выговором. Я медленно продолжил говорить, не зная, понимают ли они меня. — Но есть один метод, который мы можем использовать, даже не сражаясь и не покидая поле битвы. Это «психологическая война». Мы заставим врагов испытывать «страх». Чтобы они не могли наброситься на нас. Чтобы они не могли направить меч в нашу сторону. Как же можно заставить врагов испытывать страх? — Чувство чуждости. Заставьте их почувствовать себя чужими. Потому что отчуждение на поле боя, каким бы ни был процесс, в конечном итоге приводит к страху. Страх заставляет противника замедляться, и в конечном итоге я не смогу полностью проявить свои навыки. Мы будем вырезать их. Да, мы станем гиенами на поле боя. Не думайте, что это трусость. Может ли быть что-то трусливее действий, совершаемых для выживания? Теперь, кажется, пришло время обсудить, как создать чувство чуждости, но тогда история возвращается к началу. — На поле боя остаётся немного способов создать чувство чуждости. Он посмотрел на свою руку, белая повязка плотно обмотана вокруг кончиков пальцев. — Или вы сохраняете незаметность, не попадаясь ни под одну частицу пыли или каплю крови, даже если вы один на поле боя, где всё перевёрнуто вверх дном. На этот раз он специально взмахнул своей белой мантией. – Или же вы становитесь заметным, подняв ещё больше крови и пыли даже среди людей, которые полностью покрыты ими с ног до головы. Мы не можем сохранять чистоту, когда нам приходится уклоняться от меча, поэтому в конечном итоге у нас есть только один способ, которые можно использовать. Я улыбнулся молчаливым солдатам, их лица потемнели ещё больше, когда они поняли, что у них нет выбора. Это был смех, который даже для него самого имел привкус крови. — Мы будем покрыты кровью. Мы будем размахивать мечами с ухмылкой, от которой по позвоночнику бегут мурашки, и нам лучше выглядеть так, будто мы в экстазе от страданий наших врагов. Другими словами, мы погрузимся в безумие. Тот, кто бежит, становится целью. Но сумасшедший, который бежит в обратном направлении, становится объектом отвращения. — Я скажу это снова. Мы не можем быть "настоящим гарнизоном". — ... — Но я тоже не хочу быть мясным щитом. Поэтому мы.... — Мы ослабим атаку врагов. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Приподнятая завеса (8) — Мы подавляем боевой дух наших врагов. "Я" снова показал своё безумие, которое на мгновение скрылось, и усмехнулся. Реквием для наших врагов, от которых даже не останется целых тел. Если во время боя вы упадёте и испачкаетесь грязью, вы сможете омыть её кровью. Будьте одержимы врагом и помешаны на крови. Ведь это единственный путь для нас к выживанию. — Наведите страх на врагов. Жестокие поступки вызывают страх у тех, кто смотрит на них. Страх, что со мной может случиться то же самое. Беспокойство и страх перед предстоящей болью. Страх, который вы испытываете, представляя себе своё будущее, в котором вы не сможете оставить своё тело невредимым. Эти чувства вызовут сомнения, а сомнения будут удерживать вас от продвижения вперёд. — Конечно, вначале будет трудно. Не так просто поддаться безумию и затем постараться избавиться от него, возможно, вы сойдёте с ума. — ... — Если вам трудно быть в здравом уме, вы можете положиться на алкоголь и наркотики. Главное, чтобы вас не поймали, потому что выживание в настоящее время важнее, чем наказание в будущем. Ах, этот взгляд, который говорит: "Вы действительно командир, если говорите подобное?" Я особо не обращаю на это внимания. Я тоже не хотел быть командиром. Поэтому я мог смело говорить то, что обычный командир никогда не сказал бы. — Те, кто загнали нас в такое положение, - это Империя, поэтому я не буду кричать никакие лозунги. Я скажу только слова, похожие на магию, которые уменьшают чувство вины, независимо от того, что вы делаете. Слова, которые дают законность нашим действиям в будущем, хотя они и низкие, но самые полезные. — Всё ради выживания. *** Я моргнул в замешательстве. Незнакомый, но почему-то примечательный потолок попал в поле зрения. Только тогда я осознал, что это город, и место, где я сейчас лежу, - это комната, которую предоставил мэр. Я медленно поднялся. «...Сон?» Я видел сон. Кажется, это был сон с каким-то потрясающим содержанием, но иронично, что я плохо его помню. На самом деле у меня даже не было времени обдумать происходящее в нём. Как только я открыл глаза, я почувствовал, что мои губы влажные, и кто-то постоянно вытирал их платком. И это было страшно осознать, что это кровь, и меня начало тошнить скопившимися во мне сгустками крови. Уээээх! Уэх! Кхе, кхе. Это было почти как приступ. Эд, который вытирал кровь рядом со мной, всполошился и торопливо подставил ведро. Затем он, кажется, очень смутился и вспомнил, что у Бена есть ожерелье с магическим камнем, и побежал звать его. Как и ожидалось, они встретились почти сразу, и вскоре они вошли вместе, держа друг друга за воротники. Это не было заблуждением. Это не было галлюцинацией от боли. Они действительно вошли, держа друг друга за воротники. «Что вы делаете, ребята». Я был так ошеломлён, что не мог говорить. На самом деле правильный ответ - я хотел говорить, но не мог. Кхе, уэээх! Кровь лилась из меня, как будто она сама хотела заполнить ведро. Как же я мог говорить в таком положении? В любом случае, моё состояние было довольно серьёзным, так что они, как будто договорившись, отпустили друг друга и подошли ко мне. — Простите, сэр Арут. Эд вытер кровь, стекающую по моему подбородку, а Бен осмотрел моё тело. Когда доктор сказал, что он проверит кровь, мой помощник наклонил ведро, показывая свою чуткость. Почему, когда они входили вместе, они вошли, держа друг друга за воротники? Бен нажимал на разные части моего тела, смотрел на магический камень и проверял вязкую кровяную массу, затем встал и сказал: — Лечение было завершено, пока вы лежали. Сейчас вы извергаете кровь, которая скопилась внутри. Это плохая кровь, от которой нужно избавиться, так что вам не стоит слишком беспокоиться. Лечение? О чём он говорит? Что, чёрт возьми, произошло, пока я был пьян?! Эд открыл рот вместо меня, так как мой собственный был занят рвотой кровью. — Теперь, когда я думаю об этом, вы довольно сильно ударились. Вы отлетели на два метра, поэтому внутреннее кровоизлияние было серьёзным. — Да, это было целых два метра. Как и ожидалось, ответил Бен. Казалось, что злость от того, что они вошли, держа друг друга за воротники, всё ещё оставалась, и он говорил с насмешкой. — ...Ах, ты что, тут же лежит сэр Арут, который так извергается кровью, а ты оказался занят чем-то и не пришёл самостоятельно? — Я уже говорил, что лечение закончилось! Ты сомневаешься во мне, личном докторе Короля Демонов?! — Но ты не прибежал сразу, несмотря на то, что он так много кровоточит, как никогда прежде! Ах, может быть, ты так небрежен, потому что это не Король Демонов? — Ты! Бен схватил Эда за воротник. В ответ мой помощник сделал тоже самое с врачом. Чувствуя, что рвотные позывы постепенно утихают, я смущённо смотрел на них. «Пусть они дерутся или нет, мне всё равно. Единственное, можете ли вы объяснить мне, когда это меня на "2 метра отбросило"?» Что, чёрт возьми, я делал, выпив, раз они говорят о таком обильном кровоизлиянии? Ах, кровотечение наконец остановилось. Я выплюнул последнюю кровь во рту и поднял голову. Два демона, которые удивительно чувствовали моё присутствие, одновременно повернули головы и посмотрели на меня. Под их тяжёлым взглядом я едва сдержался и решительно сказал. — Сначала объясните мне всё, что произошло после того, как я напился. Каково это, когда происходит невероятное. Когда ты теряешь сознание от пьянства, а потом просыпаешься, и всё уже закончено? Нет никаких чувств. Это просто невероятно. — ...Так что я, выпив много, сражался с демонами? — Верно. — В процессе я столкнулся с монстром и был отброшен на 2 метра. — Точно. — ... Так что, если выразить это одним словом... «Сумасшедший». Да, сумасшедший. Где, чёрт возьми, я оставил свою голову? Было бы хорошо, если бы я просто неправильно услышал, но судя по их выражениям лиц, вероятность этого стремится к нулю. Посмотрите на эти блестящие глаза. Практически все объяснения были о моих боевых подвигах. Они так хвалили меня, что это было довольно обременительно. Конечно, я игнорировал эти боевые истории. Очевидно, что я что-то перепутал. Важно то, что я напился и почти умер от монстра. Тем не менее, я встал и сражался, так что в то время я думал, что всё в порядке, но как только бой закончился, я упал. «Нет. Я столкнулся с монстром, который атаковал меня, и улетел на 2 метра. Ты думаешь, что я был в порядке?» В любом случае, когда Бен посмотрел, мой живот был в ужасном состоянии, и он немедленно принял экстренные меры на месте, затем перевёз меня в комнату и полностью вылечил... Как только я проснулся, я начал кровоточить, так что можно представить, каково было настроение Эда. Если я умру, ответственность за это придётся нести ему, так что он мог бы выйти из комнаты и кричать «Арут идиот!». В результате, Эд схватил Бена за воротник в коридоре, говоря «что ты делаешь», и доктор, по-своему, схватил моего помощника за воротник, говоря «как ты посмел оставить пациента одного». Конечно, моё состояние было на первом месте, так что они оба не отпускали воротники друг друга и бежали в мою комнату, и это было именно то смешное зрелище, которое я видел, когда меня рвало кровью. — В любом случае, мы успешно завершили охоту на монстров. Позже они убежали от страха. Наши войска отлично справились с большинством из них. — А, да. Всё закончилось, и это хорошо, и это облегчение.... Впредь я должен умеренно пить. Если я не буду осторожен, я могу умереть, не осознав этого. «...Если я правильно припоминаю, мой лимит был пять бутылок, верно?» Я помню это точно. Популярный алкоголь в человеческом мире. Я помню, что потерял сознание после пяти бутылок довольно крепкого напитка. Но в этот раз я потерял сознание, когда я ещё не выпил и одной бутылки. «Ну, я так долго не пил, что, похоже, я потерял иммунитет». Это довольно радикальное изменение, но это не такая серьёзная проблема. Нет нужды тратить энергию и напрягать мозг на такую мелочь. Подумав об этом, я отбросил небольшое сомнение, которое осталось во мне, и внезапно замолчал, глядя на камень связи Эда, который появился перед моими глазами. Однако это было лишь на мгновение, вскоре я принял эту проклятую вещь с тихим вздохом. Конечно, вместо того чтобы использовать его сразу, я держал его в руке и сначала посмотрел на Эда. — ...Можно ли мне отдохнуть немного перед тем, как отчитаться? — Нет. — Даже 10 минут? — Извините. Но отчёт в приоритете. Уже и так задержка из-за вашего ранения, поэтому больше откладывать невозможно. Вы сможете отдохнуть позже. Так что, если я не отдохну сейчас, то, похоже, не смогу отдохнуть вовсе. У меня есть ощущение, что, если я начну использовать камень, появятся новые проблемы. Но как я могу поступить по-другому? В конце концов, я без сил активировал камень связи. Я нашёл гравировку камня связи Короля Демонов в списке и подключился, и вскоре я услышал голос Короля Демонов, раздавшийся из камня связи. — Ах. Почему? Голос звучит совсем не так, как обычно? Похоже, я выбрал неправильное время. Голос, который звучит устало. Кто бы не слушал, было очевидно, что он чувствует себя некомфортно. Я почти отключил связь. На самом деле, я всё ещё чувствую желание это сделать. Но если я это сделаю, моя жизнь также закончится. Теперь, когда связь установлена, избежать это невозможно. В конце концов, я открыл рот как можно осторожнее, чтобы не нарушить его настроение. — Я Командир Нулевого Корпуса. — А, а! Арут! Что случилось? Неужели ты уже закончил работу? Похоже, что его настроение не было таким уж плохим. Голос быстро расслабился, нет, скорее стал ярче. Вместе с этим моё напряжение тоже снизилось, и я ответил более расслабленным голосом. — Да. Как-то так получилось. — Что за «как-то так получилось»! Нужно быть скромным в меру. Ты так быстро, как всегда... Со стыдливыми похвалами продолжалась болтовня Короля Демонов. И в этом шторме болтовни я просто отвечал "да, да"... — Жду. — Да... *** Пробудившись, я обнаружил, что нахожусь на передовой, ведущей битву с Империей. Командир Первого Корпуса, одетый в кровавую одежду, протянул мне руку с тонкой улыбкой. Я, замерев от ужаса, с трудом расслабил своё выражение лица и пожал ему руку. Конечно, внутри я был в хаосе. «Проклятый Король Демонов. Он явно хочет меня убить!» Чтобы объяснить эту ситуацию, нужно вернуться к тому времени, когда я общался с Королём Демонов. Как будто снимая накопившийся стресс, Король Демонов болтал, а затем естественно перешёл к основной теме. Это был гладкий переход, как вода. — Мне жаль просить тебя об этом сразу после того, как ты закончил работу, но есть одно дело, которое я хотел бы, чтобы ты сделал. В его голосе было немного колебания, но всё же он звучал решительно. Он хотел, чтобы я это сделал. Если тебе жаль, то не проси меня вовсе. Я проглотил слова, которые грозились сорваться с языка, и медленно кивнул. Ах, кивок в данном контексте – это не жест согласия, а обыкновенное смирение. Видите, моё предчувствие было верным. Отчёт закончен, и теперь я могу отдохнуть? Да не в жизни. — Что бы вы хотели? — Я хотел бы, чтобы ты помог Командиру Первого Корпуса. — Командиру Первого Корпуса... на передовой? — Да. Мы получили запрос на экстренную помощь. «Настоящий Герой», а не кандидат в герои, принял участие в битве. Я бы хотел послать других, но, как ты знаешь, Герои и демоны не очень хорошо ладят, правда? Мои воспоминания заканчиваются здесь. Чёрт, я, вероятно, согласился. Да, я здесь, потому что я согласился. Как и в другие разы, я пришёл сюда под давлением его статуса Короля Демонов, но на этот раз включена и непреодолимая приманка. Так что в этом выборе, вероятно, участвовало и моё собственное мнение. «Но «новый Герой», правда? Честно говоря, я просто не мог отказаться». Я просто не мог не прийти и не посмотреть. Новый Герой, о котором я даже не знал. «Конечно, я пожалел об этом, когда прибыл и опомнился…» Я был так занят приманкой нового Героя, что на мгновение забыл о ситуации на поле боя. Но что я могу сделать, раз я уже здесь. Чтобы было менее обидно, я должен хотя бы увидеть лицо этого Героя. Я приложил немного силы к руке, которую держал, и улыбнулся в ответ Командиру Первого Корпуса, Джакару. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Новый герой (1) Граница между демоническим и человеческим мирами, это неспокойное место, часто называемое «линией фронта», где постоянно происходят столкновения с Империей. Джайкар, Командир Первого Корпуса, пристально смотрел на демона Арута, командира нулевого корпуса, и они пожали друг другу руки. Арут был одет в чёрную мантию, потому что человеческий мир с его солнцем был уже близко. Его чёрная мантия была плотно прижата к телу, а уголки рта слегка вздёрнуты, как будто он улыбался - редкое явление. Как и следовало ожидать, он стал гораздо выразительнее после того, как покинул замок Короля Демонов. Вероятно, он был расстроен тем, что не видел крови в замке Короля Демонов. Вот почему он всегда носил строгое выражение лица находясь там. Охота на монстров должна была утолить его жажду, подумал Джайкар внутренне, наблюдая, как загорается лицо Арута при мысли о настоящей битве. Поскольку казалось, что Арут с нетерпением ждал этого, Джайкар решил, что должен присоединиться к битве как можно скорее. Эта мысль показалась ему осмысленной, и он тут же открыл рот. — Вы, наверное, слышали, что Командир Девятого Корпуса погиб. — Да. — Поэтому наша нынешняя ситуация не совсем удачна. Я хотел бы, чтобы вы приняли участие, как только начнётся новое сражение. Это возможно? *** Меня зовут Деон Харт. Прежде всего, я всего лишь ничтожный человек, который незаслуженно занял пост Командира Нулевого Корпуса. Честно говоря, эта ситуация была для меня невероятно ошеломляющей. Я уже до смерти испугался при мысли о том, что мои истинные способности откроются. Поэтому я делал всё возможное, чтобы не высовываться. Но, несмотря на давление и последствия, я никогда не обижался на эту должность. По крайней мере, до недавнего времени. «Чёрт...» Никогда ещё я не был так возмущён моим положением, как сегодня. Я уставился на чёрную мантию, плотно обмотанную вокруг моей руки со звериным выражением в глазах. Я был более чем знаком с этой вещью. Это была заколдованная мантия, которую я надевал, когда приходилось общаться с людьми или когда мне нужно было выйти на солнечный свет. Слышал, что Король Демонов лично зачаровал её. Какая магия была задействована им? — Магия, которая не только блокирует свет, но и помогает поддерживать нормальную температуру тела... Так? — Да, и Король Демонов недавно добавил ещё одну особенность. — Как удивительно... Подождите, что? Что? — Это функция авторемонта. Он сказал, что, хотя она не будет работать, если мантия полностью разорвана на части, но небольшие разрывы, возникающие во время боя, легко залатаются сами. — Ааа... Меня это совсем не обрадовало. Не понимая, о чём я думаю, Эд полностью сосредоточился на том, чтобы завернуть меня в мантию. Она больше походила на чёрные эластичные бинты, а не на мантию, поэтому завернуть меня в неё удалось довольно быстро. «Впрочем, он мог и не торопиться». Эти слова, которые крутились в моей голове и чуть было не покинули мой рот несколько раз, вскоре превратились в покорный вздох и тихо рассеялись в воздухе. Да, я должен просто сдаться. Я не могу сказать ему ничего такого, что не ранило бы мои чувства. Мне повезёт, если это не подействует. Потому что, если вы скажете ему притормозить, он ответит: "О чём ты говоришь!" и будет наматывать мантию с ещё большим энтузиазмом. — Вы можете двигать пальцами? Не успел я оглянуться, как каждый из моих пальцев был мастерски обёрнут в чёрную мантию, когда я посмотрел вниз. Я сжимал и разжимал свою руку в ответ на его слова. Мантия растягивалась в соответствии с моими движениями. Сопротивление было раздражающе малым, поэтому я просто кивнул, пробормотав в голове какие-то ругательства. — Мне удобно. — Это радует. Тогда, пожалуйста, протяните другую руку. Когда я протянул вторую руку, Эд, который вежливо взял её, и тоже начал заворачивать её в мантию. Как человек, связанный своим долгом, то есть как мой заместитель вместо того, чтобы жаловаться на моё слабое тело, он полностью сосредоточился на том, чтобы идеально завернуть меня в эту мантию. Наблюдая за его работой, я вдруг задумался. «Моя кожа достаточно слаба, чтобы обгореть, если на неё хоть немного попадёт солнечный свет?» Неужели его это никогда не раздражало? Я был очень раздражающим командиром, если можно так выразиться. Слабый человек, даже не демон. И всё же я оказался достаточно глупым, чтобы отправиться на передовую, подвергая себя опасности. Однако он просто молча следовал за мной, не жалуясь ни разу. Я чувствовал, что не стою его потраченного времени. Это не было чем-то, что можно было бы списать на то, что у него просто хороший характер. Может ли быть так, что он не демон? Нет, он определенно был им. Я вспомнил обнажённое предплечье Эда, которое я однажды видел. Его рука была покрыта странными узорами. Можно ли назвать их татуировками? Во всяком случае, их совершенно невозможно было имитировать обычному человеку. — Не могли бы вы воздержаться от лишних движений? — Что? Я тут же перестал двигаться. Если бы в мантии был разрыв, пострадал бы только я. Да, как вы могли заметить, я тоже присоединился к битве. «Чёрт». Позже вы, естественно, узнаете, почему я был втянут в это с помощью простой приманки. Проклиная в мыслях этого коварного Короля Демонов, я вспомнил разговор с Джайкаром, который состоялся некоторое время назад. — Вы, наверное, слышали, что Командир Девятого Корпуса погиб. До этого момента я даже не подозревал, что все закончится именно так. Я просто подумал: "Я слышал об этом", и: "Не поэтому ли мой корпус пришёл поддержать вас?” Я тактически планировал оставить бой Эду и членам Корпуса, а самому лишь присматривать за ними с тыла. Даже Король Демонов всегда говорил мне, чтобы я сражался только в том случае, если сам этого хочу, так что с этим проблем быть не должно. «Так я думал, по крайней мере...» — Поэтому наша нынешняя ситуация не совсем удачна. Я хотел бы, чтобы вы приняли участие, как только начнётся новое сражение. Это возможно? Моя улыбка застыла, когда я услышал это. Этого не могло быть. Я чувствовал, что что-то пошло невероятно не так, как я хотел. Пытаясь отогнать зловещее чувство, которое нахлынуло на меня, как волна, и жёстко приподняв уголки рта, я ответил вопросом на вопрос. — Члены моего Корпуса? — Нет, и вы тоже. «Блять». Отрицание не помогло, отступление не помогло. Как я могу не материться в этот момент. Когда я увидел, как Эд быстрыми движениями закончил обматывать мою руку мантией, я понял, что мне захотелось рассмеяться и расплакаться. Он только приблизил меня к верной смерти. Мне казалось, что я вот-вот сойду с ума. «Чёрт побери…» — Хорошо. Теперь лицо. — Да. Эд поднял ещё один кусок мантии, лежавший рядом. Он даже не потратил ни секунды на то, чтобы обернуть моё лицо. Он завернул мантию на мой нос, а затем натянул капюшон на лицо. Капюшон, который почти полностью закрывавший глаза, казалось, сужал поле зрения, но благодаря оригинальной магии Короля Демонов, я не испытывал проблем с обзором. Кроме того, капюшон никогда не упадёт с моей головы, если я не сниму его сам. Один только вид этой мантии наводил меня на мысль, что Королю Демонов нечем заняться. Как бы то ни было, но, обладая магическими способностями, человек никогда не мог бы превратиться в полного монстра. Он мог творить такие вещи только потому, что был Королём Демонов. Будь на его месте любой другой демон, ему бы и в голову не пришло тратить свою магическую силу на такие бесполезные вещи. «Магическая сила демонов была ограничена, и магическая сила, которую они потребляли, никогда не восстанавливалась». Магия нарушает правила мира, в конце концов. Хотя магия, наложенная на этот капюшон, казалась пустяковой, она заставляла его не поддаваться гравитации и никогда не спадал с моей головы, а магия, обеспечивающая лучший обзор, позволяла мне смотреть сквозь нечто совершенно непрозрачное. Это противоречило самым элементарным правилам этого мира. Поэтому цена на него была, конечно, высока. Мало того, что это не только постоянно расходовало часть его магической силы, но и приближался день появления следующего Героя быстрее чем обычно. Даже если Король Демонов осознаёт это, он всё равно поступает подобным образом. Вы можете спросить, как я, который не был ни Героем, ни Королём Демонов, мог связать использование магии с появлением Героя. Король Демонов сказал мне об этом своими собственными устами. Но раз уж он использовал магию для таких вещей, это должно означать, что он был уверен в том, что победит Героя, даже если он появится сейчас. «Что ж... Это не моё дело». Я поднялся со своего места и поправил капюшон. — Я иду осмотреть лагерь и проверь труп Командира Девятого Корпуса. Конечно, это была лишь отговорка. Я просто пытался найти место чтобы спрятаться и потянуть время. Если начнётся битва, у них не будет времени искать меня. Просто надо было спрятаться в нужный момент. Я вышел на улицу, неся в сердце эту бесполезную надежду. — Ого... — Это действительно Командир Нулевого Корпуса. Я ясно видел, что все взгляды демонов снаружи устремлены на меня. Когда демоны увидели меня, их глаза наполнились странным жаром. Видя, как мгновенно поднимается их боевой дух, я тихо смирился. Я тихо смирился, чувствуя облегчение от того, что на мне был капюшон. …Прятаться — не вариант. *** — Командир Нулевого Корпуса? Палатка командира была заполнена бесчисленными докладами. Круэл, недавно признанный Герой Империи, поднял голову. Не осознавая этого его холодный, приглушенный взгляд был обращён прямо на солдата, который только что доложил о случившемся. Холодный и жёсткий взгляд его глаз не соответствовал сострадательному и званию "Героя", но он сулил победу в этой войне. Он сразу же выпрямился, не проявляя никаких колебаний. — Да, всё верно. По данным наших разведчиков, боевой дух Армии Короля Демонов быстро растёт из-за его появления. И наоборот, падает на нашей стороне. — Ох… у меня болит голова. Хотя слова солдата оборвались на полуслове, он не мог предсказать, как обстоят дела на их стороне. Круэл молча тихонько потрогал свой лоб и раздражённо вздохнул. Командир Нулевого Корпуса был хорошо известен. Джокер Короля Демонов. Существо, известное как более сильное, чем даже Командир Первого Корпуса, представителя Короля Демонов. Вопреки его известной репутации, ничего особенного не обнаружилось. Если попытаться разузнать о нём побольше, то ничего особенного не обнаружится, что делает его ещё более подозрительным. Если бы это существо присоединилось к битве, ситуация сразу же бы изменилась на противоположную. — Если правда, что появился Командир Нулевого Корпуса, то наша ситуация резко изменится. Мы должны не думать о победе, а думать про поражение. — ЧТО? — Сражаться с ним в лоб очень опасно. Если он не мог сразиться с ним лоб в лоб, то как ещё он должен был с ним справиться? Ответ уже был найден. Может быть, кто-то другой предложит лучший ответ, но его разум кричал ему, что так будет лучше. Тем не менее, причиной его нерешительности было звание “Героя”, которое сильно сдерживало его. Он неосознанно постукивал указательным пальцем по столу через равные промежутки времени. Пока в палатке некоторое время царили тишина и лёгкий шум, он аккуратно разложил разбросанные на столе бумаги на одной стороне, а затем взял чистый лист бумаги и начал писать. — Пошлите наёмного убийцу. — Шансы слишком малы. Мужчина, стоявший в углу, как будто украшение комнаты, ответил ему. Круэл тут же ответил на эту суровую реплику, не дрогнув. Как будто он ожидал, что кто-то скажет что-то подобное. — Если он настоящий Командир Нулевого Корпуса, то да. — Однако, что, если это всего лишь подделка? Или он ослабил бдительность, потому что его окружают солдаты армии Короля Демонов. Может даже оказаться, что существование Командира Нулевого Корпуса было просто сфабриковано, чтобы поднять боевой дух армии Короля Демонов. Если бы он смог выяснить эти вопросы, просто послав убийцу, он посчитал бы это отличным уроком. Вместо того чтобы отчитать своего сообразительного подчинённого, который молчал с тех пор, как упомянул об этом. — Командир может оказаться ненастоящим, — холодным тоном повторил Круэл свой приказ. — Выслать наёмного убийцу. *** В битве наступило затишье. Причиной тому был Круэл — четвёртый Герой Империи, который до сих пор активно наступал. Он остановил своё наступление после того, как получил известие о том, что Командир Нулевого Корпуса участвует в сражении. Настоящая причина приказа заключалась в том, что он намеревался проверить действительно ли Командир Нулевого Корпуса настоящий, а не просто подделка, или это откровенный блеф. Убийца, на которого была возложена эта сложная миссия, в данный момент находился в лагере армии Короля Демонов. «Помни, что твоя задача — не принести голову Командира Нулевого Корпуса, а в том, чтобы убедиться в реальности его способностей». Услышав это, я внутренне фыркнул. Он не мог быть настолько искусным. Может, конечно, он и был немного сильнее других, но не до такой степени известной широкой публике. Сильнее, чем командир первого корпуса, и такой, что даже Король Демонов должен был остерегаться. Если бы это было правдой, то армия Короля Демонов уже полностью поглотила бы Империю. Я положу конец этой легенде. Это была уверенность в том, что я самый искусный убийца Империи. То, что мне доверили столь важное задание, было достаточным доказательством моего мастерства. Даже если я не смогу снести ему голову, я был уверен, что смогу хотя бы смертельно ранить его, прежде чем отступить. Поэтому я сразу же стал искать Командира Нулевого Корпуса, чтобы закончить свою работу. «Что за чёрт? Это безумие». Через полчаса я начал паниковать. Найти Командира Нулевого Корпуса было не так уж сложно. Достаточно было посмотреть в ту сторону, куда смотрели все демоны. Проблема заключалась в его способности уклоняться от покушений. Сначала я планировал дождаться Командира Нулевого Корпуса, вышедшего осмотреть тело Командира Девятого Корпуса, и в нужный момент бросить в него кинжал. Конечно, я не рассчитывал покончить с ним таким образом. Это была просто атака с целью выяснить уровень мастерства противника, предполагая, что слухи были ложными. Тем не менее, это была правильная атака. Если бы он не обладал достаточно высоким уровень мастерства, он бы умер, даже не поняв, что его поразило. Однако... «ЧТО?» Как будто он ожидал этой атаки, Командира Нулевого очень естественно наклонился в нужный момент! Благодаря этому кинжал прорезал пустой воздух и вонзился в ни в чём не повинное дерево. Если бы он просто наклонился, ничего не сказав, то можно было бы подумать, что он просто настолько искусен. Проблема заключалась в том, что он сказал сразу после того, как избежал удара кинжалом. — Что за черт. Что это за камень. «Он споткнулся о камень?!» Нет, этого не может быть. Эти слова не смогут меня обмануть. Даже если он так сказал, он осмотрел каждый уголок лагеря и пытался меня поймать. Возможно, он начал искать меня, говоря так на случай, чтобы его подчинённые были удивлены его действиями. В этом случае началась бы война умов. Найдёт ли командир нулевого корпуса меня первым? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Новый герой (2) Конечно, он сохранял спокойствие, потому что уже сталкивался с подобными ситуациями. «Если кинжалы не помогают, то как насчет ловушек?» Он достал серебряную нить, сделанную из кожи монстра. Она была настолько острой, что при достаточном натяжении могла прорезать плоть, лишь слегка коснувшись её. Он бросился вперёд, в ту сторону, куда направлялся Командир Нулевого Корпуса, установил нить и стал ждать, когда тот подойдёт. Но вдруг он остановился, издав раздражённый вздох. Он понял это и без слов. «Он заметил». То, что он остановился прямо перед ловушкой, не могло быть случайностью. Нить была настолько тонкой, что её трудно было заметить невооруженным глазом. Однако он заметил её несмотря на то, что всё его тело, включая лицо, было закрыто чёрной мантией. Значит, он был очень искусен, верно? Он нервно ждал, как Деон отреагирует. Он лишь на мгновение замер в раздражении, а затем повернулся, чтобы схватить случайного солдата. — Ты не знаешь, где Эд? — Наверное, в казарме. Мне его позвать? — Нет, я сам к нему пойду. Неужели он пытался так заманить нарушителя? Убийце нужно было немедленно уходить оттуда.С Того, что он узнал, что его сила не была полной ложью, должно было быть достаточно, чтобы сказать, что в его вылазке была какая-то польза. «Однако...» Его охватило лёгкое нетерпение. Его беспочвенная уверенность в том, что он сможет сделать ещё немного, не давала ему уйти. Даже зная, что пустая уверенность - самое опасное на поле боя, убийца не мог так просто сдаться и продолжил преследование. — Эд. — Сэр Деон? Когда Командир Нулевого Корпуса вошел в палатку, вход в которую был прикрыт, сидевший за столом Эд прекрасной внешности тут же встал с изумленным выражением лица. Убийца видел это лицо в одном из документов, описывающих основных членов армии Короля Демонов, поэтому быстро узнал его. «Это заместитель Командира Нулевого Корпуса, Эд.» По словам Круэла, он был кандидатом на должность Командира Нулевого Корпуса. Два невероятно опасных человека собрались в замкнутом пространстве. Риск быть пойманным мгновенно удвоился, нет, утроился. Убийца ещё больше напрягся, затаив дыхание. К счастью, Командир Нулевого Корпуса, словно не замечая его, просто сел напротив и непринужденно открыл рот. — Вы что-нибудь знаете о новом Герое? Он думал, что упомянет незваного гостя, а именно его, но почему он заговорил о сэре Круэле? «Что он задумал?» Может быть, он заметил, что сэр Круэл лично приказал послать сюда убийцу? Как? Это мог быть приказ его Величества Императора, а может быть, кто-то из людей сэра Круэла действовал сам по себе. Холодный пот струился по его спине. Убийца замедлил дыхание и попытался сосредоточиться на их разговоре. — Не много. Насколько я знаю, сейчас его изучает Командир Второго Корпуса. На нём шлем, так что мы не видим его лица, и всё, что о нём известно, это то, что его навыки владения мечом превосходны... — ... — Мои извинения. — Всё в порядке, спасибо. Кстати, что это? Несмотря на то, что его лицо было закрыто капюшоном, он мог видеть, что Командир Нулевого Корпуса смотрит на бутылку на столе. Эд встал, воскликнув, когда его взгляд тоже упал на неё. Затем он достал из сумки, которую положил рядом с собой, ещё один стакан и поставил его перед ним. — Это алкоголь. Хотите? — А можно? — Да. Мы находимся на поле боя, так что вам не помешает немного выпить, чтобы расслабиться. — Как скажете. Командир Нулевого Корпуса поднял бутылку. В тот момент, когда он поднял наполненный бокал, убийца бросил в угол палатки небольшой камень, который он носил в кармане. Хлоп. Негромкий, но отчётливый звук эхом разнёсся по палатке. Оба одновременно повернули головы в его сторону. Да, сейчас был подходящий момент. Он щёлкнул пальцами и плеснул немного яда в стакан, который поставил Командир Нулевого Корпуса. Для пущей убедительности он добавил немного в стакан Эда. — Что это был за звук?.. — Наверное, это был звук удара каких-то предметов в сумке. Я ведь только что принёс вам этот стакан. — Может быть... Командир Нулевого Корпуса снова взял свой бокал и поднёс его к губам, как будто он не задумывался об этом. Затем он слегка наклонил бокал назад, но поставил его на место, прежде чем жидкость успела попасть в рот. — Эд! — Да, сэр Деон? — Кто здесь был? — Никто, кроме вас, сэр Деон. — Неужели... Его сердце ушло в пятки. Ему действительно нужно было уходить. Если он останется здесь ещё надолго... Под влиянием этого сильного порыва, который мог быть как разумом, так и инстинктом, он тихонько отступил назад. Словно ожидая его движения, странный голос пронесся мимо его затылка. Это был спокойный голос, словно пытающийся показать, что такого, как он, они могут поймать в любой момент. — Это место точно кишит мухами. Не было человека настолько тупого, чтобы он не понял смысла этих слов. Эд поднялся со своего места, выражение его лица стало жёстким. Почти одновременно с ним поспешно удалился и ассасин. Если он вступит с ними в схватку, то проиграет. Он должен был вернуться живым. «Я должен доложить об этом». Навыки Командира Нулевого Корпуса не были фальшивыми. Скорее, он достаточно опытен, чтобы просто играть с ассасинами и убийцами. *** — Это… Командир Девятого Корпуса? Эти слова рефлекторно слетели с моих губ, когда я увидел труп Командир Девятого Корпуса. Я смотрел на него с совершенно бледным лицом. Насколько я помнил, Командир Девятого Корпуса была женщиной-демоном с прямыми чёрными волосами. Характер у неё был довольно весёлый, так что я воспринимал её в довольно хорошем свете. Но куда делись её прямые чёрные волосы во всём этом? Куда делось её лицо, на котором всегда была весёлая улыбка? То, что было передо мной, было просто куском мяса. Я больше ничего не видел, кроме этого. На мгновение я потерял дар речи. Сначала меня охватило недоумение и шок, а затем беспокойство. «Ведь если я умру здесь, то тоже превращусь в это?» Нет, если я вступлю в эту битву, то точно превращусь в этот кусок мяса. Меня больше не волновал этот Герой или что-то ещё. Я просто хотел вернуться. Я выбежал из палатки, где лежал её труп, как будто убегал от него. Я выбежал так быстро, что в итоге споткнулся о камень. — Что за камень?.. Неужели они даже не подумали выровнять землю? Они должны хотя бы привести в порядок дорожки в лагере. Чувствуя сильное раздражение, я оглядел каждый сантиметр лагеря в поисках места, где можно было бы спрятаться. Затем я на мгновение остановился, словно очнувшись от гипноза. «Ничего не выйдет». Из моего рта вырвался слабый вздох. На самом деле, я прекрасно это понимал. Как я мог спрятаться, если все эти люди постоянно смотрят на меня? «Но я не могу просто стоять на месте». Я очень быстро соображал. Если не было идеального решения из двух, то приходилось довольствоваться вторым, выбирая из двух зол меньшее. Если нельзя было убежать или спрятаться, то выбор был очень ограничен. Я тут же схватил проходящего мимо солдата. — Ты не знаешь, где Эд? — Наверное, в казарме. Может, позвать его? — Нет, я сам к нему пойду. Парень сказал, что хотел бы последовать за мной, но я просто ушёл без него. Я же не дрессировал собаку или что-то в этом роде. Казарма Эда находилась не так далеко. Как только я вошёл, Эд, сидевший за столом, тут же встал и окликнул меня, как будто удивился, увидев меня. Когда он спросил, зачем я пришёл, я сразу перешёл к делу. — Вы что-нибудь знаете о новом Герое? — Не много. Насколько я знаю, сейчас его изучает Командир Второго Корпуса. На нём шлем, так что мы не видим его лица, и всё, что о нём известно, это то, что его навыки владения мечом превосходны… Проклятье. Как, чёрт возьми, я должен был выжить, если у меня не было никакой информации для размышлений? Я просто пытался найти другой выход из сложившейся ситуации, но он, видимо, решил, что я расстроен. Внимательно изучив моё лицо, Эд медленно опустил голову. — Мои извинения. — Всё в порядке, спасибо. Окружающие меня люди, похоже, очень любили извиняться, даже если они не сделали ничего плохого. Меня это уже не так сильно беспокоило. Во всяком случае, я пытался как-то сменить тему, думая о том, что эта атмосфера невероятно неловкая. В этот момент в поле моего зрения попала бутылка, стоявшая на столе. Рядом с ней стоял наполовину наполненный стакан, похоже, Эд пил из него совсем недавно. «…Алкоголь? Серьёзно?..» Он не разрешал мне пить, а сам выпил всё это? — Кстати, что это? — А! Эд воскликнул он, повернувшись к стоящей рядом сумке, и достал оттуда ещё один стакан. И аккуратно поставил его передо мной. — Это алкоголь. Хотите немного? Не кажется ли мне, что он перепутал порядок своих действий? Разве не принято сначала спрашивать, хочет ли человек выпить, прежде чем подносить второй стакан? Впрочем, Эд меня прекрасно знал. Какой дурак откажется от выпивки, если он не в состоянии часто пить? Конечно, я не мог просто ответить, что хочу выпить. Нужно было быть более осторожным, поэтому я нерешительно открыл рот. — Можно? — Да. Мы находимся на поле боя, поэтому вы можете немного выпить, чтобы расслабиться. — Как скажете. Хорошо, что моё лицо было полностью закрыто. Я широко улыбнулась, взяв стакан, стараясь не выказывать особого желания. В тот момент, когда Эд налил мне напиток и я поднял бокал... Хлоп! Негромкий, но очень отчётливый, довольно загадочный звук донёсся до моих ушей. Я рефлекторно повернул голову, чтобы найти его источник. Однако ничего необычного вокруг не было. — Что это был за звук?.. — Наверное, это был звук удара каких-то предметов в сумке. Я ведь только что принёс тебе этот стакан. — Может быть... Возможно, я ослышался. Возможно, обман зрения. С облегчением я поднёс стакан к губам. Однако, прежде чем я успел что-либо сделать, я остановил свои руки. Тыльная сторона ладони, казалось, слегка горела, когда я опустил стакан. Я почти глупо пытался пить, не снимая мантии с нижней части лица. «Как неловко». Мне было интересно, считает ли Эд меня идиотом. Я не хотел, чтобы он считал меня жалким. Пришлось сменить тему. Сначала я спокойно позвал его, чтобы скрыть своё смущение. — Эд! — Да, сэр Деон? — Кто здесь был? У него должны быть свои дела и люди, с которыми он должен встретиться. Поэтому я воспользовался случаем и сменил тему разговора на него. Возможно, мне удастся услышать истории бывших солдат или что-то в этом роде. Однако, к сожалению, личная жизнь Эда была довольно чистой. Настолько, что никто не знал о нём ничего конкретного. — Никто, кроме вас, сэр Деон. — Неужели... Какой жалкий парень. Я посмотрел на него жалостливыми глазами, прищелкнув языком, и нахмурился. Мухи, которые жужжали вокруг меня и этого места, медленно сводили меня с ума. Конечно, это было поле битвы, поэтому вороны и мухи здесь были вполне естественны. Однако мне было довольно трудно приспособиться к этому, потому что я уже давно не был в таком месте. Я почувствовал, что не смогу долго терпеть это раздражение, не высказав его, поэтому заговорил немного странным голосом. — Это место точно кишит мухами. — ! Эд тут же вскочил со своего места, как будто его что-то беспокоило. Я испугалась, глядя на его напряжённое лицо. Что случилось? Я ведь не сильно его раздражал? Я говорил вежливо, и с моим тоном не должно было возникнуть никаких проблем. Он расхаживал по казарме, заглядывая то туда, то сюда. Наконец он взял со стола стакан и сосредоточился на нем, словно пытаясь наложить на него заклинание. Затем он обратился к солдатам, которые выглядели довольно скованными и холодными. Сжимая в руке стакан, он спокойно произнёс. — У нас незваный гость. Алкоголь и осколки стекла выпали из его руки. Снаружи поднялась большая суматоха. Прибежавший Бен, увидев разбитые осколки стекла и мокрый от алкоголя пол, тут же обругал Эда: — О чём ты думаешь, уничтожая улики? Он взял несколько осколков стекла, чтобы проверить, нет ли в них яда. Как только выяснилось, что в стакане содержится смертельный яд, по приказу Джайкара, Командира Первого Корпуса, лагерь был полностью перевернут вверх дном. Они проверили всех присутствующих солдат, после чего обежали весь лагерь в поисках нарушителя. Кроме того, я получил от Эда извинения за то, что он не заметил ничего подобного раньше. — Несмотря на то, что вы дали мне такой чёткий сигнал, я не заметил убийцу достаточно быстро. Приношу свои искренние извинения. Нет, я также не заметил! «Я дал ему какой-то сигнал?..» Как он пришёл к такому выводу? Ну, в такой ситуации я должен был сделать только одно. — Всё в порядке. Эти слова я уже устал произносить в замке Короля Демонов. Если бы я действительно заметил перед собой незваного гостя, я бы с лёгкостью сказал об этом. Но, хм, моя совесть была действительно поражена чувством вины. Как бы то ни было, Эд тоже присоединился к поискам, а я, снова оставшись один, сел перед столом и уставился на бутылку. Злоумышленник был, но в результате я не понёс никакого ущерба. Я был совершенно спокоен. На самом деле я был настолько спокоен, что если бы другие знали, о чём я думаю, они бы смотрели на меня с отвращением. «Ну, алкоголь в бутылке же не отравлен?» Да, я всё ещё не мог отказаться от алкоголя. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Новый герой (3) Бен изучил содержимое моего стакана, и как только он убедился, что стакан был отравлен, его охватило сильное бешенство. Мне ещё предстояло осмотреть бутылку, поэтому у меня ещё оставалась какая-то надежда. Я также не думал, что он прислушается к моим доводам. Эд начал пить ещё до того, как я вошёл в его палатку. Это означало, что до этого момента вино не было отравлено. Другими словами, злоумышленник отравил наши бокалы, пока мы разговаривали. Теперь, когда я задумался об этом, то понял, что скрытность этого парня была на таком уровне, что даже Эд не смог его обнаружить. Разве это не было действительно опасно? ...В общем. «Я могу вспомнить только один момент, когда и мои, и Эда глаза одновременно покинули стол». Когда раздался этот звук. Тогда мы рефлекторно повернули головы в сторону источника. Но это было лишь короткое мгновение. Это был смехотворно короткий промежуток времени для того, чтобы убийца подошёл и отравил наши напитки. Тогда как ему удалось их отравить? «Вероятно, он подсыпал его издалека». Убийца был достаточно опытен, чтобы Эд не смог его обнаружить, а это значит, что он, вероятно, был более чем достаточно опытен, чтобы просто "подсыпать" яд в наши бокалы. Даже в этом случае у него не хватило бы времени бросить его в бутылку с очень узким отверстием. Риск был бы слишком велик. Ассасины не любят рисковать, поэтому, скорее всего, он не стал этого делать. …Именно об этом я и думал. «Что ж, тогда давайте проверим». Я поднял бутылку. Мне было совестно пить всё это в одиночку, без Эда, но разве он не пригласил меня выпить? С такими бесстыдными мыслями я втянул в себя запах спиртного. Как и ожидалось, яда в нём не было. Улыбка расплылась по моему лицу. «Похоже, что этот ассасин приготовил препарат без цвета и запаха». Легко переносимые препараты в твёрдом состоянии содержали определённые ингредиенты для сохранения своей формы, независимо от того, были ли они изготовлены путем рафинирования нескольких жидкостей или сцепления их между собой с помощью порошков. Обычно такие препараты называют бесцветными и не имеющими запаха, но... «Если вы подвергались воздействию различных наркотиков или обладаете до смешного хорошим обонянием, вы заметите это». Они всё ещё несли в себе то, что можно назвать специфическим запахом, присущим медицине. Во всяком случае, этот ликёр совсем не имел того тонкого, но своеобразного запаха. А это значит... Я усмехнулся. «Теперь этот алкоголь мой». У меня не было бокала, но это не имело значения. На всякий случай, если кто-то войдёт и помешает мне пить, я слегка опустил ткань, закрывающую нижнюю часть лица, и тут же поднял бутылку, без колебаний поднеся её к губам. *** — Он опасен. — Хммм... Убийца произнёс эти слова. Круэл просто молча слушал слова убийцы, почти не реагируя на них. Однако, как бы выдавая его невыразительное лицо, его пальцы постукивали по столу, выдавая его сложные, сокровенные мысли. После того как он выслушал весь доклад, наступило долгое молчание. Затем он медленно открыл рот. — Понятно. Можете уходить. — Да. Когда убийца вышел из палатки, выражение лица Круэла стало задумчивым. Он выглядел не лучшим образом, и это было понятно. В конце концов, каким бы плохим он ни был в сравнении, Командиром Нулевого Корпуса всё равно был намного опытнее этого убийцы. Убийца, которого он послал, тоже был отнюдь не слаб. Хотя в силу специфики своей профессии он может быть слаб в прямых столкновениях, даже сам Круэл почувствовал бы беспокойство, если бы ему пришлось столкнуться с его навыками скрытности и наёмного убийства. «Какая головная боль». Командир Нулевого Корпуса был настоящим, и его навыки не были преувеличены. Что может быть неприятнее этого? Он медленно закрыл глаза и откинулся в кресле. «Моё решение...» Он уже принял одно. Однако, по его мнению, это было несколько расточительно. Он откинул голову назад, слегка нахмурив брови, затем снова открыл глаза и медленно встал. Почувствовав, что атмосфера вокруг него изменилась, подчинённый осторожно спросил, какое решение он принял. — Что бы вы хотели сделать? — Приказ, который я получил: "Защищать территорию империи". Таким образом, Круэл был вынужден участвовать в этой проигранной битве. В результате ему удалось выйти далеко за пределы защиты своей территории от царства демонов и даже оттеснить их назад. Хотя его начальству, похоже, нравилось такое развитие событий, если ему не приказывали что-то вроде "Расширяйте территорию империи", не было необходимости вступать в ненужные столкновения с демонами. — Я старался максимально расширить нашу территорию на случай, если демоны решат напасть на нас ещё раз позже, но ничего не поделаешь. Эта возможность уже упущена. Жадность порождает несчастье. Круэл был более хладнокровен и рассудителен, чем кто-либо другой, чтобы поддаться такому влиянию, как жадность. Если бы моральный дух стороны империи был высок, они могли бы хоть что-то сделать. К сожалению, моральный дух демонов был на высоте, а их собственный - на дне. — А кто такой Командир Нулевого Корпуса? Если бы проблема заключалась только в его боевых возможностях, он бы меньше беспокоился. Командир Нулевого Корпуса мог управлять боевым духом просто своим присутствием, так что, возможно, им просто не повезло. Если бы они столкнулись с ними в таком состоянии, то были бы полностью уничтожены. Не то чтобы в империи не было никого, кто мог бы выйти из этой ситуации, но поскольку в данный момент их не было поблизости, возможности Круэла были крайне ограничены. — Чтобы победить армию Короля Демонов при наличии Командир Нулевого Корпуса, нам нужен "тот парень". — Что? — Но не сейчас. В любом случае, уже слишком поздно запрашивать подкрепление. У империи был еще один подобный Герой. Вспомнив о человеке, который стал Героем даже раньше него самого, Круэл на мгновение закрыл рот, прежде чем заговорить. — В нашей нынешней ситуации лучше всего прекратить сражение. Это единственный способ не допустить вступления в бой Командира Нулевого Корпуса. Однако вести открытые переговоры с демонами невозможно, и они ни за что не станут сидеть на месте, получив возможность контратаковать... Tук. Tук. Tук. Его указательный палец постукивает по столу. Эта нерешительность была вызвана и его званием "Героя". Это звание он заслужил и защищал, но, похоже, во многих ситуациях оно его сдерживало. — Мы должны отступить. — Что, простите? — Однако мы будем убивать тех, кто нас преследует, без вопросов. Мы должны убивать их более решительно, чем мы делали это до сих пор, чтобы они даже не смели думать о том, чтобы преследовать нас дальше. Они бы постепенно отходили, не проявляя слабости. Необходимо было вернуться в царство людей, из которого они изначально пришли, и показать им, что они больше не намерены сражаться, если только они не решат вторгнуться в царство людей, — Если мы отступим сейчас, не будет ли это слишком очевидно? Демоны наверняка заметят. — Вот почему я сказал, что мы будем решительно убивать тех, кто идёт за нами. — … — Они поймут, что их разорвут на части, если они пойдут за нами. Они отступали не только потому, что узнали о присутствии Командира Нулевого Корпуса. — Даже если бы мы завоевали её, эта земля совершенно бесполезна. На неё не попадает ни одного солнечного луча. Нам нет смысла сражаться за такой бесполезный кусок земли. — ... — Именно это мы и должны донести до них. Официально договориться они не смогут, но негласные и скрытые договоренности вполне возможны. Хотя Герою империи не пристало так поступать, Круэл не придал этому значения. Потому что для него было важнее не испортить свой дебют в качестве Героя. — Конечно, это будет возможно только в том случае, если Командир Нулевого Корпуса не решит разбушеваться на поле боя, пока мы будем отступать, но, скорее всего, всё будет в порядке. Его просто отправили в качестве поддержки. Скорее всего, он просто вернётся сам, не выходя из окружения. У него больше нет причин для личного участия. — Ну... Я слышал, что Командир Нулевого Корпуса очень редко принимает непосредственное участие в сражении. — Так и есть. Начальство смотрело только на результаты. Их не интересовало, как эти результаты получены. Таким образом, если войска Круэла будут оттеснены армией Короля Демонов и позволят им снова прорваться в Человеческую Сферу, то начальство наверняка снова начнет сомневаться в его статусе Героя. Вот почему это так сложно, По какой причине он вообще сюда пришёл? Круэл, тихо прикусив губу, снова открыл рот, чтобы отдать очередную команду. Однако слова не успели сорваться с его губ. — Командир! Как незваный гость поспешно вошёл в шатёр. Убедившись, что его лицо смертельно бледно, дыхание учащенное, а одежда грязная, Круэл встал, не произнеся ни слова. Дождавшись, пока солдат переведёт дух и доложит о себе, он надел снятую ранее перчатку и пристегнул меч к поясу. Он не собирался отчитывать его за то, что он так поспешно вошёл. Не кто иной, как он, распорядился, чтобы все, кто хочет сообщить что-то срочное или важное, приходили немедленно. Так было эффективнее. Поэтому, вместо того чтобы сделать ему замечание, Круэл спокойно приготовился к бою, ожидая его следующих слов. — Армия Короля Демонов наступает! Их возглавляет Командир Нулевого Корпуса... «Грохот». Ещё до того, как солдат закончил свой доклад, Круэл тут же схватил шлем и вышел на улицу. Его план уже провалился. Их положение было тяжёлым. Не успел он окинуть взглядом всё поле боя, как глаза Круэла, уже все понявшие, холодно впились в его шлем. Ему даже не пришлось искать. В нос ударил рыбный запах крови, хотя бой только начался, и солдаты беспомощно метались по земле. Кроме того, он слышал отчаянные крики и... «Смех». Только кто кричал, а кто смеялся? — ...Хаха. Из его уст вырвался пустой смешок. Круэл выхватил меч и окинул взглядом поле боя. По крайней мере, среди солдат под его командованием не было сумасшедших, которые бы смеялись, убивая врагов. Да, это исходило от демонов. Они резали направо и налево, весело смеясь, словно выплескивая свою обиду. «Всё кончено». Боевой дух была на их стороне. Война — это то, что в значительной степени зависит от морали и настроя. Даже в неблагоприятных ситуациях, если боевой дух был достаточно высок, можно было убивать врагов, выглядя при этом совершенно безумным, словно пьяным. Даже в благоприятных ситуациях, если боевой дух был очень низок, было много случаев, когда проигрывала более сильная сторона. При этом битва оказалась невыгодной для империи. «Нет». Он сжал кулак, вкладывая в руки ещё больше силы. Так не должно быть. Он так далеко зашёл, почему же теперь его бесполезно отталкивают назад? Он должен был что-то сделать. Но что? «Для разрешения этой ситуации...» Обострив свои чувства, Круэл посмотрел в сторону одного участка. Среди бушующей стихии поля боя было только одно место, которое казалось совершенно тихим, создавая странный диссонанс. Там он увидел стоящего демона. *** — Хехе, ахахахах!!! Он свободно взмахнул кинжалом. Держа кинжал прямым хватом, затем переходящим в обратный хват, как при исполнении трюков, и даже иногда проводя им по тыльной стороне ладони, он убивал тех, кто на мгновение был очарован его действиями, создавая очередную жертву. Сколько людей уже было принесено в жертву? Кровь хлынула из тех мест, откуда он выдернул кинжал. Слабый стон их товарища, который даже не издал крика, теперь передавался окружающим. Этот чёрный демон перед ними никогда не убивал своих противников так легко. Перерезал ли он им сухожилия, руки или колол глаза, он полностью блокировал все шансы контратаковать и продолжал рубить тех, кто был лишён возможности что-либо сделать, при этом радостно смеясь. Даже если он по ошибке убивал кого-то сразу, он разрывал его труп на куски, не переставая демонстрировать свою бездонную жестокость. — Д-дьявол!!! Откуда-то раздался дрожащий голос, больше похожий на стон. Вероятно, это было то, что солдат сказал, даже не осознавая. Высказывание подобных слов на поле боя отнюдь не способствовало укреплению боевого духа. Тем не менее, никто не мог его винить. Ведь остальные солдаты вокруг него были в таком же положении. Эмоции, которые он с трудом подавлял, снова бурлили, поэтому он не мог не согласиться с ним. «Да, дьявол». Если они не могли назвать эту тварь дьяволом, то кого же они могли назвать дьяволом? Его руки дрожали. Ноги словно прикипели к земле, не давая возможности нормально двигаться. Спина фигуры, рубившей его друзей и коллег, казалась такой беззащитной, но солдат не посмел неосторожно направить на него оружие. Атаковать его может показаться простым делом. Ему оставалось только поднять оружие и атаковать эту беззащитную спину. Однако, если бы он действительно это сделал... «Я тоже так закончу». Он не хотел этого. Он был напуган. Солдат не был уверен, что сможет вынести те последствия, с которыми ему придётся столкнуться, если он сдвинется с места. Он хотел убежать, но не мог. Интуиция подсказывала ему, что стоящий перед ним дьявол погонится за ним, как только он повернётся к нему спиной. В этой ситуации, когда он не мог ни напасть, ни убежать, солдат просто крепко зажмурил глаза. Его белые, измученные губы дрожали. «Кто-нибудь, пожалуйста. Помогите мне». Из него вырвалось короткое усилие, но тут же было подавлено и проглочено. Именно тогда произошло нечто необычное. Лязг!!! ...Что? Подул сильный порыв ветра, который принёс с собой звук ломающегося предмета. Когда он снова открыл глаза, то издалека сквозь взметнувшуюся пыль увидел фигуру в полном доспехе. Увидев его, солдат опустил руки. — А-а-а... Он был жив. Он легонько похлопал себя по телу, которое расслабилось от нахлынувшего на него облегчения. Стоя на ногах, которые едва держали его, но казалось, что они вот-вот поддадутся, солдат ясно видел стоящее перед ним существо. Новый Герой империи. Звезда поля боя. Их рациональный командир. Круэл. Он пришёл. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Новый герой (4) — ! Риринелл, сидевшая на вершине стены третьего города и с жалостью наблюдавшая, как несколько монстров разбиваются о её барьер, подскочила, словно её обожгло. Её глаза были широко открыты и непрерывно дрожали. — Мисс Риринелл? В чём дело? Есть ли какие-нибудь проблемы в Четвёртом городе? — Он сломался. — Что?! Вы хотите сказать, что барьер сломался?! — Ожерелье, которое я подарила сэру Аруту, разбилось! — ...Что? Мысли заместителя тут же замерли. «Сэр Арут? Под сэром Арутом... Она имеет в виду сэра Деона? Командира Нулевого Корпуса армии Короля Демонов?» Она перестала думать об этом, потому что, если бы она начала, то не увидела бы этому конца. «Так что именно вы ему дали? Нет, скорее, когда вы это сделали? И он сломался? Почему?» — Что я должна делать? Я сделала так, чтобы он реагировал только на те атаки, которые вызывают "верную смерть". — Ах, это правда... «... Действительно ли он в опасности?» Выражение лица помощника свидетельствовало о неловкости. Ему хотелось ей посочувствовать, но сделать это было довольно трудно. Она говорила, что Командир Нулевого Корпуса в опасности? В смертельной опасности? Сколько бы она ни думала об этом, она не могла себе этого представить. Однако если то, что она сказала, было правдой, то это было бы очень серьёзным делом. Если кто-то был настолько силён, что мог поставить его на грань смерти - другими словами, кто-то, кто мог даже представлять угрозу для Короля Демонов!.. — Я должна пойти к нему! — Что? Нет, просто успокойтесь пока и наберитесь терпения... Ах, пожалуйста. Риринелл махнула рукой в указанном направлении. Она подавала сигнал своим солдатам, усердно уничтожавшим монстров, поторопиться! Её заместитель издал глубокий вздох, который, казалось, исходил из глубины его сердца, и быстро схватил свою начальницу, которая собиралась куда-то уходить. «Серьёзно...» Король Демонов не приказывал ей поддерживать сэра Деона, и её корпус не был уничтожен. Она должна была выполнить свою миссию, а затем вернуться в замок Короля Демонов, как это было принято. Это было просто здравым смыслом. Она либо не знала, либо притворялась, что не знает. Заместитель не знал, что из этого правда, но в одном она была уверена. В любом случае, она просто вела себя слишком нелепо. Я на полном серьёзе хочу перестать быть её заместителем. В воздухе раздался тихий страдальческий вздох. *** — Я планировал убить тебя одним ударом. Изнутри шлема раздался холодный голос. Несмотря на явно провокационный тон, Деон оставался неподвижным, его взгляд был устремлён на летящие вокруг него осколки. Этого он никак не ожидал. Деон был безумно спокоен, когда дело касалось его выживания, и при этом умел пользоваться своей головой. Поэтому, услышав эти слова, он не стал бросаться на противника, а попытался выяснить, что с ним произошло. Он вспомнил о том, что произошло минуту назад. Вдруг вокруг его тела образовалось нечто, похожее на прозрачную мембрану, и тут же разорвалось - ожерелье из камней маны, подаренное Риринелл, разлетелось на куски, которые в этот момент летели вокруг него. Это могло означать только одно. «Его энергия иссякла». Это означало, что магическая сила, содержащаяся в камне маны, была полностью израсходована. Иными словами, эта прозрачная мембрана была результатом действия какой-то защитной магии, направленной на предотвращение мощных атак, и камень маны, питавший барьер, был немедленно разрушен. …Риринелл сказала ему, что ожерелье активируется, если его жизни угрожает непосредственная опасность. «Это значит, что он чуть не убил меня одним ударом». Глаза, смотревшие на его сломанное ожерелье, теперь поднялись и сфокусировались на виновнике нападения. Лица его не было видно, так как оно было закрыто шлемом, но, вероятно, это и был тот самый "новый герой", о котором так возбуждённо говорили солдаты. Когда мысли привели его к такому выводу, уголки его рта, обтянутого чёрной тканью, дёрнулись вверх. — Ты - новый герой. — Так меня называют, хотя я этого недостоин. — ...Хм... Он покрутил кинжал в руке. В отличие от предыдущих, Деон направил свой кинжал на стоящего перед ним человека, слегка нахмурившись. По его лицу было видно, что он чувствует себя неловко. — Ты звучишь до странного знакомо. Это меня беспокоит. — Я чувствую себя оскорблённым. Я никогда раньше не встречал демонов. — Сними шлем. — Ты хочешь сказать, что я должен снять шлем прямо перед врагом? Он сразу же отверг его. Баааааах! Перед глазами Круэла пронеслись искры. Ба-бам! Кинжал и длинный меч столкнулись, издавая скрежещущие звуки. Когда они застыли в таком положении, Деон прижался лицом к шлему Круэла и заговорил с ним, его голос был наполнен смехом. Этот ненормальный смех был окрашен глубоким и ярким безумием. — Не ты ли сказал что-то вроде того, что ты недостоин звания "Героя"? — ... — Позволь мне проверить, действительно ли ты недостоин. На Круэла обрушился шквал атак. Бах! Бам! Бах! Он начал своё молниеносное наступление. В разгар этих атак, не оставляющих возможности для контратаки, Круэл спокойно блокировал каждый удар. Он просто блокировал. Командир Нулевого Корпуса не дал ему ни единого шанса на отпор. Однако это не означает, что Круэл находился в невыгодном положении. Его атаки лёгкие. Он не знал, было ли это потому, что он сосредоточился только на скорости, но его атаки были просто слишком лёгкими. Напротив, они были настолько лёгкими, что ему казалось, что даже атаки обычного солдата тяжелее, поэтому ему не составляло особого труда блокировать их, даже несмотря на слишком высокую скорость. Бам! Когда он ударил по невероятно быстрому кинжалу под нужным углом и в нужное время, тот вырвался из рук Командира Нулевого Корпуса и упал далеко от него. Однако несмотря на то, что он только что потерял своё оружие, Командира Нулевого Корпуса не выглядел ошеломлённым. Напротив, он взмахнул кинжалом в другой руке, чтобы создать расстояние между ними, и, засунув пустую руку в мантию, достал другой такой же кинжал. Его движения казались естественными и привычными, как будто он сам осознавал свою слабость. «Я думаю, что что-то произойдёт, если я буду давить на него своей превосходящей силой и выносливостью». Когда Круэл пришёл к такому выводу, Деон тоже не сидел на месте. «Я должен скоро отступить». Этот голос настолько обеспокоил его, что он потерял больше времени, чем предполагал. Любой человек с мозгами уже понял бы, в чём его слабость. В любом случае, он не собирался выигрывать у этого парня. Деон знал своё тело лучше, чем кто-либо другой. Каким бы слабым он ни был, он должен был знать это, чтобы использовать его более эффективно. Он понимал, что его нынешнее физическое состояние не так уж и хорошо. Дыхание стало тяжёлым. Руки дрожали, так как он потерял большую часть сил после многочисленных стычек с противником. При желании он мог бы сражаться и дальше, но не было смысла делать что-то настолько бесполезное. Поэтому он, не раздумывая, ударил Круэла ногой в живот и отступил, увеличивая расстояние между ними. — К сожалению, на сегодня это всё. — … Кто так решил? — Я могу просто встретиться с тобой завтра снова, если ты хочешь. Как насчёт этого? — … Урон, нанесённый их стороне, был слишком велик для этого. Независимо от реальных навыков Командира Нулевого Корпуса, именно его имя и присутствие в конечном итоге определяли моральный дух на поле боя. Если бы он снова появился на поле боя, их боевой дух был бы ещё ниже, чем сейчас. Однако он не был уверен, что сможет прикончить его, если ему придётся преследовать Командира Нулевого Корпуса, который уже создал между ними значительное расстояние. Уже во время поединка Круэл убедился в его скорости. Он знал, что тот убежит гораздо быстрее, чем он успеет до него добраться. Словно почувствовав колебания Круэла, Деон весело улыбнулся. Он спрятал кинжалы в мантию и что-то пробормотал про себя, достаточно громко, чтобы Круэл мог его услышать. — Вообще-то, я планировал вернуться, как только отвою землю у демонов после того, как нас так сильно отбросили назад. Зачем мне оставаться в таком месте? Я не очень люблю такие жестокие вещи. Удар! Круэл нахмурил брови. — Разве не ваша сторона начала эту битву? Этой битвы не было бы, если бы демоны под руководством Командира Девятого Корпуса не пересекли границу. Меня бы тоже не отправили сюда. — О... Он слышал, что Командир Девятого Корпуса сходит с ума от скуки, но не знал, что именно он пересёк границу. Вероятно, он спровоцировал силы империи, неоднократно переступая границу. Поэтому империя, очень чутко следившая за передвижениями войск Короля Демонов, не могла просто сидеть и бездействовать, получив известие об этом. Деон на мгновение замешкался, прокручивая в памяти произошедшее, пока не появился стоящий перед ним Герой. — Если вы вернёте нам землю демонов, мы примем дополнительные меры, чтобы наши ребята не преследовали вас. — …Если вы пытаетесь этим извиниться, то всё в порядке. В любом случае, это было полезно для меня. Вместо этого я с удовольствием приму ваше предложение. — Ну ладно. На этом их разговор был окончен. Круэл посмотрел на человека в чёрной мантии, который в мгновение ока исчез из поля его зрения, затем повернулся к своим людям и заговорил. — Мы тоже уходим. За границу. *** Императорская армия отступила. Это была действительно волнующая сцена. Насколько тяжело им приходилось с тех пор, как они приехали туда? Учитывая все те трудности, через которые они прошли до сих пор, этого было недостаточно. Как будто солдаты чувствовали то же самое, они погнались за императорской армией, их лица были полны радости, и они кричали. Командир Первого Корпус,а Джайкар, не останавливаясь, пытался преследовать императорскую армию, чтобы использовать её текущий импульс. Однако вскоре ему стало известно кое-что, что заставило его быстро изменить приказ. — Отступаем! Причина была только одна. Сэр Арут, Командир Нулевого Корпуса. Он издалека подал им сигнал отступать. Именно он изменил ситуацию, которая до этого была просто чередой кризисов, в ту сторону, где им было чем дышать, и вполне естественно, что он уважал его мнение. К этому следует добавить, что у него должна была быть веская причина, чтобы прекратить бой с Героем в центре и отступить. И прежде всего... Нет необходимости идти против его воли и создавать для нас новые проблемы. Он повернул голову и наблюдал за приближением Командира Нулевого Корпуса. — Хорошая работа. — ... Он не ответил. В тот момент, когда Джайкар удивлённо поднял брови и снова открыл рот, губы Командира Нулевого Корпуса медленно разошлись. — А-а-а. ...Что? Не успел он спросить, что происходит, как ноги Командира Нулевого Корпуса подкосились, и он упал вперёд. Когда растерявшийся Джайкар попытался быстро поймать его, уже нашёлся человек, который шагнул перед ним и помог ему выбраться. Он, естественно, поймал его, как будто ожидал этого. Это был заместитель Командира Нулевого Корпуса, Эд. Он ловко поймал Командира Нулевого Корпуса, который рухнул, как песочный замок, как будто такое уже случалось не раз и не два, и осторожно заговорил. — Вы в порядке? — Это проклятое... тело... При соприкосновении с ним по телу пробегала лёгкая дрожь. Это было доказательством того, что он исчерпал почти всю свою энергию. Эд уставился на него и вскоре обнял его поудобнее, а затем нежно прошептал. — Похоже, что вы переусердствовали, хотя вам нездоровится. Пожалуйста, отдохните. При этом, казалось, что напряжение, охватившее его, ослабло - тело Командира Нулевого Корпуса просто опустилось. Эд, который почти полностью поднял его на руки, кивнул кому-то головой. Это был врач Бен, который подошёл и сразу же начал его осматривать. Всё происходило настолько естественно, что Джайкар мог лишь безучастно наблюдать за происходящим, забыв о необходимости навести порядок в брошенных на произвол судьбы войсках. — Похоже, что он перенапряг своё ослабленное тело, накопив таким образом усталость. Он просто потерял сознание. Только через три секунды он понял, что сообщение Бена было адресовано ему. Джайкар потёр затылок, издав короткий вздох. В его действиях чувствовался намёк на стыд за то, что он на мгновение отвлёкся. — Пожалуйста, позаботьтесь о Командире Нулевого Корпуса. — Да. Он хотел что-то спросить, но не решился беспокоить потерявшего сознание человека. Да и не нужно было будить Командира Нулевого Корпуса, так как он уже нашёл ответ на свой вопрос. Причина, по которой он подал сигнал, чтобы они не бросались в погоню. Возможно, он сделал это, потому что знал, что его состояние не очень хорошее. Если бы он перенапрягся и рухнул перед противником, ситуация в бою снова изменилась бы как ни в чём не бывало. Как изменится мнение императорской армии о нём, если они увидят это? Они подумают, что Командир Нулевого Корпуса не так силён, как они думали. Если бы это было так, то участие Командира Нулевого Корпуса их бы уже не потрясло. Решение не устраивать погоню было правильным, и следование ему также было отличным выбором. Что было бы, если бы он не последовал приказу? Не желая думать об этом, Джайкар покачал головой и посмотрел на сэра Арута, который обмяк в руках Эда. «Я считаю, что это был отличный выбор - уважать его желания». Многие командиры корпусов опасались, что Командира Нулевого Корпуса внезапно придёт и возьмёт на себя их роль вместо них. «Должен ли я признать и уважать его или не согласиться?» Хотя он не показывал этого, у Джайкара были похожие мысли. У него не было другого выбора, кроме как уделить этому вопросу особое внимание, так как он был Командиром Корпуса, имевшего самый высокий номер после него. Таким образом, он пришёл к выводу. «Я буду уважать его». У него с самого начала не было другого выбора. Если отбросить вопрос о предотвращении самоубийственной атаки Героя или убийстве бывшего Командира Седьмого Корпуса, его привёл сам Король Демонов. Что он мог сделать, даже если бы не признал его? И этот выбор был абсолютно правильным. Командир Нулевого Корпуса не был тем, кто бездумно гонится за врагом. Он был командиром, который правильно оценивал ситуацию и умел подавлять свои желания. Он хотел ещё побороться. Возможно, если бы он не был так измотан, то смог бы ещё немного побороться. В любом случае, он остановился потому, что риск продолжения был гораздо выше. Поражение Командира Нулевого Корпуса было не только его поражением, но и напрямую влияло на моральный дух всей армии Короля Демонов. Джайкар, увидевший Деона в новом свете, вскоре улыбнулся и отвернулся. В конце концов, предстояло ещё много работы. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- За империю (1) — Сэр Арут, вы чувствуете себя плохо? — Нет. — Ах, у вас, наверное, болит голова... — Я в порядке. — Не хотите ли выпить воды? — Нет, спасибо. — Пожалуйста... Пожалуйста, примите это от всего сердца! — ?.. Что это было? Я с недоумением смотрел на стоящий передо мной диковинный цветок. Затем парня, протягивавшего цветок, оттащила толпа, и вскоре начался переполох. — Вы с ума сошли?! — Как вы смеете преподносить какой-то ничтожный цветок сэру Аруту? Что, чёрт возьми, вы имеете в виду под "от всего сердца"?! — Аххх! Тьфу! Сэр Арут любит цветы! Это просто выражение моего уважения к нему! А как же?! — Вы хотите сказать, что сэр Арут любит цветы?.. — Да! Я видел, как он наслаждался прогулками по саду! Он должен их очень любить, если даже гуляет с этим ничтожным инкубом только потому, что он садовник! Ты многого не знаешь! — Значит, вы пытались его подкупить! — Что? Я не знал почему, но, похоже, ему сейчас было нелегко… Я покачал головой. В данный момент я спокойно сидел в карете. Когда я проснулся, я был шокирован тем, что оказался здесь. Я также думал, что Король Демонов продал меня империи, пока я был пьян. Только когда я открыл окно, я понял, в чём дело. Однако, открыв окно, я был удивлён по другой причине. «П-почему эти люди так на меня смотрят?» Как только я открыл окно, на меня сразу же обратили внимание. Почувствовав странный жар в их глазах, я не мог не замереть. Если бы Эд не подошёл ко мне, я бы, наверное, ещё долго оставался в этой позе. Он осмотрел через окно мой цвет лица и спросил, нормально ли я себя чувствую, на что я только кивнул, не понимая, что происходит. При такой атмосфере я даже не мог спросить, о чем идёт речь. Позже я узнал, что опять что-то натворил, будучи пьяным... Казалось, что я проделал большую работу во время битвы. Выглядело так, будто я действительно вступил в бой... «Что, чёрт возьми, я сделал? Что...» Я интересовался, почему мы уже собираемся возвращаться. Оказалось, что мы не просто возвращались, а возвращались, потому что битва уже закончилась. Я думал, что пил умеренно. Неужели я действительно стал легкомысленным? Это не вызвало никаких проблем, но я всё равно был разочарован. В общем, казалось, что я сделал нечто весьма впечатляющее. На обратном пути члены корпуса пытались заглянуть в открытое окно и разговаривали со мной. Эти парни, которые всегда держались от меня на расстоянии, с жёстким выражением лица!.. — Вы не голодны? — Я - нет. Сначала я был озадачен, потом напуган, а теперь... «Я устал». Это был не первый и не второй раз, когда они так поступали. Им, наверное, кажется, что они просто заходят ко мне изредка, а мне, который должен был им отвечать, казалось, что мой рот вот-вот распухнет. Они продолжали приходить, чтобы поговорить со мной, и я не мог просто закрыть окно. В общем, ситуация была не очень хорошая. Если бы я просто игнорировал их и закрыл окно, они могли бы заставить меня исчезнуть, прежде чем я успел бы заметить... Другими словами, я скоро сойду с ума. В это время появился Эд, прорвавшись сквозь толпу членов корпуса, собравшихся у окна. Когда я высунулся из окна, чтобы посмотреть на его приветливое лицо, он поклонился один раз, а затем заговорил. — Мы прибыли. Наконец-то! Я быстро поднялся. Моё тело всегда было утомлено, но я обычно не обращал на это внимания, но теперь и мой разум также был крайне истощён. Я вышел из кареты, намереваясь поскорее отдохнуть, так как чувствовал, что если этого не сделаю, то действительно сойду с ума. А потом... «...Когда я успел подняться в свою комнату?» Мне показалось, что из-за переутомления память немного пошаливает. Я даже не знал, как я здесь оказался. *** — А, ты здесь? Король Демонов поднял голову. Посмотрев на стоящего перед ним беловолосого мужчину с отсутствующим выражением лица, он сузил глаза. — Я слышал, что в этот раз ты отлично поработал, молодец. Как прошло знакомство с новым Героем? — …Я должен вам кое-что сказать. Несмотря на то, что его вопрос остался без ответа, Король Демонов по-прежнему улыбался, не обращая внимания на его грубое поведение. Он только что получил очень интересную информацию. Это была очень важная информация, особенно для того, кто стоял перед ним, поскольку она была связана с Арутом. — Неужели? Почему бы тебе сначала не взглянуть на это? Командир Второго Корпуса принёс информацию о новом Герое. Шух. При упоминании Командира Второго Корпуса тело Деона вздрогнуло. — Командир Второго Корпуса здесь? — Да. Интересно, почему они принесли так много мужской одежды? Не понимая, о чём он думает, Деон, как и прежде, поспешно поднял лежащую перед ним газету. Его глаза начали просматривать текст. На самом деле, читать было не так уж и много. Однако... — Имя нового Героя… Тем более, что информация, которую содержал документ, была очень тяжёлой. — Круэл Харт. — …Хах. Деон Харт не смог удержаться от смеха. Его красные глаза сияли. Уголки его рта приподнялись, демонстрируя враждебность и убийственное намерение. Это было знакомое имя. Он говорил, мысленно повторяя имя своего старшего брата. Это имя он не мог забыть до конца своих дней. — Я должен был убить его тогда. Несмотря ни на что. Он отложил бумаги и поднял голову. Выразительные глаза Короля Демонов, в которых белое и чёрное были реверсированы, смотрели в его сторону, на лице была улыбка, как будто он знал, о чём тот думает. — Ты думаешь о поездке в империю? Иногда молчание можно рассматривать как утверждение. Король Демонов, неторопливо приводивший в порядок свой стол, встал со своего места и подошёл к Деону. Словно уже зная, что ему нужно делать, он заговорил, постукивая пальцем по области между ключицей и шеей Деона, который стоял там без всяких колебаний. Никому из них не было до этого дела, хотя на месте, которого коснулся его палец, осталась чёрная метка. — Продолжай. Если ты будешь слишком долго находиться вдали от империи, люди начнут сомневаться в тебе. Конечно, дай мне знать, если найдёшь какую-нибудь полезную информацию. Король Демонов усмехнулся. Причина, по которой он так заботился о Деоне, заключалась в том... ...что он смог сделать то, на что не был способен даже он сам. То, чего не мог сделать ни один из демонов, чей внешний вид сильно отличался от человеческого. А именно - быть шпионом. — Тогда я пойду. Деон Харт. Он был командующим армией Короля Демонов... а также Героем Империи. *** Подумав об этом подольше, я смог восстановить некоторые фрагменты своей памяти. Итак, я встретился с Королём Демонов. По протоколу мы должны были сразу же после возвращения доложиться начальству. И была одна часть разговора, которую я смутно помнил. «Командир Второго Корпуса вернулся». Поэтому я сразу же подумал о побеге в империю, и мне удалось уговорить Короля Демонов разрешить мне пойти... Разве это было не так? Казалось, что моя память не полная, но что с ней? Что было ясно, так это то, что он дал мне разрешение на поездку в Империю. «Продолжай. Если ты будешь слишком долго находиться вдали от империи, люди начнут сомневаться в тебе. Конечно, дай мне знать, если найдёшь какую-нибудь полезную информацию». Слова Короля Демонов всё ещё ясно звучали в моей голове. Поэтому, раз уж я получил его разрешение, мне следовало поскорее уехать, пока сюда не прибыл Командир Второго Корпуса. Я был более чем уверен, что, если меня найдут, они снова попытаются заставить меня носить тонну одежды. Я поспешно встал и начал собирать свои вещи. Вещей, которые я должен был взять с собой в империю, было не так уж много. Всё, что мне нужно было сделать, — это обратить внимание на то, что я ношу, чтобы как можно меньше подвергаться воздействию солнца, и взять с собой немного еды, чтобы поесть в пути. «Вау, это прекрасно». Я немного беспокоился, удастся ли мне раздобыть немного еды, не столкнувшись с Командиром Второго Корпуса. Я вздрогнул, вспомнив, как в тот раз Командир Второго Корпуса принёс мне тонну одежды. Они не отпускали меня, пока я не перемерил всю одежду, которую они принесли. Хотя я и не считал его злом, он всё же был ужасным демоном, который изматывал меня, заставляя просто надевать и снимать одежду. Я положил руку на ручку двери, намереваясь быстро достать еду. Подождите... «Где я вообще возьму эту еду?» Командиры Корпусов будут собираться в столовой, так что это будет проблемой. …Мне пора выходить. Как только я повернул ручку, раздался стук. Я так испугался, что сразу же отошёл от двери. «Может быть, Командир Второго Корпуса уже здесь?» Я неосознанно сделал ещё один шаг назад. Затем за дверью раздался очень знакомый голос, как бы успокаивающий меня после того, как я нерешительно спросил, кто это. — Сэр Арут, это я, Эд. *** — Ты здесь. Пожалуйста, присаживайся. Король Демонов, просматривавший документы, поднял голову и указал подбородком куда-то в сторону. У него было серьёзное выражение лица, не похожее на то, которое он имел при общении с Деоном. Когда он сел, Эд тихонько покачал головой. Он был уверен, что сэр Арут пришёл сюда, чтобы отчитаться, так почему же его позвали? Было ли что-то неясное в отчёте? Когда он глубоко задумался, Король Демонов, который упорядочил документы, которые читал, и сложил их в кучу, окликнул Эда. — Я не люблю затягивать, поэтому просто скажу тебе прямо. — ... — Разве ты не хочешь стать командиром корпуса? — ! Несмотря на все его предположения и прогнозы, в голове у него было совершенно пусто. Эд был демоном, быстро понимающим ситуацию, даже если он был на мгновение ошеломлён. Но он никогда не думал, что может произойти нечто подобное. — Вы говорите об этом потому, что должность Командира Девятого Корпуса стала вакантной? — Да. Раньше все должности Командиров Корпусов были заняты, поэтому я дал тебе должность заместителя Командира Нулевого Корпуса, но теперь всё по-другому. Должность была вакантна. Вполне естественно, что эта должность досталась Эду, который изначально был кандидатом. Это было то, чего он так долго ждал. Как он мог забыть? Однако, несмотря на это, Эд не смог ответить на этот вопрос. — Когда я стану командиром корпуса, заместителем сэра Арута будет... — Я бы выбрал нового. Наверное, это будет тот, что сейчас ниже тебя по должности. — Что будет, если я откажусь? — Тогда тому, кто стал бы новым заместителем, будет предложено то, что я предложил тебе. — Неужели... это так? После этих слов Эд закрыл рот. На его лице явно читалось страдание. Король Демонов откинулся в кресле, как бы давая ему время подумать. Он вздохнул, нарушив нежную тишину, окутавшую комнату. Эду, который уже некоторое время не мог говорить, удалось открыть рот, когда три луны за окном начали накладываться друг на друга. — Я... *** Закончив разговор с Королём Демонов, Эд направился в комнату Арута, как будто это было самым естественным. Он, как обычно, постучал дважды и, как всегда, повысил голос. — Сэр Арут, это я, Эд. — Входите. Когда он открыл дверь и вошёл, то увидел, что в комнате стоит его начальник. Эд застыл на месте. Он выглядел полностью готовым уйти в любой момент. Увидеть его в таком виде было довольно неожиданно, но, учитывая, что до него он встречался с Королём Демонов, можно было предположить, что он получил секретное задание. Он просто закрыл за собой дверь, не выказывая никакого волнения. — Вы уходите? —Да. Меня не будет какое-то время. — Эмм... Он проявил несвойственную ему нерешительность. Деон, смотревший на Эда как на человека, ведущего себя странно, решил, что нет необходимости спрашивать, не случилось ли чего. Лишь чуть позже он добавил к своему объяснению. — Я отправлюсь в империю. — Неужели? Тогда вам понадобится еда. Эд также быстро принял меры. Когда Эд осторожно привязывал к поясу маленький магический мешочек, пытаясь в очередной раз позаботиться о нём по собственному желанию, он внимательно посмотрел на Арута и открыл рот. — Я... — А, спасибо. Тогда мне пора идти. Он не хотел его провожать. Эд просто уставился на Арута, который встал со своего места. Капюшон путешественника закрывал его белые волосы и красные глаза. И когда он повернулся к нему спиной, лицом к двери, как будто больше никогда не оглянется на него, он снова повернулся. — Эд… — Да, сэр Арут? — Вы что-то хотите? —...Что? — Давненько я не был в империи, может быть, вам что-нибудь нужно оттуда? Эд неосознанно улыбнулся. Где ещё он мог найти начальника, который бы так заботился о своих подчинённых? И не было другого начальника, который бы так нуждался в его помощи, как он. — Ничего, правда. — Хм... Тогда я просто куплю вам несколько вещей, которые, как мне кажется, вам понравятся. Я сейчас немного занят, так что давайте поговорим, когда я вернусь. Именно тогда Эд решил закрыть рот. Вместо того чтобы упомянуть о предложении, полученном от Короля Демонов, он просто приподнял уголки губ и закрыл глаза. Затем он вежливо поклонился и снова заговорил. — Я буду ждать. Не было необходимости упоминать о предложении, от которого он всё равно уже отказался. Это только раззадорило бы его. — Пожалуйста, берегите себя. Даже если он уйдёт в империю, Эд всё равно будет служить ему в качестве заместителя. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- В Империю (2) Тёплый ветер ласкал мою щёку. Цветы, выстроившиеся на обочине дороги, колыхали листьями, приветствуя ветер, а солнце тепло освещало их, словно давая своё благословение. Да, это была весна. Кроме того, это была поздняя весна, то есть почти лето. Привратник, стоявший на страже перед огромным особняком, лениво зевнул, одолеваемый дремотой, и поднял одну бровь, как будто что-то заметил. Издалека он увидел, что прямо к нему идёт человек в халате путешественника. — ...Эй. — Что? — Не кажется ли тебе этот человек подозрительным? — Кто? ...Да, ты прав. Даже если они выглядели не очень, они всё равно гордились своей профессией. Через мгновение его коллега, чьи глаза стали настороженными, как нож, поправил копьё. Другой привратник также крепко держал оружие и проявлял крайнюю бдительность по отношению к приближающемуся незнакомцу. И в тот момент, когда он почти достиг их, он высунул копьё и подал знак остановиться. — Это резиденция графа Харта. Графа сейчас нет на месте, а посторонним вход воспрещён. Если у вас есть к нему какое-то важное дело, пожалуйста, оставьте нам сообщение. Это были слова, которые ему не раз приходилось произносить перед приходящими гостями. Большинство из них просто отворачивались, не желая враждовать с графом Хартом, но этот гость, похоже, был не таким. Он стоял гордо, не проявляя ни малейшего колебания, как будто не слышал его слов. — Откройте дверь. — ...Что? Он беззастенчиво приказал им открыть дверь. Перед тем, как он собирался прокомментировать наглость этого человека, тот снял капюшон халата. Когда он показал свои белые волосы, стражники на мгновение оцепенели, а затем, испугавшись красных глаз, смотревших на них, тут же выхватили копья. — Как же так получается, что мне запрещено входить в свой собственный особняк? — В-ваше сиятельство! Почётный граф Деон Харт. После того как он покинул особняк с целью истребить монстров, он вернулся через полгода. *** — Деон Харт вернулся? Человек, откинувшийся на спинку стула, выпрямился. Его фиолетовые глаза светились интересом. Фиолетовые глаза в паре с фиолетовыми волосами. Как золото символизировало императорскую семью, так и фиолетовый цвет символизировал определенную знатную семью империи. Княжество Иллюстер. Иллюстер Старбе, единственный герцог империи, стоящий в оппозиции к императору как глава дворянской фракции, ухмыльнулся, услышав свежую новость. Кем был Деон Харт? Не был ли он, очевидно, одной из собак императора? Тот самый "Герой", которого он должен был устранить как главу благородной фракции. Он внезапно исчез и так же внезапно вернулся, впрочем, в этом не было ничего нового, если задуматься, ему давно пора было вернуться. — Ну что ж. Он перевёл взгляд на человека, стоявшего рядом с ним. Зелёные глаза, в которых не было даже намека на волнение, и совершенно бесстрастное лицо, не выдававшее никаких его мыслей. Когда Иллюстер смотрел на Круэла, претендовавшего на роль его подчинённого, в его глазах, казалось, блеснул странный огонёк, но вскоре он изогнул их, чтобы скрыть это. Затем он заговорил ужасно приятным голосом. — Что же нам теперь делать? Его брат вернулся. Вероятно, эта новость была ещё не так известна. Герцог знал об этом только потому, что его информационная сеть была особенно обширна. Единственным человеком, кроме него, знавшим об этом, был, вероятно, император. В этой ситуации Круэлу, подчинённому лидера благородной фракции, оставалось сказать только одно. — Я найму ассасинов. — Неправильно. Должен быть лучший способ сделать это. Когда герцог помахал пальцем в его сторону, словно поучая ребёнка, он посмотрел в другую сторону. Молодая женщина, которая стояла с документами в руках, ожидая своей очереди на доклад, подняла голову и встретилась с ним взглядом, как бы отвечая ему. — Сирена, каков твой ответ? Что ты предлагаешь? — Вы, случайно, не собираетесь использовать революционную армию? — Правильно. Не могло быть и речи о том, чтобы эти люди, преследующие цель свергнуть императора, отказались бы убить его собаку, если бы он попросил их об этом. Они с гораздо большим энтузиазмом отнесутся к этому заданию, чем наёмные убийцы, которым за это платят деньги. Герцог улыбнулся и отдал приказ Круэлу. — Свяжитесь с революционной армией. *** Они торопливо бегали туда-сюда. Не знаю почему, но все они выглядели невероятно занятыми. Я чувствовал себя так, словно стал незваным гостем в собственном доме. Может быть, я слишком долго отсутствовал? Однако у меня не было другого выбора из-за Короля Демонов. Пока я чесал голову, чувствуя себя неловко, из суетящихся вокруг слуг вышел седовласый пожилой мужчина. Его походка была ни быстрой, ни медленной. — Вы вернулись, граф. — Ах, да. Давно не виделись. Ремембер, который был со мной с тех пор, как я получил этот особняк, встретил меня с ласковой улыбкой. Видя его неизменное спокойствие, я наконец-то почувствовал, что вернулся домой. Я уже собирался подойти к нему поближе, но тут заметил, что он ещё не закончил свои приветствия. — Удалось ли вам благополучно завершить уничтожение монстров? — ...Да? Прости? Подчинение монстров? — ... Вообще-то, я отправился уничтожать монстров по приказу императора. — А-а-а, да. После моего грубого кивка Ремембер сделал шаг в сторону, и на его лице появилась глубокая улыбка. Столкнувшись с этим действием, которое, казалось, приветствовало меня, я, естественно, вошел внутрь и окликнул его, когда он последовал за мной. — Я еду на встречу с Его Величеством. Пожалуйста, сделай все необходимые приготовления. — Однако вы должны чувствовать себя крайне измотанным после долгого путешествия. Вам сначала следует отдохнуть... — Нет, я сейчас умоюсь, переоденусь и сразу же отправлюсь во дворец. Мне очень хотелось отдохнуть, но выпадение из благосклонности императора было бы плохим знаком. Это может привести к ещё большим проблемам, так что ничего не поделаешь. Нынешний император Эдуардо Дезер - психопат, взошедший на трон с помощью меча. Сцена, когда он, девятый императорский принц, после убийства всех своих братьев и сестёр тащил меч через весь дворец, подхватил корону залитыми кровью руками и водрузил её на собственную голову, была настолько ужасающей, что подданные до сих пор, спустя 10 лет, говорят об этом инциденте. «Что же произойдёт, если я потеряю благосклонность императора?» Конечно, он не был таким тираном, чтобы убивать кого-то за то, что тот не доложил ему сразу, но лучше перестраховаться, чем потом жалеть. «…Но почему атмосфера такая напряжённая?» Те, кто до этого момента непрерывно двигался, теперь стояли неподвижно. Посмотрев на слуг, которые выглядели довольно беспокойно, склонив головы, с озадаченным выражением лица, дворецкий, естественно, заговорил. — Я сейчас же всё подготовлю к вашему отъезду. И действия, последовавшие за его словами, были точными и быстрыми. Это отчасти напомнило мне Эда. Кто-то из слуг пошёл готовить мне ванну, а кто-то ждал с полотенцами в руках. Потом, после того как меня утощили некоторые из них, я, придя в себя, оказался в ванной. Всё это было так давно, поэтому я чувствовал себя немного неловко, но это был не первый раз, поэтому я не был слишком шокирован. Когда я перекладывал своё тело, привыкнув к воде, в дверь вошли ещё слуги, вытерли меня, одели в халат и куда-то повели. «...Подождите секундочку». Мне казалось, что я действительно вот-вот сойду с ума. Я чувствовал себя неуютно не только потому, что прошло много времени. Всё действительно было совсем по-другому, чем раньше. Эти ребята и раньше служили мне усердно до крайности. Только вот что произошло, пока меня не было? Несколько горничных усадили меня на диван, достали несколько моих мундиров и стали болтать между собой. — Если он планирует отправиться в императорский дворец, разве эта форма не подойдёт? К ней прилагается соответствующее количество аксессуаров, так что она поможет подчеркнуть красоту графа. — Нет, современные тенденции больше склоняются к аскетичному стилю! Так не будет ли эта униформа без всяких украшений более подходящей? — Учитывая общественный имидж графа, этот вариант лучше! В нём чувствуется элегантность. Я думаю, не поможет ли это сделать образ графа немного мягче... А может быть, мы остановимся на концепции "болезненного благородства"? Я не понимал, почему им так трудно сделать выбор между этой белой формой, той белой формой или другой белой формой. В конце концов, все они были белыми. Даже те, что остались на вешалках в шкафу, были чисто белыми. Что, чёрт возьми, они делали? — Что думает Ваше Сиятельство? — ... Все они одновременно посмотрели на меня. Чёрт возьми, почему-то белая форма стала для меня характерной. Я уселся и зарылся спиной в спинку дивана. Затем, полузакрыв глаза и наугад указав на одного из слуг, я услышал два цокающих языка и одно короткое восклицание радости. «Я слышу, как вы щёлкаете языками, вы же понимаете?» Когда я недоверчиво открыл глаза и поднял голову, чтобы посмотреть, что же я выбрал, то увидел, что передо мной стоит та самая горничная, которая только что предложила концепцию "болезненного благородства". «А... болезненное благородство?» Мне почему-то казалось, что я сделал неправильный выбор. Нет, я, конечно, считал, что её намерение смягчить мой образ было прекрасным, но, глядя на горничную, гордо шмыгающую носом, мне стало как-то не по себе. Может, мне просто выбрать другую одежду? Когда я напрягся, думая о таких вещах, служанка передала форму слуге, стоявшему рядом со мной, и быстро удалилась. «Нет, только не это!..» Я просто решил выбрать другую. Однако они уже закрыли за собой дверь. — ... — ... — ...Хмм.... Ваша карета… форма... — А. За время пребывания в замке Короля Демонов я узнал кое-что чрезвычайно полезное. Нужно уметь смириться. Да, не похоже было, что я умру, надев это. Форма тоже выглядела не так уж странно, так что проблем быть не должно. Хотя глаза у этой дамы были довольно хищными... «Давай просто не будем обращать на это внимания». Я послушно снял халат и передал его слуге. Они обмотали мне руки бинтами до самых кончиков пальцев, а затем надели на руки белые перчатки. После того как меня одели в эту форму, остальное прошло довольно быстро. Служанки, не так давно вышедшие из дома, поспешили вернуться в комнату, расправить красивую одежду и уложить мои неаккуратные волосы. «Но всё равно вскоре всё будет испорчено». Однако я не решился сказать им об этом. Их глаза были невероятно налиты кровью, когда они сосредоточились на своей работе, поэтому было ощущение, что они будут ругаться на меня, если я скажу им что-то подобное. Накинув на меня белый плащ, специально подаренный мне во время войны, и вручив маску, чтобы закрыть лицо от солнца, служанки издали сожалеющие восклицания, но всё равно хлопали друг друга по рукам. Что случилось с их поведением? Наверное, это не имело положительного оттенка, потому что я видел, как люди в комнате прикрывали рты, глядя на меня. Прикрывание рта, несомненно, означает, что они испытывают отвращение! Действительно ли я выглядел настолько плохо? До такой степени, что другие испытывают ко мне отвращение? — Как и ожидалось, мне следует надеть что-нибудь другое... — Нет! — Вы не можете! — Что вы говорите, ваше сиятельство!? Как страшно! Я просто рассуждал сам с собой, почему они так щепетильно к этому отнеслись... Когда я с подозрением смотрел на пыхтящих служанок, раздался стук в дверь и голос Ремембера. — Карета готова, ваша светлость. Мы можем отправиться в путь, как только вы будете готовы. Казалось, что все приготовления уже сделаны, поэтому я просто взял свой клинок и открыл дверь. Как будто он ждал этого прямо перед дверью, мои глаза и глаза Ремембера, который был одет в аккуратный фрак, сразу же встретились. С его точки зрения могло показаться, что я открыл дверь довольно неожиданно, однако он просто отступил в сторону и поклонился, не выказав ни малейшего намёка на удивление. Он должен был хорошо рассмотреть, во что я одет, но никак не отреагировал, так что всё должно быть нормально... — О, один момент, прежде чем мы уйдём... Я повернулся и пошёл на второй этаж, зайдя в свою комнату. Я заставил Ремембера подождать снаружи, и, оглядывая комнату, увидел вещи, которые я взял с собой, аккуратно разложенные на столе. — К счастью, он всё ещё здесь. Пока меня тащили мыться, казалось, что они всё ещё следуют моему бессистемно оставленному приказу не распаковывать вещи, так как я сам об этом позабочусь. С виду совершенно нетронутый, я взял пакет с едой из багажа. Магия и магическая сила присущи исключительно демонам и Королю Демонов. Поэтому я не мог просто оставить это здесь. Хотя в магии разбираются единицы, любой идиот, открывший эту сумку, сразу бы понял, что это магическая сумка. Поэтому я планировал сжечь его. Была поздняя весна, камин ещё не был разожжен, поэтому я зажёг свечу и принялся сжигать пакет. Вместе с ним сгорала и еда, но я не испытывал никакого сожаления. В конце концов, теперь я могу есть гораздо больше вкусной еды, когда захочу. Легким движением руки я развеял превратившийся в пепел предмет, затем взял в руки другой пакет. Было бы плохо, если бы я его сразу сжёг. Это был мешок, наполненный золотом. Только после того, как я порылся в комнате в поисках нормальных кожаных сумок, в которые можно было бы переложить деньги, я смог без сожаления сжечь второй пакет. Выстроив в ряд свои сумки, наполненные золотыми монетами, я поднял две из них и открыл дверь. — Это деньги, которые я заработал в своей поездке, поэтому прошу добавить их в финансовые активы округа. На самом деле, округ и так был достаточно богатым, поэтому в добавлении этих монет не было необходимости. Ремембер, который первым проверил содержимое подсумков, поднял голову и посмотрел на меня. Его уникальные серебристо-голубые глаза светились необычным светом. — Похоже, что в наши дни монстры оставляют после себя золотые монеты, когда их убиваешь. — ...Эм. Верно, я должен был отправиться в путешествие, чтобы подчинить монстров. Я был настолько отвлечён всем происходящим, что совершенно забыл об этом. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- За империю (3) «Как... Как это исправить?» Может, сказать ему, что я получил эти монеты из города, расположенного неподалёку от того места, где я уничтожал чудовищ, в знак благодарности? ...Но я отправился туда по приказу империи, поэтому я просто делал то, что должен был делать. Или я могу рассказать ему, что во время уничтожения случайно наткнулся на пещеру и, войдя в неё, обнаружил... Вряд ли он поверит в такую фантастическую историю, чёрт возьми. Если бы мне пришлось выбирать между двумя вариантами, я бы, пожалуй, предпочёл поверить, что это "знак благодарности", но, если эта информация дойдёт до ушей императора, у меня будут серьёзные неприятности. Скорее всего, он скажет что-то вроде: "Я слышал, что ты вымогал деньги у других, делая то, что я тебе приказал? Похоже, что ты полон жадности. Может быть, мне отрубить тебе руки, чтобы вылечить тебя от неё? Почему я был так уверен? Ведь что-то подобное уже было! Для справки: говорят, что участник этого инцидента покинул дворец в виде окровавленного и холодного трупа. Родственникам пришлось как-то избавляться от тела, которое было выброшено на обочину дороги как багаж. «Должен ли я быть честным и сказать ему, что выиграл эти деньги в азартные игры?» Если я просто скажу, что пошёл немного поиграть в азартные игры, опустив часть про царство демонов... Да, если я так поступлю, моя репутация резко упадёт. Это было бы лучшим оправданием. Подождите, нет, это было не оправдание, это была правда. В любом случае, азартные игры не были прямо запрещены законом, и многие дворяне действительно предавались им тайно, так что, хотя мой имидж немного ухудшится, ничего страшного не произойдёт. Закончив свои размышления, я решил заговорить, но не успел — Ремембер, некоторое время безучастно смотревший на меня, слабо улыбнулся и заговорил. — Я пошутил. — … — Я использую эти деньги с пользой для поместья. Прошу прощения, если моя скромная шутка показалась вам оскорбительной. Похоже, этот старик был просто в таком восторге от того, что ваша светлость вообще думает о финансах поместья, что я показал вам такую глупую сторону себя. — Хаха. Что ты имеешь в виду под глупостью? Хаха… К счастью, после этого он больше не спрашивал, откуда взялись деньги. Когда я почувствовал внутреннее облегчение, Ремембер вдруг резко изменил направление нашего разговора, видимо, прочитав, о чем я думаю. Он отложил деньги с серьёзным выражением лица и снова заговорил. — Я не буду спрашивать, откуда взялись деньги. — ... — Поскольку его светлость граф занимает такое положение, вполне естественно, что многие люди выстраиваются в очередь, чтобы купить вашу благосклонность. — Извините? Нет, подождите, мне кажется, что он что-то не так понял. — Любой человек, занимающий то же положение, что и вы, не смог бы отказаться от такой огромной суммы денег, однако, судя по вам, эту взятку просили не вы, так что проблема в том, что... — Что ты говоришь?! Какая взятка?! Я ни за что не взял бы взятку! Я ведь даже не достоин этой должности! — Кто может подкупить почётного графа?! Какая чушь!.. И даже если бы кто-то попытался меня подкупить, я бы, скорее всего, просто наотрез отказался. Если бы взял эти деньги и слух об этом дошёл до императора. Разве он не распорол бы мне живот? Поэтому пока я должен сначала прояснить это недоразумение. «Это не было взяткой!» — Ты хочешь, чтобы император меня четвертовал?! — ...Что? — А? — ...Ваша светлость просто перепутал свои мысли и слова? — А… Это было не то. Я поспешно попытался исправить свои слова, но Ремембер, наблюдавший за моей паникой, спокойно улыбнулся, казалось, всем своим видом. Почему-то, когда я на мгновение остановился, мне показалось, что я уже видел эту сцену. Он заговорил добрым голосом. "Я просто шучу". Я хотел ударить его. — Я не верю, что ваша светлость действительно намерена ударить старика. — Ты довольно быстро соображаешь. — Так как я дворецкий, разве я не должен соображать быстро? — Помнишь Ремембер, что тебе следует прекратить шутить. Никто не сможет определить, шутишь ты или говоришь серьёзно. — О боже, вы пытаетесь лишить этого старика единственного развлечения, которое осталось в его жизни? Не слишком ли это жестоко? Видеть, как ваша светлость смущается, - самое большое удовольствие для старика. — Значит, ты сделал это специально?! — Карета готова. Разве вы не сказали, что хотите уехать прямо сейчас? Не могли бы вы спуститься вниз? Ремембер ловко поклонился. Мне не хотелось спорить с ним, и вместо того, чтобы продолжать, я просто пробормотал что-то себе под нос и ушёл. В любом случае, это был не официальный визит, и весть о моем возвращении не должна была далеко распространиться, поэтому за мной следовало лишь небольшое количество сопровождающих. Я также намеревался попросить передвигаться побыстрее, поскольку не любил оставаться в карете дольше, чем нужно. Я снял душную маску, закрывавшую моё лицо внутри колышущейся кареты и прислонился спиной к спинке сиденья. Может быть, потому что вдруг стало так тихо, я не мог перестать думать. Может быть, потому что я ехал на встречу с императором, я всё время думал о нём. Это не должно быть так плохо. С момента нашей последней встречи прошло немало времени, поэтому лучше было как следует подготовиться, чтобы не ошибиться перед ним. Итак, что пришло мне в голову, когда я подумал об императоре? «Император...... Сложный человек». В этом мире нет никого, кто не был бы сложным, но с моим ограниченным словарным запасом это лучшее, чем я мог его описать. Он был высокомерен, но у него были навыки, подтверждающие его отношение к делу. Он был не только сильным, но и умным человеком. Он был жаден, постоянно стремился к самосовершенствованию и не жалел сил, чтобы собрать вокруг себя талантливых людей. И…. «Он – тиран». Он взошёл на престол в результате восстания. Хотите узнать, что сказал "король", бывший девятый принц, во время церемонии коронации, после того, как он прошёл по крови своих братьев, а не по ковру, чтобы добраться до трона? [Я достиг этого места, пролив невообразимое количество крови, так что не будет ли смешно, если мы будем называть страну королевством как прежде? Поэтому я заявляю, что изменю название этой страны на империю прямо здесь и сейчас]. Это было замечание, к которому нельзя относиться легкомысленно, как к какой-то скучной речи. Он стёр прежнее название и титул королевства, назвав его заново. Было бы лучше, если бы он просто назвал его в честь себя "Королевство Эдуардо". Однако новый король назвал своё королевство. [Империя]. [Забудьте прежнее название этой страны. Отныне она будет называться "Империя"]. Его безумию не было предела. Само название страны было "Империя". Естественно, не могло быть и речи о том, чтобы другие королевства сидели и ничего не предпринимали. Это изменение вызвало много откликов. Все королевства континента выступили с критикой в его адрес, но "Король" Империи полностью проигнорировал их, что было весьма раздражающе. Нет, на самом деле это была настоящая провокация. С этого началась война. Чрезвычайно долгая "восьмилетняя война", которая полностью изменила мою жизнь. «Чёрт, это было похоже на ад на земле». Это было настолько ужасно, что половина воспоминаний о том времени полностью исчезла. Скорее всего, мой мозг просто отказывался вспоминать те вещи, которые лучше было бы забыть. По окончании восьмилетней войны Королевство, бывшее "империей" только по названию, стало фактически "империей". Настоящая империя, поглотившая примерно треть континента, управлялась не королём, а "императором". «И я...» В знак признания моих заслуг и службы на войне я был произведён в почётные графы. Однако не успел я насладиться этим положением, как меня выбрали спутником Героя, и я был вынужден немедленно уехать. Мне до сих пор кажется, что я застрял в замке Короля Демонов именно из-за этого... Как раз в тот момент, когда я продолжал размышлять, карета внезапно остановилась. — Чтооо... Уааааааа! — ...Сирена? Я быстро надел маску и слегка приоткрыл окно. Сопровождающие дрались с какими-то незнакомцами. Они были одеты в синюю форму с нарисованными на ней белыми птицами. …Революционная армия. Организация, возникшая благодаря действиям императора во время восьмилетней войны, когда он завоевал все эти королевства. «Этот чёртов император. Хорошо, конечно, что он не оставил концы с концами, но мог бы хотя бы пощадить своих заложников.» Людей с большим влиянием и популярностью, а также тех, кто хотя бы отдалённо был связан с королевской семьёй, систематически выслеживали и убивали, поэтому те, кому больше нечего было терять, объединились и создали группу. Они потеряли не только свою страну, но и своих правителей. Их жизнь была перевернута с ног на голову. В связи с этим они начали разрабатывать план устранения императора и всех, кто занимал высшие посты, чтобы создать равный мир для всех. «Мне, в общем-то, всё равно, какой идеологии они придерживаются, но... я не очень доволен тем, что стал одной из их мишеней». Их численность также была весьма значительной. Вполне естественно, что народ каждого из бывших королевств, который обычно восставал вместе со своими королями, старыми правителями, был объединён в организацию под названием Революционная армия. Словно почувствовав, что я открыл окно, кучер, замахнувшись кинжалом, крикнул в мою сторону. — Нас атакуют! Пожалуйста, закройте окно! Разве обычно не говорят что-то вроде "Помогите нам!"? В конце концов, я не был благородной дамой. Я был человеком, который много лет бродил по полям сражений, даже если не выглядел так внешне. Конечно, подниматься мне не хотелось, поэтому я осторожно закрыл окно и сел обратно. Было слышно, как какие-то предметы летят в карету. Возможно, в неё стреляли. Мне кажется, что это становится слишком опасным. Может, мне тоже сражаться? Я уже всерьёз подумывал о том, не достать ли мне на всякий случай свой кинжал, который я захватил с собой, но тут услышал стук, доносящийся со стороны кучерского сиденья. Этот звук был мне настолько знаком, что я без труда понял, что произошло. «Он мёртв». По позвоночнику пробежало покалывание. В этот момент я услышал треск, доносящийся от двери кареты. Как будто вот-вот сломается... Хруууст! — Чёрт, она действительно сломалась. Она была не просто сломана. Дверь кареты была полностью оторвана. Снаружи я видел, как отчаянно сражаются сопровождающие. Сколько бы врагов перед ними ни стояло, все они продолжали безумно размахивать мечами, и по их лицам было видно, что расслабляться им некуда. Да, это прекрасно и всё такое, но... Я не собираюсь умереть здесь, вы, ублюдки. Человек с огромным телом преграждал мне единственный путь к спасению. Шрамы на лице парня казались ужасающими, а в одной руке он держал огромный топор, похоже, пытаясь надавить на врагов. От одного взгляда на этого парня мне стало плохо. Этот парень внешне ничем не отличался от монстра, который явно смотрел на меня сверкающими глазами. — Это ты. Собака императора. — Н-нет. — … — … Тишина. — Простите, как вас зовут? — Деон Харт. — Значит, ты - собака императора! — Нет. Казалось, что он нацелился именно на меня, но я не был собакой императора. Но прежде чем я успел что-то сказать, он просто посмотрел на мои белые волосы и красные глаза, кивнул и пробормотал про себя. — Ну. Ты, конечно, выглядишь довольно тощим. — Что... Тощий? Какого чёрта? Разве этот парень не был просто неоправданно огромным? Конечно, я не мог ему этого сказать. Однако это было ещё не всё. Он даже протянул свои огромные лапы и схватил меня за шею. Кх! Кх... — Я немного занервничал, потому что мне сказали, что ты Герой, но я никогда не думал, что ты такой слабый цыплёнок. Какое разочарование. — Ужас... Ч… ёрт. — Значит, у тебя ещё хватает сил говорить? Ну, то, что ты смог оскорбить меня в такой ситуации, это похвально. Что я сделал этим людям? — Как, чёрт возьми, ты вообще стал Героем? Император не тот человек, который будет так доверять тому, кто меньше, чем ничто. Я задыхался. Хуже того, из-за того, что это проклятое тело так остро нуждалось в кислороде, пульс участился до предела. Я попытался как можно быстрее вонзить кинжал в его руку, но, задыхаясь, никак не мог сделать ни одного быстрого движения. Вместо этого он просто ударился о топор, когда я слегка взмахнул им, заставив его выронить топор, а кинжал выскочить из моей руки. Чёрт! «Если бы мы находились вне кареты...» У меня было бы много места, чтобы обойти его, и я бы не попал в такую ситуацию. Я задвинул эти мысли далеко на задворки сознания. Бесполезно было думать о сценариях "что-если", когда всё уже случилось. Сейчас я должен был сосредоточиться на том, чтобы вырваться из его хватки. «Я... не могу дышать…» Эти проклятые стражники были слишком заняты тем, что разбирались со своими упрямыми врагами. «Так или иначе, я должен». Голова кричала, чтобы я сохранял спокойствие, но тело двигалось против моей воли. Словно желая жить, несмотря ни на что, мои дрожащие руки царапали жёсткое предплечье, соединенное с рукой, обхватившей мою шею. При этом перчатки, в которые я был одет, спали, а тщательно замотанные бинты ослабли, обнажив мои бледные руки. Я слышал, как парень фыркнул, увидев мои тонкие, худые руки. — Если хочешь на кого-то обидеться, обижайся на императора. Если бы не он, ты бы так не закончил. Я это знал. Если бы не наш нынешний император, Революционная армия даже не образовалась бы. …Но как они узнали? «Как они узнали, что я вернулся?» Не успел этот вопрос овладеть моим сознанием, как я почувствовал, что начинаю бредить. Парень душил меня с невероятной силой, так что было удивительно, что до этого момента мне удавалось сохранять рассудок. Мне хотелось похвалить себя за то, что я так долго продержался, но я знал, что если я сейчас упаду в обморок, то у меня будут большие проблемы… «Он что, опять взял в руки свой топор?!» Я рывком распахнул глаза. Я не мог упасть в обморок! Как только я потеряю сознание, я непременно умру! Однако, вопреки моей воле, зрение становилось всё более расплывчатым. Мои дрожащие руки были полностью лишены сил. Последнее, что я успел запомнить перед тем, как отключится, - это то, как он поднимает огромный топор. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- В Империю (4) Чувствуя, как слабеет сила в обеих руках, царапающих его собственные, человек, игравший роль лидера этой группировки, жалостливо посмотрел на Деона. Он так переживал из-за того, что кто-то был так позорно слаб. Действительно ли этот парень был «Героем»? Значит ли это, что все эти слухи, распространяемые среди населения, были ложными? Он был крайне разочарован, но результат был не так уж плох, поскольку означал, что он сможет выполнить свою задачу гораздо быстрее, чем думал. Нет, объективно говоря, так было гораздо лучше. — До свидания, господин фальшивый герой. Когда он поднял топор, чтобы обрушить его на голову парня, с одной стороны, возникла суматоха. Издалека доносились громкие голоса. Мужчина замешкался и поднял голову, чтобы выяснить причину шума. — Нашёл его! Не кажется ли вам, что это немного опасно? — Конечно, как и ожидалось! Он даже не мог этого предугадать! — Капитан! Вы в порядке? — Нет, подождите! Похоже, капитан потерял сознание! — А не умрёт ли он так? — Какого чёрта вы делаете?! Немедленно идите и спасите капитана! — Он больше не капитан, он теперь его светлость граф, идиоты! Беседы, которые казались бессмысленными, доносились до кареты. Человек, на мгновение замерший под воздействием этого бессмысленного разговора, поспешно оценил ситуацию. Кто они такие? Похоже, они пришли сюда, чтобы спасти Деона, значит, они не были его союзниками. Какая группа идиотов могла назвать Деона "капитаном"? Он быстро пришёл к ответу. — Немедленно остановите эту группу! Мы должны остановить их, даже если для этого придётся использовать бомбы! Он быстро закричал. Это были Приспешники Дьявола! Авангардное подразделение, возглавляемое Деоном во время восьмилетней войны! История о том, как это авангардное подразделение получило звание рыцарского благодаря своему вкладу в войну, была очень хорошо известна. Это был факт, что они специализировались на обеспечении безопасности империи, то есть охотились на революционную армию. Но как? «Откуда они узнали, что мы будем здесь?» Их план провалился. Теперь, когда произошло нечто подобное, он должен был быстро убить Деона и отступить. Если бы они сражались с ними лоб в лоб, то потерпели бы поражение. Страшными в Приспешниках Дьявола были не их навыки. — А? Эй, это бомбы. — Эээ, я должен увидеть кровь этих трусов, использующих бомбы. Хотя будет трудно, если мы останемся трезвыми, как ты думаешь? — Можно ли принять наркотики? — От кого ты собираешься получить разрешение на их использование? Граф лежит в отключке вон там, а мисс Риенны нет. Сейчас у нас здесь нет лидера. — Ну, нет так нет. Значит можно? Один из них озорно хихикнул и бросил в рот наркотик, который он достал неизвестно когда, и остальные последовали его примеру. Один из них произнёс девиз отряда. — Что мы должны сделать? Мы должны выжить. Затем атмосфера вокруг них мгновенно изменилась. Их глаза стали мутными, а затем наполнились безумием. Их налитые кровью глаза казались особенно жуткими. На их губах застыла жуткая улыбка. — Убейте их всех! — Понимаете, да? Не надо дарить им быструю смерть! — Хахаха! Да какая разница! Давайте пока просто наслаждаться этим! — Ты сумасшедший! Делай то, чему тебя учили! Сначала отруби им конечности! Да, что в них было страшного, так это их жестокость. Жестокость, схожая с жестокостью их капитана. «Сначала мне нужно избавиться от Деона». Подумав так, он снова попытался поднять топор, но рука, вцепившаяся в его руку, казалось, вновь обрела силу, хотя и выглядела совершенно вялой. Если бы дело было только в этом, он бы не остановился. Хрусь. Он остановился, потому что ногти впились в его кожу. Когда он опустил взгляд, то увидел за белой маской пару красных глаз, прищуренных, словно улыбающихся. Они выглядели невероятно жутко, совсем не так, как раньше. Испугавшись, он поспешно попытался обрушить на него свой топор, но вдруг почувствовал страшную боль в руке. — Ааа! Сумасшедший ублюдок! Он глубоко впился ногтями в руку и поцарапал её. Он не только содрал кожу, но и вырвал часть плоти, отчего раны казались нанесёнными ножом. Раны были настолько глубокими, что казались дырами, из которых хлестали реки крови. Он рефлекторно отбросил его в сторону. Не заботясь о том, ударится он о стену кареты или нет, мужчина опустил топор и обхватил руку. Не успел он оглянуться, как кровь, вытекавшая из ран, стала капать с кончиков пальцев. Деон был не из тех, кто упускает такую возможность. Кашель. Его белая маска стала красной. Закашлявшись кровью, он быстро поднялся с земли и попытался подобрать топор, который уронил парень. Не желая давать ему времени на защиту, он схватил топор обеими руками, поднял его вверх и со всей силы обрушил на голову обидчика. Он был задушен до такой степени, что мир вокруг него казался белым, у самого Деона почти не осталось сил, поэтому он полагался в основном на вес топора, чтобы размозжить голову нападавшему, но он должен был быть очень тяжёлым, потому что... За один удар… Он успел раскроить ему голову, прежде чем тот успел вскрикнуть. Тем не менее, Деон не был удовлетворён только этим. «...Я не могу оставить всё как есть». Он снова поднял топор. Его целью стала голова, которую он уже раскроил. «Он уже мёртв. Должен ли я делать что-то ещё?» «Нет. Нужно сделать больше. Я должен сделать его примером, чтобы никто больше не осмеливался нападать на меня, потому что я слаб». Но… Его руки дрожали. Его красные глаза дрожали, мерцая между здравомыслием и безумием. После того как они неоднократно расплывались и снова прояснялись, в них оставалось только мутное безумие, которое вытеснило все колебания, оставшиеся в его глазах. — Ах, граф! — Граф? Деон поднял топор как одержимый. Нет, точнее было бы сказать, что он поднял его как сумасшедший, а не как одержимый. Как человек, потерявший всякое подобие рассудка, он несколько раз поднял и опустил топор, словно рубил дрова, и стал наносить удары по телу. Удар. Хруст. Удар. Хруст. Каждый удар сопровождался ужасающим звуком. Повсюду брызгала кровь, и распространялся рыбный запах. Даже когда взгляды всех людей, находившихся поблизости, устремились на него, заставив утихнуть звуки боя, он не остановился. Напротив, он даже посмотрел на них и усмехнулся. — Ха-ха-ха. Топор был тяжёлым. Его руки дрожали. Однако он не остановился. Он не просто подавал пример. Он также умел повернуть ситуацию в свою пользу. Когда топор стал слишком тяжёлым для него, он, наконец, остановился. Он посмотрел вниз и увидел перед собой рваный кусок фарша размером с человека. Отпустив руку, державшую топор, он ударил по куче мяса ногой и вытолкнул из кареты. Бух! — … — … Возле тела возникла гробовая тишина. Все взгляды были устремлены на него, независимо от того, друг это или враг. Деон сузил глаза, почувствовав что-то непонятное, и увидел ужасное зрелище: его самого, залитого кровью с ног до головы, и окровавленный топор в его руке. Его глаза были изогнуты, как полумесяцы, а красные зрачки, казалось, сверкали. — Похоже, он устал от мирной жизни. — О чем ты говоришь? Разве он только что не пришёл с длительной миссии по устранению монстров... — Тсс, заткнись. У тебя действительно нет такта. Одного из рыцарей, который с удовольствием рубил бойца революционной армии, оттащил за шею один из его соратников. Это была довольно забавная сцена, но никто не осмелился рассмеяться. О, нет, на самом деле был один такой человек. Деон расхохотался. Когда он посмотрел на людей, которые до сих пор танцевали между жизнью и смертью, его взгляд стал радостным. — Давно не виделись. Его Величество хорошо к вам относился? — Ааа, даже не говорите об этом. Он сказал нам, что мы должны работать за еду, которую мы получаем, и заставил нас кататься по всей империи. — Знаете ли вы, как трудно остановить силы смертников Революционной армии? Один рыцарь ворчал, отрубая руки членам Революционной армии, которые тайком достали бомбу. Другой, быстро подобравший и закрепивший покатившуюся по земле бомбу, огляделся и вздохнул. — Кстати, чем вы вообще думали, когда решили передвигаться с этими полунищими ребятами, граф? — Я не думал, что на меня будут нападать, потому что я поехал во дворец, как только вернулся. Откуда, черт возьми, вы, ребята, знали, что это произойдёт? — Его Величество уже всё знает. Он приказал нам безопасно сопроводить нашего графа. — Похоже, я должен поблагодарить Его Величество. Кстати... Его красные глаза обратились к сопровождающим, которые наблюдали за рыцарями-убийцами, старательно обезглавливающими членов Революционной армии и непринуждённо болтающими. Сопровождающие, получившие множественные ножевые ранения, испуганно отводили взгляд. Запоздало бросившись убивать оставшихся членов Революционной армии, они не могли сдержать нахлынувшего сожаления. — Не думаю, что мне нужно говорить вам об этом, но вы - рыцари поместья. Это было оскорбительное замечание, но никто из них не осмелился его опровергнуть. Потому что они определенно стали слабыми. Полгода. Это был слишком долгий мирный период. Им не нужно было тренироваться целыми днями, что, похоже, делало их ленивыми. Они забыли об одном простом факте. Сколько же врагов было у почётного графа Деон Харта. — Какой бы суматошной ни была ситуация, никто из вас не заметил, когда ко мне подошёл тот огромный парень. Вы вообще можете называть себя сопровождающими? Похоже, что сначала мне придётся поменять сопровождающих. Лица сопровождающих побелели. Они не просто потеряют работу, если их вышвырнут из поместья графа Харта. Если им повезёт, то всё закончится благополучно, но это только в том случае, если им очень повезёт. Большинство из них обязательно погибнет. Дело было не в том, что граф Харт мог что-то с ними сделать, проблема была в императоре. Он не позволял жить тем, кого выгнали из графского имения... Они слышали, что это делается из соображений безопасности, но с точки зрения бывших сотрудников, которые ничего не знали, это была просто совершенно безумная практика. — В-ваше сиятельство.... По этой причине все они обратились к Деону, выглядя довольно жалко, но, к сожалению, нынешний Деон Харт сильно отличался от обычного Деон Харта. У него был не обычный умеренный характер, а радикальный, присущий герою империи, о котором они слышали только по слухам. Не обращая внимания на бледнолицых стражников, Деон пересёк заполненное тишиной пространство и подобрал свой кинжал, который валялся неподалёку. Затем он заговорил энергичным голосом, направив лезвие своего кинжала на противника. — Что вы делаете? Здесь ещё остались враги. Похоже, мне самому придётся с этим разобраться. Кровь капала с его волос, окрашенных в красный цвет. — Ну что ж, нападайте. Он грубо вытер со лба пахнущую рыбой жидкость, стекавшую на глаза, и с приятной улыбкой прыгнул между врагами, держа в руке кинжал. *** Перед императорским дворцом выстроилось множество разноцветных карет. Обычно такие кареты были редкостью, но сейчас глаза стражника, без особого внимания рассматривавшего их, увеличились на несколько размеров, когда его взгляд остановился на чём-то необычном. Карета, полностью выкрашенная в красный цвет. «Опробовали новый стиль?» Если их целью было задать новую тенденцию, то они, несомненно, потерпели неудачу. Это было похоже на кровь. Что это за дурной запах? Он был весь в крови?! Его коллега, стоявший рядом с ним, также быстро направил на него своё копьё, как будто только что заметил. Тот же стражник сумел вымолвить несколько слов, но голос его дрожал. — Это Императорский дворец. Если у вас нет приглашения, вы не можете входить сюда. — Уезжайте. Тут же вышел мужчина, присутствия которого они даже не заметили из-за красной кареты. Это был представительский цвет дома? Почему он тоже был покрыт тем же цветом, что и карета? Придя в себя, они заметили, что вокруг много других людей. Все они, по которым невозможно было определить, являются ли они стражниками и каковы их намерения, были также окрашены в красный цвет с ног до головы, глаза их сверкали. — Вы не знаете, кто находится в этой карете? — Кто о.. он. — Он наш капитан! Так кто же был их капитаном? Выражение лица стражника стало растерянным. Другой человек перед ним был слишком напуган, чтобы открыто спросить об этом, и он не мог просто пропустить эту подозрительную группу через ворота, поэтому ему оставалось только стоять на месте, тревожно двигая глазами, но его кто-то спас. — Кто может что-то объяснить из этого? — Аааа? Все взгляды обратились к человеку с окровавленными волосами и одеждой, а также кроваво-красными глазами, только что вышедшему из кареты. Когда взгляд стражника остановился на нём, он застыл, разинув рот. «Этот человек - худший из них! Он что, принимал кровавую ванну?!» Он никогда не мог впустить этих людей. Ни одного из них! Даже официально признанный Герой не смог бы войти во Дворец в таком состоянии, если бы сам Его Величество не разрешил. — Я Деон Харт. … Деон Харт? Это имя было знакомо. Кто это был? Аааа. «Граф-вампир!» В таком случае, эта группа грязных людей была знаменитыми Приспешниками Дьявола. То, что он был Героем Империи, пришло ему в голову гораздо позже. Его подвиги во время восьмилетней войны были настолько ошеломляющими, что при слове "Деон Харт" в голову приходили исключительно негативные мысли. "Авангард, жаждущий крови", "Мастер отряда убийц", а после получения им статуса почётного графа его даже стали называть "Граф-вампир". Впрочем, не то, чтобы он видел его таким, слово "вампир", похоже, вполне подходило к нему. Внешний вид кареты не шёл ни в какое сравнение с внутренним убранством. Поскольку дверь отсутствовала, можно было легко заглянуть внутрь. Казалось, что внутри только что расчленили человека. Даже сам граф был покрыт кровью с ног до головы! «Я должен их впустить?» Герой, которому Его Величество лично разрешил войти, невзирая на его внешность. Этот почётный граф Деон Харт был прямо перед ним. «Но всё же, именно в это время он прибыл в таком виде». Кроме того, сегодня был банкет! В этот момент, грубо взметнув свои пропитанные кровью волосы, Деон медленно выплёвывал слова. — Где Его Величество? Возможно, из-за инстинкта самосохранения, стражник сразу же ответил ему. — Он в банкетном зале, ваша светлость. — Банкетный зал? Неужели граф не знал? Он на мгновение посмотрел на стражника своими красными глазами, заставив того испуганно ответить. — Да! Сейчас они устраивают банкет по случаю рождения нового Героя и его успешного дебютного боя... — ...Ха-ха-ха. Странный голос вырвался из его уст. Услышав это, стражник поспешно закрыл рот. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Сильнейший меч императора (1) Он уже услышал всё, что должен был. Томный голос заполнил эту тишину. — Это точно... Если подумать, я слышал, что он стал Героем... — ... — Ха, хахахаха! Ахахахахаха!!! Что это за удача? Он не мог удержаться от смеха. Деон вспомнил, что Король Демонов сказал, что есть новости о появлении нового Героя, когда велел ему отправиться на фронт. [Как известно, у Героев и Демонов не самая лучшая совместимость, верно?] — ... Смех прекратился. — Мой дорогой брат. — ... — Похоже, тебе даже удалось заполучить один из фрагментов Последнего Героя. Он прошёл через ворота. Учитывая положение другой стороны, приказ Его Величества и огромное давление, которое он испытывал, стражник даже не думал останавливать их, и ему оставалось только безучастно наблюдать, как они проходят мимо него. Затем его глаза встретились с Приспешниками Дьявола, которые перешёптывались между собой, спрашивая, что им теперь делать. — ... — ... Наступило неловкое молчание. *** Топ. Каждый раз, когда он делал шаг, на чистом полу коридора дворца оставался красный след. Как бы украшая эти следы, вокруг них были разбросаны капли крови. Солдат, охранявший дверь в банкетный зал, был несказанно удивлён необычным видом стоявшего перед ним человека и уже собирался направить на него копьё, но, поняв, что это за человек, поспешно сделал шаг назад. Почётный граф Деон Харт. Почему он пришёл сюда в день банкета? Он остановился прямо перед дверью и заговорил совершенно будничным голосом, вытирая красную жидкость, которая всё время мешала ему видеть. — Откройте дверь. — ... Действительно ли было хорошим решением открывать для него дверь? Он недолго думал над этим, но граф Харт даже не стал дожидаться его ответа. Подойдя к огромной двери, он толкнул её обеими руками. Когда дверь открылась и Деон, ни секунды не сомневаясь, вошёл внутрь, солдатам сразу же бросились в глаза красные отпечатки рук на двери, и им оставалось только безучастно смотреть на них. — Я... сплю что ли?.. — Я сочувствую вашему желанию убежать от этой реальности, но, к сожалению, это действительно происходит, мой друг... — ...Как и говорили слухи, он очень груб. Но почему он выглядит таким расстроенным? — Подумайте сами. Кто главный герой этого банкета? — Ааа. Круэл Харт. Войдя внутрь, Деон на секунду остановился и огляделся. В банкетном зале царила чрезвычайно спокойная атмосфера, как будто здесь совершенно не знали о его появлении. Нет, похоже, что по крайней мере один или два человека заметили его, так как он услышал звуки сдерживаемого дыхания. Его это не очень волновало. Это были просто люди, которые всё равно не смогут сказать ему ни слова за всю свою жизнь. Лишь один человек был ему дорог. «Император...» Там. В поле его зрения попал человек, сидящий на причудливом кресле, установленном на платформе, и со скучающим выражением лица рассматривающий раскинувшийся внизу пейзаж. Светлые волосы и золотистые глаза. Молодая и красивая внешность, заставляющая усомниться в том, что он действительно тот самый император, пропитанный кровью. Ему уже должно быть двадцать восемь лет. Он начал медленно идти, размышляя о таких вещах. Деон направился к императору прямо через банкетный зал. Красные следы, оставленные им, были чёткими, без малейших следов размазывания. Начиная с крика девушки, которая наконец-то заметила его, взгляды всех присутствующих в банкетном зале постепенно стали фокусироваться на нём. — Ужас. — Боже мой. Что это такое... — Как он мог быть таким грубым? На Деона с интересом смотрела всего одна пара глаз, в которых были заложены всевозможные негативные эмоции. «Значит, он всё-таки выжил». Герцог Иллюстер со слабой улыбкой посмотрел на Деона, на лице которого были явные следы сражения. «Я рад, что послал рыцарей встретить его на полпути». Император Эдуардо Дезер. Он смотрел на Деона со слабой улыбкой на губах. В какой-то момент взгляды императора и герцога встретились, как будто они так и планировали поступить. Однако император, чей взгляд только что прошёлся по нему, снова перевёл глаза, вновь поймав Деона в поле своего зрения. Герцог также отвёл взгляд, как будто ничего не произошло. Деон, быстро добравшийся до места назначения, откинул свою выкрашенную в красный цвет маску и опустился на одно колено, опустив голову. Вместе с этим движением кровь, едва державшаяся на кончиках его волос, брызнула вниз. — О, Свет Империи. Сэр Деон рад, что вернулся в нашу великую Империю. В банкетном зале воцарилась тишина. Единственным звуком, который можно было услышать, были случайные капли жидкости, точнее, крови, падающие на пол. Увидев кровь, капающую с волос Деона, острые глаза императора загорелись, и он наклонил верхнюю часть тела вперёд. — Деон. — Да, Ваше Величество. — Что мне делать с той грубостью, которую ты проявляешь по отношению ко мне? Это были слова императора, а не кого-либо другого. У всех присутствующих в банкетном зале перехватило дыхание. В этой холодной атмосфере, которая, казалось, могла заморозить даже воздух, Деон спокойно открыл рот. — На меня напали по дороге сюда. — Напали?.. Это было просто притворство. Несмотря на то, что он уже всё знал, император нахмурился, как будто впервые услышал эту новость. Он откинулся назад и медленно пробормотал несколько слов. Хотя голос был медленным, он был наполнен сжатым гневом. — Похоже, что в поместье графа есть шпион. — Мои извинения. — Если хочешь, я могу решить этот вопрос за тебя. Что скажешь? — Нет необходимости пачкать руки для такого дела, Ваше Величество. — Ну, если ты так говоришь. Император медленно поднялся на ноги. Уголки его рта тоже приподнялись, когда он посмотрел на Деона, который всё ещё кланялся. — Тебе, наверное, есть о чём мне доложить. — ... — Я тоже много чего хочу от тебя услышать. Думаю, это будет довольно долгий разговор, поэтому давай перейдём в другое место. *** Император, сидевший в только что приготовленной гостиной, посмотрел на сидевшего напротив него Деона. Он действительно был нелепым и скандальным персонажем. Все титулы, которые к нему прилагались, впадали из одной крайности в другую. «Граф-вампир, не так ли?» Это было очень подходящее прозвище. У него была бледная кожа и красные глаза. Даже в драке он стремился к крови, так что как его назвать, если не вампиром? Это было ещё не всё. "Кровавый Авангард" и "Мастер отряда убийц", а также "Герой империи" и "Спутник последнего героя". В дополнение к этому... «Тот, кто остановил Короля Демонов и вернул тело Героя». Собственно, за это он и получил звание Героя. Титул не был ограничен теми, кто получил фрагмент силы Героя. Наличие одного из фрагментов давало лишь небольшое преимущество, однако важно было то, насколько они умелы и чего достигли. В этом смысле Деон был лучшим среди них. В ходе восьмилетней войны он получил бесчисленное количество достижений в качестве авангардного бойца. А когда он покинул это место, чтобы присоединиться к Герою в качестве его спутника, ему также удалось вернуть тело Героя, что не удавалось никому до него. Обычно Герой, которого победил Король Демонов, не оставался свободен даже после смерти. Ему отрубали конечности, тело бросали на съедение чудовищам, а на голову пришивали улыбку, после чего перебрасывали через границу между царством людей и царством демонов. Если бы Деон не вернул тело этого Героя, такова была бы его судьба. «Это действительно великое достижение... В результате он был проклят Королём Демонов, что ослабило его тело». Ему было бы нелегко нести этот труп по всему пути сюда, имея дело с Королём Демонов, каким бы сильным он ни был. В итоге Деону удалось вернуть тело Героя, но не удалось защитить себя. Из-за проклятия, наложенного Королём Демонов, которое разъедало его тело, он постоянно кашлял кровью, и даже незначительные толчки были большой нагрузкой для его тела. Это действительно было прискорбно для императора, который очень дорожил талантливыми людьми. —...Ты нашёл способ снять проклятие? Это также было причиной того, что он не смог помешать Деону войти в замок Короля Демонов, чтобы найти способ снять это проклятие. Он также воспользовался этой возможностью, чтобы использовать его в качестве шпиона. — Пока нет. — А как насчёт Короля Демонов? — Ничего необычного. Император томно улыбнулся, подняв поставленную перед ним чашку с чаем. — Тогда давай просто поговорим. Ты ведь долго ждал этого, верно? — Спасибо, что прислали ко мне рыцарей. — Не за что. — В замок Короля Демонов проник посторонний. Император слегка нахмурил брови, как будто не это он хотел услышать. — Ты говоришь о том кандидате в герои? Это не так уж и важно. Он был глупым человеком, который разбушевался, поверив в силу, полученную от того Фрагмента. — Похоже, что он также оскорбил вас. Поэтому вы послали его на смерть? — Да. Я думал, что он просто умрёт по дороге туда, и даже если ему удастся добраться до замка живым, его просто поймают. Кроме того, я не думал, что ты возьмёшь на себя труд спасти его. Я ошибаюсь? — Нет. Нарушитель был заключён в тюрьму, а право распоряжаться им было передано Королю Демонов. В последний раз, когда Деон приходил к нему, он решил больше не заботиться об этом парне. — Неужели вам больше нечего мне сказать, кроме этого? — Весть о том, что командующий нулевым корпусом появился на фронте, достигла моих ушей. — Приношу свои извинения. — Нет, меня это не волнует. Ты должен был что-то увидеть, когда был там, верно? Деон поднял голову. Всё его лицо было открыто, красные глаза смотрели прямо в золотые глаза императора. Император спокойно встретил его взгляд и ждал, когда слова покинут его уста. И надо отдать должное, тема, которую он так ждал, наконец-то появилась. — Круэл. Почему вы сделали его Героем? Гнев, который он редко показывал, был заметен в его глазах. Деон говорил низким голосом, сжимая кулаки, лежащие на коленях. — Вы тоже должны знать об этом, Ваше Величество. Круэл Харт. Сколько бы он ни жил, он никогда не сможет забыть это имя. — То, что мне не удалось его убить, - моё самое большое сожаление. Он был единственным оставшимся в живых членом семьи Харт, не считая Деона. …Если его так описать, то человек не сможет понять, что это значит, так сказать, по-другому... Круэл Харт был единственным выжившим из семьи Харт, которую уничтожил Деон. *** Я, наконец, очнулся после того, как меня придушил этот монстроподобный член Революционной Армии... А передо мной оказался император! Я был так удивлён, что в панике чуть не вскочил на ноги. Император был прямо передо мной! «Что, чёрт возьми, здесь происходит?» Мне удалось успокоить свой разум, который велел мне бежать, и я начал осматриваться вокруг. Казалось, что я нахожусь в банкетном зале. Я стоял на одном колене, склонив голову перед императором, а перед глазами почему-то капала красная жидкость. Всё моё тело было липким, от него исходил рыбный, железистый запах... «Подождите, что, чёрт возьми, не так с моим телом?!» Почему-то всё моё тело запульсировало, видимо, что-то произошло. Моя аккуратная белая форма стала совершенно красной. Это не было похоже на то, что кто-то залил меня кровью с ног до головы, или что меня где-то случайно обрызгали ею, и всё же, если бы я выжал эту форму, то вышло бы обильное количество красной жидкости. Мне даже удалось выяснить, что кровь, появляющаяся в моём поле зрения капала с кончиков моих волос. Она всё время напоминала мне о горничной, которая пыталась изменить представление обо мне в мире, сделав меня "больным и слабым дворянином". «...Слабым?» Если бы на моей одежде было лишь умеренное количество крови, я мог бы сказать что-то вроде "Похоже, я закашлялся кровью из-за болезни, кхахаха" или что-то в этом роде, но я был полностью в крови. Я выглядел как персонаж из рассказа о призраках. Это могла быть не просто болезнь, а какая-то демоническая, призрачная болезнь. Моё нынешнее состояние выглядело настолько ужасно, что можно было поверить, что я "на самом деле демон". Так я попал на встречу с императором. Что делали солдаты, охранявшие ворота, - просто позволили мне войти, не преграждая путь? «Эти гнилые ублюдки. Они должны были остановить меня». Нет, более того, я чувствовал себя извиняющимся перед этой служанкой. Она очень старалась, когда выбирала этот наряд. Даже моя причёска, над которой она так старались, была полностью испорчена. Извинившись перед служанкой, имени которой я не знал, я продолжал стоять на колене. Если человек не совсем понимает ситуацию, то гораздо лучше просто стоять на месте, чем бесполезно переходить к действиям. Но всё же, что, чёрт возьми, я сделал? — Деон. — Да, Ваше Величество? — Что мне делать с той грубостью, которую ты проявляешь по отношению ко мне? Император произнёс несколько страшных слов. Я даже не помнил, что я сделал. Я никак не мог понять, чем вызван такой гнев императора. Впрочем, у меня не было достаточно времени, чтобы попытаться вспомнить, что могло произойти. Другими словами, я был в полной заднице. Это были всего лишь слова, но я чувствовал, что к моему горлу приставлен нож. Подавив желание прикоснуться к своей шее, я героически совершил следующий шаг. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Сильнейший меч императора (2) Когда я снова пришёл в себя, у меня была личная встреча с императором. Нет, к счастью, всё уже было кончено. Император, поставив пустую чайную чашку, поднимался с места. Я никогда не посмел бы оставаться на месте, когда император решил встать. Когда я отодвинул стул, он на мгновение замер и посмотрел на меня. — У тебя, наверное, было много забот, когда ты был там, так почему бы тебе просто не принять участие в банкете, чтобы снять стресс? Конечно, я не хочу тебя заставлять, так что можешь не участвовать, если не хочешь. Я не знаю, что произошло, но казалось, что кризисная ситуация уже закончилась. Иначе я бы ни за что не остался жив и не разговаривал с императором. Он даже сделал мне такое предусмотрительное предложение! Он не собирался принуждать меня к участию, но у меня всё равно не было другого выхода, потому что я понятия не имел, как всё разрешилось. Возможно, он ещё чем-то недоволен. — Нет. Я поучаствую. Обычно, когда начальник говорил что-то вроде: "Можешь не делать, если не хочешь", это означало: "Делай, даже если не хочешь". Было очевидно, чем всё обернётся, если я по незнанию откажу ему. И точно, он приподнял уголки рта, как будто я только что сделал правильный выбор. Затем он открыто осмотрел меня и заговорил с лёгкой улыбкой на лице. — В таком виде? — ...А — Ничего не поделаешь. Я прикажу приготовить для тебя одежду, так что просто вымойся и присоединяйся к банкету. Я дам знать служанкам. — Спасибо за внимание. Кивнув на мою благодарность, он отвернулся, как будто закончил свои дела. Затем, прежде чем сделать ещё один шаг вперёд, он снова обернулся, как будто что-то вспомнил. — Эта одежда, случайно, не важна для тебя? — Что? Упс, отвечать на вопрос императора другим вопросом - невероятно грубо. Я поспешно закрыл рот и склонил голову. К счастью, он любезно предложил мне объяснение, не изменяя голоса. Казалось, что он не обиделся на моё замечание. — Можно ли выбросить эту одежду? — Эм... Ну, в одежде я не разбирался... Я даже не знал, сколько стоит этот наряд, поэтому затруднился ответить на этот вопрос. Вместо этого мне на ум пришли служанки, которые так старательно подбирали для меня эту одежду до того, как я пришёл сюда. Кроме того, появилась сцена, когда они ручались за каждый свой выбор, горячо споря о том, какой наряд выбрать, а также сцена, когда они с налитыми кровью глазами подбирали аксессуары к одежде. Я умудрился испортить все их труды ещё до того, как вошёл в банкетный зал. «Они ведь могут всерьёз возненавидеть меня за это, верно?» Даже если бы они этого не сделали, они всё равно были бы очень расстроены. Так что лучше мне, по крайней мере, не выбрасывать эту одежду. Конечно, глядя на её нынешнее состояние, выбросить одежду может быть единственным вариантом... Однако я на мгновение замешкался, потому что император спросил лишь о том, можно ли выбросить эту одежду. Я медленно открыл рот, чтобы ответить. — Выбросить её будет несколько проблематично... — Это довольно расплывчатый ответ. В любом случае, я понимаю. — Да. ...Но подождите, что он имел в виду, говоря "я понимаю"? Император, ещё раз повернувшись, не раздумывая, покинул зал. Теперь, когда я неожиданно остался один, я снова сел на стул перед столом, чтобы привести свои мысли в порядок. Однако времени на раздумья мне не дали. — Приятно познакомиться, Ваше Сиятельство. В комнату тут же вбежали несколько служанок. Их динамика была почти на уровне хорошо обученных войск. Пока я с недоумением смотрел на них, одна из служанок вышла вперёд. — Меня зовут Белла, старшая горничная. Я слышала, что вы будете присутствовать на банкете. — Да, это так. Взгляд её был очень страшным. Возможно, мне показалось, что она смотрела на стул, на котором я сидел. Я понятия не имел, что они собираются со мной делать, но... — Сначала вам нужно принять ванну. Пожалуйста, следуйте за нами. — Да. Я был серьёзно напуган.... Её слова были вежливыми, но действия были очень твёрдыми. У меня не было другого выбора, кроме как пойти вместе со служанками, которые окружили меня. А последовавшие за этим события были настолько невероятными, что действия слуг поместья выглядели милыми. Как только я вошёл в купальню, обслуживающий персонал снял с меня одежду и с силой вымыл меня... сразу после того, как меня осмотрел медицинский персонал. Ну, в конце концов, моё тело было покрыто шрамами. Также были видны различные раны, о происхождении которых даже я не знал, такие как синяки и рубцы. При ближайшем рассмотрении оказалось, что у меня имеются и внутренние повреждения. — Внутренние повреждения сейчас наиболее актуальны. Они почти на уровне того, что вы врезались в карету. Может быть, вы ещё и с обрыва куда-то упали? Я не упал со скалы и не врезался в карету. Я точно не помнил, чтобы что-то подобное происходило, но всё равно чувствовал себя взволнованным. «Что? Я что, влетел в карету, что ли? Или кто-то бросил меня под неё?» В любом случае, с каждой секундой присутствия этих слуг у меня оставалось всё меньше времени на размышления, поэтому, как только процедура закончилась, они снова принялись меня мыть. Мне даже не дали времени успокоиться, сказав, что времени мало. Сразу же после того, как они смыли кровь, облив меня водой, они растирали всё моё тело... «Это был опыт, через который я не хотел проходить дважды». Если в следующий раз император попросит меня повторить нечто подобное, даже если он будет оказывать на меня молчаливое давление, я категорически откажусь! Набравшись решимости, я вошёл в другую комнату, затаскиваемый слугами. И тут я был немало удивлён. То, что я увидел в той комнате, было не что иное, как одежда, которую, как я думал, мне не останется ничего другого, как выбросить. Как только я увидел её аккуратно сложенной перед собой, я не мог не испытать потрясения. «Не может быть. Как они это сделали?» Одежда явно была залита кровью. Настолько, что любой согласился бы, что не было другого выхода, кроме как выбросить её. Как бы тщательно они ни вымыли её, всё равно потребуется время, чтобы дать одежде высохнуть. «Магия? Они использовали магию? Нет. Люди не могут использовать магию... В таком случае, колдовство?» Можно ли так быстро высушить одежду с помощью колдовства? Колдовство было исключительной силой людей, которые от рождения были несовместимы с магией демонов. Если магия - это вид силы, который противоречит правилам мира, то колдовство - это сила, которая за определенную плату может слегка исказить правила мира и использовать их в своих интересах. Я внутренне поморщился: о колдовстве мало что известно, ведь колдуны - большая редкость. Не понимая, о чём я думаю, служанки просто передали мне одежду и оттолкнули, словно призывая поторопиться. «Да, неважно. Носить собственную одежду гораздо лучше, чем то, что предлагает император». Это было не слишком обременительно. В тот момент я ещё не знал. Пока я мылся, в императорский дворец привезли портных из всех столичных магазинов одежды вместе с их учениками. И когда я вышел из комнаты, я увидел, как они выходят из дворца, как люди, только что отработавшие всю ночь. Тогда я ещё не знал, что эти сто человек, покинувшие дворец с пустым выражением лица, получили конкретный приказ. [У вас есть 30 минут. Сделайте за 30 минут что-то, что выглядит точно так же, как это]. [Вы сказали, что это невозможно? Как это может быть невозможно, когда здесь столько людей?] Сделайте невозможное возможным. Я на мгновение забыл, что император любил говорить это при любой возможности. *** Несмотря на то, что не так давно произошел небольшой переполох, в банкетном зале быстро восстановился покой, как будто его и не было. Красные следы и капли крови, оставленные на полу, были быстро вытерты слугами, вновь зазвучала музыка, и люди стали собираться в группы по двое и по трое, чтобы пообщаться. Сцена, ничем не отличающаяся от той, что была до этой суматохи. Однако было одно отличие. Взгляды общающихся между собой людей были устремлены в одну точку. В конце их взгляда оказался беловолосый мужчина в аккуратной белой форме, который сидел в соседнем кресле, положив подбородок на руку, и томно опускал глаза, словно ему было скучно. Внешне он казался просто дворянином из какой-то семьи, но те, кто знал его истинную сущность, не решались приблизиться к нему и могли только взглянуть. — Тёмные круги под глазами исчезли. Я помню, что у него были очень тёмные круги под глазами, когда я видел его в последний раз. — Я слышал, что он отправился покорять монстров, так не из-за жажды крови ли? — Тогда, правда ли слухи о том, что он вампир? — Поскольку Его Величество держит информацию о нём под замком, они могут быть правдой. Иначе не было бы необходимости скрывать это. Почётный граф Деон Харт. Возмутитель спокойствия, внёсший блестящий вклад в авангард во время восьмилетней войны и вернувший тело последнего Героя, своего соратника. В высшем обществе о нём ходили самые разные слухи, начиная с анекдота о том, что император пытался присвоить ему более высокий ранг, чем просто почетный граф, но тот отказался. Ещё один вопрос, который обсуждался наиболее часто. — Значит, уничтожение семьи Харт тоже было делом его рук. — Тсс, потише. Дело об уничтожении семьи Харт. Никто не знал о его масштабах. В результате этого инцидента семья Харт, на протяжении многих поколений хранившая верность императорской семье, в один прекрасный день незаметно исчезла, что повергло в шок всё дворянское общество. Никто не знал всей истории произошедшего, но это не означало, что нельзя было строить предположения. Объединив всю открывшуюся им информацию, вельможи смогли выстроить достаточно правдоподобную гипотезу. Она гласит: "Между Деоном и императором была какая-то сделка". Это было достаточно правдоподобно. В конце концов, император хранил полное молчание, даже когда собаки, которые на протяжении многих поколений следовали родословной "Дезеров", внезапно погибли. Семья Харт была чрезвычайно лояльна. Они были даже не баронами, а графами. Как он мог просто молчать после того, как такая семья внезапно исчезла в одночасье? Это было очень подозрительно. — Начнём с того, что для императора, который так ценит талантливых людей, просто дать ему должность почётного графа... — Да, всё это очень подозрительно. Он даже откладывал признание его официальным Героем. После возвращения с восьмилетней войны Деон получил признание за свой вклад и имел личную встречу с императором. Никто не знал содержания этого разговора, но результатом его стало то, что он был произведен в "почётные графы", в отличие от других героев войны, получивших звание маркизов. Это совершенно не соответствовало свойственной императору заботе о талантливых людях. На самом деле, помимо титула "почётный граф" он получил ещё и огромное денежное вознаграждение, и с того дня император постепенно и постоянно передавал ему всё новые и новые территории, так что его вотчина уже была сопоставима по размерам с владениями маркиза. Однако "титул" был слишком банальным. Именно поэтому они начали спекулировать. [Вместо того чтобы просто отказаться от более высоких званий, как предлагал император, Деон пожелал уничтожить семью Харт]. Деон внешне сильно отличался от остальных членов своей семьи. У него были белые волосы, красные глаза и бледная кожа. Может быть, они действительно просто подобрали откуда-то молодого вампира и вырастили его. Никто не знал правды, но поскольку и такие мутации, и вампиры были ненавистны, его семья, вероятно, была не слишком благосклонна к нему. Возможно, они даже издевались над ним. До начала восьмилетней войны он ни разу не выходил за пределы особняка, поэтому такое предположение показалось им более чем правдоподобным. — Поэтому, чтобы отомстить, семья Харт была... — Удивительно, как можно рассуждать о таких вещах, зная, кто главный герой этого банкета. — В-ваша милость! Помахав рукой тем, кто встретил его с шокированными лицами, герцог Иллюстер просто мягко улыбнулся. За его спиной стоял не кто иной, как Круэл Харт, главный герой этого банкета. Он молча склонил голову в сторону тех, кто смотрел на него с недоуменным выражением лица, и ушёл, ничуть не изменив своего выражения, как будто его совершенно не волновали их слова. Наступило неловкое молчание, но герцог Иллюстер, несколько раз хлопнув в ладоши и переведя взгляд на Круэла, улыбнулся и открыл рот. — Я пошутил. Это довольно известная история, о которой все знают, верно? Так что не стоит слишком удивляться. Сэр Круэл Харт тоже должен знать о таких вещах. Да, он это прекрасно знал. Ведь не кто иной, как Круэл, помогал расследовать эти слухи. Эту историю хотя бы несколько раз слышал каждый, кто окунался в мир общения. Для герцога, уже разобравшегося в ситуации, эти слухи не представляли интереса, но у Круэла, который был его подчиненным и непосредственно участвовал в этом инциденте, возникли сомнения, и он использовал свою власть, чтобы глубже разобраться в этом деле. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (1) Однако сбор информации по его источникам порождал те же гипотезы, что и сплетни, ходившие в высшем обществе, хотя и более подробные. — Деон, почему-то затаивший злобу на семью Харт, вместо награды пожелал уничтожить её, и император, желавший хоть что-то дать таланту, наконец-то появившемуся перед ним, присвоил ему звание почётного графа, половину предполагаемой суммы вознаграждения и удовлетворил его просьбу. Конечно, этого было недостаточно для того, чтобы он согласился на столь важное дело. Он поставил условие: сопровождать Героя в его путешествии, чтобы победить Короля Демонов, в качестве его спутника. «Он также откладывал признание его официальным героем». Впрочем, это мало что значило. Деон уже усердно сражался во время восьмилетней войны, заслужив прозвище Героя. Неважно, признает ли его таковым император или нет, он уже был Героем. Тем не менее, он всё же решил повременить с назначением, поскольку был единственным Героем, вышедшим из войны, который не нёс в себе фрагмента Героя. «Это не акт дискриминации. Скорее всего, он хотел назначить его после того, как немного поработает над тем, чтобы заткнуть рот несогласным». Неважно, удастся Герою победить Короля Демонов или нет, если он вернётся живым, всё будет в руках Деона. Словно зная о намерениях императора, Деон принял это условие и вновь отправился в путь в качестве спутника Героя, как только тот получил свой титул. Это был результат неопределённости семейства Харт, из поколения в поколение преданных Дезерам, против Деона, который появился, как комета, и за довольно короткий срок произвел на него сильное впечатление. «Обычно он без тени сомнения должен был выбрать первых, но поскольку нынешний император занял свой пост в результате переворота, он не из тех, кто доверяет верности. Поэтому их ценность стала примерно одинаковой». Таким образом, исход путешествия мог оказать большое влияние на решение императора. Если бы он просто вернулся живым, император оценил бы его достаточно высоко, но в итоге Деон превзошёл все ожидания, вернув труп Героя, поэтому император с готовностью принял его условия —. Такова была гипотеза, которую он составил, собрав всевозможные слухи и информацию, полученную через Круэла. Круэл был тем, кто наблюдал процесс разработки этой гипотезы от начала до конца. «Каким было его выражение лица тогда?» Иллюстер, оглядевшись по сторонам, пока его взгляд не остановился на сидящем на стуле в одном конце зала Деоне и подошедшем к нему Круэле, снова отвернулся, с усмешкой глядя на тех, кто молча наблюдал за ним. — Но я всё же хочу, чтобы вы следили за тем, что говорите. Главный герой этого банкета - член семьи Харт, а не кто-либо другой, в конце концов. — Д-да! Пожалуйста, извините за нашу грубость! *** Жизнь изначально была делом одиноким. Человек рождается в одиночестве и умирает в одиночестве, так для чего же нужно заводить связи с другими людьми? ...Да, нет, всё это на самом деле полная чушь. «Я тоже хочу пообщаться с другими! Но ко мне никто не подходит!» Даже если бы я подошёл к ним, они бы просто убежали. В этот момент даже люди, не знающие, что их окружает, заметили бы это. Меня явно сторонились все в этом зале. И это было не было моим воображением. Как только я вошёл в банкетный зал, все взгляды устремились на меня. Однако стоило мне приблизиться к кому-нибудь, как они тут же убегали. «Давай просто посмотрим на еду. Здесь очень много вкусных вещей…» Я сел на соседний стул, положил подбородок на руку и стал рассматривать десерты, разложенные на соседнем столе. Начиная с основ: печенье, макаруны, торты, пудинги... О, этот пудинг выглядит очень аппетитно. Он со вкусом клубники? Яркий и насыщенный красный цвет вызывал желание попробовать хотя бы один кусочек. «...Можно ли мне это есть?» Ну, он был поставлен сюда, чтобы его отведали, я полагаю. Когда я медленно поднялся со своего места, чтобы направиться к тому столику, откуда-то послышался голос, зовущий меня. Мне показалось, что кто-то окликнул графа Харта, но я, видимо, ошибся. Голос показался мне знакомым. По крайней мере, я не видел, чтобы кто-то подошёл ко мне ближе. — Граф Харт! — ...А? Я не ошибся! Кто-то действительно окликнул меня! Когда я радостно повернул голову с пудингом в руках, я встретился взглядом с рыцарем, которая шла ко мне с другого конца зала. Она устремилась ко мне огромными шагами и приветствовала меня, как образец рыцаря, приложив кулак к груди и поклонившись. — Леди Риенна приветствует Его Сиятельство графа. — Леди Риенна! Как я был рад её видеть! Леди Риенна была рыцарем-командором ордена, который я возглавлял. Тот рыцарский орден нельзя было назвать рыцарским орденом. Это была просто стая бешеных собак. Такой вывод несколько странен, не правда ли? ....Мои мысли забрели в странное место. Как бы то ни было, орден под моим командованием назывался "Благородные рыцари", хотя они были всего лишь разношёрстной группой неудачников. Хотя люди называют их рыцарями, изначально они были членами авангарда, сражавшимися вместе со мной во время восьмилетней войны и получившими звание рыцарей за свои подвиги во время войны, поэтому трудно было представить их как прямолинейных, обычных рыцарей. В прошлом их называли "Приспешниками Дьявола". На самом деле, люди всё ещё называли их "Приспешниками Дьявола" вместо их настоящего названия - "Благородные Рыцари". Думаю, я сказал достаточно. В любом случае, вы можете спросить, почему я был так рад видеть мисс Риенн. «Потому что она попала туда благодаря кумовству!» Это означало, что она была вполне нормальным человеком, не похожим на тех маньяков, которые с безумным хохотом разрывали на куски своих врагов во время восьмилетней войны. Однако, пожалуй, было довольно странно, что я так обрадовался её появлению. Госпожа Риенн, слегка наклонив голову, стала говорить со мной более осторожно. — Вы выглядите не очень хорошо. Может быть, вы плохо себя чувствуете? — ...Нет. Как выглядело моё выражение лица? — Не надо так. Пожалуйста, присядьте. Мы не можем допустить, чтобы вы рухнули в таком месте. Я никак не мог отказаться от её предложения, она даже вежливо отодвинула для меня стул. Я сунул ложку и клубничный пудинг, который держал в руках под столом, и сел. И, намереваясь сменить тему, я снова открыл рот, увидев, что госпожа Риенн всё ещё с беспокойством смотрит на мой цвет лица. — Что это вообще за банкет? — А? Вы... делаете вид, что не знаете? — ... — Вы шутите, да? Хахаха, какой отличный способ отрицать реальность. Мисс Риенн, которая смеялась и хлопала в ладоши, посмотрела на мое лицо, которое всё еще было полно вопросительных знаков, затем её выражение постепенно стало удивлённым. — Не может быть, вы... правда не знаете? — Я понятия не имею, о чём вы говорите. Она нерешительно смотрела мне в глаза, но в конце концов, вздохнув, заговорила. — Это в честь рождения и успешного дебютного боя нового Героя... — Деон. Затем холодный голос оборвал слова госпожи Риенн. Незнакомый, но противный голос. Когда я повернул голову от нехорошего предчувствия, мои глаза встретились с холодными, жёсткими, зелёными глазами. …Ааа. Я закончил оценивать ситуацию. Я знал, что скажет леди Риенна, не дослушав до конца её фразу. Всегда уверенный в себе рыцарь рядом со мной открыто смотрела на меня, а тот неприятный мужчина передо мной явно показывал, что он - главный герой этого банкета. Как я мог не знать, кто он такой? — ...А я-то думал, кто это. Несмотря на то, что в моих словах явно сквозила открытая враждебность, его зелёные глаза даже не дрогнули. Это ещё больше раздосадовало меня, и я нахмурился. Я медленно провёл рукой по волосам, чтобы скрыть своё выражение лица и подавить эмоции, которые вот-вот должны были выплеснуться наружу. Возможно, в тот момент в моих глазах был явный убийственный умысел. Не желая показывать глаза, которые, несомненно, блестели весьма опасно, я закрыл их. — Давно не виделись, брат. Зелёные глаза и чёрные волосы. Так отличающиеся от моих собственных. Характерные особенности семьи Харт, которую, как я думал, я больше никогда не увижу. Это лицо, которое я так давно не видел, ничем не отличалось от того, что я помнил. Круэл, лицо которого на мгновение напряглось, словно он был шокирован тем, что я вдруг так ярко улыбаюсь, медленно кивнул. — Да. Давно не виделись. — Я слышал, что ты стал Героем. — Мне повезло. Я получил фрагмент. — Ты всегда хорошо владел мечом, с самого раннего детства, брат. Даже если бы ты не получил фрагмент, то рано или поздно стал бы героем. Поздравляю! — ...Однажды я столкнулся на поле боя с Командиром Нулевого Корпуса. Я на мгновение вздрогнул, но затем улыбка вернулась на моё лицо. Он не сказал этого, потому что знал, что это просто шутка. Казалось, ему были неприятны эти поверхностные любезности. Или это реакция на мои комплименты по поводу его умения владеть мечом. — Ну и что? — Вместо того, чтобы одержать над ним прямую победу, я проиграл, потому что моральный дух наших солдат был на дне. — О боже. Но ведь в итоге все прошло хорошо? Иначе он не стоял бы здесь, и этот банкет не состоялся бы с самого начала. — Я слышал, что ты также умеешь управлять моральным духом. Если бы ты был бы... — Ахахаха, брат! Круэл быстро закрыл рот. Я понял, что он хотел сказать, даже если не дал ему закончить. Я был уверен, что он скажет что-то вроде: "Если бы ты был бы рядом, мы бы не потерпели такого поражения". Чёрт. — Не стоит придумывать такие сценарии, потому что я ни за что не смогу сражаться рядом с тобой, верно? Ведь я не знал, попытаешься ли ты убить меня, делая вид, что сражаешься с врагом. Император, знавший о наших отношениях, никак не мог заставить нас сражаться вместе. — ... Однако эти жесткие зелёные глаза не выражали никаких эмоций. Не проявляя никаких эмоций, они даже не дрожали, так что мне оставалось только сжать губы, зачерпнуть ложкой из-под стола немного пудинга и открыть рот пошире, чтобы он поместился. Рано или поздно он уйдёт сам. Мы только больше расстроим друг друга, если нам придётся находится рядом дольше, поэтому я надеялся, что он скоро уйдёт. На самом деле, настроение у меня уже испортилось, но я не мог устроить здесь сцену, поэтому мне ничего не оставалось, как съесть свой пудинг и успокоиться. — ...Я слышал, что ты отправился покорять монстров. Я понятия не имел, с какими намерениями он об этом заговорил. Я наклонил ложку и уронил пудинг на тарелку, кивнув с явным раздражением. Круэл просто просканировал меня глазами с ног до головы, затем медленно раздвинул губы. — Ты ранен? — ...Эм. Что за чёрт? У меня сейчас не было слов. Сначала он безжалостно вытолкнул меня на поле боя, а теперь делает вид, что беспокоится обо мне. Он что, запоздало пожалел об этом, не так ли? Как смешно. Кто толкнул меня на поле боя, когда мне было всего 14 лет? Кто отпустил меня, хилого и слабого, на это адское поле боя, пощадив при этом моего брата, хотя тот был не только старше меня на три года и совершенно здоров, но и умел владеть мечом? А кто был тот, кто просто стоял и смотрел, пока всё это происходило? Круэл. Мой старший брат, которого я когда-то очень любил. Это был он. — Почему ты спрашиваешь меня об этом? Я знаю, как правильно ухаживать за своим телом. Тебе не нужно делать вид, что ты обо мне заботишься. Я буду в порядке, по крайней мере, перед тобой, брат. Даже если бы мне было больно, я бы никогда не показал этого перед ним. Потому что я не мог сделать такую глупость, как показать свою слабость перед врагами. Выражение лица Круэла слегка ожесточилось, почти незаметно, как будто он понял, к чему я клоню. Видеть его в таком состоянии было довольно приятно, поэтому я добавил ещё кое-что, ярко улыбнувшись. — Поэтому я был бы признателен, если бы ты продолжил наблюдать за происходящим со стороны, как ты всегда это делал. Точно так же, как он сделал это, когда меня притащили на поле боя. Точно так же. — ... — ... На это ему уже нечего было ответить. В этой неловкой тишине, воцарившейся, между нами, Круэл смотрел на меня с выражением, которое я не мог определить, а я продолжал смотреть ему в глаза, не желая проигрывать. Окружающие нас люди, заметившие эту необычную атмосферу, уже покинули помещение. Мисс Риенна, невольно оказавшаяся свидетелем моей ссоры с членом семьи, не могла убежать или остановить нас, поэтому она просто попеременно смотрела то на меня, то на Круэла. ...Что вы стоите, леди Риенна? Быстро сделайте что-нибудь. «Мои глаза убивают меня». Я не мог уклониться от его взгляда из-за своей гордости, но глаза горели так, словно уже достигли предела. Когда я в очередной раз пытался мысленно обратиться к леди Риенне, Круэл, который всё это время смотрел на меня, заглянул мне через плечо. Его лицо вернулось к своему обычному бесстрастному выражению, как будто ничего не произошло. Мисс Риенна тоже смотрела на что-то, что, казалось, заставило ее напрячься. Теперь, когда я огляделся вокруг, взгляды всех людей, казалось, были устремлены на одно и то же. «...Что происходит?» Все вопросы, которые были у меня в голове, быстро исчезли. Что бы это ни было, оно, вероятно, не имело ко мне никакого отношения. Если бы это было связано со мной, они бы обратили внимание на меня. Они бы не смотрели в другую сторону, как сейчас. Я грубо успокоил свои нервы и затолкал в рот ложку с пудингом, пользуясь тем, что в этот короткий период никто не обращал на меня внимания. «А, он был со вкусом вишни, а не клубники. Мне показалось, что он был слишком красным для клубничного». Его кисло-сладкий вкус был не так уж и плох. Я пошевелил челюстью и попытался раскусить кусочек пудинга, чтобы проглотить его, но тут услышал странный голос... Да, он доносился с той стороны, куда все смотрели. — Какие впечатляющие отношения между вами, братьями. — ?.. Первое, на что я обратил внимание, - это фиолетовые волосы, которые свисали на одну сторону, завязанные в свободный хвост. Это был довольно редкий цвет волос. Для какой семьи фиолетовый цвет является основным? А, это был герцог Иллюстер. ...А? Герцог? — ?!. Он был настоящим павлином! Герцог Иллюстер! Я в шоке поднялся со своего места. Я оттолкнул свой пудинг и попытался быстро поприветствовать его, но... «Я ещё не проглотил его!» Я не мог говорить. Я не мог пробормотать что-то с набитым ртом в присутствии герцога, а кусок пудинга был слишком велик, чтобы я мог его просто проглотить. Холодный пот струился по моей спине. «Что мне делать?..» ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (2) Я изо всех сил старался не надувать щёки, однако, несмотря на то что обычно в такой ситуации человек просто уходит, чувствуя себя оскорблённым, герцог лишь приветливо улыбнулся мне. — Может быть, это наша первая подобная встреча лицом к лицу? Очень приятно познакомиться с вами, граф Харт. Я слышал о вас много слухов. — ... — Сэр граф? Как только герцог появился, Круэл сделал несколько шагов назад, и его взгляд буквально вонзился в меня. Лицо леди Риенн стало бледным, и цвет лица окружающих тоже побледнел. Я знаю, я уже знаю. Я знаю, что для простого почётного графа было оскорбительно жевать пищу перед герцогом, когда он говорил со мной! Я не мог продолжать это делать. Я бы просто добавил ещё одного врага к уже очень длинному списку. Я должен был ответить ему после того, как проглочу эту дрянь, даже если у меня будет першить в горле. Я поспешно протолкнул пудинг, заполнивший мой рот, в горло. Однако в тот момент, когда я заставил его опуститься ко мне в желудок. — Сээээр!!! — Кха, кха! Какой отличный внезапный приступ моего организма! Пудинг, проглоченный лишь наполовину, снова выплеснулся из моего рта. Я тупо смотрел на красноватую жидкость с плавающими в ней комочками, испачкавшую пол банкетного зала, старательно обращаясь к тому, кто ударил меня по спине. — …В-ваше высочество. *** — Давно не виделись, герцог Иллюстер. — Да, Ваше Высочество... Однако… — Похоже, что в последнее время вы редко бываете во дворце. Вы, наверное, были очень заняты. — Мои извинения, Ваше Высочество, но... — Или что-то случилось? — Нет, Ваше Высочество. Это... — А, если это было что-то личное, то я извинюсь. Пожалуйста, извините меня. Принцесса перевела взгляд на графа Харта, а наследный принц посмотрел на герцога. Они спланировали всё это в тот момент, когда заметили, что герцог разговаривает с графом Хартом. Герцог Иллюстер был главой дворянской фракции. Что хорошего может получиться из его беседы с графом Хартом, "мечом императора"? У него должны были быть коварные намерения. Принц и принцесса намеревались оградить графа Харта от зловещих планов герцога. Принцесса подбежала и похлопала графа Харта по спине. Однако показалось, что принцесса немного перестаралась. — Прошу прощения, Ваше Высочество, но почётный граф Харт... — Хм? В этот момент послышался крик принцессы. — Ааа, граф! Аааааа! — !? Казалось, граф Харт бормочет что-то вроде "Нет, это всего лишь...", но его голос ни до кого не доносился и был полностью погребён под суматохой. Это была не просто кровь, а кровь со сгустками. Кто мог оставить это без внимания? — Доктор! Доктор! Наследный принц поспешил позвать придворного врача и взглянул на принцессу. Его взгляд говорил о том, что ей следовало бы быть осторожнее, нанося ему физические удары сзади, так как тело графа Харта, по слухам, находилось в хрупком состоянии из-за проклятия Короля Демонов. Я понимаю её желание соблазнить графа Харта, но... Это было уже слишком… Принц быстро подошёл к Деону, пообещав себе, что, как только дело будет улажено, он усадит принцессу и сделает ей строгое предупреждение. *** — Ааа, сэр граф! В крови! — Нет, это. — Больше ни слова. Это была не кровь, а пудинг... Однако прежде, чем я успел что-либо объяснить, леди Риенна закрыла мне рот платком. Побарахтавшись немного в недоумении, она, наконец, сняла платок, закрывавший мой рот, озадаченная тем, насколько он был чист. Я быстро отвернул голову. В банкетном зале воцарился хаос. — Доктор! Доктор! Когда наследный принц продолжал вызывать придворного врача... — Что здесь происходит? Чёрт, император пришёл. Я даже видел, как за ним шёл генерал Немезиус, главнокомандующий во время восьмилетней войны и мой бывший командир. Хотя я давно его не видел, но как я мог забыть этот шрам на его лице? Так что если добавить к этому чертову блеску нового Героя Круэла и Иллюстера, то можно сказать, что в данный момент я пользовался безраздельным вниманием всех больших шишек Империи. «Если бы я действительно кашлял кровью, это не было бы такой проблемой, но...» Это была не кровь. Похоже, они думали, что духи и другие запахи, проникающие в банкетный зал, скрывают запах крови. Я не представлял, как они отреагируют, если узнают правду. Бормотание императора, стоявшего в центре суматохи, только усугубляло это. — Может быть, это из-за проклятия Короля Демонов? Нет, я не был проклят Королём Демонов с самого начала. В тот день, когда в императорский дворец привезли труп Героя, я на глазах у всех закашлялся кровью, так как моя выносливость была на исходе. Каким-то образом они приняли моё состояние за проклятие Короля Демонов, и всё вышло именно так. «Чёрт, банкет тоже находится на территории дворца, не так ли?» Чёрт возьми. В итоге я опять устроил переполох во дворце. *** Дворцовый врач осматривал стоящего перед ним человека с серьёзным выражением, редко встречающимся на его лице. На самом деле, если не говорить о серьёзности, то скорее о том, что его лицо полностью затвердело. А все потому, что за каждым его шагом неотступно следили Его Величество император, Его Высочество наследный принц, Его Высочество принцесса, глава благородной фракции Его Светлость герцог Иллюстер, а также генерал Немезиус и новый Герой Круэл Харт. Даже его пациентом был печально известный герой Деон Харт, вокруг которого ходило множество страшных слухов. Если в итоге он сделает что-то, неправильно, его жизнь будет кончена. Именно поэтому он старался очень внимательно его осмотреть, испытывая при этом невероятную нервозность. Что?.. Разве он не был в полном порядке? Его тело было просто слишком слабым, но, кроме этого, других проблем не было. Если бы его действительно вырвало кровью, то от него исходил бы рыбный запах, но от него не исходило никакого кровавого запаха. Сначала он подумал, что это духи, так как банкетный зал был наполнен запахом всевозможных духов. Он даже подумал сначала, что сильный аромат вишни, исходящий от него, тоже от какого-то парфюма. «Но ведь в этом случае запах никак не мог бы исходить из его рта!» Когда пациент открыл рот, чтобы врач мог проверить, действительно ли его вырвало кровью, его встретил сильный запах вишни. При этом придворный врач был абсолютно уверен, что граф Харт не закашлялся кровью. Теперь проблема заключалась в том, что это была за красная жидкость с комочками… «Пахло вишней, значит, это должно было быть что-то связанное с вишней». Затем он вспомнил, что в отделе десертов был вишневый пудинг… Казалось, что он подавился им, когда ел… Он бросил взгляд на красные комочки, которые убирали несколько раздражённых слуг, и быстро отвёл глаза. «Должен ли я сказать им об этом?» Это был лишь вопрос времени, пока они тоже не заметили. Даже если они не сразу заметили это из-за расстояния и запаха духов, наполнявшего помещение, большинство присутствующих имели более чем достаточный опыт общения с кровью. Тиран Эдуардо Дезер, который начал восьмилетнюю войну почти одновременно с тем, как занял трон, генерал Немезиус, который был главнокомандующим во время этой войны, и Круэл, Герой, который никогда не мог оставаться в стороне от сражений. Они должны были пережить достаточно кровопролития, чтобы им это надоело, и они немедленно выяснили бы, что произошло. Это и заставило его серьёзно задуматься. Затем, после того как судебный врач неизбежно поднял голову, его взгляд встретился с ярко-красными глазами, уставившимися на него сверху вниз. «…Ужас!» Эти глаза практически кричали, что его убьют, если он им расскажет! Он рефлекторно задыхался. Выражения лиц окружающих, уже считавших его состояние тяжёлым, стали ещё мрачнее, но придворному врачу было не до этого. Должен ли он рискнуть солгать Его Величеству или сказать правду, рискуя быть убитым. После того как он некоторое время пытался принять решение, стоя на перепутье между жизнью и смертью. — Вы сказали, что по дороге сюда он попал в засаду. Похоже, что он кашлял кровью от усталости, а также от внутренних повреждений, которые он получил в результате этого. Он закрыл глаза и сделал выбор в пользу своего непосредственного выживания. *** — Вы сказали, что по дороге сюда он попал в засаду. Похоже, что он кашлял кровью от усталости, а также от внутренних повреждений, которые он получил в результате этого. Я выжил! Похоже, мой искренний умоляющий взгляд подействовал. Он немного заикался, но всё равно хорошо скрывал правду. Честно говоря, когда он так закрыл глаза, у меня сердце екнуло, потому что я всерьез подумал, что он расскажет правду. Что было бы, если бы он действительно сказал правду? Кто-то был бы шокирован, кто-то выразил бы свой гнев, но я не мог предсказать, как отреагирует император. Он мог бы убить меня за это. — Поскольку нет другого лекарства, кроме отдыха, я бы посоветовал вам хорошенько отдохнуть... — Неужели? Невозмутимо ответив, я поднялся со стула, на котором вынужден был сидеть. Наконец-то я смог встать. Мне казалось, что я вот-вот сойду с ума, потому что на меня давили. Мне сказали, что я должен просто сидеть, потому что я пациент, но кто может просто беззаботно сидеть в этом месте, где собралась вся императорская семья? Даже император стоял! Если бы император не приказал мне сесть, я бы, наверное, упрямо продолжал стоять на протяжении всего осмотра. «В общем, похоже, что все как-то разрешилось». Я могу использовать это как предлог, чтобы вернуться домой. Кто бы стал удерживать пациента? Я повернулся к императору. Я планировал извиниться легким поклоном, но мое тело было напряжено сильнее, чем я думал. До такой степени, что мои ноги полностью окоченели! Очевидно, что мое сердце было готово принять прощание с императором, так почему же мое тело падало? Беспомощно чувствуя, как мое тело падает, я внутренне выругался. «А, чёрт». Я, конечно, сегодня показал императору всякие неприглядные вещи. Каким же смешным должен был показаться я присутствующим в банкетном зале. Поскольку дебюта в обществе у меня не было, этот случай надолго запечатлелся в памяти каждого. Как почетный граф, некрасиво упавший перед императором. «Я социально мертв в этом обществе». С этой мыслью я безучастно смотрел на приближающуюся землю. Нет. Почему она не становится ближе? Неужели время всегда текло так медленно? Нет, если бы это было так, я бы увидел воспоминания о прошлом. Прошло еще несколько секунд, и я понял, что кто-то действительно держит меня за руку. Кто это был? Кто из присутствующих мог бы поймать меня? Это была леди Риенна? Приведя себя в равновесие, я поднял глаза на того, кто меня держал, и открыл рот. «Чтооо?..» ...Подождите! Когда я увидел другого человека, слова благодарности, которые уже собирались вырваться из моих уст, растворились в воздухе. Глаза, ставшие благодарными, тут же стали холодными, и я стряхнул с себя руку, поддерживающую меня, выражая крайнее отвращение. — ... — ... В этой холодной тишине Круэл посмотрел на мою руку, затем на меня, не говоря ни слова, и сделал шаг назад. Я тоже сделал несколько шагов назад, прикусив губу. Я не хотел вести себя так перед императором, но ничего не мог с собой поделать. Это было похоже на рефлекс. Я провел восемь лет на поле боя, храня эту ненависть в своем сердце. Как я мог спокойно позволить ему прикасаться ко мне, когда эта ненависть так глубоко укоренилась во мне, что практически уже стала частью меня. Даже если он сделал это, чтобы помочь мне. К счастью, это тяжелое молчание вскоре было нарушено. — Вы выглядите неважно. Как насчет того, чтобы вернуться и хорошенько отдохнуть? — Мои извинения. Я мягко склонил голову. То, что сказал император, можно рассматривать как приказ, отданный хозяином банкета своему гостю. Эта фраза, которая в зависимости от ситуации может быть воспринята как оскорбление или знак внимания, явно была его способом проявить внимание ко мне. Как бы я ни относился к Круэлу, он все равно был главным героем этого банкета, а хозяином была императорская семья. Таким образом, мои грубые действия объяснялись тем, что я "неважно себя чувствую", и император даже подошел ко мне первым, чтобы сделать легкий выговор, не давая возможности кому-либо еще обратиться к нему. Император, конечно, хорошо меня защищал. «Все-таки он очень щедр к талантливым людям». Поэтому его действия казались мне более тягостными. Все-таки я был не таким человеком, каким он меня считал. Меня уже больше чем пугало то, как отреагирует император, если я обману его ожидания. Вспомнив об этом, я почувствовал, что мои ноги снова теряют силу, и быстро вышел из банкетного зала, не отказываясь от поддерживающей руки леди Риенн. Я сознательно старался забыть о всём том, что касается Круэла. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (3) Когда почётный граф Харт покинул банкетный зал, сам банкет уже почти подошёл к концу. Один за другим персоны покидали пиршественный зал, а Иллюстер и Круэл, смешавшиеся с ними раньше, теперь молча шли по открытому саду у императорского дворца. После того, как Круэл последовал за герцогом Иллюстером, который просто молча шёл во дворец, герцог ненадолго остановил свои шаги. — Когда вы попросили меня стать своим сторонником и встать на мою сторону. Он повернулся лицом к Круэлу. Увидев его жесткие и твердые зеленые глаза, Иллюстер тоже загадочно улыбнулся. — Я спросил вас, почему. — ... — И вы сказали мне, чтобы защищать, да? Из этой разрушенной семьи в живых остались только двое. За исключением Деона, который, похоже, был виновником, Круэл был единственным выжившим. Когда Круэл потерял все и пришел к нему с просьбой стать его сторонником, Иллюстер сначала спросил, почему он хочет получить его поддержку, вместо того чтобы сразу отвергнуть или принять его. К сожалению, ответ был весьма кратким и расплывчатым. Он просто сказал "защищать". [Кого?] Это был короткий ответ, не содержащий возражений, но Иллюстер не стал расспрашивать дальше. Ему казалось, что он уже примерно знает, кто этот защищаемый “объект”, и даже если он ошибается, то когда-нибудь узнает об этом, так что не было никакой необходимости лезть в это дело и, возможно, вызывать у него чувство отвращения. И сегодня, как только он увидел взгляд Деона, наполненный убийственным намерением, выходящим за рамки простой враждебности, он убедился, кто является "объектом". [Деон.] [Чтобы защитить себя.] Разум подавлял крики инстинктов, говоривших ему, что это еще не все. — Ваши слова, вы хотели защитить себя, Круэл, от Деона? — ... На этот вопрос он ответил молчанием. Герцог Иллюстер ухмыльнулся, как будто этого ответа было достаточно для него. Поглядев на него некоторое время, Круэл закрыл глаза, как бы прогоняя усталость. Он смутно слышал мягкий голос герцога. — Это не то, что следует говорить так легкомысленно. Вы никогда не знаете намерений другого человека… Вы довольно глупы. Если бы его целью было только выживание, то, конечно, нашлось бы бесчисленное множество других способов. «Тем не менее, с моей точки зрения, это удачный выбор». Иллюстер рассмеялся. Он был герцогом и лидером дворянских фракций. Он обладал немалой властью, и у него было много причин избавиться от Деона, "императорского пса". Нет, то, что он был "императорским псом", было лишь второстепенной причиной, даже если бы он не был им... «Деон... Он - тот, кто должен умереть». Он был для этой земли подобен яду. Он коснулся области вокруг сердца и улыбнулся. — ... Круэл не ответил ему. Перед глазами промелькнули сцены, свидетелем которых он был тогда. Неохраняемый вход в особняк. Коридоры, залитые кровью. И в одной из комнат мальчик, повернувшийся к нему после того, как он вытащил кинжал, вонзившийся в сердце отца... [Брат.] ...Деон. Его родной брат. Круэл, взглянув на трупы матери и отца, которые, казалось, остались относительно целыми по сравнению с остальными, полностью разорванными на части, снова поднял взгляд. Кровь, окрасившая его волосы в красный цвет, стекала по лбу, образуя дорожку к глазам, а через некоторое время стекала по щекам. Деон улыбался, несмотря на капли крови, которые имитировали слезы. Кровь капала с кинжала, который он держал обеими руками. [...Ты.] Глядя на него, Круэл уже собирался что-то сказать, когда Деон бросил кинжал, который держал в руке. *** Как только я покинул императорский дворец, я отказался от предложения госпожи Риенн поддержать меня и вернулся в свой особняк один. Я не мог не потереть глаза. Я увидел кучу людей, которых не должно быть в моем особняке. У меня были галлюцинации? Они не были одеты в обычную одежду. Все они были одеты в белую рыцарскую форму. Более того, я был хорошо знаком с этой униформой. «Почему двор перед домом, который был в порядке, когда я уезжал, теперь горит?» Неужели у меня были галлюцинации? Так и было. Похоже, в последнее время я испытывал слишком сильный стресс. А может быть, я старею. — ...Этого не может быть. Что, черт возьми, здесь происходит!!! Я даже чувствовал тепло на своей коже, так что это не могло быть галлюцинацией. Сгрудившиеся вокруг чего-то ребята в моем горящем дворе вдруг повернули головы на мой крик. Видя, как бесконечно светлеют их лица, когда они видят меня, не понимая ситуации, мне хотелось схватиться за шею. — Капитан! Да ладно вам, идиоты проклятые. — Капитаааан! Кхкх! — Он уже не наш капитан, а его светлость граф! — Сэр Граф! — Сэр Граааааф!!! Вздох. Почувствовав приближающуюся головную боль, я приложил руки к вискам и усталыми глазами осмотрел лица присутствующих. Почему эти бешеные собаки были у меня дома? С каких пор мой особняк стал собачьим питомником? Благородные рыцари. Нет, Приспешники Дьявола. Все члены Ордена в данный момент занимали пространство моего двора так, как будто это было самым естественным явлением в мире. Стражники, только что наблюдавшие за ними, покрылись холодным потом. «Какого черта вы их не блокируете?» Если бы они просто пропускали всех, то мне не было бы смысла иметь стражников. Я уже начал подумывать, не является ли эта абсурдная ситуация сном, но события, произошедшие сегодня, были слишком реалистичны, чтобы быть таковыми, а жар пожара, который я чувствовал, как и присутствие мисс Риенн, стоявшей на шаг позади меня, ощущались слишком ярко. Я даже слышал, как она кричала на этих сумасшедших ублюдков. — Построиться! — ! О, посмотрите, как они мгновенно выстраиваются в ряд. Госпожа Риенн, безусловно, управляла ими настолько хорошо, что называть ее назначение результатом кумовства было бы ложью. Она резко вскрикнула, ее аккуратно завязанные волосы развевались на ветру. Она не просто кричала, но и говорила очень четко. Черт! — Какого черта ты делаешь?! — Эммм, Лидер... — Это не "Лидер", это "Капитан", и, если вы видите Его Сиятельство, вы должны приветствовать его должным образом. Какого черта вы кричите "капитан", как только увидели его, как будто это ваша жена, которая только что вернулась домой! Почему горит графский двор!? Бабах! От ее безжалостного нападения члены отряда вздрогнули и запоздало поприветствовали меня. Я посмотрел между пылающим двором и членами отряда, прежде чем вздохнул и обратился к леди Риенн. — Мисс Риенн. — Да, Ваше Сиятельство. — Накажите их. — Хорошо. — А? Н-нет, подождите! Сэр граф! Подождите!!! Почему я приказал ей это сделать? Я бы и сам с удовольствием их побил. Однако я сдержался, потому что думал, что мои запястья сломаются раньше, чем я закончу. Что здесь вообще происходило? Я видел, как эти парни падали на землю, получив безжалостные удары мисс Риенн. Это не потому, что я жаловался. Мне просто было интересно, вокруг чего они собирались раньше. Я не мог подойти к нему ближе из-за жара пламени, однако, когда я напряг глаза, то увидел то, что не мог увидеть раньше, так как они сгрудились вокруг него. Человек в одежде с вышивкой в виде белой птицы на синем фоне... Революционная армия? Что? Почему в моём дворе оказался член Революционной армии? Неужели эти бешеные собаки схватили его? Теперь, когда я об этом подумал, они ведь пытались мне что-то объяснить, не так ли? — Мисс Риенн, одну минуту. — Да. Я попросил ее остановиться, чтобы услышать объяснения членов ордена. Госпожа Риенн тут же прекратила свои действия, как хорошо обученный рыцарь, но эти ублюдки притворились, что стонут и плачут, поэтому их пришлось бить еще, пока я не услышал всю историю. — Этот парень бросил бомбу в мой двор? — Да! Мы были свидетелями этого и сразу же поймали его! — Ну... Я пока все понимаю, но... Их уверенные взгляды окидывали меня, создавая впечатление, что они не сделали ничего плохого. Я встретил эти взгляды и открыто высказал свои сомнения, не отступая. — Почему вы, ребята, так удобно расположились, когда этот парень это делал? — Эмм... — Почему Революционная армия решила напасть на мой особняк, когда меня там даже не было? В этом особняке нет ничего, что могло бы их привлечь. — Это... Уверенный вид, который они нацепили на себя еще минуту назад, исчез, теперь они избегали моего взгляда. Один из парней, сидевших впереди, имел несчастье встретиться с моим взглядом: его глаза яростно дрожали, а по лицу непрерывно струился пот. — Я отсюда вижу и слышу, как в твоей голове вращаются шестеренки. — ! По его реакции я в какой-то мере мог догадаться о причине всего этого. Жаль этих ребят, но я не был настолько глуп. — Вы, ребята, околачивались здесь еще до того, как сюда пришел член Революционной армии, не так ли? — !.. — Как?.. К тому же... Эти ребята пришли сюда не из-за Революционной армии, Революционная армия пришла сюда из-за этих идиотов. Революционная армия хотела как-то навредить императору, и для этого причинение вреда мне было самым эффективным способом. И чтобы причинить мне вред или ущерб, лучше всего было выступить против рыцарского ордена, который, как говорили, обладал самой большой силой. Кроме того, все они крутились вокруг моего особняка, так что у них не было причин сдерживаться. Я смотрел на корни этого происшествия холодным взглядом. Мне хотелось ударить каждого из них по затылку и спросить, какого черта они здесь, но... — ...Сначала давайте наведем здесь порядок. Нам также пришлось тушить этот пожар. Несмотря на то, что я сознательно удерживался от огня на некотором расстояние, в глазах у меня все равно было мутно. Я непроизвольно поднял руку, чтобы протереть глаза, но вдруг почувствовал в руке посторонний предмет, которого не должно было быть, и услышал отчаянный крик. — Господин граф!!! — ?.. Мисс Риенн так кричала только тогда, когда происходило что-то необычное. Поэтому я инстинктивно прекратил все, что делал. В этот момент я понял, что держу в руке то, чего раньше не держал. — ...Что это? Предмет показался мне зловеще знакомым. Где я видел его раньше? ....Правильно, я вспомнил. Это была бомба! Как только я понял, что это такое, я почти мгновенно выбросил её. С отчаянием, как будто единственной целью моей жизни было вырвать эту ужасную вещь из рук. Я думал, что бросил её далеко, но в итоге она приземлилась где-то позади меня на земле. Бум! — Капитан, сэр граф!!! — Вы в порядке?! Госпожа Риенн и рыцари бросились ко мне, чтобы проверить, все ли со мной в порядке. Я молча смотрел на то место, где произошел взрыв. «Я чуть не умер». Я не ожидал, что бомба упадет прямо мне в руку. Благодаря этому мне удалось выжить, но я не могу сказать, что был этому рад. Недоумевая, как она истолковала мой взгляд, подошедшая ко мне госпожа Рьенн ткнула мечом в лежащее передо мной обугленное тело. — Вы не должны чувствовать себя виноватым. Этот парень был членом революционной армии. Сказав это, она посмотрела на меня... Ее взгляд, казалось, кричал: "Вы такой душевный человек!" Однако я не был таким. — Мы никогда не думали, что у этого парня могут быть напарники. Похоже, что они пытались сбежать с его захваченным другом, используя замешательство, которое вызовет взрыв бомбы, в качестве прикрытия, но... вот результат его действий, как вы видите. Я проследил за взглядом госпожи Риенн. В конце его я увидел старого дворецкого, который безжалостно расправился с членом Революционной армии, пытавшимся бежать с захваченным напарником на спине. ...Подождите, Ремембер?! «Как дедушка мог сделать такое?!» — В общем, я крайне впечатлен. — ...Прошу прощения? — Я застыла на месте, думая, что с Вашей светлостью случилось что-то ужасное. Я никак не ожидала, что вы действительно поймаете бомбу в полёте. — Ааа... Это... — Как и ожидалось, вы невероятно удивительны. Это было просто совпадение. Ее сверкающие глаза так тяготили. Не в силах смотреть ей в глаза, я в конце концов скрылся, оставив лишь простой приказ, чтобы примерно разобраться в сложившейся ситуации. — Я провожу вас. — … Конечно, она сорвала даже этот план. Поднявшись в свою комнату, я почувствовал, что надо бы поискать какое-нибудь лекарство от головных болей. Черт возьми. *** — Проклятье, если бы мне пришлось умереть, я должен был бы забрать с собой этого проклятого императорского пса. Слова, полные сожаления, вырвались из уст полностью покорившегося члена Революционной армии. На пути к уничтожению императора стояло несколько препятствий. Если бы нужно было выбрать самое большое из них, то их было бы три. Немезиус, главнокомандующий во время восьмилетней войны, а в настоящее время личный телохранитель императора. Ардалл, премьер-министр Империи, стабилизировавший общественные настроения по отношению к императору своей отличной политикой и управлением фондами, как во время войны, так и сейчас. И почетный граф Харт, участвовавший в авангарде во время восьмилетней войны, а теперь ставший “Псом императора”, выполнявшим любые его приказы. Больше всех раздражал Деон. Двое других ходили на свету, поэтому их действия были ограничены и поведение можно было в какой-то степени предсказать и легко проконтролировать. Деон, однако, ходил в тени. Иными словами, было очень сложно предсказать, что он сделает дальше, или проконтролировать его действия. То, что они не знали, куда он делся за все это время и что он сделал, очень красноречиво говорило о ситуации. Конечно, он не просто отправился на покорение монстров. Нехорошо, если они постоянно теряют его из виду. Поэтому Революционная армия очень хотела избавиться от этой опасной и непредсказуемой переменной по имени Деон. Услышав этот голос, в котором прозвучало сожаление, но не раскаяние, Приспешники Дьявола на мгновение остановились и огляделись. Граф и капитан вошли в особняк, и дворецкий повел войска на тушение пожара. Другими словами, рядом не было никого, кто мог бы подслушать их разговор или помешать им. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (4) — Если бы ты хоть немного знал о графе, ты, ублюдок, не говорил бы таких вещей. — Что знал?.. — Я тебе не скажу. Если тебе это так интересно, потрудись узнать. — ... Он никогда не сможет узнать об этом. Собака императора? Это было даже не смешно. Если бы им пришлось выбирать из всех участников восьмилетней войны, кто менее всего предан императору, они бы точно выбрали капитана и себя. В их глазах всплыли определенные эмоции. Всевозможные негативные эмоции - гнев, ненависть, безумие - то появлялись, то исчезали на некоторое время, пока один из них не сумел разобраться в своих эмоциях и спокойно открыл рот. — Так что перестань беспокоить тех, кому и так нелегко... Чтобы скрыться от посторонних глаз, члены группы тихо собрались вокруг. Достаточно было просто оставить в живых одного пленного, так что вполне можно было просто убить оставшегося наглого ублюдка, который только и делал, что говорил всякую чушь. Член отряда, который молча достал оружие, явно фальшиво улыбнулся и снова заговорил. — Умри. *** Не выдержав тягостного взгляда мисс Риенн, я вошел в свою комнату и стал смотреть за окна, сосредоточившись на одной точке, делая вид, что не замечаю ее, чтобы избежать пристального взгляда, который по-прежнему был прикован ко мне. «Они снова собрались. Что они там делают?» Не может же быть, чтобы они снова создавали проблемы, верно? Подождите, а почему они вообще оказались у меня дома? Разве они не должны быть во дворце? — Мисс Риенн. — Да, Ваше Сиятельство. — Вы знаете, что здесь происходит? — Вы говорите о нападении Революционной армии? — Нет, почему эти ребята здесь? — Ааа, у меня сложилось впечатление, что Его Величество вернул вам рыцарский орден, который вы оставили под его временной опекой на время отсутствия Его Сиятельства, теперь, когда вы вернулись. Под его временной опекой моя жизнь. Он планировал объединить их со своими силами, но отправил их обратно ко мне, потому что не смог с ними справиться. Конечно, после войны и перед тем, как я отправился в путешествие в качестве спутника Героя, он сказал, что на время моего отсутствия Благородные Рыцари временно перейдут под управление императорской семьи. Но кто был настолько наивен, чтобы поверить в это? Это была обычная схема, которую можно найти в любом учебнике истории. Если правитель говорил, что позаботится о каких-то силах, то на самом деле он собирался их поглотить. Имелись также доказательства того, что император пытался сделать нечто подобное. До сих пор я никогда не задерживался в этом месте надолго, но у него оставалась масса возможностей вернуть мне рыцарский орден. Так что, в конце концов, причина, по которой он вернул их мне, заключалась, вероятно, в том, что, несмотря на все его усилия, члены моего отряда по-прежнему не поддавались контролю. «Этот чертов император». «Неужели он думал, что я справлюсь с теми, с кем не справился он сам?» Если бы он действительно их поглотил, то просто отряхнул бы руки, даже не потрудившись вернуть их мне. Если он сделал это из хороших побуждений, то я этого точно не оценил, а если для того, чтобы меня облапошить, то он сделал отличный выбор. В тот момент, когда выражение моего лица превратилось в несчастное, в комнату, постучав в дверь и попросив разрешения, вошел Ремембер, видимо, намереваясь доложить мне о том, что он закончил уборку. На нем были белые перчатки и фрак без складок. Его наряд был как всегда аккуратен. Никто не поверит, что этот старик только что одолел нескольких членов Революционной армии. Он доложил мне об этом, сузив глаза и с достоинством улыбнувшись типичной для пожилых людей улыбкой на губах, которую он часто носил на своём лице. — Пожар во дворе был полностью потушен. Я подумываю о том, чтобы нанять грамотного садовника, который вернет сад к жизни. Каково ваше мнение по этому поводу, Ваше Сиятельство? — …Я оставлю это вам, Ремембер. Поскольку он был достаточно компетентным домохозяином, он должен был знать, как с этим справиться. Его неожиданные способности были просто ошеломляющими, но я должен был просто забыть об этом. Даже злость на императора за то, что он сбросил на меня этих бешеных собак, утихла. Даже если бы я спросил, то, скорее всего, не получил бы от него прямого ответа. — Ремембер. — Да, Ваше Сиятельство. — Возможно ли предоставить рыцарям отдельное жилье? — Поместье графа Харта большое и просторное, поэтому предоставление рыцарям отдельного жилья вполне возможно. Как и ожидалось от компетентного сотрудника. Эффективно выполняет свою работу, не выказывая недовольства или колебаний! Если бы не его сомнительное отношение, он был бы идеален. Пока я внутренне вздыхал, Ремембер перевел взгляд на мисс Риенн. — Что вы будете делать, мисс Риенн? Если вы хотите остаться, мы можем организовать для вас другую комнату, поскольку вы другого пола... — Я буду жить здесь, так что вам не придется готовить для меня жилье. — Хорошо, я понял. Теперь, когда я об этом подумал, госпожа Риенн была благородной. Приспешники Дьявола... Нет, Благородные Рыцари полностью состояли из простолюдинов, что случалось довольно редко, так что я не мог считать никого из них дворянами, даже если они были рыцарями. Если подумать. Каждый раз, когда я думаю о "рыцарях", это слово ассоциируется у меня с "приспешниками дьявола", так не буду ли я ослеплен этим предрассудком, даже если встречу других рыцарей. — Кстати, Его Величество, похоже, весьма позаботился о вас, Ваше Сиятельство. — ...Что? Кто о ком заботится? Чувствуя недоумение, я поднял голову. Пока я предавался размышлениям, рыцарей уже не было видно, видимо, потому что они сумели разобраться в сложившейся ситуации, а госпожа Риенн, которая, вероятно, и была причиной этого, просто молча поклонилась мне. Так что в этой комнате со мной остался только Ремембер, который выплевывал такие нелепые слова. — Что вы сказали... — Я сказал, что Его Величество весьма позаботился о вас, Ваше Сиятельство. — ...Ремембер, разве вы не чувствуете, что вам нужны парочку выходных? — Если вы мне их предоставите, я с благодарностью их приму, но я чувствую легкое разочарование от того, что вы обращаетесь со мной как с дряхлым стариком. Но император позаботился обо мне, да? Вероятно, он обсуждал этот вопрос с рыцарями. Что, черт возьми, он видел в них, а я не мог? — Обычно довольно сложно разместить войска другой семьи в императорском дворце, а тем более вернуть их обратно, поскольку существует довольно большой риск того, что они совершат измену, не так ли? Наверное, нет такого правителя, который пошел бы на такое, не имея чрезвычайного доверия к другой стороне. — ... Хотя, возможно, он пытался их поглотить, но не смог, и вернул мне, как будто бросил мне остатки еды. Но что я мог ответить на это? Мой дворецкий, которому нравилось дразнить людей, услышал бы только то, что хотел услышать. Скорее, он попытался бы переиначить мои слова, чтобы еще раз посмеяться надо мной. В конце концов, я все же открыл рот, издав вздох. — Я отдохну. — Да, стоит. С завтрашнего дня вы, вероятно, будете очень заняты. — Пока Ваше Сиятельство отсутствовало, многое отложилось. Я постарался уладить все, что мог, но есть еще несколько документов, требующих одобрения Вашей Светлости. — Ух. — Кстати, уклонение от выполнения своих обязанностей не решит проблему, а только еще больше ее затянет. — У меня не было намерения делать это... Ну, сделаю немного, но... Все равно бегство от бумаг ничего не решит. Ах, как я скучаю по царству демонов, где я мог просто валяться в постели весь день. «Я никогда не думал, что захочу добровольно вернуться в царство демонов». Чувствуя властное присутствие бумажной работы, я быстро направился в ванную, избегая тонкого взгляда и улыбки Ремембера. Я устал. Почему-то мне показалось, что усталость, накопившаяся после возвращения, была гораздо больше той, что я накопила в банкетном зале. «Было бы гораздо лучше, если бы для рыцарей построили другое жилье». Как можно дальше от особняка. Все это было из-за них. Если бы я не чувствовал себя измотанным после общения с ними, то я не был бы человеком. Теперь, когда я подумал об этом, лес за особняком был довольно большим и все еще являлся частью моего поместья, так что, если бы мы построили там их жилище, разве не стало бы все немного спокойнее? «Я должен серьезно обсудить это с Ремембером позже». *** В трущобах существовали негласные правила. Правила, которые были созданы для того, чтобы хоть как-то сохранить бдительность и выжить в своей суровой жизни. [Будьте дружелюбны, но не привязывайтесь]. … Вопреки внешнему виду, жители трущоб были чувствительны ко всякого рода слухам. Поскольку от настроения дворян зависели их средства к существованию, как же иначе? Если дворяне были в плохом настроении, дети, просящие милостыню на улицах, умирали от голода. Если дворяне не могли позволить себе воевать, то те, кто жил в трущобах, голодали. Если дворяне по какой-то причине выезжали меньше, то те, кто бросался к их каретам, чтобы получить деньги, могли питаться только корнями деревьев. Поэтому в трущобах, где слухи распространялись быстро, как молния, "Рождение нового Героя" и "Возвращение Деон Харта" уже были вчерашней вестью. И это снова быстро заполнилось свежими слухами. Такие слухи, как спасение, могут принести проблеск надежды в трущобы. Все, что связано с "Церковью спасения", - такого рода слухи. Сия, голодавшая уже несколько дней, спросила слабым голосом. — Церковь спасения? — Да, похоже, что в трущобах раздают бесплатный хлеб и воду. — Бесплатно? — Бесплатно. — Не может быть. Ты что, под наркотиками, что ли? Ее голос был слабым, но сомнение, которое в нем прозвучало, было очень явным. В соответствии со своим тоном Сия также изобразила на лице подозрительное выражение. Ее волосы были спутаны и растрепаны, лицо испачкано. Да, Сия была жительницей трущоб. Та, кто родилась в трущобах и выросла в них. Кто-то, кто уже был настолько полон цинизма, что не мог принять благотворительность, не сомневаясь в другой стороне. Поэтому она не могла так легко поверить словам собеседника. Они раздавали бесплатно хлеб и воду? Что они от этого выигрывали? Кроме того, разве Церковь спасения - это не религия? Религиям всегда нужны пожертвования, но они никак не могли получить деньги от людей, живущих в трущобах. Значит, это должно было быть ложью. У нее не было причин верить в такую чушь. — Нет. Калека, живущий по соседству, ходил за припасами, но ничего не произошло. Он даже сказал, что они ничего не просили взамен. — ...Ложь. Сия знала об этом калеке. Человек, который мало что ценил в своей жизни и без малейших колебаний бросался под кареты вельмож, лишь бы получить несколько монет. Вероятно, он принимал пищу, не заботясь о том, есть в ней яд или нет. Жизнь и смерть его мало интересовали. Вероятно, он думал, что если его судьба - жить, то он будет жить, а если нет, то просто умрет. И в итоге он остался жив, во что Сия до сих пор не могла поверить. Не может быть, чтобы этот старик лгал, но может ли быть так, что мальчик перед ней лгал? Почему? По какой причине? Что они от этого выигрывают? — Серьезно!? Мне стало жаль тебя, потому что ты голодаешь уже неделю, и я сказал тебе. Не хочешь мне верить - так и быть! Тогда я пойду один! Если ты не пойдешь, это будет твое упущение. Пол сморщил лицо. А, скорее всего, он обиделся на ее реакцию. Он повернулся и пошёл. Если бы он продолжал спорить с Сией с такой силой, то скоро у него кончились бы силы и он проголодался. Сия безучастно смотрела вслед быстро исчезающей фигуре. В любом случае, он сказал, что пойдет сам, не так ли? Учитывая слова Пола, можно предположить, что это не просто недостоверный слух. — Церковь Спасения, была... Она даже не успела попить нормальной воды, поэтому ее голос больше походил на ветер, пробивающийся сквозь трещину. После того как ей не удалось подкараулить жертву и ее избили, она целую неделю не могла получить никакой еды. Запястье руки, которой она пользовалась для карманных операций, было сломано, и теперь, когда оно немного восстановилось, в ней оставалось слишком мало сил, чтобы попытаться сделать это еще раз. Она бы так и умерла. Она чувствовала приближение смерти, которая всегда витала над ней. В трущобах всегда умирали люди. Человек, с которым собеседник разговаривал только вчера, может умереть на следующий день, а человек, который поделился с ним какими-то слухами позавчера, может покончить с собой вскоре после этого. Трупы так и не были похоронены, их сжигали только для того, чтобы предотвратить распространение инфекционных заболеваний. Никто не оплакивал их. «Если я умру, то и я закончу также?» Возможно. Она вспомнила жалостливые слова дяди-пьяницы, ныне покойного. [Я никогда не плакал, когда умирали другие, так кто же будет плакать обо мне, когда я умру?] И когда этот человек покончил жизнь самоубийством, никто не плакал о нем, как он и говорил. Сиа тоже не плакала о нем. Это место было неумолимо даже к плачущему ребенку. Слезы только растратят силы. Поэтому она не плакала. Поэтому она знала, что если умрет, то никто не будет плакать о ней, так как она не плачет о других. Размышляя над этими вопросами, она стала осторожно интересоваться Церковью Спасения. Что если, что они добавили в хлеб и воду что-то странное? Люди реагировали бы одинаково, независимо от того, умер ли человек от голода, яда или просто исчез. И если ей все равно суждено умереть, то лучше умереть с полным желудком, чем с голоду. Она приподняла свое слабое тело. Она почувствовала, что ее конечности дрожат, но Сия с большим трудом начала двигаться вперед. Теперь она бежала за Полом, который уже превратился в черную точку вдали, и звала его своим надтреснутым голосом. Неважно, является ли эта организация Церковью Спасения или чем-то еще. Пока у них есть ее хлеб и вода, как гласит молва. Не успев опомниться, она только беспомощно закрыла глаза, доверившись Полу, который вернулся, чтобы поддержать ее своими грубыми, но заботливыми руками. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (5) После банкета прошла неделя. Приспешники Дьявола, которых я хотел бросить в лесу, к счастью, нашли поблизости приличный трактир, после того как Ремембер возразил и сказал, что мы не должны так тратить наши средства. И я... — Еще одна плотина? Сколько, по их мнению, нужно времени и денег, чтобы построить только одну? И они даже хотят построить ее в округе Харт. Это безумие. Какой умник это придумал? — Это был я. — Ааа... Теперь, когда я думаю об этом, не мешало бы построить еще одну. Даже если я буду временно руководить этим, я не могу пренебрегать управлением своей территорией. Так что, если это поможет избавиться от наводнений или засух, я это одобрю. Бам. Я поставил печать на документ. ...Да, как вы могли убедиться, в настоящее время я занят работой с горами бумаг. За полгода накопилось столько документов, что я работал над ними целую неделю без отдыха, поэтому под глазами у меня, естественно, появились темные мешки! С момента моего приезда сюда прошло не так уж много времени! Если бы это зависело от меня, я бы просто поставил свою печать на каждом из них, не читая, но Ремембер не позволил мне этого сделать. Этот дворецкий действительно умел запугивать людей, хотя он никогда не повышал голос и не хмурился. Даже сейчас он смотрел на меня так, словно спрашивал, что я хотел этим сказать. Возможно, он хотел отругать меня за то, что я пренебрег управлением территорией семьи Харт. — Похоже, вы еще не слышали. — ... Что? — Неделю назад Его Величество передал территорию Харт, которой вы временно управляли, полностью в ваше распоряжение, Ваше Сиятельство. — Что вы сказали?! Я с трудом смирился с тем, что я временно за него отвечаю, так почему же он так поступил?! — Эта... Эта шутка заходит слишком далеко, Ремембер. — Я не шучу. — Однако никаких официальных писем с уведомлением об этом я не получал. — Это должно быть где-то здесь. — ... Я посмотрел на кипу документов, разложенных на полу и столе. Ремембер продолжал спокойно разговаривать со мной, хотя я выглядел совершенно ошеломленным. — Теперь, когда территория Харт полностью принадлежит Вашей Светлости, полностью пренебречь ее управлением будет довольно сложно. — Не слишком ли много всего этого для простого "почетного графа"? Я всего лишь получил одну или две территории, так почему я должен заботиться о национальной обороне, как и... Я помахал документом, содержащим информацию о группе монстров, замеченных на одной из территорий вблизи границы. — Потому что некоторые ваши территории находятся на государственных границах. — Вот об этом я и говорю! Почему "почетный граф" должен брать на себя роль Маркиза?! Маркиз, граф и почетный граф. Все эти три ранга находились на одном уровне, но при этом получали разное отношение и привилегии. Почетный граф получал обращение наравне с графом, но это был титул, который не мог передаваться по наследству, и после смерти графа его территория вновь возвращалась в состав империи. Что касается графа? Как вы, наверное, знаете, они могли передавать свой титул по наследству. Они могли с гордостью называть свою семью "графской". Маркиз — это тип графа, который владел территориями на границе своего государства. Поэтому были случаи, когда граф мог быть приравнен к маркизу. Они получали льготы, превышающие графские, благодаря той роли, которую они играли в обороне страны. Однако не просто граф, по сути, стал маркизом, а почетный граф, что было весьма удивительно. — Об этом вы должны спросить Его Величество, поскольку не кто иной, как он, наделил Вашу светлость большими правами и обязанностями, чем положено почетному графу. — Я никак не могу с ним поспорить... С глубоким вздохом я рухнул на стол. Не один и не два человека бесполезно жаловались императору и получали отрубание головы, так кто же в здравом уме будет с ним спорить? Неважно, сколько территорий, которые должны были находиться под властью императорской семьи, он мне подарил. «Верно, эта территория». Территория, которая заставила меня взять на себя роль маркиза, на самом деле находилась не на границе, а ближе к центру. Иными словами, она должна была находиться под непосредственным управлением императорской семьи. Император даровал эту землю мне, не знавшему о последствиях, черт побери. Меня вполне устраивало быть почетным графом, поэтому я не понимал, почему он дает мне все больше и больше. — ...На самом деле, я должен найти способ вернуть ему территорию Харт. Я легко принимал другие территории, даже ту, которая заставляла меня играть роль маркиза, но территорию Харт я серьезно ненавидел. У меня не было хороших воспоминаний об этом месте, так как это была территория, на которой властвовала "бывшая" семья Харт. Точнее, их предательство превратило все хорошие воспоминания об этом месте в плохие. Я и так был достаточно раздражен тем, что меня временно дали эти земли во владение, а теперь он решил передать мне их в полное владение? Это не то, что я мог просто проигнорировать. — Я ни за что не приму это просто так. Даже временное владение было навязано мне императором. Должен ли я просто встретиться с ним лично и сказать, чтобы он забрал ее обратно? Хотя это и было бы хлопотно, но не так уж плохо попросить его заключить со мной сделку, пообещав, что я сделаю все, что император пожелает, в определенное время, если только это будет то, что я смогу сделать. Очень удачно, что император не только не сошел с ума, но и готов был согласиться на интересные сделки. — Я должен нанести визит императору, так что... Тук-тук. Я даже не успел договорить, как услышал за дверью новость, которую никак не мог проигнорировать. — Ваша светлость, генерал Немезиус прибыл, чтобы удостоить вас своим присутствием. Я вскочил со своего места с выпученными глазами. «Генерал? Почему он здесь? Разве он не должен был постоянно находиться рядом с императором? Почему он пришел ко мне лично? Случилось что-то серьезное». Он ведь не пришел арестовывать меня или что-то в этом роде, верно? Я резко открыл дверь, в результате чего встретился взглядом с дежурной, которая стояла за ней. Только после того, как я увидел, как он опустил голову и задрожал от страха, словно обжегся, я вспомнил то, о чем, казалось, забыл на какое-то время. «Правильно. Здесь люди чувствуют себя неловко, глядя мне в глаза». Меня переполняли смешанные чувства. Я снова постепенно адаптировался к человеческому миру, но казалось, что мой разум все еще находится в царстве демонов. Я не мог поверить, что забыл нечто, что было сродни здравому смыслу. Я был беспечен. Хотя я знал, что большинство людей, кроме тех, с кем меня связывают глубокие отношения, таких как императорская семья, Ремембер и рыцари, чувствуют себя неловко, глядя мне в глаза. — ...Что привело его сюда? На мой вопрос ответил не служащий, а мой расторопный дворецкий. — По скромному мнению этого старика, это может быть как-то связано с захваченными нами членами Революционной армии. — Однако никаких официальных писем по этому поводу мы не получали. — Они должны быть где-то здесь. — ... Мне почему-то кажется, что у меня дежавю. Разве он не говорил этого раньше? Я еще раз окинул взглядом горы бумаг в комнате, прежде чем выйти из нее с глубоким вздохом. В общем, я не мог заставлять генерала ждать. Немезиус был моим непосредственным начальником, когда я был в авангарде во время восьмилетней войны. Я, кажется, помнил, что он тайно пытался установить между нами дистанцию, хотя и не знал, почему. То, что он пришел ко мне сам, означало, что у него не было другого выбора. Возможно, ему приказал прийти сюда император или что-то в этом роде. Я открыл дверь, продолжая свои бессмысленные рассуждения, и встретил взгляды вошедших, которые заставили меня замереть. — Давно не виделись, сэр Деон. — ... Деон приветствует будущее солнце Империи. *** — Почтенный граф Харт захватил в плен членов Революционной армии, которые пришли напасть на его особняк? — ! — И даже поймал бомбу голыми руками. Принц, сидевший напротив принцессы в саду и пивший чай, отложил газету, которую держал в руках. Принцесса, откинувшая чашку с чаем, поднесенную к губам, вздрогнула и пожала плечами. Она спокойно проглотила жидкость и поставила чашку на место. Однако ее голова была очень низко. — Почетный граф Харт. — Подожди, почему ты опять такая мрачная? Как будто он видел темные тучи, нависшие над ее головой, поэтому принц быстро встал на ноги и сделал недовольное выражение лица. Уже через несколько дней после банкета принцесса была сильно подавлена. — Он больше не хочет меня видеть, верно? — Он не сильно отличался от того, что было раньше, так в чем же новинка? — Но он кашлял кровью! Принцесса повысила голос и, зарывшись лицом в руки, заплакала. Принц, чьи глаза были широко раскрыты, казался ей невидимым. Он должен был признать, что она довольно неуклюжа в таких делах, поскольку ей никогда раньше не приходилось соблазнять кого-либо. Даже если она стояла на месте, люди подходили к ней из-за ее статуса и внешности. Даже если бы она знала о более сложных техниках, она не смогла бы их использовать... Однако это не означало, что она намеревалась устроить такую большую авантюру. — Все разрушено... Все мои усилия пошли прахом. — Я не думаю, что эта стратегия сработала бы на нем в любом случае... — Я должна извиниться перед ним, верно? — Сама? — Да! — Нет! Выражение лица принца ожесточилось. Обычно он не мешал ей делать то, что она хотела, но этот случай был исключением. — Неважно, поедешь ли ты в его особняк или позовешь в императорский дворец, при личной встрече с ним это вызовет серьезный скандал. — Я не против. Так что если мы просто превратим скандал в свершившийся факт и поженимся, то... — Аллетея. Между ними воцарилось недолгое молчание. Он только посмотрел на сестру и вздохнул. — Ты его не любишь. — А извиняться - это противоречит тому характеру, который ты создала. Принцесса была не настолько умна, чтобы извиняться только за что-то подобное. Только тогда в глазах принцессы вновь появилось волнение. Если говорить о ней хорошо, то она была чиста, если плохо, то просто глупа. Таково было мнение общественности об Аллетее. — Если вы хотите уволиться, то всегда пожалуйста. — ... Достаточно. Принцесса намеревалась носить это клеймо ради императора и принца. С точки зрения принца, это выглядело как жалкое представление, подтверждающее самопожертвование его сестры. — Даже если мы будем держаться вместе, этого будет недостаточно. Мы не можем допустить, чтобы из-за преемственности она снова разделилась на две стороны. — Да я устал от этих битв за преемственность. — И не беспокойся о том, что касается почетного графа Харта. Хотя я его и не люблю, но он мне нравится. Он же не знал, о чем она думает в своей маленькой головке. Принц погладил принцессу по голове. — Я постоянно повторяю это, но ты можешь бросить это занятие, когда захочешь. Никто тебя ни к чему не принуждает. Принцесса, которая просто молча смотрела на него, улыбнулась. — Я знаю. Так пойди узнай, что думает обо мне почетный граф Харт, и скажи мне. — ...Что? — Да ладно, ты же сказал, что я не могу пойти? — Нет, не является ли этот вывод несколько странным?.. Она похлопала брата по спине и лучезарно улыбнулась. У принцессы была хорошая интуиция. И интуиция подсказывала ей, что это самый тревожный Герой Империи - Деон. Если бы она смогла идеально связать его узами брака с императорской семьей, этого было бы достаточно. — Если ты действительно хочешь соблазнить почетного графа Харта, то тебе следует серьезно изменить свой подход. — Извини, но это единственный подход, о котором знает ‘глупая’ принцесса! — ... Неважно, пришел ли Деон к ней или она к нему. Важно было лишь то, что все в империи знали, что "принцесса" серьезно в него влюблена. Конечно, она предпочла бы, чтобы он приехал сам, но в тот момент, когда она пришлет ему предложение руки и сердца, Деону придется сделать выбор. Отвергнет ли он ее и будет жить в одиночестве до конца своих дней или примет ее. «Конечно, это всего лишь влюбленность, поэтому я отложила план предложения руки и сердца на потом». — Хорошо, я пойду. Я все равно собирался навестить почетного графа Харта, так что я спрошу его про тебя. — Как и ожидалось от тебя, брат! — Но не жди ничего особенного, я только собираюсь спросить его, не недоволен ли он тобой из-за того, что произошло на банкете. *** Едва опомнившись, я склонил голову. Как бы отражая мое душевное состояние, мой голос звучал довольно неловко. Похоже, поняв мои чувства, принц просто кивнул, мягко улыбаясь. Принц приехал с визитом, а не генерал! «Почему никто не сказал мне об этом». Никто даже не уведомил меня о его прибытии. Я резко взглянул на сопровождающего, который сказал мне только, что генерал Немезиус "пришел осчастливить меня своим присутствием". Заметив, что мое лицо побледнело, принц мягко окликнул меня. — Не ругайте сильно своего сопровождающего. Я просил его ничего не говорить о моем визите. — Да, Ваше Высочество. Находясь в присутствии наследного принца, я выпрямился. Только когда мне удалось немного расслабиться, я заметил рядом с ним генерала Немезиуса. В банкетном зале я был так занят, что успел лишь мельком взглянуть на него, когда проходил мимо. Его кожа была загорелой после долгого пребывания на полях сражений. Через все лицо проходил шрам. У этого моего бывшего начальника, который выглядел все так же, как и тогда, было очень жесткое выражение лица, как будто он был чем-то недоволен. Думаю, он был не слишком рад тому, что принц последовал за ним сюда. Другими словами, принц следовал за ним неофициально... Почему? — Его Величество хочет, чтобы захваченный вами член Революционной армии был доставлен к нему. Во всяком случае, так я слышал от генерала Немезиуса. Я пришел просто из личного любопытства. — Что вы имеете в виду?.. — Я слышал, что ты поймал бомбу голыми руками. — ... Я чуть не надел на себя недовольное выражение лица. Я, к счастью, остановился, оказавшись перед наследным принцем. Меня чуть не утащили в темницу за столь неподобающее выражение лица перед принцем. Откуда он вообще об этом узнал? Вспомнив, какое впечатление произвела на меня тогда госпожа Риенн, принц негромко рассмеялся. — Не стоит беспокоиться о том, кто слил новость. Подумай, разве не было много людей, которые были свидетелями того инцидента? Ты не сможешь насильно заткнуть рот каждому сопровождающему, а если бы и смог, то кто-то из случайно проходивших мимо людей мог бы случайно распространить эту информацию. Во всяком случае, после того как он любезно сообщил мне, что слухи об этом уже ходят в столице, я почувствовал боль в животе. Даже если они так преувеличивали мои способности, это не приносило никакой пользы, кроме увеличения ожиданий, которые император возлагал на меня. Кстати, меня это совсем не радовало. Он просто посылал меня на еще более опасные дела. Кроме того, чем выше ожидания, тем сильнее разочарование, если они не оправдываются. Это только сократило срок моей жизни... — Я просто шучу. — Что, простите? — Я не за этим сюда приехал. Это, конечно, удивительный подвиг - поймать бомбу голыми руками, но это точно не повод для меня проделать весь этот путь. — Так... — Я пришел извиниться от имени принцессы за ее грубость по отношению к тебе во время банкета. — А... Он говорил об этой атаке в спину? Она делала это не раз и не два, так что я уже привык к этому. Я не особо возражал. Кроме того, поскольку она не собиралась причинять мне вред, а лишь показывала, что я ей нравлюсь, я не мог ничего сказать. Даже если я знал, что.... — Положение будущего империи - довольно тяжелый крест, поэтому я не мог прийти сюда свободно, чтобы извиниться. Если бы я встретился с тобой наедине, это вызвало бы большой скандал, поэтому я пришел под предлогом того, что у меня здесь официальные дела. — … — Я уже наказал принцессу, так что пока она не будет так себя вести. ...Не будет так себя вести? Не то чтобы я не знал ее характера, но не слишком ли он откровенен? Она все еще была принцессой. Принц смотрел куда-то в сторону, словно слова "Пока" как-то резали его совесть, а потом снова посмотрел на меня. — Примешь ли ты извинения? Сэр Деон. — ...Конечно. Изначально не было необходимости извиняться. — При обычных обстоятельствах так бы и было, но ты кашлял кровью. — … Это была не кровь. Пока я не мог произнести это вслух и только отводил взгляд, принц поднялся со своего места и заговорил. Вопреки шокирующему содержанию, тон его голоса был довольно странным. — Я рад, что ты не обиделся на ее поступок. На самом деле, мне хотелось поближе познакомиться с тобой, которому Его Величество так доверяет. — ...Что? — А ты обычно не слишком занят? Хотя другие говорят, что у нас неплохие отношения, но… — … — Когда Аллетея сделала с тобой нечто подобное, заставив тебя кашлять кровью, единственное, что я мог подумать, это то, что теперь все испортилось. Испортилось.... Что я сейчас слушаю? — Именно поэтому я пришел сюда лично, чтобы извиниться и углубить нашу дружбу. Тебя это не устраивает? — Н-нет. — Значит ли это, что мои попытки построить с тобой дружбу были не напрасны? — Совершенно верно. — Это замечательно. Так что, может быть, ты будешь заходить к нам всякий раз, когда будешь приезжать во дворец? Я почувствовал, что попал в ловушку, из которой не могу выбраться. Когда я растерянно моргнул, размышляя о том, как же так получилось, принц просто добавил с теплой улыбкой, как будто моя реакция и была правильным ответом. — Я не буду заставлять тебя приходить и встречаться со мной. Ты можешь просто зайти ко мне, когда будешь во дворце, в любом случае. Выпьем чаю, поболтаем, может быть, иногда сможем устроить дружескую дуэль. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (6) Ух ты... Конечно, наследный принц так и остался наследным принцем. Честное слово. Теперь я убедился, что он действительно двуличен. Я бы постарался никогда больше не приближаться ко Дворцу. Чувствуя себя как рыба, которую только что поймали, я был ошеломлен. Однако, почувствовав на себе свирепый взгляд генерала Немезиуса, я быстро кивнул. «Эта его лояльность очень пугает». Я полагал, что он не зря стал Первым Героем Империи. Он был известен в империи своей яростной преданностью императору и императорской семье. — Тогда я пойду. Я приехал сюда довольно импульсивно, так что долгое отсутствие не пойдет мне на пользу. Тебе не обязательно меня провожать. — Хорошо. До свидания. Погодите, если наследный принц исчезнет, не останусь ли я один на один с этим ужасным генералом? Я взглянул на мужчину, который стоял в комнате, как декоративная ваза, пока я разговаривал с принцем. Как я и думал, его лицо было очень страшным. На секунду я тяжело сглотнул, потому что очень живо представил себе, как изменится атмосфера в этой комнате, как только принц уйдет. Может быть, было бы лучше, если бы я не давал ему уехать.... — Счастливого пути... Но как я мог осмелиться задержать наследного принца империи? В конце концов, со слезами на глазах, я проводил его. Принц покинул свое место, и только тогда крепкий мужчина, неподвижно стоявший в углу, сел. Как я и ожидал, в комнате воцарилась тишина. Я не мог даже вздохнуть. На самом деле мне ничего не оставалось делать, как обливаться холодным потом и стараться не замечать взгляда генерала, который сидел прямо напротив меня. Под его взглядом я чувствовал себя неуютно. Я не понимал, почему я так не нравлюсь этому парню. Нет, это не было на уровне простой неприязни... Может, лучше сказать, что он меня ненавидит? В любом случае, я был абсолютно уверен, что этот человек испытывает ко мне негативные чувства. Неуютное молчание, которое, казалось, тянулось все дольше из-за моей неспособности сделать первый шаг, наконец, прервалось. — Прошло много времени с тех пор, как мы в последний раз встречались. — Да... Именно так, генерал. — У вас все хорошо? — Да. Я в порядке. — Хорошо. Воздух вокруг него изменился. Словно сигнализируя об окончании банальной светской беседы, свет в глазах генерала изменился. Он выпрямил спину. Естественно, высота, с которой он смотрел на меня, изменилась, учитывая очевидную разницу в нашем росте даже в сидячем положении. — Прежде чем изложить причину своего визита, позвольте задать вам несколько вопросов. Мне сказали, что в плен попал только один член Революционной армии. — Верно. — Было трое, которые совершили на вас нападение. — Это тоже верно. — Двое из них мертвы. Я немного нервничал... Казалось, что меня допрашивают, но все, что он сказал до этого момента, было правдой. Я постарался не обращать внимания на слабые сигналы, которые подавала моя интуиция, и просто кивнул. В этот момент глаза генерала резко сверкнули. — Сообщается, что один из них погиб в результате взрыва, но причина смерти другого весьма туманна. Так позвольте спросить. Как умер тот, другой? *** Немезеус смотрел на Деон Харта, глаза его были острыми, словно он не хотел упустить ни одной мелочи. Он задал этот вопрос не потому, что не знал ответа, а потому, что хотел узнать, как отреагирует граф. На самом деле, причина их смерти была вполне предсказуема. Он просто хотел посмотреть, как ответит Деон. Деон Харт колебался, выглядел взволнованным. Даже это показалось генералу отвратительным, и он слегка нахмурил брови. Немезиус не был узколобым человеком, ненавидящим людей без причины. У него была веская причина, по которой он так не любил Деон Харта. Именно он был свидетелем того, как Деон Харт изменялся шаг за шагом во время восьмилетней войны. Еще до того, как он стал частью авангарда, Немезиус наблюдал за ним. Поэтому он был одним из немногих, кто знал правду о резком изменении личности Деон Харта. Как таковой... «Я не могу сказать, что я его просто ненавижу». Его чувства были столь же тяжелы, как и эта правда. Однако он не мог вечно ненавидеть этого человека, ставшего героем. С момента окончания войны прошло два года, и Немезеус пришел сюда, думая, что, возможно, его состояние улучшилось. — К сожалению, меня там не было, но из того, что я слышал, следовало, что его разорвали какие-то дикие собаки. В нем ничего не изменилось. — ...Так ли это? Он встал без всяких колебаний. Мысли Деон Харта все еще оставались в том времени, когда они были на поле боя, а Немезеус был не из тех, кто дает второй шанс. Он укрепился в своей решимости и довел до конца решение суда, отложенное на всякий случай: Деон Харт был опасным человеком. «Я не могу оставить такого человека рядом с Его Величеством». Как могло случиться, что на дворе графа были дикие собаки? Если уж пришлось врать, надо было придумать что-то более разумное. Тот, кто убил этого человека, почти наверняка был сам Деон Харт. Он должен был использовать свою другую "личность". Удобную личность, которая была бесконечно отвратительна всякий раз, когда он на нее смотрел. — Хорошо. Я перейду к основной причине моего визита. Он знал, что внутри он не злой. Он также знал, что слабость не является грехом. Было одно замечание, которое сделал Его Величество. «Даже если два человека совершили один и тот же грех, его вес зависит от положения человека, и даже то, что обычно не считается грехом, может стать таковым в зависимости от статуса и положения человека». Слабость человека, который нес тяжелую ответственность, становилась бедствием для тех, кто был под его началом. Человек, который научил его этому, был самим Его Величеством, так как же он мог держать рядом с собой такого человека? Как рыцарь, служащий императору, он мог сделать очень мало. Поэтому Немезеус лишь пристально смотрел на Деон Харта, решив еще раз попытаться переубедить его. Его глаза холодно блеснули, когда он озвучил истинную цель своего визита. *** Честно говоря, я был очень взволнован. Внезапно он спросил меня о причине смерти другого члена Революционной армии. С точки зрения империи, их смерть не имела значения. Кроме того, я не знал, как именно умер этот человек. Когда мне стало любопытно, я спросил, почему умер только один человек. На мой вопрос о том, почему он не попал в подземелье, мне ответили только одно: "Его разорвали дикие собаки". При этих словах глаза Ремембера засияли каким-то таинственным светом, но я не придал этому значения. Никого не будет волновать смерть случайного члена Революционной армии, пока остается хотя бы один человек, которого можно допросить. Вероятно, поэтому Ремембер не стал подробно останавливаться на этом вопросе. Пока я в полной растерянности метался по комнате, генерал слегка нахмурил брови. Видя явно раздраженное выражение его лица, я быстро заставил себя ответить. — К сожалению, меня там не было, но из того, что я слышал, следовало, что его разорвали какие-то дикие собаки. — …Так ли это? После недолгого молчания в ответ прозвучал лишь короткий ответ. Затем генерал встал, слегка наклонив голову. Выражение его лица, казалось, таило в себе множество сложных эмоций. Я поднял голову и случайно встретился с ним взглядом. Его глаза были бесконечно холодными. …Подождите, какого черта?! — Хорошо. Я перейду к основной причине моего визита. Я был застигнут врасплох его непонятным изменением отношения, но спросить его об этом я не мог. Он уже сменил тему. Открыв рот, он продолжил в очень деловой манере: Его Величество желает допросить члена Революционной армия, которого вы захватили и сохранить его под своей опекой. Цель - обнаружить их оперативную базу и полностью уничтожить. — Эмм... — Конечно. Он перебил меня! — Это вы поймали его, поэтому вы не обязаны передавать его, если вы против. Поэтому он послал меня, не принадлежащего к императорской семье, лично передать это послание. — ...Неужели? Это большая честь для меня. Однако эти слова были не настолько важны, чтобы вот так просто оборвать меня. Император сказал, что хочет взять этого парня под свою опеку, в конце концов, так что я бы просто передал его без жалоб. Зачем мне это нужно, если он как бесполезный груз, занимающий место в подземелье? Гораздо лучше было просто отдать его, ведь так я смогу заслужить благосклонность императора. Будь то месть или полное уничтожение, на стороне императора шансов на успех было гораздо больше, чем на моей. Вместо того чтобы болтать, я потянул за шнур, висевший в комнате. — Приведите сюда этого члена Революционной армии. — Нет. Приведите его к входу в особняк, а не в комнату. — Извините? Ааа, понял. Отведите его ко входу в особняк, а не сюда. Генерал, не оглядываясь, пошел к двери. Я осторожно заговорил, глядя на его удаляющуюся фигуру. — Вы уходите? — В конце концов, у меня больше нет причин оставаться здесь. — Тогда позвольте мне проводить вас. — Нет необходимости, я прекрасно понимаю, что вы очень занятой человек. Явный отказ. Я просто мысленно пожал плечами и сделал шаг назад. Если бы я пошел за ним, то знал, что мы просто не будем разговаривать, и атмосфера вокруг нас, скорее всего, будет ледниковой. Кроме того, когда я думал о том, что мне предстоит просмотреть огромное количество документов, провожать его было бы, скорее всего, пустой тратой времени. Гораздо эффективнее было обработать еще один документ с помощью Ремембера. Ах, эти документы... Одна мысль о них заставляла меня снова и снова испытывать стресс, я всерьез мог сойти с ума. — До свидания. — Да. После такого отрывистого ответа генерал вышел из комнаты. Только после того, как дверь была полностью закрыта, я зарылся в мягкий диван, чувствуя, что прошла целая вечность. — Все кончено... Мне казалось, что я задохнусь в этой атмосфере. Если бы такие вещи стали обыденностью, у меня вполне мог бы случиться нервный срыв. Нет, это точно. Было бы странно, если бы я этого не сделал. Отдохнув некоторое время, чтобы восстановить душевные силы, я резко встал. «Документы... Я должен позаботиться о них...» Это было ужасно утомительно, но, если бы я откладывал и дальше, меня бы встретили только новые документы. Но ничего не поделаешь. Ааа, я действительно ненавижу заниматься этим. Может, мне просто вернуться в царство демонов? Глубоко вздохнув, я заставил себя сделать уверенный шаг к офису. *** Если не считать визита генерала Немезеуса и наследного принца, день прошел как обычно, без особых сюрпризов. Говоря более понятным языком, все шло своим чередом. Если бы не очередной стук, нарушивший процесс обработки этих проклятых документов, я бы смог завершить этот день без дальнейших осложнений. Ба-бах! Тук-тук. — Его светлость граф свободен? — Аааа! Нееееет!!! — Не могли бы вы отпустить мою руку?! Это вы, ребята, начали! — Ты действительно так собираешься поступить? Как ты можешь быть таким узколобым, когда ты рыцарь?! Неужели ты забыл о наших общих отношениях?! — Между нами нет ничего подобного! Что происходит? Глядя на спокойную улыбку Ремембера, я ладонями закрыл свое лицо. В тот момент мне показалось, что больше никогда не будет спокойного дня. Судя по голосам, один из них был одним из этих бешеных псов, а другой - одним из рыцарей особняка... Было очевидно, кто из них начал все это. «Если я пойду в императорский дворец, я должен попросить их сначала вернуть тех парней. Клянусь, я так и сделаю». Приспешники Дьявола. В особняке было так тихо, что можно было и не заметить присутствия рыцарей. Если бы не эти бешеные псы, они бы ни за что не пришли ко мне в офис. — Входи. — Н-нууу! —Пожалуйста, извините меня. Бам. Дверь открылась, Бах! А потом она закрылась. Я слышал, как за дверью они снова зашумели. — Что ты делаешь?! — Ты серьезно собираешься ему рассказать? — Ты хочешь, чтобы я солгал?! — Ладно, мы были неправы, так что давайте просто пройдем мимо этого, пожалуйста. — Ваши извинения недостаточно искренние. Бам! Дверь снова открылась, и вошел рыцарь. А тот, кто крепко держался за его ногу и был втянут внутрь, был... Конечно, это был член Приспешников Дьявола. Ах, да. Я ожидал, что нечто подобное произойдет. Однако я не включил это в свои расчеты. Я посмотрел на документы, лежащие у двери и разбросанные под ударами этих двух рыцарей, затем посмотрел в сторону Ремембера, рука с ручкой которого дрожала. — ...Позовите мисс Риенн. — Конечно. При этом парень, похоже, услышал, что я упомянул о госпоже Риенн. Человек, державшийся за ногу рыцаря, тут же вскочил и расправил свой белый мундир. Но было уже слишком поздно. Я холодно отвернулся от него и обратился к рыцарю, который только ошеломленно наблюдал за происходящим. — Итак, что привело вас сюда?.. — От имени всех рыцарей графской резиденции я должен сказать, что мы не можем больше находиться рядом с этими людьми. Не был ли тот парень слишком прямолинеен? Напротив, казалось, что в его словах заключено множество эмоций. Неужели он так сильно их ненавидел? Ну, я могу понять его точку зрения. — Я также говорю от имени всех членов Приспешников Дьявола - нет, я имею в виду Благородных Рыцарей - когда говорю, что мы не хотим больше находиться рядом с этими парнями! — Тогда убирайся. — Только через мой труп! Эти ребята не могли быть милыми, даже когда пытались. Неужели госпожи Риенн до сих пор нет? Я хотел как можно скорее убрать этого парня из своего кабинета. А, интересно, что случилось, раз он сказал, что не может быть рядом с ними? Я еще раз посмотрел на стоящего передо мной рыцаря. Я полагал, что его зовут Кейн... Верно? — Сэр Кейн. — Да, Ваше Сиятельство. К счастью, я оказался прав. — Что они сделали? Если раньше выражение его лица показывало, как глубоко он тронут тем, что я вспомнил его имя, то теперь оно сразу же исказилось. Заметив, что в этот момент он гримасничает, он поправил себя и продолжил говорить сердитым тоном: Они просто слишком грубы. Они съели всю еду, предназначенную для рыцарей графской резиденции. — Хм? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (7) — Пока Благородные Рыцари тренировались и поражали деревянные мишени из оружия, хранящегося в тренировочном зале, они сломали одиннадцать мечей и повалили четыре дерева, что в итоге привело к тому, что они несмотря на просьбы продолжали нас атаковать. Я молча смотрел на члена Приспешников Дьявола. Глаза парня перескакивали с места на место, отчего он казался взволнованным, но потом он решил снова стать наглым и надул грудь. — Это была тренировка, тренировка. — Заткнись! Как ты можешь называть что-то тренировкой, когда ты атакуешь даже тогда, когда мы должны отступить?! — Противнику все равно, есть у тебя перерыв или нет. К таким вещам нужно привыкнуть. — Тогда зачем ты украл нашу долю еды! — Эмм, это тренировка на случай, если у вас не будет хватать еды. — А, лекарство для желудка... Я не мог поверить, что этому стойкому рыцарю нужны лекарства от желудка... И это всего лишь через неделю. Я не мог ничего сказать. Найдя в нагрудном кармане какое-то лекарство от желудка, сэр Кейн с нетерпением обратился ко мне: Число рыцарей, которым необходимо принять это лекарство, резко возросло. Пожалуйста, сделайте что-нибудь с этими сукиными детьми - я имею в виду Благородных Рыцарей. — Ты назвал нас сукиными детьми? — Нет. — Черт возьми! Может, я покажу тебе, кто тут настоящий сукин сын? Вспомнив, что было неделю назад, я вспомнил, что у всех рыцарей в резиденции графа был румяный цвет лица. Затем я посмотрел на изможденное лицо сэра Кейна и повернулся, чтобы еще раз взглянуть на рыцаря из Приспешников Дьявола. Он, видимо, каким-то звериным чутьем заметил мой взгляд и отступил, а затем стал чесать голову в слабой попытке изобразить извинение. На самом деле, я вообще не вижу в этом извинений. — Все-таки мы вели себя гораздо скромнее, чем во время пребывания в императорском дворце... — Вы и в императорском дворце занимались подобными вещами?! Погодите, они пошли еще дальше, чем они вообще там занимались? Вот сумасшедшие ублюдки! Плюх. Кровь капала на пол. Точно. Я был настолько измотан всем этим, что у меня стало безумно повышаться давление, которое, казалось, организм просто не выдержит. — Ваше сиятельство! — Капитан, нет, сэр граф! Я быстро зажал нос и откинулся в кресле. Черт побери, а я-то думал, что у меня давно не было крови. Зрение стало нечетким, веки как будто потяжелели. Вскоре наступила темнота. Последнее, что я увидел, это появление в комнате Ремембера и мисс Риенн. «Хорошо. А теперь избейте этого ублюдка прямо у меня на глазах...» До моего носа донесся знакомый запах моего одеяла. Когда я открыл глаза, передо мной предстал очень знакомый потолок. Я не мог понять, что происходит, и несколько раз моргнул. — Вы не спите? Спокойный голос донесся до моих ушей. Я знал только одного человека, у которого был такой спокойный голос. — Ремембер. — Да, Ваше Сиятельство. — Как долго я здесь лежу? — Прошло не так уж много времени. Час и 24 минуты, если быть точным. Давненько я не терял сознание из-за кровотечения из носа, не правда ли? Пока я был без сознания, они, видимо, вызвали врача, так как я видел, что один из них ждал неподалеку, а теперь подошел, чтобы осмотреть меня. Словно не замечая врача, Ремембер совершенно открыто смотрел на меня и спокойно разговаривал. — Что бы вы хотели сделать? — А? — Рыцарь, потревоживший вашу светлость, взят под стражу госпожой Риенн. По вашему требованию он будет немедленно доставлен к вам. Его серебристо-голубые глаза хитро блестели. Столкнувшись с ним лицом к лицу, я, не моргнув ни разу, первым опустил взгляд. — Не могли бы вы тогда вызвать их снова? — Да, я сделаю это немедленно. — Нет. Скажите им, чтобы ждали в офисе. Пусть не заходят сюда. — Хорошо. Он выглядел удивленным, но не спросил о причине. Ремембер слегка приоткрыл дверь и заговорил со слугой, ожидавшим снаружи. Затем, вместо того чтобы уйти, он занял позицию в шаге от моей кровати. Я удивлялся, почему он так настаивает на том, чтобы остаться здесь, но, похоже, это было связано с доктором. — Хотя его организм невероятно слаб и накопилась изрядная усталость, серьезных проблем со здоровьем нет. Я ничего не могу сделать, но рекомендую быть осторожным и не допускать чрезмерного переутомления и стресса. — Неужели? И все же мы так сильно отстаем с оформлением документов... Это довольно проблематично. Может быть, он остался не потому, что беспокоился за меня, а потому, что хотел знать, смогу ли я продолжить оформление документов?.. У меня по коже побежали мурашки, и удивленный доктор тут же подбежал ко мне и еще раз осмотрел меня. Я еле успел отослать его, несколько раз заверив, что со мной все в порядке. В любом случае, этот парень уже должен был добраться до офиса. Я должен пойти туда в ближайшее время. Когда я покинул свою кровать, Ремембер, естественно, последовал за мной. Он был моим дворецким, так что, конечно, он... «Но почему он следует за мной?» По какой-то причине доктор тоже пристроился рядом. Я искренне удивился, когда, обернувшись, увидел, что он идет за мной. Он уже некоторое время нерешительно поглядывал на меня. Казалось, что он не успел уйти и просто последовал за мной. Я мысленно прищелкнул языком, глядя на него, и открыл дверь в кабинет. Мне ничего не оставалось, как похвалить решение своего врача и отправиться с ним. — Уххх Меня встретило опухшее лицо члена Приспешников Дьявола, похоже, основательно избитого. Видя это, я отчаянно пытался сдержать смех, от которого у меня снова пошла кровь. Доктор поспешно протянул мне носовой платок. Я послушно выполнил его указания и зажал им кровоточащую часть носа, пока он смотрел на меня с серьезным выражением лица. «Лицо этого парня кажется знакомым... Как его зовут? Мил? Мал? Молон?» — Как тебя зовут? — А? Вы что, забыли? Я Милан. И вы забыли мое имя из всех, что есть в этом мире... — Сволочь! — воскликнула мисс Риенн, стоявшая рядом с Миланом в качестве его начальника. Она выглядела готовой в любой момент ударить его еще раз. Этот парень всегда был таким. Что я могу сделать? Наверное, ей было бы гораздо легче, если бы она просто сдалась, как я. Я поспешно остановил ее и подошел к своему столу. К счастью, с документами все было в порядке, несмотря на сильное кровотечение из носа. ...На белой части бумаг были красные пятна, но буквы все равно можно было прочитать. В любом случае. — Милан, у меня есть вопрос. — Спрашивайте, сколько хотите. — А что вы делали в императорском дворце? Поэтому я и позвал его к себе. Я вообще-то не собирался его наказывать. Даже если он и был таким, мы все вместе сражались во время восьмилетней войны и прикрывали друг друга. Эти ребята даже засуетились, заявив, что будут защищать такого некомпетентного человека, как я. Как я могу их строго наказать? — Э-э-э... А вы не собираетесь меня ругать? — Ты! — Мисс Риенн, все в порядке. Я не буду его ругать, так что пусть рассказывает. Честно говоря, я немного нервничал. Какие неприятности он мог доставить, если его всё равно уже ругали? На случай, если я снова упаду в обморок от повышения давления, я взглянул на пытающегося улизнуть врача и мягко улыбнулся ему. Затем, переведя взгляд с одного на другого, Милан почесал щеку и медленно начал свой рассказ. — Начнем с более тривиальных вещей: я разрушил несколько зданий, когда пытался поймать членов Революционной армии. — Тривиально... Подожди, Революционная армия? А как же те парни, которые напали на мою карету и бросили бомбы в мой особняк? Я знал, что они были членами Революционной армии, но почему они подняли такую шумиху, чтобы поймать их? — Ну, как я уже говорил во время набега на карету, Его Величество поручил нам усмирить революционную армию, бесчинствующую в императорской столице и требующую денег. Говорил ли он мне об этом? Я не был уверен, потому что память о том инциденте практически исчезла. Значит, именно эти ребята спасли меня там. Неудивительно, что я каким-то образом оказался в банкетном зале, когда последней моей мыслью было, что я сейчас умру. Каково же было мое потрясение, когда я пришел в себя. «Тогда почему я тогда был весь в крови?..» Когда я посмотрел на него сузившимися глазами, он замялся и начал нести какую-то чушь. Конечно, все, что выходило из его уст, было оправданием. — Но они не просили нас выплатить им компенсацию. Теперь, когда он заметил, что я смотрю на него, он стал говорить более осмысленно. А не послать ли мне этих ребят в императорский дворец прямо здесь и сейчас? Надо, видимо, спросить и о тех нескольких зданиях. Мое молчание, похоже, его сильно обеспокоило. Потея, парень оглядел комнату, затем, наконец, выплюнул на пол нечто, похожее на "Я больше не знаю, что сказать". — Вы знаете, как трудно поймать этих ублюдков из Революционной армии? Они бегают с бомбами и оружием. Разрушить несколько зданий — это не так уж необычно! — ...Сколько именно зданий имеется ввиду под "несколькими"? — Э-э-э... Двенадцать домов? Мисс Риенн посмотрела на меня сбоку и прошептала: Может, мне его всё таки избить? Подумав немного, я покачал головой. Если он называл разрушение зданий "пустяковым" делом, это означало, что он был причиной гораздо худших вещей, поэтому я хотел сначала выслушать его. — Что-нибудь еще произошло? — Я вступил в бой с имперской гвардией. — С императорской гвардией... — У нас возникла небольшая перепалка, которая переросла в небольшую драку. — Небольшую драку?.. — А, мы, конечно, не проиграли. Все закончилось вничью. Против императорской гвардии! — На самом деле, нас вроде как поставили в оборону, но нам удалось откусить одно из ушей капитана! Как смешно, такой парень стал капитаном, а в итоге получил такую зияющую рану только из-за этого. Конечно же, я не упустил такой шанс! Хахаха! — Мисс Риенн, пожалуйста, уберите этого парня. — Вы хотите, чтобы его избили? — Да, и пожестче. — А? Мисс Риенн? Почему вы хватаете меня за воротник?.. А? Сэр Граф? Сэр Грааааафф!!! Вы сказали, что не будете меня ругать... Бум! От шума меня быстро отгородил Ремембер, который любезно закрыл за ними дверь. Я сказал, что не буду его ругать. Но я никогда не говорил, что не буду злиться. Конечно, все это было чушью. В конце концов, он только и делал, что говорил глупости, так почему я не могу делать то же самое? В какой-то момент я перестал растирать заднюю часть шеи и потрогал под носом. К счастью, кровотечение прекратилось. Шея также чувствовала себя нормально. «Что мне делать с этим парнем?..» Нет, весь рыцарский орден на самом деле был проблематичен. Что мне делать с этими проклятыми Благородными Рыцарями?.. Глубоко вздохнув, я велел доктору, все еще бродившему по кабинету, удалиться, а затем взял в руки один из документов. И через некоторое время я снова вскочил со стула. «Вот и все!» Причина, по которой эти парни ходили и создавали проблемы, заключалась в том, что в них оставалось слишком много энергии. В таком случае, может, мне просто заставить их тратить всю энергию? Я слышал, что на территориях, прилегающих к границе, бродят чудовища. Разве не прекрасно, если я пошлю этих ребят разобраться с ними? Так я уберу их с глаз долой, и это заставит их сжечь избыток энергии! Успокоившись, я написал приказ, напевая в душе веселую песенку. Однако... — Сэр граф! Я вижу там монстров! — Да... Вопреки моим планам, я оказался втянутым этими проклятыми идиотами в миссию по покорению монстров. *** Когда члены Благородных Рыцарей получили задание по покорению монстров, их реакция была совершенно иной, чем у обычных людей. Это было очень опасное задание, и им даже пришлось бы ехать на границу. Несмотря на то, что им предстояло вступить в опасный для жизни бой, они радостно ликовали, а не испытывали шока или гнева. Они думали, что их накажут, но вместо этого капитан дал им такое увлекательное задание! Для них это было почти как каникулы! — Вот это да, как и ожидалось от сэра графа! Я думал, что сойду с ума от такой скуки! Наверное, он заметил, что мы не ввязываемся в неприятности без причины! — Он так хорошо заботится о нас несмотря на то, что так занят! Кто тот ублюдок, который проклял сэра графа?! — Я не проклинал его?! Я просто указал на огромную разницу между нами и рыцарями поместья! — Так это был ты! Молодые люди в аккуратной белой форме прыгнули на мужчину. Их целью был Милан, который в панике приседал. Последовал отчаянный крик. В этот момент Клеттер, один из более спокойных членов группы, сумел прийти в себя и поднял листок бумаги с написанным на нем приказом, который они отбросили в угол и надолго забыли. Клеттер был уверен, что эти ублюдки даже не прочитали его как следует. Поэтому он тщательно следил за тем, чтобы сделать это. Как он и ожидал. — Туда должны отправиться только мы, рыцари, верно? Сэр граф с нами не пойдет. — ...А? — Что? Наступила тишина. Те, кто был занят избиением Милана, тоже посмотрели в его сторону. Они смотрели на него круглыми глазами, как будто не понимали, о чем он говорит. Это заставило Клеттера подпереть рукой лоб и покачать головой. — Такие вещи надо читать до конца, ребята… ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (8) — Нет, разве это не чудо, что мы, вообще умеем читать и писать? Вы должны гордиться нами за то, что мы так много читаем. — Хи-хи, учителям, конечно, было нелегко с нами. — Почему им было нелегко? Общаться с ними было так весело, что я только и делал, что подшучивал над ними, а потом они все бросили. Поэтому мне пришлось учиться у генерала Немезиуса. Это было так страшно. — Значит, только мы, рыцари, отправимся на задание? Без сэра Деона? Разговор, ушедший далеко от темы, быстро вернулся в русло. Подобные разговоры были почти характерны для Благородных Рыцарей. В этом не было ничего необычного. — Да, — со вздохом ответил Клеттер. — А почему? — Откуда мне знать? Парень смотрел прямо вниз жалкими глазами. Он пробормотал, что его это задело, после чего их накрыла тишина. Клеттер, напряженно размышлявший над этим вопросом, вдруг оглядел своих коллег. Наступившее молчание оказалось более продолжительным, чем он ожидал. Независимо от того, размышляли они или отвлекались от работы, Благородных Рыцарей редко можно было увидеть спокойно сидящими на одном месте. — ...У вас текут слюни. — Хаа. Да, чего он ожидал от этих парней? Он был просто рад, что в данный момент они не доставляют никаких хлопот. В итоге именно ему предстояло в очередной раз перевести разговор в другое русло. — На данный момент, единственный рыцарский корпус, который был отправлен, это наш... Вероятно, потому, что место назначения находится недалеко от границы. Только один Рыцарский корпус был отправлен на задание по покорению монстров — это было редкостью. Очевидно, что количество отправляемых на задание по покорению монстров корпусов зависело от их численности. Обычно отправлялось не менее двух-трех рыцарских корпусов... Клеттер захихикал. Если бы это были обычные рыцари. «Пока монстры способны испытывать эмоции, проблем быть не должно». Даже если они не могли убить их всех, они могли, по крайней мере, прогнать их. Тогда не хватало только графа. Учитывая его характер, он, вероятно, хотел пойти с ними, но это должно было его очень расстроить. Он давно не видел крови и в последнее время практически весь день жил в своем кабинете. Перед ним была такая хорошая возможность вырваться из этой жалкой рутины, так почему же он ею не воспользовался? Как раз в тот момент, когда он собирался погрузиться в серьезные размышления о сложившейся ситуации, его прервал голос: А почему? Клеттер нахмурил брови. Он думал, что они просто глупы, но, похоже, пока он не видел, они стали еще глупее. Неужели им было так трудно понять, почему в район, расположенный вблизи границы, можно направить только один рыцарский корпус? — Вы, идиоты, как вы думаете, что подумают другие королевства, если несколько рыцарских корпусов бросятся к границе для выполнения простой миссии по усмирению монстров? — Ты только что назвал меня идиотом? Я это знаю, понятно? Я не это имел в виду, когда спрашивал, почему только наш рыцарский корпус идёт. Ведь даже сэр Деон поехал один. — О, это? Я слышал, что он возглавил армию соседнего лорда, так что технически он сделал это не в одиночку. Но сейчас важно не это. Сэр Деон... — Мне кажется, я знаю, почему он не идет с нами. Знакомый голос прервал его. Когда он повернул голову, чтобы найти его источник, то обнаружил, что Милан поднял руку. Он был так сильно избит, что выглядел просто ужасно. Даже его одежда была покрыта грязью, что резко контрастировало с их белой формой. Размышляя об этом, Клеттер все же больше внимания уделял своим словам, а не суете вокруг своей одежды. — Ты знаешь причину, а? В чем она заключается? — Когда я на днях зашел к нему в кабинет, то увидел на полу кипы документов. Похоже, что все они просрочены. — Короче говоря, он слишком занят, чтобы даже участвовать в этой небольшой экспедиции? — Черт. — Сэр Деон, мне так жаль его... Среди членов ордена возникла суматоха. Если вспомнить, то на днях он потерял сознание после того, как у него пошла кровь из носа. Вероятно, это произошло потому, что он не смог справиться со стрессом, вызванным обработкой всех этих просроченных документов. В тот момент, когда он пришел к такому выводу, одна и та же мысль возникла в голове у всех членов отряда. — Мы должны взять сэра Деона с собой на миссию по покорению монстров. — А разве мы на самом деле не единственные, кто может спасти сэра Деона от его судьбы? — Врач также сказал, что ему следует быть осторожным и не накапливать слишком много усталости или стресса. — Стресс... Как мы и думали, взять его на покорение монстров - правильный ход. — Разве его усталость не улетучится, если он примет участие в покорении? Ведь когда сэр Деон на днях вернулся из экспедиции, разве его лицо не сияло? Любой, кто смотрел на него, мог сказать, что он совершенно посвежел. Приспешникам Дьявола нравился Деон Харт. Они уважали его как своего начальника, как благодетеля, спасшего им жизнь на поле боя, как великого полководца, который не допускал дискриминации по отношению к ним, простолюдинам, и старался сохранить им жизнь, как мог. Как он мог им не нравиться? Поэтому, когда они узнали, что он потерял сознание, они были очень удивлены, хотя и не показали этого. Полагать, что подобное больше не повторится, было бы неправильно, так как его организм был очень слаб. Однако рыцари хотели хотя бы в меру своих возможностей сократить количество подобных случаев. Результатом этих настроений стала нынешняя ситуация. — Пойдемте донимать сэра Деона! Ради него они должны были потащить графа с собой на задание! Несколько молодых людей в белой военной форме с торжественным выражением лиц устремились к кабинету. Один из рыцарей особняка, держа в руках лекарство от желудка, шел по коридору и случайно стал свидетелем этой сцены, в результате чего выронил флакон. — Что они замышляют?.. *** После того, как я решил отправить Приспешников Дьявола на задание по покорению монстров, я продолжил работу, чувствуя себя довольно расслабленно. Теперь, когда эти ‘бешеные псы’ наконец-то ушли в другое место, я почувствовал, что наконец-то могу вздохнуть. Я немного нервничал, потому что их пункт назначения находился недалеко от границы, но был уверен, что они позаботятся об этом. Они же не дураки, в конце концов. — Ваша светлость? Какие-то проблемы? — A, нет. Все в порядке. Теперь, когда моя главная проблема была на некоторое время решена, я обсуждал с дворецким Ремембером наличие "шпионов" в графском особняке. Точно, тот сукин сын, который быстро сообщил врагу о моем возвращении и устроил засаду, когда я направлялся в императорский дворец. Я не мог просто так отпустить этого ублюдка. Я не мог просто уволить всех слуг, поэтому мне пришлось придумать эффективный способ разобраться с этим, причинив при этом как можно меньше вреда... — Сэр Деоооооон!!! — Мы не можем в одиночку отправиться на задание по покорению! — Пойдемте вместе! Рыцари, от которых я хотел поскорее избавиться, вдруг засуетились. Какого черта эти идиоты делали? Куда, по их словам, они хотят пойти вместе? Ручка выпала из руки. Ремембер просто наблюдал за происходящим, как будто ему была интересна эта ситуация, его глаза слегка сузились, создав на лице несколько морщин. Я с недоумением посмотрел на рыцарей, гордо занимающих одну сторону моего кабинета. Они восстали против меня, потому что я послал их на опасное задание, не так ли? Не говорите мне, что они хотели, чтобы я пошел с ними и они могли меня убить в процессе? Они просто заставят меня исчезнуть, как только мы доберемся до места назначения, не так ли? — Если быть точным... Вы поедете не одни. С вами поедет госпожа Риенн, верно? — Разве госпожа Риенн не является членом Рыцарского корпуса?! Так что это будем "только мы"! Хорошо, что она попала туда благодаря кумовству. Конечно, это была просто легкомысленная шутка, и я не испытывал к ней никакого презрения. Скорее, это ребята до меня всегда относились к ней как к чужаку, утверждая, что она попала к ним по связям. Ремембер, который только что наблюдал за происходящим, медленно шагнул вперед, так как я потерял дар речи в своем недоумении. — Может быть, это самонадеянно с моей стороны - считайте это вмешательством старика, - но почему бы вам не пойти с ними? — ...Мне? — Да, этот старик достаточно побеспокоил Вашу светлость за последние несколько недель. Я прошу прощения за это, так что, пожалуйста, считайте это коротким отпуском и сопроводите их. Если кто-то извинился, разве он обычно не говорит другому, чтобы тот делал все, что хочет?.. Я понятия не имел, какое выражение лица было у меня в тот момент, потому что был просто невероятно ошарашен всем этим. Как бы отражая мое неясное выражение, Ремембер заговорил с серьезной улыбкой на лице. — Доктор сказал Вам, чтобы Вы не переутомлялись и не перенапрягались, поэтому не следует ли Вам время от времени делать перерывы? Да, я должен делать "перерывы". Однако нельзя считать "перерывом" миссию по покорению монстров. Это была чрезвычайно сложная и опасная для жизни работа! Разве не было известно, что усталость и стресс накапливаются невероятно быстро, если человек отправляется на такое задание? Я тоже был обычным человеком, и чтобы он сказал мне что-то подобное, как, черт возьми, ему это в голову пришло?.. — Когда Ваша светлость вернулись с миссии по покорению монстров, разве Ваше лицо не выглядело очень свежим? Даже темные круги под глазами исчезли, и хотя я тогда не мог этого сказать, но старик тоже был очень удивлен. — А, это... Это потому, что в царстве демонов я всегда был хорошо отдохнувшим. Я мог просто лежать весь день, не занимаясь бумажной работой, поэтому, конечно, мои темные круги были менее заметны. Теперь, когда я думал об этом, мне действительно хотелось снова вернуться в царство демонов. Там я накапливал только умственную усталость, а здесь мое тело накапливало еще и физическую. Мне казалось, что я вот-вот сойду с ума. Ну, как только я туда ступлю, я, наверное, снова начну скучать по миру людей. — Все равно вся эта работа была отложена. Будьте уверены, никто не заметит, если вы задержитесь еще немного. Я сделаю все возможное, чтобы упорядочить документы. — Но это же... — Правильно, сэр Деон! Пойдемте вместе!!! — Я имею в виду... Но я не хотел уходить. Причина моего посвежевшего вида не в этом. Однако если бы я сказал им об этом, мне пришлось бы объяснять, почему исчезли мои темные круги, что неизбежно загнало бы меня в угол. В конце концов, у меня не было другого выбора. Следующие слова Ремембера стали решающим ударом. — Если Ваша светлость пошевелится, человек, скрывающийся в особняке, тоже сделает шаг. Этот старик обязательно поймает его, так что вашей светлости следует просто выйти и наслаждаться походом. — Хорошо... Он даже сказал, что мы можем поймать этого шпиона таким образом. В конце концов я согласился, произнося слова побежденным голосом. Вот так и получилось. — Сэр граф! Я вижу там чудовище! — Да... — Пойдем, убьём его! — Где вы научились просто безрассудно бросаться в атаку, даже не дожидаясь приказа капитана?! Вы что, не можете сначала хотя бы в строй встать?! Кх, кх!! — Лидер... — Это не Лидер, а "Капитан". «Где я? Кто я?» Почему я оказался в этом чрезвычайно опасном месте с этими сумасшедшими рыцарями? В то же время единственным лучом света для меня была мисс Риенн, которая умела управлять этими бешеными собаками. Если подумать, то именно по этой причине мисс Риенн была принята в этот корпус. Сначала я поставил Милана, самого сильного бойца среди них, на место лидера, но как только этот парень видел врага, он срывался с места и с криком бросался на него. Тогда я поставил на эту должность самого спокойного из них, Клеттера. ~ —Эй, ребята, вы видите врага вон там? — Если да, то поехали! Вперёд!!! ~ Тогда я понял, что на самом деле он не был спокоен, а только казался таковым. В конце концов, он тоже оказался одним из этих бешеных псов. Он считал, что достаточно крикнуть "Вперёд", чтобы командовать. Я никогда не смог бы выбрать лидера из этих ребят. Если бы я это сделал, это означало бы верную гибель. Это совершенно очевидно. В результате была приглашена Риенн Райнер. Даже если бы она не попала в ту ситуацию, в которой оказалась, она была более чем достаточно способна, чтобы официально вступить в хороший рыцарский корпус. Мне было даже жаль ее. Именно поэтому я всегда смотрел на мисс Риенн, чувствуя себя матерью, которая неправильно воспитала своих детей. И все же эти огромные идиоты продолжали создавать проблемы, используя мои слова в качестве оправдания, не зная, что я на самом деле чувствую. Они и сегодня не вели себя иначе. — Не знаю, безрассудно это или нет, но именно сэр граф велел нам вот так броситься на врага... — Правильно, он сказал, чтобы мы нападали на них, что бы ни случилось. — Не говорил ли он что-то вроде того, что мы должны стать безумцами, до которых никто не посмеет прикоснуться? Клевета! Когда это я такое говорил?! Я даже разрешил этим парням пожить в моем особняке, и вот как они мне отплатили? Я взглянул на мисс Риенн. Я искренне надеялся, что она не поймет меня неправильно. Любой человек, имеющий глаза, мог заметить, что она выглядела невероятно измученной, но не похоже, чтобы она восприняла это неправильно. «Черт возьми...» Как такое может быть? Что, если она решит уйти с поста лидера Рыцарского корпуса? Она была единственной причиной, по которой их можно было держать под контролем. Я поспешил объясниться, опасаясь, что на этот раз она действительно может подать в отставку. — Я... — Я не хотела вас обидеть, ваша светлость. Приношу свои извинения. Не успел я высказаться, как она ни с того ни с сего извинилась передо мной. Подождите, а она не подумала о том, что на самом деле я говорил им делать что-то подобное? Неужели она не подумала, что они могут лгать? Я совершенно потерял дар речи, встретившись с ее твердым взглядом, в котором не было ни малейшего намека на колебания. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почётный граф Деон Харт (9) Резиденция графа Харта была хорошо известна, так как была предоставлена графу самим императором. За особняком этого известного места в безлюдном лесу слуга разложил еду. Он выглядел озабоченным, глаза его дрожали. Он несколько раз оглянулся по сторонам, как будто не с самыми чистыми намерениями, затем поднял голову и негромко присвистнул. Шух! На его руку приземлилась обычная птица. Он легонько похлопал её, привязал к лодыжке маленький кусочек бумаги и одним плавным движением снова пустил в полет. Он должен был торопиться. Если он задержится, и другие служители особняка заметят, что он сделал, у него будут серьезные неприятности. — Вы закончили? Вздрогнув, слуга обернулся. Почему-то возле ближайшего дерева стоял пожилой мужчина в аккуратном фраке и смотрел на него. Старик был человеком, которого не мог не знать каждый из слуг, работавших в этом особняке. Он был главным дворецким особняка. Ремембер, его отличали серебристо-голубые глаза и волосы. Он с нечитаемым выражением лица посмотрел в сторону уже улетевшей птицы, а затем опустил взгляд на сопровождающего. — Я в какой-то степени ожидал этого, но не думал всерьез, что шпион - это действительно вы. — Сэр Батлер. Паника слуги была недолгой. Он попытался придумать оправдание, но быстро закрыл рот. Его действия были слишком очевидны, чтобы он мог их объяснить. Единственным выходом для него было убить дворецкого. К счастью, этот лес редко посещался людьми, и других свидетелей поблизости не было. Даже если бы дворецкий был крепким и не простым стариком, слуге не составило бы труда убить его. Конечно, он знал, что этот старый дворецкий перед ним - странный человек, который смог одолеть члена Революционной армии, но у него не должно было возникнуть особых проблем. В конце концов, он собирался использовать оружие. Быстро приняв решение, слуга обхватил пальцами рукоятку кинжала, лежащего в кармане. Его глаза быстро скользили по сторонам, как будто он смотрел куда угодно, только не на Ремембера. — Мне также необходимо знать... — Аааааааа! Хруст! Голова слуги была полностью отрублена. Она упала на землю перед его телом, которое еще успело сделать шаг вперед, прежде чем рухнуло. Ремембер остался на месте и просто смотрел на развалившийся труп. Несмотря на то, что слуга внезапно умер на его глазах, он не убежал. Он не закричал. Он даже не проявил никаких признаков удивления или шока. Он просто смотрел на труп спокойными глазами и медленно переводил взгляд дальше за него. Человек в черном, которого он раньше не заметил, стоял на небольшом расстоянии от того места, где находился слуга. Ремембер, глядя на залитый кровью меч в своей руке, медленно проговорил: — Мне даже не нужно в это вникать. Более чем очевидно, кто за этим стоит. Это должны были быть либо дворяне, либо войска враждебных королевств, либо революционная армия. Наиболее вероятная группа — это дворяне, особенно герцог Иллюстер, глава этой группы. Засадить шпионов в резиденцию графа было бы довольно сложно, если только не обладать значительным влиянием. Если принять это во внимание, то враждебные королевства были слишком далеки от империи, чтобы иметь здесь сильное влияние, а Революционная армия имела слишком мало влияния, чтобы заселить шпиона в особняк графа. Они даже были вынуждены скрываться, поскольку не имели должной базы. Конечно, он не мог быть уверен только в этом. Но получатель только что улетевшей куда-то птицы должен был быть тем, кто хотел раскопать информацию о графе, так что ему не нужно было так беспокоиться об этом сопровождающем. «Это может быть немного опасно, но...» Он не мог быть уверен, если бы был один, но сейчас он был с рыцарями, так что беспокоиться за него было пустой роскошью. Скорее, он молился, чтобы они не убили всех нападавших. Он махнул рукой в сторону человека, который стоял неподвижно, словно ожидая приказа. Не обращая больше внимания на мгновенно исчезнувшего парня, Ремембер посмотрел на труп, окрасивший лесную подстилку в красный цвет, и заговорил с ним, почти выплевывая каждое слово. Его серебристо-голубые глаза не выражали никаких эмоций, как будто случившееся было просто неизбежно. — На основании моих полномочий главного дворецкого - я вас увольняю. *** — Деон Харт отправился на границу, чтобы истребить монстров. Он взял с собой только один Рыцарский корпус. Сжигая полученную записку в свече, герцог Иллюстер медленно причмокнул губами. Его глаза, наполненные лишь легкостью, медленно переместились на Круэла. В ответ на этот убедительный взгляд Круэл ответил примерно так же, как и в прошлый раз. — Я найму убийцу. — Опять этот ответ. — … — Вы говорили то же самое в прошлый раз. Тогда я подумал, что Вы просто забыли, что Революционная армия - это вариант... Однако, похоже, это уже не так. В его фиолетовых глазах появился острый блеск. Круэл молча встретил его взгляд, слегка опустив глаза. Герцог, следивший за выражением лица Круэла во время этой удушающей тишины, снова открыл рот, словно желая дать ему еще один шанс. — Почему вы это предложили? Разве не эффективнее было бы использовать Революционную армию, чем нанимать убийц? Это было вполне естественно. Те, у кого была явная причина убивать, с гораздо большим энтузиазмом отнесутся к этому, чем простые наемники. Таким образом, можно сэкономить деньги и получить более надежные варианты для убийства Деона. Тем не менее, Круэл всегда тонко подталкивал к найму наемных убийц. — …Похоже, что вы не намерены объясняться. — Я был просто недальновиден. — Этого не должно больше повторяться. Герцог только вздохнул, видя, что Круэл не собирается больше ничего говорить. Смахнув пепел, упавший на стол, герцог небрежно сказал ему ровным тоном. — Что ж, хорошо. Делайте, что хотите. Все равно важен результат. — ...Спасибо. — Однако вам лучше не делать этого неуклюже. Иначе вы выставите нас на посмешище. — Я буду иметь это в виду. На этом разговор был окончен. Герцог в последний раз взглянул на лицо Круэла, а затем опустил глаза на новый лист бумаги, который он достал. Как всегда, второй человек просто молча стоял в углу, не проявляя никаких эмоций. Зная, что по выражению лица этого человека ничего нельзя прочесть, он просто уперся взглядом в бумагу и тихо пробормотал про себя: "Мне нравятся послушные собаки". Он хотел подождать и посмотреть, не выкинет ли тот какой-нибудь дешевый трюк. *** — Ты серьезно? Это был человек, который молча помогал Круэлу, даже когда тот сражался на фронте царства демонов. Этот вопрос невольно вырвался из его уст. Он понимал, что невежливо спрашивать его о чем-то подобном, но ничего не мог с собой поделать. — Да. — Все будет хорошо? Его Светлость... Не может быть, чтобы герцог не знал о его планах. Сензер был глубоко озабочен тем, как он отреагирует на действия Круэла. Герцог был умным и очень подозрительным человеком. Поэтому было совершенно ясно, что от его реакции зависит, будет ли Круэл жить или умрет. Поэтому Сензер хотел, чтобы он делал только то, что прикажет герцог, и ничего больше. — Ты же не собираешься нанимать ассасина? Все будет в порядке? Однако Круэл был непреклонен. — Я найму одного, но с дополнительным условием: Если он сумеет нанести ему какие-либо увечья, я отдам ему половину обещанной суммы. — Деньги, необходимые для выполнения этого дополнительного условия... — Это будет сделано из моего собственного кармана. Он не знал, о чем, черт возьми, думает. Что он хотел сделать с Деон Хартом? Сензер наблюдал за выражением лица Круэла, как будто не мог прочитать его мысли о Деоне Харте, но затем отказался от дальнейших размышлений и опустил голову. *** Мое молчание привело бы только к дальнейшему недопониманию. Впрочем, даже если бы я объяснился, она бы мне не поверила. Сев на лошадь бок о бок с мисс Риенн, я быстро сменил тему под предлогом того, что задание по покорению монстров имеет приоритет. Если бы монстров не было, это было бы сложнее сделать. Была причина, по которой мисс Риенн не присоединилась к битве. Во-первых, Приспешники Дьявола были столь же сильны, сколь и безумны, а во-вторых, мне нужен был хотя бы один охранник, потому что я был настолько слаб. Мне и так было обидно, что меня затащили в это место. Еще более обидно будет, если я устану здесь до такой степени, что умру и превращусь в мстительного духа. И если бы мне пришлось назвать еще одну причину, я бы предположил, что она заключается в том, что мисс Риенн просто не вписывается в эту сцену. — УРААААА! — Эй, ты, ублюдок! Какого черта ты делаешь! Все монстры придут сюда! — Почему это я виноват, если ты сам такой беспечный?! — Ты, ублюдок, я убью тебя! — Заткнись и просто убей их! Удар! Бам! Во все стороны брызнула кровь, оставив после себя разорванный труп чудовища. Они так тщательно измельчали монстров, что я подумал, не будет ли результат похож на раздавливание ложкой пудинга красного цвета. Госпожа Риенн должна была участвовать в этой битве вместе с этими безумцами? Это ей просто не подходит. Мисс Риенн была женщиной, которую можно было назвать рыцарем по самому определению. Если бы она попала в эту драку, то была бы вся в крови, даже если бы ничего не делала. Я предполагал, что для нее это будет весьма неприятным опытом. Если что-то могло привести к ее отставке, у меня были все основания не допустить ее участия в этом. И в этот самый момент я ненадолго погрузился в свои мысли... — Ребята! Что вы делаете!? — Хм? Я быстро поднял голову, услышав этот полный гнева голос. Я хотел спросить, почему она так рассердилась, но мое зрение загородил огромный монстр, из-за которого я не мог разглядеть госпожу Риенн. Вместо этого мои глаза встретились с парой глаз, которая находилась прямо передо мной. На секунду все мои мысли остановились. Темное лицо, огромное тело и глаза, которые смотрели на меня с ненавистью и злобой. Он также обнажил клыки, словно собираясь укусить меня. Это было... «Черт, что это за штука?!» Я был настолько удивлен, что не смог даже вскрикнуть. Застыв на месте, я мог только смотреть в глаза чудовищу. Я надеялся, что в тот момент просто потеряю сознание, но это тело, которое никогда не делало того, чего я хотел, не дало мне покоя и в этот раз. Обычно я довольно хорошо владел искусством обморока, так почему же в этот раз я так хорошо держался? Возможно, я должен почувствовать облегчение от того, что не издал какой-нибудь истошный вопль. Я с трудом разжал застывшие губы и пошевелил застывшим телом. — Это... Что... — Казалось, что мы единственные, кому нравится покорять монстров, но, когда я пришел в себя, этот был единственным оставшимся. Остальные уже убежали или были истрёпаны в клочья. — Граф, вероятно, не получите большого удовольствия от этого, поскольку все монстры были отогнаны от него, но это лучше, чем ничего. Сэр Деон тоже должен получить удовольствие. — Ты просто так принес мне тело монстра, верно? Тебе не нужно было этого делать. Тем не менее, я чувствую себя тронутым, спасибо. Что за бред несли эти идиоты? Какой сумасшедший мог наслаждаться этим? Они что, думали, что я из той же породы, что и они? Я бы понял, если бы это была шутка, но я ясно чувствовал, что все они искренни, и поэтому чувствовал себя еще более подавленным. Даже госпожа Риенн отреагировала странно. — Ах, вот как? Почему она согласилась с ними?! Собирая воедино слова членов ордена, я быстро понял, что они от меня хотят. Казалось, что они просят меня убить этого монстра. Они сказали что-то вроде: "Сэр граф тоже должен получить удовольствие", что означало, что они хотят, чтобы я убил его так же жестоко, как они. Сделать это было не так уж сложно. Поскольку я пришел сюда не для того, чтобы играть, я был полностью вооружен. Мне оставалось только выхватить один из кинжалов, пристегнутых к телу, и разорвать этого не сопротивляющегося монстра. «Но мне не очень хочется это делать». Если это произойдет, я почувствую, что что-то внутри меня сломается. Нет, возможно, все внутри меня уже сломано. Я почувствовал это именно в тот момент легкого колебания. ?!. Ощущение холода охватило мой затылок, заставив волосы встать дыбом. Рефлекторно я обернулся. Это было просто инстинктивное движение, направленное на поиск источника этого чувства, но в итоге оно спасло меня. Бах! — Уф?! — Сэр Деон! По плечу словно пробежал толчок, а затем от него распространилось ощущение жжения. Я инстинктивно схватился за плечо и повернул голову в поисках причины боли. — Стрела? Судя по его расположению, первоначальной целью была моя шея. Монстры не стали бы делать что-то вроде этого. Это была засада? Кто это сделал? Если бы они не хотели объявить нам войну, другие королевства не стали бы так нападать на нас. Ведь мы не пересекали границу. «Успокойся». Не зря же я прожил целых восемь лет на поле боя. В голове зашумело, когда вновь пробудились чувства, отточенные на поле боя. Кто на меня напал, я смогу выяснить позже. Сейчас важно было определить количество и местоположение нападавших. Я перевел взгляд на место, откуда прилетела стрела. «Их очень много». Они даже прискакали на лошадях, чтобы преследовать нас, но я даже не заметил, что они подошли так близко - настолько близко, что я был в пределах досягаемости лука. Ах, да, мое зрение и слух были несколько ограничены, потому что мы сражались с монстрами. Эти твари были такими глупо громкими и большими. «Потом...» Как я должен?.. Это было то, что я успел подумать. Мир вокруг меня стал чисто белым, и все мои мысли прекратились. Когда я пришел в себя, все уже было кончено. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Почетный граф Деон Харт (10) — Ваша светлость, вы в порядке?! Разрезав стоящего перед ними монстра, чтобы устранить потенциальную угрозу, Риенн поспешила осмотреть состояние Деона. Стрела глубоко вонзилась в его плечо. Судя по расположению стрелы, она была пущена сзади. Значит, она прилетела не из-за границы. Риенн на мгновение задумалась, а затем снова обратилась к Деону. — Хаа... — ...Ваше Сиятельство? Пошатывание. Она сделала шаг назад, даже не заметив этого. Вот как бы это выглядело, если бы ауры всех безумных членов Приспешников Дьявола соединились? Ее охватило жуткое чувство. В этом медленном, тоненьком вздохе было нескрываемое волнение и безумие. Хруст. Услышав странный звук, исходящий от него, она опустила взгляд и увидела, что Деон обхватил рукой свое плечо, словно намереваясь разорвать его на части. Несмотря на то, что его острые ногти расширяли рану, а руки были в крови... Деон улыбался. — Мисс Риенн. — Д-да! — Режь вот здесь. — Что? — Поторопись. Риенн на мгновение замешкалась, глядя на стрелу, которая медленно выдвигалась, словно подбадривая ее. Из его слов следовало, что Деон хочет, чтобы она отрезала выступающую часть как можно ближе к ране, для того чтобы он не испытывал дальнейшего дискомфорта от стрелы. Если бы Риенн отрезала древко, как он того хотел, Деон бы пока чувствовал себя комфортно, но впоследствии, когда она удалит наконечник стрелы, учерб может быть катастрофическим. Чем больше Деон двигался, тем больше головка стрелы впивалась в его плоть, что требовало еще большего расширения раны для ее извлечения. Естественно, время, необходимое для заживления раны, значительно увеличивалось. Риенн должна была помешать ему это сделать. В конце концов, Деон Харт был главным ‘Мечом Императора’. Его ярко-красные глаза медленно поднялись вверх и сфокусировались на ней, и в тот момент, когда взгляд Риенн встретился с Деоном, она выхватила меч и взмахнула им, словно одержимая. Древко стрелы, торчавшее из раны и трепетавшее на ветру, упало на землю. Деон, почувствовавший уже не такой сильный дискомфорт, удовлетворенно улыбнулся. — Ну что ж, ребята. Кха. Кха. Когда его лошадь сделала несколько шагов вперед, он слегка наклонил голову. Затем мимо него пролетела еще одна стрела, просвистев над его ухом и пронзив землю. Оставив позади леди Риенн, Деон надвинул на голову капюшон своей белой мантии залитой кровью рукой и посмотрел на окружающих его рыцарей. Он сузил глаза, как будто свет раннего летнего солнца был для него слишком ярким, но его рот по-прежнему был растянут в улыбке. — Пора принимать лекарство. Гул! Взгляды членов корпуса полностью изменились. Риенн вздрогнула. Они казались совсем не похожими на тех, кого она знала. Деон лениво вытер заляпанные кровью руки о подол мантии и стал ждать, пока они закончат свои приготовления. Тем временем нападавшие, похоже, не собирались больше затягивать сражение и начали мчаться к ним на лошадях, но никто из присутствующих, кроме Риенн, не ощущал срочности. — У вас есть с собой лекарства? — Только моя доза. — Черт побери. Клеттер, у тебя осталось?.. — Я просто взял с собой одну на случай непредвиденных обстоятельств. А ты даже одну не взял? — Это должна была быть миссия по покорению монстров. Я не ожидал, что мне придется сражаться с людьми. Милан взъерошил волосы, выглядя обеспокоенным. Однако не только он один не взял с собой лекарств: несколько человек бродили вокруг и просили их у других. Деон, наблюдавший за всем происходящим, чистой рукой достал из нагрудного кармана мешочек. — Милан. — Рефлекторно поймав летящий в его сторону предмет, Милан заметил, что это мешочек, и внимательно проверил его содержимое. Он был наполнен чисто-белым лекарством. Сразу же поняв, в чем дело, Милан поднял голову, бросив на Деона недоуменный взгляд. — Разве сэр Деон не может управлять боем даже без этого? Так почему?.. — Я получил это от бессовестного наркомана, когда выполнял приказ Его Величества. — Хах? А… В любом случае, я буду рад его использовать. Оставалось загадкой, как во время порабощения монстров можно было наткнуться на какого-то бессовестного наркомана, но расспросы ни к чему хорошему бы не привели, и Милан быстро отправил одну порцию в рот. На его лице сразу же появилось хмурое выражение. Если положить этот препарат в стакан с водой, то он сразу же растворится. Иными словами, этот препарат, безусловно, создавался не с добрыми намерениями. Однако благодаря своим свойствам он легко усваивался. Если рассматривать его в таком позитивном свете, то его можно было бы назвать хорошим наркотиком, но... «Такие препараты всегда сопровождаются побочными эффектами...» Даже дорогие наркотики поставлялись с побочками, а этот вид был очень дешевым. Если бы тот, кто его дал, не был графом, он, наверное, тут же выплюнул бы его. «Ну... Сэр Граф дал мне его, так что это не должно быть слишком большой проблемой. А если и будут побочные эффекты, то они, скорее всего, не будут серьезными». С выражением отвращения Милан собирался проглотить растаявший на языке наркотик. Остальные, продолжавшие поиски, тоже подошли к нему и положили немного в рот. — А, еще там есть снотворное и парализующие препараты, так что будьте осторожны. — ...Тьфу! То тут, то там слышались звуки выплевываемых изо рта предметов. Некоторые из них с облегчением нюхали влажный препарат, высыпанный на ладонь, и клали его обратно в рот, а другие с кислым выражением лица бросали его на землю. Затем раздался ворчливый голос. — Мы слышали, что у вас есть некоторый иммунитет против подобных вещей, но не заходит ли это слишком далеко? — Вы сами виноваты в том, что не умеете их различать. — Если посмотреть на это, то снотворные и парализующие препараты имеют серьезные побочные эффекты, не так ли? Вы действительно все еще человек, сэр Деон? — Сейчас - нет. — А. — Если ты подумаешь о том, что мы сейчас сделаем, ты тоже не должен чувствовать себя человеком. — Кстати... Риенн, наблюдавшая за этой сюрреалистической сценой, начала заикаться. — Э-э-э... Что это за... лекарство... такое, сэр? — Уличные наркотики. Кх, кх! — Н-наркотики запрещены в империи! Даже если вы граф, вы не должны... — Они негласно разрешили использовать их только для нашего Рыцарского ордена. Пока они не пойманы за их непосредственным использованием, все в порядке. — Что? Это... — Мне кажется, сейчас не время обращать внимание на такие вещи, не так ли? На этом Деон объявил разговор оконченным и спрыгнул с седла своей лошади. Легко перепрыгнув через Риенн, он крутанулся в воздухе, обхватив руками шею мчавшегося к ней парня, и вместе с ним упал на землю. Он упал с лошади! Если бы он сделал что-то подобное, он мог бы не только получить серьезные травмы, но и умереть! Когда крайне удивленная Риенн посмотрела на Деона, она увидела, что он навалился на своего противника. Граф использовал его как подушку, втыкая кинжалы в оба плеча и прижимая к земле нападавшего. Сначала он нанес удар по плечам, затем по обеим рукам. Когда противник корчился от боли, он медленно опустил взгляд. — Может, мне еще и ноги тебе проткнуть? Его слова были искренними. Парень сразу перестал сопротивляться, практически застыв на месте, когда увидел сверкающие красные глаза, в которых плескалось предвкушение. Деон усмехнулся и поднялся с земли. Если бы у него было достаточно кинжалов, он бы пошел до конца, но, к сожалению, у него оставалось только два. Поэтому он перевел взгляд на тех, кто уже вступил в бой, и сказал несколько непринужденных слов Риенн, которая стояла с мечом наготове и ждала приказа. — Мисс Рьенн. — Да, Ваше Сиятельство. — Позаботьтесь о том, чтобы этот парень не умер. — Я буду выполнять ваши приказы. Таким образом, ему больше не нужно было беспокоиться об этой ситуации. Он видел, что члены ордена сражались, словно обезумев. В глазах каждого из них читалось безумие. Если бы обычный человек увидел эту сцену, он бы решил, что эти люди полностью потеряли рассудок. Деон сузил глаза. — Что вы делаете? Это был монотонный голос, ни громкий, ни тихий, не содержащий никаких особых эмоций. Он исходил от человека, сидевшего на лошади позади нападавших. Тем не менее, почему-то все взгляды сфокусировались на его источнике. Шаг. Находясь на грани между разумом и инстинктом, он медленно шагнул к этой лошади. Идти навстречу было равносильно самоубийству, но он не проявил ни малейших колебаний. — Вы потеряли дар речи?.. — ! Мгновенно исчезнув с места, он появился рядом с сидящим на лошади противником, который всё это время говорил и нанес ему удар кинжалом в бедро. Когда парень потерял равновесие от неожиданной боли, граф впился ногтями в рану и стал ее царапать, а затем потянул его за одежду вниз. Вид того, как он без колебаний наносит косой удар, в то время как его противник одновременно падает, заставил всех отвернуться - даже тех, кто привык к жутким зрелищам и занимался подобными вещами. Да, верно. Если бы они действительно сошли с ума, они бы не отвернулись от этого. На губах Деона появилась улыбка и он сказал своему ордену. — Почему вы подавляете действие лекарства? Если их поведение после приема лекарства ничем не отличается от обычного, то какова цель приема препарата? Члены ордена широко раскрыли глаза, возможно, сами не понимая, что совершили такой поступок. Деон, встретившись с ними взглядом, посмотрел на них, как на детей. — Вы, ребята, еще не настолько сильны. Они не были достаточно искусны, чтобы выжить без жестокости. Однако это не означало, что они были полностью защищены от подобных жестоких методов. Они все еще чувствовали вину за свои действия. Вот почему они должны были принять это лекарство. Им нужно было усыпить свое сознание с его помощью. — По-моему, я уже говорил вам. Послышался жуткий звук. Его ярко-красные глаза, изогнутые, как полумесяцы, были обращены в сторону. Возможно, воспользовавшись тем, что он отвлекся, кто-то из врагов попытался устроить засаду. Но парень, подошедший с оружием в руках, только удивленно распахнул глаза. В тот момент, когда он хотел взмахнуть оружием, кинжал вонзился ему прямо в сердце. В тот же миг Деон вложил в руку силу и вывернул ее. Кровь противника брызнула во все стороны, оставив красные пятна на его белых волосах и коже. Деон не остановился на достигнутом. Он схватил парня за волосы, откинул его голову назад и стал раз за разом полосовать кинжалом по его лицу. В отличие от его действий, жестоких и, казалось, наполненных безумием, его голос был до жути спокоен. — У вас должно быть достаточно сознания только для того, чтобы отличать союзников от врагов. Кровь, еще не успевшая впитаться в его волосы, стекала по челке. И как только их глаза встретились с кроваво-красными радужками, скрытыми за ними... «Поддайтесь безумию». Казалось, что члены ордена разом услышали эти слова, уже прочно вошедшие в их сознание, и они не могли не замереть. *** Пока Деон и Приспешники Дьявола разбирались с появившимися из ниоткуда врагами, в королевстве по ту сторону границы назревали беспорядки. Командир, выполнявший важнейшую функцию по защите границы, мог лишь безучастно смотреть в одну точку и рассеянно бормотать. Казалось, он говорит сам с собой, демонстрируя недоверие и глубокое сомнение. — Это Деон Харт, верно? Герой империи. — Учитывая, что у него белые волосы, похоже, что так оно и есть. — Думаю, да, судя по его манере боя. — Я не вижу отсюда цвет его глаз, но он также одет в чисто белую одежду. — Люди в форме, сопровождающие его, определенно являются Приспешниками Дьявола. Так что, вероятно, так и есть. — Ерунда. Какого черта эти парни делали в этом месте? Это было слишком подозрительно, чтобы они могли утверждать, что прибыли для простой миссии по покорению монстров. Два или более рыцарских корпуса были стандартным развертыванием для подчинения этих монстров. В этом корпусе их было слишком мало. Он начал склоняться к версии, что они пришли не просто покорять монстров, а добывать разведданные, как небольшой отряд элитных членов. Но как только он это сделал, возникли новые проблемы. — Что происходит?! Стрела внезапно попала в плечо человека, который, как оказалось, был Деон Хартом. И вскоре между ними и этими новыми людьми, которые казались не менее подозрительными, разгорелась настоящая битва. Сначала они просто растерялись, но теперь они растерялись еще больше. Что происходило? Если эти люди осмелились причинить вред Герою Империи, значит, их поддерживают какие-то могущественные люди. Раздор? В империи было много разногласий? Или это была демонстрация силы против их королевства? Нет, стрела слишком глубоко вонзилась в его плечо, чтобы назвать это таковым. Вероятно, какое-то время ему будет очень трудно правильно пользоваться рукой. В течение некоторого времени?.. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Предзнаменование (1) — ...Как вы думаете, сколько времени потребуется на восстановление после такой травмы? — Она перерезала древко стрелы довольно близко к его плечу, поэтому я думаю, что это займет немного больше времени, чем обычно. — И сколько времени это займет? — Кроме того, похоже, что рана очень глубоко засела, поэтому на ее заживление потребуется не менее месяца. Учитывая последствия... — Неужели?.. Он провел ладонью по своему шершавому подбородку. С момента окончания Восьмилетней войны прошло совсем немного времени. Затянувшаяся война должна была лечь тяжелым бременем на плечи империи. Вдобавок ко всему, Деон Харт был ранен. Поскольку во время войны его отправляли повсюду, маловероятно, что они пойдут на войну без него. В таком случае, не смогут ли враждебно настроенные королевства использовать эту ситуацию в своих интересах? — Не кажется ли вам, что это похоже на демонстрацию силы? — Что? — Не кажется ли вам, что это явная демонстрация силы со стороны Империи против нашего Королевства? — Это больше похоже на одностороннюю атаку на них, чем на демонстрацию силы... К счастью, один из этих парней оказался довольно расторопным. Он быстро наступил на ногу своему невежественному коллеге и прикрыл рот, положительно ответив на вопрос. — Да! Это абсолютно похоже на демонстрацию силы! — Верно! Свяжись с дворцом. Нет, я сам с ними свяжусь! Он должен был рассказать им всю историю. Если он хорошо поработает сейчас, они смогут получить от империи солидную компенсацию. Очевидно, они пришли сюда шпионить за ними под видом поработителей монстров, так что было бы справедливо заставить их заплатить. На лице командира появилась коварная улыбка. *** Слова Деон Харта были настолько пронзительны, что заставили их осознать правду, которую они так старались не замечать. Похоже, он не ожидал ответа, да и рыцари не спешили его давать. Поэтому на маленьком поле боя воцарилась прохладная тишина. Это было не потому, что они боялись. Нет, они были напуганы, но на то была более веская причина. «Говорил ли он так раньше?» «Он сказал так, что я не помню, чтобы он когда-нибудь говорил так резко». «Он научился этому у Ремембера?» «Ремембер, какого черта вы его этому научили?» Члены ордена пытались успокоить свои больные желудки. Это было больно несмотря на то, что Деон не использовал ни одного ругательства. В то время как члены ордена были полностью ошеломлены словами Деона, поразившей их настолько сильно, что они даже не могли пошевелиться, была и другая причина для того, чтобы эта тишина затянулась и для их врагов. «Тот, кто двинется первым, погибнет». Теперь, когда их противники застыли в самом разгаре боя, им следовало атаковать. Однако инстинкты, натренированные многочисленными заказными убийствами, предупреждали их. И это инстинктивное чувство переросло в убежденность, когда их глаза встретились с глазами Деон Харта. Багрово-красные глаза, цвета крови, изогнулись в форме серпов, а уголки рта растянулись в улыбке, отчего казалось, что он ждет, когда кто-нибудь из них сделает шаг. Черт!! Они выбрали не того соперника. Честно говоря, интуиция сразу же начала их предостерегать, когда они получили этот запрос. Однако им предложили слишком большие деньги, и они согласились. Им даже не нужно было его убивать. Достаточно было просто ранить его, кто бы отказался от такого предложения? На самом деле, если бы они хотя бы отступили после того, как попали в него стрелой, и не перестарались, все было бы в порядке. «Черт возьми. Мы стали бесполезно жадными». Помимо жадности к денежному вознаграждению, командир приказал напасть на него, так как считал, что теперь, после подтверждения степени тяжести ранения, его можно взять на мушку. Судя по его поведению и поведению, которое он демонстрировал до сих пор, нападавшие считали, что слухи о нем преувеличены. Они не ожидали, что тот так внезапно изменится. Был только один способ переломить ситуацию, не жертвуя никем. Все они знали, даже не произнося этого вслух. Их проблема заключалась в доверии. «На счет "три" мы должны атаковать одновременно». Раз, Два... Три! — … — … «Грязные ублюдки». «Вы говорите о себе?» Он пытался сделать это уже в третий раз. Удивительно, но никто из них не сдвинулся ни на дюйм. Они даже не вздрогнули. Когда они смотрели друг на друга, раздался голос, который мгновенно изменил атмосферу смертельной тишины. — Я уже заручился поддержкой одного из них для получения информации. Не сдерживайтесь и убейте их всех. — Что? — Какого черта вы делаете? Это не подходит вам, людям, которые даже не умеют хорошо говорить. Взгляды членов корпуса полностью изменились. Если еще недавно они казались обычными "ненормальными людьми", получающими удовольствие от вида крови, то теперь они, похоже, даже не воспринимали своих врагов как людей. Они с усмешкой смотрели на тех, кто находился напротив. Их вид казался жутковатым. Они заставили своих лошадей попятиться и тут же, не раздумывая, выпрыгнули из седла. Казалось, они даже не задумывались о том, что падение с такой высоты может быть опасным. — Вы сволочи! Они были настолько поражены, что из их уст вырвалось несколько ругательств. Бааам! Бахх! Повсюду слышались глухие звуки и тихие стоны. В этом месте, переполненном безумием и кровью, разгорелся настоящий бой, совершенно не похожий на тот, что был раньше. Это был полный хаос. Бесстрашный человек, напавший первым и тут же прижатый к земле, забыл о своей боли и посмотрел на ситуацию. Со всех сторон слышались ругань и крики, и все они использовали всевозможные грязные приемы. Более того, они были невероятно жестоки. Бросать грязь в глаза врагу — это еще можно понять. Даже укусить врага было вполне допустимо. Однако зачем им полностью разрывать на части того, кто уже должен был быть мертв? Он вообще не мог понять этого поступка. Он дрожал. «Приспешники дьявола». Несмотря на то, что теперь у них было отдельное официальное название, эти рыцари по-прежнему были более известны под псевдонимом "Приспешники Дьявола". Он долго думал, почему их больше знают под этим ужасным названием, а не под тем, которое дал им император, но теперь начал понимать. Они улыбались с налитыми кровью глазами, разрывая на части своих врагов. Это делало их похожими на обезумевших от крови дьяволов. Если такие парни, как они, были поставлены в авангард Восьмилетней войны, то вполне естественно, что в итоге они победили. Кто мог остаться в здравом уме перед ними? Неважно, кто был их противником, они бы сошли с ума от страха. Слова, которые они произносили, только усиливали этот страх. — Все ради выживания. Эта фраза совершенно не подходила тем людям, которые, смеясь, пожинали жизни. Это была лишь форма их действий, от которой по телу пробегали мурашки. Эта фраза снимала с них чувство вины, поэтому они без колебаний совершали эти действия. «Дьявольские ублюдки». Он просто наблюдал за происходящим усталыми глазами, а затем отвернулся. Если все подчиненные такие, то что же за человек был их командир, который ставил таких людей себе в подчинение? «Очевидно...» Он был бы еще более сумасшедшим. Деон Харт. Комично, что его называли Героем Империи. Герой? Он потерял дар речи от абсурдности этого звания. О чем только думал император, называя такого, как он, Героем? Когда он посмотрел на него, то увидел, что тот неторопливо расхаживает по удушливому пространству и смеется, как будто искренне радуется всему этому. Он действительно был безумен. Если он не смеялся, то любой, мимо кого он проходил, непременно превращался в кровавое месиво. Трупы, устилавшие его путь, были все изрезаны на ленточки, и невозможно было определить, кто это. Таким образом, ситуация была быстро урегулирована. В невообразимом месте, над которым вновь нависла тишина, слышалось неровное дыхание, свидетельствующее о том, что их возбуждение еще не улеглось. Не в силах смотреть на рыцарей налитыми кровью глазами, которые, казалось, все еще находились под воздействием наркотиков, мужчина устремил свой взгляд на Деон Харта. Он медленно дышал. — Похоже, что ситуация разрешилась. Словно почувствовав его взгляд, красные глаза повернулись к нему. Как только их взгляды встретились, он усмехнулся и шагнул вперед, наступая на нож, вонзившийся в плечо пленного. Когда кинжал вонзился в него еще глубже, он рефлекторно издал слабый стон, реагируя на резкую боль. — Вас ослепили деньги или вы просто глупы? А может быть, и то, и другое... — … — Неважно, сколько людей вы возьмете с собой, все равно все закончится одинаково. Не кажется ли вам, что это просто абсурд - нападать на меня лоб в лоб, когда я с рыцарями? Нога, которая все еще находилась на древке кинжала, слегка покачнулась. Кинжал качнулся вместе с ней из стороны в сторону, расширяя рану. — Больно? — Ааа… — Мне тоже не очень нравится мучить других. Поэтому, если возможно, я бы хотел, чтобы ты просто выложил кто вас подослал... — Но, похоже, это будет не так просто. — Мисс Рьенн, идите и позаботьтесь об остальных. Этот дьявол, все тело которого было окрашено в красный цвет, косвенно выразил желание, чтобы его оставили наедине с ним. *** — Пришла жалоба из Королевства Иреон. Император, томно читавший документы, поднял глаза. Его золотистые глаза, похожие на глаза зверя, казалось, содержали бесчисленные вопросы по поводу только что услышанной фразы. Жалоба? Кто осмелится послать жалобу в Империю? — Похоже, что почетный граф Деон Харт покорил несколько монстров вблизи границы. Затем на них напали, что неизбежно привело к сражению... — Подождите, вы сказали, что на него напали? — Да, это так. — С графом Хартом все в порядке? — Стрела попала ему в левое плечо, и, похоже, он не сможет нормально пользоваться рукой в течение примерно одного месяца. — Целый месяц!.. Он опустил документ, который держал в руках, и прикоснулся ко рту, опираясь подбородком на руку. Между его бровями образовалась морщинка. — Продолжай. — Да, Королевство Иреон утверждает, что эта битва была демонстрацией силы со стороны Империи, и, похоже, они хотят получить компенсацию. — Война — это не то, что мы можем сейчас легкомысленно вести, а поскольку граф Харт в данный момент ранен, они, похоже, считают, что мы будем избегать подобных действий. Есть несколько командиров, которые так думают. Их мышление было очень поверхностным. Если у человека не было сил сражаться, то у него должен был быть хотя бы какой-то разум. В королевстве Иреон не было даже инстинктов выживания, не говоря уже о здравом смысле. Неужели они думали, что империя была таковой только на бумаге? Император насильно присвоил этой стране титул империи. Империей она стала потому, что ее военные силы были достаточно сильны, чтобы совершить такой подвиг. Один из самых ценных членов авангарда не мог сражаться? Конечно, это было обидно. Однако это не означает, что из-за этого они проиграют войну. Деон Харт был лишь одной из многих карт, которые увеличивали процент побед, но его отсутствие не уменьшало их силу. Уголки его рта, все еще прикрытые рукой, медленно загибались. Император Эдуардо заговорил, и на его лице появилась свирепая, зубастая ухмылка. — Кажется, что в последние дни мы были слишком тихими. — Немезиус. — Да, Ваше Величество? — Готовьтесь к войне. — Ваше Величество! Ответ на его приказ пришел от премьер-министра, а не от Немезиуса. Взывая к императору, гранича с криком, премьер-министр тут же попытался отговорить его. Лицо премьер-министра было болезненно бледным. — Прошло всего два года после окончания войны. — Два года — это много. — Война тоже требует огромных средств. — Нам не нужно беспокоиться о деньгах, пока они у нас есть. Стук! Император положил руку на карту. Да, завоевывая, он получал припасы и деньги. Они делали это во время Восьмилетней войны, так почему бы им не сделать то же самое сейчас? Премьер-министр уже не мог ничего сказать и только с тревогой смотрел на императора. Обычно они договаривались и наказывали виновного, а если этого было недостаточно, то даже возмещали ущерб другому королевству в виде денег. Ведь война обходилась очень дорого для обеих сторон. Однако император и не думал делать ничего подобного. — Ваше Величество не будет... наказывать графа Харта? — Что он сделал плохого, чтобы я его наказывал? Он просто пытался заботиться о своей территории. Похоже, что он отправился на порабощение монстров с одним рыцарским корпусом. Разве он не сделал это, пытаясь не провоцировать другое Королевство? Он сделал столько, сколько мог. — Понятно, Ваше Величество... — Премьер-министр. Смех императора был острым, как нож. — Я - тиран. — Даже если бы этого не произошло, я планировал со временем завоевать весь этот континент. Просто так совпало, что это нам на руку. С момента вступления на престол он поставил своей целью завоевание всего континента. В итоге он убил всех своих братьев и сестер, чтобы взойти на трон, и, независимо от причины или правды, он не собирался поступать безответственно. Поэтому он и придумал эту цель. Увидев эту острую улыбку, способную, казалось, разрезать все, что угодно, премьер-министр, которому, казалось, было что сказать, просто опустил голову и закрыл рот. Император просто был слишком одержим ответственностью, до такой степени, что она стала его оковами, и эти оковы вот-вот должны были вызвать катастрофу. «Если вы настаиваете на том, чтобы называть себя тираном, Ваше Величество, то Вам следует просто отбросить это чувство ответственности». Чувство ответственности само по себе не плохо. Однако не следует ли все делать в меру? Начнем с того, что все его приоритеты были обратными. Ответственность перед погибшими братьями и сестрами он ставил выше ответственности перед народом Империи. Он знал, что причиной этого является чувство вины. Это также было причиной того, что он объявил себя тираном. Однако такое развитие событий не могло ему не нравиться. Если случится беда, пусть она не обрушится на империю. Даже считая это безумием, премьер-министр Аэдалл медленно открыл рот, надеясь, что его слова дойдут только до императора. — ...Я тайно подготовлю бюджет. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Предзнаменование (2) — Как и ожидалось, наш премьер-министр быстро соображает. Только после этих слов император расслабил лицо и слабо улыбнулся. Оставался вопрос, который необходимо было решить до начала войны. А пока он подумал, что лучше держать свой выбор в тайне. Опустив глаза, он увидел документ, который читал некоторое время назад. Ознакомившись с его содержанием ­­­­­– информацией о новой псевдорелигии, стремительно распространяющейся в трущобах, – Император вновь заговорил. — Даже если во время войн неизбежно появление подобных псевдорелигий, мы должны хотя бы избавиться от них, прежде чем начинать войну. Во времена хаоса процветали псевдорелигии, подобные этой. Это было понятно. Ведь единственное, на что могли опереться встревоженные люди в такие времена, — это религия. Однако мириться с существованием подобных псевдорелигий в мирное время не стоило. Тем более, если их размеры были весьма угрожающими. С началом войны их мощь будет только расти, поэтому их нужно было заранее полностью уничтожить. «Кому доверить эту задачу...» Жестом приказав премьер-министру удалиться, он на некоторое время погрузился в раздумья. Однако долго размышлять ему не пришлось. — Я просто поручу это Деон Харту во имя наказания... Это было всего лишь уничтожение нескольких фанатиков, так что даже если он был ранен, он должен был справиться с задачей без особых проблем. Если ему удастся уничтожить их начисто, он может даже получить вознаграждение. Сами того не желая, эти мысли вырвались из уст императора. Впрочем, услышать их мог только Немезеус, а по сравнению с войной это было не так уж важно. Ему было все равно. — Ваше Величество, вы только что сказали "Деон Харт"? В этот момент император закрыл рот. Он на мгновение забыл, что Немезеус был яростно против внедрения Деон Харта. Глядя в эти решительные глаза, которые лишь изредка смотрели на него прямо и, казалось, спрашивали, почему он снова хочет послать Деон Харта, он спокойно приложил руку ко лбу. *** — Капитан. — Почему ты не спишь? Завтра нам придется еще раз вернуться на поле боя... У тебя бледное лицо. — Потому что мне приснился кошмар. — Не поднимай здесь эту тему. Просто садись. У тебя сейчас такое бледное лицо... — Это было не раз и не два. Каждую ночь в моих снах появляются люди, которых я убил. Они выглядят так же, как и в момент смерти. Со всех сторон ко мне приближаются разорванные фигуры, с которых капает кровь. — … — Пожалуйста, помогите мне. Я жестоко убил их, как вы и велели, капитан. Я повторял себе, что должен это сделать, чтобы жить, и принимал наркотики, как вы меня учили, потому что не мог вынести всего этого, будучи трезвым. И все равно мне кажется, что я схожу с ума. Это так болезненно. Наркотики действуют только тогда, когда я борюсь, но после этого на меня обрушиваются все воспоминания о моих поступках!.. — Успокойся. Почему бы тебе не сделать глубокий вдох и не попытаться взглянуть на это немного по-другому? — Что? — Ты принимал наркотики не для того, чтобы убивать своих врагов. Ты просто убил их под воздействием этих наркотиков. Ты не мог ничего поделать из-за наркотиков. — Капитан?.. Разве такой образ мыслей не является неправильным?.. — Хахаха, да? Тогда как насчет этого... Ах, я забыл тебе сказать. Ты поранился там. — Что? А? Когда я?.. —… — А! Не трогайте! Больно! — Верно, теперь больно, когда ты понял, что ранен, да? Вообще-то, я тоже надавливал на эту рану некоторое время назад, но ты не заметил. — … — Просто сделай вид, что ничего не знаешь. Даже не пытайтесь думать об этом. Ты сказал, что можешь вспомнить все очень ярко, верно? Эти воспоминания просто более яркие, потому что ты их осознаешь. Оставь в таком же туманном состоянии воспоминания о том времени, когда ты был под действием наркотиков. Даже если они всплывут, просто притворись, что их не существует. Потому что это сделал не ты. — … — Ты этого не делал. *** Когда я пришел в себя, я снова был в своем особняке. Я помнил, что был около границы, когда потерял сознание, но теперь, после того как я снова очнулся, я вдруг оказался дома! Если бы не рана в плече, я бы поверил, что всё это было сном. Я слышал, что остальные каким-то образом разобрались с нападавшими. Я не стал больше задавать вопросов, просто молча кивнул. Я был уверен, что они хорошо поработали, потому что это были не кто иные, как печально известные Приспешники Дьявола. Честно говоря, мне не хотелось слушать подробности. Весь мир знал, что их способ борьбы очень жесток, и вспоминать о той жгучей боли, которую я почувствовал, когда в меня попала стрела, было не очень приятно. И вот, по прошествии нескольких дней, Ремембер тихонько попросил о беседе со мной, придя с огромным количеством документов. «С огромным количеством документов». «Как зловеще». Просьба о разговоре, похоже, была лишь предлогом, как я полагал изначально, но такое количество документов, конечно, пугало. Мне показалось, что вместо Ремембера в комнату вошла груда бумаг. Нет ничего более напряженного, чем бумажная работа. Я не мог вести с ним нормальный разговор, пока он таскал все эти бумаги. Он положил их на стоящий рядом стол. Стол затрясся под тяжестью пачки бумаг, которая, ударившись о стол, издала ужасающий стук. Кашель. — Вы в порядке? — Ах, да. — Вы не кашляли кровью? — Нет. К сожалению. — Это радует. Если бы Ваша светлость кашляла кровью в дополнение к травме плеча, это был бы настоящий шок. Это был сарказм? Я посмотрел на него с угрюмым выражением лица, а Ремембер только мягко улыбнулся, сделав шаг назад. Затем, прочистив горло, он начал говорить с серьезным выражением лица. — Пока ваша светлость занималась усмирением монстров, мне удалось найти крысу. — О. — К сожалению, мне не удалось выяснить, кто за ним стоит. Он склонил голову. Меня поразила та непринужденность, которая содержалась в его действиях. Он казался более изящным, чем любой другой дворянин Империи. Кто же такой этот дворецкий? Я слышал, что он был родом из маленькой, изолированной страны, расположенной где-то в центре континента... Может быть, он был там высокопоставленным дворянином? Мой полет фантазии был быстро прерван его голосом. — Я слышал, что Ваша светлость также не смогла выяснить, кто за этим стоит. — Ааа, да. Он был прав, но почему он об этом говорит? Он с ними сражался, что ли? — Это означает, что люди, стоящие за этим, не так просты. На мой взгляд, это могла быть Революционная армия, герцог Иллюстер - глава дворянства - или лидеры враждебных стран, граничащих с нами. Он не сражался рядом со мной. Мой дворецкий был просто очень компетентен. Он хорошо управлял особняком и занимался бумажной работой. Его этикет был безупречен, а способности к дедукции и рассуждениям - остры как нож. Разве он не был почти универсальным гением? Если бы он еще и умел драться, то вообще был бы искусен во всем. «Подождите, мне кажется, я видел его бой раньше...» Тогда я вспомнил, что однажды он одолел нескольких бойцов Революционной армии. На этом слова Ремембера не закончились. — По моему мнению, виновником должен быть Герцог Иллюстер, но независимо от того, кто из них это затеял, они будут слишком велики для вашей светлости, чтобы поймать их в одиночку. Лучше пока отказаться от этой затеи или обратиться за помощью к императору. Прошу прощения за свою самонадеянность. — Нет... Большое спасибо. Мне показалось, что я ответил ему с излишним энтузиазмом. На мгновение эти загадочные серебряные глаза уставились на меня. В комнате воцарилось недолгое молчание, затем он мягко улыбнулся, как бы желая изменить настроение, и шагнул к стопке документов, которую положил совсем недавно. Н-нет, подождите, почему он... — Мы отстаем по многим документа. — У-у-у... — К счастью, ваша светлость получила ранение в левое плечо, так что у вас не должно быть проблем с тем, чтобы держать перо и писать. Ведь ваша светлость –­­ правша. Бах! Звук, который до этого отражался от соседнего стола, теперь доносился от моего собственного. Сначала я посмотрел на лежащую передо мной стопку бумаг, по спине у меня струился холодный пот, затем взглянул на лицо Ремембера и только потом взял самую верхнюю бумагу. [Проекты строительства плотины на территории Харт...] — Эм. — В чем дело? — Я должен встретиться с Его Величеством. Мне хотелось попросить его вернуть территорию Харт. Я немного забыл об этом. Я не убегал от бумажной работы или чего-то в этом роде. Это было то, что я планировал сделать уже давно. Я взял свою верхнюю одежду, решив, что если настроение позволит, то "попрошу его также забрать обратно Приспешников Дьявола, которые сейчас ошиваются в моем особняке". Я проигнорировал взгляд Ремембера, который преследовал меня до самого конца. *** Я посмотрел налево и увидел, что рядом со мной пьет чай наследный принц. Я посмотрел направо и увидел, что Принцесса висит у меня на руке. Где я? Кто я? Я только что приехал к императору, так почему же я вдруг устроил чаепитие с императорской семьей? Когда я в очередной раз осознал, в какой ситуации нахожусь, у меня пересохло в горле, и я с полусерьезным выражением лица выпил немного чая. «Аромат чая, как всегда, потрясающий». Вздох... Мне некого было винить, кроме себя, что я выбрал неподходящее время для визита. Мне следовало бы приехать чуть позже или раньше, но нет, я должен был приехать именно тогда, когда император в данный момент встречался с кем-то другим. Учитывая, что я всегда встречался с императором сразу же, было довольно необычно, что меня попросили подождать. Кто-то еще приходил в гости к императору до меня, но меня это не касалось. Я был полон решимости терпеливо ждать. Мне даже сказали, что это не займет так много времени, так что я действительно планировал спокойно подождать... ~~~~~ Большое воспоминание — Сэр Граф! Кх, кх!!! — Ваше Высочество Принцесса?! — Извините, господин граф. — Ваше Высочество наследный принц! Наследный принц и принцесса внезапно появились передо мной. Хотя это была довольно странная сцена, в которой наследный принц удерживал принцессу, я быстро разобрался в ситуации. Принцесса хотела снова устроить мне засаду, но принц остановил ее. Ух, чуть не погиб. Лучше бы мне по возможности избегать таких ситуаций. Мое тело было слишком слабым, чтобы выдержать такие грубые объятия, в которых мне пришлось бы нести на себе весь вес принцессы. Когда я молча поблагодарил наследного принца взглядом, он, посмотрев на меня некоторое время, поставил в очень невыгодное положение. — В качестве извинения за сложившуюся ситуацию я хотел бы угостить тебя чаем. Ты согласен? Отказ был неприемлем. Об этом говорили его глаза. Он мастерски заранее заделал все пути отступления, в которые я мог вырваться. — Как только Его Величество освободится, к тебе придет сопровождающий. Рассматривай это как небольшую передышку перед встречей с ним. — А, это... — Разве ты не говорил мне в прошлый раз, что заглянешь к нам, когда посетишь дворец? Это была ложь? — Вовсе нет. Просто я почувствовал себя настолько польщенным, что у меня нет слов. Спасибо, что пригласили меня, Ваше Высочество. ~~~~~ Закончилось И прямо сейчас... Я уже выпил четыре чашки чая, чтобы увлажнить пересохшие губы. …Это не было передышкой. Абсолютно не было. Как ни посмотри, это нельзя было считать перерывом. Это была психологическая война. — Чай тебе по вкусу? — Д-да, да... — Я заставлю их собрать немного листьев, чтобы ты забрал их, когда будешь уезжать. — Спасибо. На самом деле мне это было не нужно. Ну, запах, конечно, был очень приятный. Вкус его был... естественным, без намека на сладость или соленость. Передо мной стояла банка с сахаром, но я не мог просто протянуть к ней руку – эти двое могли заметить мои действия. Вкус был настолько безвкусным, что мне показалось, что я пью парфюмированную воду. Другими словами, это была не моя любимая композиция. Я просто пил его, потому что очень хотел пить. Принц осторожно поднес чашку с чаем ко рту и слегка наклонил запястье. Он просто пил чай, но в его действиях можно было увидеть грацию и достоинство. Так вот что значит быть наследным принцем? Для сравнения, принцесса... — Если просто пить чай, то желудок не наполнится, правда, сэр граф? Съешьте и печенье. — ...Да, спасибо. Я не должен думать об этом дальше. Получив от принцессы печенье я заметил, что она бросила косой взгляд на принца, который до сих пор ничего не сказал. Он опустил чашку с чаем и смотрел на сестру, которая продолжала смотреть на него, как бы спрашивая, что он должен делать. Затем он покачал головой, как бы сдаваясь, и перевел взгляд на меня. Я отразился в этих золотых глазах, характерных для императорской семьи. — Я слышал, что ты был ранен. Сейчас ты чувствуешь себя хорошо? — Ах, да, спасибо за заботу. Я едва сдержался, чтобы рефлекторно не обхватить рукой свое плечо. Глаза наследного принца сузились. — Твое тело сейчас очень слабо из-за проклятия, поэтому тебе следует быть осторожнее с ним. Я просто не понимаю, как в таком состоянии ты можешь беззаботно заниматься покорением монстров. — Извините. Я пошел не по своей воле. Меня туда затащили. Однако он не поверит мне, даже если я скажу ему об этом. Кто поверит, что граф находится во власти рыцарей, которые должны ему служить? — Не извиняйся передо мной. Извинись перед своим телом. Ты должен поддерживать Его Величество очень долгое время, понимаешь? Очень долго? Какие ужасающие перспективы. Хотя я не мог открыто сказать об этом, я не произнес и слова одобрения и просто поднял свою чашку с чаем, слабо улыбаясь. Он заполнен. Мой мочевой пузырь был абсолютно полон. Когда я немного отвлекся на неприятное ощущение в нижней части живота, принц продолжал говорить. — Я хочу, чтобы ты очень хорошо заботился о Его Величестве. Я говорю тебе об этом только потому, что это ты, но, честно говоря, я не хочу становиться Императором. Я даже не могу представить себя им. — ...Извините!.. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Предзнаменование (3) Я чуть не выплюнул свой чай. Я немного ослабил бдительность, а потом он сказал мне это. Зачем он мне это сказал? Что на него вдруг нашло... Даже после того, как наш разговор вдруг стал тяжелым и на некоторое время наступила тишина, принц продолжал говорить. — Я был вынужден взять на себя роль наследного принца, но, думаю, об этом никто не знает. Кроме того, разница в возрасте между мной и Его Величеством составляет всего восемь лет. Когда Его Величество достигнет того возраста, когда он сможет передать трон, я буду в возрасте, когда мне тоже придется готовиться к отставке. Разница в восемь лет. Эльпидию Дезер было двадцать лет. На восемь лет моложе двадцативосьмилетнего императора. Иногда послы из других королевств, которые приезжали без должного знания, наклоняли голову и спрашивали, действительно ли они отец и сын. Это была совершенная ложь. Наследный принц был племянником императора. «Нет, но почему он мне это сказал...» Я не имею никакого отношения к их тяжелой личной истории. Он не видел моего выражения лица, которое бы хоть как-то показало, как я переживаю по этому поводу, но он просто продолжал говорить. — Если когда-нибудь наступит день, когда я взойду на престол, это будет означать, что с безопасностью Его Величества возникли проблемы. Я надеюсь, что этого никогда не произойдет. — … — И самое главное, что я понял, наблюдая за работой Его Величества. Я бы точно никогда не смог этого сделать. При этих словах в глазах наследного принца появилась непонятная смесь эмоций. Единственное, в чем я был уверен, так это в том, что эти эмоции ни в коем случае не были отрицательными. Если учесть, что император убил всех своих братьев и сестер, а также их детей, чтобы не оставлять никаких концов, то существование племянника и то, что он хорошо относился к Его Величеству, выглядело довольно странно. Однако всему этому была веская причина. Лишь один из братьев и сестер не погиб от руки императора. Только один из его братьев, Первый принц, был уже мертв, прежде чем император, который был Девятым принцем, решил достать свой меч. Я не был в этом уверен, но если учесть, что по улицам ходили слухи такого рода как: "Если бы Первый принц не умер, то Девятый принц не достал бы свой меч", то можно сделать вывод, что у них были довольно хорошие отношения друг с другом. Кроме того, о Первом принце ходили разные слухи. Член королевской семьи, не похожий на человека своего статуса, ­– потакатель. Единственный из родственников, кто хорошо относился к Девятому принцу, которого некому было поддержать. Даже после женитьбы Первый принц каждый день приезжал к нему вместе со своими детьми, чтобы он мог поиграть с ними. Поэтому неудивительно, что нынешний император относился к принцу и принцессе, которые были детьми первого принца и являлись его племянником и племянницей, по-доброму. Это говорит о том, как он был привязан к ним, возможно, он воспринимал их как своих детей или братьев. Вероятно, поэтому он узнал в них принца и принцессу. — Поэтому, пожалуйста, позаботьтесь о Его Величестве. — Да... Что? От неожиданности я поднял голову. Осмелившись взглянуть в глаза наследного принца, я увидел в них необъяснимое доверие. «Я давно хотел спросить об этом, но... Откуда такое бездонное доверие? Если человек принадлежит к императорской семье, разве сомневаться в каждом – не обязательное качество?» Даже император постоянно доверял мне. Тот самый император, который во время Восьмилетней войны выхватил меч и размахивал им повсюду, создавая одно поле битвы за , чтобы захватить территории! Эта ситуация была слишком загадочной. — Брат, зачем тебе понадобилось оказывать такое давление на господина графа?! — Ваше Высочество. — Даже если бы ты ничего не сказал, я уверена, что господин граф бы хорошо позаботился об императоре! Ни в коем случае. Поэтому ей следует перестать смотреть на меня так, как будто она спрашивает меня, хорошо ли она сделала. Почему наследный принц кивал на это?! — Прошу извинить меня за грубость. — А, все в порядке. На этом я принял решение. Сейчас я собираюсь убежать. Если так пойдет и дальше, то единственными темами для разговора будут тяжелые и обременительные. Однако я не мог просто так уйти из-за стола, не имея подходящего повода, поэтому пришлось придумать его и ненадолго отлучиться. Это, по крайней мере, изменит настроение. Случилось так, что мне захотелось в туалет, потому что я выпил слишком много чая, и я мог воспользоваться этим. Я осторожно приоткрыл рот, стоя перед принцем и принцессой. — Извините, можно я на минутку отлучусь в туалет? — Если подумать, то ты, конечно, выпил много чая. Иди. Я поклонился принцу и принцессе и быстро выбежал из сада, где мы пили чай. «Я жив! Я чуть не задохнулся». Хотя мысль о том, что мне придется вернуться туда снова, заставляла меня думать о своем будущем, мне, по крайней мере, удалось временно выбраться! Я шел по коридорам императорского дворца легкими шагами, думая о том, что не стоит торопиться с возвращением после выполнения своих дел. И все же я шел довольно бодро, не следя за тем, куда иду... ...Где я? Я заблудился. Разве не странно, что я здесь заблудился, если учесть, что я уже столько раз бывал в императорском дворце? Однако я всегда сразу же встречался с императором и после этого возвращался домой! Поэтому других мест во Дворце я не знал. «Нехорошо заставлять членов императорской семьи ждать». В настоящее время моя жизнь находилась в серьезной опасности. Если они подумают, что я их подставил, не станет ли это большой проблемой или чем-то в этом роде? Почувствовав замешательство, я поспешно огляделся. К счастью, мне не пришлось долго искать, чтобы обнаружить слугу, стоящего на углу коридора. — Ты там! — О... Ах, я так обрадовался, увидев его, что в конце концов закричал. Когда он посмотрел на меня удивленными круглыми глазами, я слегка извиняюще улыбнулся. Но он почему-то вздрогнул. ...Ну, я, наверное, неправильно подобрал выражение лица и ход действий... Я не стал убирать улыбку с губ – вдруг он так удивится, что захочет убежать, - а наоборот, увеличил шаг, приближаясь к нему. Меня немного обеспокоило его озабоченное выражение лица, когда он посмотрел на меня – возможно, из-за моей дурной славы, но в тот момент я слишком торопился, чтобы беспокоиться. Мне казалось, что я вот-вот взорвусь. Я думал, что именно так я и умру. Поэтому я и не стал объяснять. — Где... — Аааааахх! Где туалет, ублюдок. Я уставился на парня, который вдруг выхватил нож и бросился ко мне, и выражение моего лица было скорее недоверчивым от этой абсурдной ситуации, чем удивленным. *** — Он ушел. — Ты прав. Скорее всего, он сбежал. Похоже, этот разговор был для него слишком обременительным. «Честно говоря, это действительно было несколько неожиданно». Однако он ничего не мог с собой поделать, так как знал, что сейчас нет подходящего времени для того, чтобы поднимать эту тему. Молча подняв чашку с чаем, принц Эльпидий слабо улыбнулся. Ему было жаль, что он так давит на графа, но он не собирался брать свои слова обратно. В отличие от того что находилось на поверхности, внутри было много темных и опасных камней, и они явно пытались утопить его дядю, императора. Подводные камни, существовавшие с тех пор, как его дядя стал императором. ~ — Мы не позволим вам сесть на трон. — Если так пойдет и дальше, то, возможно, вы так и не сможете взойти на трон до конца своих дней. — Сопротивление дворян становится все сильнее. — Пожалуйста, убейте этого тирана. ~ Во время Восьмилетней войны к императору часто приходило много людей. Это не значит, что его потрясли эти нелепые слова. Однако он не мог гарантировать, что сможет продолжать в том же духе. Возможно, им удастся поколебать его, обнаружив какую-то слабость, о которой не знал даже он сам. Слабости не были слабостями без причины. Если бы дело дошло до этого, он бы, наверное... Прошло десять лет с тех пор, как трон перешел в другие руки. И хотя во время войны они ничего не могли сделать, так как не имели на это права, у них было достаточно времени, чтобы при желании найти одну или две его слабости. До этого момента наследный принц служил надежной опорой для императора. Для того чтобы свергнуть императора, им нужна была не только правдоподобная причина, но и император, который мог бы сесть на трон вместо него. В конце концов, если бы принц не согласился на их предложения, их действия закончились бы простым восстанием. Они могли бы попытаться использовать принцессу вместо него. Но чтобы убедить других, что это бесполезно, наследный принц приложил к ним большую силу. Кроме того, принцесса никогда бы не согласилась на это. Таким образом, ход коварных сил был отброшен назад. Однако этот метод достиг своего предела. Нет, он значительно превысил свой предел. Прошло два года с тех пор, как их подход изменился с "умиротворения" на "угрозы, замаскированные под умиротворение". И неизвестность того, когда слабость Его Величества будет использована для того, чтобы заставить его сделать то, чего он не хотел, заставляла наследного принца отчаянно пытаться придумать контрмеры. Поэтому вполне естественно, что его внимание пало на Деон Харта, Героя, которому император особенно доверял. «И все же я рад, что не сказал ему об этом». Если бы он сказал это, Деон, несомненно, убежал бы из императорского дворца не задумываясь. Возможно, он избегал бы его до конца своих дней. «Если что-то или кто-то мешает императору...» Даже если они были членами императорской семьи... «…Убьем их». Он угостил принцессу печеньем, при этом добродушно улыбаясь. Встретив его взгляд, принцесса тут же закрыла глаза, отчего они стали похожи на полумесяцы, и кивнула, как будто поняла, о чем он думает. То, как он кивнул в ответ, сделало его похожим на доброго старшего брата, как бы на него ни смотрели. Так день наследного принца снова прошел спокойно. *** Еще несколько минут назад шпион Иреона в одиночку пробирался по дворцу. Пока император отсутствовал и занимался гостем, шпион спрятался в его кабинете и успешно скопировал и выкрал важные документы. В империи! Шпион из маленького королевства! Ему удалось совершить нечто невероятное! Конечно, это было нелегко. Поначалу он даже не мечтал попасть в кабинет императора и нацелился на кабинет премьер-министра, но и там все было под надежной охраной. Еще более сложным для него было то, что время расследования было ограничено одной неделей, учитывая, что тиран-император может начать войну, не взвесив все за и против, из-за бесстыдной бумаги Королевства Иреон. Теперь я могу вернуться на родину, проклятые ублюдки! Теперь, когда цель его приезда была выполнена, ему оставалось только вернуться. Однако, как оказалось, в этом мире ничего не дается легко. — Ты там! Громкий голос явно обращался к нему. Может ли быть так, что его поймали? На лице шпиона, который начал дрожать, даже не осознавая этого, появилось крайне озабоченное выражение. Человек просто окликнул его, но он выглядел слишком потрясенным для этого. Не выглядел ли он очень подозрительно? «Что мне делать?» Он все еще прятал важные документы под одеждой. Если бы его поймали сейчас, он не смог бы спрятать их в другом месте. Должен ли он просто убежать? Но это было то же самое, что открыто заявить о том, что он подозрительная личность. «Нет, давайте успокоимся. Этот человек может быть удивительно скучным или что-то в этом роде». Во-первых, он должен проверить своего противника... Да, это абсолютно не сработает. Он должен просто убежать. Он попытался исправить свое выражение лица, которое становилось все более и более озабоченным. Его встретили красные глаза и белые волосы. Ему совсем не повезло. Из всех людей, которые могли попасться ему на глаза, попался именно Деон Харт. Он был печально известен своей жаждой крови. С древних времен существовали записи о том, что безумцы обладают удивительной проницательностью, так что разве он не такой же? Он даже провел восемь лет на поле боя, так что его инстинкты должны быть острее, чем у других. И все же он решил попытать счастья, но... «Это... Он улыбается, не так ли?» Улыбка, которая, казалось, свидетельствовала о том, что он понял, кто он такой. Расслабленная улыбка, которая заставляла его чувствовать себя так, словно он двигался на ладони оппонента, что бы он ни делал. Шпион закрыл рот и все зашевелилось внутри него. Он никогда не мог противостоять ему. В тот момент, когда он решит это сделать, он станет простой игрушкой этого ублюдка. «Я не могу просто сбежать». Деон Харт был одним из немногих, кому было разрешено носить оружие перед императором, поэтому у него наверняка было при себе какое-нибудь оружие. Он был известен не только своим мастерством владения кинжалом, но и точностью его броска. Он ни за что не позволил бы цели, повернувшейся к нему спиной, так легко уйти. Как только он покажет ему свою спину, в него может полететь кинжал. Словно заметив сложную смесь эмоций, кипящую внутри него, Деон Харт подошел к нему, по-прежнему улыбаясь. Означало ли это, что он больше не даст ему времени на размышления? В голове шпиона быстро проносились мысли о наилучшем решении. Если бы он притворился слугой, то это не сыграло бы ему на руку. А если бы он убежал, то вывод был бы тот же. Оставался только один вариант - напасть на него. «Конечно, мне не удастся его победить, поэтому я должен стремиться удивить его». Возможно, он успокоился, решив, что такой неуклюжий шпион, как он, никогда не осмелится напасть на него. Он должен был воспользоваться этим. Если бы он напал на него внезапно, это, конечно, стало бы для него неожиданностью. В этом случае для него открылось бы небольшое окно, которое он мог бы использовать как шанс для бегства. Теперь, когда он придумал план, думать дальше было уже не нужно. «Я должен сначала выслушать, что он скажет, и если его первое слово вызовет хоть малейшее подозрение, я нападу на него». Когда человек говорит, он обязательно теряет бдительность. Когда его мысли зашли так далеко, шпион поднял голову и встретился взглядом с Деон Хартом. Между ними возникло едва уловимое напряжение, прежде чем Деон Харт медленно открыл рот. — Где... — Аааааахх! Ему не нужно было больше ничего слышать. Шпион тут же бросился к нему с ножом. Чтобы не выслушивать Деона до конца, гораздо лучше было бы воспользоваться брешью в его защите, пока он разговаривает. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Предзнаменование (4) Я просто хотел спросить его, где находится туалет, так почему этот парень бежит на меня с ножом. Не обращая внимания на абсурдность ситуации, я слегка передернул плечами, так как сначала нужно было убедиться, что я жив. Возможно, из-за того, что он со всей силы бросился на меня, он вдруг потерял равновесие и упал вперед. При этом лезвие успело задеть мою руку, но мне было все равно. Ну, это еще ничего по сравнению с тем, что мне пришлось пережить до сих пор. «И что теперь? ...А?» Время как будто остановилось. Нет, так показалось лишь на мгновение. Я медленно перевел взгляд на парня, который, казалось, остановился в воздухе. Раскрасневшееся лицо. Когда я перевел взгляд чуть ниже, то увидел, что какая-то рука держится за его шею. Парень не остановился в воздухе, но кто-то внезапно схватил его за шею, когда он падал. Когда я проследил глазами за рукой, соединенной с кистью, чтобы выяснить, кто ее владелец... — ...Брат? На меня смотрели неподвижные зеленые глаза. Что за черт? Что он здесь делал? Круэл просто молча смотрел на меня, делая вид, что мой вопрос его не касается, а затем посмотрел на парня, которого он только что поймал. Его руки казались очень напряженными, как будто он пытался убить его. Сухожилия на тыльной стороне его руки выпирали, а лицо парня, которого он схватил, налилось кровью. — Кха-а-ах. Ух ты, как жестоко. Смотреть на то, как он борется с Круэлом, было не очень приятно, и я отвернулся от этого зрелища с ошеломленным выражением лица. И вдруг что-то упало к ногам этого слуги. — ...Документы? Что? Этот парень действительно был шпионом? Я неосознанно потянулся к ним, но кто-то первый взял их в руки. Круэл все еще душил того парня, так что это точно был не он. Владелец этой руки был... — О, Боже, похоже, это важные документы императорской семьи. — ...Ваша Светлость?! — Давно не виделись, граф. Меня встретило лицо с фиолетовыми глазами и улыбкой. Я тут же встал. Что? Зачем человеку, который не в ладах с императором, приходить сюда? — Я как раз возвращаюсь после встречи с императором, чтобы наградить одну из своих собак за то, что она покорно слушала мои приказы. Я не ожидал, что мы встретимся здесь вот так. Его взгляд скользнул по моему раненому плечу. ...Разве мог герцог так воспитывать собаку, да еще не в своем особняке, а в императорском дворце?! Нет, казалось, что вопрос, который я вынашивал, был откровенно виден на моем лице. Я был удивлен тем ответом, который он дал мне с улыбкой. Однако герцог не умолкал, видимо, хотел сказать мне еще что-то. — Я слышал, что вы тоже приехали сюда, чтобы встретиться с Его Величеством, господин граф. Могу я узнать, по какой причине? — А, я просто хотел обсудить с ним кое-что о территории, которую я недавно получил... — Это потому, что она для вас недостаточна? Слишком мала? Слишком безлюдна? — Нет, я просто хочу вернуть ему территорию. — Хмм. Это интересно. Заглянув в глаза герцога, которые слегка изогнулись от интереса, я озвучил свои проблемы. А что, если он попросит еще? Я не хотел вдаваться в подробности "почему". Особенно не в присутствии Круэла. К счастью, герцог не стал расспрашивать дальше, как будто заметил, что я чувствую беспокойство. Однако я не очень оценил это. Смена темы была для меня чем-то очень сложным. Я опустил взгляд и увидел лежащего передо мной слугу. Не успел я опомниться, как Круэл, до сих пор державшийся за шею этого ублюдка, встал за спиной герцога. Выражение его лица было как всегда спокойным, настолько, что невозможно было поверить, что всего несколько минут назад он кого-то душил. — Поймать шпиона во время ожидания... Вы просто удивительны. — Нет, это... — Не надо быть скромным. Не нужно быть таким осторожным. Я не хотел украсть ваше достижение. Даже если бы не Круэл, я уверен, что вы бы легко одолели этого человека. — Нет, я имею в виду... — Сэр граф! Черт, что теперь?! С досадой я посмотрел в сторону источника голоса и тут же был вынужден опустить глаза. Это было связано с тем, что люди, которые приближались к нам издалека, были наследными принцем и принцессой. — Я забеспокоился после того, как ты не вернулся даже по прошествии долгого времени. Принц быстро проанализировал ситуацию. Словно в подтверждение того, что он не зря является наследным принцем, он быстро разобрался в ситуации и начал улыбаться. — Я никогда не думал, что тебе удастся поймать такого шпиона. — Это... — Как и ожидалось, ты потрясающий! — Кх-кх, Ваше Высочество... Не могли бы вы оба просто заткнуться? Они ведь специально меня надули, да? Иначе они бы ни за что не стали так тонко давить на меня. Но почему вокруг нас была такая странная атмосфера? Казалось, что настроение резко изменилось. Подумав, что что-то не так, я неуверенно поднял голову и встретился с расширенными глазами. — Сэр граф, вы в порядке? — ...Прошу прощения? — Что нам делать? Там кровь! — Хм... — Вызывайте врача! Быстро!!! Вместе с шумом, поднятым принцессой, по залу дворца эхом прокатился призыв наследного принца к придворному лекарю. Только тогда я заметил теплую жидкость, стекающую по моему подбородку. Я думал, что это просто кашель, но мое хрупкое тело, похоже, пострадало даже от малейшего толчка. Неудивительно, что я чувствовал себя не в своей тарелке. Этого не могло произойти только из-за банальной болтовни, так что, скорее всего, это произошло потому, что я сегодня уже несколько раз сильно переживал. — Я в порядке... — Не лгите. Но все же, пожалуйста, расскажите, как до этого дошло. Вы ведь наверняка смогли сделать какой-то вывод? — Не совсем. — Теперь, когда я смотрю на вас ближе, на вашей руке есть рана. Кажется, она свежая. Взгляд принца скользнул по порезу, нанесенному клинком. Это была просто царапина. Это не вызвало никаких проблем. Нет, как бы я ни был бы слаб, я никак не мог откашлять столько крови. Пока я пытался придумать объяснение, чтобы убедить суетливых членов императорской семьи, Круэл, молча наблюдавший за происходящим, открыл рот, чтобы что-то сказать. — Похоже, что это произошло, когда он пытался одолеть шпиона. — В таком случае... Мы должны принять во внимание возможность того, что оружие могло быть отравлено. Прибыл ли уже врач? ...Что? Отравлено? Сидя в оцепенении, с ошарашенным выражением лица, я удивлялся тому, что все произошло без моего участия. Кто-то обмотал куском ткани мою руку над порезом. Принц привязал его к моему плечу, вероятно, чтобы предотвратить дальнейшее распространение яда, и завязал узлом... Это было слишком туго. Кровь туда вообще не поступает. Нет, если отбросить это, то мне казалось, что рука может отвалиться. К тому же рана кровоточила еще сильнее, потому что он слишком туго завязал ткань вокруг руки. Сначала цвет крови был обычного красного оттенка, но вскоре кровь стала мутной, темно-красной. — Это из-за яда? Это происходит потому, что новая кровь не циркулирует. Если слишком туго завязать что-то вокруг руки, как сейчас, то, конечно, кожа обесцветится, прежде чем отсохнет. Кстати, где он вообще взял этот кусок ткани? Кто, черт возьми, сделал это... А. Мои глаза встретились с глазами Круэла. Герцог рядом с ним улыбался и хвалил его за хорошую работу... «Этот ублюдок дал ему команду». Мое настроение резко ухудшилось. Хотелось развязать эту бесполезную штуку и бросить ее в ящик, но я не мог, так как принц лично завязал ее вокруг моей руки. У меня уже не было сил что-либо говорить, и я просто закрыл глаза в знак покорности. Это был мой способ как-то выкрутиться из этой проклятой ситуации, но... — Господин граф! Вы не можете сейчас закрыть глаза! Потерпите еще немного! Вздох… *** Врач смотрел на стоящего перед ним человека с жестким выражением лица. Его руки слегка дрожали, незаметно для окружающих. Столкнувшись с этой ситуацией, он почувствовал, что ему мерещится. Это был не кто иной, как тот самый человек, который осматривал почетного графа Деон Харта, когда его якобы вырвало кровью в банкетном зале на днях. Но это была не кровь. Это был пудинг. Сколько бы раз он ни думал об этом, это было слишком нелепо. Поэтому, даже когда он спешил сюда, в нем еще теплились сомнения. На этот раз все по-настоящему. Рыбий запах крови, конечно же, не был фальшивым. Другими словами, ситуация была действительно опасной. Он попытался сдержать слезы, которые почти наворачивались на глаза. Состояние пациента резко изменилось по сравнению с тем, когда он видел его в последний раз, но люди, окружавшие его, остались прежними. Его Высочество, наследный принц; Ее Высочество, принцесса; Его Светлость, герцог; Герой, Круэл. Он пытался утешить себя тем, что рядом нет Его Величества и генерала Немезиус, но... — Что здесь происходит? А может быть, его просто возненавидели небеса, ведь появился даже генерал Немезиус. Как будто у него было какое-то дело к почетному графу Деон Харту, он просто занял позицию рядом с ним и наблюдал со стороны, проявляя вежливость к наследному принцу и принцессе. Холодный пот струйками стекал по спине врача. Если он допустит хоть одну ошибку, то непременно погибнет. Он умрет и в том случае, если не сумеет вылечить графа. Почувствовав, что его жизнь находится в смертельной опасности, придворный лекарь занялся своей работой. Он проверил рот, пульс и рану. По мере того, как он продолжал осматривать Деона, цвет лица врача становился все бледнее. Выражение его лица было настолько серьезным, что даже окружающие его люди забеспокоились, и в конце концов принц нервно открыл рот. — Неужели все так серьезно? — Это... — Все в порядке, просто скажи мне. — В его физическом состоянии нет ничего особенно ненормального. — Что? После того как он получил этот совершенно неожиданный ответ, на короткое время воцарилось молчание. Зрачки наследного принца задрожали, как будто он не мог поверить в то, что только что услышал. Принцесса стояла с расширенными глазами, закрыв рот руками. Круэл просто смотрел на придворного лекаря с закрытым ртом. Пока остальные пытались придумать причину его состояния, ответ на этот вопрос дал подоспевший Немезиус. — Должно быть, это из-за проклятия Короля Демонов. — А... На лицах присутствующих появилось осознание. Поэтому он сказал, что с ним все в порядке? Потому что это все равно нельзя было вылечить? Похоже, он решил, что не стоит их бесполезно тревожить. На лицах каждого из них появились шок и удивление, которые затем быстро исчезли. В частности, наследный принц смотрел на Деон Харта с невероятно грустным выражением лица. Он прячет свои мысли так глубоко внутри. Жаль, что другие не знали об этой его стороне. Вспомнив, каким предстал перед остальным миром Деон Харт, принц передернулся и попытался сменить тему разговора. Потому что он не хочет, чтобы это проклятие волновало других. Сочувствие только обидит его. Когда ему удалось отвести от него взгляд, взор пал на крепкого, решительного мужчину, который с опозданием прибыл на место происшествия. — Генерал Немезеус, по какому делу вы пришли сюда? *** Принц сменил тему. Так как я нервничал, что они будут больше говорить о предполагаемом проклятии, я почувствовал облегчение от этого. Всякий раз, когда упоминалось это несуществующее проклятие, оно почему-то вызывало тяжелое и тягостное настроение. Но через мгновение... — Его Величество желает видеть почетного графа Деон Харта. — Кх-кх. Мне удалось подавить кашель, который вот-вот должен был вырваться наружу. Я... я просто должен был потерпеть еще немного. Если бы я снова попал в такую ситуацию, я не представляю, что могло бы произойти. Глаза генерала были устремлены на меня. Я плотно зажал рот тыльной стороной ладони, опустил глаза и попытался навести порядок в своих хаотичных мыслях. ...Мне удалось успокоиться, но я по-прежнему чего-то не понимал. Почему генерал лично пришёл сюда за мной? Для такого дела они могли бы использовать слугу. Он даже выглядел недовольным. Я чувствовал недовольство в этих глазах, которые смотрели на меня сверху вниз. После того как взгляд генерала обошел всех присутствующих, он с недоумением остановился на слуге. — Похоже, вы застали незваного гостя. Вы позволите мне позаботиться о нем? — Я как раз собирался попросить вас об этом. Кстати, именно граф Харт поймал шпиона, так что не ошибетесь. — …Понятно. Мне было невероятно неприятно, что в этом разговоре прозвучало мое имя, но все уже закончилось, так что неважно. Оставалось только вытащить шпиона отсюда и бросить его в камеру... Так почему же он смотрел на меня? И не только он. Все они смотрели на меня. — Вы все равно собирались встретиться с Его Величеством, и, поскольку именно вы поймали этого парня, я просто пойду с вами. — Что? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Предзнаменование (5) — Тогда я откланиваюсь, Ваше Высочество. — Хорошо. Нет, почему они говорили, не принимая меня во внимание? А как же я, доктор? Даже герцог решил ускользнуть. — Я тоже должен уйти. А теперь прошу меня извинить. Казалось, что все закончилось. Нет, я имею в виду, что все было кончено. Герцог и Круэл исчезли, а принц и принцесса помахали мне рукой, давая понять, что я должен идти. Генерал Немезиус жестом подбородка приказал мне быстро следовать за ним, схватил за воротник сопровождающего, подобрал разбросанные по полу документы и начал идти. Что касается врача, который нерешительно все еще стоял там... — Позже я пришлю вам восстанавливающее лекарство, так что не забудьте его принять. — ?.. — Поэтому, пожалуйста, старайтесь оставаться здоровым. Пожалуйста. Почему-то то, как он прошептал мне это перед уходом, показалось мне отчаянным. Не понимая, что происходит, я просто стоял и молчал. Затем я взглянул на генерала. В его шагах была такая сила, что казалось, он убьет меня, если я не поспею за ним. «Туалет». Читая настроение генерала, было очень маловероятно, что я смогу туда пойти. В итоге мне ничего не оставалось, как нерешительно последовать за ним. *** Как только герцог вошел в карету, он достал что-то из своего пальто. Это была одна из газет, которую шпион только что уронил на пол. На этом белом листе бумаги был аккуратно разложен план бюджета на войну. Глаза Круэла обратились в его сторону, словно он заметил, что это за документ, но герцогу было все равно. Он просмотрел документ, ничего не показав на своем лице, затем с улыбкой сложил его и положил обратно в пальто. В голове прокручивался разговор с императором, состоявшийся не так давно. — Он сказал, что не пойдет на войну прямо сейчас. И тем не менее он подготовил для этого бюджет. — Он не очень хороший лжец, не так ли? На лице герцога появилась явная усмешка. Теперь, когда все произошло, как насчет того, чтобы немного помочь ему? Его Величество должен был беспокоиться и о царстве демонов. Они будут молчать, пока император не завоюет половину континента, по крайней мере. Герцог легонько похлопал по месту, где находилось его сердце. А Круэл молча наблюдал за его действиями. *** — Твой цвет лица выглядит не очень хорошо. Ты плохо себя чувствуешь? — Вовсе нет. — Но ты сейчас сильно потеешь, понимаешь? — Я в порядке. Я не мог сказать ему, что нахожусь в таком состоянии, потому что не могу сходить в туалет. Я бы никогда не смогла рассказать ему о чем-то таком постыдном. Я попытался выпрямить спину и более тщательно управлять своим выражением лица. Император, сидевший на стуле напротив меня, сузил глаза и оглядел меня со всех сторон, словно пытаясь оценить мое текущее физическое состояние. Когда я занял свое место, делая вид, что все в порядке, он с улыбкой откинулся на спинку стула. — Если ты так говоришь, значит, так тому и быть. Я говорю это из осторожности, но, пожалуйста, не скрывай, если тебе нездоровится. Ты - один из самых сильных воинов империи. — Я буду иметь это в виду. — Тогда позволь мне спросить еще раз. Я слышал, что ты поймал шпиона. Ты правда в порядке? Под медленным и спокойным выражением лица я не мог разглядеть золотистые глаза, которые, казалось, как у хищника, пристально смотрели на меня, словно что-то выискивая. Я не мог смотреть ему прямо в глаза, поэтому, отвечая, смотрел немного в сторону. — Я в порядке. Я был в полном порядке. Хотя лезвие и задело меня, но это была всего лишь царапина, а пот в сочетании с бледным цветом лица был вызван тем, что какой-то орган в моем теле был настолько переполнен, что я думал, что он мог лопнуть в любой момент. Если он действительно беспокоился обо мне, то должен был просто дать мне небольшой перерыв. Тогда все снова было бы хорошо. Я определенно имел в виду то, что сказал, но брови императора дернулись, как будто он счел мои слова неприемлемыми. Он ненадолго замолчал, а затем снова открыл рот, края которого почти незаметно приподнялись. — Тогда позволь мне задать тебе другой вопрос. Что привело тебя сюда? — Речь идет о территории Харт. — Если ты планируешь вернуть её мне или попросить что-то похожее, позволь мне отказаться заранее. То же самое касается и возврата "Благородных рыцарей". — ...Тогда позвольте мне уйти на пенсию. — Ни за что. Я ожидал, что он отклонит мою просьбу, но я не ожидал, что мне откажут, даже не дав возможности высказаться. Очень хотелось схватить его за воротник и крикнуть что-то вроде: "Я тебе их отдаю, так почему бы их просто не принять?!". Конечно, если бы я так поступил, то потом бы очень пожалел. В тот момент, когда я размышлял, что же мне теперь делать, снова раздался голос императора, смешанный со смехом. — Однако, если ты выполнишь мою просьбу, я исполню твою. Почему бы тебе после этого не попросить меня еще раз? У меня было плохое предчувствие по поводу просьбы императора. Однако у меня не было другого способа убедить его, поэтому я медленно кивнул. Затем император задал еще один вопрос с едва заметным выражением лица. — Круэл Харт тоже решил выполнить его, поэтому, если ты решишь взяться за это задание, будет справедливо, если я удовлетворю просьбу того, кто выполнил его первым. Ты согласен? — Да. Он собирался выполнить просьбу Круэла? Тогда мое решение было более чем очевидным. Я не был уверен, что за просьбу он выполнит. Однако, если я не буду осторожен, это может оказаться тем, что поставит меня в невыгодное положение. Если бы моим противником был обычный дворянин, я бы не стал так волноваться. Но противником был Круэл, такой же "герой", как и я. Вероятность того, что император встанет на мою сторону, когда очередной удивительный талант потребует что-то после выполнения задания, была бесконечно мала. Поэтому я высказался в довольно строгой форме. — Что мне делать? На губах императора появилась слабая улыбка, он смотрел на меня без выражения, как будто что-то искал. Он взял лист бумаги, переданный ему Немезиусом, и положил его передо мной. Когда я просмотрел его, мне бросились в глаза слова, написанные в самом верху документа. [Церковь Спасения]. — ...Церковь Спасения? — Да, "Церковь спасения". Это псевдорелигия, которая в последнее время очень активно распространяется в трущобах. Их надо просто уничтожить. Искоренение псевдорелигии. Я никогда раньше не получал такого задания, поэтому я просто сидел в оцепенении. *** Деон Харт, словно размышляя над тем, как ему поступить, удалился с задумчивым выражением лица. Император, снова читавший документы, через некоторое время поднял глаза и посмотрел на Немезиуса. Его выражение лица содержало негативные эмоции, которые он редко демонстрировал. Император опустил документ, который держал в руках, и заговорил с ним. — Ты все еще недоволен этим вопросом? — Я против этого. Последовал незамедлительный ответ. Император поднял брови на его твердый ответ. Немезиус ненавидел Деон Харта. Нет, скорее, он относился к нему с чрезмерной осторожностью. После этого император заговорил усталым тоном. — Но разве это не лучше, чем оставить все на усмотрение Круэл Харта? Он на стороне герцога. — Я слышал, что Ваше Величество в эти дни сильно беспокоит группа фанатиков. Сэр Круэл сказал, что с радостью займёт свой перерыв, чтобы заняться этим вопросом для вас. Разве не следует уничтожать таких фанатиков, прежде чем начинать войну? — ...Ты переходишь черту. Я пока не намерен начинать войну. — О, Боже, тогда я, должно быть, ошибся. Приношу свои извинения. Император нахмурился, вспомнив, как герцог так грубо помыкал своим подчиненным. Было очевидно, к чему стремился герцог. Герой, опирающийся на поддержку герцога, мог легко расправиться с фанатиками. А поскольку это дело было не по плечу императору, он должен был отплатить им за их деяния. Когда речь заходила о вознаграждении, герцог был довольно решителен. Похоже, что эта просьба была выгодна и герцогу. Изначально он планировал приманить к себе Деон Харта, но благодаря его поступку его удалось легко убедить. Он, несомненно, был на стороне фракции императора. Точнее, на стороне Эдуардо Дезера. Его навыки также были исключительными, поэтому не стоило беспокоиться о том, что он может проиграть в поединке с Круэлом. Более того, его переполняла мотивация, ведь его противником был сам Круэл. Это было поистине идеальной битвой. Но как быть с Немезиусом? — Мои мысли схожи. Однако. — … — Он опасен. Немезиус был тверд в своем мнении. Словно веря, что на этот раз сможет убедить императора в этом, он осмелился посмотреть прямо на него, его глаза твердо блестели. Очевидно, что его поведение было очень грубым, но император не сделал ему замечание. Потому что взгляд, который он бросил на него, не был неуважительным. Как он мог сделать ему замечание, когда тот так искренне обращался к нему? Вслед за последними словами раздался торопливый голос. — Известно ли Вашему Величеству, что он сделал во время Восьмилетней войны? — Я слышал, что он проявлял крайнюю жестокость, резал своих врагов на куски. Поэтому ты так говоришь? — Нет. Возможно, это был просто его собственный способ выживания. Стратегия, так сказать, так что это не имеет значения. Мальчик с удивительными белыми волосами и красными глазами. Это был первый случай, когда дворянин человек вступал в ряды простых солдат, поэтому его внимание, естественно, было приковано к нему, так как мальчик был поставлен под его начало. Такой нелепо слабый ребенок, как он, явно не привык убивать других. Даже у обычных людей после первого убийства оставались длительные последствия. Однако на поле боя, не допускающем ни малейшей передышки, невозможно было дать кому-либо время на восстановление. Поэтому даже взрослым мужчинам приходилось нелегко. А что же делать с тем ребенком, который выбрал жестокость как способ выживания? Разум ребенка гораздо слабее разума взрослого человека. И все же ребенок должен был превратить трупы в предметы, которые даже для него были трудноразличимы. Он должен был держать кинжал в этих своих маленьких руках и чувствовать, как люди умирают от его руки. Ему неоднократно приходилось позволять безумию поглотить его и возвращаться к здравому смыслу. — Этот парень... Вероятно, в процессе он сошел с ума. Вероятно, он почувствовал, что его способность сохранять рассудок достигла предела. Продолжая совершать жестокие поступки, он не раз позволял себе впадать в безумие, а затем страдал от приступов чувства вины. Он должен был как-то найти способ оставаться в здравом уме. Что же сделал ребенок для достижения этой цели? — Ты... Ты в порядке? — А? Что вы имеете в виду? — Это... — А, если вы говорите о той травме, то все в порядке. Она была не такой уж и большой. — Нет, дело не в этом. Я имею в виду только что произошедшую битву. — Генерал. Я не знаю, о чем вы говорите. Немезиус не мог скрыть дрожащего взгляда. — Он раздвоил свою личность! Сбитый с толку и, казалось, совершенно не в себе, ребенок входил в палатку с дрожащими руками, с алкоголем и наркотиками в руках, с таким видом, будто он только что принял решение о чем-то. После этого он пролежал три дня. Так он разделил свою личность на две части. Нет, называть это личностью было не совсем правильно. Правильнее было бы назвать это "обликом". Было бы слишком неразумно называть их двумя отдельными личностями, когда у них были общие воспоминания и они могли меняться, когда хотели. Мальчик дал себе два облика. Ненормальный персонаж, полностью сосредоточенный на выживании и борьбе, полностью помешанный на крови... И нормальный персонаж, который должен был помнить только нормальные бои и своего нормального себя. — Другими словами, он отказался от вины, которую должен был нести! Когда он попытался рассказать ему, что он делал, будучи "ненормальным", после того как переключился на свою нормальную природу, он сделал вид, что не понимает, о чем идет речь. Он знал. Он полностью осознавал, что делает. Он просто делал вид, что не знает, прикрываясь рационализаторством. Он полностью отрицал содеянное и закрывал на это глаза. — Как вы думаете, что произойдет, если сознание этого человека разрушится? Он отбросил чувство вины, которое должен был нести, используя такой экстремальный метод. Его психическая сила должна была быть еще слабее, чем у песочного замка. Его разум наверняка разрушится, если заставить его взглянуть в лицо реальности. Что же будет, если постоянно использовать такого человека, что приведет к разрушению его сознания? Однако, в отличие от этой тяжелой и шокирующей темы, император был невероятно спокоен. Сидя со скрещенными ногами и дослушав Немезиуса до конца, первые слова, которые он произнес, были очень спокойными, как будто он говорил о чем-то совершенно не относящемся к нему. — А в чем дело? Он разжал ноги и наклонил верхнюю часть тела вперед. Император посмотрел прямо в лицо Немезиусу, когда тот наклонился ближе и снова открыл рот, на его лишенном всякого выражения лице появилась холодная улыбка. — Я уже и так все знаю. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Церковь Спасения (1) — ...Но как?! — Разве это не выбор Деон Харта? Вероятно, он сделал этот выбор после того, как разработал план. И даже если то, о чем вы беспокоитесь, произойдет, ответственность будет нести именно он. Как будто все это не имело к нему никакого отношения, его равнодушный голос затих. Немезиус на мгновение потерял дар речи и не смог продолжить разговор. Это, конечно, не имело для него никакого значения. Если меч сломается, то его осколки обязательно порежут и его владельца. Зная, что император не останется в неведении, Немезиус заставил себя открыть рот, не в силах понять ход его мыслей. — ...Вашему Величеству, возможно, придется разделить эту ответственность. — Это не имеет значения. Разве не это подразумевает быть императором? — … — Я шучу. Стоит посмотреть, что из этого выйдет. Император произнес что-то похожее на застрявший в его горле смех. Было довольно нелепо, что он, провозгласивший себя тираном, сказал то, что сказал бы мудрый император. Подумав, что ему следует больше тренироваться, чтобы скрывать свои выражения, император медленно придумал ответ на слова Немезиуса. Это не было чем-то грандиозным. На самом деле все оказалось довольно просто. — Я не настолько некомпетентен, чтобы не иметь возможности покрыть ошибки тех, кто мне дорог. — … — Достаточно ли хорош этот ответ, генерал? Может быть, он и не был мудрецом, который покрывал бы ошибки всех, но он был достаточно мудр, чтобы прикрывать тех, кто ему дорог. Он направил свою щедрость, деньги, время и власть лишь на нескольких человек, в то время как их следовало бы направить в равной степени на другие, пусть и более бесполезные вещи. Император Эдуардо обладал силой и способностью совершить нечто подобное. Опровергнуть это было некому. Поэтому, пока речь не идет о чем-то серьезном, вроде государственной измены, он может прикрыть большинство вещей. — Если ошибка будет слишком серьезной, и я не смогу её покрыть, значит, мои глаза ошибались. Но и тогда ничего не изменится. Ответственность, которую он должен будет нести, только возрастет. Более того, вероятность того, что подобное произойдет, была невероятно мала. — Я ни за что не стал бы бездумно держать рядом с собой опасных людей. — Тогда... — Я держу его за поводок. Круэл Харт. Император медленно улыбнулся, вспомнив о брате Деона. ~ «Я даже стал спутником неизвестного Героя, чтобы покончить с этой семьей. Так почему же...» ~ Он вспомнил разговор, который состоялся после того, как Деон, только что вернувшийся из царства демонов, ворвался в банкетный зал и вспыхнул, как только Круэл стал темой их беседы. Скорее всего, он повел себя так, потому что не смог сдержать эмоций, узнав, что Круэл стал Героем. Может быть, потому что все его подавленные эмоции взорвались в одночасье, его манера говорить казалась довольно извращенной, а голос - более высоким. Его голос, который все время повышался, словно готов был вылететь из тела, тут же умолк, как только он встретил взгляд императора. С запозданием он понял, кто сидит перед ним. Император даже не удосужился отречься от него за грубость. Ведь он знал, насколько экстремальными были чувства Деона к членам его семьи и насколько они были ему полезны. Ненависть, убийственное намерение, гнев. С его точки зрения, именно они вытолкнули на поле боя слабого ребенка, которому едва исполнилось 14 лет. Затем, после восьми лет скитаний по полям сражений, ненависть Деона к своей семье только усилилась. Когда он наконец предстал перед императором в знак признания его заслуг в войне, то отказался от всех наград, потребовав взамен только одно. «Пожалуйста, позвольте мне уничтожить эту семью своими руками». У императора не было причин отказываться. Он слышал, что семья Харт на протяжении многих поколений хранила верность королевской семье, но это нельзя было назвать большим преимуществом для императора, взошедшего на трон в результате переворота. У него не было причин держать их при себе. Эта невероятная семья Харт или отдельный Деон Харт, который впоследствии может быть использован в качестве сильного меча, если он правильно распорядится своими картами. — Хорошо. Император без колебаний поднял руку. Конечно, он не собирался сразу же удовлетворять его просьбу. Лучше использовать этот шанс, чтобы заставить его сделать больше. Если уж он все равно собирался использовать его в качестве меча, то не лучше ли сначала выплавить его и немного закалить? — Однако я задаюсь вопросом, стоит ли отказываться от целой семьи и предпочитать ей тебя, отдельного человека? — ...Что я должен сделать, чтобы доказать это? — В настоящее время Герой готовится покинуть империю, чтобы сразиться с Королем Демонов. Он велел ему встретиться с Королем Демонов вместе с Героем в качестве его спутника. Хотя ему и не хотелось просить его об этом, так как это было предложено герцогом, это был бы лучший способ выплавить и закалить меч, названный Деон Хартом. И результаты оказались превосходными. Ему удалось вернуть тело погибшего Героя. Благодаря этому даже те, кто был против того, чтобы он стал Героем - ведь у него не было фрагмента Героя, - не имели другого выбора, кроме как признать его. С точки зрения императора, он был настолько превосходен, что ему хотелось дать ему еще больше. Однако... Несмотря на желание императора не разоряться, Деон остался при своем мнении, отказавшись от всех предложенных императором денег, земель и титулов. «Похоже, что сегодня на территории Харт будет очень тихо. Что думаешь? «Спасибо за оказанное внимание». Поскольку он не мог отказаться от своего обещания, император покорно удовлетворил его просьбу. Колебаться было бессмысленно, когда он уже принял решение. Непосредственно в ту ночь император запретил кому-либо, не связанному с ситуацией, посещать резиденцию семьи Харт, и Деон Харту удалось без труда убить всех, кто находился в этом особняке. Единственной неожиданностью стало то, что Круэла Харта в тот день не было в особняке и что он вернется как раз в тот момент, когда Деон Харт будет мстить. Все могло бы быть иначе, если бы он был в тот день в особняке или вернулся на следующее утро, когда все уже закончилось. Но волею судьбы Круэл Харт выжил, став свидетелем того, как Деон Харт убил всех членов своей семьи. Хотя все оказалось не так, как он ожидал, это стало для него хорошим способом взять под контроль Деон Харта. Даже если бы это было не так, за делом об исчезновении семьи Харт следили бы многие. И если даже единственный свидетель, Круэл Харт, погибнет, последствия будут значительными. Сколько людей смогут помешать этому? В конце концов, убив Круэл Харта, он мог потерять благосклонность императора. «Причина, по которой герцог Иллюстер держит рядом с собой Круэла, вероятно, аналогична». Деон Харт был на цепи у Круэла Харта. Они были на цепи друг у друга. Где можно найти что-то столь же уморительное? Проглотив вздох, наполненный сложной смесью эмоций, который вот-вот должен был вырваться из его уст, император взмахнул рукой. — Не упоминай больше ничего о Деон Харте. *** Ух ты, откуда столько странных вещей в чужом дворе? Это что, новая художественная инсталляция? А вдруг кто-то что-то украл? Или у них просто было так много денег? Они пытались похвастаться: "Посмотрите, сколько денег у моей семьи"? Я, конечно, завидую владельцам этого дома. Только чей это был дом? Это был мой дом! — Что это такое?! Я был уверен, что никогда не покупал ничего подобного! Привели ли рыцари к новым неприятностям? Я должен был избавиться от них как можно скорее. Я встал, захлопнув стол, готовый немедленно броситься к выходу и посмотреть, что происходит. Из-за этого вниз полетело несколько бумажек, но вид за окнами был слишком впечатляющим, чтобы я не обратил внимание на что-то вроде летящих бумажек. Разве они могут быть важнее, чем сияющий холм, формирующийся в моем дворе? Хотя я уже почти потерял сознание, в ушах зазвучал спокойный голос пожилого мужчины. — Это награда, которую Его Величество решил дать вам за поимку шпиона. — Мне не нужно... Я хочу сказать, что это слишком обременительно. Отправьте их обратно немедленно! — Если бы мы так поступили, Ваша Светлость тоже вернулась бы туда, откуда пришла, поэтому этот старик осмеливается всем своим существом призывать пересмотреть решение. Благодаря тому, что он сказал... Мне удалось прийти в себя. Да, он дал мне эти вещи с самыми лучшими намерениями, но что будет, если я скажу, что они мне не нужны и что он должен их забрать? Учитывая, что он тиран, не будет ничего странного, если он поступит радикально, так что мне следует просто заткнуться и принять вознаграждение. «...Если вы хотите наградить меня, просто верните себе территорию Харт». Вероятно, он не стал обсуждать со мной награду за поимку шпиона, потому что предвидел, что я попрошу о чем-то подобном. Черт возьми, все-таки он был умным тираном. Чувствуя, что от напряжения у меня першит горло, я поднял стоявшую на столе чашку с чаем. «Как я и предполагал, запах приятный». Однако, сделав несколько глотков, я снова отложил его. Каждый раз, когда я улавливал его аромат, мне казалось, что я должен пойти в туалет. Это был тот самый чай, который я пил с принцем и принцессой. Принц дал мне немного с собой перед тем, как я покинул дворец. Мне было невыносимо выбрасывать подарок принца, и я просто положил его на какой-то стол, как только вернулся домой. Но дворецкий, Ремембер, нашел его и часто подавал мне вместе с угощениями, пока я работал. Это было не единственное, что придумал Ремембер. Тук-тук... – послышался осторожный стук за дверью. Ремембер пошел открывать, взял что-то у человека с той стороны, подошел ко мне и положил это на мой стол. Передо мной на серебряном подносе стояла чаша, наполненная горьковатой на вид смесью, и больше ничего. — Пришло время принять лекарство, Ваше Сиятельство. — ...Мне обязательно это пить? — Лекарь императорского двора прислал его нам. Даже если вы здоровы, это не окажет отрицательного воздействия, так что вы можете быть уверены и пить его. Он также прошел проверку на ядовитость. Я думал, что это пустые слова, но врач действительно прислал мне в дом лекарства. Это была не просто порция на одну-две недели, а больше, чем на месяц, не так ли? Я оценил заботу, но я ненавидел горькие вещи... Конечно, мой отказ не изменил мнение Ремембера. Он усмехнулся и протянул мне смесь. Его поведение было очень вежливым, но мне показалось, что он оказывает на меня какое-то молчаливое давление. Может быть, это только мне показалось. — Я сейчас сыт. Я уже наполнил свой желудок чаем. — Но Ваша светлость должны это принять. Глоть. Лекарство было очень горьким. В тот момент, когда я нахмурился, в мой рот попала конфета. Когда я удивленно поднял голову, на меня смотрела пара серебристо-голубых глаз. Это дворецкий, серьезно. Я не был ребенком. Тем не менее, на вкус эти конфеты очень хороши. Это клубника? Покрутив конфету во рту языком, я снова посмотрел в окно. От вида горки блестящих предметов во дворе у меня все еще болела голова. Это были мои самые большие проблемы на данный момент, так как же мне с ними справиться? Я постучал по столу одним из пальцев, прежде чем открыть рот. — Ремембер. — Да, Ваше Сиятельство? — Я оставлю половину этих вещей на ваше попечение. Используйте ее как бюджет для особняка. Другую половину я положу в свои сбережения. — Да, Ваше Сиятельство. — А, отложите немного отдельно. Мне нужно кое-что сделать. — Понятно. Сколько вы хотите, чтобы я выделил? — Достаточно, чтобы собрать любую информацию, которая мне нужна. Затем я потянул за веревку, чтобы вызвать горничную. — Вызовите госпожу Риенн. Короче говоря, деньги, которые я приказал отложить, достанутся госпоже Риенн, лидеру Приспешников Дьявола и единственному нормальному человеку среди них. Я хотел, чтобы она исследовала Церковь Спасения. И, как настоящий рыцарь, она вернулась ко мне через несколько дней с документом, в котором подробно описывалось, куда, как и сколько денег она потратила, а также с двумя пачками бумаги, на которых была записана полученная информация. И прямо сейчас... — Церковь спасения — это новая религия, которая быстро распространяется по трущобам. В основном они собирают верующих, раздавая хлеб и воду. Она вежливо докладывала мне всю найденную информацию. — В отличие от других псевдорелигий, они не говорят им верить в "Лидера" и не собирают "пожертвований". Единственное, во что их просят верить, — это "спасение"... — "Спасение"?.. Это слишком абстрактно... ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Церковь Спасения (2) Было много подозрительных моментов. Это и следовало ожидать от псевдорелигии. Однако "Церковь спасения" сильно отличалась от других псевдорелигий, которые поднимались и падали на протяжении многих лет. В настоящее время это убеждение широко распространено среди простолюдинов и даже пользуется поддержкой некоторых дворян. Теперь, когда их стали спонсировать дворяне, дела у них должны были пойти немного лучше, но создание организации стоило бы немалых денег. Иными словами, они начинали с бюджета, который не мог составить ни один обычный человек. А их отправной точкой были трущобы, так что их траты были бы похожи на выливание воды в бездонную яму в самом начале. Приблизительно подсчитав расходы, можно сказать, что это была сумма, на которую могли рассчитывать даже дворяне с приличным положением... «Они делали это не ради денег, и не похоже, что их основатель хотел стать каким-то религиозным лидером, и чтобы ему поклонялись люди. Что это, черт возьми, такое?» От досады я влил в себя оставшийся в чашке теплый чай, о чем тут же пожалел. Черт возьми, мне не следовало пить этот чай. Я не мог поверить, что во время такого серьезного обсуждения мне захотелось в туалет. Я хотел еще немного подумать над отчетом, но... «Я сначала схожу в туалет, а потом еще подумаю...» — Вы лично собираетесь туда ехать? — Что? Я остановился, подойдя к двери. Что за чушь она несла? В отличие от меня, ошарашенного ее словами, госпожа Риенн почему-то смотрела на меня с уважением в глазах и говорила торжественным голосом. Я также заметил, как она дотронулась до своего меча, висевшего на поясе. — Опасно идти одному. Я последую за Вашей светлостью. — Что? Нет... Эмм?... Они утаскивали меня. Я даже не мог пойти в туалет. Видя, что госпожа Риенн ждет меня с блестящими глазами, кричит что-то вроде: "Я испытываю к вам глубочайшее уважение!" и сама проявляет инициативу, открывая дверь, как я мог в такой ситуации сказать что-то вроде: "...мне нужно сначала в туалет"? Поэтому, не имея возможности что-либо предпринять, я надеялся, что перед выходом из особняка передо мной появится спаситель. Однако реальность оказалась холодной и жестокой. «Черт. Вот мое везение». Не то чтобы мы ни с кем не сталкивались. Там были горничная и слуга. Мы даже наткнулись на Ремембера, когда спускались по лестнице. Однако мой дворецкий, обычно столь компетентный, похоже, не заметил моего выражения лица, которое, вероятно, создавало впечатление, что меня вот-вот потащат на бойню. Он просто спросил, куда мы направляемся, и мисс Риенн ответила, что в трущобы. Тогда он просто выдал нам две рваные мантии и спокойно отправил нас в путь. Когда я увидел, что он вручает нам рваные мантии вместо новых или аккуратных одеяний путешественников, мне показалось, что он знает, что мы собираемся делать. Почему такой умный человек, как он, не смог прочитать мое выражение лица? Может быть, он намеренно игнорировал меня? — Я думаю, что с этого момента мы должны надеть мантии. Продолжая идти в полном оцепенении, я даже не успел ничего понять, как мы достигли входа в трущобы. Мисс Риенн, которая привела меня в ближайший переулок, протянула мне одну из потрепанных мантий. Посмотрев мрачным взглядом, я взял её дрожащими руками. «Неужели мы так туда и пойдём?» Мне нужно было время, чтобы подготовить свои мысли. Или хотя бы сходить в туалет. Мне показалось, что если я вот так просто войду туда, то стану причиной несчастного случая в совершенно ином смысле, поэтому я слегка покусал губы, прежде чем открыть рот. — ...А до этого можно мне сначала кое-куда сходить! — Что? Куда? — Вон туда... Это займет совсем немного времени, так что не ходите за мной. Я должен был подготовить свой разум и избавиться от жидкости, заполнявшей мой мочевой пузырь. Хотя сам я с этим не сталкивался, но слышал рассказы о том, что если человек сильно испугается, то может сделать свои дела в штаны. Это выглядело очень жалко. Я не хотел оказаться в таком положении. Поэтому лучше было подготовиться заранее. Даже если бы мы были в трущобах, я не хотел бы ходить с мочой в штанах. Но о чем, черт возьми, думала мисс Риенн? Почему она выглядела такой нерешительной и беспокойной? — С вами все в порядке? — Да. Она выглядела немного обеспокоенной из-за того, что мы находились в трущобах, а... Все было бы хорошо, конечно. Я же не маленький ребенок, в конце концов. Неужели она боялась, что я не смогу самостоятельно сходить в туалет? Кроме того, она была женщиной. Неужели она хотела пойти со мной и увидеть то, что ей не следует? Я стоял перед госпожой Рьенн с решительным выражением лица. Вопреки спокойному выражению лица, мои внутренние мысли были в полном хаосе. Не могла бы она перестать терять время и просто отпустить меня? Неужели она не видит моего бледного лица? Может, она просто притворится, что все поняла? Я поспешил за угол переулка, еще раз сказав ей, чтобы она ни в коем случае не шла за мной, так как я боюсь, что она ворвется туда, когда я буду заниматься своими делами. «Подождите!!» Подумав о том, что госпожа Риенн может все таки последовать за мной, я еще несколько раз оглянулся, прежде чем закончить свои дела. В голове снова возникла мысль о том, чтобы все бросить. Ради чего я вообще переживал все эти трудности? Мне не нужна была земля. Я просто хотел вернуть эту территорию обратно! Если бы это было все, я бы просто отказался от этой затеи, но с тех пор, как в дело вмешался Круэл, я и думать не мог об отказе. «Черт возьми...» Я натянул штаны и надел мантию. А когда я однажды обернулся, то увидел, что кто-то стоит посреди аллеи, хотя раньше там никого не было. Казалось, что этот человек пытается куда-то пробраться. Потрепанная мантия, в которую он был одет, подтверждала эту версию. Он выглядел несколько знакомым. Эти черные волосы... Мужчина в такой же мантии, как у меня, тоже обернулся, как будто пытаясь определить присутствие рядом с собой другого человека. На мне еще не было капюшона, поэтому, конечно, мы установили зрительный контакт. Наверное, я должен поправить себя. Похоже, он тоже хотел проникнуть в Церковь Спасения. Нет, я был уверен в этом. — Ты. В конце концов, у него была та же миссия, что и у меня. Круэл Харт. Несмотря на то, что этот ненавистный человек находился прямо передо мной, я не мог выразить ему свои неприятные чувства. Потому что я был очень удивлен этой неожиданной встречей. Время реакции было замедлено. — Ах, черт... Кх-кх... А потом я стал кашлять кровью. Я думал, что в последнее время мое состояние улучшилось, но из меня снова хлынула кровь. Черт. Я тут же закрыл рот, потому что не хотел показывать ему свой жалкий вид. Осмотрев красную жидкость, разлившуюся по земле, и кровь, покрывавшую мою руку, я поднял глаза и посмотрел на Круэла. Он смотрел на меня, не двигаясь ни на дюйм. Точнее, он смотрел на залитый кровью пол передо мной. Его зеленые глаза, смотревшие в пол, медленно поднялись и остановились на моих губах. Увидев это, я сразу же опустил голову. Черт, мне было так стыдно, что я даже не мог высоко поднять голову. В итоге я закашлялся кровью без всякой другой причины, кроме как от удивления. Это само по себе заставило бы меня чувствовать себя неловко, но почему это должно было произойти на глазах у этого парня? Оставаться в таком состоянии было бы пустой тратой времени, поэтому, оттолкнув его, я попытался броситься прочь из переулка. Но тут я наткнулся на еще одну знакомую фигуру, которая появилась из-за его спины, похоже, встревоженная. — Ваша светлость, простите. Я просто волновалась... так... Мисс Риенн, которая хотела проверить меня, замедлила свою речь в конце, прежде чем полностью закрыть рот. Ее взгляд метался между мной и стоящим передо мной Круэлом. Когда я увидел, что ее рука поползла к мечу, висящему на поясе, - вероятно, она неправильно поняла ситуацию, но я уже не мог думать. Единственное что я успел подумать… «…Я рад, что она не решила прийти сюда, пока я занимался своими делами». *** Он прикрыл рот рукой, но не смог скрыть кровь, стекавшую между пальцами. Увидев кровь на земле и красную жидкость, покрывавшую руку Деон Харта, рыцарь-командор Риенн глубоко раскаялась в своем сердце. «Я не должна была отпускать его одного». Почему она забыла о том, что только она сопровождает графа Харта? Теперь, когда она думала об этом, это было очевидно. Помимо бледного лица, у него дрожали руки, он вспотел и кусал губы, словно терпя боль. Непривычным было и его недостойное поведение, когда он бросился в переулок, словно пытаясь что-то спрятать. Проклятие Короля Демонов активировалось. «Я унизила свою рыцарскую честь». Поэтому, когда он сказал, что будет отсутствовать некоторое время, она спросила Деона об этом из опасения. — С вами всё в порядке? — Да. Было ошибкой просто послушно отпустить его, но она не могла заставить себя ослушаться, когда он твердо ответил ей и посмотрел на нее так, будто она ни в коем случае не должна идти за ним. Вопреки расхожему мнению, граф Деон был чрезвычайно добросердечным человеком, не любившим доставлять другим неприятности. Конечно, во время боя он проявлял и другую, невероятно жестокую сторону, которая могла бы шокировать любого... Однако это было только во время "боя". Обычно он был слишком мягкосердечен и добр. Ведь надо было просто посмотреть на эту ситуацию. Он не решался ступить в такое грязное место, потому что той информации, которую она получила, было далеко недостаточно. Поэтому, вместо того чтобы поручить расследование кому-то другому, Деон решил разобраться во всем лично. Причина, по которой он пытался скрыть свое состояние, могла заключаться в том, что Деон думал, что леди Риенн скажет ему вернуться, если увидит кровь. Он не хотел ее беспокоить и просто хотел провести расследование. Как же она могла не заботиться о нем? «Но...» Она перевела глаза и устремила свой взгляд на человека, стоящего перед графом Хартом. Кто это был? Она не могла его опознать, так как видела только его спину, но, судя по выражению лица графа Харта, они, похоже, не были в дружеских отношениях. Не может быть... Может быть, это наемный убийца, который искал случая напасть? Пытался ли он воспользоваться ослабленным состоянием графа? Однако убийцы проявляли себя редко. «Он уже пытался его убить?» Граф был героем, хотя и ослабленным проклятием. Он бы не позволил так просто напасть на себя. Логично, что после неудачи убийцы, вызванной грозными способностями графа, они оказались в такой ситуации. «Давайте сначала усмирим этого ублюдка». Было непростительной ошибкой полностью пренебречь состоянием и безопасностью графа, но еще большим грехом было бы, если бы она оказалась не в состоянии выполнять свою работу из-за сильного потрясения. Она была рыцарем. Рыцарем, который должен был защищать графа. Риенн, быстро пришедшая в себя, медленно потянулась за мечом. Возможно, почувствовав что-то, ее противник, у которого капюшон мантии был натянут на лицо, медленно повернулся и посмотрел в ее сторону. Как только она почувствовала, что его взгляд из-под мантии упал на нее, Риенн тут же выхватила меч и бросилась на него. Лязг! Раздался резкий звук. *** Круэл спокойно наблюдал за лицом своего противника, пока они скрещивали мечи. Он казался невозмутимым, несмотря на внезапность атаки. Это был знакомый взгляд. Разве не она была лидером Рыцарского корпуса под командованием Деона? Она без колебаний взмахнула мечом. Лязг! Резкий звук снова потряс его барабанные перепонки. Так как он не зря получил звание "Героя", Круэл умело блокировал ее атаки и смотрел на них обоих теми зелеными глазами, которые так ненавидел Деон. «Неужели он все-таки приехал на задание?» До него дошли сведения о том, что Деон получил то же задание, что и он. Голос герцога, приказавшего ему не терять голову, звучал в его ушах. Вместе с этим возросло и количество его миссий. Он знал об этом, но не ожидал, что столкнется с ним так быстро. Он был так удивлен, когда их глаза встретились. Не то чтобы он его не замечал. Бледная кожа и красные глаза встречались не так уж часто. Забавно, что он даже не подозревал, что эти отличительные черты нельзя скрыть ветхим халатом. Он некоторое время находился в шоке от их неожиданной встречи, и его мысли стали вялыми. Не в силах сдержать потрясение, Деон закашлялся кровью. Было ли это связано с его врожденным состоянием или с проклятием Короля Демонов? Его младший брат всегда был слаб. Если на его тело наложили еще и такое проклятие, то сколько еще ему осталось жить? Он не был уверен, но полагал, что не очень долго. Глядя на кровь, размазанную по рту Деона, с ужасно спокойным выражением лица, он подумал про себя. «Он не должен участвовать в этой миссии». Он не знал, есть ли что-то еще, но он должен был остановить его. Неужели руки было недостаточно? Кроме того, Круэл, размышлявший над тем, стоит ли ему действительно подавать заявку на убийство, даже не заметил никаких признаков того, что Деон "проклят". Потому что он был уверен, что он такой же, как всегда. На ключице Деона был вырезан странный черный узор, расположенный близко к шее. Как и все, кто знал об этой метке, Круэл тоже считал, что она усугубляет его состояние и сокращает срок жизни. «Только до тех пор, пока этот короткий срок жизни не закончится...» Он просто должен был продержаться до этого момента. Повторив это в уме, Круэл уставился на Деона. Его зеленые глаза, которые, казалось, не принадлежали живому существу, молча смотрели только на одного человека. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Церковь спасения (3) Передо мной шел ожесточенный бой на мечах. Нет, скорее, госпожа Риенн вела одностороннюю атаку. Однако ей так и не удалось загнать Круэла в угол. Он спокойно защищался от ее атак и, казалось, думал о чем-то другом. Время от времени он даже поглядывал на меня. Как же отнеслась к этому госпожа Риенн, которая с гордостью называла себя рыцарем? У нее сузились глаза - впервые в жизни ее так откровенно игнорировали. — Ты!.. Ты ублюдок!!! — Подождите. Если бы они продолжали бороться таким образом, жизнь мисс Риенн была бы в опасности. Я не мог этого допустить, поэтому сделал шаг вперед. Хотя мне не хотелось этого признавать, ее противник, Круэл, все же был Героем. Я прекрасно понимал, что он получил это звание не после победы в турнире по "камень-ножницы-бумага" или что-то в этом роде. Ведь я следил за его мастерством фехтования с тех пор, как был ребенком. — Пожалуйста, отойдите, мисс Риенн. — Ваша светлость!.. Но!.. — Это приказ. Я бы не стал вступаться, если бы это Круэл был в невыгодном положении. Мисс Риенн, которая на мгновение выглядела слегка ошарашенной, закусила губу и отступила назад, как будто была шокирована тем, что я отдал приказ, так как редко это делал. Я был немного обеспокоен её нынешним настроением, которое, похоже, было в беспорядке, но у меня были и другие заботы. Я перевел взгляд на стоящего передо мной человека. Мой взгляд упал на Круэла, который молча убирал меч в ножны. И как обычно, когда я уже собирался начать говорить, он первым открыл рот. — Вы пытаетесь проникнуть в Церковь Спасения? Однако его слова были весьма неприятны. Я рефлекторно закрыл рот от шока. Как только я понял, что сделал, я попытался снова раздвинуть губы, делая вид, что ничего не произошло. Однако Круэл был не из тех, кто упускает такой шанс. Из его уст прозвучал голос убежденности. — Значит, вы пытаетесь внедриться. Вздох. Так чего же он хотел от меня? Хотел ли он попросить меня пойти с ним, потому что сам хотел сделать то же самое? Конечно, я никогда не согласился бы. Я заставил себя поднять уголки рта. Он смотрел в мои глаза, которые, вероятно, вовсе не улыбались. — Я думаю, это не твое дело, брат. — Не делай этого. Что? Я не знал, как реагировать, когда он бросил в меня эту фразу. Конечно, помимо того, что я потерял дар речи, я не собирался послушно следовать его словам. Кто в здравом уме станет слушать своего "конкурента", который преследует ту же цель, что и он? «Верно, перед нами была поставлена одна и та же задача». Тогда я вспомнил этот факт. Мой шок отступил, а оцепеневший язык оттаял. Вскоре моя улыбка расширилась. Из моего рта вырвался холодный голос, не соответствовавший моему выражению лица. — Буду я делать что-то или нет — это зависит только меня, ты так не считаешь? — … — Не поздновато ли ты теперь говоришь, что я тебе небезразличен... Старший брат? Тело Круэла дрожало. Похоже, мне удалось уколоть его совесть. Похоже, он был потрясен до глубины души, а может быть, его просто удивило то, как я его назвал. Ну, это не имело значения в любом случае. Я не знал, о чем он думает, но я знал, что лучше не читать ничего в его действиях. Я отвернулся, ничего не сказав. Я мог бы использовать этот шанс, чтобы надавить на него еще больше, но оставаться здесь дольше было бы просто пустой тратой времени. — Так что можешь не обращать на меня внимания. Потому что даже если ты это сделаешь, я не буду этому рад. — ... — Если ты сделаешь это сейчас, я уйду, брат. Я позвал мисс Риенн, которая смотрела на меня и Круэла, который уставился на меня широко раскрытыми глазами, как только услышал слово "Брат", и направился к выходу из переулка. Я мог быть только самим собой, но то же самое можно было сказать и о госпоже Риенн. Она все еще вела себя как типичный рыцарь, не так ли? «Она уже не в первый раз видела, как Круэл делает подобные вещи. Она уже должна была привыкнуть к этому». Или ее так сильно беспокоило, что она не понимала, что скрещивает мечи с Круэлом? Вполне естественно, что она не могла его узнать: на нем была мантия. Когда я перестал обращать на нее внимание и заторопился, сзади послышался негромкий голос. — Твои волосы… Я остановился. — Было бы лучше замазать их грязью. А вот спрятать глаза вряд ли возможно. Закончив то, что хотел сказать, Круэл закрыл рот. Я вышел из переулка, сделав вид, что не услышал его. Конечно, мои мысли были в смятении. «Что, черт возьми, с ним не так? Почему он дает мне советы?» Хотя советы, которые он мне давал, были хорошими. Но мне было очень трудно принять это... — Госпожа Риенн, этого достаточно? — Да, сейчас они выглядят серыми. — Кстати, а почему вы так далеко?.. — Это всего лишь ваше воображение. Серые? Не коричневые? В общем, я неловко пригладил волосы, которые уже не казались белыми. На мои плечи посыпались ошметки грязи, и в это время госпожа Риенн с трепещущими глазами на большой скорости убежала от меня. ...Почему она чувствовала себя неловко? — Мисс Риенн, мы проникнем в Церковь Спасения, начиная с этого момента. — Да, я знаю. — Вы же не собираетесь отпускать меня туда одного, я прав? Это было всего лишь мгновение, но я увидел, как на ее лице промелькнуло разочарование. Было очень приятно видеть, как стоический человек демонстрирует такое выражение лица. Я слегка приподнял края рта и сделал жест в ее сторону, испытывая приятные ощущения. — Идите сюда. Я сделаю все возможное, чтобы помочь вам замаскироваться. Бам! — ...Теперь, когда я думаю об этом, мне кажется, что идти туда одному не так уж и плохо. Мисс Риенн, вам следует подождать снаружи. — А... Минуту назад я поклялась себе не оставлять Вашу светлость одного. Я не могу нарушить клятву, которую давала, будучи рыцарем. — Я в порядке, хотя... — Но это не так. «Это выражение лица... Мне показалось, что она сейчас кого-нибудь прирежет, если я не соглашусь». Я немного забыл об одном факте. Госпожа Риенн тоже была сильным рыцарем, который мог убить меня, когда захочет, если только приложит к этому усилия. Как только я осознал этот факт, уголки моего рта, которые я слегка приподнял, начали дрожать. Я ведь не собираюсь так умереть, верно? Кроме того, она была моим сопровождающим. Чувствуя, что моей жизни угрожает опасность, я отчаянно хотел отговорить ее. Однако госпожа Ренн решила слегка измазать лицо грязью. Конечно, ей не очень хотелось этого делать, но она все равно дрожащими руками накладывала маскировку... И все же, не лучше ли было покрыть грязью и лицо, и волосы? И вот теперь, когда мы подошли ко входу в Церковь Спасения, я глубоко натянул на голову капюшон и сурово произнес. — Идем. — Да. …Я чувствовал, что нас сразу же выгонят, если она так себя поведет. С тех пор у нее было невероятно страшное выражение лица, и, если она попытается действовать в таком состоянии, что бы она ни делала, я почувствую, что наше прикрытие будет раскрыто. Неужели эта грязь была такой ужасной? — Мисс Риенн. — Да, Ваше Сиятельство? — Почему вы делаете такое лицо? — Без причины. Что она имела в виду, говоря "без причины"? Я проглотил язвительное замечание, которое чуть не вылетело у меня изо рта, и вздохнул. В это время она тоже вздрогнула, видимо, услышав вздох своим отличным слухом. Пока я размышлял над тем, как решить эту проблему, госпожа Рьенн склонила голову и тут же заговорила, словно на нее было оказано какое-то молчаливое давление. Выражение ее лица исказилось. — Мои извинения. — Хм? Но я ее не ругал. Нет, я даже не думаю, что она извинялась за то, что мне показалось. У меня было плохое предчувствие: когда люди вокруг меня реагировали подобным образом, независимо от того, где я находился - в Царстве Демонов или в Империи, они всегда делали наихудшие выводы. Поэтому, когда я рефлекторно нахмурился, она поспешно добавила что-то, словно почувствовала, что ее почему-то преследуют. — Отныне я никогда не оставлю вас одного. — Ааа? Теперь я понял, почему у нее было такое выражение лица. Кстати… «А как же моя личная жизнь?» Как мне следует к этому относиться? Действительно ли я должен был отказаться от своей частной жизни в обмен на безопасность? Как и следовало ожидать, моя интуиция оказалась права. Надо было как-то сменить тему, услышав ее неожиданные извинения. Вывод, к которому я пришел после размышлений о том, как можно отказаться от ее тревожной и обременительной лояльности, был довольно прост. — …Спасибо. Я просто смирился с этим и решил в следующий раз взять с собой кого-нибудь другого. — Тогда пойдемте. На случай, если она собирается говорить об этом дальше, я ускорился. Кажется, мне стало немного легче, и я почувствовал, как она легким шагом идет за мной. Однако, когда я оглянулся, чтобы убедиться в этом, то на мгновение потерял дар речи. — Спрячьте свой меч. — А. Взглянув на лицо мисс Риенн, на котором редко появлялось удивление, она тихонько коснулась своей головы. Я чувствовал это и раньше, но казалось, что ее не интересует ничего, кроме вещей, связанных с рыцарями и мечами. Но не слишком ли много и часто? Почему эта женщина, которая говорил, что мы должны "вести себя как бедные граждане, которые пришли в Церковь Спасения, услышав какие-то слухи", пришла сюда с мечом на поясе? — Пожалуйста, закопайте его где-нибудь поблизости, а потом присоединяйтесь ко мне. Я войду первым. — Прошу прощения, но это место опасно. Она выглядела беспокойной. Это была её собственная ошибка, поэтому она не была настолько бесстыдной, чтобы просить меня подождать. Однако было ясно, что она не могла даже этого сделать, потому что боялась оставить меня одного. Она и раньше не хотела оставлять меня одного, но теперь, когда она открыто поклялась не покидать меня, ей стало еще труднее. В обычной ситуации я бы подождал ее, пока она спрячет меч, но здесь я немного торопился. Похоже, мое невыразительное лицо заставило ее почувствовать затруднение, ее зрачки сильно дрожали. «Я должен закончить это задание быстрее, чем Круэл». Я никогда не позволю себе быть медленнее его, и, конечно, будет еще ужаснее, если я столкнусь с ним еще раз. Поэтому я мог сделать только одно. Быть быстрее его. — Спрячьте его и присоединяйтесь ко мне, как только сможете. Я уже ухожу. —Aх!.. В-ваше Сияте!.. Ее голос угас так же быстро, как и прозвучал. Тсс. Она даже не могла нормально обратиться ко мне из-за местности, в которой мы находились. Если мы заранее не определимся с псевдонимами или названиями, все будет очень сложно. Что ж, это было бы трудно для нее и хорошо для меня. Благодаря этому она не могла мне помешать, и мне не нужно было больше тратить на это время. «Должен ли я разговаривать с этой женщиной?» У входа в Церковь Спасения стояла женщина. Сделав вид, что не слышу отчаянных, беззвучных криков за спиной, я уверенным шагом направился к ней. Шлёп. Бах, бах, бах!!! —Ааа! Вы в порядке? *** — Как же вы, наверное, проголодались... Эй, вам, наверное, тяжело? Хотите, я сначала помогу вам встать? Я замолчал на мгновение, не смея поднять голову, уткнувшись лицом в пол. Затем я услышал женский голос, доносившийся сверху. «Черт. Я что, весь этот путь проделал на животе?» Боли не было, но я готов был умереть от смущения. Нет, мне было слишком стыдно, чтобы чувствовать боль? Когда я, лежа на животе, слегка перевел взгляд, то увидел, что госпожа Риенн издали смотрит на меня с восхищением в глазах. «Черт возьми, почему ты так на меня смотришь?» Она даже повернулась без всякого колебания, все еще сохраняя неловкое выражение лица... Она далеко? Она действительно далеко? Я занервничал. Она ведь не создаст проблем, верно? Если бы я мог, я бы хотел остаться лежать на земле вот так навсегда, но разве это возможно? Как бы то ни было, я с трудом открывал рот, так как я должен был ответить этой женщине, чтобы войти в Церковь Спасения. — Я! Кха! — К-крооооооовь!!! Я грубо вытер уголок рта тыльной стороной ладони. Наверное, я действительно не чувствовал боли, потому что был слишком смущен. Ведь я только что скатился с лестницы, основательно перетряхнув свой живот. Во-первых, надо было успокоить женщину, которая стояла передо мной. Учитывая, что она приняла меня за бедняка, она, вероятно, подумала, что у меня действительно заразная болезнь. Если так будет продолжаться, то меня даже не пустят внутрь, могут запретить вход. — А, это... хроническое заболевание, которое у меня с рождения, так что... все в порядке. Это не заразно. — А... Давайте сначала зайдем внутрь. У нас есть место, где вы сможете отдохнуть. — До этого... Лучше подтвердить свою информацию раньше, чем позже. — Я слышал... что люди могут получить хлеб и воду, если придут сюда. — Ах, да! Конечно! — И... мне действительно не придется ничего за это платить... — Да, можете не сомневаться. Женщина широко улыбнулась, как бы успокаивая меня. Ух ты. Это заставило меня нервничать еще больше, понимаете? Я думал, что на самом деле мне не нужно действовать. Мое нынешнее мышление было таким же, как у бедных людей, которые жили здесь. Я нерешительно последовал за женщиной, не скрывая своей тревоги и сомнений. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Церковь спасения (4) «Как я и думала, он потрясающий». Хлоп, хлоп. Риенн, только что закопавшая свой меч, была глубоко поражена, разравнивая рукой землю, которую она разрыла несколько минут назад. Сейчас она увидела, как Деону удалось проникнуть в Церковь Спасения. Он даже повредил свое собственное тело, чтобы проникнуть внутрь! Он упал и катался по полу, пока не добрался до стоящей впереди женщины. Любой, кто посмотрел бы на него, подумал бы, что он голодал несколько дней до такой степени, что у него ослабли ноги. Она не видела, как он вошел внутрь, но была уверена, что он вошел. В этом не было никаких сомнений. Однако может возникнуть проблема, если они снимут с него капюшон... «Его светлость наверняка сможет разобраться с этим самостоятельно». В конце концов, он был графом. Он, конечно, должен был быть готов к этому. Риенн, легко отмахнувшаяся от этого серьезного вопроса благодаря своей абсолютной вере в Деона, подобрала небольшой камень и положила его на то место, где она закопала свой меч. Таким образом, она могла не беспокоиться о том, что потом не сможет найти свой клинок. Теперь ей оставалось только войти в Церковь Спасения и вновь встретиться с графом... — О боже, мне очень жаль. Принимать новых людей сегодня сложновато... — А? — Вы пришли сюда за хлебом и водой, верно? Вот, я дам вам немного, может быть, вы придете позже? Мне очень жаль. Они сделали это намеренно. Риенн была уверена, что ее не пустили специально. Неожиданно получив хлеб и воду, Риенн уставилась на стоящую перед ней женщину. Женщина, на лице которой в этот момент было извиняющееся выражение, несомненно, была той, перед кем упал граф. Но почему она относилась к ней совсем не так, как к Деону? Она что-то заметила? Или это была дискриминация? Граф, конечно, был красив... Нет, но ведь он носил мантию? Она просто не могла этого понять. Однако она понимала, что если будет стоять на месте, то будет выглядеть еще более подозрительно, поэтому у нее не было другого выхода, кроме как вернуться назад. «Придется подождать где-нибудь поблизости». Она решила, что извинится за свою некомпетентность, как только граф вернется. *** «Неужели ты думала, что я тебя впущу?» «Приходи сюда хоть каждый день, но я тебя никогда не впущу». Саэрин, лицо и фактический лидер Церкви Спасения, с улыбкой смотрела на удаляющуюся спину Риенн. Была причина, по которой она впустила того мужчину, а эту женщину отправила обратно. «Потому что она научилась пользоваться мечом». Походка ее напоминала походку человека, изучившего технику владения мечом. Это была сдержанная, мощная и слишком ровная походка. Даже если предположить, что она была рыцарем, который пал и стал нищим, это не имело бы никакого смысла. Как мог бедный человек, голодавший несколько дней, ходить так энергично? «С другой стороны, тот человек, которого я впустила совсем недавно, ходил нормально, как любой обычный человек». Он даже упал передо мной, потому что его ноги потеряли всякую силу. Когда он встал, одна из его рук двигалась довольно неестественно. Вероятно, с ней было что-то не так. «И эта кровь...» Это то, что никто не может просто симулировать. Использовать такого человека в качестве шпиона было совершенно неуместно. Чтобы собрать важную информацию об этом месте, нужно было быть достаточно опытным, чтобы хотя бы украсть бухгалтерские книги. Но как человек, у которого не было сил в ногах, который кашлял кровью из-за хронической болезни, не мог нормально двигать левой рукой и, похоже, долго голодал, мог проникнуть в сердце штаб-квартиры и выкрасть бухгалтерские книги? Вероятность того, что этот человек был шпионом, была близка к нулю. «Таким образом, мы можем добавить еще одного последователя к нашему убеждению». Не зная, что впущенный ею человек - Деон Харт, который самостоятельно научился владеть мечом, бродя по полям сражений и не пройдя никакой формальной подготовки, Саэрин вошла в здание, чтобы присмотреть за ним, не испытывая ни малейших сомнений. *** — Вот, выпейте чаю. — А, спасибо. Я протянул руку к чашке, которую мне вручили. Конечно, я не стал сразу пить чай. Ведь я не знал, что там намешано. Во-первых, я должен постараться почувствовать запах как можно тише и естественнее. Однако женщина, стоявшая передо мной, лишь лучезарно улыбнулась, как будто заметила, что я пытаюсь сделать. — Это обычный дешевый чай. Я ничего туда не подмешивала, так что можете пить без опаски. — Хорошо. Я, конечно, не почувствовал от него лекарственного запаха, но... А, неважно. Она ничего не выиграет, убив меня, который должен быть просто бедным нищим. Я осторожно налил чай в рот, немного подержал его там и проглотил. Тепло разлилось по всему телу, снимая напряжение. Если бы это была зима, эффект усилился бы более чем вдвое, поэтому мне показалось, что это немного обидно. Тогда лучше всего было пить чай. — Кстати, не чувствуете ли вы себя зажатым в таком состоянии? — A. Я рефлекторно коснулся капюшона своей мантии. Я чуть не отбросил его назад, но успел удержать от падения с головы. Может быть, мне показалось? Когда я посмотрел на женщину, мне показалось, что ее глаза заблестели. Нет, мне некогда было об этом беспокоиться. «Как я должен ей ответить?» Если бы я снял мантию, то был риск, что я раскрою свое прикрытие. К счастью, моя внешность пока не была широко известна, поскольку я редко появлялся в обществе, но красные глаза были своего рода моим символом, хотя... Что я должен был делать? — Я в порядке. Я все равно выгляжу некрасиво... — Простите? О, если это так, то вы можете смело снимать халат. Здесь никто не осудит вас за ваш внешний вид. — А!.. Ей потребовалось лишь мгновение, чтобы откинуть капюшон, закрывавший моё лицо. Я поспешно опустил взгляд. Мне очень хотелось закрыть лицо обеими руками или опустить голову, но, объективно говоря, это было бы чрезмерной реакцией. Так что это было лучшее, что я мог сделать. ...Черт возьми. Несмотря на то, что я отчетливо видел, как рука женщины тянется к капюшону, я ничего не мог с этим поделать. Если бы я сопротивлялся, она бы точно меня заподозрила. Капюшон был снят, обнажив волосы, которые на всякий случай были вымазаны грязью. Сверху послышался мягкий женский голос. — Все в порядке. Вам не нужно опускать глаза. После секундного колебания ее прекрасная рука потянулась ко мне. Взяв в руки обе мои щеки, она приподняла мою голову. Мои красные глаза встретились с глазами женщины, которая притворялась доброй. В то же время я отчетливо видел сомнение, отразившееся в ее глазах, которые увеличились в размерах. — Ваши глаза... они красные? — Это... Несмотря на то, что я был готов к этому, я все равно был лишен дара речи, так как видел, что она сомневается во мне. Как будто мой разум был полностью стерт, ни одна мысль не появлялась в голове. Если бы так продолжалось и дальше, все закончилось бы самым худшим образом. «Проснись!» Я не мог сейчас паниковать. Я поспешно перевел взгляд вокруг. Словно в подтверждение того, что их доходы недавно выросли, у входа виднелись спины вооруженных охранников. «...Надо просто дождаться госпожу Риенн». Если бы она была со мной в такой момент, я бы чувствовал себя более уверенно. Я не мог даже мечтать о том, чтобы выбраться отсюда, и единственное, чем я мог свободно пользоваться в этой ситуации, был мой рот. Я должен был что-то сказать. «Но что я должен сказать?» Что я могу сказать такого, что развеет все ее подозрения, которые, казалось, со временем только усиливались? «Давай. Думай!» Что я повторил, когда эта женщина призвала меня снять капюшон? Это был единственный момент, когда я мог ответить естественно. Если бы я продолжал молчать еще дольше, они бы наверняка подумали, что я что-то подозреваю. Прошло некоторое время, и как раз в тот момент, когда сомнение в глазах женщины должно было перерасти в уверенность, я открыл рот. Я говорил медленно, без намека на срочность, но с легкой нерешительностью, опустив при этом голову, словно пытаясь спрятать глаза. — ...Как я и думал... — … — Они уродливы, не правда ли? Наступило короткое молчание. Сработало? Я не мог видеть ее выражения, потому что опустил голову. Я не думал, что будет так плохо, если я просто останусь в таком состоянии, но, учитывая ситуацию, наверное, будет лучше, если я скажу еще несколько слов. Доказательством тому стала эта тишина. Было бы гораздо лучше, если бы мне удалось не расплывчато, а четко развеять ее сомнения. — Я знал, что вы так отреагируете... Я снова открыл рот, и в моем голосе прозвучали страдание, грусть, покорность и обида. Актерская игра была не такой уж сложной. Я просто произносил какие-то полудетские реплики, но в них были ясные чувства. — Кому понравятся эти глаза, когда даже моя семья отказалась от меня из-за них? — Н-нет! Они совсем не уродливые! Это сработало! Вслед за последними словами прозвучал нежный и в то же время требовательный голос. — Вы знаете Деон Харта, верно? Герой Империи, Деон Харт! У него тоже красные глаза. Как и у вас. — Вы сказали Деон Харт?.. — Да! Конечно, о нем ходят плохие слухи, например, что он вампир или кровожадный убийца!.. Я не должен был спрашивать. Мне было немного обидно. Ну что ж, похоже, мне удалось развеять ее сомнения, так что все было хорошо. Женщина тут же закрыла рот, как будто сказанное ею прозвучало невпопад, и поспешила сменить тему. — Вы знаете, что это за место? Я знал, но не в деталях. Поэтому я и пришел. Оставив в стороне тот факт, что я пришел сюда не по своей воле, я покачал головой. — Нет. Я просто слышал, что могу получить еду, если приду сюда... — Ага, многие люди приходят сюда из-за этого. Это нормально, так что можете не беспокоиться. Я забыл. Я все еще опускал голову, потому что боялся, что она узнает мое лицо. Благожелательно улыбаясь, женщина осторожно приоткрыла рот, словно собираясь рассказать о месте. Я тоже внимательно слушал, делая вид, что готов сосредоточиться на каждом слове, которое она произнесет. «Верно, они, наверное, использовали этот метод привлечения людей, прежде чем превратить их в своих приверженцев. Интересно, каким образом они убеждали людей присоединиться к ним?» Я не решался ее перебить. — Это место называется "Церковь спасения". — Церковь Спасения?.. — Да. Это религиозная организация, созданная для того, чтобы спасти тех, кто страдает под властью этого тирана Эдуардо. О боже. Ваше Величество, я ничего не говорил. Я просто слушал ее. Нет, я ничего не слышал, по правде говоря, у меня не самые лучшие уши. Поэтому, пожалуйста, пощадите меня. Она не в своем уме? Как она может делать такие опасные заявления без всяких колебаний? А что, если кто-то ее услышал? «Сохранять спокойствие, сохранять спокойствие!» Я не давал своему выражению лица рассыпаться. Сейчас я был невежественным, нищим попрошайкой. Нищие легко поддаются влиянию нескольких слов, так как же должен реагировать я? — Значит, хлеб... — Да, это из-за императора вы все живете так тяжело. Стали бы вы так жить, если бы император руководил страной правильно? — Полагаю, что да... Ваше Величество, император Эдуардо, которым мы все так восхищаемся! Я ничего не говорил. Кто-то другой овладел моим телом и сказал эти слова. Я ничего не знаю! «Но если я скажу это перед императором, он может просто убить меня, сказав, что неправильно рассматривать разум и тело как две разные вещи...» Однако у меня не было другого выхода. Я не мог просто вскочить и крикнуть ей, чтобы она прекратила оскорблять Его Величество. И почему эта женщина продолжала разбрасывать такие фразы? Неужели она не ценила свою жизнь?! Или она действительно узнала, кто я на самом деле? Еще страшнее было то, что это действительно имело смысл. Однако, судя по выражению лица женщины, мне показалось, что она делает это не из-за этого, а просто пытаясь меня раззадорить... Я вздохнул. «Ее утверждения настолько неуклюжи. Настолько неуклюжи, что я не могу в это поверить…» Причина существования бедняков в том, что император был некомпетентным правителем. И тем не менее ни один правитель в истории не смог обеспечить процветание каждому человеку. Станет ли она также обвинять императора в вещах, которые к нему почти не имеют никакого отношения? — Вы также упали и поранились из-за того, что император плохо проложил дорогу... Она действительно это сделала! Я спрятал лицо в ладонях, чтобы скрыть свое выражение. Из моего рта вырвался слабый вздох. Это действительно было нелепое утверждение, но беднякам оно, конечно, могло показаться иным. Им нужна была не правда, а место, где они могли бы выплеснуть свою обиду и злость на то, что им приходится терпеть из-за своей бедности. Проще говоря, женщина передо мной бросила удобного козла отпущения тем, кому нужно было кого-то обвинить в своей боли, и тем самым успешно привлекла их на свою сторону. И все это под названием "Церковь спасения". Пока я терялся в догадках, женщина продолжала объяснять. — Вы можете подумать, что "Церковь спасения" - это просто псевдорелигия, но она совершенно не похожа на нее. Мы не берем никаких денег. Мы просто верим в "спасение" и ни во что другое. — ...Действительно ли вера спасет меня? — Да, конечно. — Но кем? В итоге все свелось к одной детали. Кем? Кем они будут спасены? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Церковь спасения (5) — Это… — ... — Это ты узнаешь, когда станешь верующим. Это, конечно, наложило отпечаток на мою мотивацию. Я уже чувствовал себя измотанным. Иными словами, мне придётся постоянно приходить сюда, чтобы получить хоть какую-то информацию. Вместо одноразового задания я оказался втянут в длительную войну, в которой мне придется ежедневно проникать в это место. Проклятье. Когда я сидел, совершенно потеряв дар речи, женщина встала и мягко улыбнулась. — Мы долго разговаривали. Впереди еще много работы, так что мне пора. — А... — Не волнуйтесь, вы получите свою еду на выходе, если поговорите с одним из охранников. А пока не торопитесь и осмотритесь здесь. …На выходе? — Охранники стоят перед местами, куда вход людям запрещен, поэтому в эти места лучше не заходить. Сказав это, женщина, не раздумывая, повернулась. Только когда она совсем ушла, я решился глотнуть холодного чая и откинуться на спинку стула, на котором сидел. Мое тело, освобожденное от напряжения, через некоторое время окончательно расслабилось. «Эта женщина раздражает». Она была так уверена, что я приду снова... Ну, конечно же, она подумала, что я нищий. Они раздавали бесплатный хлеб и воду, поэтому было вполне естественно, что такой человек вернется после того, как уже побывал здесь однажды. «...Давай сначала осмотримся». Я на мгновение задумался где госпожа Риенн, что она делает и почему до сих пор не пришла ко мне, но это было лишь мгновение. Она была рыцарем. Кем-то, способным контролировать этих бешеных псов, называемых Приспешниками Дьявола. Беспокоиться о ней было бы роскошью. В первую очередь я должен сосредоточиться на себе. Поэтому все мысли о ней были задвинуты в дальние уголки моего сознания, когда я начал медленно бродить по коридорам этого здания. В нем не было ничего особенного. Оно выглядело как обычный храм, и даже охранники вполне походили на рыцарей-тамплиеров. Это вызвало еще большее подозрение. «Храм выглядит чистым, хотя от него так пахнет рыбой. Это вызывает большие подозрения». Стоит ли мне зайти в одну из комнат, охраняемых стражниками? Не успел я прокрасться, сканируя защищенные помещения, как в поле моего зрения кто-то появился. Улыбка, которой она улыбалась, лишенная всяких забот и пропитанная абсолютным блаженством, казалась настолько неестественной, что не могла не привлечь к себе внимания. Она была невысокого роста. Одежда на ней была чистая, хотя и из грубых материалов. Она шла уверенно и без колебаний, как будто бывала здесь не раз и не два... «...Девочка?» На вид ей было около 12 лет, но она уже была верующей? Вероятно, она была одной из бедных. Цвет лица был не так уж плох, и она счастливо улыбалась. Однако на ее лице сохранялось выражение, свойственное голодающим. Я был уверен, что она не так давно перестала голодать. Более того, глядя на буханку хлеба в ее руках, я был почти уверен, что это одна из нищих, обращенных в веру. Девушка вдруг оглянулась на меня, словно почувствовав мой взгляд. Наступила неловкая тишина, когда наши глаза встретились. — ?.. Глаза девушки двигались, как будто она пыталась угадать, кто я. Осмотрев мое лицо, она просканировала меня с ног до головы, а затем еще раз взглянула на мое лицо. Затем, пристально вглядевшись в мое лицо, замаскированное грязью, девушка хлопнула в ладоши, словно что-то поняла. — А. — ?.. — Вы – новый верующий! — Д-да! — Приятно познакомиться! Меня зовут Сия! — Ах, да. Приятно познакомиться... Что за чертовщина? Почему она такая весёлая? Разве она не жила в трущобах? Неужели я ошибся? Во всяком случае, в этом ребёнке чувствовалась явная доброжелательность по отношению ко мне. Я просто искал зацепку, чтобы получить какую-то информацию, поэтому был более чем благодарен, что она так ко мне подошла. Она пожала мне руку своими собственными, похожими на папоротник. Когда она это делала, на ее лице, подобно распустившемуся цветку, появлялась улыбка. — Я не очень узнаю ваше лицо, так что, вероятно, вы не так давно здесь. Вы пришли сегодня или вчера? — Сегодня... — Ооо, тогда, наверное, все еще кажется вам странным и подозрительным. Но вам не стоит беспокоиться. Это место действительно бесплатно дает еду. Девочка, естественно, повела меня в другое место и продолжила свои объяснения. В голосе ребенка звучала твердая уверенность, не вызывающая ни малейшего сомнения. ...Что-то было странным. Как она могла быть такой твердой в своих убеждениях? — Они даже не заставляют вас следовать их религии. Просто они будут давать вам больше еды, когда вы решите это сделать. Вы ведь бедный, верно? Я тоже бедна, так что можете мне поверить, как человеку, который прошел через то же самое, что и вы. — Я вижу. — И... Молитвенная комната. Сюда ходят молиться те, кто только искренне верит в религию. — ...Это значит, что для тех, кто слабо верит, есть другая комната... Так? Вау, это так неловко. У меня никогда не было нормального разговора с ребенком. Я говорил немного неуклюже, но, к счастью, она, похоже, не сомневалась во мне и радостно кивала. — Да. У них есть отдельная молитвенная комната в подвале. Там они слушают проповеди священника об истинном спасении. Спасение действительно существует. При этих словах глаза ребенка остекленели. Тогда я на мгновение приостановился. Было ли это промывание мозгов? Скорее всего, да. Говорить с такой слепой убежденностью было, наверное, невозможно без определенной степени промывки мозгов. Но... «Она странная». Ее глаза не были похожи на мутные, как у людей с промытыми мозгами. Наоборот, в глазах девушки светилась надежда. Её глаза, которые лишь на мгновение показались затуманенными, через мгновение расслабились, как будто она представила себе перспективное будущее. «Почему?» Что они сделали, чтобы она стала такой? Я посмотрел вниз на девочку, которая безостановочно болтала, и на моем лице появилось сложное выражение. К этому моменту мои глаза, вероятно, были полны растерянности. Сколько бы я ни думал об этом, мне чего-то не хватало. Но в данный момент у меня не было возможности найти ответ на этот вопрос, поэтому сначала мне следовало узнать побольше о молитвенной комнате в подвале. Я стер с лица сложное выражение и мягко улыбнулся. Это была всего лишь неуклюжая и расплывчатая улыбка, но поскольку я был "нищим", которому сейчас нечему улыбаться и смеяться в жизни, этого должно было хватить. Как я и думал, девушка смотрела на меня, не выказывая ни малейшего сомнения. — Как попасть в молитвенную комнату? — О, настоящую молитвенную комнату? Я не знаю. — ...А? Не знаешь? — Да, я знаю, где находится вход, но только священник знает, как его открыть. Неужели все так и было? Что ж, если кто-то проберется внутрь, это будет для них проблемой. — Тогда не могла бы ты хотя бы сказать мне, где находится вход в молитвенную комнату? Я тоже подумываю о том, чтобы возложить свои надежды на то "спасение", о котором ты упомянула, поэтому мне интересно, где я буду молиться, если стану верующим. — Правда? Теперь и ты будешь спасен. Как здорово! — Да, так... — Хм, но местонахождение входа в молитвенную комнату не очень известно. Я очень хочу рассказать вам, но священник сказал мне никому не говорить. Неужели она действительно все знает? Она вела себя так, будто ответит на любой вопрос, а на самом деле была как железная стена. Она что, играла со мной? Так мне подсказывал мой инстинкт - а может быть, и интуиция. Этот ребенок был не тем человеком, которого следовало спрашивать. Как бы я ее ни спрашивал, я не получал ответа. Казалось, что я должен либо сам все узнать, либо попросить кого-то рассказать мне об этом. Я, не задумываясь, решил сделать первое. Времени у меня было не так уж много, но я не знал, когда найду такого доброго человека, как этот ребёнок. Я должен бросить девочку, которая все ещё болтала рядом со мной. ...Как только я это подумал, мальчик, стоявший дальше, крикнул в нашу сторону. — Сиа! Что ты делаешь? Нам надо идти! — Ах да, Пол! Извините, мне кажется, мне нужно идти. — Неужели? Тогда ничего не поделаешь. До свиданья. Я все равно не собирался ее задерживать... У мальчика, Пола, который смотрел на меня, был довольно свирепый взгляд. В отличие от девочки, его глаза были полны недоверия. На вид ему было лет 16-17... Почему? Он был опытнее её или дело в чем-то другом? Если я проявлю хоть малейший намек на подозрительность, он, похоже, тут же позовет кого-нибудь из охранников, поэтому я постарался сделать самое безобидное выражение лица, какое только знал. Но в этот момент я снова услышал четкий голос девушки. — Ах, вы выглядите усталым. Если вы приехали издалека, то, наверное, вам следует найти здесь место для ночлега. Трудно ходить туда-сюда, верно? — Да, спасибо за совет. — Тогда до встречи! Девочка побежала за мальчиком. Я услышал, как он сказал: "Я же говорил тебе, что нельзя разговаривать с незнакомыми людьми". Я безучастно смотрел на их спины, но как только мальчик оглянулся на меня, я быстро изменился. Я медленно шел к выходу, слегка касаясь лица, чтобы не испачкаться. Я делал это неосознанно, вспоминая слова девочки о том, что я выгляжу уставшим. «Неужели я действительно выглядел таким уставшим?..» Ну, меня затащили сюда, когда я без перерыва занимался оформлением каких-то бумаг, так что это было вполне объяснимо. Эта моя проклятая жизнь. Гордо выйдя из церкви, я свернул за несколько углов и, не издав ни единого звука, направился к пустынному переулку рядом со зданием. Конечно, уходя, я не забыл забрать еду у охранников. Если бы я хотел промыть кому-то мозги, я бы решил подмешать в еду наркотики, поэтому я взял еду с собой, чтобы подтвердить эту теорию. «...Ничего плохого в них нет». Это были обычные хлеб и вода. Я бессознательно остановился на месте от такого неожиданного результата. Тогда... как им удалось так быстро собрать столько последователей? Может быть, есть что-то еще, о чем я не знаю? Или они действительно сумели привлечь их этими глупыми заявлениями и приманить обычным хлебом и водой? В голове было пусто. Я почувствовал себя так, словно меня чем-то ударили. Я взял бутылку с водой, в которой была обычная вода, и вылил ее содержимое в рот, так как почувствовал, что в горле пересохло. Однако еще до того, как вода попала мне в горло... — Кто здесь? — Кх-Кх! Кха, кха!.. Ледяной голос, казалось, сдавил мое тело. Проклятье. Благодаря этому вода пошла не в то горло. Откашлявшись и опустив голову, я увидел перед собой мокрую грязь. Из-за почвы я не мог определить, какого цвета была жидкость, но, скорее всего, это была не кровь. Ну, я не почувствовал рыбного запаха, и во рту не было соленого привкуса. К счастью, я выплюнул только воду... …Но! Я попался? Попался, не так ли? Попасться в такой момент было довольно неприятно во многих отношениях. Нет, это было не просто неприятно. Это было очень опасно. Я быстро вытер рот и сосредоточился на шагах, раздававшихся позади меня. «Три... два... один... Сейчас!» Поскольку я оказался в довольно рискованной ситуации, мое решение было довольно быстрым, а его исполнение - еще более быстрым. Я без раздумий бросился вперед. — А!.. К счастью, встревоженный голос, казалось, отдалялся от меня все дальше и дальше. На всякий случай, если они все еще преследуют меня, я не сбавлял скорости, проверял окна каждого дома, который казался безлюдным, и пролез в единственное открытое. *** Неизвестный исчез. Риенн смотрела ему в спину с довольно унылым лицом. Если бы она захотела, то смогла бы его догнать, но она не стала этого делать. Если бы она подняла шум без всякой причины, то могла бы подвергнуть опасности не только себя, но и графа, который все еще находился в здании. «Но спина почему-то казалась знакомой...» Кашель также показался ей очень знакомым. Видела ли она его где-нибудь раньше? Она приехала сюда впервые, и у нее не было никаких связей с бедняками... А? Бедняками? Теперь, когда она подумала об этом, граф замаскировался под нищего, чтобы проникнуть в Церковь. …О боже. Лицо Риенн смертельно побледнело. «Почему он там был?!» Какого черта граф был там, если должен был находиться внутри здания?! Она была рада, что он в безопасности! Нет, нет! Это было неважно в данный момент!!! «...Должна ли я пойти за ним?» Словно оценивая расстояние между ними, она сузила глаза и просканировала улицы, остановившись на одном месте, как будто что-то заметила. На середине дороги была мокрая земля. Из-за почвы определить, что это за жидкость, по ее цвету было невозможно. Какая бы жидкость ни пролилась, на почве она будет выглядеть черной, но с учетом обстоятельств и обстановки можно было выдвинуть несколько теорий. «Похоже, что жидкость пролилась не так давно, а значит, это что-то связанное с его светлостью. Граф тоже очень сильно кашлял некоторое время назад...» Обычно она судила бы об этом по запаху, но сейчас она находилась в трущобах. Мало того, что в нос забивался запах всякой грязи и мусора, так еще и почва пахла водосточной трубой, так что Риенн даже не пыталась использовать этот способ. Ничто не мешало ей подойти поближе, чтобы понюхать, но... как рыцарь из благородной семьи, она не могла заставить себя прикоснуться или сунуть нос в неопознанную влажную землю, когда граф не приказывал ей этого делать. В связи с этим Риенн, выдвинувшая наиболее правдоподобную теорию, используя все свои возможности в сложившихся обстоятельствах, дернула бровью. Этого не может быть... — Кровь? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Церковь Спасения (6) Это должна была быть кровь. Когда она увидела, что граф кашляет, она заметила, что из его рта вытекает жидкость. Это была единственная жидкость, кроме слюны или рвоты, но по голосу не похоже, что его рвало. Она также не имела ни цвета, ни слизи, и он никак не мог выплюнуть такое количество слюны... «Это опять из-за проклятия Короля Демонов? Или на него напали после того, как его прикрытие было раскрыто?» Казалось, в здании было слишком спокойно, если на него напали, или они пытались разобраться с ситуацией как можно тише, чтобы избежать путаницы? Проклятие Короля Демонов, или травма, полученная в результате нападения. Если первое не очень хорошо, то второе еще хуже. И если бы обе эти причины имели место быть, то это был бы просто наихудший вариант развития событий. Даже не задумываясь о том, какой вариант был бы более правдоподобным, Риенн просто предположила худшее. «Когда речь идет о защите своего графа, всегда, при любых обстоятельствах, следует исходить из худшего». Она предположила, что графу удалось скрыться, поскольку он проник в здание и оказался в смертельной опасности, но каким-то образом сумел спастись - правда, не без потерь. К тому же, что еще хуже, сработало проклятие Короля Демонов. И, приняв ее за своего преследователя, он вынужден был бежать еще раз, не успев перевести дух. «Он вернулся внутрь?» Вероятно, он не получил никаких удовлетворительных доказательств. «Боже мой, он не сдастся, пока не получит то, что ему нужно. Как и ожидалось от Его Сиятельства...» Она поспешила подавить нахлынувшие эмоции. В конце концов, рыцарь должен быть собранным в любой ситуации. Теперь важно, как поступить в сложившейся ситуации. Должна ли она пойти и забрать графа, который, по ее мнению, сейчас находится в плохом состоянии и ситуации, или она должна подождать? «Если я пойду сейчас, то могу с кем-нибудь столкнуться». Это только еще больше усложнит ситуацию. Но что, если Его Светлость действительно находился в серьезной опасности? Что, если ему нужна помощь? «Черт возьми». Она протяжно вздохнула и положила голову на руки. От выбора у нее обычно болела голова. Поэтому она была очень довольна своей работой рыцаря, который должен был лишь выполнять полученные приказы. Она не ожидала, что ей придется пройти через такое испытание так рано. Риенн, находившаяся сейчас на распутье, не могла так просто принять решение. Как раз в тот момент, когда она погрузилась в раздумья, до ее слуха донесся голос, который она уже слышала раньше, почувствовав в нем напряжение. Пройдя немного вперед от своего места и слегка наклонившись, она увидела, что голос доносится от входа в Церковь спасения. — Немедленно вызовите гвардейского капитана. — Что? Что вы говорите?.. Она определенно слышала этот голос раньше, но он все равно казался ей незнакомым. Была ли она тем человеком, за которого себя выдавала? Нет, конечно, это была та самая, которая не так давно с улыбкой выгнала ее. Однако атмосфера вокруг нее настолько сильно изменилась, что ей показалось, что это совсем другой человек. Так холодно звучал ее голос. Увидев, что собеседник удивлен и шокирован, холодный голос продолжил. — У нас незваный гость. Вы до сих пор этого не заметили. — … — Если бы противник не был Героем, я бы уже отрубила вам головы. Таких некомпетентных охранников нужно заменять. Вам повезло. Герой! Риенн была тихо потрясена этими словами. Ее предсказание оказалось верным. Прикрытие графа было раскрыто. То, что последовало за этим, было еще более шокирующим. — Я сама о нем позаботилась, так что не суетитесь и вызывайте гвардейского капитана, нам надо поговорить об усилении охраны. Ей удалось справиться с ним! Это означало, что граф был!.. У нее больше не было причин думать и сомневаться. Риенн побежала в сторону того места, где исчез Деон. Ваше сиятельство! Женщина сказала, что к ним проник "Герой", а не "Деон Харт", и, похоже, забыла, что в данный момент здесь присутствует не только один "Герой". Бах! Поскольку Деон исчез так быстро, Риенн просто впрыгнула в следующее лучшее окно, не ища то, через которое он выпрыгнул. Таким образом, в Церкви спасения воцарился хаос. *** Конечно, в "Церкви спасения" были молитвенные комнаты. Перед ними стояла стража, чтобы никто не мог войти или выйти вне отведенного времени. Само собой разумеется, что только обычные люди не могли входить в них безрассудно, но Герой, Круэл Харт, был исключением. Бам. Внутри никого не было, и лишь небольшой звук эхом разнесся по помещению, наполненному лишь тишиной. Круэл, темноволосый Герой, свалился с потолка и привычно огляделся. Его холодные зеленые глаза обшаривали интерьер комнаты. Это было то самое помещение, которое он видел на чертеже. Он прибыл в нужное место. Круэл спокойно опустил глаза, вспомнив о листке бумаги, который он носил с собой под плащом. Ему было жаль Деона, так как эта игра была нечестной с самого начала. У него с самого начала был план, а у Деона - нет. «…Это чертеж Церкви. Так что постарайся закончить эту игру как можно безопаснее, хорошо? Только не говори мне, что ты не можешь сделать этого даже со всей этой помощью?» Как можно более безопасно. У него не было другого выбора, кроме как осознать истинный смысл этих слов. Круэл просто закрыл рот и склонил голову. Однако… Сможет ли Деон принять исход этой односторонней игры? Он может впасть в ярость. Он может вызвать подозрения и попытаться подраться с ним прямо на глазах у герцога. Если он это сделает... Круэл, губы которого напряглись, словно он только что что-то вспомнил, сделал шаг вперед. Он направился к окну и потянулся к замку. Словно замешкавшись на мгновение, его рука на мгновение зависла над замком, прежде чем он ловко отпер его. — Что ты делаешь? На мгновение все его движения прекратились. Рука, касавшаяся замка, опустилась. В тот же момент Саэрин, наблюдавшая за тем, как полностью разобранный замок падает на землю, уставилась на спину Круэла и открыла рот. При мысли о том, что перед ней незваный гость, тело напряглось и еще не расслабилось, поэтому голос, прозвучавший из ее уст, показался резким. — Нет, можешь не отвечать. Это вполне очевидно, даже если ты мне не скажешь. Ты залез через окно, не так ли? Но я уверена, что все окна в этом здании заперты, так как же ты попал внутрь? Кстати... Она устремила на него пристальный взгляд. Поскольку они служили одному и тому же человеку, она спокойно разговаривала с ним, иначе давно бы уже подняла охрану. — Я знаю, с какой целью ты пришел сюда, к чему стремишься и где это. — … — Очевидно, что у меня нет намерения помогать тебе. Саэрин обладала складным умом. Как только она разобралась в ситуации, она поняла намерения своего хозяина. Он попросил бы ее помочь ему, если бы хотел, чтобы Круэл легко решил этот вопрос, а значит, это была проверка. Если бы она была к нему благосклонна, все могло бы быть иначе. К сожалению, она принадлежала к тем, кто опасался Круэла. — Похоже, герцог испытывает тебя. Я буду неукоснительно следовать его воле, вся необходимая тебе информация уже давно передана, поэтому нет необходимости помогать тебе. — … — Я и так проявляю достаточно доброй воли, не поднимая сейчас охрану, так что не суетитесь и заканчивайте свои дела. И не забудьте снова запереть окна. Мне нужно встретиться с капитаном гвардии. Она слышала, что Деон Харт получил такое же задание. Если их охрана была настолько слабой, что позволила Круэлу, честному воину, вторгнуться к ним, то они точно не смогли бы сдержать Деон Харта, который был намного проворнее его. Учитывая, что их противником был Герой, это казалось очевидным, но Саэрин все равно поспешила выйти из комнаты. Она не собиралась получать удар по голове с открытыми глазами. Оставшись один в тихом месте, Круэл снова посмотрел на дверь, через которую она ушла, и повернулся к ней спиной. Он даже не взглянул на замок окна. Он вскочил на подиум, внимательно осмотрел пол и сдернул за ним фиолетовый занавес. «С точки зрения дизайна эта молитвенная комната вызывает наибольшее подозрение». Ошибался ли он? Герцог дал ему чертежи здания, но они не были идеальными. Это был неполный чертеж, в котором не было указано расположение секретных помещений и т.п. Герцог предоставил ему лишь минимальную информацию и не оказал никакой другой поддержки. Ну, в конце концов, это должен был быть 'тест'. В любом случае, если ее там не было, то у него не было другого выбора, кроме как вернуться к началу и исследовать все заново. Подумав так, Круэл отпустил занавеску и повернулся, Бам. Он услышал, как открывается окно. Уловив звук, он предусмотрительно спрятался за занавеску, и почти одновременно с этим кто-то вошел внутрь. *** Место, куда я вошел, представляло собой довольно священную комнату. Нет, можно ли вообще назвать это комнатой? Длинные ряды деревянных стульев, подиум, расположенный впереди, чистый мраморный пол и аккуратные белые стены, которые казались слишком дорогими для такого места, как трущобы. Кроме того, на стене висела фиолетовая занавеска, которая, казалось, сливалась с ее фоном, тонко растягиваясь по стене, придавая комнате ощущение сакральности и таинственности. «Это место похоже на молитвенную комнату...» Она оказалась больше, чем я думал. Медленно осматриваясь, я направился к подиуму, который больше всего привлекал внимание. Когда я впервые попытался забраться на подиум, который доходил мне до груди, с помощью рук, я увидел лестницу, ведущую к нему, и спокойно воспользовался ею, чтобы взобраться на подиум. Как ни как мое тело не такой уж и сильное. «Он не такой особенный, как я думал». Я быстро потерял к нему интерес и сосредоточился на странной фиолетовой занавеске. Я бы понял, если бы она висела у окна или еще где-нибудь. Однако было несколько неожиданно, что она висела на стене за подиумом, где не было ни одного окна. Если бы они просто оставили все стены белыми без каких-либо украшений, им бы не удалось придать этой комнате таинственную атмосферу. Но разве оно не находится в трущобах? Несколько странным казалось следование благородным тенденциям, когда в качестве украшения вешали занавеску на голую стену. «Или за ней действительно есть проход?» В данный момент сквозь шторы была видна только стена. Я осторожно взялся за занавеску. Хотела отдернуть ее, но мои действия не достигли цели. Я услышал несколько шагов, доносившихся из-за двери. «Нет, что же мне делать?! Где мне спрятаться?» В этот момент сработали мои дурацкие инстинкты. Я поспешно отпустил занавеску, которая была рядом со мной, спустился на платформу и спрятался за занавеской рядом с окном, через которое я вошел. Только через три секунды я понял, что поступил крайне глупо. «...Почему я это сделал?» Если бы я мог, я бы с удовольствием бился головой о стену. Однако мне пришлось вести себя очень тихо и затаить дыхание, так как я услышал, как в дверь ворвались люди. Сквозь щель в занавеске я видел около двадцати человек, некоторые из них показались мне знакомыми. Я отчетливо видел Сию, девушку, с которой не так давно разговаривал, и Пола, мальчика, который с кинжалом смотрел на меня. Значит ли это, что это была одна из их молитвенных комнат? — Давайте сегодня еще раз помолимся о спасении. Каждый занял свое место на одном из стульев, а человек в священническом облачении, который привел их в зал, подошел к подиуму и открыл книгу. Это была довольно роскошная книга в твердом переплете. Что... У них даже есть священное писание? У них много чего есть. Он начал читать из него. Содержание писания было таким же правдоподобным и скучным, как и все остальные подобные, настолько, что я мог предсказать, что будет написано на следующей странице. «...Кроме того, она очень длинная». Почему и эта часть должна быть такой же? Ведь те люди, которые закрыли глаза для молитвы, на самом деле спали, не так ли? ...Вон тот парень выглядел так, будто он уронил голову. Я что, правда угадал? После многократного зевания в тишине слова священника наконец-то оборвались, как раз в тот момент, когда мои ноги опасно онемели. Он улыбнулся, закрывая книгу. — Если подумать, то сегодня к нам присоединилось несколько новых верующих, не так ли? Уверен, что большинство из вас уже знают, но я вкратце расскажу о наших новых верующих. — С сегодняшнего дня наши встречи больше не будут заканчиваться такими простыми молитвами, ибо я расскажу вам больше об истинном "Спасении". Спасение? Это было просто спасение, что тут еще объяснять? Интуитивно я понимал, что то, что я сейчас услышу, очень важно, поэтому внимательно слушал. Человек, который, казалось бы, сказал, что просто коротко объяснит, на самом деле занял больше времени, чем я думал. Он мог бы просто подытожить все это! В сущности, он хотел сказать: "Спасение действительно реально". Даже ворчливые лекции Ремембера были короче этого! — Вы будете слушать проповедь в отдельной комнате, приготовленной специально для вас, верующих. А, это не священник тогда говорил. Говорила женщина, только что вошедшая в дверь. Время ее выступления было точно посчитано, как будто все это было спланировано. Мои глаза широко раскрылись, когда я увидел еще одно знакомое лицо. «Она кажется знакомой. Это та женщина, которая была недавно, не так ли?» Женщина, которая сняла с меня капюшон. Похоже, она занимала более высокое положение, чем мне показалось вначале, поскольку никто, даже священник, который говорил еще секунду назад, не останавливал ее. Священник поспешно отошел, а она быстро заняла его место на трибуне. Весь процесс выглядел вполне естественно. Женщина положила руку на стену между занавесками, которые висели за подиумом. Ее действия казались естественными, но их результат совершенно не соответствовал действительности. «А? Что? Подождите, что, черт возьми, происходит?!» ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Церковь спасения (7) Я сомневался в том, что вижу. Неужели такое возможно? Предполагалось, что это просто старая стена. Я не мог ошибиться. Однако, когда она дотронулась до нее, половина ее руки погрузилась в стену, как будто она проникла под воду. «Неужели я окончательно сошел с ума?» Даже это не может объяснить происходящее. Глаза новых верующих тоже, казалось, вот-вот выскочат из глазниц. Я перестал отрицать реальность и погрузился в глубокую задумчивость. «Как это возможно? Я не думаю, что это магия. Да?.. Тогда колдовство? Возможно ли что-то подобное с помощью колдовства?» Я чувствовал себя довольно расстроенным, потому что мало что знал о колдовстве. Но и после этого женщина продолжала двигаться, не давая никому из нас времени на то, чтобы привести в порядок свои сложные мысли. — А теперь следуйте за мной. Сказав эти слова, женщина скрылась в стене. Верующие, которые казались более опытными, не задумываясь, последовали за ней. Те, кто казался новичками, нерешительно вжимались в стену. После того как все вошли, стена вернулась в исходное состояние, как будто ничего не произошло. Единственным, кто не вошел, был священник, который вышел из комнаты, как будто у него были другие дела. Как только в комнате вновь воцарилась тишина, я тут же выбежал из своего укрытия и встал перед стеной, к которой прикасалась женщина. «Что? Что она сделала?» Я, очевидно, тоже пытался дотронуться до неё, о чем я тихо пробормотал про себя. Я ощупывал стену, не зная, что искать. Проведя по ней рукой еще несколько раз, я почувствовал, что на кончиках пальцев что-то есть. Она была такая гладкая, что трудно было заметить невооруженным глазом любую мелочь. Даже прикоснувшись к ней, можно было с трудом определить, что на ней есть небольшой выступ. «Драгоценности?» Этот вопрос недолго оставался в моей голове. Стало ясно, как это было сделано: с помощью колдовства. Что еще, кроме колдовства, за использование которого нужно было заплатить определенную цену, могло произвести эффект, сходный с магией? Это был вид магии, который люди открыли, чтобы противостоять магии демонов, и я наблюдал это прямо на своих глазах. «Кто, черт возьми, применил такое колдовство?» Я ухмыльнулся и начинал нервничать. Не могу ли я просто остановиться здесь? Я предполагал, что это не обычная псевдорелигия, а колдовство? Даже если бы обычные люди потратили целую жизнь, они смогли бы встретить не более десяти колдунов. Поэтому нанять колдуна было крайне сложно и стоило больших денег. Имеет ли смысл нанимать колдуна в эту организацию? Мне хотелось немедленно вбежать в императорский дворец и трясти императора за воротник, крича ему, что я не могу этого сделать... «Этот ублюдок Круэл...» Мало того, что император так просто не отказался бы от этой миссии, так еще и Круэл оказался весьма проблемным. Даже если бы кто-то бросил мне пыль в глаза, я бы не хотел, чтобы желание этого ублюдка исполнилось. Я лучше здесь все испорчу. «...Я действительно хочу это сделать? Мне кажется, что лучше было бы просто уничтожить это место». Возможно, Церковь Спасения снова появится где-нибудь в другом месте, но, если её штаб-квартира будет уничтожена, они, по крайней мере, не посмеют снова оскорбить императора. Как раз в тот момент, когда я думал о том, чтобы навести здесь порядок, я заметил, что снаружи стало немного шумно, пока я был погружен в свои мысли. «Если я действительно хочу навести здесь порядок... Я должен сначала уничтожить эту штуку». Похоже, что носителем заклинания, которое использовала женщина, была драгоценность, лежащая передо мной. Если я уничтожу его, то и заклинание будет разрушено. «...Должен ли я сломать его?» Пока я в задумчивости смотрел на драгоценный камень, из-за занавески рядом со мной вдруг высунулась рука и схватила меня. Одного этого было достаточно, чтобы испугать и шокировать меня, но это было еще не все. Затем рука с силой потянула меня за собой. Все произошло в одно мгновение. Рука потянулась к моему плечу, в которое попала стрела, и мой рот рефлекторно открылся от резкой боли. — Ааа?! — Ш-шш. Конечно, я не мог кричать, так как вторая рука закрывала мне рот. Когда я поднял голову, чувствуя обиду, на меня смотрели спокойные зеленые глаза. Почти сразу же, не в силах бороться с поднявшимся во мне отвращением, я попытался стряхнуть его с себя. Бах! Но мне пришлось прекратить движение, когда человек в священническом облачении яростно распахнул дверь. Это был не тот человек, который был раньше. Человек, чье лицо было мне совершенно незнакомо, почти бегом направился в сторону, где мы находились, с выражением лица, исполненным настоятельной необходимости, когда он надавил на драгоценный камень, на который я смотрел, и повернул его в сторону. — Быстрее, быстрее!!! ...Почему он так торопился? Скорее, почему в коридоре было так шумно? Слышать слабые крики типа "Освободите лорда!", доносящиеся из-за двери, было зловеще, и мне стало интересно, что в данный момент замышляет мисс Риенн. Через несколько секунд я услышал какой-то шум, доносящийся из драгоценного камня, а затем он превратился в четкий голос. — Что случилось? — У нас незваные гости! — Понятно, сколько? — Один человек! — Только один человек? — Да. Сейчас я осматриваю здание в поисках человека, которого она называет "лордом"! Бааам!!! В этот момент раздался громкий треск. Затем женщина выбила уже открытую дверь. Увидев ошарашенного священника, она резко заговорила, стараясь при этом казаться спокойной. В ее руке был меч, который она, вероятно, отобрала у одного из охранников. — Где мой лорд? В то время как в комнате воцарилась тишина - даже голос, доносящийся из драгоценного камня, ошеломленно замолчал, - я не преминул взглянуть на лицо незваного гостя, который засуетился и быстро опустил взгляд. Я чувствовал настойчивый взгляд, устремленный на меня Круэлом, но старался не обращать на него внимания. Он понятия не имел, почему этот человек вообще здесь - я имею в виду, я пытался делать вид не знаю ее и это не имеет ко мне никакого отношения. «...Черт». Почему она была здесь?.. *** Бах! — А... Что?! Поскольку ее вторжение было довольно громким, там быстро собрались сотрудники службы безопасности. Не успев даже стряхнуть стекло со своего тела, Риенн быстро ударила по шее охранника и забрала его меч, пока тот был без сознания. Меч немного неудобно лежал в руке, так как был не ее собственным, но это не было большой проблемой. Оставалось выяснить местонахождение графа... Поправив меч в руке, Риенн посмотрела на окружающих. Те, кто встретил ее взгляд, почувствовав, что она обладает необычайным мастерством, в шоке отпрянули назад. — ...Где мой лорд? Он был всего лишь ее начальником, а не тем, кому она присягала на верность, поэтому она должна была называть его "его светлость", а не "граф". Однако... она не могла позволить им узнать личность графа. «Прошу прощения, Ваша светлость. Я возьму на себя ответственность за это после того, как все закончится». Мысленно извинившись перед ним, она сделала шаг вперед. Хотя ей было неприятно видеть, как окружающие ее люди делают шаг назад только из-за этого, у нее не было времени на это. А вдруг с графом что-нибудь случится, пока она там теряет время?! — Неужели никто из вас не знает? — ... — Понятно. В таком случае... — Кто этот лорд?! Если бы никто из них не знал, она бы отпустила их и поискала кого-нибудь другого, кто мог бы знать. Но тут до ее слуха донесся неожиданно отчаянный крик. Риенн сделал паузу, оглядываясь на собеседника. ...Что она должна была сказать? "Граф Деон Харт"? "Герой"? Она не могла сказать им, кто он такой, несмотря ни на что. После минутного раздумья она открыла рот. — …Он – мой Лорд. У нее не было другого выхода, кроме как говорить такую глупость. Она быстро прошла мимо стоявших перед ней людей, которые на мгновение остолбенели, словно не веря своим ушам, и направилась к двери за ними. Эти ребята были невероятно разумными. Если бы они решили пошуметь, прибежала бы охрана и их бы просто повалили на пол. «Я пыталась разработать план самостоятельно, но...» Как ей казалось, она просто не создана для таких вещей, как планы и схемы, поэтому она не представляла, как можно было бы найти графа более эффективно. Поэтому она решила перевернуть все с ног на голову. Если рыцарь срывается с места в поисках того, кого он называет "лордом", то обязательно найдется один или два человека, которые отреагируют на это. Они обязательно предпримут какие-то действия, будь то сообщение кому-то или попытка что-то предпринять самостоятельно. В этом случае ей оставалось только преследовать их. — Освободите моего лорда! — А, кто же тогда этот лорд?! — Похоже, ты тоже не знаешь. Риенн с мечом в руке начала прочесывать Церковь Спасения. Она не убила никого. Не то чтобы граф приказал ей не делать этого, но она хотела избежать убийств, если в этом не было необходимости, чтобы не усугублять и без того плохое положение. Почему-то в поле зрения не было ни одного нормального человека, и она продолжала суетиться, пока ей на глаза не попался подозрительного вида священник. Увидев расстилавшийся перед ним хаос, он испугался и бросился бежать. «Нашла!» Если бы она последовала за ним, то нашла бы и графа. Делая вид, что не замечает его действий, она продолжала незаметно следить за ним, продвигаясь по зданию. При этом она оставила после себя бесчисленное множество бессознательных людей. Бегущий человек быстро открыл дверь в конце коридора и прошел через нее. Однако, прежде чем пойти за ним, она вдруг кое-что поняла. «Может быть, это действительно ловушка. В таком случае...» Я просто должна выбить дверь, чтобы взять инициативу в свои руки. Казалось, что она была слегка подпорчена приспешниками дьявола, но с этим ничего нельзя было поделать. В конце концов, она не могла просто пропустить эту комнату. Кроме того, она не знала, сколько человек там находится. Поэтому оставался только один выход. Риенн ухмыльнулась, вспомнив о рыцарях под ее командованием. В конце концов, я - лидер этих сумасшедших собак. И приняв это, она превратилась в настоящую бешеную собаку и начала буйствовать. Бааам!!! Пнув уже открытую дверь, она продемонстрировала свою яркую индивидуальность. Сначала она заметила священника, за которым следила, и направила на него меч, осматривая комнату, чтобы выяснить, сколько еще людей там находится. Сначала она немного опешила, увидев, что в большой комнате находится только этот священник. Однако, притворившись спокойной, скрывая свои истинные эмоции, она еще раз спросила. — Где мой лорд? *** — Где мой лорд? Саэрин вздохнула, услышав голос, прозвучавший через драгоценный камень. Она даже попросила их усилить охрану, но не думала, что они настолько некомпетентны. Они даже не смогли обнаружить Круэла, когда ей удалось сразу же найти его. Как же она была удивлена, когда столкнулась с ним вот так, но в конце концов они служили одному и тому же “хозяину”. Когда ей наконец удалось сдержать удивление, на ум пришло, что Деон Харт получил такое же задание. И мысль о том, что если даже Круэл Харт смог проникнуть в здание незамеченным, то Деон Харту будет еще легче проникнуть к ним. Придя к такому выводу, она вспомнила о нищем с красными глазами, но вскоре прогнала эту мысль, так как он уже ушел, когда она вернулась на его поиски. И все же этот рыцарь пришел искать своего лорда. «Я в этом уверена». Она убедилась в этом, как только услышала ее голос. Это был тот подозрительный рыцарь, которому она отказала на пороге. Пришедший рыцарь, искавший своего "лорда", и нищий с красными глазами, случайно зашедший в тот же день. Несмотря на то, что Саэрин была простым человеком, она была достаточно умна. Как только ей были даны конкретные подсказки, она мгновенно разобралась в ситуации. «Это должен быть Деон Харт. Но разве охранники не сказали, что видели, как он уходил? Они не пересекались? Нет, возможно, Деон Харт все еще внутри». Конечно, если она понимала, что происходит, это не означало, что она собиралась предпринимать какие-либо действия. В этом не было необходимости, так как предназначение Церкви Спасения было уже достигнуто. Оставалось только навести здесь порядок. Оставалось надеяться, что это сделает не Деон Харт, а Круэл. Если бы она увидела, что Деон Харт первым добрался до здания, она бы сама вышла вперед и разобралась с этой ситуацией. А пока она будет сидеть и наблюдать. До этого момента не было необходимости предпринимать какие-либо действия. Как и говорил герцог, Саэрин не собиралась действовать иначе, чем в обычном порядке. «Я уже сделала достаточно». Она уже велела им усилить охрану, и важные бумаги были спрятаны в самом центре здания. В этой ситуации необходимо было скрыть от рыцаря существование драгоценного камня, вмонтированного в стену. Она была уверена, что Риенн сломает его, как только заметит. Она беспокоилась об этом не потому, что заклятие будет разрушено, а потому, что станет известно то, что не должно быть раскрыто. Тайна, которая могла бы даже угрожать герцогу во всех отношениях. Она даже может поставить под угрозу его жизнь. «Поэтому она никогда не сможет узнать о драгоценности». Опасаясь, что звук ее дыхания может насторожить, Саэрин безжалостно прервала связь и повернулась. Открыв дверь в другую комнату, она с доброжелательной улыбкой села за стол, как будто ничего не произошло. — Прошу прощения за прерывание. Продолжим? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Церковь Спасения (8) Священник, потрясенный последовавшей за ним госпожой Риенн, потерял дар речи. Теперь, когда я смотрел на него, казалось, что за ним кто-то гнался. Его опрятный вид был в полном беспорядке, а те немногие волосы, что были на голове, торчали, как пух одуванчика, и еле держались за кожу головы. Более того, он прижался к стене, как будто собирался ее поцеловать. Он сделал это, чтобы сообщить кому-то срочные новости. Однако если бы эту сцену увидел кто-то незнакомый, то подумал бы, что он сошел с ума. Как и следовало ожидать, я был не единственным, кто так думал. Мисс Риенн оглядела его с ног до головы, затем убрала в ножны меч, который направляла на него, и вздохнула. «Наверное, следовать за ним было ошибкой. Я не знала, что он просто сумасшедший. Как обманчиво». Пффффф! Я чуть не рассмеялся вслух. Если бы Круэл не закрывал мне рот, я бы действительно разразился хохотом. Хотя я не мог смеяться вслух, мои плечи слегка дрожали, и тогда рука, прикрывавшая мой рот, немного ослабла. Пока я размышлял, стоит ли воспользоваться случаем и стряхнуть его с себя, мисс Риенн снова заговорила более мягким тоном. — Извините. Я не собираюсь причинять вам вреда, так что вам не нужно быть таким бдительным. — … — Я считаю, что вас ввели в заблуждение и впутали в то, чего делать не следует. Это очень плохое место, вы знаете. Я имею в виду, просто посмотрите на себя... Вы весь такой... неопрятный! Ваша одежда тоже грязная и вонючая, так что поторопитесь переодеться. Пфффахаха! Помогите. Я тут умираю от смеха. Было очень смешно слышать, как мисс Риенн с такой серьезностью произносит "неопрятный", и наблюдать, как лицо священника значительно искажается от ее слов. Теперь это не имело бы никакого значения, даже если бы я вышел из-за занавески и расхохотался во все горло, но, думая, что есть вероятность того, что кто-то все еще подслушивает через драгоценность, и что госпожа Риенн может окликнуть меня, как только увидит. Поэтому я оставался незамеченным. — Если на вас такая одежда, значит, вы здесь уже давно, и значит, что должны знать дорогу назад, верно? Уходите через эту дверь и возвращайтесь туда, откуда пришли. Никогда больше не вступайте в подобные организации. — … — Вы понимаете? Однако священник, похоже, не хотел уходить. Его приоритеты в сложившейся ситуации были вполне очевидны. Вопреки приятной реакции госпожи Риенн, глаза мужчины непрерывно дрожали. Ну, это было совершенно очевидно. Если бы он показал, что не желает уходить, его жизнь оказалась бы в смертельной опасности. Однако не сделать ничего и сбежать было слишком позорно и задело бы его гордость. Похоже, парень некоторое время мучился, выбирая между жизнью и гордостью, когда... — Да - хорошо. Конечно, в итоге он выбрал жизнь, а не гордость. К чему этот неуклюжий ответ после того, как не так давно он так ловко отчитался? Я сжал челюсти с большей силой, так как был уверен, что иначе лопну от смеха. Дрожа от неописуемого стыда, парень бросился за дверь, из глаз его текли слезы, лицо покраснело. Проследив за его уходом, госпожа Риенн пробормотала: "Должно быть, он был очень напуган", - и оглядела комнату, проверяя, нет ли в ней дверей, прежде чем тоже уйти. Только тогда рука, закрывавшая мне рот, отпустила меня и позволила выйти из-за занавеса - после чего ноги сами собой поддались. Он еще раз быстро протянул ко мне руку, чтобы помочь подняться, но, зная, кто он такой, я отшатнулся от него и сел. Кхх, пфф... Блин, мне казалось, что я сейчас сойду с ума. Это было просто уморительно. Я знал, что сейчас не время для этого, но что ты хочешь, чтобы я сделал, если это было так смешно? Через некоторое время я успокоился и встал на ноги, снова и снова повторяя себе, что сейчас у меня нет на это времени. Надо проверить драгоценный камень, который, похоже, обладает какой-то неожиданной функцией, и поскорее забрать мисс Риенн, которая все дальше и дальше уходила от этого места. Прежде чем вернуться к осмотру драгоценности, я сначала проверил открытую дверь. Я видел, как госпожа Риенн зорко смотрела по сторонам, как она без тени сомнения шла прямо вперед, словно зверь, высматривающий добычу. «...Как она могла так уверенно идти, если не имела ни малейшего представления о том, куда идет?» Любой, кто посмотрел бы на нее, подумал бы, что она живет здесь уже более десяти лет или что-то в этом роде. Даже женщина, которую я считал нормальной, вела себя так. Значит ли это, что вокруг меня не было ни одного нормального человека? В любом случае, я не знал, какие неприятности она может причинить, если я оставлю ее одну. Вспомнив, какой шок и ужас я испытал, когда увидел, как она ворвалась в здание, я поспешно осмотрел окрестности, чтобы убедиться, что вокруг никого нет. Затем я сразу же сделал шаг из молитвенной комнаты и окликнул ее. — Мисс Риенн. — ... — Мисс Риенн. — А?!. Ваша свет... Мой лорд! Вы в безопасности! Что еще за титул "лорд"? Кроме того, для меня было большой неожиданностью услышать, как мисс Риенн называет меня "лорд". Среди всех слов, которые она могла использовать для обращения ко мне, я никогда не думал, что она когда-нибудь назовет меня так. Большинство рыцарей всю жизнь служили только одному лорду. Однако отношения между мной и госпожой Риенн были чисто договорными. Я попросил императора дать мне кого-нибудь, кто мог бы возглавить Приспешников Дьявола, и он лично устроил ко мне госпожу Риенн. Поскольку император сам рекомендовал ее, было вполне естественно, что я нанял ее, но... В любом случае, нас с ней связывали только деньги, а не отношения хозяина и слуги. Поэтому я и обращался к ней почетными словами... Вероятно, заметив мою реакцию, госпожа Риенн вежливо поклонилась и объяснила свое поведение, словно пытаясь оправдаться. — Я была вынуждена называть вас своим лордом, потому что у меня не было другого способа обратиться к вам. Приношу свои извинения, если это причиняет вам неудобства. — А... Нет. Все в порядке. Я был просто слегка застигнут врасплох. — Я назвала вас так только по необходимости, но я намерена взять на себя всю ответственность за это. — ...Простите? — О, конечно, я делаю это по своей воле. Я давно уважаю вас, ваша светлость, поэтому... Я, Риенн Рейнер, присягну вам здесь. Что с ней сейчас? Она даже заикалась, отчего ситуация казалась еще более зловещей. Я не совсем понимал, что происходит, но мне хотелось, чтобы она прекратила. Нет, разве я мог остановить ее? Мисс Риенн, которая даже не подозревала, как мне было неловко, повернула шпагу и опустилась на одно колено. Затем она заговорила серьезным тоном - обычно она говорила довольно серьезно, но здесь она звучала еще серьезнее, чем обычно - выражение ее лица было торжественным. — Я, Риенн Рейнер, признаю и буду служить Деон Харту как своему лорду и клянусь следовать за ним до конца жизни, если только он или его приказы не идут вразрез с волей Его Величества Императора. Если только он или его приказы не идут вразрез с волей Его Величества Императора. Рыцари Империи, не выбравшие себе лорда, в основном служили императору. Определившись с лордом, они могли выбирать, чему отдать предпочтение - воле императора или лорда. Похоже, что госпожа Риенн решила выбрать первое. В любом случае, она действительно была особенной. Неужели она должна была сделать это прямо сейчас, после того как устроила такой беспорядок? Нельзя ли оставить это на потом? Конечно, мне это было выгодно, поэтому я ответил ей в столь же торжественной манере. — Я клянусь, что не позволю вашей преданности пропасть даром. И хотя это было немного неожиданно, но вот так просто я обрел пожизненного опекуна для этих "бешеных собак". Я всегда относился к этому с тревогой, так что теперь я почувствовал огромное облегчение. Как бы то ни было, настало время сделать то, что я уже давно откладывал. Я развернулся и вернулся в молитвенный зал, направился к стене за трибуной и снова стал искать драгоценный камень кончиками пальцев. Смутно, очень смутно, я чувствовал его, когда проводил по нему пальцами. Если положить на него руку и что-то напевать, то открывался проход. Если повернуть драгоценный камень набок, он может служить коммуникатором. В таком случае, не будет ли у этой штуки еще больше функций? — Нам нужен грамотный колдун. — Я знаю. Ты все еще не ушел? На мои раздраженные слова Круэл тихо исчез. Нет, скорее всего, он ушёл не из-за этого, а чтобы найти колдуна раньше меня. Я не мог проиграть ему. — Госпожа Риенн. Давайте вернемся. — Да. Услышав издалека несколько приближающихся к комнате шагов, мы с леди Риенн вылезли через окно, через которое я влез. *** Пока Деон Харт боролся в Церкви Спасения, император Эдуардо Дезер, отдавший ему этот приказ, дремал. Обычно он не спал вне установленного времени, но в последнее время он страдал от острой нехватки сна, поэтому ему было очень трудно прожить весь день без сна. Такая вещь, как недостаток сна, не была для него чем-то новым. С тех пор как Эдуардо взошел на трон, у него не было ни одной ночи крепкого сна. Как он мог спокойно спать, когда люди, которых он убил, каждую ночь преследовали его во сне? Когда он взошел на престол и в ходе восьмилетней войны, которую он вел, чтобы получить титул императора, он погубил бесчисленное множество людей. Если собрать все их трупы в одном месте, то их хватило бы на огромную гору. Именно столько людей собиралось в его кошмарах. Большинство людей, убившие других не просто страдали от бессонницы, а просто сходили с ума. Император, однако, упорствовал, и мертвые, казалось, были крайне обижены этим. Император вскочил с постели. Некоторое время он просто сидел, тяжело дыша. По прошествии некоторого времени он глубоко вздохнул и убрал мокрую челку, вроде бы немного успокоившись. С его ладоней капал холодный пот. И... Его ладони мгновенно почернели. Потом он полностью исказился, показав причудливо перекошенное лицо. Злобное лицо, плачущее кровавыми слезами. Голос, полный злобы, говорил о своей ненависти к нему и проклинал его. — Я ненавижу тебя, император. — Умри, умри. Почему ты ещё жив? Я мертв, и все же почему ты в порядке?! Сейчас он был не во сне, а в реальности. Насколько злыми должны были быть эти люди, чтобы преследовать его даже в реальной жизни? Пока император молча наблюдал за происходящим, до его слуха донесся негромкий голос: он только что проснулся. — До ужина еще есть время. Император, не поворачивая головы, перевел взгляд на одну область. Встретившись с ним глазами, принц Эльпидий, прислонившийся к стене рядом с дверью, медленно выпрямился и подошел к нему. — Я слышал, что в последнее время ты стал меньше есть, поэтому беспокоился, что ты мог заболеть... — … — Тебе опять снятся кошмары. Эльпидий, стоявший прямо перед императором, подтвердил состояние своего дяди. Между прорехами его растрепанного наряда виднелись мускулы, блестевшие от холодного пота. Золотистые волосы казались темнее, чем обычно, от пота. Под глазами залегли тонкие тени, казалось, от нескрываемой усталости. В целом он выглядел крайне изможденным. При таких темпах ситуация может стать опасной. У него было бесчисленное множество врагов, так что же делать, если его физическое состояние стало еще хуже? — Как я и думал, я должен позвонить премьер-министру... — Нет... — Дядя. Эльпидий, пытавшийся обратиться к императору, на мгновение остановился. Глаза императора, казалось, не были сосредоточены на нем. Они были закреплены в каком-то месте позади него. Он оглянулся, но ничего необычного не увидел. Когда он снова повернул голову назад с озадаченным выражением лица, то увидел, что император одной рукой давит себе на глаза. — Дядя?.. — Ты раздражаешь. Не может быть. Вспомнив то странное чувство, которое он испытывал совсем недавно, Эльпидий стал смертельно серьезным. — Может ли быть... что у тебя сейчас галлюцинации? — Это не доставляет мне никаких проблем в повседневной жизни. — Проблема здесь не в этом! Ты должен быть более бдителен сейчас, чем!.. — Эльпидий. — Дядя... Словно вновь придя в себя и вернувшись к себе, Эдуардо прямо посмотрел в глаза своему обеспокоенному племяннику. Ему было жаль Эльпидия, но он не собирался прогонять эти кошмары и галлюцинации. Напротив, поверит ли он, если ему скажут, что он в порядке? — При обработке документов, связанных с войной, я на мгновение почувствовал некую пустоту, потому что очень устал. Ничего страшного в этом нет, так что не стоит беспокоиться. — Что?! Он беспокоился, что забудет свои грехи и начнет жить спокойно, но, если призраки будут преследовать его в таком виде, он никогда не сможет забыть. Как бы пытаясь успокоиться, Эльпидий несколько раз провел рукой по лицу. И даже после этого голос с трудом покидал его рот только по прошествии приличного количества времени, как будто он все еще не мог сдержать их как следует. — ...Ты хочешь вести войну в этом государстве... А надо ли? — Я… — Я спрашиваю не императора, а моего дядю. — ...Как ты думаешь, какой ответ я тебе дам? Лицо Эльпидия исказилось в мучительной гримасе. — Тогда собирайся снова заучивать этот список! ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Судьба или предначертание (1) Во время восьмилетней войны император, несмотря на плотный рабочий график, запомнил список погибших. Достаточно было бы просто выплатить семьям погибших соответствующую компенсацию, но он выкроил время, которого у него фактически не было, и запомнил список с именами всех павших солдат и их лица. «Ну, если бы не я, они бы не умерли». Этого можно было избежать. Восьмилетняя война была развязана исключительно из-за его выбора. Положение императора позволяло решать вопросы жизни и смерти огромного количества людей. Эдуардо не хотел легко забывать тех, кто стал жертвой его эгоистичного выбора. Если лидер страны не берет на себя ответственность за свой выбор, то кто же его берет? Ответственность за последствия своего выбора. Это то, что должен был нести каждый человек, а не только правитель. — Неважно, были ли они союзниками или врагами, разве все они не являются жертвами того выбора, который я сделал? Поэтому, когда они приходили к нему через сны и галлюцинации, он был рад этому. Эльпидию было трудно продолжать говорить. Наконец, ему удалось выдавить из себя только одно предложение. — …Ты глуп. Это было не то, что он должен был сказать императору, но Эдуардо просто рассмеялся. Это был слабый смех, совершенно не похожий на обычный, который даже не успел отзвучать в просторной комнате. — Я знаю. Это тоже разновидность болезни. Император пробормотал, глядя на тех, кто смотрел на него из угла комнаты. — У меня нет аппетита, поэтому я сегодня пропущу ужин. Иди поешь вместе с Аллетеей. Он должен был сопровождать этих людей. Поколебавшись немного, Эльпидий ушел. Император, оставшийся в комнате, лишь закрыл глаза, запечатлевая в своем сознании знакомые лица медленно приближающихся к нему людей. Даже с закрытыми глазами он видел, как они приближаются, что подтверждало, что это галлюцинации. Ему не о чем было беспокоиться. Они все равно не могли причинить ему прямого вреда. Этого было достаточно. Несмотря на то, что галлюцинации душили его очень живо, он просто улыбался, как будто ему казалось, что вся эта ситуация смешна. На его долю выпало слишком много дел, чтобы он мог рассыпаться из-за подобных вещей. *** После этого прошло три проклятых дня. Три дня – не малый срок. За это время Круэл мог бы найти компетентного колдуна. По правде говоря, найти колдуна было не так-то просто. Девяносто девять процентов колдунов были родом с юга, но земли Империи находились в основном на севере. Даже если отбросить девяносто девять процентов, оставшийся один процент — это тоже колдуны с юга, но жившие на юге империи. Таким образом, отправляться на юг в поисках колдуна было неизбежно. Однако мой талантливый дворецкий Ремембер сумел найти его и без единой жалобы сообщил мне о ближайшей деревне, в которой живет колдун несмотря на то, что моя просьба была довольно неразумной. Если принять во внимание все эти факторы, то три дня – безумно короткий срок, но я никак не мог понять, где находится Круэл и что он делает... — Кстати, мисс Риенн. — Да, лорд? — Я чувствую покалывание в затылке. — Это всего лишь ваше воображение. Поход в горы с целью найти посреди них деревню был вполне нормальным. Было тяжело, но терпимо. Однако взгляд, который, казалось, все это время был прикован к моей голове, был просто невыносим. — Я в порядке. — Но это не так. Как я могла осмелиться... Из-за того, что я не узнала своего господина со спины, я устроила такой большой переполох. Этого не должно было случиться. Поэтому я запечатлею в памяти ваш облик со всех сторон, чтобы подобное никогда не повторилось. — Но затылок-то... — И, пожалуйста, говорите со мной спокойно. Все-таки Ваша светлость - мой лорд. Она сменила тему, не так ли? Я посмотрел на нее с кислым выражением лица и отвернулся. «Говорить спокойно, да?» Она была дворянкой. В отличие от меня, чье положение было просто почетным, её семья носила наследственный титул. Хотя она не была главой дома или кем-то в этом роде, это не означало, что власть ее семьи просто исчезнет. Несмотря на то, что наши отношения были отношениями хозяина и слуги, я чувствовал себя более комфортно, если мы проявляли друг к другу взаимное уважение. Поэтому я решил пойти на компромисс: мы оба должны общаться друг с другом в неформальной обстановке. — Мне так удобно, хотя... А, вон там! — Это деревня. Я слышала, что она должна быть маленькой, но не ожидал, что настолько. Я внутренне согласился, увидев размеры деревни. Именно так и должен был жить колдун. Обычно они были затворниками, так что эта деревня казалась очень подходящей для жизни такого человека. Помниться, Ремембер говорил, что не совсем уверен, что здесь действительно живет колдун, хотя... — Давайте быстро войдем на их территорию. — Да. Несмотря на это, я не мог не испытывать определенных ожиданий. Мы с Риенн поспешили ко входу в деревню. И… — А, черт. — ... — Ах, я сказал это вслух? Извини, брат. Я просто был так удивлен, что это вырвалось у меня изо рта. Мы случайно столкнулись с Круэлом. Как такое совпадение вообще могло произойти? В этот момент я подумал, не преследует ли он меня на самом деле или что-то в этом роде. Однако у этой встречи есть разумное объяснение. Это было совершенно не похоже на необоснованное подозрение, поэтому я просто закрыл рот и нахмурил брови. «Он также здесь, чтобы найти колдуна». По словам Ремембера, все колдуны, кроме этого, жили дальше, так что, если его источник информации заслуживает доверия, у него не было другого выбора, кроме как приехать сюда. Тем не менее, я не мог не чувствовать себя виноватым в этом. По этой причине я закрыл рот и уставился на него, нахмурив брови. Но почему-то его глаза становились все больше и больше. Мне показалось, что откуда-то доносится шум ветра... Нет, подождите... Разве этот звук не приближается? Черт! Мое зрение пошатнулось, и я на мгновение потерял сознание. *** — Покиньте эту деревню!!! — А-а-а, бабушка, успокойся! Посмотри на их одежду! Это же высокопоставленные люди! Эй, кто-нибудь, остановите бабушку! — Катастрофа... Катастрофа пришла! Мы должны выгнать его! Нет, мы должны убить его! — Лорд! Вы в порядке?.. Ах, кровь... — …Хах. Деон, казавшийся неподвижным с опущенной головой, поднял голову и издал короткий смешок. Он действительно рассмеялся. Риенн безучастно уставилась на нелепо приподнятый уголок рта и заглянула ему в глаза, прежде чем отступить на шаг. Выражение его глаз было таким же, как и в тот раз; глаза, в которых мелькнуло безумие, когда они подверглись нападению тогда. — М-мой лорд... Деон, который, расчесывая волосы, задел рану, посмотрел на свою ладонь. Кровь цвета ржавчины. Он все еще чувствовал теплую жидкость, стекающую с виска, так что рана была довольно глубокой. Возможно, из-за прилившей к лицу крови его красные глаза заблестели еще более жутким светом, когда он перевел взгляд на старуху, поднявшую шум. Старуха была настолько сильной и энергичной, что несмотря на то, что молодой человек сдерживал её, она не выпускала из рук камень, который держала в руках. Деон наблюдал за её борьбой, грубо смахнул кровь со своей руки и начал двигаться вперед. Когда капли крови разлетелись по грязи на земле, все, кто смотрел на него, неминуемо застыли в страхе и недоумении. Однако никто из них не мог отвести от него глаз. Волосы, окрашенные кровью. Глаза, в которых блестел намек на безумие. Даже если бы это было не так, ощущение дискомфорта, которое они испытывали от него, а также тяжелая и мрачная атмосфера, давящая на них, заставили их быстро потерять цвет лица, когда они заметили, куда направляются его шаги. То же самое произошло и с леди Риенн. — Мой лорд... — Я не буду ее убивать. Любой, кто смотрел на него, мог ясно увидеть, что он совершенно точно хотел убить старуху, но она не могла сомневаться в словах своего лорда. Услышав его решительное обещание, Риенн замерла на месте. Она старалась не обращать внимания на взгляды жителей деревни, которые, казалось, умоляли её что-то сделать. Пока Деон подтверждал, что он ничего не сделает, блокировать его означало бы, что она сомневается в нём, а рыцарю совершенно недопустимо сомневаться в своем лорде. Кроме того, она уже совершила две ошибки. Одна из них заключалась в том, что она не смогла защитить его. Другая - в том, что она не смогла сразу же выхватить меч и отреагировать на то, что в её лорда летит камень. Как она могла осмелиться остановить его? «Я была слишком сосредоточена на противостоянии между Деоном и его братом». Разлад между Деоном и его семьей нервировал в другом смысле. Настолько, что в итоге она перестала замечать надвигающуюся внешнюю угрозу. Кто мог знать, что в этой горной деревушке найдется человек, который нападет на Деона? «Нет, это просто отговорка». Это не оправдывает того факта, что она не успела поднять меч, когда Деон попал под удар. «Даже если этот человек был старушкой, мне не следовало колебаться...» Пока Риенн, сжав кулаки, обливалась холодным потом, Деон, медленно шедший к старушке, остановился, слегка наклонился и заглянул ей в глаза. В любой другой ситуации действие, когда он наклонился и встретился с ней взглядом, можно было бы расценить как проявление внимания. Однако по какой-то причине это выглядело так, будто он насмехается над ней. Мгновение спустя Риенн поняла, почему ей так показалось. После того как она заставила себя открыть глаза и посмотреть, глаза старушки встретилась с жуткими, неподвижными красными глазами, завязался непростой разговор. — Привет, старушка. — Т-ты катастрофа! — Значит, я катастрофа, да? Деон ухмыльнулся, глядя на старуху, пристально смотрящую на него. Вид улыбающегося человека с капающей из головы кровью был настолько абсурден, что все присутствующие просто замерли, затаив дыхание. На фоне этого едва уловимого напряжения он продолжал говорить довольно игривым тоном. — А может не "катастрофа" а, скорее, "грех"? — Э-это! *** Я тупо уставился на бабушку, которая продолжала кричать на меня все, что ей приходило в голову. Она была полна энергии, так не свойственной ее преклонному возрасту. Это уже не было даже на уровне шумихи, это было больше похоже на одиночный крик. По мере того, как она продолжала, моя голова начала болеть так сильно, что я подумал, что она может взорваться в любой момент. Я имел в виду не метафору, а буквально. Теперь, когда я об этом подумал, в меня попал камень, не так ли? А потом эта старуха начала кричать что-то о том, что я - катастрофа и что меня надо убить или что-то в этом роде. Катастрофа. Катастрофа... «Хорошо...» Хотя, если уж на то пошло, я был скорее "грехом", чем "катастрофой"? Я повернул голову и посмотрел на Круэла. Он наблюдал за всем происходящим со стороны, и в его глазах плескалась сложная смесь эмоций. Когда наши глаза встретились, он, естественно, посмотрел мимо меня и переместился ближе ко мне. Точнее, он подошел ближе к бабушке, которая все еще кричала, и к другим жителям деревни. — Я пришел искать колдуна. Из его уст вырвался горький голос. Я даже не ожидал, что он будет беспокоиться обо мне или что-то в этом роде. Получив от Риенн платок, я продолжил наблюдать за происходящим, прижимая его к ушибленной голове. — Вообще-то, эта старушка - колдунья... В последнее время она стала совсем “дряхлой”... — Отпустите меня, сопляки! Я должна убить его! — ...Значит ли это, что в этой деревне нет других колдунов? — А, вот... Молодой человек перевел взгляд на девушку, которая подошла к нему раньше, чем кто-либо из нас успел заметить, и тихонько уговаривала старушку. — Успокойся, бабушка. — Ран, быстро, убей этого парня. Ты ведь тоже его видела, верно? — Конечно, я тоже видела. Но не буду. Бабушка, ты всегда говорила мне, что нельзя винить людей за то, что ещё не произошло. Пауза. Старушка вдруг перестала сопротивляться. Старушка, которая тупо смотрела в одну сторону, как будто её ударили по голове, начала что-то невнятно бормотать, как человек, только что прозревший. — ...Верно, я это говорила. Бабушка повернула голову и посмотрела на меня. Удивленный силой этого действия, я попытался отступить назад, но моя слабая реакция была тут же пресечена старушкой, крепко державшей меня за плечи. Это было больно! Я понял это, так как молодой человек изо всех сил старался удержать ее, но она действительно была чертовски сильной. — Ты... — Д-да? — Никогда не надо никого ненавидеть. — Что? — Никогда. Ты понял? Еще недавно она шумела о том, что меня надо убить, и даже бросала в меня камни, а теперь она схватилась за мое плечо и ласково давала мне советы. Так вот что значит быть “дряхлым”? Я никогда не встречал “дряхлых” людей. ...Какой бы дряхлой она ни была, это было очень несправедливо. Круэл и Риенн тоже были здесь, так почему же она была такой только со мной?!. «Аааа! Эта бабуля… серьезно?!» Она хваталась за то место, где была моя рана от стрелы!!! Когда я не ответил ей, руки, державшие меня за плечи, только сильнее сжали меня. Она отстранилась от меня с довольным видом, когда я поспешно кивнул, не в силах больше игнорировать боль. Потрогав пульсирующие плечи, я повысил голос, чувствуя себя очень неловко. — Я тоже пришел сюда, потому что искал колдуна, но я слышал, что эта девушка - колдун. Это правда? Бабушка чуть не сломала мне плечи, хотя даже не пыталась меня убить. Она сказала мне не ненавидеть никого? Честно говоря, я никак не мог этого сделать, пока был человеком, как минимум из-за человека, который был рядом со мной... Бросив один взгляд на Круэла, я отвернулся. ...В любом случае, нам нужен был ещё один колдун. Неужели нас заставят идти на юг? Сколько времени это займет? — Позвольте мне следовать за вами. — Раздался чей-то голос. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Судьба или предначертание (2) Я не тот, за кого меня принимают — Глава 60: Предначертание или судьба (2) — Хм? Я услышал голос молодой девушки. Когда я проверил, кто его обладатель, то был весьма удивлен. Разве большинство колдунов не были пожилыми людьми? А этой девушке, похоже, было чуть за двадцать. Странная у нее была манера поведения. То, что ей удалось в одно мгновение успокоить эту бабушку, конечно, было ненормально... — Во-первых, позвольте мне извиниться. Мне очень жаль, что вы оказались втянуты во что-то столь неприятное. — А... Ничего. — Меня зовут Ран. Я внучка вот этой старухи. Я унаследовала кровь моей бабушки, поэтому я искусна в колдовстве. Хотя я не знаю, для чего вам нужен колдун, но, если вы возьмете меня с собой, я могу гарантировать, что вы сможете достичь своих целей. — Возможно, вы не можете ей доверять, потому что она молода, но в этой деревне Ран известна как еще более талантливая, чем ее бабушка. Я планировал взять ее в любом случае, даже если она не настолько опытна, поскольку других вариантов у меня не было. Однако, услышав это дополнительное объяснение, она показалась мне еще более привлекательной. Я быстро кивнул и увидел, как Круэл, стоявший рядом со мной, нахмурился. — Кстати, человек, стоящий рядом со мной, на самом деле не является моим спутником, так что если вы решите присоединиться ко мне, думая, что... — Я пойду за вами. Глаза девушки смотрели прямо на меня, как бы подчеркивая её слова. Когда я взглянул на Круэла, который просто стоял, не высказывая никаких претензий, уголки моего рта медленно приподнялись, и я протянул ей руку. — Тогда, пожалуйста, позаботьтесь о моей ране. *** Неважно, что он упустил шанс заполучить эту колдунью. Герцог не только хотел, чтобы он доказал свою полезность, но и надеялся на его успех, а чтобы обеспечить ему победу, он найдет ему другого колдуна или сообщит о другом способе. Должна была быть причина, по которой она хотела остаться рядом с Деоном, и Круэл не хотел мешать этому, поэтому он наблюдал, как эта единственная и неповторимая колдунья уходит к его брату. Казалось, что теперь у него появилась еще одна цель. Круэл, смотревший на спины Деона и остальных, повернул голову. Его глаза, казалось, высеченные из зеленого камня, устремились на старуху, которая, как говорили, была колдуньей. У него было много тем, о которых он хотел с ней поговорить. Бросала камни, говорила, что Деон должен умереть, и называла его бедствием. Круэл обдумал все эти действия, встал прямо, плотно закрыв рот, и подошел к старухе. Как только он решил поговорить с ней по секрету, пытаясь раскрыть её грубую энергию, когда она тяжело дышала, старушка подняла голову. Однако, когда их взгляды встретились, выражение ее глаз смягчилось. — О, ты тоже здесь. Ты, наверное, очень занят. Ты действительно можешь так здесь оставаться? Импульс, создававший впечатление, что она в любой момент может начать буйствовать, мгновенно исчез. Как будто то, как она сейчас обращалась с Деоном, было ложью, она смотрела на него ясными, прозрачными глазами. Видимо, не зная, что он старший брат Деона, старуха, о которой говорили, что она прекрасная колдунья, с достоинством раскинула руки. Казалось, она не испытывала по отношению к нему никаких запретов. — Иди сюда. Дай я тебя обниму. — ... — Пойдём. Говорили, что у нее старческий маразм, это тоже было частью этого? Круэл неловко подошел к ней, не желая усугублять болезнь "старушки", не выполняя её пожеланий. Старушка нежно обняла его, когда он медленно приблизился к ней, и ласково зашептала ему на ухо, как будто он был ее внуком. — Тяжело тебе, да? — ... — Ты действительно через многое прошёл. Круэл спокойно смотрел на лицо старухи, которое, казалось, было наполнено бесконечной жалостью. Её глаза были неподвижны, хотя казалось, что она вот-вот заплачет. — Маленькое дитя... —... — Ты – ребенок, который станет началом разрушения. — !.. — Но не волнуйся. Старуха продолжала все еще дружелюбным тоном, крепко обнимая его, когда он попытался отстраниться от неё, думая, что она может хотеть причинить ему вред. — Я не буду тебя ненавидеть. Если бы даже я тебя ненавидела, в этом мире не нашлось бы никого, кто бы тебя любил. Это было не то, что он собирался услышать. Ему казалось, что его голова кружится. Всевозможные подозрения и расчеты возникали в его голове, чтобы затем снова и снова исчезать. Почему она была так добра к нему? Почему она относилась к нему по-другому? Была ли она вообще тем же самым человеком? Была ли она на самом деле “дряхлой”? Были ли какие-либо шансы, что она могла что-то видеть? В таком случае, какова была ее цель? Что видела эта старуха, якобы колдунья? Не в силах удержать путающиеся мысли, Круэл медленно открыл и закрыл глаза, отчего взгляд его стал еще более тяжелым, чем прежде. Он посмотрел на старуху. Она улыбалась с закрытыми глазами, как будто знала, что он делает, даже не видя его. — Нелюбимые дети, как правило, имеют короткую жизнь, но вы должны прожить долгую жизнь. —… — Для этого, правда, придется выиграть негласное пари с младшим братом. Вдох! Как только он услышал это, он схватил старуху за плечи и грубо отстранил ее от себя. Ее тело беспомощно покачивалось в его руках. Круэлу было совершенно безразлично, как его действия выглядят для других. Его голова была забита только одной мыслью. «Как?» Только как? Как сказала женщина, у него было негласное пари с Деоном. Они не обменивались об этом ни словами, ни невербальным общением. Она увидела то, как они сражались в своих целях. Битва за то, кто дольше продержится. Возможно, для Деона это была битва на тему "кто первым убьет своего противника". Хотя их интерпретации были очень разными, он считал, что это все равно одно и то же пари. Если ему суждено умереть, он хотел умереть после Деона. — Пожалуйста, постарайся выиграть. —... — Если ты победишь, то катастрофа не наступит. Начало разрушения также не произойдет. Поэтому, если тебе когда-нибудь покажется, что ты хочешь умереть или что ты вот-вот умрешь, сначала убей его, а потом умри, дитя. — Что? Утверждения о ее “дряхлости”, похоже, были ошибочными. Учитывая, что она не могла отличить, что ей следует говорить, а что нет. Он подтолкнул её к молодому человеку, который нервно подошел к ним. После того как её подтолкнули, она сразу же оказалась в объятиях молодого человека. Круэл холодно посмотрел на нее. «Ненужное вмешательство, использование привязанности в качестве приманки...» Ему было интересно, что она ему скажет или что сделает, но он не ожидал, что она так перейдет черту. «Должен ли я убить её?» Правая рука Круэла зависла над рукоятью меча. Молодой человек, поймавший старуху, испустил короткий вздох, в то время как он и старуха были жутко спокойны. Затем, после короткого периода молчания... Его зеленые глаза на мгновение впились в ее темные глаза, прежде чем он убрал руку с рукояти меча. Он был еще не настолько сломлен, чтобы бросаться с мечом на дряхлую старуху. *** — Вы сказали, что вы талантливее своей бабушки, не так ли? Взглянув на Ран, которая молчала, пока мы спускались с горы, я решился попытать счастье. Всё бы ничего, если бы я просто хранил молчание, но что-то меня беспокоило, и я не мог удержаться. Разве не меня только что назвали "катастрофой"? Мне даже сказали, что я должен быть убит, и я не мог просто так это оставить. Я все еще хотел жить, и умирать, не зная причины, было просто нелепо. Кроме того, я был шокирован тем, что это сказала не кто иная, как бывшая колдунья... — Талант – это не то, что можно увидеть глазами, поэтому я не могу ответить на этот вопрос. — ...Тогда позвольте мне изменить вопрос. Ваша бабушка сказала: "Ты тоже это видела", так? — Если вы говорите о судьбе и вашем будущем, то да, я видела это. Потом Ран посмотрел прямо на меня. — Даже сейчас я все ещё вижу это. Я медленно оглядел лицо Ран. Неулыбчивое лицо и ясные, светлые глаза. Не похоже, что она сошла с ума. Не похоже было и на то, чтобы она несла чушь. — Возможно, вы захотите отмахнуться от того, что услышали ранее, как от бреда дряхлой старухи, но, к сожалению, моя бабушка стала “дряхлой” после того, как увидела то будущее. — ...Этого не может быть... Причиной ее старческого маразма является?.. Ран горько рассмеялась. — Не всегда хорошо знать слишком много. — ...Знала ли меня эта старуха? Как она могла предсказать будущее человека, которого никогда не встречала? — На самом деле моя бабушка предсказывала будущее одного из детей нашей деревни, а не вас. Она медленно повернула голову и посмотрела в какую-то сторону. — Однако она не могла этого не видеть, потому что ваша судьба глубоко переплетена с судьбой этого ребенка. Проследив за ее взглядом, я увидел, что из-за дерева на меня смотрит мужчина. «Это меня удивило! Кто это, черт возьми, такой?!» На вид ему было около девятнадцати? Может быть, двадцать? Во всяком случае, я полагал, что он примерно того же возраста, что и эта девушка по имени Ран. Он точно не был ребенком, и мне стало интересно, почему он так себя ведет. Это было, мягко говоря, пугающе. Несмотря на то, что наши глаза явно встретились, он не спрятался. Его глаза, такого же темного цвета, как и волосы - характерные черты южанина, ­ направлены прямо в нашу сторону. Я замер на мгновение, когда его взгляд метнулся по мне, как будто он что-то искал, а затем запоздало обратился к Риенн. — ...леди Риенн... — Да, лорд? — Вы знали? — Да. Тогда почему она мне не сказала? — Я просто ждала и наблюдала за ним, так как вы ничего толком не сказали, есть ли какие-то проблемы? — Нет, все в порядке. Верно, она тоже приняла меня за невероятно сильного человека. Я не мог ничего сказать, поэтому просто вздохнул. И вообще, я каким-то образом был причастен к будущему ребенка? Она не предсказывала мое будущее, а видела меня в чужом. И все-таки, что это была за реакция... — ...И что же вы видели? — О судьбе и будущем не следует говорить так опрометчиво. Если я скажу об этом в открытую, это может привести к самому худшему исходу. — … — Однако я могу сказать вам следующее: ненависть для вас – это как лесной пожар. Сначала может показаться, что её не так много, но в какой-то момент она начнет стремительно расти, пока не поглотит всё. Вот почему моя бабушка говорила вам, что нельзя кого-то ненавидеть. Мои мысли стали еще более запутанными, но в одном был определенный смысл. Пока я не знал, что это такое, но в будущем мне предстояло совершить нечто ужасное. Дерьмо. Я не понимал, почему я, нацеленный на мирную жизнь, совершаю такие поступки, но главной причиной, похоже, была "ненависть", Круэл был единственным человеком ненавидимым мною в данный момент, поэтому он мог стать спусковым крючком. «Как я и думал, сначала надо как-то разобраться с Круэлом». Даже если это был не он, он действительно чертовски раздражал. Я не был уверен, на чью сторону встанет Император, ведь он стал Героем, и я не мог просто взять на себя заботу о нем из-за социальных кругов. Однако я должен был найти выход как можно быстрее. «Его убийство, вероятно, вызовет много шума, так что стоит ли мне наложить на него проклятие...» А? Не такая уж плохая идея, верно? По стечению обстоятельств рядом со мной оказалась еще и колдунья. Пока я думал, не спросить ли её о проклятиях и тому подобном, Ран продолжала говорить, хотя я думал, что наш разговор окончен. — А этот ребенок больше похож на взрывчатку, которая вот-вот взорвется. — Что? Был ли он ещё там? Я посмотрел на мужчину, который все еще смотрел на меня дрожащими глазами. По-видимому, истолковав мой взгляд как "интерес" или что-то подобное, Ран пробормотала, испустив короткий вздох. — Когда происходит взрыв, обычно начинается пожар. И наоборот, если взрывчатка загорается, она обычно взрывается. Вот почему я не хотела, чтобы вы встретились... Судьбу не так-то легко изменить, да? ...О чем она говорила? Более того, она продолжала говорить о судьбе и прочем, но нюансы были несколько иными. Не могла ли она назвать это как-нибудь вроде: "Точка, где мы будем связываться друг с другом в будущем" или что-то в этом роде? Пока я размышлял, мужчина направился ко мне, словно приняв решение. В это время Риенн настороженно положила руку на меч в ножнах. Не успела она его вытащить, как мужчина остановился и, открыв рот, посмотрел прямо на меня. Слова, которые он произнес, были настолько абсурдны, что все напряжение, которое я испытывал, просто покинуло мое сердце. — Пожалуйста, возьмите меня с собой. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Предначертание или судьба (3) — Ааах!!! — Бабушка?! — Бабушка! Проснись! Именно тогда его жизнь была разрушена. Так получилось, что его судьбу читала бабушка-колдунья. И хотя он ничего не сделал, бабушка вдруг закричала и бросилась на землю, чем повергла его в шок. И, как назло, сразу после этого дня у нее начался старческий маразм. С этого дня и начались все его несчастья. Ден все еще помнил ее слова. «Она сказала, что я буду ярым сторонником “катастрофы”, или пешкой, или что-то еще?» Как он мог забыть? С тех пор как она произнесла эти слова, жители деревни стали избегать его и говорить о нем только за его спиной. Не прошло и минуты, как эти слухи распространились по маленькой деревушке. Жители деревни относились к нему настороженно, и это чувство не исчезло так просто, хотя Ран, внучка старушки, пыталась этому помешать. Наоборот, негативное отношение к нему только усиливалось, превращаясь из настороженности в дискриминацию. Он был совершенно ошарашен и никак не мог к этому привыкнуть. Вполне естественно, что он не мог смириться с тем, что люди, с которыми он еще недавно смеялся и разговаривал, вдруг настолько отвергли его. Однако в тот момент, когда он заметил, что за весь день с ним никто не разговаривал... В тот момент, когда ему пришлось остаться одному, отдельно от всех, во время деревенского праздника... В тот момент, когда люди бросали перед его домом разный мусор и нечистоты... Дену не оставалось ничего другого, как признать это. «Все это связано с этим пророчеством». Насколько это было нецивилизованно? С его губ сорвался пустой смех. Однако его глаза были красными, как будто в них лопнули капилляры, что было совершенно не похоже на смех. Что это было - слезы или гнев, который он сейчас подавлял? Что же такого он им сделал, что с ним так обращаются? Вполне естественно, что жизнь человека, подвергшегося травле в такой маленькой деревне, стала невероятно трудной. Он уже должен был быть достаточно взрослым, чтобы просто оставить эту проклятую деревню и уехать в город, но Ден продолжал упорствовать. «Они говорят, что могут видеть “катастрофу” вокруг меня». Было сказано, что в будущем он займется этим вопросом. В таком случае, не означает ли это, что “катастрофа” придет к нему только в том случае, если он останется здесь? Конечно, раз уж их судьбы переплелись, они встретятся и в городе. Однако вряд ли он сможет узнать там “катастрофу”. Поэтому он ждал. Даже если бы его бабушка стала дряхлой, ее способности не покинули бы ее, поэтому старушка сразу же узнала “катастрофу”, как только увидела бы её. Он был уверен, что, судя по её характеру, она будет испытывать к нему лютую ненависть. Если бы в тот момент он встал на сторону “катастрофы”, то легко смог бы завоевать его расположение и доверие. Причина, по которой Ден пытался встать на их сторону, была проста. «Они все так уверены, что я стану пешкой “катастрофы”, так может, я оправдаю их ожидания?» Ден был не из тех, кто после ранения остается лежать. Особенно если он не был виноват в той боли, которую ему пришлось пережить. Не слишком ли несправедливо, что они подвергли его травле, хотя он еще ничего не сделал? Так он терпел и терпел, и в тот момент, когда ему наконец удалось увидеть лицо катастрофы, он перестал улыбаться. «Так это вы?» Только вот что такое судьба? Белые волосы и красные глаза. Сколько бы времени ни прошло, он не мог забыть о этой впечатляющей внешности. — Как нелепо вдруг спрашивать о чем-то подобном. Такой подозрительный человек, как вы... — Стоп. Человек, перебивший рыцаря, медленно подошел к нему. Его ярко-красные глаза смотрели на него со странным интересом. Ден изменил позу и сухо сглотнул, почувствовав, что атмосфера вокруг них полностью изменилась. Несмотря на то, что он нервничал и был напряжен, он не избегал взгляда, который, казалось, хотел разорвать его на части. Несмотря на то, что Ден жил в уединенной горной деревушке, он знал личность этого человека. Он не мог не знать. Человек, внезапно ставший знаменитым во время восьмилетней войны десять лет назад, Деон Харт. «Во время войны он стал известен как "Авангард, жаждущий крови" и "Предводитель приспешников дьявола"». После войны он стал известен как помощник Последнего Героя и, наконец, Герой Империи. Однако из всех названий, которые Ден смог вспомнить, наибольшее впечатление на него произвело одно: «Граф-вампир». Точно, граф-вампир. Титул, достойный человека, которому суждено стать катастрофой. От таких мыслей Ден начал ухмыляться. Свет в глазах Деона стал немного странным после того, как он увидел его таким. Затем он медленно произнес… *** После долгой бешеной ходьбы я, наконец, добрался до своего особняка. Я поднял голову и увидел, что солнце вот-вот сядет. Это должно быть около пяти часов вечера. Затягивать с этим не стоит, поэтому лучше побыстрее закончить работу. ...Кстати... «Почему он пошел за мной?» Почему этот человек, еще недавно подглядывавший за мной издалека, так естественно присоединился к моей компании? — Госпожа Риенн, этот человек... — А, вы говорите о Дене? Я все еще не доверяю ему, но... раз уж вы решили взять его под личный контроль, было бы нелояльно с моей стороны продолжать противиться вашим решениям. Я скорректирую своё мнение на этот счёт. Он даже назвал ей свое имя?! Нет, когда это произошло? Если послушать Риенн, то казалось, что я решил взять его к себе, но... Я совсем не помню, чтобы я это делал. Я глубоко задумался над этим и решил быть более оптимистичным, а не ворчать по этому поводу. Я и так уже был достаточно напряжен из-за всех этих забот и тревог. И мне было бы очень неприятно, если бы к этой куче добавилась еще одна. «Наверное, это неспроста!» Я бы точно смог его использовать для чего-нибудь. Он может хорошо драться или, например, много чего знать... — Я не так уж хорошо образован, и мое мастерство в бою не могло бы удовлетворить вас, учителя, который является Героем. Какого черта я взял его с собой? Почему он последовал за мной сюда? И почему он назвал меня "Учителем"? Я хотел многое сказать, но не смог. Я посмотрел на Дена со сложным и едва уловимым выражением лица, а затем повернулся к колдунье. Я абсолютно не уходил от реальности. Я просто откладывал это, потому что у меня были более важные дела. — Мы уедем сразу после окончания подготовки. Вы не против? — Хорошо. Никаких проблем с этим. Могу ли я обратить внимание на одну вещь? — Какую? — Вы намерены лишить жизни невинных людей, а также лидеров? — Что вы имеете в виду под невинными людьми? — Те, кто был под внушением лидеров. Я уже собирался ответить ей, не задумываясь, но тут почувствовал, что что-то не так, и на мгновение замешкался. «Я сказал ей, что мы пойдём в Церковь Спасения?..» Других доказательств мне не требовалось. Она точно была колдуньей. Иначе и быть не могло. По моему телу побежали мурашки. Погладив себя по рукам, я кивнул. Я не хотел лгать такой, как она, потому что она все равно узнает. Я намеревался убить всех, кто причастен к Церкви Спасения. «Можно ли назвать невиновными тех, кого подчинил этот ложный культ?» Возможно, колдунья и придерживалась такого мнения, но я - нет. Люди, одержимые религией, просто не могли думать ни о чем другом. Не зря же их называли фанатиками. Если бы их религия рухнула, то все они в разной степени сошли бы с ума. Они могут попытаться убить человека, ответственного за разрушение их религии, или создать вторую Церковь Спасения. Такие реакции, как лишение себя жизни от отчаяния и некоторые другие могут рассматриваться как мягкие. Поэтому лучше было бы просто убить их всех и не оставить после себя ни единого следа. Выражение лица Ран стало жестким. — Не нужно уже проливать столько невинной крови. Я очень тонко подметил её слова. Я ожидал, что она скажет что-нибудь вроде: "Нельзя причинять вред невинным людям", или "Жизнь бесценна", или упомянет о карме, как это любят делать многие колдуны. Но она сказала, что мне не нужно было проливать столько крови “уже”? Значит ли это, что в будущем я пролью еще больше крови? —...Вы что-то знаете? — Я не могу ответить на этот вопрос. Однако эти слова предназначались и вам. Пожалуйста, пощадите тех, кто просто подвергся внушению. Если вы откажетесь, то я не стану вам помогать. Судя по ее выражению лица, она настояла бы на своем, даже если бы я приставил нож к ее горлу... Тогда у меня не было другого выбора. В конце концов я кивнул, глубоко вздохнув. — Похоже, мне придется увеличить количество людей, которые поедут с нами. Если в итоге придется убить их всех, это будет гораздо проще, если взять с собой побольше людей. — Спасибо, что прислушались к моей неразумной просьбе. — Сейчас, ну... В общем, ты... Как только мой взгляд упал на него, мужчина ответил крайне уважительным тоном. — Не стесняйтесь называть меня Ден. — Хорошо, Ден... — Могу ли я следовать за вами? — Нет. Услышав мой ответ, мужчина опустил глаза. Я снова почувствовал себя ошеломленным. Что он имел в виду, когда шёл за мной? Он сказал, что не может сражаться. Разве он не слышал, что нам придется убивать людей? — Пока что тебе... следует подождать в особняке. Я дам знать Ремемберу, так что с этим проблем быть не должно. Если парень, совершенно не умеющий драться, пойдет за мной, он станет только обузой. Конечно, причина была не в этом... Просто наши личности были слишком разными, наверное? У меня была охрана, а у него - нет. Даже если бы я приказал своей охране защищать и этого ублюдка, это было бы не так просто. Например, если бы мы с этим парнем одновременно оказались в опасности, что тогда? Какой бы ни была причина, по которой я решил взять этого парня к себе, я не собирался позволить ему умереть просто так. Вот почему я не мог позволить ему следовать за мной. — Это потому, что я был бы обузой, верно? Он понял. Я закрыл рот. Поняв это как утверждение, парень опустил глаза и о чем-то задумался. Затем, словно приняв решение, он снова поднял голову и посмотрел мне прямо в глаза. — Вы можете научить меня фехтованию? — Я? — Я никогда не посмею причинить вам неудобства, учитель. Если вы пришлете кого-нибудь обучить меня основам, я никогда не разочарую вас. Он же не просил меня обучать его фехтованию, которым я не владел, — это была неразумная просьба. Неужели он так сильно хотел следовать за мной? Я понял, что в этот раз он послушно останется здесь, но очень хочет прийти в следующий раз или что-то в этом роде, поэтому я просто отвел глаза и кивнул. Я не мог ему отказать, потому что его глаза горели таким рвением. Мне казалось, что у меня появился сумасшедший преследователь, но, возможно, это чувство было только у меня. «...Кстати...» Я перевел взгляд на него, чтобы еще раз посмотреть, как вдруг в моей голове возник вопрос. Этого я просто не мог понять. Почему я так доверял этому парню? Как ни посмотри на него, этот парень был более чем подозрителен. Так почему? «В ближайшее время мне предстоит серьезный разговор с ним один на один». Я должен был выяснить его цель. Сейчас я был занят, поэтому поговорю с ним, как только мы вернемся с задания. Пока я так думал, я коротко представил Дена пришедшему на встречу с ним Ремемберу и приказал ему сделать несколько дел. — Он пока поживет у нас, так что, пожалуйста, предоставьте ему подходящую комнату. — Хорошо. — А не много ли рыцарей сейчас слоняется по особняку? — Действительно, их много. — Хорошо. Выбери среди них подходящего человека, который будет обучать Дена фехтованию. — Да, я понял. Это было практически все. — И госпожа Риенн. — Да, лорд? — Как вы думаете, сколько времени потребуется, чтобы набрать десять нормальных парней среди рыцарей? — Это не займет много времени. Я закончу после того, как лорд насладится чашкой хорошего чая. — Тогда я подожду. *** Грохот. Я с трепетом посмотрел на стоящую передо мной чайную чашку. Опять этот чай. Этот проклятый чай, который заставлял меня бежать в туалет каждый раз, когда я его пил. Там еще осталось? Сколько этого чая принц действительно прислал мне? Мне очень хотелось все его сжечь, но я не мог так небрежно относиться к подарку наследного принца. Больше всего меня беспокоил Ден. Я, конечно, сказал Ремемберу, чтобы он выбрал подходящего человека для обучения, но на самом деле рыцари, которые бездельничали в особняке, были просто “бешеными псами”. «Если они не рекомендуют ему принимать наркотики, то все должно быть хорошо...» ...Нет, подождите, а если они действительно попытаются это сделать? Если бы это были они, то это было бы более чем возможно. Я вскочил на ноги с созерцательным выражением лица. — В-ваше сиятельство? — Быстро иди и скажи Ремемберу, что рыцарь должен только обучить Дена фехтованию и ничему другому. Я не мог допустить, чтобы они учили его бесполезным вещам. Например, о том, как использовать наркотики, барбитураты, а также транквилизаторы! Я буду проклят, если они действительно увеличат количество безумцев вокруг меня. «Вокруг меня и так достаточно сумасшедших». ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Зачистка (1) Я не тот, за кого меня принимают — Глава 62: Зачистка (1) — Так сказал граф? — Да. — Прекрасно, хорошая работа. Можете идти. Ремембер сел, скрывая свои мысли за привычным выражением лица. Деон хотел, чтобы тот передал послание, хотя лучше было бы передать его непосредственно рыцарям или госпоже Риенн. Ремембер был компетентным дворецким, а его хозяин – Героем Империи. Он сразу понял, каковы намерения почетного графа Харта. Не может быть, чтобы человек, переживший войну, выбрал такой неэффективный способ передачи сообщения без всякой причины. Значит, его уважаемый граф действительно велел ему присматривать за парнем по имени Ден. «Ведь Деон никак не мог допустить, чтобы такой незнакомец, как он, остался в особняке просто так». Вероятно, это было сделано для того, чтобы внимательно следить за человеком, который, как предполагается, является враждебным субъектом. Это была достаточная причина. Сначала фразу "Обучайте его только фехтованию" можно было истолковать как беспокойство по поводу того, что Приспешники Дьявола одурманят того парня по имени Ден. Однако если вдуматься в смысл фразы, то ее можно было истолковать как приказ не обучать его ничему, кроме фехтования. Другими словами, они должны быть умеренно настороже, так как он может оказаться врагом. «Как дворецкий Героя, я не должен позволять графу бесполезно беспокоиться о таких вещах». Это была обязанность дворецкого. Пожилой дворецкий с очень заурядной внешностью медленно поднялся со своего места. *** — Итак... Чтобы прояснить ситуацию, ты хочешь стать сильнее в кратчайшие сроки? Не то чтобы ты действительно хотел научиться фехтованию? — Да. — Значит, ты нашел правильных людей. Тебе повезло. Подобное было бы невозможно, если бы ты наткнулся на какой-нибудь другой орден. Обычные рыцари учились владению мечом в процессе систематических тренировок и обучения. Поэтому те, кто брался за меч в более зрелом возрасте, не могли стать настолько сильными, насколько рассчитывали. Клеттер, сидевший на пне в углу тренировочной площадки, постукивал пальцами по сиденью рядом с собой. Наблюдая за тем, как Ден покорно приближается к нему, он медленно заговорил с ним. — Знаешь ли ты о нашем рыцарском ордене? — Он называется Приспешники Дьявола... И это очень сильный рыцарский орден... — Парень, ты действительно умеешь льстить. Ну, мы все-таки довольно известны. Правда, мы не насколько сильны, но знаешь ли ты, что большинство из нас - насильно призванные в армию простолюдины, в основном из бедных слоев населения? — Я... я не знал этого. — Правда? Это довольно известная история. Ну, некоторые, наверное, не знают. В общем, я хочу сказать вот что: мы тоже были обычными людьми, которые поначалу не могли отличить правое от левого. И учиться фехтованию во взрослом возрасте нам было уже поздно. — Да! Особенно вон тот парень. Видишь его? Ему в этом году будет сорок шесть лет. А ему было тридцать шесть, когда его призвали в армию! — ...Милан... Клеттер провел рукой по лицу. Каким-то образом этому сопляку удавалось сохранять спокойствие в течение некоторого времени, но, похоже, долго он так не продержится. Он подумал, не выгнать ли его на время, но было более чем очевидно, что он только станет еще громче и настойчивее, если он это сделает. Поэтому он просто сдался и оглянулся на Дена: впечатлили ли его слова Милана? Он услышал, как тот пробормотал: "Да, сорок шесть..." — Итак... — ...Как? — Что? — Как он мог стать таким сильным? — Ну. На самом деле для этого нет никаких особых причин. Откинувшись на спинку и глядя в небо, словно вспоминая прошлое, Клеттер медленно произносил свои следующие слова. Нет, на самом деле он не хотел говорить ему, Если бы не этот глупый Милан, которому только и надо было, что высказаться первым. — Ну, для начала все слабые погибли во время войны. — Милан! — Что? Я прав. Сначала они были авангардом, людьми, которые служили мясными щитами. Деон Харт, который в то время был их капитаном, отдавал им команды и давал советы. Однако все, кто не отказался от своей человечности и не выполнил его приказы, в итоге погибли. Конечно, Клеттеру тоже не очень хотелось говорить ему об этом. Он просто хотел немного приукрасить, но никак не ожидал, что парень скажет ему прямую и жестокую правду. Глубоко вздохнув, с выражением покорности, он объяснил остальное, потеряв всякую причину для отказа. — А после войны люди, которым было куда возвращаться, разбежались. Тебе не кажется, что наш Орден немногочисленный, если учесть, что когда-то нас называли авангардом? Сейчас остались только те, кто не боится смерти. Те, кому было куда возвращаться или что защищать, не могли позволить себе пострадать. На поле боя у них не было другого выбора, поэтому они делали вид, что не боятся смерти. Но теперь, когда все закончилось, им больше не нужно было этого делать. Поэтому те, кто все еще был привязан к своей жизни, естественно, покидали рыцарский орден и возвращались к своей обычной жизни. Конечно, среди них было немало тех, кто вернулся, так как не смог преодолеть то состояние, в котором их застала война, но большинство вернувшихся сделали это просто потому, что потеряли место, куда можно было вернуться, или то, что они должны были защищать в течение этих восьми долгих лет. Если вдуматься, это было довольно забавно. Во время войны он так боялся смерти, что дрожал, проклиная свою судьбу. Но теперь, когда он хотел умереть, он смеялся в лицо смерти, по-прежнему проклиная свою судьбу. «Ну, вообще-то я убедил себя, что не умру, даже если меня убьют во время войны, так что, может быть, это немного другое». Лицо Клеттера, на котором появилась ухмылка, когда он думал о таких вещах, на мгновение ожесточилось. Он уже некоторое время чувствовал беспокойство, но тут Милан, этот чертов ублюдок... — И еще одной причиной может быть этот чудо-препарат. — ...Наркотики, говорите? — Да. Я немного преувеличил, но, проще говоря, мы слабаки, которые не могут убить ни одного человека как следует без наркотиков. И это при том, что… — Хм... — Хочешь попробовать? — Милан! Ему не было нужды кричать. Почти одновременно с тем, как Клеттер повысил голос, Милан был отправлен в полет с громким звуком БАМ! На том месте, где он стоял, появился не кто иной, как их лидер Риенн Рейнер. Вместо того чтобы что-то сказать, она просто подошла к Милану и, наступив ему на грудь, окинула его холодным взглядом. Через некоторое время из ее уст вырвался холодный как лед голос. — Я не ожидала, что вы окажетесь настолько глупы, что порекомендуете эти препараты. Вы в своем уме? — Ай, ай, ай... Капитан, мне больно. Я тут умираю!.. Тьфу! — Не "капитан", а "лидер". — Лидер! Лидер! — Да? — Я умираю! Цок. Щелкнув языком, Риенн медленно подняла ногу. Милан, который кашлял и задыхался, поднял на нее глаза, словно хотел сказать, что то, что она сделала, — это слишком. Он старался неуклонно подниматься на ноги, опасаясь, однако, что на него снова наступят. Риенн только фыркнула на это его жалкое и отвратительное поведение и отвернулась от него. Не мешало бы еще немного поучить этого необразованного ублюдка, но у нее была четкая цель, с которой она пришла сюда в этот раз. И даже если ей ничего не надо было делать... — Клеттер. — Да, Лидер. — Приготовьтесь. — Ах!.. Да конечно! — П-п-подождите! Лидер! Разве вы пришли сюда не для того, чтобы выбрать людей для миссии? Почему только он один может пойти?!. Мне тоже скучно! Как она и ожидала. Она знала, что он спросит. Риенн ухмыльнулась, услышав очевидный вопрос. Словно дожидаясь этого момента, она любезно ответила ему с выражением отвращения на лице, демонстрируя при этом легкий восторг и веселье. — Потому что граф попросил меня выбрать "нормальных" рыцарей. — А... Будь оно все проклято! Он даже не смог ее опровергнуть. Риенн, не скрывая своего веселья, улыбнулась, но вскоре изменила выражение лица, посмотрев в сторону ближайшего дерева. С момента приезда она не была уверена в этом, но теперь она была уверена. — Выходи. Ответа не последовало, но она была абсолютно уверена. Она продолжила уже спокойным голосом. — Как долго вы намерены наблюдать за нами? Как вы могли продолжать оставаться неподвижным несмотря на то, что человек, которого граф лично принял, чуть не принял эти наркотики? — ...Как у этого старика хватило сил остановить этих людей? И прежде, чем я успел вмешаться, чтобы остановить их, разве не вмешалась сначала госпожа Рьенн? Эх. Клеттер слегка вдохнул. Милан тоже выглядел удивленным. Он издал глупый голос, произнося что-то вроде: "А, а?" Тем не менее, после восьми лет, проведенных на поле боя, они стали довольно хорошо различать присутствие. Однако его они не заметили. Они, конечно, думали, что он не просто обычный дворецкий, но не ожидали, что он настолько опытен. Риенн, совершенно не обращая внимания на реакцию членов ордена, обратилась к Ремемберу. — Что привело вас сюда? — Я здесь, чтобы передать сообщение. Но сначала... Поняв смысл взгляда Ремембера, она обратилась к членам ордена. — Отведите Дена в другое место на некоторое время. *** — Мои извинения. Я немного задержалась. — Ничего страшного. В конце концов, она опоздала всего на несколько минут. Вскоре после того, как я допил чай, ко мне подошла Риенн. Я не ставил перед ней четких сроков, а просто пил чай быстрее обычного, так что нельзя даже сказать, что она действительно опоздала. Однако, с точки зрения Риенн, это было не так. — Мне невероятно жаль. Мне нечего сказать. — Все очень хорошо. Наверное, была какая-то причина. Например, воспитание рыцаря, который пытался рекомендовать принимать наркотики, обучая фехтованию. — Как вы!.. Что?! Это действительно произошло? Они с ума сошли?! В любом случае, если она опоздала по этой причине, то извиняться передо мной совсем не обязательно, скорее, ее надо похвалить. — Хорошая работа. — Извините? — Принимал ли Ден какие-нибудь наркотики? — Нет. — Значит, вы действительно хорошо поработали. Риенн остановила безумца, который хотел дать Дену наркотики! Она внесла большой вклад, поэтому нет ничего страшного в том, что она немного опоздала. Позвольте мне еще раз искренне сказать: действительно молодец! — Тогда пойдемте. Я перевел взгляд на стоящих передо мной людей: рыцарей, Риенн и колдунью. Хммм... На самом деле, людей было много. Говорят, что в трущобах был лишь небольшой приток новых людей. Поскольку люди, живущие здесь, привыкли видеть друг друга в лицо, они сразу замечали, если появлялись новые люди. Даже если бы это были один или два человека, если бы эти новые лица стекались в такое место, разве не распространилась бы весть об этом быстрее обычного? — Наверное, нам придется разделиться... — Остаться незамеченным сложновато, но я рекомендую формировать группы по двое и по трое. Я согласился. Идти втроем было бы немного опасно, так что не безопаснее ли идти вдвоем? Однако была одна проблема... — Кто здесь не знает географию трущоб? Мне никто не ответил. Что? Не может быть, чтобы они меня не слышали, верно? Неужели все они действительно знают это место? Нет, не может быть. Это было бы невозможно... — Никто из нас. — Что? — Мы все оттуда родом... — Учитывая обстоятельства, я набирал только людей с бедным прошлым, которые приехали из этого района. Спокойный голос, констатирующий очевидные факты, был заглушен гордым голосом. Как и ожидалось от Риенн. Она действительно была очень талантлива. Среди моих подчиненных было не так много таких талантливых, как она. «Мне очень хотелось, чтобы в Мире Демонов меня не приняли за кого-то столь же талантливого, как она...» Выбросив из головы все грустные мысли, я жестко кивнул. — Затем рыцари должны двигаться парами и входить через разные зоны. Место нашей встречи будет недалеко от церкви Спасения. Если вы не знаете, где она находится, спросите у госпожи Риенн, и не забудьте собраться там, где вы никому не будете бросаться в глаза. — Да! — Госпожа Риенн и Ран пойдут со мной. — Понятно. Я смотрел, как они расходятся в разные стороны, и тоже быстро сделал шаг вперед. Я подумал, что мне следует двигаться немного медленнее, но одна мысль о Круэле лишила меня такой возможности. Мне стало интересно, где он и что делает. Не может же быть, что он уже впереди меня? Мы быстро добрались до места назначения. Как бы в подтверждение того, что все они были из этой местности, рыцари прибыли раньше меня, хотя все они двигались в разных направлениях – одна команда даже временно вернулась назад, откуда пришла. Я знал, что среди Приспешников Дьявола было много парней из трущоб, но не знал, что среди них было так много выходцев из этого региона. — А... Это потому, что эти трущобы – самые большие в округе. — Империя просто взяла нас отсюда, когда заполняла пустые места в войсках. — Если мы были не слишком молодыми и не слишком старыми, они тащили за собой всех мужчин. Это значительно уменьшало размеры трущоб. Раньше людей было больше. Трущобы стали меньше? Я даже представить себе не могу, какими большими они были раньше. — В любом случае, теперь мы можем заряжаться? — Ребята, принимайте наркотики! — …Это не то задание, так что отложите наркотики. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Зачистка (2) Я поспешно остановил их и оглянулся на Риенн. Хотя я ничего не сказал, я был уверен, что она заметила, что я пытался ей сказать. И это, конечно, сработало. — Разве я не просил вас взять с собой нормальных... — Это самые нормальные из рыцарей. Она сразу же ответила мне взглядом. Я сразу понял, что она хотела сказать этим откровенным взглядом, и на мгновение задумался. Эти парни были самыми нормальными? Правда? Какими бы ненормальными они ни были, разве не было одного или двух, которые хотя бы на время могли притвориться нормальными? Я пытался придумать хоть одного человека, который был бы лучше этих парней, но, как сказала мисс Риенн... «...Нет ни одного». Клеттер, который смотрел на валяющиеся на полу лекарства так, словно считал их ненужными, тоже покачал головой. «На самом деле нет». Я не мог продолжать тратить здесь время впустую. Все это заставляло меня чувствовать себя плохо. Когда я почувствовал, что мои бурные мысли немного успокоились, я взглянул на Ран, которая наблюдала за теми парнями, которые вели себя угрюмо после того, как их лишили наркотиков. Заметив мой невысказанный вопрос о том, не передумала ли она насчет своей просьбы, она слегка кивнула. Черт. — ...Мы здесь не для того, чтобы убивать их всех. Мы пощадим тех, кто просто подвергся внушению. Так что никаких наркотиков... — Это слишком мягко... — Теперь я понимаю, почему вы привели нас сюда. Мы идеально подходим для выявления бедных. Однако после начала миссии все равно наступит полный хаос, так зачем пытаться отличить бедных от богатых? Я знал, что вы, сопляки. Я ничего не мог с этим поделать. Если бы колдунья не стала сотрудничать, мы могли бы просто прекратить всё это задание. — Мы подожжем здание изнутри. Большинство людей, которые убегут, должны быть обычными людьми, которым внушили эту религию. Четверо из вас будут ждать снаружи, выбирать среди них подозрительных и убивать... Даже если они и не были простыми людьми, то, раз уж они так убежали, они наверняка окажутся просто мелкими сошками. Возможно, исчезновение нескольких из них не вызовет особых проблем. Тем, кто занимал более высокое положение, было что скрывать или защищать, поэтому они убегут вглубь здания. А я бы достал эту "драгоценность". Неважно, что у них её не было. В конце концов, я уже знал, где она может быть. — Остальные шестеро устроят переполох в здании. Просто убейте всех, кто покажется вам подозрительным. Заходите внутрь после того, как увидите поднимающийся изнутри дым. Да, и если вы увидите кого-то, кто идет в противоположном направлении, как будто он куда-то целенаправленно направляется, пусть кто-то его преследует. — Кто будет поджигать? — Я. Я взял с собой материалы, которые долго горят и дают много дыма. Я мог просто поджечь их и бросить в каком-нибудь безлюдном месте. Конечно, колдунья должна была пойти со мной. Мисс Риенн пошла бы за мной, даже если бы я запретил ей это делать, так что других людей не оставалось. Что ж, это было прекрасно. — Но... — Что? — Что-то не так. Клеттер наклонил голову. — Я не знаю, что это такое... Просто... так кажется. — Ты хочешь сказать, что теперь ты хочешь ослушаться приказа графа? — Нет, я буду делать то, что мне говорят. Просто... Я посмотрел на его форму, а затем на его растерянное выражение лица, когда он посмотрел на меня. А, я понял, что он имел в виду. — Похоже, это замешательство вызвано моим решением сохранить жизнь беднякам, но я не для того принимал это решение, чтобы тихо разобраться с этим инцидентом. Так что можете сообщить всему миру, что Приспешники Дьявола вышли на свободу. Нет, вообще-то, они должны были это сделать. Только тогда я получу за это награду. Конечно, если бы мы действовали таким образом, император, который, как известно, благоволил ко мне, подвергся бы еще большей критике, но меня это не сильно волновало бы. Мне было все равно, критикует меня император или нет, и даже если бы он захотел отчитать меня за мои действия, ничего особенного не произошло бы, поскольку я всего лишь выполнял приказ. — Тогда найдите подходящее место для наблюдения и ждите. — Да. Оставив их позади, я направился к задней части здания, поочередно касаясь окон вдоль стены. Как и в прошлый раз, я попытался проникнуть внутрь через открытое окно, но... все они были заперты? «Ну, если они не повысили уровень безопасности после того, что произошло в прошлый раз, это было бы еще более подозрительно». Черт возьми! Я не знал других входов, кроме главного! Я оглянулся на Риенн и колдунью. Они обе покачали головами, когда я посмотрел на них, задаваясь вопросом, знают ли они альтернативный вход. На мгновение над нашими головами повисло неловкое молчание, прежде чем Ран медленно открыла рот, похоже, ее осенила хорошая идея. — Почему бы вам не спросить у одного из своих подчиненных, которых вы привели с собой, знают ли они, как открыть окно? — Хм? — Я слышала, что все рыцари, которых вы привели с собой, из бедных семей. Хотя я не могу дать вам однозначного ответа, поскольку бывала во внешнем мире всего несколько раз, большинство бедняков, которых я встречала до сих пор, похоже, приобрели довольно разнообразные и интересные навыки. Ааа. Я понял, что она хотела сказать. Если подумать, среди рыцарей было немало тех, кто ловкость рук ставил на первое место. Некоторые были искусны в карманных кражах или открывании запертых дверей. Не откладывая в долгий ящик, я велел Риенн пойти и проверить, обладает ли кто-нибудь из рыцарей подобным умением, и если да, то привести их к нам. Обычно она сразу же бежала выполнять мой приказ, но в этот раз она замешкалась. — Я не могу снова оставить лорда одного... — Я не один. Ран тоже здесь. Я буду ждать вас, чтобы вы не волновались. Просто идите. Она все еще колебалась. Что с ней случилось? Похоже, это было не все, да? Я с любопытством наблюдал за удаляющейся спиной Риенн. Вскоре после этого она вернулась с одним из членов нашей группы. Только тогда я понял, что заставило ее так погрустнеть. «Риенн – рыцарь». Вероятно, ей было неприятно, что кто-то открывает окно, как обычный вор. Ситуация была не слишком опасной для её лорда, который всегда имел приоритет над всем остальным. Если бы мы подольше поразмыслили над этим вопросом и исследовали местность, то, возможно, нашли бы другой выход, но я решил открыть окно. Она знала, что у нас мало времени, поэтому держала язык за зубами. Но если бы время не было проблемой, она бы точно сказала, что нам стоит поискать другой способ. Однако сейчас я не мог ничего сказать. Я повернул голову, делая вид, что не понял тонких намёков Риенн. Затем оглянулся на рыцаря, который только что ловко открыл окно и, казалось, был совершенно горд собой. — Никогда бы не подумал, что этот навык найдет здесь применение...! Ощущения немного освежающие... — Да, хорошая работа. Возвращайтесь. — Эй, а ты не слишком холодна? Ты не могла бы делать мне больше комплиментов, знаешь ли... Он хоть и ворчал, но исправно выполнял команды. Я невольно издал пустой смешок, наблюдая за тем, как ворчащий парень разворачивается от Риенн. Я каждый раз думал об этом, но они были не просто “бешеными псами”, они еще и очень хорошо владели ситуацией. Их чувства были очень хорошо развиты. Если бы это было не так, они бы не выжили на поле боя. И все же я чувствовал гордость за них. Возможно, по этой причине я заговорил с ним, повернувшись к нему спиной, испытывая легкое умиление. — Поторопитесь и уходите. — Да... Как только он отошел, я ухватился за открытое окно и забрался в него. Конечно, сначала я проверил, есть ли внутри люди. Две мои спутницы последовали за мной, не говоря ни слова, как будто это было самым естественным делом на свете. У Ран возникли некоторые трудности, но благодаря быстрой помощи Риенн это не составило особого труда. Поскольку это было не то окно, через которое я проходил раньше, я слегка приостановился, столкнувшись с незнакомой обстановкой, и ненадолго задумался. «Какое место было бы лучше всего...» Они не должны обнаружить пожар слишком рано, равно как и дым не должен распространяться слишком поздно. Если бы я знал план этого места, мне не пришлось бы так долго раздумывать. Однако в момент моего колебания Риенн шагнула вперед первой. — Если вы опишете мне идеальное место, которое вы ищете, я направлю вас к нему. — Мисс Риенн. Но как?.. — Ну, я побывала в большинстве коридоров и комнат этого места, когда искала вас. Благодаря этому у меня есть некоторые знания о планировке этого места. Это было безумно полезно. Это было... Глядя на неё с едва заметным выражением лица, я начал передавать место, которое я имел в виду. Серьезно выслушав меня, она кивнула и начала куда-то меня вести. Отличные навыки Риенн по обнаружению присутствия кого-либо помогли нам преодолеть множество преград, прежде чем мы нашли подходящее место. Мы оказались там быстрее, чем я ожидал. Это показало, что знание мисс Риенн планировки этого места не было ложью. — Вот оно. Что скажете? — Думаю, это подойдет. — Ну тогда... — Начнем. Я зажег принесенные с собой материалы. Уф, они уже начали дымиться... Риенн бросила горящий предмет на пол, закрыв нос и рот носовым платком. Мой взгляд уже начал затуманиваться. Я выбрал достойные материалы, не так ли? Я обернулся, испытывая наполовину гордость, а наполовину тревогу из-за большого количества дыма, который он испускал. Теперь это была гонка со временем. Прежде чем они поймут, что происходит что-то подозрительное, я должен был захватить важные улики, пока их лидеры не успели добраться до них и скрыться. — Давайте поторопимся. Благодаря умелому руководству Риенн нам не составило труда найти дорогу к молитвенной комнате. Это была все та же комната с белыми стенами и висящей на них фиолетовой тканью, создававшей таинственную атмосферу. Однако на этот раз я не стал оглядываться по сторонам, а сразу же подвел колдунью к тому месту, для которого она и была мне нужна. В конце концов, здесь больше не было ничего важного. Других людей в комнате тоже не было. Что случилось? Неужели они уже были внутри? Или это ловушка? «...Честно говоря, я не уверен, что улики все еще там». Ведь не так давно Риенн устроила такой беспорядок. Возможно, тот инцидент уже заставил встревоженных руководителей перенести важные документы в другое место. Однако причина, по которой я все же вернулся сюда, была… «В любом случае, это не имеет значения». …Это означало бы уничтожение Церкви Спасения в любом случае, если исключить возможность ее возрождения или создания второй Церкви Спасения. Если лидеры заберут важные документы, то и Круэл не сможет до них добраться. Исходя из этого, победителем в этой маленькой игре в конце концов объявят меня. Ни Круэл, ни я не смогли бы найти эти документы. Но кто же тогда стал причиной разрушения Церкви Спасения? Я. Кто же тогда будет объявлен победителем? Всё это были лишь мои домыслы, но, честно говоря, мне хотелось, чтобы лидеры спрятали эти книги. Если бы я их нашел, это был бы только бонус. Но если их найдет Круэл, это позволит ему перевернуть всю игру с ног на голову. Именно поэтому я и придумал этот совершенно небрежный план. «В любом случае, я узнаю, когда попаду туда». Взобравшись на платформу, я снял с нее пурпурную ткань. Глаза Ран сразу же остановились на том самом месте на стене. — Похоже, это колдовство с использованием драгоценных камней в качестве основного средства. Похоже, у него есть функция связи, а также функция посылать сигнал, как только он будет уничтожен. Также, похоже, у него есть функция искажения пространства... — Понятно. Мне просто нужно пройти через стену к этому месту. Это возможно? — ... — ... — ...Подождите... Не могли бы вы дать мне немного времени? — Есть ли какие-нибудь проблемы? — Что-то... Что-то... На последних словах ее голос понизился. Её первоначально спокойное выражение лица вскоре стало серьезным, как будто она почувствовала что-то странное, а спокойные черные глаза начали дрожать. Вскоре её выражение лица превратилось в шок. — Почему... это здесь?.. — О чем вы говорите? — Почему я чувствую магию в этом месте? — ...Что? — Это не колдовство. Это магия, замаскированная под колдовство. У меня на секунду помутилось в голове. Это было совершенно неожиданно. Что она имела в виду под словом "магия"? Я, конечно, думал, что это колдовство... Но вдруг назвать это магией? В человеческом мире? Это создавало серьезную проблему. Я не думал, что мне придется вернуться в царство демонов на какое-то время... «Уф, мой живот...» Одна мысль о возвращении меня напрягала, поэтому я постарался больше не думать об этом и оглянулся на колдунью и Риенн. Ран, которая понимала всю серьезность ситуации лучше, чем кто-либо другой, поскольку была волшебницей, объясняла устройство Риенн, над головой которой, казалось, плыл знак вопроса. Казалось, она погрузилась в размышления, пока объясняла. — Когда я заметила функцию пространственного искажения, я убедилась в этом. Знаете ли вы разницу между магией и колдовством? — Я знаю только, что магия может нарушить правила мира, а колдовство - за определенную плату немного изменить их в свою пользу... Верно? — Да, вы правы. Итак, если мы возьмем в качестве примера искажение пространства... Нет, это уже нельзя назвать искажением. Оно объединяет два совершенно разных пространства. — Вы имеете в виду, что они были соединены друг с другом? — Да. Этот камень соединяет два совершенно разных пространства. Если мы сломаем эту стену, то за ней, скорее всего, ничего не окажется. — Значит, если драгоценности были связью... — Это означало бы, что они больше не смогут соединять эти пространства. Это почему-то заставило меня почувствовать себя виноватым. Я был рад, что не сломал их тогда. Впрочем, сейчас меня интересовало не это. Я хотел узнать две вещи. Кто создал это волшебное заклинание? И могу ли я каким-то образом попасть в это пространство через эту драгоценность? ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Зачистка (3) — Я не знаю, кто наложил заклинание, но мне удалось разглядеть его структуру. Пожалуйста, оставьте меня на минутку. Ран положила руку на драгоценный камень, как это сделала та женщина пару дней назад. Вслед за этим раздалось таинственное пение. Я все еще не понимал, что это значит, но видел, как стена становится мягкой, пока она продолжала бормотать. Короче говоря, это было доказательством того, что она точно определила структуру заклинания. Я почувствовал облегчение от того, что она не просто произносит пустые слова, но... у меня были некоторые сомнения. Возможно ли, чтобы она также занималась магией? «Я не думаю, что она обычная колдунья». Она сказала, что очень талантлива. Но я не ожидал, что этот талант превзойдет мои ожидания. Что ж. — Что с ним? — Теперь вы можете войти. Напротив, я извлек из этого пользу, так что в этом нет ничего плохого. Колдунья сделала несколько шагов назад, когда я встал прямо перед стеной. Было немного нервно идти туда. Что, если стена вдруг снова станет твердой, пока я буду проходить сквозь нее, или что-то в этом роде? Я осторожно протянул руку. Когда кончики моих пальцев коснулись поверхности стены, я почувствовал, как она задрожала. «Мне совсем не нравится это чувство». Мисс Риенн, стоявшая рядом со мной, сказала, что она войдет первой, но отступление здесь сильно заденет мою гордость. Гордость, конечно, ни к чему, но я все равно не мог не пойти туда. В конце концов я просто крепко зажмурил глаза и вжался в стену. *** — Огоооооонь!! — Эмм! Почему... Рыцари... Это был чистый хаос. Рыцари, отвечавшие за беспорядок внутри здания, сжали кулаки, как только увидели выскочивших людей. Дети, старики, люди, потерявшие ногу, люди, которые не могли видеть... Все они были бедны и вынуждены были нести свой собственный багаж. Только тогда рыцари поняли, почему эти люди были так околдованы псевдорелигией. Нет, наверное, правильнее было бы сказать, что они были ею заворожены. Бедняки были необразованными, но не глупыми. Клеттер издал отчаянный смешок. «Мы должны... вызвать больший беспорядок...» Как только он взглянул в их лица, то инстинктивно понял, что они так просто не отступят. Недостаточно было просто выгнать их из здания, нужно было убить одного из них, чтобы показать пример. Чтобы это было эффективно, нужно было хотя бы отрубить конечность. Стражников, которых они убили по дороге, было недостаточно. Им придётся причинить вред одному из бедняков. «Но кому?» Маленький ребенок? Пожилой человек? Кто-то с отсутствующей конечностью? Кто-то слепой? — Потушите огонь! — Остановите рыцарей! Мы должны защитить это место! Они были в отчаянии. Он понимал, почему они так себя ведут, ведь он, как и они, был из схожей среды. Не потому, что они были глупы, они шли по этому пути, который привел бы их к верной смерти. Это место было их последней надеждой. Они думали, что все равно умрут, если это место будет разрушено. Для бедняков их жизнь была такой же ценностью, как камень на обочине дороги, поэтому им не составляло труда просто выбросить её на помойку. Для их спасения. — Пожалуйста, покиньте это место. Умоляю вас, господин! — Ааа, пожалуйста. Он крепко сжал челюсти. Приспешники Дьявола были в буквальном смысле дьяволами-убийцами. Они убили бесчисленное множество людей, включая стариков и детей. Они уничтожали своих врагов так же легко, как дышали, и, если им отдавали приказ, они убивали кого угодно или что угодно. «Если бы нам отдали приказ убить их всех...» Они бы сразу использовали свои наркотики и уничтожили всех. По крайней мере, если бы это были враги, которые пытались убить и их, они бы не проявили никаких колебаний. Однако приказ, который они получили, заключался не в том, чтобы убить их, а в том, чтобы создать хаос, и люди перед ними даже не были врагами. Поэтому неудивительно, что они были потрясены. Рыцари превращались в Приспешников Дьявола только тогда, когда принимали препараты. Если они их не принимали, то оставались слабыми людьми, которых тяготило чувство вины. Поэтому они старались казаться внешне более жизнерадостными, но... — Убирайся!!! — ... — Сииия. ...В такой ситуации им было трудно выглядеть бодрыми. Клеттер опустил взгляд, почувствовав тупой удар в поясницу. Маленькая девочка цеплялась за него и причитала, словно пытаясь остановить. — Убирайтесь. Уходите отсюда, пожалуйста!.. — Сиа! Это опасно! Скорее возвращайся сюда! Мальчик окликнул ее издалека. Клеттер пришел в себя от этого крика. Он не мог просто оставить ребенка одного. Она подняла руку на рыцаря, выполняющего свои обязанности. Такие мелочи могли сильно повлиять на атмосферу, поэтому он должен был сделать из этого ребенка пример... — ...Проклятье. Он выругался. «Капитан, я считаю, что на этот раз вы ошиблись с выбором». Его суждение было ошибочным. Здесь должны были быть другие люди, а не они, которые были из бедных слоев населения. Если бы они не понимали бедных так глубоко, то, хотя они все равно испытывали бы чувство вины, его глубина была бы гораздо меньше. Главными вдохновителями были другие люди, поэтому было очень больно находиться в окружении только невинных. *** «Ааа, Ааа. Ааа.» Руки Сии дрожали. Дым. Доказательство того, что здание горит. Были даже рыцари, которые пришли, убили охранников и угрожали беднякам, чтобы выгнать их. Сия, да и все присутствующие, могли это почувствовать. Если их вот так вышвырнут, это место погрузится в еще больший хаос. Хаос, от которого они, возможно, никогда не оправятся. — Сия, давай просто убежим. Похоже, они оставят в покое тех, кто сбежит. Казалось, что Пол о чем-то говорит рядом с ней, но она не могла его расслышать. Для Сии это место было священным. Мир, похожий на сон, полный хороших людей без злых намерений. Место, куда не мог и не должен был вторгаться злой умысел. Место, которое помогло ей преодолеть границы суровой жизни и жить комфортно. — Что... Почему?.. Злой умысел вторгся в неё. Плохие люди пришли и растоптали все её святыни. Все было заполнено удушливым дымом, а в одном из окон здания виднелось красное пламя. Как только нищие, заметившие происходящее, бросились к рыцарям с мольбами, она безрассудно бросилась вперед. У неё не было плана. Она просто хотела прыгнуть раньше тех "плохих людей", что стояли перед ней. «Нет, нет...» Ее жизнь едва ли стоила того, чтобы ее прожить. — Убирайся!!! — … — Сиииа. Она схватила белый рыцарский мундир одного из мужчин и потянула за него. — Убирайтесь. Уходите отсюда, пожалуйста!.. — Сиа! Это опасно! Скорее возвращайся сюда! Это было бесполезно. Сколько бы он ни кричал, ему не удавалось докричаться до Сии. — Этот глупый мальчишка!.. Пол не мог смириться с тем, что его охватило беспокойство, и кусал ногти. Даже посреди хаоса он пытался понять, кто эти люди. Рыцари в белых мундирах. Среди множества рыцарских орденов был только один, который носил белые рыцарские мундиры. Рыцари-убийцы. Значит, тот, кто послал их сюда, был... «Граф-вампир!» Точно. Деон Харт. Бум – один из его зубов раскололся. Почему столь высокопоставленный человек уделяет столько внимания такому ничтожному месту? Это потому, что Церковь Спасения была псевдорелигией? Он не был дураком и знал, что Церковь Спасения не такая уж обычная, как кажется. Но что с того? Её членами были бедняки, которым приходилось изо дня в день думать о том, где добыть себе пропитание. Для них хлеб и вода, которые раздавала церковь, уже сами по себе были спасением. Это может быть церковь, которая исповедует зло, замаскированное под спасение. Возможно, они затеяли какую-то подозрительную махинацию. Но что бы это ни было, для них это будет менее болезненно, чем голодная смерть. Поэтому, если Церковь спасения рухнет, они непременно отомстят за это. Конечно, их целью будет... «Деон Харт - меч Императора. Значит, и это нападение должно было быть совершено по приказу императора». …Император. Это было запланированной или спонтанно? В этот самый момент чей-то кончик меча непременно нацелился бы в шею императора. *** Странное ощущение навалилось на все мое тело и заставило меня почувствовать, что я иду по тонне мягкого пудинга. Подняв голову, я почувствовал себя ошеломленным открывшимся передо мной видом и стал трогать руками разные места. — Что? Разве это не то же самое пространство, что и раньше? Нет, все было немного иначе. Сиденья в молитвенной комнате были деревянными, но здесь они были светло-фиолетовыми. В углу виднелась дверь. Но в остальном она была идентична молитвенной комнате. Такие же белые стены и пурпурная ткань, висевшая на стене... — Это действительно одно и то же. — Нет, это другое. Я услышал два знакомых голоса. Я вошел в комнату. Вместо того чтобы оглянуться и сказать что-то бесполезное, я спросил, осматривая пространство. — Это другое? — Да. Вы видите эту золотую штуку? Когда я перевел взгляд на то место, на которое указывала Ран, то увидел что-то тускло мерцающее золотом. Это был узор, выгравированный на полу комнаты. Он выглядел как некое средство для колдовства. — Вся комната была выгравирована смолой. Думаю, это связано с той дверью... Дверь в углу. Когда мой взгляд упал на нее, Риенн направилась прямо к ней и взялась за дверную ручку. Вопреки моим ожиданиям, дверь послушно открылась, и открывшийся передо мной вид лишил меня дара речи. — Что... черт... Я увидел зеленое дерево. И не одно... Да, за этой дверью был целый лес. — Это тоже магия, замаскированная под колдовство. Они соединили с этой дверью еще одно пространство, так что если вы не откроете ее особым образом, она соединит вас с внешним миром. — Значит, если ее открыть именно таким образом, она приведет куда-то еще? — Да. Если быть точным, вам нужно будет просто выполнить определенное действие в этой комнате, не открывая дверь. Когда вы вернетесь, вы сможете просто открыть дверь и уйти... Неужели ей удалось так глубоко проанализировать заклинание? Это было даже не колдовство, но она была так быстра. — Сколько времени вам понадобится, чтобы понять, что делать? — Магия - это незнакомая мне область, так что... Это займет у меня не меньше десяти минут. Не меньше десяти минут. Это слишком долго. Конечно, я должен быть благодарен ей за то, что она вообще смогла это сделать... Но я чувствовал себя очень нетерпеливым. Если кто-то зайдет со стороны, это не будет иметь особого значения, так как, судя по всему, существует ограничение на количество одновременно входящих, так что одолеть их не составит труда. Однако что, если кто-то уже был здесь? Что, если кто-то уже схватил нужную ему вещь и попытался сбежать другим способом? Мне было все равно, удастся ли им благополучно сбежать, но если Круэл сумеет их поймать, это будет означать мое полное поражение. — Черт. Не было никакого способа обойти это. Я мог только ждать? Правда? Я был так встревожен, что даже не замечал, что снова и снова хожу по кругу. В этот момент Ран, которая даже не взглянула на меня, открыла рот. — Расслабьтесь. Нервозность не принесёт вам ничего хорошего в этой ситуации. Я остановился. Я нервничал? Не совсем, но это было не то, что я хотел услышать, не так ли? В любом случае, у меня еще оставалась гордость, поэтому я остановился... Нет, я думал, что остановился, так почему же я снова ходил вокруг да около? На какое-то время я остановился, но в какой-то момент снова начал кружить по пространству. На этот раз в противоположном направлении. В тот момент, когда я осознал, что делал, и остановился, я заметил, что всё вокруг меня изменилось, и мне не пришлось ничего делать. — ...Что за чёрт? — ... — Нет, я просто удивился... Дело не в этом. Почему он был здесь?! На секунду я удивился внезапной смене обстановки, но тут же замер, увидев Круэла с факелом в комнате, заваленной бумагами. *** Как только откуда-то изнутри здания повалил зловещий черный дым и до неё дошли вести о вторжении, Саэрин, фактический лидер Церкви Спасения, спокойно сделала шаг назад. Это был Деон Харт. Кроме этого, её больше ничего не волновало. Кроме Круэла, Деон Харт был единственным человеком, ответственным за уничтожение Церкви Спасения. «Хотя это и не официально, он все еще командир». Поджигая здание, обычные люди выбегали наружу, а те, кто был глубоко связан с Церковью, оставались внутри. Те, кому есть что скрывать, захотят отделиться от толпы и уйти куда-нибудь - такова была теория. К сожалению, Саэрин была гораздо умнее. Она была простолюдинкой, но стала служанкой герцога Иллюстера. Обычная простолюдинка, не обладающая достаточным интеллектом, никак не могла стать подчиненной герцога. Как только она заметила, что этот инцидент как-то связан с Деон Хартом, она послушно отступила. Она не решилась бежать куда-то за документами, не запаниковала. Она просто тихо и спокойно... Отказалась от Церкви Спасения. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Зачистка (4) «В любом случае, наша цель достигнута». Остальное зависело от Круэл Харта. В отличие от Деон Харта, который ничего не знал, Круэл знал, как попасть в "ту комнату", так что к тому времени, как Деон Харт туда доберется, все уже будет кончено. Иными словами, Деон Харт никак не мог узнать, что за Церковью спасения стоит герцог Иллюстер, и отныне за всё происходящее будет отвечать Круэл Харт. Саэрин оставалось только сделать шаг назад и наслаждаться зрелищем. И с её точки зрения, то, что Деон Харт сделал на этот раз, было... «Слишком мягко». ...было невероятно мягким. До такой степени, что она сомневалась, что он тот самый Деон Харт. На её месте она бы просто перекрыла все выходы, чтобы даже крыса не смогла убежать, а потом убила бы всех, кто находился внутри. Не могли ли враги просто сбежать вместе с толпой? Не может быть, чтобы кто-то, имевший хоть малейший опыт войны, не знал об этом. «...Значит ли это, что ему всё равно, если один или два сбегут? Раз уж они всё равно всего лишь мелкие сошки?» Конечно, учитывая его приоритеты, это было вполне логично. Собрать улики было для него, пожалуй, самой важной целью. Только так он сможет выяснить, кто за ними стоит, и полностью уничтожить Церковь спасения. Стрельба в голову тоже была приоритетом, в конце концов. Однако. Саэрин слегка приподняла уголки рта. Улыбка, которую никак нельзя было назвать невинной, расплылась по ее лицу. «В конце концов, победа останется за мной». Деон Харт никогда не сможет узнать, кто за этим стоит. *** Передо мной расстилалась гора документов. В воздухе стоял странный запах масла. И среди всех этих документов, прижав руку к груди, стоял Круэл Харт. Наступил короткий период молчания. Я молча оглядел его с ног до головы, остановив взгляд на его напряженной верхней части тела. Он стоял в довольно неудобной позе. Возможно, это произошло от неожиданности, но рука, которая, казалось, прижимала что-то к груди, слегка отодвинулась, открывая мне вид на несколько листов бумаги, которые он держал в руках. Несколько раз моргнув глазами, он прикрыл документы рукой, словно заметив мой взгляд. Затем мой взгляд естественным образом переместился на остальные части его тела и факел, который он держал в руке. Затем он бросил его в кипу бумаг. ?!. Нет, подожди... Что за!.. В одно мгновение, почти все документы в комнате охватило пламя. Я знал, что здесь пахнет чем-то горючим! Проклятье. Вот так просто я не смогу ничего отсюда вытащить. Как я мог зайти так далеко и потерять все улики прямо на моих глазах? Это было так несправедливо. Я не мог просто так это оставить. Я поспешно протянул руку к горящим бумагам. Если я задержу их на мгновение, мне не будет слишком больно. Я должен просто схватить их вот так, бросить на пол и наступить на них. Однако мне не удалось добиться результатов, к которым я стремился. Схватил. — Отпусти меня! — … — Ты ублюдок! Зачем ты так все поджег?! Проклятый ублюдок. Я использовал рыцарей, чтобы изгнать невинных, и даже не знал, где скрываются их лидеры. Возможно, они сбежали и долго не вернутся. Оставалось только уведомить императорский дворец и передать им документы... Так какого черта?! Я изо всех сил пытался стряхнуть его руку, но мое слабое, немощное тело ничего не могло поделать с крепкой хваткой Круэла. Скорее, когда моя рука задела горящие бумаги, он поднял меня и перекинул через плечо, как мешок с картошкой. — Черт! Я был так чертовски раздражен и так чертовски зол. Круэл и мое слабое тело не позволяли мне ничего сделать. На мгновение я почувствовала обиду на них обоих, а затем остановил все свои движения, как марионетка, у которой перерезали ниточки, когда мне в голову пришла одна мысль. Я чувствовал, как Круэл смотрит на меня, недоумевая, почему я так себя веду, но... — ...Герцог. Резкая остановка. Он полностью замер, как и несколько мгновений назад. Вскоре он снова начал идти, словно не слыша меня, но было уже слишком поздно. Я уже был уверен в этом. Да, это был герцог. Предполагается, что у Церкви спасения был огромный спонсор. Пурпурная ткань, которую они использовали в здании. Жестокое сожжение бумаг. За кем следил Круэл? Чей характерный цвет был фиолетовым? Кто обладал наибольшей властью, кроме императорской семьи? Илюстер Старбе. Предводитель дворян, обладатель фиолетовых волос и глаз, - человек, за которым следовал Круэл. — Ты... — ... — Ты ублюююююдок!!! Мой гнев вырвался наружу. *** Честно говоря, я не очень помню, что было потом. По словам Риенн, в комнату проник дым. Затем дверь в смежной комнате внезапно открылась, впустив еще больше густого дыма, после чего вошел Круэл. Круэл схватил меня, но, похоже, я попытался вонзить ему в бок кинжал, на что он тут же отшвырнул меня в сторону Риенн и исчез. — Я никогда не видела вас таким сердитым. — Неужели? — Да. Вы были так злы, что даже кашляли кровью. Я была так удивлена, когда это случилось... — Это... Это так... Я определенно был очень зол. Я подумал, не потерял ли я рассудок от гнева. Нет, даже вспоминая об этом, я чувствовал себя в ярости. Я даже никому не мог сказать, что нас обманули. В конце концов, я не мог поддержать его, черт. Если бы у меня не было веских доказательств, рассказ императору ни к чему бы не привел. Скорее чудо, если мои слова не будут восприняты как жалкое брюзжание обиженного неудачника. «Дерьмо. Этот Круэл...» Поскольку он получил те документы, которые не смог получить я, он будет объявлен победителем этого конкурса. Я понятия не имел, о чем он просит, но надеялся, что это не имеет ко мне никакого отношения. — А что насчет колдуньи? — Она вернулась. — ...Что? — Она сказала, что вернется, потому что ее работа завершена. Нет, у меня не было причин держать её здесь, так что было бы правильно отправить ее обратно... — Это... — А, она сказала, что вы были перенесены в то помещение потому, что вы ходили по кругу в комнате. — Нет, что вы... Что? Амм? — Она сказала, что нужно каким-то образом обойти комнату три раза по часовой стрелке и два раза против. Вероятно, это должно было сработать немного по-другому, но кто же знал, что граф перенесется туда после такого хождения по кругу. — … — Вам очень повезло. Я потерял дар речи. Так вот почему меня переместило, да? Нет, сейчас это было неважно... — Вы просто отпустили колдунью? С пустыми руками? Колдуны встречались крайне редко, поэтому лучше произвести на них хорошее впечатление. Я очень надеялся, что они не просто отправят ее в путь без всякой компенсации после того, как она закончит здесь свои дела. — Дворецкий предоставил ей карету и соответствующую компенсацию. — А, тогда все в порядке. Как и ожидалось от Ремембера. Благодаря ему меня не будут вспоминать как бессовестного ублюдка. Но все равно было обидно. Я всё ещё хотел спросить её о проклятиях. — Мисс Риенн. Кажется, вы немного ошибаетесь. Его светлость кашлял кровью потому, что на его живот оказывалось сильное давление, когда его несли на плече. Я в недоумении поднял голову. В поле моего зрения попали голубовато-серебристые волосы, которые медленно становились серыми. Ремембер, который случайно прошел мимо меня, поставил поднос, который он нес, на соседний столик. С недоумением наблюдая за его действиями, я слушал, как они полностью исключают меня из своего разговора. — А... Значит, это было не из-за гнева. Похоже, я ошиблась. — Нельзя сказать, что крайний гнев не сыграл здесь свою роль, но это должно быть главной причиной. Вам не нужно стыдиться того, что вы неправильно поняли ситуацию. Просто тело его светлости настолько хрупкое. — Хрупкое? Зачем она это повторила? Назвать меня компетентным было просто недоразумением, в конце концов. В конце концов я не выдержал и вмешался. — Мисс Риенн. Почему вы повторяете это? И почему вы пришли сюда, Ремембер?.. — Ах, мои извинения. Даже поговорив с ним, я не получил ответа. Не обращая внимания на рассказ о моем "хрупком теле", Ремемебер вежливо поклонился при моих словах. Не в силах больше жаловаться на его безупречные манеры, я лишь внутренне щелкнул языком и повернулся к подносу на столе. На нем лежала записка и какой-то отвар. Ух, этот отвар... У нас еще есть немного? — ...Что это за записка? Передо мной лежала неуклюже написанная записка, которая, казалось, сильно отличалась от приглашений, которые я видел до этого момента. Глаза Ремембера сузились. Он заметил то, что я хотел сменить тему, потому что не хотел принимать это лекарство? Это то, что называется "мудрость, приходящая с возрастом"? Он лишь некоторое время смотрел на меня, а потом покачал головой. Он ответил мне улыбкой. — Это записка от колдуньи. Перед отъездом она просила передать вам это послание. — Колдунья? Пробормотав это, я протянул руку к записке. На мгновение я замешкался, прежде чем открыть её, гадая, не наложила ли она на нее какие-нибудь странные заклинания или ловушки, но колебания были недолгими. Насколько я помню, я ни разу не проявил к ней неуважения. Содержание записки оказалось не таким длинным, как я ожидал. [Проклятия – это не то, о чем стоит думать легкомысленно. Чтобы убить кого-то, заклинатель должен отдать самое дорогое для себя. Можете ли вы пожертвовать своей жизнью, чтобы убить кого-то?] Мои руки напряглись. Я спокойно скомкал записку, не меняя выражения лица, и опустил ее в стоящий рядом отвар. Белая бумага вскоре окрасилась в черный цвет. Я спокойно смотрел его и размышлял над последним предложением. «Могу ли я пожертвовать своей жизнью, чтобы убить кого-то?» Какая чушь. Ответ на этот вопрос был, конечно же, отрицательным. Наверное, она не стала записывать, как использовать проклятия, потому что предугадала и мой ответ. Откуда она знала, что я спрошу ее об этом? «Колдунья, Ран». Когда я уже прочно запечатлел это имя в уголке своего сознания, Ремембер осторожно позвал меня. Когда я поднял голову, в поле моего зрения попал черный отвар. Я был уверен, что добавил эту записку, чтобы его нельзя было пить, хотя?! — Я приказал слуге принести новый. Даже если вы попытаетесь не принимать его, это бесполезно, так что перестаньте заставлять старика ждать и выпейте его. Эта штука была действительно отвратительной. Я взял отвар дрожащими руками. Под молчаливым давлением, которое Ремембер оказывал на меня, пристально глядя на меня, я поднёс его к губам. В тот момент, когда я открыл рот, чтобы принять эту отвратительную жидкость... Тук-тук! . — Входите! Я медленно поставил чашку с лекарством обратно на стол. Я выглядел настолько воодушевленным посетителем, что Ремембер снова посмотрел на меня сузившимися глазами. Так или иначе, я с радостью приветствовал слугу, вошедшего в комнату. — Что случилось? — Кто-то из императорского дворца прибыл с визитом. — Что? ...Что? От этой новости, которая оказалась серьезнее, чем я ожидал, у меня заболела голова. Мои мысли по поводу сообщения слуги о том, что один из их людей прибыл сюда без предварительного приглашения, были просты. Время пришло. *** Этого следовало ожидать, ведь я неоднократно отказывался от их звонков под предлогом плохого самочувствия. Однако я не ожидал, что они пришлют людей с каретой, чтобы тащить меня за собой, не оставляя мне выбора. Кроме того... Почему Круэл тоже был здесь в одно и то же время? Почему они не могли вызвать нас по отдельности? «Это так неловко». Я держал рот на замке и смотрел прямо на дверь. Мне не только было не по себе от этой ситуации, но и во рту все еще оставался горький привкус, и я был уверен, что выражение лица у меня не самое приятное. Этот проклятый дворецкий. Я не ожидал, что он отпустит меня только после того, как я выпью это лекарство. Ремембер поймал меня прямо перед тем, как я поспешил к карете, и держал этот отвар прямо перед моим носом. При одном воспоминании об этом ужасном вкусе моё лицо непременно искажалось. Однако это было лишь на мгновение. Я тут же скорректировал выражение лица, когда почувствовал на себе пристальные взгляды, побуждающие меня посмотреть в ту сторону. «Давайте посмотрим, что на этой двери...» Там были драгоценности, волшебные камни, а я все еще чувствовал на себе пристальный взгляд этих глаз. ...Мне стало жарко. Почему он так на меня смотрел? У меня что-то на лице? Этот взгляд, практически прилипший к моему лицу, медленно опустился ниже, завис над моими плечами, а затем опустился еще ниже и остановился на одной точке. Заметив, куда направлен его взгляд, я повернул голову и уставился на него. Верно, на моих руках были бинты. Я получил ожоги, потому что пытался спасти документы от пламени. Черт, я до сих пор злюсь из-за этого. — На что ты смотришь? Он медленно открыл рот, словно собираясь что-то сказать, и посмотрел на меня. Однако прежде, чем слова успели вырваться из его уст... — Его Императорское Величество желает поговорить с вами. Мы оба, как ни в чем не, бывало, повернули головы обратно к двери, и тут дверь в зал медленно открылась. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Объявление войны (1) Когда дверь полностью открылась и я вошел внутрь, моему взору предстал великолепный интерьер. «Не отпугнёт ли это место других людей от императора?» Я подумал, что великолепный и роскошный интерьер заставит других отвернуться от императора, но вскоре покачал головой, полностью отбросив это предположение. Кто осмелится отвести взгляд от императора? В конце зала я чувствовал давление, исходившее от одного человека, сидевшего за столом, до самого моего места. Эдуардо Дезер. Единственный и неповторимый император этих земель, которому никто не мог бросить вызов. Возможно, потому, что сейчас мы находились в официальной обстановке, он казался еще более неприступным, чем обычно, хотя и сидел прямо здесь. Пока я размышлял, Круэл, стоявший рядом со мной, двинулся первым. Не желая отставать от него, я тоже поспешил войти, придя в себя, и начал идти к императору. Через некоторое время я остановился, и мы с Круэлом одновременно открыли рты. — Свет Империи. Мы говорим "Слава", если мы находимся в состоянии войны, и "Свет", если мы находимся в состоянии мира. — Круэл Харт приветствует Его Величество Императора. — Деон Харт приветствует Его Величество Императора. И последующая реплика всегда оставалась неизменной. Когда мы вежливо поклонились и стали ждать, над нашими головами раздался голос императора. Возможно, мне показалось, но, судя по голосу, он не выглядел очень счастливым, в отличие от того дня. Скорее... — Поднимите головы. Это было не просто мое воображение. Только посмотрите на это лицо. Как можно считать это лицо счастливым? У него было много морщин между бровями. «Почему? Это из-за меня? Что я сделал не так?» Теперь, когда я думаю об этом, я совершил много безрассудных поступков. Я просто отпустил людей, которым была внушена эта псевдорелигия, и даже не смог вернуть ни одного документа после того, как вызвал такой большой переполох... Наверное, он понял, что я больше не нужен. Я тихонько отвёл глаза и огляделся. «Я не вижу никого, кроме меня и Круэла, так что не думаю, что он сделает мне официальный выговор...» Тогда разве у меня ещё не было шанса? Я должен стараться изо всех сил, а если не получится, как я хотел, то я просто сбегу. Конечно, вариант с нападением на императора был неосуществим. Я не только не мог победить тех, кто защищает Императора, но и не хотел оказаться лицом к лицу с генералом Немезиусом. И прежде всего... «Император - это человек, в котором есть частица Героя». Как девятый принц мог убить всех членов своей семьи и безосновательно взойти на трон? Как он мог стать признанным всеми императором всего через восемь лет после своего воцарения? Всё дело в том, что он обладал подавляющей силой. Он обладал самым большим Фрагментом Героя, который когда-либо появлялся на свет. Его точный размер был неизвестен, но так, по крайней мере, считали все. Это могло быть правдой, потому что ни один герой не проявлял столько силы, как Император. Я ни за что на свете не смог бы убить его. В конце концов, даже обычный человек был опасен для меня. «Давай просто встанем на колени и будем умолять». Кто знает? Он может пощадить меня, учитывая всё то время, что мы провели друг с другом. Нет, нет. Наверное, эффективнее было бы апеллировать к моей полезности как шпиона, а не к его эмоциям. В конце концов, я был единственным, кто мог дать ему информацию о Короле Демонов. Пока в моей голове царил такой сложный беспорядок, император продолжал. Все формальности были улажены, и теперь он наконец перешел к делу. — Почетный граф Деон Харт действовал мягко, отпуская обычных людей, подвергшихся внушению псевдорелигии. Однако он предпринял активные действия, чтобы поймать того, кто стоит за этой религией. Круэл Харт, хотя мы не знаем, как ему это удалось, нашел виновного и вернул доказательства. Мне показалось, или его голос прозвучал напряженно, когда он сказал: "Хотя мы не знаем, как ему это удалось"? Император продолжал, его лицо казалось еще более неуютным, чем прежде. — Хотя я хотел бы исполнить желание обоих, мне придется выбрать только одного из вас. Поэтому после долгих раздумий я решил исполнить желание Круэл Харта, который сыграл более решающую роль в этом деле. — Большое спасибо. «Я так и знал. Я так и знал». Я не мог просто взять и сказать, что он сжег все эти чертовы документы! К счастью, император не решил, что документы сгорели из-за пожара, который я устроил. Может, он так и думал, но, если бы он сказал это вслух, меня бы наказали или что-то в этом роде. — Так чего же вы желаете? Он говорил более низким тоном, чем обычно. Поклонившись еще раз, Круэл ответил спокойным голосом. — Я осмеливаюсь просить территорию семьи Харт, которая в настоящее время находится во владении почетного графа Деон Харта. ...Что? — ...Каково ваше мнение по этому вопросу, достопочтенный граф Харт? Нет, погодите-ка. Территория Харт была моей землей! Конечно, я не очень-то хотел владеть ей, поэтому я всячески ныл по этому поводу в том числе и императору, но!.. Но все равно было очень неприятно, что у него вот так забрали территорию. На самом деле, разве это не было просто односторонней передачей территории без учета мнения другой стороны? Я поспешно взглянул на императора и встретился с парой непоколебимых глаз. «Ах». У меня не было другого выбора: если я откажусь здесь, это только навредит мне. Что бы я ни сказал, все будет бесполезно, ведь это территория, о которой я всегда говорил, что не хочу владеть ею. Император знал это, поэтому просто сделал вид, что предоставляет мне право выбора, спрашивая мое мнение. — Эта территория только отягощает меня, поэтому я буду благодарен, если её снимут с меня. Я стиснул зубы и уставился на Круэла. Он, видимо, почувствовал мой взгляд, но не повернулся, чтобы посмотреть на меня. Император никак не мог не знать о том, как неловко я себя чувствую в данный момент. Однако он сделал вид, что не понял, и просто постучал по подлокотнику, чтобы привлечь к себе внимание, прежде чем снова открыть рот. — Прежде чем мы сможем передать вам территорию Харт, нужно решить один вопрос. Чтобы владеть территорией, нужен титул. К моему удивлению, и мое, и тело Круэла одновременно напряглись. «...А? Что? Почему он дрожит?» Нет, это только я должен так реагировать. Услышав, что ему тоже дадут титул, я почувствовал некую нервозность, но почему Круэл так себя вел? — Как я уже говорил, Круэл Харт. Ваши мысли остались прежними? — ...Я не хочу наследовать семью Хартов и не хочу менять фамилию. А, я знал, о чем он говорит. Я тоже отклонил предложение императора по тем же причинам. Это также стало причиной того, что я только недавно получил титул "почетного графа". Когда я впервые предстал перед императором после восьмилетней войны, он высоко оценил мои достижения на поле боя, попросил меня стать главой семьи Харт и сказал, что будет полностью поддерживать меня. Он хотел дать мне не мой нынешний титул, а должность настоящего графа Харт, семьи с многовековой историей. Любой обычный сын мог бы пожадничать из-за этого, но в то время я был полон ненависти к семье Харт до такой степени, что даже слыша это имя, меня тошнило. Я ни за что не хотел унаследовать то, что до такой степени ненавидел. После прямого отказа император предложил мне другой титул. Он сказал, что получить графский титул очень просто и что если приложить немного усилий, то я смогу стать даже маркизом. Конечно, это было неплохое предложение. «Я бы сразу согласился, если бы это не означало, что придется отказаться от имени Харт». Либо мне придется построить новый особняк, либо император подарит мне его. В любом случае, когда я сказал ему, что пока округ Харт еще существует и что не должно быть никакого другого титула с такой фамилией, мне удалось отказаться от титула. В связи с этим император пожаловал мне должность почетного графа. Это был всего лишь одноразовый титул, и после моей смерти он, естественно, прекратит свое существование. Иными словами, двух семей Харт не будет. Сначала император хотел дать мне должность почетного маркиза, но в истории существовали только почетные титулы графского ранга. «Круэл также получит аналогичное предложение». Ну, конечно же. Ведь теперь он тоже Герой. Если подумать, то Круэл Харт был единственным из Героев Империи, у кого не было титула. Я не хотел отказываться от фамилии Харт, чтобы никогда не забыть свой гнев и чувство мести. Он хотел сохранить её, потому что скучал по своей семье? Возможно, он также хотел отомстить. Отомстить мне, человку, который убил всю его семью прямо у него на глазах. Вполне логично, что он отказался возглавить и семью Хартов. Возможно, потому, что это было слишком болезненно для него. — Как тревожно. Титул почетного графа с такой фамилией уже занят кем-то. Однако я не могу дать вам и должность почетного маркиза, поскольку для получения такого титула вам нужно сделать больше пожертвований, и мы не можем поставить Героя в положении лишь почетного барона. Это была ложь. Он просто не хотел этого делать. Но все же лучше иметь титул, чем не иметь его вовсе. По этой причине дворянская фракция несколько раз протестовала против этого вопроса, но император каждый раз игнорировал их. Возможно, потому, что он не хотел давать герцогу больше карт для использования. Странно, но герцог даже не принимал активного участия в этом деле, поэтому ему было так легко игнорировать их... Император с неловким выражением лица снова обратился к Круэлу, который молча ждал его следующих слов. — Давайте просто передадим право собственности на территорию Харт герцогу Иллюстеру. Как вам это? Он был подчиненным герцога, и, если бы тот попросил его, герцог с радостью назначил бы его управляющим территорией. По крайней мере, мне так показалось. Круэл, который на мгновение замолчал, медленно опустил голову. — ...Спасибо за внимание, Ваше Величество. — Итак, этот вопрос решен. Все, кроме почетного графа Харта, могут уйти. Круэл взглянул на меня, когда выходил. Я расширил глаза, даже не обращая на него внимания. Черт побери. Какого черта ему от меня надо? Нет, не только это... «...Почему вы отправили всех, кроме меня, Ваше Величество? Это страшно». Наконец-то это случилось. Наконец он узнал, что я не такая талантливая личность, какой он меня считал. Вопрос с территорией Харт можно пока отложить в сторону. Сначала нужно было придумать, как унять гнев императора. Я тихо выдохнул и медленно закрыл глаза. *** Как бы то ни было, оба брата были невероятно упрямы. Они не хотели продолжать род Харт даже через свои трупы... Разве эти двое не знали, что бесхозное графство находится на грани разорения? Потомки побоычный ветвей явились сюда и наперебой рассказывали о том, что они здесь хозяева. Ну, не может быть, чтобы они не знали. Им просто было все равно. Император проглотил вздох, готовый вырваться из его рта, и посмотрел на Деон Харта, который был единственным, кто остался в зале. «Он выглядит не очень хорошо». Возможно, потому, что он только что потерял территорию Харт. Император Эдуардо сразу же перешел к другому вопросу, так как не хотел больше говорить об этом. Эти слова произведут на него такое впечатление, что он тут же забудет о территории Харт. — Сразу после этой аудиенции у нас будет ещё одна встреча, так что вы в любом случае узнаете об этом, но я скажу вам заранее. Я намерен отправиться на войну. Он выглядел весьма удивленным. Прошло всего два года после окончания войны. Император слабо улыбнулся, глядя в эти идеально круглые красные глаза. — Искоренение Церкви Спасения завершилось в самое подходящее время. Не так давно Королевство Треон начало давить на нас так сильно, что я больше не могу этого выносить. — Мы собираемся воевать... с Королевством Иреон? — Именно так. Это было только начало. Итогом станет объединение континента. Выражение лица Деона потемнело, когда он понял, что тот имел в виду. Вероятно, он вспомнил о Восьмилетней войне. Однако он не был настолько бессердечен, чтобы отправлять раненого на поле боя. Что ж... Он просто не хотел терять этого талантливого человека. Если бы он просто собирался приказать ему готовиться к войне, он мог бы сделать это во время встречи позже в тот же день. Зачем ему понадобилось говорить с ним отдельно? — Я хотел бы попросить тебя сделать для меня кое-что в царстве демонов. Завоевание континента было не таким уж и сложным, но с царством демонов пришлось повозиться. Король Демонов никак не мог просто стоять в стороне, пока Империя пожирает весь континент. В этом смысле Деон Харт был невероятно полезен и ценен. Он был героем Империи, а также командующим армией Короля Демонов. Он был единственным человеком, который мог встать на сторону Короля Демонов и полностью завоевать его доверие. — Сделайте все, что в ваших силах, чтобы не допустить вовлечения армии Короля Демонов в эту войну. —... Я буду выполнять ваши приказы. — Я позабочусь о Благородных рыцарях в ваше отсутствие. — … — И... Осень стремительно приближалась, но было еще лето, поэтому сквозь легкую одежду император мог видеть мои ключицы. Его взгляд остановился на одной точке. Прямо над ключицей виднелась черная метка. [Проклятие Короля Демонов.] Он протянул руку и повторил эти слова, которые заставили его улыбнуться, просто произнеся их. — ...Я надеюсь, что к следующей нашей встрече это пройдет. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Объявление войны (2) Он аккуратно коснулся плеча, как будто увидел рану. Однако почему-то мне казалось, что он вот-вот схватит меня за шею, поэтому мне ничего не оставалось, как стоять на месте. Кроме того, это клеймо... «Это не проклятие». Конечно, это действительно было вызвано Королем Демонов. Однако это не было проклятием, ослабившим мое тело, как думали все люди в Империи. Как я уже неоднократно говорил, мое тело не было слабым из-за какого-то внешнего воздействия, я просто был таким от природы. Это клеймо на самом деле было заклинанием похожим на "отслеживание местоположения". Подумайте сами. Почему Король Демонов так охотно отправил меня обратно в империю? Как бы хорошо ко мне ни относились в царстве демонов, я все равно оставался человеком, пришедшим из царства людей. Я оставался в царстве демонов без особых претензий, но разве я не буду подозрителен, если хоть раз вернусь в империю? Именно поэтому Король Демонов накладывал на меня магию отслеживания местоположения, когда я отправлялся сюда. «Он сделал то же самое, когда я впервые принял предложение Короля Демонов и вернулся в Империю». Когда я после долгих трудов сказал ему, что вернусь в Империю с трупом Героя, Король Демонов наложил на меня заклинание отслеживания местоположения. Он сказал, что это для моей же безопасности на случай, если случится что-то неладное... Другими словами, если я не вернусь сам, он придет за мной. Я, которого, по сути, держали на поводке, как собаку, даже не смог ничего сказать по этому поводу и просто потащил труп Героя обратно в Империю. Затем я предстал перед императором и другими важными фигурами Империи, совершенно не подозревая о том, в каком состоянии сейчас находится труп Героя. Отпустив Героя, я от души закашлялся кровью, так как с полностью израсходовал свою выносливость. В тот момент я был слишком сосредоточен на приведении в порядок своей внешности, поэтому даже не заметил, как взгляды всех, остановившиеся на моем лице, переместились чуть ниже. Черное клеймо, которого раньше не было, сгустки крови, холодный труп Героя и спутник, который его принёс. Вполне естественно, что их умы тут же пришли к выводу, что на меня наложили проклятие Короля Демонов. «Даже если бы я сказал им, что все не так, они бы не стали слушать. Я также не мог открыто сказать им, что стал командующим армией Короля Демонов, поэтому я просто держал рот на замке…» Я надеялся, что теперь меня не поймают. Была веская причина, почему я так обманул императора. Мне нужен был повод, чтобы вернуться в царство демонов. Что он подумает, если я просто скажу ему, что мне нужно вернуться в царство демонов, после того как я только что вернулся оттуда живым и невредимым? "Ты собираешься предать меня?" Вот что. Разве это не первое, что придет на ум? Поэтому я молча признал, что на мне лежит проклятие, и втайне упомянул, что мне следует вернуться в царство демонов, чтобы избавиться от него. Впрочем, объяснять теперь было уже поздно. Он лично отрубит мне голову, если император узнает, что я выставил его дураком. В этом я был уверен. Так что мой ответ уже был готов. — Я постараюсь. Сказал я, хотя никогда не был проклят, в надежде вернуться без проклятия в следующий раз. *** — Территория Харт... Это неожиданно. Эта земля не принесла ему никакой пользы. Конечно, если выбирать, что для него было выгодой или потерей, то скорее выгодой, чем потерей... Герцог Став посмотрел на Круэла, который, как всегда, ничего не ответил. — ...Теперь, когда я вспомнил об этом, когда я встретил почетного графа Харта в коридоре императорского дворца не так давно, он сказал, что хочет вернуть территорию императору, не так ли? Круэл Харт тоже был там в это время. Нет, Круэл был там первым, а сам герцог прибыл туда через минуту после этого и завел разговор с Деоном Хартом. «Я слышал, что вы тоже приехали сюда, чтобы встретиться с Его Величеством, сэр граф. Могу я узнать, по какой причине?» «А, я просто хотел обсудить с ним кое-что о недавно полученной территории...» «Это потому, что она тебе мала? Она слишком мала? Слишком бесплодна?» «Нет, я просто хочу вернуть ему территорию». «Это интересно». Он лишь сказал, что это интересно, но не стал выяснять, какой территорией он владеет. Однако если бы Круэл лично решил разобраться в этом, то не нашел бы ничего, что не смог бы выяснить. Разве это не та самая территория Харт, о которой они говорили тогда? Герцог, внимательно изучая выражение лица Круэла, вскоре улыбнулся и покачал головой. Не может быть. Похоже, он стал чувствительным из-за встречи, которая должна была состояться чуть позже в тот день. Скорее всего, он был недоволен лишь тем, что территория Хартов оказалась в руках того, кто уничтожил его семью. «Не может же быть, чтобы он сделал это ради Деона Харта, верно?» Придя к такому выводу, герцог улыбнулся Круэлу. Его глаза и губы, как обычно, изогнулись в доброй улыбке, и он тут же заговорил с ним мягким голосом. — Я не хотел тебя отчитывать. Это было простое задание, чтобы вознаградить тебя в любом случае. — ... — Случилось что-нибудь необычное? «Ты ублюююдок!!!» Вспомнив тот крик и душевное состояние Деона в тот момент, Круэл медленно разомкнул губы, которые до этого держал плотно сомкнутыми. Его зеленые глаза уставились в пол, а изо рта вырвался ровный голос. — Нет, ничего необычного. — Неужели? —... — Хорошо. Я благодарен за подарок. Если хотите, я передам вам все права на управление территорией Харта. — ...Спасибо. Круэл тихо закрыл глаза. Тот громкий крик, спрессованный кипящей яростью, все еще сотрясал его барабанные перепонки, и он не мог не вспомнить ситуацию, когда Деон заметил, кто стоит за всем этим. «Тебе, наверное, понравилось так играть со мной, да? Я прав, не так ли? Ты ублюдок!!!» На него посыпались всевозможные оскорбления. Напряжённость уже давно застыла в воздухе с того момента, как слово "герцог" покинуло его уста. Он узнал. Он не для этого оставил окно открытым. Он просто хотел получитьумеренно-удовлетворительные результаты и уйти, но он никогда не думал, что в конце концов Деон выйдет на личность того, кто за всем этим стоит. «Если вспомнить, то он всегда был очень умным, с самого раннего детства». В данный момент его это совсем не радовало. Он по-прежнему нёс его на одной руке, а другая рука тянулась к поясу, чтобы схватиться за рукоять меча. «Если бы это был герцог...» Он хотел бы убить того, кто заметил, что за этим стоит именно он. Уааа! Полетели искры. Круэл, которому едва удалось блокировать атаку Деона, заглянул в комнату, наполненную огнём и жаром, затем на своего брата и поспешно зашагал прочь. Он ускорился, чтобы хоть на секунду быстрее покинуть эту жаркую комнату. Круэл тихо прошептал Деону на ухо. — Если хочешь жить, не рассказывай о том, что ты узнал об этом месте. Деон все еще сопротивлялся и осыпал его оскорблениями. Он был достаточно умен, чтобы различать, что следует говорить, а что нет. И как раз в тот момент, когда кинжал Деона уже собирался снова вонзиться ему в бок, Круэл распахнул дверь, обнаружив по ту сторону рыцаря своего брата по имени Риенн, и тут же бросил Деона ей навстречу. Герцог Стейв, до этого спокойно наблюдавший за Круэлом и молчавший, чтобы не выдать своих мыслей, вскоре отвернулся с естественной улыбкой на губах. Тот же мягкий голос, которым он всегда говорил, снова наполнил комнату. — Саэрин. — Да, ваша светлость? Женщина, ожидавшая окончания их разговора в углу комнаты, подняла голову, как и в прошлый раз. Она была той, кто с готовностью взялся за утомительное дело - стать главой Церкви спасения. Герцог смотрел на нее с нежностью. — Молодец. — Я просто делала то, что должна была. Она ответила немного позже. Герцог продолжал говорить. — С этого момента действуйте очень скрытно. Император никогда не должен узнать об этом. Существовало изречение, которое было скрыто и отфильтровано от обычных текстов Церкви Спасения и которому учили только истинных верующих. Этому изречению их учили, как будто промывая им мозги. [Император - грех, герцог - спасение.] [Герцог - это спасение.] «Иллюстер - это спасение». В этом и заключалась цель Церкви спасения. Заставляет людей слепо верить герцогу Иллюстеру. Это было сделано также для того, чтобы обострить общественные настроения по отношению к императору. —Даже не переживайте по этому поводу. — Прекрасно. Он еще раз улыбнулся, а затем повернулся. Существование женщины полностью покинуло его голову, и он обратился к Круэлу, который снова ждал его позади. — Тогда пойдемте. Мы опоздаем на встречу. Он начал двигаться. За ним послышался звук шагов. Глаза герцога, смотревшие прямо перед собой, стали настолько холодными, что его прежний взгляд казался ложью. *** Когда герцог вошёл в покои, там уже собрались все, кроме императора. Благородная и Императорская фракции. Они были идеально разделены на эти две группы. Форма, которую она образовала, выглядела довольно забавно, но герцог, естественно, справился со своим выражением лица и мягко поприветствовал его. — Кажется, я опоздал. Это были слова лидера Благородной фракции и того, кто обладал наибольшей властью после Императора. Представители Благородной фракции начали сбиваться в кучу, чтобы поприветствовать его. — Вовсе нет. Его Величество тоже еще не прибыл, так что встреча еще не началась. — Вы пришли в нужное время. — Мы еще ничего не обсуждали. Пожалуйста, присаживайтесь. Герцог последовал их предложению и сел на одно из верхних мест, самое близкое к императору со стороны благородной фракции. Лица представителей Имперской фракции скривились от его уверенной и естественной манеры поведения, но и они не могли ничего сказать против. Это было его право - занять это место. Однако сам человек был просто зловещим, поэтому они были недовольны любым его поступком. — ...К чему эта внезапная встреча? Я немного волнуюсь. — Я также не знаю, о чем будет идти речь, но, похоже, это важно. Его Величество не стал бы устраивать такую большую встречу без причины. — Что происходит?.. Речь шла о войне. Он все еще не мог поверить, что ему удалось получить эту подсказку без ведома императора. Герцог сдержал смех, который вот-вот должен был вырваться из его уст. С того самого момента, как он узнал, что бюджет будет формироваться отдельно, он полностью предвидел, что это произойдет. Даже если бы он не знал об этом, он все равно предсказал бы, что эта встреча будет связана с войной. «В конце концов, он был тем самым императором». Самый простой способ для того, кто очистил всю свою родословную. Чтобы доказать свою квалификацию правителя, он должен был направить свой меч на те королевства которые находились снаружи. Он должен был доказать свою значимость завоеваниями. «Это то, что у него получается лучше всего, и...» Потому что было бы гораздо лучше, если бы его запомнили как Императора-завоевателя, а не как Императора-развратника. «В таком случае его все равно похвалят за расширение территории, по крайней мере...» — Что вы думаете, ваша светлость? — Вы имеете в виду, о чем, по-моему, будет эта встреча? Он поднял голову и огляделся по сторонам в ответ на этот неожиданный вопрос. Не только представители Благородной фракции, но даже Имперской фракции устремили на него свои взгляды, словно им было интересно узнать его ответ. — Да. Что император хочет нам сказать?.. — Ну откуда мне знать глубину мыслей Его Величества? Казалось, они ожидали такого ответа. В отличие от своей обычной манеры всезнайки, он ответил, что не знает, и это заставило вздохнуть всех присутствующих в комнате. Однако они не сразу поверили в слова, вырвавшиеся из его уст. В глазах большинства из них читалась едва уловимая уверенность и сомнение. Теперь он должен ответить на них должным образом. Все еще демонстрируя ошеломленную улыбку, герцог небрежно добавил: — Однако я слышал, что Королевство Иреон в последнее время ищет неприятностей, так что это может быть связано с этим. В комнате воцарилась холодная тишина. Откинувшись в кресле и на мгновение закрыв глаза, он наслаждался тишиной. Когда кто-то осторожно окликнул его, герцог медленно поднял веки. — Вы хотите сказать... что мы можем вступить в войну? — Это всего лишь мои домыслы. Он не стал открыто подтверждать, но и не стал отрицать. В тот момент, когда все присутствующие в конференц-зале плотно закрыли рты при этом тонком ответе, из-за двери послышался голос, возвещающий о прибытии императора. Когда все встали со своих мест, дверь открылась, и вошел Император в сопровождении Немезиуса. Все вздрогнули, почувствовав его свирепый дух, словно он не терпел неуважения. В этот момент они дружно поприветствовали его. — Свет Империи. — Давайте все сядем. Низкий голос донесся до их ушей. Те, кто сел, услышав голос, от которого им стало не по себе, рефлекторно посмотрели на выражение лица императора. Оно было совершенно пустым. Однако даже от этого невыразительного лица веяло холодом. Все присутствующие в этой комнате были людьми, которые до сих пор выживали в императорском дворце, где за малейшую ошибку можно было отправлять в полет голову. Они полностью уловили настроение императора и постарались собраться. Если они скажут хоть одно неверное слово, их ждет смерть. Поэтому они планировали держать язык за зубами как можно дольше. — Прежде всего, я хотел бы поблагодарить вас за участие в этой неожиданной встрече, несмотря на ваши плотные графики. Несколько лет назад один человек отсутствовал, потому что был слишком занят, и в итоге потерял свой титул... — Должно быть, все спешили сюда, хотя все вы были заняты своими делами. Учитывая это, я быстро приступлю к делу. — ... — Через три дня я объявлю войну. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Объявление войны (3) Это было больше похоже на уведомление, нежели как на встречу. Это уже было достаточно нелепо, но три дня спустя? Что это за бред?! Из их уст полились слова, полностью затмившие их решимость держать рот на замке, насколько это было возможно. — Прошло всего два года с тех пор, как Ваше Величество объявил об окончании войны. Почему мы снова начинаем войну?! — Я объявил войну оконченной, потому что больше не было королевств, готовых восстать против нас. Но всего за два года уже появилось королевство, которое, похоже, забыло, как бояться Империи. Королевство Иреон. Когда император щелкнул пальцами, ожидавший его слуга разложил перед каждым дворянином документы. Те, кто прочитал их, слегка застонали. Конечно, Империя не была в проигрыше. И все же, война? Разве они не теряют гораздо больше, чем приобретают? Скрепя зубами на глупое Королевство, ослепленное выгодой, они думали о том, как убедить императора. Однако не успели они это сделать, как до их ушей донеслось нечто еще более шокирующее. — И раз уж мы все равно собираемся воевать, я... —... — Планирую продолжать двигаться дальше с целью завоевания всего континента. —?! — Я уже давно размышляю над этим. Было бы гораздо лучше покончить с этим одним махом, когда мы уничтожим Королевство Иреон. — Ваше Величество! Но это...! Эту цель он поставил перед собой, как только стал правителем, давным-давно. Что бы ни говорили министры, император не собирался отступать. Кроме того, Королевство Иреон было не единственным королевством, которое проявило самоуверенность в такой ситуации. После того как новость о ранении Деона Харта тихо разлетелась по всем уголкам континента, отношение других королевств к Империи также значительно смягчилось. Именно столько веса имело имя "Деон Харт". «Это понятно». Бурные времена рождали Героев. За восемь долгих лет войны родилось множество Героев. Однако их репутация погибла вместе с ними. К концу войны в живых осталось только трое. Деон Харт был последним из этих героев, достигших славы, и самым известным из них. В отличие от других Героев, которые размещались в одном месте, он путешествовал по разным полям сражений на протяжении всей войны и играл на них активную роль в качестве авангарда. Изначально они сделали это потому, что на тот момент это был лучший способ использовать Деона Харта, но вскоре это привело к неожиданному побочному эффекту. Боятся не кого иного, как ‘Деона Харта’. Его внешность - красные глаза и белые волосы - также была чрезвычайно уникальной. Слухи о нем распространялись и искажались, в результате чего враги стали называть его самим дьяволом. Его внешность была не только уникальной, но и весьма привлекательной для союзников, что также сделало его знаменитым во многих отношениях. В любом случае, одно его "печально известное" присутствие наполовину сбивало темп врагов, заставляя почти всех думать: "Деон Харт составляет больше половины военной мощи Империи". Поэтому те королевства, которые склоняли головы при одном только упоминании о Деоне Харте, теперь поднимали их, узнав о его ранении. «Ну, это не имеет значения, потому что это неправда». Это раздражало. Каждый раз, когда они обретали уверенность, императору приходилось топтаться по ним, а каждый раз, когда они поднимали голову, ему приходилось снова опускать их... Его целью все равно было завоевание континента, так стоит ли делать что-то подобное снова и снова? Именно поэтому он решил покончить с этим раз и навсегда. К такому выводу он пришел. Конечно, другие министры протестовали, выкрикивая что-то вроде: "Что это вообще значит?! Разве это не то же самое, что сказать, что человек купил бы целое здание, случайно зайдя в магазин?!" Они должны были остановить это. Они передумали. Даже если бы война с Королевством Иреон была неизбежна, они должны были предотвратить эту попытку завоевать весь континент. Бледные и измученные вельможи пытались открыть рот. — Еще слишком рано для завоевания всего континента! Нужно еще многое подготовить, а бюджет...! — Все основные приготовления уже завершены. Когда, черт возьми, он успел все это подготовить? Перед каждым благородным человеком лежал аккуратно составленный план бюджета. — Война также нанесет большой урон Империи! Разве не могут враги проникнуть на нашу территорию и нанести ей огромный ущерб?! — Вам не нужно беспокоиться об Империи. Думаете, я уже не подумал об этом? — Мы еще даже не выкорчевали революционную армию! Слишком опасно начинать войну, когда в наших рядах еще есть враги! — Вот почему я позвал вас всех сюда. Разве мы не должны все вместе разработать план, как с ними справиться? — Мы все еще не до конца оправились от последствий, которые оставила после себя Восьмилетняя война. Народ будет волноваться, поэтому ради стабильности Империи… — Хоть раз за время восьмилетней войны враги проникали в дома моего народа? На этот раз они снова будут в безопасности. — Я имею в виду... психологическое беспокойство... Большинство высказываний дворян было в том же духе. Ради Империи, ради людей они хотели, чтобы он отложил завоевание континента или что-то в этом роде. Дворяне прекрасно знали, что император ставит во главу угла. Ответственность. Эдуардо Дезер ценил долг и ответственность. С тех пор как он стал императором, он никогда не пренебрегал своими обязанностями и заботился о своем народе, даже когда ему не хотелось этого делать. Эта черта противоречила его репутации тирана. Поэтому они решили, что, если упомянуть Империю и ее народ, он, возможно, еще немного подумает над своим решением. Однако Император тоже был непробиваемой стеной. — Для Империи? Его холодный голос стал еще глубже. Голоса, раздававшиеся с энтузиазмом, словно они не знали, как высоко находится небо, тут же стихли, когда император медленно поднялся со своего места. Его золотые глаза, окинувшие вельмож, сверкали яростно, как глаза зверя, чью гордость поцарапали. Как только они поняли, что что-то пошло не так, император окликнул герцога, словно рыкнув на него. — Герцог Иллюстер. — Да, Ваше Величество? — Как вы приветствуете императора? ...Ааа. Уголки рта герцога приподнялись. «Я не могу поверить, что он пытается разрешить ситуацию таким образом». Он грациозно поднялся со своего места, приложил руку к груди и поклонился императору. Из его уст вырвался мягкий голос, смешанный с легким весельем. — Став Иллюстер приветствует "Нынешнюю империю". — Да. Император отвернулся от него, как будто это было самой естественной вещью в мире. Он уставился на застывших вельмож и заговорил с ними так громко, что его слова, казалось, отдавались эхом в их головах. — Я – Империя. — Значит ли это, что вы считаете мои слова бессмыслицей, что вы повторяете их снова и снова, чтобы больше беспокоиться об Империи, хотя вы уже услышали мой ответ громко и ясно? — Вовсе нет! — Мы просто искренне переживаем... Отчаянные ответы сыпались со всех концов комнаты, когда напряжение, которое, казалось, вот-вот лопнет, навалилось на них всей тяжестью. Если бы император решил выместить свой гнев, головы бы посыпались. Они не преувеличивали. Это была их реальность. Было более чем понятно, чего они боятся, поэтому император на некоторое время закрыл рот, а затем снова открыл его, и на его лице появилось спокойное выражение. — Я прекрасно знаю о вашей преданности, господа. Однако если вы не хотите обидеть меня еще больше, вам лучше воздержаться от лишних слов. — Мы будем иметь это в виду. Дворяне склонили головы и проглотили вздох, который застрял у них в горле. Они потерпели неудачу. О том, чтобы убедить императора, не могло быть и речи. Император также прекрасно понимал, о чем они думают. Как всегда, после того как император закончил говорить, он поднялся со своего места и заговорил так, словно собирался закончить встречу именно так. — Я проинформировал вас о войне. Мы проведем еще одну встречу позже, а пока вы должны придумать, как справиться с Революционной армией. — Как прикажете. — И, герцог Иллюстер. Встретив взгляд императора, герцог молча приподнял уголки рта. Заседание закончилось. Все дворяне разошлись с серьезными выражениями на лицах, оставив зал заседаний пустым. Герцог, который должен был находиться среди них, теперь стоял перед императором в пустой комнате. Видя, что герцог по-прежнему лишь молча улыбается ему, император медленно открыл рот. — Герцог. — Да, Ваше Величество? — Благодаря вам мне удалось уничтожить Церковь спасения. Прежде всего, я хотел бы поблагодарить вас за это. — Я к этому не причастен. Все сделал сэр Круэл. Он все еще не раскрыл бы себя так просто. Император тихо нахмурился и открыто посмотрел на герцога. Герцог встретил его взгляд с улыбкой, не уступая ему. Их взгляды, казалось, столкнулись в воздухе. После того как никто из них не захотел отвести взгляд, император выкрикнул несколько слов в адрес герцога, продолжая смотреть на него. — К сожалению, похоже, что человек, стоявший за этим, был членом Благородной фракции. — Ну, дворяне остаются дворянами. Никто из них не приветствует потерю власти, в конце концов. Тем не менее, довольно позорно, что они были частью этой фракции. Какое нелепое замечание. Герцог никогда бы не отпустил никого, кто выступал против него. Он не мог открыто выбрать кого-то из Имперской фракции, поэтому, скорее всего, выбрал кого-то из Благородной фракции, которая была для него бельмом на глазу. Это было более чем очевидно. Императору нужно было еще немного пообщаться с ним. В зависимости от противника, Императору достаточно было просто надавить на него. Однако если бы он попытался сделать это с герцогом, тот бы просто сбежал. Как бы сильно он не давил на него, это мало что даст. Несмотря на это, даже это может оказать влияние. — Недавно я услышал кое-что очень интересное. Император открыл рот. — Император - это “грех”, а герцог – “спасение”. — Это просто чепуха, которую несут эти невежественные люди, которые ничего не знают. Теперь, когда Церковь Спасения разрушена, неужели вам нужно больше уделять этому внимание? Шиииг! Это вырвалось в одно мгновение. Герцог тут же закрыл рот, спокойно опустил взгляд и посмотрел на свою шею, прежде чем снова взглянуть на императора. Император выхватил меч Немезиуса, стоявшего позади него, и приставил его к горлу герцога. Он приподнял уголки рта, демонстрируя редкую саркастическую улыбку, и слегка приподнял меч. Герцог в это время тоже поднял голову. — Конечно это глупости. В конце концов, я был бы скорее бедой, чем грехом. Разве я не прав, герцог? Когда он закрыл рот, выражение лица императора мгновенно изменилось. Теперь на нем был убийственный взгляд, словно он был готов убить его, и его прежний смех казался ложью. — Должно быть, я выглядел очень смешно в ваших глазах. Над герцогом разнесся жуткий голос, полный ни с чем не сравнимого гнева. Давление, исходящее от тела императора, сжимало воздух. Кап. Кап. Из того места, где его меч вонзился в шею герцога, потекла струйка крови. Его фиолетовые глаза слегка опустились вниз, чтобы проверить повреждения. Вскоре они снова сфокусировались на императоре. Герцог все еще улыбался. — Ваше величество, вы не можете меня убить. Император ненавидит лжецов. Однако у императора были люди, которых он прикрывал. Именно поэтому он осмелился жаждать власти. Споры были бесполезны против Императора, но они работали против него. — Герцог, кажется, часто забывает, что я уже поверг в прах одну герцогскую семью. — Как я мог? — Думаешь, я буду колебаться, потому что вы - последний оставшийся герцог? — Вы не стали бы колебаться по такой простой причине. Однако даже в этом случае вы не можете меня убить. Даже если бы это было не так, существовало множество других причин, которые не позволили ему убить герцога. «Думаете, я не смогу вас убить?» «Вы не можете меня убить». Они обменялись бесчисленными взглядами. Встретившись с яростными золотыми глазами императора, полными гнева, герцог гордо улыбнулся. Если он убьет герцога, это будет весьма неприятно для Императора. Он заслужит гнев многих дворян. Кроме того, существовал предел, когда можно было управлять силой дворян. Он хотел воевать. Ему нужно было завоевать континент. Однако для этого ему нужна была внутренняя стабильность. По этой причине он не мог убить герцога. «Даже если бы он попытался это сделать, он бы сделал это во время войны». Конечно, даже в этом случае ему будет нелегко. Должен ли он отвести меч или отрубить ему шею вот так? Долго размышляя над этим вопросом, император в конце концов выбрал первый вариант. Он взял меч и передал его обратно Немезиусу. Он выплюнул свои следующие слова. — Вы сказали, что я - грех, верно? Однако есть еще один грех. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Вращающееся колесо (1) Император, война, завоевание континента, царство демонов, слежка. Дерьмо...! Вернувшись в свой особняк, я ударился лицом о письменный стол и разразился бурей проклятий. Я должен вернуться в место, наполненное безумными монстрами! Я не мог ослушаться приказа Императора, и у меня не было достаточно душевных сил, чтобы убегать от него, а также от Короля Демонов до конца своих дней, поэтому в конце концов я просто поднял голову, мои глаза были совершенно пусты. «Мне нужно собрать вещи». У меня уже болел живот при одной мысли о том, что я снова буду окружен этими бомбами замедленного действия, но что я мог поделать? Моими противниками были Император и Король Демонов. Хахаха. Хахахаха... ...Черт — Э-эм, граф...? — ...? — Я пришел к вам после того, как узнал, что вы вернулись... Вам нехорошо? Из-за двери в комнату просунулся человек с внешностью, которую редко можно встретить в этих краях. Темные волосы и темные глаза. Он больше походил на южанина, чем на северянина. Посмотрим... Как его зовут? Ден? Он последовал за мной сюда из деревни колдуньи и немного поучился фехтованию... Но почему он был здесь? Что-то случилось? — Нет, я в порядке. В чем дело? Я выпрямил спину и ответил ему как ни в чем не бывало. Словно сочтя мою внезапную перемену нелепой, он некоторое время молчал, а затем медленно открыл рот. Он долго колебался, прежде чем смог вымолвить хоть слово. — Я ... — Ваша светлость! А. Как раз в тот момент, когда он наконец решился что-то сказать. Я внутренне щелкнул языком, когда его слова оборвались в одно мгновение, а затем посмотрел на слугу, который внезапно ворвался в комнату. Я не стал его ругать. Его лицо было белым, как простыня, и мне стало жаль его. Если бы я отругал его здесь, он бы, наверное, умер от сердечного приступа или еще чего-нибудь. Кроме того, слуги в графском особняке обычно старались вести себя со мной очень вежливо. Значит, случилось что-то настолько важное, что он забыл обо всех своих манерах. ...Проклятье. — Т-т... Т-т-там... — Что? — Его Высочество наследный принц здесь! О, Его Высочество наследный принц? Да, это что-то большое. Нет, подождите... Наследный принц?! — Почему он снова здесь?! Ик! Почему он снова пришел сюда без предупреждения?! Я хлопнул руками по столу и встал. Чтобы проявить хотя бы минимальную вежливость по отношению к нему, я надел пальто и посмотрел на слугу, который в панике скандировал "извините", как какое-то заклинание. — Где сейчас Его Высочество наследный принц? — Простите! Извините? А, эм, в приемной. Дворецкий встречает его... Я недоумевал, почему кто-то, кроме Риенн, пришел доложить мне об этом, но оказалось, что дело было в том, что он обслуживал самого наследного принца. Я бодро вышел из комнаты, не слушая больше слов слуги. Я уже совсем забыл о существовании Дена, который только стоял и следил за мной глазами. *** — Деон Харт приветствует Будущее Империи. — Да, простите, что я так неожиданно зашел. — Вовсе нет, ваше высочество. Принц Эльпидий мягко улыбнулся, глядя на почетного графа Деона Харта, который так спокойно приветствовал его, несмотря на внезапный визит. Он был в гораздо более спокойном состоянии, чем обычно. Это было неизбежно, учитывая, что тема, которую он собирался затронуть, была довольно деликатной. — Ты собираешься вернуться в царство демонов? Деон быстро осмотрел комнату. Убедившись, что больше никого нет, его взгляд сразу же остановился на принце. Его красные глаза встретились с золотыми. Некоторое время он пристально смотрел в эти настороженные красные глаза, прежде чем его золотистые глаза смягчились. — Ты не должен так на меня смотреть. Неужели ты думал, что я не узнаю о твоем секрете? —... — Предполагается, что я стану следующим императором. Поскольку мне уже столько лет, если я действительно стану императором, то мое вступление на престол будет довольно быстрым и, вероятно, не будет соответствовать установленной процедуре. Так что разве не естественно, что император тщательно подготовил меня ко всему, чтобы я мог занять трон в любой момент? Иными словами, император делился с ним всей ключевой информацией. —...Мои извинения. — Нет, нет. Было бы странно, если бы ты не был настороже. В любом случае - Он откинулся на спинку стула и скрестил ноги. — Я пришел сюда, чтобы рассказать тебе то, что Его Величество не мог рассказать раньше, и, конечно же, увидеть твоё лицо. —… — Я еще долго не увижу твоего лица, так что не стоит ли мне зайти и запечатлеть его в своей памяти? В его словах было что-то странное, но, в общем, и разумное тоже. Если бы это был почетный граф Харт, то даже если бы он не пришел сюда, чтобы сказать ему об этом, он, несомненно, позаботился бы об этом. Зная, что его интеллект выше среднего, Эльпидий медленно открыл рот, придавая своей речи больше уверенности. — Как ты уже догадался, Его Величество велел передать тебе, что ты должен немедленно вернуться, если Король Демонов решит вступить в войну. — Понятно. — Неважно, как. —... — Ты обязательно должен вернуться. Деон безучастно смотрел на принца. Его страшные красные глаза смотрели на Эльпидия, не двигаясь ни на дюйм, и он не мог понять, о чем тот думает. На этот раз Элпидий не стал уклоняться от его взгляда. Золотистые глаза, похожие на глаза зверя, встретили его взгляд без улыбки. После недолгого молчания первым сдался Деон. —...Я буду иметь это в виду. Вопреки его безобидному ответу, в его глазах появился странный блеск. Вскоре принц встал со своего места, молча наблюдая за глазами, которые медленно скрывались от его взгляда. — Я всегда ценю твой труд. *** Эльпидия чрезвычайно заинтересовал почетный граф Деон Харт. Это было как положительным, так и отрицательным моментом. Кем был Деон Харт? Разве не он остановил Короля Демонов и вернул труп Героя? Тот, кто также носил титул 'Герой'? «Кроме того...» Он был командующим армии Короля Демонов. Верно. Он был героем Империи, а также командующим армией Короля Демонов. Поэтому Эльпидий, следующий император, просто обязан был узнать о нем больше. Если взмахнуть мечом, не зная, как им владеть, можно пораниться. «Я бы предпочел иметь с ним дружеские отношения, а не принудительные». Иногда узы оказываются сильнее любых оков. Что бы ни думал сам император, Эльпидий всегда опасался, что Деон Харт может предать их. Однако, поскольку большинство его территорий находилось здесь, шансы на это были невелики. Но если бы ему предоставили условия и преимущества, намного превосходящие те, что может предложить ему царство людей... — Брат! Ты ходил на встречу с графом Хартом? —...Аллетея. — Без меня. Она тоже хотела увидеть графа. Как только он увидел ее, его глубокие размышления прекратились. Эльпидий тут же нацепил дружелюбную улыбку и подошел к младшей сестре. — Ничего не поделаешь, ведь я должен был сообщить ему нечто очень важное. Если тебя это беспокоит, почему бы тебе не стать наследным принцем? — Я бы никогда не заняла такую хлопотную должность. Брат, пожалуйста. Приказав слугам приготовить чайный столик в саду, он направился к нему, стараясь идти в том же темпе, что и Аллетея. Убедившись, что поблизости никого нет, он немного понизил голос и тихо открыл рот, естественно направляя их шаги. — Аллетея, ты всегда рядом со мной и дядей. — Я знаю. Поэтому я знаю всё, что должна знать. Почему ты такой нетерпеливый? ...Он был нетерпелив? Элпидий закрыл рот, чувствуя себя так, словно его ударили по голове. В последнее время он был очень нетерпелив. Члены Революционной армии, которых ранее приманивал почетный граф Харт, погибли, так и не раскрыв местоположение своего штаба, и впоследствии не добились никаких значительных результатов. Его дядя даже решил объявить войну, пока Революционная армия была жива и здорова. Что ещё... Он не успел опомниться, как они уже оказались в саду. Похоже, он размышлял гораздо дольше, чем думал. Усевшись за приготовленный чайный столик, Элпидий, до этого кусавший свои аккуратные губы, наконец-то решил немного расслабиться. Вопрос, который заставлял его испытывать наибольшее нетерпение в последнее время... — У дяди галлюцинации. Состояние императора оказалось хуже, чем он ожидал. Он уже знал, что императора мучают кошмары. Он хотел вызвать императорского врача, но вынужден был отказаться от этой затеи из-за решительного отказа дяди. Он не ожидал, что это приведёт к галлюцинациям. Нет, его уже очень давно мучили кошмары, так что это было вполне естественно. Они начались, когда он взошел на трон. Особенно плохо стало после Восьмилетней войны. «И вот, в итоге, получилось вот так...» С каких это пор? Нет, время было неважно. Важно то, что он сам не позвал императорского доктора, хотя знал, что происходит. Чувство вины закралось в его сердце. Но он не мог позвать доктора. — Что? Нет, с каких пор... Подожди, а до этого ты вызывал имперского доктора?! — Дядя запретил мне это делать. — Но мы не можем оставить его вот так! — Как же мне пробиться сквозь дядину тупоголовость? Что такого важного было в тех, кто уже умер? Поскольку живой дядя был в миллион раз ценнее, он снова навестил его днем и попытался убедить, как делал это и раньше. Однако решимость дяди не могла быть сломлена. — Я ничего не могу поделать с нездоровым чувством ответственности дяди. — Нужно называть это так, как оно есть на самом деле. Это не "ответственность". Это "чувство вины". — Да, он чувствует себя виноватым. Точнее, это было извращенное сочетание чувства вины и чувства ответственности. Вспомнив образ своего дяди, который нёс ответственность даже за мертвых, Эльпидий сглотнул готовый вырваться наружу вздох и посмотрел на Аллетею, на лице которой появилось твердое выражение - редкое зрелище. — Теперь ты понимаешь, Аллетея? У нас нет времени. Из-за чрезмерного нетерпения могло возникнуть множество проблем, но нет ничего плохого в том, чтобы поторопиться ещё немного. В тот день, когда он заметил, что у императора начались галлюцинации, принц почти выведал у него все, что нужно, чтобы в случае чего занять его место и позаботиться о нем вместо него. Чтобы Император мог сколько угодно бесчинствовать на поле боя, не заботясь ни о чем другом, по крайней мере. Оставалось только решить вопрос с Деоном Хартом. Поначалу, когда он еще ничего не знал, он относился к нему, думая, что это просто человек, которому удалось завоевать доверие его дяди. В том, чтобы наладить с ним отношения как с наследным принцем, не было ничего плохого. Однако теперь, когда вся информация о нем была предоставлена ему, его взгляд на вещи сильно изменился. «Он командир корпуса Короля Демонов. Двойной агент». Конечно, после этого он обращался с ним как обычно, но... Сегодня, когда его точка зрения изменилась и он присмотрелся к нему повнимательнее, он заметил кое-что, что его слегка обеспокоило. «Точнее, я это нашел». Эльпидий пробормотал, вспоминая Деона, которому ещё не удалось дать точного определения, поскольку он вызывал чувство несоответствия. —...Так что, Аллетея, сосредоточься на том, чему ты можешь научиться прямо сейчас. Я тоже постараюсь. — Если не принимать во внимание эту ситуацию, мы должны хотя бы остановить эту войну... — На него когда-нибудь действовали уговоры? Именно так. Верные своим словам, они вдвоем несколько раз пытались остановить действия императора, граничащие с членовредительством. Если бы они были успешны, все бы не дошло до этого. Плечи Аллетеи опустились. — Я постараюсь... Если они не могли напрямую помочь своему дяде, то могли сделать это лишь косвенно. Для Аллетеи и Эльпидия Эдуардо Дезер был ценным членом семьи. Настолько ценным, что они готовы были пойти против всего мира. — Мне очень жаль. Он поднял голову, когда голос дяди ярким эхом отозвался в его ушах. В отличие от того дня, перед ним открывалось удивительно чистое и ясное небо. «Это все моя вина. Я возьму на себя ответственность за все». «Нет, тебе не нужно этого делать». Какая разница, что он ответил ему сейчас в мыслях? Эльпидий спокойно поднял чашку с холодным чаем, реагируя на голос дяди в его голове, который все время извинялся и обещал взять на себя ответственность за всё, хотя он и не должен был этого делать. С тех пор прошло много времени. Его дядя взял на себя ответственность за то, за то, за что он не должен был отвечать. Чай был горьким на вкус… ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Вращающееся колесо (2) Оставив эти многозначительные слова, наследный принц удалился. Проводив наследного принца, Деон вернулся в свой кабинет и сел за стол, чтобы как ни в чем не бывало пересмотреть документы. Вопреки его спокойному настрою, его взгляд на документах был слегка расфокусирован. Уставившись своими ярко-красными глазами в угол одной из газет, Деон задумался. «Что он знает?» И как много он знал? Что хотел сказать император, заставляя его произнести эти слова? — ...Граф? Он отложил документ, который держал в руках, и испустил небольшой вздох, когда его слегка напугал голос, прервавший его задумчивость. Насколько же Деон был погружён, что даже не заметил присутствия? Он смотрел на Дена с безучастным лицом. Ден, который нерешительно встал с дивана и внимательно изучал его, слегка вздрогнул и сделал шаг назад, когда этот тусклый взгляд устремился прямо на него. —...Вы в порядке? Его голос слегка дрожал. Пока он жил в особняке и набирался различных навыков, он слышал, что личность графа владельца часто меняется от одной крайности к другой. На самом деле, когда Ден попросил взять его с собой, он уже увидел в нём эту черту. «Что, черт возьми, произошло?» Но сейчас она была на совершенно ином уровне, чем раньше. Атмосфера вокруг него была такой острой, нацеленной на всех вокруг, словно он собирался немедленно разорвать каждого на части. Это было крайне неприятное ощущение. Как ещё он мог объяснить это ощущение, кроме как тем, что на него направили бесчисленные клинки, как только он заговорил? —...Если подумать, вы говорили, что вам есть что мне сказать, не так ли? — Простите? Ах, да! — Говорите. — Ничего страшного, правда... Мог ли он осмелиться затронуть эту тему в такой атмосфере? Размышляя, стоит ли говорить это, Ден несколько раз обдумывал свои слова, в конце концов плотно закрыл глаза, не в силах выдержать взгляд Деона, и решил наконец открыть рот. — Я бы... хотел занять у вас немного денег. — Что? Из его уст вырвался полный недоумения голос. Теперь, когда он это сказал, ему определенно нужно было закончить то, что он хотел сказать. Если бы он остановился в этот момент, между ними наверняка возникло бы большое недопонимание. — Итак, – поспешно продолжил Дэн. — Это не потому, что я жаден до денег или что-то в этом роде. Я просто... — ...? — Я просто хочу вложить их во что-нибудь. Деон наклонил голову. Он медленно поднялся со своего места, услышав слова Дена о том, что он отдаст ему всю прибыль от своих инвестиций. Он обошел стол и сел на диван напротив Дена, медленно скрестил ноги, наклонил голову и дотронулся до рта. На первый взгляд это выглядело вполне невинно, но голос, прозвучавший из его уст, был ужасающе низким. — Для начала, знаете ли вы как инвестировать деньги? —...Нет. — Тогда, похоже, вы приобрели эту мысль, пока были здесь. Как странно. Разве вы не говорили, что хотите научиться фехтованию? Я неправильно вас понял, или дворецкий ослушался моих слов? В его ярко-красных глазах появился кровавый отблеск. Ден на секунду перестал дышать, увидев, что на его лице появился отчетливый взгляд безумца. Взгляд, наполненный смесью всевозможных теневых, густых и жутких эмоций. Взгляд, который заставлял задыхаться, лишь столкнувшись с ним. Помимо того, что он не мог дышать, на его губах появилась широкая улыбка. Улыбка не была фальшивой, глаза Деона сузились от этой чересчур искренней улыбки, но Дену было все равно. Сейчас он был невероятно счастлив. «Так и должно быть, если он – катастрофа». Как он и думал, он не ошибся. Разрешив оставшиеся сомнения, Ден задрожал от неконтролируемых эмоций. При виде этого Деон разжал ноги и наклонился вперед. Словно зверь, выслеживающий добычу, он положил руки на стол, приподнял верхнюю часть тела и приблизил свое лицо к лицу Дена. Красные глаза, заполнившие весь взгляд Дена, двигались между его изогнутыми веками. — Я думал о причинах. Вы сказали, что пойдете за мной, но, похоже, вам ничего от меня не нужно. — ... — Даже сейчас. Вы сказали, что вам нужны деньги для инвестиций, верно? И что вы отдадите всю прибыль мне, так? Это даже нельзя назвать "желанием". Ему понравились эмоции, которые плескались в его глазах, поэтому он принял его. Однако это не означало, что у него не было никаких мыслей по этому поводу. Не было никого, кто бы следовал за человеком без причины. Деон прекрасно понимал этот факт, поэтому выдвинул две гипотезы. — У меня пока две теории. Ваши требования настолько велики, что вы хотите сначала укрепить доверие... —... — Или ваша цель сама по себе - следовать за мной. Деон медленно выпрямился и вернулся на свое место, прислонившись к спинке дивана. На его губах застыла многозначительная улыбка. — Я не буду спрашивать, как вам удалось заставить слуг особняка научить вас чему-то. —...! — Кроме того, вы сказали, что хотите инвестировать деньги, верно? *** Ремембер вошел с какими-то бумагами. Поскольку я еще не оправился от шока, полученного от внезапного визита принца, я был ошеломлен его чистым приветствием. — Раз уж вы позвали этого старика, значит, вы пришли к какому-то выводу. — Что? — Похоже, вы решили инвестировать, не так ли? —...Инвестиции? Казалось, что мое сознание только что проснулось. Почему он вдруг заговорил с Деном об инвестициях? Я некоторое время отвлекался, но теперь внезапно меня как будто ударило этим. Даже я, не имевший ни малейшего интереса к инвестированию, понимал, что если ошибусь с инвестированием, то это может закончиться крахом. Так что же это было...? Я попытался получить дополнительную информацию, но не успел ничего сказать, как кто-то заговорил первым. —Да, граф согласился доверить мне немного денег. Я был удивлён! Причём тут Ден? С каких пор? Нет, что еще важнее... Что я сделал?! — Понятно. Неплохое решение. Я и сам подтвердил навыки Дена в этом отношении. Эти двое обсуждали какие-то очень важные вещи, не включая меня в разговор. Должен ли я притвориться сумасшедшим и остановить их? Как только я начал двигать глазами, пытаясь разобраться в ситуации, кое-что сразу же бросилось мне в глаза. Это была бумага, которую Ремембер держал в правой руке. Дело не в том, что сумма была безумно огромной. Скорее... — Эти бумаги... Кажется, сегодня их всего несколько... — А, вы имеете в виду это. Это все благодаря этому человеку по имени Ден! Опять Ден. В отличие от того, что было вначале, когда Ремембер настороженно относился к нему, когда я уходил, теперь он смотрел на него с теплотой в глазах и начал рассказывать обо всех вещах. — Когда я увидел все просроченные документы, он сказал, что хочет помочь, и попросил меня научить его, поэтому я научил его только основам. Но он так хорошо обо всем позаботился... Он говорил, почему-то глядя на меня. Почему-то казалось, что он хочет сказать что-то вроде: "Гораздо лучше, чем Его Сиятельство". Значит, он вел себя с ним так дружелюбно, потому что теперь у него было меньше документов для обработки?! — Нам даже удалось выявить неэффективную систему и оптимизировать ее. Вот такие результаты. Его палец указал на стопку бумаг передо мной. В отличие от прежних случаев, с таким объемом документов можно справиться всего за четыре-пять часов. Не может быть. Я покачал головой. Я посмотрел на Ремембера, у которого было очень довольное выражение лица. Вместо того чтобы спросить его напрямую, боясь разочароваться, я осторожно попыталась спросить его глазами. «Это... действительно все?» «Да, это так». — ...Пас. Это слово вдруг рефлекторно вырвалось у меня изо рта. Я понял, почему Ремембер был так счастлив с ним. Я определенно собирался оставить этого парня! Если кто-то заставит его захотеть уйти, этого человека следует забросать камнями. — Итак... Вы хотите, чтобы я дал вам денег? — Да. — Хорошо. Делайте все, что хотите. Не забудьте выделить бюджет. — Ах...! Спасибо. Я вас не подведу. — Хорошо, вы можете идти. Не имело значения, удастся или не удастся его вложение. Мы что-нибудь придумаем и дадим ему такую сумму денег, которая не причинит нам никакого вреда, даже если она будет потеряна. Видя, что Ремембер еще не ушел, казалось, что ему все еще есть что сказать мне. Как я и ожидал, как только Ден покинул комнату, поблагодарив меня до самого выхода, Ремембер положил тончайшую стопку бумаг на мой офисный стол. Хотя сумма уменьшилась, факт того, что я ненавижу бумажную работу, не изменился. Я вздохнул, садясь напротив него. Как только я взял в руки самую верхнюю газету, Ремембер начал объяснять. — Передача территории Харта завершена. — Ах... Значит, дело было в этом. Мое выражение лица тут же сморщилось. С момента, когда Круэл забрал территорию у меня, и до того, пока шла передача, все шло как положено. Мне стало еще хуже. Как будто я согласился на все это. «Нет, ну я, конечно, согласен, но все же...» Я не хотел больше ничего слышать об этом, поэтому просто кивнул и сменил тему. Он был моим дворецким, поэтому я должен был сообщать ему, когда мне нужно было куда-то идти. Я не мог сказать ему, что отправляюсь в царство демонов, но и просто исчезнуть, не сказав ни слова, тоже не мог. — Меня не будет некоторое время. —Неужели? Похоже, вы наконец-то восстановили свое здоровье. Какая жалость. Что он говорил, глядя на глубокие темные круги под моими глазами? Был ли этот измученный вид у здорового человека? Тем не менее, я должен быть рад, что он не спрашивает меня, куда я иду и по какой причине. Я снова потёр уставшие глаза и вздохнул. — Я уйду, как только все будет готово, поэтому, пожалуйста, приготовьте все как можно скорее. — Правильно ли я понимаю, что мы можем ожидать вашего возвращения примерно в то же время, что и в прошлый раз? — Да. — Понятно. Ремембер, который уже собирался уходить, издал глубокий вздох как будто забыл что-то сказать, и снова обернулся. — О человеке по имени Ден, которого его светлость привел с собой. — ...Да? Тот, кто только что решил сделать инвестиции. Он сказал, что хотел научиться фехтованию, но в итоге научился оформлять бумаги, и этого было недостаточно, он решил заняться инвестициями. Конечно, в том, что он учится вести бухгалтерию, нет ничего плохого, но теперь, когда я снова об этом подумал, мне показалось, что меня развели. В любом случае, это было немного странно, если не сказать больше. — Мы наблюдали за ним, как велел граф, но не заметили в нем ничего необычного. — Что? — Я не уверен, потому ли это, что он все еще пытается заслужить наше доверие, или потому, что в нем действительно нет ничего подозрительного... — Что? — По моему личному мнению, я считаю, что скорее в нём нет ничего подозрительного. Нет, подождите. Это я приказал? Наблюдать за ним? Когда? И, "личное мнение"? Это буквально было очень личное мнение. Я вижу, как из глаз Ремембера капает доброжелательность, которую он испытываете к Дену. — Он также весьма талантлив в фехтовании. Хотя он и не гений, но все же очень хорош в этом. Он выглядел почти как дедушка, одержимый своим внуком. Заставить Ремембера так себя вести из-за каких-то бумаг... Он действительно был таким замечательным, или я действительно недостаточно хорошо позаботился о тех документах...? — Прежде всего, он, безусловно, ярче всего проявляет себя, когда дело касается бумажной работы. Думаю, вы и сами это поняли. — А... Да. После того как я увидел сокращенные документы, я даже разрешил ему сразу же вложить деньги во все, что он захочет, так что... Хотя это было довольно шокирующе, я ничуть не жалел об этом. Таких талантов нужно было беречь. Особенно если всё, что ему нужно, – это немного денег на развлечения. ...Это напомнило мне о том, что некоторое время назад я думал, что Ремембер уладит всё как следует, но... Теперь, увидев его таким, я почувствовал легкое беспокойство. — В любом случае, Ден кажется довольно милым парнем. Я ведь не стал бы давать ему огромные деньги только потому, что тот выглядел красивым в его глазах, верно? Я не мог не испытывать подозрений к этому “дедушке”, одержимому своим "внуком". ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Вращающееся колесо (3) Несмотря на то, что он был немного тревожным, Ремембер был, несомненно, отличным дворецким. Он тайно упаковал мой багаж и быстро приготовил все необходимое. Мне оставалось только надеть дорожную мантию и спуститься по лестнице особняка. Когда я поднялся на второй этаж, Ремембер, который ждал меня у входа, держа в руках поводья лошади, протянул вместе с поводьями лук и стрелы, на концах которых вместо острых наконечников были резиновые шарики. Я просто молча взял их. Если бы он спросил меня, почему я вдруг попросил лук и стрелы, я бы просто сказал ему, что моя миссия предполагает много сражений. И как раз когда я собирался сесть на лошадь... — Сэр Грааааааф!!! — Я слышал, вы уезжаете? Вы опять нас бросаете?! — … — Не слишком ли жестоко, что вы уходите, даже не попрощавшись с нами?! — … — Нет, скорее, Его Величество сказал, что снова будет нами командовать. Неужели вы не могли хотя бы предотвратить это?! Издалека к ним стекались люди в белых рыцарских мундирах. ...Я должен просто уехать. Эти ‘бешеные собаки’. Я даже не хотел представлять, как они меня укусят. Я ударил лошадь по бокам. Главные ворота были уже открыты, так что я смог уехать от них без труда. Спасибо, Ремембер! Но они были не из тех, кто так просто сдается. Быстро выбежав из города и пересекая поля, я услышал звук нескольких копыт, несущихся за мной. — Сэр Грааааааф! — Подождите здесь! — Если вы остановитесь сейчас, кровопролития не будет! — Поймайте его! — Убирайтесь с дороги, ублюдки!!! Позади меня образовалось огромное облако пыли. Я внутренне закричал от этого зрелища. Вот глупцы! Что делала мисс Риенн? Ее лорд был в огромной опасности! — Ребята! Немедленно остановитесь! — …Ахх Она была там. Они просто не слушали ее. Убедившись, что на некотором расстоянии от табуна за мной с ужасающей скоростью гонится ещё одна лошадь, я схватился за шею, выражение лица у меня было измученное. Я коснулся колчана, который взял с собой, и вытащил одну стрелу. Я положил её на тетиву и, без малейшего колебания, повернул верхнюю часть тела и прицелился в голову лошади, которая вела табун. Поскольку вместо наконечника к стрелам были прикреплены резиновые шарики, они не должны были причинить столько вреда. Если бы они были неосторожны, то, сидящий на лошади, мог бы упасть, но, учитывая их чудовищное телосложение, это не представляло для них особой опасности. Либо они просто поймают стрелу в лоб, либо она заденет остальных. — Господин граф! Мне не нравится ни император, ни дворец! Его Величество и генерал слишком страшны! Этот парень хотел, чтобы нас всех убили?! «Упс, я ошибся!» Я целился в голову лошади, но в итоге попал тому парню в лоб! Голова парня, который едва не стал виновным в оскорблении императорской семьи, отклонилась назад, словно отражая стрелу. Руки, державшие поводья, в этот момент расслабились, заставив его тело упасть набок. Он оказался в опасной ситуации. Его могли затоптать копыта лошадей, идущих сзади, но, к счастью, кто-то подхватил его, прежде чем он успел упасть на землю, — Ваджат! Я поймал тебя! — О, здорово! — Хаха... — Ха. — Это отвратительно, так что не мог бы ты сейчас уйти с дороги? — Думаешь, мне нравится вот так сидеть у тебя на коленях?! Уходи! Я буду держать вожжи! Путь лошади, потерявшей своего всадника, пересекался с другими лошадьми. Естественно, что остальные лошади, следовавшие за ним, тут же падали, что преграждало путь другим лошадям, бежавшим по прямой, и заставляло их снова сталкиваться с другими лошадьми. — Ааааааааа!!! — Фух! Мне удалось уклониться от них! — Вы видели мои потрясающие навыки падения? Те, кому удалось благополучно приземлиться на землю, были весьма горды собой, уклоняясь от падающих на них сверху. — Глупцы, я первый! — Эй! Остальные, кто еще мог держаться за поводья, перепрыгнули через них и продолжили преследовать меня. Если бы это были парни, которых я знал, я бы подумал, что в момент падения они не смогут думать ни о чем другом. Но они умудрились даже не потянуть друг друга вниз... Конечно, их было всего несколько человек, но все же. Чему, черт возьми, их учили в императорском дворце? Я был очень рад, что Ремембер снабдил меня достаточным количеством стрел. Похвалив дворецкого за отличные приготовления, я снова натянул тетиву лука. *** Деон Харт покинул особняк графа по тайному приказу Императора. Во время разговора герцог Стейв Иллюстер, узнавший эту новость от своего информатора, взглянул на стоящего перед ним человека. Он сообщил им эту информацию. Если его предсказания окажутся верными, их реакция будет... — Вы сказали "Деон Харт"? Я обязательно узнаю, куда он направляется на этот раз. Также… — Да, нам нужно, чтобы за ним кто-то следил. — Мы не можем беспокоить Вашу милость подобными вещами. Мы столько раз были под вашей опекой, так что на этот раз мы подготовим кого-нибудь. Герцог изогнул глаза в ожидании ответа, темно-фиолетовые радужки спрятались за веками. — Спасибо. Не помню, чтобы я когда-нибудь делал что-то, заслуживающее таких слов. — Теперь, когда вы так говорите, у меня нет никаких вопросов. Кстати... Меня уже давно беспокоит вопрос, могу ли я спросить, как вы получили эту "рану на шее"? — ...А. Он рефлекторно провел рукой по забинтованной шее. — Ничего особенного. Это был просто маленький ребенок, который закатил истерику. — У вас были племянники? — О, ну, не только это, но и то, о чем мы говорили ранее... Продолжать разговор о таких пустяках не было смысла, поэтому герцог открыто сменил тему. Другая сторона была не особенно против и просто смирилась с этим. — А и еще, что вы имели ввиду о заявлении императора о завоевании всего континента? Я не сомневаюсь в Вашей Светлости, но могу я хотя бы спросить, почему? — Почему вы говорите нам ничего не делать? Когда человек, сидевший напротив герцога, спросил о причине, он поправил свою позу, словно готовясь выслушать его как следует. Возможно, он не зря был лидером Революционной армии. Тяжелая атмосфера, свойственная тем, кто привык руководить людьми, заполнила комнату. К подобной атмосфере он привык, достаточно часто встречаясь с императором. Сузив глаза на уникальную атмосферу вокруг, которую он не мог получить, как бы ни старался, герцог вскоре улыбнулся и заговорил мягким голосом. Словно пытаясь вернуть утраченный импульс, атмосфера, присущая герцогу, медленно, но, верно, начала проникать в комнату. — Революционная армия не должна предпринимать никаких серьезных шагов, пока император не захватит хотя бы половину континента. — То есть как, почему?! — Как только война достигнет кульминации, то есть такого момента, когда император уже не сможет остановить войну своими силами, тогда и наступит время. Тот, кто занимал пост главы Революционной армии, не мог позволить себе быть идиотом. Поэтому этот человек, Дэниел, просто закрыл рот. К тому времени, когда Империя поглотит половину континента, другие королевства, несомненно, сделают свой ход. Даже если они не были некомпетентны в чтении потока, и даже если они обычно оставались неподвижными, они начнут двигаться, как только ситуация достигнет этой точки. Они почувствовали бы угрозу, в конце концов. Они уже не смогут оставить ситуацию в покое. Это означало, что, даже если император решит отступить, потому что почувствует себя достаточно удовлетворенным результатом, он не сможет сделать это - по крайней мере, не так легко. Чтобы восполнить потери в предыдущей войне, император взял с собой почти все свои войска, за исключением самого необходимого минимума для защиты дворца. В этот момент, даже если бы Революционная армия разгулялась в Империи, они не смогли бы так легко покорить ее. Ведь для этого не хватило бы людей. — ...Как и ожидалось от Его Светлости. Прошу простить мою грубость. Дэниел, убежденный его словами, отступил назад, и Иллюстер тут же сделал свой ход. Один из членов Революционной армии уже должен следовать за Деоном Хартом. Было бы неплохо, если бы они добились успеха, но Император не может быть так прост. — Вы сказали, что он только что ушел? К нему наверняка прилепили какое-то сопровождение. Разберитесь с ним и возвращайтесь. Вы должны вернуться сразу после того, как разберетесь только с ним. Не следуйте за почетным графом Хартом. Он не говорил Революционной армии не двигаться без причины. Люди, преследующие Деона Харта, скоро встретят свой конец. Хотя ему и было жаль солдат, которые вскоре потеряют свои жизни, не было причин препятствовать этому. Его целью было подставить под удар не кого иного, как самого императора. «Он будет очень расстроен, если человек, которого он послал сопроводить Деона, не вернется, верно?» Не имело значения, жив он или умер. Если бы он выжил, это означало бы, что он предал его, а если умер, значит, он сделал это после того, как закончил свою работу, а может, и раньше, и т. д. Герцог улыбнулся при мысли о расстроенном императоре и протянул приказывайте "Круэлу". — Если вы пойдете по следам Революционной армии, то найдете того, кто по приказу императора позаботится о безопасности Деона Харта. Убейте его, а после этого, если сможете, отправляйтесь за Деоном Хартом. Проверьте, куда он направляется, и возвращайтесь. Бах! Найти "человека, который следил за его безопасностью", было не так уж сложно, ведь в данный момент он занимался убийством членов Революционной армии. Круэл, убивший человека в маске по приказу герцога, поднял голову. В результате кровь, забрызгавшая его щеку, скатилась по челюсти и упала на землю. Однако его взгляд был прикован к одному месту. Вдалеке виднелся Деон, уходящий в лес после того, как он вернул лошадь, на которой ехал. Он боялся, что лошадь оставит слишком много следов? Круэл, долгое время смотревший ему в спину, ступил в лес прежде, чем Деон полностью исчез в море деревьев. Когда расстояние между ними стало достаточным, чтобы Круэл смог разглядеть Деона, его тоже поглотил лес. Сколько времени прошло с тех пор? ... Из леса вышел Круэл. Выражение его лица и поведение были такими же, как обычно. Зеленоглазый мужчина, не выдавая своих мыслей, на мгновение оглянулся на лес, из которого он вышел. Он слегка повернул свое тело. Он нашел и сел на свою лошадь, которую привязал к дереву неподалеку, и помчался к месту, куда ему велели вернуться. Возможно, из-за того, что наступила осень, вокруг него дул резкий ветер. — Ты здесь. Тебе удалось обо всем позаботиться? — Да. — Тогда ты выяснил, куда направлялся Деон Харт? — ... — ... — ...К тому времени, как я обо всем позаботился, Деон Харт уже ушел. Мои извинения. *** — Он ушел. — Да. — Он действительно ушел. — Он оставил нас. — Он даже поставил мне синяк на лоб! — Когда ты так хлопаешь губами, кажется, что у тебя полно времени. Давай добавим еще десять кругов вокруг тренировочной площадки. — Капитан! — Мы умрем! — Заткнись! Каждую секунду, когда я вижу, что ты говоришь, я добавляю еще десять кругов, так что заткнись и беги! Риенн, которая заткнула рыцарям рты своей свирепой, спартанской манерой, вздохнула и посмотрела на пасмурное небо. Темное небо, с которого в любую секунду мог обрушиться дождь, казалось, отражало ее мысли, делая их еще более мрачными. Она снова вздохнула, опустив голову. Однако несмотря на то, что она чувствовала себя подавленной, ее глаза по-прежнему сияли решимостью и казались торжественными. Лорд уехал, даже не попрощавшись с ней. Наверное, потому, что она все еще была слишком ненадежной. Это означало... «Мне придется стать еще более надежным рыцарем, прежде чем мы встретимся снова». Твердая решимость рыцаря, за которой никто не наблюдал, беззвучно развеялась по ветру. *** Церковь спасения рухнула. Спасения не было. Сия сидела перед пустым участком, где после полного сгорания церкви остались лишь ее остатки, и безучастно смотрела в пространство. Как будто представляя себе Церковь спасения, когда она еще была в порядке, оба ее глаза словно потеряли фокус. «Кап. Кап-кап». Холодные капли дождя мочили её тело. Дождь, начавшийся с одной-двух капель, вскоре превратился в сильный ливень, который яростно бил по ее телу, словно пытаясь привести ее в чувство. Даже под проливным дождем Сия не могла так просто выйти из того состояния, в котором находилась. Церковь спасения должна была стать ее первым и последним убежищем. Подумать только, раньше существовал мир, в котором постоянно раздавали теплый хлеб и чистую воду, и не нужно было опасаться никого вокруг. Казалось, что она видит мимолетный, теплый сон. Если бы это действительно был сон, ей было бы легче. Сейчас же, сидя перед останками, Сия чувствовала еще большее отчаяние, словно они говорили ей, что это был не сон. Теперь она не могла даже мечтать об этом. Она больше не хотела ничего делать. Она просто хотела остаться здесь и умереть. Перед глазами этого ребенка, который все бросил, кто-то остановился. — Сия. — ... — Как долго ты собираешься оставаться в таком состоянии? — ... — ...Сия, пожалуйста. «Просто ответь мне». Сдавленный голос прозвучал скорее, как мольба. Посмотрев на молчавшую Сию, Пол с мрачным выражением лица схватил её платье за бедра. Его охватило чувство сожаления. Ему не следовало знакомить её с Церковью спасения. Возможно, было бы лучше, если бы они просто продолжали свою жалкую жизнь. Такие бессмысленные предположения неотступно преследовали его. «...Нет, это не то». Приспешники Дьявола, Деон Харт или Император!.. Да, если бы не Император... Если бы он не вмешивался без нужды, ничего подобного никогда бы не случилось. В конечном итоге все это произошло из-за императора. Проблема была в тех высокопоставленных людях, которые неуклюже решили вмешаться, ничего не зная о трущобах. В глазах Пола вспыхнула ярость. Эта ярость становилась все глубже и глубже, превращаясь в яростную ненависть, а вскоре застыла в холодном чувстве долга. — Я вступлю в Революционную армию. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Вращающееся колесо (4) Только услышав это, Сия подняла голову. Пол, который смотрел на нее, тут же закрыл рот, столкнувшись с ее пустыми глазами, которые, казалось, даже не смотрели на него, и натянул искаженную улыбку. Вскоре из его уст вырвался яркий тон. — Пойдём со мной. Будьте дружелюбны, но не привязывайтесь, не так ли? Пол ухмыльнулся, вспомнив это негласное правило, распространенное в трущобах. «Слишком поздно». Впервые он нашел в трущобах ребенка младше себя. Сначала он подошел к ней из любопытства и невинного интереса, но вскоре этот интерес перерос в некое чувство, которое крепко засело в уголке его сердца. Ему стало интересно, так ли относятся к младшим братьям и сестрам. Пол даже не успел определить, какие эмоции он испытывает по отношению к ней, как инстинктивно понял, что это что-то невероятно опасное. Из-за этого он держался от нее на расстоянии. Усвоив правило, что нельзя ни к кому привязываться, он лишь постоянно крутился рядом с ней, помогая, когда ей грозила опасность. Но что в этом хорошего? Теперь он знал, что это за чувство. Он привязался к ней еще до того, как смог отдалиться. Теперь у него не было больше причин отталкивать ребенка. Поэтому он обратился к Сии. — Пойдем вместе, Сия. — ... — Пожалуйста. Ответа он не получил. Постояв некоторое время, Пол снова медленно убрал руку, выражение его лица стало жестким. Он опустил голову, чтобы скрыть свое выражение лица. Только по прошествии нескольких секунд ему удалось медленно разжать губы, которые он кусал от досады. — ...Отлично. Живи так и дальше. Если ты так хочешь, это твое дело. Он не мог повысить на нее голос, поэтому он звучал монотонно, как будто пересказывал свои слова. Закончив говорить, Пол повернулся. Он ушел так же сердито, как и в недалеком прошлом. Однако, в отличие от того раза, Сия не погналась за ним, и он не вернулся, чтобы поддержать ее. Медленно пройдя некоторое время, Пол остановился перед мужчиной. Он уставился на кончики своих ботинок, рот его был плотно закрыт, когда над его головой раздался дружелюбный голос. — Ты пришел один? Я думал, ты хотел взять с собой сестру? Он не был невосприимчив к ласке, поэтому не мог не поднять голову. По его лицу текли слезы, как будто веселый голос, который он только что произнес, был полной ложью. Хлюп... — А-а-а... Прозрачная жидкость стекала к его ногам. Удивившись, Дэниел быстро достал носовой платок и вытер им лицо Пола. Какое жалкое зрелище - ребенок беззвучно плачет, не в силах издать ни звука. Сколько же ему пришлось пережить в этом мире? — Прости. Прости. Я сказал что-то не то. У меня сорвалось с языка. Я не должен был задавать тебе этот вопрос, не так ли? Хлюп! — Все хорошо, все хорошо... Он медленно погладил ребенка по спине, словно ему было непривычно чужое тепло. Как раз в тот момент, когда ему показалось, что его действия не дали результата, дрожь ребенка постепенно утихла. — Да, да. Все будет хорошо. Хлюп! — Какая разница, что твоя младшая сестра не захотела идти с тобой? Ты можешь стать настолько сильным, что сможешь защитить ее. Что скажешь? — ...Да... Он ответил очень слабым голосом. Посмотрев на лицо Пола, чтобы убедиться, что он все еще не успокоился, Дэниел наконец сделал шаг назад и улыбнулся. Казалось, что стыд настиг его с запозданием. Еще раз оглядев свое красное лицо, он изо всех сил старался сдержать смех, когда снова заговорил. — Ну что, пойдем обратно? *** Как обычно, Риринелл, Командир Одиннадцатого Корпуса армии Короля Демонов, сидела на вершине стены под темным небом, украшенным тремя лунами, и мрачно покачивала ногами. К несчастью для заместителя, в данный момент её недовольство достигло своего пика. В то время как все, кого она не хотела видеть, вернулись, тот, кого она ждала, так и не появился! Люди приходили и уходили через вход в замок Короля Демонов довольно редко, и это всегда было что-то запланированное. Если в замке был незапланированный вход, это означало, что к ним пришел либо незваный гость, либо кто-то, занимающий достаточно высокое положение, чтобы иметь право входить в замок Короля Демонов по своему усмотрению. Примером такого человека с высоким положением может быть Командир Нулевого Корпуса. Поэтому всякий раз, когда она чувствовала реакцию барьера, установленного вокруг замка Короля Демонов, она быстро бежала к нему... «Командир Девятогого корпуса Тровер и Командир Пятого Корпуса Орел. И Дерниван, заместитель Орела... Вот и все». Сначала она была разочарована. Но потом разозлилась, когда Тровер сказал, что пройдет сквозь стену с помощью магии, а на самом деле он пробил ее своим телом. Проклятье. Как это можно назвать магией?! Он просто сломал его силой! Я была уверена, что сказала ему идти вперед и попробовать, сможет ли он прорваться через ее барьер, использовав эту свою магию! «Орел снова принесла что-то странное, и я убежала, прежде чем она успела со мной заговорить». Конечно, хорошо, что она хотела поделиться интересной информацией, но если хоть один факт окажется неверным, она будет пересказывать всю историю снова и снова. Кроме того, разговоры с ней были бесконечными. «Дерниван также не знает, как с ней поступить». «Ах, я хочу увидеть сэра Деона...» Много времени она провела, безучастно глядя в ночное небо, размышляя о Деоне. Однако внезапно Риринелл широко распахнула глаза и вскочила на ноги. Она чувствовала реакцию. На севере! Место, где она сейчас находилась, примыкало к западной крепостной стене, так что это было не так уж и далеко. Почувствовав, что в ней снова зажглась маленькая искорка надежды, даже после стольких разочарований, Риринелл схватила лежащую рядом метлу и спрыгнула со стены. Порыв ветра встретил ее, когда ее крошечное тело с ужасающей скоростью приблизилось к земле. Не успев упасть на землю, она вскочила на метлу и, быстро вращаясь, взлетела вверх. «Да, Его Величество действительно отругал меня за слишком безрассудное использование магии». Когда она пошла поприветствовать Орела и Тровера, то тоже подлетела к ним, за что была отругана. Реакция барьера ощущалась не только заклинателем, но и охранниками. И если бы она подождала еще немного, они бы сообщили о личности человека. Она не хотела использовать магию только для того, чтобы узнать самой. Магия нарушила правила мира. Не в силах терпеть существ, так открыто нарушающих его правила, мир отправил Героев. В конце концов, чем больше магии человек использовал, тем ближе было время рождения Героя. Однако только Король Демонов знал, сколько времени осталось до этого момента. Возможно, он чувствовал, как она сокращает время, просто используя подобные заклинания. Вспомнив холодное выражение лица Короля Демонов, Риринелл вздрогнула и снова выпрямилась, как будто ничего не произошло. «Вот почему я теперь использую эту метлу как средство передвижения!» Если бы кто-то другой был демоном, разве Король Демонов не отпустил бы его с крючка? Размышляя о разных вещах, она добралась до северных ворот. Выйдя из замка Короля Демонов через северные ворота, Риринелл деловито оглядывалась по сторонам в поисках человека, на которого среагировал барьер. Ей не пришлось долго бродить по городу. Она увидела, как кто-то идет к воротам замка по прямой линии со стороны леса. Хотя на нем не было символичной черной мантии, а скорее обычная одежда путешественника, она сразу узнала человека по внешнему виду. То же самое касалось и охранников. — Ничего не говори мне... — Не паникуйте и не нервничайте! Если мы допустим хоть одну ошибку, то умрем сегодня. Было не мало стражников, погибших из-за того, что во время проверки они обидели командира корпуса. Общаться с командирами корпусов было достаточно сложно, не говоря уже о Командире Нулевого Корпуса, о котором у них было меньше всего информации. Конечно, это было лишь их предположение, основанное на одежде, которую он носил, но их жизнь была слишком ценной, чтобы ставить все на одну-единственную слабую надежду. Если этот человек действительно окажется Командиром Нулевого Корпуса, они смогут сделать только одно, поскольку не имели ни малейшего представления о том, как правильно с ним обращаться. — Действуйте тактично! Они должны строго следовать правилам, чтобы не попасть впросак. А если во время осмотра он проявит хоть малейший дискомфорт, они просто отпустят его. «И все же, пожалуйста, кто угодно, только не Командир Нулевого Корпуса». За это время человек прошел перед стражниками, сняв капюшон своей мантии. И вот так их простое желание было жестоко разбито на мелкие кусочки. В лунном свете он показал свои белые волосы, а кроваво-красные глаза смотрели на них. Хотя они никогда не видели его раньше, его внешность была им знакома. Даже когда он был в царстве демонов, он обычно оставался только в замке, так что не так уж много людей встречали его лично. Но кто бы не знал, как он выглядит? — Сэр Арут. — Да это я. Командир Нулевого Корпуса, Сэр Арут. Вернулся объект, вызывающий уважение и страх у каждого демона. А в воздухе раздавался чей-то беззвучный крик. «Сэр Деееоооооннн!!!» *** Когда я уезжал, у меня возникли проблемы с этими “бешеными собаками”, но мне удалось благополучно добраться до замка. Как и ожидалось несмотря на то, что командиры корпусов регулярно прореживали популяцию монстров, я все равно столкнулся с их большим количеством... Кончики моих пальцев коснулись метки на ключице, рядом с шеей. Магия отслеживания местоположения, которую Король Демонов наложил на меня лично. Из-за заклинания, наполненного магической энергией Короля Демонов, монстры сами избегали меня, так что это можно считать неким странным пропуском. «Кстати, мне кажется, я чувствовал на себе чьи-то взгляды еще до того, как попал в царство демонов...» Район за моей спиной также казался несколько шумным... «Это просто мое воображение?» Вероятно, мне показалось, что я плавно переместился в замок. Я уже давно не был в царстве демонов, так что, скорее всего, просто сильно нервничал. Я так нервничал, когда встретил тех охранников, что в итоге даже заговорил с ними вскользь. К счастью, они, кажется, ничего не заметили... Я так невероятно нервничал. Просто говорить с ними без дрожи в голосе было моим пределом. Царство демонов, к которому я едва успел привыкнуть, после пребывания в Империи снова показалось мне неуютным. Нет, оно снова показалось мне пугающим! «Вероятно, мне понадобится еще немного времени на адаптацию, так что я должен позаботиться о том, чтобы пока не сталкиваться с командирами корпусов». — Сэр Дееееоооон!!! И-ик! Это меня напугало! С неба упала маленькая девочка с метлой. Увидев это знакомое лицо, я почувствовал себя довольно расстроенным. Почему? Потому что, если мне знакомо лицо демона, значит, он опасен. «Нет, здесь нет демонов, которые не были бы опасны с самого начала». Командир Одиннадцатого Корпуса, Риринелл. К счастью, это был командир корпуса, которого я боялся меньше всего, поэтому, увидев ее, я открыл рот, как ни в чем не бывало. — Давно не виделись. — Да! Давно не виделись! Хоть и поздновато, но я слышала, что вы не только отлично защитили город, в который вас отправили в прошлый раз, но и уничтожили всех монстров! Как и ожидалось от вас, сэр Деон! — А... Да. Я слышал об этом. Однако я полностью потерял память о том времени. Я много выпил, потерял сознание, а когда снова пришел в себя, то от волнения закашлялся кровью. По словам Эда, моего заместителя, и Бена, моего доктора, на меня напал монстр, когда я пробирался через них, и пролетел около двух метров. — Ах, да! Вы не ушиблись? — Что...? — Я имею в виду... Я очень волновалась, потому что ожерелье, которое я подарила вам в прошлый раз, сломалось. Но я рада, что вы в безопасности. — Да, спасибо... А его нет… — Ожерелья? —… — А-а-а! Конечно, я никогда не сомневалась в силе сэра Деона... Я просто... — Нет, я просто поте... Теперь я думаю, что в какой-то момент ожерелье, которое подарила мне Риринелл, исчезло, не так ли? Оглядываясь назад, можно сказать, что это произошло еще до того, как я вернулся в Империю... Когда я отправился на границу с империей из-за слухов о появлении нового Героя. Казалось, я потерял голову в той суматохе. Но оно сломалось? Разве она не говорила, что ожерелье хотя бы раз спасет мне жизнь? Значит, оно не могло так легко сломаться. ...В любом случае, это было лучше, чем сказать ей, что я потерял его. — Это было очень полезно для меня. Спасибо. — Да... О, нет-нет-нет! Я-Я-Я-Я! Я сделаю вам еще одно! Просто дайте мне знать, когда я вам понадоблюсь! Что за...? Как страшно. Кажется, я сделал шаг назад, не заметив, как Риринель, на лице которой появилось разгоряченное выражение, быстро взяла эмоции под контроль и, прокашлявшись, сменила тему разговора. — Как прошла ваша миссия? Мне просто интересно, как она прошла. Я не пытаюсь узнать, что это было или... — Изнурительно. — Простите? Это было крайне утомительно. Особенно зачистка церкви Спасения. Это было действительно ужасно. — Я столкнулся с людьми, которые создали фальшивую религию. Несмотря на то что они что-то замышляли, люди все равно слепо верили в эту религию. А разве у демонов вообще есть понятие религии? Демоны абсолютно верили и следовали за своим создателем, Королем Демонов, хотя... То, что я вернулся в царство людей, не было секретом, и это не имело особого значения, пока никто не узнал о содержании моей миссии. Но мне было лень все объяснять. Однако не так-то просто было просто игнорировать вопросительный взгляд ребенка. В конце концов я просто объяснил ей все самым простым и понятным способом, на что она кивнула, подняла голову и заговорила. — А... Это очень глупо. Я лучше буду верить в сэра Деона, чем в эти бессмысленные вещи... — Точно... Что?! — Теперь, когда я думаю об этом, разве это не хорошая идея? Деонизм... Церковь Деона... — Что...? Казалось, она бормотала какие-то очень зловещие вещи. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Снова в мир демонов (1) — Риринелл… — О да! Это пустяк, сэр Арут! — Не похоже, что это пустяк... — Хехе, но что это тогда? — ... — О, конечно, если это связано с миссией, ты не должен ничего говорить!.. Я не собираюсь молчать об этом прямо сейчас, не так ли? Но что я могу сделать против командира корпуса? В конце концов, я вздохнул и распаковал багаж, который нес с собой. Честно говоря, я был очень удивлен, когда распаковал свой багаж, чтобы достать еду. Что же, черт побери, делал Ремембер?.. — Ого, это печенье?! Я никогда не видела ничего подобного! Он даже положил мне несколько симпатичных сувениров. За исключением формы, это печенье можно с легкостью съесть даже в замке Короля Демонов. Глаза Риринелл блестели, когда она смотрела на меня, как будто ее завораживает тот факт, что она видит печенье впервые. Ну, не то, чтобы я не понимал такой реакции. Наверное, да. Это очень красивое печенье в форме цветка, которого не существует в мире демонов. Чтобы получить хоть какую-то поблажку, я протянул пакет с печеньем Риринелл. — Это подарок. — О?.. Правда?! Спасибо! В такие моменты я действительно чувствую себя беспомощным ребенком. — Боже мой, какой подарок!.. Я никогда не думала, что в моей жизни наступит такой день... — ?.. Хотя иногда кажется, что я говорю странные вещи. Она выглядела такой чистой и счастливой, что трудно было поверить, что она - командующая армией Короля Демонов. Она достала печенье и положила его в рот, а затем начала идти. Приближенные привратники не спускали с нас глаз. Возможно, не из-за меня, человека, не обладающего магической силой, а из-за Риринелл. Хотя на первый взгляд она кажется ребенком, на самом деле она - командир корпуса. Я, верный своему намерению покинуть это место, заметил, что Риринелл немедленно последовала за мной. — Ты идешь прямо к Королю Демонов? — ...Думаю, да. Я не хочу идти, но что поделать? У меня нет другого выбора, кроме как идти. Риринелл, не подозревая о причинах моей медленной скорости, лучезарно улыбнулась и кивнула, как будто все прошло хорошо. — Я проведу тебя кратчайшим путем! *** В отличие от других садов замка Короля Демонов, доступ в центральный сад всегда закрыт. Туда могут попасть только Король Демонов, командир корпуса и те, кому разрешил сам Король Демонов. Однако уже давно кто-то посещал центральный сад, который был заброшен, потому что ни Король Демонов, ни командиры корпусов не посещали его часто. — Империя напала на Королевство Иреон? — спросил Король Демонов, усаживаясь перед столом в центре сада и лениво прихлебывая чай. — На этом дело не остановится. Цель Императора - завоевать весь континент. Королевство Иреон - лишь краеугольный камень для этого. Ответил мужчина с золотыми волосами, сияющими как солнечный свет, с заостренными ушами и чистой белой кожей. Сине-зеленые глаза смотрели прямо на Короля Демонов. Как и следовало ожидать, человек, стоящий перед тобой и не похожий на демона, представляет собой совершенно иную расу, нежели демоны. То же самое относилось и ко всем остальным. Расы, которые не являются ни демонами, ни людьми, а лишь фигурируют где-то в книгах. Позвольте мне пояснить одну вещь: первоначальное название этого места, где существует дьявол и где восходят три луны, - не Мир Демонов. “Царство демонов” - это просто название, данное потому, что демоны наиболее широко распространены и занимают наибольшую территорию. Давным-давно, еще до появления расы демонов... здесь жили многочисленные расы. Тогда это место называлось "Бездна". Название, которое, казалось, было забыто, до сих пор живо. Что это значит? В мире демонов, а точнее, в Бездне, еще остались другие расы. — Что тебе не нравится? Король Демонов слегка приподнял брови, поставив на стол глоток чая. — Не может быть, чтобы такое существо, как Король фей, проделал весь этот путь и солгал, так что давай поверим тебе. Но мне интересно, почему ты пришел ко мне и сказал это. Разве тебя интересует мир людей? — ...Не думай, что мы глупы только потому, что недавно сменили поколение. Мы несем ответственность за каждый клан. Мы знаем, что, как только империя завоюет континент, это местом будет следующим. Если быть точным, они будут нацелены на "демонов из мира демонов". Если люди начнут ступать сюда во имя истребления демонов, то это будет лишь вопросом времени, когда другие расы узнают об их существовании. В этом случае они станут следующими после демонов. С точки зрения Короля фей, который ценит течение мира и природу, он не может быть доволен демонами, которые являются не более чем "ошибкой мира", но стабильность клана важнее, чем его отвращение к ним, поэтому у него не было другого выбора, кроме как прийти сюда в таком виде. — Так мне что, не умирать? — Я хотел сказать, чтобы ты не причинял вреда моему клану, умирая без необходимости. Король Демонов захихикал, услышав холодные слова. Однако на мгновение смех пропал, и на весь сад навалилось сильное давление. — Ладно, это все хорошо, но не мог бы ты говорить более вежливо? Я знаю, что феи ненавидят демонов, но, несмотря на это, твое лицо бледно как молоко... 120-летний король фей, у которого с начала разговора побледнело лицо, слегка прикусил губу. Король Демонов, смотревший на него безэмоциональными глазами, повернул голову. Вождь гномов, королева русалок, королева вампиров. Вожди каждого племени, возраст которых составлял от 700 до 800 лет, боролись за выживание в условиях жесточайшего давления. — Поскольку я нахожусь в положении равного "вождя", мне не нужны никакие почести. Может, хватит говорить так нагло? В любом случае, в наши дни все... — ... Щелкнув языком и покачав головой, Король Демонов посмотрел на тех, кто не мог ответить из-за давления, и вздохнул: ...Вот и все. Что мы будем делать с детьми? Давление исчезло. Король фей нахмурился, словно его гордость была задета, но Король демонов сделал вид, что ничего не заметил, и встал. Есть более важная работа, чем обучение глупых детей. Ведь “он” только что появился. — Ты сказал, что империя напала на королевство Иреон, верно? Это хорошо. Выгравированная мной метка отслеживания местоположения сообщила, что "он" прибыл сюда. — Информатор, отправленный в мир людей, только что вернулся. — Я знаю этого "информатора". Как будто он не собирался так просто исчезнуть, Король фей сохранил свой дерзкий тон и продолжил/ — Он из людей. Он очень подходит для использования в качестве шпиона, но прежде я хотел бы отметить одну вещь… — Этому человеку можно доверять? — ...Ну... Неторопливо шагая, Деон вошел во входную дверь сада. Король Демонов улыбнулся, положив руку на дверь. — Пока он здесь. — ... — Он будет очень надежным. *** — Добро пожаловать. Несмотря на то, что я рад твоему приходу, я хотел спросить о многом. — Король Демонов приветствовал Деона с распростертыми объятиями, коснулся его ключиц, словно прикоснулся к нему, и, естественно, начал куда-то его вести. Ноги Деона послушно следовали за Королем Демонов, ощупывая пропавшее клеймо. В какой-то момент оно стала тоньше. Направление, в котором он шел, было не чем иным, как центральным садом. Центральный сад находится рядом с оранжереей, чтобы легко контролировать вход и выход посторонних. В отличие от других садов, доступ сюда контролируется, поэтому это место, куда даже сам дьявол не часто забредает. Деон, который с редким видом смотрел на спину Короля Демонов, тут же опустил глаза, ничего не сказав. В конце концов, в саду, куда он прибыл, Король Демонов предложил ему другой стул и тут же начал задавать вопросы. — Империя… и королевство Иреон. Я слышал, что на него напали. Цель Императора - завоевать континент, верно? Деон, который спокойно стоял, не садясь на стул, предоставленный Королем Демонов, и оглядывал различные расы вокруг себя, медленно кивнул: Да. Его не волновало, услышат ли они. Даже если была возможность поговорить, должна быть причина, по которой его привели сюда и задают вопросы в присутствии других. — Какой приказ отдал тебе император? — [Следить за дьяволом и не дать ему ввязаться в эту ситуацию]. — И? — Если Король Демонов решит начать войну, он велел мне вернуться, несмотря ни на что. — Хм, понятно. В любом случае, мы подождем и посмотрим, пока император не сожрет больше половины континента, так что сейчас не стоит обращать на это особого внимания. Король демонов, который притворялся обеспокоенным, поглаживая свой подбородок, вскоре поднял голову и встретился взглядом с Деоном. Характерные темные глаза Короля Демонов мягко изогнулись, и раздался дружелюбный голос — Ты хочешь сказать мне что-нибудь еще? — В человеческом мире была обнаружена магия. — А? Глаза Короля Демонов расширились, как будто он услышал что-то неожиданное. Деон мог легко прочитать эмоции, открыто проявившиеся в его широко распахнутых глазах. Недоумение. Именно так, недоумение. Вот и все. Чистое недоумение, без малейшего намека на "злость на то, что кто-то использует магию в мире людей". Деон, внимательно изучавший его, медленно открыл рот. Его красные глаза были устремлены прямо на Короля Демонов, а голос был спокойным, словно он ничего не заметил. — В одном здании использовалась магия, а не колдовство. — Правда? — ... — Хорошо. Позволь мне провести расследование. Стоп. Король Демонов спокойно протянул руку. Взгляд Деона был настойчивым, словно он что-то чувствовал, но с его плотно сомкнутых губ не слетало ни слова. Он не мог больше держаться, поэтому, в конце концов, Деон повернулся. Губы Деона, не размыкавшиеся до тех пор, пока он направлялся ко входу в сад, медленно разомкнулись, как только он оказался перед дверью. Из его неторопливо приоткрытого рта вырвалось нечто, совершенно не связанное с предыдущим разговором. — Движение его левой руки кажется неестественным, Бен. Осмотри его. Голос был очень дружелюбным. — ...Конечно. Красные глаза, смотревшие на него, послушно отвели взгляд. Не говоря больше ни слова, Деон открыл садовую калитку. Деон исчез, и наступила недолгая тишина. Нарушил его не кто иной, как Король фей. — Ты хочешь провести расследование? Холодный смех разогнал тишину и разнесся по всему саду. Тот, кто смеялся так холодно, что от него веяло холодом, посмотрел на Короля Демонов с прямым лицом, словно спрашивая, когда тот в последний раз смеялся раньше. — В мире людей. Кто еще может использовать магию? Демоны в основном следуют за Королем Демонов. Для них было бы абсурдом думать о чем-то нелепом и даже незначительном отклонении. — Ты, верно? — Говори с почтением. — Это так важно сейчас? — Но это не значит, что ты должен вмешиваться. — Разве ты не боишься будущего! Король фей не мог побороть разочарование и наконец закричал. Как человек, чутко ощущающий течение мира, он знал наверняка. Мир готовится. Рано или поздно мир пошлет героя. В отличие от предыдущих, он пошлет героя, который будет очень опасен для Короля Демонов. Нет, если он подготовился до такой степени, то может послать героя, который "точно убьет" его. Однако, Король Демонов может знать или не знать об этой ситуации. — Почему я должен бояться будущего? — ...Что? — Нет причин бояться. В любом случае, герой появится, и я встречусь с ним. Это то, что происходило до сих пор. Теперь нет причин бояться. — Ха... Раздался смех, но он был недолгим. Король фей с холодным лицом без колебаний встал. — Да, это не мое дело. Делай, что хочешь. Меня это больше не волнует. На этом встреча закончилась. «Мне это не нравилось, но я все равно считал, что это глава расы, которая выступает в качестве своего рода первой линии обороны. Я подумал о тех, кто ворвется сюда с мечом и вонзит его в сердце Короля Демонов». Король фей без колебаний покинул комнату, чтобы придумать решение. Остальные тоже послушно встали, ничего не говоря, хотя и выглядели недовольными, потому что Король фей уже сказал то, что они хотели сказать. — Пойдем. Надеюсь, мы правильно распорядимся монстрами. В последнее время они бродят рядом с нашей территорией. — ...Я позабочусь об этом. ————————————————————— Если нашли в главе ошибки — смело пишите о них в группу вк (@akumateamnovel). Спасибо, что прочли главу! ---------- Назад в мир Демонов (2) Я шел по коридору замка Короля Демонов к своей комнате. Несмотря на то, что я давно не был в замке Короля демонов, у меня нет намерения бесцельно бродить по нему. Было бы неприятно, если бы я бесцельно бродил по городу и наткнулся на каких-нибудь незнакомых парней. Например... — ...Демон ..Сэр? — Ах. Или Гиен. На мгновение воцарилась тишина, как будто время застыло. Вскоре, не в силах преодолеть неловкое молчание, я осторожно поднял руку, чтобы поздороваться, но… Лязг! Гиен безучастно уронил цветочный горшок, которую держал в руках, и вместо того, чтобы поздороваться, внутренне ужаснулся и был вынужден отступить на шаг. Гротескное растение извивается и умирает среди осколков цветочного горшка, издавая слабое — Кииииии! « … » Да, таков был Демонический Мир. Зачем я вернулся сюда ради какого-то богатства и почёта? Почему я не могу просто сбежать в мир людей? Я просто тупо смотрел на это, застыв на месте, как вдруг перед моими глазами возникла тень. — Ах, Демон-ним! Вы вернулись! — А, э-э… да. Я понимаю, что ты рад, но можешь, пожалуйста, избавиться от этого выражения лица? Сейчас явно что-то не сходится, верно? Когда я переводил взгляд с необычных растений на полу на яркое лицо Гиен, я впервые за долгое время был потрясен. — Кгух. В итоге я закашлялся кровью. — Эй, эй, Лорд Демон!! Гиен суетится. Он даже не решается прикоснуться ко мне, просто нервно ёрзает и ходит туда-сюда передо мной. Да. Если бы всё ограничилось этим, было бы не так плохо. Но проблема в том, что, — …Демон-ним? Мой адъютант Эдгар, проходивший мимо, заметил меня в этот день. — Демоооооон!! ... — Наконец-то я нашёл вас! Вы в порядке?! Почему мы должны были встретиться вот так…! Ах, сначала, я… я вас вылечу… Мой врач, Бен, поспешил ко мне. Когда-то тихие коридоры замка Короля Демонов внезапно наполнились шумом. Слуги, проходившие мимо, начали останавливаться, перешептываться и смотреть в мою сторону. Кто бы мог подумать, что такое «прекрасное» событие ждёт меня сразу по прибытии. « Ха-ха, чёрт. » Мне хочется провалиться сквозь землю. Но пик моего отчаяния наступил, когда Эдгар внезапно схватил Гиен за воротник. — Что ты натворил? Эй, зачем ты пристаёшь к этому бедному ребёнку? Он же ничего не сделал. — Прости... — !? За что ты извиняешься?! Видя, как Гиен мрачно опустил голову, словно искренне раскаивался, я даже на мгновение задумался, что же он мог сделать со мной. Но всё, к чему это привело, - к полной уверенности в его невиновности. — Эд- кгух! — Демон-ниим!! — Заткнись! Кстати, это было бормотание. Я забыл, что у меня во рту всё ещё была кровь, когда заговорил. По ошибке я её проглотил. И что же произошло? Кровь, прошедшая сквозь горло, пошла обратно и с очередным кашлем снова вытекла изо рта. Перед этой катастрофой, разворачивающейся у него на глазах, Эдгар отпускает воротник Гиен и в спешке подходит ко мне. И осторожно касается моей руки. — Не заставляйте себя стоять. Опирайтесь об меня. Дышите медленно. — Кхх… Фух. — Да, вот так… — …Кх. Ах, я с трудом успокоился. Мне кажется, я умру от стыда за то, что при нашей первой встрече показал себя с такой жалкой стороны. Из-за этого я не мог поднять голову и просто смотрел в пол, но Эдгар, наблюдая за мной, тихо позвал Бена. — …Бен, ты знаешь, в чём причина? — Всё как всегда, - Последствия. — Тск. Значит, ничего не поделаешь. — Да, раздражает, потому что я не могу точно определить, где, как и почему болит. Ну да… Раз уж ты одержим, ты и сам не знаешь, где, как и почему болит. — Эд, помоги Демону-ниму подняться. Остальное лечение нужно провести в комнате. — Что? А что ещё осталось? — О. Вы ещё и руку повредили. — ! Эдгар вздрогнул и отпустил руку, которую держал, поддерживая меня. В результате я потерял равновесие и пошатнулся, что заставило меня вздрогнуть. Он быстро протянул руку и подхватил меня за талию. Его руки, поддерживающие мою талию, дрожали. — Простите. Я случайно схватил вас за раненую руку или что-то ещё, что причиняет неудобство? Если так… Ну и что дальше? Внутренний голос подаёт тревожный сигнал. Предупреждение о том, что если я начну слушать сплетни, то, скорее всего, лишусь сна на всю ночь. К счастью, он схватил меня за здоровую руку, поэтому я быстро заговорил. — Нет. Ты схватил здоровую руку. Так что извиняться не нужно. — Ах…! — Слава богу. Тогда давай быстрее помогу тебе встать. Ты собираешься провести всё время здесь? Или всё-таки займёшься лечением Демона? — Разумеется! Простите, Демон-ним, прошу меня извинить. Бен роется в своей сумке, которую всегда носит с собой, ища что-то, а Эд, словно давно меня знает, продолжает поддерживать. А что насчёт Гиен? Бросив взгляд на Гиену, который выглядел мрачным и подавленным, Эдгар не упустил момента, схватил его и, оскалившись, повернул голову к Гиен. — Ещё увидимся. Нет, подожди… Он же ничего не сделал. … — Травма серьёзная? Эдгар и Бен помогли мне добраться до комнаты, проигнорировав мои уверения, что со мной всё в порядке, и усадили на кровать. Бен помог снять верхнюю одежду и задал вопрос. В этот раз моё желание раздеться самому тоже было проигнорировано. — Нет, всё идёт нормально. Лёгкая боль, которая иногда появляется - это то, что Демон-ним, скорее всего, просто проигнорирует, так что, если не делать резких движений, вы вряд ли что-то почувствуете… В середине этой фразы явно было что-то не так, но я не мог это отрицать. Бен на мгновение замер, расстёгивая рубашку и обнажая плечи. Его брови редко, но нахмурились. — …Есть еще что-то? — ... — Но почему тогда сигнал… Бен раздражённо посмотрел на магический камень, висящий у него на шее, какое-то время злобно сверлил его взглядом, затем пробормотал: — Ошибка? — и сменил тему. Когда я переводил взгляд с магического камня на камень маны, кто-то тихо пробормотал что-то вроде: — Наверное, показалось. — Но раз уж он сам не придал этому значения, я тоже просто проигнорировал. — Демон Лорд, перед тем, как вы сюда пришли, была битва? — А? Ну… Не думаю, что это можно назвать битвой… — Ах, хотя… кое-что похожее на битву было. — Как и ожидалось! Должно быть, она была ожесточённой… — Да… что ж… Ожесточённой — это мягко сказано. Для меня это действительно было сражением. Погоня с бешеными псами. Теперь, когда я вспоминаю, тогда я тянул тетиву как сумасшедший. В тот момент я был слишком поглощён происходящим, чтобы обращать внимание, но, учитывая, что у меня и так слабые руки, неудивительно, если рана только усугубилась. — Если бы Демон-ним вмешался лично, тот человек сейчас бы не выжил. — Возможно, от него остались бы лишь куски, разбросанные по земле. — Я также думаю. …Как, чёрт возьми, они меня воспринимают? Мучительная беседа этих двоих, продолжавшаяся даже в то время, когда я потерял дар речи, наконец подошла к концу, когда лечение было завершено. Бен, перевязывая новую повязку, легонько похлопал меня по плечу, словно давая совет. — Лечение завершено, но, думаю, лучше пока оставить повязку, чтобы не терять бдительность. Я свёл использование магии к минимуму, так что, если будете слишком резко двигаться, могут появиться побочные эффекты. — Да. — Тогда, пожалуй, я откланяюсь… Тук-тук. В одно мгновение все в комнате повернули головы в сторону двери. Даже я. …Странно. Почему звук стука в дверь кажется таким зловещим? Это Демонический Мир. В отличие от мира людей, здесь мало тех, кто приходит ко мне, но в то же время в Демоническом Мире бесчисленное множество существ. Именно поэтому всё становится ещё страшнее — даже предположить невозможно, кто стоит за дверью. Кто, чёрт возьми, это может быть? « Кто бы это ни был, это всё равно пугающий противник, с которым мне нужно быть осторожным… » Пока я рассеянно смотрел в одну точку, Эдгар слегка приоткрыл дверь и выглянул наружу. И когда я увидел, как его лицо мгновенно исказилось, словно он узнал, кто это, во мне возникло странное чувство облегчения. Если Эдгар может открыто морщиться без всяких последствий, значит, это кто-то более низкого статуса, чем Демонической Расы! Теперь, когда я думаю об этом… В голову приходит один кандидат. Неужели… — Что случилось, Гиен? Говорят, стоит только подумать о человеке — и он появится. Я напрягся, сосредоточившись на разговоре. Эдгар, осознав ситуацию, перестаёт говорить и просто выталкивает Гиен за дверь. Хотя его беспощадно вытесняли в коридор, не давая даже устоять на месте, Гиен, обладая твёрдой решимостью, наконец заговорил. — Я, я… — Уверен, что прежде у тебя есть кое-что, что нужно сказать мне. Эдгар так жестоко вытолкнул Гиен, что он беспомощно оказался в коридоре, даже не успев обменяться ни единым словом. Эм, умг, разве это не опасно? Судя по всему, Эдгар сдерживает себя. Не думаю, что он его убьёт, но Гиену и так никто в замке Короля Демонов не уважает. С моей точки зрения, как человека, все демоны одинаковы, но что насчёт этих инкубов и суккубов? Я поспешно открыл рот, опасаясь, что кто-то может остаться с парой переломов. — Прошу прощения, Демон-ним, всего на мгновение… — Эд. — Да? — Он не сделал ничего плохого. — А… Что-то не так с его реакцией. Это совсем не то, чего я ожидал. На всякий случай, из какого-то необъяснимого беспокойства, я добавил: — Правда. — …Да, я пока что понял. — Да… Но почему ты уходишь? Ты правда понял? Я уставился на закрытую дверь с тревогой в сердце, а Бен, закончив собирать свои вещи, отступил на шаг назад, держа свою сумку. — Как и ожидалось, Демон-ним обладает широкой душой. — Что? — Разве вас не беспокоит, что садовник могла бы сейчас умереть? — Нет, я же сказал, что он ничего не сделал… — Да, я знаю. Обычный садовник никогда не посмел бы навредить командиру. Он бы просто не смог этого сделать. Что, так ты действительно всё понимал? Но тогда почему… — Однако для другого командира увидеть его слабость - это уже повод для смертного приговора. — … — Потому что это не то, что осмелился бы увидеть инкуб. Боже мой. Я тихо впал в отчаяние от ответа, который превзошел все мои ожидания. Значит, теперь мне снова придется жить среди этих парней. — Тогда Эд… — Он, вероятно, уже знает. Он должен знать. Ему просто нужен был предлог. Предлог? Я быстро остановил себя, чтобы не задать вопрос рефлекторно. Подумал, что для моего же душевного спокойствия лучше просто не спрашивать. Но, несмотря на мои усилия, Бен любезно добавил причину. — С самого начала разве не абсурдно, что такая персона ошивается рядом с командующим 0-го корпуса? — … — Конечно, у Эда такой характер, что он никогда не ослушается приказов Демона-нима, так что, раз уж Демон-ним так сказал, я не буду его убивать или что-то в этом роде. Просто предупрежу, чтобы он больше не приближался бездумно. Никогда больше...? Гиен не приходит ко мне. Я на это и надеялся, но что-то кажется не так. Может, дело в том, что сам метод кажется неправильным? Бен нанес финальный удар мне, застывшему в этом странном ощущении. — Демона-нима это тоже не раздражало? — … — ...Извините, что беспокою вас, вы, должно быть, устали, проделав такой долгий путь. Я собираюсь уйти. После ухода Бена я медленно лег на кровать, оставшись один. В поле зрения появился знакомый потолок. Я устал. Я устал физически, но я также устал морально. Я поднял обе руки и вытер лицо. — О, правда.... Эд и Бен ошиблись. Дело не в том, что мне не нравится Гиен, а в том, что я его боюсь. Это племя демонов. Будучи слабым человеком, ни воином, ни героем, держащим фрагменты, я ничего не могу сделать. « Но всё же... » Я вспомнил Гиен, который подошёл ко мне с чистой добротой. Это была искренняя доброта, без скрытых мотивов. Конечно, для меня она казалась пугающей… но все же, в этом не было умысла. Прежде всего, когда Эд и Бен так обращаются с Гиен, их недовольство наверняка обрушится на меня. Злоба Демонов? Я не думаю, что смогу пережить что-то подобное. …Ах, я не знаю. Я скажу Эду позже, когда он будет в лучшем состоянии. Я ограничился лишь предупреждением держаться подальше, так что, думаю, нет необходимости немедленно вмешиваться. Но сейчас я просто хочу передохнуть. Не в силах справиться с моральным истощением, я глубоко вздохнул. Затем медленно опустил руки и посмотрел на потолок… « Чёрт. » Почему мир не дает мне покоя? Я боялся, что неосторожное движение может привести к тому, что меня порежут, поэтому осторожно скосил глаза, чтобы проверить клинок, вонзившийся прямо рядом с моей шеей, а затем снова посмотрел вперед. Передо мной стоял демон, сжимающий рукоять меча, и широко улыбался, словно был рад меня видеть. — Привет, Демон. — … — Как и ожидалось от демона. Вы хотите сказать, что на мой меч даже не стоит реагировать? — Девелания. — Да, я тоже рад нашей встрече. Не знаю, сколько времени прошло с нашей последней встречи- Командир 2-го корпуса, Девелания. Существо, которого я боюсь больше всего, приветствовало меня неторопливой улыбкой. ---------- Снова в мир демонов (3) Демон Арут. Никто не знает, кто он, как выглядит и чем занимается, но его имя широко известно во всем Демоническом мире. Если даже демоны из дальних регионов, не знающие друг друга в лицо, слышали о нём, то что уж говорить о « Замке Демона-Короля »? Движения того, кого считали вторым по значимости существом после Короля Демонов, не могли остаться незамеченными. Поскольку он редко двигался, даже малейшие его действия мгновенно распространялись по замку, и великая новость о его возвращении, естественно, дошла до ушей командующего 2-го корпуса, Девелании. — Ах, Сэр Арут вернулся? Я уже начала беспокоиться, ведь так давно его не видела, так что это хорошая новость. Кстати, я как раз заходила во второй город и купила кое-какую одежду. Как только эта мысль промелькнула в голове, я сразу же начала действовать. Девелания тут же принялась собирать вещи, которые даже не удосужилась разобрать, словно одержимая. — Это хорошая возможность поздороваться. Мне нужно отдать всю одежду, которую я не смогла передать из-за несовпадения по времени. Быстро собрав все « подарки для Сэра Арута», я без колебаний двинулась вперёд. ... Проникнуть в комнату Сэра Арута было не так уж сложно. Я прокралась внутрь через открытую дверь, пока его адъютант спорил с садовником. Я думала, что смог пробраться незаметно, но, похоже, Демон Арут понял всё с самого начала. Лежа на кровати, он прямо смотрел в потолок, где я скрывалась, а затем поднял обе руки и провёл по лицу, словно показывая, что не считает нужным со мной разбираться. Он не только спокойно продолжал лежать, но даже закрыл себе обзор. Как командующий 2-го корпуса, чья основная работа связана со скрытностью, проникновением и убийствами, я почувствовала укол гордости. Так что, сама того не осознавая, я позволила себе немного лишнего. Фью- Клинок бесшумно вонзается в постель. Точнее, прямо рядом с шеей Арута. Однако, не проявляя ни малейшего удивления, Арут медленно опустил руку, которой закрывал лицо. Его красные глаза скользнули по клинку, а затем быстро встретились с моим взглядом. На мгновение я замерла, уловив в его взгляде немой вопрос: « Что это? » Но вскоре я медленно улыбнулась и заговорила. — Приветик, Сэр Арут. *** — Я правда скучала. У меня много подарков для вас, но того, кто должен их получить, не было на месте… — … — Неужели мой клинок и правда не заслуживает даже реакции? Я ведь так усердно тренировалась. — … — А? Сэр Арут? Что вы сказали? — По… — По? « По… Помогите!… » Я с трудом удержался, чтобы не выкрикнуть это вслух. К счастью, я не закричал от неожиданности, но в результате моё сердце, казалось, замерло на мгновение. Чуть не умер от сердечного приступа. Глаза Девелании заблестели, как будто ее заинтересовали слова, которые она с трудом проглотила. Её томно опущенные глаза были полны интереса, который невозможно было скрыть. — Простите? Сэр Арут, что вы говорите? — … На мгновение меня поразила её настойчивость в таком пустяке, но прежде чем я успел ответить, Девелания хлопнула в ладоши, словно что-то поняла. — Ах! Вы имели в виду, что не могли почувствовать намерения убить? — …!? Нет, я ещё ничего не сказал. — Но как я могу осмелиться проявлять волю к жизни? В тот момент, когда я это сделаю, вы тут же попытаетесь меня убить. — … — Не то чтобы я особо держалась за свою жизнь, но мне всё же больше нравятся умеренные демоны. Хотя агрессивные демоны тоже по-своему круты. Не знаю насчёт извращенца Силуа, но я предпочитаю спокойных мужчин. Я понятия не имею, о чём она вообще говорит, но точно понял одно — Силуа извращенец. Можно ли так спокойно называть командира 7-го корпуса извращенцем? А если из-за этого начнётся новая драка между командирами? Хотя, конечно… Силуа и правда извращенец. — Ах, но помимо этого, я тут и там ходила и купила много одежды, которая подошла бы вам, Сэр Арут. Но ты, кажется, такая же извращенка, как и он. Твой взгляд сейчас точно такой же. Я медленно поднялся, отворачивая глаза, чтобы не встречаться с её ослепительно ярким взглядом — это было слишком неловко. Я бы убежал, если бы мог, но, случайно или намеренно, Девелания перекрыла мне путь к быстрому отступлению. Поняв, что бессмысленно сопротивляться, я просто взял протянутую коробку. Ну, это ещё нормально. Обычно она возвращается с целой горой одежды и складывает её в углу комнаты. — Конечно, это ещё не всё. Я просто дала тебе вам, что мне понравились больше всего, а остальные сложены вон там, так что сначала примерьте эти, а потом обязательно примерьте все остальные. — … Где она вообще это всё разместила? — Да, не могла же я принести тебе только один наряд. Какая же я была наивная. Я подавил вздох и открыл коробку. Внутри лежал свободный, струящийся наряд синего цвета. — Это… — Я слышала, что его создали под вдохновением от одежды южных регионов человеческого мира. Людей я не люблю, но их культура довольно интересная. — Однако… — Ах, кстати, верх и низ идут вместе, так что надевайте их сразу с брюками. — Я это понял, но… Этот дизайн я точно где-то видел, так что не уверен, правда ли, что он вдохновлён южной одеждой. Оно чуть-чуть отличается, но, кажется, называлось дурумаги? Но разве не упущен самый важный момент? — У тебя нет одежды, которую можно надеть под это? — Да, одежда для ношения под низ! Если вы обычно даёте комплектные брюки, почему бы не добавить что-то под низ? Насколько я знаю, это верхняя одежда. Она настолько изменена, что даже не имеет завязок, чтобы закрыть переднюю часть. Конечно, можно предположить, что он сам должен подобрать что-то для ношения под неё, но, пережив бесконечный ад переодеваний с Девеланией, я только покачал головой. Зная характер Девелании, если бы она дарила верхнюю одежду, то приложила бы и что-то под низ. Возможно… она просто забыла? — О, вот так это должно носиться. — …Часто? — В человеческом мире, возможно, её носят иначе, но в мире демонов её носят вот так. Сумасшествие. — Ну, примерите? — Ах… Чёрт. Вот почему я избегал командира 2-го корпуса. Глядя на одежду в руках, я чувствовал, как по лицу стекает пот. Я не хочу это носить. Нет, даже если отбросить вопросы открытости и вкусов, я ни в коем случае не должен это надевать. Зная Девеланию, если я соглашусь хотя бы раз, она тут же начнёт примерять на меня всё, что только можно, утверждая, что мне это идёт. Всё закончится тем, что я снова окажусь втянут в поход за одеждой. Но передо мной стоял не кто иной, как командир 2-го корпуса. Я колебался, не решаясь твёрдо отказать. Кап. — Сэр Арут, это Эд. Командир 8-го корпуса и его адъютант запросили встречу. Что прикажете делать? — О! Как и ожидалось, Эд! Я обернулся к Девелании с улыбкой. Я не могу просто сказать ей « убирайся », но взглядом дал понять: у меня дела, срочно уходи, ты же сама слышала… — Тск. — …!? Она… Она только что цокнула языком…? Как только наши взгляды встретились, Девелания едва заметно улыбнулась, словно никакого цоканья языком и не было, и неспешно поднялась со своего места. Её взгляд резко метнулся к двери. Если бы не это пугающее выражение глаз, я бы решил, что мне просто послышалось — голос у неё был слишком ровным и тянущимся, как будто ничего не произошло. — К сожалению, похоже, примерку придётся отложить до следующего раза. — Это… верно. — Если вам не нравится дизайн, просто скажите. Позже мы вместе сходим во второй город и купим одежду, которая нравится Демону. — …Да. Никогда. Ничего. Не говори. Ни о том, нравится ли тебе, ни о том, не нравится. Тем временем Девелания подошла к двери, взялась за ручку и потянула её. Эдгар, который, похоже, уже готовился поздороваться со мной — ожидая, что я либо войду, либо выйду сам, он поднял взгляд… и тут же его зрачки расширились. — Девелания? — Привет? — Я не знал, что вы здесь. Простите, если помешал. — Нет, ничего важного. Дело командира 8-го корпуса куда важнее моего. Разве не так? — … Командир 8-го корпуса что-то ответил, но голос был слишком тихий, чтобы я расслышал. Да и если честно, меня больше интересовало не их присутствие, а то, что было за ними. … Как и ожидалось, его нет. Гиен нигде не видно. Эд, ты же не зарыл её в саду, да? — В любом случае, я пойду. Берегите себя. О, наконец-то она уходит. Убедившись, что Гиен за ними нет, я рассеянно перевёл взгляд… и в итоге просто уставился на них. Девелания прошла мимо командира 8-го корпуса, у которого за спиной болталось оружие, и ослабила ремни, удерживающие его на месте. Из-за этого два длинных окна, пересекавшихся вертикально, соскользнули вниз и легли горизонтально, широко перекрестившись друг с другом. Не заметив этого, командир 8-го корпуса шагнул внутрь. Щёлк. — Ах. Окно, ширина которого превышала дверной проём, оказалось прямо над входом. Командир 8-го корпуса застыл с одной ногой в воздухе, словно его схватили за шкирку. Его адъютант, наблюдая за этим со стороны, резко втянул воздух, словно ощутив приближающийся хаос. — Я… — О мой.. Командир 8-го корпуса тяжело опустился на пол. Он закрыл лицо руками и пробормотал таким голосом, словно рыл себе могилу: — Зачем я вообще живу… Я всего лишь глупый, никчёмный отброс… — Нет, лорд Хелл! Это ошибка, которую может совершить кто угодно! Да и вообще, вы носите с собой слишком много оружия… — Я даже не достоин дышать, таская столько оружия, с которым не могу справиться… — Да вовсе не это я имел в виду! Ох боже… — Я лишь создаю адъютанту лишние проблемы… — Нет, нет! У меня голова болит не из-за вас, Хелл, а потому что у меня хронические головные боли! Вы ни в чём не виноваты! …Почему эти двое устраивают такой цирк прямо здесь? Я безжизненными глазами уставился на происходящее передо мной. А затем подумал. « О чём говорили Эд и Гиен? » … Похоже, я тоже привык к этому безумию. *** Эд и Гиен не разговаривали так много, как надеялся Деон, и не было кровопролития, которого он опасался. Резкие слова Эда были направлены прямо на Гиен. — Так что никогда больше не приближайся к Демону-ним. Это был надменный голос, соответствующий первому кандидату на пост командующего. Гиен, молча слушавший эти слова из-за своего низкого положения, внезапно поднял голову. Когда их взгляды встретились, лицо Эдгара исказилось, и он рефлекторно отступил. На первый взгляд, его выражение и действия можно было принять за отвращение, но Гиен знал. Этот демон не ненавидит себя. Он просто патологически ‘избегает’ себя. « … Теперь, когда я думаю об этом. » Я встречался с ним бесчисленное количество раз и сталкивался с его враждебностью не меньше, но, кажется, никогда не ощущал от него ничего, кроме отвращения. « Почему? » — Что уставился? Глаза прочисти. И всё же, я не чувствую отвращения. Гиен, которого всю жизнь презирали за то, что он инкуб, живущий за счёт других, слишком хорошо умел различать ненависть, особенно направленную на него. Поэтому я набрался смелости и заговорил. — Ты ведь не ненавидишь меня, Эд? — ...! — Я уверен. Эд-ним не ненавидит инкубов и суккубов. Но почему… Угх! Ой, не то задел.. Инстинктивно я попытался схватить руку, сжимающую моё горло, но, осознав ситуацию, расслабил тело. Я выдохнул слабо, чувствуя удушье, и посмотрел в лицо тому, кто меня душил. Даже сейчас на его лице не было ни малейшего признака отвращения. Вместо этого там читались злость и… стыд из-за того, что не смог избежать того, чего хотел избежать? « Угх » Хватка становится сильнее. Я поднял этот вопрос, потому что думал, что, пусть он и не добрый человек, но уважает мнение Сэра Арута превыше всего. Я ошибся? В этот момент чья-то рука схватила Эда за плечо. ---------- Назад в мир демонов (4) — С такими темпами обвинят какого-нибудь невиновного демона. Они же знают, как сильно Сэр Арут дорожит этим инкубом. — …Бен. — Ты ведь и правда не собирался его убивать, да? Этот парень ничего плохого не сделал. — Где Сэр Арут? Сменил тему? Ну, по крайней мере, он не убил садовника. Убеждать такого, как он, бесполезно. Бен тяжело вздохнул, отбросив всякую вежливость. — Похоже, Сэр Арут не слишком этим доволен. — … — Когда я сказал, что не подпущу этого инкуба к нему больше, он, похоже, остался недоволен. Рука, сжимавшая шею Гиена, ослабла. Гиен осел на пол, держась за горло и кашляя. Не обращая на него внимания, Эд провёл рукой по волосам и раздражённо цокнул языком. Не обращая внимания на Эда, Бен опустился на колени перед Гиеном, приподнял ему подбородок, чтобы проверить его состояние. — …К счастью, серьёзных повреждений нет. Он отпустил его и встал. Бен взглянул на Хиена, который смотрел на него снизу вверх, и тихо усмехнулся. Безрадостный смешок развеял странную тишину. — Постарайся понять. У него плохие воспоминания, связанные с инкубами и суккубами. — Простите? — Бен. — Он не всегда был предвзят. Невероятно. Гиен с удивлением уставился на Эда. Демоны оценивают других по двум основным критериям: «сила» и «способ получения энергии, необходимой для жизни». Большинство демонов получают энергию с пищей, но есть те, кому не нужно ничего особенного делать, или кто добывает её другими способами. Метод получения энергии не имеет значения, но демоны, зависящие от других для поддержания своей жизни, презираются. « Отвратительные и низкие демоны, которые питаются за счёт других, едва выживая. Вот кто такие инкубы и суккубы... » Гиен наблюдал за раздражённым выражением Эда. Их взгляды встретились, и лицо Эда тут же перекосилось. Гиен проглотил слова, застрявшие у него в горле. ...По-моему, он вполне предвзят. — Ты, похоже, мне не веришь. — ...Я верю. Понимает он или нет, но верит. Это единственное объяснение тому, почему он раздражён, но не проявляет отвращения. « Значит... проблема не во мне, а в том, что я — инкуб? И это из-за личных чувств Эд-нима? » Тогда мне просто нужно избегать Эд-нима! Оптимистичный вывод был сделан. Если только Сэр Арут напрямую не прикажет мне держаться подальше, но он ведь сказал, что хочет продолжать встречаться со мной! Если бы Арут услышал это, он бы возразил: «Когда это я такое говорил?!» — подумал Гиен, испытывая новое чувство восхищения к Сэру Аруту. Разумеется, озвучить это вслух означало бы привлечь внимание, поэтому он предпочёл сохранить мысли при себе. В этот момент раздался взволнованный голос: — Бен, уйди… нет, не так. Ты, возвращайся. — Извините? — Садовник, ничего хорошего ты здесь не найдёшь, так что лучше возвращайся обратно. Они даже не взглянули на него, сосредоточившись друг на друге, но было ясно, что говорят именно с ним. Раз оба демона были единодушны, смысла оставаться не было. Всё ещё озадаченный их противостоянием, Гиен медленно попятился назад. Бен наблюдал, как тот удаляется, затем повернулся и встретился взглядом с тем, кто сверлил его глазами. — Какой пугающий взгляд. Ты и вправду мог бы попытаться убить меня. — Если бы ты сказал хоть слово больше — вполне возможно. — Больше? Например, спутать суккуба с инкубом и признаться в чувствах по ошибке… Бах! Место, где только что стоял Бен, теперь представляло собой воронку. — Заткнись. — …Это ведь не тренировочная площадка, да? Бен, успевший увернуться, пробормотал, глядя на разрушенный пол. Он встретился взглядом с Эдом. Его редко заливающееся румянцем лицо вызвало у Бена усмешку. — Успокойся. Ты вообще видел себя со стороны? — … — Жалкое зрелище. Теперь, когда ты знаешь, что Сэр Арут этого не хочет, ты понимаешь, что не можешь просто так расправиться с садовником. К тому же садовник ничего серьёзного не сделал. — … — Почему бы тебе не успокоиться и не вернуться на пост? К этому моменту весть о возвращении Сэра Арута, скорее всего, уже разлетелась по замку Короля Демонов. Посетителей будет немало. — … Это было чересчур. Он явно перегнул палку, растерявшись. Вспомнив инкуба, который был дерзким в самых странных смыслах, Эд тяжело вздохнул, ощущая себя жалким. Он знал, что садовник не сделал ничего плохого. Его просто раздражало то, что тот напоминал ему о самом позорном воспоминании в его перфекционистской жизни. Он хотел его избегать, но как адъютант Сэра Арута не мог себе этого позволить. Поэтому попытался избавиться от него при первом удобном случае. Он знал, что Сэр Арут не хотел полностью устранять садовника, но притворился, будто не знает этого, прикрываясь преданностью своему господину. Даже если отбросить личные чувства — само существование инкуба бросало тень на имя Сэра Арута, и это давало ему повод не колебаться. « Я не ожидал, что он скажет такое… » Он был адъютантом командира 0-го корпуса. Действовать во благо своего господина не должно было сопровождаться личными чувствами. Его нынешнее поведение — настоящая дисквалификация. Дойдя до этой мысли, Эд провёл рукой по лицу, стараясь взять себя в руки. « Надо возвращаться. » Даже если когда-то инкуб обманул его, скрыв свой пол и играя с его чувствами, даже если распространил его признание и сделал его посмешищем — это было в прошлом и не имело отношения к садовнику. Забудь. Чем больше он реагирует, тем нелепее выглядит. Он ускорил шаг, думая о том, что Демон-ним ждёт его — как всегда. Эд столкнулся с командиром Восьмого корпуса прямо перед покоями Деона. — Не стану ли я… помехой для времени, проведённого с Сэром Арутом…? — О чём вы говорите! Хелл-ним — полноценный командир корпуса! В прошлый квартал я так и не смог как следует поприветствовать его, так что теперь обязан это сделать! — Но… Кварталом называли период, когда Сэр Арут уходил на задания и когда после этого оставался в замке Короля Демонов. У демонов с их долгими жизнями не было чёткого разделения времён года, а само понятие времени было расплывчатым, поэтому они делили периоды, ориентируясь на передвижения Сэра Арута. По их разговору Эд уже понял, кто перед ним. Тот самый командир корпуса, который в прошлый раз не поприветствовал Сэра Арута. Различное оружие было развешано по всему его телу, не только за спиной. И фигура с ног до головы была абсолютно чёрной. — Командир Восьмого корпуса? — ……! Как он и думал. Убедившись, что перед ним действительно командир Восьмого корпуса, Эд тут же поклонился. — Прошу прощения за запоздалое приветствие. Я — Эд, адъютант Сэра Демона Арута, командира Нулевого корпуса. Что привело командира Восьмого корпуса сюда? *** Командир Восьмого корпуса сидел, съёжившись перед дверью, с таким видом, будто хотел провалиться сквозь землю. Рядом его адъютант с энтузиазмом подбадривал его, в то время как Девелания, ставшая причиной всего этого, тихо посмеивалась. « …Хех. » Что за цирк. Я молча наблюдал за происходящим, после чего перевёл взгляд на Эда. Я надеялся, что он хоть как-то разберётся с этим бардаком, но Эд лишь опустил голову ещё ниже и не предпринял ни единого действия. « Ублюдок… » Это же он их сюда привёл. Я холодно посмотрел на него, а затем отвернулся. Сейчас важнее было разобраться с этим безумием. Хлоп. Я легко хлопнул в ладони. Словно по волшебству, все мгновенно обратили внимание на меня, и воцарилась тишина. Ну что ж… — И что это за бардак? — Бардак… то есть, нет, Король Демонов? Они вскочили от неожиданности. Что Король Демонов делает здесь?! И Лиринелль с ним. Сначала командир Второго корпуса, потом командир Восьмого корпуса, а теперь и Король Демонов с командиром Одиннадцатого корпуса. Что вообще происходит? — Д-Демон-ним… — ……? В отличие от беззаботного выражения лица Демона Арута, Лиринелль нервно ерзала, выглядя обеспокоенной. Чувствуя беспокойство и сам, я посмотрел на неё, и как только наши взгляды встретились, она вздрогнула и будто вот-вот заплачет. — Извините… За что? — Ах, это просто Лиринелль получила кое-что интересное. Печенье необычной формы. Король Демонов улыбнулся хитро, как лиса, и потряс чем-то в руках. В его руке был пакет с печеньем. Источник был очевиден без всяких вопросов. Но почему? Я ведь думал, что дал ей что-то обычное. Он что, не доволен тем, что я дал командиру корпуса что-то странное? Что человеческие печенья нельзя доверять? — Про… — А мне нельзя? — Что? — Это нечестно. Почему ты даёшь такое только Лиринелль? — Верно, Сэр Арут, вы даже ни слова не сказали мне, а подарили ей такое? Это уже слишком- — …… Прежде чем я успел почувствовать облегчение, я застыл, не зная, что сказать. Значит, он пришёл сюда только потому, что я не дал ему подарка? Король Демонов? Даже командир Второго корпуса, которого разоблачил сам Король Демонов, стал надеяться на сувенир. Он старался это скрыть, но Эд тоже смотрел на меня, а даже командир Восьмого корпуса перестал себя винить и теперь с выжидающим взглядом смотрел на меня. « …Ты всё время винишь себя, почему бы тебе не остановиться? » — Арут? — Ах, да. Минутку… Я быстро отвернулся и начал копаться в сумке, который привёз с собой. Что я там паковал? Нужно что-то приличное. Если я им ничего не дам, они, наверное, просто останутся здесь. Я примерно проверил, что там упаковал Ремевель, пока ехал сюда, но не заглядывал слишком внимательно, так что немного переживал, но… « Ух ты… неожиданно… » В конце концов, это была лишняя тревога. Серебряные карманные часы, белые перчатки, печенье. Если постараться, я мог бы сделать их с виду приличными подарками. « И всё новое. » Идеально. Только вот немного волновало, что я не использую карманные часы, что перчатки мне кажутся душными и я ношу их только на официальных мероприятиях, а печенье сделано в форме цветов и сердец, а не в обычном виде, как он обычно предоставляет. Наверное, Ремевель ничего не знал. Он, должно быть, просто упаковал их на всякий случай. « …Тогда это тоже на всякий случай? » Он готовился к отставке…? Я нашёл семена цветов в одном из уголков сумки, о которых даже не знал, и не смог сдержать странное выражение на лице, забыв про контроль за выражением. — Карманные часы? — Да. — Не знаю, заслуживаю ли я такой дорогой подарок. Король Демонов ухмыльнулся, убирая карманные часы в сумку. Мои глаза сузились и стали холодными, когда я смотрел на него. Слова, которые я не мог вымолвить, крутились у меня в голове. Он сам этого хотел… — Я думал о печенье. Но вот что-то такое… В любом случае, спасибо. — ……! Неужели я вслух сказал свои мысли? Увидев, как Король Демонов разворачивается, я понял, что нет, я не сказал ничего вслух. Лиринелль поймала мой взгляд, когда он ушёл, сказав, что у него много дел. Её лицо всё ещё было в слезах, а её губы шевельнулись. — Извините... Я не был в порядке, но мог бы притвориться. Очевидно, что это было неумышленно, так что мне не стоило бы что-то говорить. Её лицо осветилось, когда я невнятно показал, что всё в порядке. Она глубоко поклонилась и поспешила за Королём Демонов. Я перевёл взгляд на Эда. Он как раз менял перчатки. « Они одной формы и цвета, зачем же так заморачиваться…? » Тот тёмный, странный знак на тыльной стороне его руки, обычно скрытый под белыми перчатками, на мгновение появился и тут же исчез. Это вызвало у меня странное ощущение, и я незаметно отвёл взгляд. Удовлетворённый голос Эда донёсся до моих ушей. — Спасибо, Демон-ним. Что ж… если ему приятно, значит, всё в порядке. Я слегка кивнул и вытащил из сумки два пакета с печеньем. Естественно, эти пакеты были для командира Второго корпуса и командира Восьмого корпуса. Было к счастью, что оставалось ровно два пакета с печеньем; в противном случае всё могло бы закончиться проблемами. Моя смелость пока не настолько велика, чтобы сталкиваться с недовольством командиров корпусов. Но выражение лица Девелании, когда она то смотрела на печенье, то на командира Восьмого корпуса, было странным. Смешанное с озорством и игривостью? — Ха- — ……? — Эй, командир Восьмого корпуса. Хелл не ответил, но поднял голову в ответ на её призыв. Девелания ухмыльнулась, на её лице появилась зловещая улыбка. ---------- Назад в мир демонов (5) — Похоже, в Первом Городе есть какой-то тип, который треплется об Сэре Аруте посторонним. ! — А-а, нет…! Х-Хелл-ниим!! Прежде чем его адъютант, ошарашенный, успел что-либо сказать, Хелл исчез. Буквально, словно провалился под землю. Моё удивление быстро сменилось кивком. « Верно, он ведь из теней. » Не в переносном смысле, а буквально — из теней. Сила Короля Демонов не просто так собирается в демонов. Если она оседает в огре — рождается демон с кровью огра. Если в предмете — демон принимает форму этого предмета. Командир Восьмого корпуса, Хелл, — демон, рождённый от силы Короля Демонов, осевшей в тени. Вот почему говорят, что у него объёмная теневая форма, где даже лица не видно. Но кто знал, что у него ещё и такие способности? …Но почему он исчез? — Тот, кто даже не закончил свои обязанности, не заслуживает печенья от Сэра Арута. Так что, Сэр Арут, — Да? Да? — Можете дать мне оба? — Девелания-ним! Прежде чем я успел ответить, адъютант, до этого сидевший на коленях на месте, где исчез Хелл, уставившийся в пол, вдруг сорвался. И я была та, кто испугалась его выпада. Адъютант кричит на командира корпуса. И не на своего прямого начальника, а вообще на другого командира. Он с ума сошёл, что ли?! « Не здесь, пожалуйста, выносите разборки куда-нибудь подальше, дураки… » Только не в моей комнате, пожалуйста. *** Деон, возможно, почувствовав себя неуютно из-за двух демонов, рычащих друг на друга на его территории, выдал Девелании и Найн, адъютанту Хелла, по пакетику печенья и выпроводил их наружу. Точнее сказать, они сами первыми отступили, почувствовав недовольство « Демона Арута ». Ещё чуть-чуть — и точно бы дошло до конфликта. Они оба знали, насколько страшен он может быть в гневе. То, что он обычно сдержан и мягок, совсем не означало, что его можно недооценивать. Однако драка, временно остановленная одним человеком, не могла просто так закончиться. Как только они оказались за пределами комнаты и дверь закрылась, Найн крепко прижал пакет с печеньем к груди и свирепо уставился на Девеланию. В её глазах мелькнуло развлечение. — Ох, ты сейчас на меня злишься? — Прекратите мучить нашего Хелл-нима! — Я? Почему? Я ведь просто сказала правду, разве нет? — У него и так заниженная самооценка, у вас вообще совесть есть?! Вы перегибаете! Командир 8-го корпуса, Хелл. Мастер оружия, способный обращаться с любым видом, будто это продолжение его тела. Рождённый из тени, он обладал уникальными способностями, идеально подходящими для заданий, связанных с инфильтрацией, и изначально даже сам Король Демонов хотел назначить его командиром 2-го корпуса, но у него была одна фатальная проблема... Его самооценка была до абсурда низкой. « Нет, мне не поручат такое важное задание », « Я не справлюсь », « Разве это правда, что мне доверили это? » А затем, если он потерпел хоть малейшую неудачу, следовало: « Как и ожидалось, такому мусору, как я, лучше просто сдохнуть », « Зачем я вообще живу? », « Такому, как я, даже дышать нельзя… » — Мусор… Я действительно мусор… Найн с обеспокоенным видом наблюдал, как его командир внезапно вышел из собственной тени и сел, уткнувшись лицом в ладони. Капли крови всё ещё стекали с краёв его одежды, что говорило о том, что задание он выполнил быстро. Он уже бессчётное количество раз объяснял, насколько это поразительно — выполнить задание с такой скоростью… — Нет! Главное то, что вы завершили его и вернулись! Все совершают ошибки. Важно то, как ты справляешься с последствиями. В этом смысле Хелл-ним справился великолепно! Вы отлично поработали! — …Правда? — Конечно! Если бы Хелл-ним действительно сделал что-то ужасное, Сэр Арут не дал бы вам это печенье! Вот, смотрите. — Это… правда моё? Сэр Арут сам дал это мне…? — Да! Хотя на деле он с трудом добыл его, споря с командиром 2-го корпуса. Найн, делая вид, что ни при чём, потряс пакет с печеньем, будто хвастаясь им, привлекая внимание своего командира. — Так что, пожалуйста, не надо устраивать это здесь. Вставайте. Пойдём в вашу комнату, поедим печенье и отдохнём. Глядя на эту сцену, кто-то мог бы удивиться: почему командир 8-го корпуса винит себя из-за каких-то слухов о Сэре Аруте, просочившихся наружу? Но это было вполне естественно. До недавних событий с монстрами 8-й корпус выполнял настолько незаметные задания, что казалось, будто его и вовсе не существует. Теперь же на нём лежала важная обязанность — охрана крупных городов Демонического Царства. Однако даже до этого у него была одна тайная миссия. Миссия, которую он получил в тот самый момент, когда Демон Харт вступил в армию Демон-короля: [ Не допустить утечки информации о внешности Демона Арута в Человеческий мир. ] Почему о командире 0-го корпуса почти ничего не известно? Почему Империя совершенно не знает, как выглядит командир 0-го корпуса? Неужели всё это действительно было случайностью? Хелл неустанно двигался с того момента, как получил задание. Когда слуга, отдыхающий за пределами замка Короля Демонов, попытался рассказать знакомому о внешности « Демона Арута », когда Арут выходил на охоту на монстров, и его личность была раскрыта в игорном доме Первого города, даже когда он сражался с героем на границе с Человеческим миром. Он неизменно преследовал следы, убивая и замалчивая. Несмотря на его низкую самооценку, его навыки были безупречными. Посмотрите сейчас, как только командир 2-го корпуса сообщил об этом, он немедленно двинулся, справился с целью и вернулся. Поскольку он сказал, что цель «разболтала», он, должно быть, расправился с теми, кто услышал эту историю, и время, которое потребовалось для всего этого, абсурдно. « Если бы только можно было что-то сделать с его самооценкой… эх.. » Пока Найн вздыхал, Хелл, который едва успокоился, осторожно встал. Как бы пытаясь успокоить его, Найн улыбнулся и вежливо протянул руку, и как раз когда Хелл собирался её взять... — Разве не важнее было не совершать ошибки с самого начала? ……! — Девелания-ним! Хел снова развалился, как песочный замок. Девелания усмехнулась при его немедленной реакции. Вот почему она не может перестать мучить Командующего 8-м корпусом. Потому что это весело. Она повернулась и ушла, оставив Найна, который кричал о том, что это не её дело, почему она постоянно их троллит, что демон может ошибаться, почему она задирает их... подчинённых, и что он всё расскажет Королю Демонов. « Это должно помешать им даже подумать о том, чтобы беспокоить меня какое-то время. » Она планировала уговорить Сэра Арута поехать в Второй город за одеждой скоро, и было бы неприятно, если бы её прервали в это время. Деон не собирался ехать, но Девелания уже с радостью переживала, какие наряды купить, идя с лёгким шагом. Счастливый смех над высокомерным криком адъютанта Командующего 8-го корпуса эхом раздавался позади неё. *** Королевство Иреон было в полном беспорядке. — Имперская армия уже наступила на один город и направляется сюда! Говорят, что они скоро доберутся до следующего города. Чем вы занимались, пока не оказались в такой ситуации? Неужели не нужно было подумать о контрмерах?! — Если вы не можете предложить контрмеры, что нам теперь делать?! — Ты хочешь сказать, что нам всем просто сдаться и умереть? Те, кто не мог сделать ничего, кроме как повышать голос, сидя за своими столами, барахтались в панике, беспокоясь о собственной жизни, в то время как невинные граждане умирали снаружи. Заседательную комнату, которая должна была быть священным местом, уже давно превратили в арену для борьбы, а не место для разработки планов. « Какой бардак… » Король Иреона, сидя на своём троне, прижал виски. Он явно выпил своё лекарство, но голова уже пульсировала от боли. Нужно было послушать, когда он говорил не провоцировать Императора. Он успел заметить чёрные пламя, мерцавшее в его глазах во время случайной встречи. Не красные пламя. Это не горело на обычном топливе страсти, гнева, ненависти или мести. Пустое, но пламя, которое упрямо горело, не теряя воли к жизни. Если бы нужно было дать этому цвет, то это было бы скорее «чёрное», чем «красное». Да, чёрное пламя. Он всё ещё не знал, ради чего они горят, но интуитивно понимал, что лучше не трогать их. « Я уже давно считал эту страну обречённой, но… » Вот как всё рушится. Слова короля не имели никакого значения. Власть короля рухнула на землю, а знать была слишком занята набиванием собственных карманов, чтобы заботиться о народе. Тем не менее, они были не совсем глупы, поскольку по-прежнему управляли политикой, но на этот раз их расчеты были неверны. Дворяне не были слепы от жадности, когда требовали компенсацию от Империи. В основе их действий лежала надежда, что Империя, даже если не сможет сразу выполнить их требования, хотя бы попытается «договориться». С логической точки зрения, небольшое сражение действительно имело место на границе, и в зависимости от точки зрения, это могло восприниматься как угроза для Королевства Иреон. Кроме того, война требует много денег и людских ресурсов. Прошло всего два года с конца Восьмилетней войны, так что трудно было бы представить, что Империя легко решит пойти на войну в такой ситуации. Более того, даже Деон Харт, который был отличным авангардом во время Восьмилетней войны, якобы был ранен и отдыхал, так что кто бы ожидал войны? Конечно, это всё только «логически». « Они осторожно ткнули, а в ответ прилетел удар всей силой. » Оставив в панике дворян, король закрыл рот. Ему показалось, что он понял, чего хочет Император, и он боялся, что из его губ вырвется стон. « …Разве Император не ждал войны с самого начала? » Осторожная догадка вскоре стала уверенностью. Император ждал «повода» для начала войны. Королевство Иреон усердно предоставило ему возможность вытащить меч, и они будут первыми жертвами этого меча. Если бы он только узнал это раньше... « ...Всё равно это ничего бы не изменило. » Тогда и теперь он оставался бессильным королём, и его голос был бы заглушён громкими заявлениями дворян. — Не было бы… лучше сдаться? Один из дворян осторожно произнес это в хаотичном заседании. Увидев, как глаза других дворян засветились, как если бы они давно ждали этого, король крепко закрыл глаза. Он и сам ожидал этого. Те, кто имеет слишком много, чтобы потерять, боятся сражаться. Верные подданные погибли или исчезли без следа, а те, кто был хоть немного чист, тоже были запятнаны грязными водами. Здесь остались только льстцы. Он хорошо знал, что те, кто ставит свои личные интересы выше всего, не будут заботиться о стране. Но почему же его рот стал таким горьким? — О чем вы думаете, Ваше Величество? Смотря в глаза, которые теперь смотрели на него единодушно, как будто они никогда не ссорились, король Иреона слабенько улыбнулся. — Готовьтесь к капитуляции. *** Прошел месяц с того времени, как я приехал в замок Демонского Короля. И за это время я вспомнил одну очень важную вещь, которую я упустил. — Мне скучно… Замок Демонского Короля невероятно скучный! Надо было взять с собой что-то повеселее. Щелк. Закончив собирать кубик, я швырнул его на одну сторону кровати и плюхнулся рядом с ним. Я повернул голову, закапывая половину лица в подушку, и посмотрел вниз на пол. Там лежал законченный большой пазл. Ещё одна вещь для украшения стены комнаты. Сколько там деталей? 6000? Наверное, около того. Это тот пазл, который я когда-то выбросил в раздражении, так что помню его смутно. А вот чтобы его закончить… я действительно… — Да ладно, всё равно. Благодаря месяцу отдыха, тёмные круги под глазами, которые были от людей, исчезли, но делать ничего — это просто сводит с ума. — ...Может, мне выйти на улицу или что-то в этом роде? ---------- Назад в мир демонов (6) Монстры снаружи — вне моего контроля, но даже так, двигаться куда-то всё же приятнее, чем просто сидеть взаперти в комнате. Пошатываясь, я поднялся на ноги и накинул пальто. Я не собирался выходить за пределы замка Короля Демонов, просто осмотреться поблизости, так что тщательная подготовка была ни к чему. Я схватил самое необходимое и встал перед дверью. Перед тем как открыть её, я оглянулся назад. Всё, что я увидел, — это завершённая головоломка, раскинувшаяся на полу. Я на мгновение подумал убрать её, но складывать её было некуда… « Если я оставлю её, Эд этим займётся ». Скорее всего, он опять вставит её в рамку и повесит на стену, как всегда. Убедившись, что больше не о чем беспокоиться, я без колебаний открыл дверь и вышел наружу. … — Ах, Сэр Арут! Да, как-то я это предчувствовал. Было ощущение, что мы столкнёмся… но я не думал, что так скоро. Я и раньше знал, что у него с наглостью всё в порядке, но не представлял, что настолько. Гиен подошёл с беззаботной улыбкой, будто я не тащил его прочь с предупреждением больше никогда не приближаться — как будто это ему просто приснилось. Я незаметно достал секретное оружие, которое взял с собой именно на случай встречи с ним. Я больше не позволю ему всё время водить меня за нос. Может, Ремевель и не для этого мне его дал… но как использовать — это уже моё дело. « Я предполагал, что оно может пригодиться… но теперь реально собираюсь его применить » Как и ожидалось, Гиен сразу же заинтересовался тем, что я держал в руках. — Сэр Арут? Это что…? Похоже на семена… — Семена цветов. — Цветов? Каких цветов? У них есть глаза или рты? Или щупальца? Если нет, они хотя бы умеют очаровывать живое или плеваться ядом? Что они едят? Людей, демонов или монстров? Или всех сразу? …Воу, он сумасшедший. Я откинулся назад, пытаясь отстраниться от Гиена, который уставился прямо мне в лицо с блеском в глазах, и поспешно выпалил: — Я не знаю. — …Прошу прощения? — Я знаю, что это семя особого растения, не похожего на обычные растения в Демоническом Мире, но подробностей не знаю. Я же не могу прямо сказать, что это семя из Человеческого Мира. Ну, теоретически могу, но если скажу это сейчас — окажусь в затруднительном положении. Я собирался использовать это как приманку, чтобы отвязаться от Гиена. Если я отдам ему это, он какое-то время будет занят тем, чтобы заставить его прорасти, и не появится передо мной. Это та дистанция, которую я решил держать между нами. « Я не могу держать его слишком близко, но и полностью избавиться не могу… так что у меня не так уж и много вариантов » Мне нужно сохранить хоть какое-то расстояние, пусть даже таким способом. — Хочешь попробовать вырастить это? — Я? — Да. — Неужели я действительно могу вырастить нечто столь ценное…? Я кивнул. На самом деле, ничего особенно ценного в этом нет… это просто семя розы. Его просто невозможно вырастить в Демоническом Мире. Большинство растений из Человеческого Мира нуждаются в солнечном свете. А в Демоническом Мире солнце не светит вовсе — так что это попросту нереально. Позже мне, возможно, станет немного неловко, когда я представлю разочарованное лицо Гиена… но если сейчас удастся от него отделаться — капля вины того стоит. Гиен дрожащими руками принял семена. Он прижал их к груди, явно растроганный, и низко поклонился. — Спасибо! Я обязательно заставлю их расцвести и покажу Сэру Аруту! — Эм… да, я буду за тебя болеть. Как будто желая приступить немедленно, Гиен снова поклонился и умчался куда-то. Отлично. Минус один. Я мысленно похвалил себя за то, как ловко расправился с одной потенциальной проблемой, и продолжил прогулку, неспешно переходя по коридору. Поскольку мне больше нечего делать, не спуститься ли мне на первый этаж? Если понадобится — выйду наружу, осмотрюсь вокруг здания. Я поднял голову, разглядывая величественное зрелище массивной двери. « Кстати, а я вообще когда-нибудь бывал в библиотеке? » Кажется, нет. Может, стоит зайти, пока есть возможность? Хотя… вообще-то мне туда можно? Вопреки моим сомнениям, два демона, охранявшие вход в библиотеку, тут же отступили в стороны, как только я подошёл ближе, освободив проход. Их напряжённые взгляды следили за каждым моим движением. Я не был уверен, то ли они разрешают мне войти, то ли наоборот, но решил довериться их поступкам, а не выражению лиц. Уверенно переступив порог, первым делом я увидел вовсе не книги, а библиотекаря. Он сидел, поглощённый чтением, и, подняв взгляд, как бы оценивающе посмотрел на меня, прежде чем снова вернуться к книге. ……. ……! Бум! Грохот. Книга упала на пол, а стул опрокинулся назад. — Д-д-демон-ним! Что вы здесь… что вас привело сюда?! Ах, просто не сразу узнали. Удивились, потому что не ожидали увидеть меня? Или потому что здесь оказался тот, кто, по идее, не должен сюда заходить. Ведь даже если я командир в армии Короля Демонов — я всё равно всего лишь человек. — Я просто хотел осмотреться… Это запрещено? — Ни в коем случае! Пожалуйста, чувствуйте себя как дома! Если ищете какую-то конкретную книгу - не стесняйтесь спрашивать! Библиотекарь торопливо удалился. Пока тот суетился, приводя в порядок место, я обвёл взглядом огромный зал с множеством книжных стеллажей. Я пришёл просто посмотреть, так что перерывать всё помещение не собирался. Я небрежно потянулся к ближайшей полке, достал одну из книг и взглянул на обложку. [ Информация о нынешних Героях Империи ] [ Автор: Иделия, Девелания ] « Нынешней Империи? » Если под «Нынешней Империи» имеется в виду именно та, о которой я думаю, это значит, что сведения обновляются сразу после появления новой информации. Видимо, поэтому книга оказалась на ближней полке. Я открыл её. Меня встретил знакомый портрет. [ Первый Герой. Немезий. ] [ …Получил титул графа за активную помощь нынешнему императору Эудоардо Дезерте, бывшему Девятому Принцу, во время переворота. Позже получил титул маркиза за вклад в качестве главнокомандующего в ходе «Восьмилетней войны». Единственный аристократ в нынешней Империи, не имеющий звания «Святого». ] [ Происходит из простолюдинов, зарабатывал на жизнь гладиаторскими боями на арене. Познакомился с Эудоардо Дезерте, тогда ещё Девятым Принцем. Эудоардо, высоко оценив его искусство владения мечом, стал его покровителем, не жалея средств, при условии, что Немезий будет служить ему… ] Чувствую себя так, будто влезаю в чью-то личную жизнь. Я поспешно перевернул страницу. Больше сведений о Генерале. Переворачиваю ещё одну страницу. « Насколько глубоко они всё это расследовали… Зачем им вообще знать личные предпочтения Генерала? » Рука, перелистывающая страницы, начала двигаться быстрее. И тут она остановилась. На новой странице — портрет с пронзительным взглядом. Он будто смотрит прямо мне в душу. [ Второй Герой. Стигма Примиро. ] [ Ублюдок из семьи виконта Лоуфелл. Был признан за вклад в ходе «Восьмилетней войны», после чего получил новую фамилию и титул маркиза. В настоящее время сосредоточен на подавлении варваров на южной границе Империи. Обладает подавляющей силой… ] Оу… погоди, если тут такие подробности, может, и про меня что-то есть? Я поспешно начал перелистывать страницы. Сразу после информации о Стигме появилось моё имя. Портрета не было. [ Третий Герой. Деон Харт. ] [ Расследование запрещено по приказу Короля Демонов. ] [ Не пытайтесь проявлять любопытство. ] Всё напряжение моментально испарилось. Вот именно. Король Демонов никогда не делает что-либо спустя рукава. Слава богам. Я с облегчением выдохнул и перевернул пустую страницу — за ней появился ещё один портрет. Чёрные волосы и зелёные глаза. Мужчина с холодным взглядом и пустым выражением лица, смотрящий прямо вперёд. [ Четвёртый Герой. Круэл Харт. ] [ Известен как кровный родственник Третьего Героя, Деона Харта. Связан с герцогом, находящимся в оппозиции к императору… ] Одного взгляда на него достаточно, чтобы почувствовать раздражение. Я закрыл книгу. Заголовок был написан старинным почерком, как будто кто-то записал его вручную. [ Герой и Король Демонов, о Героях ] [ Автор: Кабер ] Без раздумий я потянулся и достал книгу. [ Герой. ] [ Человек, непосредственно выбранный миром и наделённый силой для того, чтобы убить Короля Демонов. ] [ Таланты в оружии, врождённая сила, интеллект и даже продолжительность жизни. Всё, что составляют эти качества, значительно превышает человеческие стандарты. ] [ Когда Герой умирает, у него есть два выбора… ] Я думал, что тут будет что-то особенное, но что это? Всё это я уже знал. Я перевернул страницы, не обращая внимания на детали, даже пропуская по несколько страниц за раз. После нескольких перелистовок появилась информация о «Героях». [ …Осколки Героя. То, что в Имперском языке называют фрагментами Героя, можно также назвать «осколками таланта». Эти невидимые и нематериальные фрагменты плавают вокруг и случайным образом поглощаются людьми, без всякого предчувствия или причины. Это те «Герои», которые обладают фрагментами Героя. Хотя они не так мощны, как настоящий Герой, они всё же значительно превосходят обычных людей… ] [ ※ Изначально люди, обладавшие фрагментами Героя, назывались «Героями», но в Империи термин «Герой» стал включать в себя людей, достигших общепризнанных заслуг, независимо от того, обладали ли они фрагментами Героя, что вызвало путаницу в значении. Термины «кандидат в Герои» и «настоящий Герой» чаще всего используются для обозначения людей, обладающих фрагментами Героя. Если вы беспокоитесь о путанице с собеседником, используйте эти два термина в зависимости от ситуации. ] Это тоже что-то знакомое… Может, раздел о Короле Демонов отличается? Король Демонов, Король Демонов… А, вот! Нашёл! [ Король Демонов. ] [ Мир назначает Героя для… ] Не успел я даже закончить читать предложение, как прямо рядом со мной раздался голос. — Что ты тут делаешь? ! Моё ухо! Я почувствовал его дыхание на своём ухе! Испугавшись, я уронил книгу. Страницы книги, раскиданные в беспорядке, начали переворачиваться и остановились на одном месте. Чёрт, надеюсь, с книгой ничего не случилось? А если демон, который следит за книгами, возьмёт на меня обиду? Я быстро потянулся к книге. Текст на открывшейся странице, похоже, на последней, привлёк моё внимание. Там была написана всего одна фраза, как будто она подытоживала главный смысл. [ Герой и Король Демонов — доказательство того, что этот мир ещё не зрел. ] Забудь про незрелость, главное, с книгой всё в порядке? К счастью, на первый взгляд, серьёзных повреждений нет. Осмотрев обложку, я стряхнул пыль с поверхности. Только тогда я вспомнил кое-что, что ненадолго вылетело из головы. — Ох… — Наконец заметил меня. Почему я уронил книгу? Разве не потому, что кто-то внезапно заговорил? С усилием я поднял голову. Мои глаза встретились с глазами мужчины, на лице которого застыла маска усмешки. « Чёрт... » Сдерживая крик, который уже накатил, я пробормотал с усилием. — К-Король Демонов? — Да. — Почему вы… здесь…? — Я пришёл за книгой. Он указал подбородком на книгу в моей руке. Переводя взгляд с книги на него, я протянул книгу. Король Демонов, не мешкая, забрал её из моих рук, подставил под мышку и обратился ко мне. — А ты? Почему ты здесь? — Ах… Я просто хотел осмотреться… — Ага. …… …… Тянущееся молчание растянулось. Такого никогда не происходило с Королём Демонов, в отличие от других демонов. Не зная, что делать в этой непривычной ситуации, я начал беспокойно переводить взгляд, не решаясь уйти. Король Демонов, глядя на меня с невозмутимым выражением, наконец заговорил с задумчивым «ах» осознания. — Извини, я немного задумался. Ты собираешься оставаться здесь надолго? — Нет. После встречи с Королём Демонов, оставаться тут ещё дольше было бы сумасшествием. — Если ты уходишь из-за меня, то я тоже уйду, не переживай. — Нет, дело не в этом. Тут всё равно больше нечем заняться. Я просто придержусь своего первоначального плана и выйду из здания. Избегая взгляда Короля Демонов, который, похоже, пытался понять, говорю ли я правду, я сбежал из библиотеки. И, как и планировал, я успешно оказался на улице, но… заблудился. ---------- Снова в мир демонов (7) Я могу с уверенностью сказать — замок Короля Демонов невероятно огромен. Даже если разделить его на внешнюю и внутреннюю части, они всё равно кажутся безумно громадными. Проще говоря, сам замок можно считать полноценным городом. Поэтому то, что я здесь заблудился — вполне закономерно. Это вовсе не потому, что я глупый, понятно? — Где я вообще…? Я был почти уверен, что это внутренняя часть замка. Проклиная свои беспокойные ноги, я огляделся. Пустое тренировочное поле. Земляной пол был безмолвным, но тщательно ухоженным. Вокруг валялось оружие. — …… Мозг ещё не успел обработать увиденное, а тело уже среагировало. Я инстинктивно сделал шаг назад и сглотнул. Почему по спине пробежал холодный пот? — Это нехорошо… — Демон Арут? Я вздрогнул. — Что вы здесь делаете? — …… Я застыл. Единственная мысль, промелькнувшая в голове: Это плохо. Очень плохо. Я, конечно, понял, что попал на чьё-то тренировочное поле… но совсем не ожидал, что это поле Командира Первого Корпуса. Из всех возможных — именно Первый Корпус? С хрустом повернув шею, я медленно обернулся на голос. Джейкар, держа меч в одной руке и бутылку воды в другой, встретился со мной взглядом с противоположной стороны площадки. — …Давно не виделись. — Да, верно. Я слышал, что вы вернулись. Так зачем вы здесь? — …… — …… Я несколько раз приоткрыл рот, но потом плотно сжал губы. Взгляд Джейкара не отставал — словно требовал ответа, но я нарочно отвёл взгляд в сторону. Ну а что мне ещё сказать? Что я вышел из библиотеки от скуки и… заблудился? Как раз в тот момент, когда воцарилось неловкое молчание, — А. Джейкар кивнул, будто что-то понял. — Тренировочная площадка командира Нулевого корпуса — вон в том направлении. Видимо, вы перепутали путь, ведь давно ею не пользовались. — А… — Быстрее будет пройти через площадку Пятого корпуса. Это не так. Да, я давно ей не пользовался, но я ведь знаю, где находится моя собственная тренировочная площадка. …Наверное. Однако Джейкар выглядел абсолютно уверенным, глядя на меня с довольным выражением. — Я волновался, ведь вы, кажется, совсем не тренируетесь. Конечно, я знаю, что вы сильны, и вы из тех, кто становится сильнее в настоящем бою, но… совсем не тренироваться — это уже другое дело. Где ты вообще такое услышал? Я — из тех, кто становится сильнее в реальных боях? Я же сдохну в настоящем бою, чёртов демон. — Если вы не заблудились, вы, возможно, пришли сразиться со мной?.. — В ту сторону, говоришь? Спасибо. — Площадку Пятого корпуса будет легко найти. Они там устроили какую-то шумную вечеринку. Может, вечеринка уже закончилась, но бардак они наверняка ещё не убрали. — Да… Если задержусь ещё хоть немного, то и правда придётся сразиться с командиром Первого корпуса, так что я поспешно ушёл. Как и сказал Джейкар, найти тренировочную площадку Пятого корпуса оказалось несложно. Я шёл прямо по указанному направлению, и передо мной открылся беспорядочный пустырь. Стулья были разбросаны как попало, повсюду валялся мусор, а стол был завален пустыми тарелками и бутылками из-под алкоголя. Судя по тому, что поблизости никого не было, члены Пятого корпуса, похоже, разошлись отдыхать. Благодаря этому я мог спокойно осмотреть всё более детально. Например, бутылки с алкоголем. Ах, не то чтобы я особенно хотел выпить. Ну… отчасти это правда… но это ведь алкоголь, который часто встречается в Человеческом Мире. Это недорогой алкоголь, и хотя он довольно крепкий, именно это и делает его популярным среди простолюдинов — он соперничает с пивом. Даже знать порой его пьёт, и, поскольку я сам его раньше пил, могу быть уверен. Почему он здесь… — Это Командир Пятого корпуса. Я поднял бутылку, в которой ещё немного плескалась жидкость. Если Оэль вернулась, тогда и этот алкоголь, и все эти непонятные предметы вокруг — всё становится на свои места. Её любопытство — нечто, с чем даже Король Демонов не может справиться. Именно поэтому он и отправил её за пределы замка. Формально — для разведки и сбора информации по всему Демоническому миру, но по сути — чтобы она утоляла своё бесконечное любопытство где-нибудь в другом месте и не досаждала остальным демонам. Метод оказался действенным. Просто каждый раз, когда она возвращается, она приносит кучу странных вещей и устраивает презентацию. Но даже это лучше, чем постоянный поток вопросов, так что её продолжают отправлять прочь. — Ладно, пора прибраться, — сказал я. Я вздрогнул от внезапного голоса и быстро поднял голову. Два слуги, неся щипцы и мусорные баки, входили на территорию, чтобы начать уборку. Судя по их виду, они меня пока не заметили. Если бы заметили, наверняка устроили бы какой-нибудь переполох. Надо ускользнуть, пока меня не заметили. Я уже собирался развернуться, как вдруг- — Разве не прошло уже много времени с тех пор, как вернулся Командир Пятого корпуса? Почему устроили праздник только сейчас? — Ты что, не знаешь, какая у неё натура? Всё это время она была слишком занята тем, что показывала и испытывала всякие странные штуки, которые притащила, вот и откладывала вечеринку. И это вовсе не просто банальная вечеринка в честь возвращения. — Тогда…? — Ты же знаешь Дернибана? Адъютанта Командира Пятого корпуса, Дернибана. — Конечно, знаю. — Так вот, слышал, что Командир Пятого корпуса и он теперь встречаются. Поэтому она устроила праздник и по этому поводу. — Кха. Ох… Я закашлялся от шока… Я что, кровью харкнул? Хм, к счастью, вроде нет. Я знаю Дернибана. Он полная противоположность Оэль, живому сгустку любопытства. Насколько я помню, он демон, настолько бесчувственный, что даже нежить выглядела бы эмоциональнее. Но Дернибан и Оэль… встречаются? Картина была настолько невозможной, что я на мгновение оцепенел. Но голос вернул меня в реальность. — П-простите… командир Нулевого корпуса…? Голос дрожал от страха. Я вздрогнул, поднял взгляд и встретился глазами со слугами, о которых на время забыл. Что с ними не так? Они выглядели слишком испуганными для простого почтения к моему положению. Лица, ещё мгновение назад совершенно нормальные, побледнели до смертельной бледности, как только они меня увидели. Их взгляды упали на бутылку в моей руке, потом — на пустые бутылки, разбросанные по столу передо мной. Одна, две, три… по мере того как число увеличивалось, их зрачки, и без того дрожащие, расширялись всё сильнее — и после пятой бутылки, похоже, они просто сдались и перестали считать. Затем зашептались. — Из всех бутылок на столе… в скольких вообще изначально был алкоголь? — Откуда мне знать? — Понятно… — …… — …… Как по сигналу, они замолкли и переглянулись. Я уже собирался заговорить, не в силах больше терпеть молчание, как вдруг- — Тревога! ТРЕВОГААА!! — Командир Нулевого корпуса выпил алкоголь!! …? Я лишь молча уставился на их убегающие спины, пока они с криками не скрылись из виду. — Что за…? *** — Специальная тревога, специальная тревога. Командир Нулевого корупса, Демон Арут, употребил алкоголь. Всем подразделениям — занять оборонительные позиции. — Повторяю: командир Нулевого корпуса, Демон Арут, употребил алкоголь… Сигнал тревоги, усиливаемый магией, раздался из камней связи, установленных по всему замку Короля Демонов. Он эхом пронёсся как по внутренней, так и по внешней части замка, заставив всех без колебаний схватиться за оружие. Даже конюха это не обошло стороной. Новичок, кормивший лошадей, с недоумением склонил голову, наблюдая, как его старший товарищ в спешке хватает оружие. Разве Командир Нулевого корпуса — не наш союзник? Почему все так напряглись только потому, что союзник выпил? Это выглядит как подготовка к войне. — Старший, а зачем оружие…? — Что? Эй, ты разве не читал правила дежурства? — А? Нет, пока не успел… — Ты с ума сошёл?! Хочешь умереть?! Правил дежурства было так много, когда бы он успел всё прочитать? Как только он прибыл, его сразу начали загружать работой. Он планировал прочитать их все сегодня вечером. Видя, насколько взволнован старший, новичка охватило тревожное предчувствие. Он сжал губы, чтобы скрыть его. — Я собирался прочитать всё сегодня… Вздох… — Ну, учитывая, что сейчас происходит… Объясню самое важное. Слушай внимательно. Старший бросил взгляд на пояс и спину новичка, затем потер лоб. Этот идиот даже не взял с собой оружие. В правилах ясно сказано: «Всегда носите оружие для самозащиты». Он быстро протянул ему кинжал. — Сначала возьми это. Когда Командир Нулевого корпуса выпивает больше определённого количества, он начинает без разбора рубить всех, кто попадается ему на глаза. Лучше держи это при себе, если не хочешь умереть. — Ч-что? Да… хорошо… — Есть три вещи, которые ты должен запомнить. Первое — если Командир Нулевого корпуса спросит, враг ли ты, немедленно ответь «нет». Второе — не останавливайся на этом, объясни как можно яснее, почему. Третье — если он усомнится в твоих словах, немедленно перейди в оборону. — Понял… но зачем оборона? Чтобы выжить, может, лучше напасть первым, чем защищаться… — Если ты ранишь Командира Нулевого корпуса — тебя убьёт сам Король Демонов. — Ык… То есть можно только обороняться и то — осторожно. Если переборщить и случайно поранить Командира Нулевого корпуса… Он инстинктивно схватился за шею и вздрогнул. Но если ничего не делать — всё равно умрём! Это же Командир Нулевого корпуса. Даже с полной отдачей вряд ли получится выстоять, а если замешкаться — нас снесут прежде, чем мы поймём, что произошло. Так это же всё равно что приказ умереть… Увидев в глазах новичка страх, чувство несправедливости и отчаянное желание выжить, старший хмыкнул и поправил оружие: — Король Демонов его обезвредит. Наша задача — просто продержаться как можно дольше. Если мы просто потянем время, Король Демонов придёт и остановит его. Сказав это, он вытер холодный пот, стекающий по шее. *** Как бы ты себя почувствовал, если бы по всему замку Короля Демонов вдруг включилась «особая тревога», и ты узнал, что причина — это ты? Что бы вы подумали? У меня такое чувство, что я облажался, в этом нет сомнений. А хуже всего то, что причина совершенно выдуманная, и от этого становится так обидно, что просто крышу сносит. Я выпил алкоголь? Да даже сам факт, что тревогу подняли из-за того, что я якобы выпил — это уже бред. Но ещё больший бред в том, что я даже не притронулся к нему. Я не то что не пил — я его даже не понюхал! « Может, теперь уже и правда выпить? » С такой мыслью я уставился на бутылку, в которой ещё плескалось довольно много алкоголя, как вдруг издалека прибежала группа демонов со щитами. Выражения лиц у них были такими, будто началась война. Они остановились вокруг меня, соблюдая дистанцию, выстроились в круг и одновременно с грохотом вонзили свои огромные щиты в землю. Удар! Земля задрожала. — …… Прежде, чем я успел испытать шок, первой эмоцией стало недоумение. Что я вообще сделал… Они окружили меня так, что ни одной щели не оставили. Полное оцепление, ха-ха-ха. Это... знакомо. Или мне кажется? Точно. Прямо как когда в деревне крестьяне охотятся на дикого кабана, пробравшегося в село — так же сужая кольцо окружения... Серьёзно?! « Я — кабан, что ли?! » Я уже было нахмурился от возмущения, но тут же взял себя в руки. Злиться в такой ситуации — бесполезно. Только шансы на выживание снизятся. Вон, они даже вздрогнули, стоило мне чуть бровь повести. Прямо вижу, как настороженность нарастает. Чтобы выбраться из этой чёртовой ситуации, нужно сначала ослабить их бдительность. Только тогда можно попытаться что-то объяснить или сделать. Поэтому, подавив раздражение, я натянуто улыбнулся… но- — Ик. — О-Он улыбается, да? Нам конец?.. — Н-Не отступать! Стоит хоть одному поддаться страху — мы все трупы. Держите щиты крепко и не расслабляйтесь! Обратный эффект. ……Вы же из 8-го корпуса, да? С такими нелепо огромными щитами — наверняка 8-й. Почему вы такие пугливые? Это из-за вашего командира? Он вас такими сделал? Да что бы я ни сделал — они всё равно напряжены… И чего они тогда от меня хотят? « Может, просто пнуть их к чёрту? » Посмотрев на железную стену из щитов, я покачал головой. Нет, если сделаю это — только ногу себе сломаю. Я зол, но выразить это не могу. Вместо того чтобы выместить раздражение кулаками, я просто злобно уставился на щиты. Это снова вызвало небольшой переполох, но он быстро утих. — Демон Арут за этими щитами? Знакомый голос донёсся с другой стороны щитов. — Ох, чёрт… Голос, несмотря на всю серьёзность ситуации, звучал расслабленно — и от этого моё сердце ушло в пятки. Это Король Демонов. Тот самый, с кем я всего несколько минут назад пересёкся в библиотеке. ---------- Назад в мир демонов (8) Передо мной был только щит, так что я не мог видеть напрямую, но это точно был он. Сколько времени прошло с нашей последней встречи? Я и подумать не мог, что увижу его снова так скоро. Его одно лишь появление будто усмирило весь хаос. В наступившей тишине он спокойно спросил: — На какой стадии? — Предположительно, первая стадия. — Предположительно? Вы до сих пор не удостоверились точно? — Простите. — Ладно. Позовите Бена. — Есть. — Тогда... — Открывайте. Слова, прозвучавшие как смертный приговор. Плотно сомкнутые щиты разошлись, открывая вид на Короля Демонов. Он шагнул внутрь и выждал, пока щиты за его спиной вновь сомкнутся, прежде чем осторожно обратиться ко мне — стоявшему, как вкопанный. — Арут. — …… — Арут, ты меня слышишь? Я слышу. Но с чего вообще начинать? Ситуация зашла слишком далеко, чтобы я мог всё уладить. — Ты стоишь достаточно близко, чтобы точно слышать меня. Значит, просто игнорируешь. Но я всё равно скажу. Даже если ты просто слушаешь. — …… — Во-первых, здесь нет твоих врагов. Никто из присутствующих не собирается нападать на тебя. И тебе не нужно сейчас никого убивать. — …… …Я знаю. Я очень хорошо это знаю. Война закончилась, сражения происходят только в исключительных случаях, и я живу в реальности. Что я вообще такое несу? Наблюдая, как Король Демонов говорит спокойно и с искренней заботой, чтобы успокоить меня, мне пришлось прикусить губу, чтобы не рассмеяться. Кажется, он воспринял моё молчание по-своему и снова заговорил. А затем: — Так что просто немного успокойся и… поставь бутылку с алкоголем… — Ваше Величество, Король Демонов! Я услышал, что вы звали! Вы нигде не пострадали?! Ах, этот голос. Это Бен. Зачем был вызван лекарь? Неужели они собирались меня сначала полумёртвого избить, а потом подлечить…?! Но поведение Короля Демонов слишком мягкое для этого. Он не похож на того, кто убивает с вежливой улыбкой… или всё-таки похож? …Разве нет?! Пока я был погружён в свои мысли, Король Демонов, который открыл щит, чтобы впустить Бена, не отводил от меня взгляда и холодно отдал приказ: — Демон Арут выпил алкоголь. Проверь, на какой он стадии. — Да, э-э, понял. На какой стадии? Я удивлённо наклонил голову, не понимая, о чём речь, а Бен, шагнув вперёд с решительным видом, сглотнул и посмотрел на меня. Первое, что он сделал — опустил верхнюю часть тела, немного поднял обе руки, будто что-то отталкивая, и сказал: — Сэр Арут, я не ваш враг. Он ни на секунду не отвёл взгляд и не опустил руки, пока говорил. Словно я какое-то дикое животное… чёрт, похоже, так оно и есть? — Итак, Сэр Арут? Если вы меня слышите, не могли бы вы ответить? — Да. — !? Бен застыл на месте после моего неуверенного ответа. То же самое произошло и с Королём Демонов рядом с ним. Я тоже вздрогнул вместе с ними и начал ломать голову: неужели я сказал что-то не так? Но ведь я всего лишь произнёс « да ». Пытаясь понять, в чём дело, я просто стал переводить взгляд с одного на другого, читая атмосферу, и тут Бен с расширенными глазами пробормотал: — Сэ… Сэр Арут? — Да. — Сэр Арут? — Да. — Сэ-, кхм, Сэр Арут, вы сейчас… используете почтительную форму обращения? — А? Да. Я всегда использую почтительные формы, чего он вообще паникует? — …Похоже, он и правда не пьян. — Да, я тоже так думаю… На этом этапе кто-нибудь должен был бы объяснить мне, что, чёрт возьми, происходит, но, похоже, меня здесь как будто вообще не существует. Король Демонов и Бен оставили меня стоять как статую и начали шептаться друг с другом с серьёзными лицами. До меня долетали обрывки зловещих слов вроде «ложное донесение», «наказать», «может, убьём его», и вдруг всё оборвалось. Король Демонов резко повернул голову и уставился на меня: — Арут, ты пил? — Я не пил. Наконец-то спросил. Чувствую облегчение, но всё равно немного тревожно. Всё так далеко зашло… он действительно просто так это отпустит? Вопреки моим опасениям, Король Демонов, который никогда не повышал голос при мне, остался прежним. Казалось, он примерно понял ситуацию и спокойно кивнул. На его лице не было и следа злости или раздражения от того, что его вытащили из-за внезапного шума. — Понимаю… тогда что это за алкоголь у тебя в руке? — Он был здесь. Это известный напиток в Мире Людей, поэтому мне было интересно... — Ваше Величество, Король Демонов, кажется, он собирался выпить, но был застигнут на месте. Сэр Арут никогда просто так не пройдет мимо алкоголя. ...Что я такое? Что, чёрт возьми, Бен обо мне думает? А Король Демонов, который кивнул в знак согласия, что он думает? Если этого было недостаточно абсурдно, Девелания, командир 2-го корпуса, которая каким-то образом узнала об этом и перепрыгнула через щит с какой-то неизвестной целью, сказала что-то еще более нелепое. — Похоже, Сэр Арут скучает. Как насчет того, чтобы разрешить ему ненадолго выйти? Например, он мог бы сходить со мной за одеждой во Второй Город... На ее совершенно неожиданное замечание я скептически фыркнул. Да уж, конечно. Ты думаешь, я пойду? Я собираюсь спокойно сидеть в замке Короля Демонов. И даже если я и пойду, то точно не с тобой. Зачем мне это? - Вот что я думал тогда. *** Меня предали. И кто же? — Хочешь сходить во Второй Город с Девеланией? — Простите… ? Предал меня Король Демонов. Это предложение, нет, приказ, поступил через неделю после того шумного случая с алкоголем. Я обрадовался, что он не звал меня целую неделю, но тут он так внезапно нагрянул. Как подло — нападать с задержкой во времени. Этот нелепый инцидент с алкоголем закончился как-то смутно. Поскольку я на самом деле не пил, это было вполне закономерным исходом. Вопреки природе демонов, которые не могут успокоиться, пока не вытащат меч и не перережут кому-то горло, никто — особенно я — не погиб, и всё закончилось тихо, чему я очень рад, но нынешняя ситуация меня сильно раздражает. Во Второй Город, с Девеланией! — Просто считай это обычной прогулкой. О, но вместо того чтобы идти напрямую, сделай небольшой крюк по окраинам. — …С командиром 2-го корпуса… говорите. — Да. — …… Разве я не могу просто не идти? — Лучше сходить, пока есть возможность. Как будто заметив моё нежелание, Король Демонов улыбнулся и подошёл ко мне. Он не просто подошёл — положил руки мне на плечи, приблизил рот к уху и что-то прошептал. Услышав это, — Какое это имеет отношение... — Ты правда так думаешь? — …Ладно, я пойду. Хотя я и не мог скрыть своего нежелания, другого выбора не осталось, кроме как согласиться. Этот хитрый Король Демонов. Даже если кажется, что это меня совсем не касается, как только он говорит « Ты правда так думаешь? », я начинаю нервничать и вынужден идти. Если бы я тогда знал, что он имел в виду, говоря про объезд по окраинам, я бы ни за что не пошёл, несмотря ни на что. Чёрт побери. *** [ Потому что война вот-вот начнётся. ] Так что мне нужна твоя помощь. К тому же разные другие расы жалуются на проблемы с монстрами. [ Надеюсь, не возникнет ситуация, когда мне придётся удерживать тебя здесь, когда война начнётся. ] [ …Я пойду. ] Король Демонов Каверт, легко убедив Арута, уставился на закрытую дверь и откинулся назад в кресле. Его демонические глаза сверкали тёмным светом. Империя получила капитуляцию королевства Иреон. По всей видимости, даже полноценного сражения не было. Они просто прошли по двум городам на прямом пути к столице, но этого было достаточно, чтобы король Иреона потерял волю к сопротивлению и объявил о капитуляции. Нет, новость о сдаче пришла, когда они только топтали Второй Город, так что точнее будет сказать, что он решил сдаться, когда был захвачен всего один город. Если они должны были так легко пасть, зачем было устраивать бессмысленную провокацию? Они правда думали, что «Империя», построенная на крови, просто проигнорирует провокацию? Если да — значит, это безнадёжные идиоты, которых уже не спасти. Бессмысленно разбудить спящего льва, а потом даже не поцарапать его. « Похоже, мы столкнёмся с Империей раньше, чем я думал ». Теперь Император начал действовать, не скрывая своей амбиции завоевать весь континент. Это тот самый Император, который раньше вел войну против нескольких королевств одновременно. Если он сделал это однажды легко, то нет причин, почему не сможет сделать это снова. Я не собираюсь просто стоять и смотреть, как Империя пожирает континент. Потому что сила, выросшая, пожирая континент, неизбежно повернёт в нашу сторону — в сторону Демонического царства. Я планировал действовать, когда они пожрут около половины континента, но, похоже, времени у меня меньше, чем я думал. Откинув голову на спинку кресла и уставившись в потолок, Каверт медленно выпрямился и потянулся к столу. Вскоре в его руках оказался камень связи, и, убедившись, что связь со всеми руководителями замка Короля Демонов установлена, из его губ прозвучал голос, лишённый всякой улыбки. < С этого момента вводится запрет на использование магии по всему Демоническому царству. За исключением магии, уже нанесённой на повседневные инструменты, категорически запрещается её применять. Однако, если возникнет угроза жизни, использование магии разрешается только в этот момент. > Появление Героя обычно не вызывало у него сильных волнений, но сейчас ситуация немного иная. Если Герой появится во время войны с Империей, это будет большой проблемой. Можно либо резко увеличить использование магии, чтобы ускорить появление Героя до начала войны, либо приостановить использование магии, чтобы задержать его появление. До войны с Империей осталось мало времени, и даже если Герой появится до войны, в текущей ситуации Император не отправит его в Демоническое царство. Значит, остается только один вариант. « Удастся ли миру пойти по моим планам — неизвестно… » Как предсказать и остановить тайфун? Лучшее, что можно сделать — подготовиться как можно лучше. Поэтому правитель, отвечающий за судьбу своего народа, отдаёт приказ. < Дополнительные задания поручаются командирам 2-го, 4-го и 8-го корпусов. Если кто-либо будет использовать магию без уважительной причины — найти его и обеспечить соответствующее наказание. > А это значит — убить. Этот метод использовался уже не раз, так что он не казался чем-то необычным. Когда командир 2-го корпуса собирает разную информацию, командир 4-го корпуса объединяет данные, чтобы сузить круг подозреваемых, а командир 8-го корпуса проверяет каждого из них, чтобы выявить и уничтожить цели. Это тот же самый способ, который применялся для поимки и устранения тех, кто распространял сведения о появлении командира 0-го корпуса в других местах, так что сейчас не должно возникнуть никаких новых проблем. < На этом всё. > С этого дня использование магии резко прекратилось по всему Демоническому царству. Это изменение, на первый взгляд незначительное, могли почувствовать только Король Демонов — преданный враг Героя, и Король Фей, чутко воспринимающий течение мира. Король Фей, ощутив этот сдвиг, тихо усмехнулся посреди своего леса. [ Уже слишком поздно. ] Король Демонов может лишь примерно почувствовать приближение появления Героя, но он не будет знать точно. Мир уже завершил все приготовления. Он просто ждёт подходящего момента. Момент, когда мир пошлёт Героя, станет худшим для Короля Демонов. Его конец неизбежно будет смертью. ---------- Смятение (1) Новость о капитуляции королевства Иреон, произошедшей столь стремительно, что казалась бессмысленной, разлетелась по континенту, как лесной пожар. Неудивительно, что она почти сразу достигла ушей Революционной армии — группы, которая и без того не сводила глаз с каждого шага Империи. Члены Революционной армии кипели в молчании. Каково было происхождение этой армии? Разве не состояла она из тех, кто восстал против насильственных завоеваний императора Эдуарда, охваченный яростью? Более того, большинство из них происходили из королевств, уничтоженных этим самым императором. Неумолимое наступление Императора, завершившееся ещё одной капитуляцией, было как соль на рану, напоминая Революционной армии о самых болезненных воспоминаниях. Горькая восьмилетняя война, за время которой с карты исчезло множество королевств. И среди этих «многочисленных королевств» было их собственное. « Прошло уже немало времени с тех пор, как мы прекратили всякую активность. Сколько ещё мы будем прятаться вот так? » « Даже если мы не можем убить Императора, я бы уже удовлетворился тем, чтобы просто осложнить ему жизнь. » « Почему мы вообще остановились? Разве изначальная цель не заключалась в том, чтобы создавать трещины в его силах и подрывать поддержку, а не в прямом убийстве? » « Что вообще задумал наш лидер? » Они жаждали действовать. Создавать трещины в имперской власти. Увидеть, как лицо Императора исказится от отчаяния. Действия Императора лишь подлили масла в огонь жажды мести, пылавшей в сердцах Революционной армии. Однако реакция лидера на эту новость и на бурную реакцию подчинённых была предельно простой: [ Приказов не менять. ] Они должны были сохранить текущие силы и оставаться в резерве. Неудивительно, что многие воспротивились. Но следующие слова лидера заставили всех замолчать: [ Приготовьтесь отрубить голову императору. ] Внутри Революционной армии подул новый ветер. *** Тем временем Даниэль, лидер Революционной армии, отдавший все эти приказы, тихо собирался покинуть штаб. На его лице, покрытом следами усталости, застыло едва заметное мрачное выражение. Он тихо вздохнул, надевая плащ. « Я устал… » Тело ещё могло выдержать, но душевная усталость была огромной. Он давно знал и принял тот факт, что сдерживать людей, охваченных яростью и готовых безрассудно броситься вперёд, будет трудно. Но с каждым днём это становилось всё тяжелее. Чем дольше откладывался решающий момент, тем более шаткой становилась его позиция. Честно говоря, это было раздражающе. « Чьими стараниями мы до сих пор не раскололись и не распались? » Учитывая, что члены армии происходили из разных королевств, появление фракций было неизбежным. Среди этих разрозненных, враждующих между собой групп, именно Даниэль удерживал всё вместе. Если порвётся даже эта единственная нить, Революционная армия не сможет объединиться — и рассыплется. — Брат. — Ах, Паул. — Ты идёшь к Матери? — Да. Так что подожди здесь. Я скоро вернусь. Оставив Паула позади, он вышел на тёмную тропу. Идя по ходу, лишённому света — типичной особенности старого тайного прохода, — он погрузился в поток мыслей. И снова вспомнил, почему была создана Революционная армия. Начало было до ужаса простым. [ Моё королевство пало. Я в ярости и хочу отомстить, но у нас нет королевской семьи, вокруг которой можно было бы собрать армию. ] Безжалостный Император выследил и убил каждого члена королевских династий, даже самых дальних ветвей. И если кто-то из не-королевской крови обладал слишком большим влиянием — его тоже без колебаний устраняли. Люди хотели восстать, но не было фигуры, способной возглавить их. Они подавляли свои желания, осторожно наблюдая за происходящим, пока кто-то один не выступил вперёд и не озвучил общее настроение: [ Я убью Императора. Кто хочет присоединиться — собирайтесь. Происхождение значения не имеет. ] Цель: убить Императора - совпадала с их собственной. А последняя фраза - о неразделении по происхождению - стала решающей. Собралось бесчисленное множество людей. Их стало больше, чем кто-либо мог представить. Казалось, будто они могут достичь своей цели в любой момент. Но даже до того, как они что-либо успели совершить, в умах тех, кто немного остыл, начали зарождаться сомнения: [ Если мы убьём Императора и всех представителей королевской власти, кто займёт их место? ] Нельзя было просто посадить на трон принца или принцессу как марионеток. Они тоже должны были умереть. Однако, если кто-то из самих революционеров занял бы этот пост, это лишь вызвало бы новую волну проблем. Ведь это было объединение людей из разных королевств, растоптанных Императором. И если один из них встал бы у власти, у других возникла бы зависть и неприязнь. Когда всё зашло в тупик — ни решений, ни предложений, — кто-то озвучил мысль: [ А мы вообще обязаны заполнять вакуум? Может, вместо этого просто уничтожим саму «должность»? ] Просто убив Императора, они остались бы лишь мятежниками. Но если они поднимут знамя революции и провозгласят цель — создание нового порядка, где нет сословий, где все равны, — это уже не мятеж, а идеология. Эта идея получила широкую поддержку и стала основой Революционной армии. Так радикальная и жестокая группа, рождённая из ярости и жажды мести, трансформировалась в нынешнюю Революционную армию — организацию, которую поддерживали не только те, кто потерял свои королевства, но и простые граждане, и даже некоторые подданные Империи и учёные. « Они просто не могли не поддаться идее, которая так точно задевала всех. » Те, кто потерял свои страны, тянулись к жестокой цели — убить Императора. Учёные увлеклись революционной мыслью об отмене сословий. Простые люди мечтали о светлом будущем, где все равны. Но… понимали ли они по-настоящему? Что всё это — и путь, и результат — не были случайностью. Это было чьей-то продуманной игрой. Кто-то заранее выстроил цепочку событий, чётко понимая, что именно привлечёт каждую категорию людей. Даниэль ненадолго замер перед дверью, к которой подошёл, и затем поднял руку. Тук-тук. — Мама, это я. Даниэль. — Входи. Тот самый человек, что собрал всех под знаменем «убьём Императора». Тот самый, кто, когда встал вопрос «А что потом?», впервые предложил: « Не нужно никого ставить на трон. Давайте создадим мир, где трона вообще не будет. Мир, где все равны. » Даниэль знал о концепции «мира, где все равны» с раннего детства. Мира без королей и дворян, без классовой системы. Мира, где каждый — хозяин страны, и каждый — её работник. — Добро пожаловать, сын. Ты не ранен? — В комнате, в кресле-качалке, сидела женщина с благородной внешностью. Её глаза, ясные и глубокие, как океан, будто насквозь видели саму суть мира. На лице — тонкие морщины, говорящие о частых, тёплых улыбках. Она, кажется, только что вязала — почти готовый шарф лежал у неё на коленях, когда она встретилась взглядом с Даниэлем. Её глаза мягко изогнулись в улыбке. Даниэль, до этого стоявший в напряжении, ответил ей таким же взглядом, разжал плечи и шагнул вперёд. — Нет, мам. А ты как себя чувствуешь? …Его мать была молодой дворянкой из знатной семьи, сбежавшей с простолюдином. Это нельзя было назвать просто историей о безумной любви. Она была, мягко говоря, поразительно умна. Влюбившись в простого человека, она начала задаваться вопросами о самых фундаментальных правилах, которые никто до неё не осмеливался ставить под сомнение. Это было не просто нарушение норм, а почти вызов самой основе общества. Классовой системе. С раннего возраста Даниэль слушал свою мать, когда она усаживала его на колени и делилась своими мыслями. Даже когда она жила скромной семейной жизнью с отцом, даже когда отец попал под удар дворянина и погиб, даже когда мать, измученная горем, начала угасать… Она всё равно продолжала рассказывать ему свои взгляды и методы — а Даниэль бережно и точно запоминал каждое её слово. И наблюдая, как его мать с каждым днём становилась всё слабее, он дал себе клятву. Показать ей тот мир, о котором она мечтала, прежде чем она навсегда закроет глаза. — Я в порядке, дорогой. Что привело тебя сегодня, сын? — Я собираюсь навестить Иреон, — сказал Даниэль, опускаясь на колени у ног матери и называя имя того, что теперь было территорией Империи, а не королевством. Им нужно было ещё больше усилиться перед решающим моментом. В отличие от времён восьмилетней войны, король Иреона и его род всё ещё были живы, но факт оставался фактом — Империя заставила их сдаться. Естественно, среди народа были те, кто был недоволен этим исходом. Если повезёт, они смогут даже заручиться поддержкой самого короля. « А может, наоборот — они насторожатся из-за идеологии Революционной Армии… » Даже если не удастся заручиться поддержкой властей, будет достаточно привлечь тех, кто недоволен нынешним положением. — Это будет опасно. — Многие уже погибли. Он положил голову на колени матери и медленно закрыл глаза. Перед ним мелькали лица тех, кто пожертвовал собой. — …Если так пойдёт и дальше, мы не достигнем цели. Нам нужно пополнение. — Даниэль. — Мама, я грешник. Он был тем, кто снабжал их бомбами, говоря, чтобы они хотя бы не умирали в одиночку, если что-то пойдёт не так, и именно он заставлял их совершать поступки, явно обречённые на гибель. И иногда, когда доходили новости о том, что в перестрелке погибли мирные жители, Даниэль мучился от боли целыми днями. Он открыл глаза. Взгляд Даниэля был решительным, когда он тихо произнёс, словно не замечая ласкового прикосновения руки, гладящей его волосы: — Ради них тоже мы должны достичь нашей цели. — Ты собираешься ехать сам? — Да. Как ещё заслужить их доверие, если не поехать лично? — Император ожидает этого. Возможно, он уже выставил засаду с солдатами. Император был умен. Он не мог не знать мыслей Революционной Армии. Если только он не слишком занят другими делами, чтобы обратить внимание... ну. — …Император снова начнёт войну. Я в этом уверен. Он не остановится. На этот раз пойдёт до конца. Так что… Он продолжал излагать предположения, в которых сам сомневался. — Он не сможет сосредоточиться на нас. К тому же Революционная Армия в последнее время не устраивала серьёзных инцидентов, так что мы, возможно, уже не в числе его приоритетов. Как будто чувствуя его мысли, женщина улыбнулась ласково, не пытаясь спорить. — Тебе не нужно убеждать свою мать. Делай то, что считаешь нужным, сын. — Ах… — Но перед тем, как уйдёшь, есть одна просьба от матери... Ты можешь исполнить её для меня? — Если это твоё желание, мама, для меня нет ничего невозможного. Губы женщины, изогнутые в улыбке, разомкнулись, и слова, которые последовали, заставили Даниэля побледнеть, слушая их. …… — Брат, ты вернулся? — Да. Ничего необычного? — Нет. — Ах, Паул. Можешь попросить Ирама отобрать несколько способных людей? И, конечно, ты пойдёшь со мной. — Что? Да. Но ты в порядке, брат? Ты выглядишь неважно... — Ах. Он инстинктивно коснулся лица. — ...Это ничего. Главное, Паул, есть ещё одна вещь, которую я хочу попросить. — Что? — Достанешь мне яд... такой, чтобы смерть была безболезненной. …! — Пожалуйста. Даниэль горько улыбнулся, глядя на поражённое выражение лица Паула. Это было всё, что он мог сделать. [ Какая мать сможет жить спокойно после потери ребёнка? ] [ Сын, ты должен вернуться живым. ] [ Если мой сын умрёт, эта мать пойдёт за ним в могилу. ] Он не мог переубедить мать. *** Вопреки ожиданиям, Император даже не обращал особого внимания на Революционную Армию. На втором заседании, созванном специально по этому поводу, каждый дворянин, дороживший своей головой, высказал свои предложения по поводу Революционной Армии. Выяснилось, что идей было удивительно много и разнообразно. Выслушав все предложения, Император выбрал наиболее реалистичное и поручил дальнейшие дела другим — тратить свою энергию на такие мелочи не было смысла. « Когда королевство Иреон будет захвачено, Революционная Армия, скорее всего, попытается там закрепиться, так что стоит выставить войска на готовность », — или что-то в этом духе. Он скорее всего сказал что-то подобное. Так, он расплылся в неопределённой инструкции, которая отложилась в памяти. [ Отправьте Высоких Рыцарей. ] Их же прозвали Рыцарями Убийцами. Причин послать именно этих безумцев было две. Первая — они слишком много проблем создавали, и убирать за ними было постоянной головной болью. Из-за скуки, раздражения или радости — они находили повод устроить каждый день беспорядки, усугубляя и без того плохое самочувствие Императора. Почему они ломали целые здания? Почему жонглировали железными мечами, чуть не отрезая руку проходящему слуге — и при этом не свою? Вторая причина была... « Кто ещё сможет справиться с этими сумасшедшими? » Рыцари Убийцы — самозваная группа сумасшедших. А Революционная Армия в своём роде была такой же безумной. Разве с безумцами не должны расправляться безумцы? ---------- Смятение (2) Я не переживаю. По крайней мере, не за то, что Рыцари-убийцы проиграют. Во время восьмилетней войны они шли в авангарде, прославленные тем, как беспощадно крушили врагов и устраивали резню. «После всего этого кровопролития — не может быть, чтобы они утратили свою жестокость». Поэтому, как и прежде, Революционную Армию оставили рыцарям Деона Харта. Мне не нужно беспокоиться об этом, пока я не получу отчёт. *** Император сидел во главе стола в зале заседаний, опершись локтем о край и рассеянно поглаживая подбородок, наблюдая, как остальные ведут оживлённые дебаты. Всякий раз, когда его хищные золотые глаза вспыхивали, дворяне, обменивающиеся мнениями, вздрагивали. Но никто не осмеливался это прокомментировать. Сейчас их внимание было приковано к объявлению императора, прозвучавшему ранее. Теме, как будто специально брошенной, чтобы подчеркнуть: война ещё не закончена. [Какое королевство мы захватим следующим?] Это было сказано ещё до того, как покорение королевства Иреон завершилось окончательно. Хотя изначально многие были против войны, теперь никто даже не заикался об этом. Не потому что они передумали. Просто они буквально чувствовали на себе недовольство императора. А жизнь была им дорога — вот и сидели молча, продолжая бессмысленный разговор. В этой душной атмосфере один из дворян осмелился обратиться к императору: — Ваше Величество, прошу прощения, но как бы я ни пытался это осмыслить… мне кажется, эта война будет трудной. Голос его дрожал. Вокруг раздался громкий вдох. Понимая, что только что, возможно, подписал себе смертный приговор, он зажмурился, но император не стал наказывать его сразу. Хищник, до этого наблюдавший за встречей, подпёр щёку и медленно опустил руку, выпрямившись. На лице, обычно лишённом эмоций, проступила тень улыбки. — О? И с чего бы это? — Численность войск… представляет собой серьёзную проблему. — Численность, говоришь… Император сразу понял, к чему тот клонит. Он ничего не сказал — просто кивнул, побуждая продолжить. Обретя немного смелости, дворянин начал осторожно развивать мысль. — Сами по себе покорённые королевства — это переменные. Чтобы следить за ними и быть готовыми к любой неожиданности, нам нужно определённое количество войск. Революционная Армия внутри Империи — яркий пример такой переменной. — И поскольку я не собираюсь прекращать войну, количество доступных для отправки войск будет только сокращаться. — Да, Ваше Величество. Возможности использовать солдат из покорённых земель весьма ограничены, так что со временем проблема будет только усугубляться. Любое сражение неизбежно ведёт к потерям. Сейчас это может не казаться критичным, но если продолжать в том же духе — война за войной — потери накопятся и нанесут серьёзный удар. К тому же удержание захваченного королевства требует постоянного присутствия войск. Учитывая это, несложно понять, что число доступных солдат будет резко сокращаться. «Если бы мы полностью уничтожили королевскую семью и выжали из королевства каждого солдата, как это было во время восьмилетней войны, это ещё можно было бы как-то выдержать…» Но император уже принял капитуляцию королевства Иреон и пощадил их королевскую семью. А это значит, ситуация отличается от той войны. Дворянин с опаской взглянул на императора. К счастью, пока что тот выглядел спокойным. — …Ресурсы можно захватить, но солдат — нет. В отличие от армий других стран, имперская армия гордится своей верностью и преданностью Империи. А солдаты, полученные через захват, никогда не будут такими же. — П-пожалуйста, достаточно. Другой дворянин, боясь, что император вот-вот взорвётся, осторожно попытался его остановить. Иные, связаны с ним узами дружбы или родства, тоже поспешно шепнули ему, не желая видеть, как у их знакомого полетит голова. — Ну… мы ведь всегда можем пополнить ряды за счёт призыва простолюдинов. Собрать нищих с трущоб, например. Раз уж граждане Империи сражаются за Империю, преданность — вопрос решённый… — Вздор! Боевой дух солдат — тоже решающий фактор в войне! Какой у них будет настрой, если их насильно согнали на службу?! — воскликнул маркиз Тендер Эмиэйбл. — Если хотят выжить — возьмут меч и будут сражаться. — Как вы можете так говорить…! — Хватит! Давайте сосредоточимся на изначальной теме, маркиз Эмиэйбл! Даже если у них будет слабый дух, у них всё равно есть численное преимущество, как ты смеешь… — Просто число не преимущество, — не выдержал маркиз, повышая голос. — А уж управлять ими, словно марионетками, по команде командира — тем более невозможно! Поэтому…! Разгорячившись, Тендер Эмиэйбл резко повернул голову к императору — и тут же замер. Другие дворяне, бессознательно проследившие за его взглядом, тоже на мгновение перестали дышать. Император смотрел на них с убийственным выражением в золотых глазах, в любой момент готовый разорвать тишину. — ……. — ……. В наступившей мёртвой тишине император поднял руку и медленно провёл пальцами по подбородку. Даже этот незначительный жест заставил дворян вздрогнуть. — Не знал, что вы так талантливы, господа. Как же хорошо вы умеете лаять. — ……. — Однако я не могу проигнорировать такую чушь. Его голос был холоден, будто дыхание с заснеженной вершины горы. — Призвать простолюдинов, говоришь…? Сокрушительная волна убийственного намерения накрыла весь зал. Что-то было не так. Дворяне, чувствуя, что их жизни висят на волоске, поспешно склонили головы. Император, с каменным лицом, медленно обвёл их взглядом. Его голос стал резким и тяжёлым, словно каждое слово он выплёвывал. — Вы вообще знаете, зачем простолюдины платят налоги? Во время восьмилетней войны я действительно прибегнул к принудительному призыву. Это было отвратительное решение, заставившее меня столкнуться с собственными приоритетами и эгоизмом — то, что до сих пор лежит грузом на сердце. Это был крайний шаг, предпринятый, когда число войск стремительно падало. Я помню, как же был раздражён, отдавая этот приказ. Предложить такой шаг — тот самый, что погрузил меня в чувство вины, в отвращение к самому себе и стал настоящим началом моего кошмаров — как разумное решение? — Налоги — это плата за защиту и благополучие. В обмен на собираемые налоги государство обязано защищать народ и обеспечивать ему условия для жизни. Это — долг дворянина, обладающего землями. И долг императора. — И вот, после того как вы получили налоги, ваша первая мысль, когда не хватает войск, — это немедленно призвать простолюдинов? Я даже не ждал, что они обеспечат подданным благополучие. Это было слишком сложно, и даже я сам не достиг этого. Но разве хотя бы защиты они не заслуживают? — Вместо того чтобы отдать собственные войска или самим добровольно пойти на войну, вы без колебаний предлагаете мобилизовать народ?! — ……. — А потом у вас хватает наглости заявлять, что раз уж граждане Империи сражаются за неё, то их верность — само собой разумеющееся? Сколько можно нести этот бред?! В чём вы вообще уверены и что себе возомнили?! Защита Империи гражданами — это их выбор! А вот защита граждан Империей — это её обязанность! Если Империя не выполняет свою роль, народ имеет полное право её покинуть! — Как простой люд может… — Конечно, может! Если Империя не относится к своим подданным должным образом, почему они должны оставаться и брать в руки оружие, чтобы её защищать?! Ваша надменность переходит все границы, это уже не просто глупо — это смешно. Я уже вижу, как ваши драгоценные посты рушатся под натиском тех самых людей, которых вы предали. Вижу, как ваши головы катятся на гильотину. — Ваше Величество! — Эти слова… слишком резки! — Слишком резки? Неужели они действительно не понимали, почему я так зол? Во время восьмилетней войны, когда не хватало солдат, первым его приказом было — отправить в бой дворян. Так что они прекрасно знали, что есть и другой путь. Но для них их собственная безопасность и богатство были важнее, чем жизнь простых граждан Империи. «Я сам не имею права злиться… ведь именно я развязал эту войну». Но если даже император теряет разум, неужели его подчинённые не обязаны сохранить здравый смысл? Что будет, если они все сойдут с ума одновременно? Отвратительно. Они отвратительны. И я не лучше. Эта мысль была невыносимой. Не осознавая, я сжал рукоять меча, прислонённого к трону. И лишь когда канцлер кашлянул, я понял, что делаю. — Кхм. Этот звук, сменивший атмосферу, выдернул его из оцепенения. С лёгким облегчением в воздухе остальные, казалось, тоже пришли в себя. Дворяне, с побелевшими от страха лицами, поспешно склонились в поклоне. — Примите мои глубочайшие извинения. — Мой разум был затуманен. — …Да, затуманен. Я оглядел их побледневшие лица, затем отпустил рукоять меча и провёл рукой по лицу. В уголке зрения мелькнула чёрная тень. Не нужно было гадать, почему. Я стиснул зубы и заговорил. — Быть глупым — не преступление. Но для тех, кто наделён властью, это уже преступление. Вы понимаете, сколькими жизнями может обернуться один ваш приказ или даже просто слово? Похоже, вам стоит напомнить, что титулы — это не только привилегия, но и обязанность. — Мы испытываем стыд… — …Я приношу извинения маркизу Эмиаблю. Однако у меня нет намерения откладывать или прекращать войну. Так что позвольте прояснить: если численность войск снова окажется недостаточной, я в первую очередь отдам приказ вам участвовать в ней. Точно так же, как это было во время восьмилетней войны. — Критерии останутся прежними. Для семей, где есть двое и более мужчин, как минимум половина ваших личных солдат и один мужчина обязаны участвовать. В противном случае вы предоставите две трети своих частных войск. — ……. — Призыв простолюдинов был и останется крайней мерой. — ……. Я несколько секунд молча смотрел на притихших вельмож, затем тяжело, почти беззвучно вздохнул и закинул ногу на ногу. Моя более расслабленная поза ослабила напряжение среди дворян. Дав им немного времени, чтобы прийти в себя, я вновь заговорил. — А теперь вернёмся к исходной повестке. Какое королевство будет следующим объектом войны? — ……. После окончания собрания, я направился прямиком в свой кабинет. Швырнув меч в сторону, я рухнул в кресло, опустив локти на стол и сжав пальцами виски. Мой рассеянный взгляд упал на поверхность стола. На столе лежал фарфоровый сосуд, который я рассматривал перед собранием. Один из военных трофеев из королевства Иреон. Как там это называлось… королевский фарфор? Хотя в искусстве я не разбирался, даже я мог почувствовать его исключительное качество и изящные линии. И тогда мне пришла в голову мысль… «Можно ли это продать, чтобы профинансировать войну?» Я сознательно пытался отогнать от себя неприятные воспоминания о собрании, сосредоточившись на предмете перед собой. Но всё было тщетно. Я поворачивал фарфор то так, то этак, намереваясь осмотреть основание, и вдруг заметил нечто странное. Чёрное пятно на белоснежной поверхности. Подумав, что что-то прилипло, я провёл по нему большим пальцем — но на коже не осталось и следа. Оторвав пустой взгляд от чистого пальца, я снова посмотрел на фарфор. Когда глаза сфокусировались, пятно… сдвинулось. Дрожь. А затем —ВЖУХ— Фарфор начал покрываться чёрным, словно тушь, расплывающаяся по бумаге. Тук, тук. — Ваше Величество, это Ардал... КРАХ! Звук разбитого предмета заставил канцлера Ардала, стоявшего в дверях, замереть на месте. Не дожидаясь приглашения, он быстро распахнул дверь и вошёл. Его глаза расширились, когда он увидел разрушения в кабинете. Фарфор был разбит. Бесценный королевский фарфор. — В-Ваше Величество... что это значит... Его губы дрожали. Услышав этот стон, я сухо вздохнул и равнодушно ответил. — …Фарфор был безобразным. Видимо, бракованный. — Безобразным...! Но Ваше Величество, вы же ничего не понимаете в фарфоре! Крик канцлера, как обычно, остался без ответа. Я пусто уставился на осколки разбитого фарфора. …Галлюцинации становились всё сильнее. Пока это не мешало моей повседневной жизни, но всё же. То, что поглотило фарфор, было явно плодом моего воображения. Существо, заключённое в пределах разума, неспособное напрямую влиять на реальность. Я поднял голову. За спиной канцлера встретился взгляд чего-то чёрного, что хихикало, глядя на меня. — ……. Ха. Я нарочно рассмеялся. Канцлер нахмурился, не понимая, как можно смеяться после такого ущерба, но не стал обращать на это внимания. Плохое настроение в зале собраний тоже было из-за этого. Как можно быть в хорошем настроении, когда нужно сосредоточиться на государственных делах, а тебя всё время отвлекают? Он и так не рассчитывал прожить долго, так зачем же спешить? «Нетерпеливые ублюдки». ---------- Смятение (3) Пока император с ухмылкой наблюдал за ним, Ардал подошёл к стопке документов. Он пролистал их, вытащил пачку отчётов, пробежав глазами по нескольким страницам. Схватив ручку и внеся поправки прямо там, Ардал демонстративно вздохнул. «Ха-а… три предмета из королевского фарфора…» Он зачеркнул количество предметов, написал новую цифру «3» и, ворча, положил отчёт обратно. Это происходило не только в конференц-зале. Теперь он даже разбивал ценную керамику. Хотя император вёл себя как тиран, он обычно держал себя в установленных им самим рамках. Но в последнее время он вёл себя странно. Император, которого он знал, не стал бы делать того, что делал в последнее время. Вопросы, которые крутились у Ардала в голове, смешались с недавним всплеском недовольства и начали всплывать на поверхность. — Вам не приходит в голову, что Его Величество в последнее время ведёт себя странно? В этот ответственный период Вы часто замыкаетесь в себе, иногда становитесь чрезмерно чувствительным, а когда я проверяю, на что Вы так долго смотрите — там ничего не оказывается. Как будто… Ардал застыл. В наступившей странной тишине его зрачки расширились, а рука, повисшая в воздухе, задрожала. Он повернул голову, чтобы посмотреть на императора. Ждал ли он, когда Ардал заговорит, или собирался притворяться, что ничего не слышит, пока Ардал не попадёт в точку? Император молчал. — …Как будто Вам что-то мерещится. — …… Не получив ответа, Ардал ещё больше укрепился в своей уверенности. И он знал причину этого. — Полагаю, врача Вы не звали? Чувство вины, замаскированное под ответственность. — Нет. — Ха-а… Забыв о приличиях, он потёр лоб. Ардал не мог понять императора. Эдуардо Дезерре был самым загадочным человеком из всех, кого он знал. Да, всё ещё человеком. Это слово не подходило императору, который был безупречен в сражениях, работе с документами и даже в повседневной жизни. Ардал горько усмехнулся. В конце концов, он тоже человек. — Вы можешь отличить друга от врага? — Пока получалось. — Да, Вы обязаны различать. В тот момент, когда Ваше Величество потеряет рассудок и замахнётся мечом на союзника, имперская власть перейдёт в другие руки. Он имел в виду, что лично возглавит процесс замены императора. Император явно понял подтекст, но ничего не сказал, зная, что для Ардала Империя стоит на первом месте. Разве не здорово, что среди всех этих жадных людей есть хотя бы один такой, как он? — Его Высочество наследный принц и Её Высочество принцесса знают? — Наследный принц знает. — Тогда весьма вероятно, что Её Высочество принцесса тоже знает. Разве Вас не просили обратиться за лечением? …Нет, — конечно, они просили. Ему нужно было перефразировать вопрос. — Ваше Величество по-прежнему не намерено обращаться за лечением? — Нет. А также, канцлер… Словно желая закончить разговор, император решительно сменил тему. Ардал, собиравшийся что-то сказать, замолчал, когда император заговорил снова. Точнее, из-за того, что император указал на определённую точку на карте. — Как ты знаешь из того, что произошло на встрече, следующей целью для войны было выбрано королевство Шрахан. Я намерен атаковать, начиная с этого региона, потому подготовь документы, описывающие особенности этого региона… — Вы серьёзно? Выражение лица Ардала опустело. Император прервался и поднял голову. Их взгляды встретились в наступившей тишине. Сверкающие золотые глаза, похожие на глаза хищника, горели яростью. Как всегда, подпитываемые сильной волей и готовностью пожертвовать собственной душой. Ардал молча наблюдал за ним, прежде чем медленно открыл рот, нарушив молчание. — Вы не в самой лучшей форме. — Это вопрос ума, а не тела. — Разум неизбежно влияет на тело. Как и другие дворяне, Ардал был недоволен этой войной. Нападать на королевство Иреон — это одно. Но не было никакой необходимости совать нос в дела других королевств и сеять смуту. Конечно, поскольку целью императора было завоевание континента, его не волновали такие вещи… Больше всего ему не нравилась причина, по которой император намеревался завоевать континент. Поэтому, когда он подтвердил, что состояние императора было плохим, он втайне надеялся, что император, по крайней мере, отложит войну, даже если не отменит план. — Итак, канцлер, ты хочешь сказать, что мы должны отменить план, который уже был принят на совещании? — …Но… — он знал, что это было бы пренебрежением к знати, участвовавшей в собрании. Но даже так. — Это безумие, — напряжённый голос сорвался с его губ. Император являлся значительной частью военной мощи Империи. Недаром императора неофициально считали первым героем Империи. Он был сильнейшим из тех, кто обладал частицами Героя. Тот, кто играет ключевую роль и как генерал, и как солдат, находится не в лучшем состоянии. И они будут продолжать войну? Война опасна: один неверный шаг может мгновенно уничтожить бесчисленное количество жизней. Что произойдёт, если состояние императора ухудшится и он не сможет отличить друга от врага, отдавая ошибочные приказы или замахиваясь мечом на союзников? — Я знаю. — Тогда почему…! — Ну… Словно погруженный в свои мысли, он спокойно опустил золотистые глаза; длинные ресницы отбрасывали тень. Император, молча наблюдавший за разбитым сосудом на полу, внезапно приподнял уголок рта и посмотрел на канцлера. Загадочный голос прозвучал спокойно. — Нужна ли причина сумасшедшему, чтобы делать что-то безумное? Бах! Услышав внезапный шум, император, который до этого вяло улыбался, мгновенно перестал. Его золотистые глаза опустились на руку, которая хлопнула по столу, а затем снова поднялись на владельца этой руки. Император бесстрастно наблюдал за канцлером, который стиснул зубы, словно готов был взорваться, и тихо спросил. — Что это значит, канцлер? — Если Вы собираетесь сойти с ума, сходите с ума без последствий для людей! Если Вы хотите умереть, отправляйтесь в тихое место и умрите, не принося в жертву невинных граждан Империи! Если Вы хотите навредить себе, вредите своему собственному телу, а не Империи! — наконец, он сорвался. В глазах императора промелькнул холод, но Ардал, не испугавшись, дал волю своему сдерживаемому гневу. Зная цель императора и заботясь об Империи больше, чем кто-либо, он был в ярости. — Несомненно, Вашему Величеству известно, что солдаты, принесённые в жертву на войне, также являются гражданами Империи! И всё же, почему Вы настаиваете на войне? По-Вашему, им надо умереть, но выполнить обязанности? Почему исключён вариант вообще не вести войну? Почему граждане Империи должны быть принесены в жертву, а Империя использована в Ваших личных целях? Почему?! — Канцлер. — Ответственность — это хорошо. Это то, что должен нести каждый человек. Но… но зачем? Он думал, что главным приоритетом императора была «ответственность». Нет. Император придавал первостепенное значение ответственности, но это не было для него на первом месте. Если бы император действительно ценил ответственность превыше всего остального, — Ответственность за что-то другое для Вас важнее, чем граждане и Империя? Он бы поставил Империю и её народ превыше своей ответственности перед умершими братьями и сёстрами. Его истинным приоритетом было… «Чувство вины». Ответственность была чем-то вроде приза за второе место, а не за первое. «Чувство вины» даже не фигурировало в списке. Император придавал первостепенное значение чувству вины, замаскированному под ответственность. В конце концов, он тоже был всего лишь слабым человеком, движимым чувством вины. — Канцлер. —……. Ардал не ответил. Император, молча наблюдавший, как он тяжело дышит, медленно заговорил, словно обдумывая каждое слово. — Что я только что сказал? — ……Ха. В конце концов, всё заканчивается тем же выводом. Означали ли эти слова: «Поскольку я — Империя, я не стану пренебрегать этим, так что не волнуйтесь», или просто: «Поскольку я — Империя, заткнитесь и делайте, что я говорю». Вывод был один и тот же. Всё пойдёт согласно воле императора. Ардал, который молча смотрел на императора, порылся в картотеке и вытащил одну из папок. Он положил её на стол и открыл. — …Я уже всё подготовил. Характеристики района, о котором Вы упомянули, Ваше Величество. — ……. — Думаете, я знаю Вас всего день или два? Я ожидал чего-то подобного. Какие решение он примет, какие пути изберёт, если они начнут войну? Все. [Я — Империя.] Если бы эти слова произнёс кто-то другой, кроме Эдуардо Дезерре, Ардал ушёл бы без колебаний, даже если бы этот человек был его благодетелем. Обычно человек, который произносит эти слова, — безнадёжный тиран, который войдёт в историю, и такой тиран никогда не смог бы должным образом управлять страной. Но Эдуардо Дезерре… — Поступайте, как вам заблагорассудится, Ваше Величество. В любом случае, у меня нет возможности остановить вас, и… «…Пока вы не покинете Империю, я буду закрывать на это глаза». Он молча проглотил оставшиеся слова. Император, просматривавший документы, казалось, прочитал его мысли и поднял глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. — ……Я знаю. «Вы знаете. Если Вы откажетесь от Империи, вы не будете императором. Я мобилизую все свои возможности, чтобы отрубить Вам голову и повесить её на городских стенах». Ардал встретился взглядом с императором, прежде чем спокойно отвести взгляд. Повисло тяжёлое молчание. В тот день Империя объявила войну королевству, граничащему с их территорией. Несколько королевств, которые и без того подозревали Империю в разжигании войны, несмотря на отсутствие серьёзных нарушений с другой стороны, похоже, что-то поняли и поспешно перешли в состояние боевой готовности. Это был момент, который предвещал кровавую бойню на континенте. *** В настоящее время в Империи насчитывается четыре официальных героя. Трое героев появились во время Восьмилетней войны, а четвёртый внёс дополнительный вклад и был признан героем позже. Трое героев Восьмилетней войны были теми, кто выжил среди бесчисленного множества других, которых называли героями, но которые в конечном итоге погибли и были забыты, защищая свои имена до конца. Таким образом, их вклад был значительным. Первый герой принял командование в начале войны, опираясь на мощную поддержку императора, и руководил сражениями. Второй герой отличился на ранних этапах войны, безжалостно уничтожая врагов и создавая горы из их трупов, чем заслужил большую известность. Третий герой служил в авангарде с начала и до середины войны, демонстрируя безжалостный характер, не оставлявший после себя ни одного целого трупа. Стигма Примьеро был вторым из этих героев. — Королевство Иреон уже сдалось? — Да. — Я не понимаю, зачем они вообще нас провоцировали, если собирались это сделать. Эти жукоподобные ублюдки. Отвращение промелькнуло в глазах человека, одетого в одежду, которая немного отличалась от официальной одежды Империи. Это была неизбежная реакция для того, кто не любил слабых. Словно не желая больше думать о побеждённых, с остатками которых уже разобрались, он опустил скрещённые ноги. Стигма резко перевернул окровавленный меч, который держал в руках, и вонзил его под ноги, затем опустив подбородок на руки, лежащие на рукояти. Низким и мягким голосом он продолжил: — Итак, зачем его величество вызвал меня? — Он приказал Вам готовиться к войне. — Война? Разве война уже не закончилась?.. Не может быть. Глаза мужчины расширились. Его удивление было мимолётным. Словно получив подтверждение, он скривил губы. — Ха. — ……. — Кхахахаха! Его бодрящий смех разнёсся по небу. После недолгого смеха на губах мужчины все ещё играла улыбка. — Как и ожидалось от Его Величества. Наконец. Стигма пробормотал что-то себе под нос едва слышным голосом и ещё несколько раз усмехнулся. Он ожидал, что император не закончит войну так просто. Во время Восьмилетней войны действия императора, казалось, были направлены на завоевание континента. Стигму радовало не само стремление императора к завоеванию континента. Он был рад тому факту, что может участвовать в войне. Точнее, тому, что у него будет шанс заслужить награду. «На этот раз точно». В обмен на свои достижения он потребует уничтожения своей семьи. Прямо как тот парень. ---------- Смятение (4) Деон Харт, третий герой Империи. Я открыто проявил к нему интерес, задав вопрос: — Примет ли мой младший участие в этой войне? — Если речь идёт о почтенном графе Деоне Харте, полагаю, он присоединится к войне, пусть и с опозданием. На самом деле, Император не стал бы скрывать такую мощную карту. — С нетерпением жду встречи с ним. Я симпатизировал ему. При награждении героев войны порядок определялся моментом, когда они показали себя. Вот почему я, в отличие от Немезиуса, который ответил на вопрос императора ещё до того, как тот его задал, просто сказал, что не имею особых пожеланий. Тогда я получил титул маркиза, обширные земли на юге, а также немалое количество денег и драгоценностей. Тогда я был доволен. До тех пор, пока не узнал, что в личной аудиенции с императором попросил Деон Харт. «Разрешение уничтожить собственную семью своими же руками». Меня словно ударом молнии поразило. Как вообще такая мысль могла прийти кому-то в голову? Это чувство выходило за пределы простого шока: оно граничило с восхищением. И одновременно с этим во мне начало зарождаться чувство симпатии к Деону Харту, человеку, с которым я даже ни разу не говорил. Конечно, была и лёгкая досада. Если бы я знал, что такая возможность существует, прежде чем назвать свою награду, всё могло бы сложиться иначе. — Но разве почтенный граф Деон Харт ваш младший, маркиз? Я слышал, он всё детство провёл в своём особняке, вплоть до начала войны. — Мы оба герои. Я второй, а этот мальчишка третий. Тихо усмехнувшись, я опёрся на вонзившийся в землю меч, чтобы подняться. Когда я ступил на неровную землю, я почувствовал лёгкое движение под ногами. Взгляд скользнул вниз. — Ох, дорогие мои… Всё ещё живы, да? На всякий случай я огляделся и заметил нескольких, кто всё ещё цеплялись за жизнь. Неудивительно, что сидеть было неудобно. Я выдернул меч из земли, точнее, из живота кого-то ещё живого. Пронзив шею извивающегося парня, я холодно отдал приказ: — Найдите и добейте всех, кто ещё дышит. А может… учитывая риск заразы… лучше просто сжечь всё к чертям. — Есть, сэр. Ну что ж, раз уж это война, стоит, пожалуй, приготовиться. Хотя... когда бой — это рутина, готовиться особо не к чему. С меча Стигмы капала кровь, пока он уходил прочь. За его спиной лежала гора трупов. В том самом «кресле», где он сидел... вспыхнул огонь, сжигая груду тел. Вскоре пламя начало вырываться и в других местах. Стигма Премьеро. Второй герой Империи, удостоенный титула маркиза. Территория, которую он получил, — самый южный регион Империи, где ежедневно шли бои с варварским племенем Варвай. Это было не наказание императора, напротив, сам Стигма, происходивший из южных земель и испытывавший лютую ненависть к варварам, сам попросил этот край. Под молчаливым одобрением императора на резню, насколько же усилились его войска за всё это время, сражаясь с болезнями и дикарями в душном, жестоком юге? Стигма, уже сформировавший свою военную фракцию на юге, с воодушевлением отдал приказ готовиться к войне, словно всё это время только и ждал этого момента. *** Э-э... Я с неохотой уставился на Девеланию, которая махала мне рукой из кареты, подзывая внутрь, а потом обернулся к Королю Демонов, провожающему меня взглядом. Его вечно улыбающееся лицо… почему-то мне показалось, что он… ах, да, он же и есть сам Король Демонов. — Так что отступать... — Категорически запрещено. — А уйти в отставку... — Даже не шути об этом. Чёрт побери. С ощущением, будто я — корова, которую тащат на убой, я заставил свои ноги, будто приросшие к земле, сдвинуться с места. Будто предвещая мрачное будущее, висевшее на шее ожерелье с магическим камнем раскачивалось из стороны в сторону, заявляя о своём существовании. …… Примерно за тридцать минут до отправления во Второй город меня охватило беспокойство. Это произошло, когда Эд, будучи прилежным адъютантом, проводил финальную проверку перед отъездом. — Командир второго корпуса намерен отправиться вместе с войсками. Сэр Арут, Вы по-прежнему не берёте с собой нулевой корпус? По какой-то причине Эд, который как раз вооружал меня с ног до головы, одновременно затягивал ремешок ножен у моего бедра. — Да, вполне достаточно того, что второй корпус едет с нами. Нет, это уже перебор. Мы всего лишь едем покупать одежду, а в качестве сопровождения — целый корпус... К тому же у Девелании нет причин пытаться меня убить, так что нет смысла брать с собой нулевой корпус, само присутствие которого истощает мою нервную систему. Если бы это было в Мире Людей, я бы ещё засомневался, но мы в Царстве Демонов… нет, в замке самого Короля Демонов. В отличие от людей, которые даже при одном правителе делятся на сторонников и противников, вечно тянущих одеяло власти на себя, демоны, особенно командиры корпусов Короля Демонов, подчиняются только ему. Поэтому они воздерживаются от глупых поступков, вроде убийства других командиров, тем самым ослабляя армию Короля Демонов. Хотя, конечно, если они разозлятся, то убивать не станут… но доведут до грани, это точно. Поэтому я и не могу расслабиться... «Я однажды случайно стал свидетелем боя между командирами корпусов — это было нечто ужасающее». Если бы они напали на меня так же… я бы точно умер. Вот почему я всегда веду себя осторожно: я не провоцирую Девеланию и не собираюсь создавать никаких инцидентов. Значит, особо беспокоиться не о чем… Но почему тогда… — Вот как… значит, нулевой корпус лишь помеха для Вас, сэр Арут. — …Прости? — Настолько, что Вам было бы легче отправиться в одиночку… — …? — Придётся ужесточить их тренировки. Почему Эд так реагирует…? — Конечно, им всё равно не догнать Вас, сэр Арут, но, по крайней мере, они не будут вам мешать… …… Это был первый зловещий знак, который я заметил. Вторым была Риринель. Держа в руках знакомое ожерелье, она подошла к моей комнате с сияющими глазами и взволнованно начала говорить. — Сэр Арут, я слышала, что Вы снова покидаете замок Короля Демонов? — Да, я направляюсь во Второй город. Но зачем она…? — Почему Вы говорите только об этом? Я слышала, Вы собираетесь сделать крюк через окраины. — Да... Так зачем же…? — Как лидер Культа Арута, я не могу просто стоять в стороне, услышав такую новость! Поэтому я подготовила это! Знакомое ожерелье торжественно покачивалось перед моими глазами. Постойте, кажется, я услышал что-то странное...? Какой культ? Это точно нужно прояснить. Если проигнорировать, потом обязательно пожалею. Следуя предупреждению инстинктов, я хотел было что-то сказать, но Риринель опередила меня. Не дожидаясь нескольких секунд тишины, которые мне были нужны, чтобы осознать абсурдность сказанного и прийти в себя, она вложила ожерелье мне в руку и с гордостью заявила: — Это ожерелье с защитной магией, точно такое же, как в прошлый раз! Оно реагирует на атаки, угрожающие вашей жизни, и более того, как только наденете его, оно автоматически распознает владельца и само вернётся к Вам, даже если Вы снимете его или потеряете! — Спасибо. Но насчёт только что сказанного... — Ах да, я ещё собиралась добавить функцию, чтобы ожерелье автоматически призывало меня, если оно сломается... Воу... Мне ни в коем случае нельзя это носить. — …но Король Демонов меня отругал за трату магии и сил, так что я не смогла. Простите... — Ну хоть что-то хоро… В смысле, и этого достаточно. Спасибо. — Пожалуйста! Давайте, попробуйте надеть! Я на мгновение замялся, но это было лишь мгновение. Похоже, к счастью, она не добавила эту неприятную функцию, и у Риринель нет причин причинять мне вред... Я сразу же надел ожерелье на шею. Ожерелье, распознав владельца, на мгновение засияло и успокоилось. Наконец найдя возможность заговорить, я поспешил открыть рот, чтобы не дать ей снова забрать мою возможность что-либо сказать. Фраза Риринель, сказанная совсем недавно, всё ещё крутилась у меня в голове. Я пропустил момент, чтобы спросить об этом в разговоре, но это было настолько абсурдно, что я просто не мог забыть. — К тому же насчёт… лидера культа… что это вообще такое…? — Ах, Культ Арута? — Кха! Боже мой. Я не ослышался! Культ Арута — даже название прямо кричит о связи со мной! Чтобы успокоиться, я взял стакан воды, который Риринель поспешно предложила. Сделав глоток, я почувствовал себя немного лучше. — Вы, Вы в порядке?! Мне вызвать врача? — Нет, всё нормально. Главное… этот Культ Арута… — Это культ, созданный для поклонения сэру Аруту! — Кха– Это длилось всего мгновение. Вода, которую я только что отхлебнул, чтобы сделать ещё глоток, тут же вырвалась наружу. Чёрт. Я поперхнулся. — Кхе-кхе-кхе! — О, нет! Что же делать? Врача! — Ах, кха, нет, всё в порядке… кхе-кхе! Чёрт, кашель не проходит легко. Надо успокоиться… Риринель, перепуганная, быстро собралась вызвать врача, но я поспешно схватил её за одежду и остановил. После ещё нескольких приступов кашля, я, наконец, успокоился и посмотрел на неё. Почему-то она смотрела на мою руку, сжимающую её воротник, со слезами на глазах. …Наверное, мне показалось? — Риринель? — Да? Ах, да! Вам уже лучше? — Да… в любом случае, Культ Арута… вряд ли найдётся много глупцов, которые поверят в такую странную религию с таким необычным смыслом. В отличие от моей головы, которая думала, что сейчас лопнет, я не мог игнорировать настораживающие инстинкты и любопытство, поэтому наконец осторожно заговорил. — Сколько… сколько людей верят в Ку- Культ Арута? — Ну, почти все слуги в самом замке верят, и примерно треть за его пределами. Это больше, чем я ожидал! Безосновательная религия захватывает замок Короля Демонов, и что же при этом делает сам Король Демонов? — На самом деле, Король Демонов проявил некоторый интерес. Ну, конечно. Какой же правитель просто так будет смотреть, как псевдорелигия набирает власть? Вот это Король Демонов. Он не просто сидит, сложа руки… — Он спросил, есть ли у них должность заместителя лидера. — Ты, должно быть, шутишь. — Простите? — Ничего. Он определённо не просто наблюдал. Он делал нечто безумное. Значит… неужели Король Демонов сейчас занимает пост заместителя лидера? Чтобы подготовиться к возможному шоку, я аккуратно поставил стакан воды на стол. Не хватало ещё уронить его и устроить новую панику. — Но если бы Король Демонов вступил, Культ Арута стал бы официальной организацией с политическим весом, поэтому ему в итоге пришлось отказаться. Он был очень разочарован. Ну, эм… Вопреки моим ожиданиям, шок оказался не таким уж сильным… «……» Я перестал думать. Но не должен был. Я должен был ещё раз обдумать, почему Риринель упомянула именно о крюке через окраины, когда вручала мне ожерелье. Более конкретно, когда я увидел Бена, присоединившегося к нам по приказу Короля Демонов, спорящим с командиром 2-го корпуса, Девеланией. Когда настало время, я спустился на первый этаж и увидел Девеланию, стоящую перед входом в карету с руками, скрещёнными на груди, и Бена, смотрящего на неё снизу вверх с недовольным выражением лица. — Я думала, поеду одна с сэром Арутом. — Это приказ Короля Демонов. И ты не одна. А как же второй корпус? — Всё равно, изначально план был: только мы вдвоём в карете. — Вот как? Как жаль. Но с учётом нестабильного здоровья сэра Арута, моё сопровождение необходимо. Особенно учитывая, что мы направляемся не напрямую во Второй город, а делаем крюк через «окраины». Опять эти «окраины». Что за особое дело с этим крюком через окраины, что все подряд это упоминают? Разве это не просто немного дольше по времени? Я бросил взгляд вниз, чтобы проверить своё снаряжение под небрежно наброшенным плащом. Эд вооружил меня основательно, как будто отправлял на поле боя, шесть кинжалов были надёжно закреплены. «Что-то тут не так…?» Это точно не похоже на обычную поездку за одеждой. Может, стоит отказаться прямо сейчас?.. ---------- Отпуск, который не отпуск (1) Лишь с заметным опозданием во мне зашевелилось подозрение, заставив по-настоящему задуматься. И в этот момент кто-то внезапно появился рядом. Он осторожно — вернее, судя по вздрагиванию, испуганно — отступил на шаг, даже не взглянув на них, и это мгновенно положило конец, казалось бы, бесконечной словесной дуэли между ними двумя. — Верно, Девелания. Мы должны быть готовы ко всему. — …Тск. Девелания цокнула языком и отошла, а Бен кивнул так, словно всё происходящее было совершенно естественным. Только тогда Король Демонов обратил на меня взгляд. Когда наши глаза встретились, его бело-чёрные глаза слегка изогнулись. — Ты сказал, что не берёшь с собой нулевой корпус. — Да, я так и сказал. — Потому что они будут помехой? Или ты просто не хочешь делиться трофеями? — Что?.. Предупредительные звоночки, до этого лишь слабо звеневшие в сознании, наконец, загремели во весь голос, хоть и с опозданием. Слишком поздно для инстинкта. Не успев ничего ответить, я мысленно выругался и отступил на шаг. Покупка одежды — это точно был только предлог. Тут пахнет битвой. Может, стоит сбежать прямо сейчас? Однако жалкая попытка уйти тут же потерпела неудачу. — Тогда поспеши. Всё готово, осталось только отправиться. То ли случайно, то ли нарочно — белая рука с резко очерченными чёрными ногтями легла мне на плечо. Я уставился на неё в растерянности, затем поднял взгляд на Короля Демонов с абсолютно каменным лицом. Затем я посмотрел на Девеланию, которая тоже заметила меня и торопливо махала рукой, призывая сесть в карету. Потом снова перевёл взгляд на Короля Демонов. — Так что отступить... — Категорически запрещено. …… Какое-то время после отправления ничего не происходило. Я просто смертельно устал: то от постоянных попыток уловить настроение в напряжённой атмосфере между Девеланией и Беном, то от укачивания. Грохот, грохот. В этой ужасно трясущейся карете я пытался одновременно сдержать тошноту и выдержать моральное противостояние двух демонов. — Почему бы уважаемому лекарю не выйти и не пробежаться рядом? — Простите, но врач должен всегда находиться рядом со своим пациентом. — Тогда полезь на крышу. Если случится что-то опасное, я тебе махну– — Карета достаточно просторна. Не вижу причины прибегать к столь странным мерам. Не обращай внимания. Это тебя не касается. Всё хорошо. Просто игнорируй… Тьфу, укачало… «Боги всевышние…» За что вы меня так мучаете?! Для справки: я атеист. Эти злобные ублюдки заставляют атеиста взывать к богам. Не замечая моего мучительного состояния, Девелания, явно в раздражении, скрестила руки и лениво протянула: — Когда-то ты был личным врачом Короля Демонов, а теперь возомнил о себе, да? — Сейчас я — врач командира нулевого корпуса. Вполне естественно, что я веду себя с определённой гордостью. — У командира корпуса есть полномочия на немедленную казнь. Если ты не хочешь, чтобы тебе досталось, тебе лучше попридержать язык. — Если ты уверена, что сможешь причинить вред врачу командира нулевого корпуса и это сойдёт тебе с рук, попробуй, во что бы то ни стало. Я покажу, на что способен врач в гневе. Да заткнитесь вы оба! Меня уже тошнит, башка раскалывается! Вопреки всем зловещим намёкам, сначала действительно ничего не происходило, и это даже было облегчением… но теперь, чёрт побери, хоть бы что-нибудь уже случилось. Что угодно, лишь бы выбраться из этой атмосферы. Пожалуйста. БУМ!! — Сэр Арут! Госпожа Девелания! Возникла чрезвычайная ситуация! Но не таким же способом… «Что угодно, с чем я мог бы справиться…» Я торопливо распахнул окно, чтобы оценить обстановку снаружи. Чёрная волна монстров накатывала на нас. К счастью, бойцы второго корпуса успели активировать барьер: он временно сдерживал натиск, останавливая тварей на подступах, но было ясно — этого надолго не хватит. Осмотревшись, я заметил среди валяющихся монстров одного особенно крупного и тут же понял источник предыдущего взрыва. «Если такая туша грохнулась, неудивительно, что звук был оглушительный…» Вступить в бой — верная смерть. Есть ли хоть шанс на побег?.. Не похоже. В замешательстве я огляделся по карете и замер. Девелания спокойно смотрела в окно, будто ничего не происходило, а Бен рылся в своём медицинском наборе, демонстрируя полное равнодушие к происходящему снаружи. Как будто… они ждали этого. «…Аха». До меня быстро дошло. Я сжал челюсти. Так вот что значило «объехать по окраинам». Проклятый Король Демонов. Надо было догадаться по их реакции с самого начала. Если бы я был хоть немного подозрительнее и внимательнее — мог бы всё понять раньше. «Хотя… на самом деле, я ведь и правда что-то подозревал». Я просто проигнорировал это назойливое чувство, уговаривая себя: «Ну нет, этого не может быть…» Говорили, что число монстров растёт с каждым днём. Даже до отправки в Империю их было так много, что приходилось защищать город. А что сейчас? С тех пор их стало только больше — не меньше. И тут в памяти всплыло кое-что, что я слышал снова и снова, даже когда сидел взаперти в покоях командира нулевого корпуса. «После обороны города там действительно поставили командира корпуса». И движения монстров изменились. Некоторые всё ещё ломились в стены города, но другие, ведомые инстинктом, начали искать более лёгкую добычу и стали проникать на земли других рас. Это вызвало протесты со стороны их лидеров. Монстры — это сосредоточение ошибок, рождённых от силы Короля Демонов. Так что, естественно, ответственность лежит на Короле Демонов. Он и должен всё убирать. Патрулировать границы демонических земель, чтобы не дать монстрам вторгнуться в другие территории. Граница, что граничит с владениями других рас. Разве не это называется «окраинами демонических земель»? Прямо сейчас я еду по самой окраине демонической территории. На зачистку монстров! «Когда Король Демонов отдал приказ объехать по «окраинам» — он имел в виду истребление монстров по пути». А я, как наивный идиот, добросовестно согласился! Чёрт подери. «Я не справлюсь с этим». Вот взгляните: это же буквально цунами из монстров. Чёрная масса, мчащаяся на нас. И он хочет, чтобы я сражался с этим?! Абсолютное нет. Ни за что. Решение пришло мгновенно: «Просто сбежать». Если рвануть прямо в сторону Второго города, не оглядываясь, — есть все шансы выжить. В отличие от лошадей Мира Людей, здешние скакуны ближе к чудовищам. Проблема лишь в одном: как убедить эти две ходячие мины в карете позволить мне свалить?.. Я ломал голову над тем, как бы завуалированно выразить своё предложение, когда Девелания, игравшая прозрачной нитью у окна, внезапно ухмыльнулась и резко встала. — Ну что ж, я выйду и разберусь с ними первой. А сэр Арут может выходить, когда сочтёт нужным. — …Прошу прощения? Чего? Нет, постойте…! Я не успел даже рта открыть, как дверца кареты распахнулась — и захлопнулась за ней. Я остался сидеть, нелепо протянув руку к двери. С трудом повернув голову, я увидел, как снаружи с каждым всполохом света обрушиваются сотни изуродованных тел монстров. …Точно. Основное оружие командира второго корпуса — нити, извлечённые из шкуры монстров. Впечатляет. Это действительно впечатляет… но блять. Теперь мой план — проигнорировать всё и просто рвануть в город. Опуская руку, всё ещё застывшую в воздухе, я медленно повернулся к оставшемуся демону в карете. Наши взгляды встретились. Повисло неловкое молчание. — …. — …. Первым тишину нарушил Бен. Он невозмутимо посмотрел вниз, продолжая копаться в своём медицинском наборе, и как ни в чём не бывало произнёс: — Я понимаю, как Вы себя чувствуете, сэр Арут. — …. — …. Нет, не понимаешь. Тот факт, что он вообще заговорил об этом — без всякого повода — уже доказывает, что нет. — Это редкая возможность для битвы, так что Вы, должно быть, хотели сражаться в одиночку. Однако монстров достаточно, так что нет нужды останавливать командира второго корпуса. Вот видите? Он не понимает. Впрочем, я и не рассчитывал. С выражением «я так и думал» я следил за действиями Бена. Похоже, он, наконец, нашёл, что искал, и достал это из сумки. В тот момент, когда я понял, что это, мои глаза чуть расширились. — Разумеется, прошу прощения, если это охладило ваш боевой дух, сэр Арут. Чтобы хоть немного его поднять, я кое-что припас. У него в руке была… бутылка алкоголя. Я уставился сначала на неё, потом на медицинскую сумку, сглатывая слова, рвавшиеся наружу. Почему… она вообще там?! — Поскольку это всё, что у нас есть, не стану возражать против количества. Просто пейте, сколько захотите, и поднимите себе настроение. Ну… учитывая, что избежать этой проклятой драки, похоже, не выйдет… может, действительно, немного расслабиться?.. Со спутанными мыслями я уставился на наполняющийся в моей руке бокал. …Верно. Умирать трезвым — не лучшая идея. Наверняка будет больно. Я выпил залпом. *** Врач Бен упрямо последовал за Демоном Арутом, который ушёл вместе с командиром второго корпуса Девеланией, даже не взяв с собой адъютанта, заявив, что они отправятся только вдвоём. Это было по приказу Короля Демонов. Официальная причина — ради здоровья Демона Арута, которое могло ухудшиться в любой момент. Но секретный приказ был другой… — Арут может колебаться перед боем. — Вы говорите о сэре Аруте? — Да. Конечно, если дело станет слишком опасным, он сорвётся и уничтожит всё, но обычно он слишком сдержанный. Нет, он настолько сдержанный, что почти похож на слабака. — Это… …Правда. Если только он не пьёт или не стоит перед лицом неминуемой смерти, он всегда избегает боя. Если бы демон, незнакомый с его истинной природой, увидел его, он наверняка воспринял бы его как лёгкую добычу. Когда Бен колебался, не в силах ответить, Король Демонов, сидевший во главе стола, тихо усмехнулся и взмахнул рукой. Молчаливый слуга подошёл и поставил перед Беном поднос, который нёс. Проследив за взглядом, Бен увидел бутылки с алкоголем. — Он, безусловно, любит сражаться, но обычно без причины терпит больше, чем нужно. Потом в какой-то момент взрывается из-за мелочи и проливает больше крови, чем надо. Не лучше ли дать ему выпустить эту накопившуюся энергию, когда есть возможность? Его противоречивое поведение промелькнуло в голове у Бена. Король Демонов тихо обратился к молчаливому врачу: — Если бы у нас было время, как во время последней осады города, можно было бы дождаться, пока он сам начнёт действовать, но времени мало. Но я и намеренно ставить его в опасность не хочу. — …. — Так что я отдаю тебе приказ. В тускло освещённом пространстве, залитом бледным лунным светом, Король Демонов подпёр подбородок рукой, пальцем постукивая по виску, на его губах играла лёгкая улыбка. Единственной частью его лица, освещённой лунным светом, была эта идеально симметричная улыбка. — Если почувствуешь у Демона колебание перед боем — напои его алкоголем. «Ах», — Бен закрыл рот, который слегка приоткрыл. В конце концов, он был Королём Демонов. Правитель Царства Демонов использует всё, что в его власти, в полной мере. Лицом к лицу с его непостижимой улыбкой Бен просто склонил голову и тихо взял бутылки. «Честно говоря, я немного волновался…» Случилась бы катастрофа, если командир нулевого корпуса начал бы бесчинствовать без разбора. Его пьяные выходки — настоящая катастрофа. Однако казалось, что Король Демонов предвидел его опасения и дал точные инструкции. Давать ему алкоголь с крепостью ровно 25% и не более пяти бутылок. Больше — и начнётся пьяный разгул. А теперь возвращаемся к настоящему. — Алкоголь, хах… Тук. Тук. Тук. Тук. Белые пальцы ритмично постукивали по сиденью кареты. На губах играла странная улыбка, а в глазах мелькнул необычный красный блеск. Бокал, из которого он пил, в какой-то момент оказался брошен на пол кареты. Опустив взгляд, Арут, крутивший бутылку в руке, наклонил голову и медленно посмотрел на Бена. Их взгляды встретились, и в этот момент… Тук. Постукивание прекратилось. — …. — …. Душащая тишина, словно сдавливающая сам воздух. В удушающей тишине, где даже дыхание казалось ошибкой, Арут, не мигая глядя на Бена, усмехнулся. В тот же момент словно прорвало плотину: безумие хлынуло из его кроваво-красных глаз, переполненных тревожными, жуткими эмоциями. Он заговорил. — Ты ведь предполагал, что это случится, да? ---------- Отпуск, который не отпуск (2) Моя толерантность к алкоголю составляла пять бутылок — речь шла о крепком алкоголе с содержанием спирта 25%. Точнее, воспоминания у меня обрывались сразу после последнего глотка пятой бутылки. Я отношусь к тому типу людей, которые внезапно напиваются, так что до этого момента у меня не было ни малейших признаков опьянения, и я сохранял полную ясность ума. Это никогда не менялось: ни разу, с того самого дня, как я впервые попробовал алкоголь. Ни единого раза. Так почему же моя личность меняется, даже если я не пьян? Усмехнулся я, поднося бутылку к губам. «Это как вставить ключ обратно в замочную скважину. Конечно, дверь откроется». Алкоголь и наркотики были своего рода «ключами». На поле боя я развил в себе две радикально разные личности, чтобы выжить и сохранить рассудок. Средством для этого стали алкоголь и наркотики. Поэтому было совершенно естественно, что стены, которые я воздвиг с их помощью, начинали рушиться под их же воздействием. Именно по этой причине даже небольшое количество алкоголя заставляло меня терять контроль — две мои личности начинали яростно пробиваться сквозь ослабленные перегородки. В конечном счёте, проблема была не в «количестве», а в самом «факте наличия алкоголя». Я особо и не пытался это скрывать, да и вряд ли это было чем-то, что можно было бы утаить, так что неудивительно, что окружающие это заметили и попытались использовать… «Но настолько в наглую?» Это был явно Король Демонов. Я даже не стал разбираться, зачем тот зашёл так далеко. Причина была очевидна. Время было на вес золота. Император двигался быстрее и решительнее, чем ожидалось, а пробуждение Героя не за горами. К тому же монстры размножались с пугающей скоростью… Однако игнорирование монстров могло привести к неконтролируемому всплеску, из-за чего они окажутся связаны по рукам и ногам в тот момент, когда нужно будет действовать. Уже сейчас поступают протесты от других рас с требованием что-то сделать с монстрами. Неужели единственный способ — отправить меня разобраться с этим и вернуться как можно скорее, чтобы минимизировать потери в боевой мощи, — это был единственный выход. Итак, я — Деон Харт… «Меня просто использовали». Король Демонов использовал меня. И в крайне мерзкой и отвратительной манере. Мне стало противно, но я ничего не мог поделать с происходящим. Я ловко отодвинул эти мысли в сторону и нарочно опустил взгляд. «Раз Девелания начала действовать так, у меня остался только один выход». Открыть дверь и разобраться с этими монстрами. Именно этого Король Демонов и добивался. Всё было подготовлено идеально. Но прежде чем это сделать… Грохот! Я бросил пустую бутылку на пол кареты и выхватил кинжал. Наступая на острые осколки стекла, разбросанные по полу, я метнулся вперёд и прижал Бена к стенке кареты. Левой рукой прижал его к груди, а правой приставил кинжал к горлу. Я уставился прямо ему в глаза и зарычал: — На этот раз я тебя пощажу — за твою прошлую службу и старания. Но второго раза не будет. — …. — Я сам решу, когда мне действовать. Мои налитые кровью глаза, полные безумного огня, открыто выражали раздражение. Я бы предпочёл быть тем, кто держит кнут, а не тем, кого им бьют. Быть вынужденным действовать против своей воли оказалось куда омерзительнее, чем я ожидал. Я и сам заметил в своём взгляде отблеск желания убивать. Бен инстинктивно почувствовал, что если перегнёт палку, может погибнуть. Его тело, уже застывшее от страха, как только я приставил кинжал к его шее, напряглось ещё сильнее. Я яростно посмотрел на него, потом пожал плечами и медленно отступил. — Не забывай, кто твой главный пациент. Хоть Король Демонов и выбрал его моим врачом, сейчас он был моим доктором. Какой врач в здравом уме порекомендует алкоголь пациенту с ослабленным организмом? Он только что навредил тому, кого должен был лечить. Тело Бена напряглось, когда до него дошло, что он натворил. Я усмехнулся, глядя на выражение его лица — оно застыло от стыда и унижения, — а затем отступил назад. — Что ж… я всё равно не имел никаких ожиданий. Глаза Бена расширились от шока, но я даже не взглянул в его сторону, просто открыл дверь кареты и вышел. Передо мной простиралась обширная равнина, на которую хлынула лавина монстров. Их было слишком много. Благодаря усилиям второго корпуса, часть уже превратилась в куски мяса, но большая часть всё ещё наступала. Заметив меня, Девелания убрала нити, которыми только что пронизывала воздух, и крикнула: — Сэр Арут, мы просчитались! Монстров оказалось больше, чем мы думали! Что нам делать? Мои красные глаза скользнули по телам убитых чудовищ и вновь поднялись вверх. А потом — на заговорившую Девеланию. — Может, отступим? Вторая крепость совсем рядом. Возможно, нам стоит направиться туда? Хотя при таком раскладе даже отступить будет непросто… — …. Я бросил взгляд на монстров. Уголки моих губ дёрнулись вверх. — То есть… ты предлагаешь нам понести значительные потери, пробиться сквозь этих тварей и добраться до Второй крепости? А оставшихся монстров — пусть они последуют за нами или нет — просто отдать на растерзание землям других рас? — Ох, я не это имела в виду… Бегство, как она предлагала, означало бы потерю бойцов, провал миссии и перенос неуправляемой угрозы в другой город. Если бы и там вспыхнуло сражение — это был бы худший сценарий. Девелания, встретившись с моим кроваво-красным взглядом, в панике замахала руками. Её лицо побледнело. — В-Во Второй крепости есть командир корпуса! Ах, нет. Простите, Сэр Арут… Я… я плохо подумала. Это была просто импульсивная идея… — Я слышал, что туда действительно отправили командира корпуса. Но один командир отвечал сразу за два города, а значит, силы пришлось разделить. Какая бы ни была у него репутация, что он сможет сделать против такой орды, имея лишь половину легиона? — Почему ты ищешь решение там? — А? — Бен, у тебя есть камень связи? — Что? А, да, да, есть! Бен, наблюдавший за происходящим рядом с каретой, встрепенулся и поспешно кивнул. Я отчётливо помню, как Эд сам укладывал вещи перед отправлением, и как зловеще напомнил, чтобы он как следует позаботился о сэре Аруте. Так что камень точно был где-то здесь… Ага, вот он. — Нашёл! — Сможешь с его помощью установить видеосвязь с Королём Демонов? — Да, это возможно, но сам камень — только проводник. Нужно ещё отдельно использовать магию… — И? — Королем Демонов наложил запрет на магию. Из моих губ вырвалось короткое «ах», прежде чем я наклонил голову набок. — Даже в экстренной ситуации? — …Я сделаю вызов. — А я пойду займусь монстрами. Похоже, там всё куда хуже, чем я думал. Девелания, нервно оглянувшись по сторонам, снова нырнула в самую гущу сражения, а Бен активировал камень связи, используя магию. Вскоре в воздухе проявилось лицо Короля Демонов. — — У нас проблема. — — Бен, покажи Королю Демонов ситуацию. Бен сразу же изменил угол, чтобы тот увидел происходящее. Король Демонов замолчал, глядя на бесконечную волну монстров. — Их больше, чем мы предполагали. — . — Что прикажете делать? — — Постараюсь. Мы находимся… — . Связь прервалась. Я снова посмотрел на монстров. Даже одного взгляда хватало, чтобы почувствовать отвращение. Их было так много, что идея не просто победить, а просто выжить в этом аду казалась абсурдной. Пятнадцать минут… Выстоять в этом пятнадцать минут? Появление добычи, похоже, довело монстров до бешенства. Даже когда их разрубали, они продолжали лавой литься по равнине — настолько, что любой другой давно бы отчаялся и сдался. Но я только крепче сжал рукоять кинжала и усмехнулся. «Давно я не попадал в подобные ситуации». Если бы я был из тех, кто сдаётся от одного ужаса, я бы не выжил в той восьмилетней войне. Я выживал и в куда более безнадёжных боях. Единственное отличие — сейчас противники были монстрами. Хотя… монстры даже проще, чем люди. Я был уверен — на этот раз я тоже выживу. Топ. Я сделал шаг вперёд — твёрдо, без колебаний. Будто в знак поддержки, рядом со мной беззвучно приземлилась Девелания и втянула обратно свои нити. Но я не рванул в бой сразу. «Если я бездумно прыгну в самую гущу, меня тут же отрежут от остальных, и я погибну». Безумие — не значит не знать своих пределов. Я безумен, чтобы жить, а не чтобы умереть. «Думай». Даже сейчас передовая линия медленно, но неуклонно отступала. Моя специализация — не убийства, а вселение страха. Если эти монстры движимы инстинктами, то стоит страху превзойти голод — и они убегут. «Но хорошо ли это, что монстры убегут?» Это может помочь выжить в краткосрочной перспективе, но в будущем точно сыграет против нас. Мои кроваво-красные глаза быстро пробежались по полю битвы. В голове стремительно выстроился план, как удержать ситуацию под контролем. Я должен удержать этих монстров здесь до прибытия подкрепления. Держа кинжалы в обоих руках, я крикнул Девелании, стараясь говорить ровно, хоть внутри всё горело от напряжения: — Мы поставим ловушку. Передай приказ своему корпусу. …. Существует такая вещь, как рыболовная ловушка. Её вход выполнен в виде воронки: войти легко, а вот выбраться — почти невозможно. Даже течение помогает рыбе заплыть внутрь и мешает выплыть обратно — настоящая западня. Сейчас монстры были и рыбой, и течением одновременно. — Девелания. — Начинайте! Второй корпус одновременно выпустил нити. Те переплетались друг с другом, формируя огромную структуру. Поскольку эти нити могли разрезать всё, чего касались, глупые монстры, не понимая, что происходит, просто шли туда, где оставался проход, ведомые собственным инстинктом. Они знали лишь одно — если сунуться не туда, их порвёт на куски. Они скоро поймут, что попали в ловушку. Но будет уже поздно — выход перекроют те, кто всё ещё прёт вперёд. Я, наблюдая за происходящим из самой глубины ловушки, медленно вышел вперёд. Сделал пару шагов, а затем обернулся к Девелании и провёл ногой по земле, оставляя черту. — Расставь нити хаотично вот в этой зоне. Цель — не подпустить монстров к вашей позиции. Нам нужна безопасная зона. Это была последняя линия обороны. Монстры не смогут выбраться из ловушки, но и мы — тоже. Место, где мы сдержим этих тварей… может обернуться нашей могилой. Поэтому надо подготовиться хотя бы настолько. — Думаю, у нас недостаточно нитей, чтобы полностью перекрыть доступ… — Нет необходимости устанавливать много. Просто оставь щели, через которые мы сможем пройти. — Что? Но… Поняв, что я собираюсь свободно перемещаться между зонами ловушки, Девелания выразила обеспокоенность: — Если не обладать высочайшими навыками, заметить установленные нити почти невозможно… Конечно, я не сомневаюсь в Ваших способностях, сэр Арут, но в разгаре битвы будет трудно отслеживать каждую из них… — Я справлюсь. — Э- м… как-?.. Даже такая, казалось бы, упрямая, как она, понимала, когда стоит отступить. Девелания проглотила вопрос, который едва не сорвался с губ, и без промедлений передала приказы второму корпусу. В такой ситуации неосторожный вопрос мог стоить жизни. Она уже собиралась быстро уйти, чтобы избежать выговора за дерзость, как вдруг услышала неожиданный ответ: — Я довольно удачлив. — Простите? Растерянный ответ сорвался сам собой. Но я ничего не объяснил — лишь устремил взгляд вперёд и усмехнулся. Любые дальнейшие объяснения были пустой тратой времени. Моя маска спокойствия рухнула, и их кроваво-красных глаз хлынуло наружу сдерживаемое безумное волнение. Я бросился к монстрам. Ловко обогнув только что расставленные вторым корпусом нити, я выцепил самого слабого на вид противника и напал. Клинок, что был в моей руке, вонзился прямо в лицо чудовища. А мои губы растянулись в широкой, пугающей ухмылке. Из моей груди вырвался смех — дикий и неестественный. Обычным людям пришлось бы сосредоточиться до предела, чтобы различить нити. Но мне не нужно было прилагать усилий. «Это тоже своего рода везение, пожалуй…» Мои глаза, с рождения чувствительные к свету и теплу, привыкли к темноте — в моей жизни было слишком мало света. Что значит не привыкнуть к свету? Это значит — быть к нему особенно чувствительным. Именно поэтому я отчётливо вижу, как нити второго корпуса еле заметно отражают лунный свет. Деталь, которую обычный человек бы упустил. ---------- Отпуск, который не отпуск (3) Я точно знал расположение всех нитей и двигался безошибочно. Я не просто избегал их — я использовал их себе в пользу. Я скользил между нитями с пугающей лёгкостью: то направляя чудовищ прямо под смертоносные ловушки, то сам разрывая их в клочья, экономя при этом силы. Чем больше я привыкал к ситуации, тем увереннее действовал — в какой-то момент я уже намеренно подталкивал монстров под нити как раз тогда, когда бойцы второго корпуса активировали их. Бен, сжимая медицинскую сумку, наблюдал за всем этим с всё более странным выражением лица. — Перелом в бою, — пробормотал он. Монстры, ещё недавно бросавшиеся в бой, теперь заметно колебались. Обычно такая осторожность только давала мне больше простора для действий. — Но этого недостаточно. Сколько бы я их ни убивал, их число, казалось, не уменьшалось. «Когда же придёт подкрепление? Почему пятнадцать минут длятся вечно?» — Кхак! — Сэр Арут! — Не подходи! Я остановил Бена, который бросился ко мне. Вонзив кинжал в лоб ближайшего монстра, я использовал его тело как опору и снова запрыгнул за барьер из нитей. Монстр, не успев затормозить, влетел в ловушку и был разрублен на куски. Его останки осыпались кровавым дождём. Я молча стер кровь с губ рукой. На коже смешалась кровь монстра и, возможно, моя собственная. — В-вы в порядке…? — Пустяки. Я пытался избегать прямых ударов, но накопившийся урон всё же дал о себе знать. Я снова закашлялся, выплюнув очередную порцию скопившейся крови… и тут же замер, охваченный внезапной мыслью. — Чёрт возьми. Я резко разразился ругательствами. — Мне нужно было продержаться ещё немного. То, что я так долго выстраивал, разрушилось в одно мгновение. Я, самый сильный в этой бойне, дал слабину. Монстры, прежде осторожные, вновь ожесточились — но не стали сильнее, чем раньше. Я стиснул зубы. — Пятнадцать минут должны были пройти. Я заставил себя собраться, выхватил кинжал и снова вышел за барьер. Схватив ближайшего монстра, я начал наносить ему удары, один за другим, яростно и без остановки. Но даже в этой ярости я сохранял расчёт. Я нарочно дышал прерывисто, делая вид, будто теряю силы. Мне нужно было казаться ещё более безумным, чтобы они колебались. Только тогда я смогу вернуть себе контроль. — Н-но… Сэр Арут, Вы, кажется, плохо себя чувствуете! — ……. — Если у Вас есть время для осмотра, командир и второй корпус смогут Вас прикрыть. Вам нужно обследование… — ……. —Сэр Ару…! Я резко обернулся и метнул кинжал. Он царапнул щёку Бена и вонзился в стену повозки. С его щеки заструилась кровь. Он тут же замолчал. Но дело было не в атаке. Мои глаза — налитые кровью, пылающие — смотрели прямо на него. И из них хлестала такая густая, липкая жажда крови, что даже воздух стал вязким. — Заткнись. Это отвлекает. — ……. — Я ясно сказал: это пустяк. Даже на расстоянии мой хриплый, глухой голос разнёсся по воздуху, словно гром, ударивший прямо в уши Бена. Моё лицо было залито кровью монстра, глаза щипало. Но даже так, сквозь эту пелену, я не отводил взгляда. В моих суженных зрачках плясало неподдельное безумие, устремлённое прямо на него. — Разве ты не знал, на что подписался, начиная всё это? — …! Рука с медицинской сумкой дёрнулась. Его глаза распахнулись, будто земля пошла под откос. Он не мог ответить. Его губы дрожали, но слов не было. Я смотрел на него холодно, затем тихо произнёс. Без злобы. Без гнева. Только с презрением. — Веди себя нормально. «Хватит неуклюжести». — ……. — ……. На фоне хаоса на мгновение повисла тишина, и я отвернулся, довольный тем, что раздражающий голос больше не звучал. Но ненадолго. — Сэр Арут!! Я даже не собирался отвечать. Резко обернулся, уже готовясь метнуть кинжал с явным намерением убить — но остановился и приподнял бровь. — Сзади! За Вами! Бен мчался ко мне, крича и зовя меня. Словно одержимый, он прикрывался медицинской сумкой, одновременно блокируя и распознавая нити, пока бежал в мою сторону. Но прежде чем он добрался до меня— Твак! Кровь брызнула в стороны. Я, только что превративший очередного монстра в фарш, медленно обернулся. Передо мной стояло ещё одно чудовище, в его теле торчал кинжал. Я заметил, как его рука потянулась к моей голове. Наклонив голову с любопытством, я улыбнулся и сделал шаг назад. В следующее мгновение по телу монстра прошли тонкие порезы — и в ту же секунду из них хлынула кровь. — …Ха. Монстра изуродовало в одно мгновение. Жестокость была до боли знакомой — будто моей собственной. Но это был не я. Улыбнувшись, я понял, кто появился, и назвал её имя: — Силлуа. — Привет, сэр Арут! Давно не виделись! *** Это зрелище мигом выдернуло меня из оцепенения. Я уставился на растерзанное тело монстра, потом на женщину, стоявшую перед ним. Короткое, стильно подстриженное каре. Кинжалы в обеих руках. Вертикально узкие зрачки, придающие её и без того безумному виду ещё больше зловещести. И её методы… такие жестокие, такие знакомые. Мои инстинкты вопили: «Держись подальше от этого демона». Но, увы, я её знал. Командир Седьмого корпуса. Силлуа. Мастер кинжалов. Вместе с командиром девятого корпуса она отвечала за границу между людьми и демонами… Но что она здесь делает? — Услышала, что сэр Арут устроил здесь сольную вечеринку, и сразу же прибежала! — …От кого ты это услышала? — Король Демонов сказал! — ……. Я медленно осмотрелся. Нити образуют замкнутое пространство. Поток монстров не прекращается. Это ловушка. А мы — приманка. Алкоголь мог и стереть часть воспоминаний, но я точно знал: это не вечеринка. — Король Демонов…! Мы тут бьёмся за жизнь, а она называет это вечеринкой?! Нет, постой. Скорее всего, Силлуа просто неправильно поняла и приняла всё это как вечеринку. Не зная, как отреагирует эта безумная демонесса, я с трудом подавил раздражение — даже вздох не позволил себе, только устало пробормотал: — Как ты вообще сюда попала… — О, да ничего особенного. Вот так— Силлуа взмахнула кинжалом, нащупала одну из нитей, затем нажала на неё. Образовался проход. Кинжал треснул, но она это проигнорировала, проскользнула через щель и весело улыбнулась нам снаружи: — Вот и всё. — …В следующий раз сделаю нити туже. Нити, предназначенные для ловушки и рассечения врагов… можно растянуть? Девелания, наблюдавшая за происходящим с небольшого расстояния, метала взгляды в сторону своих подчинённых. Игнорируя их, я вдруг осознал, в каком состоянии нахожусь, и начал снимать с себя какие-то липкие клочья плоти. Силлуа, вернувшаяся внутрь и с блеском в глазах уставившаяся на моё заляпанное кровью, растрёпанное состояние, неуверенно произнесла: — Ах, сэр Арут, сзади вас монстр… Твак!! Шмяк. — …?! — …То есть, был. Что за чёрт тут вообще происходит?! Проигнорировав разочарованный тон Силлуи, я резко обернулся. За левым плечом что-то с грохотом разлетелось, на меня посыпались обломки! Я не успел даже стряхнуть с себя липкие красные ошмётки, как увидел лицо Бена — бледное, как мел. Он почему-то отчаянно избегал моего взгляда. Я посмотрел чуть ниже и увидел медицинскую сумку, заляпанную кровью. Я был уверен, что в последний раз она была чистой… «Точно, он ведь тоже псих». По всему было видно: он врезал монстру по голове этой прочной сумкой. Наверное, чтобы меня защитить. Я… ценю это. Но это пугает. — П-простите, сэр Арут, я просто… Я же ещё даже ничего не сказал. Я просто смотрел на него. Но Бен, побелев, начал оправдываться, а потом резко умолк. Его губы задрожали. «Он меня спас… Так почему он извиняется?» Я так и не задал этот вопрос вслух. Потому что Силлуа уже схватила его за ворот. Её вертикальные зрачки грозно впились в него. — Раз уж понял, что виноват, тогда на колени. Как ты смеешь проявлять неуважение к сэру Аруту? — ……. — Думаешь, сэр Арут этого не заметил? Почему она вдруг так взбесилась? Страшно. И какое ещё неуважение? Он меня спас. «Если бы я знал, что за мной стоит монстр, я бы давно увернулся. Я бы не стоял, ничего не делая». Как и ожидалось от командира корпуса — её напор заставил меня машинально вздрогнуть. Но Бен тоже был не из робких. Ненадолго замешкавшись, он поднял руку, сжал её запястье и смело встретил взгляд. — Моё извинение было адресовано сэру Аруту, а не командиру 7-го корпуса. — …Как высокомерно. Это потому что ты был личным лекарем Короля Демонов? Хочешь и с сэром Арутом теперь обращаться с неуважением? — Именно поэтому я и извинился за свою грубость. Прошу, отпустите мою руку. — Всё ещё упираешься? А что если я разозлюсь и просто убью тебя? — Вы нарушите соглашение? Я под защитой командующего 0-го корпуса. Только Король Демонов и командующий 0-го корпуса — Сэр Арут — имеют право меня наказать. Существовало общее соглашение: личных лекарей нельзя было убивать без серьёзной причины — только в случае, если они не справились со своими обязанностями. Но даже тогда решение о провале и возможной казни оставалось за пациентом, пострадавшим от последствий. Именно на этом основании Бен мог позволить себе спорить с другими командирами корпусов. Моя роль — быть его подопечным — не позволяла мне относиться к нему легкомысленно, а соглашение — остальным командирам трогать его без разрешения. — ……. Вмешиваться в их перебранку — верная смерть. Я просто молча закрыл рот. Силлуа, уже поднявшая кинжал в гневе, перевела взгляд на меня. Затем, раздражённо фыркнув, всё же опустила руку. Видно было, что она с трудом сдерживает раздражение, но Бен, похоже, и не собирался это прекращать. — Раздражает тебя не то, что я «проявил неуважение к сэру Аруту». Ты просто злишься, потому что не успела увидеть, как он кромсает монстров, да? Прекратите. Что они делают, ссорясь в месте, полном монстров? Пока эти двое сцепились взглядами, Девелания и второй корпус продолжали отчаянно сражаться, но почему-то монстры начали действовать с новой яростью. Похоже, Девелания тоже это заметила. Она со злостью швырнула между ними окровавленный кусок туши и процедила: — Вы там оба угомонитесь уже? А как же граница? Пришли сюда, только чтобы поспорить? Пришли мешать? — А, Девелания, ты тоже здесь? Я оставила границу своему адъютанту. Король Демонов сказал, что всё будет в порядке. Империя сейчас не в состоянии нападать. — Значит, тебя прислал Король Демонов? — Ага! Я последние несколько дней его донимала, говорила, что мне скучно. Вот он и отправил меня сюда! Она донимала Короля Демонов… Это вообще нормально? Я слышал, что командир девятого корпуса, отвечающая за защиту границы с Миром Людей, находилась в замке Короля Демонов ещё до того, как я прибыл. Другими словами — на границе с Миром Людей сейчас нет ни одного командира корпуса. Что если туда нагрянет какой-нибудь «герой» или другой сильный противник? Девелания лишилась дара речи. Она сжала губы, затем тяжело вздохнула и провела рукой по волосам. — В любом случае, если не собираешься помогать — возвращайся. — Конечно, собираюсь! Но сначала хочу увидеть, как сэр Арут разделает хоть одного монстра! — …Прошу прощения? С чего вдруг я?.. В панике я посмотрел на Силлую — наши взгляды встретились. И я увидел, как в её глазах погас тот прежний огонь возбуждения, сменившись каким-то странным оцепенением. Её энергия будто мгновенно испарилась, и Силлуа с разочарованием пробормотала: — …Это не сэр Арут… — …? ---------- Отпуск, который на самом деле не отпуск (4) – Ты не тот сэр Демон, которого я хотела!.. – ... – Ты определённо был «тем» сэром Демоном всего минуту назад!.. Почему? Как же так? Это я не понимаю, с чего бы или почему ты так реагируешь. Силлуа какое-то время бушевала, не замечая моего взгляда, каким обычно смотрят на сумасшедших, и, внезапно, схватила ближайшего монстра. От последовавшего действия я на мгновение потерял дар речи. Монстра пихнули чуть ли не мне в лицо. Глаза, налитые кровью, были полны чего-то, чего я не мог понять: предвкушения или надежды, даже намекая на безумие. – Ну, вот, сэр Демон. Вот монстр! Поскорее даруйте ему покой смерти этим кинжалом! – ... Тишина, а затем – шаг назад. На этот раз не было необходимости колебаться, чтобы так сделать. Бен отступил с отвращением на лице, а Дебеллания уже давно сделала брезгливое лицо и отошла подальше, чтобы вновь разобраться с монстрами. – Сэр Демон? Почему Вы отходите? Давайте, скорее покажите мне снова «тот» образ! Да отстань ты. Я не знаю, чего ты хочешь, и, даже если бы знал, не горел желанием это показывать. Конечно, я не мог сказать это прямо. Отчаянно избегая взгляда Силлуи, которая задыхалась от предвкушения, я осторожно открыл рот. Чтобы сказать что-нибудь, что позволило бы мне выбраться из этой безумной ситуации. – Во-первых. – Во-первых? – Сейчас не время для этого… – Ах! Вас раздражает шум вокруг! Вот, почему у вас плохое настроение! Лицо Силлуи просветлело, словно она нашла ясный ответ. Два кинжала закрутились в её руке, после чего вернулись в ножны, и пустые руки легко хлопнули друг о друга. Хлоп. И тут со всех сторон выскочили вооружённые кинжалами, как и она сама, люди... ... – Сумасшедшая, точно, сумасшедшая... Даже если вы пришли на подмогу, нельзя же бросать линию обороны и приходить сюда. – Как это я бросила? Разве недостаточно оставить адъютанта? – Думаете, достаточно оставить одного адъютанта? Вы привели с собой весь корпус! Мне жаль адъютанта, командующего 7-м корпусом. Интересно, как сильно он сейчас страдает… – Зато помощь теперь самая надёжная. Лекарь, лучше подумайте о своём пациенте. Разве вы не видите, как плохо выглядит сэр Демон? Спасибо, что заботитесь о моём лице посреди всего этого... После того, как меня на мгновение смутила внезапно летящая в меня стрела, я едва смог скрыть своё неловкое выражение лица. Похоже, разница между наличием или отсутствием целого корпуса была значительной: кажущаяся бесконечной орда монстров была быстро уничтожена, как только к битве присоединился 7-й корпус Силлуи. Конечно, я благодарен. «Я благодарен, так что прошу вас убираться отсюда». В процессе уничтожения монстров Силлуа отчаянно пыталась всучить мне оружие. При любой возможности она ловила для меня то одного, то другого монстра, и просила убить их... Если бы Бен не выступил вперёд, беспокоясь о моём здоровье, и не сказал, что сэру Демону нужно отдохнуть, я был бы действительно беспомощен перед этими ужасными монстрами. Смотрев, как расправляются с оставшимися монстрами, я, пошатываясь, подошёл к карете и открыл дверцу. Силлуа, которая всё это время следила за мной даже во время работы, наклонила голову. – О, уже уходите? И не разберётесь с этими монстрами? Я специально оставила их для вас, сэр Демон… Специально, значит. Я на мгновение заколебался, затем сделал вид, что не слышу, и вошёл в карету. Дебеллания подошла к Силлуе с ясной улыбкой. – Раз сейчас всё более-менее улажено, не пора ли тебе уйти, командующая 7-го корпуса? – Так вы мной пользуетесь, а потом сразу бросаете? Я не думала, что ты, Дебеллания, такая бессердечная. – Какие обидные слова... Мы собираемся во второй город. Ты же знаешь, кто сейчас защищает второй город, командующая 7-м корпусом? Лицо Силлуи резко исказилось, словно вдруг она кого-то вспомнила. – Командующий 10-го корпуса... Откровенное презрение и ненависть. Силлуа с видом, будто сам факт того, что он был командующим корпуса, был ей противен, жестом подозвала своих солдат. – Конечно, лучше отступить отсюда, чем встречаться с этим ничтожеством, которое даже не похоже на командующего. Увидимся позже. – Хорошо. – Похоже, дела закончены, так что уберите-ка свои нити... – О, извини. Ты проскользнула так легко, как угорь, так что я подумала, что ты так же легко и уйдёшь. – Войти и выйти несложно, но я не понимаю, зачем выходить с неудобствами. Треск. Раздался звук скрежета зубов. Дебеллания, которая, стиснув челюсти, с усилием улыбнулась, махнула рукой. Словно ожидая этого момента, переплетённые нити разошлись, и, в унисон, вернулись к своим владельцам. Это было великолепно, полностью развеяв опасения, что нити запутаются. – Спасибо. Ну, я пошла. – ... Я ожидал, что она будет держаться за меня крепче, но она ушла на удивление сухо. Должно быть, под командующим 10-го корпуса она имела в виду Гайшителя, но почему же была такая реакция? Вопрос разрешился, когда я вошёл во второй город, где жил он. «Ух ты… С ума сойти». То ли тогда подошла почти вся орда монстров, то ли нет, но после этого монстры таких масштабов больше не появлялись. К счастью Дебеллании, солдат 2-го корпуса и бушующего Бена было достаточно, чтобы справиться, и, когда мы уже добрались до второго города, я уже было успокоился.... «Подумать только, так нападать». Он воспользовался моей расслабленностью? Это была превосходная психологическая атака, командующий 10-м корпусом. Прибыв во второй город, я надел мантию, которую Бен приготовил вместо не последовавшего за мной адъютанта Эда, и вышел из кареты. И первое, что я увидел… Порх-порх. …Это светящиеся бумажные блёстки разных цветов, падающие на фоне ночного неба. – Ну и выдумает же… Пока я тупо смотрел на небо, Дебеллания, стоя рядом, с презрением цокнула языком. Я уже собирался повернуться, чтобы посмотреть на неё, но вдруг раздался звук барабанов, и мой взгляд устремился к центру. Демоны выстроились в два ряда, образуя дорогу, а между ними вышел демон с огромными крыльями летучей мыши, сопровождаемый паланкином. Он подошёл прямо ко мне, всё ещё не привыкшему к ситуации, и почтительно поклонился. – Давно не виделись, сэр Демон. – Ах… да. – Услышал, что Вы идёте, потому поспешно подготовился. Что думаете? Я лишь бегло изучил человеческие обычаи, так что, возможно, это выглядит несовершенно... Так и знал. А то я удивился, неужели и в мире демонов такое есть. Похоже, он приложил немало усилий, но, честно говоря, впечатление… «Неловко до ужаса». Все демоны вокруг смотрели прямо на нас. Моё лицо так сильно горело, что я даже не мог поднять голову. Если бы не мантия, я бы, наверное, умер от стыда. Это всё слишком пафосно и неуклюже… Только тогда мне вспомнилась личность демона передо мной, командующего 10-го корпуса. «Э… Он ведь немного подлиза?» Начиная с того, как он старается угодить, и заканчивая тем, что он действительно командующий, который совершенно не похож на командующего, как и говорила Силлуа. За меня, не знавшего, как реагировать, и замолчавшего, заговорила Дебеллания: – Что это за штука сзади?.. – Ах, это паланкин. Я слышал, что в них ездят высокопоставленные лица в мире людей. Поскольку Вы человек, сэр Демон, я подумал, что Вы, возможно, скучаете по этому, так что приготовил. Нет. Я никогда даже не ездил на паланкине. И с чего ты вообще взял, что я высокопоставленное лицо? Паланкины используются на «Юге». Я даже слышал, что сейчас они практически вышли из употребления, и только члены королевской семьи изредка ездят на нём на особых церемониях. «Разве командующие корпусов обычно не выбираются время от времени в мир людей?.. Если так, то они должны хотя бы знать разницу между Севером и Югом». По крайней мере, Дебеллания, похоже, знала наверняка и, отвернувшись, трясла плечами. Знала бы, так сказала б что-нибудь. Я тихо потёр лоб. «И как это исправить?..» – Сэр Демон! – ?.. В этот момент Бен, который всё это время стоял неподвижно, оттолкнул демонов и бросился ко мне. Дебеллания, которую он случайно задел, посмотрела на него с удивлением, но он не обратил на неё внимания и беспокойно крутился передо мной, то и дело поглядывая на своё ожерелье с магическим камнем. — Сэр Демон! У вас болит голова?! Потерпите немного, я быстро вылечу… Чёрт, никакой реакции? Значит!.. Я не знаю, о чём он подумал, но, вероятно, это не то. Я тихо опустил руку, которой прикрывал лоб. Подумав, что ситуация вот-вот выйдет из-под контроля, я уже собирался как-то объяснить, что со мной всё в порядке, когда… – Ах! У вас болит голова? Здесь как раз есть паланкин, прошу, садитесь! Командующий 10-го корпуса Гайшитель, воспользовавшись случаем, немедленно вывел паланкин. Я не смог взглянуть в глаза реальности и тихо отвернулся от этой роскошной повозки. «Думаю, моя голова будет болеть ещё сильнее, если я поеду в нём». В результате я привлёк внимание всех демонов этого города. Да, я сел. «Хорошо, что на мне мантия». Очень хорошо... *** Мужчина, одетый в чёрную мантию и сидящий в великолепном паланкине, был по-настоящему чужеродным. Но не в том смысле, что это выглядело нелепо. Паланкин, который мог бы легко показаться смешным, напротив, подчёркивал его образ, когда он в нём сидел. Он был в расслабленной, непринужденной позе, естественно откинувшись на спинку кресла. Позе, когда он положил одну руку на подлокотник, а другую прижал ко лбу, словно что-то его беспокоило. Его внешний вид – с низко надвинутым капюшоном мантии, скрывающим лицо, ещё больше разжигающий воображение – привлёк внимание городских демонов, собравшихся поглазеть на прибытие командующего 0-го корпуса, но они смотрели на него с другим смыслом. «Магического давления не чувствуется, значит, он действительно человек…» «Человек с такой аурой?» «Значит, он действительно командующий 0-го корпуса». Среди демонов число 0 имело огромное значение. Человека, завербованного не просто путём добавления цифры в конце, а путём создания должности из ничего. Его даже поставили выше командующего 1-го корпуса Джейкара… Хотя гордые командующие корпусов придают значение своим номерам, на самом деле, эти номера мало что значат. Хотя, до числа 3 (включительно) существует некоторое уважение. Единственное число, действительно имеющее значение, – это командующий 1-го корпуса, который имеет право быть представителем Короля Демонов. Вот, почему число «0», которое выше, привлекло внимание всех демонов мира демонов. О чём думал Король Демонов, когда дал ему эту должность? Почему другие командующие корпусов приняли его? Какую роль ему отвели… И насколько велики его способности? Какую ценность он представляет?.. Его заслуги, которые он принёс при вербовке, были достаточны для того, чтобы стать командующим корпуса, однако были маловаты для назначения его на должность командующего 0-го корпуса. Предотвратить саморазрушение Героя и убить командующего 7-го корпуса для этого было недостаточно. Разве нельзя было просто назначить его командующим 13-го корпуса? Вот, почему они собрались. Чтобы хотя бы мельком увидеть лицо знаменитого командующего 0-го корпуса и разгадать эту загадку. «Теперь я понимаю». «Думаю, я знаю причину, даже не углубляясь в неё». В конце концов, они так и не увидели лица, но развеяли свои сомнения. Стало понятно, почему другие командующие корпусов приняли его без особых жалоб. Уже сама атмосфера, которую он создаёт, необыкновенна. Разница была ещё более заметной по сравнению с Гайшителем, командующим 10-го корпуса, прибывшим защищать город. Если Гайшитель – головорез, то Демон Арут – глава преступного мира или его правая рука. Даже по сравнению с Дебелланией, командующей 2-го корпуса, которая обладала гораздо большим присутствием, чем Гайшитель, разница оставалась. Посмотрите: Дебеллания выступает в роли телохранителя и слуги, в то время как Гайшитель просто стоит рядом и льстит. И всё же они оба являются «командующими корпусов». Командующий 0-го корпуса даже не даёт никакой особой реакции на лесть Гайшителя. В тот момент, когда демоны с изумлением смотрели на него, просто молча сидевшего в паланкине и устремившего взгляд вперёд, командующий 0-го корпуса, который, то ли от усталости, то ли от головной боли, то ли от раздражения, держался за лоб, открыл рот: – … – Да? Сэр Демон, что Вы сказали? – Гайшитель, бывший рядом, как и всегда, воспользовался случаем и приблизился к нему, навострив уши. Казалось, что невидимый взгляд из-под капюшона скользнул по нему, и вскоре раздался тихий голос. Все навострили уши, и Гайшитель, который услышал его слова ближе всех, любезно повторил их. Его голос разнёсся далеко и широко по тихому пространству: – …– – Уй? – …— – Ти. Уйти. Да, он сказал: «Уйти»… – … – … Наступила короткая тишина. ---------- Отпуск, который на самом деле не отпуск (5) Пока весь город погрузился в молчание, первым в себя пришёл Гайшитель. На мгновение ошеломлённый, он, казалось, осознал свою грубость и поспешно хлопнул себя по щеке, повернулся и сердито крикнул своим солдатам, которые расчищали путь и шли рядом с паланкином: – Чего стоите?! Немедленно убирайтесь! Похоже, местные демоны мешают, живо разогнать их! Выражения лиц солдат мгновенно изменились. «Я мало что знаю о командующем 0-го корпуса, но, как ни посмотри, кажется, сэр Гайшитель раздражает его гораздо больше…» Потому что он всё время трётся рядом и льстит совершенно бесполезной лестью. Кажется, у него и так болела голова, а тут ещё этот болтает под ухом… Конечно, они не произнесли это вслух. Каков начальник, таковы и подчинённые. Не желая рисковать и портить отношения с начальством из-за непроверенной информации, солдаты просто быстро ответили и приблизились к окружающим демонам, словно пастухи. Демоны, уже услышав замечания Гайшителя, с раздражением отступили назад, не забыв проклинать его взглядом. «Придётся довольствоваться тем, что я воочию увидел легендарного командующего 0-го корпуса». Большинство подумали так и послушно отступили, но «Похоже, он останется на несколько дней. Может, побродить где-нибудь поблизости? Тогда, возможно, смогу хотя бы мельком увидеть его лицо…» Некоторые думали так и издали наблюдали за вновь тронувшимся роскошным паланкином. Почувствовав эти взгляды, Дебеллания усмехнулась. – Хелл, похоже, будет тяжело. ***Уйти. Эти слова отнюдь не были моим намерением. Это была непреодолимая сила. Эти слова действительно вырвались из глубины моего сердца, даже без моего осознания. Пока паланкин двигался, Бен слева продолжал задавать вопросы – спрашивал, болит ли у меня голова или беспокоит ли что-то ещё, кроме головы, – а Гайшитель справа осыпал меня головокружительной лестью – спрашивал, удобно ли в паланкине, есть ли что-то, что мне не нравится, и замечал, как у сэра Демона за спиной будто бы сияет нимб, когда он сидит в нём, – от этого можно было сойти с ума. «Пожалуйста, просто уйдите уже, черти… Я в порядке, в порядке…» И вот, невольно, с моих губ вырвался стон, похожий на эти слова. Мол, уйдите. Я не думал, что это зайдёт так далеко. – Что стоите! Немедленно убирайтесь! Похоже, местные демоны мешают, живо разогнать их! Нет. Не нужно заходить так далеко. Ты что, хочешь сделать демонов всего города моими врагами? Уйди только ты, только ты! Я почувствовал жгучие взгляды. Я огляделся и увидел искажённые лица демонов. У меня закружилась голова. Они отступали, извергая проклятия взглядами в ответ на абсурдный приказ командующего 10-го корпуса. Сначала на членах 10-го корпуса, затем на Гайшителе, и, наконец, их взгляды остановились на… мне. «Ну всё, не видать мне спокойной жизни в этом городе…» Ха-ха. Ха-ха-ха. Ха-ха-ха-ха-ха. Любой может заметить, что эта ситуация – результат моего приказа. Конечно, они разозлились на меня. Если я останусь в этом городе дольше, то не знаю, когда и где появится тот, кто захочет ударить в спину. Поэтому я заперся в своей резиденции – роскошном особняке, который Гайшитель забрал у городского управляющего и отдал мне. Почему, зачем. Ах, и, если немного подумать, паланкин действительно был полным дерьмом. Насколько это было ужасно, видно по моему нынешнему состоянию. Чёрт. Я лежал в комнате, бессмысленно глядя в потолок, и, когда вдруг нахлынули воспоминания, я тихо натянул на себя одеяло. Затем, используя одеяло как средство, я изо всех сил бился в одеяле, пытаясь заглушить стыд. Бам, бам-бам!! – Ух, чёрт! Я повредил лодыжку. Подумать только – повредить лодыжку, пиная одеяло, – об этом даже рассказать никому не смогу. Я стонал и держался за лодыжку, бесшумно катаясь по кровати, как вдруг дверь распахнулась с грохотом. Я быстро выпрямился и повернул голову, но вздрогнул при виде появившейся фигуры. Там стоял мой лекарь, от которого исходила чудовищная аура. Бен, со сверкающими глазами, осматривая комнату, подошёл ко мне и заговорил скороговоркой: – Сэр Демон, что случилось! У вас опять болит голова? Или это нападение? Нет, вы бы не стали издавать стоны из-за какого-то жалкого нападения… В таком случае!.. – Да ничего не случилось! – я быстро оборвал его, опасаясь, что он снова что-то неправильно поймёт. Но Бен всё ещё смотрел на меня прищуренными глазами, не доверяя моим словам. Когда я смотрю на него, в памяти всплывают события вчерашнего дня. Да, паланкин. Я ехал в паланкине… Я опустил голову от стыда, но он снова начал причитать, мол, всё-таки болит голова, насколько сильно болит, или это последствия, и мне пришлось снова поднять голову и устремить взгляд вперёд. Как раз когда я размышлял, как дать ему понять, что со мной всё в порядке, Дебеллания выглянула из коридора за открытой дверью. – Бен, если посмотреть на тебя, то кажется, что ты считаешь сэра Демона слишком слабым. – …Это же естественно для лечащего врача. – Как бы не так, это же «тот самый» сэр Демон. – … – Ну, мне всё равно, так что ладно. Но, кстати, сэр Демон~ Она слегка пожала плечами и резко повернулась ко мне. В её голосе, более вкрадчивом, чем обычно, чувствовалась опасность, и я едва смог ответить, подавив желание вздрогнуть. Мягкий голос раздался, словно ожидая этого: – Снаружи прячутся любопытные крысы-переростки, вам же не неспокойно? Может, они вам настолько противны, что вы не хотите выходить за одеждой… – Ну… Даже если не это причина… – Вы сказали, что не хотите выходить за одеждой! Откуда ты вообще взялся? Гайшитель, внезапно появившийся с потолка, расправил и сложил крылья летучей мыши на спине, словно желая похвастаться, и дважды хлопнул в ладоши в сторону входа. Вжух. Вжух-вжух. – … – О? – Наверное, вам это в тягость! Вот почему я заранее пригласил дизайнеров!.. На самом деле, это единственная причина приехать в этот город с командующей 2-го корпуса… Я всё слышу. Значит, покупки одежды Дебелланией здесь тоже известны. Я посмотрел на дизайнеров с лицами, побледневшими от шока, и с дрожащими губами, выдавливающими из себя улыбки, и оглядел комнату. Изначально в комнате не было ничего, кроме кровати, шкафа и стола, но в одно мгновение она заполнилась одеждой. Если первый город был «городом развлечений», то второй, вроде, был «городом шопинга» или «городом торговли». Судя по одежде, разнообразие было большим. Здесь было всё: от северного стиля мира людей до южного. «Но почему-то южных, кажется, больше…» Если подумать, южная культура в этом городе действительно выделялась. От одежды, которую мне вручила Дебеллания, когда я впервые прибыл в мир демонов, до этого проклятого паланкина, и теперь – одежды, висящей здесь. «Ну, может, они обнаружили проход, ведущий на юг?» Да нет, вряд ли. Король Демонов не стал бы рассказывать что-либо по своей воле, если бы это не касалось меня лично, но даже если это было так, Империя уже знала бы об этом и приняла бы меры, и я бы точно узнал об этом. «Должно быть, это просто совпадение». ***Империя – нет, Император – сошёл с ума. Говорят, он поручил внутренние дела наследному принцу, а сам лично отправился на поле боя и размахивал мечом. Из-за этой ситуации король небольшого южного королевства, который и так был на взводе, вздохнул и потёр лоб, услышав новые новости. Похоже, небеса решили подвергнуть наше королевство жестокому испытанию. – Обнаружена граница с миром демонов? – И в такое-то время… Обычно, они бы сообщили об этом Империи и обсудили план действий. Поскольку Империя негласно управляет делами мира демонов, а другие королевства, желая не тратить свою энергию и ресурсы впустую, приняли это без особого сопротивления. Но сейчас они не могли так поступить. В условиях бесконтрольного беспредела Империи, после завоевания королевства, с которым они сейчас воюют, следующей целью может стать их королевство. Нельзя опрометчиво передавать такую важную информацию стране, которая может стать врагом. Король, который, вздыхая, просматривал документы, заметил кое-что и удивлённо приподнял бровь. – Никаких серьёзных инцидентов не было, говоришь? Демоны переходят границу Империи, надев нелепые мантии и слоняясь тут и там, но, говорят, серьёзных инцидентов не было. – Да, их чаще всего можно увидеть слоняющимися вокруг рынков или мест проведения небольших фестивалей, и, за исключением редких краж одежды или вещей, они не устраивают крупных беспорядков. – Значит, убийств и прочих тяжких преступлений пока не было? – Да. – Фух, понятно. Пока можно считать, что нам повезло. На данный момент нужно усилить наблюдение и охрану и отложить информирование Империи. Нынешней Империи нельзя доверять. Король, продолжая просматривать документы, решил сохранить эту информацию в строжайшей тайне, думая, что не стоит сеять тревогу среди и без того обеспокоенного войной народа королевства, и схватился за затылок, прочитав доклад об одежде демонов. Без исключения, у каждого демона есть хотя бы одна часть тела, отличающаяся от людской. Например, рога, или хвост, или, как у Короля Демонов, «глаза». Поэтому, являясь в мир людей, их нужно тщательно скрывать, но эти неуклюжие демоны!.. «Если у тебя хвост, то прикрывай его, а не лицо!» Боже, если у тебя хвост, ты должен в первую очередь прятать его, зачем ты так зациклен на капюшоне мантии? И почему рогатый так сильно натягивает капюшон, разговаривая с человеком? Разве от этого рога не становятся более заметными! Хорошо, что тогда был фестиваль, поэтому все подумали, что это просто аксессуары, иначе бы чуть не разнеслась весть, что здесь бродят демоны. «Они вообще собираются спрятаться?..» Подумав, что забот прибавилось, король почувствовал, как усталость наваливается на него. ***– Сначала… Я оглядел комнату, полную одежды. Хм, всё равно неловко. – Давайте сначала уберём это. – А? О, неужели вам совсем никакая одежда не понравилась? Глаза Гайшителя, которые расширились от удивления, быстро стали свирепыми, когда он повернулся к дизайнерам. Лица дизайнеров побелели, словно их выжали. Они и так были бледными, но, став ещё белее, выглядели так, словно их посыпали мукой. Боясь, что он начнёт обижать несчастных дизайнеров, я поспешно замахал руками. – Нет-нет. Дело не в этом… – А в чём же? – … Я замолчал, не договорив ответ на вопрос Гайшителя, и просто крепко сжал губы. Как можно просто сказать, что меня не интересует одежда? Рядом стоял демон, слушающий наш разговор, вытаращив на меня глаза. Я взглянул на Дебелланию, и, как назло, наши взгляды встретились. Словно прочитав что-то в моём взгляде, она кивнула и открыла рот: – Сэр Демон, похоже, хочет сам побродить по магазинам и посмотреть одежду. Раз уж мы в городе, есть определённое очарование в том, чтобы просто побродить и поглядеть. – Ах… я был глуп. Прошу прощения, сэр Демон. – Ах, да… ну… Но я не хочу выходить. После всей этой суеты выходить?.. Пока я колебался, не решаясь сказать, что пойду, глаза Дебеллании сузились. Скрестив руки, она переводила взгляд с окна на меня и обратно, кивнула, словно что-то поняла, распахнула окно, поставила на него одну ногу и мило улыбнулась. – Тогда я сначала пойду разберусь с этими крысами снаружи… – А? Нет, подожди! «Крысы» – это же те демоны, что шныряют поблизости, верно? Опасаясь, что это создаст ещё больше врагов, я с трудом сдержал вздох и поспешно остановил Дебелланию. Похоже, она думает, что причина моей медлительности кроется в демонах снаружи. Чёрт возьми. Ладно, я пойду. Выйду. – В этом нет необходимости. Пойдёмте. Я жестом отослал дизайнеров и надел мантию, которую держал в руках Бен. Бен, будто я ребёнок, не оставил меня в покое, естественным движением поправил капюшон и туго затянул узел на мантии. Его действия были довольно умелыми и естественными. «Почему в его прикосновениях чувствуется рука Эда?..» Я могу понять, почему Эд, раз уж он бездельник-адъютант, берётся за такую работу, но этот-то почему? Может, они часто видятся, и он невольно перенял его привычки? Я стоял, удивлённый, думая, что если бы Эд и Бен услышали это, то тут же разразилась бы битва не на жизнь, а на смерть, как вдруг в уши вонзились шокирующие слова: – А, вы выходите. Тогда я прикажу подать паланкин… – Хватит уже, сумасш… Нет, он мне не нужен… Эм, всё в порядке. Отвращение, застывшее в душе, тут же прорвалось наружу. Сначала я чуть не выругался, но, смягчив выражение, замялся на мгновение, но, судя по реакции Гайшителя, всё обошлось – его лицо было бледным, но не сердитым. – Т-только что выругались… Ха-ха, конечно. Не может быть, чтобы всё было в порядке. ---------- Отпуск, который не отпуск (6) Гейситель несколько раз открыл и закрыл рот, словно был сильно потрясён, а затем медленно опустился на колени. На его шее появилась ровная красная линия, которой ещё мгновение назад не было, и я даже не понял, когда она возникла. Кап. Кровь, собравшаяся вдоль линии, скопилась и потекла вниз. Только тогда я заметил нить, касавшуюся шеи Гейсителя. — Прошу прощения, если каким-либо образом оскорбил вас. Простите. Девелания-а-а!! Что вы, одинаковые командиры корпусов, сейчас делаете? Почему-то Гейситель даже извиняется вместо того, чтобы злиться! Почему ты извиняешься? И при этом немного нелепо, что они не думают, будто причиной был паланкин, но смущение было сильнее. Девелания, державшая нить у шеи Гейсителя, приняла позу, будто собиралась потянуть. — Что будем делать, Демон? И улыбалась. Разве он не такой же командир корпуса, как ты? Я был уверен, что убийство друг друга считается чем-то вроде самоконтроля, верно? Или... «Неужели с Гейсителем особое обращение?» Может, его оценили как бесполезного для силы? Лучше заменить командиром корпуса? Король демонов подобен отцу всех демонов. Пока они рождены из его силы, скорее всего, не станут делать ничего, что навредит Королю демонов. Значит, должна быть причина так обращаться с командиром корпуса, важной боевой единицей. Или, как не все дети слушают родителей и вырастают правильно, среди демонов тоже могут быть те, кто идёт криво, и одна из них — Девелания. Какой бы ответ ни был верным, мысль, пришедшая мне в тот момент, была одна: «Я влип». «Значит, меня могут убить сколько угодно!» Как только я привык к ситуации, ослабившееся напряжение снова натянулось. Я думал, что есть хоть какое-то предохранение, но оказалось — я просто голым телом хожу по канату над обрывом. Я ещё раз посмотрел на улыбающееся лицо Девелании. Если ошибусь, она отрежет мне голову с таким выражением. Нужно вмешаться до того. За краткий миг голова заработала. И я увидел Гейсителя, чья голова, казалось, вот-вот отделится. Ах, вот и ответ. — Давайте выйдем. Заметив, что рука Бена, поправлявшая мою одежду, отстранилась, я поспешно пошёл к двери. Девелания спросила, ослабляя силу в руке, державшей нить, будто мои слова были совершенно неожиданными. Её обычная мягкая улыбка исчезла, а невинно моргающие глаза, словно она ничего не слышала, снова показались жуткими. — Да? — Разве можно убивать такого же командира корпуса? Гейситель ничего плохого не сделал, так что просто уберите нить и пойдём. Как повысить расположение Девелании и избежать обиды Гейсителя? «Выйти» под предлогом «покупки одежды». Может, это будет немного тяжело, но если ради лучшего будущего, почему бы не пожертвовать жизнью? Все на мгновение замерли от внезапной смены темы. Как и ожидалось, первым среагировал Гейситель. Используя навык, который непонятно где отточил, он воспользовался ослаблением нитей Девелании, метнулся к двери, открыл её и стал ждать. Девелания пару секунд смотрела на него, моргая, затем улыбнулась и убрала нить. — Если Демон так говорит. — ... — Кстати, Демон, вы, как и ожидалось, скромны. Знаете своё положение и называете его «таким же» командиром корпуса. Ну, на самом деле моё положение ниже. ...Хм? Секунду, «скромны»? Не «высокомерны»? Я человек. Должность командира Нулевого корпуса, которую я получил, создали, придумав несуществующее место, так что она должна быть скорее почётной. Даже так, у меня нет нормальной роли... И на этом фоне я сказал, что «такой же», как другие командиры корпусов. Это не высокомерие, а скромность? — Положение Демона негласно похоже на положение командира Первого корпуса. — Я говорю это потому, что командира Первого корпуса сейчас нет, но все нервничают при общении с господином Демоном даже больше, чем с командиром Первого корпуса. Разве не стоит сказать, что господин Демон фактически выше по рангу? Король демонов тоже осторожнее с Демоном, чем с командиром Первого корпуса. Я не знал. Я просто думал, что все уважают меня потому, что я парашют, лично принесённый Королём демонов. Значит, как бы низко я ни оценивал своё положение... Король демонов > командир Первого корпуса = я > остальные командиры корпусов, верно? С ума сойти. Командир Первого корпуса ещё и служит доверенным лицом Короля демонов. Я на похожей позиции? И это минимальная оценка. Но всё равно сказать было нечего. — Давайте выйдем. Мне оставалось только повторить сказанное. Ощущение куклы для переодевания было ужасным, но смотреть город оказалось довольно интересно. Как и положено городу торговли, здесь было множество фруктов и оружия. Даже виды рыбы на рынке были разнообразными. Почему-то я видел много товаров с юга, но списал это на моду. Я оглядывался, принимая сладкий фрукт, который предложил Гейситель. — Демон! Может, теперь пойдём туда? — Демон, этот фрукт называется манго. Он растёт в южной части мира людей. Хотите попробовать? Демон, Демон, Демон... Этот проклятый «Демон»! Я хочу осмотреться, но два командира корпуса не дают мне свободы. Если бы Бен делал то же самое, у меня бы действительно заболела голова, но, к счастью, он, похоже, заметил моё состояние и молча следовал за мной, словно его не было. Ах, и Гейситель быстро оправился. По крайней мере до выхода я думал, что он будет подавлен или гореть злостью, но он, как ни в чём не бывало, тёр ладони и объявил себя городским проводником. Следуя его указаниям, я обошёл всё вокруг, пока мы не оказались у городских ворот. Глядя на людей, входящих и выходящих через ворота, я непроизвольно пробормотал: — Атаки монстров должны были усилиться, но ворота всё ещё открыты. Хотя в словах было сомнение, это была явно мысль вслух. Вид демонов, которые после разговора с привратником у ворот спокойно уходили наружу, не соответствовал текущей ситуации, и я просто пробормотал. — О, на самом деле в этом городе ворота обычно держали закрытыми. Но неподалёку обнаружили границу с миром людей... Ой! — ... Что? Гейситель дал неожиданный ответ. Неужели... Гипотеза, всё это время занимавшая угол моей головы, вдруг раздулась, словно ждала своего часа. — С южной частью мира людей? — Как вы это...! Нет, нет, я не это имел в виду... Правда?! Гейситель запоздало отрицает, но вид того, как он роняет южный фрукт, который держал, и машет руками, совсем не убеждает. Я ведь не единственный, кто этого не знал, верно? Я повернулся к Бену и Девелании, чтобы проверить. Девелания приложила руку ко лбу и качнула головой, а глаза Бена расширились. По крайней мере, Бен не знал. «Слава богу. Я не один не знал». В этот момент Бен, открывавший рот от шока, нахмурился и задал резкий вопрос: — Король демонов знает об этом? — Конечно, я собирался доложить! ...Собирался. — Значит, не доложил. — ...Когда ещё демонам, которые должны оставаться в городе, ходить в мир людей? Мы случайно нашли поблизости границу, и хотелось немного развлечься... Мы тайно ходили туда и обратно, установили правила между собой и запретили любые происшествия или драки там... Голос Гейсителя становился всё тише. Голова постепенно опускалась, а крылья летучей мыши за спиной плотно сложились к телу. И именно в этот момент те, кто только что вышел за ворота, вернулись обратно. Очень срочно, поднимая за собой облако пыли. — Закрывайте ворота! Быстрее закрывайте!! — Монстры!! Вау. Если повезёт, я окажусь заперт в этом городе, да? Из-за пыли плохо видно, но по масштабу облака ясно: число не шуточное. В отличие от меня, внутренне ошеломлённого, привратники были спокойны. Растерявшись лишь на мгновение, они умело достали камень связи и отправили сообщение куда-то. Затем зазвучала тревога, и огромные городские ворота начали медленно закрываться. «Подождите, мне кажется, они не успеют войти». Ворота почти закрылись, а между ними и бегущими всё ещё оставалось расстояние. Я естественно посмотрел на них, задаваясь вопросом, всё ли будет в порядке. И тогда двое оттолкнулись от земли. И затем... Скользь! Внутрь! Они преодолели это расстояние одним рывком и влетели! «Но почему монстры вдруг... ах». Мысли, текущие через сознание, дошли до одного пункта и остановились. В тот же момент холодный пот побежал по спине. Если подумать, после всей возни по дороге сюда все встреченные монстры были отогнаны обратно внутрь границы. На самом деле мы даже не пытались гнать их намеренно. После того как какое-то время убивали, те, кто почувствовал угрозу жизни, сами убежали первыми. «Но повторять это было слишком расточительно...» Кроме того, снова ставить нити и заманивать монстров было неэффективно: их было уже недостаточно. Это не огромная волна, как в начале, поэтому я подумал, что ничего страшного, если они убегут... но мысль была недолгой. Куда пойдут загнанные монстры? Единственное место поблизости, где есть жизнь, — этот Второй город. «Это... как ни посмотри, наша вина». Но разве этим ребятам не стыдно? Я украдкой оглянулся на Девеланию с тем же невозмутимым видом и Бена, сосредоточенного только на моём состоянии. Девелания не пропустила мой взгляд, мягко кивнула и позвала Гейсителя. — Будет неудобно, если мы не сможем покинуть город. Разве командиру Десятого корпуса не стоит выполнить свою миссию? — Десятый корпус всегда готов защищать город. Как только приготовления завершились, Гейситель появился, ведя демонического коня, вокруг которого клубились чёрные воздушные потоки. Бойцы Десятого корпуса тоже были полностью готовы и стояли позади, каждый с поводьями своих коней. Если особенность Второго корпуса под командованием Девелании — атаки нитями и ловушки, то Десятый корпус специализируется на верховой езде. Немного странное сочетание, учитывая, что у командира есть крылья, а специализация — верховая езда, но это не моё дело. Я знал, что их демонические кони плотоядные, поэтому, ничего не говоря, тихо отступил на шаг. Тогда вперёд вышел Бен, словно говоря за меня. — Так вы уходите, чтобы избежать расспросов? — ...Ты настойчив для врача. Не думаю, что тебе здесь место. — Что ж, кое-что я услышал от адъютанта командира Нулевого корпуса, которого сейчас нет. Демон обычно говорит мало, поэтому мне велели внимательно следить и слушать, чтобы заранее понять, что он хочет сказать. ...А? Я? — В этом смысле я скажу от имени Демона. Ситуация серьёзная, поэтому мы позволим вам идти, но что бы ни сделал Гейситель, вопрос границы будет доложен Королю демонов. Почему ты говоришь от моего имени? Нельзя просто сказать, что это твоё мнение? Как и ожидалось, жёсткий взгляд Гейсителя перешёл с Бена на меня. На меня он смотрел скорее изучающе, чем злобно, но, конечно, я мог ошибаться. Он крепко сжал поводья, один раз поклонился мне и сел на коня. Бойцы Десятого корпуса также сели верхом и последовали за Гейсителем, выстроившись перед городскими воротами. Затем прозвучал мощный голос: — Открыть ворота. Миссия командира Десятого корпуса — защищать город. Ворота без слов открылись. Десятый корпус на чёрных конях вылетел через наполовину открытый проход, готовясь к тому, что внутрь могут ворваться монстры. Ду-ду-ду-ду-ду!! «О... довольно круто...» Я тупо смотрел, как чёрный воздух, вытекающий от коней, тянется за ними, словно хвост, а затем рассеивается. Потом бросил взгляд на снова закрывающиеся ворота. И не поверил своим глазам. Не потому, что монстр ворвался внутрь. К счастью, монстр не вошёл. Но... Ду-ду-ду-ду-ду!! «Что они делают...» Десятый корпус, который только что выехал, вернулся обратно. Последний боец корпуса влетел как раз перед закрытием ворот, и вслед за глухим ударом закрывшейся створки по ту сторону раздались крики монстров. Гейситель, бледный и задыхающийся, вдруг схватил Девеланию за воротник. — Их слишком много! ---------- Отпуск, который не отпуск (7) — Ой? А почему ты хватаешь меня за ворот? Это ведь даже не моя вина. — Чёрт побери. Так не пойдёт. Одному нашему корпусу этого слишком много. — Командир корпуса, который так не справляется со своей работой... — И чем я могу помочь... — Почему я? Похоже, моё предсказание оказалось верным. Меня вот так заперли в этом городе. «Ужас». Мне придётся оставаться в одном городе с этими ребятами? Я уже скучаю по своей комнате в Замке Короля демонов. Пусть она и находилась в Замке Короля демонов, там было довольно удобно: без важного дела никто ко мне не заходил. Я думал о мрачном будущем, когда в голову вдруг пришла одна мысль. Если демонические твари добрались сюда, разве среди них не могло быть тех, кто сбежал в мир людей? Как раз неподалёку находилась граница с миром людей. «...Что делать?» Если это юг мира людей, значит не Империя, и, наверное, можно не волноваться. Нет, всё равно ведь мир людей. Возможно, из-за того, что территория Империи слишком велика, большинство границ до сих пор находили именно в её пределах. Поэтому особо беспокоиться не приходилось. Но почему же теперь она появилась не там, где надо? «Нет. Для начала, если граница действительно соединена с югом, нужно понять, с каким именно королевством. А для этого придётся проверить самому...» — Хаа... — ? Я попытался сдержаться, но вздох всё равно вырвался. Как вообще пробиться сквозь всё это? Я уже мысленно отказался от помощи Десятого корпуса. Похоже, придётся просто торчать в этом городе, пока всё само не исчезнет. Я как раз собирался развернуться с этой мыслью, когда Девелания, которая с момента моего вздоха смотрела на меня встревоженно, покачала головой, будто ничего не поделаешь, и шагнула вперёд. — Раз Демон этого хочет, я помогу вам. Только в этот раз. * * * — Пойдёмте, господин Демон. Бен встал рядом со мной, размахивая своей врачебной сумкой. Не знаю, на каком основании они пришли к такому выводу, но в итоге всё вышло так, как я и хотел, поэтому я молча кивнул и пошёл. Ворота открылись, и спустя некоторое время, в атмосфере, ничем не отличавшейся от той, что встретила меня при прибытии, мы добрались до границы, ступая по трупам демонических тварей. Я стоял как в оцепенении в месте, где день и ночь были чётко разделены. Когда мой дух, на время сбежавший из тела, наконец вернулся после этого ада, я кое-что понял и открыл рот. Я ведь ничего не говорил... Откуда они узнали, что я хочу прийти сюда? — Господин Демон, вы наверняка хотели хотя бы раз лично взглянуть на это место, чтобы потом доложить, поэтому я заглянула сюда по пути... Я ошиблась? — О... нет... спасибо. — Благодарю. Если она будет думать именно так, мне будет спокойно и удобно. Перед тем как пересечь границу, я сначала осмотрел свою одежду. Неважно, имперская это территория или нет, будет плохо, если мою личность раскроют. Тем временем Девелания, широко раскрыв глаза, взглянула на меня, затем повернула голову к Гейсителю. — Десятый корпус теперь возвращается? Не забывайте о своей миссии. От совершенно справедливых слов его лицо слегка потемнело. — Но насчёт проводника... — Господин Демон — человек. Разве ему нужен проводник? Ну... если проводник действительно понадобится, думаю, мне будет лучше заняться этим, чем вам. Ведь это я сказала, что за этой границей — «Юг», верно? Если подумать, Девелания часто бывала в мире людей, хотя бы по заданиям. Наверное, среди всех командиров корпусов, кроме меня, она лучше всех знает мир людей. «И всё же, если задуматься, это абсурд. Кто бы мог подумать, что даже Девелания промолчала о существовании этого места?» Бен тоже смотрел на неё с лицом человека, которому есть что сказать, будто всё это было нелепо, но в итоге лишь нахмурился, словно не хотел снова повторять одно и то же. Гейситель, побеждённый логикой, развернулся с угрюмым лицом. Девелания на этом не остановилась: только отправив свой корпус назад, она подошла ко мне с облегчённым видом. — Господин Демон, вы готовы? — Да, вроде бы... Я кивнул, теребя капюшон плаща, закрывавший лицо. К счастью, одежда была чистой. За всё время здесь я и пальцем не пошевелил, так что испачкаться было неоткуда. Психически я был невероятно потрёпан, но это можно было проигнорировать и сказать, что всё в порядке. Здесь же два командира корпусов. Мне даже не обязательно показываться самому. — Тогда пойдём? — Да... В тот момент я настолько погрузился в свои мысли, что упустил важную вещь. Следовало заботиться не только о моей одежде, но и об их одежде. В отличие от меня, чистого, они были с головы до ног покрыты кровью демонических тварей. * * * — Вы являетесь в мир людей, будто выкупались в семи слоях крови?! Проклятые демоны! Король небольшого южного королевства не выдержал подскочившего давления и схватился за шею. Рыцарь, увидев, как его тело заваливается назад, быстро бросился вперёд и подхватил его. — Ваше Высочество! Спокойно! Успокойтесь! Глубокий вдох, глубокий вдох...! — Фух, фух... Что делать с этими проклятыми демонами? Есть ли у них вообще намерение скрываться или нет? Они что, кого-то где-то убили? Братоубийственная война? Нет, раз они появились, разбираясь с демоническими тварями, кровь, скорее всего, принадлежала именно тварям. Додумав до этого, король изменился в лице. Стоит ли ему быть благодарным? Каковы бы ни были их намерения, они разобрались с демоническими тварями вместо королевства. Когда внезапно сообщили, что твари начали лезть из-за границы, у него всё помутилось в голове. Это могло обернуться по-настоящему большой проблемой. — Я слышал, среди них был необычный демон. — А, да. В чёрном плаще... — Послушай... почти все демоны, которые сюда приходят, носят плащи. Доля чёрных плащей — девяносто процентов. — Ах... Но говорят, он был единственным среди них с чистым видом, без следа крови. Аура, которую он излучал, была необычайной, и остальные демоны, пришедшие с ним, будто уважали и обслуживали его. Думаю, это должен быть высокопоставленный демон. По мере объяснения лицо короля постепенно каменело: в голове возникал чей-то образ. Чёрный плащ, необычная аура и высокий статус в мире демонов. Конечно, вероятность велика, что это не он. Не должен быть он. Зачем «ему», почти не покидающему Замок Короля демонов, если только дело не касается чего-то важного вроде битвы, приходить сюда? Но... — Ваше Величество! Новый доклад! Один из демонов, пересёкших границу в мир людей, — Девелания, командир Второго корпуса армии Короля демонов! Говорят, её легко опознали, потому что она не закрывала лицо... — Проклятье. Она не закрывала лицо. В таком случае как минимум это означает, что «Чёрный плащ» — не командир Второго корпуса. Он слышал, что демоны, пришедшие вместе с ним, держались так, будто уважали и служили «Чёрному плащу». Скольких людей может уважать и обслуживать командир Второго корпуса? По мере того как уверенность крепла, на лице короля появлялись одновременно освобождение и обречённость. — Командир Нулевого корпуса. — Да? — Чёрный плащ. Скорее всего, это командир Нулевого корпуса. — Такое...! Почему он здесь...?! — Не знаю. Возможно, разведка или шпионаж из-за новости о обнаружении новой границы. И то и другое плохо. Но даже так тронуть его невозможно. Им и так приходится следить за действиями буйствующей Империи; если ещё и испортить отношения с миром демонов, судьба королевства окажется под угрозой. — Где они и что сейчас делают? — Говорят... направляются на рынок. Вот так?! Ему нечего было сказать о походе на рынок, да и запретить он не мог, но хоть бы они проверили свою одежду перед тем, как идти. Нельзя оставлять всё как есть. Если они будут неосторожны, королевство перевернётся вверх дном, и взгляд Империи упадёт на эту сторону. Поскольку король не хотел ни того ни другого, ему пришлось, потирая лоб, отдать неприятный приказ. — Скрыть их. — Да? — Любым способом скройте их личности. Метод неважен, но действуйте так, чтобы поднять как можно меньше шума. Да, лучше всего сначала дать им чистые плащи. — Да. Но примут ли они их покорно... — Об этом подумайте сами. — Да? Не знаю, разбирайся сам. Я больше не хочу об этом думать. Король махнул рукой, притворившись, что не замечает полного замешательства взгляда подчинённого. * * * Мир людей впервые за долгое время был солнечным, словно говорил: «Вот что значит иметь солнце». Благодаря этому, впервые за долгое время встретившись с солнцем, я рефлекторно натянул капюшон плаща на лицо, а затем медленно огляделся. Словно существовало некое правило: граница, которая всегда находилась в малолюдном месте, и на этот раз без исключения соединялась с горной местностью, куда редко кто заглядывает. Девелания усмехнулась, отступила в сторону и вытянула одну руку. — Куда вы хотите отправиться отсюда, господин Демон? В центр города, где много людей? Или в место, где людей мало? — ...Туда, где можно узнать повседневную жизнь местных жителей... — Тогда, конечно, на рынок. Вы здесь впервые, так что я проведу вас. — Однако. Бен, который с самого появления здесь выглядел так, будто его что-то беспокоит, посмотрел куда-то и открыл рот. — Вы ведь заметили нескольких крыс. Не могли вы их не заметить. Так и оставим? — Ах, точно. Они из тех, кто особо не вредит. Я решила, что если вытаскивать их наружу, хлопот будет больше, так что оставила как есть. Но только если господину Демону это не мешает. Что делать? Это не дом, а просто крысы в горах, и если они не причиняют вреда, нет причин тратить время на их ловлю. Это раздражало, к тому же я даже не знал, что они существуют. Нет, на самом деле и сейчас не знаю. Слишком тихо. Где крысы? — Если вреда нет, пойдём так. — Тогда сюда. Будто ходила здесь не раз и не два, Девелания уверенно начала спускаться по лесной тропе. Мы последовали за ней, двигаясь осторожно, чтобы не подвернуть лодыжки. Вскоре у входа в лес мы встретили людей. Проблема в том, что эти люди были «рыцарями». Двое полностью вооружённых рыцарей в незнакомых, подвижных на вид доспехах остановили нас суровыми лицами. Я сильно напрягся, готовый в любой момент броситься прочь, но они заговорили. — Вы наёмники? Мы слышали рассказ. Вы уничтожили демонических тварей, пришедших сюда. — ... — Благодаря вам нам удалось преодолеть большой кризис. От имени рыцарского ордена выражаю благодарность. — Ну, не за что... Не знаю, что происходит, но хорошо, что они так ошиблись. Я ведь уже боялся, что придётся учитывать возможность вооружённого конфликта. Я проигнорировал колющее чувство совести и нерешительно ответил. Один из двух рыцарей порылся в принесённом багаже и достал два плаща и мешочек с деньгами. Его взгляд всё ещё был устремлён на меня. — Это небольшое вознаграждение, но примите благодарность и плащи. Плащи мы подготовили, решив, что при убийстве тварей на вас, должно быть, попало много крови. Похоже, подготовили не зря. Ах. Только тогда я осознал состояние Девелании и Бена. Не только о моём виде нужно было беспокоиться. Эти двое, сражавшиеся всю дорогу до границы, выглядели ужасно, и хотя я уже привык постоянно видеть Бена, его внешний вид — со змеиными чешуйками на части лица — явно не походил на человеческий. И при этом он пришёл в мир людей без единого плаща. Я сумасшедший. Чёрт. «...Но они дают плащи? Не арестовывают нас и не пытаются сразу избавиться?» Теперь, подумав, я понял, что во время всего разговора они не смотрели на Девеланию и Бена. Я уже было подумал, не стали ли эти двое невидимыми демонами без моего ведома, но на деле это невозможно. В голову приходит только одна гипотеза... О, неужели. «Они нарочно делают вид, что не знают? Нет, это уже не просто “делают вид”, а прямо скрывают нашу личность?» ---------- Отпуск, который не отпуск (8) Почему? Я уставился на их лица. В отличие от обычных имперских граждан, кожа у них была немного темнее. И форма доспехов незнакомая. Когда я видел нечто подобное? Точно, во время Восьмилетней войны, когда был конфликт с королевством на юге. «Всё-таки это Юг». Хотя я ещё не был уверен. Как только я понял, что это Юг, остальное естественно всплыло в памяти. Конечно, прежде чем увериться в возникшей догадке, нужно кое-что проверить. В любом случае люди передо мной не смогут сразу среагировать, что бы они ни услышали, поэтому я без колебаний позвал Девеланию. — Девелания. — Да. — Эта граница была обнаружена до или после смены квартала? Я знаю, что демоны называют периоды моих приходов и уходов «кварталами». Значит, граница была обнаружена до того, как я пришёл в мир демонов, или после? Она на мгновение замерла, но затем ответила с непонятной улыбкой, словно никогда ничего такого не делала. — До смены квартала. Долго же ты это скрывала. Когда вообще собиралась докладывать? Впрочем, благодаря этому я получил ответ. Империя не знает, что на юге возникла граница с миром демонов. С другой стороны, раз здесь есть рыцари, королевство определённо знает о существовании границы. Иными словами, это королевство намеренно её скрывало. Причина... «В последнее время ситуация в Империи довольно необычная, не так ли?» В любой свободный день она начинает войну. Наверное, королевство боялось сообщать об этом именно потому, что обстановка настолько плоха. Значит, чтобы скрыть наше существование, они дают нам деньги и плащи, надеясь, что мы не устроим неприятностей. В любом случае у меня нет площадки, чтобы устраивать происшествия, я просто тихо посмотрю и вернусь, так что проблем нет. Я наблюдал, как Девелания и Бен надевают плащи, затем посмотрел на мешочек с деньгами в своих руках. «Повезло». — Ах, и на всякий случай скажу. — Вещи... не крадут, а покупают... за деньги. — ... — Я наёмник, так что, вдруг вы не знаете... Я тоже много странствую по континенту... Это правда, правда просто на всякий случай... Его голос звучал всё тише и тише, будто даже сам он не верил в свои слова. Молча выслушав отчаянное объяснение, я тихо повернул голову и посмотрел на Девеланию. Вы, ублюдки... что и сколько вы вообще украли? ...Нужно возвращаться. К такому выводу я пришёл вскоре после прибытия на рынок. С чего бы начать объяснение? Как раз когда я прибыл на рынок, я думал, что делать с недавно полученной информацией. Важной информацией, которой Империя ещё не знает. Стоит ли немедленно связаться с Империей и доложить? Или притвориться, что ничего не знаю? Несмотря на углубляющиеся сомнения, вывод уже был сделан. «...Сейчас я принадлежу миру демонов». Теперь не нужно думать об Империи. В мире демонов надо думать только о мире демонов, а в Империи — только об Империи. В тот миг, когда, вновь утвердившись в уже принятом решении, я поднял голову, кое-что произошло. Что такое рынок? Разве это не место, где полно людей? Место, где прохожие сталкиваются друг с другом во время ходьбы. Единственное, чего я не ожидал, — что это тело окажется настолько досадно слабым, а рядом будут ходячие бомбы замедленного действия. Бах! — Ух... Меня сильно качнуло. В отличие от обычного столкновения, тело ударилось как следует и полетело назад. Благодаря поддержке Бена мне удалось не выглядеть совсем уж неприглядно, но полученный удар никуда не делся и полностью выплеснулся через рот. Кровь пролилась на рыночную площадь. — Уууууук. — О боже! Вы в порядке? — Ты, ублюдок!! На мгновение роли двух демонов поменялись. Почему Девелания смотрит на меня, а Бен хватает того парня за ворот? Похоже, они и сами поздно это осознали, потому быстро поменялись местами. Бен поспешно поправил моё положение, чтобы кровь не лилась дальше, а Девелания, как ни в чём не бывало, схватила парня за ворот и выглядела так, будто решала, что с ним делать. Когда я уже подумал, что это действительно закончится погоней и убийством, появились рыцари. — Как ты посмел затеять драку посреди рынка? Хотя никто особо не выступал вперёд с объяснениями, в их действиях не было ни малейшего колебания, словно они всё знали. Двое рыцарей схватили парня за обе руки. — П-погодите... что это... — Уведите. — Нет, почему, коро... вау! — Много болтаешь. — Почему здесь королевские рыцари?! Стража! Позовите стра... Я пустым взглядом смотрел, как они мгновенно исчезают из поля зрения, а затем повернул голову. Начало зловещее, но, наверное, мне кажется. Просто совпадение. Что же... Это было только начало. — Куда делись городские стражники и почему...! — Уводите. — Помогите! Я больше так не буду... Даже когда меня едва не обокрали. — Ой, господин! Я это, чтобы прожить! — Уводите. — Господииин! Господииин!! Даже когда мне почти подменили выбранные на рынке фрукты на испорченные. — Кхе-кхе-колок! — Что это?! Яд? — Яд. Тащите его... — Нет! Вы сумасшедшие, сумасшедшие ублюдки! Что мне делать в такой ситуации? Нужно возвращаться, пока я не создал ещё больше проблем. Похоже, рыцари будут следовать за нами до самого возвращения. С их точки зрения они, возможно, пытаются сами всё урегулировать, пока демоны не устроили беду, но для меня это ощущалось так, будто они лишь ухудшают ситуацию. Тем временем я крепко обнял выбранные чайные листья и тихо обратился к двоим: — Давайте уже вернёмся. — О, уже? — Да, я получил всю нужную информацию. Чайные листья, которые я сейчас держу, — листья Дэуса, чай, обращающийся среди дворян по очень высокой цене, потому что его трудно достать не только в Империи, но и в других королевствах. А здесь он продавался на рынке по сравнительно низкой цене. Что это значит? «Среди южных королевств это королевство достаточно крупное, чтобы продавать столь драгоценный чай на рынке». Я знаю только одно такое королевство. Небольшое, но чайное королевство, живущее экспортом чайных листьев. Тэхон. — Я... торговый дом Дана снова связался с нами по поводу распространения чайных листьев Дэуса... — Ах! Я же сказал, что не буду! Почему эти мерзавцы такие настойчивые?! — Похоже, они очень полны энтузиазма, потому что торговый дом сравнительно новый. Они действительно хотят открыть сеть распространения. — Ладно, посмотрим, чем эти ублюдки занимаются. Передай им, пусть приходят. Точно. Единственное королевство, где могла возникнуть такая ситуация с листьями Дэуса, — королевство Тэхон. Я оглядел шумное пространство и посмотрел на Девеланию. Похоже, она прочла моё желание вернуться и легко кивнула. — Если вы удовлетворены... тогда я проведу вас обратно. Скорее бы вернуться. Я снова натянул капюшон и ускорил шаг. * * * — После наблюдения установлено, что демон в чёрном плаще не является командиром Нулевого корпуса. — Ха... Король тихо потер оба виска. Было приятно слышать, что демон в чёрном плаще — не второй по опасности после Короля демонов человек, то есть не командир Нулевого корпуса, но даже так он не смог удержаться от смеха. Тот извергал кровь из-за пустяка, значит точно не был командиром Нулевого корпуса. — Тогда кто он вообще? — Ну... Слабый демон, которому служит командир Второго корпуса. Кто вообще может быть таким демоном? Для начала мир демонов живёт логикой силы, поэтому само предположение не имеет смысла. Если ты слаб, командир Второго корпуса никак не станет тебе служить. Однако докладчик явно сказал, что командир Второго корпуса «служила» ему. Как ни думай, ответ не находился. В конце концов король, чьи нервы были натянуты до предела, прижал пальцы к налитым кровью глазам и пробормотал с облегчением: — ...Стоит ли мне быть довольным, что он вернулся, не устроив происшествия? Надеюсь, он больше не перейдёт сюда. Он лишь вздохнул, осознав, что в последнее время у него всё больше выпадает волос. — Хочется провести какой-нибудь ритуал... * * * Вернувшись в город, я не смог устоять перед осторожными настояниями Бена и немедленно связался с Королём демонов. Вопреки опасениям, Король демонов не назначил Девелании и Гейсителю никакого наказания за сокрытие существования границы. Он лишь подумал что-то вроде: «Правда?» — и проигнорировал. На мгновение я опешил от столь беззаботной реакции, но вскоре смирился. Потому что Король демонов придерживается полного «консеквенциализма». Неважно, что ты сделал, если результат хороший. Хотя существование границы и было скрыто, в итоге проблем пока не возникло, а значит, причин наказывать нет. Так что даже если командир Девятого корпуса, который должен был охранять границу, вернулся в Замок Короля демонов и уселся там только потому, что ему стало скучно, сказать особо будет нечего. «Как только возникнет проблема, голова командира Девятого корпуса слетит». — Ах да, Демон. Когда вернёшься, я хочу, чтобы ты вернулся на окраину... — Да... ДА? — Не волнуйся. Я не прошу тебя заставлять себя возвращаться. Я тоже помню ту сцену. Их оказалось больше, чем ожидалось. Я отправлю Пятый корпус тебе навстречу, так что встретитесь на полпути и вернётесь вместе. В тот момент, когда я собирался ответить, что понял, меня вдруг охватило странное чувство, и я закрыл рот. «Пятый корпус...?» Если это Пятый корпус... хм... кажется, я понимаю, почему из множества корпусов в Замке Короля демонов он отправляет именно Пятый. Я снова открыл рот, который поспешно закрыл. Хотел спросить, нельзя ли отправить другого командира корпуса, но, к сожалению, Король демонов оказался на шаг быстрее. — Ну тогда. — Теперь, думаю, будет тихо. Поп. Связь оборвалась. Я стоял ошеломлённый, не в силах принять ситуацию, и тихо прикрыл рот. Кровь внезапно хлынула наружу. — Господин Демон!! * * * Империя была в разгаре войны, и каждый день поступали новые новости. Например, несколько королевств создали союз, чтобы сражаться против Империи. Или, что имперская армия, продвигавшаяся на юг из восточной части Империи, была остановлена заразной болезнью и армией королевства, которая в этих условиях вела партизанскую войну, но была полностью разбита вторым героем Стигмой Примиро и его войсками. Или, что Круэль Харт, четвёртый герой на западе Империи, поставил врагам мат. Новости о Немезеусе, первом герое, который контролирует и продвигает южное наступление из центра Империи, и тому подобное... Да, как можно было уже почувствовать, Империя сейчас одновременно воюет с несколькими королевствами. Каждый герой отвечает за свой регион и сражается с каждым королевством. Это, возможно, настоящее безумие, но, к сожалению, реальность именно такова. Император уже почти завершил всю передачу дел наследному принцу, отправился на поле боя с мечом в руке и выпустил кандидатов в герои, у которых были собранные им осколки героя. Удивительно, но, несмотря на абсурдную ситуацию войны с несколькими королевствами одновременно, Империя уверенно расширяла территорию, словно все усилия по сбору талантов не пропали зря. «Думаю, она съест половину континента всего за два месяца, а то и за один». Герцог отложил отчёт, который молча читал, сложил руки на столе и погрузился в размышления. ...Так или иначе, когда это случится, сама игра изменится. И эта игра тоже превратится во что-то иное, чем захват земель. Что тогда делать? «Карты, которые у меня сейчас есть...» Общественное мнение ухудшилось в отношении Церкви Спасения, императора и революционной армии. Фиолетовые глаза обратились к бумаге на столе с информацией о революционной армии. Герцог протянул руку и поднял её. Безразличные глаза будто читали текст, но вскоре исказились от раздражения. Даниэль, лидер революционной армии, который отправлялся в Иреон, вернулся. Причём с новой силой. «Лучше бы ты просто тихо следовал моим желаниям». Революционная армия не должна получать больше силы. Нельзя этого допустить. Цель революционной армии — убить императора, но всё, чего герцог хочет от них, — уменьшить поддержку императора. Всё, что выходит за эти рамки, он хотел бы предотвратить. «Теперь, когда они обрели силу, революционная армия начнёт двигаться. Если все решатся и последуют приказам Даниэля, они действительно могут убить императора». Вспомнив их необычного лидера, герцог помрачнел. Император не должен умереть от рук революционной армии. Силу революционной армии необходимо уменьшить. Для этого... Бесконечная цепь мыслей оборвалась. Опустив глаза и взвесив возможности, он разжал руки и позвал женщину, ожидавшую сбоку. — Сэрин. — Да, герцог. — Сократи численность революционных войск. Лучше разделить людей. Можешь использовать и императора. ---------- Обманутые, обманутые, использованные и преодолённые (1) Она поняла, чего я хотел. Как и ожидалось, ясный ответ прозвучал без малейшего колебания. — Поняла. Какая же она способная. Я повернул голову и посмотрел на неё. Слепые глаза встретились с моими. ...Я знаю, что она любит меня. Герцог медленно поднялся со своего места. Обойдя стол, он остановился перед Сэрин, слегка наклонился и мягким движением взял её за руку. Их взгляды встретились, и её фиолетовые глаза красиво раскрылись. Затем его голова опустилась, распущенные фиолетовые волосы скользнули по тыльной стороне её ладони и словно занавесом окружили его. В это время губы герцога коснулись тыльной стороны её руки. Почтение к благородной даме. Для Сэрин, простолюдинки, было естественно широко раскрыть глаза. Она застыла, только беспомощно водя глазами, даже не в силах отдёрнуть руку, а герцог спокойно поднял голову. Улыбка, будто нарисованная кистью, была обращена только к ней. — Благодарю тебя всегда. — Нет, это естественно. Сэрин поспешно ушла выполнять поручение. Герцог, проводивший её взглядом, тихо поправил одежду. Сэрин справится. Она внесёт раскол в революционную армию и отправит часть их людей к императору. Если только у них нет головы вроде Даниэля и подавляющего числа, они всего лишь добыча для императора. Однако на случай непредвиденного нельзя просто сидеть сложа руки. Он не сомневался в Сэрин. Тот, кого он подозревал, был не кто иной, как император. «Будет плохо, если он даже умрёт от их рук». Император всегда жил так, словно не мог умереть. Ключ — желание императора выжить. Нужно заставить его захотеть жить, хотя бы немного. «Я слышал, император недавно вернулся во дворец». Императорский дворец не может день и ночь оставаться без императора. Как бы хорошо наследный принц ни справлялся с делами, нынешним императором Империи был Эдоардо Дезерт, и потому он время от времени тихо возвращался во дворец, чтобы проверить, как идут дела. Значит, если сейчас отправиться во дворец, можно будет встретить императора. Немедленно подготовить карету. Герцог рано вышел из кабинета. * * * Если говорить честно, Сэрин поддерживала революционную армию. Для её чувств к герцогу существовала преграда статуса простолюдинки. В такой ситуации идеология революционной армии, которая провозглашала отмену самой сословной системы, была по-настоящему пленительна. Однако внешне она никогда этого не показывала. Она поддерживала революционную армию, потому что любила герцога. И потому что любила герцога, сейчас шла уничтожать революционную армию. Ведь он, тот, кого она так любит, надеется именно на это. — Здравствуйте, господин Айден. — Ах, Сэрин. — Я слышала, лидер вернулся? Где он? — Очевидно же. Наверняка пошёл к матери. В конце фразы прозвучал щелчок языком, будто ему это не нравилось. — Ситуация плохая, а он даже прийти в себя не может и просто уходит к себе. — Вот именно. «Думаю, этим можно воспользоваться». Глаза Сэрин блеснули. Ну что ж, подумаем. Какой у Айдена характер? Жаден ли он? Если жаден, что предпочитает — богатство или власть? С какой целью он присоединился к революционной армии? Легко ли им управлять и стоит ли его использовать? — Когда он вообще собирается устраивать восстание? — Не знаю. Сколько он ещё собирается это откладывать? — Вот именно. Герцог, похоже, надеется, что революционная армия скоро начнёт действовать. Разве это не произвол лидера, никак не связанный с мнением господина Айдена? — Конечно. Мы сходим с ума от досады. — Вам известна причина задержки переворота? — Причина всегда одна и та же: «мы не готовы» или «момент неподходящий». — Это... больше похоже на отговорку. Она подперла щёку рукой, наклонила голову и задала вопрос так, будто размышляла вслух. — Господин Айден, вы не думали? Почему лидер откладывает восстание? — Не знаю, я глубоко об этом не размышлял. Она ласково указала на вопрос, который он игнорировал. — Я подумала, и мне кажется, лидер просто сожалеет, что потеряет своё нынешнее положение. — То есть... — Разве нет? Огромный союз, состоящий из людей многочисленных королевств. Глава федерации. Разве не жаль, что после устранения императора эта власть может быть развеяна новым ветром? Яд, прошептанный в ухо. Лицо Айдена исказилось. Дрова недовольства вспыхнули и породили новое отрицательное чувство. Сэрин на этом не остановилась и поспешно подбросила веер, пока огонь не погас. Она узнала Айдена через разговор и вспомнила то, что было записано на бумаге. Он жаден и к деньгам, и к власти. Причина, по которой он вступил в революционную армию, заключалась в желании убить императора и в том, что у революционной армии был высокий шанс на успех. Если революция победит, его цель — повысить свою репутацию, подчеркнув участие. А вместе с репутацией придут и другие вещи. Он удобен в управлении и стоит использования хотя бы потому, что возглавляет довольно крупную силу внутри революционной армии. Тогда пора двигаться. Что? Язык. — Тогда как насчёт того, чтобы господин Айден сам разобрался с императором и стал центром новой страны? — Все в революционной армии равны... — Звучит хорошо. Но где существует такой сказочный мир? Сама идея полностью устранить трон изначально абсурдна. Нет, даже если его можно устранить, в итоге стране всё равно понадобятся ключевые люди, которые будут ею руководить. «Умная» Сэрин — «простолюдинка». Хороший ум и простое происхождение исказили данную ей идеологию и опустили её с уровня «идеала», не учитывающего «зло», присущее всем людям, до «реальности», включающей больше человеческих желаний. Идеал — это всего лишь идеал. Она не знала, кто придумал эту идею, но, вероятно, это был какой-нибудь аристократический учёный, выросший без особых трудностей, или человек с цветочным садом в голове. Сэрин, будучи простолюдинкой и испытывая на улице и рынке большую и малую человеческую злобу во всём, не могла положительно относиться к возможности, что всё пойдёт так, как задумано. Человеческая жадность бесконечна, и это касается даже тех, кто начал революцию и присоединился к ней. — Возглавьте силы господина Айдена и убейте императора. Благодаря этому вы станете центром революционной армии, отмените сословную систему и войдёте в руководство страны. — ... — Скажем ещё прямее? Мы создаём мир, где все равны, кроме руководства. Если господин Айден хорошо воспользуется «ситуацией убийства императора», он может даже выбрать это руководство. Например, сказав: «Люди, которые много помогли мне добиться успеха в этом деле...». Это слова человека, приведшего императора к смерти, так что к ним, вероятно, в целом отнесутся с уважением. Удивительно, но всё это она придумала на месте. — Герцог тоже надеется, что переворот будет совершен как можно скорее. Так что, даже если он не сможет активно помочь, он в некоторой степени спасёт императора. Конечно, вероятность того, что Айден убьёт императора... — Нужна подтверждённая возможность. Ноль процентов. Сэрин ярко улыбнулась. — Я достану расписание императора. Вот оно. Сэрин тихо погладила тыльную сторону своей ладони. Место, которого коснулись губы герцога, всё ещё казалось тёплым. Герцог всё ещё уважал её достаточно сильно. ...Герцог знает, что она любит его. Если бы он считал её вещью, которую используют и выбрасывают, то затащил бы в спальню сразу, как только заметил её чувства. Так куда легче использовать людей. На самом деле, среди тех, кто питал к нему чувства, он затаскивал в спальню тех, кого считал расходным материалом, независимо от пола. Иногда она без причины ревновала их, но точно знала, кого герцог ценит больше. Без колебаний Сэрин отказалась от краткого сна. * * * Внезапная просьба об аудиенции была принята так быстро, словно это само собой разумелось. Пока слуги императорского дворца удивлялись, герцог ожидал, что император непременно поступит именно так, поэтому спокойно последовал за проводником. Ведь лучше выслушать любой вздор, чем не слушать политического противника вовсе. Более того, если уверен, что не проиграешь в психологической войне, это ещё и возможность узнать, о чём думает другой человек. Император никак не стал бы этого избегать. — Слава Империи. Син Старбе Иллюстер приветствует нынешнюю Империю. — Да, герцог. Что случилось? Вместо ответа герцог посмотрел на императора. Точнее — чуть ниже лица. Император, сидевший под углом, с руками на подлокотниках, как усталый человек, смотрел вниз на высокомерного герцога, проявившего лишь минимальную учтивость, с явным неудовольствием. Но герцога это не волновало. Было нечто, куда сильнее бросавшееся в глаза, чем суровый взгляд императора. — Что случилось с вашей рукой? — Герцогу не о чем беспокоиться. Белая повязка на левой руке, лежавшей на подлокотнике, мягко сжалась в кулак. Герцог прищурился и осмотрел её. «Он ранен на поле боя? И как вообще он умудряется так безрассудно носиться?» Он внимательно присматривался, пытаясь понять степень ранения, но чистая белая повязка, не показывавшая ни капли крови, видимо, потому что её сменили по прибытии, полностью скрывала состояние раны. «...Ну, он не из тех, кто так легко показывает слабость». Когда на губах герцога появилась слабая улыбка, его окликнул холодный голос. Голос удерживал взгляд, словно не хотел позволить ему послушно рассматривать рану. — Вы пришли смотреть на раны Мы, герцог? — ...Нет. Прошу прощения, Ваше Величество. Ладно, теперь его очередь говорить. Чтобы не дать императору погибнуть от рук революционной армии и не дать ему убить того, кто произнесёт эти слова, глаза герцога, долгое время опущенные, открылись. Фиолетовые глаза, смотревшие в пол, медленно поднялись, будто на мгновение остановились на груди императора, затем пошли выше и прямо встретили золотой взгляд. Золотые глаза, похожие на глаза дикого зверя, всё ещё были свирепы, но тени под ними скрывали усталость, которую невозможно было спрятать. Император не позволял никому смотреть ему в лицо, но не отчитал герцога за то, что тот самовольно поднял голову и увидел его лицо. Однако весь тронный зал наполнился низким, давящим убийственным намерением. Для герцога, далёкого от меча, это было бы тяжело, но он всё же выдержал и вытащил на свет правду, глубоко похороненную внутри. — Вы помните смерть бывшего первого принца, отца нынешних наследного принца и принцессы и старшего брата Вашего Величества? Человек мягкого характера, единственный среди множества братьев, кто заботился об Эдоардо Дезерте. К счастью, император не вскочил с места и не вытащил меч. Он лишь погладил тыльную сторону перевязанной левой руки, нахмурился и тихо приказал окружающим выйти. — И стражу тоже уведите. — Да, Ваше Величество. Генералу... — Немезеусу я скажу сам. — Вы думаете, господин Иллюстер может убить Мы? — Ухожу. Отпустив даже охрану, император посмотрел на герцога. Более низкий голос прозвучал спокойно. — Вы говорите об инциденте, который, как считалось, устроил герцог Градис, но на самом деле совершил герцог? — Вы прекрасно знаете. — Ты безумен. Когда истина была раскрыта, императору пришлось её скрыть. Потому что герцогство Градис уже исчезло. Имя рода было полностью стёрто из-за покушения на первого принца, и теперь уже невозможно было сказать, что всё было не так. Если этот факт станет известен, пострадает не только император — герцогу тоже придётся отдать жизнь. Но он признаёт это прямо перед ним? — Не понимаю, почему вы упоминаете это сейчас. Что вы вообще задумали? — Разве вам не интересно, почему я его убил? — Ты сделал это, чтобы подняться выше. Думаешь, он удовлетворился бы положением герцога? Если взойти на трон — получишь место императора. Если взойти на трон императора — у твоих ног окажется единый континент. Старбе Иллюстер был именно таким человеком. ---------- Обманутые, обманутые, использованные и преодолённые (2) — Тогда ситуация была такой: первый принц, старший сын, почти наверняка должен был стать наследным принцем. Так что случилось бы, убей я его? — ...Другие принцы и принцессы взбесились бы, пытаясь занять опустевшее место. — Да, именно это и произошло. Я собирался выбрать одного из них, кого можно было бы использовать как марионетку, и посадить на трон, но... Раздался откровенный смех. Герцог, опустивший глаза, словно вспоминая прошлое, замер и поднял взгляд. Император смотрел на него сверху вниз с насмешкой. — Смешно. Ты думал, всё сложится так легко, как ты задумал? — Верно. Это была моя самонадеянность. Эдоардо Дезерт, доказательство этой самонадеянности, некоторое время смотрел на него пустым взглядом, а затем улыбнулся. — Кто бы мог подумать, что девятый принц, которого никто не замечал, выйдет вперёд? Точнее, сойдёт с ума. Девятый принц Эдоардо решил, что смерть первого принца произошла из-за борьбы за трон, поэтому убил всех братьев, пытавшихся занять место, и сам взошёл на престол. Милосердия не было. Даже их детей убили, чтобы уничтожить семена мятежа. Герцог молча наблюдал за всем этим. Эдоардо, взойдя на трон, назвал королевство «Империей» и признал детей первого принца наследным принцем и принцессой. А затем рассмеялся. Кого ты просишь защищать кого? — Странно. Почему герцог сегодня так провоцирует? Император поднял руку и коснулся лба, словно у него болела голова. — Сначала небрежно упоминаешь первого принца, затем признаёшься в убийстве, о котором, как ты думаешь, Мы не знали, и раскрываешь свою грязную жадность. Что ты задумал? Он и без того устал, а этот человек зачем-то пришёл и царапает его изнутри. Воспоминания о прошлом, похороненные из-за слишком занятой жизни, снова всплыли, и император чуть сильнее сжал подлокотник. [Я скоро вернусь. Это недолго.] [А пока прошу присмотреть за Эльпидиусом и Алетеей.] Если бы он знал, что это будет в последний раз, никогда бы не отпустил его. Должен был удержать, когда ощутил дурное предчувствие. Услышав известие о его смерти, он должен был расследовать всё, а не хвататься за меч. Какими бы отвратительными ни были братья, метившие на пустующее место, нельзя было так легко направлять на них меч. Нельзя было так легко поддаться правдоподобному слуху о том, что его убили другие братья ради трона. «Ах». Голова болит. Призрак высунул лицо перед ним и захихикал. Затем спустился, обошёл герцога и наложился на его лицо. Ему хотелось вытащить меч и тут же снести ему голову, но император стиснул зубы, вместо того чтобы опрометчиво выражать эмоции. Он не может повторить ошибки, совершённые тогда. — Из-за убийства первого принца в Восьмилетнюю войну отправился Деон Харт вместо Круэля Харта. Церковь Спасения. — ... — За каждым инцидентом всегда стоял герцог. Герцог не стал бы говорить вздор без причины, так что я начинаю опасаться того, что вы задумали на этот раз. — Разумеется. Даже если вы подумаете, сейчас всё равно не поймёте. Император поднял голову. На его лице было редкое удивление. Этими словами герцог признавал сразу два факта: он был связан со всеми упомянутыми императором инцидентами и что сейчас тоже что-то замышляет. Среди них была история, которая перевернула бы мир, если бы Деон Харт её услышал. [Герцог — главный виновник того, что в Восьмилетней войне участвовал Деон Харт вместо Круэля Харта.] Изначально род Хартов должен был отправить на Восьмилетнюю войну Круэля Харта. Если бы документы не заменили в процессе, так, вероятно, и случилось бы. Император тоже узнал о том, что документы были изменены, уже после войны, во время проверки. Точнее, когда Деон Харт захотел уничтожить род, император почувствовал странность и провёл расследование. — Документы были изменены, и Деона Харта вынудили участвовать в войне. В ответ род Хартов несколько раз в начале подавал во дворец документы с просьбой исправить ошибку, но все они исчезали по пути. Хотя он знал всю правду, император притворился незнающим, закрыл рот, закрыл глаза и принял просьбу Деона Харта. Он тоже был мусором... Император уставился на более крупный и толстый мусор перед собой. — И теперь ты признаёшь всё это? Минимальным наказанием будет смертная казнь. Похоже, герцог действительно сошёл с ума. Не считая убийства первого принца, одно признание в причастности ко всем прочим крупным инцидентам уже делало каждый из них тяжким преступлением. В голосе императора звучали глубокое убийственное намерение, угроза и скрываемый вопрос, но герцог усмехнулся. — Я уже говорил вам прежде. Ваше Величество не может меня убить. Он преувеличенным жестом огляделся, напоминая, что император отпустил всех свидетелей. — Нет ни свидетелей, ни доказательств. Нужно ли объяснять дальше? — ... Дело об убийстве первого принца нельзя трогать, потому что оно уже завершено. А исчезновение документов, связанных с участием Деона Харта в Восьмилетней войне, не нанесёт герцогу серьёзного удара, если нет доказательств, что документы были похищены прямо из императорского дворца. Герцог всего лишь вмешался в дела графского рода, а тот род теперь потерял силу, так кто что скажет? К тому же нет явных доказательств причастности герцога к Церкви Спасения, а значит, у императора нет оправдания, чтобы отрубить ему голову. — Конечно, Ваше Величество, даже без доказательств вы могли бы лично оборвать эту жизнь. Но вы наверняка не хотите этого. Если вы убьёте меня без оправдания, моя честь останется незапятнанной, а Ваше Величество станет мелочным тираном, убившим герцога из страха или из-за неудобства его власти. — Как ловко ты говоришь... Золотой подлокотник внезапно исказился. Император медленно наклонился вперёд, посмотрел на герцога сверху вниз и улыбнулся так, словно оскалился. — Как долго, по-твоему, ты сможешь жить, уничтожая и скрывая все доказательства? Да. — Попытайся продержаться до конца. Мгновение, когда появится щель, станет днём твоей казни. И днём, когда всё, что ты построил, рухнет в Бездну. Смысл жизни, который каждое мгновение блек, вновь стал ясным. Цель жизни врезалась в него сильной меткой, и он начал ощущать привязанность к жизни, которой, казалось, было всё равно, когда умирать. До того момента, когда герцог Старбе Иллюстер разрушит всё созданное им и будет жестоко убит, император поклялся не умирать. * * * Даниэль, понятия не имевший, что происходило в его отсутствие, остановился перед закрытой дверью и осмотрел свой вид. К счастью, он сначала переоделся, и того изодранного вида, в котором он вернулся, уже не было. Раны, полученные в той битве, скрывались под чистой одеждой, а слабый запах крови перекрывал парфюм. Идеально. Лицо Даниэля на мгновение слегка исказилось, когда он вспомнил свалку с убийственными рыцарями, ожидавшими в Иреоне, но он быстро успокоил выражение. Перед матерью нельзя выглядеть плохо. Тук-тук. — Мама. Это Даниэль. — Входи. Открыв дверь и войдя, он первым увидел улыбающуюся женщину, протянувшую руку. Наверное, это был жест приветствия, но Даниэль подошёл к ней, опустился на одно колено, уважительно взял её руку и склонил голову, прижавшись лбом. Женщина не убрала руку. Другой рукой она мягко погладила его по голове. Мягкий голос прозвучал, словно текущая вода. — Ты нигде не ранен? — Нет, я вернулся целым. — Ты надушился. — ...Да. — Обычно ты не пользуешься духами. — Решил попробовать в этот раз. Вам нравится? — ...Сын. — ... Потрясённый Даниэль поднял голову. Воспользовавшись этим, женщина естественно высвободила руку и взяла его за щёку, заставляя посмотреть вверх. Похожие друг на друга глаза встретились в воздухе. Женщина не стала глубже вникать в слабое место его слов и не стала упрекать. Она просто смотрела. После короткой, но долгой тишины первым склонился Даниэль. — ...В Иреоне произошёл конфликт с убийственными рыцарями. Я получил несколько ран, но они несерьёзны, и я не думал рассказывать матери. Простите. — Хорошо. Как я могу ругать своего сына? — Нет... Возражение на её вздох не было закончено. Даниэль пустым взглядом поднял глаза, почувствовав уютную ткань, обернувшуюся вокруг его шеи. Женщина, завязавшая готовый шарф, едва заметно улыбалась. — Зима почти закончилась, но раз он готов, я решила всё же подарить его тебе. — Это... — Где бы мой сын ни был и что бы ни делал, эта мать ничего не скажет. Потому что не имеет права. Если бы я могла сказать только одно как просьбу... Тёплый голос, растапливающий снег и словно возвещающий приход весны, лёг ему на ухо. — Береги себя, не простудись, сын. Куда бы ты ни пошёл, не ранись, не болей и особенно не умирай. Береги себя, сын. Эта мать всё ещё хранит подарок, который подарил ей сын. * * * — Вы уверены, что хотите уйти немедленно? — Да. — Вы даже не переоделись. — Герцог снова что-то замышляет. Судя по тому, что он уверенно сказал Мы, даже если расследовать сейчас, будет слишком поздно что-либо сделать, так что лучше поспешить, пока ничего не случилось. Переодеться можно будет по прибытии. Император широкими шагами пересекал коридор, всё ещё в неудобном наряде. Канцлер, следовавший позади, заговорил обеспокоенно: — Охрана... — Достаточно. Она только мешает. — Вы движетесь без охраны, в неудобной одежде. К тому же пункт назначения — поле боя. Вы вообще в своём уме? — Не знаю. Было бы лучше, если бы я просто умер. — Ваше Величество! — Это шутка. Как ты стал канцлером, если не отличаешь серьёзность от шуток? В голосе с очевидным смешком прозвучал явный вздох. Император искоса посмотрел на канцлера, затем снова перевёл взгляд вперёд и пробормотал. Рот, слегка улыбавшийся, вновь застыл так, словно улыбки никогда не было. — Что такое положение короля? Братья когда-то говорили кое-что, пытаясь впечатлить отца. Я всё ещё помню. — ... — Одна сестра сказала, что хочет сделать королевство богатым, другой старший брат — что хочет сделать его королевством, которое никто не сможет игнорировать, Империей. Уже не помню кто, но был и брат с грандиозным стремлением объединить континент. — ... — Как же хорошо, что у них было столько жадности. Благодаря им Мы живём такой занятой жизнью. Сухой смех эхом прокатился по коридору. Император, только что выйдя из здания и оставив улыбку в коридоре, не остановился и без колебания пошёл вперёд по ухоженному газону. Голос продолжил: — Я собираюсь гореть ярко до самого конца. Так что не нужно думать о бессмысленных смертях вроде самоубийства. Может случиться неизбежная смерть, которую он не сможет контролировать, но у него слишком много дел и ответственности, чтобы умереть добровольно. Сейчас, благодаря кое-кому, он даже не чувствует желания умереть. Император, только что подошедший к конюшне и погладивший переносицу своего коня, вдруг произнёс: — Ах. — Благодаря тебе я вспомнил то, что забыл. Нужно было сказать давно. — ... — Я не придаю ценности бездушному телу. Поэтому, если я умру... — Ваше Величество. Канцлер, почувствовав дурное, поспешно окликнул его. Он хотел остановить его. Тем более потому, что, казалось, уже знал, какие слова прозвучат. Но его зов не остановил императора. — Надеюсь, мы не будем тратить войска только ради того куска мяса. — Ваше Величество! ---------- Обманутые, обманутые, использованные и преодолённые (3) Канцлер не мог легко продолжить. Он несколько раз открывал рот, чтобы что-то сказать, но снова закрывал его и раз за разом проводил ладонью по лицу, пытаясь избавиться от потрясения. Он не знал, с чего начать. Указать на предположение о смерти? Или на то, что император отмахнулся от собственного тела как от «куска мяса»? Император подразумевал, что его смерть не будет нормальной. Возможно, думал о ситуации, где ему отрубят голову на поле боя. «Что я должен сказать...?» В горле застряло много слов. Ваши слова слишком крайние. Почему вы думаете о смерти? Разве вы не говорили, что вы — Империя? И многое другое. Однако после тишины наружу вышли совсем другие слова. — Хотя бы... снимите плащ и оставьте его. Это ведь не боевой плащ, верно? Он привлечёт внимание и будет мешать. Император тихо рассмеялся. Пощупав край красного плаща с императорским гербом, он вскочил на коня и мягко произнёс: — Зачем так легко выбрасывать то малое доказательство, что у Мы есть как у императора? Император, один верхом, с мечом в руке покинул дворец и умело помчался через лес. Его взгляд скользнул к одному месту, и на губах появилась насмешка. Он медленно натянул поводья. Конь, прочитав волю хозяина, постепенно замедлился и вскоре остановился. Император спрыгнул вниз, похлопал коня по спине, затем подошёл к дереву и сел, будто хотел отдохнуть. Скрестив ноги, несколько секунд посмотрел в небо, откинул затылок на ствол, закрыл глаза и открыл рот. — Тебе когда-нибудь говорили остерегаться забвения? — ... — Люди, забывшие прошлое, неизбежно повторяют те же ошибки. Мы прожили не так уж долго, поэтому прежде понимали это только головой, но недавно начали ощущать собственной кожей. Он легко провёл рукой по полевым цветам на земле и сухо пробормотал. Пустой голос рассеялся среди деревьев. — Это было по-настоящему удивительно. Даже при том, что те, кто лично пережил Восьмилетнюю войну, всё ещё живы и здравствуют, Мы никак не думали, что появятся люди, уже съеденные чудовищем забвения. Ещё даже поколение не сменилось. Приведя в пример надменное королевство Иреон, император, сжимавший уголки глаз, разомкнул ноги и положил меч на колени. Левая рука, обёрнутая белой повязкой, легла на траву, а правая скользнула за пазуху и вышла с кинжалом. В тот миг, когда «они» не успели среагировать на столь естественное движение, произошло нечто. Пхук! В тишине смешалось волнение. В глазах тех, кто увидел, что кинжал пронзил не их, а тыльную сторону руки самого императора, возникло смятение. Но независимо от состояния врагов император с бесстрастным лицом просто вытащил кинжал и тихо пробормотал: — ...Так лучше. Чистая белая повязка снова покраснела. Боль стала делом прошлого. На лице появилась почти неуловимая удовлетворённость, когда чёрные призраки, всё это время заслонявшие обзор, исчезли. Он спрятал кинжал за пазуху и поднялся. Держа ножны меча в правой руке, он прогуливался по окрестностям, оставляя левую руку истекать кровью. Красные следы появлялись на земле там, где он ступал. — На чём Мы остановились? Да, говорили об опасности забвения. Тогда теперь спросим вас. Знаете ли вы, как Эдоардо Дезерт взошёл на трон? Он остановился. Поднял кровоточащую руку и коснулся цветов, распустившихся на дереве. Кровь легла на красивые лепестки, а вопросы продолжились. — Знаете ли вы, кто был одной из ведущих фигур на поле боя, приведшем к победе в Восьмилетней войне? Кто был тем другим безымянным героем с осколком героя? И знаете ли вы, почему у него нет тайной охраны? Вот видите, забвение — страшная вещь. Если бы вы знали императора времён мятежа. Если бы помнили императора Восьмилетней войны. Если бы хотя бы изучили, каков император на сегодняшнем поле боя. Тогда они не посмели бы так неуклюже пойти за императором. Император низко улыбнулся, касаясь цветка, который потерял свой первоначальный цвет, напившись крови. — И этот, и тот. Рука, гладившая лепестки, опустилась к стеблю, соединённому с деревом. Какого цвета был этот цветок изначально? Фиолетовый. ...Да, фиолетовый. Стебель без колебаний был переломлен, словно чья-то шея. Он поднёс цветок к носу, будто хотел вдохнуть аромат, но почувствовал только густой запах крови. Император, опустивший глаза так, словно нюхал цветок, медленно перевёл взгляд. В отличие от тёмных теней под глазами, золотые глаза сверкали ярко. Они остановились точно на одном месте. В напряжении, натянутом до предела, тихо прозвучал голос, похожий на звериное рычание. — Вы смеётесь над Мы? Тук. Битва началась с сигнала упавшего цветка. Император, выхватив меч молнией, наступил на цветок и двинулся вперёд. Пустые ножны упали на землю, а где-то в лесу брызнула кровь. Голова одного врага слетела. Паникующие люди быстро ответили оружием, но это лишь отсрочило смерть. Кроваво-красный плащ развевался. Нет, возможно, это была сама кровь. Если в поле зрения мелькал красный цвет, чья-то голова точно падала. Затем красное снова наполняло взгляд, и страшная смерть рвалась наружу. — П-погодите... — Эта одежда, этот узор. Мы точно знаем. Революционная армия. Насколько Мы помним, их глава не был настолько глуп. Это самовольное действие? Тогда с сегодняшнего дня о революционной армии можно не беспокоиться. Раз. — А, а, а... Только тогда они вспомнили. Его талант был скрыт титулами «император» и «тиран». Имя человека, чей талант выделялся особенно ярко среди обладателей осколков героя. — А... — Пощадите... Его фехтование было неудержимым, яростным и в то же время волнующим. Свобода держать длинный меч одной рукой и размахивать им. Мощь, будто способная разрубить даже гору. Каждый раз, когда меч двигался, где-то на чьём-то теле появлялся чистый разрез, а кровь взлетала в воздух. Меч двигался легко, словно скользил по ветру, но каждый удар нёс тяжёлую силу, рубящую противника. И даже зарубив многих, серебряный клинок оставался чистым, без единой капли крови. Будь ты зрителем, возможно, ощутил бы катарсис от этой прохлады. Но все, кто сейчас смотрел на императора, были его врагами. — Думаю, Мы понимаем, почему герцог говорил сегодня это. Это тоже было связано с революционной армией? План, похоже, не был намерением их лидера. Тем не менее расписание императора оказалось в их руках. Герцог. Если не герцог, эти неуклюжие люди никак не смогли бы добыть расписание императора. И всё же причина, по которой он рисковал жизнью и провоцировал его... «Наверное, он не хотел, чтобы Мы умерли от их рук». Несмотря на противоречивые действия, император каким-то образом понял его мысли. Чтобы герцог добился желаемого, император не должен умереть от рук революционной армии. Герцог стремится к более высокому положению и власти, а не к миру, где все равны. Поэтому «революция» ни в коем случае не должна победить. Одновременно, чтобы контролировать растущую силу революционной армии... Он громко рассмеялся. — ...Как ты смеешь использовать Мы? Но и на этот раз физических доказательств может не быть. Он злобно улыбнулся и снова взмахнул мечом. Император двигался легко, несмотря на громоздкую одежду. Кто-то набрался смелости и потянул его за плащ, но вместо того чтобы споткнуться или быть утянутым, император сам потянул противника к себе и пронзил мечом. Когда он вытащил глубоко вошедший клинок, кровь хлынула наружу, а плащ взметнулся и опал в такт его движениям. — Нет нужды искать того, кто стоит за кулисами. Думаю, Мы поймём и без допроса. Нет причин оставлять их в живых, и он не собирается их оставлять. Он не намерен отпускать даже тех, кто побежит. Так что единственный способ выжить для них — убить его. — Не знаю, возможно ли это. В этот день одна девятая сил революционной армии испарилась. Лидер Даниэль, запоздало получивший эту новость, молча коснулся лба: только что пополненные силы снова вернулись к исходной точке. [Он никак не мог сам достать расписание императора. У него нет таких возможностей.] [Расследовать. С кем он встречался перед этим?] [...Сэрин?] Подозрение есть, но убедительных доказательств нет. Этот инцидент завершился самовольным действием глупого руководителя, оставив только личные подозрения Даниэля, без каких-либо физических доказательств связи с герцогом. В результате он стал событием, остановившим революционную армию, как и надеялся герцог. * * * — Господин Демон, посмотрите. Я добыла это в путешествиях. Рыболовная снасть из мира людей. Правда? — Да... — Нить такая слабая, легко рвётся. Я не понимаю, как ею ловят рыбу. Почему они используют такую слабую нить? — В мире демонов она может быть слабой, но в мире людей она довольно прочная и крепкая. — Почему? — Потому что мир демонов и мир людей разные. — А чем разные? — Ха... Вот почему я не хотел встречаться с командиром Пятого корпуса. Командир Пятого корпуса Оэль физически не особенно опасна, но в других смыслах крайне опасный командир корпуса. Даже сейчас она наносит огромный урон моей психике и стрессу, так что какие ещё объяснения нужны? Неужели Король демонов выгнал её из Замка Короля демонов под предлогом «патруля всего мира демонов» просто так? Всё потому, что с её любопытством трудно справиться. Это не просто догадка. Когда он сказал, что отправит командира Пятого корпуса мне навстречу, Король демонов перед тем как оборвать связь явно произнёс: [Теперь, думаю, будет тихо.] ...А мне как быть?! — Ах, и господин Демон, посмотрите ещё на это. Это камень связи из мира людей, он называется «коммуникатор». — А... — Вы, похоже, знали. Разве не удивительно? Это ведь явно магический камень, но почему его используют в мире людей? Коммуникатор... как она его достала? Если она думала, что магические камни используют только в мире демонов, то сильно ошибалась. Думаете, император без причины отправлял кандидатов в герои в мир демонов? В мире людей магические камни ценятся на высшем уровне как подношения и инструменты для магии. Коммуникатор — один из инструментов мира людей, использующих магический камень. «Можно считать его тем же, что камень связи в мире демонов. Конечно, есть отличия». Чтобы пользоваться камнем связи в мире демонов, можно взять любой магический камень и наложить заклинание. А чтобы пользоваться камнем связи в мире людей, нужно расколоть один магический камень на несколько частей и наложить заклинание на них. Разделишь на две — смогут общаться только двое, на три — только трое, и так далее. Хуже того, если части окажутся меньше определённого размера, само заклинание не сработает. Если разделить камень как попало, потраченные средства могут просто испариться. В ситуации, где и сам магический камень трудно достать, и шамана трудно найти, коммуникатор крайне неэффективен. В мире людей лишь горстка людей имеет такое устройство. Наверное. Я подозрительно посмотрел на Оэль. На самом деле у меня тоже есть один. «Но мой источник надёжен. Его дал император». Вспомнив коммуникатор, который хранится в моём особняке, я сделал потрясённое лицо. Демон с волчьими ушами, всё это время молча стоявший за Оэль, похоже, истолковал моё выражение иначе и тихо открыл рот. — Оэль, думаю, лучше прекратить подобное. — Почему? — Вы тревожите господина Демона. — Правда? Почему? — Необходимость постоянно отвечать на бесконечные вопросы может раздражать некоторых людей. — Почему? Может, из-за положения адъютанта, а может, из-за характера... Дерниван, демон с волчьими ушами, отвечал на вопросы Оэль, которые, наверное, были утомительны, без тени эмоций. Кстати, я слышал, что эти двое встречаются. Когда я впервые услышал, мне казалось, что они совсем не подходят друг другу, но теперь, глядя на них, странным образом они подходили. Конечно, ему, должно быть, было трудно придумывать ответы, поэтому он выпрямился и произнёс другое: — Мы прибыли. ---------- Время пришло (1) Когда мы прибыли, ворота Замка Короля демонов уже были прямо перед нами. Наконец-то освобождение...! Мне казалось, что уши вот-вот начнут кровоточить. — Господин Демон, у вас из ушей кровь...?! Так она правда шла? Я провёл пальцем по уху — на нём осталась кровь. Бен, наблюдавший рядом, обеспокоенно обратился ко мне: — На выработку иммунитета потребуется время, так что вам лучше сначала сесть в карету для лечения. — О, я тоже! Разумеется, я потерял дар речи. Хотя я вышел наружу, чтобы подышать свежим воздухом, вскоре мне снова пришлось возвращаться в карету, и настроение от этого не стало ни лучше, ни хуже. Командир Пятого корпуса, которая щебетала рядом со мной снаружи, последовала за мной внутрь кареты. Изменилось только место, ситуация — нет. В карете сидели я, Бен Гир, вошедший осмотреть меня, Оэль и её адъютант Дерниван, вошедшие вслед за мной поболтать. Сама карета была очень просторной, так что тесноты не ощущалось, но проблема была в моих барабанных перепонках. — Знаете, господин Демон. Я слышала, люди создают и рожают детей прямо внутри утробы. Говорят, это происходит не потому, что хочешь, а с определённой вероятностью, если «любишь»... — ... — Ребёнка, созданного таким образом, называют «благословением». Я тоже хочу получить благословение, поэтому хожу к Дернивану... Я не могу дослушать до конца! Хотя с момента осмотра и лечения у Бена прошло совсем немного времени, уши снова подали признаки кровотечения. Я быстро начал ждать, когда карета остановится и дверь откроется, лишь бы поскорее освободить барабанные перепонки. Что это? Хруст. Карета остановилась, но дверь не открылась — её сорвали! А затем через открытый, точнее разорванный вход внутрь прыгнул дикий зверь размером с дом. Зверь бросился так быстро, что оставил послеобраз, но, к счастью, целился не в меня, а в мгновение ока напал на Дернивана... — Что вы делаете, командир Девятого корпуса? — Давай спарринг! А, это был не дикий зверь. Я ошибся, потому что видел только послеобраз. Тот, кто сейчас ворвался в карету, — Тровер, командир Девятого корпуса. Он утверждает, что его специализация — «магия», но на деле называет «магией» боевые искусства, использующие тело, натренированное до предела... Очень странный командир корпуса. «Чёрт». Я тихо отступил в угол кареты. К счастью, Тровер не заметил моего присутствия. Пока Дерниван, спокойно заблокировавший его кулак, не сказал сухим голосом: — Командир Нулевого корпуса наблюдает. Прошу воздержаться от подобных действий. — А? Глаза дикого зверя... нет, командира Девятого корпуса опустились на меня. В тот миг я увидел, как его взгляд загорелся, будто животное нашло добычу. Нет, подожди... зачем было втягивать меня... — Прошу прощения, господин Демон. Вы прекрасно скрываетесь. Я совсем не почувствовал вашего присутствия. — Да? Нет, я вообще не скрывался... Если кто и скрывается, так это командир Второго корпуса. Вспомнив Девеланию, сидящую на крыше кареты в одиночестве, будто не желая попасть под шквал вопросов Оэль после соединения с Пятым корпусом, я был потрясён. Предательница. «Теперь, когда думаю об этом, Тровер ведь должен был увидеть Девеланию перед тем, как ворваться. Почему он сразу пришёл сюда и не тронул её?» Словно отвечая на мой вопрос, Тровер наклонил голову и огляделся внутри кареты. — Теперь, когда думаю, я видел Второй корпус среди войск снаружи. Командир Второго корпуса не сопровождала вас? — Разве она не на крыше кареты? — Да? Да. Эта мелкая... куда она собирается уйти, оставив меня одного? Пока я мысленно осыпал Девеланию всеми возможными ругательствами, через окно кареты скользнула записка и упала мне на колени. [Господин Демон, внезапно возникло дело, поэтому я пойду первой. Простите, что не смогла проводить вас до конца!] — Чёрт, вот же... Она правда сбежала! Рука, державшая записку, дрожала. Я тихо пребывал в шоке, но почему-то Тровер замялся и отступил. Затем он неловко отвёл взгляд и пробормотал: — Я подумал, что вы, наверное, устали после долгого пути, поэтому хотел предложить спарринг, но и я не смог... Он выглядит занятым и в дурном настроении... Его голос становился всё тише. Но я сосредоточился на услышанной шокирующей информации. Спарринг? Со мной? — Конечно нет...! Я поспешно оборвал себя. Едва не сказал первое, что пришло в голову. Раз это мир демонов, нужно думать перед тем, как говорить, но я немного испугался и взволновался. Левая рука Тровера с чёрными зазубренными ногтями и по-настоящему жутким видом запоздало попала в поле зрения. Когда я замолчал, мой врач Бен, наблюдавший рядом, вышел вперёд, будто говоря за меня. — Это не заслуживает ответа. Нет, подожди. — Если человек проделал долгий путь, разве не следует учесть, что противник устал, прежде чем приглашать его на спарринг? Не все демоны обладают чудовищной выносливостью, как командир Девятого корпуса. Конечно, наш господин Демон — человек! — Люди отличаются от демонов? Чем отличаются? — Физически люди слабее. Конечно, наш господин Демон особенный! — Чем господин Демон так особенный? — Оэль, думаю, этот вопрос неуместен здесь. — Почему? Разговор, от которого кружится голова, продолжался без смысла и цели. Тем временем Тровер, некоторое время молча и серьёзно о чём-то думавший, поднял голову и посмотрел на Бена. — Тогда... можно попросить его о спарринге завтра? — Чтобы полностью снять усталость, нужно отдохнуть неделю. Особенно учитывая особенности тела господина Демона, у которого всё ещё есть последствия... — Хорошо, неделя! Почему мой график спарринга самовольно устанавливается...? Правильно было бы сразу отказаться, но мои чувства предупреждали: если я выражу отказ, случится что-то хуже. «Если я просто откажусь, может возникнуть недоразумение, и всё пойдёт странно. Так всегда и бывает». Оставив меня безмолвным и неспособным отказаться, Тровер снова повернулся к Дернивану. Дерниван всё это время наблюдал за ситуацией с бесстрастным лицом. — С тобой-то всё в порядке, верно? — Я много раз говорил: моя специализация — стрельба из лука, а не рукопашный бой. — И всё же раньше мы неплохо спарринговали. Откажешься? Он спросил с выражением, будто собирался что-то сделать в случае отказа. На деле выбора не было. Дерниван некоторое время молчал, будто прочёл это выражение, затем взглянул на Оэль и медленно покачал головой. — Нет. Я проведу спарринг. — Ну... — Но не сейчас. Тровер, уже собиравшийся куда-то тащить Дернивана, остановился. На лице, оглянувшемся назад, ясно отражалось недовольство. Словно не боясь гнева командира корпуса, Дерниван без колебаний сказал то, что должен был сказать: — Мне нужно разобрать разный хлам, который принесла Оэль, и привести в порядок Пятый корпус после нескольких боёв. — Какой ещё хлам! Он когда-нибудь может пригодиться! — В любом случае. — Тогда когда можно? Тебе тоже через неделю? — Я знаю, что вы не станете ждать неделю, даже если я скажу неделю. Дерниван снял верхнюю одежду и аккуратно сложил её на одной стороне кареты. Он расстегнул пару пуговиц рубашки, застёгнутой до духоты, и вытянул два пальца. — Прошу подождать два часа. Второй и Пятый корпуса соответственно были распущены. Бен, завершивший свои обязанности, вернулся в комнату, а я, закончивший доклад Королю демонов через камень связи ещё перед отъездом, пошёл прямо в свою комнату, не заходя к нему. ...Я попытался остаться там. — Итак, судейство за господином Демоном. Почему я здесь? Я пустым взглядом сидел на подготовленном месте и тихо провёл ладонями по лицу. Да, я сделаю сотню уступок и пойму, что меня привели судьёй на спарринг Тровера и Дернивана. Но эти двое — ещё не всё. Почему здесь собрались все? — Кто победит? — Ну, обычно я предсказал бы победу Тровера, командира корпуса, но... как вы знаете, ситуация между этими двумя немного особенная. — Да, ведь сначала вакантное место командира Девятого корпуса предлагали Дернивану, ещё до Тровера... — Обычно все принимают предложение стать командиром корпуса, не переходя к следующему кандидату, но на этот раз необычно многие отказались, верно? — Да. Первым предложение получил Эд, адъютант командира Нулевого корпуса, затем Дерниван, а после его отказа дошли до Тровера. — С Эдом понятно, но почему отказался Дерниван? Командир Одиннадцатого корпуса Лиринель, командир Третьего корпуса Ашильд, командир Второго корпуса Девелания, командир Четвёртого корпуса Иделия и командир Первого корпуса Джейкар. Вы издеваетесь? Тут будто собрались почти все командиры корпусов, находящиеся в Замке Короля демонов. У них что, дел нет? «К тому же Девелания сбежала, сославшись на занятость...» Я тайно сверкнул глазами на демонов, сидевших по одну сторону тренировочного полигона. Сердце колотилось так, что я не мог успокоиться. Тем временем Джейкар посмотрел на меня и сказал: «Кроме Эда», и я, должно быть, удивился. Я не смутился и не вздрогнул, но подумал, что сердце остановилось. К счастью, его взгляд не задержался на мне надолго. Лиринель, выглядевшая очень взволнованной, сразу ответила: — О, ты всё ещё не знал? Оэль и Дерниван — любовники. — ...Дерниван встречается? И с Оэль? Это прозвучало как слова, которые я никак не мог произнести раньше. Лиринель не стала отвечать на бессмысленный вопрос. Она просто подняла палец и указала куда-то. Там Оэль подходила к Дернивану. — Я читала романтический роман в мире людей, и там говорилось, что рыцарь, идущий на спарринг, посвящает победу героине. — Вот как. — Угу. Поэтому победи, Дерниван, и посвяти победу мне. — Понял. — Да, а это награда заранее. Оэль обвила руками шею Дернивана и приподнялась на носках. Дерниван обхватил её за талию и крепко поддержал, пока она прижималась к нему, и вскоре их губы встретились и разошлись. Прозвучал откровенный звук поцелуя. — Чмок. Лица командиров корпусов, увидевших эту сцену, стали странными. Как бы то ни было, Дерниван, безразличный ко всему, и Оэль, запертая в собственном мире, продолжили разговор. — Ну как, Дерниван? Сердце забилось быстрее? — Оно билось с самого начала. — Нет, не так. Хочется сделать что-то более особенное? — Кажется, не отличается от обычного. — О, тогда сложно. Говорят, это любовь только тогда, когда сердце бьётся. Только тогда можно завести ребёнка... Даже лицо Джейкара, которое до сих пор сохраняло самообладание, рухнуло. С искажённым выражением, будто он не знал, что сказать, он некоторое время молчал, пока Девелания где-то вдалеке каталась по полу от смеха, а затем медленно произнёс: — Эти двое... они разве не знают, что демоны не могут иметь детей? — Даже если Оэль говорит такое, Дерниван должен знать. Очевидно же. Это не первый раз, когда Дерниван подыгрывает Оэль. Я не знала, что подыгрывание может дойти даже до «любви». Иделия ответила, постукивая сложенным веером по уголку губ. Демоны рождаются из силы Короля демонов. Это значит, что как бы эти двое ни любили и ни смешивались, как люди, ребёнок-демон между ними никогда не родится. «...Было бы хорошо, если бы уже начали». Почему я должен сидеть здесь и слушать историю их любви? Чем больше смотрю на это, тем сильнее мутит. От зависти? Нет, потому что завидую. Сцена с Оэль и Дерниваном, на которую было трудно смотреть открытыми глазами, смогла закончиться только тогда, когда Тровер, ожидавший всё это время, крикнул, не собираются ли они начинать. В едва приведённой в порядок ситуации Дерниван и Тровер встали друг напротив друга, а зал стал тихим, словно здесь никогда не было шума. В этой тишине я отчётливо почувствовал множество взглядов, направленных на меня. Да, я знаю, что должен что-то сказать, раз я судья, но... «Что я должен сказать?» Правила спарринга в мире людей и в мире демонов одинаковые? ---------- Время пришло (2) Спарринг демонов отличается от человеческого. Они могут использовать магию и изменять тело — разве правила могут быть теми же, что я знаю? На мгновение я просто кивнул сам себе, потому что если вдруг применю правила мира людей, они наверняка начнут меня доставать. «Для начала... даже если это мир демонов, один из участников — командир корпуса. Убивать ведь нельзя, верно?» Ладно, скажем хоть что-то и посмотрим. Тишина становилась всё длиннее. Под давлением необходимости быстро заговорить я даже не обработал слова и выплюнул их как есть. — Всё что угодно, кроме убийства. В лучшем случае я сказал это с учётом их характеров и привычек, но атмосфера почему-то похолодела. Командиры корпусов посмотрели на меня слегка напряжёнными лицами, и я услышал шёпот. Разумеется, я понял, что что-то не так. — Значит, пока не убьёшь... — Страшно. Как и ожидалось. — Тогда бой закончится, когда одна сторона сдастся или станет не способна сражаться? — Господин Демон признает сдачу...? Я снизил громкость восприятия, чтобы не подслушивать, и несколько человек говорили одновременно, так что разобрать содержание не смог, но по крайней мере понял, что речь обо мне. «Что не так? Это и правда должен был быть бой насмерть? Поэтому они так реагируют?» В тот миг, когда я уже тревожно думал, не изменить ли слова прямо сейчас, с одной стороны раздался громкий смех. — Фухахаха! Именно! Вот так и должно быть, чтобы было весело! Как и ожидалось, господин Демон что-то понимает! Ну что, Дерниван? Согласен на такие же условия? — Мне всё равно. — Отлично, вот оно! Спарринг должен быть именно таким! Я покажу вам магию, которую практиковал, так что внимательно смотрите! Тровер, несший какие-то непонятные слова, посмотрел на меня с сияющей улыбкой. Его блестящие глаза ясно выражали желание, поэтому я без труда дал ответ, которого он хотел. — Нач... начинайте. Тровер, будто только этого и ждал, поднял ногу и грубо ударил ею по полу. Следом раздался странный крик. — Землетрясение! Кваааанг! Пол тренировочного зала раскололся вокруг него, и дрожь расползлась в стороны. Я попытался удержать равновесие, опираясь на руку, которая меня поддерживала, но не смог преодолеть абсурдность происходящего и вздохнул. «Какая ещё магия! Ты просто с дикой силой ударил по полу!» Нет, для начала, когда демоны используют магию, они даже не выкрикивают её название. Что это за невиданное заклинание...! Кстати, кто держит меня? — Вы в порядке? — О, Эд? Почему ты здесь?.. — Я услышал, что господин Демон вернулся. Разве не естественно для меня прийти поприветствовать вас? Да? Потому что он адъютант. А что насчёт других адъютантов? Не зная, что сказать, я просто пусто посмотрел на него, а затем тайком снова перевёл взгляд на тренировочный полигон. Тем временем Дерниван, чьи когти заострились, мчался к Троверу. Тровер тоже не стоял и не смотрел. Он поднял указательный и средний пальцы и вдруг попытался ткнуть Дернивана в глаза. — Ослепление! Даже в этот момент он не забыл выкрикнуть название магии. Можно вообще так делать?! Прежде чем моё молчаливое изумление успело проявиться, Дерниван пригнулся и перехватил его пальцы лбом. Тровер успел убрать руку до этого, сжал кулак и закричал. Мышцы на его предплечье вздулись. — Усиление тела! — Он просто напряг мышцы. Тровер, бросающий угрожающий удар с огромной силой, и Дерниван, снова уклоняющийся... Я покачал головой. «Даже не пытайся думать. Сдаться проще». Я наблюдал за ними с пустым выражением, потом вдруг повернул голову и посмотрел на Эда. Тот стоял настороже, беспокоясь, не заденет ли меня последствия боя, но, почувствовав мой взгляд, сразу повернулся ко мне. Увидев, что он готов слушать, я без колебаний спросил: — Эд не спаррингует с Тровером? — Да? Если это будет приказ, я выполню, но мои навыки не подходят для спарринга, поэтому я по возможности его избегаю. — ... — Трудно контролировать себя так, чтобы не убить. Он смущённо потёр затылок, а у меня по коже побежали мурашки. Тем более потому, что внешне он был таким обычным. Да, он тоже демон. Его внешность походила на аккуратного человека, и я на мгновение ошибся. «...Буду просто тихо сидеть в углу». Я тихо сел, обхватив колени руками, словно сворачиваясь клубком. Эд, не понимая, что я чувствую, сделал полшага назад, будто хотел встать у меня за спиной, и снова поднял взгляд на всё ещё спаррингующих Тровера и Дернивана. — Знаете? У командира Девятого корпуса изначально не было настолько мало магической силы, чтобы он не мог использовать магию. — Тогда? — Проблема была в характере, бесконечно стремящемся к развлечениям. Магическая сила, потраченная на магию, не восстанавливается, поэтому её нужно использовать уместно и по необходимости, но он тратил её просто ради веселья и интереса. Как колдовству нужна жертва, так магии нужна магическая сила. Как жертвы, использованные в колдовстве, нельзя переработать, так и магическую силу, потраченную на магию, нельзя вернуть. Уже этого достаточно, чтобы беречь магическую силу, но у Тровера её изначально было не так уж много. Как только я это услышал, в голову пришло одно слово. — Су... — Да, он сумасшедший. — Я этого не говорил. Я почти сказал, но Эд, похоже, не счёл это чем-то серьёзным. Мне же стало неловко, и я поспешно задал другой вопрос. — Значит, командир Девятого корпуса больше никогда не сможет использовать магию? К счастью, Эд послушно сосредоточился на заданном вопросе. — Нет. Даже если у демона нет магической силы, в конце концов есть магия, которую он может использовать. — Что...? — Вы ведь знаете происхождение рождения демонов. Знаю. — Сила Короля демонов. — Да. Если взглянуть с другой стороны, тела демонов состоят из силы Короля демонов. Если заменить силу Короля демонов другим словом, это будет магическая сила. Магическая сила более мощная и чистая, чем у любого другого демона. — Речь о том, чтобы использовать эту магическую силу. — Тогда... они не умрут? — Нет, поэтому магия, используемая тогда, обычно является самой сильной магией в жизни демона. Правильно считать её ценой собственной жизни. Именно в этот момент Тровер, всё ещё сражавшийся с Дерниваном в углу моего зрения, поднял камень, лежавший у края полигона. Я так испугался, что прервал разговор с Эдом и посмотрел на него. Похоже, он не боялся, что кто-то сочтёт его сумасшедшим: наступив на землю, он без колебаний метнул этот уродливый булыжник. — Ряаа! Метеор! Смутно я увидел, как когти Дернивана стали ещё острее, а тыльные стороны рук покрылись серым мехом. Кваааанг!! Облако пыли закрыло обзор, обломки полетели во все стороны. Что произошло? На первый взгляд показалось, что камень раскололи. Дерниван жив? Когда я закашлялся из-за пыли, раздражавшей бронхи, в поле зрения влетел обломок размером с человеческую голову. Увидев страшную скорость, я автоматически представил своё будущее, где меня бьёт этим в лоб и я сразу отправляюсь на тот свет. «Чёрт». Нужно было быстро увернуться, но после долгого сидения ноги затекли. В довершение ко всему я начал кашлять без остановки, раня горло, и пошла кровь. — Кхе-кхе... у-уф! Кхук! Вы когда-нибудь испытывали порочный круг, когда кашель начинается из-за пыли, а затем продолжается уже из-за самого кашля? А если кровь от кашля вызывает тошноту, а тошнота снова вызывает кровь? — Господин Демон! Эд, который легко отбил необычно крупный обломок, угрожавший моей жизни, срочно посмотрел на меня. Может, это и удивительно, но угроза моей жизни для этих ребят — ничто. Когда я уже начал чувствовать себя немного беспомощным, ко мне подбежал Бен и оттолкнул Эда. Он взмахом руки разогнал пыль, затем прикрыл мои нос и рот влажным платком и взорвался раздражением. К счастью, раздражение было направлено не на меня. — Что это за пыль! Кто привёл господина Демона в эту паршивую среду?! Вот почему он кашляет кровью! Вы с ума сошли? У вас головы нет? Это новый способ покушения? Мало было сыпать песок в дыхание?! Эм... Большинство присутствующих здесь — командиры корпусов... Похоже, как лечащему врачу ему очень не понравилась эта пыльная среда. Нет, это уже не просто неприязнь, а отвращение. Тровер вздрогнул от слов, полных гнева, и обхватил руками шею, а Дерниван тихо вернул руки в исходное состояние. Даже командир Третьего корпуса Ашильд, не имевший к делу отношения, почему-то тихо провёл рукой по моей голове. Даже заставив замолчать двоих, только что показавших огромную боевую мощь, Бен не успокоился и нашёл новую жертву. — Эд, что ты вообще делал! Не могу поверить, что ты оставил господина Демона без присмотра в таком пыльном месте! Ты точно его адъютант? — ... Лицо Эда безжалостно исказилось. Он справедливо чувствовал себя обиженным. Честно говоря, в чём его вина? Всё, что он сделал, — пришёл сюда, услышав, что я вернулся. Если искать преступление, разве не в том, что он не вывел меня отсюда сразу? Но поскольку я был судьёй, ему, простому адъютанту, было бы трудно это сделать. Пока обида не превратилась в злость и не повернулась ко мне, я быстро вмешался между ними. — Я в порядке. Это не вина Эда. — Но! — Эд пришёл только что. — ...Сначала вернёмся в вашу комнату. Среда здесь не очень хорошая. К счастью, Бен, похоже, решил, что приоритет — увести меня отсюда, и отступил с недовольным выражением. Я поспешно поднялся, забыв, что ноги затекли, лишь бы он не нашёл очередного злого демона, но из-за ужасной мышечной боли пошатнулся, стиснув зубы. Эд тут же поймал и поддержал меня, когда я почти упал, и сурово посмотрел на мои ноги. — Ногу задело обломком? — Нет... — Я! Я понесу вас на плечах! ...Что? — Это ведь и моя вина. Метеор предназначен для поля боя... В будущем буду осторожнее. Прежде чем я успел поверить своим ушам, Тровер сразу протянул руки и поднял меня себе на плечо. Я на мгновение растерянно огляделся, пытаясь понять ситуацию, затем осознал, что происходит, и моё лицо застыло. Поставь меня, идиот. — Ноги в порядке. — Я знаю, что это ложь! — Это правда! — Не нужно заботиться обо мне. — Правда! Почему плечи этого парня такие широкие?! Я пытался как-то спрыгнуть, но это было нелегко из-за ширины плеч, да и Тровер держал мои ноги так крепко, что я даже не мог прыгнуть. Я бросил Эду взгляд, полный мольбы о спасении, но он не понял моих мыслей и выдал какую-то чушь. — Раз вы говорите неформально, похоже, травмы на довольно опасном уровне. Командир Девятого корпуса, не могли бы вы поспешить? — Ещё раз — я использую уважительную речь. Просто говори как обычно. У меня от этого мурашки. — Как могу я, всего лишь адъютант, говорить неформально с командиром корпуса? — Невесело. Он проворчал, но ускорил шаг. За ним последовали Эд и Бен, а я, пытавшийся как-то спуститься, заметил шок и страх в глазах слуг Замка Короля демонов и тихо закрыл лицо руками. Хочу умереть от стыда. — О, подождите. Внезапно в голову пришла мысль, и я поднял голову, оглянувшись назад. Хотя расстояние до тренировочного полигона уже значительно увеличилось, взгляды командиров корпусов были прикованы ко мне. Наверное, они злятся. По меньшей мере раздражены. Долгожданное зрелище было испорчено из-за меня. Решив, что нужно как-то умиротворить их, прежде чем уйду, я быстро открыл рот. Тровер, от которого я этого не ожидал, заметно остановился, и мой голос едва успел донестись до них. — На сегодня пусть будет ничья. Продолжим в другой раз. Увидев, как изменились их выражения, я сразу повернул голову вперёд. Быстро оценив текущую ситуацию, я вспомнил ещё одну тревогу. Командир Девятого корпуса Тровер. Этот сумасшедший. Он ведь видел, как я плююсь кровью, так что, наверное, не будет докучать мне спаррингом через неделю. «Нет уж». Я даже не сразу заметил, как из-за пробежавшего по спине озноба напрягся. Выражения командиров корпусов, услышавших мои слова, изменились вовсе не в хорошую сторону. Рука Тровера, державшая мою ногу, дрогнула. Сзади донёсся шёпот. ---------- Время пришло (3) — На сегодня пусть будет ничья. Продолжим в другой раз. В тот миг, когда они услышали эти слова, командиры корпусов забыли контролировать лица и невольно показали выражение отвращения. К счастью, Демон Арут, командир Нулевого корпуса, отвернулся и больше не смотрел на их лица, иначе это стало бы настоящей бедой. Тишина тренировочного зала, на мгновение ставшего настолько тихим, что был слышен даже звук дыхания, нарушилась, как только господин Демон исчез. Первым заговорил Джейкар, командир Первого корпуса. — ...Это значит, мне придётся смотреть, как одного из них насадят на гарпун? — Думаю, ты всё понял неправильно, Дерниван? — ... Насмешка Девелании не сработала. Ничего не ответив, Дерниван стряхнул пыль с одежды и встал позади Оэль. Когда снова повисла неловкая тишина, Оэль, то ли случайно, то ли намеренно, подняла другую тему. — Господин Демон ведь точно просил спустить его? Тогда почему Тровер жив? Если бы господин Демон правда ненавидел это, Тровер умер бы за непослушание. О, может, всё-таки вот оно? Даже если рот говорит, что не нравится, тело... — Оэль, эти слова здесь неуместны. — Правда? — Да. Девелания, держась за живот, покатилась по полу от этого разговора. Она долго смеялась, не заботясь о том, что остальные командиры корпусов вокруг хмурятся, и лишь спустя время едва остановилась и вытерла уголки глаз. Ленивый голос, в котором ещё звучал смех, запоздало ответил: — Господин Демон обычно умерен, так что даже если ему это ненавистно, не настолько, чтобы убивать. О нет. Если бы ему не нравилось, он бы с самого начала не позволил Троверу себя поймать, значит, может, ему понравилось? Похоже, Оэль права. Даже если рот говорит, что не нравится, тело... — Прекрати. Что ты собираешься делать, Девелания? И на этот раз именно командиру Первого корпуса пришлось контролировать командиров корпусов, настолько уникальных, что их почти невозможно контролировать. Джейкар, необычным образом получивший признание всех командиров корпусов, кроме командира Нулевого, как всегда ловко упорядочил ситуацию и разогнал собравшихся. Особых правил насчёт встреч или обменов между командирами корпусов нет, но эти люди — группа, которая тем больше устраивает происшествий, чем больше их собирается вместе. Лучше было хотя бы сейчас их разогнать. * * * К счастью, мои тревоги о том, что будет, если Тровер через неделю попросит о спарринге, не сбылись. В день недельной годовщины меня позвал Король демонов. — Иди сюда. Когда я пришёл в кабинет, он поднялся, чтобы поприветствовать меня, и естественно проводил к моему месту. То ли случайно, то ли намеренно, его рука коснулась области у моей шеи. Я почувствовал тонкое неудобство, которое не мог просто проигнорировать, поэтому скосил глаза к зеркалу на одной стене кабинета и увидел чёрное клеймо, которого до прихода сюда не было. — ... — Удивлён? Конечно. Я знаю, что нанесение этого клейма — негласный знак намерения отправить меня в Империю. У меня было смутное ощущение, что время пришло. Но так внезапно? Пока я стоял, не в силах скрыть замешательство, Король демонов снова сел и подтолкнул ко мне карту, раскрашенную отдельными цветами. — Прежде чем объяснять, взглянешь на это? На карте Империя и несколько окружающих королевств были окрашены в один цвет. Вместе эти территории занимали почти половину континента... «Половину?» Уже? Я удивлённо поднял голову и встретился взглядом с Королём демонов, словно он всё это время наблюдал за моей реакцией. Обратный глаз, который я не мог прочитать с первой нашей встречи, будто улыбался, хвастаясь. Король демонов лишь коснулся карты кончиком пальца. — Похоже, Империя и правда Империя. Скоро она съест половину континента. Нет, это действительно случится. — ... — Королевство, которое они сейчас пытаются завоевать, — Эсперанес. Самое маленькое королевство на этой карте. Учитывая размеры Империи, думаю, ворота откроются недолго спустя. — ... — А теперь вопрос. Будет ли Империя удовлетворена и остановится? Или продолжит наступать на волне успеха? Здесь не было того, кто не знал бы ответа. Король демонов откинулся на спинку кресла. Спокойно сложив руки на столе, он наклонил голову к потолку. — Я никогда не встречал императора лично, но знаю его характер в общих чертах. Вероятно, император не остановится. Он будет завоёвывать королевство за королевством, объединит континент и обратит потерянное острие меча к миру демонов. У меня нет причины просто сидеть и смотреть. — Теперь ты понимаешь, что я собираюсь сказать? Я медленно кивнул. Он собирается вмешаться в игру Империи, которая складывалась в её пользу. Перевернуть доску и изменить саму игру. Если раньше это была борьба за территории внутри мира людей, теперь станет войной за выживание мира людей и мира демонов. «Император будет весьма зол». Король демонов предсказал вмешательство в завоевательную войну Империи. Теперь снова пришло время быть на стороне Империи. Король демонов усмехнулся и махнул мне рукой. — Иди. На этот раз тебе не нужно приносить подарки или что-то ещё. Если и принесёшь, можешь принести только своё. Например, нечто вроде «информации». В отличие от тяжёлого содержания, тон был очень свежим. * * * Деон ушёл, и Король демонов вытянулся всем телом, раскачивая кресло. Ситуация, в которой мир демонов начнёт двигаться, будет воспринята императором как вызов. Учитывая его характер, не избегающий столкновений, он, вероятно, начнёт готовиться к полномасштабной войне с миром демонов. Задумчивые глаза бесконечно смотрели в потолок. Тихий шёпот наполнил кабинет. — Теперь нужно осторожно использовать Деона Харта. Моя полезная, но опасная карта. Думая о нём, Король демонов внезапно рассмеялся. «Я не хочу его отпускать, но...» Если взвесить выгоды и потери от отправки его в Империю, безопаснее и лучше его не отправлять. Но это против правил. Это психологическая битва и битва гордости между Королём демонов и императором, где Деон Харт стоит посередине. Тот, кто удержит его или убьёт, станет трусом и проигравшим. Король демонов, не желавший, чтобы эта забавная игра закончилась слишком рано, не мог привязать Деона Харта к миру демонов. — Теперь я буду очень уставать. Он поднял руку и надавил на область вокруг глаз. В отличие от закрытых глаз, открытый рот ясно улыбался. Кресло, которое вращалось, остановилось перед столом. Король демонов убрал руку от глаз и посмотрел на карту. Его взгляд опустился на самое маленькое королевство на ней. — Что ж... старая история не определяет размер силы. Он не раз видел, как долгая история и традиции разбиваются о новые силы. Так что, каким бы древним ни было королевство на карте, в конце концов оно падёт перед Империей. В любом случае сейчас нужно сосредоточиться на Империи. Он протянул руку и коснулся камня связи. — Да, Король демонов. Это Тровер! — Теперь возвращайся к границе. — Да? О нет, понял. С самого начала Тровер бросил свою миссию лишь потому, что ему было скучно и нудно. Пока ничего не случилось, ему мало что сказали, но Тровер знал: если бы возникла проблема, его голову тут же снесли бы. В такой ситуации как он посмеет возражать Королю демонов, который велит вернуться? Командир Девятого корпуса Тровер, обычно ведущий себя так, будто у него нет мыслей, на этот раз был вынужден молча собрать вещи. * * * Король демонов пытается вмешаться в игру императора. Столкновение неизбежно. Очевидно, моя работа увеличится. Разве не возникнет ситуация, где придётся не только получать информацию, но и напрямую вступать в бой с оружием? «Мне снова придётся засовывать ткань в рот и заниматься этой дрянью?» Постоянно льющаяся изо рта кровь — слабость. Особенно во время Восьмилетней войны, когда не на кого было опереться, я прятал это, засовывая ткань в рот и надевая маску. Однажды я едва не умер от удушья. «Нет, нет. Сейчас все знают, что я не в лучшей форме, так что это не так важно». Уверен, все придумают объяснение сами. Например, проклятие Дьявола или последствия предотвращения самоуничтожения героя. — Эд, я отправляюсь в мир людей. — Ах, да. На этот раз вы снова идёте один? — Да. — Я подготовлюсь. Эд сразу поднялся, быстро подошёл и открыл дверь. Я столкнулся с Хиеном, который держал в руках странное растение. Дверь медленно закрывалась. Нога вошла в проём прежде, чем она успела закрыться полностью. — Убери, пока её не отрезало. — П-подождите минутку, господин Демон... — Говори. — Тогда, если бы только вы могли передать это господину Демону... Гиик. Тёмно-красный цветок, который я видел впервые, издал застенчивый крик. Лицо Эда раздражённо изменилось, когда он увидел, как тот медленно шевелится. — Что это за странный цветок? Ты собираешься подарить господину Демону нечто подобное? — Я посадил семена, которые господин Демон дал мне, и вырастил их. — Очень красивый цветок. Нет, подождите. Ты посадил семена, которые я дал, и вырастил их? Вот это? Я дал семена роз. Их невозможно вот так вырастить. Пока я в растерянности терял слова, Эд взглянул на меня, ещё раз посмотрел на цветок, громко прочистил горло и отступил в сторону. — Входи. Хиен осторожно вошёл в комнату, внимательно следя за собой. Эд, осматривавший его недовольным взглядом, поклонился мне. — Тогда я пойду готовиться. Не оставляй меня одного. Мои безмолвные крики до него не дошли. После того как Эд ушёл и я остался наедине с Хиеном, я осторожно покосился и осмотрел растение в горшке. Если присмотреться, оно смутно похоже на розу. Лепестки выглядят как у розы. Давайте сделаем вид, что не видим его медленных движений. Как он вообще это вырастил? — Это... — О, вы узнаёте, как и ожидалось! Семена, которые дал господин Демон, наконец зацвели! Обычно семена дают ростки в течение трёх дней после посадки, но семена господина Демона почему-то отличались и едва проросли через неделю! То есть они не могли прорости. — На самом деле я не мог позволить семенам, полученным от господина Демона, пропасть зря, поэтому влил в них немного магической энергии. — Ах, поэтому такое странное существо... — А? — Нет. Но разве использование магии не запрещено? — Я не использовал магию, просто влил магическую энергию. К счастью, оно хорошо её приняло и быстро выросло. Сказав это, Хиен посмотрел на меня сияющими глазами. Увидев его полный ожидания взгляд, я после короткого молчания неуверенно произнёс: — Ну... спасибо за труд. — Да! — О, и возьмите это! Это моя награда за то, что вы позволили мне вырастить ваши драгоценные семена! Гиик. Если собираешься отплатить, разве не должен дать что-то хорошее? Что это вообще такое...? Я смущённо посмотрел на цветок на столе, затем протянул руку и отодвинул горшок. Кончики пальцев дрожали, будто я вот-вот коснусь цветка. — Всё в порядке. — Да? Почему... О, не волнуйтесь. Этот цветок не нападёт на вас, господин Демон. Я как следует его воспитал. Это что, животное? — Я слышал, вы направляетесь в мир людей. Разве вам не понадобится охрана, которая позаботится о раздражающих мелких людях? — ...А что это ест? — О, это... на самом деле не знаю. В плане еды, похоже, оно ест всякое, но, кажется, неважно, если ему ничего не давать... — Всякое... — Например, демонических тварей, людей и демонов. — Тоже не нужно. Оно ест людей! Как бы хорошо ты его ни воспитал, что если оно попытается съесть меня? Хиен внезапно поник. Не то чтобы я не понимал его усилий и искренности, и мне было немного жаль, но моя жизнь важнее. Я отчаянно отвёл от него взгляд, и тогда услышал стук в дверь. — Это Демон Эд. — Входи! Как только Эд вошёл, я вскочил с места. Его удивлённый взгляд опустился на меня. Я посмотрел ему прямо в глаза и взглядом указал на Хиена. Короче говоря, смысл такой: «Поменяемся». Я ненадолго сбегу... Нет, выйду, так что ты как-нибудь разберись с ним. — Я на минутку в уборную. — Да? — Тогда. Я быстро вошёл в ванную, примыкающую к моей комнате. Растерянные взгляды за спиной я проигнорировал. ---------- Время пришло (4) Эд поставил сумку, обычно используемую в мире людей, и свирепо посмотрел на Хиена. Мысли у него были весьма сложные. Очевидно, господин Демон подал знак, что нужно что-то сделать с этим парнем... но что именно? «Убить?» Нет. Если бы он собирался его убить, господин Демон давно бы сделал это сам. Если не можешь прочитать даже один взгляд в глазах, ты недостоин быть адъютантом. Настроение Эда потемнело. В любом случае нельзя просто тратить время. В голову пришло ещё одно предположение. «Похоже, они уже обсудили всё необходимое, значит, это не означает, что его надо выпроводить?» Даже если бы это было не так, Эду всё равно нужно было снова выходить, потому что оставалось приготовить багаж, так что всё складывалось удачно. Нельзя же оставить Хиена одного в комнате, где нет господина Демона. — Теперь возвращайся... что ты сейчас делаешь? — Ах. Низкий голос зарычал. Одновременно раздался болезненный стон. Хиен клал тот странный цветок в сумку Демона Арута. Наверное, ничего не выйдет, но вдруг это попытка навредить господину Демону. Глаза Эда мгновенно наполнились убийственным намерением. — Объясни. Это действие одобрено господином Демоном? Запястье, сжатое так, будто его вот-вот сломают, дрожало от боли. Хиен на мгновение закрыл рот, пытаясь переждать боль, а затем медленно сказал: — Это сторожевое растение. Цветок расцвёл из семян, которые господин Демон дал мне, так что, думаю, его нужно использовать ради господина Демона. Я также сказал господину Демону. Ответ был отрицательным. Но господину Демону нужен кто-то, кто будет отсеивать негодяев. Сама миссия секретна, и вероятность, что такой «кто-то» станет обузой, выше, чем вероятность облегчить передвижение господина Демона, поэтому он никого не берёт с собой. «Если это растение сравнительно маленькое и его легко носить с собой, всё будет нормально». Хиен знал, что это самонадеянно. Даже если господин Демон узнает и отрубит ему голову, ему нечего будет сказать. Однако каждый раз, когда господин Демон посещал мир людей, он возвращался с тёмными тенями под глазами. Хиен подозревал, что это из-за того, что он один выполняет секретную миссию и по дороге разбирается с тварями, которые нападают на него, не зная своего места. Поэтому он хотел дать ему нечто, что снимет усталость. Эд, прищурившись и проверив искренность, вскоре ослабил хватку. Пока Хиен массировал запястье, ощущая острую боль, Эд потянулся к сумке и горшку. Вопреки опасениям, что он выбросит или уничтожит его, горшок был размещён в сумке даже безопаснее, чем раньше. — ...Теперь трудно добавить что-то ещё, раз здесь горшок. Придётся положить мешок с едой в передний карман. Он на мгновение задумался, не наложить ли хотя бы иллюзию, но запрет на магию ещё не был снят. Эд, удовлетворённый тем, что аккуратно закрыл сумку, повернул голову. — Теперь всё? Если закончил, уходи. Эд вытащил Хиена наружу и захлопнул дверь. В тихом пространстве сумка, стоявшая на столе, дрогнула и вскоре затихла. * * * Снова поздняя весна. Не могу поверить, что время прошло так, будто зимы, не говоря уже о снеге, вовсе не было. И в будущем такой покой будет трудно найти. Звук сталкивающегося оружия напомнил мне о тёмном будущем, повсюду наполненном красным цветом и запахом крови, и я глубоко вздохнул. Рука, державшая сумку, напряглась. «Ах, сумка». Даже вспоминать страшно. Я открыл сумку уже далеко после того, как перешёл в мир людей. Магический мешочек с необходимыми вещами вроде еды был в переднем кармане, так что не было нужды открывать саму сумку. Но я и подумать не мог, что она вернётся в таком виде. «Он сказал, что почему-то чувствует беспокойство». Эд всегда приносил мне сумку с маскировочным багажом, говоря, что люди могут заподозрить странное, если я вернусь налегке, поэтому я решил, что и в этот раз всё так же. Проверка багажа казалась пустой тратой времени для меня, чьим приоритетом было сбежать из мира демонов, полного чудовищ, и ступить в мир людей, по которому я скучал. Но я и не думал, что мне подложат такой «подарочек». «Нет. Это Хиен виноват?» Кто бы ни положил его внутрь, факт остаётся фактом: мне дали огромную проблему. Как только я открыл сумку, ужасный цветок закричал на меня, и у меня пошли мурашки... Я хотел немедленно выбросить его, но у демонических существ стойкая жизненная сила, и сомневаюсь, что этот цветок умрёт. А если не умрёт, будет довольно трудно. Нельзя выпускать такое странное существо в мир людей. К счастью, Хиен оказался прав: цветок на меня не напал. «Так что делать? Придётся носить его с собой, пока я не вернусь в мир демонов». Я отказался от идеи убить его. На всякий случай я ударил кинжалом, но он схватил мой кинжал листом на стебле и выкрутил! Очень сильное растение. Я не сдался и попробовал сжечь его, но кремень, который я достал рядом, был выбит его плетеобразным стеблем. Когда я попытался зажечь огонь и бросить его издалека, растение ударило по вытянутой к горшку руке, и попытка сорвалась. «Вот почему это растение такое сообразительное...» Одно намерение убить, похоже, вызывает у него реакцию, но если просто взять горшок без особых мыслей, оно сидит спокойно и реагирует только, когда тянешься, чтобы с ним расправиться. В конце концов я отказался от мысли сбросить его со скалы. «Я буду о нём заботиться, так что, пожалуйста, сиди тихо». «Гиик». Я поднял голову, массируя ноющее запястье. Передо мной показался вход в графскую резиденцию. Я почувствовал подозрительный взгляд стражника. Улыбнулся, подошёл к нему и откинул капюшон. Неважно, что парни, узнавшие мою личность, запаниковали. Я посмотрел на особняк и набрал воздух. Громкий крик потряс графский особняк. — Ремембер!! Зачем ты вообще положил семена в мою сумку! Конечно, я сам дал их Хиену! Но всё же! — Почему? — Господин граф! — Придите в себя! Мои голосовые связки не выдержали громкого крика. Я опустил голову, выплюнул кровь и стиснул зубы. Ох, дрянь. К счастью, я не потерял сознание. Наблюдая, как Ремембер молча готовит чай, я тихо вздохнул с облегчением. В другое время, может быть, и можно было бы упасть в обморок, но не сейчас. У меня всё ещё сумка, полная странных существ. Что случится, если кто-то откроет мою сумку, пока я без сознания, и решит разобрать вещи? Страшно даже представить. — ...Ах, Ремембер. Давай вместо тех листьев используем вот эти. — Разве это не... чайные листья Дэуса? — Завари четыре чашки, две оставь. Одна — Ремемберу. — Понял. Я думал, он откажется, сказав, что это долг дворецкого, но, к удивлению, он послушно подчинился. Чай был приготовлен без проблем. Пока готовился чай, кто-то ненадолго вошёл. [Это граф Дан.] [Входи.] [Я услышал, что вы вернулись, и пришёл поздороваться. Вы как раз готовите чай. Я...! Ах...] Заметив чайные листья Дэуса на одной стороне стола, он быстро помрачнел и ушёл. Зачем он вообще приходил? Кстати, как только он нашёл чайные листья, он что-то спрятал за спиной. Когда он ушёл, я быстро взглянул... «Чайные листья Дэуса?» Откуда он их достал? — Рад, что вы благополучно вернулись. — Ах. Я внезапно поднял голову. Ремембер, сидевший напротив и тихо пьющий чай, смотрел на меня. Серебристо-синие глаза опустились к моим ногам и прищурились. Вопрос прозвучал спокойно: — Но почему вы не оставили эту сумку слуге? — Ремембер. Благодаря ему я вспомнил. Я отодвинул сумку ногой и посмотрел ему в глаза. — В моём багаже было много вещей, из-за которых возникали вопросы, зачем ты вообще их туда положил. — Я взял их на всякий случай. — Семена цветов? — Да. — Какие семена? — Розы. Похоже, он не нарочно дал мне странные семена. Причиной стало вливание магической энергии Хиеном? Однако вопрос о семенах и прочих бесполезных вещах всё равно не был решён. Я посмотрел на Ремембера подозрительными глазами. — Что вообще такое Ремембер? — Он дворецкий героя Деона Харта. — Не это. — Если не это... вы о том, что я из Эсперанеса? — Ах, Эсперанес... Эсперанес?! [Королевство, которое мы сейчас пытаемся завоевать, — Эсперанес. Самое маленькое королевство на этой карте. Учитывая масштабы Империи, думаю, ворота откроются недолго спустя.] Голос Короля демонов пронёсся в голове, как слуховая галлюцинация. Не может быть, чтобы Ремембер этого не знал. Я запинаясь открыл рот перед ним, спокойно поднявшим чашку и смочившим губы. — Ты... в порядке? — О чём вы? — Разве Империя не атакует твою родину? — Ах, всё в порядке. Ответ прозвучал так же спокойно, как и его поведение. — В процессе завоевания Эсперанеса Империя потеряет больше, чем приобретёт. В будущем ей придётся поглощать ещё больше королевств, но Его Величество не будет стоять и смотреть на это. Вероятно, скоро он изменит направление армии. — ... — А если Эсперанес и правда будет завоёван, Империи придётся скрещивать мечи с внешними силами и одновременно разбираться с Эсперанесом внутри. Это будет очень раздражающе. В его словах ясно чувствовалась крепкая вера в свою страну. Что я знал об Эсперанесе? Маленькое королевство в центре континента. Естественная крепость, со всех сторон окружённая горами. Примерно всё. Заметив моё любопытство, Ремембер прищурился и тайно прошептал: — Этот старик объяснит вам, что это за место? — ... Я был очарован и погрузился в рассказ о загадочном маленьком королевстве. Только когда после разговора вернулся в комнату, я понял, что так нельзя. Этот хитрый дворецкий...! Я поспешил искать Ремембера, но меня встретил коммуникатор, подаренный императором. К тому же уже соединённый с императором! — Ремем...! — Граф Харт. — Ваше Величество?! — Я связался, услышав, что вы вернулись. Момент неудобный? — Как такое возможно? Слава Империи. Ваш слуга Деон Харт... Когда я поспешно выразил почтение, услышал низкий смех. — «Слава вам»... Да, подходящее приветствие. — Возможно, я совершил какую-то ошибку... — Нет, я не это сказал. Приветствие уместно. Разве это не шутка? Я думал, сердце упадёт. — Мы сейчас не во дворце. — Ах... — Да, к сожалению, поговорить напрямую лицом к лицу, похоже, сложно. Вместо этого примем доклад так. Голос императора, произнёсший «доклад», низко осел. Настало время напрячься. Я выпрямил спину. * * * Император положил коммуникатор на стол и тихо коснулся тыльной стороны левой руки. Это недавняя привычка, возникшая из-за раздражающей повязки. Окружающие пытались остановить его, говоря, что рана только ухудшится, но когда император вообще заботился о таком? Не обращая внимания на то, просачивается ли кровь сквозь повязку, он не прекращал движения руки и слушал голос с другой стороны коммуникатора. После короткого доклада о том, что Король демонов начал движение, в его словах появилась едва заметная улыбка. — В итоге всё приходит к этому. Стол перевёрнут. Чтобы справиться с миром демонов, мир людей должен объединиться. По крайней мере, никто не должен мешать Империи, сражающейся с миром демонов на передовой. Другие королевства лишились возможности атаковать Империю, а император, знающий, что важнее, теперь должен отвести от них глаза и повернуться к миру демонов. Поедание закончилось. — Есть ли ещё что-то, о чём нужно доложить? — Каковы критерии «того, о чём нужно доложить»? — Значит, есть что-то. Деон Харт не отвечает на то, о чём его не спрашивают. Изначально стандарты были достаточно свободными, чтобы он легко отвечал на несколько условий, но теперь, когда война с миром демонов была неизбежна, естественно, они стали строже. Время присматривания друг к другу закончилось. «Теперь и мы можем как следует сражаться». Психологическая война и битва гордости. Император Эдоардо не собирался отступать. По его мнению, «император» — это тот, кто не отступает перед чем-либо и идёт вперёд. Значит, трусом станет не он, а Король демонов. Постукивая по тыльной стороне левой руки и отгоняя отвлекающие мысли, он медленно открыл рот. ---------- Охотничье состязание (1) — Что-то есть, но раз он не говорит и спрашивает о критериях, вероятно, это не имеет прямой связи с Королём демонов. — Этот доклад напрямую связан с миром демонов? — Каков критерий «прямой связи»? — Достаточно. Если ты продолжаешь спрашивать о критерии «прямой связи», значит, это, вероятно, неоднозначно. Это не связано напрямую с Королём демонов, и трудно сказать, что напрямую связано с миром демонов, но всё же это важный доклад, который должен знать император... Нет сомнений, что информация важна, раз Деон Харт держит её в голове. Рука, касавшаяся тыльной стороны ладони, стала грубее. Сквозь повязку проступила красная кровь. Император постоянно качал головой и бормотал слова. — Проблема с демоническими тварями? То, что императору нужно знать это, хотя «прямой» связи с Королём демонов или миром демонов нет, показывает: вопрос затрагивает и мир людей, и мир демонов. Общая проблема мира демонов и мира людей. Демонические твари. — Нет. — Тогда это вопрос границы. — В королевстве Тэхон обнаружена граница, соединённая с миром демонов. Ответ. Голова императора склонилась набок. — Разве граница не связана напрямую с миром демонов? — В текущей ситуации «прямой связью» я счёл информацию, относящуюся к войне, или информацию, относящуюся к демонам. Прошу прощения. — Достаточно. Я примерно понял. Именно поэтому он без труда смог прийти к правильному ответу. Если это королевство Тэхон, значит южное королевство. Граница на юге... Они действительно знают? «Неважно, знали они или нет». Если знали, он немедленно получит ответ на вопрос, почему они не сообщили Империи. Если не знали, на этом всё. Важно само «существование границы». Она была важна и раньше, но сейчас, когда приближается война с миром демонов, это, без сомнения, крайне ценная информация. Император улыбнулся, перенося руку с тыльной стороны левой ладони на рукоять меча. — Хорошая работа. * * * Как всегда, важные доклады проходили в мгновение ока. И это не метафора, правда. — Вероятно, лично Мы встретимся с тобой во время охотничьего состязания. Что? Когда доклад закончился? Я моргнул, но время уже пролетело. Очевидно, доклад завершился. Слова императора уже превратились в непринуждённый разговор перед окончанием связи. Пока я всё ещё растерянно не мог ответить, из коммуникатора донёсся голос, полный сомнения. — Не похоже, что ты не хочешь участвовать в охотничьем состязании. Приоритет — ответить на слова императора. Я спокойно открыл рот. — Нет. Я буду участвовать. Когда состоится состязание? — Через неделю. Приглашение уже должно было прибыть в особняк. — Понял. Увидимся через неделю. — Не то чтобы я этого ждал. Ах, надеюсь, ты не явишься снова с белой одеждой, выкрашенной в красный, как в прошлый раз. Мне-то всё равно, но в глазах слабонервных дворян это, похоже, довольно страшно. Ах, тогда... Мне самому было страшно. Я только вернулся в Империю и направлялся во дворец, чтобы доложить. По пути на меня напала революционная армия, и, будто этого было мало, я потерял сознание. Когда очнулся, оказался перед императором, весь в крови. Разве мне тогда было не страшнее? — Если хочешь носить кровь, надевай одежду такого цвета, на котором кровь менее заметна. — Да? Что? — В этом смысле Мы отправили тебе кое-какую одежду. Было бы хорошо, если бы ты надел её в день состязания. — Да? — Она красная, так что можешь кровоточить сколько угодно. Нет, кажется, это не совсем правильно... — Тебе не нравится? — Нет. Благодарю... Власть — это издевательство. Неделя пролетела в мгновение ока. Моя попытка наказать Ремембера за то, что он посмел бросить меня перед коммуникатором, соединённым с императором, рухнула перед горой документов. Позвав Ремембера, я резко открыл дверь и вошёл, но, увидев бумаги на полу, с той же силой развернулся... — Вы не собираетесь отпустить меня...? — Если так продолжится, даже старик будет повержен. Вы должны исполнить свои обязанности. — Ты всегда говоришь «старик, старик», но, честно говоря, Ремембер здоров, верно? Тот, кто ещё и перевернул и подавил революционную армию... — Вы упустили суть сказанного. Вы должны исполнить свои обязанности, граф. — Помоги мне. — Как смею я пытаться навредить графу? Боюсь, кто-нибудь услышит. Теперь идите сюда. Вот так меня поймали на целую долгую неделю. И теперь, разглаживая тёмные тени под глазами, я вздохнул. — Не хочу идти... — Вы говорите опасные вещи. Хозяин этого охотничьего состязания — Его Высочество наследный принц. Если вам не безразлична ваша жизнь, прошу воздержаться от таких слов. Это охотничье состязание было устроено, чтобы разобраться с увеличившимся числом демонических тварей и показать, что у Империи достаточно спокойствия для подобных мероприятий даже во время войны. Тот, кто организовал его вместо императора, занятого поездками на поле боя и обратно, был не кто иной, как наследный принц. Я слышал, что император, вероятно, прибудет примерно к середине или ближе к концу состязания. «Когда император придёт, он, конечно, поговорит со мной». Мне неприятно признавать, но я — один из любимых мечей императора. Так о чём будет разговор? Разумеется, о мире демонов. Поскольку доклад был сделан через связь, а не лично, он может захотеть добавить что-то или услышать подробности. — Я ещё сильнее не хочу идти... м-м. — Прошу прощения, что коснулся вас неосторожно. Но мне правда кажется, что если так продолжится, голова графа слетит. Я поздно заметил, что руки горничных, поправлявших мою одежду, дрожат. Когда я закрыл рот и огляделся, Ремембер, жестом отпустивший горничных, подошёл ко мне. Поправляя одежду, присланную императором, он сказал что-то почти похожее на жалобу: — В последнее время вы часто заставляете сердце этого старика замирать. — ... Вместо ответа я посмотрел в зеркало и отвёл взгляд. Красная одежда с дизайном, похожим на мундир. Я почувствовал тревогу, что по дороге и правда могу увидеть кровь, но вскоре поток сознания ушёл в другую сторону. Красная кровь и... война. Да, война. — Как и ожидалось, мне придётся подать в отставку. Война между миром людей и миром демонов. Очевидно, я, застрявший посередине, окажусь в беде. До сих пор они лишь препирались друг с другом и смотрели, как я прохожу мимо, поэтому я мог терпеть, но теперь... — Вот как? Тогда последняя вещь. Наденьте этот плащ. — Ах, да. Кстати, моё заявление об отставке... — Если речь о заявлении графа, оно, вероятно, не было написано заранее. Потому что этот старик выбросил их все. Маску тоже сделать красной? — Это будет странно. Оставь как обычно, белую маску. Кстати, ты выбросил все мои заявления? Почему... нет, так нельзя. Я напишу новое, так что принеси бумагу и перо прямо сейчас... — Рубашка белая, так что белая маска не будет странной. Ну вот, мы готовы. Прошу скорее отправляться. — Да... нет, Ремембер! Почему ты всё время меня перебиваешь? — Прошу прощения. Но иначе мы не сможем защитить голову графа. — ... Я тоже это знаю. Если я уйду в отставку, я действительно умру. Хотя я говорю, что уволюсь при каждом удобном случае, когда мне отказывают, я не продолжаю настаивать немедленно. Потому что знаю: если искренне буду требовать отставки, собеседник убьёт меня. Независимо от того, что император и Король демонов заботятся обо мне, они монархи, а я прекрасно понимаю собственную опасность. Короче говоря, разговоры об отставке — просто выражение надежды. Почти как жалобы... что-то вроде того. «Скорее стоит насторожиться, если её примут». Я вздохнул. В любом случае нужно было уходить, поэтому я поднял сумку и направился к двери. Ремембер, будто пытаясь разрядить атмосферу, открыл дверь и сказал: — У нас достаточно времени. Почему бы по пути не заглянуть в торговый дом? — Дан... нарядился? Я вспомнил мужчину, который недавно заходил с листьями Дэуса, а потом ушёл. Я гадал, откуда он взял чайные листья Дэуса, неужели это действительно один из товаров, которыми занимается его торговый дом? У него тоже есть способности. — Его название — торговый дом Дана. — Нет, очевидно... кажется, всё началось с обучения фехтованию, но почему всё закончилось... — Изначально талант обнаруживают, пробуя разные вещи. Благодаря этому финансы графа стали весьма богатыми. Изначально недостатка не было. Странное чувство: человек, которого я подобрал, случайно добился успеха и помогает мне. Между ним и мной нет особой связи. Он последовал за мной, а я позволил ему остаться в графском доме. Вот и всё. «О, я, кажется, ещё сделал какие-то вложения». Я сел в карету. Почувствовал вибрацию: Ремембер, вышедший проводить меня, сказал кучеру пункт назначения, сел напротив, и мы тронулись. — Но вы всё ещё собираетесь сами носить эту сумку? Любому видно, что в ней находятся живые существа не из мира людей. Я отчаянно попытался избежать взгляда Ремембера. Прибывший вскоре торговый дом был весьма зрелищным. Если сказать хорошо — неформальным. Если плохо... — Покупатель, наш торговый дом всегда работает только с травами высшего качества. Будет трудно, если вы будете так настаивать. — Что это значит? Я девушка из академии. Думаете, у меня нет глаза на лекарственные травы? — Госпожа, можете ли вы гарантировать, что эта трава действительно наша? Поставив на кон все свои руки? Это что, игорный дом...? В центре этого хаоса был Дан. — Глава торгового дома! Говорят, мост Джукхунд обрушился! Что делать? Товары из Рвече идут по этому маршруту... — Обрушился Бергенский мост? Измените маршрут туда. — Глава торгового дома, это правда... нет, пожалуйста, разберитесь с покупателем! С ним невозможно разговаривать! — Потом будет вычет из зарплаты. Сначала приведите его внутрь. Я чувствовал, как Ремембер рядом смеётся. Некоторое время молча наблюдая за ситуацией, я медленно двинулся за Даном. Возможно, благодаря Ремемберу все узнали меня, поэтому пройти было легко. «Мы здесь?» Я тихо приложил ухо к двери и сосредоточился. — Посмотрите на это. Я купила это у вас, а всё в ужасном состоянии. Поменяйте или верните деньги. — Куркума, ягоды годжи, одуванчик, чёрный перец... всё южные травы. Нет записей о продаже всего этого сразу. — Потому что я покупала отдельно! Со слухом проблем нет. — Даже так, есть несколько подозрительных моментов. — Ха, у вас есть доказательства? Есть доказательства, что я не покупала это здесь? — Я не больной идиот. Кстати, в последнее время немало людей насторожились из-за нашего быстро растущего дела. Вы пытаетесь утопить нас в грязи, пока мы не стали больше? — Ха-ха-ха-ха. Вы роман пишете. — Отлично. Я поставлю своё запястье на то, что вы не покупали эти травы здесь. Если страшно, просто уходите. Голос был расслаблен. Дан продолжил: — Если уйдёте сейчас, я ничего не спрошу. Но если продолжите упираться, а ваши слова окажутся ложью, место, куда вы вернётесь, будет не домом, а небесами. Он всегда так хорошо говорил? Нет, скорее... Я сосредоточился на другом. Он больше не называл собеседника покупателем. Дан уже принял решение. — Где этот тип сейчас торгует наркотой? — Человек, который был таким энергичным, куда-то исчез, и остался только длинный язык. Вы тянете время? — Тяну время? Ха-ха-ха-ха! Ладно, я... — Теперь подождите! Если так пойдёт дальше, кто-то сильно пострадает. Я быстро открыл дверь и ворвался внутрь. Дан увидел меня и поднялся со своего места. Покупатель, посмотревший на меня, чтобы понять, что происходит, тоже вскочил с побелевшим лицом. — Граф! — Почётный граф Д-Деон Харт... — Прошу прощения, но я слушал снаружи. Разве нельзя решить это словами? — Мы как раз решали это словами. — Это? Если это можно решить словами, то что тогда действия...? Пока я стоял безмолвно, от двери раздался голос Ремембера. — Похоже, покупатель собирается уйти. Могу я его отпустить? Не знаю, когда он успел туда добраться, но покупатель барахтался перед Ремембером, который загородил дверь. Судя по его характеру, я думал, он силой оттолкнёт хотя бы одного старика, так что удивился. В этот миг я увидел плечо покупателя. Точнее, руку Ремембера, прижимающую его плечо. — ... — Господин дворецкий тоже здесь. Пожалуйста, просто отпустите его. В последнее время таких людей много. Судя по одежде графа, это не ваш пункт назначения. Куда вы направляетесь? — Хочу участвовать в охотничьем состязании. — Если это охотничье состязание... Лицо Дана, который о чём-то задумался, просветлело, словно он нашёл ответ. — Я слышал, что на охотничье состязание можно приводить помощников. — Да, это правда, но... Я не планирую брать кого-либо с собой. У меня есть сумка с растением из мира демонов. Я собираюсь держать её при себе на протяжении всего состязания, чтобы избежать происшествий, пока не смотрю. Нужно ли мне иметь кого-то рядом? — Не могли бы вы взять меня помощником? Но что делать, если он просит об услуге с глазами, полными ожидания? ---------- Охотничье состязание (2) Пришла весть, что Деон Харт вернулся. Герцог, подозрительно настороженно относившийся к Деону Харту, с того самого момента получал подробные донесения о каждом его шаге. Тот выехал примерно за три с половиной часа до начала охотничьего состязания, заехал в торговый дом Дана, забрал с собой какого-то человека и снова направился к месту назначения. «Но почему... нет никаких приказов?» Нервы Круэля были натянуты до предела. В обычной ситуации уже давно должен был последовать приказ: отправить кого-нибудь — революционного солдата или ассасина. Но герцог молчал. От этого молчания Круэль нервничал ещё сильнее и следил за каждым движением его лица, пока наконец не выдержал и осторожно не открыл рот. — Вы... не пошлёте никого? Герцог оторвал взгляд от письма, которое держал в руках, и посмотрел на Круэля. После короткой паузы на его бесстрастном лице расплылась улыбка. — Да. Сейчас нет нужды кого-то посылать. Ещё несколько часов — и возникнет куда более удобная ситуация, в которой его смерть будет проще устроить и проще объяснить. Зачем же утруждаться? Охотничье состязание. Глаза Круэля потемнели. — К тому времени лучше отправить их как следует подготовленными. — ... — В этом смысле есть одно место, куда я хотел бы, чтобы ты заглянул. Герцог наконец начал действовать, но напряжение Круэля ничуть не ослабло. Как всегда, он опустил глаза и стал ждать дальнейших слов. *** В итоге мы решили ехать вместе. Я широко раскрытыми глазами смотрел на Дана, который сидел в карете напротив меня рядом с Ремембером. Его чёрные глаза сияли и были устремлены прямо на меня. «Давит...» Может, всё-таки стоило отказаться? Но даже Ремембер убеждал взять Дана с собой. И без того он говорил, что, как только мы прибудем, расскажет мне насчёт помощников. Конечно, я не согласился сразу и тихо выразил намерение отказаться. [Фехтование Дана...] [Я выучил его настолько, что могу действовать одной рукой!] [И правда, граф. Почему бы не проверить, до какого уровня он поднялся?] Чёрт. Я рефлекторно сжал руку, в которой держал сумку. Кажется, внутри стало тесно: оттуда донёсся звук «гииик». Дан, смотревший на меня, склонил голову. — А?.. Вам не показалось, что сейчас был какой-то звук? — Не знаю. — Гиии... Бах! Я тут же распахнул окно. Удивлённые взгляды обратились ко мне. — Кажется, странный шум снаружи. — А... вот как? Дан кивнул, будто всё ещё сомневался, но согласился. Всё хорошо... хотя, похоже, радоваться рано. Он выглядывает наружу, пытаясь найти источник звука! Если это странное растение ещё хоть раз пискнет, его сразу поймают, и уже не отвертеться. Я поспешно окликнул Дана. — Кхм... как торговый дом так разросся? Что ты вообще сделал? — А, мы распространяли разные товары, в основном лекарственные травы и военные материалы. — Военные материалы нельзя распространять без разрешения Империи... — Когда я сказал, что служу почётному графу Харту, администрация всё уладила. Ты продал моё имя? Это уже проблема. Но администрация, которая это уладила, тоже проблема. — А если бы ты соврал? Почему они так легко... — Ах! Конечно, не сразу. Они велели прийти через неделю, потому что им нужно было время проверить правдивость слов. Ну, тогда ладно. Карета остановилась. Ремембер, который всё это время наблюдал за нами с довольным взглядом, выглянул в окно, открыл дверцу и сказал: — Мы прибыли. Первым вышел Ремембер, следом за ним Дан. Я поднялся последним, взял протянутую Даном руку и, выйдя, поднял взгляд на странно тихую округу. Все смотрели на меня с изумлением. ...Что не так? Озадаченный, я на миг проследил за их взглядами и внутренне коротко вздохнул. «А». Провал. Это был не мир демонов. Я тихо отпустил руку Дана и выпрямился, будто ничего не произошло. Воцарилась тишина. Одновременно по спине потёк холодный пот. Это... ловушка? Что-то вроде направленного допроса? В мире демонов стоит только взять протянутую руку — и тебя проводят от начала до конца. Это уже стало привычкой. Наоборот, если я не отвечал на протянутую руку, потом начинались куда более хлопотные вещи, так что я не мог отказаться. Но зачем он протянул руку? Он не знает, что это оскорбление? И что делает Ремембер, почему не разруливает ситуацию... «...Нет, Ремембер. Что за отчаянное выражение лица? Ты правда всё ему объяснил, а потом он всё забыл?» Мне хотелось немедленно указать на это, но из-за ситуации я изо всех сил сохранял вид, будто ничего не случилось. — Дан. — Да, граф. Пустое лицо, словно он ничего не понимает. Да, не мог же он сделать это нарочно. За то, что не было намеренным, ругать нельзя, поэтому я стал искать самые мягкие слова. Нужно объяснить, что он только что сделал неправильно. — ...Я выглядел настолько плохо? Обычно, выходя из кареты, руку подают детям и женщинам в неудобных юбках. Протянуть руку взрослому мужчине, который не носит юбку и не испытывает никаких явных неудобств, — это оскорбление. «Ты выглядишь таким слабым, что даже собственным телом управлять не можешь». Примерно это оно и означает. «Ну, я и правда слаб...» Но обычно мне в лицо так сделать не могут. Как-никак я «герой» Империи. — Да? Дан, не поняв смысла, словно поставил над головой вопросительный знак. На мгновение я задумался, не объяснить ли прямее, но внимание окружающих всё ещё было приковано ко мне, и я решил прикрыть его. — Ты догадлив. Сегодня я и правда неважно себя чувствовал, видимо, из-за усталости. Ремембер потом укажет на ошибку. Сейчас главное — сделать вид, что я сам взял его за руку, потому что плохо себя чувствовал, чтобы ситуация не выглядела нелепо. Словно уловив, что всё улажено, я поднял голову и бросил Ремемберу, уже собиравшемуся возвращаться в особняк, взгляд: потом как следует его научи. Взгляды, которые до этого делали вид, что ничего не произошло, быстро разошлись. *** Лиен Райнер, командир рыцарей-убийц, ожидавшая на охотничьих угодьях по приказу наследного принца, была поражена. Дан совершил большую ошибку. Скорее всего, не намеренно. Учитывая его южную внешность и происхождение из далёкой горной деревни, предположение, что он просто не знал местных обычаев, было вполне оправданным. Даже если он проходил обучение, простолюдины почти никогда никого не сопровождают, так что наверняка получил лишь самые поверхностные знания. Протянуть руку больному человеку или человеку в детской одежде, женщине в юбке — примерно так. «Господин, должно быть, знал, что проклятие ослабило его тело, и потому взял руку...» Забота была хорошей, но другой человек был «героем». Даже обычный мужчина мог бы счесть это оскорблением, а тут протянуть руку герою. Это действие не только оскорбляло Деона Харта, но и пятнало его репутацию «героя». «Обычно незнание не грех, но... всё зависит от ситуации». По её мнению, это был грех. Лицо господина было запятнано — и не кем-то посторонним, а подчинённым, которого он сам привёл. Однако в тот момент, когда Деон спокойно взял руку Дана и вышел, Лиен была впечатлена. Точнее, тем, что он сказал потом. — Ты догадлив. Сегодня я и правда неважно себя чувствовал, видимо, из-за усталости. Он сделал вид, что ничего страшного не произошло, взял руку, вышел и сам упомянул плохое самочувствие, тем самым успокоив ситуацию. Напряжённая атмосфера, заметно или нет, смягчилась. Как можно реагировать так мягко в ситуации, где каждый понял бы, если бы он просто оттолкнул протянутую руку и рассердился? Лиен с торжествующим видом посмотрела на тихо восхищённых имперских рыцарей. «Он наш господин». Что ж, раз хозяин прибыл, нужно его поприветствовать. Она повернула голову и проверила бешеных псов. Где там «вести себя тихо»? Они медленно подбирались к стоявшим рядом имперским рыцарям с озорными выражениями лиц. На шее Лиен вздулась жила. — А ну немедленно сюда! И в месте, куда взгляд Лиен не доставал, Дан молча смотрел на Деона с непонятным выражением. *** «Почему вы здесь...?» Именно эти слова застряли у меня в горле, когда я впервые увидел рыцарей-убийц. Я и так чувствовал, что выезд был слишком простым и не соответствовал привычке Ремембера всегда делать хотя бы минимальные приготовления перед визитом в императорский дворец. Если не считать кучера и Дана, присоединившегося по пути, выезд был скромным: всего несколько сопровождающих. Такого быть не могло. «Всё потому, что они уже были здесь». Я вижу рыцарей-убийц. Лиен ругает их за очередную выходку. Она, сердитая до вздувшейся на шее жилы, будто запоздало осознала ситуацию, подняла голову. Её лицо просветлело, когда она без труда нашла меня. — Господин, вы прибыли? — Да. Давно не виделись, сэр Лиен. — Вы, должно быть, устали после долгой дороги. С вами всё в порядке? Позвольте взять ваш багаж. — С этой сумкой всё нормально. Я сам понесу. Самочувствие... немного устал, но не настолько плохо. Состояние у меня как обычно, но сегодня пусть будет «усталость». Однако я осёкся и осмотрелся. Я уже некоторое время об этом думал... что-то странно. Почему кажется, что здесь только мы? Разве сегодня не охотничье состязание? Раз имперские рыцари на месте, значит, это не иллюзия... Неужели всё уже закончилось? — Других людей нет? — Да? Вы не знали? — Да? Что? Кажется, я уже попадал в похожую ситуацию. Когда это было... А, точно: когда я только вернулся из мира демонов и направился в императорский дворец на банкет, ничего не зная. «Все знают, а я нет...» Как только моё лицо стало странным, сзади раздался знакомый голос. — Я позвал вас раньше, потому что хотел попросить об одном деле. Это должно было быть написано в приглашении. Вы не знали? — Ваше Высочество наследный принц. — Давно не виделись, граф. Наследный принц улыбнулся и помахал рукой. Я поспешно склонился. — Слава Империи. Ваш слуга Деон Харт созерцает будущую Империю. Если я знал бы, что так будет, потому что это написано в приглашении, надо было его прочитать. Я думал, слов императора достаточно. Не видел смысла мучиться с приглашениями и временем: Ремембер всё равно обо всём позаботится. К тому же после нескольких дней бумажной работы меня так тошнило от букв, что я больше не хотел видеть никакого текста. — Хорошо. Я позвал вас раньше, потому что хотел кое о чём попросить. Если вы сочли это неприятным, прошу прощения. — О нет. Я просто немного растерян, извиняться не за что. Так о чём вы хотели попросить? Наследный принц, будто ждал этого, изменил выражение лица. Его золотой глаз скользнул к рыцарям-убийцам и снова вернулся ко мне. Он прищурился, словно что-то взвешивал, и осторожно продолжил: — Вы знаете, кого мы в основном будем выслеживать на сегодняшнем охотничьем состязании? — Я слышал, это демонические твари. Я едва не сказал «монстры». — Верно. Но никогда не знаешь, что случится, если просто начать охоту. Поэтому ради безопасности мы сначала проведём зачистку монстров, а уже потом устроим состязание с оставшимися тварями... — Прекрасная идея. — Благодарю за похвалу. Так вот, моя просьба такова. Я собираюсь привлечь имперских рыцарей и здешних рыцарей-убийц. Вы не против? — ...Вы имеете в виду рыцарей-убийц? Я с ними не справлюсь. ---------- Охотничье состязание (3) — Да. Пока вы были на миссии, они снова разрушили здание. Это вроде бы плата за ущерб, но, думаю, мне всё же нужно разрешение их хозяина. — ... — Конечно, это не принудительно. Если вам не понравится, я просто задействую имперских рыцарей. Наследный принц стал осторожнее, словно истолковал моё гниющее выражение по-своему. Но дело было не в этом... Эти мерзавцы опять устроили аварию? Разрушили здание?! Проклятые ублюдки. Голос вышел таким же холодным, как лицо. — Используйте их как угодно. — Хорошо... если вам неприятно, ничего не поделаешь... хм? — Не знаю, хватит ли этого, чтобы отплатить за все их злодеяния. Я благодарен за щедрость Вашего Высочества и с радостью предоставляю своё право командования. Можете пользоваться им сколько хотите. Можете забрать их и выбросить куда угодно. Выражение наследного принца стало тонким. Он посмотрел на бешеных псов, которых Лиен утаскивала за шкирку, пока те держали мечи и спорили с имперскими рыцарями, потом снова повернулся ко мне и улыбнулся, делая вид, что ничего не видел. — О чём вы говорите? Весь мир знает, что только вы можете их контролировать. Вы шутите. — Да? — Наверное, вам было нелегко, граф. Спасибо, что охотно согласились присоединиться к нам. Значит... эти бешеные псы и я — одна команда? Чёрт. Я думал об этом, сидя верхом. «Ох, задница болит». С учётом размеров этого леса ехать на лошади естественно, но для моего слабого тела даже это было непросто. Радовало только то, что мне не нужно было выходить вперёд. «Нет-нет. Мне же надо получить травму. Если я не выйду, ничего не получится, верно?» Надо получить травму и уехать домой! Такое решение я принял, когда меня связали с этими бешеными псами и потащили с собой. Раз уж избежать нельзя, надо раниться и выбыть! Если сейчас, на первом этапе, мы вычистим монстров, дальше начнётся само охотничье состязание. Тогда и мне придётся участвовать. После мучений и истощения, возможно, ещё придётся встретиться с императором. В таком случае лучше получить травму здесь и вернуться домой. Если бы я начал кровохарканье, сложных процедур не понадобилось бы, но это всё же не то, чего хочется... «Раниться. Я точно ранюсь!» Глаза загорелись энтузиазмом. — Эй, граф... посмотрите на его глаза. — Ух... немного страшно. Он злится? — Может, потому что ему ни разу не удалось использовать меч против монстра? — Жутковато... Это не тот взгляд, когда человек закатывает глаза? Похоже, вокруг что-то шептали, но я не слышал ничего, что заставило бы меня особенно нервничать. Я выбрал между краткой физической болью и длительной душевной болью первое и приготовился двинуться вперёд... «Почему я уже вижу конец?» Зачистка почти закончилась. Я тупо моргал, глядя на рыцарей, которые готовились к, кажется, последнему бою. — Сэр Лиен. — Да, мой господин. — Почему вы так хорошо охраняете... — Это слишком высокая похвала. Нет, делай это умереннее. Не гордись. Всю дорогу Лиен не подпустила ко мне ни одного монстра. А, похоже, мои слова только подстегнули её. В её глазах появилось торжественное решение. «Не надо. Не знаю, что именно, но прекрати». — Я прослежу, чтобы мой господин не обнажил меч и в этом бою. — Ах... — Прошу, наблюдайте. — Нет... нет нужды заходить так далеко... мне тоже стоит хоть раз попробовать оружие... — Возможно, в ваших глазах я недостаточно надёжна. Но хотя бы это я могу, так что прошу, доверьтесь мне. — ... Чёрт. На этом этапе во мне возникла путаница. Значит, я точно выйду вперёд и ранюсь. Сэр Лиен отошла от меня, чтобы проверить бешеных псов. Глядя ей в спину, я начал нетерпеливо трясти головой. При таком раскладе мне в большинстве случаев даже не дадут шанса столкнуться с монстром. С нынешним настроем сэр Лиен я, похоже, даже волоска монстра не увижу. — Граф. — Если ничего не выйдет, можно ущипнуть лошадь за круп и упасть... — Граф? — Да? Дан? — Да, граф. Нет, ничего. Дан, смотревший на меня со сложным выражением, быстро покачал головой. Наверное, он решил, что я специально игнорирую тему, потому что устану, если узнаю. Я кивнул, мол, говори быстрее, но его лицо изменилось, словно он наконец хотел перейти к сути. Краем глаза я заметил, как он на меня поглядывает. — Мне сказали, что моё поведение недавно было серьёзной грубостью. — Ах. Он о том, что протянул руку, когда я выходил из кареты? Похоже, Ремембер хорошо объяснил. Хорошо, если он теперь понял. Я улыбнулся и махнул рукой. — Что уж говорить о том, что уже прошло? — Но... Раз он понял смысл, легко забыть об этом не сможет. Дан украдкой посмотрел мне в лицо. Осторожный голос продолжил, словно он следил за моей реакцией. — Вы... не злитесь? — Я же говорю, это уже прошло... Я собирался ответить небрежно, но остановился. Глаза сузились. ...У меня чувство, будто он ждёт, что я разозлюсь. Или мне кажется? Я молча смотрел на него, испытывая неудобство. Когда ответа сразу не последовало, он вздрогнул и забегал глазами. Чёрные глаза заглянули в мои, изучили выражение лица, а затем снова опустились к земле. Похоже на наблюдение, но ещё и на оценку чего-то. Я дал этому ещё немного времени и медленно открыл рот. — Ты... — Монстры!! Мои следующие слова утонули в крике с одной стороны. Моя справка для возвращения домой! Дан сейчас не важен. Я резко повернул голову к месту, откуда донёсся крик. Один, два, три существа — идеальное, неопровержимое основание, чтобы меня отправили домой... В общем, они неслись сюда. «...Хотя многовато». Ну, с миром демонов всё равно не сравнить. Они вообще оказались здесь потому, что их вытеснили в мир людей из-за огромного количества. А тех, кого вытеснили, скорее всего, изгнали за слабость даже среди монстров. Это значит, что группа самая большая из встреченных мной до сих пор, но уровень угрозы не смертельный. Поверив этой информации и надёжным рыцарям, я тихо вытащил кинжал. Если сделать вид, что сражаюсь, умеренно пораниться и выбыть... Я двинул лошадь на шаг вперёд, когда громкий крик прямо рядом ударил по барабанным перепонкам. — Имперские рыцари, к бою! Всем построиться! Что за... Вот это испуг. Я рефлекторно схватил кинжал, который едва не выронил. На приказ командира началось беспорядочное движение. И внезапно у меня вырвался восхищённый вздох. Ух, круто. Я уже несколько раз видел это по дороге, но всё равно круто смотреть снова. Наши ребята так не могут? — Высокие рыцари... — Вааа!! — Рогатый мой! — ...Ладно, делайте что хотите. Раздался освобождённый голос Лиен. Ну да, у нас так не получится. Я пусто рассмеялся, глядя, как бешеные псы толпой бросились вперёд. И правда, напрасные надежды. «Тогда теперь и я...» Я окинул ситуацию взглядом и выбрал подходящую цель. Кинжал в руке провернулся, большой палец вытянулся и согнулся, будто подавая сигнал рукоятью. Я уже начал двигать лошадь, даже не осознавая, что рука привычно делает боевые знаки, когда услышал знакомый голос. — Милан!! Клетер указывал на меня пальцем и ругал Милана. — Останови графа! — Да?! *** Иногда Клетер думал об этом. Как авангард, состоявший из бедняков и простолюдинов, не освоивших даже жалкое подобие фехтования, смог выжить в Восьмилетней войне? Неужели хватало просто бесноваться? «Ни за что». Как бы ни бесновалась овца, если перед ней тигр — конец один. Если тигру будет лень с ней возиться и он переключит внимание, ей повезёт. Если нет — умрёт, как муха. На поле боя было немало тигров, и множество раз им приходилось встречаться с ними лицом к лицу. В такие моменты они выживали благодаря помощи своего лидера, Деона Харта. «Точнее... благодаря жертве». Клетер, один из рыцарей-убийц, горько усмехнулся, перекатывая во рту слова такие острые, будто они могли резать. Их капитан, ныне почётный граф, на удивление точно оценивал собственное физическое состояние. Он чётко понимал физические «пределы» своего тела. Учитывая, что многие люди даже не понимают состояния собственного тела и продолжают катиться, пока не сломаются, или сдаются ещё до предела, это тоже было невероятным талантом. Деон Харт применял этот талант немного искажённым образом. «Понимать пределы тела — значит, при желании можно в любой момент их пересечь». Один скрытый удар, чтобы убить превосходящего врага. Чтобы застать противника врасплох и мгновенно убить, он на миг превосходил скорость, на которую способны ноги, и силу, на которую способны руки. После этого кости и мышцы повреждались, требовался долгий период восстановления. Клетер считал это атакой пчелы. Нанеся удар изо всех сил, ты становишься совершенно беззащитным. «Конечно, восстановление со временем — другое дело». И ещё можно сказать, что умение терпеть яд и делать вид, будто всё в порядке, тоже отличается. Разумеется, в таком состоянии невозможно ни атаковать, ни защищаться. «Но это!» Он собирается использовать это просто для зачистки монстров?! — Ха. Настолько абсурдно, что даже смеяться не выходит. Тем временем Милан, ничего не понимая, вроде бы собирался бездумно повторить приказ, но вдруг склонил голову. — То, что сказал граф... а? Не «разберитесь»? — Заткнись и останови его! Конечно, боевой знак Деона Харта означал: «Я использую это, так что разберитесь со мной, пока я буду беззащитен». Но сколько ни думай, сейчас это было не то. Разве нужно повреждать тело графа в неэкстренной ситуации? — Ну... тогда... остановить графа! — Остановить графа! — Остановить графа! Те, кто услышал Милана, повторяли и двигались, а другие, услышав их, снова повторяли. Приказ дошёл до всех членов отряда за считанные мгновения. — Что вы делаете, ублюдки...! — Нет, граф! — Не знаю, что именно, но нельзя! — Отпустите, мерзавцы! Я домой хочу! Клетер, наблюдая за тем, как Деон бьётся в руках членов отряда, тихо выдохнул с облегчением. Хорошо, что боевые знаки стали привычкой и для него, и для нас. Иначе сейчас был бы полный хаос. На поле боя Деон Харт в основном пользовался жестами. Поэтому Клетер, самый спокойный, взял на себя роль наблюдать за его сигналами и передавать их. Сигнал, поданный недавно, означал: «Я применю это, так что позаботьтесь обо мне, потому что я буду беззащитен». — Что это... — Ха-ха... Клетер неловко улыбнулся Лиен с растерянным выражением, а потом, обернувшись к зачистке, которая закончилась без серьёзных проблем, вздрогнул. Лицо Дана, искажённое гневом и раздражением, свирепо смотрело на шум. *** Первый этап зачистки закончился. Теперь оставалось само охотничье состязание. Я ничего не сделал, но уже вымотался. С усталым лицом я пересёк открытую залу для общения. Каждый раз, когда я проходил мимо, знатные дамы прикрывали рты веерами и шептались, но мне не хотелось обращать на них внимания, и я их игнорировал. Устал. Нужно зайти в шатёр, хотя бы ненадолго. — Господин, вы войдёте? — Да, сэр Лиен. Позаботьтесь о ситуации и как следует свяжите их, чтобы не устроили аварий. — Поняла. Я сообщу, когда Его Высочество наследный принц начнёт вступительную речь. — И Дан... — Да. — До начала охоты ты свободен, делай что хочешь. ...Не следуй за мной. — ...Да. Дан остановился и больше не пошёл за мной. Лицо у него стало немного мрачным, но я махнул рукой, отгоняя его, и вошёл внутрь. Я поставил тяжёлую и неудобную сумку на стол, приказал снаружи никого не впускать и осторожно вынул цветочный горшок. Увидев это лениво шевелящееся нечто, я начал вздыхать. — И как мне с этим справляться?.. Мне правда придётся заботиться о тебе вот так до возвращения в мир демонов? Но если я пойду на охотничье состязание, со мной будет Дан... не поймает ли он меня? Я хочу домой... Я сетовал на перекрученную ситуацию и ткнул странное существо пальцем. Похоже, ему это не понравилось: оно обернуло лист вокруг моего пальца и выкрутило его. — Ух, ты сумасшедшая тварь...! Отпусти. Не отпустишь?! — Граф? Что случилось?! — Не входить! ---------- Охотничье состязание (4) Я едва вытащил палец и остановил движение, которое вот-вот должно было ворваться внутрь. Осторожно обхватил пульсирующий палец. Чёрт. Посмотрите на мой красный, распухший палец. Ты подсунул мне такое опасное растение. Хиен, проклятый ублюдок...! Тем временем этот тип, указав стеблем на мой опухший палец, свернул лист и поднял его, будто гордился собой. При виде «большого пальца вверх» у меня подскочило давление. — И чем ты гордишься...! — Гиик. — Не издавай звуков... а? Ты собираешься использовать это как предлог, чтобы уйти? — О...кей. Ответ прозвучал ещё тише. Моё выражение стало странным. Нет... я благодарен, но у меня всё же есть достоинство героя. Не могу же я уйти домой из-за одного повреждённого пальца. Скорее, он и правда обо мне заботится? Или просто раздражён, потому что я продолжаю его тыкать? Снаружи, похоже, стало шумно, но в конце концов игнорировать шум внутри уже не могли. Вместе с торопливыми шагами раздался голос, будто охрана привела Лиен. — Мой господин! Я слышала, возникла проблема! Можно войти? — Сейчас подождите! Нельзя! Пожалуйста, подождите немного! — ... Чёрт. Я же сказал не входить, так зачем приводить Лиен? Я поспешно засунул горшок в сумку. Возможно, это был не тот ответ, которого ждали снаружи: некоторое время царила тишина. Я возился с застёжкой сумки, которая никак не закрывалась, когда снаружи снова раздался торжественный голос. — Значит, проблема действительно есть. Я вхожу. — ... Я ещё не закрыл сумку! ...Просто задвину её в угол. Я быстро отпихнул сумку ногой. Почти в тот же миг ткань на входе откинули. Лиен вошла широким шагом с обнажённым мечом, острым взглядом осмотрела шатёр и, убедившись, что ничего подозрительного нет, уставилась на меня, стоявшего в неловкой позе и прикрывавшего сумку. — Вы в порядке? — Да, да... — Мой господин, вы всегда отвечаете так. Я не поверю. Если так, зачем спрашивала? Неумолимые глаза тщательно просканировали меня. Её взгляд, словно собирался вырвать каждый волосок и проверить, наконец остановился на слегка опухшем пальце. Лицо Лиен стало мрачным. — Всё-таки покушение! — При чём здесь покушение?! Это просто растяжение! — Если бы ничего особенного не случилось, вы бы не бросились останавливать стражника и меня! Здесь должен был быть ассасин! — ... Мне нечего сказать... Я не мог признаться, что пытался скрыть кое-что другое, поэтому промолчал, а уверенный голос продолжил, будто она приняла молчание за подтверждение. — Я понимаю ваше желание решить всё тихо, но стража и я существуем именно для защиты нашего господина. Если вы будете всё скрывать, это создаст трудности. — Я слышала, что один из способов покушения — уколоть человека иглой, смоченной ядом. Я сейчас же позову лекаря. — Нет, подождите... подождите! — Не останавливайте меня! Разве ваш палец уже не покраснел и не распух? Нужно лечить, пока яд не распространился! Чего она так испугалась? Как сорвавшаяся с места карета! Даже если это стыдно, врача звать нельзя ни в коем случае. Я протянул руку, чтобы поймать Лиен, которая вот-вот собиралась уйти. В мою ладонь попала большая мужская рука с толстыми суставами, совершенно не похожая на её. — А? Ты сказала яд?! Когда ты вошёл? Нет, прежде всего, можешь отпустить мою руку? Клетер, видимо, услышал крики Лиен снаружи и ворвался внутрь. Меня внезапно схватили за руку и плечо, и я беспомощно трясся в его хватке. Придя в себя с опозданием, я посмотрел на него гнилыми глазами. — Что за манеры — входить без разрешения... — Где? Куда тебя отравили? Это яд?! — Нет... — Тогда где?! — Нигде... — Клетер. За грубость я накажу тебя позже. Немедленно приведи лекаря. — Понял! Нет! Остановитесь уже! Я быстро вцепился в Клетера, который собирался рвануть наружу. Но этот парень всё равно двинулся. Напомню, я всё ещё держался за него. Моё тело вытянулось и чуть не рухнуло на пол, и Клетер, растерявшись, забыл, что собирался уходить, и поспешно помог мне подняться. — Почему вы меня останавливаете? — Это не яд. Сэр Лиен просто неправильно поняла. Он моргнул, глубоко выдохнул от облегчения и плюхнулся на пол. Грохот! В тот же миг упал и я. Ты, ублюдок... Я поднял голову, потирая нос, и услышал голос, полный сомнения. — Тогда почему пальцы распухли? Лиен стояла, скрестив руки, и смотрела на меня подозрительно. — Я же сказал, растянул. — Я спрашиваю, как именно это произошло. — ...Мне обязательно рассказывать? Просто подвернул палец. Даже если рот порвётся, я не скажу, что пострадал от растения. Потому что опасно? Нет, потому что стыдно. Лиен, похоже, тоже решила, что требовать объяснений не стоит, и, прочистив горло, покачала головой. — Нет. Я рада, что это не яд. — Да... сэр Лиен. — Да? Глаза, полные сомнений, повернулись ко мне. Я просто сказал то, что пришло в голову, когда увидел её. — Я хочу домой. — Ах, дворецкий говорил, что вы наверняка устали из-за большого количества бумажной работы. Нельзя. — ... Как и ожидалось, непреклонна. Нет, разве не странно само то, как у нас строится разговор? — Его Величество тоже прибудет. Вы не можете вернуться первым, верно? Если причина в том, что вы не хотите участвовать в охотничьем состязании, вас никто не заставляет ловить монстров. Просто оставайтесь на месте... Её взгляд случайно поднялся и встретился с моим. Она замерла, развела руки и выпрямилась. Лицо, которое на миг чуть смягчилось, снова стало строгим, будто расслабления и не было. — Господин, не могли бы вы поднять голову? — ... — Клетер. Подними голову господина. Дай мне хорошо рассмотреть. — Вы... вот так? Клетер взял меня за подбородок и поднял лицом к Лиен. — Господин, уберите руку. — ... — Клетер. — ...Да, чёрт. Клетер схватил мою руку, которой я прикрывал нижнюю часть лица, и опустил. Тёплая жидкость, текущая из носа, скатилась к подбородку, собралась каплей и упала на пол. — У вас кровь из носа! — О... это была кровь? Опять. Я думал, это насморк, и отчаянно пытался скрыть. ...Нет, подождите. Кровь из носа?! Почему именно сейчас? Я дрожащими глазами посмотрел на Лиен. Разумеется, в её глазах пылал огонь. — Значит, это точно яд...! — Нет! Я упал из-за этого ублюдка раньше...! — Когда это я... а-а?! Клетер, который рефлекторно начал было возмущаться, остановился, будто что-то вспомнил. Было ясно видно, как дрогнули его зрачки. Да, пока он мне помогал, он расслабился и сел. Благодаря тебе я тоже упал. Забрать тебя с собой? Я возбуждённо покачал головой и обратился к сэр Лиен, которая вопросительно смотрела на меня. Так как я прикрыл нос платком, голос вышел слегка гнусавым. — Клетер. — Да... граф... — Зачем ты пришёл? Нужно сначала выслушать причину и выгнать его. Не мог же этот тип, который должен был сейчас где-то там возиться с бешеными псами, случайно оказаться перед моим шатром. Клетер, похоже, с опозданием вспомнил цель визита, коротко выдохнул «Ах» и выпрямился. В его серьёзных глазах отражался я. — Я слышал, что вы берёте Дана помощником на охотничье состязание. — Беру. — Не могли бы вы взять хотя бы ещё одного человека? Мне немного тревожно, если он будет один. — Почему...? Максимальное число помощников на охотничьем состязании — четыре. Ах, поскольку четыре разрешено только королевской семье, значит, точнее — три. У меня нет особенно горячего плана ловить монстров, так что ещё один помощник был бы роскошью... Изначально я вообще собирался участвовать один и без кинжала. Клетер поспешно заговорил, видимо, увидев, что моё лицо не особенно впечатлено. — Взгляд Дана кажется немного подозрительным. — Что? — Во время недавней зачистки... то, как он смотрел на графа... — ... — Эм... ну... страстное раздражение? Ползучее сомнение? Пылающий гнев? Ты какое заклинание читаешь? — В любом случае это было очень подозрительно. — Да... понятно... тогда, сэр Лиен. Вытащите его. Лиен, стоявшая неподвижно, шагнула вперёд и схватила Клетера за руку. Ей нужно было просто его схватить. — Граф? — ...Сэр Лиен? Почему вы не спешите утащить его... — Насчёт всего остального не знаю, но с мнением, что вам нужно взять ещё одного помощника, я согласна. Я пойду. Так говорили её твёрдые глаза. ...Я ценю вашу заботу, но... дальше нельзя. Меня уже не раз вот так уговаривали. Я тоже человек, способный учиться. Я отвёл глаза, избегая давящего взгляда. — Нельзя. И не только из-за странного существа в сумке. Больше всего меня останавливает её характер. Дан не знает, но, кажется, стоит ему попасться ей на глаза — и развернётся худший из возможных сценариев. Убедившись, что кровь из носа остановилась, я сложил платок, сунул его в карман и тихо схватил сумку. — Выйдите. Я тоже выхожу. — Господин? — Нельзя. Никак нельзя. — Граф? — Нет. Я так решил. — Граф ребёнок? Почему вы упрямитесь без уважительной причины? Ох, не знаю. Нет. Я сказал нет. Изначально я собирался выйти один. Если меня здесь так прижмут, лучше уж самому выйти наружу. Я вышел, подталкивая в спины двух людей. И тут же пожалел. — Почему почётного графа называют просто «графом»... тц. Что не так с моей удачей? Стоило выйти — и сразу драка. Я с некоторым восхищением посмотрел на человека, который ко мне прицепился. Раз он гордо хвастается статусом «графа», значит, имеет титул. Недавно стал главой семьи? Довольно молод. Но выглядит очень неприятно. Пока я разглядывал лицо, которое, казалось, вложило все силы в демонстрацию мерзкого характера, Клетер, не выдержав затянувшейся тишины, шагнул вперёд. — Простите, но могу ли я спросить, кто вы? — Прочь с дороги. Такой, как ты, не смеет со мной говорить. Ого. Если хозяин невезучий, то и сопровождающий невезучий. Клетер закрыл рот и оскалился. «Эй... эй, убери руку с меча. Быстро». Как бы ты ни злился, зачем класть руку на меч? Что мне делать, если он дворянин такого статуса, что я не смогу тебя защитить? Я устало посмотрел на него и отыскал взглядом Лиен. Этот тип положил руку на меч, а она не остановила... «А... верно... кажется, она сама собиралась обнажить меч...» Значит, слова и поведение этого мужчины задели её «рыцарство», связанное с её господином. Но меч всё равно нельзя обнажать. Узнайте сначала, кто перед вами. Я взмахом руки остановил обоих и тихо посмотрел на высокомерного мужчину. Что он сказал раньше? Ах да: «Почему почётного графа называют просто графом?» Честно говоря, возразить мне нечего. «Он не ошибается». Мой официальный титул как «почётного графа» — «почётный граф Харт». Чтобы избежать лишней путаницы, правильно называть меня именно так. Однако. — Кто вы...? Кто ты такой, чтобы вот так начинать ссору? Мужчина, встретившись со мной глазами, вздрогнул и ответил повышенным голосом. В крике было скорее желание скрыть страх, чем высокомерие. — Я «настоящий» граф Харт! Я отличаюсь от подделки вроде тебя! А? Повисла тишина. В тихом пространстве я медленно моргнул. Что я сейчас услышал? Давайте ещё раз подумаем. Хм... снова. Снова. Снова. Снова. — А-а. В тот же миг стоявший передо мной мужчина побледнел и отступил на шаг. ---------- Охотничье состязание (5) Круэль так отказался от графского титула, а в итоге место досталось какому-то никому не известному ублюдку из боковой ветви. «Значит, боковая ветвь существовала. Если бы даже я, прямой потомок, не знал, это было бы почти как чужой род». И он умудрился стать главой семьи. Впрочем, это было не совсем неожиданно. Говорят, род Хартов «истреблён», но раз два прямых потомка, носящих фамилию Харт, были живы, из дворянской родословной их не вычеркнули. К тому же «тогда» не все вассалы умерли, так что возможность подняться снова оставалась. ...Можно ли это вообще назвать «возрождением»? Я рассмеялся. Сейчас у меня, наверное, был приподнят один уголок рта. Я даже не видел, как этот придаток заикается, мол, как я смею смеяться над ним, распаляя свою гордость. Я просто закрыл глаза, улыбнулся и искренне сказал: — Вот как. — Поздравляю. Даже если у них нет титула, официальных героев Империи в основе своей уважают. Сравнивать с конкретным дворянским титулом трудно — области слишком разные. Но если император заботится о человеке, опекает его и даже регулярно выделяет содержание, всё уже сказано. Так грубо обращаться с таким героем? Само собой, он идиот. Не мог же этот идиот сам сесть на место главы семьи. Скорее всего, жадные вассалы рода Хартов подставили удобного дурака, которого легко держать в руках и использовать. Поэтому я и смеялся. Род Хартов рушится вот так. Я был так рад. *** — Почему почётного графа называют просто «графом»... тц. Услышав эти слова, дворяне тихо затаили дыхание. Никто не понимал, зачем он вообще придирается. Этот человек хоть понимает, что сам навлекает на себя гнев? Почему «почётного графа Харта» называют «графом Хартом»? Разве это не знак уважения? Во-первых, титул «почётный граф» слишком длинный. Деон Харт — герой Империи, любимый меч императора и маркграф с землями у границы. Этого было достаточно. Дворяне, не желавшие злить человека с множеством страшных прозвищ, называя его «почётным графом», без возражений звали Деона Харта просто «графом». — Кто этот человек? — Я часто вижу его в светском обществе в последнее время... но он меня не интересует, так что точно не знаю. — Хм... судя по поведению, он настолько мелок, что и интересоваться не хочется. Может, дворянин из далёкой провинции? — Кто знает. Не знаю, кто он, но он глуп. Он правда хочет увидеть кровь? Его противник — граф-вампир, хозяин убийц. Внимание дворян сосредоточилось на небольшой суматохе. Деон Харт, тихо смотревший на высокомерного мужчину, который начал ссору без колебаний, мягко задал вопрос. Когда он спросил о личности, выяснилось, кто этот никому не интересный человек. [«Настоящий» граф Харт.] Только тогда дворяне поняли, что происходит. Поскольку прямые потомки графского рода Хартов — Круэль Харт и Деон Харт — не интересовались семьёй, их место заняла боковая ветвь. «Ну...» «Раз этот глупец стал главой семьи, значит, и вассалы там такие же». «Даже если этот человек, доверяя своему драгоценному положению, будет бесить и захочется забрать место обратно, сейчас уже поздно...» Будет довольно хлопотно. В их глазах вспыхнул интерес. Как отреагирует этот жестокий герой? Разозлится? Пойдёт дальше, заявит, что перенёс унижение, и попытается отнять место? Или, возможно, вытащит меч. Но вопреки ожиданиям, Деон Харт не рассердился. С яркой улыбкой, даже сощурив глаза, будто всё это было просто нелепо, он сказал: — Вот как. — Поздравляю. Это было откровенное пренебрежение. Лицо «настоящего» графа Харта стало ярко-красным. Он широкими шагами двинулся вперёд, словно вот-вот взорвётся от злости, но вдруг что-то увидел, побледнел и отступил. — Ты... это... — ... Наблюдавшие дворяне переглянулись в недоумении. Деон Харт, кажется, ещё ничего не сделал, но палец, направленный на него, дрожал. Дух глупого дворянина, взлетевший было высоко в небо, умер. Его глаза бесконечно метались, но стоило Деону сделать шаг ближе, как он развернулся и исчез. Повисла тупая тишина. — Что это было? — Неужели почётный граф Харт что-то сделал? — Но он ничего не сделал. — Возможно... тот был подавлен одной лишь аурой? Говорят же, у героя, взбаламутившего поле боя, есть особый дух. — О, похоже на то. Прогнать противника одной только мощью... Они настолько увлеклись собственными домыслами, что вытеснили Деона Харта из поля зрения и даже не увидели, как он стряхнул с плеча насекомое. И как вздрогнул, бормоча что-то. *** — Уф, мерзость. Что это за жук такой огромный? Благодаря военному опыту у меня есть иммунитет к насекомым, но я не настолько бесчувственный, чтобы терпеть такое на плече. Я мысленно поблагодарил парня, который со мной сцепился, и снова встряхнул плечами. «В любом случае, похоже, он тоже хотел участвовать в охотничьем состязании... И он сможет?» С таким менталитетом? Вспомнилось его лицо, побледневшее из-за жука. Кажется, он вырос вполне благополучно, но собирается охотиться на монстров? Да, их сначала зачистили, и те, кто остался, настолько слабы, что их вытолкнули из мира демонов в мир людей. Но всё же это монстры. Такой человек вряд ли легко их поймает. «...Ну, мне не о чем волноваться. Умрёт — значит умрёт». Мысль оборвалась. Я повернул голову к помосту, когда услышал, что Его Высочество наследный принц собирается говорить. Пока дворяне склоняли головы, наследный принц изящно прошёл и поднялся на сцену. Наконец прозвучали слова, разрешающие поднять головы. Не хочет ли он поскорее начать состязание?.. Я окинул разворачивающуюся передо мной картину гнилыми глазами. Со всех сторон витала розовая, страстная атмосфера. — Сэр Лиен. — Да, мой господин. — У моего господина, который идёт на состязание, нет платка? — Да. Я не сомневаюсь, что мой господин победит и без таких вещей. Ах да... слова «и без таких вещей» больно кольнули в сердце... но всё равно спасибо... — Бешеные псы... то есть рыцари? — Разве у нас есть подобное? — Даже если бы было, я бы не дал. Не хочу вызывать лишние недоразумения. Чёрт. Все, прочь. Я жестом велел рыцарям разойтись и прислонился к стене в углу, где меня не было видно. До начала состязания оставалось восемь минут? Кажется, это будут самые длинные восемь минут в мире. Речь наследного принца, которая, как обычно у власть имущих, могла растянуться надолго, закончилась коротко. Кажется, смысл был в том, чтобы все наслаждались состязанием и не получили серьёзных ран. «Может, из-за молодости, но чувство меры у него есть. Чем короче речь, тем лучше». Проблема была дальше. Десять минут, чтобы вручить ленту или платок любимому, члену семьи или близкому другу! Раздался высокий смех, похожий на щебет жаворонка. Слышались и звуки коротких поцелуев. Что это? Они прямо сейчас поцеловались и растаяли? «Чёрт». Ленту дают любимому как возлюбленному, а платок — тому, за чьё безопасное возвращение просто молятся без подобных чувств. Поскольку участниками были дворяне Империи, обученные под властью тирана-императора, охота на монстров сама по себе опасна и требует рисковать жизнью. Поэтому, даже если это называлось состязанием, в передаче платков, как перед выходом на поле боя, не было ничего странного. Конечно, я не получил платка, который получили все остальные. — Хочу домой... — Нет. Знаю, знаю. Я уже достаточно слышал. Его Величество прибудет, и уходить в середине нельзя. Поэтому я и пытаюсь уйти домой. Встреча с императором. Последующая беседа. И сгущающиеся тучи войны. Я закатил глаза. Я в некоторой степени могу предсказать, что скажет император, когда встретится со мной лицом к лицу. Это будет приказ, который доставит мне неприятности. Не война с другим королевством, а война между миром людей... нет, война между Империей и миром демонов. «Зная всё это». Я тихо цокнул языком. — Как и думал, надо увольняться... — Да?! Вы хотите уйти в отставку из-за того, что не получили платок?! — Нет. Дело не в этом, говори тише. Я ненавижу войну. И не хочу в ней участвовать. Особенно если эта война против мира демонов. ...Нет, давайте уберём слова «особенно» и «если». «Я просто боюсь взорваться в драке китов, так что это лишь оправдание». Я всё ещё не выбрался из кошмара войны. Я осознал вес сумки на плече. Оторвал взгляд от пола и встретился глазами с Лиен. — Сэр Лиен. — Да, мой господин. — Вы... участвовали в Восьмилетней войне? — Да? Вопрос, видимо, был неожиданным. На миг вернулся озадаченный голос, затем она сказала: — Нет. В Восьмилетней войне сражался мой старший брат. — Понятно. Тогда, если начнётся ещё одна большая война, брат сэр Лиен тоже будет в ней участвовать? А сэр Лиен как рыцарь отдельно пойдёт на войну вместе с гвардией Лиен? Император был бы очень доволен... — Нет. Никогда. — ... Лицо Лиен, произнёсшей это, застыло. — Тогда я не была рыцарем и ничего не могла сделать, но теперь всё иначе. — Мой брат больше никогда не пойдёт на войну. — Что... Я быстро проглотил вопрос, не случилось ли чего. Впервые я оказался в такой ситуации. Разве меня когда-нибудь интересовала Лиен Райнер вне работы? Для меня она — способный десантник, напрямую присланный императором, дрессировщик бешеных псов и рыцарь с духом рыцарства, настолько жёстким и несгибаемым, что он граничит со стандартом. Думал я быстро. «Не будем спрашивать». Так вышло, что между нами отношения господина и рыцаря, но у меня нет запаса сил заботиться о других, когда я и о себе-то позаботиться не могу. Не стоит задавать вопросы и лезть в её личную область... — Мой брат слаб. — Ха... Не обязательно было говорить. — Изначально я хотела сражаться в Восьмилетней войне, но родители слишком обо мне заботились, поэтому вместо меня на войну ушёл брат. Я лучше владею мечом и выносливее, но почему брат с его слабым телом... — ... — Поэтому я стала рыцарем. Если я стану рыцарем, родители не смогут возражать. Потому что причины, которыми они прикрывались, будут разорваны в клочья. — Так что мой брат в войне участвовать не будет. Потому что есть я. — Это очень похоже на одного моего знакомого. Хотя конец был другим. Я повернул голову. Люди тщательно проверяли оружие и садились на лошадей. Я тоже взобрался на коня, которого подвёл Дан. Сладкое время закончилось. Теперь настало время охотничьего состязания. ---------- Охотничье состязание (6) [Деон Харт ненавидит места, где много людей.] [Даже на охотничьем состязании он, скорее всего, уйдёт туда, где людей меньше.] [Мы установим арбалеты. Я загоню Деона Харта туда.] [Не пора ли положить конец этой живучей жизни?] Так. Щёлк. Шахматные фигуры двигались туда-сюда. Толстые костлявые пальцы лениво протягивались, брали фигуры обеих сторон и переставляли их по очереди. Раз герцог активно вмешался, ничего не поделаешь. Неважно. Сейчас не время думать об этом. «Говорили, у матери лидера революционной армии участились приступы кровохарканья?» Щёлк. Чёрный король появился перед врагом всего с несколькими охранниками. «Сам лидер об этом ещё не знает». Так. Белый лагерь обратил внимание на чёрного короля. «Скоро узнает. Стоит ли усилить наблюдение?» Щёлк. Тем временем в чёрном лагере началось тайное движение. «Но больше всего — кровохарканье. Кровохарканье...» Его младший брат, Деон Харт, тоже часто страдал кровохарканьем. Рука, двигавшая фигуры, внезапно остановилась. Круэль, похоже, не мог сосредоточиться. Он держал между пальцами чёрного слона и опустил зелёные глаза, словно погрузившись в мысли. «Герцог хорошо знает Деона Харта». Он хорошо и тщательно подготовил охоту. «А вот Деон Харт не знает герцога». Он отправился на охотничье состязание без всякой подготовки, даже не подозревая, что герцог нацелился на него. Хорошо подготовленный охотник и охотник, ничего не знающий. Результат возник в голове сам собой. [Как человек, ослабленный проклятием, способен на такое?] Он саркастически обращался к тем, кто вышел и устанавливал арбалеты под предлогом надзора, но те лишь дёрнули бровями и, как опытные ассасины, не дрогнув, продолжили установку. Если болты попадут, он буквально превратится в ежа. Услышав, что охотничье состязание началось, Круэль сидел в шатре и тихо щёлкал пальцами. Шахматная фигура, зажатая между указательным и средним пальцами, через равные промежутки ударялась о стол, издавая сухой звук. Зелёные глаза потемнели. «На охотничьем состязании много павлинов». Если использовать их, можно легко направить движение ребёнка. Мастерство ассасинов тоже внушительное. Даже без арбалетов он может погибнуть от их рук. А если Деон выживет, его направят и приведут к арбалетам. Если так случится... Щёлк. Пальцы остановились. Тук-тук. Шахматная фигура жалко покатилась по столу. Круэль поднялся, взял меч и накинул плащ. Его подчинённый Сензер, всё это время наблюдавший за ним, спросил: — Куда вы? — На охотничье состязание. Нужно доказать свою ценность. — ... — Я принесу победу герцогу. А ты иди и распространи новость, что я участвую. *** Я слез с лошади и пошёл по пустынному месту. Это была моя собственная забота. Все, кто сталкивался со мной, втягивали воздух и косились так, что становилось невыносимо. Я всё равно не собирался особенно усердствовать в охоте, так что любезно покинул людное место, чтобы всем было спокойнее. И тут на меня напали. — Граф! — Ах... безумие. Я медленно поднялся из рук Дана. Неприятно. Итак... что случилось? Ах да. Я встретил «настоящего» графа Харта. Этот ублюдок начал ссору и настойчиво преследовал меня, хотя я добродушно ушёл. Потом... он толкнул Дана, и мы откатились в сторону. В то место, где я был, вонзился кинжал и задрожал. — ... О боже. Дан, независимо от того, остановилось ли у него дыхание от удивления, забегал глазами, огляделся и пробормотал себе под нос. Это всё потому, что я не получил ни одного платка. Никто не молился о моём безопасном возвращении, верно? — Проклятье. Краем глаза я увидел сумку, которую упустил и которая валялась рядом. Горшок не разбился, верно?.. Похоже, земля высыпалась, но он не умер? Нет, если бы он так легко умирал, я бы даже не думал тащить его сюда. «Кажется, сумка шевелится...» ...Наверное, показалось. Пока проигнорируем — ситуация не та. Я усилием отвёл взгляд от сумки и шагнул влево. Лезвие снова бесшумно вонзилось в землю. И всё же... — Почему ты липнешь ко мне? — Как высокомерно ты говоришь! Пока «настоящий» граф Харт у меня под боком, я не могу упасть. Если ты испугался и подал сигнал, сиди тихо в углу, пока не придёт помощь. Зачем приклеился ко мне? Уф, бесит. — Если не можешь себя защитить, не стоило участвовать в охотничьем состязании. — Это не охота! — С тем, кто даже жуков боится, и говорить не о чем. — Ты, ты...! В общем, из-за тебя я в опасности! Бери ответственность и защищай меня! — примерно так он пищал. Я посмотрел на него жалостливыми глазами, схватил за шкирку, оттолкнул и сделал ещё пару шагов в сторону. Что-то странное. «Будто охотятся на меня...» Ух. Прежде чем я успел закончить оценку ситуации, голова, которая должна была работать, побелела. — Увек... кха...! Последствия первого удара о землю, когда Дан меня сбил, нахлынули. То, что я пытался подавить и проглотить, предало волю хозяина, поднялось обратно по горлу и вырвалось изо рта. Красная жидкость капнула и намочила землю. Краем глаза показалось, что сумка, жалко валявшаяся рядом, зашевелилась сильнее. Разумеется, взгляд, на миг коснувшийся её, сразу отвёлся. Потому что чёртовы нападавшие появились и начали атаковать. Мечи метались туда-сюда, как безумные. Нет, они односторонне были направлены на меня. Боятся ли они, что убивают людей? Все целятся исключительно в самые важные точки. Мне ничего не оставалось, кроме как блокировать, чтобы выжить. К сожалению, шанса атаковать они не давали. Каждый раз, когда я останавливал удар, я понимал: моя жизнь на кону. «Чёрт, спасите». Страшно. Я отбросил память, которая от ужаса подступала к горлу, и отступил на два шага. И тогда раздался тихий звук. Щёлк. — Конец. На мгновение мир замедлился. Со стороны, откуда донёсся звук, понеслись многочисленные стрелы. Я снова перевёл взгляд и увидел, как ассасин бьёт мечом снизу, целясь под подбородок. Уклониться было уже поздно. Чтобы избежать одного, придётся отдать другое. Что бы я ни отдал, итог — смерть. Стать шампуром? Или ежом, которому клинок пробьёт подбородок и дойдёт до мозга? В тот миг, когда я замешкался перед решением, которое не мог легко принять... Пфух! — Ух... нет, подождите... Что за хрень происходит? Меня снова перекатили по земле в чьих-то руках. Я пытался сфокусировать крутящееся зрение и понять ситуацию. В тот отчаянный миг через грудь ассасина прорвался стебель растения. Прежде чем я успел ужаснуться, кто-то схватил меня и перекатился по земле, выводя из зоны обстрела. Растение... ну, ладно. Сначала поверим, что оно не сделает хуже. Кто этот человек, спасший меня? Дан? «Недавно он прокатил меня грубо и перевернул все внутренности, а сейчас поймал так осторожно, без единого толчка...?!» Это не Дан. Когда я поднял голову, мои глаза встретились с зелёными глазами под капюшоном. Он сразу отвернул голову, пытаясь скрыться, но я не собирался упускать этот миг. Кровь в жилах словно остыла. — Что ты задумал? Я схватил за воротник того, кто пытался без слов оставить меня и уйти. Поднёс лицо ближе, оскалился и зарычал: — Думаешь, я не узнаю тебя в таком посредственном плаще? Круэль Харт. Объясни, почему ты здесь. Повисла тишина. Круэль, крепко сжав губы, смотрел на меня сверху вниз. Я тоже не сдавался и сверлил его непонимающими глазами. Тишина, казалось, будет длиться вечно, но её разорвал снова услышанный треск и торопливые шаги издалека. — Мы увидели красный флаг! Надеюсь, вы целы! Что это?! — Монстр? Это монстр?! Я впервые вижу монстра растительного типа! Растительного... типа... монстр? С дурным предчувствием по спине я быстро повернул голову и стал искать растение-монстра, о котором говорили голоса. И был потрясён. «Что это?!» Это же то растение, которое дал Хиен, верно? Оно что, ходит корнями?! Существо, похожее на чёрную розу, шло по земле, шевеля корнями! Стебель двигался свободно, а на его конце висели нападавшие. Возможно, напившись крови, оно выросло до ужасающих размеров. «Оно разобралось со всеми нападавшими... Да... спасибо...» Правда, угроза жизни закончилась... но почему кажется, будто всё стало опасным в другом смысле? Пожалуйста, не делай вид, что знаешь меня. Я отвернулся и помолился в душе. Я снова попытался допросить Круэля, но... «Нет?» Он просто исчез! Проклятый! Одного этого было достаточно, чтобы раздражаться, но тут раздался голос, от которого давление поднялось ещё выше. — Этот монстр принадлежит Деону Харту! Я видел! Этот монстр вылез из сумки Деона Харта! — ... Я тихо взялся за затылок. На меня обратились подозрительные взгляды. Да, конечно. Понимаю. Ведь я «хозяин убийц». На самом деле я нормальный человек, а люди подо мной сумасшедшие, но со стороны я, их хозяин, выгляжу таким же. — Этот монстр спас Деона Харта от нападавших! Очевидно, Деон Харт им управлял! Но на что этот идиот рассчитывает? Ему не страшно? Какова бы ни была правда, репутация снаружи должна быть пугающей. Я потерял дар речи от фигуры, презренной сверх всякого воображения, но быстро осознал реальность. Как бы там ни было, текущая атмосфера разворачивается против меня. Нужно что-то сделать, чтобы снять подозрения... «Убить этого монстра?» Может, и не получится. А даже если получится, решат, что я отрезаю хвост. Что делать...? Пока я стонал, не находя подходящего выхода, этот тип двинулся. «Почему... почему ты идёшь сюда?» Не подходи! Он приближался, шевеля корнями. Я попытался отступить, но он обвил стеблем мою лодыжку, остановил и едва не заставил упасть. Потом мягко поддержал спину и полез вверх по ноге. Меня охватил яростный страх. «Да пошёл ты». Спасите, страшно, эй! Вот поэтому нельзя приносить растения с чёрными головами. Со всем инстинктом выживания я махнул кинжалом, который держал в руке. Меня легко подавили. О, прошу. — Гииииик. Э... э-э, ладно... ты хороший, правда? Можешь отпустить? Нет, не хватай за шею... хе-хе! Стебель обвился вокруг моей шеи. Выглядело так, будто он в любой миг задушит и убьёт, но, к счастью, силы не прикладывал — цель была только удержать. Нет... разве это «к счастью»? — Кх! Я почувствовал тупой удар в живот. Больно. Что? Мне живот пробило, как нападавшим? Нет, боль не такая. Если сравнивать, будто кто-то ударил кулаком... В тот момент другой стебель слегка надавил на подбородок. Пока вопросы заполняли голову, из желудка поднялся запах крови. — Кха. Вздох... выражаю восхищение прозорливостью императора, приславшего красную одежду. Я стиснул зубы, пока кровь текла изо рта. Теперь, когда думаю об этом, я понял, что недавно уже однажды кашлял кровью. Даже если бы не это, как подобному не случиться, если один раз вырвало кровью, а потом удар пришёлся по ноющему желудку? Внутри снова поднялось что-то горячее. На этот раз не кровь. Это... это... — Ты ублюдок!! Резко! — А? Кажется, я так разозлился, что забыл, что меня удерживают, и просто взмахнул рукой. Но почему он рухнул? Когда мне освободили руки? Не понимая ситуации, я некоторое время тупо моргал. Растение-монстр, будто умирая, медленно оседало и сворачивало листья. И только когда оно, если говорить человеческим языком, подняло «большой палец вверх», я смог понять, что произошло. «Это было намеренно». Ради меня. Потому что оно знало, что я в беде. Оно специально обвило шею и сжало, делая вид, что нападает. Обмануло взгляды зрителей, ударив меня в живот и заставив выплюнуть кровь. Моему слабому телу, должно быть, было нетрудно выплюнуть кровь от малейшего удара. И в тот момент, когда я взмахнул рукой — то ли из инстинкта выживания, то ли от злости, — оно отпустило мою руку и подставило жизненно важную точку. И умерло. — Гра... — С ва... всё в порядке? — Почётный граф Харт...? — ... У тебя хорошая голова. Почему-то я ничего не смог сказать. ---------- Охотничье состязание (7) Дан собирался следовать за бедствием. По любым меркам Деон Харт — бедствие. Поэтому Дан следует за Деоном Хартом. «А если Деон Харт не бедствие?» Что тогда делать? Пока Деон Харт был на миссии, Дан многое сделал для него. Обращение изменилось с «господин» на «граф». Он послушно принял слова дворецкого, что должен называть его «графом», хотя следовал не за «почётным графом Хартом», а за «бедствием». Он выучил меч, чтобы без ограничений находиться рядом. Достиг уровня, на котором мог кого-то сопровождать. Открыл дело, чтобы собирать деньги отдельно от средств графа. Это было естественно. «Если он начнёт действовать как бедствие, будет трудно пользоваться средствами, накопленными в особняке графа». Дан знал, что почти все обитатели резиденции графа были людьми императора. Я всё это сделал. А ты? «Я сделал всё это, но что сделал ты? Ты и правда бедствие?» Одного того, что старая шаманка назвала его так, было мало. Пора снова доказать. И он оскорбил его. На самом деле Дан не знал, поэтому думал, что просто помогает ему выйти из кареты. Дан хотел увидеть его гнев. «Гнев, достойный бедствия». ...Но наоборот, получил его доброе прикрытие. Разумное сомнение подняло голову. «Ты — не он». Он правда бедствие? И теперь это сомнение исчезло. Какой человек может управлять монстром? Такое невозможно без бедствия. В отчаянной ситуации сдвинулся монстр в форме растения. Он пробил нападавшего и, выпив его кровь, вырос. Затем, шагая корнями, свободно двигающимся стеблем разобрался с оставшимися нападавшими. Немного жаль, что Деон Харт сам не справился со стрелами, а на помощь вышел неизвестный... «У него... руки дрожат?» Как животное, чуть не потерявшее детёныша, кончики пальцев того, кто держал Деона Харта в руках, слегка дрожали. Был ли кто-то, кто настолько заботился о Деоне Харте? Насколько Дан понимал, его человеческие связи были крайне узкими и сухими. «...Ну, это не моё дело». Дан, равнодушно переводивший взгляд между неизвестным и Деоном Хартом, вскоре посмотрел на странное существо и слабо улыбнулся. Немного жаль, что он притворился, будто не замечает опасности, лишь бы увидеть эту сцену. Но ничего страшного — доказательство получено. «Когда я вернусь после завершения дела...» Нужно следовать за ним преданно. С этого момента Дан больше никогда не усомнится в Деоне Харте. «Пока просто посмотрю». Он наблюдал за разворачивающейся захватывающей ситуацией. Прибыло подкрепление, неизвестный в плаще скрылся. Самопровозглашённый «настоящий» граф Харт, вновь приободрившийся, нацелился на Деона Харта, и растение двинулось. Оно обвило его лодыжки, чтобы заблокировать движение, и удержало руки, подавляя попытки атаковать. Обвило шею, словно собиралось убить в любой момент, а когда кровь полилась изо рта Деона Харта, умерло от его руки. Дан был впечатлён. «Не могу поверить, что он снял подозрения вот так!» Сделать вид, что нападает, и позволить себя убить. Чистое отсечение хвоста. — Нет, что! Этот монстр подчинялся Деону Харту?! — Монстр, о котором вы говорите, напал на почётного графа Харта. — Это было представление! — Он даже кровью вырвал ради этого. Подозрение исчезло. Деон Харт простым движением аккуратно вложил кинжал в ножны и неспешно подошёл к Дану. Их взгляды встретились, и Дан замер. Ярко-красные глаза. Уголки губ, будто поднятые в смехе. Взгляд, словно смотрящий на другого сверху, милостиво спрашивал: — Ты удовлетворён? Ты знал. Ха-ха. Дан рассмеялся. Удовлетворён? Именно. — Конечно, господин. *** Деон повернул голову и посмотрел на глупого, раздражающего отпрыска боковой ветви. Ни убийственного намерения. Ни пропитанного кровью безумия. Но когда тот инстинктивно почувствовал в его глазах что-то зловещее, явно отличное от обычного, и дрогнув, отступил, Деон цокнул языком, подошёл и положил руку ему на плечо. Парень задрожал, словно его укусил дикий зверь. — Если вы глава рода Хартов, то должны жить в особняке графа Харта. Вежливая речь. Боковой отпрыск удивлённо поднял голову на дружелюбную вежливость, выскочившую в атмосфере, где, казалось, вот-вот последует грубая речь. Потом всё же кивнул. Разве не естественно главе семьи жить в графском особняке с долгой историей? Круэль Харт и Деон Харт всё равно туда даже не ходили. Они хотят теперь его отнять? Настороженный взгляд обратился к Деону. Деон посмотрел ему прямо в глаза и широко улыбнулся. Улыбка была настолько прекрасной, что могла похитить душу. — Похоже, там хорошо прибрались. — А... а что? — Там было столько крови, что пришлось чистить как следует. — ... — Разве по ночам по коридорам не бродило много духов? Значит, слухи были правдой! Лицо главы боковой ветви побелело. Деон Харт действительно убил всех людей рода Харт! И именно в особняке, где он сейчас живёт! Деон удовлетворённо улыбнулся, увидев, как тот побледнел и потерялся. На миг повисла тишина, пока приятный смех опустился ниже. Затем Деон смотрел на него уже без выражения лица, словно никогда и не смеялся. — Лучше вести себя честно. Если не хочешь умереть. *** [Я... я хочу жить в другом особняке. Поблизости есть другие виллы?] [Да? Нет, граф, что это... Особняк графа Харта — символ главы семьи. И без того положение нестабильно, потому что у вас нет «земель Харта», ядра рода Хартов, а вы собираетесь жить в другом особняке?] [Не знаю... Я говорю, что не могу там жить, потому что страшно и неуютно. Разве это сейчас важно...] [А? Что вы сказали? Я не расслышал.] [Ничего! В любом случае, я буду жить в другом особняке, так что разберись! Если его нет, построю или где-нибудь остановлюсь!] [Граф, граф?!] Я усмехнулся, невзначай слушая разговор между подчинёнными и вассалами, доносившийся издалека. Видеть его в страхе было приятно. Не думаю, что сказал что-то особенное, но немного любопытно, почему он так испугался. — Говорят, почётный граф Харт управлял монстром растительного типа. Ах, вот это уже неприятно. Проклятый боковой отпрыск. Если страшно, надо держать рот закрытым. У него такой лёгкий язык, что он легко выдумал на основе увиденного и распространяет это как правду. Честно говоря, жалко. Монстры — это то, с чем не справляются даже демоны. Конечно, это был не монстр растительного типа, а просто растение, но в любом случае другие знают его как «монстра», так кто поверит... — Если это почётный граф Харт, он вполне способен. — Думаю, слухи о том, что он вампир, правдивы. Вы верите? — Я слышал, он привёл монстра растительного типа и поймал его, чтобы победить в состязании. — Говорят, он использовал этого монстра, чтобы убрать тех, кто ему мешал. — Правда ли, что он давным-давно тайно имел дело с растительными монстрами? Я онемел. Нет, с точки зрения здравого смысла это невозможно. Почему они вообще в это верят? Слухи ещё и абсурдно преувеличены! Я проглотил смех, который вот-вот вырвется, и сделал вид, что не слышу их голосов. Но ко мне приблизилась огромная фигура. — Ах... Я рефлекторно вздрогнул. Сильное присутствие. Тяжёлая и острая атмосфера. Даже не видя хозяина этого давления, можно было понять, кто он. На краю поля зрения мелькнул красный плащ. Прежде чем я встретился глазами с яростными золотыми глазами, я быстро опустился на одно колено и склонил голову. Почувствовал, как дворяне, с опозданием заметившие его, один за другим тоже становятся на колени. — Слава Империи. — Встаньте. Император, которого я впервые за долгое время увидел, выглядел довольно измождённым — видимо, работы у него было много. Проблема это или хорошо, что худоба сделала его лицо не печальным, а ещё более острым? С точки зрения императора, можно сказать, повезло: он не выглядит нелепо. Для меня же это проблема. «Он стал ещё страшнее...!» Я и так боялся! Усталые прекрасные золотые глаза осмотрели дворян. Каждый, на кого падал его взгляд, сжимался, как испуганная улитка: глаза императора стали ещё свирепее, чем прежде. После короткой тишины император нарушил молчание. — Мы, хорошо... Голос был похож на вздох, полный глубокой усталости. — Я был занят и не смог участвовать, но, похоже, всё прошло неплохо. Наследный принц хорошо справился. — Для меня честь. — С этого момента Мы возьмём всё на себя. Император, плавно приняв эстафету от наследного принца, поднял руку в перчатке и надавил на вечно искажённые брови. — Быстрее объявим результаты и завершим. Дайте мне ведомость. Ему передали лист с перечнем форм и размеров монстров. Какое у меня место? Из-за звания «героя» я не мог вернуться с пустыми руками, так что поймал только двух монстров, увиденных по дороге. Значит, наверное, середина. Кажется, среднее число монстров, пойманных дворянами, — два. Раз я не собираюсь привлекать внимание, меня вполне устраивает, что я не повредил ценности имени героя. Настроение у императора, похоже, было очень плохое, так что лучше молча исчезнуть. В нынешней ситуации, если я без причины выделюсь, могу остаться без шеи. — Третье место. Круэль Харт. — ... Когда, чёрт возьми, он успел участвовать? Результаты его охоты сложили перед всеми. Поскольку место ограничено, а добыча громоздкая, на охотничьих состязаниях в центр выкладывают только результаты с первого по третье место — чтобы не возникло подозрений в подтасовке рангов. Иначе говоря, если не поймал столько, не жалуйся. В этом смысле ранг Круэля раздражающе понятен. Четыре монстра. По обычным меркам он определённо поймал много. Хотя с учётом того, что он герой с осколком героя, это довольно грубо. Невезение. Объявление продолжилось. — Второе место. Эльпидиус Дезерт. — ... На этот раз я удивился иначе. Нет, наследный принц участвовал, а кто-то, не уступив, занял первое место? Что это за сумасшедший? Пять монстров. Даже если не собираешься поддаваться, поймать больше будет трудно. Наследный принц смог, потому что у него было четыре хороших помощника. Обычному человеку без осколка героя превзойти это было бы нелегко. Очень любопытно, кто же так стиснул зубы и... — Первое место. Деон Харт. Это я. Я и был тем сумасшедшим, что стиснул зубы. — ... Почему? Почему?! Я поймал только двух монстров... Передо мной, пока я растерянно смотрел, лежало три монстра. Не два, а три. Среди них, обнаружив монстра с знакомым обликом, я принял выражение, которое невозможно описать. — Вы поймали монстра растительного типа. Должно быть, это было непросто, ведь вы впервые встретили такой вид. Вы отлично справились. — Нет... нет... Я едва ответил. Ничего сложного не было. Потому что он умер ради меня. Я намеренно оставил его там хотя бы из-за совести. Кто вообще приволок этого парня? Смягчившиеся золотые глаза бросили на меня взгляд, затем снова застыли и обратились вперёд. На шаг позади него другой обладатель золотых глаз, похожий на него, мягко улыбался мне. «Принц...» Почему вы улыбаетесь? На первый взгляд будто похвала. Но я не приму это буквально! Я уже понял, что светское общество — место, где люди носят маски улыбок и обмениваются словесными мечами. Значит, эта улыбка, вероятно, предупреждение. Например: «Как ты смеешь побеждать меня? Твоё будущее будет очень утомительным». Или что-то в этом духе. «Наследный принц смотрит на меня с ненавистью...» Если он правда ненавидит, надо навсегда сбежать в мир демонов. Плоха Империя, не мир людей. — Тогда объявим охотничье состязание завершённым. И у Нас есть что сказать. Император снова привлёк внимание. Он нахмурился и махнул рукой в воздухе, будто перед глазами летала муха. Затем мягко закрыл глаза и открыл их с лёгким вздохом. Его взгляд, ставший ещё более суровым из-за тёмных теней под глазами, был направлен прямо на меня. — Похоже, мы вступим в войну с миром демонов. ---------- На самом деле они знали (1) — Король демонов объявил войну. Война неизбежна. Мирно это не решить. Открытое пространство внезапно наполнилось шумом. Я понимаю. Война с миром демонов, когда мы уже воюем с другими королевствами. Чем восполнить потерянные войска? Где взять средства? А что насчёт душевных сил солдат, измученных чередой войн? «И даже если нам кое-как удастся победить в войне против мира демонов, другие королевства не станут просто смотреть на Империю, которая больше не сможет вести войну». Отношения с другими королевствами уже достигли худшей точки, так что падение Империи предопределено. В ситуации, когда императору пришлось бы идти по дороге к гибели, даже зная, что это путь к падению, он говорил спокойно. — Мы должны сосредоточиться на мире демонов, поэтому все войны внутри мира людей будут остановлены. — Простите, Ваше Величество, но примут ли это королевства, с которыми мы воевали? — Им придётся. Потому что эта Империя — единственная страна в мире людей, способная противостоять миру демонов. И император на миг замолчал. Он остановился на этом, но я понял, что он хотел сказать. «Скорее, им придётся поддержать Империю». Если Империя падёт, разве мир демонов остановится на ней? Ни за что. Если падёт Империя, мир людей вскоре тоже падёт. В этой ситуации максимум, что смогут сделать другие королевства, выражая недовольство, — не поддерживать Империю. Даже если положение станет опасным, активная поддержка всё равно будет необходима. «Но нет нужды с самого начала вести войну при недостаточной поддержке. Эти слова он, должно быть, проглотил». В нынешней ситуации незачем оскорблять другие королевства. Император наверняка рассудил именно так. «Но...» Его мнение строится на одном допущении: что ни одно королевство не перейдёт на сторону мира демонов. Моя голова вдруг наклонилась. За время войны мы видели много человеческой жадности и эгоизма. Разве нет шанса, что могущественный человек, которому есть что терять, ради собственной безопасности примкнёт к миру демонов? «Король демонов принял меня как человека». Значит, особой вражды или предубеждения против людей у него нет. Он скорее примет, чем отвергнет. Стоит случиться этому один раз — и дальше начнётся борьба хитрости. Властители начнут наперегонки предавать Империю и предлагать свои страны дьяволу. Какая важность в расе? Главное — моя безопасность. «Ну, нет нужды говорить о том, в чём я не уверен». Это всё ещё далёкое будущее. Не хочу навлечь ненависть словами, о которых меня не спрашивали. Я не знаю. Никогда о таком не думал. Я похоронил пришедшие мысли и посмотрел на императора спокойным лицом. Он снова закреплял сказанное. — Так что имейте это в виду. С этого момента... ... Резкий запах крови коснулся моего носа. Живой кровавый запах, совершенно иной, чем запах крови давно пойманных монстров. Чёрт. Что ещё за ситуация? Прежде чем я успел обернуться, прямо за спиной раздался чистый голос. — Похоже, я ошибся со временем. Не могли бы вы на миг отойти? А? Что? Владелец голоса, который можно было бы назвать образцом аристократичной манеры, мягко отодвинул меня и прошёл мимо. За ним тянулся густой запах крови, оставляя след. В одной руке он держал пропитанный кровью деревянный ящик. Идёт сдержанными шагами — не быстро и не медленно — и останавливается перед императором. Он поднял голову прямо, ни на дюйм не склоняясь, и встретился с императором глазами. После тишины, казавшейся вечностью, он медленно опустился на одно колено. Поставил рядом красно-запятнанный деревянный ящик и склонил голову. При движении зелёные волосы спали вниз, и снова раздался его аккуратный голос. — Слава Империи. Новый Стигма Примиро созерцает нынешнюю Империю. Стигма Примиро. Второй герой Империи. Как бы он ни был героем, приходить с таким сильным запахом крови — перебор. Разве он не видит, что дворяне вокруг застыли? ...Хотя одежда у него странно опрятная. «Какое странное чувство дежавю... Наверное, кажется». Будто я уже проходил похожую ситуацию с другим главным героем и в другом месте, но, наверное, это просто кажется. Проигнорируем. — Встань. Что за ящик рядом с тобой? — Я приготовил это из сожаления, что не смог участвовать в охотничьем состязании из-за обстоятельств, но... думаю, из-за неподходящего времени вручить не получится. — Назови содержимое. — Голова врага. О... Сразу после объявления о прекращении войны в мире людей он пришёл с головой врага. Но это не вина Стигмы. Он же не знал, что тут поделаешь? Слова императора станут известны только с сегодняшнего дня, так что пока он мог лишь верно исполнять долг. Император некоторое время молчал, затем взмахом руки подозвал ближайшего слугу. Стигма покорно передал ящик подошедшему слуге. Император, получив ящик, открыл крышку. Запах крови, подхваченный ветром, стал сильнее. — ...Хорошая работа. Ответ императора, который ценил героев, был ожидаемым. Стигма, будто предвидел это, слегка склонил голову в знак благодарности. Император вернул ящик слуге и шагнул вперёд. — Приказы будут доставлены скоро. Война внутри мира людей остановится, и мы начнём готовиться к войне с миром демонов. Готовьтесь заранее. Стигма тихо отступил и спросил стоявших рядом дворян, кто занял первое место в охотничьем состязании. Он чуть расширил глаза, а потом элегантно улыбнулся, будто получил искренний ответ, несмотря на их заминку. Так официальным победителем по охоте на монстров стал Деон Харт, а неофициальным победителем по охоте на людей — Стигма Примиро. На этом состязание подошло к концу. Было бы хорошо, если бы... Охотничье состязание закончилось, но не закончилось. Что это значит? Это значит, что я не могу идти домой. После состязания, устроенного императорским дворцом, проводится послепраздничный банкет и светская встреча. Было бы лучше, если бы я не мог уйти домой просто из-за участия в банкете. — Я слышал, что что-то случилось. Самочувствие в порядке? — В порядке. Всё в порядке, так что пожалуйста, отпустите меня уже. Как только император объявил завершение охотничьего состязания, он схватил меня и потащил в тихий лес. На самом деле он не тащил, но для меня это одно и то же. [Не желаешь ли прогуляться с Нами?] Кто посмеет отказаться, если император так предлагает? Я последовал за ним с несчастным чувством. Даже спустя долгое время, когда его рот наконец открылся, слова были о суматохе на состязании и о моём состоянии. — Я рад, что ты в порядке. Но на состязании, устроенном императорской семьёй, что-то пошло не так, значит, мне придётся взять ответственность. К призовым, которые отправят в твой особняк, я добавлю дополнительную сумму. Мне показалось, что он тонко пытается отделаться деньгами, но я просто согласился. В любом случае, даже если скажу, чего хочу, то, что действительно хочу, мне не дадут. А больше мне особо ничего и не нужно. — Благодарю. — И ещё... растительный монстр, которого ты поймал. Здесь я на миг вздрогнул. Неужели император тоже слышал этот нелепый слух. Хотелось надеяться, что слух только начал распространяться и до императора ещё не дошёл. Но возможно ли это? Хорошо зная императорскую разведку, я тут же отбросил слабую надежду. «Он сомневается?» Император может подозревать. Но я правда им не управлял. ...Хотя так вышло, что я его сюда принёс. — Скоро я пришлю людей, так что надеюсь, ты поможешь составить записи о способах атаки и противодействия. — Понял. Он лениво вздохнул, будто удовлетворён, и коснулся тыльной стороны левой руки. В поле зрения попала рука в перчатке. Теперь, когда думаю об этом, странно. Я помню, что обычно император не носил перчаток. Разве он не ненавидел, когда кончики пальцев немели при движении меча? Пока я внутренне склонял голову, император мягко назвал моё имя. *** — Деон Харт. Настроение парня изменилось, словно он почувствовал, что разговор вот-вот перейдёт к важному. Красно-красные глаза тихо смотрели на меня, показывая тяжёлую силу. Каждый раз я это ощущаю: способность понимать, «какую сторону» рассказа нужно услышать, у него действительно превосходная. «Нет, в этом случае сперва нужно считать, что мы делимся услышанным и тем, что запомним». Но вечно так продолжаться не может. Сейчас это неважно. Император, смотревший в глаза Деону Харту, неспешно открыл рот. — Ты тоже примешь участие в этой войне. В войне внутри мира людей я отправлял тебя на сторону Короля демонов, но теперь — нет. Деон Харт должен взять меч и столкнуться с армией Короля демонов. Возможно, я окажусь в лагере Короля демонов и буду рубить имперскую армию. — Поэтому, думаю, теперь нам нужно определиться окончательно. Один шаг. Император сократил и без того малое расстояние и положил руку мне на плечо. Настал момент, когда всем нужно встретиться лицом к лицу с тем, что до сих пор игнорировали по молчаливому согласию. Император. Мы знаем, что Деон Харт нейтрален. Король демонов тоже должен это знать. Вероятно, именно поэтому Деон Харт до сих пор жив и здоров. Игра нервов между Королём демонов и императором, а посередине — Деон Харт. Правила, молчаливо сформировавшиеся там, были по-настоящему странными. [Не давить на Деона Харта.] Не держать его на должности ниже его способностей из страха перед утечкой информации. По той же причине не задерживать Деона Харта, когда он пытается перейти в лагерь противника. Умение поставить Деона Харта на такое место и при этом не раскрывать ему секретной информации — тоже способность монарха. Более того, он честно отвечает на вопросы, так что пытать его нет нужды. Игры, проводимые по этим правилам, были довольно интересны. [Кто эффективнее использует Деона Харта?] [Кто первым привлечёт Деона Харта?] [Если Деон Харт выберет лагерь, как быстро противник это поймёт и начнёт действовать?] В третьем случае Деон Харт тоже будет активно участвовать в игре. Ставкой станет его собственная жизнь. Поэтому я понимаю, почему он отчаянно старается оставаться нейтральным. — Ты человек. Больше ждать нельзя, когда ситуация дошла до этого. — Ты родился и вырос здесь, и все твои опоры здесь. Если ты был рождён под солнцем, для этого должна быть причина. Нельзя всю жизнь жить там, где солнца нет, только потому, что ты слаб к солнечному свету, верно? — Останься здесь. Проклятия исчезнут, если убить Короля демонов. Голос, произнёсший это, неожиданно был мягким. Человек, вызвавший всю эту ситуацию, просто смотрел на императора загадочными красными глазами. Деон Харт. Поскольку я нейтрален, я знаю: ни император, ни Король демонов не убьют меня. Это было намеренно. Ради выживания. Если отказаться от совета дьявола присоединиться к армии демонов, я умру. Но и предать императора, встав на сторону дьявола, я не мог. Потому что после возвращения у меня было дело. Так я стал полностью нейтральным. Если кто-то берёт меч и ранит другого, винят «кого-то», кто держал меч, а не сам «меч». Точно так же, когда противник берёт мой меч и режет меня, нет глупца, который разозлится и скажет: «Меч меня предал». Деон стал «мечом». «Есть ли у меча другой хозяин? Тот, кто держит его в руке, и есть хозяин». Два монарха, поначалу не имевшие возможности знать его намерения, проницательно поняли ситуацию после того, как Деон ещё раз прошёл между двумя лагерями. Прямых вещественных доказательств не было, но уверенность была. В тот раз Король демонов посмотрел на меня с интересом и улыбнулся, а император посмотрел странно и рассмеялся, словно это было забавно. Наверное, это было неприятно. Но убивать было бы жалко. Он не на моей стороне, но и не на стороне другого. Сам не говорит лишнего первым, но, когда спрашивают, отвечает послушно. Никогда не берёт инициативу, но верно выполняет приказы. К тому же, пусть и с недоразумениями, способности его превосходны. Стоит привлечь его — и он станет полезной рукой. С молчаливого согласия двух монархов Деон Харт смог провести игру, где призом был он сам. «Участники — Король демонов и император». «Ведущий — Деон Харт». «Товар — тоже Деон Харт». «Потенциальный участник — тоже Деон Харт». ---------- На самом деле они знали (2) А ставка в игре на выживание — их жизни. Что за комедия? И всё же я был доволен, потому что всё закончилось так, как рассчитал. — Я был доволен. Пока император не попытался разрушить равновесие, которого я едва добился. «Да, долго продержалось. Я знал, что время для такой ситуации придёт. Но...» Не думал, что удар придётся прямо сейчас. На этот вопрос нельзя ответить сразу. Император, похоже, тоже это понимал: он убрал руку с моего плеча и сделал шаг назад, притворяясь великодушным. — Это внезапно, поэтому я дам тебе время подумать. Надеюсь, ты хорошо подумаешь, прежде чем ответить. — ...Благодарю за внимание. — Хорошо. Думаю, на этот раз ты пробудешь здесь недолго. Так будет честно. Неважно, сообщит ли он об этом Королю демонов. Даже если Деон Харт сам не откроет рот, любой Король демонов, которого он знает, сразу всё поймёт. Вместо того чтобы испытывать недовольство игрой, он, вероятно, станет подталкивать и искушать Деона Харта тем же способом. Что дьявол уже дал ему и что может дать ещё? И что лучше могу дать я? Среди этого то, что я могу дать прямо сейчас... — В знак признания твоих заслуг я повышу твой статус до почётного маркиза. Все документы, вероятно, будут оформлены к завтрашнему дню. — ... Из-за внезапности дворяне, должно быть, сильно воспротивились бы, но вопроса, согласен ли я, в нынешней ситуации не прозвучало. Даже слов благодарности не было, и император без проблем продолжил. Это естественно. Я не могу и не надеюсь быть благодарным за действие, так явно показывающее намерения. Он лишь добавил: — Повторю ещё раз. Ты человек. Император махнул рукой, показывая, что я могу уйти. Деон, посмотрев на его спину, тихо пошёл прочь. А потом остановился. — ...Что стало с Эсперанесом? — Не будет преувеличением сказать, что это крепость, благословлённая небесами. Ты проиграл. Ещё раз поняв, что Ремембер не солгал, Деон продолжил остановившиеся было шаги. *** Я совершила ошибку. Принцесса прикусила ухоженный ноготь. Раз было известно, что ей нравится Деон Харт, ей следовало дать ему ленту перед охотничьим состязанием. Хотя бы платок. «Именно в такой важный момент». Как она могла полностью забыть? Дядя-император увёл его с собой. Пусть она не знала всего, но её «чутьё», превосходящее воображение, говорило, что происходит. Намерение — крепко привязать его, который, казалось, плывёт отдельно и нигде не укореняется, к этому месту. Возможно, учитывая характер дяди, ему будет трудно мягко его задобрить. Даже если он сделает вид, что мягок, твёрдая и острая сущность вскоре проявится. «Я могла помочь». Дядя ближе к тирану, чем к святому; ближе к королю. Строгий и харизматичный монарх, а не дружелюбный и мягкий. Увещевания и убеждения от такого человека дают крайние результаты. Если принять — будешь верно служить дяде как хозяину. Если отказаться — станешь его явным врагом. Способ удержать его мирно — брак. Старомодно, но метод настолько эффективен, что используется до сих пор, значит, попробовать стоит... Прибыв с опозданием в открытый банкетный зал, принцесса взяла бокал вина, чтобы утолить горящее горло. «Хватит бесполезных предположений». Она усвоила: когда есть время оглядываться на прошлое, лучше думать, как исправить. Война, тревоги дяди, внутренние дела, беспокойство о брате... оправданий много, но что это меняет? Нужно удержать Деона Харта ограниченным способом, с наименьшим ущербом для дяди. «Поскольку кое-какая почва уже подготовлена...» Если надавить, подозрения по этому делу как-нибудь можно будет преодолеть. Она заметила Деона, шедшего между деревьями в стороне, и побежала к нему. — Граф! — Её Королевское Высочество. — О боже, я слышала, на охотничьем состязании с графом что-то случилось. Вы нигде не ранены? Я... — Благодарю за заботу. Говорю это потому, что боюсь, разговор затянется: если не будет грубо, не сменим ли место? — ... Это было намеренно? Он изящно прервал разговор ещё до того, как она успела публично раскрыть чувства. Но было бы большой ошибкой думать, что она так легко это пропустит. Принцесса ярко улыбнулась и громко ответила: — Я с радостью пойду куда угодно, если мы будем вдвоём! — Спасибо, что охотно согласились. Раз он притворился заботливым и будто учитывает, что у неё болят ноги из-за туфель, теперь возразить нельзя. Она получила удар. И всё же выражение досады, лишь на миг мелькнувшее на его лице, будто доказывало, что он человек. Принцесса радостно улыбнулась и пошла. — Она знала, что Деон Харт перед ней — не привычный Деон Харт. Они шли, обходя неловкие стоны, которые иногда доносились из травы, и дошли до очаровательного сада, полного цветов. Принцесса мягко села на скамью и подняла голову, глядя на Деона Харта. Он сделал шаг в сторону и встал под углом, словно стараясь не показаться грубым. Не открывая рот сразу, она тихо подождала, пока его взгляд не встретился с её, и ярко улыбнулась. — Наедине говорить лучше. Что вы хотели сказать? — ...Я сменил место, чтобы лучше выслушать Её Высочество. — Ах, точно! На чём я остановилась? — На охотничьем состязании я... — Ах, верно! Вы точно нигде не ранены? Я так расстроилась, что не смогла дать вам ленту, а когда услышала, что на вас напали, так испугалась...! — Со мной всё в порядке. — И всё же мне очень неловко. Не было уважительной причины, я просто случайно забыла... — Повторю, всё в порядке. Забыть легко. Это должно было быть просто замечанием, которым он выражал легкомыслие принцессы. Но Деон Харт слегка поднял один уголок губ, будто указал на что-то. Принцесса, столкнувшись с его смехом, застыла. Ощущение, будто по телу снизу ползёт насекомое под названием мурашки. Что означает эта улыбка? Ревность? Разочарование? «Нет». Она проглотила смех, который едва не вырвался. При виде той улыбки голова не была достаточно ясна, чтобы думать о чувствах, связанных с романтикой. Это была чистая насмешка. — Забыть естественно. Он смеётся. На этот раз обычной улыбкой, с поднятыми обоими уголками губ. — Нет, можно ли назвать это обычным смехом? Это не чистый, невинный смех. Своей улыбкой он передавал смысл слов. Ваше Высочество умна. Значит, вы точно сможете прочитать и это. [Забыть естественно.] Прежде чем толковать смысл, принцессе пришлось проверить, достаточно ли прочна её маска. [Ваше Высочество.] [Я.] [Вам не нравлюсь.] «Я знала». Лицо вспыхнуло, но длилось это лишь миг. Скрывать эмоции и отвечать бесстыдством — базовое умение королевской семьи, которой приходится иметь дело с дворянами, как со змеями-снобами. Поэтому. «И что ты думаешь?» Будем уверены. В любом случае, широко известно, что принцесса испытывает чувства к Деону Харту, так что его путь к браку закрыт для всех, кроме принцессы. Значит, не паниковать и спокойно давить. Если тактика не работает — атака в лоб. — Почётный граф Деон Харт. — Как насчёт того, чтобы жениться на... — Ваше Королевское Высочество. Ах. В тот миг, когда из его рта прозвучало обращение, принцесса почувствовала поражение. Как и ожидалось, она поджала губы, словно спрашивая, что он скажет, и услышала слова — вежливые, но ясно выражающие отказ. — Не тратьте свою драгоценную жизнь на кого-то вроде меня. Ведь жизнь всего одна. Принцесса не смогла ничего сказать, пока Деон Харт не повернулся спиной и не исчез. Он должен был знать, что это последнее предложение. Но такой твёрдый отказ. Настолько чистый и прочный, что даже не возникает желания дальше пачкаться. Раз он отверг брачное предложение принцессы из нынешней императорской семьи, где родственные связи тесны, можно ли считать, что он намерен всю жизнь жить один? «...Теперь, когда думаю об этом, его отношения с женщинами были слишком пресными». Неужели. Лицо принцессы застыло, когда в голову пришло неожиданное предположение. Он готов всю жизнь жить один, без женщины. Отношения с женщинами чрезмерно пресны. Возможно, ошибкой с самого начала было то, что «принцесса» пыталась его заманить. — ...Вам нравятся мужчины? У принцессы был довольно открытый ум. *** Я сумел выжить и вернуться в банкетный зал! Это чудо! Я был так напряжён и растерян, что не помню всего, но самое важное точно запомнил. Император... «Мне правда нужно это помнить?» ...дал мне больше времени. Кажется, он позволил мне отправиться в мир демонов, хотя я пробыл здесь совсем недолго. Ничего другого я не знаю, но знаю одно: скоро придётся снова идти в мир демонов. И похоже, в будущем время, проведённое то в мире демонов, то в мире людей, станет крайне коротким. Остальной разговор и пережитые вещи... вспоминать не хочется, так что похороним это в глубине памяти. «Но почему на меня всё смотрят?» Взгляды немного отличались от тех, что были на прежнем банкете. Кажется, они что-то узнают... — Череда личных разговоров с королевской семьёй... — Кажется, я знаю, о чём был разговор с Её Высочеством принцессой... — ... — Может, он и убийца, но всё же герой... — К тому же красивее, чем... — ...О чём же он говорил с Её Высочеством... Её Высочество? Почему разговор о принцессе ведут, глядя на меня? Не знаю, что это, но направленные на меня взгляды колют. Не уверен, смогу ли уйти домой, так что лучше пока держаться подальше. К счастью, здание было частично открыто, почти как на внутреннем банкете. Нет, внутри действительно проходил небольшой, но полноценный банкет. Похоже, дворяне, которым шум снаружи был в тягость, заходили сюда отдохнуть или поговорить о делах. «Людей меньше, чем снаружи, значит, и взглядов меньше... хм...» Похоже, особого смысла в этом не было, потому что взгляды стали лишь интенсивнее. Стоило мне войти, как всё внимание сосредоточилось на мне, и я на миг остановился. Делая вид, что ничего не произошло, я взял еду и тихо укрылся на террасе. Только когда осторожно задёрнул занавески, я почувствовал облегчение и сел на ближайший стул. Лишь тогда желудок, до этого тайно намекавший на пустоту, словно осознал себя и начал жаловаться на голод. Я, оцепенев, взял принесённую еду и положил в рот. «Устал». Сколько бы ни прошло с моего возвращения, я коснулся области под глазами, которые снова начали темнеть, и беззвучно вздохнул. Император и дьявол — пока ни о чём не будем думать. Мне тоже нужно отдохнуть. Я просто машинально жевал сладости, когда услышал громкий шум. — Поэтому ты хочешь сейчас убить их всех! Чёрт, испугался! Я поспешно поймал печенье, которое подпрыгнуло, прежде чем оно упало на пол. Кто, чёрт возьми, там? Почему дерутся? Я засунул пойманное печенье в рот и повернул голову туда, откуда донёсся звук. Голос шёл откуда-то близко к открытому саду за террасой. ---------- На самом деле они знали (3) — Они тоже люди! Сейчас, когда война против мира демонов уже на пороге, нам нужно объединять силы. Зачем убивать наших же людей и увеличивать число врагов? Точно. Звук шёл не просто откуда-то рядом — прямо из-под меня. Нет, почему они ссорятся здесь?.. Я высунул голову за перила и посмотрел вниз. В тени под террасой спорили двое, и я едва видел затылок мужчины. Владелец затылка, который до этого спокойно слушал, лениво открыл рот, будто вся ситуация его не касалась. Его аккуратная и элегантная манера речи была похожа на холодную воду, вылитую на собеседника. — У вас громкий голос. Вы слишком возбуждены. Если у вас голубая кровь, голову следует держать холодной. Это не по-дворянски. — Ха, голова может быть холодной. Но что насчёт груди? Если холодна только голова, это лишь половина дворянина. Нет, прежде всего, я голубой крови от рождения, и мне не нужно прилагать таких усилий, так что это неважно. Я родился аристократом. — ...Вам стоит быть благодарным за должность маркграфа. Иначе вы бы сейчас не стояли живым передо мной. — Как можно быть благодарным за положение, которого я добился собственными усилиями? И вы мне угрожаете? Если считаете, что я всё равно мёртв, попробуйте где-нибудь меня убить. Убейте способного маркграфа в нынешних обстоятельствах — и, каким бы героем вы ни были, Его Величество вас не оставит. — Я не убиваю тебя. Я уже сказал. Мне страшно, чёрт побери! Что это вообще за ссора? ...Но любопытно. Он сказал «герой»? Владелец затылка — герой? Это не генерал Немезеус и не Круэль, значит, Стигма Примиро? Он маркиз. Кто спорит с героем-маркизом? Я опёрся на перила и ниже опустил голову, чтобы проверить, что под террасой. Спина маркиза Примиро стала видна лучше, а с другой стороны показались ботинки предполагаемого противника. — Если продолжим так, будем лишь бесконечно спорить впустую. Вернёмся к сути. — ...Что бы маркиз ни говорил, моё мнение не изменится. Барбай — люди. Нет смысла убивать тех, с кем можно объединиться, а когда война с миром демонов на пороге, нельзя тратить силы на их уничтожение. Лучше убедить, задобрить и сделать полезными союзниками. — Они варвары. Они всегда вторгались на мои земли, убивали людей, воровали оружие и еду. Так было с тех пор, как я помню себя рождённым и выросшим на той земле. Вы правда верите, что теперь такие люди станут другими? Если бы это можно было решить диалогом, вопрос давно был бы решён. Вести войну с миром демонов, оставив их за спиной, — всё равно что сражаться, не зная, когда в спину ударит человек позади. Мне остаётся только перебить их всех. — Это слишком жестокий вариант! — А вы слишком мягки. Кажется, если я опущу голову ещё чуть ниже, увижу лицо другого. Но если мы вдруг встретимся глазами, станет неловко. Я послушно отказался от этой мысли и поднял голову — и тут пошатнулся. ... Я потерял хватку. Теперь вопрос. Что происходит, если потерять хватку, когда верхняя часть тела перевешивает через перила? «Падаю!» Тело перевернулось через перила и полетело вниз. Я попытался ухватиться за перила одной рукой, но что мог сделать с моей слабой силой? Вместо того чтобы повиснуть, я рухнул вниз с ощущением, будто ломаются ногти. Смирение пришло быстро. «К счастью, не слишком высоко, и я не падаю головой вниз. Значит, не умру». Если уж провал, то, может, так и сойдёт? Я закрыл глаза и грубо отсчитал момент. Вместо твёрдого пола почувствовал, что лежу на чём-то прочном. — Тогда сделаем так. — ... — Оставлю решение этому ребёнку. Какого чёрта, поставь меня. Я удивлённо поднял голову. Маркиз Примиро не отвёл взгляда и мягко сощурился в улыбке. Даже несмотря на то, что человек внезапно упал сверху, он совсем не выглядел растерянным. — Здравствуй, младший. Впервые вижу тебя так близко. Мне очень нравятся твои глаза. Да? Что нравится? Я тупо моргнул, потом повернул голову, пытаясь перезапустить остановившийся мозг. Чуть поодаль встретился взглядом с мужчиной, на лице которого было полное абсурдное недоумение. — Пожалуйста, опустите меня. — С удовольствием. — Нет, маркиз. Что это... Он с вздохом потёр лицо. Пока он снова и снова проводил ладонью по лицу, в раздражённом голосе прозвучало осознание моей личности. — Разве это не почётный граф Харт? «Младший»? Что это значит... — Дружеское обращение, данное вторым героем третьему герою. — Тогда вы собираетесь звать четвёртого героя, Круэля Харта, младшим? — Нет. Мне нравится только почётный граф Деон Харт. — ...Тогда первого героя, генерала Немезеуса, вы зовёте старшим? — С чего бы мне его так звать? — ... Рот, который, казалось, никогда не сдастся и продолжит повышать голос, умолк. Я тоже потерял дар речи. Когда это он успел заявить, что я ему нравлюсь, если мы только что впервые увиделись...? «Почему ты сам со мной дружишь? Тягостно». Тем временем мужчина, несколько раз открывавший и закрывавший рот в растерянности, поднял руку и помассировал затылок, будто тот затёк. Затем с тяжёлым вздохом внезапно задал вопрос: — Это вы задумали? — Ни в коем случае. Совпадение. — Вы назвали его младшим. Значит, между вами дружба? Несправедливо оставлять решение ему. — Вы уже забыли моё первое приветствие? Я впервые вижу его достаточно близко, чтобы говорить. Это и наш первый разговор. — Ха, хорошо. Отлично. Тогда спрошу. Мужчина повернул голову и посмотрел на меня. Я вздрогнул от его пылающих глаз и не успел отступить, как последовало приветствие. — Прежде всего, раз мы встретились впервые. Я Тендер Амиабль. Служу графом на южной границе Империи. Прошу прощения за такую встречу. — Раз уж вспомнили, мы ведь ещё толком не представились. Я Стигма Примиро. Маркиз. За недавнюю грубость прошу прощения. — А... всё в порядке. Я Деон Харт. — Простите, что втянули вас в такой деликатный вопрос... — У нас нет времени, а представления закончены, так что пропустим всё и перейдём к сути. Юный господин, вы слышали наш разговор, верно? ... Я рефлекторно замер. К счастью, я и так не двигался, и волноваться было не о чем, так что это, наверное, не заметили... Чёрт. Маркиз улыбался. Что можно скрыть от «героя»? Они, скорее всего, даже знали, что я нахожусь на террасе сверху. Но вопрос был слишком чувствительным, чтобы ответить «да», поэтому я лишь забегал глазами. Когда показалось, что маркиз собирается копать глубже, он повернул голову и естественно перескочил дальше. — Вы должны были услышать хотя бы окончательное резюме наших позиций. После слов «вернёмся к сути». Я слушал задолго до этого, так что, разумеется, слышал. — Причина нашего спора очень проста. Варварское племя, живущее на самом юге Империи. — Мы называем их племенем Барбай. — Название такое длинное, что рот болит. Прошу понять. — ... Не деритесь... Мне страшно, если вы начнёте драться прямо передо мной. Я лишь наполовину герой по названию, без осколка героя. Не уверен, что переживу бой между вами двоими. — В любом случае, эти варвары давно доставляют настоящие неприятности. Поскольку это племя, а не страна, на обычной карте их не найти, если только карта не подробная. Но они часто вторгаются на территории, воруют еду, убивают людей... — Прошу не говорить того, что затуманивает суждение. — Это не затуманивание суждения, а факт. Маркиз с элегантной улыбкой отошёл на несколько шагов, затем обернулся и мягко развёл руками. Карие глаза без всякой улыбки смотрели прямо на меня. — Поэтому я сказал Его Величеству: если мы собираемся воевать с миром демонов, лучше перед этим избавиться от варваров. Поскольку они племя, а не королевство, это трудно назвать «войной» внутри мира людей, верно? Я сказал, что сам их вычищу, не требуя поддержки Его Величества. Если так, император вряд ли сильно возражал. Войска Стигмы Примиро немного жалко, но нельзя насильно блокировать его и потерять самое важное — самого Стигму. — Но я был против. — Это было глупо. — Слова, влияющие на суждение... — В любом случае Его Величество сказал, что последует плану, который будет предложен после согласования между мной и маркграфом Амиаблем, чьи земли граничат с варварами. Срок — три дня. Глаза маркграфа Амиабля стали зловещими. Неужели эти двое правда сейчас начнут драться?.. Прежде чем что-то случилось, я быстро поднял руку и перехватил слова маркиза. То есть вывод такой. — Вы хотите оставить выбор мне, потому что не можете сузить мнения? Принятие или уничтожение? Перед вступлением в полномасштабную войну с миром демонов: уничтожить племя Барбай и избавиться от возможных последствий, или захватить их и сделать ещё одним союзником для войны с миром демонов? Маркиз удовлетворённо улыбнулся. — Именно. Ты умён. — Но... Я ясно слышал и помню спор между ними. Поэтому у меня не могло не быть вопросов. Я наклонил голову. — Простите, если ошибаюсь, но маркграф Амиабль, похоже, уверен, что они не перейдут на сторону мира демонов. — Мы ведь одни и те же люди. Даже если они противостоят Империи, по крайней мере, они не встанут на сторону мира демонов. — Это правда? — ... Это потому что у них высокий статус? Император таков, и граф Амиабль тоже очень чист в мыслях. «Нет, обычно чем выше статус, тем больше разложение». Похоже, дело просто в том, что они ближе к честным генералам, чем к стратегам. Передо мной не император, и меня спрашивают о мнении. Если они не знают, нужно сказать. Я посмотрел ему прямо в глаза и чётко произнёс: — Нет гарантии, что, даже будучи людьми, они всегда останутся на стороне людей. — ... Маркграф Амиабль закрыл рот. Маркиз сбоку кивнул. — Верно. Маркграф Амиабль, вы смотрите на мир слишком идеалистично. На решения человека влияют подавляющая сила и ненависть. Если мир демонов окажется подавляюще силён, «люди» тут же к нему примкнут. И точно так же есть те, кто продаст душу дьяволу ради уничтожения того, кого ненавидит. Если душу можно продать, разве не проще встать на сторону дьявола? «Раса» не важна. Господи. Он хорошо произносит такие вещи благородным тоном. Нет, думаю, я тоже ошибся. Хотя бы на мгновение, если судить по неприятному выражению его лица после этих слов. Я попытался внимательнее взглянуть на его лицо, но невозмутимый голос окликнул меня. — Как вы знаете, отношения у варваров с нами плохие. Лучше уничтожить их, даже учитывая возможность перехода на сторону мира демонов. Разве не так, младший? — Да...? — Превосходный ответ. Раз мой младший поддержал эту сторону, с варварами поступим согласно моему мнению. Я доложу Его Величеству, так что маркграф может просто уйти. Я определённо поднял конец фразы вопросительно. Не в силах ничего сказать, я смотрел на него с абсурдным выражением. Но маркиз оказался бесстыднее, чем можно представить. Маркграф, глядевший на него так, будто видел упрямца, получил уверенный взгляд «уходите» и издал глухой вздох, словно понял, что спорить дальше бесполезно. — Тогда я уйду первым. Вы двое... — Я думал ещё поговорить с моим младшим. — ... Почему со мной? — Да, понял. — Нет, подож... ---------- На самом деле они знали (4) Ушёл! Он ушёл, даже не обернувшись! Повисла тупая тишина. Я тихо закатил глаза и попытался понять, что у маркиза на уме. О чём он вообще собирается со мной говорить? Пока я стоял, не в силах повернуться и опасаясь, не связано ли это с чем-то плохим, за спиной мягкий голос коснулся моих барабанных перепонок. — Вы злитесь, потому что я поступил так? — ... — Похоже, злитесь. Однако в разговоре, как и в гневе, вежливо смотреть человеку в лицо. Даже если у меня ощущение, что при встрече взглядов вы захотите меня убить. Это шутка? Он шутит?! Кто кого убьёт?! Я в первую очередь не смог бы убить «настоящего героя». Я удивлённо повернул голову. Маркиз, встретившись со мной глазами, спокойно улыбнулся, словно только что не произносил резких слов. — Может, сначала прогуляемся? Или есть место, куда вы хотите пойти? — ...Как насчёт открытого банкетного зала...? Даже если всё пойдёт не так, в людном месте он не попытается меня убить. Вроде бы не похоже, но кто знает людей. ...И горло так пересохло, что мне отчаянно нужно что-нибудь выпить. — Банкетный зал... Мне нравится. Если ты этого хочешь, младший. Хотя это, возможно, не лучшее место для личного разговора, он повёл вперёд, словно ему всё равно. Некоторое время я рассеянно следовал за его шагами — не только бесшумными, но и совершенно ровными, — и наконец добрался до ярко освещённого пространства. Открытый банкетный зал. Да, это был открытый банкетный зал, но... «Проклятье». Там меня встретил не только свет. На меня обрушились все взгляды, и я внутренне ударился головой. «Я же уходил, чтобы этого избежать...!» У меня голова карася? Дворяне заметили двух героев вместе. Они переглядывались, шептались и тихо подходили ближе, заинтересованные тем, о чём мы будем говорить. Нельзя сказать, что они открыто вмешивались в разговор, но указать на это тоже было трудно. Эти действия прекратились, когда Стигма двинулся. Он ничего особенного не сказал. Просто перевёл взгляд, мельком посмотрел на меня и сделал шаг вперёд. Он молча смотрел на дворян: высоко поднятая голова, уверенность, достаточная, чтобы казаться высокомерием, и взгляд, от которого перехватывало дыхание. Карие глаза, открытые свету, обладали неуместно холодным блеском. Как прилив и отлив, дворяне отступили. — Ух... — Что такое? — Нет, ничего. У вас карие глаза. Последние слова вырвались без всякой мысли. Зелёные волосы и карие глаза. Я не думал об этом глубоко, просто цвет напомнил дерево... — Да, очень обычный и вульгарный цвет. — ... — Хотите бокал вина? Даже неожиданно приняв протянутый бокал, я не смог скрыть смущённого выражения. Началась путаница. Что? Манера говорить у него настолько изящная, что я почти пропустил, но это же оно? Светский способ вкладывать меч в слова! Обычный и вульгарный цвет. Из-за того, что я упомянул карие глаза? Почему... ах. Всё кончено. «Стигма Примиро был незаконнорождённым». Я слышал, что он появился из живота служанки. Карие глаза принадлежали матери-служанке? ...Сначала нужно это сгладить. Не знаю, получится ли, но попробую. — Маркиз. — Зовите меня Стигма. И в этот момент он разрешает звать по имени? Не злится? Жидкость в бокале тревожно плеснулась. Увидев в ней отражение собственного нестабильного состояния, я тихо поставил бокал на ближайший стол и встретился с ним лицом к лицу. Тревога и волнение успокоились в тот миг, когда я встретил взгляд всё ещё улыбающегося Стигмы. Появилась уверенность. «Он не злится». С самого начала мне не нужно было думать, извиняться ли за ошибку или сделать вид, будто ничего не заметил, и сменить тему. Он уже сам разобрал ситуацию. Всё, что нужно, — притвориться, что я не заметил, и проигнорировать его намерение, скрытое в вопросе о бокале вина. Это была неожиданная забота. Я снова взял бокал. Будто ничего не случилось, покрутил его и спокойно открыл рот. — Тогда... старший Стигма. Почему нет ответа? Когда я слегка поднял голову, встретился глазами со Стигмой, который пристально смотрел на меня. Почему? Почему? — Я первым назвал вас младшим, но не думал, что вы правда станете звать меня так... Он слегка склонил голову, будто увидел нечто непонятное, и тихо пробормотал. Казалось, он говорит сам с собой, но я всё слышал. ...Ты первым сказал, что я младший. Я подстроился под это. Разве не так? Нелепо. Я посмотрел на него совершенно остывшими глазами. Он, словно только что что-то для себя решил, выпрямил голову и приятно улыбнулся. — Пожалуй, неплохо иметь хотя бы одного младшего в жизни. — ... — Я думал, он безжалостный человек, если не убийца, но не ожидал увидеть такую наивную сторону. Всё-таки слухам нельзя доверять. — Я всё слышу. — Так зачем ты меня позвал? Я знаю, что можно было бы перейти на другую речь... но раз он первым был груб, я просто пропущу. Вот почему людям нельзя бросаться словами бездумно. Вновь осознав, что незнание тоже грех, я послушно заговорил. — Сегодня Его Величество объявил о прекращении войн. Когда вы предложили Его Величеству вопрос племени Барбай? — После личной встречи с Его Величеством я пришёл к нему и рассказал. На самом деле это было ближе к упрямству... но итог хороший, так что всё в порядке. Разве нет? — Упрямство... Перед тем императором? — ...Вы удивительны. Император может говорить, что ценит талантливых людей, но поверить в это и упрямиться — совершенно другое. Как такое возможно? Стигма тихо рассмеялся моей чистой похвале. — Удивителен? Как вы знаете, младший, Его Величество особенно дорожит теми, кто на него похож. Это уровень, который Его Величество может принять. — Да...? — Почему удивляетесь? Младший, вы относитесь к особой группе среди этих «любимцев». Думаю, вам он тоже простит определённую дерзость, если она не пересечёт черту. — Да? — ...Вы правда не знали? — Да? — О боже... Тогда объяснить здесь? Просто знайте: среди талантливых людей Его Величество особенно дорожит теми, кто на него похож. Условие «талантливый человек» обязательно. Его бормотание было проигнорировано. Я широко раскрытыми глазами смотрел на него. Значит, он говорит, что я похож на императора! Где, чёрт возьми?! Если не так понять, не потащат ли меня по обвинению в оскорблении императорской семьи?! — Я не блондин... и золотых глаз у меня тоже нет... — Дело не в этом. Чтобы было понятнее, поговорим о наших героях? Его Величество особенно дорожит тремя из четырёх официальных героев. Три героя... Прежде всего сюда войдут генерал Немезеус и Стигма, а оставшийся, по его словам, — я. Честно говоря, я не верю. Всё, что я помню, — моральные издевательства. В прошлый раз, когда я его видел, он явно ненавидел Круэля, так что это точно не Круэль... но не перепутал ли он заботу о двух героях с заботой о трёх? Стигма, не имея возможности знать о моих подозрениях, поднял три пальца. Он объяснял, загибая их один за другим. — Человек, поднявшийся снизу благодаря мастерству. Это про генерала Немезеуса? — Человек, который не признаёт собственного положения и одержим доказательством его. Не уверен, но по обстоятельствам это похоже на историю самого Стигмы. Но разве император не признал себя императором? Пока я задавался вопросом, голос продолжил: — Человек, убивший свою семью собственными руками. Я покрутил бокал в руке. Словно не желая пропустить миг, когда моё выражение изменится, он смотрел прямо в мои пронизывающие карие глаза, а я поднёс бокал ко рту. — Его Величество дорожит вами больше всех. То, что мне нравится в младшем, — то же самое. Как можно было додуматься до такого? Алкоголь стекал по горлу. — Не хотите поговорить со мной об этом? Память оборвалась. *** Император поднял руку в перчатке и нервно надавил на уголок глаза. Сейчас он страдал от крайнего стресса, будто сама жизнь издевалась над мыслью, что повседневный стресс — дело обычное и не новое. Деона Харта он позвал первым, так что допустим. Стигму Примиро он тоже понимает. Но теперь Старбе Иллюстер. Разве это не слишком, если он вернулся совсем недавно? Однако нельзя просто проигнорировать ситуацию, которая пришла к нему сама. Он опустил руку, надавил на лоб и произнёс имя человека, который его раздражал. — Итак... зачем вы искали Нас, герцог Иллюстер? — Я пришёл задать Вашему Величеству вопрос, но... Ответ прозвучал не сразу. Герцог, осёкшись, бросил взгляд на перчатки императора, затем быстро натянул естественную улыбку и снова остановил взгляд на его лице. — С вашими руками всё в порядке? На миг кончики пальцев императора слегка дёрнулись. — ...Полагаю, вы пришли не за этим. — Мне просто любопытно. Я знаю, что обладатели осколков героя имеют восстановление выше среднего. — Герцог. Услышав предупреждение в голосе, герцог пожал плечами и сделал шаг назад. — Хорошо, тогда перейду к сути. — ... — Вопрос не слишком серьёзный, так что расслабьтесь. Вы, кажется, в последнее время очень заняты. Не устали? — Если продолжите говорить бесполезные вещи... — Думаю, пришло время передать это место. Император забыл, как рычал на открыто проявленное желание, и посмотрел на герцога. Его лицо было неописуемым — словно он забыл, как выражать эмоции. Герцог тихо рассмеялся, глядя в ошеломлённые глаза императора. — Вы уже достаточно повеселились, верно? Война против мира демонов отличается от войн внутри мира людей. Поэтому я надеюсь, что вы проявите гибкость и уступите на этом этапе, пока всё не стало сложнее. — ...Похоже, именно это вы собирались сказать, когда сегодня особенно не находили себе места. По его тону кажется, будто рядом спрятан ассасин. Но герцог так не может. Даже во время этого опасного разговора император был уверен: вокруг нет ничего, что могло бы ему навредить. Верно, герцог. — Я хочу решить всё мирно. Ваше Величество ведь знает. Ни разу. — Что я забочусь о многом. Он ни разу не сделал ничего, что «точно» убило бы или низложило императора. Максимум — давление и протесты, чтобы тот отказался от жёлтой короны. Не то чтобы он не мог. Герцог определённо был способен на многое. Он глава дворянской фракции, имеет удобное положение для подстрекательства народа Империи через Церковь Спасения, а также связи с революционной армией. Вдобавок под его началом один из всего четырёх героев Империи. И всё же он сдерживает действия дворян, пытающихся привлечь наследного принца и принцессу, чтобы те не перешли черту. Подстрекательство народа Империи лишь поднимает образ герцога и очерняет образ императора, но дальше этому не дают зайти. Он даже связал ноги революционной армии, не позволяя ей активно двигаться. Как император, он не мог этого понять. ---------- На самом деле они знали (5) — Правильно ли желать этого места? — Разумеется. — Тогда почему ты его желаешь? — Потому что Эдоардо Дезерт недостоин быть императором. Герцог очень долго и очень пристально наблюдал за императором. Поэтому он видел. Просто не мог не видеть, как ребёнка насмерть раздавил вес жёлтой короны. Вид человека, который поддерживал тяжесть императорской короны ценой собственной жизни, был настолько ясен, что герцог без труда убедил себя: это не император. Как можно признать императором того, кто вынужден жертвовать собственной жизнью лишь для того, чтобы носить на голове золотую корону? — Он слишком легко поддаётся чувству вины и ломается под ним. Император должен смотреть вперёд и идти вперёд, а он цепляется только за прошлое и за утраченное. Как такого можно назвать императором? — У тебя галлюцинации? Вопрос прозвучал шёпотом. Но прежде чем император успел сказать что-либо ещё, герцог снова заговорил. — Можете не отрицать. Я уже уверен. Разумеется, не спрашивайте, как именно я это понял. — ... — Вы часто трогаете область вокруг глаз, крепко зажмуриваетесь и снова открываете глаза. Взгляд то теряет фокус, то замирает в пустоте, будто вы на что-то смотрите. Вы так открыто показываете своё состояние, что даже если бы я не хотел знать, не заметить было бы невозможно. Галлюцинации были доказательством вины. Один неверный штамп на документе — и погибнут многие люди. Погибло столько жизней, столько людей были убиты, что, наверное, было бы лучше самому выйти на поле боя и размахивать мечом. Галлюцинации множились. Поставил печать — и их стало ещё больше. После проверки списка погибших на войне зрение почернело от наполненных злобой видений. — ...Нет. Всё не так. Император большим пальцем правой руки надавил на тыльную сторону левой ладони. Слова герцога были красноречивы, но он не становился императором с такой шаткой решимостью, чтобы его можно было легко поколебать. Поэтому он повторил: — Не подменяй слова незаметно. Мы ясно спросили, почему ты желаешь этого места. А не о том, почему Мы недостойны быть императором. На этот раз герцог промолчал. Молчание длилось недолго. — ...Разве для желания власти нужна причина? — В этом нет ошибки, но не думаю, что это вся причина. Это правда всё? Положение изменилось. Теперь император давил на герцога. Герцог, сохранявший одно и то же выражение лица даже в столь неприятной ситуации, уже было открыл рот, словно собирался ответить сразу, но замер и поднял взгляд к глазам императора. Фиолетовые глаза, встретившиеся с золотыми, спрятались под изогнутыми веками, будто закрылись. — Чтобы защитить что-то — человека или вещь, — нужна сила, превосходящая любую другую. — ...У такого, как герцог, есть что защищать? — Кто знает. В любом случае император — вершина власти. Разве не естественно желать этого места? И потому герцог вновь поклялся себе. Неважно, кто будет противником, даже если это Эдоардо, он непременно займёт это место. — Я смутно понял причину, но ты и сам прекрасно знаешь. Мы не отдадим это место из-за пары слов. — ... — Не понимаю, зачем ты прикладываешь столько бессмысленных усилий и говоришь бессмысленные вещи. Проще было бы снять корону с отрубленной головы. — Какие пугающие вещи вы говорите. Я намерен получить это место законно. Некоторого давления в процессе всё равно не избежать. Он изящно склонил голову в поклоне. — Как бы то ни было, волю Вашего Величества я понял, так что на сегодня удалюсь. Его Величество хочет ещё немного насладиться военной игрой. Что тут поделаешь? Здесь он больше не мог ничего сказать и ничего сделать, так что оставалось лишь позволить ему ещё немного поиграть в императора. Фиолетовая змея закрыла глаза и улыбнулась. *** Император упустил кое-что из виду. Неприятную истину, которую заметил Деон Харт, с которой согласился Стигма и которую даже маркграф Амиабль не смог опровергнуть. «Возможность того, что другие королевства встанут на сторону мира демонов». «Более того, возможность того, что дворяне Империи предадут императора и перейдут на сторону мира демонов». Герцог предвидел это с того самого момента, как император объявил войну миру демонов. А после встречи и разговора с ним окончательно убедился: император исключает такую возможность. «Ваше Величество поистине наивен». Хотелось просто оставить всё как есть и посмотреть, чем закончится ситуация, но он не мог. — Я не могу потерять «мою Империю» так бессмысленно. Разве не так? Сознательно пробормотав это, он щёлкнул пальцами. В пустынном месте, далеко от банкетного зала, словно из ниоткуда появился мужчина в чёрном. — Передай Саэрин. Пусть использует «их», чтобы распустить злые слухи о демонах. — Какие именно слухи...? — Любые. Мне подойдёт слух, что они пожирают предательство и лгут так же естественно, как дышат. Подойдёт и слух, что они едят людей. Неважно, реалистичные это истории или совсем фантастические, нужно лишь заставить людей не верить демонам. Слухи, распространившиеся в трущобах, вскоре разойдутся среди жителей Империи, а от них через слуг попадут к дворянам. Слухи дворян скоро дойдут до императора, и другие королевства, пристально следящие за Империей, не смогут их пропустить. Если так случится, ни один человек не посмеет даже подумать о союзе с миром демонов. Это было одной из причин, по которым Церковь Спасения оставили существовать. Получив от мужчины утвердительный ответ, герцог удовлетворённо улыбнулся и продолжил идти. А потом остановился. — ...Ах, кстати. — Слушаю. — Бывали ли случаи, когда человек с осколком героя терял силу или не мог использовать её в определённой ситуации или области? — Насколько мне известно, нет. Если прикажете, я проверю. — Думаю, такого, скорее всего, не было... но всё же изучи это на всякий случай. — Да. Не обращая внимания на то, исчез ли склонивший голову мужчина, герцог опустил взгляд и, приложив руку к подбородку, пробормотал: — Значит... это непрерывное самоповреждение. Герцог знал, что император не носит перчаток. Когда в разговоре с императором была упомянута повязка на его руке? Император насторожился и повернул разговор в другую сторону. А сегодня явился в перчатках. Ответ был очевиден. [Рана не зажила.] Это отсутствие восстановления или постоянное самоповреждение? Император — «герой». Осколок героя позволяет преодолеть все человеческие пределы. Раз уж в число этих пределов входит даже продолжительность жизни, не может быть, чтобы восстановление не входило. Значит, ответ снова делился на два. [Осколок героя утратил силу или это постоянное самоповреждение?] Император, ещё недавно переворачивавший поле боя, не мог внезапно лишиться силы. Время не совпадало, и это предположение можно было отбросить. Тогда осколок героя утратил силу только в отношении «восстановления»? На этом герцог остановил своё желание копать глубже и анализировать подробности. Есть ли смысл цепляться за варианты с низкой вероятностью? Самый очевидный ответ был прямо перед ним. «Самоповреждение... Самоповреждение... Точно, в определённых ситуациях он надавливал на тыльную сторону ладони». Если точнее, поднимал кончики пальцев и мягко нажимал, словно проворачивая. Вероятно, снова раскрывал рану. «В каких ситуациях?» — Когда стресс усиливался, когда взгляд расфокусировался, и в те моменты, когда мог всплыть «мёртвый». ...Ха. — Ужасный человек. Не верится, что он таким невежественным способом удерживал себя от галлюцинаций. *** Первое, что заметил император, вернувшись в открытый банкетный зал, была драка на ножах в одной стороне. Зеленоволосый мужчина отступил на шаг, оказался прижат к столу и с растерянным видом пригнул голову. Пролетевший над ним кинжал разбил подсвечник, украшавший стол. Бах! Раздался громкий звук, и отовсюду посыпались приглушённые крики. Увидев в центре этой суматохи свежо развевающиеся белые волосы, император молча поднял руку и закрыл лицо. — Что это такое... *** Пятнадцать минут назад Стигма смотрел на Деона Харта, который молча пил из бокала. С каждым глотком алкоголя его красные глаза темнели с какой-то неохотой, а после следующего глотка эмоции стекали даже с обычно бесстрастного лица. Наблюдая за всем этим прямо перед собой, Стигма мягко улыбнулся. «Ну конечно. Может ли человек, сделавший императору такую нелепую просьбу, быть в здравом уме?» Говорили, что он удивительно нормален, но, похоже, он просто скрывал свою природу. Стигма узнал нечто неожиданное, но его это не особенно волновало. В конце концов, Деон Харт понравился ему не за личность, а за поступки — например, за то, что он уничтожил его семью. Возможно, даже окажись Деон Харт куда безумнее нынешнего или, напротив, нормальнее прежнего, симпатия Стигмы к нему всё равно осталась бы прежней. «Наоборот, когда раскрылась его истинная природа, оказалось удивительно, что он куда спокойнее, чем я ожидал». К этому моменту уже пора было открыть рот, но ответа всё не было. В конце концов Стигма не выдержал и позвал Деона. — Младший? — Не знаю. — Что? Ярко-красные глаза смотрели прямо на него. Не понимая ни такого отношения, ни этих слов, Стигма слегка нахмурился. Он же ещё не пьян, тогда что? Что-то было не так. Неужели настоящая природа раскрылась ещё не полностью? — То, о чём младший просил сказать на деловой встрече после Восьмилетней войны... — Не знаю. Это был ясный сигнал: вопросы на эту тему не принимаются и ответа не будет, не спрашивай. — ...Значит, не знаешь. По неизвестной причине Деон Харт, оставаясь трезвым, отказывался говорить на эту тему. — Тогда остаётся лишь затуманить ему разум. Стигма жестом подозвал стоявшего рядом слугу и забрал оставленный алкоголь. — Выпьешь? У меня есть немного спиртного, которое я конфисковал у подчинённых. — Разве можно? — Они мои подчинённые, в чём проблема? К тому же это алкоголь из запрещённых мной. Жестом подозвав проходившего слугу, он взял чистый пустой бокал и вложил его в руку младшего. Говорили, что этот алкоголь с большим трудом достали с Севера. Территория Стигмы находилась на самом юге, так что добыть его действительно было непросто. Небрежно наливая в бокал напиток, пропитанный кровавыми слезами подчинённого А, Стигма тихо усмехнулся. Деон, с подозрением осматривавший бокал и, вероятно, чувствовавший тревогу, негромко спросил: — Если это запрещённый алкоголь... в нём наркотики? — Такое тоже входит в список запретного, но это не он, так что не волнуйся. Просто крепкий. Разве я стал бы давать младшему наркотики? — Ты любишь крепкий алкоголь? Стигма соблазнительно улыбнулся. Деон, пристально глядевший на него, перевёл взгляд на бокал и без колебаний выпил залпом. ...Его заставили выпить ещё несколько раз. Стигма резко откинул голову. Кинжал рассёк воздух в том месте, где только что было его лицо. Осознав это, Стигма неловко рассмеялся. Сейчас совершенно отчётливо послышался свист. Он и правда пытался убить. — Хм... Младший, может, на этом остановимся? Если продолжишь, банкетный зал окончательно превратится в хаос. — Ты сказал, что ты враг... — Вообще-то это была ложь. Я не враг. — Сказал, что враг... Сказал, что враг! Вот оно как. Отступив на шаг, Стигма тихо щёлкнул языком. «Знал бы, что так будет, не лгал бы». ---------- На самом деле они знали (6) Сначала это не было чем-то серьёзным. Самый обычный пустяковый случай: кто-то перепил и напился, как это часто бывает на любом банкете. До тех пор, пока мой младший, уже изрядно пьяный и едва ворочающий языком, натянутым голосом не спросил, враг ли я. Озорное любопытство подняло голову. Честно говоря, если пьяный человек задаёт тебе такой вопрос, разве не хочется хотя бы раз ответить «да»? Просто Стигма оказался превосходен в исполнении. Поэтому я ответил: [Именно.] Реакция младшего оказалась неожиданной. Он рассмеялся. Правда рассмеялся как безумный. Смеялся так сильно, что я даже забеспокоился, не задохнётся ли он, — а потом атаковал без предупреждения. Сначала я немного растерялся, но в конце концов это была лишь пьяная выходка человека без осколка героя. Как бы он ни был официальным героем той же Империи, при таком разрыве убить Стигму Деону Харту было почти невозможно. «Было бы иначе, если бы он не напился». Как бы то ни было, случилось то, что случилось, и оставлять всё так навсегда нельзя. Я попытался решить дело как можно мирнее, но признаков того, что он успокоится, не было. Что оставалось делать? «Подавить». Видя, как он носится словно безумный с кинжалами в обеих руках, я не был уверен, что смогу усмирить его голыми руками, поэтому вытащил меч. Я взмахнул им с намерением просто отбить кинжал... но Деон Харт исчез. Проследив за остаточным образом, я увидел чуть поодаль Круэля Харта, держащего Деона Харта на руках. Почти в тот же миг прозвучал голос императора. — Не убивай маркиза Примиро. *** Мой младший брат родился так, будто у него забрали все краски. Что же так спешило, что он появился на свет раньше срока? Даже будучи ребёнком, я отчётливо помню, как вся семья сначала вздохнула с облегчением — он едва избежал преждевременных родов, — и только потом удивилась необычному цвету кожи и волос. Разумеется, сильней всего потрясли цвета, которые мы увидели, когда ребёнок открыл глаза. Небо забрало у моего брата цвет и, словно этого было мало, забрало ещё и здоровье. И всё же, будто его уколола совесть, оно оставило ему одну-единственную вещь. Круэль до сих пор помнил слова лекаря, сказанные тогда. [Похоже, всё здоровье, которое должно было равномерно распределиться по телу, сосредоточилось в печени!] Прошло много времени, но как можно забыть такие слова? Это было единственное, что не забрало небо, отнявшее всё остальное. Единственное здоровье, оставшееся у моего брата Деона Харта. «Однако». Не смейте пытаться разрушить и это. «Ты замахнулся мечом на моего брата?» Этот ребёнок был настолько дорог, что я не мог возненавидеть его. На такого ребёнка. Ты. «Посмел». Внутри закипала ярость. Как всегда, я пытался её подавить, но эмоции, которые невозможно было сдержать, вырвались наружу, и рука, державшая ребёнка, задрожала. Круэль тихо крепче обнял Деона Харта и уставился на Стигму так, будто собирался разорвать его на части. Разумеется, Стигма не мог не почувствовать несправедливость. Однако прежде чем он успел объяснить, Деон поднял голову, увидел того, кто держит его на руках, и первым открыл рот. — Ты... — ... Он собирается спросить, враг ли я? Круэль приготовил ответ «нет» и стал ждать продолжения, но Деон, встретившись с ним взглядом, словно испугался и дёрнулся. — Ты враг! Он даже не спросил. Круэль быстро повернулся, уходя от взмахнувшего кинжала. Смертельного удара удалось избежать, но из-за открытого жизненно важного места и неосторожности царапины на шее он не избежал. Деон на этом не остановился и продолжил размахивать оружием. Упорная атака, будто она не закончится, пока противник не умрёт, теперь обрушивалась на разные цели. Стигма давно был отставлен в сторону. В таком положении было трудно уклоняться или защищаться, поэтому Круэль быстро поставил Деона на землю и уже собирался отступить, когда двинулся император. — Отойди. Круэль ушёл, и император тут же вошёл на его место. Прежде чем Деон успел понять, что противник сменился, император ребром ладони прижал боковую сторону кинжала, нацеленного на Круэля, скользнул вниз, схватил его за запястье и обезвредил. Деон, запоздало узнав нового человека, наклонил голову. — Ты... враг? — Деон Харт. — Ты враг? — Приди в себя. — Враг? — ... — Враг. В тот миг, когда в последнем слове почувствовалось что-то жуткое, запястье, которое держал император, внезапно стало тяжёлым, и раздался щелчок. Почувствовав неприятную вибрацию под хваткой, император поспешно отпустил. Будто только и ждал момента, когда взгляд императора упадёт на запястье, Деон другой рукой схватил кинжал и вертикально поднял его. Император, едва увернувшийся, наклонив голову, тихо рассмеялся. «...Он вывихнул запястье, переложив на него вес». Чистую силу использовать для освобождения захваченной руки было трудно, поэтому он превратил её в приманку. Если у противника есть осколок героя, тот легко выдержит вес человека; сколько ни дави, хватка не соскользнёт с запястья Деона и не опустится вместе с ним. Именно этим он воспользовался, чтобы вывихнуть сустав. Поскольку цель императора — усмирить Деона Харта, не ранив его, Деон наверняка рассчитал, что тот отпустит запястье. Он воспользовался мгновением замешательства и атаковал. Раз это было сделано в пьяном состоянии, можно было сказать, что расчёт был бессознательным. «Не верится, что он даже рассчитал, как враг будет обращаться с ним, если он решит, что это враг». Кто может быть уверен, что враг не причинит ему вреда? В итоге подсознание было уверено: противник не враг. Это по-настоящему возмутительно. Он использует сознание и подсознание так, как ему удобно. «Как бы то ни было, раз запястье уже в таком состоянии, тянуть дальше нельзя». На этот раз, действуя серьёзно, императору удалось подавить бушующего Деона Харта, прижав его к столу, не причинив большого вреда. Свободную руку и спину он прижал коленями и схватил дрожащее запястье. Даже будучи пьян, тело под ним вздрогнуло, будто он ясно почувствовал боль. Естественно, больно. Кто же заставил его делать такое? Игнорируя его болезненную реакцию, император осторожно повернул удерживаемое запястье, определяя положение, и снова позвал его по имени. — Деон Харт. — Ух... — Теперь пора вернуться в реальность. Хруст. Кости встали на место одним движением. — ...! Рот Деона открылся, словно он собирался закричать. Но звука не вышло. Император, молча наблюдавший за этой сценой, убрал колено, прижимавшее тело, и произнёс одно слово. — Дыши. — Х-хах! Вырвался резкий вдох. Он прерывисто закашлялся, сбивая дыхание, затем медленно моргнул и поднялся. Красные глаза, казавшиеся чуть яснее, чем раньше, встретились с золотыми глазами, молча наблюдавшими за ним. — Очнулся? — Ваше Величество... — Да. — Я... хочу уйти в отставку... — Ещё не до конца пришёл в себя. Видимо, опьянение уже должно было проходить. Раз он даже бессознательно сделал такой расчёт, вероятно, уже просыпался. Деон Харт был крепок к алкоголю, а потому трезвел быстро. — Приди в себя. Это не поле боя. — Ах... — Кто-нибудь, принесите холодной воды. Быстрее всех на эти слова отреагировал Круэль. Что случилось, того уже не изменить, но нельзя было допустить, чтобы действия Круэля Харта ещё сильнее потрясли Деона Харта. Когда Круэль попытался подойти к Деону со стаканом воды, император выхватил стакан из его руки. ...Теперь, если подумать, Круэль Харт был человеком герцога. Когда император вошёл, он встретился взглядом с герцогом, который смотрел с оживлённым выражением лица. Лицо императора исказилось. Не передавая стакан сразу, он сделал глоток сам и только потом протянул Деону. Убедившись, что тот послушно взял его и стал понемногу пить, император, даже не повернув головы, позвал: — Стигма Примиро. — Да, Ваше Величество. — Изначально Мы не ставили в банкетном зале алкоголь, которым мог бы опьянеть почётный граф Харт. Объясни, что это значит. — Это был алкоголь, конфискованный у моих людей. Из-за расположения моей территории мне приходилось убивать многих, поэтому иногда среди них встречались слабые, прибегавшие к алкоголю и наркотикам. — ... Деон, на мгновение остановившийся с водой, сжал руку, державшую стакан. Единственным, кто это увидел, был император. Хорошо, что он пришёл в себя, иначе Стигма снова стал бы целью недавней атаки. Не зная, как воспринять молчание императора, Стигма опустил голову. — Прошу прощения. — Достаточно. Не было нужды раздувать уже случившееся и разрешившееся дело. Особенно если причиной инцидента стали люди, которыми дорожил император. Впрочем, на самом деле молчал он не поэтому. Как поступать с войсками под своим командованием, решает полководец. Император не собирался спорить об этом, поэтому вместо этого позвал Деона Харта. — Теперь пришёл в себя? *** — Теперь пришёл в себя? Да, вполне. С этого момента я собираюсь стереть все свои прежние воспоминания, и надеюсь, что остальные тоже их забудут. — Граф Харт? — Я... прошу прощения. Конечно, этого не случится. Я не помню точно, что произошло. Запястье ноет, я всё время кашляю, но не помню, что случилось. «Банкетный зал разрушен, но, наверное, это не имеет ко мне отношения». Да, должно быть так. В мутной памяти всплыла какая-то сцена, но я не стал на ней сосредотачиваться, потому что сильно чувствовал: если вспомню, пожалею. Осторожно наблюдая за взглядом императора, я сделал глоток воды. И тут встретился глазами с Круэлем. — Кх... кх-кх! Кхек! Ох! — Дворцового лекаря! Это же просто шутка, зачем так... Ах. Мне плохо. Горло болело так, будто его жгло. Но, как всегда, такая боль быстро выскользнула из области осознания. Я пустым взглядом посмотрел на кровь на ладони и вытер её о одежду. Нельзя не радоваться, что ткань красная и даже после этого ничего не заметно. Одежда, которую император дал мне сегодня, отлично выполняет свою работу. Стигма, всё это время стоявший неподвижно, осторожно открыл рот. — Это... яд? — Нет, не яд. По крайней мере, не в стакане воды. Мы проверили это сами. Теперь предположение о яде исключалось. Каждый раз, когда что-то происходит, он кричит: «Это яд?!» По моим предположениям, это просто сочетание стресса и разных других факторов. Честно говоря, было за что. Сегодня выдался тяжёлый день. «К тому же, хоть я и не помню, кажется, я был потрясён, когда почувствовал боль во всём теле». Дворцовый лекарь, задыхаясь, прибежал с другой стороны. На этот раз я не сказал, что всё в порядке. Потому что всё было не в порядке. Я вдруг протянул запястье дворцовому лекарю. — У меня болит запястье. — Да? — Посмотрите запястье. — У вас кровь изо рта... — Похоже, это последствия опьянения. Не обращай внимания и лечи. Вот и всё, если так сказал император?! У меня же запястье болит! Но каким бы недовольным ни был мой взгляд, приказ императора важнее. Дворцовый лекарь проигнорировал моё вытянутое запястье, собрал остатки крови у меня во рту, капнул её на разные палочки и начал нажимать на разные участки живота. — Скажите, если почувствуете боль. — ... Ничего нет, человек. Изначально всё было не так... — Ух! — Здесь? — Подождите...! Именно там! Именно там, перестань давить! Больно! Я быстро схватил запястье дворцового лекаря и посмотрел на него отчаянным взглядом, умоляя остановиться. К счастью, похоже, это сработало: он вздрогнул и медленно убрал руку. Наконец, как будто закончив проверять изменение цвета палочек, он медленно отошёл от меня и поклонился императору. — К счастью, это не яд. Однако живот ушиблен из-за сильного давления. В обычном случае это не дошло бы до кровохарканья, но... — Если это проклятие Короля демонов, такое возможно. Взгляд императора опустился на меня. Не на лицо, а чуть ниже. Проследив за его взглядом и проведя пальцами по области шеи, я нащупал место, где Король демонов выгравировал на мне метку отслеживания. «Нет, подождите. Раз я могу это видеть и трогать, значит...» ---------- На самом деле они знали (7) Я так удивился, что поспешно застегнул воротник. Как можно стоять перед императором в таком растрёпанном виде? Конечно, бывали времена, когда я являлся весь в крови, и кажется, что сейчас уже слишком поздно думать о подобных вещах... но есть огромная разница между тем, чтобы хотя бы делать вид, что тебе не всё равно, и не делать даже этого. ...Кстати, куда делась пуговица? Попытавшись разобраться с воротником у шеи, где пуговица исчезла, я сдался и украдкой поднял взгляд, желая понять, что думает император. К счастью, он, похоже, понял моё смущение и сделал вид, что ничего не заметил. — Проверьте и запястье. Кость вышла из сустава. Мы вправили её, но проблема всё же может остаться. *** Проклятие Дьявола ослабляет тело. Именно из-за него участились приступы кровохарканья. Такой информацией о проклятии располагал Круэль. И всё же причина, по которой он двигается так же, как прежде: информация ошибочна или он с отчаянным усилием старается не показывать слабость? Круэль, а вместе с ним и все находившиеся в зале, убедились во втором, наблюдая, как Деон Харт пытается быстро прикрыть клеймо. «Даже истекая кровью, он не упомянул об этом, а просто протянул запястье и сказал, что оно болит». Кровь на руке он даже стёр о подол одежды. Истинную слабость — кровохарканье — он как можно небрежнее спрятал и вместо неё показал менее важную. Слабость, с которой уже разобрались и от которой мало пользы даже тем, кто о ней узнает. Он не был пьян, и убийство не было бессмысленным. Император, похоже, тоже это заметил: отвернул голову, притворившись, что ничего не видит, и приказал дворцовому лекарю заняться запястьем. — Кость уже вправлена, поэтому дополнительного лечения не требуется. Я наложу повязку, так что некоторое время воздержитесь от использования запястья. И... Дальше слов не последовало. Дворцовый лекарь, казалось, хотел сказать что-то ещё, но закрыл рот и посмотрел на Деона со слезящимся лицом. То, как она крепко держала его руку обеими руками, ясно показывало её жалость. Круэль понимал эти чувства, но так нельзя. Разве сейчас они не раскрывали всё, что оба скрывали и делали вид, будто не знают? Нужно было остановить это. Но Круэль не мог пошевелиться. Герцог смотрел. Он и так сделал слишком много, вызвав подозрения, поэтому было опасно двигаться дальше, даже ради будущей работы. Вместо этого он посмотрел на императора. К счастью, тот, похоже, думал так же и тихо позвал дворцового лекаря. — Благодарю за труд, можешь идти. А тебе, почётный граф Харт, лучше вернуться и отдохнуть. — ...Благодарю за заботу. Деон повернулся спиной. Словно желая доказать, что с ним всё в порядке, он отказался даже от преданного кучера, осторожно предложившего помощь, и уверенно покинул это место на собственных ногах. Его подчинённый Сензер, случайно входивший в этот момент, взглянул на него, а затем перевёл взгляд на Круэля. Круэль замер, когда тот, глядя в его сторону, легко сжал и разжал кулак. «...Ему нездоровится». Стоит ли делать это? План составил он сам. Всё это время он велел наблюдать, и наконец появилась возможность. Даже не испытав её, можно было понять: такой шанс незаменим. Исполнить план или отложить? ...Сомнения были короткими. Круэль огляделся, убедился, что ситуация в целом разрешилась, и подошёл к Сензеру. Он чувствовал, что герцог смотрит в эту сторону, но никак этого не показал. — Иди и передай Деону: только сегодня пусть не бродит по улицам и сразу возвращается домой. Да. Он знал, что это незаменимая возможность. *** Пока Деон Харт не был усмирён рукой императора и не покинул банкетный зал, виновник происходящего, Стигма Примиро, молча наблюдал за всем и погрузился в мысли. Когда ситуация успокоилась и разум стал свободнее, он кое-что заметил. Опьянение младшего, Деона Харта. «Я к этому привык». Оно почему-то казалось знакомым. Такое крайнее опьянение должно быть редкостью. Почему же оно казалось настолько знакомым? Можно было просто пропустить это мимо, но странное раздражение заставило Стигму, нехарактерно для него, копнуть глубже. Он вспомнил ситуацию, что произошла недавно, мысленно отмотал время назад и стал разбирать каждую деталь. В словах императора было нечто, что застало его врасплох. [Теперь пора вернуться в реальность.] [Это не поле боя.] А. Пьяный, ищущий врага. Слова императора, усмирившего его и велевшего прийти в себя. Стигма видел множество сражений на Юге. Среди нынешних официальных героев он, вероятно, был тем, кто прошёл больше всего битв и до сих пор проходил через них. Поэтому о таком симптоме он знал лучше других. «Это не просто опьянение». У людей, переживших войну, получавших раны, убивавших и видевших смерть, обычно появляются определённые симптомы. Диапазон их настолько широк и разнообразен, что перечислить всё невозможно, но среди них бывают галлюцинации, слуховые видения, крайнее избегание людных мест, резкая агрессивность, депрессия и апатия. Среди этих симптомов есть и агрессивное состояние, при котором каждый встречный кажется врагом — или человек бродит вокруг, разыскивая только «врага». Стигма называл это посттравматическим стрессовым расстройством. Сокращённо — ПТСР. «Да. Было бы странно, если бы он ушёл на войну в таком юном возрасте и остался в порядке». В отличие от физического удара, душевная травма — область, к которой нельзя прикоснуться. Даже сам человек не осознаёт масштаба и тяжести своего состояния, поэтому с ним трудно справиться; в зависимости от человека шок нередко остаётся навсегда и сильно влияет на повседневную жизнь. Стигма слышал, что Деон Харт отправился на войну в четырнадцать лет. В возрасте, когда разум ещё не созрел полностью. «Всё-таки ты тоже человек». Разочарования не было. Напротив, Стигма был поражён. Если такие симптомы проявляются лишь тогда, когда его душевная сила ослаблена алкоголем, разве это не значит, что трезвым он подавляет их удивительной силой воли? Чем больше он узнавал о Деоне, тем интереснее тот становился. Почувствовав, как симпатия к Деону Харту растёт, Стигма заметно улыбнулся. *** Я покинул банкетный зал почти бегом. Лиэн предложил помочь, но я отказался. Вместо этого дал другой приказ. [Нет, спасибо. Лучше останови остальных, чтобы они не погнались за мной. Например, наших рыцарей или корпус, который идёт вон там... А? Дан? Почему ты здесь... Ах, я же сам тебя привёл.] [Граф...?] [Выполняй приказ.] [Господин Лиэн? Нет, подождите. Граф! Вы оставили плащ!] [...Отправьте господина Лиэна.] [Да.] Примерно так всё и произошло с появлением забытого Дана. Лиэн, послушно отправивший Дана передо мной, уловил запах и отступил, сказав, что поймает наших рыцарей, которые крадутся следом. Где-то чуть поодаль я слышал, как кто-то настаивал на том, чтобы идти за мной, а потом получил удар, но обернуться не мог. Я встретился взглядом с Даном. Ух, нельзя ли убрать эти печальные глаза? — Это из-за алкоголя. Я не специально. Просто на мгновение забыл из-за спиртного. — Понятно. — Прости. — Вам не нужно извиняться. Поторопитесь и наденьте плащ. Он выглядел так естественно, держа плащ, словно собирался помочь мне одеться. На мгновение я потерял дар речи, потому что в этом виде увидел кого-то знакомого. ...Может, мне показалось? — Ну... ничего, я сам надену. — Нет. Я помогу. — ... Кто это? Странный... вернее, незнакомый мужчина пахнет как знакомый. Вспомнив Эда, адъютанта из мира демонов, я, кажется, сделал потрясённое лицо. Дан тоже, похоже, был потрясён моим выражением, но затем его лицо застыло, словно он не собирался уступать. Надеюсь, такую твёрдую волю он проявит где-нибудь ещё. — Это извинение, поэтому не чувствуйте себя обременённым. — Извинение...? — Я посмел испытать господина. — ... Не знаю. Не знаю. Что за чушь про испытание? Когда это было? В любом случае по атмосфере видно: он ни за что не уступит. Тогда можно просто не надевать плащ. — Если подумать, мне, кажется, не нужно надевать плащ. Всё равно ночь... — Дело не в этом. Вы собираетесь ходить с обнажённой грудью? Ах, я рефлекторно ослабил спутанный воротник и пригладил его. Примерно там находилось клеймо Дьявола. Пока я проводил по нему пальцами, голос продолжил, словно ещё не закончил: — И что насчёт вашей броской внешности? Белые волосы и красные глаза — почти символ, разве нет? — Дай сюда. Я надену. — Я надену на вас. — ... Они что, намазали мою одежду мёдом? Как бы то ни было, дальше отказывать я не мог и послушно принял услугу с верхней одеждой. Было странно, что меня обслуживает человек, напоминающий Эда, хотя он не служащий и мы не так близки, но я был доволен: благодаря этому удалось прогнать того настырного парня. Теперь я наконец остался один. «Сначала я смутился и хотел побыть один...» Глядя на мою растрёпанную одежду и состояние банкетного зала, было ясно: пока я был пьян, я что-то натворил. В мире есть реальность, которую невозможно отрицать. Я не помню, что случилось, и у меня нет смелости приподнять завесу, но знал я об этом или нет, видимые обстоятельства морально избивали меня. Определённо так и было... «Сейчас я душевно устал и хочу быть один...?» Только ты, гад. Если твой план состоял в том, чтобы отвлечь меня и перекрыть моё смущение, можно сказать, он удался великолепно. Стоит вспомнить Дана — и голова начинает раскалываться. Значит, подумаем о другом. Когда я напился в банкетном зале... «Не это!» Смущение, о котором я забыл, снова хлынуло потоком. Срочно подумать о чём-нибудь другом...! ...Да, дворец. Попробую вспомнить лекаря, который осматривал меня. Он не только осматривал, но и вёл себя немного необычно. «Сначала он что-то сделал, когда держал мою руку». Он написал что-то на моей ладони пальцем. Как же нелепо это было интерпретировать. [Я же просил вас беречь здоровье!] Даже восклицательный знак он написал очень отчётливо. Эм... ладно... ещё он дал мне какие-то тоники... Когда я посмотрел на него с недоумением, он ответил подавленными глазами, и у меня по коже пошли мурашки. Почему мужчина в таком возрасте так себя ведёт? Хорошо ещё, что император вовремя его остановил. Задержись он немного дольше, я мог бы его ударить. «О чёрт». Вместо того чтобы успокоиться, мысли стали ещё более путаными. Я выбрал неправильную тему для размышлений. Вытерев покрытые мурашками руки, я ускорил шаг. Нужно скорее вернуться домой и отдохнуть. — Почётный граф Харт? — ... Кто это ещё, когда я устал? — Здравствуйте. Меня зовут Сензер, я служу Круэлю Харту. Я пришёл передать слова Круэля. Чем занимался Лиэн, если не остановил этого парня? ...Ах, я же велел ему остановить бешеных псов. Тела у него не несколько, так что пропустить одного такого можно. Послание Круэля... Интересно, какую чушь они несут. Я кивнул, решив для начала выслушать. — Он сказал, чтобы вы только сегодня не бродили по улицам и сразу вернулись домой. — Что? На мгновение я не поверил своим ушам. Что, он мне опекун? Что он вообще задумал? Я посмотрел на Сензера в надежде на объяснение, но тот исчез, даже не ответив на мой вопрос. Поскольку он похож на своего начальника, степень его невезения доходит до небес. Тц. «...Для начала вернёмся к главному». Нужно успокоиться и подумать. ---------- На самом деле они знали (8) Эти слова — искренний совет или приманка, чтобы заставить меня действовать? Круэль тоже должен прекрасно знать, что я не стану подчиняться его словам. Значит, это всё равно подводка? «Когда я был маленьким, я часто играл с Круэлем в шахматы». Из-за слабого здоровья я не мог выходить из особняка, поэтому играл с Круэлем в разные настольные игры. Лучшей из них были шахматы. Внутри игрового поля — приманки с использованием фигур, за пределами поля — психологическая война с помощью этих фигур. «Я бы туда не пошёл». «Ты правда думаешь, что это хороший выбор?» «Вот это меня немного удивило». «Превосходный ход». Что искренне, а что ложно? Слово передо мной — действительно приманка или ложный ход? Мы бесчисленное количество раз играли в шахматы, выигрывая и проигрывая, поэтому в определённой степени знали мысли друг друга. Круэль не мог не предположить, что я подумаю о возможности «подводки». Значит, этот совет искренний? «...И что тогда? Если он беспокоится — мне неприятно, и если это приманка — тоже неприятно». Поэтому выбор сделан. «Раз уж речь о том, чтобы следовать словам Круэля, лучше двигаться, даже если это всего лишь приманка». Благодаря этому я забыл об усталости. Игнорировать боль мне было не впервой, так что я вышел на улицу. Надев плащ, который нёс с собой, я смело повернулся, будто иду к особняку, а сам направился к ближайшей улице. *** Шумно. — Сколько ещё вы собираетесь откладывать восстание?! — Вы собираетесь устроить переворот? Очень шумно. Люди, которые не видят и на шаг вперёд и визжат от собственных желаний. Даниэль тихо нахмурился, будто сама мысль, что такие люди являются руководителями, вызывала у него головную боль, но затем выпрямился так, словно ничего не было. В этой ситуации, если начать повышать голос вместе с ними, всё закончится лишь эмоциональной ссорой. Голос, направленный на убеждение, прозвучал спокойно. — Сейчас неподходящее время. Похоже, скоро начнётся война между миром демонов и миром людей, а мы не можем свергать Империю, обладающую величайшей силой в человеческом мире... — Так называемый лидер революционной армии теперь встаёт на сторону императора?! — Каждый раз, когда я говорю готовиться к убийству императора, которое скоро всё равно придётся совершить, вы повторяете, что сейчас не время...! Что это значит?! Вы не специально затягиваете действия? Бах! Наступила тишина. Даниэль резко ударил ладонью по столу, заставив их замолчать, опустил голову и медленно выдохнул. Стресс и раздражение, поднимавшиеся к самой макушке, постепенно утихали с каждым вдохом. Выждав несколько мгновений, чтобы отдышаться, он нарушил тишину. — ...Раньше уже были люди, которые самовольно бросились убивать императора. Эти глупые безумцы были полностью уничтожены рукой императора, до смешного быстро, учитывая, с какой жадностью они ринулись вперёд. — Из-за них вся сила, которую мы накопили, была потеряна. — ... — Вы думали, что достаточно победить имперскую армию? Если здесь есть кто-то, кто действительно так считает, я рекомендую ему отказаться от руководящей должности. Некоторые вздрогнули, словно их ударили в больное место. — Проблема не только в имперской армии. Сам император силён. Очень силён! Нет, прежде чем говорить о его военной мощи, чтобы революция законно увенчалась успехом, мы должны войти через главные ворота императорского дворца! Методы тех, кто выступил раньше, изначально были ошибочны. Как трусливую атаку на императора, когда тот был один, можно назвать революцией? Это всего лишь покушение, попытка убийства императора и измена реакционеров. Сколько бы людей ни собрались убить императора, их дело в конечном счёте — «революция», создание мира без сословной системы. Действия, противоречащие этому, нельзя было терпеть. — Обязательно входить спереди? — Вы спрашиваете очевидное. Если действовать как крысы, единственное, что вы получите, — такой же мерзкий образ. Важно впечатление. Вход через парадные ворота — тоже часть представления ради этой цели. Откроет ли ворота шпион или их выломают, сам факт входа через главные ворота станет символом. Народ легко поддаётся тому, что видит. Так что, как бы мы ни действовали в тени, под солнцем мы должны вести себя уверенно. Мы не сделали ничего плохого. А даже если и сделали, то только ради общего блага. — Как вы думаете, ради чего были все наши действия до сих пор? Чтобы подорвать власть императора? Конечно, это тоже верно, но это лишь дополнительная цель. Главное — заручиться поддержкой народа Империи и снизить поддержку императора. В итоге цель в некоторой степени была достигнута. Они добились поддержки народа, наказывая жестоких лордов и высокомерных дворян, презиравших людей Империи. В процессе произошёл конфликт с Орденом убийственных призраков, а одна бомба взорвалась неправильно и повредила частный дом, но вся обида была направлена на Орден убийственных призраков. Это была неожиданная выгода, появившаяся потому, что идеология революционной армии завоевала благосклонность жителей Империи, а дурная репутация Ордена убийственных рыцарей сработала против них. — Смысл нашего существования и законность наших действий исходят от народа Империи. Без их поддержки мы будем не революционной армией, а всего лишь группой предателей. Поэтому нужно убедить людей Империи. Нужно убедить их и гордо убить королевскую семью у них на глазах, чтобы наша правота была признана. Даниэль на мгновение остановился, чтобы перевести дыхание, и вытянул одну руку. — Чтобы добраться до императора через главные ворота императорского дворца, нужна огромная сила. И столько же силы нужно, чтобы убить человека, обладающего осколком героя. Кто самовольно действовал и подорвал мощь революционной армии? Те же, кто сейчас торопит восстание, как люди перед ним. Поэтому у них больше нет права голоса. Он объяснил это так ясно, что, какими бы толстокожими они ни были, никто не осмелился возразить. — Я победил. — Из-за нехватки сил время неподходящее. Поэтому спрашиваю: остался ли кто-нибудь, кто всё ещё считает, что восстание нужно начинать? — ... Возражений не последовало. Даниэль, на время приструнивший руководство, покинул зал совещаний вместе с Полем, наблюдавшим со стороны. Поль, шедший в тёмном тайном проходе в тихом молчании, осторожно поднял голову и посмотрел на Даниэля. Как и ожидалось, на его лице лежала глубокая усталость, будто во время собрания он пережил сильный стресс. В такие моменты он обычно шёл к матери. Подумав об этом, Поль внезапно остановился перед развилкой. Даниэль, рассеянно направлявшийся по проходу к спальне, запоздало оглянулся. — Пока. — А? — Нет нужды вести меня по дороге, которую я знаю. Я вернусь в спальню, так что ты можешь сразу идти к матери. Даниэль, ошеломлённый неожиданным замечанием, словно его ударили, широко улыбнулся и положил руку Полю на голову. — Ты совсем вырос. — Я уже вырос с тех пор, как мы впервые встретились. — Ладно, ладно. Игривую улыбку вскоре сменила тёплая. — Спасибо. Поль уже привык к чужому теплу, но, похоже, к таким ситуациям иммунитета у него ещё не было. Полностью застыв, он пробормотал, что тот говорит всякие странности, и в конце концов, не выдержав смущения, убежал обратно в спальню. Даниэль тихо рассмеялся и пошёл дальше. Но улыбка продержалась недолго. *** Даниэль в оцепенении бродил по улицам. По первоначальному плану он всё ещё должен был быть с матерью, но ничего не поделаешь: его выгнали. Голова кружилась. Хотя он только что рассердился на товарищей, ухаживавших за матерью, эмоции, казалось, не утихали. Сцена, которую он увидел, была настолько потрясающей. «Моя мать... истекала кровью...» Она кашляла кровью. Одного этого хватило бы для шока, но это продолжалось уже давно. Товарищи знали, но скрывали под предлогом просьбы матери. Разумом он понимал. Его жизнь вращалась вокруг матери. Даже революционную армию он создал из-за матери — что уж тут говорить? Если бы возникла проблема со здоровьем матери, он наверняка потерял бы способность сосредоточиться и начал бы метаться. Я не хочу, чтобы мой сын пострадал. Душевное здоровье лидера революции важно. Так что скрывать это имело смысл. «Но». Понимать и чувствовать — разные вещи. Разве возможно, чтобы он посвятил матери столько жизни и не знал об этом? Не думая ни о чём, он бродил по улицам, где проходил праздник. Говорили, что его устроили, чтобы показать силу Империи даже во время войны с другими королевствами. Раньше он бы цокнул языком, увидев такую расточительность и браваду Империи, но сейчас он не мог думать ни о чём. Возможно, потому что он уже был слишком зол, он чувствовал спокойствие, словно недавнее возбуждение было ложью. Нет, лучше сказать не спокойствие, а оцепенение. — Ух. Когда он просто шёл куда несли ноги, его задел кто-то, кого некоторое время толкала толпа. Пахнуло алкоголем. Пьян? Это было немного неприятно, но людей вокруг было много, и он уже собирался проигнорировать столкновение. — Кхе. — ...! Другой человек закашлялся и выплюнул кровь. Даниэль, который из-за капюшона понял это на полтакта позже, широко распахнул глаза. Он и так не мог оправиться от шока после только что увиденной истины, а теперь его побледневшее лицо стало ещё бледнее. — Эй. Ты в порядке? — ... — Давай, приди в себя... Ах, лекарь. Нужно отнести тебя к лекарю... Руки дрожали. Даниэль сильнее сжал руку, поддерживавшую незнакомца. Успокойся, это не твоя мать. Поэтому не нужно так расстраиваться. Нужно просто сохранять спокойствие и отнести его к ближайшему лекарю. Но... «Есть ли здесь поблизости лекарь? Если есть, где он? Не потратим ли мы слишком много времени на поиски? А что если этот человек умрёт?» Чёрт! Он подхватил неизвестного больного. Он понимал, что слишком поддался эмоциям. Но что тут поделаешь? Если сегодня умрёт человек с теми же симптомами, что у матери, Даниэль не сможет нормально спать. «Я знаю только одного лекаря». Единственный лекарь поблизости, чьё местоположение ему точно известно. Хотя Даниэль знал, что лидеру революционной армии нельзя так поступать, эмоции уже поглотили его раньше, чем разум успел подумать и удержать тело. Он уже двигался. *** Что это такое? Прохожие на улице говорили о празднике и упомянули конкретную улицу, поэтому я пошёл туда. Но кто-то сильно ударил меня в спину и толкнул, из-за чего я выкашлял кровь на чужую одежду. А потом этот человек подхватил меня и побежал?! Чем дальше он шёл, тем меньше вокруг становилось людей... А? Стена переулка трескается, земля раскрывается, и даже тайный проход появляется? «Что это такое!» Под капюшоном, наполовину скрывавшим лицо, я закатил глаза, но, почувствовав, что взгляд другого человека опускается на меня, быстро закрыл их. ...Для начала просто сделаем вид, что я потерял сознание. *** В конце концов я это сделал. Если остальные узнают, они начнут обсуждать, достоин ли он быть лидером. Раз уж они жадны, очевидно, попробуют вцепиться в него любым способом. Но пока никто не знает, и сожаления нет, ведь в итоге он спас жизнь человеку перед собой. Даниэль, отложив лечение, тревожно ждал слов лекаря. — Опасности для жизни нет. Никаких мер принимать не нужно. Просто дайте ему хорошо отдохнуть. — Но кровь... — Он изначально слаб. Похоже, ситуация была для него очень стрессовой. Есть следы и других физических потрясений, но это либо уже обработано, либо не требует вмешательства. — Ах... Хорошо. Ноги ослабли, и он опустился вниз. Когда он провёл обеими руками по лицу и глубоко вздохнул, старый лекарь задал вопрос. — Ты ведь знал, кого несёшь сюда? ---------- На самом деле они знали (9) — Да? Что... вы имеете в виду? — Ты не знал. Я сделаю вид, что ничего не видел, так что тебе, наверное, лучше взглянуть самому. Как только облегчение пришло, по спине пробежало зловещее чувство. Казалось, что то, что я сделал, оказалось куда серьёзнее, чем я думал. Я вскочил с места и открыл закрытую дверь больничной комнаты. На кровати лежал мужчина; плащ распахнулся, лицо было открыто. Бледная кожа и белые волосы. К этому моменту Даниэль уже не мог не рассмеяться. — Ха-ха-ха. Что это за день такой? Почему ужасные вещи наваливаются одна за другой? Кажется, я знаю, кто это. Нет, не будем себя обманывать. Даниэль прекрасно знал, кто этот человек. Из-за закрытых глаз нельзя было быть до конца уверенным, но если его предположение верно, под этими веками скрываются красные глаза. Голос, похожий на вздох, наполнил больничную комнату. — Деон Харт. Человек, которого революционная армия обязана устранить в первую очередь. Только тогда Даниэль понял отношение лекаря. И то, какое огромное снисхождение тот ему оказал. «Почему?» На сегодня я уже израсходовал все душевные силы. Всё сверх этого было пределом. Он усмирил разбушевавшихся лидеров революционной армии, увидел мать, кашляющую кровью, и спас человека с теми же симптомами. А теперь должен убить этого человека? «Нет. Я не могу». По крайней мере сегодня Даниэль не мог убить Деона Харта. В этом он был уверен. *** Я подошёл к нему, словно одержимый. Сообразительный старый лекарь тихо закрыл дверь больничной комнаты, и в тихом пространстве, где время будто остановилось, Даниэль молча сел на стул перед кроватью. Ты даже не представляешь, как тебе повезло. Обычно он умер бы сразу, как только истинная личность раскрылась передо мной. Я медленно поднялся и положил правую руку на кровать. Достаточно протянуть левую и коснуться его шеи. Возможно, из-за нехватки крови пульс ощущался немного учащённым. «...Если бы это был Деон Харт из документов, он бы открыл глаза и отреагировал в тот же миг, когда я коснулся кровати... вернее, ещё когда приблизился бы к нему. Значит, ему всё-таки нехорошо». Я убрал руку. Уже собирался уйти, но запоздало заметил его растрёпанную одежду. Точнее, странной формы клеймо, показавшееся из-под сбившегося воротника. — Да, говорили, что его проклял Король демонов. Кажется, сказали, что это ослабляет тело? Тем не менее, опыт, накопленный за долгие годы на поле боя, никуда не исчезает, а боевые способности учитываются отдельно. Поэтому, даже будучи проклятым Королём демонов, Деон Харт всё ещё стоял высоко в списке целей революционной армии... — Даже если я его не убью, долго он всё равно не проживёт. Посмотрите на эту беззащитную фигуру: он всё ещё лежит с закрытыми глазами, хотя даже если бы вскочил и насторожился, этого было бы мало. Даже не от моей руки, он, кажется, скоро умрёт от чьей-нибудь другой. Так зачем пачкать руки? С такой рационализацией я поднялся. Мысли о матери не отпускали, и оставаться здесь дольше я не мог. Выйдя из больничной комнаты, я столкнулся с лекарем, ждавшим перед дверью. Он краем глаза заглянул через моё плечо, будто пытался проверить, жив Деон Харт или мёртв, а затем встретился со мной взглядом. Даниэль медленно покачал головой. — Когда он проснётся, отправь его обратно так, чтобы его никто не увидел. Разумеется, он не должен запомнить путь. И это дело... — Я буду молчать. В последнее время память у меня всё хуже, так что скоро забуду. — ...Но о безопасности, пожалуйста, не забывайте. Не забудьте надеть ему повязку на глаза. — Да. Я просто повернулся спиной и покинул это место. Идя по коридору, я пытался хоть как-то вернуть себе дух, перешедший предел. Обычно я пошёл бы к матери и отдохнул, но теперь это невозможно. Чтобы больше не думать о матери, подумаем о Деоне Харте. Например, о проклятии Дьявола. «Проклятие... Проклятие... Кровохарканье вызвано проклятием?» Кровохарканье... мать. Несмотря на усилия Даниэля, поток сознания, который он силой пытался вернуть в другое русло, снова вернулся к матери. Думая о проклятии, он внезапно решил: если Деона Харта проклял Король демонов, значит, его мать проклял сам мир. «После тяжёлой жизни она вернулась с кровохарканьем». Каждый раз, видя ослабевшее тело, он чувствовал, что времени недостаточно. Он понятия не имел, что всё придёт так внезапно, так реально и без предупреждения. Кровь матери предупреждала его. У твоей матери заканчивается время. «Нужно спешить». До того как мать умрёт, он должен показать ей идеальный мир. Только тогда Даниэль понял, куда ведут его шаги. Да, он уже знал. Чтобы сократить время, нужно встретиться с «ним». Даниэль успокоил выражение лица и ускорил шаг. Его быстрый шаг выдавал нетерпение. *** Ого, я думал, что умру. Когда тот парень положил руку мне на шею, я занервничал, решив, что он и правда собирается меня задушить. Сердце до сих пор колотится из-за этого, но, к счастью, он не заметил? Я медленно открыл глаза и осмотрелся. Может, потому что это больничная палата, с виду всё выглядело обычно. Но я знаю: это место не обычное. Точно не уверен, но учитывая, насколько сложным был путь сюда, это может быть тайная организация... «...Тогда меня поймали? Взяли в заложники?» Сначала меня, возможно, принесли сюда ради лечения, но теперь всё иначе. Моя внешность слишком приметна. Он не только только что пытался меня задушить, но и, увидев это лицо, наверняка понял, кто я. «Значит, надо валить». Я не знаю дороги, но куда бы ни пошёл, где-нибудь точно найдётся выход. Лучше сначала выбраться отсюда. Я медленно приподнял верхнюю часть тела, затем снова лёг и закрыл глаза. Снаружи послышался шум. Как и ожидалось, дверь открылась, и кто-то вошёл. «Это тот человек, что был недавно?» Шаги приближались. Нервы натянулись. В странном напряжении шаги становились всё ближе и остановились лишь у самой кровати. Раздался незнакомый голос. — ...И долго вы собираетесь притворяться, что без сознания? Я так удивился, что невольно открыл глаза. Седой старик мягко улыбался, прямо глядя в мои ясно открытые глаза. Голос без малейшей враждебности продолжил: — Обманывать нужно того, кого можно обмануть. Я лекарь. — ... — Идите за мной. Я выведу вас наружу. Правда? Выводит меня просто так? Нет, скорее... Я указал на повязку в руке старика. — Это...? — Путь немного трудно позволить запомнить. Прошу понять. — ... Старик ухмыльнулся, словно даже не видел моего выражения. *** Вернувшись в кабинет, Круэль на мгновение замер, столкнувшись с неожиданным человеком. — ...Ваша Светлость герцог. Почему герцог здесь? Если бы у него было дело, он бы позвал, а не пришёл сам. И смотрит он на шахматную доску на столе. Круэль лишь теперь понял, что из-за спешки, уходя, не убрал шахматы. Он завёл руку за спину, скрывая едва заметный порыв вздрогнуть. Герцог взглянул на него и медленно выпрямился. — Ты вернулся. — Что привело вас сюда? — Я пришёл, потому что нам нужно поговорить о моём участии в охотничьем состязании. И без того есть о чём беспокоиться, а я не хочу тратить время и силы на лишние недоразумения. — ... Разумеется, недоразумение это или нет, ещё предстояло выяснить. Герцог проглотил свои мысли и улыбнулся. — Ах, прежде чем это. — Встань на колени. На мгновение зелёные глаза слегка дрогнули. Будто он спрашивал себя, действительно ли услышал именно это. Зелёные глаза, встретившиеся с вечно улыбающимися фиолетовыми, опустились, словно в покорности. Одно колено коснулось пола, и голова Круэля склонилась. Так рыцарь приветствует своего господина. Пока ничто не доказано, не было нужды переходить черту и проявлять враждебность. Поскольку Круэль был несомненно полезной силой, герцог удовлетворился этим и продолжил. — Я участвовал в охотничьем состязании. — ...Да. Повисла едва заметная тишина. Герцог некоторое время смотрел на Круэля сверху вниз, будто потерял дар речи, а затем со вздохом открыл рот. — Хорошо. Говоришь прямо, без лишних слов. — Неужели ты думал, что я не знаю? Глаза Круэля дрогнули. Невозможно передать, как он был рад, что в этот момент его голова опущена. Если бы он встретился с герцогом взглядом, тот, скорее всего, заметил бы дрожь. Сколько он заметил? Сколько нужно сказать? Маловероятно, что он выяснил сам «план». «Ответ... нужно ответить». Мысли закрутились туго. Молчание затягивалось. В тот миг, когда он решил, что это может стать серьёзной проблемой, герцог продолжил: — Почему ты спас Деона Харта? С великодушием он любезно указал на прошлое, которое тогда было упущено, и вернул разговор назад. — Ты пытался убедить меня дать заказ на убийство, хотя мог использовать революционную армию, и я дал разрешение. Но потом ты самовольно поставил условие, что даже за ранение будет выплачена половина обещанной суммы... — ... — Посмотрим, посмотрим. То есть ты ещё и действовал, не зная своего места. Ты думал, я не пойму, что это было сделано, чтобы снизить вероятность смерти Деона Харта? Те, кто двигается ради денег, действуют менее искренне, чем солдаты революции, очарованные идеей. Круэль выбрал заказ. Даже те, кто работает за деньги, ценят свои жизни. Если создать ситуацию, где можно получить крупную сумму за одно лишь ранение, нет смысла нарочно добиваться убийства. Круэль потратил собственные деньги, чтобы создать такую ситуацию. — Кроме того, на этом охотничьем состязании ты дошёл до того, что сам спас Деона Харта. О чём он думал, совершая подобное? Он правда хочет убить Деона Харта? — Объясни. Фиолетовый свет глаз ярко блеснул. Это действительно была острая атака, но Круэль почувствовал облегчение. Похоже, он не заметил всего. Раз расчёты сделаны, больше тянуть время не нужно. Круэль без промедления открыл рот. — Я хотел убить его своими руками. — В таком случае тебе следовало сказать это давным-давно. Ты лишь зря потратил людей. — Прошу прощения. — Достаточно. Подозрения герцога не могли исчезнуть просто так. В ответе было много прорех. Герцог тоже это знал, но вместо того чтобы вдаваться в подробности, выбрал другой способ. — Не думаю, что ты считаешь, будто такими словами рассеял мои сомнения. — ... — Поэтому предлагаю пари. Сказав Круэлю подняться, герцог неторопливо прошёлся и встал перед его столом. Он поднял чёрного короля, сдвинутого с шахматной доски, и медленно осмотрел фигуру. — Деон Харт должен умереть. До сих пор я оставлял это тебе и отдавал приказы через тебя, но теперь, когда появились сомнения, я не могу просто сидеть и закрывать глаза. — Пусть твои силы двинутся, чтобы убить Деона Харта. Я тоже буду действовать отдельно. Тот, кто убьёт его первым, станет победителем пари. Выгоду победителю... оставим на усмотрение победителя? Это значило, что проигравший должен исполнить желание победителя. У герцога много денег и много людей, которых он может использовать. Пари было явно несправедливым, но у Круэля не было выбора. Возможно, поэтому вместо очевидного ответа прозвучало другое. — ...Почему вы так сильно хотите убить Деона Харта? ---------- На самом деле они знали (10) Теперь мы знаем, что Деону приходилось тяжело — осознанно или нет — в семье Хартов, где от природы были резки, мало выражали эмоции на лицах и плохо умели показывать чувства. Когда из-за ошибки в документах меня отправили на войну, я даже не подумал, что могла возникнуть проблема, и сразу обвинил семью. Поэтому невозможно было не понять, насколько мало доверия у моей семьи было ко мне. Однако, признавая частичную ответственность Хартов за случай уничтожения рода, Круэль не возлагал всю вину целиком на меня и мою семью. Потому что существовал куда более прямой виновник, на которого нельзя было не возложить главную ответственность. Герцог. Он отправил Деона Харта на войну. Я не знаю, почему и зачем они это сделали, но они изменили список, где должно было стоять имя Круэля Харта, и послали людей, с которыми невозможно было договориться, чтобы вытащить Деона Харта из особняка. Даже мягкие уговоры отца не подействовали. Несмотря на приемлемую альтернативу — отправить вместо него Круэля, — они искали только Деона Харта, словно были загипнотизированы. Я не мог понять. «Потому что тот ребёнок что-то сделал не так». Круэль, который позже узнал, что этот случай связан с герцогом, с тех пор тихо наблюдал за ним. Необъяснимая злоба к Деону Харту. Она не подавала признаков ослабления даже после окончания войны. Нет, напротив, стала сильнее. Именно поэтому я намеренно пошёл под его начало... «Но это потом». Сейчас не время думать об этом. На редкий вопрос герцог поднял голову. В его глазах промелькнуло слабое подозрение. Обычно Круэль лишь отвечал на вопросы и не говорил первым. Он действительно хотел спасти Деона Харта? Когда глаза герцога сузились, Круэль, похоже, понял, что задал неправильный вопрос, и чуть позже добавил: — У меня есть все причины убить его. Но, Ваша Светлость, кажется, у вас причины недостаточно. — Недостаточно того, что как представитель дворянской фракции я должен убить пса императора? — ... — Кажется, недостаточно. Предчувствие было верным. Он, несомненно, пытается избавиться от него не только по этой причине. Деон Харт — угроза для Империи. С точки зрения будущего правителя Империи герцог просто не мог игнорировать такую угрозу. Почему Деон Харт угроза для Империи? — Причиной может быть приказ, который я дал сэру Деону Харту, когда он отправлялся выполнять поручение императора. [Если пойдёшь по следам революционной армии, за спиной Деона Харта будет человек, наблюдающий по приказу императора. Убей его. А если у тебя есть способ проследить за Деоном Хартом, проверь, куда он идёт, и возвращайся.] — Ах, ты не знаешь. Когда Круэль закончил задание, Деон Харт уже ушёл. Неважно, действительно ли он не знает или только делает вид, что не знает, но если бы он проследил за Деоном Хартом и узнал, куда тот отправился, то в определённой степени догадался бы о его связи с миром демонов. Герцог коснулся области сердца и улыбнулся. — Если не знаешь, ничего не поделаешь. Это всё, что я могу сказать. Он знал, что Деон Харт — командир армии Короля демонов. Если бы кто-то об этом узнал, ему стало бы любопытно. Человек с работающим разумом, прежде чем спрашивать «как» и «почему», сначала подумал бы: «с каких пор?» Ответ прост. «С самого начала». Герцог вернулся в кабинет, отказавшись от предложения Круэля проводить его, сел и откинулся верхней частью тела на спинку кресла. На губах появилась слабая усмешка. «Я знал с самого начала. Именно из-за меня Деон Харт привлёк внимание Короля демонов и попал в Замок Короля демонов». Почему герцог отправил Деона Харта на поле боя во время Восьмилетней войны? Почему он заблокировал просьбу графа к императорской семье вернуть его домой, и почему предложил отправить Деона Харта в Замок Короля демонов спутником героя? Почему Деон Харт, сын дворянина, начал как обычный солдат, и кто сделал его авангардом? Корень всего этого в итоге сводился к одному. — Контракт с Дьяволом. Деон Харт был приманкой герцога, чтобы привлечь интерес скучающего Короля демонов. Какие дурные чувства могли быть у него к человеку, который жил только в особняке и вообще с ним не соприкасался? Деону Харту просто не повезло, что его втянули на поле боя. Это была даже не злонамеренность — всего лишь необходимая приманка. Герцог положил руку на сердце, игнорируя мысль о том, что, узнай об этом Круэль, тот сжал бы кулаки до крови. Казалось, стоит ему только захотеть — и у него будет сила бросить вызов правилам мира. В сердце герцога заключён контракт Короля демонов и магическая сила, полученная через него. Вопреки ожиданиям, что достаточно просто призвать его, чтобы заключить контракт, герцог был очень смущён, когда Король демонов отказался, заявив, что ему неинтересно. [Я хотел бы предложить пари.] [Пари?] [Да, оно будет довольно интересным.] В той ситуации герцог вспомнил мальчика, которого когда-то случайно встретил в резиденции графа Харта, будучи там по официальному делу. *** — Красные глаза, белые волосы, бледная кожа. — Я думал, среди людей не бывает красных глаз. — Насколько мне известно, он человек. К тому же ребёнок. — Это немного интересно, но какое отношение это имеет к пари? Если ты просто бросил что-то, что могло бы вызвать мой интерес... — Не может быть. Сначала дослушайте до конца. Говорят, ребёнок слаб и с рождения ни разу не выходил из дома. Герцог широко раскрыл глаза, глядя в обращённые бело-чёрные глаза. — Если такой дворянин отправится на войну, как долго он продержится? — Хо? — Вот условия пари. Ребёнок, который, несмотря на необычную внешность, считался человеком. Жестокое предложение пари, где совесть была выброшена прочь, а уникальность заключалась в том, что он из-за слабого тела никогда не покидал дом. Это сработает. Обычно люди, притуплённые скукой, ищут раздражителей. Даже исключая особые обстоятельства самого ребёнка, вряд ли кто-либо из контракторов Короля демонов — пусть их и не так много — предлагал подобное пари. — Я слышал, ситуация в человеческом мире необычна... но правда ли начнётся война? — Да, потому что наш король, взойдя на трон, спровоцировал все королевства, назвав королевство «Империей». С соседними королевствами уже происходят мелкие и крупные вооружённые столкновения. Итак, каков ответ на пари? Король демонов, на мгновение задумавшийся из-за неожиданной информации, кивнул. — Хорошо. Я ставлю на «выживание». — Да? «Выживание», а не «сколько он продержится». — Ты изначально сформулировал условие как «сколько он продержится», значит сам выберешь «смерть», верно? Срок — до конца войны, в которой участвует ребёнок. — Да? Да. Странно. История поворачивалась в его пользу. Он же ясно сказал, что ребёнок слаб и ни разу не выходил во внешний мир. Король демонов рассмеялся, словно почувствовал замешательство герцога. — Пари становится интересным только тогда, когда ставишь на невыгодную сторону. *** После этого... всё было очевидно. Деон Харт должен был умереть до окончания войны. Поскольку Король демонов наблюдал, герцог не мог действовать напрямую и косвенно создавал ситуации, в которых тот мог легко погибнуть. Например, заставил сына дворянина участвовать в войне обычным солдатом, как призванных простолюдинов. Однако он не умер, и тогда его сделали командиром авангарда. Манипулировать документами было легко: после того как король силой взошёл на престол, вопросы вроде переводов ещё не были улажены, а война началась почти сразу после его воцарения. «Это был авангард, наскоро собранный из простолюдинов и бедняков, так что я думал, они скоро погибнут...» Деон Харт сумел выжить. Нет, напротив, он прославился жестокостью и «бессмертием». Авангард, который никогда не умирает. Эти убийцы зверски убивали столько людей, сколько могли, заставляя всех бояться даже приближаться к ним. Господин Деон Харт, который командует ими и ведёт их. Он стал героем, и Восьмилетняя война закончилась. Это было поражение герцога. «Контракт... стоит отказаться?» Его теория, что чем больше силы и власти, тем лучше, и инстинкт подниматься выше заставляли его хотеть контракт с Дьяволом, но это было не страшно. Немного жаль, но контракт был лишь силой на случай непредвиденной ситуации. Даже если бы он подписал его, он изначально не собирался использовать силу, кроме по-настоящему срочных обстоятельств. [Я добавлю ещё одно условие.] Тем не менее Король демонов протянул руку герцогу, который разочарованно потерял вкус к делу. [Отправь Деона Харта ко мне. Тогда я дам тебе часть моей магической силы.] [...] [Это не полный контракт... Да, можно считать это полуконтрактом.] Ах. На бесстрастном лице герцога медленно расплылась улыбка. Пари было проиграно, но герцог не провалился. Приманка, которую он заложил, явно демонстрировала свою силу. Приманка, предложенная, чтобы привлечь интерес Короля демонов. Восемь лет Король демонов разными способами получал новости о Деоне Харте, а иногда лично наблюдал за ним с помощью магии. Неудивительно, что в процессе он заинтересовался. [Полагаю, собственными силами я смогу отправить его в Замок Короля демонов, но захватить...] [Это моя роль. Знаю. Этого достаточно.] И. Герцог настоял, чтобы Деона Харта выбрали спутником героя и отправили в Замок Короля демонов, а император по какой-то причине принял это и послал его туда. Он мог умереть по дороге, но, судя по его удаче до сих пор, скорее всего, не умрёт. Ну, если умрёт, ничего не поделаешь. Так или иначе, он больше никогда не увидит Деона Харта. Дьявол не отпустит то, что попало ему в руки. Так он думал... [Тело героя возвращено!] Деон Харт вернулся живым. Да ещё и с телом героя! В этот день герцог впервые в жизни выругался двойным проклятием. «Сначала я недоумевал, как такое возможно...» Со временем сомнения постепенно прояснились. Командир Нулевого корпуса армии Короля демонов, о котором в какой-то момент начали всё чаще упоминать. Деон Харт периодически отправлялся куда-то под видом тайной миссии императора. И личность командира Нулевого корпуса держалась в полной тайне как в мире демонов, так и в Империи. — Деон Харт — командир Нулевого корпуса. Император знал это и закрывал глаза. Человек, занимающий место в мире демонов, одновременно считается важной фигурой в Империи? Опасно. К тому же император очень заботился о Деоне Харте. Что случится, если такой человек перейдёт на сторону Дьявола? «Я должен убить его». Ради Империи нужно отложить императора в сторону и убить. Это был естественный вывод. «Не знаю, смогу ли убить, но...» Если продолжать стучать, однажды он умрёт. Это человек, который, даже никогда не держав меч, в юном возрасте отправился на войну и стал героем. Немного тревожно, но герцог подавил беспокойство, говоря себе, что если продолжать попытки, однажды удастся пробить щит удачи. Тук-тук. — Герцог Даниэль пришёл с визитом. Пришла весть о внеплановом визите гостя. — Я нашёл в Иреоне человека с хорошим пером. Планирую использовать это, чтобы раскачать общественное мнение. Так сказал Даниэль, попросивший встречи по прихоти, ещё до того, как сел. — ...Вы собираетесь оставить послание на улице? — Да. Герцог закрыл рот, не зная, что сказать. В одном можно было быть уверенным: человек перед ним сейчас был не в себе. Бледное лицо. Дрожащие, будто от нервов, глаза. ...Теперь, если подумать, он однажды слышал, что у матери Даниэля началось кровотечение. Говорили, что это скрывали от лидера; раз долго не было новостей, они пытались хорошо это утаить, но, похоже, в итоге всё раскрылось. ---------- Движение каждого (1) — Я понимаю вашу спешку, но сначала лучше успокоиться. Вы же знаете, что сейчас неподходящее время для подобного. — Поэтому я и предложил всего лишь такую строку. Если бы не это, речь шла бы уже не о раскачивании общественного мнения, а о прямом подстрекательстве. — Сейчас даже такая степень раскачивания представляет серьёзную угрозу для Империи. Вы знаете, что, когда приближается война с миром демонов, в колеблющихся настроениях народа нет ничего хорошего. — Руководство каждый день требует действий. Если не сделать хотя бы этого, возникнут проблемы. До какой степени вы хотите дойти, Ваша Светлость? Вы хотите, чтобы я вообще не двигался? — ...Да. — Что? — Сейчас лучше вообще не двигаться. Было бы лучше остановить всю деятельность, которой вы занимались до сих пор, и взять паузу. В войне против мира демонов сила Империи важнее всего. Внутренний раскол — яд. Герцог произнёс это, с широкой великодушной улыбкой отмахнувшись от фамильярного тона, вырвавшегося у Даниэля. — Вам сейчас стоит остудить голову. Вы ведь понимаете, что слишком торопитесь? — ... — Каков ответ? Поскольку с Круэлем он обращался именно так, слова вышли властными. Герцог внимательно скользнул взглядом, проверяя, заметил ли человек перед ним что-нибудь, но, к счастью, Даниэль, молчавший так, будто ему было всё равно, медленно кивнул без особого выражения. — Понял. Слава богу. Похоже, для начала удалось надавить. Однако здоровье его матери будет ухудшаться день за днём, и дух лидера революции тоже начнёт шататься. Неизвестно, сколько продержится эта временная пуговица. Герцог смотрел на спину Даниэля, который извинился и удалился, затем закрыл глаза и беззвучно вздохнул. *** Он не был подавлен. Он был подавлен — но не так, как думал герцог. Закрыв дверь и вернувшись на базу революционной армии, Даниэль медленно начал размышлять. Его глаза уже давно стали холодными. Каким бы безумным он ни был, он не настолько безумен, чтобы не почувствовать гнев, услышав «те слова». Ты ослабил бдительность, герцог. «Благодаря тебе я пришёл в себя, так что, наверное, должен быть благодарен». Правда, тревога застилала ему глаза. Голова застыла, и он едва не бросился к цели. Если бы не герцог, всё его терпение точно оказалось бы напрасным. Но эта фраза. [Сейчас лучше не двигаться. Лучше остановить всю деятельность, которой ты занимался до сих пор, и отдохнуть.] И ещё. [Каков ответ?] Благодаря этому разум остыл, и он смог в некоторой степени понять ситуацию. Герцог не хочет падения Империи. Не только сейчас. Так было раньше и будет дальше. Казалось, что истинная природа неприятного чувства, которое он испытывал прежде, постепенно раскрывается. «Конечно. Кто добровольно откажется от высокого статуса герцога?» Возможно, причиной контакта с революционной армией было желание подавить её. «Вот почему нужно быть осторожным, берясь за руку с властью». В краткосрочной перспективе это может быть выгодно, но не в долгосрочной. Нужно постепенно высвобождаться. Но как? Сейчас у него слишком много того, что он потеряет, если отряхнёт руку герцога. Сам герцог не понесёт убытков, а революционная армия получит тяжёлый удар. Поэтому всё сложно. — Даниэль? — Ах, Поль. — Что ты там делаешь...? — Руки с властью нужно соединять как можно осторожнее. Иначе потом окажешься связан по рукам и ногам. — ...Ты пьян? Даниэль молча погладил Поля по голове. Поль, тихо смотревший на него снизу вверх, убедился, что поблизости никого нет, и открыл рот: — ...Я видел Деона Харта. — ...Как ты его узнал? Он был не в плаще? — Плаща не было. Одежда была очень яркая. — ... — Ах, повязка на глазах у него всё ещё была. Но ведь одежда, волосы и кожа у него довольно необычные, верно? Узнать было нетрудно. Нет, этот дед-лекарь. Я сказал не забыть надеть повязку на глаза, и он именно это и сделал. Но как можно было забыть надеть плащ? Никогда бы не подумал, что он так докажет ухудшение своей забывчивости. — Лекарь тайно вывел его наружу. Ты привёл его сюда? Почему не убил? Почему просто отпустил? Если подумать, у Поля была обида на Деона Харта. Злые глаза смотрели на Даниэля снизу вверх. Даниэль тихо встретил этот взгляд и, продолжая медленно гладить его по голове, ответил: — Думаю, он умрёт и без меня. — Не понимаю. Разве нельзя было получить информацию или, по крайней мере, использовать его как заложника? Стоп. Рука Даниэля замерла. Рука, лежавшая на голове Поля, медленно соскользнула вниз. Слабый смех, похожий на дым, рассыпался в пространстве мелкими крошками. — ...Ты правда вырос. — Я уже вырос с тех пор, как мы впервые встретились. — Ладно, ладно. ...Хорошо. Мне тоже пора готовиться. Верно будет подготовиться к побегу из когтей герцога. — То, что ты не понимаешь, естественно. Потому что я отреагировал вяло. — Почему ты так сделал? — Я же говорил. Я сказал, что отступил. В этом мире нет идеальных людей. — Поль. Мягко позвав его по имени, Даниэль встретился с ним взглядом. Наступила тишина, похожая на лес в лунную ночь. Даниэль добровольно нарушил это, казалось бы, уютное молчание и мягко приподнял уголок губ. — В будущем ты увидишь во мне много сильных и слабых сторон. Как сейчас: впитывай сильное и отфильтровывай то, чего не понимаешь, или используй это как урок от обратного. Ты уже хорошо справляешься. — ...Я не понимаю. — Что? — Почему ты берёшь меня с собой? Некоторые места, куда брат меня водил, были не теми, куда я должен ходить. Это было для обучения, да? Почему ты пытаешься учить меня? — Я взял на себя ответственность за этого ребёнка, потому что привёл его сюда. Образование — естественная часть этой ответственности. Люди низших слоёв, занятые выживанием, часто игнорируют важность образования. Но я понял, что так нельзя. Кто устраивает революцию? Те, кто знает ситуацию и понимает её абсурд. Иными словами, её могут начать те, кто много знает. Когда страна ведёт себя странно, нужно это осознавать и уметь критиковать. А если те, кто наверху, всё равно не слушают, их следует свергнуть. Именно поэтому моя мать говорила, что образование важно. — Ну, до сих пор причина была такой. — То есть теперь уже нет? — Да. Мне тоже скоро понадобится преемник. Я собираюсь за короткое время научить многому. Надеюсь, ты хорошо это впитаешь... — Подожди! Преемник? Я? — Есть какая-то проблема? Увидев естественно добродетельное выражение лица, Поль потерял дар речи и лишь открыл рот. Через несколько секунд из него едва вырвался голос, будто сама обязанность требовала обсудить проблему. — Почему я?! Я же молодой... — Когда ты перестанешь утверждать, что уже вырос? — Нет...! Ха... правда... Редкий случай: Поль вспылил и ударил себя в грудь от досады. Наблюдая за ним, Даниэль рассмеялся. Обычно Поль разозлился бы ещё сильнее, но на этот раз он всё же спросил: — Это шутка, да? — Нет. Я серьёзен. — Почему?! — Потому... Кончиками пальцев Даниэль вытер слёзы из глаз. Он всё ещё смеялся, но прежде всего нужно было говорить. — Потому что ты молод. — Да? — Ах, я слишком резко бросил? Тогда объясню сначала. Смех наконец прекратился. Даниэль на мгновение закрыл рот, собирая мысли. — Ты из Империи, но у тебя нет привязанности к Империи. Однако ты не любишь и другие страны, и у тебя нет причин любить их. — В этом месте, где собрались люди из разных королевств, павших от рук Империи, отсутствие страны, которую ты любишь, повысит доверие к твоей справедливости. — И? — И, как я сказал, ты молод. Благодаря этому возможно гибкое мышление. Слышал поговорку, что с возрастом человек приобретает только упрямство? На самом деле пожилые люди хуже слушают советы других. «Молодой ещё учить меня вздумал?» — вот мысль в основе. И старики не любят перемены. — Но что насчёт пожилых людей, вступивших в революционную армию? Разве сама «революция» — не перемена? — Они пришли сюда из жажды мести. «Моя страна пала, значит, Империя тоже должна пасть» — что-то вроде этого. Они либо не будут уделять много внимания политике после падения Империи, либо будут цепляться за старые методы. Революция прежде всего — мощное изменение. Она находится в точке, полностью противоположной стабильности. Тот, кто возглавляет революционную армию, должен уделять огромное внимание политике после успешной революции, но этот пост нельзя отдавать тому, кто предпочитает привычное. Если после революции не изменится политика, как это можно назвать революцией? — Старики не хотят, чтобы увеличивалось то, чего они не знают, и любят стабильность. Они слишком устали рисковать. Возможно, поэтому не будет преувеличением сказать, что почти все перемены совершались руками молодых. Следовательно, правильно, чтобы лидер революционной армии был молодым. — Конечно, это не значит, что стариков нужно презирать. Когда-то они тоже были молодыми людьми, ищущими перемен, а прожив долго, накопили много опыта. Такой опыт может стать знанием, так что его следует уважать. — Что это... Тогда что ты хочешь, чтобы я делал? Слушал стариков? Или не слушал? — Разве нужно делить всё так резко? До сих пор ты справлялся. Судя сам, отфильтровывай нужное и впитывай только то, что тебе нужно. «Образование» существует, чтобы помогать делать такие суждения. Потому что нельзя слепо выбирать, вообще не имея информации. — Хорошо. Значит, поэтому ты выбрал меня преемником? — Верно. Ах, есть ещё одно. — Не верится, что есть ещё... Даниэль улыбнулся, игнорируя невнятное ворчание. — Ты умеешь любить людей. — У меня нет возлюбленной... — Любовь не обязательно означает только любовь между возлюбленными. Любовь между друзьями, любовь между семьёй... многое. Разве нет чего-то, что можно назвать? — ...Шииа. Ответ. Поль нахмурился, будто не мог понять. — Но разве это не становится слабостью? Если взять хотя бы брата... Он оборвал фразу, но нетрудно было догадаться, что последует дальше. Что ж, это справедливо. Ещё недавно я потерял голову только потому, что мать кашляла кровью. Существование любимого человека — несомненная слабость. Но. — Какова идеология революционной армии? — Мир, где все равны, без сословной системы. Лицо Поля изменилось, когда он дал ответ. Сама эта идеология была создана на основе мыслей о других. А тот, кто должен прокладывать новый путь, неся эту идеологию на спине, — лидер революционной армии. — Умение любить кого-то означает способность заботиться о других и понимать их. Человек, не умеющий любить людей, неизбежно лишён права сидеть на этом месте. — Неужели это правда? Можно ведь бросить всё вокруг и сосредоточиться только на любимом человеке. — Это значит, что даже если не сразу, возможность открыта. А чтобы такого не произошло... — «Образование» существует? Понял. Поль покачал головой, будто проиграл. — Смешно, что молодой человек уже претендует на наследника, но... — Поль...? — Пока что я буду внимательно слушать то, чему ты меня учишь. Редкая яркая улыбка обратилась к Даниэлю. Даниэль на мгновение застыл, а затем положил руку на голову Поля. — Хорошо. На его лице почему-то появилась озорная улыбка. — Тогда начнём прямо сейчас? — Э? — Учить нужно так многому. Даже если брать только «слова», это делится на способы убеждать или подавлять противника, способы подстрекать народ и прочие политики и законы, которые нужно будет внедрить после революции. Как справляться с экономикой, которую потрясут изменения власти... — Можно мне просто не делать этого? — Нет, нельзя. Чему учить первым? Все эти вещи важны, но это начало. Изменив направление, в котором шёл к своей спальне, Даниэль повёл ребёнка к кабинету и медленно открыл рот. — Для начала кратко поговорим о естественных правах человека? ---------- Движение каждого (2) Наступил рассвет, и мир беззвучно изменился. Изменения и движения, о которых знают только посвящённые. Император молча смотрел на доклад о том, что злые слухи о мире демонов начали быстро распространяться, а затем позвал премьер-министра. — Ты знаешь слабость герцога? — У герцога тоже есть слабость? Я думал, найти её трудно, ведь он скрывает свои уязвимости. Интересно, как вы её обнаружили... — Он сам не знает, что у него такая слабость. И никогда не узнает, что Мы осведомлены о ней. Потому что это слабость такого рода. Холодная усмешка расползлась по лицу императора. — Конечно, даже знай он о ней, исправить всё равно не смог бы. Как можно вылечить «высокомерие»? — ...Вы говорите о высокомерии? — Он думает, что умнее всех, и смотрит на всех сверху. Но ему никогда не приходило в голову, что кто-то смотрит ещё выше — на его макушку. Неужели император действительно не рассматривал возможность, что кто-то встанет на сторону мира демонов? Трон — это место, где наивным не выжить, верно? Смешно. Он просто знал. Если сделать вид, что не замечаешь, герцог выйдет вперёд с покровительственным видом. — Благодаря этому мы сэкономили людей, которых и так не хватало. — ...Вы поистине смелы. Доверить внутреннему врагу важные вопросы, от которых зависит судьба Империи. — Мы доверили это именно потому, что от этого зависит судьба Империи. Герцог желает это место ради Империи. Он ни за что не позволит ей пасть. Особенно казалось, что герцог смотрит на него как на ребёнка... но если это было высокомерие или снисходительное презрение, император воспользовался этим, и всё в порядке. Отложив неприятные чувства, император перевернул доклад. — Однажды придёт день, когда его поймает это высокомерие, и он падёт. Интересно, какое лицо будет у герцога тогда. *** Стал почётным маркизом! Я ожидал сильной реакции дворян, но всё оказалось тише, чем думал. Разобравшись, я выяснил, что Круэль стал почётным графом. Да, псу лидера дворянской фракции тоже дали титул, так что они немного пожаловались и на этом закончили. На самом деле с точки зрения дворянской фракции было к чему придраться, но её лидер, герцог, промолчал и принял всё, так что это было почти насильственное молчание. Честно говоря, я тоже поражён. Император и герцог заключили тайную сделку? Ну, это неважно. Важнее другое... — Я... правда вернулся живым... — Почему вы говорите такие пугающие вещи? Ремембер поставил стакан на стол и пристально посмотрел на меня. Но разве это не удивительно? Это чудо — войти в тайную базу какой-то организации и выйти живым. Даже личность раскрылась. Когда мне надели повязку на глаза, я думал, что меня отведут в тихое место и аккуратно уберут, но меня спокойно вернули на улицу. Не имея возможности объяснить насыщенную событиями прошлую ночь, я лишь закатил глаза и поднял стакан. — Пфу-! — Ну? Вы в порядке? — Кха, что это такое... — Императорский дворцовый лекарь снова прислал лекарство. Это тоник. Почему у меня ощущение, будто чувство вкуса умирает? Чёрт, я думал, это кофе. Никогда бы не подумал, что лекарство подадут в кофейной чашке. Не нужно развиваться до такой степени, старик... Или это мне кажется, что я больше не чувствую языка? — Это... попытка отравления... — Проверка на яд уже проведена. Не заставляйте старика снова хвататься за сердце и просто пейте всё как следует. Проклятье. Со слезами на глазах я сделал глоток из стакана. При этом запах ещё сильнее напоминал кофе. Ужасный вкус и ароматный кофейный запах совершенно не сочетались. — Почему это пахнет кофе? — Я специально попросил. Сказал, что маркиз плохо принимает лекарства, значит, нужна хитрость. — Я что, ребёнок?! Нет, и что это за дворцовый лекарь, который послушал такое...! Фух...! — Пожалуйста, сохраняйте спокойствие и глубоко дышите. Маркиз, опасно, если у вас поднимется давление. — Ремембер, ты делаешь это нарочно. Задыхаясь, я схватился за затылок и покосился на Ремембера. Змееподобный дворецкий лишь улыбнулся и сменил тему. — Я слышал, что вы управляете растительными монстрами. — Кхе! — Что вы давно тренируете растительных монстров и используете их, чтобы тайно разбираться с теми, кто мешает вам по ночам... — Что за бред?! Ах, вот опять. Хоть я и знал, что он собирается сменить тему, я снова попался на слова Ремембера. Попытался прийти в себя, пусть и поздно, но... — О, разве нет? Тогда маркиз — вампир, а растительные монстры родились из крови маркиза... — Это уже совсем бред. — Тогда слух о том, что вы планируете завоевать мир... — Есть ли причина умирать за измену?! Какой человек этот император! ...Как можно игнорировать, когда говорят такое? Это и называют возрастом? Я качал головой, заполняя её неверными представлениями о слове «возраст», когда Ремембер заговорил голосом с едва уловимой игривостью. — О, напротив, есть слухи, что вы замышляете уничтожение мира. — Безумие. Как вообще слухи могут так разойтись? Хочется поаплодировать человеческому воображению. При упоминании конца света Дан, работавший с документами в углу, поднял голову, но я проигнорировал его и цокнул языком. Вернее, почему он здесь? Я посмотрел на него озадаченными глазами, а затем перевёл взгляд на Ремембера. Тот улыбался так, будто спрашивал, есть ли какая-то проблема. — Ты не слишком к нему благоволишь? Всё-таки он не посторонний... но пришёл сюда совсем недавно. — Поскольку маркиз сам передал его мне, нет нужды настораживаться. Естественно дарить доверие в соответствии с уровнем его способностей. И вы сами привели его, а теперь называете посторонним. Возможно, рано, но после того как он упорядочил систему документов, вы полностью приняли его, не так ли? Дан расстроится, если услышит. — Прошу прощения. — ...Ох, ладно... прости... Как и ожидалось, возраст страшен. Старика не ударишь, а с Миллини Ремембером лучше не сталкиваться. Я слегка отвернул голову и заговорил о другом. — Думаю, мне снова придётся ненадолго отлучиться, чтобы выполнить миссию Его Величества. — Лекарство всё испортится. — Это было бы прекрасно... то есть жаль. — Я позабочусь о нём, когда буду собирать ваши вещи. Нужно выбросить. Пока я строил амбициозные планы для своих вкусовых рецепторов, Дан с вопросительным выражением лица задал вопрос: — ...Вы сказали, миссия Его Величества? — Да. Как и в прошлый раз, меня какое-то время не будет. От мыслей об императоре начинала болеть голова. И не только голова — поднимался стресс. Прижав одну руку к ноющему виску и медленно вдохнув, чтобы прогнать непонятное напряжение, я заметил, как Дан, наблюдавший за мной, тихо открыл рот. — Могу я тоже пойти с вами? Я буду помогать. — Да, нет. — ...Да? — Тайно следовать за мной тоже нельзя. Либо ты, либо я можем умереть. Потому что свидетелей нужно убивать. Но раз он говорит, что немного учился фехтованию, с другой стороны, могу умереть я. Во время охотничьего состязания это было всего один раз, но он спас меня от атаки, и полностью игнорировать такую возможность нельзя. Было бы ещё хуже, если бы я не заметил и оказался в Замке Короля демонов с этим парнем на хвосте. Я умру вместе с ним за преступление — привёл человека. «Не будет скучно, ведь я умру не один». Ох, стресс. Я продолжал держать руки у висков и тихо произнёс эти слова. Но почему так тихо? Ответа не последовало. Я медленно поднял голову. Ремембер и Дан смотрели на меня с непонятными выражениями. Особенно глаза Дана, кажется, дрожали. Или мне показалось? В отличие от моего растерянного взгляда, в встретившихся глазах я ощутил странную радость, поэтому поспешно отвёл взгляд и не успел рассмотреть внимательнее. Дан слегка опустил голову, будто пришёл в себя, стряхивая мурашки. — Не думал, что вы способны угрожать так даже в обычном состоянии... — А...? — Я не последую за вами. — О, да... Я ответил нерешительно и повёл глазами. Атмосфера странная. Это было всего лишь лёгкое предупреждение. Словно желая восстановить тонкую атмосферу, Ремембер сменил тему. — Когда вы планируете отправиться? — Сейчас. Если задержаться здесь дольше, придётся заниматься документами и пить горькое лекарство. Лучше как можно скорее отправиться в мир демонов. — Тогда я подготовлюсь. — Прошу. Ах, и эти убийцы... Я уже пару раз делал что-то вроде прошлого раза, но к этому моменту нашёл другой способ. До сих пор мне везло, никто не пострадал, но это всё равно опасно. Нельзя каждый раз снимать погоню. Нет ли чего-нибудь... более удобного и лёгкого? Сообразительный дворецкий немедленно предложил другой вариант. — Если маркиз немного отложит время отъезда, я могу подмешать к их еде снотворное и облегчить ваш уход. — У них устойчивость к лекарствам, так что большинство снотворных не подействует. — На этот раз через Дана я достал более сильное средство. Слышал, что в зависимости от дозировки им можно усыпить слона за три секунды. — Нет... это уже немного... С людьми точно всё будет в порядке? ...Но если ты знал такой простой способ, почему не сказал раньше? Судя по мгновенному ответу, он давно знал этот метод. Если проблема была в лекарстве, можно было просто сказать. Ремембер, увидев полный сомнений взгляд и сразу прочитав его смысл, улыбнулся. — Ведь это весело, не так ли? — ...Мне было не весело. Казалось, я пересекал грань между жизнью и смертью. Пробурчав про себя, я вытянул руку, показывая, чтобы он поспешил с подготовкой. Ремембер, поклонившись один раз, повернулся и открыл дверь. И столкнулся с человеком, который уже поднял руку, будто собирался постучать. «Что?» Я вытянул шею и посмотрел на служащего через плечо Ремембера. Тот, встретившись со мной взглядом, вздрогнул и отпрянул. Голос, становившийся всё тише, едва сумел прозвучать: — Его Королевское Высочество наследный принц... прибыл с визитом. *** Принцесса настаивала твёрдо: — Он должен любить мужчин! Наследный принц выразил неодобрение: — Не может быть. И тут же остановился и задумался. Мужчина, чьи отношения с женщинами слишком пресны. Мужчина, у которого среди окружения крайне неровное соотношение полов и нет особого интереса к женщинам...! — Быть не может... — Видишь? — ... Не то чтобы женщин совсем нет. Поскольку это был мужчина, на которого нацелилась принцесса, наследный принц знал это: он тщательно расследовал и отслеживал, есть ли вокруг Деона женщины. Есть рыцарь по имени Лиэн Райнер. Но это были полностью публичные отношения, связанные узами лорда и рыцаря. Наследный принц потерял интерес. При выполнении миссии Церкви Спасения Деон Харт откуда-то привёл мужчину и женщину. Их звали Дан и Ран? А когда миссия закончилась, мужчина остался, а женщина ушла. Мужчина сейчас живёт с Деоном Хартом в особняке Хартов. Наследный принц, беспокоившийся, что у женщины могут быть к нему чувства, расслабился. «Возможно, не стоило расслабляться...» Никогда бы не подумал, что он может любить мужчину. — Тогда как насчёт попытаться соблазнить его? — Что? ---------- Движение каждого (3) — Потому что не думаю, что смогу это сделать. Объективно мой брат красив и занимает высокое положение, так что если он действительно любит мужчин, ему будет нетрудно попасться на меня. — ...Неужели нужно заходить так далеко? — Скоро начнётся война с миром демонов. А Деон Харт остаётся самым опасным и нестабильным героем Империи. Чутьё мне так подсказывает. Оснований для этого не было. Принцесса даже не знала, что Деон Харт ходит туда и обратно в мир демонов. Наследный принц вздохнул, по-новому глядя на принцессу, которая, располагая лишь ограниченной информацией о Деоне Харте, одной интуицией точно указала на него. — Конечно... сейчас подходящий момент, чтобы привязать его к императорской семье. Если упустить этот момент, неизвестно, когда появится другой шанс. Наследный принц некоторое время размышлял, скрестив руки и сомкнув губы. Затем слегка перевёл взгляд на сияющие глаза принцессы, крепко зажмурился и встал. — Пожалуйста, не забывай, что на мне долг оставить наследника. — О, разумеется. После того как надёжно привяжешь его. Потом можешь встречаться с кем угодно. Принцесса улыбнулась и махнула рукой. Настолько, что он выслушал её утверждения, которые любой другой высмеял бы. Наследный принц, как и принцесса, тоже был человеком без предубеждений. *** — Я посетил вас в связи с тем, что вы стали почётным маркизом. — Если речь о грамоте о назначении, я уже её получил. И что это за букет у вас в руке...? Теперь, когда я присмотрелся, стало видно, что он приложил много усилий к внешности, включая причёску. Он собирается после встречи со мной пойти к девушке? Наследный принц, одетый роскошнее обычного, с волосами, уложенными на одну сторону, спокойно улыбнулся и сказал: — Разве вам просто отправили грамоту? Его Величество был занят, поэтому прислал её в спешке, но ведь вы не собирались просто получить титул и вытереть рот, не пройдя процедуру принесения клятвы императору? — Разве такое возможно? Почему он так говорит? Убить же можно. Почувствовав угрозу жизни, я поспешно покачал головой. Он улыбнулся, будто шутил, и протянул букет, который держал. — Можете расслабиться, это шутка. Хотя я пришёл как представитель Его Величества, чтобы принять клятву от его имени, сам Его Величество на самом деле сказал, что в такой показухе нет нужды. Он сказал, что нет нужды в клятве, если она не искренняя. Сегодня я пришёл просто потому, что хотел увидеть маркиза. Что? В другом смысле это звучит сильно. Я указал на протянутый букет и, заикаясь, открыл рот. — ...Эти цветы...? — Это подарок в честь того, что вы стали почётным маркизом и заняли первое место в охотничьем состязании. — Эм... спасибо. — И ещё есть драгоценности и деньги... это приз за победу и награда, которую Его Величество дарует вам за неприятность на охотничьем состязании. Похоже, он не расстроен из-за того, что проиграл первое место на охотничьем состязании. Слава богу. Думая об искренности того, кто дарит подарок, я несколько раз коснулся букета, затем прижал его к груди и повернул голову к окну. Люди, похожие на присланных из императорского дворца, с трудом что-то несли. Если присмотреться, видно несколько сундуков, но это «несколько»...? — Ну... вы. — Ах, да. Говорите. Я снова перевёл взгляд и посмотрел на наследного принца. Мужчина, чья внешность была настолько яркой, что казалось, будто вокруг всё сверкает, редко для себя колебался и не мог легко заговорить. Что же этот змееподобный человек не решается сказать? Наследный принц нахмурил брови, размышляя, как начать, и наконец произнёс благородным тоном: — Что вы думаете... если закон изменится и однополые браки станут возможны? — Да? Почему он спрашивает меня об этом? Нет, скорее это слишком внезапно. Речь не о войне. Почему в такие времена мы говорим о браке? И всё же, раз вопрос задал наследный принц, нужно ответить. Я подавил абсурд, готовый вырваться наружу, и попытался придумать самый простой ответ. — Не уверен, но думаю, некоторые люди будут счастливы. Есть ли среди влиятельных дворян те, кому нравятся люди одного пола? Он пытается привлечь этого дворянина приманкой изменения закона? Это определённо мирный метод. Хотя говорить о таком в нынешней ситуации странно. — Не знаете... Значит, мужчины вам не нравятся? — Да. Точнее, я бы сказал, что у меня нет ёмкости, чтобы любить кого-либо. Я слишком занят заботой о себе, как мне заботиться о других? Для меня другие люди — просто двумерные персонажи. Нет нужды слишком волноваться или глубоко вникать в историю другого человека; достаточно относиться к ним так, как они выглядят снаружи. Если сравнивать с пьесой, это как фон... Ах, раз разговор возможен, значит не фон? Тогда статист. Или существование, похожее на персонажа книги, который движется согласно заданной теме. — Понятно... Несколько пустой голос коснулся барабанных перепонок. И тогда возникло сомнение. Неужели. «Целью был я?!» Все приманки про однополый брак и то, что он пришёл так аккуратно наряженным, были направлены на меня? Раз у принцессы, похоже, ничего не получилось, наследный принц вышел вперёд сам, верно? Я примерно понял ситуацию. Но... «Я всё понимаю, но зачем менять мою ориентацию...» Если принцесса не сработала, можно просто сказать: «похоже, принцесса не в вашем вкусе», и найти другую женщину. Почему Его Высочество наследный принц выходит «лично»? ...Может, это вкусы самого принца...? Кажется, я невольно откинулся назад. Наследный принц с озадаченным лицом замахал рукой. — Это недоразумение. — Ах, да. Понимаю. Никогда бы не подумал, что наследному принцу нравятся мужчины. Конечно, мне всё равно, нравятся ему женщины или мужчины. Даже если ему нравятся мужчины, я лишь на мгновение подумаю: «что делать с наследованием», и дальше интереса не будет... но если этим человеком становлюсь я, история совсем другая. Я нащупал рукой сбоку верёвку и потянул. Никакой реакции. Потянул снова. Всё равно никто не пришёл. Я стал тянуть за шнур как сумасшедший. — ...Шнур, который вы сейчас тянете, не для вызова слуг, а для света. — Ах. Почему-то одна сторона зрения засияла. — Я сказал, это недоразумение. — Да, я верю. Только минутку... Я осторожно поднялся, шагнул назад и приблизился к двери. Посмотрев на принца с озадаченным выражением в глазах, я быстро повернулся, распахнул дверь и крикнул в коридор: — Ремембер! Ремембер! — Нет, маркиз. Сначала успокойтесь... — Когда подготовка закончится? — Маркиз? Наследный принц схватил меня за плечо! Я не понял, когда он оказался у меня за спиной, но услышал голос совсем близко, мурашки побежали по коже, и я в последний раз выкрикнул за дверь: — То, которое усыпляет слона за три секунды, можно использовать, так что заканчивайте скорее!! — Слон за три секунды...? Не знаю, я отправляюсь в мир демонов. Если я крикнул настолько громко, Ремембер точно услышал. Даже если не услышал, другие слуги услышат и передадут. Значит, нужно выиграть немного времени. Словно ничего не случилось, я повернулся, посмотрел на наследного принца и спокойно произнёс: — Я верю вам, Ваше Высочество. Конечно, это было недоразумение. — ...Но почему вы так близко к двери? — Ах. — ... После этого, пока не пришёл Ремембер, меня удерживал наследный принц, и мне пришлось слушать объяснения, пока недоразумение не разрешилось. В итоге, конечно, недоразумение разрешилось. За это короткое время наследный принц, должно быть, пережил сильный стресс — настолько, что его аккуратный вид почти сошёл на нет, — но я не почувствовал ни малейшего сожаления. Кто просил его делать такое? Хм. *** — Едим! — Безумец! Не лезь без очереди! — ...Но разве революционные силы в последнее время не притихли? — Похоже на то, но... чёрт. Сегодня ты разобрался ещё с одним. Как долго Его Величество собирается нас эксплуатировать? — Нам нужно платить за здания... Сколько зданий мы снесли? — Честно говоря, всё было из-за бомб революционной армии. Когда ты занят тем, что разбираешься с ними, как справиться с каждой бомбой отдельно? Всё, что можно сделать, — швырнуть её в небо. — В любом случае, в последнее время их правда стало меньше. Даже те, кто иногда появлялся, были мелкими сошками. Почему? Из-за войны? — А почему у тебя руки трясутся? — Не обращай внимания. Это последствия. Раз сегодня я отвечаю за разборки с революционерами, мне нужно лекарство... — Пф-ха! Эй, ребята! Тут есть ублюдок, который до сих пор не оправился от последствий! — Правда? Уже несколько лет прошло с тех пор, как мы пользовались лекарством! — О, слабак. Надо стараться. Да? Воли не хватает. — Все заткнитесь! Бух! — ...Я сказал заткнуться, а не втыкать голову в тарелку. — Это новый способ есть? Как собака, без рук? — Он не просыпается, значит не давится и не бегает... Кул. — Эй, он спит. У него нарколепсия. — Что вы все делаете... Бум! Глухой удар! — ...Кахахах. — ...Даже после лекарства, которое, говорят, валит с ног диких зверей, они ещё десять минут разговаривали, прежде чем уснули. Как маркиз вообще собрал и возглавляет таких безумцев? Если это талант, то тоже талант. В любом случае, в следующий раз можно взять лекарство сильнее. — Передай маркизу, что подготовка к отъезду завершена. *** Побег! *** Как всегда, Деон Харт привычно сел на коня и добрался до входа в горный хребет, куда никто не мог добраться. И император, и Король демонов знают, что здесь проходит граница, но не отправляют туда войска. Маленькая граница, едва достаточно широкая, чтобы один человек мог войти или выйти, существует исключительно для Деона. Пока принадлежность Деона Харта не определена ясно, два разных и одновременно похожих монарха заключили негласное соглашение воздерживаться от действий, которые преждевременно раскрыли бы чьё-либо местоположение, отправив кого-то к границе в горах. Именно поэтому те, кто провожает его, чтобы не быть затоптанными, не следуют в горы. «Пока я ясно не решу, кому принадлежу...» Очевидно, если его жизнь — не еда, у неё есть срок годности. Он был готов, но гниющее сердце было чем-то другим. Стал бы Король демонов молчать, узнав, что император решил победить? Ни за что. Он тихо усмехнулся, потирая клеймо кончиками пальцев. «Тот, кто вырезает на человеке такое, не может быть нормальным». Инициатива всё ещё на этой стороне, так что он не станет давить слишком грубо, но подготовиться всё равно стоит. Король демонов не просто так Король демонов. Я отправил коня обратно и ступил в горы. Не оглядываясь, я поднялся по крутому горному пути, и когда добрался до середины, услышал звук, которого не должен был слышать. — Кхр-р... Звук булькающей крови. Иными словами, звук умирающего человека. Я повернул голову. Чуть поодаль мужчина зажимал кому-то рот и вытаскивал кинжал, застрявший в горле. Зелёные глаза, чёрные волосы. Как же утомительно. Почему ты везде, куда я иду? — Круэль Харт. Пробормотав это так, словно разговаривал сам с собой, я вытащил кинжал. Круэль, смотревший на упавший труп, поднял голову и увидел Деона. Наши взгляды встретились, и наступила тишина. Свидетелей нужно убивать. Возможно, из-за расположения он не видел самой границы, но причина, по которой он оказался за её пределами, настолько ясна, что правильно было бы убить его. Особенно если противник — подчинённый герцога, главы дворянской фракции. Но, прекрасно понимая это, Деон не двигался. Он не хотел двигаться. Сейчас Деон был слишком истощён, чтобы проявлять к нему враждебность. Круэль, в странной тишине молча смотревший в душевно усталые глаза Деона, вскоре отвернул голову. В ответ на это неожиданное действие Деон — открыл ли он глаза шире или нет — сделал вид, что ничего не видел. Не подав ни малейшего признака, Круэль оставил тело и пошёл прочь, словно собирался вернуться туда, откуда пришёл. Деон, не понимая мыслей Круэля, мог лишь нахмуриться и смотреть ему вслед. ---------- Неудобные будни (1) В это время Деон Харт отсутствовал. Герцог смял записку и слегка нахмурился. «Почему именно сейчас...» Сколько времени прошло с тех пор, как началось пари? По крайней мере нужно избавиться от него до того, как война с миром демонов начнётся по-настоящему. Он бросил взгляд на Круэля и увидел, что тот, как всегда, бесстрастен. Глядя на это, казалось бы, спокойное лицо, герцог без причины почувствовал, как его суждение искажается, и уголки губ поднялись в улыбке. — На этом этапе я уже по-настоящему впечатлён. Деон Харт отсутствует по приказу Его Величества. — Как же ему так везёт? Мир осыпает его благословениями? Если каждый раз проваливаться и упускать момент, начнёшь раздражаться. — Надеюсь, он скоро вернётся. Фиолетовые глаза зловеще блеснули. Круэль, наблюдавший за этим, молча опустил взгляд. Герцог, нервно черкавший пером по документу в пространстве, где они были одни, внезапно остановил руку, когда ему пришла мысль. — Теперь, если подумать, я понимаю, что есть ещё люди, которых отсутствие Деона Харта будет раздражать... Идиоты, пришедшие к нему вечером, когда император объявил войну миру демонов, и говорившие глупости. Они всерьёз встревожились из-за теории, будто Деон Харт — вампир, и настаивали на расследовании. Это было настолько нелепо, что эти люди назывались аристократами. Неважно, смотрел ли Круэль на него непонятным взглядом или нет, герцог с широкой улыбкой пробормотал: — Тебе и правда... везёт. *** Империя объявила о прекращении войны. В качестве дополнения сообщили, что вскоре, вероятно, начнётся война с миром демонов. Эта новость быстро распространилась по континенту. Реакции королевств были разными. — Слава богам, всё... — Мы выжили! Выжили! — У-у-ух! Были и королевства, которые с облегчением и радостью приветствовали то, что страшный император остановил войну. — Бесстыжие. Сами начинают войну и сами же её прекращают. За кого они нас принимают? — Если они самовольно говорят, что остановятся, мы обязаны слушать? Высокомерный ублюдок. — Наше королевство никогда не окажет Империи поддержку. Были королевства, которые, отложив вопрос мира демонов в сторону, просто злились на их бесстыдное и высокомерное поведение. — Я ненавижу Империю, но в нынешней ситуации главное — не позволить ей пасть. Мы не можем стоять и смотреть, как всё столкнётся и рухнет в незавершённом состоянии. — Империя — первая и сильнейшая защитная стена человеческого мира. Если Империя падёт, это будет равносильно уничтожению всего человеческого мира. Война до сих пор израсходовала значительное количество ресурсов и войск, так что мы не можем просто сидеть сложа руки. — Даже если вам не нравится Империя, сейчас нужно действовать ради неё. Нужно что-то предпринять. Были и королевства, оказавшиеся немного умнее. И, что удивительно, среди всех этих королевств обнаружилось нечто общее. Император, первым узнавший это из доклада, мягко улыбнулся, обнажив зубы. — Похоже, ходы герцога сработали довольно хорошо. Среди множества правителей немалого числа королевств хотя бы один должен был произнести подобное. Но, как ни удивительно, даже королевства, проявлявшие сильную враждебность к Империи, ни разу не бросили пустых слов вроде: «Лучше уж мы встанем на сторону мира демонов». *** Я выбросил тоник. Ремембер и правда обо мне позаботился. Я до смешного боялся, что страшный дворецкий найдёт улики и устроит мне допрос, если выброшу лекарство в человеческом мире, поэтому в итоге перешёл в мир демонов и выбросил его уже там. Возможно, из-за того что это была жидкость, оно было невероятно тяжёлым. В любом случае мы добрались до Замка Короля демонов без особых проблем. Я проверил удостоверение на входе и уверенно вошёл... Что это? Стоило мне войти в замок, как почти все проходившие демоны повернули головы в мою сторону. Такое уже бывало, но никогда они не смотрели на меня с такой пылающей страстью. Что это было? В тот миг, когда я захотел... — Демон! — Это Демон! — Демон прибыл! — Добро пожаловать! — Де-се. — Де-се. Что это? Что вообще происходит? И что ещё за Де-се? Вокруг собиралось всё больше демонов. Из-за необычной силы этого напора я растерялся и отступил. Тем временем демоны с красными брошами в форме сердца на груди поднимали руки и кричали «Де-се». Мне чертовски страшно! У меня не хватило смелости прорваться сквозь них и бежать до внутреннего города, поэтому я просто застыл и дрожал, когда толпа расступилась и появилась девушка. — Демон! Добро пожаловать! — Лиринель? — Да! О боже, Лиринель! Ты пришла спасти меня! Теперь, когда командир Одиннадцатого корпуса появилась, эти безумцы тоже отстанут. Пока я смотрел на Лиринель с такой мыслью, кое-что попалось на глаза. Что-то красное на её груди... Мозг на мгновение остановился. «...Что? Почему на груди Лиринель брошь?» И это ещё не всё. Одежда тоже немного странная. В центре чёрной шляпы Лиринель вышито красное сердце. И мне очень тревожно, потому что даже на чёрной ткани в её руке виднеются красные символы... — Госпожа! Это глава религии! — О, глава культа! ...Она глава культа? Наверное, нет. Наверное, нет. Такой милый ребёнок не может быть таким. Хотя она демон. Лиринель лёгким движением развернула чёрную ткань в руке, безжалостно растоптав мою надежду на ошибку. Ткань с красным сердцем в центре взметнулась, и одновременно раздался огромный рёв. — Ва-а-а! — Де-се. — Де-се! Так эти люди всё-таки последователи культа демонов?! До недавнего времени всё точно казалось нормальным, но когда они успели стать такой псевдорелигиозной толпой? Что делал Король демонов, чтобы всё дошло до такого? Я посмотрел на Лиринель, которая, похоже, была виновницей всего этого. Она с счастливой улыбкой смотрела на демонов, кричавших «Де-се». — Лиринель? — Да, Демон! — Что всё это такое? И что такое «Де-се»? — Это люди, которые уважают вас, Демон! «Де-се» — сокращение от «Да здравствует Демон!» Как вам? — Как... как мне... Ах, давление... О нет. Нужно успокоиться. Если здесь у меня сильно поднимется давление или я выкашляю кровь, лекарь Бен прибежит. Нельзя начинать работать снова сразу после прибытия в Замок Короля демонов. С трудом успокоив разум, я тихо позвал Лиринель. — Кто... кто сказал тебе это сделать? — Я поручила расследование командиру Второго корпуса! Слышала, религии человеческого мира устроены так, разве нет? — Не то чтобы совсем неправильно... Девелания! Даже шутить нужно в меру. Что ты делаешь, портя невинного ребёнка? Для начала нужно избавиться от этой тревожной группы. Раз Лиринель — глава культа, я могу сказать ей, верно? — Спасибо, но я немного устал... Можешь распустить их? Прямо сейчас. А лучше бы распустить навсегда. — О, это...! Конечно! Простите, Демон. Похоже, я слишком увлеклась... Лиринель в панике махнула рукой. Огромная толпа внезапно исчезла, словно ничего и не было. Лиринель посмотрела на фон, ставший гораздо тише прежнего, и осторожно заговорила: — Вы идёте к Королю демонов? Я провожу вас до двери. — Пожалуйста. Если рядом будет глава культа, эти безумцы не прилипнут. Это была по-настоящему пугающая церемония приветствия. *** — Ты здесь. Пришёл раньше, чем я думал. Король демонов, сидевший за рабочим столом и разбирающий документы, поднял голову и улыбнулся. Однако улыбка на лице Короля демонов исчезла почти сразу, как только он встретился с красными глазами. Его взгляд сузился, словно он что-то заметил. Он поднялся с места, медленно подошёл и встал перед Деоном. — Ты... Он слегка наклонился, приблизил лицо и встретился с ним глазами. Жуткие обратные глаза всматривались в красные. — Ты услышал что-то важное. Что? Что именно? Что услышал этот человеческий ребёнок, что теперь так плохо управляет выражением лица? Похоже, он считает, что в каком-то смысле справляется, но глаза Дьявола, прожившего так долго, не обмануть. Король демонов протянул руку, взял его за подбородок и поднял. Он встретился с ним взглядом так, словно видел насквозь, и тихо спросил, будто читая вслух: — Хочешь рассказать? — ... — Да, скорее всего, нет. Но разве ты не переживаешь, как я восприму эту ситуацию? Не думаешь, что твоя жизнь может оказаться в опасности? Ответа не было. Из этого вида Король демонов смог получить решающую подсказку. Если бы это была информация о Короле демонов или императоре, о мире демонов или Империи, он не был бы так взволнован. Однако это молчание слишком откровенно, чтобы сказать, будто он на стороне императора. Если бы он действительно был на стороне императора, то выдвинул бы убедительное объяснение. Значит, остаётся только... — Император бросил ставку. — Верно. — Бесстыдно. Что ж, момент подходящий, так что естественно. Он молчал об этом передо мной потому, что был потрясён, или потому, что просто не хотел, чтобы я узнал? Вероятно, второе. Если я узнаю, независимо от недовольства императора, тоже вступлю в игру. — Если бы я не заметил, ты не сказал бы до конца, верно? — Всё в порядке. Не то чтобы я не понимаю. Но да... это действительно нужно закрепить. Рука, державшая его подбородок, скользнула вниз и обхватила шею. Большой палец естественно достиг места клейма и крепко нажал. Тело Деона тихо вздрогнуло, словно он испугался ситуации. — Уверен, ты знаешь, где должен быть. Думаешь, я отпущу тебя, если ты сбежишь? Как бы свободно ты ни путешествовал между Империей и Замком Короля демонов, это трудно забыть. [Вот место, где ты должен быть.] — Ответа нет. — ... — Почему ты снова цепляешься за мои штаны? Он прищурился и улыбнулся. Отпустив шею Деона, который не отвечал, Король демонов повернулся и открыл окно. Перед ним развернулся открытый пейзаж, где ясно виднелись три круглые луны. — Разве луна не красива? — ... — Ты слаб к солнечному свету. Так выбери место, где тебе не нужно беспокоиться о солнце. Здесь всегда ночь, но луны светят так ярко. Что в этом плохого? На этом фоне он раскинул руки к Деону и широко улыбнулся. Из-за яркого лунного света его фигура оказалась в контровом свете. — Если останешься здесь, все демоны, кроме меня, склонятся перед тобой. Нет, если захочешь, я тоже встану на колени. Если объективно спросить, достоин ли Деон Харт того, чтобы ради захвата заходить настолько далеко, Король демонов без колебаний покачал бы головой. Однако для Короля демонов найти человека, способного прогнать эту скуку, было важнее всего. И победить в неявной игре, которую он сейчас вёл с императором, тоже было важно. Поэтому он мог говорить без колебаний. — Если есть что-то, чего ты хочешь, я дам это тебе. Если выберешь это место, я больше не буду устраивать скандал из-за твоих выходов в человеческий мир, как раньше. Если захочешь землю человеческого мира, я могу захватить её и отдать тебе. Из-за своего положения император Империи наверняка имел множество ограничений в том, что мог дать Деону Харту. Но здесь власть Дьявола абсолютна. Король демонов был уверен, что сможет дать ему больше, чем император, что бы тот ни захотел. Хотелось надавить ещё сильнее и получить определённый ответ, но... «Я могу давить только до этого предела». Если надавить сильнее, он может потерять рассудок. Король демонов послушно отступил. — Так что подумай как следует. Когда он жестом велел уходить, Деон молча повернулся. Уже дойдя за несколько шагов до двери, Король демонов, будто вспомнив кое-что, добавил ему в спину: — Тебе рады обратно, но клеймо я не сниму. — ... Зная, что ему следует считать удачей уже то, что к клейму не добавили ничего, кроме функции отслеживания местоположения, Деон ответил молчанием и открыл дверь. ---------- Неудобные будни (2) — Добро пожаловать, Демон. — Рад, что вы вернулись раньше. — Эд? — Отдайте плащ и садитесь вон туда. Эд как ни в чём не бывало забрал у меня верхнюю одежду и подвёл к стоявшему неподалёку стулу. Стоило мне сесть, как Бен, ожидавший прямо передо мной, начал внимательно меня осматривать. Я некоторое время смотрел на него пустым взглядом и лишь потом, опомнившись, позвал: — Бен...? — Да, Демон. Прошу, простите меня на минуту. Бен, до этого трогавший забинтованное запястье, взглянул на магический камень у себя на шее и нахмурился, будто о чём-то вспомнил. — Не могли бы вы лечь? — Эд, что ты делаешь? Быстрее уложи Демона в постель. Нет... Я только вошёл, и уже — что происходит? От внезапности я на мгновение растерялся, а когда Эд двинулся ко мне явно с намерением взять меня на руки, вскочил от ужаса. Даже если я не понимаю, что происходит, лучше просто подчиниться. Не подчинишься — они пустят в ход всё, что только могут. «Лучше уж самому лечь, чем испытать такой позор...» Я медленно дошёл до кровати и улёгся. Бен нажал на разные места у меня на животе и с любопытством склонил голову. — Признаки внутреннего повреждения точно были... но сейчас вам гораздо лучше. — Вот как? Значит, всё было настолько серьёзно. Похоже, осмотр закончился. Услышав, что мне стало намного лучше, я попытался неспешно подняться, но не смог преодолеть давление руки Бена на плечо и снова упал на кровать. Почему он говорит, что я в порядке? Разве я не могу просто встать? — Ах, я поздно спросил. Демон, вы в порядке? — Ты же только что посмотрел. — Я не понимаю, в чём проблема. Сильные сигналы вроде кровохарканья приходят, а вот простые — повышение давления или учащённое сердцебиение — нет. Вернее... они будто настолько слабые, что их невозможно разобрать. — С моим телом всё нормально. Может, это ошибка? Тогда мне стоит заменить... — Нет. Если заменить, правильный сигнал будет приходить только в самом начале, а потом всё снова станет как сейчас... Уже заменяли? Разве там не моя кровь? Судя по словам, меняли не один и не два раза. Когда он успел взять её? Пока я молча ворчал про себя, в голову пришла одна догадка. — Может, дело в расстоянии... — Совершенно точно нет. Если бы дело было в этом, сейчас сигнал пришёл бы правильно. А, ну да... Я снова закрыл рот. — И главное, Демон, пожалуйста, берегите себя. Каждый раз, когда приходит сигнал, я не могу даже прийти к вам, и у меня сердце болит. Вы знаете, как это на меня действует? Если подумать, этот человек был моим врачом. А раз он врач с сильным профессиональным духом, беспокоиться ему действительно есть о чём. Мне сказать спасибо? Или извиниться?.. Я не знал, что ответить, и колебался, когда услышал, как Эд пробормотал: — Он уже пытался сбежать... — Один раз меня поймала командир Одиннадцатого корпуса Лиринель, один раз — Король демонов. В следующий раз я точно сбегу! Сбегу и пойду лечить тело Демона! Он кричал это, но я не мог показать ни малейшего признака одобрения, а внутри похолодел. Он собирается прийти в безумный мир людей? Ни за что! Не приходи! «Вот где скрывался герой...!» Меня потрясло, что крупный кризис миновал, а я даже не знал. Лиринель. Король демонов. Я мысленно изо всех сил благодарил их обоих. Спасибо, спасибо. — Ты всё ещё не пришёл в себя после встречи с Королём демонов. — Я врач Демона. Мой долг — броситься проверять пациента, если с его телом что-то не так. — Но всему есть предел. Ты... — Ох, Демон, вы такой шумный. — У меня есть вопрос о вашем физическом состоянии. Вы в порядке? Бен, демонстративно проигнорировав Эда, повернулся ко мне и улыбнулся. Эй, я-то в порядке... а вот ты сам точно в порядке? Эд сейчас смотрит на тебя из-за спины. Как бы там ни было, Бен улыбнулся сладко, будто ничего не произошло, и осторожно спросил: — Вы... не ощущали каких-нибудь изменений в своём состоянии? В состоянии? Я не уверен. ...А, если подумать, с какого-то момента кровохарканье вроде стало реже. Но разве это не просто мне так показалось? Раны, которые я получал в разных ситуациях, тоже казались легче, чем ожидалось, но общее самочувствие почти не менялось, и я решил, что это только настроение. Когда я рассказал это, чтобы понять, показалось мне или нет, Эд вскочил и радостно закричал: — Значит, последствия тоже можно вылечить! Как хорошо! Похоже, совсем скоро господин Демон сможет ездить на коне мира демонов! — ...Ты это помнишь? — Это обещание, которое я дал Демону. Разве я могу забыть? Нет, можешь. Разве я не могу просто остаться больным?.. Я едва удержал руку, чтобы не схватиться за лоб, и несколько раз сжал и разжал кулак. Хм, если смотреть снова, вроде ничего не изменилось... Неужели я правда стал здоровее? Для проверки я слегка ударил по стене. — Ох, Демон! Подождите...! Хрясь. ...Я ведь даже не ударил в полную силу. Я посмотрел то на ноющий, распухший кулак, то на Бена. Бен, который в ужасе подбежал и осмотрел мою руку, с суровым выражением вынес приговор: — Перелом. Вот это уже знакомое мне состояние. Странно. Моё самочувствие то поднимается, то падает? Пока я без особых эмоций смотрел на руку с фиолетовым синяком, Бен перехватил её и быстро занялся лечением, тяжело вздохнув. Потом негромко, словно отчитывая, пробормотал: — Я говорил не об изменении в этом смысле. Мне кажется, сигнал от магического камня со временем слабеет... Я подумал, что, возможно, что-то из составляющего тело Демона постоянно меняется. Наступила тишина. — Что это значит... Слова прозвучали жутко. Я провёл ладонью по покрывшимся мурашками рукам. — Ты хочешь сказать, моё тело меняется без моего ведома? — Это только предположение. — Ты с ума сошёл? Есть вещи, которые можно говорить, а есть такие, которые нельзя. И ты сейчас это сказал? О, последнюю фразу сказал не я. Это был Эд. Впервые на моей памяти он скривился прямо передо мной и схватил Бена за воротник. Вид у него был настолько свирепый, что все, кто видел это, вздрогнули. К сожалению, на Бена это не подействовало. Мужественный врач, который никогда не уступил бы Эду, тоже схватил его за воротник и закричал: — Тогда что?! Думаешь, магия на магическом камне испортилась? В магии может быть «исчезновение со временем», но не бывает «порчи»! Что тогда остаётся? Только то, что кровь, которая сейчас течёт в теле господина Демона, отличается от крови, использованной для создания магии! — Может, дело не в магии, а в ошибке самого магического камня! — Поэтому я и сказал, что уже менял его несколько раз! Думаешь, легко брать кровь Демона?! Господин Демон закрывал на это глаза, поэтому я каждый раз её получал, но даже так совесть меня мучает: крови у него и без того мало! ...Я никогда на это глаза не закрывал. Когда ты успел брать мою кровь, проклятый врач? — В начале всё работало нормально! Просто сигнал постепенно слабел! — ... — Эта реакция будто и правда не на кровь Демона, хотя это она! И в этот раз Бен победил. Заставив Эда замолчать, он некоторое время тяжело дышал, потом глубоко вдохнул, словно пытаясь успокоиться, и повернулся ко мне. В его глазах, встретившихся с моими, читалось сожаление. — Простите. Я посмел повысить голос перед Демоном. — Нет, ну... важнее то, что моё тело меняется... Как я мог злиться из-за такого? Так что перестань извиняться и продолжай. Это напрямую связано со мной, я не могу не знать. Бен внимательно изучил моё выражение, будто проверяя искренность, слегка кивнул и сказал: — Сначала я тоже не заметил. Думал, что мне кажется. Но это повторялось... — ... — Поэтому скажу сейчас. С того дня, как мы впервые встретились, тело Демона постоянно меняется. Очень незначительно, так, что я не могу точно определить, что именно. — Разве тело не восстанавливается? — Если бы это было что-то подобное, я бы сразу понял. Он почему-то особенно нервничает рядом с Эдом... Я перевёл взгляд между ними и осторожно открыл рот. Обычно я бы молчал, но сейчас ничего не поделаешь. — Значит, это хорошо или плохо? Это моё тело. Даже если оно настолько слабое, что хочется вздыхать, оно всё равно моё. Даже если я не знаю, что происходит, если явление хорошее — уже повезло. Если плохое — надо подготовиться морально. — В первую очередь, похоже на хорошее. Ничего особенно не ухудшилось. Наоборот, частота кровохарканья снизилась, так что это следует считать хорошим признаком. — Если так, то это хорошо... Тук-тук. Все головы в комнате повернулись к двери. Я тоже замолчал и посмотрел туда. Хорошее время для визита — разговор почти закончился. Пока я кивал про себя, Эд, наблюдавший за мной, поднялся и слегка приоткрыл дверь. Едва появилась маленькая щель, как через неё просунулась рука. — Э-э... Вот чёрт, какой испуг! Не выругаться было невозможно. Кто это? Эд, похоже, тоже изрядно удивился и быстро напряг руку, чтобы закрыть дверь... но затем отпустил. Будто ему едва удалось взять эмоции под контроль, спокойный голос назвал имя собеседницы. — Девелания, ваши шутки заходят слишком далеко. — О, Эд. Ты всё-таки догадался? — Что случилось? — Раз Демон вернулся, разве не вежливо будет поприветствовать его? В этот раз я отсутствовал недостаточно долго, чтобы меня приветствовать, так зачем? В следующий миг командир Второго корпуса Девелания проскользнула в щель двери, хлопнула Эда по плечу, подошла ко мне и схватила за руку. Её бесшумное движение, как у таракана, вызвало у меня мурашки уже другого рода. — Господин Демон, почему рядом с вами Бен? Вы где-то ранены? — Нет, не особо. — Хм... Она сузила глаза и начала меня изучать, будто не поверила моему мгновенному ответу. Если всё равно не веришь, зачем спрашивать? Нет, лучше отпусти мою руку... — О боже! — ... Почему, что теперь?.. Я испуганно посмотрел на неё, услышав голос, который ясно передавал потрясение. Взгляд Девелании был прикован к кончикам моих пальцев. — У вас сломался ноготь! — ... — А ногти были так тщательно ухожены... Вау... Впервые вижу, как она кричит. И причина — мои ногти. Она что, не видит повязку на другой руке? Рука с переломом куда заметнее сломанного ногтя. Девелания всё трогала мой ноготь, будто нащупала неровность, и печально смотрела на него. Потом резко обернулась к Эду. — Что ты делаешь, если не можешь даже уследить за ногтями Демона? — ...Простите. Не извиняйся. Уже то, что ты вообще ухаживаешь за моими ногтями, странно. Обычно за ними смотрят Эд и Девелания. Эд подрезает, Девелания проверяет, а иногда сама приводит их в порядок. Они делали это так естественно, что я игнорировал, но если подумать — это же неправильно. Почему мой адъютант подрезает мне ногти? Почему человек уровня командира Второго корпуса заботится о моих ногтях? — Врач там. Что стоишь? Скорее восстанови ноготь Демона. — Девелания, кажется, вы путаете обязанности лечащего врача. — У Демона кризис с ногтем. Это не обязанность врача? Конечно нет. Кто услышит, решит, что жизни угрожает опасность. Я посмотрел на Девеланию слегка остывшим взглядом, но она, похоже, и сама понимала, что говорит абсурд, потому покровительственно склонила голову и сменила формулировку. — Если восстановить нельзя, хотя бы нанесите питательное средство. — Хорошо. Бен понял, что эта перепалка никогда не закончится, если продолжать спорить, тяжело вздохнул и полез в сумку. — Руку Демона... — А... да. Пока он занимался моими ногтями, я всё это время смотрел на него тревожно: вдруг он расстроится и сделает что-нибудь странное. Всё это случилось меньше чем через сутки после моего прибытия в Замок Короля демонов. ---------- Неудобные будни (3) Девелания появилась словно буря и нанесла мне колоссальный стресс, а потом исчезла, как ветер. Дело было не в этом, но мне нужно было указать ей кое-что насчёт Лиринель и культа демонов, поэтому я осторожно начал говорить. Она, словно поняв, что я хочу сказать, только забегала глазами туда-сюда и пробормотала оправдание. [Просто дразнить наивных людей весело, так что я не удержалась...] [Прости!] И с какой же ловкостью она вылетела в окно. Когда я быстро подошёл к раме и выглянул вниз, она уже мчалась далеко отсюда. А когда я позже попытался найти её, оказалось, что она ушла на миссию... «Ну... ладно. Какое-то время она хотя бы не будет приносить одежду». Я решил мыслить позитивно. После этого потянулось бессмысленное время. Как всегда, в Замке Короля демонов мне особо нечего было делать. Иногда внезапно прилетала миссия, и меня вызывали с оружием, но это тоже случалось редко. Так что можно сказать, это и есть моя повседневность. Теперь нет нужды тревожиться. — Чёрт. Я тревожусь! Не заметив, когда именно, я отшвырнул кубик в сторону и поднялся. Мягкая кровать соблазняла снова лечь, но мне было так не по себе, что это не сработало. Почему-то казалось, что нельзя оставаться на месте. Будто нужно немедленно что-то сделать... Я окликнул Эда, который стоял в углу комнаты и нервно водил глазами. — Эд. — Да, Демон. — Что у меня сегодня по расписанию? — Вечером совещание командиров корпусов. — Ещё что-нибудь? — Нет. Я не знаю, что делать. И что мне делать? — Блядь. Тревога обернулась раздражением, эмоции всколыхнулись. Сильные эмоции затуманивают разум и притупляют мысли. Моя паршивая жизнь отвратительна. Что я вообще делаю? Я бормотал всевозможные ругательства и осознал присутствие Эда только после того, как пробормотал: «Да пусть все выключатся». Эд, побледневший, смотрел на меня дрожащими глазами. — А... Точно, следи за языком. Кажется, я тоже привыкаю к миру демонов. Раз даже ругаюсь, видя, как он нервничает. «Нужно извиниться, да?» Я не хочу, чтобы меня ни с того ни с сего возненавидели демоны. Я быстро открыл рот, чтобы продлить себе жизнь. — Эд. — Да... Демон. Простите. — Почему ты извиняешься... нет... Я ошибся! Не надо было спрашивать! Опыт уже научил меня, что вопрос о причине неожиданного извинения только ухудшает ситуацию... Похоже, я всё равно рефлекторно сказал это. Как и ожидалось, лицо Эда стало ещё серее, губы задрожали, и он едва выдавил ответ: — Потому что я не смог выключиться... Я заставил Демона чувствовать себя некомфортно. Простите. — А. Вот что он услышал. Почему он вообще здесь? — С извинениями всё в порядке. Лучше скажи, почему ты здесь? — Простите... — Нет, я не придираюсь... Просто правда хочу знать причину. Я энергично замахал рукой, пытаясь успокоить Эда. Обычно ты был у себя в комнате. Почему ты здесь? Твоя комната исчезла? Король демонов хочет, чтобы я покинул комнату? — Король демонов... велел мне оставаться рядом с Демоном. А. Наблюдать. Пока он говорил, он проверял мои глаза, будто боялся быть пронзённым. Конечно, я немного раздражён, но злиться на бедного адъютанта не собираюсь. Да и до этого — у меня не хватило бы смелости злиться на демонов. Вместо того чтобы что-то сказать, я замолчал и поднял кубик, который бросил. Пока я пытался очистить мысли, случайно перемешивая его и подавляя всё ещё пульсирующую тревогу, Эд осторожно заговорил: — Если вы не против... как насчёт осмотреть внешний замок? Это может помочь сменить настроение. — Внешний замок...? Да, я слишком сидел в себе. Я уже давно в Замке Короля демонов и более-менее привык, так что разок осмотреться не помешает. О, конечно, не одному. Только при условии, что Эд пойдёт со мной как охрана. Я ещё не настолько вырос, чтобы гулять по внешнему замку в одиночку. И, скорее всего, не вырасту никогда. Но прежде чем отвечать, нужно было подумать дважды. — Хоро... Почти в тот же миг, когда я начал соглашаться, я вспомнил, что снаружи замка есть безумные фанатики. — ...шо. Как было бы здорово, если бы слова можно было подобрать обратно. Я на собственном опыте познавал опасность неосторожных слов и поступков. Даже если пожалеть, ничего не изменится. Потому что лицо Эда уже просветлело от радости. Как изменить слова, глядя на такое лицо? Я был бы рад, если бы после отказа его лицо просто потемнело, но если все эти эмоции сменятся раздражением или гневом... Я подавил дрожь. Не знаю. Не уверен, что смогу это выдержать. Просто пойду. Чёрт. Ничего не поделаешь. Теперь, когда всё так обернулось, придётся держаться Эда любой ценой. — Хотите переодеться? — Хм... На этот раз я не стал отвечать сразу. Сначала посмотрел на свою одежду. Вроде не особо плохо... но хотелось бы выглядеть менее заметно. Как можно дальше от глаз фанатиков. «И сейчас в мире демонов ночь». Ладно. Просто надену полностью чёрное. Буду ходить в тени, куда не достаёт лунный свет. Приняв решение, я открыл шкаф, достал чёрную одежду и с опозданием ответил: — Переоденусь. Выйди, пожалуйста. Почему он не отвечает? Я оглянулся и увидел, что Эд смотрит на меня дрожащими глазами. Нет, если присмотреться, его дрожащий взгляд был прикован к одежде у меня в руке. ...Почему? — Это будет ясным предупреждением. Понял. Э-э... каким предупреждением? Эй, а если я так выйду? У меня без причины тревога поднимается! Дверь бесшумно закрылась, и я, оставшись в комнате, тихо поднял одежду и уставился на неё. «Как ни смотри, с ней ничего не так...» Но мне стало не по себе. Надо надеть что-то другое. Конечно, мысль о чёрной одежде не изменилась, и я достал из шкафа другой чёрный комплект. Благодаря тому, что Король демонов дал мне много чёрных и тёмно-синих вещей, проблем с заменой не было. Эффект чёрной одежды оказался потрясающим! Словно прежние огромные фанатики были ложью, ко мне никто не подходил. Наоборот, все сами избегали меня. Поверите ли, среди них был даже демон с красной брошью в форме сердца? «Да здравствует чёрная одежда!» Никогда бы не подумал, что она эффективна для изгнания демонов. Плащ, кажется, не сработал, значит, действует только одежда? Если носить слишком часто, эффект может ослабнуть, так что буду использовать время от времени. Я пошёл по улице с куда более спокойным сердцем. * * * Демон в плохом настроении. После того как давным-давно он надел чёрную одежду и перевернул тарелку в столовой, «чёрная одежда» Демона в Замке Короля демонов стала восприниматься как предупреждение о его дурном настроении. Чистый чёрный цвет, без номера и украшений. Что могли почувствовать демоны, увидев командира Нулевого корпуса в такой одежде? «Попадёшься — умрёшь». «Не будем выделяться». «Если понадобится, вложу всю магическую силу в побег... А, магия запрещена». «Умереть от Короля демонов или от Демона... это ведь не там?» «Не знаю, но если уж умирать, то лучше от руки Короля демонов или другого командира корпуса. Сколько ни думаю, не хочу от Демона». Обычно этот человек сидит только в своей комнате. Раз он даже вышел наружу, скорее всего, собирается найти козла отпущения и убить его. Я уважаю вас, Демон, но жизнь дорога. Демоны начали медленно обходить его стороной и возвращаться назад. То же самое касалось последователей культа демонов с красными сердечными брошами. Разница была лишь в причине: они не могли позволить себе ещё больше ухудшить настроение Демона. «Мы не можем быть полезны, но не можем и разгневать Демона ещё сильнее!» «Спрячемся как следует. Если кто-то из нас оскорбит Демона, его немедленно выгонят». «Да здравствует Демон». Сознательно или нет, нервы бесчисленных демонов были сосредоточены на одной стороне. И его бесцельные блуждающие шаги внезапно остановились посреди дороги. В тот же миг наблюдавшие демоны перестали дышать. В напряжённой тишине уголки его губ молча поднялись. О боже. Потому что козлы отпущения редко попадались? Или потому, что он нашёл к чему придраться? Так или иначе, на его лице появилась улыбка, которая не сулила ничего хорошего. * * * Я уже говорил, что размер Замка Короля демонов сопоставим с небольшим имперским городом? Дело не только в размере. Замок Короля демонов действительно можно было назвать маленьким городом. Он делился в основном на внутренний и внешний замок. Если сравнить со столицей Империи, внутренний замок был бы императорским дворцом, а внешний — городом внутри стен вокруг дворца. Во внутреннем замке находились ключевые фигуры вроде Короля демонов, командиров корпусов и бойцов каждого корпуса, а также слуги, отвечавшие за их повседневную жизнь. Во внешнем замке — обычные солдаты-демоны и... «Ох, не знаю. Как вообще перечислить все эти должности?» Так или иначе, во внешнем замке жили самые разные демоны с невероятно разнообразными обязанностями. Атмосфера была как на улицах человеческого города. Единственное отличие — на улице продают простую еду... хотя можно ли назвать это «продажей»? Ведь внутри Замка Короля демонов деньги не ходят. В любом случае даже такие уличные лавки размещались в тщательно просчитанных местах. Рестораны, уличные лотки, бары, открытые тренировочные площадки и так далее... Всё во внешнем замке Король демонов разместил вместе с руководителями в самых эффективных точках. «Если враг прорвётся через крепостные ворота, всё это станет щитами, перекрывающими путь, и укрытиями для засад». Или может превратиться в оружие нападения. Каковы бы ни были намерения, сейчас для меня это выглядело обычной городской улицей. А поскольку денег не передают, можно считать, что место лучше человеческого мира. И комфортно — демонов поблизости почти нет. Впервые за долгое время на моём лице появилась улыбка. Эд, тихо наблюдавший рядом, указал куда-то пальцем, словно хотел отвлечь моё внимание. — Демон, раз уж мы давно сюда не выходили, как насчёт что-нибудь попробовать? — Я не голоден... — Понимаю. Простите... — Но я съем. Ну. Что. Почему. Это выглядело вкусно. «Вкусно». Шашлычки — я не мог сказать, из какого мяса они сделаны, — оказались вкусными. Не стоит волноваться, откуда мясо. Если вкусно, этого достаточно. Я посмотрел на Эда, притворяясь, что не замечаю чёрный панцирь, сложенный на краю поля зрения. Эд что-то шептал демону, который передал ему шашлык. Отрывками доносились слова вроде «не нервничай» и «хочешь умереть?». Наверное, он раздражался, потому что тот слишком сильно дрожал, когда подавал шашлык. «Ну, даже я видел, как его трясло». Настолько, что мы едва не остались без соуса. Я подумал, что он боится Эда, и поспешил сам взять шашлык, но этот бессердечный адъютант меня опередил. В любом случае, я решил, что если оставить всё так, случится несчастье и сердце бедного демона остановится, поэтому проглотил мясо и поспешно позвал: — Эд. — Да, Демон. — Я хочу осмотреть что-нибудь ещё. Проводишь? — А, да. Конечно. А ты будь осторожен. До самого конца предупредив демона, он быстро подошёл ко мне. — На чём хотите сосредоточиться? — Ну... На чём-нибудь, что поможет сменить настроение. — Если сменить настроение... Он немного подумал и пошёл вперёд. Послушно следуя за Эдом, я вскоре оказался у открытого входа на тренировочный полигон. «Неужели придётся драться?» Почему-то я думал, что он ведёт меня в нормальное место, а в итоге всё свелось к этому. Я мысленно тяжело вздохнул и начал думать, как избежать ситуации, где придётся взять оружие. Но Эд, который, как я думал, поведёт меня прямо внутрь, подошёл к демону, выдававшему оружие у входа, и что-то сказал. Лицо демона стало затруднённым. Что он вообще ему сказал? — Принеси. — Но... — Разрешение я получу. Так что если не хочешь умереть... Нет, стой. Он сказал, что это для смены настроения. Почему ты угрожаешь чужой жизни? Если так продолжится, я правда расплачусь. Я решил, что больше нельзя тянуть, и, так и не найдя места, куда выбросить съеденный шампур, просто сжал его в руке и направился к ним. — Эд, что ты сей... Щёлк. Раздался зловещий звук. ---------- Неудобные будни (4) Носок ботинка за что-то зацепился. Знак, что я падаю. Я рефлекторно взмахнул руками, пытаясь удержать равновесие. С опозданием осознал, что это может выглядеть некрасиво, и сознательно сдержался, вытянув руку к полу, стене — хоть к чему-нибудь. — Да... Демон. Простите. Эд схватил меня за одну руку и поднял. Я не упал только потому, что моё тело беспомощно взметнулось вверх под действием его невероятной силы... но я услышал, как Эд цокнул языком. — Поэтому, если не хочешь, чтобы я умер, отдай это мне... Кажется, он что-то тихо пробормотал, но я не расслышал. Ему не понравилось, что я почти упал? Нет, судя по тому, что он извинился, дело не в этом. Нервничая, я тихо перевёл взгляд и встретился глазами с демоном, который только что слушал угрозы Эда. Лицо у того стало совершенно белым. Я проследил за его почти паническим взглядом. В глаза попалась рука, которую Эд держал поднятой. Точнее — остро заточенная деревянная шпажка в этой руке. «А». Я едва не воткнул её в себя, когда падал. Чуть не случилась большая беда. Неудивительно, что эти демоны побледнели. Скорее, теперь мне конец? Когда чьей-то ошибкой твоя жизнь оказывается под угрозой, эмоции обычно идут от удивления к страху, а потом к гневу. Кажется, демон передо мной сейчас достиг стадии страха. Даже если я извинюсь, он примет? Эд, наблюдавший за моим выражением в ситуации, угрожающей жизни, осторожно открыл рот. — Прошу прощения за то, что посмел преградить путь Демону. Но сейчас не лучшее время убивать демонов столицы демонов. — Даже Королю демонов это не понравится. В последних словах чувствовалась мучительная нерешительность: можно ли вообще такое говорить. Я изначально не собирался убивать демонов. И какой бы острой ни была вещь у меня в руке, это всего лишь тонкая деревянная шпажка. Не может же демон умереть от такого. «...Что мне ответить?» Эд двинулся быстрее, чем я успел подобрать подходящий ответ. Он, до этого молча смотревший на меня, сказал, что был груб, отпустил мою руку и отступил. Лишь забрав у меня деревянную шпажку под предлогом, что поможет выбросить мусор, и ещё раз тревожно на меня взглянув, он повернулся к демону... точнее, схватил его за воротник. * * * Как и ожидалось, один демон едва не умер. Я немного расслабился, потому что в руке у Демона не было оружия, но никогда не думал, что он использует деревянную шпажку. Это всего лишь тонкая палочка, которая легко ломается, если немного надавить, но её острый конец в зависимости от места и способа применения может быть опасен. Демон попытался воткнуть её демону в глаз. «Причина, наверное... в том, что его слишком долго заставили ждать». Даже если он и без того был в дурном настроении, понятно, что его драгоценное время тратят на такую бесполезную перепалку. Сам Эд чувствовал, что нельзя заставлять Демона ждать слишком долго, поэтому даже любезно объяснил: если тот не хочет умереть, лучше быстрее уступить. Не потому, что он переживал за демона перед собой, а потому, что хотел предотвратить убийство этого парня и последующее пробуждение Демона Арута в бою. «Пусть это и не так опасно, как когда он выпил, состояние всё равно опасное...» Но прежде чем доброжелательное объяснение было услышано, Демон двинулся. Будто терпение лопнуло, он сжал оставшуюся деревянную шпажку и пошёл сюда, без колебаний замахнувшись рукой к глазам демона. Удар с весом выглядел довольно угрожающе. «Остановить?» Сколько мыслей промелькнуло за это короткое мгновение, я не знаю. Сделать то, что оскорбит и без того раздражённого Демона, или просто наблюдать? Если остановить Демона — под угрозой одна жизнь, но если Демон пробудится, убив этого парня, под угрозой будут бесчисленные жизни. Хотя у второго варианта шансов выжить больше, чем у первого, Эд, верный боец Замка Короля демонов, выбрал первое. Лицо парня побелело, когда он слишком поздно понял, что едва не попал в беду. Глядя на этот жалкий вид, я не смог удержаться и цокнул языком. — Поэтому, если не хочешь, чтобы я умер, отдай это мне... ...Я же предупреждал. Медленно переведя взгляд, я посмотрел на лицо господина Демона. Он очень недоволен? Наверное, не злится. В любом случае, сейчас надо его убедить. Эд сглотнул сухой комок и с трудом открыл рот. Подействовали ли слова? Ответа на искреннюю речь не последовало. Похоже, Демон больше ничего делать не собирался, поэтому Эд осмотрелся и поспешно забрал деревянную шпажку из его руки. К счастью, он передал её спокойно, и мои тревоги ослабли. ...Он не двинется так внезапно. Лучше действовать самому, чем дать Демону в дурном настроении запачкать руки кровью. После тревожного осмотра он повернулся и схватил за воротник дёргавшегося демона. * * * — Видел? Демон в плохом настроении. Так что надеюсь, ты запомнишь: это твой последний шанс. — С-сейчас, подождите минуту. Да, вот так... Я уже привык, что меня используют как причину... Я молча наблюдал за происходящим. Действия демона были быстрыми. Вскоре Эд получил от него две палки. ...Палки? «Выглядят просто? Из-за этого устроили такой шум?» Настоящие палки. Вид настолько простой, что других слов в голову не приходило. Пока я терял дар речи от абсурда, Эд подошёл и протянул мне одну. Он открыл рот, будто собирался что-то объяснить, но быстро закрыл. — Демон, прошу простить меня на минуту. Это вид, для которого требуется разрешение Короля демонов... — ... Э-э, подожди. Настолько, что нужно разрешение Короля демонов? Не надо так серьёзно... Я машинально потянулся рукой, но было уже поздно. Быстрый адъютант вынул камень связи и тут же связался с Королём демонов, прежде чем я смог его остановить. — Эд? Что случилось? Ха-ха... Какой же ты быстрый... Чёрт. — Демон не в лучшем настроении, поэтому я хотел бы попробовать использовать жезл снежинок. Прошу разрешения. Жезл снежинок? Что это за название, как у детской игрушки? — Он в плохом настроении? Насколько? — Эм... Эд собирался что-то сказать, но покосился на меня, будто наблюдая. Видимо, Король демонов что-то прочитал в этой заминке, потому что его голос прозвучал снова: — Нет, не нужно. Ты наверняка сам оценил ситуацию и нашёл подходящее решение. Кажется, всё серьёзно, так что используй сколько нужно. Остальное я улажу. Не надо. Не давай разрешения. С чего это я в плохом настроении? Я не ребёнок. И почему Король демонов заботится о таких вещах? Хотелось споткнуться обо всё сразу, но в итоге я держал рот закрытым. Когда я посмотрел на Эда глазами человека, которого освободили и тут же лишили души, он вздрогнул, поднял палку и быстро начал объяснять: — Достаточно срезать этот конец ножницами и направить палку к небу. — И что тогда... Я не договорил. — Объявляю всему Замку Короля демонов. Командир Нулевого корпуса Демон Арут собирается испытать ранее разработанный жезл снежинок. Слугам Замка Короля демонов не следует смущаться внезапного изменения климата, продолжайте выполнять свои обязанности. Внезапное изменение климата? Недоумение длилось лишь мгновение. Демоны не только умеют пользоваться магией, но и делают магические предметы для повседневной жизни. Говорят, использование магии сейчас запрещено... но раз это разработано раньше, похоже, это магический предмет. Если название — жезл снежинок, он что, заставляет идти снег? Естественно, объявление, лично сделанное Королём демонов, сильно привлекло внимание демонов. — Испытание? Они уже всё закончили? — Тсс, разве по виду не ясно, что это всего лишь предлог? Демон в плохом настроении, и они пытаются решить проблему мирным способом. — Интересно, подействует ли это на Демона... — Он из мира людей, так что нельзя сказать, что шанса нет. Будем надеяться. — Потом придётся много возиться с уборкой. Я не слышу ясно, но знаю, что упоминают моё имя. Похоже, Король демонов разрывает в клочья слова, которыми только что меня прикрыл, а мне так неловко, что я даже поднять голову не могу. «Я же говорил, что не получится... Хочу домой...» Если вернусь в резиденцию графа, снова захочу сюда. Неужели правда нет места, где мне будет спокойно? Я стёр жар с лица и сосредоточился на глубоких вдохах, чтобы успокоиться. Тем временем Эд, получив у другого демона ножницы, срезал конец палки и направил её к небу. Из среза что-то вырвалось и взорвалось в воздухе. «Это была бомба? Ну... Я не особо удивлён». Масштаб бомбы был в пределах ожиданий. Эд не сделает ничего, что навредит моему телу, так что бояться нечего. Проблема — реакции других демонов... Очевидно. Если после такого открытого объявления кому-то будет причинён вред, они ведь не обвинят меня, правда? Моя продолжительность жизни снова сократилась. Ха-ха. Давно я не освобождался в этом смысле, поэтому с полумёртвым взглядом смотрел в небо, где взорвалась бомба. И не смог не раскрыть глаза широко. Белые, холодные пушистые кристаллы падали, словно лепестки цветов. — Снег? — Да. Вам нравится? В отличие от мира демонов, где климат не меняется, в человеческом мире иногда идёт снег. Я подумал, это может помочь сменить настроение Демона... — Определённо неплохо... Такой мирный способ. Значит, демоны тоже умеют пользоваться такими методами. Тогда почему всё это время они творили то, что творили? Я протянул руку и поймал снежинку. Холодная. Настоящий снег. Интересно, но зачем было объявлять такое по всему замку? Ответ на мой вопрос пришёл быстро. — С неба падают отходы... — Нам придётся это убирать... — А что делать... Это делает Демон... Лучше уж так, чем умереть от его руки. Верно... Помолчим и уберём... — Ха-ха-ха. — Лишь бы он не использовал это слишком часто... — Надеюсь, он не будет использовать красный... но это ведь не выйдет, да? А... Понимаю. Они, кажется, наполовину в оцепенении. Что делать? Мне стало жаль, я огляделся, а Эд тем временем будто невзначай вложил ножницы мне в руку и подтолкнул тоже срезать конец. Нет, это не «будто невзначай» — он просто сделал вид, что не замечает. Бессердечный ублюдок. Но видеть снег спустя долгое время было приятно, и мне хотелось попробовать самому, так что я притворился, что ничего не заметил, и взял ножницы. Эд удивлённо сказал, увидев забинтованное запястье: — Ах, Демон, ваша рука... Я отрежу. — Не нужно. Давно меня так не ощущали ребёнком, и мне это не понравилось. Конечно, он не это имел в виду, но я больше не хотел, чтобы со мной так обращались. Поэтому я взял палку одной рукой, ножницы — сломанной, и нацелился на отмеченную линию. «...Руки дрожат». Раненая рука всё дрожала, и я не мог нормально прицелиться. Так не пойдёт. Я подвёл руку, державшую конец палки, ближе к отметке и снова приложил ножницы. Щёлк. — А. — Рука Демона...! В первую очередь я всё-таки отрезал. Я сразу повернул палку срезом к небу. Бах! Раздался такой же грохот, как раньше, и среди белого снега начали падать красные снежинки. Где-то, кажется, послышался скорбный вопль демона, но, наверное, мне показалось. Я посмотрел на красную жидкость, растаявшую на ладони, затем взглянул на Эда, словно требуя объяснения. — Эд? — Да, Демон. — Почему... Из красной жидкости поднимался знакомый запах. В тот миг, когда я понял, откуда знаю этот запах, снежинки в небе, которые казались такими красивыми, стали жуткими. Стараясь не испытывать отвращения к тому, что садилось мне на голову, я с трудом открыл рот. — Почему мои глаза чувствуют запах крови? Ведь это не то, о чём я думаю? Это что, настоящая кровь? ---------- Покровительство мира (1) Я проглотил ругательство. Однако, как всегда, сообразительный адъютант понял, что я хотел сказать, и сразу ответил: — Нет. Мы просто добавили вкус крови, чтобы было похоже на настоящую кровь. — Нет, одного снега достаточно. Зачем вообще делать что-то такое... — Потому что на войну сильно влияют климат и атмосфера. Его разработали в надежде, что он пригодится в войне с миром людей. Но лучше — рука Демона... Их не делали как детские игрушки. Ну да, поэтому и нужно разрешение Короля демонов. «Более того...» Я проследил за взглядом Эда и увидел, как с кончика моего пальца капает кровь. Я всего лишь хотел срезать палку, а заодно порезал палец. Порез небольшой, но крови для такого слишком много... — Демон! Вот он идёт? Есть же предел профессионализму. Приходить из-за такой мелочи — он не устаёт? Я посмотрел на него недоумённо и уже собирался сунуть раненый палец в рот, как кто-то схватил меня за запястье. — Бен, обработай его. Порез глубже, чем я думал. Эд обмотал палец платком и крепко надавил, будто останавливая кровь. От колющей боли брови сами собой нахмурились. Бен поспешил к нам, а Эд встал, убрав платок. Кровь, которая уже остановилась, снова хлынула. Бен тихо цокнул языком. — Магию использовать нельзя, так что придётся сначала продезинфицировать... остановить кровотечение и зашить. — Лечи Демона как следует, чтобы он не начал брать кровь в рот. Эд, будто получив вызов, достал из кармана камень связи, сказал это Бену, тут же связался и отошёл. Он сделал это нарочно. Не дал Бену шанса возразить. Бен тоже дрогнул, словно с ним поступили несправедливо, но не смог отказаться от сильного профессионального духа и, скривившись, приступил к обработке раны. Ой, подождите...! Минутку. Я же без анестезии...! «...Хм, выражение лица у него мрачное». Лучше просто молчать. Бен, заворожённый редким опытом зашивания раны наживую без обезболивания, аккуратно завязал узел, а потом вдруг задрожал, будто с опозданием осознал, что произошло. Дрожащий взгляд повернулся ко мне. — Демон, вы... в порядке? — Да... вроде... Кто увидит, подумает, что он пытался меня убить. Я отстранённо улыбнулся, чтобы успокоить его страх. Больно было, но телу это не навредило, и всё уже закончилось. Что тут делать? ...Но почему он дрожит сильнее? — Как... как я мог допустить такую ошибку? — Бен...? — Мне очень жаль, Демон! Даже если я умру, мне нечего будет сказать! Я недостоин быть вашим врачом...! Только услышав эти слова, почти похожие на плач, я понял, почему он дрожит. Он не может простить себя. При таком профессионализме он не переносит подобных ошибок. — Всё правда в порядке, так что больше не извиняйся. Если бы было не в порядке, я бы давно сказал. Я не сказал бы только потому, что испугался. Если бы боль была такой, будто я сейчас умру, я бы сказал. Моя жизнь мне тоже дорога. Мне показалось, что он сейчас ударится головой и умрёт прямо на моих глазах, так что я поспешно остановил его, чувствуя себя неловко. Но Бен, который обычно остановился бы на этом, наоборот поднял голову и свирепо уставился на меня. — Вот именно! Почему вы не сказали раньше! Вам же было больно! Я впервые увидел его таким грозным и невольно замолчал. Бен, должно быть, понял моё молчание, потому что его высоко поднятые брови опустились, и он мрачно пробормотал: — Демон... нельзя терпеть боль перед своим врачом. У сигнала магического камня есть пределы, а в последнее время даже этот сигнал нестабилен. Господин Демон, вы должны говорить, где вам неприятно или больно, чтобы лечение было лёгким и с минимальной болью... — ... — Зашивать наживую без анестезии... Как господин Демон мог это вытерпеть...? — ... — И ещё вы говорите, что всё в порядке... без единого упрёка... разве это не слишком великодушно... Хм, что делать с такой атмосферой? Я на мгновение повёл глазами, а потом протянул палец со следами шва. — Ты не забинтуешь? — Ах...! Нет, надо наложить повязку, чтобы не занести инфекцию. Минуту... Пока Бен осторожно доставал марлю и бинты и обматывал рану, Эд, закончив связь, подошёл ко мне. Судя по его крайне виноватому лицу, что-то случилось. Но, кажется, не по моей вине. — Демон, Король демонов зовёт вас. Он сказал, что есть место, куда нужно срочно отправиться вместе. Я так и знал. Раз ты не сделал ничего плохого, жаловаться не на что. Я кивнул, что понял, а он взглянул на Бена и едко поторопил: — Лечение закончилось? — Только что. Забирай. ...Ах, Демон. По возможности избегайте попадания воды на рану. Я кивнул и без промедления пошёл за Эдом. Когда мы дошли до кабинета Короля демонов и открыли дверь, Король демонов держался за лоб, будто у него болела голова. В отличие от раздражённого лица, которое было видно под углом, голос приветствовал меня мягко, как всегда. Он опустил глаза неподвижно, словно узнал пришедшего, даже не встречаясь взглядом, и из его уст вышел изящный голос: — Пришёл? Я слышал, ты не в лучшем настроении, но всё равно позвал тебя, чтобы его улучшить. Прости. Возникло срочное дело. Нет, скорее хлопотное и раздражающее, чем срочное. Наконец он поднял голову. Раздражение исчезло, меня встретило спокойное лицо. Вот это смена выражения. Жутко. В конце концов, как бы мягко он ни выглядел, Король демонов остаётся Королём демонов. — Я собираюсь выслушать жалобы и недовольство фей. Конечно, это лишь с моей точки зрения. — ... — Земля фей довольно красива, учитывая, что находится в Бездне. Несезонный снег — тоже неплохо, но сменить настроение там выйдет не хуже. Пойдём со мной. Король демонов усмехнулся и протянул руку. Я тихо смотрел на него. «Если бы это был тот Король демонов, которого я знаю, он сказал бы: “Не хочешь пойти со мной?” — в тоне приглашения». Слова без выбора. Я прекратил бессмысленную игру в снежки взглядами и положил свою руку поверх его. Моя перспектива изменилась. * * * Это было не намеренно, но так подтвердилось, что я всё ещё контролирую эту игру. Значит, с императором не иначе. Я немного успокоился. «Он притворялся расслабленным». Похоже, он так тревожится, что даже отказался от привычного тона приглашения. Вероятно, потому что услышал, что я в плохом настроении. «Боится, что я могу встать на сторону императора?» А? Король демонов. Ты боишься проиграть эту игру? * * * Король демонов не сразу переместился на землю фей. [Ох, Король демонов, Демон. Что вы здесь делаете...?!] [Пойдём.] [!?] Он зашёл куда-то в сад Замка Короля демонов, почти похитил Хиена, который ухаживал за растением-монстром, и взял его с собой. И наконец я увидел красивого мужчину со светлыми волосами, зелёными глазами и заострёнными ушами. — Да, из-за этого демона семя, доверенное нам миром, было заражено. Как ты собираешься отвечать? Разумеется, стоило ему увидеть Короля демонов, как он начал резко допрашивать его. Я задержал дыхание, повёл глазами и посмотрел на семя размером с кулак, которое он сунул перед Королём демонов. На нём было много чёрных пятен, будто плесень. Это заражено демонической энергией? По мне так просто плесень... Не успел я додумать, как из семени просочился чёрный дым. Ох, чёрт. Точно, демоническая энергия. — Хиен. Король демонов, который без выражения слушал протест мужчины, выглядевшего как Король фей, и стоял со скрещёнными руками, указал подбородком на семя. — Проверь, можно ли его оживить. — Д-да...! Хиен дрожащими руками взял семя и стал его изучать глазами, сиявшими крайним восторгом. Глаза, полные чистого интереса, быстро потускнели и опустели, будто он вспомнил вопрос Короля демонов — «можно ли оживить». Я понял по одному выражению. Невозможно. — Не думаю, что прорастание и рост полностью невозможны, но... с заражением демонической энергией ничего не поделать. — Вот как. — Ответь за это. Король фей зарычал, мрачно изогнув красивые брови. Король демонов почесал щёку, словно оказался в затруднении, и, будто меняя тему, задал другой вопрос: — Ты сказал, мир доверил его вам? — Да. Мы раса, которая больше всех уважает волю мира. Поэтому мир доверился нам и поручил это семя. — Тогда нет причин так отчаянно цепляться. — Что? Король демонов пожал плечами. — Ты сам сказал «уважаем». Но почему ты так зациклен на одном семени? Это уже выходит за рамки уважения к миру. Будто ваша раса — собаки мира. — Что за бред! — Это не бред, просто так выглядит. Да, верно, не бред — скорее провокация. Чтобы выжить, я медленно отдалился от Короля демонов. Судя по выражению Короля фей, он и правда выглядел так, будто сейчас кого-нибудь убьёт. Однако, вопреки ожиданиям, он не взорвался гневом. Напротив, выпустил его в виде сотрясающего землю вздоха и заговорил куда спокойнее, словно освободился: — Ладно... Как ты сказал, наша раса не собаки мира, а вопрос с семенем уже необратим. Перейдём к другому... Хиен, который молча слушал, поднял руку. — Ну... тогда это семя... — ...Можешь оставить. — Спасибо! Каждый раз чувствую одно и то же: с этим человеком точно что-то не так... Хиен радостно и осторожно касался семени, будто не чувствовал абсурдного взгляда глав рас. Король фей посмотрел на Короля демонов с выражением, будто уже не видел ничего вокруг. Взгляд был настолько ясный, что даже я мог прочитать вопрос: «Что это такое?» Король демонов, который не мог этого не понять, тихо коснулся лба. После недолгой тишины Король фей снова медленно заговорил: — Сначала я хочу, чтобы ты что-то сделал с монстрами. — Мы тоже активно их истребляем. Но их становится больше, чем успеваем уничтожить. Если бы был герой, это хотя бы немного сдерживало бы... На мгновение я напрягся: раньше Король демонов уже говорил в таком ключе во время похожего разговора на совещании в Замке Короля демонов. К счастью, он не встретился со мной взглядом. «...Нет, но почему я должен напрягаться и потом облегчённо выдыхать?» Несправедливо. Ко мне это не имеет отношения. Я полностью отвёл взгляд от них и сделал ещё несколько шагов, чтобы быть подальше от Короля демонов. В итоге естественно оказался у озера и заметил там кое-что. «Что? Какой-то человек...» Демон? Фея? Судя по отношению Короля фей к Королю демонов, демону в пруду делать нечего. Значит, фея? ...У неё плавники? — Ты говоришь так, будто ждёшь рождения героя. Тебе лучше надеяться, что герой не появится. Кстати, разве я не говорила тебе, что мир на грани? О, она улыбнулась. Она улыбнулась мне, верно? Не знаю, кто она, но улыбка довольно элегантная. — Ну, но я точно помню, что сказала вот что: «В любом случае герой появится, и я встречу его. Так было до сих пор. Больше нет причин бояться». — Ты... Я намеренно игнорировал кровавый разговор глав двух рас, происходивший сбоку. Если бы человек с плавниками передо мной не вынырнул из воды, я, наверное, смог бы игнорировать его до конца жизни. Хотя резкое движение меня испугало, было довольно загадочно наблюдать, как плавники превращаются в человеческие ноги. Шлёп. Обнажённые белые ступни ступили на землю. — Король демонов умрёт от руки героя, рождённого на этот раз. От благородного и чистого голоса я потерял дар речи. Потому что восхитился? Нет. Из-за содержания, которое привлекло внимание двух глав. Что за человек появляется так внезапно и говорит вещи, которые притягивают взгляды?.. Как и ожидалось, Король демонов и Король фей посмотрели сюда. К счастью, их внимание было на той женщине, а не на мне, но даже оказаться в радиусе их взглядов было удушающе. Я попытался снова незаметно отступить... но женщина меня поймала! Хиен, Хиен! Помоги! Здесь я лучше пойду к тебе! «...Ты что, одержим семенем?!» ---------- Покровительство мира (2) Пятнистое, заплесневевшее семя размером с кулак настолько прекрасно, что он даже не думает оглядываться — только смотрит на него. Даже если ты впервые видишь семя, проклятый садовник. Внезапно взгляд Короля фей упал на меня. Сине-зелёные глаза блеснули интересом. — Значит, Королева русалок может видеть будущее... Я уже мельком видел тебя раньше, но ты весьма интересный человек. Как зовут того человека? — Деон Харт... Я сказал это шёпотом, но на всякий случай покосился на Хиена. Очевидно, он не услышал. Король фей тоже, кажется, понял ситуацию и кивнул. — Хм... Хорошо, запомню. Не надо запоминать. Пожалуйста, забудь. Не обращая внимания на мои чувства, Король фей внимательно осмотрел меня, словно оценивая, а потом повернул голову к Королю демонов. Его голос стал куда спокойнее, чем раньше. — Король демонов, зачем ты привёл сюда этого человека? Ему нужно что-то услышать? — Потому что здешний пейзаж — лучший в Бездне. — Что? — Я привёл его ради душевной стабильности. — Это не туристическое место! Голоса снова повысились. Сейчас разве время спорить о таком? Я отчётливо слышал, как женщина, которую назвали Королевой русалок, говорила о смерти Короля демонов. Почему никто не реагирует? «Мне померещилось?» Я медленно поднял голову и увидел, что женщина всё ещё держит меня за плечо. Словно почувствовав взгляд, она сразу опустила голову, встретилась со мной глазами и мягко улыбнулась. Я тут же отвернулся. В её глазах была неизвестная доброта, и почему-то от неё мне стало неуютно. Сзади послышался её мягкий и элегантный голос: — Похоже, мир очень тебя ненавидит, Король демонов. Этот герой — не шутка. — Сама наша раса изначально как заноза для мира, так что нет смысла быть ненавидимым ещё сильнее. К тому же разве видение будущего не отличается от пророчества? Будущее, которое ты видишь, может измениться в любой момент. — Ну... будущее, которое я увидела на этот раз, немного особенное. Разве не чудо, если его удастся изменить? — Я же говорил. Мир на взводе. Эти слова произносили главы двух рас. Даже мало что понимая, я знал: такое нельзя игнорировать. И всё же Король демонов, услышав угрожающие замечания, был непривычно спокоен. На гладком лице без малейшего волнения держалась улыбка. — Рассказать вам забавный факт? Как всегда, за его лёгким и расслабленным голосом особая атмосфера Короля демонов начала заполнять пространство. Он стоял чуть боком, скрестив руки, игриво улыбался и щёлкнул пальцами, будто дразня двух насторожившихся лидеров. — Знаете, как люди называют силу, которой пользуемся мы, демоны? Тихий смешок разнёсся по огромному пространству. Маленький, но отчётливый смех, прозвучавший у меня в ушах, заставил замолчать не только меня, но и глав двух рас. Не дождавшись ответа на вопрос, Король демонов сам дал ответ. — «Чудо». Как самонадеянно. После тишины Король фей тихо цокнул языком и посмотрел на меня... Почему на меня? — Эй, человек. Ты ранил руку. — Да... немного... — Похоже, из-за запрета Короля демонов на магию тебя не смогли нормально вылечить и вместо этого обошлись первобытными методами. Я сам тебя исцелю. — Нет, всё в порядке... — Иди за мной. Да... Раньше он странно интересовался мной, так что, кажется, выбора нет. Почему-то ощущение такое, будто он хочет использовать лечение раны как предлог, чтобы понаблюдать за мной поближе... Наверное, мне кажется? Я нерешительно посмотрел на спину мужчины, который уже пошёл вперёд, потом повернулся к Королю демонов. Он улыбнулся и помахал рукой, будто не видел моего взгляда с просьбой о помощи. — Иди. Я пока поговорю с этой русалкой. Проклятье... Я с надеждой оглянулся на Хиена, но... «Он всё ещё этим занимается». Просто сдамся. Оставив Хиена, который вот-вот был готов жениться на семени, я послушно последовал за Королём фей. Хотя это была та же ночь, что и в Замке Короля демонов, здешние пейзажи были довольно красивы. Луна набрасывала мягкую завесу света, а под ней высоко поднимались зелёные деревья. Тут и там виднелись поляны с мягко светящимися цветами, и, несмотря на огромные деревья, лунный свет всегда достигал земли. «Король демонов не зря привёл меня сюда». Впервые я понял, что такие красивые цветы бывают даже там, где нет солнца. Хиен, зачем этот ублюдок делает такие вещи с такими красивыми цветами... «...Не будем об этом». Возможно, это растения, которые растут только на землях фей. Я продолжил идти, мысленно защищая Хиена. Когда я подумал о Хиене, тут же вспомнил монстров в Замке Короля демонов и на мгновение испугался, но вскоре очаровался окружающим видом и забыл об этом. Кажется, я оглядывался с восторгом, который выходил за рамки простой смены настроения. В себя меня вернул Король фей: он некоторое время шёл молча, потом щёлкнул пальцами и кого-то позвал. — Принесите травы от травм. — Где вы ранены? На миг у меня перехватило дыхание. Показалось, сердце остановилось. Ясный ещё секунду назад вид заслонила чёрная тень. Чёрная фигура без лица внезапно появилась передо мной на фоне лунного света и поклонилась Королю фей. Тайный... вроде охранника или посыльного? Я едва успокоил испуганное сердце и медленно посмотрел на появившегося. «У него тоже заострённые уши. Похоже, они одной расы, значит, форма ушей — расовый признак?» Джейкар, командир Первого корпуса Короля демонов, тоже имел заострённые уши. Подумав о связи между Джейкаром и расой фей, я быстро покачал головой. «Хватит строить догадки без ответа, сосредоточимся на происходящем». Похоже, он спрыгнул с дерева. Деревья здесь довольно высокие, но он приземлился беззвучно и без травм. Это показывало, что они отличаются от людей не только внешностью. — Не я, а наш гость. — Гость...? Понял. Парень мельком взглянул на меня, несколько раз оттолкнулся между деревьями, вскочил на высокую ветку и мгновенно исчез, ступая по ветвям, будто по камням через ручей. Его движение заставило меня искренне восхититься. — Интересно, Джейкар тоже так может... — Джейкар...? Что бы ни случилось, такого восхищения мне не стоило произносить вслух. Заострённые уши Короля фей дрогнули. Он обернулся с чуть нахмуренными бровями, будто сомневался в услышанном, а потом всё лицо исказилось, словно он убедился, что расслышал верно. Не может быть, чтобы он не знал имени второго лица при Короле демонов, действующего как его доверенное лицо. Даже если бы не знал, по обстоятельствам можно было догадаться, что я говорю о демоне. Что он должен был почувствовать, когда я осмелился сравнить расу фей с демонической расой, с которой они даже не в хороших отношениях? «Чёрт...» Ситуация явно была моей ошибкой. Я уже собирался извиниться за грубость, но прежде чем успел сказать хоть слово, на меня обрушился резкий голос. — Да, воин нашего рода, заражённый магической энергией Короля демонов. Давно я не слышал этого имени. Как он? Хехе, они правда связаны! Как я уже говорил, сила Короля демонов не создаёт демонов исключительно из самой себя. Похоже, Джейкар — демон из расы фей, рождённый силой Короля демонов. Король фей имеет полное право ненавидеть Короля демонов... «И теперь он может ненавидеть и меня». Характер у него и так, кажется, не очень, а я случайно задел чувствительную тему... Незнание — плохое оправдание. Я не мог ответить ни что тот в порядке, ни да, ни нет, и замялся. Король фей некоторое время смотрел на меня, потом легко вздохнул и протянул руку. — Руку. Нужно лечить. Мягкий голос звал, как ребёнка. Я рефлекторно положил раненую руку на его ладонь, а затем огляделся. Парень, ушедший за травами, ещё не вернулся? Не думаю, что мне нужно стоять так до его возвращения. И в этот миг я увидел, как Король фей поднимает маленькую коробку из-под ближайшего дерева. «...Он уже успел сходить и вернуться». И тоже быстро, без следа. Я послушно отдал руку. Бинт на пальце сняли, открыв маленькую рану. — Ты почти наполовину срезал палец. Ширина небольшая, но рана глубокая. Когда он так говорит, это уже не кажется мелкой раной... Пока я неловко смеялся, Король фей открыл коробку, достал травы, размял их и заговорил: — Ты сказал, что пришёл сюда за душевной стабильностью. Нет. Это оправдание Король демонов придумал сам. — Территория нашей расы — не туристическое место. Но человек впервые ступил на нашу землю, и раз уж ты уже здесь, после лечения я лично проведу тебя как сувенир. Что? Нет, подожди, не нужно...! Потрясённый, я уже собирался отказаться, когда он положил размятые травы на мой палец и прижал. Моё тело напряглось от неожиданности. Ай! Больно... а... не больно? «Это сон?» Всё зажило. Не понимая ситуации, я некоторое время моргал. Сняв траву, я осторожно пошевелил обнажёнными пальцами. Они выглядели так чисто, будто раны никогда не было; кто угодно решил бы, что шов наложили прямо на целую кожу. ...Я хочу эти лечебные травы. Король фей, похоже, заметил мой жадный взгляд и щёлкнул пальцами передо мной, пока я бездумно смотрел на коробку. — Деон Харт. — Простите. — Что? А, вот как, наверное, выглядело моё лицо, когда демоны внезапно извинялись. Я узнал то, что мне даже не было любопытно. Смущённо отвёл взгляд от Короля фей. — Ничего. Просто зовите меня Деон. — ...Хорошо, Деон. Похоже, моя доброжелательность причиняет тебе неудобство. Он посмотрел на меня подозрительно, снова взял руку, распустил швы и заговорил буднично. Значит, он знал? Этот ублюдок... «...Он на мгновение понял, что мне не по себе, но сделал вид, что не заметил, и привёл меня туда, где никого нет...» Он собирается меня убить...?! Нет, но он лечил меня. Не станет же он убивать после того, как потратил силы на лечение. Что вообще происходит? ...Не знаю, что это, но в месте, где мы только вдвоём, лучше не идти против его желаний. Я ответил с ровным лицом: — Нет. — Не нужно лгать. Похоже, тебе некомфортно не только со мной, но и с представительницей русалок. Не сработало. Будто в ответ, он распустил швы и снова прижал размятые травы к месту, откуда выступила капля крови. Моё тело дрогнуло от более сильного нажима. Он опустил очищенную руку, словно бросил, и потянулся к другой, забинтованной. — Разве такая беспричинная благосклонность не раздражает? — Хм... травы для костей... Он порылся в коробке, достал другие травы, размял их, усмехнулся и похлопал ими по моей руке с переломом — я даже не заметил, когда он снял бинт. Светлые волосы качнулись вместе с движением. — Тебе ведь неприятно, что я так тебя лечу. И ты наверняка хочешь отказаться от моей экскурсии. Знаешь это слишком хорошо. — Тогда можешь сказать мне причину. Руке стало прохладно. Пульсирующая боль, мучившая всё это время, исчезла. На этот раз он пробормотал «травы для мышц» и снова порылся в коробке. Монотонный голос прозвучал буднично, будто спрашивал, хочу ли я поесть. — Потому что мир обращает на тебя внимание. — Что? — Не знаю, почему Королева русалок проявляет к тебе благосклонность, но моя причина только в этом. Если подумать, это не то, что стоит говорить, натирая мне руку травами аж до запястья. «Потому что мир внимательно смотрит на тебя», — сказал он. — Как глава расы, которая больше всех уважает волю мира, я не могу не проявить благосклонность. ...Мне говорили, что в последнее время состояние тела вроде улучшилось, но, похоже, проблемы всё-таки в голове. Да, как ни думай, кажется, у меня уши устали. Иначе я бы не слышал постоянную чушь. Стараясь сохранять спокойствие, я осторожно переспросил: — Могли бы вы... повторить? Кажется, я ослышался. На этот раз я сосредоточился и широко раскрыл уши, так что должен услышать правильно. Дрожащий голос просто проигнорируем. ---------- Покровительство мира (3) — Похоже, ты сомневаешься. — Нет, не то чтобы... Король фей отмахнулся от отрицания человека, одновременно прибирая коробку с травами. Он сказал это без особого намерения, так что ответ был не важен. Вместо этого он схватил человека, который пытался отступить, и медленно осмотрел его с головы до ног. Тело выглядело слабым, несмотря на небольшой рост. То, что отличало его от других людей, — красные глаза, — было слабо к свету и фактически мешало его деятельности, так что в итоге положительных сторон не было. «...Сколько ни смотри, не пойму». Почему мир обращает внимание на этого человека? Он никак не мог понять. Как глава расы фей, чувствительной к воле и течению мира, он ощутил это с первой встречи. Мир чего-то ждёт от этого человека. Чего именно — неизвестно. Мир не сказал этого прямо, а заглянуть в голову мира невозможно — «головы» у него вообще нет. Всё, что остаётся, — догадываться. «С каких пор? Когда мир начал смотреть на него?» Точно неизвестно, но это должно было случиться довольно давно. Потому что это движение мира было замечено много лет назад. Впервые он обнаружил этот поток около десяти лет назад. И всё же лично встретил его лишь недавно. Они не планировали встречаться, просто разошлись. Неожиданная первая встреча. Она была очень короткой, но Король фей успел изучить его достаточно, чтобы определить противника. И первое, что пришло на ум, — сомнение за сомнением. Неужели человек перед ним и есть тот, на кого смотрит мир? Всего лишь слабый человек с чуть более сильным запахом крови. Неужели мир ошибся? Он сузил глаза. Было видно, как мир незаметно и упорно пытается восполнить это слабое тело. ...Это всё равно что лить воду в бездонный горшок. Король фей тихо цокнул языком и отвёл взгляд. «Если физически в нём нет ничего особенного, значит, внимание из-за особой ситуации?» Ещё рано сомневаться в суждении мира. Ведь мир — система, а не человек с телом и эмоциями. Система, которая расчётливее и холоднее всех оценивает ситуацию, за всё время ошиблась лишь однажды. Посмотрим, каково было его положение? Единственный человек, который перемещается между миром людей и миром демонов. Говорят, и хозяин Империи, которую можно считать центром человеческого мира, и Король демонов поставили его на важные места и берегут. «...Подожди». И тут Король фей смог подумать об одной возможности. Он вернул мысли назад. Снова перевёл взгляд, осмотрел человека и прокрутил всё в голове. Присмотревшись внимательнее, он увидел. Это тело, которое восполняет мир. Это не восполнение, делающее тело сильным или здоровым. «Восполнение и перестройка уровня, позволяющие лучше принять силы мира». Если его здоровье улучшилось, это могло быть побочным эффектом процесса. «Вот оно». Так вот что. Теперь понятно, почему глава русалок нарочно коснулась его плеча, говоря то. [Король демонов умрёт от руки героя, рождённого на этот раз.] Король фей посмотрел на человека перед собой новыми глазами. Белые волосы, бледная кожа, кроваво-красные глаза. Среди всего этого он вгляделся именно в глаза, которые на первый взгляд содержали обычные эмоции, но вызывали странное чувство диссонанса, и тихо согласился. «Следующий герой — это ты». Мир очень давно выбрал тебя кандидатом в герои. * * * Не так давно был герой, который даже перед смертью заботился о товарище. Даже умирая, он думал о своих спутниках. «Если я умру, мои товарищи, у которых даже нет осколков героя, погибнут от руки дьявола». Поэтому он вложил всё сердце и произнёс сильное желание. [Пожалуйста, спаси его.] Мир ответил. [Я давно наблюдаю за ним.] * * * Но оставался неразрешённый вопрос. «Человек Деон Харт начал ходить между миром демонов и миром людей не так уж давно». Я не уверен, но, думаю, самое большее около двух лет. Мир же обратил на него внимание десять лет назад. Что тогда случилось? «...Оставим это». Король фей прекратил размышления. Сколько ни думай, ответа не найдёшь. «Гораздо важнее, что он выбрал этого человека следующим героем...» Причины непонятны, поэтому остаётся думать лишь, что мир страдает ради этого. Говорят, прошлые герои тоже неосознанно изменяли свои тела, чтобы принять силу, данную миром, но они не проходили настолько серьёзную модификацию. Это должна быть просто настройка для принятия «силы героя», а выглядит почти как полная переделка. — Ты, должно быть, тоже подсознательно это чувствовал. Бывали случаи, когда тебе казалось, что тебе странно везёт? — ... — Даже живя в ситуации, где кажется, что вот-вот умрёшь и получишь неизлечимые травмы, в итоге ты отделывался ранениями, которые можно восстановить. Он снял приложенную к руке траву для мышц. Показались чистая кисть и запястье. Будто проверяя состояние, он мягко провёл вокруг запястья, затем схватил его и потянул. Лёгкое тело беспомощно потянулось за ним. По какой-то причине красные глаза, погрузившиеся в тишину, всё ещё смотрели снизу вверх. Когда расстояние между ними сократилось, Король фей низко зарычал: — Честно говоря, ты можешь склониться к тому, чтобы поверить в это и действовать соответственно. — ... Покровительство мира сильно. Оно плотно оборачивает этого человека. Вероятно, это значит, что он много раз преодолевал опасность смерти, и мир лично отгораживал его от смерти. Мир редко вмешивается напрямую. Последствия и проблемы вмешательства... Мы уже серьёзно пострадали от неожиданных побочных эффектов, поняли опасность и до сих пор пытаемся устранить их. Как этот человек вообще мог подумать, что такой мир напрямую защищает его жизнь?.. — Тебе не казалось, что тело иногда ведёт себя странно? В какой-то момент появляется сила больше рассчитанной, или удар выдерживается лучше ожидаемого. Особенно в ситуации угрозы жизни твоё состояние должно было резко меняться к лучшему. Но если проверить, стало ли тело здоровее, окажется, что оно такое же, как обычно. — ... ...Ну, похоже, он и сам запутался. Внимание мира само по себе и счастье, и несчастье. Убедившись, что жизнь человека перед ним в будущем не будет гладкой, Король фей с некоторым сочувствием отпустил запястье и отвернулся. Раз он вылечил рану человека, на которого смотрит мир, можно не переживать за испорченное доверенное семя. — Тогда теперь я проведу тебя... — Король, Король! Он дал обещание и одновременно почувствовал жалость. Как только он собирался, как и планировал, провести человека по лесу, к ним прилетели маленькие феи. На лицах, обычно игривых и ярких, была срочность. — Монстр! Монстр вторгся! — Дьявол...! Он остановился, скрипнув зубами. * * * Вторгся монстр. Сюда, где находится Король демонов! В место, где есть даже главы других рас. Они потеряли чутьё? Или внезапно сошли с ума и лишились головы? Я быстро последовал за Королём фей и вернулся туда, где был Король демонов, даже не осознавая провал в памяти, возникший во время предыдущего разговора. И остановился в шоке, увидев, как Король фей смотрит на Короля демонов так, будто собирается его убить. Сила была настолько страшной, что даже у Короля демонов, всегда сохраняющего спокойствие, дрогнули уголки губ. — Я разберусь. — Разумеется. Но похоже, они потеряли инстинкт выживания... Они вторглись туда, где собрались главы рас. К бормотанию Короля фей добавились слова фей, летавших вокруг него: — Он стал сильнее! — Он стал страшнее! — Это случилось после того, как он выпил какую-то странную коричневую жидкость! А? Подождите, последнее... что? Ни один глава расы не мог пропустить то, что заметил даже я. Осознав важность последних слов, они все посмотрели на фейского ребёнка. — Коричневую жидкость? — Да! Он выпил странную коричневую жидкость и стал сильнее! — ...Значит, это заговор против нашего рода? Ох, кажется, меня втягивают во что-то, во что я вообще не хочу быть втянутым. Можно, пожалуйста, отправить меня домой прямо сейчас? Король демонов склонил голову, даже не посмотрев на меня — то ли не почувствовал моего взгляда, то ли почувствовал и притворился, что нет. — В то время, когда я и глава русалок здесь? — Это тоже странно. Придётся исследовать подробнее. Конечно, после того как разберёмся с проклятыми монстрами. Делайте быстрее. В ответ на моё молчаливое побуждение Король демонов вздохнул, кивнул и посмотрел на меня. Уж точно не просит идти с ним. Вопреки моей нервозности, он улыбнулся и велел остаться здесь. — Я не сомневаюсь в твоих навыках, но ты впервые здесь, так что можешь заблудиться. При использовании широкомасштабной магии будет сложно следить. Тогда, конечно, я останусь здесь. Я с радостью собирался согласиться и без такого объяснения. Но разве широкомасштабная магия не запрещена? Он же сам отдал приказ... «Точно, он сам его отдал». Другими словами, право отменить приказ или сделать исключение тоже у него. То есть ему можно, а остальным нельзя? Мышление именно Короля демонов. В любом случае, ко мне это не имело отношения, и я потерял интерес, послушно кивнув. — Пожалуйста, вернитесь. После исчезновения Короля демонов я огляделся, проверяя атмосферу. Возможно, потому что из всех присутствующих чаще всего сталкивался именно с ним, первым в глаза попался Хиен, который нервно водил глазами и прижимал к груди семя. «Даже в такой ситуации...» Проклятый садовник был в поле зрения лишь мгновение. Просто не думай. Лучше не переживать об этом. Я подчинился знакомой команде отвести мысли в сторону и покосился на Короля фей. Словно почувствовав мой взгляд, он мельком посмотрел на источник, убедился, что это я, повернул голову и щёлкнул пальцами. Феи, которых я уже видел раньше, бесшумно появились и выразили почтение. — Принесите ту коричневую жидкость. — Понял. Благодаря прошлому опыту я смог проследить весь процесс его исчезновения без удивления. На этот раз я быстро приспособился, так что ошибки, как прежде, не случилось. В снова тихом пространстве Король фей без сожаления повернулся к Королеве русалок. Не знаю, когда она снова вошла в воду, но теперь она была в пруду, шевелила плавниками и опиралась руками о край. — Кто и с каким намерением это сделал? — И правда. Даже если попытаться подозревать людей, сомнительно, что они могли добраться сюда. В первую очередь люди знают о существовании демонов, но почти ничего не знают о других расах, поэтому как преступники не подходят. — Если предположить, что это сделал кто-то из рода, нет причины. Ситуация к тому не располагает. — Недостаточно причин подозревать и дьявола. Король демонов из тех, кто подавляет недовольство силой, а сейчас он ушёл убивать демона... — А ты? Каждый раз, когда Король фей открывает рот, я чувствую одно: тон у него очень резкий. Как бы сказать — слушателю становится неприятно? Будь я этой русалкой, мне было бы весьма паршиво. Он не перефразирует, а прямо говорит: «А ты?» «Это тот самый рот, который нарывается на удар?» Казалось, вот-вот начнётся драка, которая не должна начаться... К счастью, Королева русалок, чья личность соответствовала первому впечатлению, не придала его тону особого значения. Спокойный голос тихо ответил: — У меня тоже нет подходящей причины. Какая польза усиливать монстров, которых нельзя контролировать? К тому же я сама здесь. Если монстры доберутся сюда, опаснее всего будет мне. — Это... тоже верно. — Тогда из оставшихся здесь... Хиен и я. Их головы повернулись ко мне, потом к Хиену. Увидев, как он бережно держит заплесневелое... точнее, заражённое семя, они одновременно покачали головами, будто подумали об одном и том же. — Это не он. — Я не демон. Тебя сразу избавили от подозрений. Поздравляю, Хиен. ---------- Хождение по канату (1) Их взгляды снова сдвинулись и остановились на единственном оставшемся человеке. Да, чёртов я. Я. Что... почему вы молчите? Выражения, с которыми они смотрели на меня, были тонкими. По ним невозможно понять, о чём они думают. Им было странно самим начинать оправдываться, поэтому я просто ждал, пока они заговорят. И тут фея, ушедшая после приказа — видимо, уже добывшая коричневую жидкость, — опустилась перед Королём фей. — Я достал. — Это... Знакомый запах коснулся носа. Это... — Пахнет кофе. — Кофе? Даже если понюхать снова, всё равно пахнет кофе. Смутно знакомый аромат кофе. Но если это кофе, странно. Кофе помогает взбодриться, но не должен превращать монстров в мутантов... или должен? «Нужно хотя бы раз напоить монстра кофе, чтобы узнать». Ответ дал Король фей. — Раз говорится, что монстры стали сильнее после того, как это выпили, значит, это не кофе. Где ты это взял? — Я собрал то, что выпало из пастей монстров. Хотел найти источник, но не смог проследить дальше, потому что следы уходили на территорию демонов. — На нашу территорию? Они говорили про широкомасштабную магию, но, похоже, действительно использовали её. Иначе вернуться так быстро было бы невозможно. Король демонов, выглядевший настолько аккуратно, будто сходил не против монстра, а на прогулку поблизости, без малейшей усталости посмотрел на неизвестную жидкость. После короткого интереса послышался смешок, словно ему стало смешно от абсурда. — Похоже, они хотели подставить нашу расу. Разрешаю, так что найдите источник. Мне любопытно увидеть лицо виновника. Это был низкий, угрожающий голос, похожий на рычание. Король фей некоторое время смотрел на него, потом выплюнул одно слово: — Слышал? — ... Да. Он и правда занят... Я с печальными глазами посмотрел на спину снова исчезающего фейского воина, а затем опустил взгляд. Главы двух рас встретились глазами. — У этого человека нет причины делать подобное, верно? — Да. — Но если смотреть на «причины», виновника вообще нет. — И это тоже. Атмосфера стала странной. Будто они по очереди проверяли причины каждого, потом всё переворачивали и снова начинали сомневаться с самого начала. Но, кажется, начали именно с меня. — Этот человек особенный, но вытаскивать его из-под пробуждения дракона — другое дело. — Да. Что, теперь вы меня подозреваете? Я не понимал, что происходит, и потому молчал, но Король демонов выступил вперёд с лицом, искажённым недовольством. — Подождите-ка, вы сейчас подозреваете Демона? Король демонов...! Он раздражённо уточнил, будто ему очень неприятна сама ситуация, где меня подозревают. — Не демон. — Откуда такая уверенность... — Я уже говорил, когда ты раньше спрашивал, можно ли ему доверять. Он очень надёжен, «пока находится здесь». Сейчас он рядом со мной. Можете ему доверять. Я не знаю, о чём этот разговор, но знаю, что он меня защищает. Честно говоря, я немного впечатлился. Пока я смотрел на Короля демонов новым взглядом, феи появились снова. В руках у одного была бутылка знакомой формы. ...А? Подождите. «Почему ты держишь это?» Это был тоник... ёмкость... которую Ремембер принёс с собой, когда приходил в мир демонов. И я быстро понял ситуацию. «Я пропал». Причина — я. Что же сделал придворный лекарь? Мне хотелось обсудить дворцовую алхимию... нет, навыки лекареварения, но сейчас не та ситуация. Сейчас нужно думать не об этом, а о том, как умереть без боли. Пока я был наполовину не в себе от шокирующей правды, вульгарная фея вежливо предложила бутылку Королю фей и сразу заговорила: — Это было у входа в безымянный горный хребет на западе мира демонов. Там было несколько ёмкостей, но я решил, что одной достаточно, и принёс только эту. — Один запах — идеальный аромат кофе. Его намеренно замаскировали? Не знаю, кто это, но он очень дотошный... Дьявол? Почему у тебя такое лицо? — Нет... ничего... Король демонов, похоже, тоже заметил. На самом деле эта бочка была найдена в горах мира демонов, и пусть сказано «безымянный горный хребет», но если известна сторона, догадаться можно. Он поднял руку и мягко коснулся моего плеча. Когда я медленно поднял взгляд, увидел, что уголки его губ напряжённо приподняты — не так, как обычно. — В любом случае, он не преступник... так что не подозревайте его. Нам пора идти. — Даже не разобравшись с этим делом? — У меня скоро совещание командиров корпусов. Обсудим это отдельно позже. Тогда ладно. — Подо... Моя перспектива изменилась. Вернувшись в центральный сад Замка Короля демонов, я тихо поднял голову и увидел Короля демонов. Это не то, что мне следовало бы говорить в ситуации, где я накосячил... но всё же я почувствовал, что обязан сказать. — Вы оставили Хиена. — О. * * * Нужно сократить использование магии, но правда ли надо за ним возвращаться? Я задумался на мгновение, но выбора не было. В конце концов, Хиен — талантливый садовник, который следит почти за всеми растениями в Замке Короля демонов. Очевидно, без него управляться с растениями будет довольно сложно. — Король демонов? — Ладно, ладно, надо его забрать. Подожди. На самом деле использование магии — лишь оправдание. Даже не глядя, я ясно представлял, как на меня посмотрит Король фей, поэтому Король демонов тихо вздохнул. Это потому что мне так неловко. Не помню, когда мне в последний раз было настолько стыдно. Должно быть, несколько десятилетий назад. С восхищением взглянув на причину эмоциональной бури, я снова переместился в центральный сад, который магически обработали как точку для взаимодействия с главами рас. — Прошу прощения. Он отвернулся от Короля фей, который смотрел на него с ошеломлением, выхватил садовника с не менее ошеломлённым лицом и вернулся, отпустив его в саду. Тот всё ещё выглядел оглушённым, но как демон, долго выживавший в этом замке, быстро пришёл в себя и ушёл. Я посмотрел ему вслед, а затем перевёл взгляд на Деона, который всё ещё стоял неподвижно. Его кончики пальцев редко заметно дёргались, будто он понимал, что сделал что-то не так. — ...Деон Харт. — ...Да. Сказать хотелось многое, но сказать можно было мало. Если ошибиться, этот парень, идущий по канату, может решить, где стоять, и упасть на пол. А как Король демонов, раскинувший руки внизу и ждущий, когда он упадёт ко мне, я не мог говорить неосторожно. — ...Ситуацию я примерно могу представить, но лучше убедиться. — ... — Во-первых... эти лекарства принёс ты, верно? — ...Да. — Вероятно, они были для твоего тела. Слабого тела, полного последствий. — Верно. — И, вероятно, изготовлены другим человеком. Последствия — это просто последствия? Тело Деона Харта не из тех, что можно исцелить. Значит, сам Деон не стал бы просить лекарство. Скорее всего, ему его навязали, хотя он в нём не нуждался. Как и ожидалось, Деон кивнул. Убедившись, Король демонов продолжил строить предположения. — Значит, ты пришёл сюда и выбросил их, потому что тебя заставили взять с собой? — ...Да. — Просто выбросить такое опасное лекарство... Нет, нет. Ты, вероятно, тоже не знал. Даже если бы я сам это выпил, такого сильного эффекта не почувствовал бы. Скорее стоит обратить внимание на человека, создавшего лекарство такого уровня. Что это вообще? Судя по эффекту, он будто был полон решимости сделать тело Деона Харта лучше... нет, словно отчаянно решил это, будто от этого зависела его жизнь. «Неужели кто-то из людей преуспел в алхимии, о которой только говорили?» На улыбающемся лице лишь на миг проскользнула дрожь. Король демонов, снова принявший выражение, будто ничего не было, шагнул ближе и положил руку Деону на плечо. Лёгкое прикосновение, скорее утешающее, чем давящее, было предназначено, чтобы успокоить. — Ладно. Если это было не намеренно, всё в порядке. — ... — Ты, наверное, тоже сильно удивился. Иди и отдохни. — Совещание командиров корпусов... — О, уже так поздно... Можно взять назад то, что я сказал... Можешь уйти. Разрешение уйти, а не приказ уйти. Ничто прямо не мешает участвовать в совещании, так что если он пропустит его, это будет по собственной воле, и правила игры не нарушатся. «Уже так поздно... что это значит?» Я понимал это и сказал нарочно. Если его полуконтрактор — змея, то Король демонов — тысячелетняя змея, нет, скорее имуги. Король демонов, естественно сузивший путь к участию в совещании и сокративший утечку информации, усмехнулся. — Ах, если отдыха здесь недостаточно. Если соскучишься по дневному свету, можешь в любой момент отправиться в мир людей. Клеймо отслеживания местоположения всё ещё ясно выгравировано. Кроме того, его ответ на этот инцидент должен был принести очки, так что не будет проблем, если его прямо сейчас отправить в Империю. «Мир демонов и мир людей воюют, а высокопоставленные существа с обеих сторон ходят туда-сюда между лагерями...» Это будет весело. Даже зная, что момент возвращения Деона Харта в Империю станет началом полномасштабной войны, Король демонов спокойно поднял другую руку и коснулся обоих плеч Деона. Злой глаз, символ дьявола, встретился с красными глазами. — Вместо этого надеюсь, ты не принесёшь лекарства или что-то подобное. А если принесёшь, не выбрасывай где попало... лучше сразу принеси мне. * * * Разговор о лекарствах быстро охладил меня. «Можно пропустить совещание...» Какие страшные слова. Вы думали, я просто обрадуюсь? Я не идиот без понятия. Я всегда хотел пропустить совещание, но понимал: если принять слова Короля демонов и сбежать, хорошим это не закончится. «Нельзя жить только сегодняшним днём. Надо смотреть в будущее, а не в настоящее». Я и без того чувствую укол совести за то, что валяюсь вместо работы. Зачем добавлять ещё и это? Так что обязательно участвую. В широком смысле на кону жизнь. Я пришёл на совещание с энтузиазмом новичка, только устроившегося на работу, и... пожалел. «Да, если проводить совещание в нынешней ситуации, тема естественно будет этой». Война с Империей. ...К чёрту энтузиазм. Не будем выделяться, просто сидим тихо. С этого момента я мокрица. Я тихо опустил глаза, надеясь как можно меньше попадаться на глаза Королю демонов. * * * Деон Харт не глуп. В конце концов, он человек, идущий по канату между дьяволом и императором. Глупым он быть не может. Будь он глуп, давно бы умер. Король демонов, сидевший во главе стола, чуть склонив подбородок набок, смотрел на вошедшего на совещание Деона и поднял уголок губ так, чтобы тот не заметил. «Он понял». Деон Харт разгадал намерение Короля демонов — предотвратить утечку информации — и явился на совещание в последний момент. Доказательство — то, что, участвуя, он опускает глаза и делает вид, будто ему всё неинтересно. Закрыть рот, держать уши открытыми и сосредоточиться на поступающей информации. Что ж, на самом деле ситуация была такой, что он был вынужден участвовать, даже если не хотел. Нельзя вернуться в Империю без какой-либо информации. И так в шатком положении, где в ближайшем будущем нужно выбрать сторону, он вернётся к императору, а дать ему нечего? «Это вызовет подозрения императора». Время чувствительное: монархи с обеих сторон внимательно следят за действиями Деона Харта. Сомнения в такой ситуации могут привести к смерти, поэтому с точки зрения Деона Харта ему нужно добыть хоть что-то, чем можно ответить на вопрос императора, и вернуться домой, чтобы выжить. «Пока он, видимо, останется нейтрален». Император не будет просто сидеть и смотреть, но как долго тот сможет продолжать? Король демонов никогда не спешил и расслаблен даже сейчас, но человеческий император — другое дело. Похоже, он держится из страха, что выбор Деона Харта окажет негативное влияние, но в конце концов это человеческое терпение. Король демонов был уверен: император как можно скорее снова поторопит Деона Харта. Причём с вариантом убийства. Либо присоединяйся ко мне, либо умри. «И Деон Харт, почувствовав давление, придёт ко мне». Маска надета ради этого момента. Деон Харт, почувствовав взгляд, тихо повернул голову в эту сторону, и в миг, когда их глаза встретились, Король демонов улыбнулся. — Начнём совещание. Уверен, все уже догадались о теме, верно? ---------- Хождение по канату (2) Голос был настолько лёгким, будто летел. А вот остальные командиры корпусов напряглись, подумав: «Вот оно». При их положении немало информации можно было услышать, даже просто сидя на месте. Неужели среди неё правда не было ничего об Империи? — Похоже, император твёрдо решил начать войну. — В конце концов... Тут и там послышались цоканья языком. На границе всегда случались мелкие столкновения, так что «война», о которой говорили сейчас, вероятно, означала «полномасштабную войну». Даже командиры корпусов, любившие битвы, не радовались, а те, кто был немного растерян, сузили глаза, не понимая ситуации. «Я думал, если достаточно надавить, сделав вид, что мы выступаем, он отступит». «Неужели имя мира демонов так мало значит для людей? Или император настолько серьёзен насчёт завоевания континента?» Прошло столько времени, что предупреждения мира демонов кажутся смешными? Они не могли знать, почему Король демонов сделал такой ход, но император проигнорировал молчаливое предупреждение остановиться и вместо этого открыто объявил, что будет воевать с миром демонов. Ситуация, которой уже нельзя избежать, поскольку Король демонов первым начал спор. — ...Мы всегда желали земли мира людей и по-своему готовились к войне, но с точки зрения императора выгоднее было бы не воевать. Жизнь людей коротка, а демонов — долга. Монарх человеческого мира должен заботиться не только о внешних врагах, но и о внутренних, но с Королём демонов всё иначе. Нынешний Король демонов так устал, что не нападает на мир людей первым, но среди демонов устно передают истории о том, как когда-то он был свиреп и довёл человеческий мир до грани уничтожения. Как показывает прошлое, чем дольше шла война, тем невыгоднее она становилась миру людей. Есть ли у него какой-то скрытый замысел? Командир Четвёртого корпуса Иделия нахмурилась и заговорила: — Если он правда хочет вести такую невыгодную войну... я не понимаю. Император, которого я знала, не был глупцом. С точки зрения императора люди, которые при малейшей возможности делятся и расходятся, — потеря и при победе, и при поражении. Победим — возникнут проблемы с последствиями тяжёлой войны, и исчезнет внешний враг под названием «мир демонов», который служит средством контроля над Империей и человеческим миром. Проиграем — тут и говорить нечего. — Если мы просто останемся в отношениях умеренного конфликта и отступлений, это поможет укрепить императорскую власть. Зачем тогда... Я слышал, что Империя всё ещё отвечает за границы, появляющиеся в каждом королевстве. Это означало, что влияние Империи, полученное через использование мира демонов, велико. Сам Король демонов предложил противоречивый ответ на глупые действия неглупого императора. — Разве ответ не лежит на поверхности? Он хочет умереть. — ...Император... хочет? Этот ядовитый человек? Когда Иделия нахмурилась, не понимая ответа, Король демонов улыбнулся, будто понимал её, и позвал Девеланию. — Девелания, что император ценит больше всего? — ... — Верно. «Ответственность». Что выше неё? Полуприкрытые сонными веками зрачки повернулись и раздражённо закрылись. Девелания — командир Второго корпуса, отвечающего за сбор информации. Сам факт, что есть нечто, чего она не знает, был достаточен, чтобы задеть её гордость. «На самом деле естественно, что ты этого не знаешь». Король демонов улыбнулся и сам дал ответ: — Вина. — Вина? — Да. Голос, плавный как песня, разнёсся по пространству. — Давайте снова пройдёмся по шагам. По какой причине император убил собственных братьев, чтобы взойти на трон? — Потому что решил, что причиной смерти самого близкого брата стала борьба за наследование между ними. — Да. Но на самом деле его убил Старбе Иллюстер, нынешний герцог Империи. Вопреки небрежному тону, содержание нельзя было воспринимать легкомысленно. Он знал этот факт потому, что его полуконтрактором был Старбе Иллюстер. Зал совещаний дрогнул от истины, о которой никто не подозревал. Девелания и Иделия широко раскрыли глаза. Среди смятения Король демонов говорил неторопливо: — Он, должно быть, ощутил огромное чувство вины за то, что внезапно убил невиновных братьев. Как обычно ведут себя люди в такие моменты? — В крайности... совершают самоубийство. Они убегают в смерть под предлогом искупления. Обработка информации — обязанность Четвёртого корпуса. Иделия, тщательно сложив информацию, данную Королём демонов, вздрогнула, словно что-то вспомнила. Король демонов весело улыбнулся, будто это забавляло. — Верно. Но у императора есть обязанности. Проблемой стало «восшествие на трон». Он был ответственен за бесчисленных людей. Кроме того, ему нужно заботиться о племянниках и детях, оставшихся после близкого брата. Если бы он убил себя, он оскорбил бы братьев, которых убил ради трона. — ...А, вот как... Кажется, теперь я понимаю. Вина выше ответственности. Но именно это был план, выбранный императором, который не мог умереть собственной рукой. Только тогда Иделия смогла понять действия императора, который продолжал вести невыгодные войны. По какой причине он выбрал полномасштабную войну с миром демонов? — Ему будет легче, если он изо всех сил выполнит ответственность, а потом умрёт. — Точнее, если он «сделает вид», что изо всех сил выполняет её. Но да. Если нельзя умереть от чувства вины, не легче ли умереть, раздавленным ответственностью? По крайней мере, если он умрёт, делая вид, что до конца исполнял свои обязанности, у него будет оправдание даже после смерти. В этом смысле он, должно быть, обрадовался, что мир демонов, на который он не мог напасть первым из-за обязанностей и положения, сам начал драку. Благодаря этому шанс умереть вырос. Проблемы после смерти его уже не касаются. — Как эгоистично. Только ради этой причины он гонит бесчисленных людей на поле боя. Не так ли? Я радостно покосился на Деона. Ответа не было, но Король демонов, не обращая внимания, пожал плечами и продолжил: — Что ж... что поделать? Он говорит, что хочет умереть, значит, придётся его убить. — Завидую. У него есть враги, которые его убьют. Он назвал его эгоистом, но, как ни странно, Король демонов мог понять императора. Как существа, живущие долго, и как главы своих рас, они были похожи хотя бы тем, что не могли убить себя. Задушить дьявола — работа героя. — Думаю, будет интересно посмотреть, как далеко зайдёт человек, который не герой, а лишь имеет осколки, так что пока оставим это. Выражение Иделии странно исказилось. — Вы действительно... собираетесь вести полномасштабную войну? Король демонов легко кивнул. — Разве не стыдно первым начать спор, а потом отступить? Я слышал, командиры Седьмого и Девятого корпусов на передовой уже весело сражаются. — Если мы закончим умеренным столкновением, как раньше... — Император снова обратит взгляд на завоевание континента, и пока он жив и дышит, рано или поздно, сколько бы времени ни прошло, он вложит национальную мощь, полученную от завоевания, сюда. Это будет более тяжёлый бой. — Почему вы так уверены, что император успешно завоюет континент...? — А ты думаешь иначе? Последний вопрос был адресован не только Иделии, но и всем остальным командирам корпусов. Король демонов снова спросил, переводя взгляд с одного сидящего командира на другого. — Правда? Ответа не было. Король демонов, понимая, что они не могут открыто признать людей и выбирают молчание вместо ответа, тихо рассмеялся. — Давно у нас не было настоящей войны. Думайте об этом как о разминке для затёкшего тела и просто наслаждайтесь. — Верно, Иделия. Будь здесь Тровер, он бы уже схватил тебя за воротник и назвал слабачкой. Иделия поджала губы и замолчала под сарказмом командира Третьего корпуса Ашильда. В естественной тишине Король демонов посмотрел на Деона, который от начала до конца смотрел на стол так, будто ничего не слышал, и заговорил с тайной шалостью: — Возможно, полномасштабная война начнётся, когда Демон покинет миссию. Веки Деона дрогнули. — Вы имеете в виду, что они нападут, пока Демона не будет? — Попытка воспользоваться возможностью, когда у нас нет лучшей силы... Похоже на трусость. — Ну... пусть будет так. Пока Деон Харт находится в мире демонов, император не может двигаться. Если он будет неосторожен, его действия могут быть восприняты Деоном Хартом как отказ от меня. Это естественная осторожность: нет примеров, чтобы ради выгоды или потерь двигали войска, когда жизнь захваченного вражеским лагерем генерала во время войны под угрозой. Так что если полномасштабная война начнётся сейчас, когда Деон Харт в мире демонов и вполне возможно окажется на стороне Короля демонов, она, вероятно, начнётся после безопасного возвращения Деона Харта в Империю человеческого мира. — Другими словами, власть открыть ворота полномасштабной войны находится у нас... точнее, у Демона. Ты уже передал ему эту власть, сказав, что он может вернуться в мир людей в любой момент. Взгляды командиров корпусов сосредоточились в одном месте. Король демонов тоже покосился на Деона. Деон, кажется почувствовав взгляды, поднял голову, обвёл всех взглядом и медленно дал ответ: — Мы планируем начать подготовку сразу после совещания. — Слышали? — Слишком быстро... Иделия пробормотала рефлекторно. Это было почти обращение к самой себе, но кому-то показалось возражением, и Лиринель поднялась с места. — Вы сейчас критикуете выбор Демона?! Красная брошь на её груди поймала свет и сверкнула. Иделия посмотрела на Лиринель ошеломлённо. — Но это правда слишком быстро. Нам тоже нужно время подготовиться. — Значит, вы всё-таки критикуете выбор Демона! — Глава культа...! Внезапно Иделия тоже поднялась. — Хватит. Воздух в зале совещаний стал холодным. Иделия, дрогнув под предупреждающим взглядом Короля демонов, медленно села. Лиринель тоже нервно повела глазами, закрыла рот и опустилась на стул. Король демонов, наблюдавший за их действиями с застывшим выражением, взглянул на Деона и затем изогнул глаза полумесяцами, скрыв зрачки. На лице появилась нарисованная улыбка. — Это напоминает мне о подготовке. Когда мы вообще отдельно готовились к войне? — ... Те, кто подумал о командирах Седьмого и Девятого корпусов, уже столкнувшихся с Империей на передовой, медленно покачали головами. Какая подготовка? Мир демонов всегда вёл внезапные войны. Из-за этого подготовка к битве происходила в повседневности, так что что изменится, если времени дадут больше? Возможно, для командиров Второго и Четвёртого корпусов, занимающихся информацией, это проблема, но остальные командиры не жаловались, потому что не несли ущерба от того, много или мало времени им дали. Окинув молчащих взглядом, Король демонов поставил локоть на стол и подпёр подбородок тыльной стороной руки. — И всё же слова Иделии не совсем неверны. Готовиться лучше, чем не готовиться. Когда война начнётся, одних Седьмого и Девятого корпусов будет недостаточно, так что, возможно, стоит заранее вывести оперативные войска... Посмотрим. Голос тёк сухо, словно он читал книгу. Плохой план, набросанный наспех, чтобы успокоить недовольных командиров Второго и Четвёртого корпусов. Помимо всего прочего, Король демонов, возможно, осознавал, а возможно, и нет, что его склонённая голова выдаёт небрежное отношение к жизни. С полуприкрытыми глазами он перебирал в голове список командиров корпусов. Было лишь одно, о чём он заботился и к чему прилагал усилия. * * * [Другими словами, власть открыть ворота полномасштабной войны находится у нас... нет, у Демона.] В этот миг взгляды всех командиров корпусов сосредоточились на мне. От колючего внимания, которое ощущалось даже с опущенной головой, по спине побежал холодный пот. Когда я с трудом поднял голову и огляделся, мне захотелось расплакаться от благодарности за взгляды, которые не обманули ожиданий. «...В любом случае, сейчас я должен сказать, да? Сказать, когда пойду». И я едва выдавил ответ. [...Мы планируем начать подготовку сразу после совещания.] [Слишком быстро...] Как страшно, что жалоба последовала почти без раздумий. Уже от этого сердце забилось, но когда Лиринель сразу после этого ввязалась в драку с говорившей, мне действительно захотелось стать мокрицей. Тем более что я услышал истории об императоре, которые совсем не хотел слышать. «Если случайно проболтаюсь об этом перед императором — конец». Даже если просто покажу, что знаю, умру. Полезно это или нет — умру безусловно. «Хорошо ещё, что в этой части особенно большой провал в памяти... Но что, теперь мне надо сознательно контролировать бессознательное?» ---------- Хождение по канату (3) Я знаю страх бессознательного. Разве не сегодня я уже оскорбил Короля фей, сказав что-то без фильтра? К счастью, всё прошло без происшествий, но с императором так не будет. Поэтому я снова сжал сердце и печень, пытаясь контролировать их размер, чтобы не выдать лишнего даже случайно. Потому и удивился, когда всё внезапно повернулось так. О, конечно, я не собираюсь менять маршрут и отказываться от Империи. «Для начала... я здесь здорово накосячил...» Я принёс лекарства, данные дворцовым лекарем, и разбросал их где попало, из-за чего монстры усилились... Внезапно я стал контрабандистом незаконных препаратов. Так что лучший ответ — как можно быстрее убраться отсюда. Сам Король демонов сказал, что просто оставит это, но, глядя на момент кровопролитной атмосферы, когда он остановил драку Иделии и Лиринель, чтобы продлить жизнь, полезнее немедленно покинуть место и вернуться спустя некоторое время. «Идём в Империю». Как можно скорее. Пока я снова укреплял решимость, голос Короля демонов продолжился: — И всё же слова Иделии не совсем неверны. Готовиться лучше, чем не готовиться. Когда война начнётся, одних Седьмого и Девятого корпусов будет недостаточно, так что, возможно, стоит заранее вывести оперативные войска... Посмотрим. * * * Деон Харт вернулся. Император не спросил у Деона Харта, вернувшегося раньше ожидаемого, «принял ли он решение». Он просто вплёл в разговор взгляд в глаза собеседника и наблюдение за ним. А как только понял, что роль Деона ещё не изменилась, перевёл внимание на другую информацию, которую тот принёс. «...Да, шпионы во время войны тоже весьма полезны». Он пытался оставить это так. Проблема в том, что шпион не на моей стороне и не на стороне противника, а человек, который может измениться в любой момент... но всё ещё нормально. Можно подождать. Вероятно, Король демонов ждёт, когда моё терпение кончится и я окажу на Деона Харта сильное давление. «Ждёт, что Деон Харт сбежит в мир демонов». Если выразить это южной поговоркой, это похоже на то, как открыть рот под хурмой, ожидая, что плод сам упадёт. Даже не смешно. Терпение императора не было настолько коротким, чтобы Король демонов мог смотреть на него свысока. — Итак... это всё? — Это единственный ответ на вопрос Вашего Величества. Благодаря тому, что Деон Харт спросил у меня о задачах каждого командира корпуса, я знаю их миссии. Поэтому император был не слишком доволен информацией, которую только что получил. — ...Ха. Подготовка к войне с этой Империей так себе. Не качество информации, а само содержание вызывало недовольство. Шестой и Двенадцатый корпуса, занимающиеся демонами, продолжают выполнять прежние обязанности. Пятый корпус, патрулирующий весь мир демонов, ждёт в Замке Короля демонов. Даже Десятый и Восьмой корпуса, охраняющие крупные города мира демонов, не меняют миссий... В итоге корпуса, используемые в войне, — это имеющиеся Первый, Третий, Седьмой и Девятый, а также Пятый на случай непредвиденного. Второй и Четвёртый тоже задействованы, но работают с разведкой и редко вступают в бой, поэтому исключаются. Одиннадцатый корпус исключается, так как это один из немногих исторических противников, выходивших на поле боя... «Всего двенадцать корпусов... нет, тринадцать, но только пять...» Разве это не открытое пренебрежение Империей? Какой смысл в этом, когда нужно немедленно собрать все корпуса, кроме минимальных сил, и поставить их в ожидание? Император надавил и отпустил тыльную сторону левой руки в перчатке и раздражённо нахмурился. — Есть предел тому, насколько смешно можно на нас смотреть. — ... — ...Как бы там ни было, хорошая работа. С этого момента ты будешь занят, так что лучше возвращайся и отдохни. Деон, молча слушавший эти естественные и не подлежащие игнорированию слова, вздрогнул плечами, а затем медленно поднял голову. Непостижимые красные глаза, почему-то напомнившие чужие зелёные, грубо посмотрели прямо в золотые. — Я тоже участвую в войне? — Да. Даже если не давить на него лично, психологическое давление будет огромным, если он начнёт ходить туда-сюда между двумя сторонами войны. Если так пойдёт, скоро настанет день, когда он сойдёт с этого мерзкого каната. Изначально хождение по канату происходило благодаря великодушию двух монархов. Захоти он — мог бы сразу схватить его за воротник и стащить вниз, но император этого не сделал. Талантливый человек без искренности — это просто бомба, которая однажды обязательно взорвётся. Подтверждение прозвучало, но ответа не было. Император медленно повёл глазами, тихо наблюдая за совершенно бесстрастным лицом, и слабо пробормотал, будто что-то понял: — Значит... это будет твоё первое участие в войне после Восьмилетней войны? До сих пор он пережил лишь несколько мелких сражений и не участвовал в войне. Даже во время недавней войны завоевания Деон Харт был в мире демонов. — Да... Я давно хотел сказать тебе кое-что. Это было настолько очевидно, что я едва не пропустил это и в этот раз, но благодаря его реакции вспомнил. Можно ли сказать, что хорошо, что вспомнил сейчас? То, что нужно сказать Деону Харту перед отправкой на войну. Император сделал широкий шаг вперёд и сократил расстояние между ними. Деон удивлённо посмотрел на собеседника, вторгшегося в его зону, но император не обратил внимания и просто протянул руки, легко коснувшись его плеч. — Когда начинается бой, ты действуешь лучше всех, так что о твоём физическом здоровье мне беспокоиться не нужно. Но, думаю, другую сторону следует заранее обработать лекарством. Значит, я скажу это заранее. Медленный голос опустился тяжело. — Если кто-то взмахнул мечом и убил человека, винят того, кто им взмахнул, а не меч. Это было действительно смешно. Автор, который воспользовался именно этим и продолжал ходить по канату, даже не подумал об этом. Потому что такой образ мыслей закрепился в раннем возрасте? Мысли, выгравированные в детстве, часто остаются в бессознательном и влияют даже во взрослом возрасте, так что это не совсем непонятно. Если дело правда в этом... — Ты мой меч. Разве нет? — Верно. Как владелец меча, я должен сломать его лично. Я не знаю, насколько сильно повлияют эти слова, но знаю, что лучше сказать их, чем не сказать. — Разве меч испытывает вину? Император, который не хотел, чтобы меч по имени Деон Харт был повреждён, охотно открыл рот. Поистине глупо. Он говорит не винить его за то, что тот попал в чужие руки, потому что он меч, но сам испытывает вину, когда убивает кого-то этим мечом. Красные зрачки расширились от неожиданности. Император не упустил эту сцену и тихо продолжил: — Каждый, кто участвует в войне, — меч командира. Вся дурная карма, накопленная ими убийством людей, принадлежит тому, кто создал площадку, где ими размахивают, и командиру, который размахивал ими. У командира тоже есть вышестоящий, оказавший влияние, так что если проследить эту треугольную связь до конца, на вершине окажется «монарх». — ... — Понимаешь? Это значит, что генералы вроде тебя безгрешны, когда дело касается войны. Убил кого-то? Что поделать, если я приказал убить? Вина? Она полностью моя, так почему меч пытается чувствовать вину? Это превышение полномочий, высокомерие и неуважение к монарху. Все грехи, совершённые ими на поле боя, — ответственность императора. Значит, цена тоже должна быть долей императора. Как смеет нечто вроде меча пытаться украсть свою часть бремени? — Я заверяю тебя. Вся кровь и обиды, что были в Восьмилетней войне, были в недавней войне и появятся в будущей войне с миром демонов, — мои. Поэтому не запоминай лица мёртвых и не слушай их истории. Будь то враги или союзники. — Воспоминания — бремя. — ... Глядя в красные глаза, уставленные на него, император медленно поднял уголки губ, что случалось редко. — Ты должен лишь выполнять приказы сверху. * * * Возвращение в Империю. Перед уходом я позвал Хиена и Эда и спросил о странном растении, которое в прошлый раз было у меня в сумке, и потом едва не подумал, что они меня убьют. Пришлось нелегко...! «Эдгар схватит Хиена за воротник и убьёт? Я же просто спросил...» В любом случае всё разрешилось мирно... [Растение вызвало какие-то проблемы?] [Хм... Как бы сказать...] [Простите. Я искуплю грех, отрубив Хиену голову.] [Нет... Зачем отрубать голову Хиену...] [Ах, я тоже пожертвую своей головой.] [Не нужно...!] Мирно... [Разве растение вам не помогло...?] [В итоге помогло...] [Тогда в следующий раз...!] [Нет, это уже слишком...] Всё разрешилось мирно... наверное? Ну, мне объяснили, что если меня поймают с подозрительным растением в человеческом мире, будут проблемы, и я получил обещание больше так не делать. Так что, можно сказать, всё решилось мирно. Как бы то ни было, из-за травмы с монстром в прошлый раз на этот раз я благополучно вернулся в особняк с пустыми руками и без всякого маскировочного багажа. Оставим в стороне то, что я закашлялся кровью сразу после прибытия. «Это война не с другой страной, а с миром демонов». Похоже, небеса хотят опустить мою жизнь на самое дно. Чёрт, теперь мне нужно не только на поле боя, но и ходить между двумя яростно враждующими лагерями. Бонусом — с обеих сторон переживать, что думает начальство. Поэтому я принимал лекарство для желудка вместо перекусов и готовился пройти через множество трудностей, мотаясь с места на место... Стоит сказать, что ожидание оправдалось или что прогноз оказался неверным? Стало очень занято. Самыми разными способами. — Маркиз, ваша рука остановилась. — О. Я снова повёл пером, которое остановилось, и нацарапал подпись на документе. Войска маркиза вызываются... Разумеется, разрешение дано... Нет, Убийцы... нет, Высокие рыцари выходят... О, они идут довольно далеко. С радостью даю разрешение... Обычному командиру трудно ими управлять, поэтому просят, чтобы пошёл кто-то, кто сможет вести их... Думаю, можно просто отправить Лиена. Почему-то кажется, что они хотят меня, но спишу это на настроение... нет! Я остановил перо и поднял голову. Встретился взглядом с Даном, который смотрел на меня так, будто снова собирался на что-то указать. — Но разве мы не воюем? — Да, верно. — Тогда почему я не занят? — Разве вы сейчас не заняты? — Нет... Я не о такой занятости... Разве я не выхожу на войну реже, чем ожидал? В начале меня часто вызывали, но если смотреть на нынешнюю ситуацию, я спокойно разбираю документы... Конечно, не в резиденции маркиза, а в военном шатре. — Маркиз, у вас гора документов. — ...Почему ты здесь? — По просьбе стражи и дворецкого я наблюдаю за обработкой документов маркиза... нет, курирую... нет... Ты это, ублюдок? — Хм, я здесь, чтобы помочь. — Поздно, ублюдок. Уходи. — Ах, насчёт того, что вы только что сказали: «маркиз не занят». Очевидно, что он переводит тему туда-сюда. У кого научился? Если говорить о смене темы, то это я развил терпимость благодаря издевательствам Ремембера. Я всё ещё не могу победить Ремембера, но не настолько слаб, чтобы попасться на этого парня, который ниже меня по статусу и болтает меньше Ремембера. — Похоже, Его Величество не хочет отправлять маркиза на поле боя. Я слышал слух, что вы почему-то заняты больше обычного... — Так почему он не хочет отправлять меня на поле боя? Это неплохо, но неприятно. И вообще, не меняй тему и быстрее убирайся... — Теперь, когда я подумал, недавно слышал слух, что боевые стили командира Нулевого корпуса мира демонов и третьего героя Империи Деона Харта похожи. — Потеря... что? А, я всё-таки пропустил. Ремембер научил меня слишком хорошо. Чёрт. ---------- Хождение по канату (4) Дан смотрит на меня и улыбается. Его личность меняется каждый раз, когда я что-то вижу. Он настолько привык? Или персонажи маркиза повлияли на его характер? Нет, сейчас не время думать об этом. Я отбросил лишние мысли и взглянул на Дана. Не забыл сохранить строгое выражение. — ...С какой целью ты это говоришь? — Я просто сообщаю, что ходят такие слухи. Думаю, маркиз должен знать. — ... Я расслабил глаза. Понятия не имею, о чём думает этот парень. Враг или союзник? Что делать с тем, кто неопределённо сблизился со мной, неопределённо стал удобен, неопределённо стал моим человеком? ...Даже если думать сейчас, ответа не найти. Я снова опустил взгляд на документы и пробормотал: — Только я один в покое. Если бы это место не было военным лагерем, я мог бы ошибочно подумать, что война не началась. — Не думаю, что такое могло бы случиться. Пушки войны прогремели слишком зрелищно. — И то правда. Ах, стресс. Я тихо достал платок и приложил ко рту. Не будет преувеличением сказать, что это очень впитывающая ткань, полученная и распределённая через торговый дом Дана; кровь, выходившая наружу, быстро впитывалась в платок и не протекала. Я аккуратно сложил его и убрал в карман, ворча про себя. «Частота кровохарканья снизилась? Ничего подобного». Всё из-за стресса. Если вспомнить, как ужасно я плевался кровью, когда в начале войны меня часто вызывали, сомнений не оставалось. Сбоку ощущался колючий взгляд. Я повернул голову и встретился глазами с Даном, который смотрел на меня, сузив глаза. Точно, я ведь разговаривал с ним. До чего мы дошли? ...Да, пушки войны прогремели зрелищно. — Словесная война двух монархов была очень красочной. — Внешний вид тоже был роскошным. — ... — Шучу. — ...Тебе лучше держаться подальше от Ремембера. Я холодно отчитал его и взял перо. Однако рука лишь держала его и не двигалась. Вспомнилось очень впечатляющее объявление войны того дня, и прежде чем я заметил, я погрузился в мысли, постукивая пальцами по столу. * * * Удивительно, но Король демонов объявил войну, следуя вполне стандартной процедуре. Не знаю, можно ли считать это стандартом, но раз это не было внезапным нападением, примерно похоже. Словно хвастаясь магической силой, он отправил видеомагию по всему континенту, будто продал запрет на магию, который сам же издал. Так, чтобы это увидели не только Империя, но и каждое королевство, даже маленькие деревни. Когда все сосредоточили внимание на незнакомой магии, на экране появился Джейкар, командир Первого корпуса Гернси, действующий как доверенное лицо Короля демонов. — Мир демонов сообщает миру людей. Начало обошлось без формальностей. — С точки зрения мира демонов, любящего равновесие и мир, война Империи за завоевание континента была признана чрезмерно разогретой и опасной. Поэтому мы объявляем войну Империи, чтобы остановить её чрезмерные действия до того, как они разрушат человеческий мир. Честно говоря, здесь я сорвался. Равновесие... вау, мир... так сильно любящий... мир демонов... Прошло много времени, и людей, сражавшихся против мира демонов, уже нет в живых, но всё равно недостаточно, чтобы обмануться такой ложью. Стоит открыть исторические книги... «...А простолюдины вообще... читают исторические книги?» А-а-а? Я тихо прикрыл рот. Кровь вышла сама по себе, и я сам прикрыл рот, из-за чего вокруг поднялась суматоха: не закашлялся ли я кровью снова. Но их голоса не доходили. Нет никаких причин, чтобы простолюдины, которым достаточно хорошо есть и жить, интересовались историей — они не из дворянских семей, где обязательное образование включает достоинство знати и всё такое! Джейкар, нет, Король демонов на это и рассчитывал! — Поскольку цель именно такова, мы готовы отступить и «уступить» Империи, если она пообещает больше не двигаться вперёд. Вау, безумие. Он только что спровоцировал его. Почему-то, глядя на экран, где стоял Джейкар, я почувствовал, что могу представить выражение императора даже без взгляда. Затем Джейкар снова посмотрел прямо вперёд и мягко поднял уголок губ. Я точно впервые вижу его улыбку, но почему она кажется такой знакомой? «Я знаю, кого ты имитировал...» Король демонов. У него одна особенность — улыбка красивая и умелая. Стоит ли назвать её улыбкой, которая снимает напряжение? — Ты смотришь, император? Там наверняка есть и шаман. Король демонов дал разрешение. Если можешь, попробуй вмешаться в эту магию и ответить на вопрос. Барьер опущен, так что трудно не будет. ...Это сработало бы, только если бы слова были красивыми. Тон Джейкара — дисквалификация. Зато это доказывает, что шаманы могут дотянуться до области магии. У императорской семьи есть собственный шаман, так что хотя бы искать шамана не придётся. «Тогда вопрос в том, достаточно ли навыков шамана, чтобы вмешаться в эту магию, и ответит ли император на эти слова...» Император не из тех, кто избегает провокаций. Уверен, он позовёт шамана для вмешательства. И точно — то ли правда, что барьер опустили, то ли навыки шамана выдающиеся, но вскоре экран в воздухе затрещал и задрожал, а затем сменился лицом императора. Молодой для императора мужчина со светлыми волосами и золотыми глазами сидел на троне, положив руки на книгу на подлокотнике, и смотрел на экран так, будто был оскорблён. — Я слышал, как вы лаяли. Получил новое сведение: у демонов вместо человеческой речи есть особый способ лаять. Надо велеть писцу записать как следует. Тут и там раздался смех. Фальшивый смех для снятия напряжения. Все, наверное, чувствуют: если мы будем неосторожны, Империя может оказаться полностью изолированной от человеческого мира. Если это случится, придётся сражаться с миром демонов в одиночку, без поддержки. Поэтому я не смеялся. «Он полностью это высушил». Я уверен, потому что знаю об императоре немного больше других. Император никогда не откажется от завоевания континента. Вероятно, он будет держаться за меч, пока дышит. Что же случится в такой ситуации, если Джейкар, вернее Король демонов, даже спровоцировал императора словами «я могу отступить», на случай если тот покорно отступит? «Какой выбор сделает наше Величество, которое не избегает надвигающейся драки, а с радостью отвечает на провокацию...!» К счастью, император был достаточно умён, чтобы не отвечать напрямую: «Ты не собираешься прекращать завоевательную войну? Будешь продолжать?» Вместо этого он начал с указания на слепые места в словах противника. — То, что демоны любят равновесие и мир, — новость, от которой мир перевернётся. Если весь мир знает, насколько вы жестоки, откуда у вас наглость говорить ложь? Пока я сейчас показываю лицо, разве дьявол не прячется за командиром Первого корпуса и не манипулирует им? Характер тех, у кого такой правитель, очевиден без взгляда. Они носят добродушную маску, часто лгут, провоцируют внутренние расколы или наносят удары в спину. — О. — ... Поток снова изменился. Недоверие к демонам, посеянное некоторое время назад, стало удобрением и дало ростки. В глазах людей, прежде наполненных тревогой, появились решимость и жизненность. С точки зрения гражданина Империи это удача, но я не понимаю. Не может быть, чтобы Король демонов ничего не знал об императоре. Почему он позволил вмешаться? Нет шансов, что он не предвидел такой ситуации. В тот миг, когда мысли пошли вразнос, рядом с экраном в воздухе появился новый. — Прятаться — постыдно. Перевёрнутый глаз, где белое и чёрное поменялись местами. Знакомое лицо с мягкой улыбкой. Это Король демонов. Казалось, такого не случится, но, похоже, он всё же поддался провокации императора. Он не просто заблокировал вмешательство, а создал дополнительный экран... «У него вообще осталась магическая сила? Он правда отбросил запрет на магию?» — Не думал, что император выступит лично. Благодаря тебе я впервые увидел твоё лицо своими глазами. Конечно, трудно сказать «лично», но впервые вижу вживую, а не на портрете... Я знал твой возраст, но ты выглядишь гораздо моложе, чем думал. Удивительно. — ...Ты уходишь от сути сказанного. В моих словах было что-то, что тебя задело? — Что именно ты имеешь в виду под задетой частью? Король демонов закрыл глаза и улыбнулся словно нарисованный. Его притягательная внешность, почти не отличавшаяся от человеческой, за исключением глаз, сияла. — В том, что мы сказали, нет лжи. Я услышал, как горничные восхищённо вздохнули. Это точно было намеренно. Он специально улыбнулся, чтобы скрыть части, отличавшие его от людей. — С таким лицом он может всё... — Этот человек, этот демон... он Король демонов? Я поверю, Король демонов... Император, похоже, понял намерение этой улыбки и нахмурился. Единственный способ противостоять ей — улыбнуться ярко, не уступая императору, но император не может улыбнуться ярко. Уф, мурашки бегут от одной мысли. Пока я стирал мурашки с рук, император, как и ожидалось, выбрал логику вместо состязания лицами и заговорил с рыком в горле: — Лицемер... — Хм? — Сними эту глупую маску, она отвратительна. Ты сказал, если я отступлю, мир демонов тоже отступит? Даже не смешно. Ты думал, что раз прошло столько времени с войны между миром демонов и миром людей, ваши прошлые действия и слова забудутся? Ни за что! Голос стал громче. Мир погрузился в тишину. Голос императора взлетел высоко в небо через безмолвное пространство. — Знания, мудрость и события прошлого передаются потомкам через записи. И мы делаем это, чтобы не повторить той же ошибки! Вот доказательство! Он поднял книгу, лежавшую на подлокотнике, и потряс ею перед экраном. — Это историческая хроника, спавшая в библиотеке дворца. В ней довольно подробно записана война прошлого против мира демонов. Там много интересного. Давайте прочитаем лишь немного... Он открыл книгу, нашёл страницу, пролистал её и остановил взгляд в одном месте, будто отыскал нужный отрывок. — Там сказано, что человеческий король, загнанный в угол во время войны, отчаянно вскричал. Он спросил, почему они вторглись в мирный человеческий мир. Тогда Король демонов легко рассмеялся и ответил. Сказав это, император поднял голову. Он посмотрел прямо в экран свирепыми золотыми глазами, будто видел кого-то за его пределами, и медленно произнёс. Медленный, но серьёзный голос разнёсся по всему миру. — «Разве демону не естественно желать земли, где светит солнце?» В этот миг никто не смог открыть рта, будто кто-то применил магию. Поистине жуткая тишина. Пока я бесконечно смотрел на золотые глаза на экране, император забил гвоздь, нарушив молчание, которое, казалось, будет длиться вечно. — В итоге действия Империи были лишь предлогом и попыткой вызвать раскол в человеческом мире. Разве изначально они не целились в человеческий мир по собственной воле? — Ты говоришь, что это предлог, но когда я говорю, что если Империя отступит, мы тоже отступим, я искренен. Сделайте вид, что обмануты, и сделайте шаг назад. Если мир демонов не отступит, не поздно будет двинуться снова. Оба монарха будто разговаривают друг с другом, но не забывают свою цель — подстрекать и убеждать большинство людей, смотрящих на экран. Наверняка немало людей кивнуло на только что прозвучавшие слова Короля демонов. Например, люди из других королевств, которые с тревогой смотрели на агрессивную завоевательную войну Империи, или те, кто внутри Империи выступал против войны с миром демонов. Император, не могший этого не понимать, не отступил и снова повысил голос. — Сейчас я могу лишь предполагать. В этой книге есть сведения и о продолжительности жизни демонов. Она настолько длинна, что её нельзя сравнить с человеческой. Поэтому мне нетрудно было догадаться. Сейчас Империя — самый неприятный противник в человеческом мире. Возможно, их намерение — сдержать её и выиграть время, а затем, когда сменятся поколения и Империя придёт в упадок, легко проглотить её... Вполне разумное предположение. В итоге нынешнему поколению людей оставлены только два выбора. Лишь услышав следующие слова, я понял, к чему император вёл этими словами. — Немедленно начать войну вместе с нынешней Империей, достаточно сильной, чтобы даже мир демонов чувствовал неудобство, и обеспечить безопасность потомков? Или сбежать в пустой надежде, что угроза когда-нибудь исчезнет, отсрочить её и привести потомков к уничтожению? Причина войны против мира демонов полностью изменилась. ---------- Хождение по канату (5) Эта война больше не выглядела как личная прихоть императора, не способного отказаться от завоевания континента. Теперь она превращалась в благородную войну ради будущих потомков. Люди легко воодушевляются, когда им кажется, что они причастны к чему-то великому и возвышенному. Разве стали бы фанатики жертвовать жизнями во имя религии просто так? Легитимность «благородной цели» обладает именно такой силой. — Поэтому я спрашиваю всех, кто сейчас смотрит на нас. Что нам делать? Неужели мы должны купить сиюминутный мир, продав будущее всего одним словом этим невероятным демонам? Или, пока Империя переживает расцвет, направить нашу переполняющую мощь против них и завоевать будущее? Голос кипел так, что заставлял забыть: всё началось с безжалостной завоевательной войны Империи. Где-то в толпе, словно отвечая ему, раздался крик: — Мы должны завоевать будущее! Вот почему публичные речи пугают. Когда читаешь текст, можно спокойно перечитывать его, обдумывать и находить дыры в логике. Но речь, бьющая по эмоциям и парализующая разум, стоит тебе поддаться хоть на миг — и она уже пронеслась мимо, не оставив времени заметить противоречия. Из-за этого все реагировали одинаково, будто находились под гипнозом. «К тому же, когда атмосфера уже такая, даже те, кто держится за рассудок, не смогут вслух указать на логические провалы...» С точки зрения мира демонов это следовало бы прервать. Вместо ожидаемых внутренних распрей люди, похоже, снова объединились. И в тот момент, когда казалось, что словесная дуэль закончится победой императора, раздались аплодисменты. — Хлоп. Хлоп. Хлоп. Все взгляды повернулись к экрану стороны мира демонов, расположенному рядом с экраном Империи. Там Король демонов хлопал в ладони, плавно приподняв уголки губ. Его лёгкий голос прозвучал так, будто в накалённую атмосферу вылили холодную воду. — Превосходно. Великолепная речь. — Но как бы красиво ты её ни упаковывал, суть остаётся той же, верно? Внезапно я понял, почему Король демонов позволил императору вмешаться в видеомагию. — Империя не откажется от завоевания континента. Потому что ей это нравится. Они всё это время вели войну нервов, и вот наконец получили шанс встретиться лицом к лицу и обменяться словами с тем, кого раньше не видели. Конечно, он с удовольствием подвёл к этому. Разогретая атмосфера остыла. Возможно, императору изначально не стоило пытаться сражаться логикой. Лучше было бы встретить Короля демонов иначе... Как и сказал Король демонов: всё выглядело убедительно, но если снять упаковку, главная мысль сводилась к простому: «Мы не можем отказаться от завоевания континента, так что давайте воевать». И поскольку на раннее заявление мира демонов — что они мирно отступят, если Империя прекратит завоевательную войну, — Империя ответила войной, связать эти вещи было естественно. «Ничья?.. Нет. Поражение императора». Пропаганда ещё оставалась, но после того как Король демонов собственноручно разорвал упаковку, уже неважно, какими словами её попытаются прикрыть. Повторного эффекта добиться будет трудно. Сейчас атмосфера была такой опасной, что стоило коснуться — и всё могло рухнуть. И в этой неприятной ситуации, когда почти все люди смотрели на него с напряжением, император выбрал ответ: — Если смотреть так, разве не к тому же сводятся и доводы мира демонов? Сдержать Империю, а затем улучить момент и захватить мир людей. Он схватил противника за ворот и упал вместе с ним. Если привести другой пример: вместо того чтобы отбросить летящий кулак или уклониться, он полностью отказался от защиты и ударил кулаком в ответ. Невероятная воля — не умереть в одиночку. Король демонов прижал ладонь ко рту от неожиданности, затем опустил голову, и его плечи дрогнули. Сначала смех был едва слышен, но постепенно становился всё громче, пока наконец не прорвался через магию. — Ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха! — Как же весело! — Кажется, я впервые смеюсь так за много лет. Признаю: ты лучший, император! Возможно, я захотел бы заполучить тебя ещё до того, как встретил его! Сегодня я видел слишком много сцен, которых раньше не видел. Король демонов смеялся вслух. Он всегда улыбался, будто носил маску, но такой смех я видел впервые. ...Но почему меня пробирает озноб? * * * — Меня пробирает озноб... — Господин. — Озноб... — Маркиз! — Да? Что? Я резко очнулся от мыслей и поднял голову. Мои глаза встретились с глазами Дана, который, неизвестно когда подойдя ближе, смотрел на меня с тревогой. ...Слишком близко. Давит. Отойди, пожалуйста. — Вы в порядке? Вы всё время бормочете, что вас пробирает озноб. — А... всё нормально. — Вы уверены? — Ага. — Тогда, пожалуйста, быстрее закончите с документами. — Если подумать, кажется, я всё-таки не в порядке. — Если соврёте, лишитесь рук... Нет, не то. Привычка. Что? — Даже если соврёте, я вам не поверю. — Ты всё ещё занимаешься азартными играми в торговом доме? — Что за пугающие вещи вы говорите? Мой торговый дом с самого начала был абсолютно чист. Мы никогда не открывали игорные дома под видом торговой лавки, не брали комиссию и не нанимали игроков, чтобы обирать посетителей, и, разумеется, никогда подобным заниматься не будем. — ...Очень подробное объяснение. Для душевного здоровья лучше не углубляться. Дан как ни в чём не бывало вернулся на своё место и снова посмотрел в документы. Но вдруг заметил что-то, прищурился и сказал: — Если смотреть на этот документ, он, кажется, не мой... — О, я принёс его, потому что нужно обработать бумаги, связанные с торговым домом... Проклятый торговый дом Лоуфеля! Опять! Документы в его руках сжались и помялись. Я знал, что торговый дом Лоуфеля крепко держал эту сферу, пока не поднялся торговый дом Дана. Именно из-за него виконта Лоуфеля не игнорировали в Империи. Теперь, похоже, они стали соперниками торгового дома Дана. — Они, случайно, начали цепляться? — Они первыми заключили эксклюзивный контракт на товар, который мы собирались распространять! — Разумеется, проверок много... В таком случае вам было бы сложнее войти в эту сферу. И что ты сделал? — Ху-ху-ху... Улыбка с первого взгляда зловещая. — Как я и думал, азартные игры... — Повторяю, это не так. Мы успешно распространили чайные листья Дэуса, которые до сих пор всё время проваливались, и заставили покупателей узнать о существовании торгового дома Дана. — ...Ты всё тот же. — Иначе было невозможно разрушить монополию. Плохи именно они. Кстати, рука маркиза остановилась. Чёрт. В итоге всё равно приходится возвращаться к документам? Я вздохнул и снова задвигал рукой. Ладно, к этому нужно будет вернуться позже, пока отложу... «О чём я думал до того, как Дан меня окликнул?» Точно. Я думал о словесной войне между Королём демонов и императором. Чем тогда всё закончилось? «Наверное, ничьей». Мысли постепенно начали утекать в сторону. Я положил перо и подпер подбородок рукой. Дан открыл рот, собираясь что-то указать, но я опередил его и заговорил первым: — Кстати, кто тогда победил в войне нервов между двумя монархами? — Разве там был победитель? Они обменялись ударами, а в конце хладнокровно схватили друг друга за ворот и вместе упали в грязь. — Значит, тоже так думаешь? — Да. Он тогда очень хорошо говорил. Благодаря вам это стало отличным учебником. — Учебником... Ты что, собираешься развиться ещё дальше? Я правда... боюсь представить, какой гибрид родится в итоге. Я отвернулся, чтобы не смотреть на него, и вернулся к размышлениям. На самом деле, мне было любопытно, как отреагируют жители Империи, поэтому, как только видеомагия исчезла, я надел плащ с капюшоном и вышел наружу. Если подводить итог, император добился среднего результата. «Несмотря на финал, есть те, кто поддержал прежние слова императора, потому что в них было много смысла. Есть те, кто испытал к нему неприязнь, решив, что как бы красиво ни звучало предыдущее содержание, в итоге он не откажется от завоевания континента и начнёт войну с миром демонов. И есть те, кому всё равно, как идут дела в мире, а даже если не всё равно, они говорят: это не то, на что мы можем повлиять. Соотношение примерно один к одному к одному...» «Ах, был ещё человек, который обсуждал характер императора и отметил, что тот понравился Королю демонов. Ну, он тоже относится к тем, кто испытывает к императору неприязнь...» Были и те, кому стало любопытно, кого Король демонов назвал «им», когда рассмеялся, но это быстро сошло на нет. Пока большинство спорило о правоте и неправоте, нашлись люди, которые занимались чем-то совсем особенным — обучали других. * * * — Видел, Пол? Вот так нужно говорить. Особенно это: вроде бы словесная дуэль между двумя людьми, но главная цель — подстрекнуть большинство. Прекрасный учебный пример, который можно разобрать с разных сторон. — Всё это хорошо, но почему обязательно использовать императора как учебник... — Нравится тебе собеседник или нет, учиться надо тому, чему следует учиться. Содержание было довольно интересным, и, кажется, я сам не заметил, как остановился. — Король демонов использовал простой метод: размыть смысл слов, а затем ударить в слабое место. Поэтому перейдём к императору. Честно говоря, Король демонов, наверное, действовал активно, но выглядел так, будто ему не хватает мотивации. — Он явно реагировал из интереса. Даже когда говорил, было ощущение, что он тычет в любопытного жука... — Думаешь? Так ли это? Если вспомнить, слов у императора было несравнимо больше. Король демонов мог оборвать связь, но просто молча слушал и лишь изредка бросал лёгкие фразы. «Хотя эти немногие слова были достаточно тяжёлыми, чтобы стать финальным ударом...» — Как ты знаешь, лучший способ в словесной дуэли — полностью отразить атаку противника и контратаковать. Но разве всё всегда идёт так просто? Если защититься трудно, нужно искать другой путь. В видео, когда демон, названный командиром Первого корпуса, сказал, что они отступят, если Империя откажется от завоевания континента, что сделал император, у которого здесь огромная слабость? — ...Вместо прямого ответа... увёл разговор в сторону. — Он атаковал, указав на дыру в словах противника. Атака ради уклонения. Затем — атака под видом контратаки. — Верно. Поэтому важно внимательно слушать слова собеседника и находить в них уязвимости. Если атака противника такого типа, что ответить на неё нельзя, нужно атаковать самому. — То есть уклониться и контратаковать. — Да. А когда Король демонов указал на его слабость и уклоняться стало невозможно, что сделал император? О, это легко. — Утащил противника за собой. — Ответ верный! А знаешь, почему император поступил именно так? Это не простая словесная перепалка между двумя людьми. В словесной войне перед большинством нельзя проигрывать. Сколько раз я говорил тебе о важности образа? Образ действительно влияет на многое: боевой дух солдат, лёгкость подстрекательства народа, личное восприятие говорящего... Объяснение продолжалось одно за другим. Я не знал, чем этот человек занимается, но учил он действительно хорошо. Ученик тоже был смышлёным и отвечал как надо. Ветер был прохладным, погода — хорошей. Я слегка приподнял капюшон плаща и посмотрел на небо. Оно было таким ясным, что трудно было поверить: Король демонов только что объявил войну. «Ха... да, чёртово объявление войны». Теперь война действительно начнётся. Не с другим королевством, а с миром демонов! Ах, внезапно я почувствовал сильный стресс. Почему-то внутри становилось всё горячее... — Кхе. Ну, значит, это было не воображение. Я и правда испытываю сильный стресс. Я спокойно вытер тыльной стороной ладони красную жидкость, стекающую по подбородку. ...Мои вопросы примерно разрешились, так что пора возвращаться. В мой особняк, где меня ждут документы, которые в любой момент хочется бросить в камин. Не думая, я опустил голову и встретился взглядом с мужчиной, обучавшим ребёнка. — Понял? Молчание равно поражению. Если это простой спор между отдельными людьми, поражение может быть допустимо, но если смотрят другие, даже если придётся увязнуть в грязи вместе с противником... Э. Что? Почему ты замолчал, увидев меня? ...А, может, из-за того, что я выплюнул кровь... Нет, но капюшон ведь почти сполз! Он мог увидеть моё лицо! ---------- Хождение по канату (6) Я поспешно натянул капюшон и закрыл лицо. Но взгляд, который, казалось, уже догадался, кто я, не собирался отводиться. — Брат Даниэль? Ученик, слушавший объяснение, тоже обернулся, почувствовав что-то странное. Однако преподаватель по имени Даниэль остановил его. Он несколько раз тронул пояс, нахмурился, когда посмотрел на уголок моего рта, затем отвернулся и похлопал ученика по спине, будто побуждая идти. — Вернёмся и поговорим об остальном? * * * — Маркиз... — Я, ладно, ладно. Я займусь документами. Займусь. Теперь я окончательно вынырнул из размышлений и кивнул на почти жалобный голос Дана. Да, нельзя бесконечно откладывать бумаги. Я собрался с духом и посмотрел на листы на столе... Ух, как же я не хочу этим заниматься. Из-за войны документов стало больше. «Может, я так не хочу продолжать, потому что устал?» Чтобы прийти в себя, я откинулся на спинку кресла и потянулся всем корпусом. Почти в тот же миг перед глазами пронёсся меч. ...А? — Мар... маркиз! Что за безумие! Почему перед моими глазами меч? Я так испугался, что машинально вскочил, выпрямляясь. Неизвестно когда кто-то подошёл ко мне, и мой нежный лоб с глухим звуком встретился с его подбородком. — Угх...! — Тц! Больно... Раз перед глазами на миг вспыхнули искры, я ударился довольно сильно. А тот, кого я ударил? Подбородок ведь... Я быстро опёрся одной рукой о стол, несколько раз потёр лоб и поднял голову. В поле зрения постепенно попали нападавший, у которого, похоже, подкосились ноги, и Дан, приставивший меч к его шее. ...Нет, теперь, когда присмотрелся, это уже не просто «приставил». «Что ты делаешь... собираешься убить человека, даже не выяснив, кто за ним стоит?» Лезвие уже частично вошло в плоть. Я устало посмотрел на окровавленное место и перевёл взгляд на Дана. Он заметил это, с изумлением посмотрел на меня, а затем снова зафиксировал взгляд на нападавшем, будто насторожился, и пробормотал восхищённым тоном: — Вот как... Вы раньше говорили, что вас пробирает озноб, и даже не притрагивались к документам... — Мм? — Значит, вы заметили, что кто-то проник внутрь, и были настороже. — Да...? — «Озноб» был сигналом, верно? Простите, я не понял. Это совсем не так... Не надо извиняться... Я закатил глаза, стараясь игнорировать пульсирующую боль во лбу. ...Да. Если всё хорошо, значит хорошо. — Всё нормально. Ты мог не знать. С течением времени я становился всё бесстыднее. * * * Другая тень, всё это время скрывавшаяся и наблюдавшая за происходящим, молчала до тех пор, пока солдаты, вызванные Даном снаружи, не ворвались и не арестовали нападавших. Затем она пробормотала: — Мне и вмешиваться не пришлось. Так он всё-таки герой? Когда-то это было лишь предположение, но теперь стало ясно. Он с самого начала знал о тех, кто прятался здесь. Даже о самой тени, скрывавшейся сейчас. Уверенность пришла от того, что, утешая подчинённого, винившего себя за то, что не понял, он мельком взглянул туда, где пряталась тень. «Хорошо, что я получаю государственные деньги». Его попросили защитить маркиза от многочисленных будущих нападающих? Похоже, этот человек и без меня прекрасно выживет, но раз уж мне заплатили, придётся работать. Будто не устав от предыдущей неудачи, тень двинулась к новым нападавшим, которые снова тайком приближались, и беззвучно усмехнулась. «Одни хотят убить тебя за деньги, другие хотят защитить тебя за деньги... Не понимаю, что они вообще пытаются делать». * * * Что вообще происходит... Тупо наблюдая, как ситуацию аккуратно приводят в порядок, я пошатываясь вернулся к столу и сел. Кажется, Дан с радостью нёс какую-то чушь о том, что раз раздражающие взгляды исчезли, я теперь и правда хочу работать... Слушать не хотелось, поэтому я просто отмахнулся и проигнорировал. «Ладно, того, что случилось минуту назад, не было». Случайно обезвредить нападавшего ударом головой, быть почему-то неправильно понятым... В любом случае таких позорных вещей в прошлом не случалось. Я вычёркиваю это из списка воспоминаний в своей голове. «...Просто заткнёмся и займёмся документами». Возможно, это лучший способ избавиться от лишних мыслей. Глубоко вздохнув, я взял перо... и остановился. Во внутреннем кармане ощущалась лёгкая вибрация. Лицо само собой сморщилось. «Я и так уже устал, почему именно сейчас...» Вибрация шла слева. А в левом внутреннем кармане находился... «камень связи»? Устройство, соединяющее с Королём демонов. Справа — «коммуникатор», соединяющий с императором. В любом случае это не то, на что отвечают здесь. Я тихо поднялся, чтобы сменить место, и Дан, разбиравший документы в стороне, тут же поднял голову. — Куда вы? — На минуту наружу. Скоро вернусь, так что жди. Не иди за мной. — ... — И тайком тоже нельзя. — Да... Оставив позади этот удушенный голос, я вышел из военного лагеря и, глубоко вздыхая, направился в безлюдное место. «Что он хочет заставить меня делать на этот раз?» Сейчас по какой-то причине было тихо, но в начале, когда война между Империей и миром демонов только началась, мне приходилось стоять впереди и бегать между двумя лагерями до такой степени, что это невероятно раздражало. Дан говорил, что ходит слух: стиль боя героя Деона Харта и командира Нулевого корпуса похожи. Неудивительно. Я ведь именно так и действовал! О боже, большая часть моих воспоминаний просто вылетела! «Если здесь меня ставят впереди, оттуда меня тоже вызывают и ставят впереди! Они что, даже в этом соревнуются?» Не дети же, ну правда слишком. Благодаря этому наши бешеные псы и бойцы Нулевого корпуса отчаянно соперничают друг с другом как авангард каждой стороны. Смотреть, как они ждут дня, когда смогут как следует столкнуться, даже не подозревая, что командир у них один и тот же... Ха... «...Стоп, может, меня действительно сдерживают из-за этих слухов?» Быстрый шаг остановился и вдруг замедлился. Полностью подавить слухи невозможно, так что единственный способ — реже использовать меня. По крайней мере, не ставить вперёд. «Значит...» Вот почему я торчу в этом документальном аду! Я постиг истину. Чёрт. ...В любом случае, вокруг никого быть не должно. Присутствия я не чувствовал, но всё равно осмотрелся, пробормотал что-то бессмысленное вроде «отключись» и достал камень связи. — Да, я принял сообщение. — А, Деон. Прости, что отвлекаю, когда ты занят, но не мог бы ты пройти на северо-запад от своего нынешнего места? Это недалеко, наверное, час обычным шагом. Внезапно?.. Ещё и час?.. Нет, стоп. Если на северо-запад отсюда... это довольно близко к передовой. Поскольку мой лагерь расположен в тылу... точнее, получится удалённое место примерно в пятнадцати минутах от границы. «Эти демоны... Пусть на этой границе мало боёв и атмосфера пассивная, но разве это не слишком?» Хочет, чтобы я отправился неизвестно куда? Что делать, если меня по пути кто-то поймает? Даже точных координат нет. Если я ошибусь с направлением и внезапно выйду прямо к границе, где идёт противостояние, мне конец! Можно сказать, что трудно определить направление, но граница изначально проходит по горам, поэтому точный курс вычислить сложно. Местность неровная, двигаться как хочется почти невозможно. Идти по прямой — бессмыслица. — Не беспокойся, что заблудишься. Если пойдёшь не туда, я скажу. — А, отслеживание местоположения... Понял. Но почему... Я сказал Дану, что скоро вернусь, значит, придётся поспешить. Большим пальцем я потёр клеймо на шее над ключицей и ускорил шаг. — О, разве я не сказал? Прости, удивил. Последнее время я немного не в себе. — ...Нет. Думаю, ты специально не сказал. — Перед этим: оружие у тебя есть? — ... — Тогда всё в порядке. Ничего страшного. Вот видите. Он специально не говорит. Если говорить об оружии, я ношу его с собой. Полностью вооружён. Даже если противник из мира демонов, в последнее время нападения почему-то участились, так что даже спать я ложусь с минимальной подготовкой. Многие нацелились бы на меня уже потому, что я любимый меч императора. Даже если опустить мир демонов, с одним только этим нелегко справиться. Но удивительно, что кто-то ещё находит возможность нападать на человека, когда дело и так связано с миром демонов. Не знаю, кто это, но очень хочу увидеть его лицо. «...Больше тревожит то, что он не сказал причину». Он просто делает вид, что ничего особенного. ...Он точно не пытается меня убить? «Серьёзно?» Может, вернуться прямо сейчас? Шаги внезапно остановились. Я застыл, погружённый в мысли. Если бы захотел, мог бы немедленно повернуть назад, не следуя его словам, но... Я с запозданием осознал, что всё ещё трогаю клеймо большим пальцем, и убрал руку. ...Я не уверен, что он враг. Я в положении, где не могу первым действовать неосторожно. «...Эта мысль закрыта». Размышление, становившееся всё глубже и тяжелее, в какой-то момент оборвалось. О чём я думал? Пока я собирал воспоминания, Король демонов, видимо, что-то понял по моей остановке и молчанию, и осторожно заговорил, будто пытаясь успокоить: — Нет, правда ничего серьёзного. Я скорее боялся, что ты разочаруешься и решишь вернуться... поэтому и не сказал. — ... — Если не веришь, скажу. Только выслушай и не возвращайся. — Сначала выслушаю. — В пункте назначения есть группа монстров. Их не так много, ты легко разберёшься один... поэтому всё нормально. — ... — Деон? Почему ты поворачиваешь назад?.. Потому что слишком скучно? Тебя раздражает, что я вызвал тебя по пустяку? — ... — Прошу понять. Из-за расположения было бы лучше избавиться от них заранее, но отправлять отдельный отряд жалко... Я так не думаю. Ты же просто отправляешь меня в качестве жертвы, верно? Если бы он видел моё сгнившее выражение лица, то хотя бы замолчал. Но Король демонов, не имея возможности узнать мои мысли, продолжал спокойным голосом: — Разве не эффективнее отправить тебя одного, а войска, которые пришлось бы посылать туда, перебросить в другое место? К тому же если сейчас двинуть отряд, мы можем вызвать ненужную настороженность. Император в последнее время чувствителен. — ... — Если это хлопотно, можешь просто их напугать. Проблема не в «монстрах», а в «месте», где они находятся. Никто не знает, какой переменной они станут, если так близко к границе... Где вообще живут люди, способные пугать монстров? Для начала я снова поправил направление, пошёл дальше и погрузился в мысли. Облегчённый вздох Короля демонов, донёсшийся через камень связи, был настолько раздражающим, что я оборвал связь. «Если сверну не туда, он снова свяжется. А теперь...» Не то чтобы я совсем не понимал положение Короля демонов. Сражаться здесь бессмысленно и расточительно. Граница, где я сейчас нахожусь, — самая дальняя от столицы в пределах Империи. Это значит, что армии Короля демонов, уже выбравшей и долбившей несколько ближайших границ, нет смысла наступать через эту. Даже если двигаться с целью ударить по тылу, из-за расстояния вести о них распространятся раньше, чем они доберутся до цели. «Если отправить сюда войска, даже ради зачистки монстров...» Император, который не сможет просто смотреть, тоже отправит войска, чтобы не уступить. Могут возникнуть бессмысленные столкновения. Но оставлять монстров трудно: это вид, который нападает и ест и людей, и демонов. Даже постоянное наблюдение потребует людей. Поэтому проще всего было отправить меня разобраться. «Но я не сильный...! Я слабый...!» И это ещё когда я был сильным. ---------- Хождение по канату (7) ...Лучше всё-таки вернуться. Я знаю, что ослушаться слов любого из двух монархов в нынешней ситуации — опасный поступок, способный стоить жизни. Но разве не правильнее избежать смерти, которая стоит прямо перед носом? Если смерть, которая придёт потом, оставить будущему мне, всё как-нибудь да сложится. «Моя жизнь никогда не была похожа на свечу на ветру». С того дня, как мы вступили в войну, всё и так было так, что ничего нового. Я почувствовал, как внезапно поднимается стресс, и крепко зажмурился. Запутанные мысли немного прояснились, а душевная усталость отступила. «Ох, как хочется лекарства. И алкоголя тоже...» Со мной всегда было такое, но я ведь давно бросил лекарства. Почему же в последнее время так сильно тянет? В любом случае, сначала вернёмся. Я принял решение и повернулся, но камень связи в груди завибрировал. «Что? Я свернул не туда?» Кажется, направление было правильным... С коротким сомнением я достал камень связи. Едва я соединился, как услышал короткий болезненный стон. — Что... я пошёл не туда? — Нет. Деон, лучше приготовься. Дело может закончиться быстрее, чем ты думаешь. Монстры уже движутся в твою сторону. — ...Что?! А я ведь как раз собирался сбежать. Земля слегка задрожала, будто сообщая: бежать уже поздно. ...Да. Он говорил, что это уровень, с которым я могу справиться сам. Дай-ка посмотреть на их лица. Я повернул голову, ища источник вибрации. С одной стороны рухнуло дерево, и появились пять или шесть огромных монстров. ...Ха-ха. «Это то, с чем я могу справиться сам? Серьёзно?» Насколько высоко он оценил мой уровень? Говорят, их немного, и число действительно меньше, чем у других групп монстров, с которыми я сталкивался. Меньше, но... «Они совсем не шутка!» Дерево сломалось! Они не собирались его ломать, они просто прошли мимо! После короткой тишины я едва открыл рот. И всё же голос не дрогнул, когда я спокойно позвал: — Король демонов? — О, да. Если оставить камень связи включённым, он будет мешать, верно? Я отключусь. Свяжись, когда закончишь зачистку. Щёлк. — Чёр...т... Рука, сжимавшая камень связи, сама напряглась. Хотелось просто швырнуть его и выплеснуть весь гнев, но... Я молча опустил взгляд. Камень связи был цел, а вот рука, в которую ушла сила, побелела и дрожала — жалкое зрелище. Быстро взглянув на неё, я расслабил пальцы и спрятал камень связи за пазуху. Да, сперва выживание. Моё тело и так слабое, нельзя тратить силы зря. — Ладно. Посмотрим, кто умрёт, ублюдки. Я достал привычный кинжал и уставился на тех, кто несся ко мне. И помню, как по мере их приближения моя голова всё выше и выше запрокидывалась... «Я сошёл с ума, когда понял, насколько они нелепо огромные?» После этого я ничего не помню. * * * Они тоже не смогли убить Деона Харта. Часть даже была устранена неизвестным человеком до того, как добралась до Деона. Герцог тихо смял в руке записку, которую читал, и приподнял уголки губ. Затем поднял взгляд и встретился глазами с дворянами, стоявшими перед ним. ...Раздражает, но сначала нужно разобраться с ними. — Итак... почему вы явились ко мне без предупреждения? Их было немало. Я медленно перевёл взгляд слева направо, оглядывая собравшихся. Знакомые лица. Если бы они не принадлежали к дворянской фракции, их бы тут же выгнали. Пока я скрывал лёгкое сожаление за глотком чая, один из сидевших на диване людей собрался с духом и смело открыл рот. — Думаю, император безумен. — О. Слишком смело. Не то чтобы совсем неверно, но вслух так говорить не стоит. Стоит ли считать удачей, что я заранее вывел слуг? Я медленно поставил чашку. Стоило мне принять позу слушателя, как остальные, похоже, набрались храбрости и громко начали высказывать свои доводы. — С самого начала это война, невыгодная Империи. Выиграем мы или проиграем — всё равно понесём ущерб. — Нужно остановить её сейчас. — Война только началась, ещё не поздно. Правда, война невыгодна Империи. Правда и то, что ущерб будет и при победе, и при поражении. Если можно остановить, остановить было бы верно, но... Герцог поднял изящную руку, упёрся подбородком и склонил голову. Фиолетовые волосы сдвинулись в сторону. — По какой причине вы пришли ко мне с этими требованиями? Всё, что я могу, — дать совет Его Величеству. — Император... разве вас послушает? Ну, это правда. Даже если упрекнуть его, счастье, если голова не слетит. Император особенно беспощаден к дворянской фракции. — Хорошо. Вы утверждаете, что войну нужно остановить. А способ у вас есть? — Это... — Для справки, война уже началась. Даже если мы захотим остановиться здесь, есть вероятность, что Король демонов не примет это. План должен учитывать и это. Я и без того был на взводе после неудовлетворительных новостей. Если их план окажется неуклюжим, лучше им приготовиться. Герцог ярко улыбнулся, опуская смятую записку в остатки чая. Дворяне, почувствовавшие недоброе, вздрогнули — значит, совсем безмозглыми они не были. И всё же один из них открыл рот, будто наконец вынул то, что принёс. — Мы собираемся ударить по... шее императора. К несчастью, метод оказался не очень хорошим. Герцог замер, не веря собственным ушам при столь внезапном предложении измены. — Простите? — Король демонов сказал, что отступит, если Империя больше не станет двигаться. Но император — поджигатель войны. Он, наоборот, приветствует войну с миром демонов и не собирается её останавливать. Поэтому... — Вы остановите войну, отрубив императору голову? — Если мы передадим голову императора Королю демонов, разве он не поймёт наш смысл и не отступит? — Ха... Глупо. Глядя на них, герцог почему-то почувствовал, как начинает болеть голова, и тихо закрыл глаза. Негативные эмоции — злость и раздражение — вскипели, но затем осели под давлением холодного разума. Возможно, из-за резкого всплеска эмоций, почти дошедшего до взрыва, голос вышел слабым, почти плачущим. — Почему вы не понимаете, что именно этого Король демонов и хочет? — Да? — Вы хоть раз задумывались, почему Король демонов сказал это при объявлении войны? — Да? Ну, это... Он замолчал. Я на всякий случай немного подождал, но ответа не последовало. Вот уж дворянин Империи. — Разумеется, чтобы привести к внутренним распрям. Он целится в раскол мира людей и раскол внутри Империи! Король демонов пытается посеять смуту среди человечества! Ох. Голос неожиданно повысился. Герцог провёл рукой по лицу, потянулся к чашке перед собой, заметил записку, которую только что туда положил, и спокойно поставил чашку обратно. Из-за темы разговора позвать слугу нельзя, остаётся терпеть. Короткую тишину нарушил уже более спокойный голос. — Вы ведь изучали историю как часть базового образования аристократа. — Да, да... конечно... — Тогда понимаете. Что становилось причиной гибели большинства государств? — ... Снова нет ответа. Эта страна плоха. Даже если не из-за монарха, то из-за подданных. Даже император понимает важность истории, так откуда взялись такие глупые дворяне? В очередной раз видя перед собой недостатки наследственной системы, я ощутил желание от всей души поддержать тех, кто призывает к революции. Конечно, это был лишь мимолётный порыв. Герцог вздохнул и спокойно ответил сам: — Внутренние распри. — А... Что значит «а»? Разумеется, при нынешнем императоре доля стран, рухнувших из-за внешних сил, выросла. Но в целом, если смотреть историю, причиной падения почти всех государств были внутренние распри. — Снаружи может казаться, что страна рухнула из-за внешних сил, но если вглядеться в детали, часто оказывается, что она уже была на грани из-за внутренних конфликтов. Когда страна ослаблена внутренней борьбой, другое государство слегка её толкает — и она рушится. — Но... деление дворян на разные фракции и борьба между ними существовали ещё до того, как эта страна стала Империей. Если следовать словам герцога, эта страна скоро... — О боже. Они даже политическое противостояние отличить не могут. Вздох вырвался сам собой. Герцог смотрел на них с ошеломлением, даже не думая убрать волосы, упавшие занавесом. — ...Кто сказал, что противостояние плохо? Политическое противостояние — естественное явление, неизбежно возникающее ради лучших решений. — Тогда то, что вы сказали... — Однако противостояние и замена императора должны происходить в зависимости от ситуации. Даже если подобное сделать, пока страна цела, это уже опасно. А устраивать переворот, когда есть угроза внешней силы? Это безумие. Сколько раз сегодня у меня поднималось давление? Разумом подавлять всё тоже есть предел. Герцог поднял руку, прижал пальцы ко лбу и тихо произнёс: — У всех дворян есть базовая обязанность защищать страну — политически или военным путём. Как бы ни были разделены наши фракции, если внешняя сила пытается вторгнуться, мы должны объединиться и выгнать её. Борьба — то, что идёт после. Кто, по-вашему, позволяет вам сейчас есть досыта и жить хорошо? Защита жителей Империи — главная обязанность дворян и монарха. От досады к горлу подступили резкие слова. Я с трудом проглотил их, положил сцепленные руки на скрещённые колени и ярко улыбнулся тем, кто только смотрел на меня. — Мы немного ушли в сторону, но теперь вы поняли. Мысли, которые у вас сейчас возникли, были вызваны Королём демонов. Как вообще можно верить словам демона? По всему континенту ходят слухи, что демоны склонны лгать. Даже если вы передадите голову императора и получите обещание мира, разве они его сдержат? — ... — Поэтому в нынешней ситуации обезглавить императора означает разрушить эту страну и передать мир людей Королю демонов. Вы хотите в одиночку надеть корону в разрушенной стране и играть в хозяина, которому некому прислуживать? Разумеется, прежде чем вы успеете сыграть в такую бессмысленную игру, вы уже будете мертвы, и останутся лишь трупы. В любом случае, кажется, они поняли всё правильно. Дворяне, лица которых побледнели, поспешно замахали руками. — Н-нет. — Мы были глупы. — ...Его Величество не раз говорил: глупость человека, стоящего наверху, — грех. Думаю, вам стоит понять, почему история входит в базовые навыки дворянина. Я думал, что не оставлю их в покое, если они придут с неуклюжим планом... но когда они принесли план глупее, чем я мог представить, силы просто ушли. Внезапно уставший герцог поднял руку, велев гостям удалиться. — Мне ещё нужно выяснить правду о слухах, будто почётный маркиз Деон Харт — вампир... — ...Прошу покинуть меня. — Да-да! Когда люди, торопливо удалившиеся под этим взглядом, оставили пространство пустым, он вспомнил записку, которую читал до прихода этих глупых дворян. «Нападения постоянно проваливаются, отравления не удаются: то кто-то будто случайно опрокидывает отравленную еду, то яд обнаруживают до того, как он съест...» Кроме того, его защищает неизвестный человек. И не только грозные навыки, но и невероятная удача. Честно говоря, я немного разочарован, но... «...Будь то удача или мастерство, если давить до успеха, однажды получится». Поскольку мысли герцога не изменились, он не отозвал первоначальный заказ на убийство. Пусть пытаются до тех пор, пока не преуспеют; денег он даст столько, сколько потребуется. ---------- Хождение по канату (8) Пари между герцогом и Круэлем, на время отложенное из-за отсутствия Деона Харта, отправившегося в мир демонов под предлогом миссии, началось сразу после его возвращения в Империю. Пари было таким: проигрывает тот, чьё желание победитель исполнит, а победителем станет тот, чьи люди первыми убьют Деона Харта. «Ты и сегодня выжил». Круэль, получив записку с отчётом о том, сколько было нападений, сколько попыток отравления и как они были предотвращены, на миг крепко закрыл глаза, подсчитывая, сколько раз за один день Деон оказался на грани жизни и смерти. «Слава богу». Но герцог не сдастся из-за неудач такого уровня. Именно поэтому заказ на защиту был передан на неопределённый срок. Хотя было ясно, что деньги текут из его карманов, Круэль не отказался от заказа на охрану Деона Харта, зная, насколько настойчив противник. * * * Герцог заказал убийство, Круэль — защиту. И оба нацелились на одного человека. Когда об этом доложили императору, он не сказал ничего сразу. Он сел, наполовину опустил веки и поднял руку, чтобы потереть уголки глаз. Золотые глаза блуждали туда-сюда, на мгновение будто фокусировались на пустоте, а затем скрылись под веками. Император привычно вытащил кинжал. Пух! — Фух. Взгляд Немезеуса, стоявшего неподвижно, опустился на пронзённую левую руку императора. Император медленно выдохнул, удерживая рукоять кинжала, открыл глаза и выдернул клинок. Когда из раны с жутким звуком хлынула кровь, Немезеус привычно подошёл и начал лечение. На губах императора появилась усмешка. Оставив левую руку генералу, он правой поднял кинжал, а затем взял отложенный на мгновение документ. — Вот как. Один хочет убить, другой — защитить. Два человека, внешне находящиеся на одной стороне. Деон Харт же всем сердцем ненавидит даже тех, кто пытается его защитить. Что тут сказать? История была слишком тяжёлой, чтобы счесть её смешной, и у императора не было права воспринимать её серьёзно. Я заставил рот, который не хотел открываться, произнести: — В самом деле... — ... — Несчастная судьба. Это не то, что должен говорить человек, приложивший руку к этой несчастной судьбе. С каких пор император заговорил о праве? Он бесстыдно прокомментировал эту смехотворную комедию и перешёл к следующему документу. — Лечение ещё не закончено. Уберите руку. — Это вошло в привычку. Сам не заметив, я убрал руку, тянувшуюся к ране на левой ладони. Игнорируя взгляд Немезеуса, проследивший за движением, я сосредоточился на содержании следующего документа. И в нём тоже не было ничего хорошего. Слова, наполненные вздохом, сорвались сами: — Опять? — ... — Похоже, им это не надоедает. Лучше бы время, которое они тратят на распространение подобных слухов, использовали, чтобы подумать, как справиться с демонами. Ходит слух, что стиль боя командира Нулевого корпуса армии Короля демонов и героя Империи Деона Харта похож. Оба скрывают лицо, используют кинжалы и придерживаются жестокого стиля боя, так что подозрения понятны. Избавляться от этих подозрений с самого начала — работа императора и Короля демонов. — Как всегда, разберись тихо. — ... Рука, наматывавшая бинт, остановилась. Император, почувствовав странность из-за того, что лечение никак не завершалось и ответа тоже не было, поднял голову. Немезеус, не собираясь отводить взгляд, некоторое время смотрел в золотые глаза, а затем медленно заговорил: — ...Осмелюсь спросить: они действительно никак не связаны? — ... До сих пор он выполнял приказы, не задавая вопросов, но впервые спросил об этом слухе. Видимо, сам изрядно намучился. Император не мог легко солгать, поэтому некоторое время молчал. Вместе со странным напряжением опустилась тишина. Они смотрели друг на друга, и это было похоже на войну нервов, хотя войной нервов вроде и не являлось. Тишина, тянувшаяся целую вечность, оборвалась, когда император снова опустил взгляд к документам. — Я... не позволял задавать вопросы. Император не ответил ложью. — Прошу прощения. Генерал понял скрытый смысл этих слов. Император собирался добавить что-то ещё, но заметил сигнал коммуникатора и приподнял бровь. Этот коммуникатор должен быть связан с Деоном Хартом. «Что случилось? Из-за слухов я пока не давал ему особых поручений». Произошло что-то? Он протянул руку, взял коммуникатор и мягко приказал: — Уйдите. * * * Нужно как следует добить хотя бы одного. Если жестоко убить его на глазах у остальных в качестве примера, даже эти проклятые огромные монстры испугаются и отступят. Глаза Деона закатились, он крутанул кинжал, глядя на несущихся к нему тварей, и хищно усмехнулся. «Я слышал, что монстров становится всё больше в геометрической прогрессии. Похоже, правда». Я думал, что пока на мне это клеймо, монстры никогда не нападут. Насколько же они голодны, раз решили броситься на меня? Голод настолько силён, что пересилил энергию Короля демонов, исходящую от клейма. То, что один из них отделился от группы, а внешне я мал и слаб, наверное, и убрало их колебания. — Так нельзя. Ярко-красные глаза блестели безумием. Всё остальное неважно. Даже если к этому слабому телу добавится что-то ещё, ничего не изменится. Пока я не выгляжу лёгкой добычей, можно плевать кровью, быть пронзённым где-нибудь, даже лишиться конечностей. Но. — Так нельзя. Нельзя казаться лёгкой добычей. После имени, заработанного в Восьмилетней войне, и довольно экстремального первого появления перед Королём демонов, ни в мире людей, ни в мире демонов никто не смотрел на него свысока. Поэтому подобное чувство он испытывал впервые за долгое время. Монстры, встреченные до появления клейма, не в счёт: для них было естественно бросаться на него. Но теперь клеймо есть, и их действия означали, что он выглядит настолько лёгкой целью, что они готовы игнорировать энергию Короля демонов. — Ну же, детки. Давно никто не трогал мой живот. Я убью вас очень красиво. Кинжал вращался, большой палец несколько раз сгибался и разгибался, будто собираясь работать рукоятью. Деон Харт, отбросив всякую мысль о безопасном возвращении, широко улыбнулся и раскинул руки, встречая противников. * * * Монстры бежали в страхе. Если бы это увидел кто-нибудь из мира людей, он был бы потрясён и решил, что такого не может быть. Для людей «монстры» выше определённого уровня могут дрогнуть перед сильным противником, но не бегут. Я стоял и смотрел им вслед, и рухнул только когда они полностью исчезли из виду. «Больно...» Болит запястье. Бок тоже. Ноги болят так, будто все мышцы разорваны. Во рту рыбный, железный вкус — будто меня рвало кровью. Опустив взгляд, я увидел, что почти весь верх одежды окрашен красным. Когда я пришёл в себя, абсурдность состояния тела стала очевидной. Не помню, но кажется, понимаю, что сделал. Есть только один способ так тонко разрушить моё тело. «Ситуация была для меня довольно опасной...» Это был единственный способ, пока я ещё находился в нормальном состоянии: вытянуть и использовать силу, превышающую физические пределы. «Или я запаниковал и безрассудно применил технику...» Неудивительно, что тело, не выдержавшее этого, развалилось. ...Как бы там ни было, сейчас главное — вернуться. Меня слишком долго нет. Я напряг ноги, чтобы подняться. — А? Я тупо посмотрел на ноги и снова попытался вложить в них силу. Чувствовалась только резкая боль, но сил не было. Я не сдался и несколько раз попытался встать, но едва сделал шаг, как тяжело рухнул и ударился о землю пульсирующим запястьем. Было так больно, что я беззвучно закатался по земле. — Ха-ха, мне конец. Хотя в какой-то степени я этого ожидал. Ползти? Какое расстояние отсюда до военного лагеря? Что, если по дороге снова придёт монстр... Я лежал на земле и пустым взглядом смотрел в небо, когда внезапная мысль заставила меня резко приподняться. «Сначала нужно доложить Королю демонов...!» И попросить его что-нибудь сделать! Чтобы забрать лёгкого человека, достаточно послать одного демона, а не целый отряд! Дрожащими руками я полез за пазуху — от боли или чего-то ещё. Значит... сейчас я, скорее всего, в тумане из-за последствий боя, но «камень связи» был справа, верно? * * * — Миссия выполнена. Я собираюсь сразу вернуться в Империю, но ранен и испытываю трудности с передвижением. Прошу отправить одного демона, чтобы помочь мне. — ... Связь оборвалась. Император, свободно откинувшийся в кресле и глядевший на «коммуникатор», поднялся. Не говоря ни слова, надел плащ и взял меч. Быстро осмотрев своё состояние, он вышел наружу, и Немезеус, ожидавший на небольшом расстоянии, подошёл к нему. Император остановил привыкшего следовать за ним генерала, взмахом руки подозвал другого солдата и приказал: — Принеси аптечку и комплект чистой одежды. — Да! Немезеус, молча наблюдавший за происходящим, наконец заговорил: — Куда вы направляетесь? — На прогулку. Даже если взять аптечку, чистую одежду ради простой прогулки не берут. К тому же уже подготовили лошадь — как это может быть прогулкой? ...Но у него наверняка есть причина назвать это прогулкой. Обычно он бы отступил, как тому угодно, но на этот раз Немезеус, который некоторое время молчал неизвестно под каким ветром, попытался сказать то, что всё равно не сработало. — Я... — Достаточно. Не следуй за мной. Разумеется, его обрезали одним ударом. Император собрал подготовленные вещи и без сожаления развернулся. Подол плаща взметнулся в такт движению. Генерал смотрел ему вслед, пытаясь вычислить направление, в котором тот идёт, затем осознал собственную нелояльность и закрыл глаза. * * * Монстры нашли меня, пока я лежал. Похоже, в итоге мне не удалось прогнать их полностью. Да... эти ребята простые, и одно чувство у них долго не держится. Естественно, постоянный голод сильнее минутного страха. «Подождите, разве это не почти провал миссии?» Я должен был прогнать монстров и уйти. Тогда монстры, не отошедшие далеко, не знали бы, где я могу бродить, и, остерегаясь, убежали бы за пределы области, которую сочли бы моей территорией. Миссия провалена, тело повреждено, а теперь ещё и жизнь в опасности... Ха-ха. Я рассмеялся, глядя на монстров, уверенно мчавшихся ко мне. «Хорошо. Очень хорошо». Разумеется, это ирония. Опираясь на инстинкт выживания, я собрал волю и кое-как поднялся, игнорируя боль в ногах. Возможно, из-за боли зрение помутнело, но если немного подождать, оно вернётся. Холодный пот, стекающий по коже, не спрячешь, но выражение лица скрыть можно. Сжимая кинжал, я постарался выглядеть как можно безразличнее и уставился туда, где примерно находился фронт. Похоже, страх от недавнего ещё не исчез полностью: шаги, которые неслись без колебаний, на миг замедлились. «Просто уйдите вот так... пожалуйста. А?» Иначе ты умрёшь. Я. Вопреки моим ожиданиям, топот снова ускорился, будто ничего не было. Вибрация земли под ногами передавала их грубую энергию. Затуманенное зрение медленно прояснилось, и мир снова проявился на сетчатке. Первым, что я увидел сквозь размытость, был монстр, уже оказавшийся прямо передо мной. Резкий взмах! — и меч, рассёкший его, будто то был тофу. «...Это демон, посланный Королём демонов?» Я растерянно моргнул, затем провёл взглядом по руке, державшей меч, и посмотрел на владельца. Сияющие светлые волосы и звериные золотые глаза. Очень знакомая атмосфера. — Э... Почему вы здесь...?! ---------- Хождение по канату (9) Император, мельком взглянув на меня — и из его подавленного изумления вырвался почти стон, — спрыгнул с лошади, окинул взглядом оставшихся монстров, поднял меч и легко провёл им слева направо. В тот же миг верхние и нижние половины двух тварей разделились. «Кто-то тут едва не умер...» В очередной раз я ощутил мастерство императора. Остальное было закончено мгновенно. В тихом лесу он легко взмахнул мечом, стряхивая с него жидкости монстров, вложил клинок в ножны и обернулся ко мне. — ...Для того, кому трудно передвигаться, ты выглядишь лучше, чем ожидалось. — А, слава Империи...! — Видимо, это не так. Миазмы? Пока я пытался торопливо поприветствовать его, он поднял падающее тело, словно выдёргивал редьку. ...Раз он держит меня за руку, можно считать, что поддерживает, верно? Но почему мне так неловко? Пока я висел на одной его руке, император молча смотрел на меня, будто размышляя о чём-то. Затем слегка приподнял уголки губ и неторопливо произнёс: — Впервые встречаю тебя в таком виде. Не так ли, командир Нулевого корпуса? — ... — Похоже, ты перепутал коммуникатор и камень связи. Оба — магические камни, так что ошибиться легко, но в следующий раз будь осторожнее. Шпион должен быть настолько небрежным, чтобы приносить пользу? Камень связи был слева...! Показалось, будто вся кровь в теле отхлынула. Мир, который едва успел вернуть цвет, снова побелел. Моё лицо сейчас, наверное, белее всего на свете. Стресс, словно превысив предел, заставил внутри подняться что-то горячее ещё до того, как я успел это подавить. — Ух...! Кхе! — Это внутреннее повреждение или проклятие... Глядя на красную жидкость, стекающую с подбородка, он тихо цокнул языком и осторожно посадил меня на землю. Император посмотрел сверху вниз глазами, по которым невозможно было понять, о чём он думает, а затем, будто заметив что-то странное, сказал: — Взгляд плохо фокусируется. — А... это... — Раз уж у тебя теперь есть оправдание, ответь только на это. Это временно или повреждение останется? — Временное явление. — Это... хорошо. — ... Голос был обычный, разве что чуть медленнее, и в нём не было ничего особенного. Но мне пришлось приложить все силы, чтобы не показать страх, нахлынувший приливной волной. «Я почти умер...» Минуту назад настроение императора было не таким, будто он обращался с человеком. Скорее он измерял полезность предмета. Если бы я ответил, что повреждение постоянное, умер бы прямо здесь. Если я потеряю глаза, ценность как шпиона рухнет, а боевые возможности почти исчезнут. Император не тот, кто из привязанности держит в руке сломанный меч. Вероятно, то же самое относится и к Королю демонов. Пока я спокойно дышал, пытаясь унять колотящееся сердце, рядом со мной бросили свёрток. — Чистая одежда. Похоже, ты вышел тайком. Если вернёшься в таком виде, поднимется переполох, верно? — О, спасибо. — И ещё... Император на мгновение замолчал, передавая мне бинты и лекарства, оглядел сверху вниз и вздохнул. — Такое чувство, будто зрение размыто у меня. Ты понимаешь, что у тебя из бока течёт кровь? Почти как вода. — Да...? Ах, точно. Когда я оценивал состояние тела, бок болел. Я слегка опустил голову. Поскольку вся одежда была красной, я, похоже, пропустил рану, из которой кровь сочилась через разорванную ткань. Перед глазами побелело не от боли, а от потери крови. — Рана... выглядит так, будто её вырезали. Почему? Тебе было трудно прийти в себя из-за проклятия? — ... — Или такую рану мог оставить монстр?.. Похоже, ты потерял бдительность. Как трудность прийти в себя связана с формой раны, будто её вырезали? И почему он даже не думает, что это может быть из-за нехватки навыка? Король демонов и император... насколько высоко они оценивают мои способности? Император какое-то время безмолвно смотрел на меня, будто не зная, как реагировать на мою ошеломлённость, затем достал обеззараживающее средство, кровоостанавливающее, выложил их и взял бинт. — В любом случае, лучше быстро обработать. — Да, спасибо... — Сними одежду. Нет, в процессе рана может раскрыться, лучше просто разрезать. — ...Да? — Сиди спокойно. Если дёрнешься, получишь ещё одну рану. Нет, нет, если не дёрнусь — умру! Вы собираетесь разрезать мою одежду этим страшным мечом? Не разрежете меня вместе с ней? «Это тот меч, которым он только что рассекал монстров! Я просто не хочу лечиться. Пожалуйста, не приближайте его...!» Спасите... Противник — император, так что сбежать нельзя. Глядя дрожащими глазами на императора с мечом, я в конце концов сдался и закрыл глаза. Пожалуйста, не разрубите меня надвое... Жестокое лечение закончилось. До того момента, как он поднял меч, я думал, что вот так и умру, но, к счастью, после того как он срезал одежду, обработал всё как обычно. Следует ли назвать это удивительным? — Спасибо... спасибо. — Раз поблагодарил, одевайся. Я с любопытством потрогал аккуратно забинтованный бок, затем достал из свёртка чистую рубашку и просунул руки в рукава. Император стоял в шаге, скрестив руки, и наблюдал, как я застёгиваю пуговицы. Потом сказал: — Ты застегнул неправильно. — О. Я нервничал, потому что передо мной был император. Пока я искал неправильную пуговицу и исправлял, он достал карманные часы, проверил время и обратился ко мне: — Можешь идти? — ...Да, наверное. Император никак не мог поверить ответу, в котором так явно слышалось колебание. Он слегка нахмурился, вернулся и взял меня за лодыжку. «Нет... Ваше Величество император...?!» Его голова оказалась ниже уровня моих глаз... Мне тоже поклониться? Как вообще опустить корпус сидя? — Ты всё сидишь и не встаёшь... Что ты делаешь? — Ничего. Я медленно выпрямил неловко согнутый корпус. Император с тонким взглядом посмотрел на меня, будто решил проигнорировать это, снова опустил глаза к лодыжке и продолжил мысль: — Ты сидел и не вставал... — ... — Ты не настолько груб, чтобы осмелиться сидеть, когда император стоит... — Просто мышцы немного повреждены. Лучше пусть он видит, что я вынужден нарушать манеры из-за состояния тела, чем сочтёт меня наглым и грубым перед императором. Император ощупал кости лодыжки, голени и колена по порядку и усмехнулся из-за моего слишком быстрого ответа. — Похоже на то. С костями всё в порядке. — ... — Дам бинт, как следует замотай и возвращайся целым. Через несколько дней тебя вызовут, так что позаботься о себе до тех пор. — Вызовут... вы сказали? — Да. Раз уж на этот раз ты последовал словам Короля демонов, будет справедливо, если в следующий раз последуешь моим словам, верно? Вау... о боже... почему моя жизнь такая? Это правда сводит с ума. Даже когда я рефлекторно принял бинт от императора и снова остался один, у меня не получилось удержать душу, которая попыталась сбежать. * * * Иронично, но поскольку идеи императора и герцога — лидеров императорской и дворянской фракций, противостоящих друг другу в Империи, — во многом схожи, у дворян обеих фракций есть базовое понимание того, что положение обязывает. Например, что страна и её граждане должны быть главным приоритетом. Если спросить, почему же тогда среди дворян так много эгоистов и безмозглых людей, это похоже на то, как человек бьёт другого, хотя знает, что бить нельзя. Но как бы они ни вели себя на деле, базовая мысль о том, что значит быть аристократом, всё же сидела где-то в головах нынешних дворян. Почему этот разговор вдруг всплыл? — Разве мы, дворяне этой Империи, ставящие страну на первое место, не должны ясно выяснить правду о слухах вокруг почётного маркиза Деона Харта? Это слух, который, в зависимости от истинности, может поставить страну под угрозу. Слухи о почётном маркизе Деоне Харте. Слух, что он вампир! — Я нашёл старую книгу. Из-за того, что численность и территории демонов были подавляющими, они редко появлялись в мире людей, но в книге сказано, что «вампиры» точно существовали в мире демонов. — Разве это не в прошедшем времени? — Сейчас узнать невозможно. Однако мы не можем игнорировать вероятность, что почётный маркиз Харт — последний оставшийся представитель клана. — Подозрительно, это точно. И его стиль боя связан с чрезмерным кровопролитием! — Глаза у него тоже красные. — А бледная кожа? Я слышал, вампиры не могут долго находиться под солнцем. Разве в книге не то же самое? Удивительно, но они были серьёзны. Если верить старой книге, вампиры и демоны живут в одном мире демонов. Разве тогда не высока вероятность, что при войне между миром людей и миром демонов они встанут на сторону мира демонов? Точно так же, как разные королевства мира людей прекращают конфликты друг с другом, чтобы сражаться против «мира демонов»! — Нужно обязательно выяснить это сейчас. — Верно. Но Его Величество окружил его... — То, что я хотел сказать Его Светлости герцогу... — Меня выгнали раньше, чем я успел сказать. Для герцога, знающего правду, это, естественно, было не более чем бредом глупцов. — Похоже, у нас нет выбора, кроме как выяснить самим. — Я уже приставил к почётному маркизу Харту глаза и уши. — Я тоже, но новости почему-то не приходят... — Кстати... — Похоже, он умер. Он ведь тоже герой, должен был развить чутьё. Как и ожидалось, грозный противник. Все присутствующие дворяне одновременно подумали именно это. — Нужно подобрать людей как можно осторожнее и снова приставить. — Тогда я прикреплю ещё несколько, чтобы наблюдали издалека, на всякий случай. — Но... что вы собираетесь делать, если он действительно вампир? — ... Сможет ли император наверняка избавиться от него, даже если это всплывёт? Даже если миру станет известно, что он вампир, изменится лишь то, что враждебность к Деону Харту усилится. Маловероятно, что император легко выбросит свой полезный меч. Возможно, он знает и всё равно держит его рядом. Мы, во всяком случае, должны контролировать информацию о нём. Нельзя игнорировать и вероятность, что вампира, вставшего на сторону Империи, можно использовать для создания позитивного общественного мнения. — ...Подумаем об этом тогда. — Верно. Подлинность ведь ещё не установлена. Метод, который выбирает большинство людей, столкнувшихся с неразрешимой проблемой, — отвернуться. Дворяне избегали неудобной темы, которая точно была бы сложной и головной. — О, и ещё ходят слухи, что боевые стили командира Нулевого корпуса и Деона Харта похожи... Может ли быть, что это один и тот же человек? — Хе-хе, какая шутка! Разве такое возможно? Ни император, ни Король демонов не стали бы сидеть сложа руки. — Ха-ха, верно. Существование командира Нулевого корпуса уже больше двух лет как открытая тайна. Значит, есть вероятность, что в мире демонов он существовал ещё раньше. Вы видели день, когда мир демонов объявил войну, верно? Участники такой словесной войны не могли не знать об этом больше двух лет. Забавная шутка. — Ахаха, разве не так? Тем временем один дворянин предложил необычную гипотезу, но её отмели как шутку, призванную разрядить атмосферу, и встретили смехом. Гипотеза была до смешного ненадёжной — и именно поэтому действительно облегчила настроение. В тёплой атмосфере все похвалили дворянина за остроумие и снова сосредоточились на «теории о том, что Деон Харт — вампир». ---------- Треснувшая плотина (1) Земля дрожала, поднималась пыль. Не думаю, что они насытятся, съев такое маленькое тело, но несколько огромных монстров возбуждённо неслись ко мне. Хорошо было хотя бы то, что они бежали так, будто соревновались. Видимо, понимали, что «меня» между собой не поделят, поэтому расстояние между тем, кто мчался первым, и теми, кто следовал позади, немного увеличилось. Я, стоявший неподвижно и наблюдавший за этой картиной, оскалился. «Этого достаточно». Тот, кто бежит впереди, ещё не знает, что его самого снова может загнать добыча. «У меня есть талант к подобным играм». Особенно когда противники такие простые, вести игру по сценарию — проще простого. Если сделать одного козлом отпущения и показать переворот ролей, остальные идиоты, что гонятся сзади, растеряются и остановятся. Этого промежутка хватит, чтобы внушить им страх передо мной. «Говорят, они неудачники, которым не удалось стать демонами, но такие простые и глупые... Мне это нравится». Кинжал в руке вращался. Большой палец снова и снова сгибался и разгибался, будто собираясь использовать рукоять. Я медленно опустил стойку — и в тот момент, когда ведущий монстр оказался прямо передо мной, сорвался с места. В их глазах я, наверное, на миг исчез. Я двигался со скоростью, которую моё тело вынести не могло, и услышал, как в ногах что-то щёлкнуло. Я проигнорировал это, взлетел в воздух, махнул рукой и вонзил кинжал в шею твари. Вогнать его в толстую шкуру было трудно, но это было терпимо. Игнорируя нагрузку на всю руку, я перенёс вес и опустился вниз, словно повиснув на клинке. — Каааа! — Может, потому что большой. Даже после удара в жизненно важное место сил у тебя хватает. Так кто же смотрел на «меня» свысока? Пока я не упал, кинжал в другой руке снова вошёл в рану, закрепляя меня на твари. Судя по месту и размеру раны, она и так умрёт, если оставить её в покое. Но цель «меня» — не просто «убить» этого монстра. Нужно учитывать тех, кто следует сзади. — Всё-таки удар по глазам даст хороший визуальный эффект, верно? Глубоко. Я делал такое и с людьми, так что с монстрами колебаться тем более не стану. Подняв ослабшую руку, я вонзил кинжал в глаз твари и провернул. — Каааа!! — Больно? Я любезно поднёс лицо к оставшемуся глазу и невинно улыбнулся. Глаз размером с кулак дрогнул. Крики «ярости» из-за нападения добычи начали приобретать оттенок «страха». Другие монстры, бежавшие следом и растерявшиеся от неожиданного зрелища, остановились и переглянулись. Я поднял кинжал и начал грубо вырезать оставшийся глаз. Затем остановился. — ...О, у тебя яд на когтях. Передняя лапа бьющейся твари поцарапала мне бок. Я посмотрел на рану, которая темнела фиолетовым, затем на монстра. Даже лишившись зрения, он выглядел торжествующим, будто в общих чертах понял, что со мной происходит. ...Для того, кто скоро умрёт, слишком много старания. Бросив взгляд на монстров, снова начавших приближаться сзади, я глубоко вонзил кинжал в его глаз и спрыгнул. Не теряя ни секунды, достал чистый новый кинжал, вырезал кусок бока, бросил его на землю и раздавил ногой. Хлюп. Раздавленная плоть под ступнёй издала неприятный звук. — Я думал бросить это вам, но не хочу создавать лишние переменные. Будет беда, если вы съедите это и у вас от вкуса глаза закатятся. Только после этого изуродованный монстр рухнул с грохотом, будто его цепкая жизнь наконец закончилась. Монстры, следовавшие сзади, давно остановились. Я широко улыбнулся им. — Что с вами? Я уже заждался. Они думали, что смогли отравить меня, даже когда я изрубил одного из их сородичей, но я сам вырезал поражённую плоть, прежде чем яд успел распространиться по телу... И при этом ярко улыбался, будто даже не осознавал, что бок кровоточит. В сущности, сумасшедший узнаётся независимо от расы. Монстры медленно начали отступать. * * * Мне снова приснился сон. В последнее время странные сны снятся слишком часто... Я нахмурился, вонзая кинжал в шею мелкого монстра размером с кролика. «Содержание...» Не помню. «Во сне я...» Не помню. Я точно не помню содержание, но раз после пробуждения на душе было мерзко, хорошим оно быть не могло. «Ах, как хочется лекарства...» На фоне прекрасной лунной ночи я впервые за долгое время был в удобной повседневной одежде и с открытым лицом... Вздохнув, я убивал толпу мелких монстров. Будто учитывая моё плохое физическое состояние, через неделю император приказал мне охотиться на мелких монстров. Да, хорошо, что это не большие, свирепые и страшные твари, но... «Мелких слишком много, и они легко убегают...!» Я сердито метнул кинжал в бегущего. Тело, точно пронзённое клинком, развалилось. Они не опасны. Если сравнивать с дикими животными мира людей, это буквально монстры размером с кролика или крысу. Но они тоже пытаются есть плоть живых существ, так что если их станет много, будет трудно. «Ну... назовём это опасным». Их количество ещё не выросло до угрожающего уровня, но император решил, что в военной обстановке лучше заранее устранить подобные переменные, и отдал приказ. Будь то император или Король демонов, оба делают вид, что заботятся о моём теле, но в итоге используют меня там и сям. Когда становишься монархом, это нормально? — В общем, кажется, всё примерно зачищено... Шорох. — Вот уж не знаю, что сказать. Стоит произнести — и появляется остаток? Я крепко сжал кинжал и посмотрел на кусты, откуда донёсся звук. Будто поняв, что его заметили, кусты затряслись, а потом что-то выскочило и на полной скорости понеслось ко мне. — Господин Демо-о-он! — ... Я едва остановил кинжал, которым уже рефлекторно замахнулся. Знакомый демон с листьями на голове бежал ко мне, выкрикивая знакомое обращение знакомым голосом. На мгновение мозг перегрузился. Я... выполняю миссию как «Демон»? — Бен? — Да, Демон! Этот Бен-Демон сумел сбежать из Замка Короля демонов и прийти сюда, чтобы лечить вас! Что это сейчас значит...! От смущения ноги заплелись. Я рефлекторно протянул руку, чтобы удержать равновесие, но эффект ограничился тем, что я коснулся плеча Бена. «Нет, обычно он бы поддержал меня, поймал и поднял, а теперь что он предлагает мне делать?» Да. Сейчас я упал на Бена. Одна рука прижала его плечо, другая — с кинжалом — упёрлась в землю рядом с его головой... точнее, воткнула клинок в землю. Со стороны это явно выглядело как попытка убийства или как минимум угроза убить. Подумав, что Бен неправильно поймёт, я быстро убрал кинжал и попытался оправдаться, но Бен, скосив глаза и проверив клинок рядом с головой, заговорил первым: — Простите! Я получил сигнал, что господин Демон ранен, и очень спешил... Я помешал? — Да...? — Как я и думал. Простите...! Нет, не это... Разве я поднял брови? Почему ты так решил?.. Я открыл рот, чтобы объяснить, но Бен снова опередил меня. — И всё же...! — ... — Я так рад, что вы живы. — Ха. Что мне делать с моим лекарем, у которого такой безумный профессионализм? Он улыбался счастливо, будто действительно рад. Я не смог на него злиться и медленно убрал кинжал. «Я и не собирался злиться». Змеиная чешуя, покрывающая часть его лица, напоминала, что он демон. Как я вообще посмею злиться на такое? Привыкнуть и иметь распухшую от наглости печень — разные вещи. И всё же из-за неожиданной тревоги накопившаяся незаметно усталость проявилась, и напряжённое выражение лица смягчилось. Бен, зорко заметив это, пока смотрел на меня, не упустил шанс задать вопрос: — Вы хорошо себя чувствуете? По сигналам не похоже, что у вас много здоровых мест. — Всё нормально. — Вероятно, это ложь, поэтому я вам не поверю. Риен говорила то же самое, и он тоже... Если всё равно не поверишь, зачем спрашивать? — По движениям кажется, что мышцы конечностей тоже повреждены... А, бок! С боком всё в порядке?! Сигнал был ужасный! — Всё нормально... — Не верю! Тогда не спрашивай! — Простите за грубость, но я сниму вашу одежду. — Не груби, просто... — Можно снять бинт? — ...Нет. — Да, я развяжу. Этот ублюдок...? Рука внутри одежды стала искать узел бинта. Холодно! Может, потому что они демоны, но руки у него холодные. По коже пробежали мурашки. Я понял, что на словесный отказ он не отреагирует, поэтому быстро сбросил его руку, поднялся и отступил на шаг. — Я правда в порядке. Лечение закончено, состояние тела... — Маркиз? — ... Незнакомый голос. Я быстро повернул голову, проверяя, откуда он. Мужчина в имперской форме держал оружие и попеременно смотрел на меня и Бена. Ах... «Мне конец». Я ошибся. Как и при выполнении приказов Короля демонов, эту миссию следовало проводить тайно. Честно говоря, когда выполняешь лёгкие приказы императора в имперском лагере, скрывать их не обязательно. Император не сказал, что это тайная миссия, да и сама миссия была лёгкой и ничего особенного не представляла. Поэтому я действовал уверенно. В итоге заявили, что нельзя отправлять маркиза одного, и три рыцаря из военного лагеря последовали за мной, чтобы показать путь. «Я едва отделался от Дана, который хотел идти за мной...» Изначально рыцарей собиралось идти больше, но причина, по которой император отправил меня, заключалась в минимизации траты войск. Я понял его намерение и пошёл на компромисс — только трое. «Ваше Величество, я сделал всё, что мог...» На самом деле я хотел взять больше, но... это был предел. Поскольку нас было мало, мы разделили область и отдельно занялись монстрами. И всё же почему я не пошёл один? Хихик... Нет! Я и подумать не мог, что возникнет такая проблема. «Что делать с этим человеком?» Убить? Если объяснить ситуацию, император поймёт. Но... Я посмотрел на имперского рыцаря обеспокоенным взглядом и тихо коснулся лба. Голова болит, уровень стресса взлетает. — Кхе. О, прекрасный момент. Немного абсурдно, что от головной боли изо рта пошла кровь, но сейчас не время обращать внимание. Сначала я метнул кинжал рядом с лицом Бена, который попытался позвать «Демона», и заставил его закрыть рот. Голос был тихий, почти как разговор с самим собой, но он демон, значит, должен был хорошо понять. Даже если не услышал, он не совсем бестолковый и примерно понял смысл по моему действию. Как и ожидалось, Бен, медленно поднявшись, быстро развернулся и ушёл. Рыцарь, увидев это, попытался броситься за ним, но... — Кхе, кхе, кхе! Кх... ха! Кхек-кхек!! — Маркиз Харт! Похоже, мне не раз приходилось это делать. Я направил кровь, поднявшуюся во рту, в дыхательное горло и выкашлял её очень кровавым кашлем. Рыцарь отказался от Бена и быстро подбежал ко мне. Хорошо... Я болен, так что оставим того парня и быстро вернёмся. Бен, больше не возвращайся. * * * «Демоны... Маркиз Харт...» Рыцарь, беспокойно осматривавший Деона Харта, который кашлял кровью так, будто вот-вот умрёт, стиснул зубы и вспомнил ситуацию минуту назад. Маркиз стоял, гордо держа кинжал, перед демоном, который едва поднял верхнюю часть тела из положения лёжа. Понять ситуацию было нетрудно. Маркиз в одиночку охотился на монстров, когда демон напал на него. «Но маркиз всё равно победил бы». Результатом стала сцена, которую я увидел. ---------- Треснувшая плотина (2) Проблема в том, что из-за обстоятельств маркиз не смог полностью подавить противника без ущерба. — Кхе. Появилась кровь. Не упуская момента, демон поднялся. Третий герой Империи заметил это и, даже выплёвывая кровь, метнул кинжал. Клинок едва прошёл мимо лица демона — похоже, кончики пальцев дрожали из-за кровохарканья. «Будь он в хорошей форме, точно попал бы». Будто почувствовав это, демон побледнел и быстро отступил, а затем убежал. Маркиз попытался поймать его даже в таком состоянии. Нельзя было позволить демону уйти. С твёрдой решимостью я вытащил меч и собрался погнаться... — Кхе, кхе! Кх... ха! Кхек-кхек!! — Маркиз Харт! Возможно, он рассердится. С точки зрения маркиза, он наверняка хотел бы преследовать демона, а не заботиться о собственном теле. Но всё же тело маркиза важнее. Готовясь к тому, что позже его сурово отругают, рыцарь убрал меч обратно и быстро подошёл к Деону Харту. * * * Демон пожертвовал собой. Вид, как он плюёт кровью и велит мне уйти... После такого упрямиться нельзя. Бен сделал, как велели, и ушёл, кусая губу. «Ему нужно лечение...» Вместо того чтобы лечить, я стал только обузой. Сигнал впервые был настолько сильным. Признак массивного кровотечения из-за травмы, а не простое кровохарканье. Думаю, поэтому я и впал в панику. Когда пришёл в себя, сумел сбежать — то, что всегда проваливалось. Встретив Демона, я был рад, что наконец смогу лично осмотреть рану, но... — Кхе, кхе! Кх... ха! Кхек-кхек!! — Маркиз Харт! Под бурный кашель я почувствовал, как имперский рыцарь, собиравшийся преследовать меня, вернулся к Демону. Мой бег замедлился из-за жалкого чувства. Никто не гнался. Бен остановился на месте и тихо пробормотал: — Демон... всё-таки ты дворянин. Я и ожидал, что у него не может быть незначительного статуса. «Мой статус в мире людей ещё жив». Это было ради работы шпионом? Раз он вышел под предлогом выполнения миссии Короля демонов, сам Король демонов наверняка знал. Это важная информация, которую нужно понимать и хранить в тайне. Даже если я умру после того, как узнал её, сказать будет нечего. Так что остановимся на этом. Бен сознательно остановил мозг, не давая себе считать и понимать дальше. «В итоге я узнал это по собственной вине». Я никогда не хотел выкапывать его сведения, и даже теперь, когда знаю часть, не хочу. Значит... «Я ничего не знаю». Бен выбрал забыть. * * * Слух распространился. «Почётный маркиз Деон Харт подвергся засаде демона, пока зачищал монстров. Из-за этого он получил внутренние повреждения и упустил большую часть добычи». После того как Деона Харта осмотрел дворцовый лекарь, лично присланный императором, слух изменился. «Почётный маркиз Деон Харт подвергся засаде демона, пока зачищал монстров. И всё же он почти всех поймал без ущерба, но упустил их из-за проклятия Короля демонов». Реакции тех, кто услышал слух, были разными. Одни утверждали, что звание «героя» следует отобрать: достоин ли такого титула человек, который из-за проклятия упускает каждого пойманного демона? Другие говорили, что отбирать титул неправильно, ведь проклятие он получил, возвращая тело героя, а это не что-то постороннее. Лучше просто отстранить его от передовой и дать восстановиться. Кто-то говорил, что против мира демонов нужен каждый человек, поэтому ему следует поручать не срочные задачи вроде зачистки монстров. А кто-то возражал: слишком расточительно отстранять человека, достаточно умелого, чтобы принять внезапную атаку демона без вреда и подавить его в ответ; пусть продолжает делать то, что делал. Но помимо этих споров были и те, кто облегчённо вздыхал. — Похоже, он не вампир. — По крайней мере, не похоже, что он на стороне мира демонов. — Верно. Если бы он был на стороне мира демонов, вместо того чтобы получить урон и пытаться подавить демона, он бы попытался убить рыцаря-свидетеля и увёл бы демона. — Как хорошо. Можно больше не беспокоиться о почётном маркизе Деоне Харте. Так теория о том, что Деон Харт — вампир, некоторое время горячо обсуждавшаяся среди некоторых дворян, в определённой степени разрешилась и постепенно сошла на нет. А император, услышав эти новости вместе со слухами, свободно откинулся в кресле и легко рассмеялся. — Вампиры... Абсурдно, что идиоты, верящие таким слухам, являются дворянами этой Империи. — ... — Впрочем, важнее демоны. Похоже, скоро придётся вызвать Деона Харта. * * * В какой-то момент галлюцинации императора усилились. Император, уже вызвавший Деона Харта и обрабатывавший документы до его прибытия, тихо нахмурился: видения стали сильнее прежнего. На миг он снова достал кинжал... — Ваше Величество. — ...Что такое, генерал? — Вы целились в запястье, а не в тыльную сторону ладони. В ушах зазвенел хихикающий голос. Зрение, заслонённое галлюцинациями, прояснилось, и я с запозданием увидел, куда был направлен кинжал. Чтобы остановить это, Немезеус, рискуя показаться грубым, схватил запястье, державшее клинок. — В таком состоянии трудно сохранять здравый рассудок. — Рана на руке и так достаточно большая. — Я знаю. Соберись. Император послушно положил кинжал. Он наблюдал, как Немезеус забирает его и убирает на случай непредвиденного, затем откинулся на спинку, словно расслабляя тело. Император долго сидел, опустив голову и закрыв глаза тыльной стороной руки, а потом пробормотал: — Что-то странно... — Что вы имеете в виду? — Галлюцинации. Вместо привычной злобы, исходящей из моего воображения, ощущается явная и незнакомая злость. Каждый раз вокруг становится холодно... Разум, утративший работу из-за усталости от войны и галлюцинаций, был поднят силой. Я собрал разбросанные мысли и заставил голову работать. Император — человек, явно тренировавший духовную силу. Несмотря на помехи, он умело нашёл решение, которое нужно было принять. — Тихо позови шаманку. Шаманку, не придворного лекаря. Немезеус на мгновение замер, затем опустил голову, будто ничего не произошло. — Будет исполнено. Шаманка прибыла вскоре. Она шла за Немезеусом твёрдо, хотя дрожала, словно уже услышала объяснение, и побледнела при виде императора. Чем ближе подходила, тем хуже становилось, пока наконец не остановилась и не начала давиться. — Угх...! — Как смеешь. — Довольно. Император остановил Немезеуса, уже тянувшего меч, и медленно перевёл взгляд на шаманку. — Похоже, я действительно проклят? — Да, да... на вас проклятие... но... — Проклятие настолько сильное, что тебя тошнит? — А... нет...! Само проклятие я выдержать могу! — Тогда? Если не проклятие вызвало тошноту, что же? Шаманка, встретившись с золотыми глазами, полными вопросов, поспешно опустила голову, избегая взгляда, и, заикаясь, открыла рот: — Это... карма и обиды, которые несёт на себе Ваше Величество, так велики... — А, значит, ты видишь то, что он сделал. Неужели всё настолько тяжко? — Как вы сохраняете рассудок? Осмелюсь спросить. — Невежливо. Теперь Немезеус действительно вытащил меч. — Всё в порядке, генерал. Разве она неправа? Император улыбнулся и махнул рукой, распрямил скрещённые ноги и косо опёрся корпусом на подлокотник. Расслабленная поза, чтобы снять напряжение собеседника. Немезеус, прочитав волю императора, тоже вложил меч в ножны и сделал шаг назад. Император медленно заговорил в воздухе, который стал гораздо спокойнее. — В любом случае, я действительно проклят... Можно ли отследить источник? — Обратное отслеживание само по себе трудно. Как проследить то, что не оставляет следов и видно только тому, кто пострадал, и людям с особыми глазами? — Вот как. Мне было любопытно, кто это, жаль. Голос был простым и без сожаления. Шаманка, осторожно наблюдавшая за ним, спросила: — Вы... не злитесь...? — Ну... уверен, больше половины мира меня ненавидит и проклинает. Разве не смешно думать, что среди них никто не использует колдовство? И ещё смешнее — искать их и мстить. Мне просто было любопытно, кто настолько глуп, что в такие времена проклинает монарха страны, стоящей на передовой против мира демонов. — Ах, проклятие было наложено довольно давно... но, похоже, вы не знали. — Хм? И это неожиданно. — Как давно? — Похоже, больше года... но действовать оно начало только недавно. Вероятно, вы подавляли его своей духовной силой. — Духовной силой... В последнее время я действительно сильно устал, и, возможно, из-за этого галлюцинации усилились. — Даже галлюцинации... Если видеть эту карму и обиды, скорее странно было бы не видеть их... но как вы вообще держались до сих пор? Император лишь весело улыбнулся. Как бы то ни было, его духовная сила получила признание. «Одно из качеств монарха выполнено». Тем временем шаманка достала из вещей жёлтую бумагу и начала писать что-то кровью из пальца. — Я не могу ничего сделать с кармой и обидами, вызванными поступками Вашего Величества, но... — Этого я и не хочу. — Я так и думала, что вы скажете. В любом случае, проклятие на Вашем Величестве можно снять. Сейчас я не готова, так что лучше временно подавить его силу. Позовите меня снова через три дня, и я подготовлю всё, чтобы убрать злого духа. Злого духа? Глаза императора дрогнули при первых словах, прозвучавших после встречи с шаманкой. Проклятие было таким, что к нему прикрепили злого духа? — Я думал, это проклятие, забирающее жизнь... а это просто прикреплённый злой дух. — Когда проклятие убивает, в качестве платы берётся самое дорогое у самого заклинателя и самое дорогое у того, кто попросил заклинателя. В большинстве случаев это собственная жизнь или жизнь дорогого человека — семьи, возлюбленного. Раз вы напрямую забираете жизнь другого, именно такая плата уравновешивает чаши весов. Поэтому вид проклятия, о котором вы говорите... — Не думаю, что его когда-либо используют. Однако если проблема в «прямом» методе, значит, должен существовать и непрямой? — Злой дух, приставший к Вашему Величеству, — пример такого непрямого метода. Жёлтая бумага с красными буквами протянулась. Когда кровь останавливалась, шаманка снова кусала кончик пальца, продолжая создавать амулет. Посторонним нельзя носить оружие перед императором, так что это был единственный способ пролить кровь... — Дай ей хотя бы кинжал Немезеуса. — Да, Ваше Величество. — О, почти закончено, не нужно. — Осмелюсь просить принять милость Его Величества... — Довольно, генерал. Продолжим прежний разговор. Не думаю, что объяснение закончено. Император, успокоив Немезеуса постукиванием пальцев по подлокотнику, тихо усмехнулся. Немезеуса тоже интересно наблюдать. Я говорил ему тренироваться скрывать выражение лица, но когда приказал отдать кинжал, что делать с таким явным недовольством? А когда шаманка отказалась, он действительно расстроился... Я мельком взглянул на шаманку. Закончив амулет, она собрала разбросанные вокруг листы и продолжила прерванное объяснение. — Злой дух, приставший к Вашему Величеству, — из тех, что расшатывают разум и медленно высасывают жизненную силу. Это один из методов, часто используемых против того, кого очень хотят убить. — Интересно. — Печальный и порочный способ использовать мёртвого, чтобы навредить живому. Сначала я временно сожгу этот талисман, чтобы подавить злого духа. Использовать мёртвого, чтобы навредить кому-то... Можно и так подумать. Император махнул рукой, позволяя ей продолжать, и подпер подбородок. Услышав это объяснение, я понял, как сумел продержаться так долго. Неужели злость слабого человека, которому не хватило смелости навредить напрямую и который использовал мёртвого, могла повлиять на меня настолько, чтобы свести с ума? Смешно. Пока я молча наблюдал за работой шаманки, снаружи раздался голос: — Ваше Величество, почётный маркиз Деон Харт прибыл. ---------- Треснувшая плотина (3) — Сколько осталось? — Нужно только сжечь это. — Тогда пусть войдёт. Разрешение было дано, вход открыли, но сам человек не вошёл. Возникла проблема? Император с сомнением посмотрел на вход. По мере приближения его чувствительный слух уловил бормотание Деона Харта: «Что это за запах...» После небольшой задержки Деон Харт наконец вошёл. Едва он появился, прикрывая рот и нос и кашляя, это уже показалось необычным... — Кхе, кхе, слава Империи... Кхе! — Кровь? В этот миг все, кроме Деона Харта, подумали об одном. Немезеус и император рефлекторно посмотрели на шаманку. Поняв смысл их взглядов, она не смогла не покачать головой в смятении. — ...Нет. «Разве это правда не он?» «Правда. Этот человек определённо живой ребёнок... Уф». Талисман, подавляющий энергию злых духов. Деон Харт, прежде чем войти, замешкался, упомянув «запах». А стоило войти, как он закашлялся и начал плевать кровью. Более того, когда шаманка подошла проверить, её саму снова затошнило. Может ли такое совпадение вообще случиться? Естественно, я заподозрил неладное, но шаманка, прикрыв рот, решительно покачала головой. «Этот человек тоже совершил много грехов. Он несёт на себе обиды». «Тогда Деон Харт...» «Мой талисман точно не действует на живых, но это не значит, что он злой дух. Просто совпадение». — ...Значит, это из-за проклятия Короля демонов? Как же его не снять? В день, когда Деон Харт вернул тело героя с беспрецедентным клеймом, его, конечно, сперва отвели к шаману, чтобы снять его. Шаманы, увидев клеймо, сказали, что это магия, которую замыслил и использовал Король демонов, и ни один шаман не сможет вмешаться. — Пожалуй, стоит позвать придворного лекаря. Говорят, лечения нет, но нельзя же оставить его плевать кровью. Император щёлкнул пальцами. * * * Что вообще жгут в месте, где находится император? Весь воздух пропитан едким запахом. Горло скрутило, и я закашлялся. Из-за этого слишком сильно напряг живот, и кровь пошла обратно. Кажется, ещё и моё нежное горло пострадало. Тем временем генерал Немезеус смотрел на меня, держа руку на мече, а незнакомая женщина медленно приблизилась и сама побледнела, будто её тошнит... — ...Значит, это из-за проклятия Короля демонов? Как же его не снять? Голос императора мгновенно стёр присутствие этих двоих. — ...Пожалуй, стоит позвать придворного лекаря. Не нужно никого звать. Это самое обычное кровохарканье, ничем не отличающееся от привычного. На таком этапе пора бы уже привыкнуть. Разумеется, мысли, которые я пробормотал про себя, до императора не дошли. Странная женщина исчезла, а вошёл Тэуль... Тэуль?! — Ваше Величество? — Быстрее всех прибыл именно придворный лекарь. Не беспокойся, он способнее прочих врачей. Потому что это личный лекарь императора! Если его зовут, он, конечно, решит, что с драгоценным телом Его Величества что-то случилось, и прибежит! Давит. Я задумался, осмелюсь ли принимать осмотр у придворного лекаря... Посмотрел на него и тихо сделал шаг назад. — Почётный маркиз Деон Харт. Вы сейчас игнорируете слова императора? Одной этой фразы хватило, чтобы я остановился. В итоге только после диагноза, что ничего сделать нельзя, я наконец смог вырваться от Тэуля. Несмотря на то что я выдержал давление и даже прошёл осмотр, настроение хорошим не стало. Раз сказали, что никаких мер принять нельзя, значит, причиной сочтут проклятие Короля демонов. — ...Всем выйти, кроме маркиза Харта. Император потер глаза и вытянул руку, словно устал. Я остался один с императором, которому явно было не по себе! Такое чувство, будто меня оставили одного в логове зверя. Я слегка опустил взгляд, боясь, что могу его задеть в этой захватывающей дыхание тишине. Я так отвлёкся, что забыл: император вызвал меня. Наверняка не по хорошему делу, вероятно, из-за контакта с демоном Беном. «Это правда было не специально...» Несправедливо. Бен, ублюдок... Пока я в мыслях жевал Бена и думал, как доказать невиновность, голос императора упал сверху: — Подними голову. Подчиниться его словам было рефлексом. Император встретился со мной взглядом, будто ждал, когда я подниму голову. Свирепые золотые глаза поймали мой взгляд. Он не мог не знать о происшествии с демоном, которое широко разошлось по миру, но не сказал об этом ни слова. Просто смотрел в глаза, смягчил уголки губ, будто что-то прочитал, и произнёс. В отличие от мягкой улыбки, последовавшие слова были довольно... острыми. — Скоро ты отправишься на войну. Подготовься заранее. То, что не было ни настойчивого допроса, ни выговора, следовало считать удачей. Но радоваться я не смог. * * * После того как меня некоторое время вызывали для разных поручений, я снова оказался на поле боя. «Было бы хорошо, если бы мне просто поручали разбираться с мелкими монстрами». Проверив белую форму, которую, казалось, давно не надевал, и потрогав белую маску и капюшон плаща, закрывающие лицо, я поднял голову. Ясное высокое небо заполнило поле зрения, как в один из тех дней. Из-за маски я не мог быть уверен, но воздух наверняка чистый и свежий. Хотя скоро он наполнится запахом крови, так что проверять, снимая маску, особенно не хочется. Если почувствовать этот разрыв, станет совсем странно. Пока я просто смотрел в небо, позади почувствовалось чьё-то присутствие. — Младший. Непривычное, но знакомое обращение и аккуратный голос. Я рефлекторно повернул голову. Мужчина с прямой, безупречной осанкой элегантно улыбался в мою сторону. — Старший Стигма? — Да, давно не виделись. Я ждал новой встречи, но не думал, что мы увидимся в таком месте. — Да, да... — Судя по тому, как ты всё повторяешь, ты очень смущён. Кто-нибудь увидит — решит, что я страшный. Честно говоря, немного страшный... Нет. — Хм. Раз в ситуации, где важна сила, в одно место поставили двух героев... Похоже, это место очень важно. Ну, я слышал, что ситуация довольно опасная. Я ошеломлённо смотрел, как он бормочет подобное. Я давно отказался думать об этом. Зачем мне напрягаться размышлениями, если всё, что нужно, — делать как велят. Похоже, эти мысли отразились на лице. Стигма слегка прищурился и позвал меня: — Младший, под твоим командованием тоже есть войска, за которые ты несёшь ответственность, верно? — Верно. — Значит, ты тоже командир. Уверен, ты понимаешь опасность командира, который не думает... Страшно... Страшно! Это из-за того, что мы в зоне войны? Почему он такой страшный? Кажется, при первой встрече он был не таким... ...Или был? Был ли он таким с самого начала? Пока я дрожал и не мог ответить, к нам подошёл кто-то, похожий на рыцаря Стигмы. — Мой господин. Война нервов между рыцарями Лофти и Безымянными рыцарями, напрямую подчинёнными императорской семье, накаляется и влияет на наших людей. Что прикажете? — Уверен, никто из моих людей не поступит опрометчиво. Если это случится, возьми ответственность и проследи, чтобы их воспитали. — Да, понял... — И ещё. Шурх. Стигма схватил рыцаря за ворот и подтянул к себе. — Я разговариваю с младшим. Похоже, тебя придётся использовать только если вмешаешься с подобной мелочью. — П-простите. ...Ладно, теперь прежний Стигма уже не кажется страшным. Вместо этого нынешний Стигма очень пугает. А ведь со мной он был очень любезен... Я ещё сильнее сжался и задрожал, но вдруг поднял голову, когда в голову пришла мысль. Нет, подождите. Разве я не услышал что-то очень знакомое в недавнем разговоре? Рыцари Лофти... «Это же наши ребята!» Официальное название Рыцарей-убийц! Я вздрогнул и огляделся, ища ребят. Найти бешеных псов было нетрудно. — В месте, где нет осколка героя! — Ещё и Безымянные рыцари! — Название рыцарского ордена не имеет отношения к боевой силе?! — Мы хорошо сражаемся и без осколков героя! — ...Если сражаться честно, вы проиграете! — Джу-джу-рётмун крысиные глаза джуджуэ— — Ты! Как и ожидалось, там постоянно шумно. Куда ушёл сэр Риен? Я поспешно огляделся, думая, что вот-вот начнётся драка, и услышал голос: — Если вы ищете командира рыцарей под вашим началом, она отошла поговорить с нашим командиром. — О. Точно, она сказала, что ненадолго уйдёт для самого необходимого. Единственный человек, способный контролировать бешеных псов...! Пока я безмолвно впадал в отчаяние, Стигма, смотревший на меня, внезапно спросил: — Разве нет заместителя командира? — Это Милан... Тот, впереди, с закатанными рукавами, и есть заместитель. Да, тот, который только что вытащил меч. — ...Твоему ордену в целом требуется обучение. Тон был чрезвычайно лёгким и элегантным, но почему-то пугал. Внезапно мне стало любопытно, насколько хорошо обучены люди Стигмы. Я повернул голову и увидел рыцарей, ожидающих в угловатых позах, будто они из совершенно другого мира. Взгляд строго вперёд, выражения лиц отсутствуют. «Вау... Вот что значит элита?» — Иногда отношение подчинённых заменяет достоинство их господина. Младший, тебе нужно лучше изучить осанку дворянина. Если дворянин благороден, разве с ним не должны обращаться как с благородным? — Э... Это... звучит нехорошо. Неужели Стигма тоже из таких? Превосходство аристократии? Словно мои мысли были написаны на лице, Стигма добавил: — Похоже, ты неправильно понял, что я имел в виду. Это не значит, что нужно быть высокомерным. Я не говорю ловить подчинённых, как крыс. Когда люди судят других, они обычно оценивают выражение лица, осанку, тон и то, как к этому человеку относятся окружающие, верно? А, понял. Но разве моё лицо настолько легко читать? Вроде бы нет. Тогда остаются только предположения: либо у Стигмы очень острое зрение, либо он настолько сосредоточен на мне, что замечает малейшее изменение выражения. ...Второй вариант страшный, так что пусть будет первый. — Я говорю это только потому, что не хочу, чтобы младшего где-нибудь игнорировали. Надеюсь, ты внимательно послушаешь. Особенно если тебя будут игнорировать не из-за твоей ошибки, а из-за поведения подчинённых... думаю, ты почувствуешь себя довольно плохо. В его словах чувствовалось убийственное намерение... Я не смог ответить и свирепо смотрел на него. Когда наши взгляды встретились, он мягко приподнял уголок губ. — Кстати, если они продолжат, кто-нибудь действительно умрёт. Ты не против не останавливать их? Ах, точно! — Я на минуту! — Возвращайся. * * * «Кандидаты в герои» не признают Деона Харта героем. Как человек без осколка героя может быть «героем»? Это место должно было принадлежать им. Какими бы выдающимися ни были его заслуги и как бы хорошо он ни сражался, в конце концов он всего лишь обычный человек. Они были уверены, что победят, если сразятся по-настоящему, поэтому в их взглядах на Деона Харта естественно читалось пренебрежение. Как отреагировали на это Рыцари-убийцы? «Как смеете вы на нашего ребёнка... нет, командира... Вы смотрите на маркиза свысока?» ---------- Треснувшая плотина (4) Как смеют эти мальчишки, никогда не видевшие войны, рассуждать о том, кто достоин быть героем? В первую очередь «герой» определяется не наличием или отсутствием осколка героя. Само слово может казаться простым, но это по-настоящему особое звание. Человек, бросившийся в горящий дом и спасший людей, — герой. Человек, который кричит, что нужно эвакуироваться, потому что начался пожар, — тоже герой. Тот, кто проявляет доброту к ребёнку на обочине дороги, становится героем для этого ребёнка. Честные родители тоже герои для своих детей. «Герой» — звание одновременно лёгкое и трудное. Разве не естественно, что тот, кто жаждет его, даже не понимая смысла, не имеет права быть героем? К тому же Рыцарей-убийц спас Деон Харт во время Восьмилетней войны. Среди них много тех, кого эта маленькая рука направила на перекрёстке жизни и смерти. Даже если Империя его не признаёт, они признают его героем. И если перед их глазами показать Деона Харта, не признавая его героем... разве реакция бешеных псов не очевидна? — Завидуете? — Что? — Эй, ребята. Эти ублюдки завидуют нашему маркизу! — Эти? Нашему маркизу? Они вообще своё место знают? Смеют? Незаметно пырнуть во время боя. В хаосе ведь хотя бы один человек может погибнуть от руки союзников. Прежде всего, Деон Харт, которого я впервые встретил во время Восьмилетней войны, был слишком молод. Даже если разница в возрасте между ним и рыцарями-храмовниками не слишком велика, для одних это как старший и младший брат, а для других — почти как дядя и племянник. Как тут не привязаться? У некоторых разница действительно огромная, почти на уровне отца и сына. И пусть их командир — чудовище в бою и психологической войне, во всём остальном он, в конце концов, ребёнок, у которого мало что выходит. В процессе тайной заботы о нём они сами того не замечая начали думать: «мой малыш». В итоге это прилипло. «Так и не удалось заставить его надеть нижнее бельё...» Он говорил, что если бельё намокнет от крови и прилипнет к телу, оно помешает движению? Это вошло в такую привычку, что он не носил его даже после войны. «Война всё испортила». Цокнув языком, Милан с кривой усмешкой направился к «кандидатам в герои». — Маркиз не настолько низкого уровня, чтобы вы, ребята, смели ему завидовать. Смотреть надо на лестницу, на которую можете подняться, а что вы пялитесь в небо? Может, просто чисто сдаётесь? — Ха! Конечно, я знаю, что осколки героя — не мелочь. Если сразиться с ними в лоб, проиграешь сто раз из ста. И всё же разве можно спокойно смотреть, как моего малыша игнорируют? Особенно наш командир ненавидит, когда на него смотрят свысока, из-за своего стиля боя. — В месте, где нет осколка героя! — Ещё и Безымянные рыцари! — Название рыцарского ордена не имеет отношения к боевой силе?! — Мы хорошо сражаемся и без осколков героя! — Если сражаться честно, вы проиграете! — Джу-джу-рётмун крысиные глаза джуджуэ— — Ты! Я захихикал, когда тот схватил меня за ворот, затем резко изменил лицо и вытащил меч. Поскольку мы давно сработались, остальные тоже заняли свои позиции и подняли напряжение. Пока кандидаты в герои были потрясены, Милан несколько раз крутанул кистью с мечом, опустил подбородок к плечу и криво улыбнулся. — Подерёмся? Мы ничего не видим, но вы ведь не можете, да? — ... Они не убийцы... но рыцари Лофти напрямую подчинены Деону Харту. Они прошли через страдания и лишения на поле боя восемь лет, и связь, возникшая после этого, никуда не исчезла. Даже если ругаться, большинство происшествий им простят. А «Безымянные рыцари» перед ними напрямую подчиняются императору. Им не приходилось проходить страдания вместе с императором, и император не станет колебаться из-за привязанности. Если случится происшествие, всё будет иначе. — Ах, раз вы кандидаты в герои, вы ведь не хотите умереть. Император ценит талантливых людей. — Зато некоторые неудобства будут. — Нам достаточно получить выговор. — Командир, наверное, ещё и ударит. — О, точно. Это тоже. Пока мы стояли и вели бесполезную болтовню, вдруг прозвучало: — Что вы делаете? — А, маркиз! Пришёл Деон Харт. Милан тут же улыбнулся, убрал меч и обернулся. Белый капюшон был немного загнут сверху, будто его только что приподнимали. Что делать с нашим командиром, который до сих пор не умеет привести верхнюю одежду в порядок? — Ничего серьёзного! Я медленно протянул руку, поправил этот участок и улыбнулся, будто ничего не произошло. * * * А затем началась битва. Битва, чтобы остановить армию Короля демонов, наступающую на Империю. — Нет, это было не «остановить», а «уничтожить». Говорят, Король демонов немного пошевелил мозгами. Они сделали вид, будто продавливают ближайшую границу, а затем вошли в мир людей через другую. «Граница» — это проход, соединяющий мир демонов и мир людей. Как невозможно снаружи увидеть каждый угол дома только потому, что дверь открыта, так и здесь: по одному лишь взгляду издалека нельзя определить перемещения. Без шпиона трудно заметить, что происходит в мире людей из мира демонов и как движется мир демонов из мира людей. И всё же император, примерно поняв мысли Короля демонов по совокупности обстоятельств, отправил войска довольно быстро. Но этого было недостаточно, чтобы выбить тех, кто уже вошёл. Напротив, людей оттеснили в очень опасное положение, и почти все основные силы собрались вместе. Второй герой, Стигма Примиро, и третий герой, Деон Харт. Кроме того, кандидаты в герои, способные дать большую силу против демонов. «Роскошный состав». Я понимаю приказ «уничтожить» и не оставить ни одного живого. С таким составом это вполне возможно. «Хотя совместимость плохая». Клетер, один из Рыцарей-убийц, вспомнил стычку с кандидатами в герои, случившуюся утром, вздохнул и вытащил оружие, рассёкшее живот демона. Поскольку маркиз Примиро и его рыцари отвечали за перекрытие пути отступления и убийство бегущих, Рыцарям-убийцам неизбежно пришлось уничтожать врагов вместе с кандидатами в герои. Они рычали прямо перед началом битвы, но разве станут спокойными после её начала? — Ты! Ты почти умер! — Ой-ой, почему оно полетело туда? Прости-и. — Этот сумасшедший ублюдок...! Слепое оружие странным образом целилось только в затылки кандидатов в герои. Возможно, из-за гордости за то, что они на одной стороне, те, кто не успел защититься, получали лишь мелкие раны на руках и ногах, без попаданий в жизненно важные места... — Делайте это умеренно! Сражаться между союзниками, когда враг прямо перед глазами, ни к чему хорошему не приводит. Как и ожидалось, донёсся сердитый крик командира Риен Рейнер. Обычно я попытался бы остановить их раньше, чем вмешается командир, но на этот раз Клетер притворился, что не замечает, и просто проигнорировал. Они смотрели на маркиза свысока — значит, это нужно. «Ну... теперь они даже не смогут подумать смотреть на него смешно». Я перевёл взгляд в угол поля боя. Туда, где запах крови был сильнее всего. На земле катился кусок красного мяса, предположительно бывший демоном, а в месте, наполненном страхом, стоял их командир и широко улыбался. «Жёсткий у нас маркиз». Сознание думало так, но подсознание выражало отторжение. Хотя я знаю, что полагаться на лекарства нехорошо, всё равно думаю, не стоило ли принять их, как другие. Смотреть на разрушение, устроенное Деоном Хартом, ясным умом было трудно. «Я не стал принимать лекарство, потому что сражаюсь с демонами...» Может, лучше сделать это сейчас? Поскольку эта война шла не против людей, а против демонов, внутри рыцарей возникло разделение: те, кто принимает лекарства, и те, кто нет. Одни решили прибегнуть к лекарствам, потому что не могли здравым рассудком иметь дело с похожими на людей демонами. Другие решили относиться к ним как к монстрам, ведь у демонов хотя бы одна часть отличается от человеческой. Клетер выбрал второе, потому что не хотел отказываться от «разума». «Я не учёл действий маркиза...!» Несмотря на отторжение, взгляд всё равно тянуло туда. Это похоже на чувство, когда случайно встречаешь дикого зверя и не можешь отвести глаз. Нереальное и нелогичное ощущение: если отведёшь взгляд хотя бы на миг, этот зверь вцепится тебе в затылок. Оно удерживало внимание. Даже я, давно наблюдавший за ним рядом, чувствую это. А что насчёт кандидатов в герои, впервые встретивших его сегодня? «Они испугались». Их испуганные взгляды были прикованы к Деону Харту. Глаза растеряны и дрожат. Даже те, кто хорошо сражался, стоило Деону Харту попасть в поле зрения, не могли легко отвести взгляд, будто он связывал их. Во время боя отвлекаться опасно, но это одинаково касалось и демонов, поэтому ущерб оказался меньше ожидаемого. Клетер равнодушно отвернулся от кандидатов в герои и поправил хват оружия. «...Может, в следующий раз и мне принять лекарство?» Раздражающие кандидаты в герои уже даже не рассматривались. Пусть не так, как Деон Харт, но он тоже по-своему жестоко убивал демонов, выигрывал время, восстанавливал силы и снова поднимал оружие, чтобы быстрее закончить эту проклятую битву. Даже человек, не освоивший базовые приёмы меча, если проведёт несколько лет на поле боя, выработает кое-какую сноровку. Клетер: Рыцари-убийцы больше не убивают противников безрассудно и жестоко. Атмосферу один Деон Харт создаёт достаточно, поэтому в начале боя они лишь действуют жестоко, чтобы подавить напор, оставляя эту область командиру и сосредотачиваясь на том, чтобы закончить бой быстрее, убив как можно больше врагов. Жестокая рука стала тактикой, к которой прибегали, когда не хватало выносливости, чтобы выиграть время. Это не рациональное мышление и действие, а инстинктивное поведение, возникающее даже под действием лекарств. Радоваться этому или горчить? «Пока... подумаем позитивно». Клетер перестал думать и двинулся. * * * Разумеется, одним боем всё не закончилось. Король демонов отправлял подкрепления, приказ «уничтожить» не менялся. Можно ли считать удачей, что он не послал командира корпуса? Через несколько таких битв Стигма Примиро смог по-своему наблюдать за Деоном Хартом. Деон Харт, которого он увидел, был весьма тревожным. «Может, потому что это зона войны». Точно объяснить нельзя, но ощущение было такое, будто вода медленно переливается через треснувшую плотину. Достаточно упасть одному маленькому камню — пойдёт волна, вода перельётся, и от неё невозможно будет отвести взгляд. Один вид казался опасным, но это была область, которую никто другой не мог компенсировать. Стигма на миг с сожалением задумался, не заметили ли этого остальные, но затем перевёл взгляд. — Держи спину прямо. Расправь плечи и подними подбородок на нужный уровень. Иди прямо, без покачивания. Когда говоришь с кем-то, смотри в глаза и говори элегантно. Советы как «старшего». Хотя я не до конца осознал это, он называл меня «старший», а я признал его «младшим». Значит, как старший, наверное, должен чем-то помочь. Стиль боя Деона Харта — полная противоположность Стигме. Поэтому он не может и не должен вмешиваться в эту область, а единственный совет, который может дать, — «как вести себя, чтобы тебя не игнорировали». На языке дворян это, пожалуй, называется «осанка аристократа». — Если подчинённые тебя игнорируют, другие тоже будут игнорировать. Поэтому стань начальником, которого уважают. Неважно как. Уважение из страха или уважение из привязанности — всё равно. Главное — показать другим, что тебя уважают. Среди информации, полученной во время наблюдения за Деоном Хартом, была и информация о его непосредственном подчинённом ордене — рыцарях Лофти. Сначала я думал, что они игнорируют Деона Харта. Но присмотревшись, увидел. — Юное дарование, тебя уже настолько любят, что остаётся только обучить их как рыцарский орден. Как им следует выражать «уважение» к начальнику, которого они любят? Их слепую любовь к Деону Харту. ---------- Треснувшая плотина (5) Как он может получать столько любви от подчинённых? Это выходит далеко за пределы простой иерархии. Как младший с такими жестокими руками может получать такую привязанность?.. Проглотив сомнения, Стигма продолжил: — Во время войны ты часто ругался. Возможно, странно требовать мягких слов на грубом поле боя, но вульгарные выражения снижают репутацию, постарайся воздерживаться. И по возможности не ругайся даже в мыслях. — Даже в мыслях... — Мысли становятся словами. Слова, которые часто произносишь, становятся привычкой. К тому же брань — один из тех видов привычек, что легко приживаются. Какая привычка легко меняется? Лучше пресечь её заранее. — ... Сказав это, он щёлкнул указательным и средним пальцами и стукнул по губам того, кто пробормотал, что это уже стало привычкой. — Я говорю это ради младшего. * * * С тех пор Стигма начал бить меня. Стоило мне выругаться, как он говорил: «У тебя дурная речевая привычка», щёлкал пальцами и ударял по губам. Приходилось держать рот закрытым, хоть это и больно. А что мне делать, если это уже привычка? Си... буре. — Ты только что подумал ругательство? — ...Нет. — Казалось, твои глаза ругались. Он призрак! Пока он проверял оружие, он смотрел на меня, будто проверял подлинность. Поскольку мы вот-вот должны были вступить в бой, его обострённые чувства ловили каждое место, куда падал мой взгляд. Он провёл взглядом по лицу — от глаз к губам, затем снова сосредоточился на глазах. — Хм... Перед началом боя хочу дать ещё один совет. — Да...? Что ещё он собирается сказать? — Похоже, жесты руками стали привычкой, но для более ясной связи лучше давать сигналы вместе со словами. Кто будет смотреть на жесты младшего в таком хаосе? По крайней мере, нужно поднять голос, чтобы привлечь внимание. О, это... Думаю, всё будет нормально, потому что есть ребёнок, который пристально следит за моими жестами. На самом деле, теперь, когда не нужно скрывать кровь, лучше было бы говорить вслух, но... привычки правда страшны. Я сам того не замечая подавал сигналы руками. В любом случае, с какого-то момента Стигма начал давать такие советы при каждом удобном случае. Долг старшего? Похоже на то. Советы довольно полезные, так что я их слушаю... но вывод всегда странный. [Всё это не имеет значения, если ты подавляюще силён.] Говорят, сила перед началом — лучшее. Элегантность? Атмосфера? Культура? Этикет? Если твоя сила подавляющая, всё это не нужно... [Но поскольку над тобой есть другой сильный человек, а сам ты не имеешь осколка героя, твою силу нельзя считать «подавляющей». И прежде всего: разве не будет гораздо проще, если собеседник прочтёт атмосферу и отреагирует ещё до того, как ты покажешь силу?] ...Ну, я беспокоюсь о характере Стигмы. Но он добр ко мне, значит, неважно, верно? Думая, что если бы кто-то услышал это, то забеспокоился бы и о моём характере, я посмотрел на ножны кинжалов, которые Дан закрепил на моём теле. Всего шесть — на обоих бёдрах, на талии и на спине! ...Но на каждую лодыжку добавили ещё по одному, так что всего восемь. «Шести, видимо, было недостаточно...» Я не помню, потому что во время боя был не в себе, но последствия скрыть невозможно. Каждый раз, приходя в себя, я оказывался с пустыми руками. Или держал только один кинжал. «...А потом Стигма смеялся». Сколько это было битв назад? Когда я пришёл в себя после боя, весь покрытый кровью, кандидаты в герои, смотревшие на меня странно отрицательными глазами, вздрагивали и отводили взгляд каждый раз, как мы встречались глазами. А в стороне Стигма смеялся и говорил, что я тоже его младший. Сначала я решил, что это не он, потому что смех вырвался слишком громко. Что вообще произошло... — Если ты хорошо справишься, младший, это может быть последняя битва здесь. — ... — Похоже, Король демонов понял: посылать сюда неумелые войска бесполезно. Пришли новости, что они перебрасывают силы на другую сторону. — А... — Интересно, почему он не отправляет командира корпуса. Похоже, он наконец заметил. Новости запаздывают. Ну, поскольку какое-то время сведений не было, узнать ситуацию здесь было невозможно. Бои здесь целиком строились на внезапных атаках. Сначала мы уничтожили их в засаде. Они поднялись к приграничной области и скрылись, а когда Король демонов почувствовал странность из-за отсутствия новостей, снова послал войска — и их также застали врасплох и уничтожили на повороте дороги. Иначе говоря, у демонов не было времени доложить Королю демонов. Но к этому моменту даже он уже не мог не понять. После этой битвы боёв, возможно, какое-то время не будет. «Свобода...!» Я колебался, потому что ненавижу каждую битву, где приходится преодолевать риск смерти, но на этот раз приближающееся время боя не вызывало отвращения. * * * Поправка. Я ненавидел это. Было бы прекрасно, если бы время битвы вообще никогда не наступало. Я рассеянно смотрел на свои руки, пропитанные кровью, в пространстве, полном запаха крови и криков. «Почему... я пришёл в себя сейчас?» Война ведь не закончилась? Она в самом разгаре. Разве не нормально было бы оставаться более сосредоточенным? Я поднял голову. Вдалеке можно было увидеть Стигму, который перестал быть элегантным человеком и превратился в зверя, выкашивающего врагов. «Раньше я думал, что этот человек — зверь, притворяющийся элегантным... похож на чёрного леопарда...» Но теперь я вижу его истинную ценность. И среди всего этого удивительно, что он выглядел чистым в противоположность мне, покрытому кровью. Я с запозданием пришёл в себя и опустил взгляд. Перед глазами лежал кусок мяса, форму которого нельзя опознать... А? «Что это...» По размеру... человек? Нет, противник в этой войне — раса демонов, значит, это демон. Почему это лежит у моих ног? Почему? — Укх. Ужасно. Когда я приходил в себя, тело часто оказывалось покрыто кровью, и я был в порядке, но никогда прежде не видел труп в таком виде. ...Ни разу? Рвота вырвалась наружу, вместе с ней потекла кровь. Зрение помутнело, и я поднял руку, чтобы протереть глаза, но увидел, что она вся в крови, и снова опустил. Рука, пропитанная кровью. Кинжал в этой руке. Ужасный труп передо мной. «А-а-а». — Мои волосы поседели. Я моргнул. Зрение снова прояснилось, и я почувствовал жидкость, текущую по щеке. «Это не я сделал». Ни алкоголя, ни лекарств. Мне нужно лекарство... Хотя я знал, что больше не принимаю лекарства, я стал шарить по карманам, которые, разумеется, были пусты. Моё нынешнее состояние показалось бы странным кому угодно. И враг не мог упустить такую возможность. Как и ожидалось, враг двинулся. — Умри, чудовище! Демон называет человека чудовищем. Благодаря этому я пришёл в себя. Я пусто посмотрел на копьё, нацеленное в сердце, и слегка улыбнулся. Опасно, но увернуться можно. Однако я остановил рефлекторное движение, уже начавшее уклонение. «Если я увернусь, что будет дальше?» То, что траектория атаки чистая, неудивительно. Раз я не заметил его, когда только пришёл в себя, значит, передо мной демон-генерал. У меня нет уверенности, что я смогу убить этого демона, если он перестроит стойку. «Ты хочешь, чтобы я сражался в таком состоянии?» Если таких будет сто, сто раз умру. Сначала увернуться, затем снова уклоняться от атак демона, тратить всю выносливость и искать брешь, которая может появиться когда угодно? Или просто закрыть глаза, потерять много сил и забрать его жизнь? «...Если это генерал, можно будет показать результат». Во время войны я плевал кровью и запаниковал. После боя допрос неизбежен. Нужно поймать хотя бы одного генерала, чтобы вышла польза. И больше всего я хочу отдохнуть прямо сейчас. Я повернулся. Вместо того чтобы избежать критической точки, подставил другую область. Лезвие копья вошло в плечо, вызывая жгучую боль. «Болит сильнее, чем думал... Ох, как же хочется лекарства...» Демон цокнул языком из-за того, что промахнулся по цели, и напрягся, чтобы вытащить копьё. Но я был быстрее. Просто и честно. Лезвие, которое по мере моего движения входило всё глубже, пробило плечо насквозь и вышло из спины. Несмотря на чудовищную боль, я не остановился и продолжил шагать вперёд. Потому что знаю: если остановлюсь здесь, умру. — Что...! — Сдохни, ублюдок. Я получаю плату за плечо! Кинжал в моей руке внезапно вошёл в жизненно важное место. И меня отругали. Один генерал погиб, и, возможно почувствовав опасность, другой собрал войска и отступил. В тот миг, когда я вздохнул с облегчением, на меня набросились бешеные псы. — Командир, нет, маркиз! Плечо! Копьё! Боже, что нам делать! — А тем временем вы ещё и кровью плевались! — По тому, что я видел, вы будто сами себя пронзили! Вы с ума сошли?! Что делать с этим плечом? Берите ответственность! Если кто-то услышит, подумает, что плечо у него... Я даже руку положить на него не мог, и пока смотрел на людей перед собой, которые носились в панике, не зная, как всё исправить, тихо открыл рот: — Для начала... может, позовём военного врача? Так я, кажется, умру... И без того потерял слишком много крови. Видимо, лицо стало тревожно белым, потому что они шумно начали искать военного врача. — Старый военный врач! Медицинский отдел! — Сначала отрежьте древко копья! Не режьте слишком близко, чтобы маркизу не мешало, когда его понесут! — Боже, наш командир умирает! Посмотрите, какой бледный! — Не умрёт! Не каркай! Но почему лицо такое белое? Тревожно! — Маркиз, вы нас видите? Не теряйте сознание! Сколько нас здесь? Откуда мне знать, если столько людей ходит туда-сюда прямо передо мной? Я схожу с ума, пожалуйста, отойдите... После кое-как оказанной первой помощи бешеные псы подхватили меня и понесли в казармы. — О боже! Это всё ваша кровь?! — Да быть не может! За кого ты его держишь? Конечно, это чужая кровь! — Куда ты уходишь? Нужно лечить маркиза. Чокнутый рот этого парня... К счастью, лечение всё же прошло нормально, хотя военному врачу пришлось уворачиваться от бесполезной активности этих проклятых людей. После того как копьё извлекли и я сел, чтобы получить лечение, я невольно поднял взгляд и встретился с чьими-то глазами. Взгляд был чрезвычайно суровым, будто всё это время смотрел именно сюда. — Мой господин. Потери наших рыцарей в этой битве составили... — Если среди них есть погибшие от рук этих ничтожных демонов, значит, они были просто слабыми существами, и мне это неинтересно. То же относится к раненым. Мне не нужны слабаки в моём ордене. Стигма, отстранив подошедшего подчинённого, направился сюда. Элегантные и достойные шаги, о которых он всегда говорил, оставляли широкие следы. Это была явно его обычная походка, но почему-то в ней чувствовался дух разъярённого зверя, которого я только что видел на поле боя... В одно мгновение он подошёл ко мне, посмотрел на обрабатываемую рану и крепко закрыл глаза, проводя рукой по волосам, будто пытаясь подавить эмоции. Всё пропало. — Младший... — Тебе нужно уважать собственное тело. Я и так достаточно ценю своё тело. И всё же битва быстро закончилась, потому что генерал погиб. Раз приказ — уничтожить, нам придётся ещё сражаться...?! Чёрт, я об этом не подумал. — Когда говоришь с людьми, нужно смотреть им в лицо. Он щёлкнул пальцами и стукнул меня по лбу, затем наклонился ближе и поймал мой взгляд. — Это решение было глупым. Ты ведь сам это знаешь? — Да, ну... Я забыл приказ «уничтожить». Хоть я и убил генерала, сам оказался ранен, так что не смог окончательно сломить боевой дух врага. Из-за моей раны союзникам пришлось смотреть, как они отступают. «Впрочем, они не вернутся в мир демонов, так что шанс ещё есть». Я свяжусь с Королём демонов из военного лагеря. Здесь второй и третий герои Империи, а также кандидаты в герои. Услышав это, Король демонов не прикажет им возвращаться, даже понимая, что с их силами надежды нет. «Если они столкнулись с Деоном Хартом, кто-то может понять, что он и командир Нулевого корпуса — один человек». На случай неожиданной ситуации он предпочтёт чисто выбросить их, даже если это расточительно. Император, должно быть, учёл это и приказал «уничтожить»... «А?» Почему я думаю об этом... ---------- Треснувшая плотина (6) Я тупо моргал, когда Стигма тихо окликнул меня — будто всё это время наблюдал за мной. — Младший... ты знаешь, что твоё настроение скачет из крайности в крайность? — Да? — Выглядит это довольно опасно, поэтому хочу спросить: ты можешь гарантировать, что проблем не будет? — Да? — Это не та область, в которую я могу вмешаться, так что, каким бы ни был ответ, результат не изменится. Сказав это, он протянул руку и легко провёл пальцами возле моих глаз. — Но сейчас ты не плачешь. Уже хорошо. Если подобное будет повторяться часто, это станет проблемой. Надеюсь, всё решится как можно скорее. — ... Он всё видел. На мгновение повисла короткая тишина. Военный лекарь один суетился рядом, а нравоучение, которое, казалось, уже закончилось — будто предыдущий разговор просто вычеркнули, — продолжилось. — Я уверен, в тот момент младший мог увернуться. Разве нет? — Конечно, убить демонического генерала важно. Но если ради этого нужно самому бросаться на оружие врага и получать рану, то я поставил бы такую тактику наихудшей. В тот момент тебе следовало уклониться. Карие глаза вновь посмотрели на затягивающуюся рану. Из-за анестезии я не был уверен, насколько всё серьёзно. Я уже собирался медленно повернуть голову, чтобы взглянуть на плечо, но Стигма прижал мою голову рукой. — Не двигайся. Помешаешь лечению. Ты знаешь, почему враги отступили, когда ты убил демонического генерала? Разве не потому, что генерал умер? — Потому что рядом был я. Если бы ты всего лишь убил генерала, они ни за что не оставили бы такую удобную добычу — раненую и важную. Даже отступая, они сначала прикончили бы младшего и только потом ушли. — ... — Понимаешь? Решение, которое младший принял сегодня, было худшим. Бьёт прямо по больному... Я и сам знаю, но всё равно неприятно. — Мы убили генерала, но младший тоже получил тяжёлую рану. Боевой дух наших войск мы поднять не смогли. При этом боевой дух врагов не снизился. В итоге союзникам пришлось отпустить отступающих противников. Почему? Потому что младший, один из людей с высоким положением здесь, был тяжело ранен. — ... — Нам нужно было как можно скорее прекратить бой и осмотреть рану младшего. Если бы мы продолжили перекрывать отступление, битва бы не закончилась. Сражение продолжается, погибнет один солдат или нет, но чем выше ранг, тем чувствительнее войско реагирует на смерть и ранения. Это может повлиять даже на решение: продолжать бой или отступать. Я не говорю, что сам поступок младшего был худшим. Худшим было суждение. К таким действиям прибегают только тогда, когда действительно нет другого выхода, тщательно оценив ситуацию. — ... — Младший ведь не стал бы принимать глупое решение без причины... Лучше бы он просто не продолжал. Просто в таком душевном и физическом состоянии я не был уверен, что смогу нормально сражаться, и хотел только схватить генерала и показать результат. — Думаю, всё из-за необычного состояния младшего. Поэтому ты и ошибся, верно? Рационально мыслить было невозможно. Если подумать, эта рана на плече — не из тех, что получают, полностью потеряв голову посреди войны. Когда я пришёл в себя, сражение уже было в самом разгаре, и мне стало неловко. Ах, стоит вспомнить — и снова хочется лекарства. — ...Ты опять выпал. — А. — Ладно, младший, ты наверняка устал. Лучше отдохни. Похоже, лечение закончено, так что иди внутрь. Я здесь уберу. Он ушёл. Военный лекарь тоже сказал, что лечение завершено, и удалился. Я поднялся, машинально трогая повязку на плече. Дан, который услышал о моём ранении и прибежал во время лечения, тут же подошёл и накинул на меня пальто. Холодный воздух и без того касался голой кожи, заставляя меня мёрзнуть, так что я быстро запахнул пальто. — Каждый раз думаю об этом, но у каждого рыцарского ордена очень яркий характер. — М? Я думал, меня сейчас сразу поведут внутрь, но вдруг услышал совсем не то. Бросив взгляд на Дана, я проследил за его взглядом. «А». Дан смотрел на три рыцарских отряда, выстроившихся под командованием Стигмы. Точнее — на их вид. Убийцы, с головы до ног покрытые кровью... Возвышенные рыцари. Безымянный рыцарский отряд в одежде, умеренно забрызганной кровью, будто они только что вернулись из обычной битвы. И рыцари Стигмы, сохранившие странно аккуратный вид. «Нет, Стигма в бою почти разрывает врагов на куски. Как он вообще остаётся таким чистым?» То же самое касалось его рыцарей. Как и их господин, они вовсе не отличались спокойным стилем боя. Скорее наоборот. Дикий зверь, сорвавшийся с цепи. Да, одним словом их можно было определить именно так. И всё же — ни единой капли крови... Пока я стоял и молча восхищался этим, Дан, занятый осмотром трёх отрядов, тихо пробормотал: — ...Три стадии того, как человек пропитывается кровью... — Пф. — ... Пойдём внутрь. * * * — Знаешь, младший? При каждом удобном случае находятся люди, которые пытаются лишить тебя жизни. Даже в военном лагере, где на поле боя дают место для отдыха. — Кх-у-у-у... — Не хочу поднимать шум, так что будь добр, помолчи. Все и так устали после битвы, а из-за тебя им ещё и отдохнуть не удастся. Твоя жизнь не настолько ценна. Стигма крепче сжал руку на шее мужчины и приподнял уголки губ. — Кто послал? Из-за своего политического положения у младшего много врагов, но не настолько, чтобы люди приходили сюда без перерыва. Значит, дело не в том, что несколько людей отправили по одному-двое. Скорее, один человек настойчиво шлёт всё новых и новых. Если найти этого человека и убить, всё решится гладко. И без того младший в последнее время не в лучшем состоянии, а тут ещё эти мухи попались на пути. — Идиоты, которые даже не понимают опасности этой войны. Вы просто хотите погубить мир людей, верно? Хруст. — Какая ошибка. Убил. На мгновение он не рассчитал силу. Стигма пожал плечами, положил ещё тёплое тело на землю, затем поднял голову и посмотрел в одно место. — Знаете, откуда они приходят? — ... — Нет ответа. Если бы вы не разбирались с нападавшими, направленными к младшему, вы бы тоже погибли от моей руки. Наверное, младший тоже это знает, поэтому и держит их при себе. В темноте чувствовалось, как напряглись тени. Стигма рассмеялся и отвернулся, будто ему уже было неинтересно. — Надеюсь, вы как следует позаботитесь о младшем. * * * Круэль, как обычно, пришёл в свой кабинет, открыл дверь и на мгновение замер при виде открывшейся картины. В груди поднялось знакомое чувство дежавю. — Что стоишь? Входи. — ...Ваша Светлость герцог. Когда это было? Не так уж давно. Тогда герцог тоже находился в кабинете. Возможно, поскольку он уже пережил такое однажды, Круэль не был особенно удивлён. Но маленький круглый стол посреди комнаты, словно мебель самовольно переставили, оказался неожиданным, и его взгляд сразу упал на него. — Лорд Круэль. — ... После короткого побуждения Круэль, поочерёдно посмотрев на шахматную доску на столе и улыбающегося герцога, сидевшего перед ней, молча закрыл дверь и вошёл. Словно дул какой-то ветер, герцог предложил ему место напротив и улыбнулся. Он всегда улыбался, но, возможно, из-за настроения, эта улыбка казалась особенно неприятной. — Похоже, вы любите шахматы. Сыграете со мной партию? Зловеще. Инстинкты, натренированные как у мечника, предупреждали об опасности. Но ситуации, в которой можно отказаться, не было. — ...С удовольствием. Круэль послушно последовал его словам. Так. Щёлк. Фигуры ставились без колебаний, будто любые сомнения были отброшены. Ходы сменялись быстро, без пауз, а взгляды обоих метались по доске, изучая действия противника и возникающие изменения. Они были слишком заняты маленьким миром, который не останавливался ни на миг, и разговор для тех, кто управлял им сверху, был роскошью. Последний разговор между ними, вероятно, случился ещё до начала партии. [Какой цвет выберете?] [...Белые.] [Понятно.] Круэль — белые. Герцог — чёрные. — Щёлк. Поток партии оборвался. Фиолетовые глаза оторвались от доски и медленно посмотрели на Круэля. Глаза, полностью скрывшие эмоции, упорно изучали собеседника, будто пытаясь раскрыть его намерения. Белая фигура была поставлена не туда. Это не была ни приманка, ни тем более атака, а ход-призрак, лишённый смысла. — Я получил весьма интересную записку. Положение явно было таким, где преимущество у Круэля. Герцог сделал вид, что не замечает этого, и медленно заговорил. — Подумал, что неплохо будет самому посмотреть на пейзаж, и пришёл лично. Так. Положение изменилось. Если бы не ошибка Круэля, такого бы не произошло. Нет, действительно ли это была ошибка? Белый лагерь, набравший ход, начал рушиться. Чёрные фигуры не упустили возможности и постепенно сжимали кольцо, пока наконец... — Мат. Герцог победил. Он протянул руку, взял белого короля, покатал его в ладони и бросил на стол. Но перед Круэлем упала не только шахматная фигура. Рядом с ней лежала маленькая записка. Круэль уставился на неё, но взгляд герцога требовал открыть, и он медленно протянул руку. Это была отчётная записка, какие приходили всегда. Проблема заключалась в том, что это был отчёт по личной просьбе Круэля, а не герцога. Отчёт о просьбе защищать Деона Харта: сколько людей напало на Деона Харта и сколько из них было устранено только сегодня. Герцог терпеливо дождался, пока зелёные глаза снова сфокусируются на нём, встретил взгляд и улыбнулся. — К сожалению, имени заказчика там не было. Хотя я уже уверен. Одного того, что эта записка оказалась у него, достаточно: он уже всё знает. Нельзя получить её, не зная маршрут, по которому передаются сообщения. Круэль молчал, хотя понимал: с ним играют, словно дают загнанной крысе передышку, прежде чем перерезать шею. Раз записка вскрыта, он находился в положении, где должен был склонить голову. Герцог провёл пальцем по записке, не отрывая взгляда от Круэля. — Лорд Круэль. Эта записка ваша? Какой ответ дать? Круэль, кажется, понимал, какого ответа от него хотят. — Не знаю. Дальше разговора не было. Они молча смотрели друг другу в глаза, словно стоило одному отвести взгляд — и случится что-то страшное. Тонкое напряжение оборвалось, когда герцог первым открыл глаза. Он снова поднял записку и произнёс странным голосом: — Разве нет? Шурх. Брошенная в камин записка мгновенно загорелась. Глаза Круэля на миг повернулись туда. — На колени. Зелёные глаза вернулись на место. Слова совершенно не соответствовали аккуратной позе герцога: тот откинулся на спинку стула, закинул ногу на ногу, а сложенные руки ровно положил на колено. Круэль некоторое время спокойно смотрел на герцога, не отвечая. Потом поднялся и медленно опустился на одно колено. Герцог молча смотрел на него и низким голосом сказал: — Ещё. — ... Маска улыбки исчезла. Холодное бесстрастное лицо смотрело на Круэля. Круэль на мгновение встретился с ним взглядом, затем опустил глаза и согнул второе колено. — ... Даже когда оба колена коснулись пола, ответа не последовало. Тогда обе ладони легли на пол, а голова опустилась. Он продолжал опускать её, пока не получил ответа, и остановился только тогда, когда лоб коснулся пола. Идеальный поклон ниц. ---------- Plaudite! (1) Такое случилось впервые. У герцога и Круэля были тонкие, непростые отношения. Хотя Круэль называл себя подчинённым герцога и следовал за ним, герцог тоже уважал Круэля. Их связь нельзя было назвать ни вертикальной, ни горизонтальной — она была лишь смутно склонена в одну сторону. Именно поэтому герцог обращался с Круэлем иначе, чем с прочими подчинёнными, называя его почтительным «лордом». Единственный раз, когда он поставил Круэля на колени, был тогда, когда у него появились подозрения. Герцог, смотревший сверху вниз на Круэля, склонившего голову, поднялся со стула. Расстояние между ними и так было небольшим; два шага — и он оказался перед Круэлем. Затем поднял ногу и поставил ботинок на лежавшую на полу руку. — И что мне делать с моим лордом? На ступню, покоившуюся на руке, лёг вес. — По природе своей я не из тех, кто даёт подобным шпионам и предателям второй шанс. Шанс, который дали, был отброшен. Герцог был уверен. — Вы получили владение Хартов в награду за инцидент с Церковью Спасения, чтобы отдать его Деону Харту, который эти земли отвергает. Хруст. Треск. Раздался жуткий звук, а следом пришла дробящая боль, будто кисть выкручивали и ломали. Тем не менее герцог, не отрывая ядовитого взгляда от пола и неподвижного Круэля, вдруг убрал ногу, словно о чём-то вспомнил. — Лорд ведь правша. — ... — Чуть не случилась большая беда. Я едва не сломал правую руку праворукого мечника. Он переставил ногу на левую руку. Хруст. Когда он наступил с достаточной силой и повёл подошвой, звук ломающейся кости разнёсся по всему кабинету. Ни крика, ни стона не последовало. — Вместо того чтобы убить Деона Харта, вы пытаетесь защитить его... — ... — Доказательства есть. По-хорошему, я должен был бы убить вас или сделать таким же бесполезным и вышвырнуть. Но, видите ли, я о вас забочусь. Что же мне остаётся? Нужно дать ещё один шанс. В последний раз наступив на руку Круэля, он убрал ногу и присел перед ним. Положил одну руку ему на плечо, склонил голову и прошептал на ухо: — Убейте Деона Харта. — ... Тело, которое оставалось неподвижным даже тогда, когда ему дробили руку, задрожало. Герцог продолжил, будто ничего не заметил: — Этими руками принесите мне его голову. Это последний шанс, который я вам даю. Я буду смотреть в оба, так что даже не думайте о глупостях. * * * Круэль очнулся только после того, как герцог ушёл, оставив его одного. Раздавленная рука уже распухла, покрылась фиолетовыми, синими и красными пятнами. Не колеблясь, он убрал шахматную доску со стола и достал другую. Доску, которую когда-то подарил ребёнку, всё время остававшемуся в особняке. Это была старая, потёртая шахматная доска, много лет валявшаяся без дела. Но Круэль не забыл забрать её с собой, когда покинул особняк, где произошла катастрофа. «Деон, убей этого ребёнка собственными руками». Так. Фигуры двинулись по старой доске. Герцог сам сказал: это последний шанс. Если он провалится или покажет хоть что-то странное, его, скорее всего, убьют. В целом все официальные герои Империи находятся под защитой императора, но император может не захотеть защищать даже героя, принадлежащего противостоящему герцогу. «Пора?» Старая шаманка сказала: если почувствуешь, что умираешь, убей этого ребёнка и умри. Круэль просмотрел позицию, оставленную перед охотничьим состязанием, затем убрал фигуры и начал расставлять их заново. Беспорядочная, грязная партия, в которой любой ценой нужно провести пешку к краю вражеских рядов и превратить её в ферзя. Завершив свой долг, Круэль взял фигуру, лежавшую вне доски. «Acta est fabula?» Давным-давно, когда как старший сын и наследник дворянского рода он изучал культуру, ему попалась эта фраза в книге. Вспомнив её, он тихо усмехнулся. «Аплодисменты не нужны». С самого начала это была пьеса без зрителей. Значит, и занавес нужно опустить тихо, так, чтобы никто не узнал. * * * — Я собираюсь поднять восстание. — ...В нынешней ситуации? Едва вернувшись в особняк, герцог столкнулся с неожиданным гостем и внутренне удивился. Глядя на лидера революционной армии с суровым лицом, он тихо коснулся лба. — Кажется, я говорил вам, что момент неподходящий. — Я ждал слишком долго. Удерживать недовольство внутри революционной армии можно лишь до предела. — Разве до сих пор у вас не получалось? Если продержаться ещё немного... — Ещё немного...? Герцог на мгновение замолчал из-за насмешливого тона. Даниэль смеялся — и это не было иллюзией. Через миг он перестал смеяться и ударил ладонью по столу. — Конец войны невозможно предсказать! Как мы можем быть уверены, когда она закончится? Даже жизнь демонов длиннее человеческой! — ... — Если всё продолжится так, восстание может стать невозможным уже для нашего поколения. — Если оставить это следующему поколению... — Эмоции не передаются! Он был весьма взволнован. Смеялся, перебивал, делал вещи, которые перед герцогом обычно не делают. Однако перед герцогом стоял лидер революционной армии. Человек, которого нужно удерживать как можно крепче, уговаривать и успокаивать, потому что никто не знает, куда его занесёт. Герцог тихо обратил внимание на слова о том, что эмоции не передаются. — Большинство революционной армии — люди, собравшиеся вместе из гнева! Бывает, что даже знания теряются, так как же эмоции, которые нельзя записать, передавать из поколения в поколение? Следующее поколение? Сейчас, возможно, ещё получится. Но уже хуже, чем раньше. А что дальше? Через три поколения прошлое забудут! Революционная армия распадётся. Я лучше попробую и провалюсь, если провал неизбежен. Я не хочу смотреть, как труды тех, кто изо всех сил спасал людей, и их планы пропадают впустую! Глядя на него, герцог не думал, что того можно переубедить. — Вы действительно хотите действовать? — Да. Раз мы не знаем, когда закончится война, я считаю, лучше поднять восстание на ранней стадии, прежде чем всё станет ещё серьёзнее. Это лишь благодарность за вашу помощь до сих пор, и я говорю по привязанности. Вы не обязаны помогать, герцог. — Нет, я помогу. — Да? В таком случае придётся тебя убить. Нельзя предугадать, что станет с обезглавленной революционной армией, но если тот, кто должен держать поводья, сам рвётся вперёд без удержу, что тут поделаешь? — Нельзя сказать, что я не понимаю ваших чувств. И меня беспокоит, что я так долго велел вам терпеть. Я помогу. Нетерпение сужает взгляд. Узкий взгляд превращает даже гения в глупца. Теперь революционной армии конец. * * * Лидер революционной армии не был глупцом. Хотя его слова и поступки несколько мгновений назад точно были глупыми. Даниэль, с таким спокойным выражением лица, будто только что вовсе не был взвинчен, медленно прошёл по коридору и остановился перед знакомой комнатой. Как всегда, он постучал и попросил разрешения. — Мама, это Даниэль. — Входи. Он попытался сохранить обычное выражение, но, похоже, материнские чувства не обманешь. Мать встретила его мягкой улыбкой, но, когда их взгляды встретились, её лицо помрачнело. С самой нежной улыбкой, на какую был способен, Даниэль сказал: — Я знаю, это невежливо, но хочу вернуть подарок, который вы дали мне в прошлый раз. * * * Когда я в Империи, я верен Империи. Когда я в мире демонов, я верен миру демонов. Наверное, поэтому о моей личности знают лишь совсем немногие, включая императора и Короля демонов. К чему я вдруг это говорю? — Да не гонитесь вы за мной, чёрт побери! К тому, что я — цель номер один для обеих сторон. В Империи — главная добыча демонических генералов. В мире демонов — главная добыча генералов Империи! И это меня совсем не радует! Чёрт! — Отвалите! Сейчас я убегал от демонов вместе с бешеными псами. Не надо было давать им шанс в прошлой битве. Кто бы мог подумать, что из-за моей раны демоны вернутся с таким размахом? Нужно было тогда просто увернуться. «...Но почему я вообще позволил себя ранить? Кажется, я точно мог избежать удара». Я склонил голову, но по подгоняющим крикам бешеных псов заставил ноги, готовые подломиться, двигаться дальше. На этот раз сколько ни ругайся — Стигма со своими замечаниями о «манере речи» не придёт. Потому что он остался на том адском островке, чтобы выиграть время. Если коротко подытожить случившееся: я попал в ловушку. Мы преследовали отступающих демонов, чтобы выполнить приказ о «зачистке», но это оказалось западнёй. Когда стало ясно, что даже путь отступления перекрыт, я остро почувствовал: они намерены уничтожить нас, полные обиды и ненависти. [С-с-с-с-с-с-с-с-с-с... кх!] [Манера речи младшего.] [Я ведь ещё не всё сказал...!] [Если бы я не остановил, ты бы продолжил до конца. Ладно, младший. Всех, кто пойдёт отсюда, остановим я и мои рыцари, так что беги. Пробить путь отступления ты сможешь сам, верно?] Пока я растирал онемевший рот, Стигма улыбнулся и вытащил меч. Отступить? Даже если умру, я должен прорваться. Если не прорвусь — умру... но он остаётся?! Я вздрогнул и схватил его за рукав. [Тогда, старший...!] [Я выгляжу настолько слабым, что тебе нужно обо мне переживать?] [...И всё же будьте осторожны.] Я сам не заметил, как привязался к нему. Хотя он мучил меня, повторяя о достоинстве дворянина и манере речи, я знал: это были советы, которые он давал, думая обо мне. Слишком полезные, чтобы воспринимать их как брюзжание старика, желающего поиграть в старшего. Глаза Стигмы удивлённо расширились, но затем он улыбнулся, согнув уголки глаз. [Хорошо. Увидимся позже.] Я отвернулся и повёл рыцарей-убийц расчищать путь к отступлению... — Почему вы гонитесь только за мной! — Стой там! — Чёрт! Вот поэтому я не могу не ругаться! Конечно, я сосредоточен на бегстве, а сэр Лиен и бешеные псы в основном занимаются прорывом, но даже так мои силы уходят слишком быстро. Куда делись кандидаты в герои? Все разбросаны, откуда мне знать? Сколько времени мы дрались и бежали как безумные? В какой-то момент преследователи исчезли. Раз впереди больше никто не перекрывал путь, похоже, мы всё же вырвались... — Где я...? — Хе-хе... Не знаю... Простите... — Ха... Куда идти? Ух... — Если не знаешь, молчи! Простите, господин. Я тоже не знаю. Да, идиот я, что спросил их. Оглядевшись, я понял, что нахожусь на каком-то углу улицы, и тело само содрогнулось. Рефлекс отторжения — раньше мы уже угодили в ловушку на дороге. — Маркиз, вам холодно? — Эй, кто-нибудь, снимите одежду. — Заткнись... Не показывай мне свою залитую кровью одежду... Убью ведь... От злости я свирепо поднял глаза, но остановился, услышав звук. — ...Вы ничего не слышите? — Да? О чём вы... — Его низкий голос... — Кто там! — ...Выходить не надо. Атакуйте! — Господин?! Так внезапно... — Вау! Не думал, что осада протянется настолько далеко! Я посмотрел на парня впереди, затем — за его спину. Из-за изгиба дороги не видно до конца, но на первый взгляд лидером кажется именно тот, кто стоит впереди. «...Тогда, если ударить его, всё решится». Почему-то эта ситуация казалась ему неприятной, но, наверное, это просто настроение. Даже если не так, раз там демоны, а здесь люди, ничего не меняется. Я прокрутил кинжал. По привычке согнул и выпрямил большой палец, провёл по рукояти и поправил стойку. Сбоку смутно донёсся крик Клетера. — Милан! Береги маркиза! — Береги маркиза! * * * Деон Харт перерезал демонам путь снабжения. Даже убегая из вражеской ловушки, он сумел найти дорогу снабжения и уничтожить её. В процессе, из-за чрезмерного напряжения, его принесли обратно рыцари-убийцы. Но Империя приветствовала героя, принесшего хорошие вести, и предоставила ему компетентного лекаря, чтобы тот скорее восстановился. — Я же просил вас быть здоровым... Разве это такая трудная просьба? Почему... Ходил слух, что где-то раздался отчаянный крик вместе с бормотанием о лекарстве двойного действия, но после новостей о герое он быстро исчез. Стигма Примиро, выживший после того, как благополучно изрубил врагов, услышав эту новость, рассмеялся. — Как и ожидалось от младшего. Но... — Где сейчас тот человек, о котором ходит этот слух? — Это... — Я точно слышал, что он здесь. Комната, где должен был находиться Деон Харт, оказалась пустой. ---------- Plaudite! (2) Примерно час назад Круэль проверил меч. Он явно был настроен решительно: помимо меча, на бёдрах у него висело несколько кинжалов, и он то вынимал их, то убирал обратно. Его подчинённый Сензер, всё это время тихо наблюдавший из угла, наконец негромко открыл рот. — Уходите? — Да. — Я пойду с вами. Лязг. Закончив приготовления, Круэль обернулся к нему с бесстрастным лицом. Подчинённый, который всегда молча поддерживал его из-за спины, будто присутствовал и отсутствовал одновременно, смотрел на него. Сколько времени прошло с их первой встречи? Раз они были вместе ещё до того, как Круэль оказался под началом герцога, коротким этот срок точно не назвать. Пусть внешне он не показывал этого, но это был подчинённый, которому Круэль доверял достаточно, чтобы поручать важные вещи. И именно благодаря этому Круэль понял одну истину. — Сензер. — Да. — Когда ты перестал называть меня «господином»? Степень предательства не зависит от прожитого вместе времени. Круэль задумался. Как герцог получил записку? Стоило взглянуть чуть шире, и ответ пришёл быстро. Круэль тихо закрыл глаза. Веки, скрывшие взгляд, дрогнули, словно блуждали. — С каких пор? Цена за раскрытую правду — жизнь. На её фоне ответ был до смешного ничтожен. — С каких пор ты стал глазами герцога? Он проглотил опустошение, которое не смог вынести наружу. Больше некому было знать о существовании сообщения, маршруте его передачи и возможности перехватить его. Сензер всегда смотрел на Круэля из-за спины, когда тот что-то делал. Даже если они не были вместе двадцать четыре часа в сутки, Сензер мог понять содержание просьбы Круэля. Так же, как во время охотничьего состязания: Круэль участвовал, чтобы спасти Деона Харта, а Сензер, не следуя за ним и не видя всего собственными глазами, собрал обстоятельства и доложил герцогу. Значит, и в этот раз он тоже доложил. — ...Разве это важно? Сензер на мгновение поднял опущенный взгляд и посмотрел на Круэля. Этот взгляд был настолько уверен, что мог лишить слов любого, кто встретился бы с ним лицом к лицу. — ... Нет. Зелёные глаза были спокойны, будто никогда и не дрогнули. Сейчас не время тратить внимание на то, что уже нельзя исправить. Круэль умело отвёл взгляд. — Я не позволю тебе идти со мной. — Но я... Знаю. Ты обязан следовать приказу герцога и следить за мной. Но должен ли я правда принимать это во внимание? — Я не настолько слаб, чтобы держать предателя рядом в важном деле. — ... — Есть ли смысл идти и наблюдать за тем, кого всё равно убьют в случае провала? Помимо тебя, наверняка есть и другие, кто тайно следит за мной. — Понял. Стоит стражникам заметить что-то подозрительное — они начнут действовать. Сензер послушно кивнул и отступил. * * * Тук. Что-то холодное упало на кончик носа. — А, снег... Трудно было поверить, что он только начал идти: весь небосвод уже заполняли падающие снежинки, застилая зрение. На фоне чисто-белого снега казалось, будто внутри меня всё горит чёрным огнём. Чёртов сукин сын. Война будет тяжёлой. Судя по густому снегу, его навалит немало... «И вообще, как далеко этот ублюдок собирается меня тащить?» С полным недовольства взглядом я уставился на толстую руку, сжимавшую моё запястье. Он явно чувствовал мой жгучий взгляд, но даже когда я недавно вырывался и ругался, его хватка не ослабла. Я уже растратил силы на возню, так что вскоре сдался и пошёл за ним, вспоминая, что было до этого. Мы едва выбрались из ловушки демонов, заблудились, наткнулись на ещё одну группу демонов и кое-как вернулись живыми из этого дерьма. Честно говоря, сам момент возвращения я почти не помню. Руки и ноги болели как сумасшедшие, тело не двигалось, и я был слишком занят собственным состоянием. Помню только, как бешеные псы несли меня... В любом случае, я уверен, что вернулся живым. И стал героем! Хотя я и раньше был героем...! «Чёрт. Кто бы мог подумать, что та дорога была путём снабжения». Демоны, которых мы встретили, перевозили припасы. «Внутренних врагов и так было много, а теперь станет ещё больше...» Как обычно, чем ближе кто-то к власти, тем радикальнее становятся те, кто не может спокойно смотреть на чужой подъём. Проверки усилятся. Нападений определённо станет больше. Уже ходят разговоры, будто путь, который можно было использовать как станцию, был самовольно отрезан. Конечно, похоже, никто не слушает — потому что это чушь, — но всё равно обидно. Я ведь не это имел в виду. «Что мне было делать, если бешеные псы взбесились, устроили оползень, и трос оборвался...» Поскольку я почти умер, это я помню отчётливо. Тогда я действительно подумал, что это место станет нашей могилой. Я был немного тронут тем, как они не бросили меня, обузу, и тащили за собой, пока сами отчаянно спасались бегством. Но поскольку они же были причиной того, что я едва не погиб, особенно добрых слов у меня для них не нашлось. «Но, наверное, благодаря им я быстро пришёл в себя и теперь могу двигаться». Как только бешеные псы добрались до лагеря, они принялись орать и буянить, так что, выходит, здоровье у них отменное. Мне сказали, что серьёзных проблем с телом нет, но мышцы сильно повреждены из-за чрезмерной нагрузки. Ах да, ещё кости ноги немного сместились, так что их пришлось вправлять. Слышал, наш талантливый Лиен сумел найти дорогу. «Найти путь и сдерживать бешеных псов... Вам пришлось нелегко, сэр Лиен...» В любом случае. Я посмотрел вперёд. В поле зрения попала чёрная фигура, идущая впереди. Я едва закончил лечение и отдыхал в выделенной казарме, когда он внезапно ворвался, вытащил меня наружу и теперь просто заставлял идти вот так. — Да что ты вообще несёшь? Я сказал, что не хочу слушать. — ...Чёртов ублюдок. Проклятый Круэль Харт. Я выругался с большим чувством. И именно тогда его шаги, не останавливавшиеся всё это время, замерли. — Деон. Чанг! Хорошо, что он отпустил моё запястье, но Круэль вытащил меч. ...Я, конечно, немного выругался, но разве это причина заходить так далеко? Он стоял у входа в знакомую горную цепь и приближался ко мне с мечом в руке. Вид был довольно пугающим, так что я невольно отступил. Но он полностью сократил дистанцию и поднял забинтованную руку, хватая меня за плечо. Тихий голос прошептал: — Есть люди, которые пытаются тебя убить. — Это... — В этот раз они были настроены серьёзно. Меня прислали с силой, способной убить героя. Слова «так было всегда» прозвучали легко. Ладно, силы хватит, чтобы убить героя, но прислали Круэля? Убить меня? «Безумие». Я хорошо знаю навыки Круэля. Он намеренно тащил меня в место без людей, чтобы убить? Мы шли слишком долго и слишком далеко, чтобы сказать, будто это было лишним... Возможно, из-за его непонятных действий мои чувства притупились. Мне следовало немедленно стряхнуть эту руку и увеличить дистанцию, но, даже находясь так близко, я почему-то не чувствовал никакого убийственного намерения. Поэтому после короткого колебания он повернул меня и подтолкнул плечо в сторону горной цепи. — Иди «туда». — ... У входа в знакомые горы Круэль проделал такой долгий путь только для того, чтобы подтолкнуть меня в эту сторону. Понять ситуацию оказалось нетрудно. — Иди и никогда не возвращайся. Круэль знал, что я прихожу и ухожу из мира демонов. С этим нужно считаться. Его голос почему-то казался приглушённым, и я собрал самообладание, решив, что моё колебание могло быть лишь иллюзией. — Ты... Но прежде чем я договорил, откуда-то вылетел кинжал. Круэль, молниеносно взмахнув мечом и сбив цель, направленную точно в мой левый глаз, оглянулся на меня, словно подгоняя. Встретившись с глазами, которые редко показывали эмоции, я замер от непонятного страха, как человек перед чем-то неизведанным. «Но... я не могу вот так пересечь границу горной цепи...» Эта граница — рубеж, который и Король демонов, и император намеренно скрывают. Если неосторожно двинуться, можно привести туда нападавших, которые прячутся неизвестно где. «Если так случится, Король демонов ведь меня убьёт...?» Я двинулся, чтобы выжить, но всё могло закончиться тем, что я умру...! Круэля, защитившего меня, похоже, тоже сочли врагом: среди снежинок полетело множество кинжалов. Если они обрушатся дождём по широкой области, нацеленные на нас двоих, мы станем ежами. Из-за снега даже точно определить направление кинжалов было трудно. Я невольно рассмеялся. «Ну, так или иначе, похоже, сегодня день моей смерти». И всё же, думаю, я не умру, пытаясь пересечь горы, так что смерть, наверное, будет неплохой. Хотя после лечения я мог ходить, резкие движения вроде боя всё ещё давались трудно. Поэтому я сдался и стоял на месте, когда Круэль потянул меня и взмахнул мечом. Кага-ганг! Скользь! ...А? — Ты... В теле не было боли. Значит, меня не задело. Я чуть повернул глаза и увидел: в правой руке Круэля торчит кинжал, которого раньше не было. Его левая рука и так была перебинтована, а теперь ещё и правая... Всё это было слишком не похоже на прежнее. Может, потому что это было ради меня, но сарказм не смог сорваться с языка. — Почему... Кровь выступала каплями, окрашивая мою одежду красным, и медленно стекала по рукаву. Всё казалось иллюзией. Я не понимал. Даже прикрывая меня, он пропустил только одну атаку. Если бы Круэль был один, он наверняка смог бы отбить и избежать всего. Так почему? «Почему Круэль получил удар вместо меня?» Разве Круэль не бросил меня? С каких пор ты так ко мне относишься? Не может быть... — Не думай. Зрение потемнело. Низкий голос прервал мои мечущиеся мысли. — Как всегда, рационализируй и игнорируй. Чанг! Чанг! Шух! Хрясь! Слух, обострившийся из-за перекрытого зрения, ловил звуки сталкивающегося металла и разрезаемой плоти. Возможно, из-за бинтов, но большая ладонь, закрывавшая мои глаза, была холодной, как труп. — Но. Моё тело развернули, и зрение открылось. Круэль и нападавшие оказались за пределами моего поля зрения; передо мной был только вход в горную цепь, теперь ближе, чем раньше. Круэль, стоявший за спиной и держащий руку на моём плече, медленно сказал: — Если ты действительно хочешь открыть глаза. На фоне всё ещё звучали кровавые удары. Фух! А прямо за спиной послышался звук, будто кого-то пронзили клинком. Я уже собирался резко обернуться, но рука на плече силой остановила меня. Вместо этого у самого уха прозвучал низкий, спокойный голос, не похожий на обычный, будто сообщая, что с ним всё в порядке. — Сначала посмотри в лицо всему, что ты сделал. — А теперь иди. Быстро. * * * В тот день, когда особняк графа оказался залит кровью руками единственного младшего брата, Круэль столкнулся с выбором. Убить Деона, отомстив, или защитить того, кто стал его единственной кровью? Круэль выбрал второе. Он знал: младший брат сделал это из-за какого-то недоразумения. И это было связано с Восьмилетней войной. В такой ситуации, если убить ребёнка из мести, в итоге останется лишь бездонное чувство утраты. Круэль не был уверен, что посреди этой чудовищной потери не направит меч на самого себя. Именно поэтому он решил излить свою жизнь на младшего брата, а не умереть, даже добившись мести. «К действию». Он узнал, что за участием Деона в Восьмилетней войне стояла причина. Однако семья уже погибла от рук Деона, который всё неправильно понял. Поэтому он решил скрыть правду — вдруг ребёнок, узнав её, сойдёт с ума от вины и жажды мести, начнёт размахивать мечом во все стороны и попытается убить себя. «Больше». Он узнал, что герцог Старбе Иллюстер нацелился на Деона. Чтобы искажать и очищать приказы герцога, он добровольно встал рядом с ним. «Что мне делать?» Круэль Харт стал приманкой. Сосредоточив гнев Деона на себе, он не позволил никому задавать вопросы о его участии в Восьмилетней войне и служил фильтром, отсеивающим убийственные намерения герцога, направленные на Деона. Заодно он стирал любые улики, которые могли вызвать у Деона вопросы. Возможно, именно поэтому шаманка тогда сказала: [Если почувствуешь, что умираешь, убей этого ребёнка и умри.] Я знаю. Когда я умру, рано или поздно этот ребёнок узнает правду. Мы все знаем: он будет раздавлен виной, наточит клинок мести, а меч, вытащенный ради мести, может привести к тому, что он станет искать цель просто для того, чтобы им взмахнуть. Но. ---------- Plaudite! (3) [— Ваш второй сын… очень слаб. К тому же он сильно подвержен стрессу. Я думаю, вам стоит создать для него среду, где он будет максимально защищён от любых потрясений.] [— Вы вызвали меня, потому что ваш ребёнок… выплюнул кровь? Это значит, что он начинает плеваться кровью, когда нервничает?] [— Да… Всё верно.] [— Боже…] [— …Ты это слышал, Круэл? Наш второй сын, который всколыхнул сердца стольких людей при рождении, похоже, и дальше будет делать это регулярно. Пусть у него необычная внешность, но он—наш ребёнок. Твой младший брат. Мы с матерью уже взрослые, а ты ещё молод—ты проживёшь дольше нас, так что, пожалуйста, позаботься о нём.] [— Да, отец.] [— Только не переусердствуй. Говорят, дети очень чувствительные. Если опекать его слишком сильно, он может решить, что ни на что не годится, и погрязнуть в комплексах. Поэтому держи дистанцию. Заботься о нём так, чтобы он даже не замечал этого.] [— Брат, я хочу выйти из особняка.] [— Это…] [— Шучу. У меня нет времени шататься по улицам, я читаю книги. Кстати, что у тебя в руках? Написано "шахматы"… Это те самые "Шахматы" из книги "Основы шахматных правил", которую я недавно читал?] [— Да. Я подумал, тебе пригодится.] [— Ну конечно! А то я уже устал просто листать страницы… Ой.] [— … … .] [— Эй, хён. Как у тебя с фехтованием? Ты неплохо выглядел, когда я наблюдал за тобой в окно. Покажешь мне в следующий раз?] Но… Как мне убить этого ребёнка? Если сложить два плюс два, становится очевидно—этот ребёнок был командующим 0-го корпуса в демоническом мире. Причём этот "нулевой корпус" не существовал, пока его не создали специально для него. Значит, там он жил, ни в чём не нуждаясь. Именно поэтому он явился сюда. Честно говоря, будь я на его месте, я бы не торчал в этом мире, полном угроз и опасностей. Гораздо спокойнее было бы остаться в демоническом мире, где всё под контролем. Рука с торчащим в ней кинжалом пульсировала болью. Это движение было таким очевидно детским, что даже Деон на мгновение растерялся. Ну конечно, умный мальчишка. Я буквально вижу, как у него в голове шестерёнки крутятся. Поэтому я протянул руку и закрыл ему глаза, чтобы он перестал думать. — Не думай об этом. — … … . — Просто, как всегда, найди оправдание и забудь. Слова звучали горько, но что поделать. Я слишком часто пытался его защитить и в итоге заметил кое-что ещё: похоже, этот ребёнок помнит только то, что хочет помнить. Вероятно, это последствие войны. Когда я понял, что он создал себе две личности—одну, что забывает всё ненужное, и другую, которая всплывает только в критические моменты—мне стало невыносимо больно. Чёрт возьми, мне было жаль его. Мне было так горько. Как сильно он должен был страдать, чтобы дойти до такого? Скорее всего, это был единственный способ выжить в теле, которое рушится от стресса. Так что… если хочешь кого-то обвинить—обвиняй меня. Не задавай вопросов. Просто делай вид, что так даже лучше. С мечом в руках я продолжал прорубать путь сквозь врагов, убивая тех, кто осмелился напасть на нас. Закрывать ребёнку глаза было бесполезно—он всё равно что-то разглядел, а значит, его уже не защитить от всего этого. — Но… Ты никогда не слушал меня раньше, значит, и на этот раз не передумаешь. Так что… — Если ты настаиваешь на том, чтобы открыть глаза… Я не смогу тебя остановить. — …Тогда сначала посмотри на всё, что ты уже натворил. Это мой последний подарок тебе. Я готовлю тебя, своего младшего брата, к тому, чтобы ты не сломался от шока. Хотя даже это, скорее всего, слишком тяжело для тебя. Но я бы предпочёл, чтобы ты жил, так и не узнав правды, и умер беззаботно, в покое. Это простое желание, но, оказывается, мирная смерть—великая роскошь. "Выбор за тобой, Деон." Как старший брат, который любит своего единственного младшего, я поддержу тебя в любом решении. Даже если это решение—разрушить весь мир. "Деон, малыш." Даже после смерти я буду тебя защищать. — А теперь—иди. Быстрее. Сколько бы подвигов ни свершил герой, против численного превосходства он бессилен. С многочисленными клинками, пронзившими его спину, Круэл рассмеялся. … … Я видел, как мои родители погибли от рук моего младшего брата. Чтобы защитить его, я склонился перед герцогом и стал его цепным псом. Когда война закончилась, я всё равно катился вниз по этому адскому склону, пока, в конце концов, не стал героем. Я играл в игры разума с герцогом, чтобы хоть как-то удержать брата в живых. Кто-то бы сказал, что моя жизнь была жалкой и ничтожной. Кто-то бы счёл её странной. Но Круэл был вполне доволен. В конце концов, что может быть лучше, чем умереть, защищая младшего брата? "Вот это я называю идеальным финалом." ---------- Plaudite! (4) В конце концов, мне так и не удалось забрать яд у матери. Он не должен был давать его ей с самого начала. Он ни разу не победил свою мать, поэтому, даже если вернётся назад, всё равно отдаст ей яд. Дэниэл подтянул шарф, скрывая лицо, которое начинало темнеть, и поспешно направился к месту встречи. За ним оставался лишь след торжественной solemnity. — Ты здесь. Все, кого ты привёл, — это все люди, которых ты собрал? — Да. — Их меньше, чем я думал… — Так как Его Высочество герцог предоставит войска, думаю, этого количества должно быть достаточно. Но всё же это половина от общего числа людей, так что нельзя сказать, что их мало, верно? Дэниэл широко улыбнулся. Мужчина, который молча смотрел на него, отвернулся. Дэниэл медленно собрался с мыслями, следуя за ним, после того как тот велел идти за ним. Как и было обещано, герцог предоставил всю возможную информацию: когда император находится во дворце, смены стражи, кратчайший путь до покоев императора и так далее. Они даже разработали план при условии, что герцог предоставит войска. — Группа 3, отсюда вы можете следовать за тем человеком. — Да. Увидимся позже. — Это, наконец, действительно начинается. Чувствую что-то новое. Дело, которое так долго откладывали, неожиданно продвигалось вперёд. План был надёжным, но так как войска герцога нельзя было полностью доверять, а на любую миссию рассчитывать только на них было нельзя, революционная армия решила разделить свои силы и двигаться вместе с войсками герцога. — Группа 2, вам к тому парню. — Встретимся после работы. Сначала Дэниэлу этот план был не особо интересен. Согласившись участвовать в операции, зная лишь необходимый минимум, он остался с небольшой группой людей, шагая с непроницаемым выражением лица. Его шаги остановились, когда войска герцога окружили их. Чааанг! Те, кто преградил путь революционной армии, одновременно обнажили оружие. Чувствуя надвигающуюся угрозу, революционеры не отступили и также достали оружие. Несмотря на быструю реакцию, их глаза выдавали смятение, они не могли скрыть своего потрясения. — Ч-что это…?! — Эй, что вы творите? Сейчас не время для этого! Некоторые из лидеров, следовавших за Дэниэлом, не выдержали тревоги и повысили голос. Дэниэл, который без колебаний осматривал войска герцога, бросил на них мимолётный взгляд, словно сочувствуя их жалкому состоянию, а затем медленно заговорил. — … Это предательство? — Это была ловушка с самого начала. Ответ раздался из коммуникатора у одного из солдат впереди. Дэниэл нахмурился, узнав знакомый голос, и тихо произнёс имя другого человека. — …Герцог. — Что это ещё значит?! — Ты правда герцог? — … Я хотел бы спокойно поговорить с Дэниэлом, но здесь слишком много посторонних. Думаю, будет лучше сначала разобраться с ними. Как только эти слова прозвучали из коммуникатора, войска герцога пришли в движение. — Ч-стойте…! Хруст. Обученные элитные воины начали истреблять революционную армию. Смятение длилось недолго, революционеры не сдавались и давали отпор, но так как они заранее разделились, их было мало, а слаженности не хватало, поэтому они не могли одолеть тех, кто годами проходил строгую военную подготовку. Звуки столкновения оружия постепенно стихали. Дэниэл, который всё это время стоял неподвижно и наблюдал за происходящим, перевёл взгляд на коммуникатор. — Очевидно, Ваше Высочество тоже хотели революции… — Ох, конечно же, это ложь. — Ложь… — Почему бы мне, герцогу, добровольно отказаться от власти? Всё, что мне было нужно от вас, — это снизить рейтинг одобрения императора. Вот и всё. Звук выстрела затих. По ту сторону коммуникатора герцог, сидя за своим столом, повернулся в кресле, ухмыляясь. Император не должен погибнуть от рук революционеров. Герцог хотел свергнуть императора, но не его смертью и не уничтожением трона. Именно поэтому он собирался использовать революционную армию, но в итоге должен был их предать. — Революция? Смешно. Ты думаешь, революция — это так просто? Если сменится хотя бы один правитель, страна переживёт потрясение. Даже если монарх меняется законным путём, наступает хаос. — А вы собираетесь полностью изменить политическую систему? Мир, где все равны? Вы просто ввергнете страну в пучину хаоса. Это была опасная идея, осознал герцог, как только услышал их аргументы. Идеология революционеров подобна эпидемии: заразительна, убедительна и оправдывает любые действия, совершённые ради неё. Она распространится с невероятной скоростью. Те, кто находится на дне социальной лестницы, восстанут, поддерживая эти опасные идеи. Дворяне не захотят просто так отдать свои привилегии. В итоге вспыхнет вооружённый конфликт. А исход внутренних столкновений, не говоря уже о внешних угрозах, был очевиден. — Если ваша идея правильна, эта страна самоуничтожится. Может, вы и достигнете своей цели. Но кто гарантирует жизнь тем, кто вдруг окажется без родины? — … — Вы знаете, как обходятся с жителями разрушенной страны. Разве народ действительно просил равенства? Они не говорили ничего подобного и даже не хотели этого. Вы думаете, они будут счастливы, если вы разрушите их страну, где они спокойно жили и ели досыта, уверяя, что это ради их же блага? Как смешно, когда меньшинство выступает от имени большинства. — … — Вы действительно считаете, что революционная армия спасёт мир? Нет. Это просто группа злодеев, желающих погрузить мир в хаос. — … — Где ты подхватил эту нелепую философию? — Мы. Дэниэл ухватился за плечо человека, державшего коммуникатор, и улыбнулся, его глаза светились уверенностью. — Я — революционер. Революционер, а не философ. — Я ничего не знаю о философии. Философия — это то, о чём рассуждают сытые за столом. А революции совершают голодные, когда их злит несправедливость. — … Это оскорбляет всех философов в мире. — Ничего не поделать. Как необразованные бедняки могут понять возвышенность философии? Дэниэл слегка пожал плечами и повернулся. Перед ним были тела его товарищей. Воины герцога, завершив расправу, сжимали мечи, хмуро глядя на него. Безвыходная ситуация. Но Дэниэл лишь спокойно улыбнулся. ---------- Аплодируйте! (5) «Почему я рассказываю тебе эту опасную историю? Потому что мне скоро предстоит умереть, и мне грустно? Конечно, нет». Почему я настаивал на действии именно сейчас? Головокружительная ситуация, мысли герцога становятся все более запутанными. Лишь в редкие моменты его суждение даёт сбой. Было ли совпадением, что я выбрал именно этот момент? «Я всё это время оставлял вам намёки, Ваше Величество». — … … . «У меня есть преемник». Бах! Со стороны переговорного устройства раздался звук, будто кто-то ударил по столу. Даниэль усмехнулся, словно ребёнок, удачно провернувший шалость. «Я передал ему все свои знания, в том числе и те слова, что говорил ранее. Хоть времени было мало, этот слишком одарённый и любящий ребёнок впитал всё моментально». — … … . «Теперь это уже не моя личная злость на Императора, но гнев против самой 'несправедливости' продолжит гореть». Я победил. Основная идеология революционной армии — создать мир, где все равны. Раз она направлена на благо большинства, значит, большинство уже её поддерживает. Кто станет отвергать то, что работает на него самого? Даже если они этого пока не понимают. Пол, ты ведь с детства вдалбливал этому ребёнку, как важно образование. Так что эта идеология не прервётся, даже когда он станет главой семьи. В конечном счёте, пока существует несправедливость 'кастовой системы', 'гнев' не угаснет. — … … Ты использовал мои войска, чтобы вычистить гниль внутри революционной армии. «А разве ты сам не использовал мои силы, чтобы давить на Императора? Нет, точнее — ты использовал Императора, чтобы держать революционную армию в узде». Сэрин пожала плечами, напоминая о случае, когда под её влиянием один из лидеров революционной армии потерял девятую часть своих сил. Те, кто собирались, движимые ненавистью к Императору, в глазах революционной армии — не более чем опухоль. И как первый лидер революционеров, я должен избавить будущих лидеров от этой заразы. В итоге половина тех войск, что вывел Даниэль, оказались либо казнокрадами, либо продажными тварями, сбывавшими на сторону бомбы, которые армия производила для себя, либо фанатиками, до одури одержимыми убийством Императора и готовыми ослушаться даже приказа лидера. Настоящая опухоль. «И Его Превосходительство герцог тоже был преградой на пути революционной армии». — Я понимаю, что ты хочешь разорвать мою привязь этим… Но неужели ты думаешь, что я просто оставлю остальных в покое только потому, что ты отдашь свою жизнь? А те, у кого в головах засели опасные идеи? Как наивно. «А почему, как ты думаешь, я пришёл в это место, где мне суждено умереть, и оставил после себя преемника?» Посыл ложный. Даниэль не пришёл сюда, жертвуя жизнью и создавая преемника, просто чтобы избавиться от опухоли. — Что это… — Ваше Величество! Срочные новости! «О, похоже, новости наконец-то дошли». Я хотел увидеть реакцию герцога перед смертью. И благодаря тебе исполнил своё маленькое желание. Раздался звук шуршания бумаги. Затем, через переговорное устройство, прорвался крик, полный бессилия. — Даниэль!!!!! «Судя по реакции, я всё сделал правильно». Настоящая причина, по которой Даниэль пришёл сюда, заключалась в том, чтобы заставить герцога обратить внимание на это место. Большая часть его войск должна была сосредоточиться здесь. Это дало бы революционной армии возможность перебазироваться и нанести удар по герцогским территориям, атаковав его войска. В конечном счёте главной целью было стряхнуть с хвоста герцога, а уже второстепенной — зачистка опухоли внутри армии. Поскольку целью было избавиться от герцога, лидер этого фронта должен был стать приманкой. «Я рассчитал, что потери будут минимум наполовину. Интересно, так ли оно вышло?» Если наша сторона теряет половину войск, то и их сторона должна расстаться как минимум с таким же числом. Разумеется, разница лишь в том, что наша потеря — это отбросы. «Кстати, текущее местоположение герцога — последний пункт в плане атаки». — Квааанг!! Как только он договорил, с переговорного устройства донёсся звук взрыва. Даниэль с лёгкой улыбкой наблюдал за охваченной паникой толпой врагов. Революционная армия, скорее всего, не сможет убить герцога. Но его силы точно ослабнут. А это — главное. Пока революционная армия набирает мощь, герцогу придётся быть слишком занятым разбором собственных завалов, чтобы снова обратить внимание на революционеров. «Поводок надо разорвать окончательно, верно?» К этому моменту база революционной армии уже будет перенесена. Лидер революционной армии, единственный, кто мог контактировать с герцогом и преследовать его, погиб здесь. Значит, связей между революционерами и герцогом больше не осталось. 'И создать новые невозможно'. Первый лидер пал от 'предательства герцога', так что у новой революционной армии нет ни единой причины снова объединяться с ним. Идеально чистый разрыв. — Убейте меня прямо сейчас! Даниэль мягко улыбнулся, глядя на оружие, нацеленное в него со всех сторон. Хотя, честно говоря, можно было бы убить и только одного человека. Вероятно, из-за толстого шарфа они целились не в шею, а в сердце. Я нарочно спровоцировал его, заставив думать, что я — тот, кого нужно уничтожить любой ценой, позволяя его мыслям заходить всё дальше. Я хотел расшатать разум герцога, чтобы он не вздумал брать меня в заложники. Даниэль прекрасно понимал, какова ценность первого лидера. 'Ну что ж, Пол'. Ты осмелился составить список смертников под предлогом защиты будущего революционной армии. Но кто дал тебе право единолично решать, кому жить, а кому умереть среди своих же? Я умру вместе с теми, кто осквернил идеологию армии и преследовал личные цели. А ты… Я надеюсь, ты пойдёшь вперёд с чистым гневом против несправедливости. Я не жалею ни о чём. Только об одном… 'Я так и не забрал подарок, который отдал матери'. Вот об этом немного жаль. --- Неужели любовь к детям — это нить, связывающая нас? Ещё до того, как ей сообщили о смерти Даниэля, убитая горем мать уже рыдала. Кто просил тебя исполнять мои идеалы? Когда я просила твоей жертвы? Неужели ты, такой умный, действительно не понял смысла слов, которые эта мать сказала, оборачивая вокруг тебя шарф, связанный её собственными руками? — Глупый, глупый мальчик…! Что остаётся тому, кто потерял любимого супруга? Что, по-твоему, я видела и через что прошла до сих пор? Я просто хотела жить. Пусть даже это не имело бы большого значения. Видеть, как мой сын, мой ребёнок, растёт и живёт — это было счастьем всей моей жизни. Я убила тебя. — Я грешница… Сердце разрывается на куски. Боль настолько сильная, что даже если бы меня рвали заживо, я бы не чувствовала её так остро. Я больше не могу контролировать своё тело — падаю на пол и начинаю плакать. Ты всегда думал, что не сможешь меня превзойти. Ты ошибался. Недаром говорят, что родители не могут одолеть своих детей. Если бы я могла тебя победить, я бы давно уничтожила эту опасную революционную армию. Но я просто оставила тебя в покое, потому что ты двигался с такой страстью, с таким воодушевлением. — Я грешница… Тебе не следовало говорить того, что ты сказал. Тебе следовало воздержаться от слов, способных поставить кастовую систему под сомнение. А если ты уже высказался, то хотя бы не должен был позволять своим идеям претворяться в жизнь. Яд, который я попросила у тебя под видом подарка, — это был последний акт упрямства этой матери. Всё, чего я хотела, — это безопасность моего сына, Даниэля, ради которой я поставила на кон собственную жизнь. Но теперь, когда я потерпела неудачу, какой смысл в моём существовании? — Эта мать скоро последует за тобой… У моего ребёнка было слишком много врагов. Что, если даже после смерти они продолжат его терзать? Однажды я достала яд, который попросила у Даниэля. Услышав шаги за дверью, я тут же выпила его. Как только жидкость скользнула по горлу, меня накрыла сильная сонливость. Погружаясь в безболезненный сон, я почувствовала, что Даниэль не смог бы дать своей матери фальшивый яд. Улыбнувшись, я закрыла глаза. "Ты правда думал, что мать не знает, о чём думает её ребёнок?" Я носила тебя десять месяцев, вырастила с любовью, наблюдала за каждым твоим шагом. Как я могла не понимать, что у тебя на уме? Ты, должно быть, хотел оставить эту мать на попечение следующего лидера после своей смерти. Ты ведь говорил об этом ещё давно. И эти торопливые шаги за дверью — лучшее тому доказательство. — Но брат попросил меня лично позаботиться о матери. Даже если это немного отложит наши дела, я должен сам прийти и извиниться перед ней. Шаги замерли перед дверью. Кап-кап. — Я… Пол. Друг Даниэля. Можно войти? — … — Почему молчание… Мама? Ты здесь? — … — Мама? — … — Извините! Дверь резко распахнулась. Я закрыла глаза, готовясь к тому, что меня вот-вот настигнут, но шаги замерли. — …Господин Ирам, позовите врача. — Ч-что? — Быстрее! Голос, словно утопленный в воде, звучит глухо, но настойчиво. Но зачем мне полагаться на людей, у которых даже нет моего сына? Со временем я стану для них лишь обузой, от которой будет неудобно избавиться. "Наш сын… даже в этом ты вынужден был отступить…" Ты собирался начать всё с чистого листа, но оставил после себя лишь обломки прошлого. — Эти мысли стали последними, что пришли ей в голову. --- [Сторона: Я защищу тебя даже после смерти] Революция армии революционеров не должна состояться, потому что Деон находится под защитой нынешнего императора. Но это не значит, что герцог должен победить, потому что герцог пытается убить Деона. Ситуация такова, что и революционная армия, и герцог хотят навредить Деону Харту. Поэтому я всё рассчитал. Тепло. Предельно чётко. Фигуры двигались взад-вперёд. Холодные, костлявые пальцы поочерёдно брали в руки то одну, то другую сторону. Зелёные, непроницаемые глаза внимательно наблюдали за доской, а фигуры продолжали свой танец. Чёрный конь атакует белого. Белый, не уступая, пожирает чёрного. Чёрный сбивает белого и занимает его место, но вскоре другой белый конь оттесняет его обратно. Ах, как тепло. — Шах и мат. Лидер мёртв. Круэлл поднял чёрного короля с клетки смерти и покрутил его в пальцах. В его задумчивых зелёных глазах отражалась шахматная доска, на которой завершилась война. Белые победили, но если смотреть на оставшиеся фигуры, у чёрных осталось преимущество. Белые потеряли почти все свои силы, а чёрные — лишь несколько пешек. Революционная армия потеряла лидера, но её главные силы остались в строю. Герцог лишился войск, но его голова всё ещё на плечах. Они должны столкнуться. Было бы лучше, если бы они уничтожили друг друга, но этого не произойдёт. Значит, нужно рассчитать так, чтобы их потери были максимальными. Если они будут слишком заняты, чтобы обращать внимание на Деона, это уже будет успехом. С того момента, как я вступил в эту психологическую дуэль с герцогом, я был готов умереть. Верёвка, на которой я балансировал, могла оборваться в любую секунду — так зачем же мне доверять и ждать, пока Деон Харт умрёт естественной смертью? Я вёл себя так, будто живу лишь сегодняшним днём, но на самом деле думал о далёком будущем. "Мне нужно найти способ, чтобы этот ребёнок, Деон, был в безопасности даже после моей смерти." Будущее, в котором меня больше нет. Полная безопасность сейчас невозможна, но хотя бы часть угроз, что нависли над ним, нужно устранить. Я думал, искал выход. С демоническим миром ничего не поделаешь, поэтому я просто отвернулся от него. Я сосредоточил взгляд на Империи и нашёл главную угрозу для ребёнка. "Герцог и… революционная армия." Даже один герцог уже был бы проблемой, а тут ещё и революционная армия. …Но решение пришло быстро. "Разве мать революционного лидера не говорила, что нездорова?" Разузнав, я выяснил, что у неё даже случались приступы кровохарканья… Круэлл на мгновение замер, думая о своём слабом младшем брате. "Начальник пока не знает об этом." Его люди скрывали это по её просьбе. Но это ненадолго. Однажды это обязательно вскроется. Я слышал, что в се солдаты революционной армии, которые ей служили, держали это в секрете по её просьбе. Но у этого тоже должен быть предел. Рано или поздно это обязательно раскроется. Очевидно, какой психологический удар получит тогда лидер революционной армии. Был отдан приказ. ---------- Аплодируйте! (6) [Следите за Даниэлем. Неважно, куда он пойдет — если он выйдет из комнаты, сообщите мне немедленно.] Именно в тот момент я понял, что она отхаркивает кровь. Нет никакого шанса, что он в здравом уме. Даниэль, которого расследовал Круэль, обычно был рассудительным, соответствуя роли, которую играл, так что можно с уверенностью сказать, что его разум пошатнулся только в этот момент. Даже дурак понял бы, что это шанс, который выпадает раз в жизни. 'Однако проблема в том, когда именно он об этом узнает.' Если мы сможем направлять действия Даниэля, то сможем подстроить время, но это не так просто, как кажется, и это не то, что можно делать безрассудно в ситуации, когда герцог наблюдает за нами. Вместо того чтобы рисковать и выходить на связь с революционерами, Круэль решил действовать гибко и приспосабливаться к ситуации. [Деон связывается, когда он в Империи или когда находится вне её пределов?] Было бы лучше, если бы он связался, когда Деон здесь, но даже если нет, ничего страшного. Главной целью было столкнуть революционную армию и шпиона, а второстепенной — предотвратить убийство Деона лидером революционной армии. Эти два условия были связаны между собой. Наперекор его отстраненной манере поведения, словно сама судьба помогала ему, весточка пришла, когда Деон находился в Империи, на приёме, на расстоянии вытянутой руки. Круэль, который смотрел на своего младшего брата с сложными чувствами, пока тот задыхался от крови после случившегося инцидента и чьё здоровье резко ухудшилось, вскоре тихо вздохнул. 'Мне жаль Деона, но я должен воспользоваться шансом, пока он есть.' Твоё физическое состояние — полный беспорядок, так что тебе нужно быть ещё решительнее. Я надеюсь, ты понимаешь, что лидер революционной армии не позволит тебе напрямую угрожать его жизни. Я заставил себя открыть рот, который не хотел открываться. «Пойди и скажи Деону. Сегодня ему лучше не шататься по улицам, а сразу вернуться домой.» Этот мальчишка с 'того дня' меня не слушает, так что, скорее всего, и в этот раз он окажется на улице. Он должен был двигаться быстрее, чем Деон. Круэль поспешно накинул плащ и двинулся вперёд. «Этот парень… Просто поговори о фестивале рядом с ним и вскользь упомяни Дэй-стрит на востоке.» «Ты правда заплатишь мне только за это…?» «Да.» С момента поступления новости лидер революционной армии получал отчёты о его передвижениях в реальном времени. Сейчас он бесцельно бродил по Дэй-стрит в растерянном состоянии. Ему и Деону нужно было встретиться лицом к лицу. С этой точки зрения направить мальчишку в нужное место было несложно. План Круэля был прост. 'Ключ в том, чтобы показать обезумевшему лидеру революционеров кровь кого-то, кто «выглядит так, будто вот-вот умрёт», и заставить его вспомнить о матери.' Именно это и подгоняет его. 'Причина, по которой он создал революционную армию, заключалась в том, чтобы показать своей слабой матери идеал, о котором она мечтала перед смертью…' Если задуматься, странно, что он не чувствует нетерпения. Но чтобы начать восстание, нужно встретиться с герцогом, его главным покровителем. Герцог будет против. Причина, по которой герцог заключил союз с революционной армией, заключалась не в том, чтобы поддержать их, а в том, чтобы держать под контролем. Возможно, увидев наполовину обезумевшего Даниэля, он расслабится, поддастся своей заносчивости и попытается его подавить. Нет, так и будет. 'Потому что герцог слишком самоуверен.' Круэль наблюдал за ним уже долгое время. Именно поэтому он мог поручиться за это. Слабость герцога — его гордыня. Гордыня ведёт к самонадеянности, а значит, рано или поздно в его маске появится трещина, и она проявится. Лидер революционной армии, обладающий острым умом, никак не мог этого не заметить. 'Он точно найдёт способ избавиться от герцога.' Как умный человек, он скоро поймёт, что уйти без последствий не получится. Следующий шаг — роль лидера революционной армии. Однако, досконально изучив его и разобравшись в его склонностях, Круэль мог примерно предсказать, какой выбор он сделает. Именно поэтому он пошёл на такой дерзкий шаг. '… … а в деле «показать кровь того, кто, кажется, скоро умрёт» выбор этой «жертвы» определит успех или провал второстепенной цели.' Если этим «кем-то» будет Деон — это лучший вариант, но если нет, можно использовать уже подготовленного кандидата. Причина, по которой он выбрал Деона, заключалась в том, что Круэль знал — Даниэль оказался мягче, чем можно было подумать. 'Особенно если он встретит его, пока ещё не оправился от шока после того, как увидел, как его мать кашляет кровью… Даже если перед ним будет Деон Харт, он в тот день не сможет убить его.' Поскольку остановить организацию под названием Революционная Армия от того, чтобы сделать Деона своей мишенью, невозможно, нужно ударить по её лидеру лично. Жить ему осталось недолго, но до тех пор лучше не позволить ему оставить наследника. Правда в том, что даже такие мелочи могут определить чью-то судьбу. [Лучше всего, если образ ребёнка, кашляющего кровью, глубоко запечатлеется в памяти Даниэля, чтобы он не смог лично убить Деона после этого.] [По крайней мере, если он хотя бы заколеблется, встретившись с ним вновь, этого будет достаточно.] [Худший вариант — это если удастся уберечь его только в день паники, а потом он без колебаний попытается убить его при следующей встрече…] Последний случай, возможно, сделает все усилия напрасными, но в целом попробовать стоит. Даже если провал неизбежен, мальчик по имени Деон в конечном итоге вернётся живым. Поэтому я сделал это. — Кхе-кхе. — … … ?! Заплатив нескольким прохожим, чтобы направить ребёнка в нужное место, Круэль наконец добился того, что его путь пересёкся с лидером революционной армии. Он не упустил с трудом полученную возможность — когда двое проходили мимо друг друга, он резко толкнул Деона, заставив его пошатнуться. Изо рта Деона брызнула кровь. Даниэль в панике подхватил его. Круэль наблюдал за ними издалека и отвернулся, только когда они скрылись из виду. 'На этом все семена посеяны.' Он немного беспокоился о брате, который кашлял кровью, но, судя по реакции лидера революционной армии, тот, скорее всего, постарается его спасти. Значит, всё будет в порядке. Лечение будет держаться в секрете, и даже если его обнаружат, а товарищи потребуют казни, ребёнок всё равно останется в живых. Как я уже сказал, помутнённый разум предводителя не позволит ему убить Деона сегодня, а его товарищи, скрывающие кровь его матери, в конце концов уступят. 'Пора возвращаться.' Росток не зависит от жизни или смерти того, кто его посадил. Даже если Круэль Харт погибнет, посеянное им семя всё равно прорастёт. Так что теперь пора возвращаться. 'Мне нужно продолжать жить своей обычной жизнью.' Потому что герцог всё ещё охотится за жизнью ребёнка. Теперь пришло время вновь столкнуться с реальностью и продолжить жить. --- — Последний волнорез рухнул! Завеса, скрывавшая Бедствие, исчезла! Бедствие вот-вот откроет глаза! В глухую ночь, в маленькой горной деревушке, старуха-шаманка, глядя на звёзды, вдруг закричала. Игнорируя слова внучки, уговаривавшей её успокоиться, она продолжала громко кричать, пока весь посёлок не проснулся, и в окнах домов один за другим не зажглись огни. Сонные люди выходили наружу, сонно потирая глаза. Их слегка раздражённые взгляды устремились на Ран, внучку, ухаживавшую за шаманкой, требуя объяснений. — Нам нужно перенести деревню! — ...Что это значит? — ...На этот раз бабушка права. Нужно поторопиться. Такое внезапное заявление посреди ночи. Но, учитывая, что во время Восьмилетней войны им уже удалось спастись, последовав совету старой шаманки и перебравшись на новое место, никто не стал сразу отвергать её слова. Вместо этого люди внимательно всматривались в лицо Ран. А она, поглаживая бабушкину руку и глядя на звёзды, выглядела бледной. — …Куда нам идти? — В Эсперанес! — Когда двигаться? — В течение недели! — По крайней мере, не завтра… Но всё равно времени слишком мало. — Если мы будем переселяться деревня за деревней, мы не успеем… Разве не лучше, как во время Восьмилетней войны, полностью стереть все следы? Нам нужно больше времени... — Нет! Если будем медлить, Бедствие настигнет нас раньше, чем мы успеем уйти! — Но... — Эй! Нет! — Спокойно, все успокойтесь. Как и ожидалось, только Ран смогла унять нарастающее волнение. Она оглядела встревоженных жителей, крепко держа бабушку за руку. — Это и правда внезапно. Можно ли добавить три дня? Тогда у нас будет десять дней. — Рана! — Десять дней… Она внимательно следила за их реакцией, пока люди не закивали. Затем перевела взгляд на старушку, чьё лицо хмурилось от беспокойства. — Не волнуйся так сильно. — Рана, но… — Даже если мы столкнёмся с этим, это произойдёт до начала переселения, так что никто не погибнет. — ...Ладно, видимо, ты и правда всё обдумала… Будто успокоившись, бабушка немного смягчилась. Ран почтительно поклонилась жителям, поддерживая ослабевшую шаманку. — Извините за беспокойство среди ночи. Мы уходим, а вы тоже возвращайтесь к себе и отдыхайте. --- Говорят, король Сангука каким-то образом сумел убедить правителей нескольких малых королевств стать его вассалами. Королевство Левеше также пообещало им материальную поддержку и защиту, поставив Тайхон под свой контроль... 'Теперь в мире людей осталось всего четыре королевства.' Империя, Сангук, Левеше, Эсперанес. Демоны, которым по нраву междоусобицы людей, вряд ли обрадуются тому, что их силы слились без пролития крови. Возможно, именно этого добивались монархи этих двух королевств. — Дворецкий, уборка всех этажей завершена. — Хорошая работа. Я осмотрю всё сам, а ты иди и отдыхай. Размышляя, Ремембранс продолжил прогулку по коридору. --- В Империи царит хаос по другой причине — Деон Харт, почётный маркграф и третий герой Империи, пропал без вести. Никто не может с уверенностью сказать, было ли это предательством или чья-то жизнь оказалась в опасности, и даже внутри Империи мнения разделились. Поэтому сейчас всё вот так. — Дворецкий. — О, лорд Лиен. Что случилось? — Дворецкий… Вы действительно ничего не знаете о местонахождении своего господина? — Как этот старый человек может знать то, чего не ведает даже лорд Лиен? Уже столько людей задавали мне этот вопрос. Как дворецкий, отвечающий за управление поместьем, может знать, где находится рыцарь, с которым у него лишь отношения слуги и господина? Но, возможно, из-за своей загадочной ауры, Ремембранс лишь молчал, даже когда его продолжали расспрашивать. Дан, до этого молчаливо наблюдавший за происходящим, осторожно заговорил: — Он даже оставил рыцарей и исчез… Возможно, это произошло не по его воле? — …Эти люди скорее бы покинули страну, так что в это трудно поверить. Выслушав Лиена, Ремембранс с добродушной улыбкой посмотрел на него, словно на капризного внука. — Ты правда так думаешь? --- — ... Лиен замолчала, словно её слова ударили по самому больному месту. Она и сама понимала: несмотря на то, что Деон Харт казался отталкивающим и старался держать её на расстоянии, за всем этим скрывалось нечто большее — необъяснимое доверие и привязанность. Хотя, конечно, доверия в этом больше, чем привязанности. Лиен повернула голову и посмотрела в окно. Там, сбившись в кучу, стояли его рыцари. Их настроение в последнее время заметно ухудшилось — возможно, из-за исчезновения их господина. …Мне никогда не нравилось, что он постоянн о создаёт проблемы, но видеть его людей такими, будто они побитые псы под дождём, почему-то коробило. Похоже, я тоже к тебе привязалась. Но важнее другое… Где сейчас мой господин? Лиен отвела взгляд от рыцарей и попыталась переключиться на другие мысли. ---------- Круэл: Правда, Круэл: Судьба (1) Командир пропал. Благодаря этому мы хотя бы ненадолго покинули поле боя и срочно вернулись, но радости от этого не было никакой. На заднем дворе, сбившись в кучку, сидели рыцари из отряда убийц, тяжело вздыхая один за другим. — В таком состоянии… куда он мог пойти? — Надеюсь, его не похитили? Если… если вдруг так и есть… похититель, надеюсь, хоть еду нормально даёт? — Ты серьёзно сейчас про еду? — Ну, это важно. — Тут не поспоришь. — …… Наш маркиз… хоть поесть успевает? — …Но что теперь делать? Командира ведь нет. — Может, попробуем сами его найти? — Вряд ли найдём. Да и нас быстро поймают — скажут, дезертиры. — Тогда как быть? Ответ дала Клеттер: — …До возвращения маркиза будем следовать приказам императора. Исчез герой — значит, император его сейчас тоже активно ищет. --- Деон Харт умирал. Ужасные воспоминания, которые он насильно загнал вглубь, соединились, накатившие волной стресс наслаивался на накопившееся, и в итоге это разрушило его. Температура поднималась до безумия, он то и дело извергал кровь. Даже после срочной транспортировки в демоническое царство ситуация не изменилась — он балансировал на грани жизни и смерти по несколько раз в день. — Сделай хоть что-нибудь! Лилинель, которая среагировала на сигнал с переданного ему ожерелья и лично привезла его в царство демонов, обрушилась с упрёками на Бена. Её голос дрожал от сдерживаемого рыдания. — Это… это проблема разума. Всё, что я могу — это охлаждать тело и восполнять кровь… — Ты ведь его личный врач! Личный врач сэра Демона! Почему ты ничего не можешь сделать?! Она нашла его, рухнувшего в снегу, и в панике привезла сюда. Ей казалось, что как только они доберутся до дворца повелителя демонов — всё решится. Это единственное, о чём она тогда думала. Ей хотелось разрыдаться прямо сейчас, но Лилинель понимала, что слёзы ничего не изменят. Поэтому вместо этого она просто взяла платок. Её взгляд упал на мутные, налитые кровью глаза, не видящие ничего — что бы он там ни видел. Она осторожно вытерла их уголки — на платке осталась кровь. — Если совсем никак… хоть магию попробуй, прошу… Но даже когда платок прикасался к векам, он не моргал. Он был как кукла, из которой вырвали душу. Горло сжалось, и рыдание всё же вырвалось наружу. — Ты же… ты же плачешь… Хотя она только что вытерла его лицо, кровь снова стекала по щекам, как будто не останавливалась вовсе. Если бы это были просто слёзы — было бы легче. Но по щекам текла алая жидкость, и от этого становилось страшно до ужаса. В конце концов, она заплакала как ребёнок — навзрыд. — …Магический запрет всё ещё не снят. — Ты считаешь, что сейчас уместно это говорить?! — И… Бен молча смотрел на одиннадцатого командующего, сжавшего его за шею с такой силой, что непонятно было — он задыхается от удушья или от эмоций. Голос прозвучал глухо, будто горло было перехвачено: — Если бы магией можно было помочь — я бы давно её использовал. Сейчас не до последствий. Вопрос стоит о жизни сэра Демона. Он уже один раз нарушил запрет и сбежал из дворца в мир людей, потому что получил сильный сигнал. Думаете, теперь он будет бояться последствий? Если бы был хоть какой-то способ — он бы давно к нему прибег. То есть, он и правда ничего не может сделать. Будучи врачом, сидеть у изголовья умирающего и не иметь возможности помочь — что может быть мучительнее? — Сейчас у него снова поднимается температура. Прошу, отпустите руки. — … — …Благодарю. Словно не замечая, как безвольно упали руки, Бен приблизился к господину Демону. Всё тело горело. Температура была такой высокой, что казалось — он может умереть в любой момент. Бен до крови прикусил губу, достал из ледяной воды платок и начал протирать покрытую шрамами, обнажённую грудь. Он тихо пробормотал: — Вот же не вовремя… повелитель демонов как раз сейчас в отъезде… Он передал послание через кристалл связи, и тот пообещал быстро вернуться. Но почему его всё ещё нет? Чтобы заранее объяснить ситуацию, Бен отправил Эда, но… не случилось ли чего? Как только он подумал об этом — повелитель демонов появился рядом. Комнату сразу заполнил густой аромат трав. Он пришёл вместе с Эдом, окинул взглядом горячую комнату, Лилинель в слезах и Деона, и перевёл взгляд на Бена. Прозвучал холодный, почти пугающий голос. Если бы Деон услышал его, то, пожалуй, и сам бы спросил, кто это такой. — Задержался, потому что был у короля фей за лечебными травами. Как он? — …Критическое состояние. Бен, которому полагалось доложить о пациенте в подробностях, выдавил всего пару слов. Эд, увидев Деона, только слабо охнул. Повелитель демонов бегло осмотрел его и кивнул: — Выглядит неважно. Я принёс кое-какие травы, не уверен, что сработает. — … — Состав ты знаешь лучше. Бен, попробуй отобрать подходящие и используй их. Травы фей — сильное средство. Если использовать правильно, может помочь. Главное — сбить жар. Бен засуетился. Пока он занимался отбором и приготовлением, его обязанности временно перешли к Эду. Тот вновь опустил платок в воду, отжал и аккуратно начал протирать тело Деона. Повелитель демонов, наблюдавший за всем молча, наконец сделал шаг вперёд. Подойдя к изголовью, он протянул руку. Его пальцы осторожно вытерли кровь, стекавшую с уголков глаз, и прозвучал едва слышный голос: — Что же ты такого увидел… …что плачешь так мучительно. Он стряхнул с пальцев кровь, заглянул в его воспалённые глаза, полные боли и ужаса. Глаза, налитые кровью, и красные зрачки, будто видят нечто, невидимое другим. Ответ был очевиден. — …Ты всё-таки отказался. От избегания и самооправданий. Повелитель демонов на миг замер, а затем, словно ничего не произошло, выпрямился. К тому моменту Бен уже приготовил лекарство — небольшую пилюлю и поспешил к нему. Повелитель демонов взял лекарство. — Это жаропонижающее. — Хм… я бы предпочёл успокоительное или снотворное. …Но попробовать стоит. Он осмотрел пилюлю и подошёл к Деону. Тот, похоже, снова изверг кровь — рот и подбородок были в беспорядке. Он жестом остановил Эда, чтобы сам протереть лицо и повернул голову Деона на бок. — Деон. Ты меня слышишь? — … — Это лекарство, тебе нужно его принять. Сможешь? — … — …Как и ожидал, не получится. В таком состоянии, когда он извергает кровь, скормить что-то невозможно. Да, травы фей эффективны, но в этом плане они — настоящая проблема. Он подумал, не разжать ли силой рот и не влить лекарство прямо в горло, но быстро отбросил эту идею — слишком опасно. Повелитель демонов спокойно выбросил пилюлю. Маленькая жемчужина, полная стараний Бена, закатилась под кровать. — …Ты ведь не из тех, кто умирает легко. Но если умрёшь — это будет не кстати. Только стало интересно… А я не намерен терять такую возможность. — Да, почему бы заодно не проверить твою судьбу? Умрёшь ли ты сейчас — или всё же выживешь? — Повелитель… Поняв, что он собирается сделать, Эд с тревогой окликнул его. Бен же молчал. Повелитель демонов протянул руку и закрыл глаза Деона. В ту же секунду воздух будто застыл. По комнате прошла холодная волна, и всё внутри будто замерло. Даже дыхание Лилинель, плачущей в углу, вдруг остановилось. Повелитель демонов вытянул руку. Его пальцы зависли над грудью Деона, чуть прикасаются к коже, и — засияли. Свет был не ослепляющим, скорее тусклым, как лунное сияние в безлунную ночь. — Сущность души, — прошептал Бен. Это был особый магический ритуал — настолько древний, что даже большинство демонов о нём не знали. Суть его была в том, чтобы соприкоснуться с самой сутью жизни человека, его сердцем… душой. И если повезёт — помочь ему вернуться. — Я открою путь. Остальное зависит только от него. Повелитель демонов закрыл глаза. Он не знал, что именно увидит. Что скрывает душа человека, переполненная болью, страхом, сожалениями и… тем, что он не смог отпустить. Он просто шагнул внутрь. --- Всё было белым. Без конца и края. Пустота. Не было ни неба, ни земли, ни звука — только тишина, от которой закладывало уши. — …Вот оно, его подсознание, — тихо произнёс он. Именно здесь скрывался Деон. Или то, что от него осталось. Вдруг вдалеке появилась фигура. Сначала расплывчатая, будто нарисованная на мокром стекле, потом всё чётче и чётче — и вот он увидел юношу в изорванной мантии, стоящего на коленях, опустив голову. — …Ты. Деон не поднял глаз. Он дрожал. Всё его тело было в ранах, словно его рвали на части. Повелитель демонов медленно подошёл и остановился рядом. — Поднимись. — … — Посмотри на меня. — Я… не могу. Голос Деона был таким тихим, будто он говорил сам с собой. — Я… боюсь. — Чего? — Всего. Он медленно поднял голову, и в тот же миг повелитель демонов увидел в его глазах… ужас. Не страх, не растерянность, а чистый, обжигающий ужас — как у ребёнка, которого оставили одного среди тьмы. — Я не справился. Я всех подвёл. Я не должен был жить. Я… Он хотел ещё что-то сказать, но не смог — губы дрогнули, и он замолчал, опустив взгляд. Повелитель демонов посмотрел на него долго, пристально. Затем заговорил, холодно, как всегда: — Значит, ты решил спрятаться здесь и просто исчезнуть? — … — Ты плачешь в реальности, истекаешь кровью, медленно умираешь… а здесь просто сидишь, как ничтожество. Трус. Слово было сказано резко, как плеть. Деон вздрогнул. — Ты думаешь, тебе станет легче, если просто исчезнешь? Думаешь, боль пройдёт, если ты откажешься от жизни? — Но… я не могу дальше… — Почему? Он опустил голову. Потом прошептал: — Потому что я всё помню. Повелитель демонов замер. — Я снова увидел их. Тех, кого убил. Тех, кого не спас. Каждый взгляд… каждый крик… Я хотел забыть. Я так старался забыть. Но… теперь всё это вернулось. Его руки сжались в кулаки. — Я слаб. Я не герой. Я просто… один испуганный человек, который устал бороться. Повисла тишина. Но потом прозвучал спокойный голос: — Тогда стань другим. — …Что? — Ты устал быть героем? Не будь им. Устал бороться? Тогда просто живи. Не для мира, не для других — для себя. — … — Я уже говорил: мне нужен ты. Не как герой, не как оружие. А ты — сам. Таким, какой ты есть. Со страхами, ошибками, болью… но живой. Деон задрожал. Его губы дрогнули. — Но… а если всё повторится? Я снова не справлюсь. Я снова сломаюсь. — Тогда я снова приду за тобой. Повелитель демонов протянул ему руку. — И снова верну. Пока ты сам не решишь — жить. Молчание. А потом — тихий вдох. Деон поднял глаза. И впервые — в его взгляде появился свет. Он протянул руку навстречу. Тепло. Тёплое сияние растеклось от точки, где соприкасались их руки. Мир внутри подсознания начал разрушаться, словно ледяная скорлупа, трескающаяся под весенним солнцем. Он почувствовал, как нечто поднимается в нём — слабое и дрожащее, но отчётливо живое. Его пальцы сжались в ответ. --- Деон резко вдохнул. Воздух, словно пробивший невидимую стену, ворвался в его лёгкие. Тело дёрнулось, глаза распахнулись. Сначала в них была пустота, затем — слёзы, и наконец — жизнь. — Он очнулся! — закричала Лилинель. Слёзы хлынули по её лицу. Она бросилась к нему, обняла, прижавшись крепко, как будто боялась снова потерять. Повелитель демонов молча наблюдал, пальцы его дрожали. — Не переусердствуй, — тихо сказал он. — Ему нужно время. Лилинель кивнула, всё ещё не отпуская Деона. Деон с трудом шевельнул губами. — Я… жив? — Да. — Лилинель улыбнулась сквозь слёзы. — Ты с нами. Он медленно повернулся к Повелителю демонов. В его взгляде отражалось многое: благодарность, боль… и доверие. — Спасибо… Повелитель демонов ничего не ответил. Просто отвернулся. --- На горизонте медленно занимался рассвет. Небо окрашивалось в розовые и золотистые оттенки. Тишина больше не казалась гнетущей — теперь в ней чувствовался покой. Повелитель демонов стоял у окна. Лилинель подошла к нему. — Он спит, — сказала она. — Мирно. — Хорошо. Она посмотрела на него сбоку, будто ища что-то в его лице. — Ты изменился. Он приподнял бровь. — Раньше ты бы не пошёл на такое. Ради человека. — Раньше он бы не пошёл на такое ради меня, — ответил он спокойно. Лилинель слабо улыбнулась. — Вы оба такие упрямые. И одинаково одиноки. Он ничего не сказал. Но в его взгляде, устремлённом в розовеющее небо, появилось что-то новое. Едва уловимое. Почти… человеческое. --- Прошло несколько дней. Деон восстанавливался медленно, но стабильно. Его тело всё ещё было слабым, но взгляд прояснился, речь стала чётче, и он начал самостоятельно вставать с постели. Лилинель почти не отходила от него. Повелитель демонов навещал его каждый день, хоть и оставался сдержанным. Иногда между ними возникала тишина — не неловкая, а скорее полная смысла. — Почему ты это сделал? — как-то спросил Деон, глядя на него. Повелитель демонов не сразу ответил. — Потому что… я не хотел, чтобы ты исчез. Деон улыбнулся, устало, но искренне. — Никогда бы не подумал, что услышу такое от тебя. — Я сам не думал, что скажу. Они оба рассмеялись. Смех был тихим, но настоящим. --- Однажды утром, когда за окном вновь забрезжил свет, Лилинель тихо сказала: — Всё изменилось, да? Повелитель демонов кивнул. — Но, возможно, это хорошо. Она посмотрела на него. — Что теперь? Он ответил не сразу. Затем, с лёгким вздохом: — Теперь… мы живём. Просто живём. ---------- Круэл: Правда, Круэл: Судьба (2) После короткой паузы командир 0-го корпуса возобновил свой шаг. Слухи о его сильной лихорадке, видимо, были правдой: демоны у ворот невольно застыли, почувствовав исходивший от него сильный жар. «Как ни глянь… ему реально следовало бы отдыхать в покоях, а не идти в библиотеку…» Игнорируя беспокойство стражи, я ступил в залы библиотеки. Библиотекарь слева узнал меня и резко поднялся, но я прошёл мимо, словно его и вовсе не было, направившись к знакомой книжной полке. Я без труда нашёл нужную книгу. [ Сведения о Героях нынешней Империи ] [ Автор: Иделия, Девелания ] Я неустанно допрашивал Иделию и Девеланию, требуя информации о Круэле. Вёл себя непривычно настойчиво, настаивая, чтобы они выдали хоть что‑нибудь, даже если придётся состряпать данные наспех. Они отвечали, что объём огромен и потребуется время, но я упрямо требовал сократить сроки. Пока двое были заняты сбором информации, я не собирался сидеть сложа руки. Я протянул руку и вытащил книгу с полки. Листая первые страницы впопыхах, остановился, когда передо мной возник портрет Круэла. Знакомые зелёные глаза уставились на меня. [ (Бывший) Четвёртый герой. Круэл Харт. (В настоящее время покойный. Информация подлежит удалению) ] [ Известен как кровный родственник Третьего Героя, Деона Харта. Связан с герцогом, находящимся в оппозиции к императору… ] Да, я остановился здесь в прошлый раз. Сжимающая книга рука слегка задрожала. Я, не сомкнув глаз, продолжил читать дальше. [ …Часто замечен в искажении или отмене приказов герцога, что говорит о том, что он был не столько верным последователем, сколько сдерживающей силой]. Герцог не доверил бы Круэлу обработку важной информации, поэтому приказы, которые он получал, скорее всего, были связаны с убийствами или захоронениями. Если так, то кто же те люди, смерти которых герцог желал в первую очередь? Несмотря на то, что жара притупила разум Деона, он сумел найти решение даже в таких условиях. — …Ха. Я просто рассмеялся. — Ха-ха-ха… Ахахахахаха! Я чувствовал, будто схожу с ума, будто по-настоящему теряю рассудок. В детстве Круэл восхищался моим острым умом — как же я теперь ненавидел этот интеллект. Если бы я прочитал это, когда Круэл был жив, я скорее бы посмеяться над этим, подумав: «Это ведь не я?». Но ноющая тревога заставила бы меня провести расследование. Герцог отдаёт приказы устранить кого-то, а Круэл выступает в роли фильтра между ними. А поскольку Круэл погиб, защищая его, это однозначно подтверждало подозрения, возникшие после первой подсказки. Более чёткого доказательства, чем это, быть не может. Неудержимо кашляя кровью, я расхохотался как сумасшедший. Это был я. Ты защищал меня. С точки зрения главы дворянской фракции, кто был бы самой серьёзной «головной болью»? Один из драгоценных мечей императора, известный как его «цепной пёс», непредсказуемая фигура, действующая в тени, в отличие от других активных героев. Разве это не Деон Харт? — Тогда почему ты это сделал? Десятилетия укоренившихся привычек пытались игнорировать непреодолимую истину. Сознательно останавливая себя, я склонялся к тому, чтобы обвинить Круэла. Потому что все ещё оставались вопросы без ответов. — Почему ты отправил меня на поле боя? Если ты собирался умереть именно так, то не должен был бросать меня с самого начала. Зачем пытаться защитить меня сейчас, после того как отправил на поле боя? Чувствовал ли ты запоздалую вину? Если да, то мне не нужно чувствовать себя виноватым. Это была лишь попытка жалкого лицемера облегчить свою совесть. — Арут. — …Король Демонов. Немного растерявшись, я поднял голову. Взгляд Короля Демонов медленно опустился вниз, оценивая состояние Деона, на лице которого была смесь гнева, отчаяния, вины и множества других неописуемых эмоций. Его промокшая от пота одежда представляла собой жалкое зрелище, но босые белые ноги, появившиеся в поле зрения, заставили Короля Демонов тихо щёлкнуть языком. Это длилось лишь мгновение, прежде чем он вновь заговорил, будто вовсе ничего и не заметил. — Я слышал, ты запрашивал информацию о Круэле Харте. — …… — Дети были в ужасе от такого огромного объёма данных… Он заглянул в насыщенно-алые глаза. — Это потому, что ты действительно не мог чётко обозначить объём сведений, или потому, что не хотел открывать им, что именно ищешь? — …… — Последнее, я полагаю. Действительно, Круэл Харт был связан с Третьим Героем Империи — Деоном Хартом, поэтому приходилось тщательно подбирать слова. В противном случае его личность как командира 0-го корпуса могла быть раскрыта. Даже с бушующей лихорадкой, затрудняющей ясное мышление, он сумел распознать, что можно говорить, а что нет — это впечатляло. После короткого наблюдения за Деоном с новым интересом Король Демонов смягчил выражение лица ободряющей улыбкой — он не хотел оставлять спасённого больного в таком состоянии. — Тогда скажи мне. Ничего страшного, если это буду я, верно? — …… — Я помогу тебе. Король Демонов уже знал о его личности и скрывал её, поэтому не стоило беспокоиться о том, что его раскроют. Возможно, почувствовав облегчение, а может, из-за лихорадочного помрачения сознания, Деон покачнулся и двинулся к Королю Демонов. Он поднял дрожащую руку и ухватился за воротник, будто цепляясь за опору. Слова срывались с губ невнятными обрывками. Незаконченными предложениями, похожими на лепет ребёнка, он пробормотал: — Значит, Круэл умер вместо меня… Хотя мы должны были быть врагами… — …Ах. Король Демонов сложил воедино фрагменты слов, и, наконец, понял ситуацию. Он тихо произнёс: — Понял. Я займусь этим. — Спасибо… — Но сначала отнесём тебя в постель. Он даже не прикасался к нему напрямую, лишь за воротник держал, но воздух вокруг кожи казался горячим. Как он вообще смог дойти сюда в таком состоянии? Да ещё и босиком. Лёгким касанием кончика пальца Король Демонов прикоснулся ко лбу Деона. Тот мигом закрыл глаза и рухнул без сознания. Лишь подняв его с помощью магии, Король Демонов вспомнил, что его магическая сила уже не та, что прежде. — Раньше я даже не чувствовал, когда применял магию такого уровня. Теперь он чувствовал, как его магическая сила понемногу убывает. Но магия уже была использована. Тем не менее, Король Демонов закатил глаза. Он просто отнесёт Деона Харта обратно в его комнату и воздержится от дальнейшего использования. Он снова перевёл взгляд на жалкого человечка. Даже во сне он казался измученным лихорадкой: брови нахмурены, дыхание неглубокое и учащённое. — Деон Харт. Король Демонов тихо прошептал имя, словно убеждаясь, что тот действительно спит. — Знаешь ли ты, когда человек становится по-настоящему падшим? Будучи Королём Демонов, прожившим бесчисленные века, он был свидетелем падения множества людей. «Ах, нет, «падший» — не совсем точное выражение. Скорее, «сломанный»». — Это случается, когда он теряет что-то дорогое. Точнее — когда им уже нечего терять. Когда загнанные в угол и доведённые до предела, с трудом дыша, люди полностью ломаются и начинают разлагаться. Нет ничего более страшного и ужасного, чем такой человек. Он тихо произнёс эту жестокую истину, словно зачитывая её из книги. — Ты потерял единственного человека, который действительно заботился о тебе. Вероятно, найти такого снова невозможно. Кто ещё будет готов пожертвовать всем ради другого? — Бедный Деон. Король Демонов тихо усмехнулся. — Теперь ты действительно один. *** [Прежде чем передавать информацию Демону, сначала покажи её мне.] Получив результаты расследования от Иделии и Девелании и аккуратно их обобщив, Король Демонов отправился к Деону Харту, держа в руках всего один лист бумаги, содержащий суть полученных результатов. Точно зная, какую информацию хочет получить Деон, он выгнал всех из комнаты и без колебаний положил документ прямо на колени Деона. — Информация, которую собрали Девелания и Иделия, была слишком объёмной, поэтому я её для тебя обобщил. Это то, что ты хотел, верно? — …… Деон, сидя на кровати, посмотрел на Короля Демонов, а затем взял бумагу с колен. Его покрасневшие глаза начали бегло читать строки. Изначально белки его глаз были лишь слегка красными, но чем дальше он читал, тем сильнее краснели глаза и кожа вокруг них. Это была печаль? Нет — это была ярость. — Ха, ха-ха… Горькая, направленная на самого себя, жажда убийства. Во время восьмилетней войны изначально должны были отправить Круэла. Но документы были изменены, и вместо него отправили меня. — Я… Виноват герцог. Он подделал бумаги и отправил меня. Члены моей семьи, которых я убил собственными руками, в первые месяцы войны не раз направляли запросы во дворец с просьбой внести исправления и вернуть меня, а когда не выдержали ожидания, отправились сами — но в ответ получили лишь молчание. Конечно, оборванные способы связи с семьёй тоже были делом рук герцога. — Что… я наделал? Я жаждал убить его. Я хотел умереть. Я хотел довести это бесполезное тело до смерти самым жестоким способом, какой только возможен, но не мог лишить себя жизни, которую Круэл спас ценой собственной, став жертвой, чтобы спасти меня. Чтобы подавить эмоции, Деон Харт сожмурил глаза, окончательно сломался и забыл о присутствии Короля Демонов. Он в бешенстве скидывал на пол всё, что попадалось под руку. Бах! Среди разлетающихся предметов разбился цветочный горшок, осколки разлетелись во все стороны. Деон с пустым взглядом уставился на большой фрагмент, упавший на одеяло, и потянулся к нему. Но Король Демонов перехватил его за запястье. Это вмешательство, казалось, вывело его из оцепенения. Деон проследил взглядом за рукой, сжимающей его запястье, и встретился с глазами Короля Демонов. В красных глазах полыхали ярость и намерение убить. — …Император знал об этом? Хм. Король Демонов отпустил его запястье, скрестил руки и наклонил голову. Он специально опустил детали о том, «почему герцог так поступил», но Деону сейчас явно не до этого. «Что ж, это даже хорошо для меня, так что это не имеет значения». — Он даже наградил его за вклад, так что, конечно, знал, — сухо ответил Король Демонов. — Ха-ха, — Деон медленно провёл рукой по лицу. Я понял, почему Круэл сказал те слова. Если бы я не разрушил «стену» ранее, эта ошеломляющая правда обрушила бы на меня истощённую «стену», и мне было бы ещё хуже, чем сейчас. — Кха Даже сейчас, когда я едва справился после самостоятельного разрушения «стены», эта правда и сопутствующий ей стресс казались невыносимыми. Если бы всё это обрушилось сразу, что бы тогда произошло? «Просто разрушение стены чуть не погубило меня». Без сомнений, я бы умер. «Ты защищаешь меня даже после смерти». Чем больше я знал, тем сильнее рвалось желание убить себя. Что мне делать? Я не мог просто так отказаться от жизни, которую Круэл спас. Когда его гнев достиг апогея, я стал странно спокоен. Вместо того чтобы бросать вещи или кричать, я спокойно поднял голову и уставился в пустоту. «Хён». Извини. Я знаю, что не имею права извиняться и что простое «извини» ничего не исправит, но других слов на ум не приходит. «Я больше не должен так думать». Правда, не должен. «Я хочу умереть». Словно подавленные эмоции заменились кровью, металлическая жидкость поднялась по моему горлу. Удивлённое «Ох…» Короля Демонов было последним, что я услышал, прежде чем погрузиться во тьму, затмившую сознание. *** Мир, построенный на недопониманиях и иллюзиях, разрушился. *** В тот момент, когда Деон Харт пришёл в себя, он начал сразу же искать Короля Демонов. Я спокойно поднял взгляд на Деона, который стоял перед моим рабочим столом с той же решимостью, что и в день, когда подавал рапорт об отставке. Я поднял лежащий рядом коммуникационный кристалл. После нескольких гудков мне ответили. — Бен, подойди к двери моего кабинета немедленно. — Да? Вы ранены, сэр?! — Нет. И «двери кабинета», а не «кабинет» — не путай. Жди там, пока я тебя не позову. По голосу через кристалл было слышно, что Бен в замешательстве от столь странной команды, но я проигнорировал это — главным для меня был не Бен. Я прервал связь. Положив кристалл, я вновь взглянул на Деона. Наши взгляды встретились, и тёмные глаза сузились, превратившись в полумесяцы. — Тогда спрошу сейчас: зачем ты пришёл сюда? — …… — Несмотря на плохое самочувствие. ---------- Круэл: Правда, Круэл: Судьба (3) Ответ последовал не сразу. Красные глаза блуждали — сначала на полу, затем на Короле Демонов, а после снова внизу. Через несколько мгновений грубый, слегка дрожащий голос нарушил тишину: — Вы знаете, почему герцог это сделал? — …Нет. Откуда мне знать, что творится в голове обычного человека? Король Демонов напрягся. Неужели Деон что-то заподозрил? К счастью, похоже, это был всего лишь случайный вопрос. Деон опустил взгляд и тихо сказал: — Понятно. А затем поднял голову и задал настоящий вопрос: — …Магией нельзя повернуть время вспять? — Хм-м? Король Демонов удивился неожиданному вопросу, но быстро понял его суть. И с лёгкой жалостью приподнял бровь. — Магия не всемогуща. Есть вещи, которых она не в силах коснуться, как бы ты ни старался. Вернуть мёртвых или обратить время вспять — как раз из такого. — …Вот как. Понятно. Тишина. Король Демонов замер, удивлённый куда более сдержанной и спокойной реакцией, чем он ожидал. Он даже подумывал позвать Бена, ожидавшего снаружи на случай судорожного припадка или кровохарканья. Казалось, Деон не замечал его колебаний — он спокойно отвернулся. Подойдя к двери, он оглянулся на Короля Демонов, прежде чем коснуться ручки. — Я ненадолго отправлюсь в Мир Людей. Наступила ошеломлённая тишина — этого оказалось достаточно. Он полностью положил руку на дверную ручку. Король Демонов молча разрешил ему уйти, не пытаясь остановить. …. — Сэр Арут! Первым, кого он увидел, открыв дверь, был Бен. Всё это время ёрзая у двери, Бен сразу бросился к нему, как только тот появился, — будто у него камень с души упал. Его глаза метались по лицу Деона, выискивая признаки боли или слабости. — С вами всё в порядке? У вас всё ещё сильный жар. Вам нельзя так передвигаться… Повисла напряжённая пауза. — …Сэр Арут…? Ответа не последовало. Бену не понадобилось много времени, чтобы понять — что-то не так. Он шёл рядом с Деоном, слегка пошатывающимся, удерживаясь от того, чтобы подать руку, и беспокойно что-то советовал. Но внезапно остановился. Деон продолжал идти вперёд, как будто Бена вовсе не было рядом. Шокированный его отрешённым видом, Бен поспешно нагнал его. — Сэр Арут, вы меня слышите? Молчание. — Сэр Арут? И снова тишина. — Сэр Арут! — Кх… Кха! Кровь брызнула на пол в коридоре. Обычно Бен бросился бы на помощь, но в этот раз он замер. «Что за взгляд…» Слишком отчётливо ощущалось убийственное намерение в глазах Деона, когда он лениво стёр кровь с губ тыльной стороной ладони. Снаружи он выглядел спокойным, но инстинкты, выработанные годами жизни во дворце Король Демонов, вопили: не вмешивайся. Всё, что Бен мог — это стоять и смотреть на то, как Арут уходит. *** Император не лжёт. Какой смысл лгать человеку, который называет себя тираном и с наслаждением творит зло, если его спросят, совершал ли он жестокий поступок? Самопровозглашённый злодей с гордостью признается. Даже помимо этого, у императора было немало причин не прибегать ко лжи. «Император… одержим своим образом императора», — так сказал Стигма. Что он на самом деле не признаёт свою должность, но одержим тем, чтобы доказать её. После этих слов всё стало на свои места. Его манера говорить, привычные фразы, неизменные символы власти, окружающие его повсюду, его осанка. Он не воспитывался как наследник с детства — он захватил трон через восстание. И всё же его поведение было пугающе безупречным. «Как я мог быть так слеп?» Всё в Эдуардо Дезерре кричало о его сущности как императора. Поэтому он вряд ли солгал бы без крайней необходимости. Тот, кто находится на вершине, не нуждается в этом. «Совершить преступление и открыто заявить об этом, зная, что никто не посмеет бросить вызов, — вот она, власть». Разумеется, это крайность. Даже император столкнулся бы с критикой со стороны знати, если бы перешёл черту, но Деон Харт был уверен. За редким исключением безобидной лжи или лжи во спасение, большинство обманов были уродливы по своей сути. А император — человек, который скорее умрёт, чем покажется уродливым. Это не стремление соответствовать благородному образу «императора». Это — его суть. Глухой удар. Следы ярко выделялись на белом снегу. Стоя перед богато украшенной главными воротами, Деон Харт окинул взглядом стражников, подозрительно уставившихся на него, и сбросил капюшон с лица. — …Маркиз Харт…? — Я хочу видеть Его Величество. — А, подождите мину… — Сейчас же. Раздался громкий стук в ворота. То, что таинственная фигура, появившаяся у Императорского дворца пешком — в отличие от обычно прибывающих в каретах — оказался пропавшим почётным маркизом Хартом, уже само по себе было потрясением. Этого было бы достаточно, чтобы сбить с толку, но теперь он требовал немедленной аудиенции с императором. Обычно они сразу уступили бы ему дорогу, но аура, окружавшая Деона, вызывала тревогу. К тому же дыхание у него было куда горячее, чем должно быть. — …Вы плохо себя чувствуете? Он, кажется, был с температурой. — Это не в вашей компетенции. Ответ прозвучал ледяным тоном. Стражник вздрогнул, обменялся взглядом с товарищем, кивнул и отступил. Тот последовал примеру, освобождая путь. — Прошу прощения. Проходите. В конце концов, никто не имел права останавливать Деона Харта. Почётный маркиз Харт — человек, которому Император даровал право посещать дворец в любое время и в любом состоянии. И теперь, когда он вернулся после исчезновения, первым, кого ему следовало увидеть, был только Император. *** — Где Его Величество? — Кто… Х-Харт, Почётный маркиз? — Ответь. — Он в своём кабинете. Если подождёте немного, я могу связаться с ним… Маркиз! Кабинет. Он в кабинете. Не тратя времени на размышления, Деон уверенно направился вперёд. На самом деле, он был гораздо более знаком с кабинетом, чем с залом для аудиенций. Для него и императора, имеющих свои тайны, кабинет, где меньше людей и хорошая звукоизоляция, был гораздо более удобным местом. Как долго он шёл? Вскоре он встретил рыцарей, стоявших у дверей кабинета. Рыцари, с подозрением взглянувшие на незнакомца, быстро узнали его, и их глаза расширились. Возвращение пропавшего героя значительно расслабило их. — …Маркиз? Вы действительно маркиз? Нам говорили, что Вы пропали… — Мне нужно увидеть Его Величество. Внезапно произнесённое заявление повергло рыцарей в молчание. Атмосфера стала тяжёлой. Напряжение, которое, казалось, ослабло, вновь обострилось. Один из рыцарей осторожно заговорил. — Даже если вы маркиз, нельзя так просто врываться. Вам нужно хотя бы запросить разрешение у Его Величества… — Уже. Дверь, которая казалась непроницаемой, открылась. — Его Величество дал разрешение. Немезиус, который с неодобрением наблюдал за Деоном Харом, отступил от двери, указав ему войти. Не выразив ни извинений, ни слов сомнений, Деон прошёл мимо и вошёл в кабинет. Не обращая внимания на приказ Немезиуса рыцарям отступить, он взглянул вперёд и встретил знакомую пару золотых глаз. — …Ты выглядишь плохо. Император, сразу заметив состояние Деона Харта, положил перо и начал убирать бумаги на своём столе. — Ты мог связаться со мной через коммуникатор. Зачем было приходить в таком состоянии? Он не спросил, в порядке ли тот, нужно ли ему отдохнуть или вызвать ли придворного врача. Была причина, почему Деон ослушался принятых правил и пришёл к нему лично, и, прежде всего, он не мог сказать ничего, глядя в эти глаза. Император просто спокойно ждал, пока Деон соберётся с силами и заговорит. После нескольких неуверенных попыток произнести слова, Деон, наконец, выдавил из себя напряжённым голосом. — …Вы знали? Пауза. На мгновение рука, убирающая бумаги, замерла. Не было необходимости спрашивать, о чём шла речь. Император отпустил бумаги и поднял взгляд, встретив красные глаза, которые, казалось, требовали ответа. — Да. — …Почему? Простой ответ без прикрас, безо лжи или оправданий, заставил его голос задрожать. Император подтвердил это. Одного этого было достаточно, но Деон, переполненный эмоциями, не смог удержаться от вопросов и негодования. — Зачем Вы это сделали? — …. — Если бы Вы сказал мне, если бы ты хоть как-то намекнули, если бы хотя бы просто отказали в моей просьбе! Если бы император повёл себя по-другому, не молчал в ходе распределения наград после восьмилетней войны. — Все… остались бы живы… Его родители не умерли бы жестокой смертью от рук собственного сына, а брат не пожертвовал бы собой ради его спасения. И Деон Харт не оказался бы в положении, где он хочет убить самого себя. Последние слова были едва слышны, но император, с его исключительным слухом, понял их. Он заговорил медленно. — Ты сейчас винишь меня? — …. — Твоя злоба неуместна. В мире аристократов невежество — это грех. Последствия предстоит нести тебе. Разве не существует поговорки «лучше притворяться знающим, чем оставаться в неведении»? — Ты всё ещё ребёнок. Более того, император явно дал ему шанс. В обмен на молчание, император предложил ему титул, драгоценности и земли — гораздо лучший вариант. Тот, кто жаждал уничтожения собственной семьи, был никто иной, как Деон Харт. — …Но. — …. — Всё это был твой выбор, а я лишь исполнил твою просьбу. Но если ты всё ещё ищешь причину, хорошо. — …. — Моей основной мотивацией служило желание заполучить такой талант, как ты. На самом деле, он собирался сказать совсем другое. Не вините других за свои грехи и не берите на себя чужие. Судите объективно и учитывайте, кого вы на самом деле ненавидите и на кого злобитесь. Тем не менее, он проигнорировал всё это и специально произнёс эти слова, принимая роль злодея. Почему? Просто каприз. Нет, даже назвать это принятием роли злодея было бы сомнительно. Император едва ли был образцом добродетели. Лицо Деона Харта напряглось. Сдерживая бушующее желание убить, он посмотрел на Императора холодными красными глазами и произнёс каждое слово с ледяной яростью. — Я не такой талант, каким Вы меня считаете, Ваше Величество. Император не ответил. *** После того как Деон Харт ушёл, Немезиус, наблюдавший за ситуацией, тихо заговорил. — Почему Вы отпустили его? Даже не зная всех деталей, Немезиусу было ясно, что Деон Харт испытывает глубокую ненависть к императору. Это было уже достаточным основанием, чтобы не позволить ему уйти. Особенно после того, что он увидел в красных глазах, когда тот уходил. Инстинкт солдата подсказал ему, что это вызовет проблемы в будущем. — Он непременно создаст проблемы позже. — …Знаю. Император был в курсе. Он был тем, кто встречался с Деоном Хартом всякий раз, когда тот путешествовал в и из Царства Демонов, напрямую оценивая его взгляд, чтобы понять его нейтралитет. Сегодня, в этом самом помещении, император понял, что Деон Харт полностью отвернулся от него. Если его спросить, почему он всё-таки позволил ему уйти, он мог бы ответить только одно: просто каприз. — Тогда почему? — Ну… Но он не мог назвать это точной причиной. Немезиус наверняка пришёл бы в ярость и не принял бы такой ответ. Так что если нужно было назвать конкретную причину… да. — Разве он не похож на меня? Тот, кто убил свою семью из-за недопонимания. — Хотя я всегда плохо ладил с семьёй, так что всё-таки у нас есть различие. — …. Как и предполагал император, Немезиус больше ничего не мог сказать. ---------- Круэл: Правда, Круэл: Судьба (4) Снег падал безостановочно, будто никогда не прекратится. Деон Харт брёл сквозь густую метель, капюшон давно слетел назад, но ему было не до этого. Он, наконец, дошёл до ворот особняка, где шум поднялся сразу — знак его возвращения. — Маркиз, Вы верну…?! — привратник не успел договорить. Колени Деона подкосились. Он рухнул — не потому что кланялся кому-то, а потому что тело отказало. Даже зная причину, невозможно было не удивиться. Один из охранников бросился к нему, но Ремемвер, появившийся, словно из воздуха, прошёл мимо и подошёл первым. — Маркиз. Старший дворецкий опустился на колени, не решаясь смотреть на господина сверху вниз, и произнёс своим привычным, старческим голосом. В его тоне не было ничего особенного, но Деона охватило странное чувство облегчения. — Вы меня слышите, сэр? Прошу, поднимитесь. На улице холодно. — …Ремемвер. — Да, разрешите проводить вас внутрь. Простите за дерзость. Ремемвер протянул руку, чтобы помочь, но замер, ощутив, как жарко тело маркиза. Лишь на миг. Он попытался его поднять, однако Деон сжал его плечи, цепляясь, как за последнюю опору. «…» Белые руки, вцепившиеся в дворецкого, дрожали. Сначала руки, потом вся фигура затряслась. Словно беспомощный ребёнок, ухватившийся за единственного знакомого взрослого, он выдохнул мольбу: — Ремемвер, Ремемвер… — …Да, маркиз. — Я, я…! Сдавленный всхлип вырвался наружу, почти срываясь в крик. Он думал, что сломался ещё в замке Короля Демонов, что внутри ничего не осталось. Но ошибся. Слишком нелепо — только теперь до него дошло. «Я сам погубил свою семью». Он убил свою семью. Или стал причиной их смерти. То ли от жара, то ли от накативших эмоций, всё плыло перед глазами. Мысли метались без порядка. Теперь он понял, зачем задал императору вопрос «почему». Он просто жаждал оправдания. Это не было каким-то мелким чувством предательства. Какой дурак доверял правителю, который должен был думать о всеобщем благе? Деон не был настолько наивен. Просто… «Если всё с самого начала было подстроено…» Ответ императора подтвердил: Король Демонов не лгал — герцог действительно всё подстроил. Значит, всё его существование с самого начала кем-то направлялось и использовалось. «Не слишком ли я жалок?» Одно дело — оказаться использованным по случаю. Другое — когда всю ситуацию подстроили, чтобы тобой воспользоваться. Из всех случаев «использования», только восьмилетнюю войну он считал собственным выбором. Он сам решил уничтожить свою семью, и сам сделал это. «Что за жизнь я вообще прожил…?» Даже это — было ли его решением? Пальцы начали неметь. Увидев, в каком он состоянии, Ремемвер прекратил наблюдать. Одной рукой он похлопал по спине, другой — поддержал затылок, слегка приподнимая его. Тух. — …! На фоне оцепеневших от шока стражников глаза Деона закрылись. Ремемвер, державший его безвольное тело, бросил взгляд на Дэна, наблюдавшего неподалёку. — Отнеси его в комнату. — …Да. С растерянным выражением, Дэн подошёл и поднял Деона на руки. Ремемвер проследил, как они скрылись в доме, а потом повернулся к стражникам. …Последствия нужно было ещё разгребать. Чтобы господин в открытую рухнул на колени и зарыдал… — Сегодня вы… ничего не видели. Поняли? — Да.… Да! *** Деон Харт закрылся ото всех в своей комнате. Он отказывался есть. Он не выходил, и еда, которую осторожно приносил Ремемвер, оставалась нетронутой, поэтому, в конце концов, её приходилось уносить. Тем не менее, он каким-то образом находил в себе силы периодически громить свою комнату, яростные звуки разносились эхом по особняку и создавали напряжённую атмосферу среди слуг. Он даже пытался задушить себя или повернуть на себя острые предметы, что несколько раз требовало срочного вмешательства Ремемвера. Сегодняшний день не стал исключением. — Маркиз, ну хватит уже. Пожалуйста, пожалейте этого старика и остановитесь. — Хах ха-ах– Ремемвер, предупреждённый личным помощником Деона Харта, бросился к нему, чтобы остановить своего хозяина от осколка стекла, направленного в сторону предплечья и вонзившегося в него. Его тело, ослабленное многодневным отсутствием пищи, почти не сопротивлялось, и его легко было обуздать. — Маркиз… Он знал, что Деон намеренно избегает жизненно важных мест, не в силах заставить себя умереть по-настоящему. Но как верный дворецкий он не мог стоять в стороне и смотреть, как его хозяин причиняет себе вред. Ремемвер тихо, почти неслышно вздохнул, забирая из рук Деона острый осколок стекла. — Этот старик не знает, что ты видел, что пережил и чему научился. — …… — Однако Вы не можете продолжать в том же духе вечно. Не тогда, когда Вы даже не желаете себе смерти по-настоящему. Он не знал, что привязывало его к жизни. Несомненно, то, чему он стал свидетелем, или правда, которую он раскрыл, одновременно приковывали его к жизни и заставляли желать смерти. — Так что, пожалуйста, одумайтесь. Вы должны жить дальше. — …… Дэн молча наблюдал за происходящим из коридора за открытой дверью. Состояние сломленного Деона Харта было поистине зрелищным. Шокирующим. «Я пришёл за Катастрофой». Что в нём говорило о Катастрофе? Он ожидал, что травма раскроет его сущность Катастрофы, но нынешний Деон Харт был просто слабым человеком, охваченным своими эмоциями и мечущимся по земле. Нигде не было и следа «бедствия». Он решил не сомневаться. «Неужели я ошибся в нём?» Наблюдая за этим, он, естественно, пришёл в замешательство. Тем временем Ремемвер уложил успокоившегося Деона на кровать и тихонько прикрыл дверь, уходя. Даже после того как Деон Харт исчез из виду, Дэн не мог сдвинуться с места. Только после того, как Ремемвер, чувствуя нарастающее нетерпение, призвал его уйти. *** Путаница разрешилась быстрее, чем ожидалось. Были ли это слова дворецкого или нет, но через несколько дней Деон пришёл в себя настолько, что смог выйти из своей комнаты. — Вы уже выходите? Разве Вам не следует отдохнуть больше? — …… Деон проигнорировал беспокойство Ремемвера и встал перед Дэном. Его лицо было осунувшимся, под глазами залегли тёмные круги, как будто он сильно похудел. Вся его манера поведения изменилась, а выражение лица было леденяще-пустым. Дэн на мгновение вздрогнул, а затем наклонил голову, почувствовав, что Деон хочет что-то сказать. — Маркиз…? — …… Ремемвер, бросив взгляд на обоих, незаметно провёл их в соседнюю комнату, подходящую для приватной беседы. Когда они остались одни, Дэн неловко пошевелился, нарушая молчание. — Вы чувствуете себя немного…? — его прервали. — Кто я для тебя? — …… Деон, молча наблюдавший за ним, наконец, заговорил. — Почему ты преследуешь меня? Он знал, что цель Дэна — следовать за ним, что ему нужна его тёмная сторона, а не светлая. Однако он понятия не имел: почему. Деон решил, что его дальнейшие действия будут зависеть от ответа Дэна. — …… Дэн, встретившись с потухшим взглядом Деона, замолчал. За то время, что он следил за ним и учился разным вещам, Дэн понял, что у него есть способности к ораторскому искусству. Он мог бы легко составить лестный ответ на этот вопрос, но… …он просто не хотел этого делать. — Человек, который разрушил мою жизнь. Он сказал чистую, неискажённую правду. Деон, казалось, был ошеломлён неожиданным ответом и на мгновение застыл. Дэн мягко улыбнулся. — И человек, который поможет мне достичь цели, самой главной цели. Он обижался на него, но в то же время он ему нравился. Он знал, что Деон ни в чём не виноват. Виновата бабка-шаманка, которая говорила неосторожные слова, жители деревни, которые безоговорочно верили в её слова, и, в конце концов, злобные взрослые, которые желали его смерти. «Но если бы тебя не существовало, моя жизнь была бы относительно спокойной. Ты бы не появился в будущем, предсказанном бабкой-шаманкой». Поэтому он обижался на него. Но в то же время Деон был ключом к возмездию против этих противных взрослых, что ему нравилось. То короткое время, что он провёл с Деоном, создавая торговую компанию и сталкиваясь с разными мерзкими личностями, только усилило это чувство. «Бедствие? Хорошо. Очень хорошо». Пусть этот прогнивший мир будет уничтожен. — …Пойдём со мной. После минутного молчания Деон протянул руку. Дэн был его истинным союзников, а не кем-то вроде императора или Короля Демонов. Иметь рядом такого человека, как он, было неплохо. Увидев багровый отблеск в глазах Деона, губы Дэна изогнулись в слабой улыбке. Инстинкт закричал. Это было то самое «бедствие», которое он так долго ждал. ……Ах. «Даже если я придумаю сколько угодно оправданий. Мне суждено быть твоим подчинённым, как и предсказывала шаманка. Да, по правде говоря, все причины, которые я придумывал для того, чтобы следовать за «бедствием», были довольно несущественны. Похоже, судьба действительно существует. Иначе я бы ни за что не чувствовал себя настолько ошеломлённым вашим нынешним состоянием». Дэн взял его за руку. Губы Деона растянулись в сухой улыбке. После своего буйства в комнате и последующей ругани со стороны Ремемвера, я тяжело переживал, как же мне поступить. «Что я могу сделать, чтобы искупить вину перед Круэлом?» Как искупить вину перед своим хёном и подавить желание умереть? После минутного раздумья, ответ стал мне очевиден. «Месть». [Ты должен жить дальше.] […Да, я должен жить дальше.] Давай отомстим. Убьём их всех. *** Затем Деон Харт спросил: — Ты и я. Мы встречались в прошлом, верно? Дэн кивнул. *** В начале восьмилетней войны. Дэн путешествовал со старейшинами деревни, следуя указаниям бабушки-шаманки. Она сказала, что деревню скоро охватит пламя, поэтому им нужно срочно перебираться в другое место. Юный Дэн запомнил только «необходимость переезда», а на остальное обратил лишь смутное внимание. Во время остановки на отдых во время их переезда, Дэн, как и другие любопытные и энергичные дети, незаметно встал, чтобы исследовать окрестности. Как сирота, потерявший родителей в раннем возрасте, Дэну было нетрудно ускользнуть: никто этого не заметил и не беспокоился. Пройдя по травянистым полям — не так далеко от места, где они остановились, — Дэн встретил окровавленного мальчика. — …… — ……Кха–. Он отхаркивал кровь. Вместо того чтобы говорить необдуманно, Дэн с осторожностью осмотрел мальчика. Белые волосы и красные глаза. Неестественно бледная кожа. Его глаза были похожи на кошачьи, и, словно кошка, он уставился на Дэна, ощетинившись, словно собираясь зашипеть. — …Кто ты? — …… Да, он не стал отвечать… Вместо этого он посмотрел на одеяние мальчика. Разглядеть это было трудно из-за крови, поэтому он не сразу узнал. Однако Дэн уже видел эту форму издалека. Форма обычного имперского солдата. Осознание этого факта заставило Дэна промолвить, не обращая внимания на свой собственный возраст. — Солдат? Такой маленький ребёнок, как ты? — …… Глаза мальчика сузились, в них читались недоверие и раздражение. — Хочешь умереть? Проваливай. — …У тебя острый язык. — Хочешь, я покажу тебе, какой он острый? Маленький ублюдок, если ты сейчас же не уберёшься, я отрублю тебе конечности и разорву твой поганый рот…. — Стой, стой! Прости, я виноват. ---------- Круэл: Правда, Круэл: Судьба (5) «Почему маленький ребёнок так грубо разговаривает?» «Так вот каково влияние войны? Кажется, я услышал от него ругательства более грязные, чем за всю свою жизнь вместе взятую…» Дэн побледнел и попятился назад. — …Ты уверен, что тебе будет хорошо одному? Ты выглядишь так, будто тебя бросили. И ты кашляешь кровью… — Мне нужно сказать это дважды? Я действительно отр… — А-а, ладно, я понял! Я пойду, серьёзно. Но его ноги не хотели двигаться. Как долго такой юный ребёнок сможет выжить в одиночку на этой войне? Его маленькое, хрупкое на вид тело и резкие черты в поведении говорили о том, что он прожил тяжёлую жизнь. Что-то в этом насторожило Дэна, заставив его замереть на месте. Он обернулся к мальчику, который настороженно наблюдал за ним. — Эй… та кровь, которую ты выкашлял, была следствием травмы или болезни? — Ты, ублюдок мелкий!.. — Если это болезнь, советую тебе спрятать её. — … — Ты ведь обычный солдат, верно? В драках между обычными солдатами всегда сначала бьют самого слабого. Однажды, путешествуя, он наблюдал за битвой в долине с вершины горы. — Неважно, проглотишь ты кровь или засунешь в рот тряпку, лучше её как-то спрятать. — … *** От лестницы послышались шаги. Ремемвер, стоявший в центральном холле, поднял голову и посмотрел на Деона и шедшего за ним Дэна. Атмосфера была такой, словно в ней что-то уладилось, и старик своим обычным игривым голосом произнёс. — Вы уходите? — Да. — А я как раз собирался учить его внутренним делам. Вы отбираете у меня талант. Я старею, где мне найти замену?.. Деон сухо усмехнулся над игривым ворчанием старика по поводу того, что он забирает Дэна. — Только собираешься его учить? Чему же Вы учили его до сих пор?.. — Только поверхностным вещам, бумажной работе на уровне помощника, а ключевая информация отсутствовала. Вначале я заставлял его работать с поддельными документами, чтобы проверить, не шпион ли он. — …Значит, Дэн изменил всю систему документооборота?.. — Даже просто работа с поддельными документами позволила бы человеку понять, как работает система. В этом смысле Дэн был отличным кандидатом в дворецкие. — …Я спрошу ещё раз, кто Вы, Ремемвер?.. — Дворецкий в доме маркиза Харта. — … Деон, не найдя подходящих слов, снова начал идти. Ремемвер окликнул его в спину, когда он проходил мимо, направляясь к двери. — Разве Вы не берёте с собой рыцарей-убийц? — Масштабные передвижения привлекают внимание. Кроме того, эти ребята не смогли бы двигаться тихо, даже если бы от этого зависела их жизнь… — Это правда. — Тогда я пойду… — А как же сэр Лиен? Разве Вы не возьмёте её? Деон сделал паузу, повернув голову и посмотрев на Ремемвера. — Она слишком праведна. Она не подойдёт туда, куда я собираюсь. Вы же знаете. «Не спрашивай о том, что уже знаешь». Несмотря на раздражённый тон, Ремемвер добродушно улыбнулся и мягко обратился к Деону, который выходил за дверь. — Я искренне рад, что Вы поправились. Поколебавшись лишь мгновение, Деон ушёл, не оглядываясь. Дэн, который наблюдал за происходящим, поклонился Ремемверу и быстро последовал за Деоном. — … — Я бы хотел кое-где остановиться, прежде чем мы отправимся в путь. — …Я не буду спрашивать, куда мы едем. Деон, ослабивший поводья лошади в конюшне, взглянул на Дэна. Его красные глаза, излучающие жуткое чувство, внимательно изучали выражение лица Дэна. Дэн спокойно улыбнулся. — Потому что я думаю, что знаю. — …Итак, где ты хочешь остановиться? *** Жители маленькой горной деревушки собирали свои вещи, готовясь к переезду, когда замерли от неожиданного появления незваных гостей. — Это здесь? — Да. Обычно это тихое место, но сегодня здесь царит хаос. Как будто… они собираются съезжать. Человек, которого бабушка-шаман назвала «катастрофой», и Дэн, который должен был стать «сообщником катастрофы». Дэн положил руку на меч и стал внимательно осматривать людей. Он нашёл того, кого искал, и ухмыльнулся. Он подошёл к пожилой женщине, дрожащей от страха и гнева. — Давно не виделись. — Ты… ты…! — Я просто внезапно вспомнил. Я хотел в последний раз увидеть твоё лицо, прежде чем исполнить твоё пророчество. Улыбка Дэна исчезла. — Почему ты дрожишь? «Как нагло». Он сделал ещё один шаг к ней с леденяще-пустым выражением лица и опустил голову, чтобы прошептать бабушке на ухо. — Это ты сделала меня таким. «Тебе не следовало говорить такие вещи так беззаботно. Посмотри, каким я стал». Не зря шаманы не решались говорить о будущем. Дэн улыбнулся, показывая ей последствия нарушения негласных правил шаманов. — Я не стану тебя убивать. Ты должна остаться в живых и увидеть, как я исполню твоё пророчество. — … — Итак, проживи остаток своей жизни, утопая в чувстве вины. «Пусть ты проживёшь жизнь, захлёбываясь в чувстве вины, и в свои последние мгновения умрёшь мучительнее, чем кто-либо другой». Его слова были подобны лезвиям. Несмотря на то, что они были обращены не к нему, Деон почувствовал острую боль в сердце и закрыл глаза. — …! — …Что такое? Глаза Деона распахнулись. Он схватил руку, которая собиралась коснуться его плеча, и с раздражением посмотрел на человека. Это была Ран: та, кто помогла ему. Он не держал на неё зла. Иначе бы уже пронзил её своим клинком. Ран пристально смотрела на Деона, не пытаясь отдёрнуть запястье. Как раз в тот момент, когда Деон собирался огрызнуться, она прошептала слишком тихим голосом, чтобы остальные могли услышать. — Будь осторожен со своими глазами. — …Глазами? Глаза? О чём это она вдруг заговорила…? И было непонятно, имела ли она в виду это фигурально или буквально. Ран не могла не заметить вопроса в выражении лица Деона, но она сделала вид, что не заметила его, постучав по руке, держащей её запястье, чтобы дать ему знак отпустить её, и быстро скрылась в толпе. «…Нет смысла давить на неё». Поскольку Ран опытный колдун, Деон запомнил её слова. Он повернул голову, чтобы посмотреть на Дэна. Тот стоял в трёх шагах от дрожащей бабушки и смотрел в его сторону. — …Ты закончил? — Да. — Тогда пойдём. Так же внезапно, как и появились, эти двое исчезли. Ран, двигаясь гораздо быстрее, чем раньше, смешалась с людьми, покидающими деревню, и смотрела, как они уезжают на лошадях, бормоча про себя. — Надеюсь, ты не совершишь слишком много грехов. Хотя, вероятно, это было просто принятие желаемого за действительное. *** Командир 0-го корпуса привёл человека! Среди слухов и новостей, которые ходили по замку Короля Демонов из-за войны, этот слух затмил все. Если бы человек, которого он привёл, был пленником или заложником, это не вызвало бы такого ажиотажа. Но все видели, что этот человек должен был стать помощником командира 0-го корпуса, и демоны были в ярости по разным причинам. [Я даже не был прислужником, а какой-то человек собирается стать его помощником?] [Я не прощу этого во имя Церкви Демонов!] [Отставить!] Некоторые завидовали. [Если Демон-ним лично привёл его, насколько же он компетентен?] [Он даже человек. Я никогда не видел нормального человека, кроме Демон-нима, который не был бы незваным гостем]. [Я бы хотел поговорить с ним, если это возможно]. Некоторые демоны проявили чистое любопытство. [Привести человека в замок Короля Демонов?] [Демон-ним — особый случай, но другие люди…] [Раз уж Демон-ним привёл его, то о его убийстве не может быть и речи. Разве мы не должны просто прогнать его?] Некоторые демоны проявили консервативные наклонности, выражая своё беспокойство. И Деон Харт, горячая тема в замке Короля Демонов, вызвавший все эти реакции… — Я слышал, что твоя температура спала, но действительно ли ты чувствуешь себя лучше? …стоял перед Королём Демонов один, оставив Дэна за дверью. Деон грубо кивнул в ответ, затем опустил голову, сжимая и разжимая кулаки, и снова посмотрел на Короля Демонов. Его красные глаза, лишённые жизни и тщательно скрывающие эмоции, на долгий миг встретились с обращёнными на него глазами Короля Демонов. Низким голосом он медленно произнёс. — Давным-давно один колдун предсказал моё будущее. — Хм… то, что ты мне это рассказываешь, означает, что оно сбылось? — Да. «Если говорить честно, то да». Король Демонов, удобно откинувшись в кресле и скрестив руки, с интересом потрогал свой подбородок. — Пророчество. — … — Чтобы было понятно, пророчество отличается от видения будущего. Пророчество — это Абсолют, то, что нельзя изменить, что бы вы ни делали. Видение будущего изменчиво, оно может быть изменено в зависимости от ваших усилий. — Пророчество — это будущее, которое видят и произносят те, кто может нарушить правила Мира. Вот насколько они абсолютны. — Значит, этот колдун был… — Кто-то достаточно искусный, чтобы нарушить правила Мира, если бы захотел. Весьма впечатляюще для человека. Разговор продолжался, не имея ни смысла, ни ясной цели. Любой другой на его месте прервался бы и спросил, в чём суть, или раздражился бы, но терпеливый Король Демонов радостно встретил слова Деона с блеском в глазах. Деон, осознавая это или нет, опустил взгляд, словно задумавшись на мгновенье, а затем медленно задал вопрос. — Значит ли это, что ты так же можешь создавать пророчества? Король Демонов — самый яркий пример существа, способного нарушить правила Мира. Король Демонов приподнял бровь, услышав обращение «ты», и усмехнулся, как будто это было абсурдно. — Конечно. Не только я, все демоны по умолчанию могут создавать пророчества. Раса, которая родилась из ошибок Мира и которая игнорирует намерения Мира, — раса демонов. Рождение от силы Короля Демонов уже доказывало их способность нарушать мировые правила. Если само их существование было таким, то что ещё можно сказать? Деон нахмурился, словно не мог понять. — Но… Я никогда не видел, чтобы демоны делали пророчества… — Просто мы этого не делаем. Какой смысл видеть будущее, которое ты не можешь изменить? В этом нет никакого удовольствия, не так ли? Даже попытка изменить пророчество становится основой для его исполнения. Лучше вообще не делать пророчеств, чем испытывать такое неприятное чувство. Что ещё важнее. Король Демонов посмотрел на Деона и радостно улыбнулся. «Он всегда придерживается сути и сводит к минимуму светские беседы. Что на него нашло?» Это тоже было неплохо, вернее, стало ещё интереснее, так что он не жаловался. Деон сделал небольшую паузу, как бы переходя к главному, и медленно заговорил. — Раньше… когда мы поймали кандидата в Герои, проникшего в замок Короля Демонов, ты сказал, что я могу отложить награду, поскольку не хотел ничего получить сразу. Ты помнишь это? — Конечно. — Я хочу использовать её сейчас. — Как пожелаешь. Король Демонов с готовностью кивнул. В его глазах читался неподдельный интерес, но, поскольку это не показалось ему опасным, Деон без колебаний произнёс: — Пожалуйста, полностью уничтожьте Империю. — …Что? Глаза Короля Демонов расширились. Деон продолжал говорить, ни на что не обращая внимания. — Я думал об этом. Как лучше всего отомстить герцогу и императору? Что дороже всего герцогу? Что больше всего ценит император? — Империя. Император всегда говорил, что Империя — это он сам. Уничтожить Империю будет то же самое, что уничтожить Императора. Мне нужно будет подробнее разузнать о герцоге, но, вероятно, он тоже ценит Империю. Герцог, похоже, нацелился на трон императора. Значит, полное уничтожение Империи будет равносильно мести им обоим. «Если цель уничтожения Империи будет достигнута, их жизни легко попадут в мои руки. Окончание их жизни моими собственными руками сделает месть почти идеальной». — Поэтому я смиренно прошу тебя об этом. Пожалуйста, полностью уничтожь и растопчи Империю, чтобы они никогда не смогли оправиться. — …Ха-ха! — … — А-ха-ха-ха-ха! Ха-ха-ха-ха-ха!! Никогда бы не подумал, что ты используешь награду так! Превосходно! Мне нравится! В конце концов, Король Демонов не смог подавить свой смех и разразился хохотом. «Воистину, лучше не бывает! Какая удивительная просьба! Как и ожидалось, я выбрал лучшую игрушку!» — Ты сказал, что тебе нужно больше информации о герцоге? Ради такой цели можешь расследовать всё, что захочешь! Я помогу тебе! — Для такой цели?.. «Упс, я слишком разволновался и допустил промах, не похожий на себя». Он нацепил яркую улыбку и быстро добавил. — Эта просьба слишком велика по сравнению с твоими достижениями, понимаешь? — Да. Это не та просьба, которую можно выдвинуть только за захват кандидата в Герои. — Я собираюсь покорить царство людей. Глаза Деона Харта потемнели, когда он понял намерения Короля Демонов. Он опустился на одно колено, склонив голову в знак покорности. — …Со всей душой и сердцем буду следовать за тобой. — Хорошо. Глупый человек. Если император — злой человек, то дьявол — лицемер. Императора снаружи соответствует своему внутреннему миру, но Король Демонов снаружи и внутри — разный. По сравнению с грехами Короля Демонов, грехи императора — не более чем светлячки перед полной луной. Глаза Короля Демонов кривятся в улыбке, скрывая его истинные мысли. Наконец-то. После долгого терпения. Игрушка попала в мои руки. ---------- Деон Харт, Предатель Человечества (1) Я получил полномочия командовать непосредственно от имени Короля Демонов. Я также вызвался заняться оформлением документов. Возможно, из-за того, что в последнее время всё шло так хорошо, Король Демонов с готовностью принял Дэна. [Раз уж его привёл ты, где-нибудь он точно пригодится.] Достаточно было получить разрешение. Неважно, материальное это или духовное, — я проигнорировал последовавшее за этим бормотание. Я также попросил провести расследование в отношении герцога. Зная о ситуации, Король Демонов занялся им лично. А я? «Если главнокомандующего воспринимают как шутку, командование и контроль не будут работать, как должны». В прошлом я мог позволить себе роскошь думать, что в случае возникновения проблем я могу просто сбежать в Мир Людей, но теперь у меня нет другого выхода. Итак, я подумал. «Я не должен выглядеть слабым». Если я буду выглядеть слабым, я умру. Демоны смотрят на мою физическую выносливость и боевое мастерство как на нечто отдельное. На самом деле, таковы демоны, так что я легко это принял. Вот почему они так осторожны со мной, несмотря на то, что я проявлял признаки слабости, такие как кровохарканье. Но теперь, когда я полностью перешёл на сторону Короля Демонов и участвую в битвах, они будут видеть меня каждый день и часто сражаться со мной бок о бок. «Демоны, может, и туповаты, но они не глупы». Они, вероятно, поймут, что Деон Харт не так силён в бою, как они думали. Если этот факт всплывёт, последствия будут очевидны. Я упаду на самое дно иерархии демонов, и должность главнокомандующего, которую я с трудом получил, потеряет смысл. Было ясно, что демоны не проявят милосердия к «человеку» более низкого ранга. Причина, по которой я до сих пор оставался на вершине иерархии демонов, заключается не только в защите Короля Демонов, но и в том, что меня признали сильным. «Поэтому я сведу сражения к минимуму». Даже если я буду драться, я не стану задерживать битву, заканчивая всё быстро. Я буду действовать как можно более жестоко, чтобы пугать не только врагов, но и своих союзников. Я никому не позволю анализировать меня. Поэтому они не смогут даже предположить, что я могу оказаться слабым. «Поскольку я не могу проявлять подавляющую силу, мне нужно проявлять подавляющий страх». Демоны, которых подавляют силой и которые устанавливают свою иерархию с помощью силы, естественно, предполагают, что причиной страха также является «сила». «Также мне не следует дружить с демонами». Привязанность и страх — противоположные свойства. Когда сталкиваешься со страхом, привязанность ослабевает, а когда страх уменьшается, становится легче развивать привязанность. Кроме того, если привязанность крепка, то при столкновении со страхом, он может исчезнуть.... Для меня связь с демонами — это яд. «Создам неприступный образ». К счастью, мой образ уже был таким, к которому людям было нелегко приблизиться, так что проблем не возникло. «Раньше я сталкивался с непреднамеренными недопониманиями и заблуждениями». Пора делать это намеренно. Недостаточно делать всё так, как я делал раньше. Мне нужно быть неприступным и возводить стены ещё выше, чем раньше. Все эти действия, в конечном счёте, направлены на то, чтобы не дать им усомниться в моей силе. «Им даже в голову не придёт сомневаться в положении того, для кого находится на вершине — так же естественно, как дышать». Так совпало, что Деон Харт вспомнил только об одном человеке: «Стигма Примьеро». Пришло время использовать то, чему я научился у него. *** Зима пролетела в одно мгновение. Так много всего произошло к тому времени, когда растаял снег и начала пробиваться трава. Прошло совсем немного времени, но события, которые разворачивались, были настолько абсурдными, что Пол с недоумением уставился на только что распустившиеся почки на деревьях за окном. — Самая последняя нелепая новость, которую я услышал… то, что Деон Харт был на стороне Короля Демонов. Сначала он подумал, что это просто беспочвенный слух. Дело в том, что Деон Харт был героем, настолько преданным императору, что его называли «собакой императора». Даже император очень дорожил им, так кто же осмелится предположить его предательство? — Но это оказалось правдой. Как только появилась эта новость, как по команде было объявлено о смерти четвёртого героя, Круэла Харта. Одной из деталей было то, что последним, кого видели с ним, был Деон Харт. Люди, наконец, сложили все в обстоятельствах и впали в шок. [Деон Харт убил Круэла Харта.] [Если быть точным, он убил его и сбежал в Царство Демонов.] Никто в этом не сомневался. Деон Харт очень сильно ненавидел Круэла Харта. Он открыто демонстрировал свою враждебность, не скрывая её, поэтому все знали о ненависти Деона Харта к Круэлу Харту. — Время объявления этой новости слишком тщательно продумано, чтобы не вызывать подозрений… но давайте пока не будем об этом. Эта новость повергла континент в смятение. Предатель небес, который даже убил своего последнего кровного родственника. Предатель человечества, который отвернулся от Мира Людей и перешёл на сторону Царства Демонов. Это было поистине чудовищное преступление. Почти все были в шоке. Большинство не могли сдержать своего гнева из-за его преступления, а некоторые даже кричали, что его нечеловеческая внешность подходит приспешнику Короля Демонов. Слухи, наполненные всевозможной злобой, утверждали, что он с самого начала был на стороне Короля Демонов, но вскоре утратили правдивость и исчезли. В результате Деон Харт стал всеобщим врагом. — И ещё одно важное событие… Щелчок. Услышав звук открывающейся двери, он убрал руку с подбородка и посмотрел вверх. Мистер Ирам, один из верных сторонников хёна Дэниела, вошёл, потирая усталые глаза. Пол слабо улыбнулся и махнул рукой. — Ты здесь? — Да, и я немного устал. — Хм… ты что, снова поссорился с лидером? Я думал, к этому времени мы будем более слаженны. — Слаженны? Новички пытаются обеспечить себе долю в будущем, подавляя других, а оставшиеся пытаются защитить свои собственные интересы. О какой слаженной работе может идти речь? Кроме того, я не официальный лидер, а лишь временно исполняю обязанности… Он неловко рассмеялся и сделал вид, что не расслышал тонкого замечания, произнесённого вполголоса. — Я думал, что хён убрал весь мусор, но, похоже, это не так. — Если бы мы попытались избавиться от всего мусора, то исчезла бы не половина, а 90%. Тогда было бы трудно поддерживать существование Революционной Армии, и нам пришлось пойти на компромисс. Тем не менее, Дэниел, позаботившись о действительно неприятных кусках мусора, сделал мою работу более терпимой. — Это хорошая новость. — …Очень хорошая. На этот раз в глазах Ирама появился острый блеск, когда он посмотрел на Пола. Пол не мог неправильно истолковать значение его взгляда, и как раз в тот момент, когда он собирался попытаться уклониться от него, в него были брошены прямые слова, словно запрещающие дальнейшее увиливание. — Пол, Дэниел назначил тебя своим преемником. — …Я знаю. Пол сделал паузу, прежде чем слабая улыбка коснулась его губ. ...Ещё одним важным событием стала смерть Дэниела, лидера-основателя Революционной Армии. Да, Дэниел был мёртв. Даже умирая, он сделал это не просто так. Он заметил предательство герцога и использовал себя и часть Революционной Армии в качестве приманки для ответного удара, полностью разорвав связь между Революционной Армией и герцогом. Благодаря этому поводок Революционной Армии, который был натянут после их союза с герцогом, наконец-то исчез. Как только эта новость распространилась, Пол быстро предпринял действия, чтобы превратить Дэниела и отбросов общества, погибших вместе с ним, в героев. — Если бы я не начал действовать первым, другие лидеры, несомненно, указали бы на недальновидность хёна, пожертвовавшего половиной сил Революционной Армии, и попытались бы замять дело о «Поле как втором главе». Они бы не посмели принижать значение героев Революционной Армии. Было неприятно, что отбросы почитались как герои, но ему нравилось, что хён стал героем. Пол, который превосходно поддерживал волю Дэниела и его позицию, слабо улыбнулся Ираму, который изо всех сил пытался управлять Революционной Армией, уже проявляющей признаки раскола, и бороться с лидерами, давившими на него, чтобы он не оставлял место главы пустующим слишком долго. — Я официально вступлю в должность завтра. Но, пожалуйста, дай мне сегодня выходной. — Ситуация сложная…. — С этого момента я буду занят, и есть кое-кто, кого я хочу увидеть в последний раз, пока у меня есть такая возможность. Нетрудно было догадаться, кто это был. Ирам потёр лоб. — Дэниел и ты действительно…. Ученик был в точности похож на своего учителя. Почему они должны быть похожи в таких бесполезных вещах? — …Я не буду тебя останавливать, но ты теперь важная фигура, так что возьми с собой охрану. — Да. *** После того, как Церковь Спасения рухнула, Сиа вернулась к своей жизни в трущобах. Жизнь висела на волоске. Независимо от того, умрёт она сегодня или завтра. Даже когда она заключала бессмысленное пари с самой собой, спасение чудесным образом приходило как раз в тот момент, когда она была на грани смерти, и она отчаянно цеплялась за жизнь. Если она голодала слишком долго, ей давали еду; если она заболевала, ей давали лекарство. Человеческое стремление к выживанию поистине сильно, и даже у неё, не имевшей желания жить, в конце концов, не оставалось другого выбора, кроме как протянуть руку за сомнительным спасением. И. Сегодня тоже были люди, которые издали наблюдали за ребёнком, вяло уткнувшимся лицом в колени. «Она, кажется, не больна, и вроде бы что-то поела, но, самое главное, она жива…» Он не знал, можно ли назвать это безопасной жизнью, но он был рад, что она жива и здорова. «В будущем я не смогу часто приезжать, поэтому мне нужно видеться с ней как можно чаще». У него во рту появился горький привкус. Он хотел, чтобы у Сии была цель в жизни, но Пол не имел права давить на неё. Он уже повёл её по пути разрушения вместе с Церковью Спасения. — С ней всё в порядке, хватит. Давай вернёмся. После того, как Пол ушёл, он долго стоял там, наблюдая за ребёнком, и кто-то появился перед Сией. — ──. Прозвучало неразборчивые слова. Сиа, которая до этого сидела неподвижно, вздрогнула и подняла глаза, как будто что-то привлекло её внимание. — ...Церковь Демонов? Ребёнок, который попал в ловушку псевдорелигии и ещё не избавился от неё, проявил интерес к новой религии. *** — …Церковь демонов? Какая-то псевдорелигия, которая поклоняется демонам? Герцог ухмыльнулся, услышав злобу, которая сквозила в названии. — Когда тигр уходит, лиса играет роль короля… Теперь, когда Церковь Спасения почти исчезла, ранее неизвестная псевдорелигия начала процветать… …… — Мы не можем проиграть. Активно увеличивайте число членов Церкви Спасения. «Мы должны сообщить им, что тигр все ещё жив». Очевидно, что тигр жив, только притворяется мёртвым и затаился на некоторое время. Как смеет лиса пытаться играть роль короля на территории тигра? — Религия, которая поклоняется демонам в такой ситуации… Зачинщик очевиден. Это, должно быть, Царство Демонов. Уголки его губ приподнялись в асимметричной улыбке. — Давайте устроим настоящую религиозную войну. «Давайте посмотрим, кто сможет привлечь больше последователей». Даже произнося это, герцог был уверен в победе. Сколько людей обратилось бы к религии со зловещим названием? Особенно, если противоположная религия носит в название «Спасение» и в прошлом совершала добрые дела. Сердца людей, естественно, склонялись бы к последней. Вот почему герцог мог непринуждённо улыбаться. *** Герцог что-то упустил из виду. В глазах простых людей Церковь Спасения уже однажды потерпела неудачу. Даже если тигр жив, если у него нет ни когтей, ни зубов, и он едва держится за жизнь, как он может защищать свою территорию? Было бы лучше привязаться к энергичной лисе, которая вторгается на его территорию и заявляет о своих правах. Религия, которая уже потерпела крах однажды, вполне может потерпеть крах во второй раз. Простолюдины хотели религию, на которую они могли бы положиться, и Церковь Спасения больше не подходила для этого. Но как насчёт Церкви Демонов? [Само название звучит убедительно.] [Это так просто не разрушится.] [Они также раздают еду, как и Церковь Спасения.] Во-первых, «Церковь Демонов» — это не лиса. Если сравнивать, то это животное, которого они никогда раньше не видели, и личность которого неизвестна. Поскольку его личность неизвестна, они не знают о его силе. Сильнее ли оно тигра? Заслуживает ли оно доверия? Каков у него темперамент? Они ничего не знают, поэтому полны надежд и имеют основания ожидать. [Тогда не нужно колебаться.] Большинство из тех, кто скучал по хорошим воспоминаниям о Церкви Спасения, и тех, кто полностью отказался от религии, отправились в Церковь Демонов. Вопреки ожиданиям герцога о безоговорочной победе, ситуация была непростой. *** — Риринель, ты даже не участвуешь в войне, почему ты выглядишь такой занятой? — Я занята делами Церкви Демонов, так что проваливай, ты, невежественный и уродливый командир 9-го корпуса! Ты даже не член Церкви Демонов! — ……. ---------- Деон Харт, предатель человечества (2) Словно всё прежнее было лишь шуткой, армия Короля демонов всерьёз начала наступление на столицу Империи. Главнокомандующий — командир Нулевого корпуса Демон Арут. Какое выражение было у тебя на лице, когда вскоре после этой новости ты услышал, что один из городов Империи пал перед армией дьявола? [Ты наконец стал героем. Поистине занятно. Остаётся лишь восхищаться тем, что братья стали героями бок о бок.] [Я бесконечно благодарен.] [Все, кто до сих пор становились официальными героями, получали от меня то, чего желали. Для тебя я не могу сделать исключение. Есть ли у тебя желание?] Забавно. [Если нет, подходящий титул и деньги…] [У меня есть просьба.] Император в итоге вспомнил не Деона Харта, а Круэля Харта. Слова глупого человека, который не смог возненавидеть и выбрал принять того, кто вырезал его семью у него на глазах, ярко всплыли в памяти. Император тихо закрыл глаза. [Я осмелюсь предположить, что думает обо мне Ваше Величество. Поскольку я человек герцога, вы должны насторожиться. Вы можете сохранять бдительность. Вам не нужно верить мне. Нет, я явно человек, которым можно манипулировать, поэтому вам лучше не верить мне.] […Слишком длинная речь, тебе не свойственная. Какая просьба?] В день, когда родился четвёртый герой Империи, на личной встрече с императором. [Так же, как вы выслушали просьбу третьего героя, я осмелюсь просить вас не вмешиваться, пока я закрываю глаза ребёнку, которого привёл.] […] [Эта просьба будет полезна и Вашему Величеству.] Жертва — ради виновника. Он преклонил колени перед сторонним наблюдателем. Император, ставший персонажем в комедии, над которой невозможно смеяться, внезапно понял, о чём думал Круэль Харт. Он пытался ослепить Деона Харта, чтобы тот не узнал правду. Вина за убийство невиновной семьи должна была быть столь тяжёлой, что он захотел бы покончить с собой. «Если это случится, он не поймёт, что его жизни угрожает опасность». Он пытается выставить себя наживкой? Деон Харт, ненавидящий семью, будет одержимо целиться в голову Круэля Харта и не получит времени усомниться в правде. Хотя было ясно, что ощущение, когда любимый родственник целится в твою голову, должно быть ужасным, Круэль Харт пытался защитить младшего брата всем, что имел. Это было странно. Истории о людях, жертвующих собой до такой степени, казались императору далёкими рассказами из книг. Возможно, именно поэтому он заподозрил, что слаб перед «Хартами», и дал ему ещё один шанс, как когда-то Деону Харту. [Как ты сказал, это просьба, полезная мне. Разве ты не мог представить её как «предложение», а отдельно попросить то, чего хочешь?] [Я не хочу ничего другого.] […Это ужасно.] Он проявил милость, насколько мог, а ответ получил ужасный. [Хорошо. Я приму твою просьбу. Но одного этого недостаточно, чтобы соответствовать имени героя, поэтому я дам тебе дополнительное богатство. Вдвое больше, чем получали другие герои.] [Богатство мне не нужно.] [И снова просьба, полезная мне. Я также помогу закрывать глаза Деону Харту, пока выгода не обернётся потерей.] […Благодарю.] [Благодарить не нужно.] Он спокойно поклонился. [Не благодари, а прими уверенно. Среди того, что я решил дать тебе, нет ничего такого, ради чего ты должен унижаться. Я собирался ослеплять Деона Харта и без твоей просьбы, а богатство — моя награда за то, что я не дарую тебе титул. Раз ты сам назвал себя человеком герцога и велел мне быть настороже, я не могу легко дать тебе титул.] Теперь, вспоминая это, Круэль Харт мог попросить «закрыть мне глаза» вместо просьбы «остаться в стороне». Он не был глуп, значит должен был знать этот вариант. И всё же, если он выбрал «не вмешивайтесь» и принял потерю… «…Он упрекал меня». Катастрофа рода Хартов произошла из-за бездействия императора. Даже так, это был тонкий способ ударить его. Вежливо, достаточно тонко, чтобы тупой человек не заметил. Император не увидел нужды указывать на это и сделал вид, что не заметил. […В итоге я так ничего тебе и не дал. Правда больше ничего не желаешь?] [Этого достаточно. Благодарю.] На безэмоциональном лице, по которому невозможно было понять мысли, появилась слабая улыбка. Столкнувшись с зелёными глазами, где тепла было так же мало, как и в улыбке, император остановил дальнейшие слова, вздохнул и махнул рукой. [Я точно дал тебе шанс. Раз ты сам его отбросил, заранее скажу: потом сожалеть будет бесполезно. Уходи.] С тех пор произошло многое, прошло много времени, но воспоминания остались отчётливыми. Возможно, потому что тогда он лично испытал: есть вещи, которые не может дать даже император. Раньше он знал это только умом. Но. «В итоге твои усилия провалились». Деон Харт узнал правду. Разве не счастье, что вместо того чтобы сразу покончить с собой, он выбрал цель для мести и бросился вперёд? По крайней мере, до мести он не умрёт. Он добровольно взял клеймо предателя человечества, встал на сторону мира демонов и направил меч на Империю. Цели мести, скорее всего, — герцог и император. «Это стало хлопотно… но по крайней мере Деон Харт не умрёт сразу. Думаю, я сделал всё возможное, чтобы почтить тебя — того, кто служил другим до самого конца». В тот миг, когда Деон Харт пришёл к нему и спросил, знал ли он, император вынужден был понять: Круэль Харт мёртв. Он умер за Деона Харта. Поэтому тот и пришёл почти безумным. Вот почему. Это была необычная прихоть. «Для императора — глупый поступок». Он и сам это знал. Но что поделать с желанием воздать должное человеку, служившему другим до конца? Возможно, он хотел смягчить чувство поражения от того, что ничего не дал ему при жизни. Или заранее извиниться, предвидя дальнейшее, потому что понял, кто виновник смерти Круэля. «И всё же в итоге это прихоть». Кто-то удивится: слово «каприз» не подходит императору. Но если знать правду, ничего удивительного нет. Потому что сам император — воплощение противоречия. Это человек, который обтесал и раздавил себя, чтобы соответствовать должности императора, к которой был не приспособлен. Поэтому между ним как «Императором» и им как «Эдоардо Дезертом» существовала значительная пропасть. Золотая корона и мантия монарха не делают «истинного императора». Точно так же, даже изменив тон и ведя себя соответственно трону, в конце концов он оставался Эдоардо Дезертом. В критические мгновения его природа внезапно подавляла разум. Это рождало противоречия и приводило к прихотям. «Цена слишком высока для прихоти». Но что делать, если всё уже случилось? Он не собирался сожалеть, значит нужно двигаться, чтобы исправить ситуацию. Услышав, что город пал, он взял меч. Если бы не известие о визите важных гостей, приказ уже двинулся бы в район, где шло сравнительно лёгкое сражение. …Если бы не «весть о визите высоких гостей». — …Итак. Император, сидевший за роскошным круглым столом и поглаживавший тыльную сторону левой руки, перевёл золотые глаза на двух высоких гостей, пришедших к нему. Круглый стол означал равенство положений. Моменты, когда этот стол ставили там, где сидит император, можно пересчитать по пальцам одной руки. — Интересно, с чем король Горного королевства и король Рвече пожаловали сюда. Естественно, за круглым столом могли сидеть монархи стран. Император смотрел на двух королей, которые обменялись взглядами, будто выбирали слова, и неспешно перебирал в голове информацию. Горное королевство и Рвече — союзники. Раз два союзника пришли вместе, их цель очевидна. «Предложение союза? Умно». Он слышал, что король Горного королевства взошла на трон благодаря блестящему уму, и, похоже, она быстро уловила ситуацию. Для Империи и Рвече было бы выгодно заключить союз против мира демонов. Нет, им просто придётся связать себя узами союза. У Империи отличная военная мощь, у Рвече — богатое королевство с изобилием припасов. А у Горного королевства? «Голова лидера. Вот и всё». Даже если они будут молчать, союз между Рвече и Империей когда-нибудь всё равно оформится. С точки зрения Горного королевства лучше взять инициативу и показать собственную значимость. К тому же они союзники Рвече. Даже если бы оставались на месте, их связали бы через Рвече, но естественно, что право голоса и прямая связь будут сильнее. Военная мощь Империи, материалы Рвече, а сверху — Горное королевство. Когда император, просчитавший ситуацию, внутренне восхищался быстрым решением правительницы Горного королевства, она обменялась взглядом с королём Рвече, почти незаметно кивнула и посмотрела на императора. — Как король Горного королевства и союзник Рвече, я хотела бы сделать предложение. — Ожидаемо, но на всякий случай выслушаю. Какое? — …Как насчёт заключить союз? Я знал. Император не стал отвечать сразу и расслабил позу, словно хотел сначала выслушать. Будто не ожидая немедленного ответа, она продолжила убеждать без малейшего смущения. — Эта война — война между миром демонов и миром людей, а не между миром демонов и Империей. Возможно, Империя должна стоять на передовой против мира демонов, но разве правильно, чтобы Империя одна сражалась с ним? Для короля, отвечающего за страну, и для человека это было естественно. Король Горного королевства улыбнулась, описывая положение Империи. До войны с миром демонов император вёл завоевательную войну, вызвав настороженность и гнев всех королевств. Из-за его скандального поведения короли разных стран не спешили помогать. А теперь один город пал в руки армии Короля демонов, и нынешняя Империя отчаянно нуждалась в поддержке. «Значит, на этот раз не нужно сгибаться». Обычно в союзе уступает тот, кто предлагает первым, но эта ситуация выгодна. — Нужно объединить как можно больше стран. Идеально было бы, если бы все королевства человеческого мира соединили силы, но это трудно. Значит, остаётся собрать столько стран, сколько возможно. — Значит, в этом причина ваших недавних действий. Королева Ёнхва из Горного королевства вместо ответа улыбнулась. Император наверняка слышал, что недавно Горное королевство и Рвече мирно поглотили по нескольку малых королевств. Особенно, не зная, какой трюк был использован, он наверняка знал, что за короткий срок число вассальных королевств Горного королевства выросло до трёх. Благодаря этому можно сказать, что основные королевства человеческого мира практически были сведены к четырём. «Не просто так она подчеркнула “войну между миром демонов и миром людей”, а не заговорила о синергии военной мощи Империи и ресурсов Рвече». Предложение союза нельзя делать легкомысленно. В процессе создания союза и даже после него идёт тонкая борьба за преимущество, и король, отвечающий за судьбу страны, естественно, должен тщательно подготовиться. Империя может похвастаться военной силой, Рвече — материалами. А Горное королевство? «Если нечего показать, остаётся создать это». Военная мощь средняя, производство различных материалов тоже среднее. И всё же в какой-то момент Горное королевство начали неофициально называть южной империей. Причина была одна: выдающиеся способности монарха. Нынешнее Горное королевство имело странную структуру — оно ненормально сильно зависело от одного короля. «К счастью, одно королевство было легко убедить, потому что я помогла его королю в борьбе за трон…» Другое королевство быстро уступило после умеренного запугивания и уговоров, ещё одно склонилось после лёгкой угрозы. Так она создала карту, которую Горное королевство могло предъявить. Королевство Тэхон она тоже пыталась оставить вассалом, но Рвече, вероятно почувствовав опасность, быстро забрало его себе. И всё же этого достаточно. «По крайней мере, нас не смогут прижать без сопротивления». Поскольку ранее была подчёркнута и важность единства внутри человеческого мира, возможность императора сравнить Горное королевство и Рвече, подавив Горное королевство ради преимущества, тоже была заблокирована. На стартовой линии, где они были в какой-то мере равны, она высоко подняла голову и сказала: — Да. Если Горное королевство, Рвече и Империя заключат союз, три четверти человеческих королевств объединятся. Эсперанес — очень маленькое и по природе закрытое королевство, так что, если считать, что его нет, фактически объединятся все королевства. — … ---------- Деон Харт, предатель человечества (3) Отказываться не было причины. Изначально он и не собирался отказывать. Какой бы Империя ни была, в одиночку сражаться против мира демонов она не сможет бесконечно. Король Горного королевства тоже знала это, поэтому и держалась так уверенно. Император тихо коснулся тыльной стороны руки. Он понимал: королева Горного королевства заранее подготовилась, думая о борьбе после заключения союза, и теперь умело вела переговоры. «Немного жаль». Если бы у Горного королевства не было вассальных стран или она не умела ими пользоваться, если бы просто говорила о синергии ресурсов Рвече и Империи, можно было бы снизить право голоса Горного королевства в будущем союзе. Император, мельком оценив ум соперницы, опустил взгляд, думая, что теперь ему будет довольно утомительно, но на миг замер, заметив кое-что. Королева Горного королевства добавила, будто видела его колебание: — Враг, которому мы должны уделить первостепенное внимание, — мир демонов. — Верно. Это было не из-за этого, но вопрос действительно был тем, который он проглатывал, не имея возможности задать первым. Согласно заявлениям мира демонов, эта война ведётся из-за Империи. Ничего? Даже если не так, Империя раньше вела завоевательные войны. Неужели у них действительно нет чувств по этому поводу? Если произнести это поспешно, это могло стать слабостью, поэтому он пытался промолчать. Но, похоже, королева Горного королевства уже всё понимала. «Неплохо». В будущих союзных делах это может стать немного невыгодным, но Империю не так легко запугать этим. И всё же он остановился не поэтому. На лице императора появилась слабая беззвучная усмешка. «Проклятие, должно быть, сняли через шамана». Возможно, из-за продолжающейся войны галлюцинации усилились. Но не сейчас. Сделав вид, что ничего не видит, он поднял голову, посмотрел на двух королей и медленно кивнул. — Я внимательно выслушал ваши доводы. — В таком случае… — Разве это не война между миром демонов и миром людей? Я с радостью приму. *** Когда по человеческому миру разошлась весть, что Деон Харт перешёл на сторону мира демонов, кто пострадал сильнее всех? Деон Харт? Как можно причинить вред тому, кого нет в мире людей? Предатель человечества и бесконечный гнев людей. Их злость, слишком большая, чтобы просто подавить её, обрушилась на Бешеных псов, которые по приказу императора тихо ждали. Бах! — Да пошло оно всё! Сначала убьём вас, а потом демонов! — Мы вам лёгкая добыча?! А?! Лёгкая?! — Да мы всё равно убьём вас, живущих одним днём! — Его Величество… не знаю! Скажем, что сделали работу за двух рыцарей! — Ребята, лекарства приняли?! Бам! Хруст! Сказать, что они «тихо ждали», было спорно, но стоит признать: несмотря на дискриминацию и оскорбления, убийств они не совершали. К тому же они лишь злились на тех, кто чрезмерно оскорблял Деона Харта, и кричали: «Не оскорбляйте нашего капитана!» — но, словно не зря пережили долгие годы на поле боя, изливали на нападавших такие потоки грубостей, что казалось, они ещё сдерживаются. Поэтому император до некоторой степени терпел действия Бешеных псов. — Теперь предел. Один из рыцарей, сидевших кучкой в пустынном углу, открыл рот. — Мы ведь уже устроили пару инцидентов, да? — Слышал, император постепенно подаёт признаки, что отправит нас на передовую. Если не повезёт, можем столкнуться с нашим капитаном. — Откуда информация? — Дворецкий сказал. — Дворецкий… В головах рыцарей всплыл голос старого дворецкого, который недавно беспомощно смеялся, говоря, что в резиденцию маркиза пришли сумасшедшие с факелами. Лицом к лицу они его не видели, но слышали, как он тащил что-то тяжёлое, верно? Лицом к лицу не видели: он говорил через камень связи, который тайком им передал, а не лично. Звук был похож на волочение человеческого трупа… — Если это дворецкий, он должен знать. — Да, если дворецкий — признаю. — Честно, меня уже ничто в дворецком не удивит. Уже даже не удивляло, что он легко передал драгоценный камень связи неизвестно откуда и неизвестно как добытый. Члены ордена Бешеных псов вернулись к исходной теме. — Раз мы знаем, где капитан… давайте сбежим. — Куда? — А куда нам идти? В мир демонов. …Рыцарь, уже готовый произнести это, поспешно закрыл рот, когда по спине пробежал холодок. Остальные, похоже, почувствовали то же и мгновенно прикрыли друг другу рты, задержав дыхание. Как у тех, кто близок к птицам, их восприятие было точным. — Мне всегда было интересно, насколько далеко вы зайдёте, но я думал, что умру от ярости прежде, чем увижу конец. Вы собирались гордо сбежать с моей территории? Тяжёлые шаги, наполненные давлением, приближались. Короткие зелёные волосы покачивались при ходьбе. Карие глаза, в которых не было и следа дружелюбия, были полны презрения и обращены к Бешеным псам. Стигма Примиро, второй герой Империи, временно отвечавший за членов ордена Бешеных псов по приказу императора, холодно пробормотал: — Если бы вы не были рыцарями моего младшего, я убил бы вас уже сотни раз. Не десятки — сотни. Каждый член ордена содрогнулся и ниже пригнулся под явным потоком убийственного намерения. Милан, самый бесстрашный из них, едва поднял голову и попытался разрядить обстановку шутливым тоном. — Маркиз Примиро, что привело вас сюда? Снова будете нас тренировать? — Разве я не сказал, что отказался от вашего воспитания? С детства вы первые люди, которые вызвали во мне такую ярость. В тот день я чуть не умер от внутреннего пожара. — Разве это не мы чуть не умерли? Вы же тогда меч вытащили… Бум! — Кто в этом мире способен вложить в вас культуру? — … — Я пытался обучить вас ради моего младшего, но ваша основа гнилая. Что поделать? Я решил относиться проще: не как к рыцарям, а как к ублюдкам, выращенным моим младшим. — Чё за… — Нет-нет-нет! Сыпь. Со стены, по которой ударил Стигма, посыпалась каменная пыль. Когда они медленно перевели взгляд, в стене обнаружилась вмятина. — Нет! Даже у бешеных псов есть инстинкт выживания. Рыцари замотали головами как сумасшедшие. После того как император счёл слишком трудным контролировать Бешеных псов, каждый день создававших проблемы, их передали Стигме, и они вынужденно испытали его страх. Даже когда Деона Харта объявили предателем человечества, Стигма принял их как прежде, называя «рыцарями моего младшего». Более того, посчитал это хорошей возможностью привить культуру младшим рыцарям, похожим на диких собак, и поручил обучение капитану рыцарей и заместителю под его началом. До этого атмосфера была хорошей. Оба сдались в первый же день, и Стигма, усомнившись, выступил сам: лучше уж он лично их воспитает. Он охотно встал перед Бешеными псами ради обучения. И вскоре… [Какое ухо не слушает людей?] Он вытащил меч. [Оно только мешает и, похоже, не нужно. Можно отрезать, верно?] [Эй!] [Стой спокойно. Если будешь неосторожен, вместо уха может слететь шея.] Он был совершенно серьёзен. Его глаза это доказывали. Так или иначе, после той суматохи Стигма тоже объявил, что сдаётся. Шум поднялся такой, что удивительно, как обошлось без жертв. Даже бесстыдные Бешеные псы какое-то время дрожали при одном виде тени Стигмы. — … Стигма вздохнул, глядя на дрожащих рыцарей. — Вы не можете сбежать из-под моего надзора. Хоть вы и орден рыцарей, с которым даже Его Величеству тяжело, приказ отвечать за вас всё равно дан мне. Если вы сбежите, что станет с моей честью, если я потеряю вас? Рыцарь Клетер внезапно поднял голову. Не «нельзя упустить из-за приказа императора», а «нельзя упустить из-за чести»? То есть… — Я попрошу Его Величество изменить вашу принадлежность. Не знаю, куда вас отправят, но, вероятно, сменить подчинение возможно. Думаю, он поймёт, если я скажу, что иначе умру от внутреннего пожара. Я всё слышу, но это уже слишком. — Официально признанный преступник — мой младший, но вы пока не преступники. Если изменить принадлежность, наблюдение будет не таким строгим, как при сопровождении преступника. Сопровождающих войск тоже будет сравнительно мало. В любом случае, сравнение шло с грешником. Они не были официальными преступниками, но считались потенциальными, поэтому надзор всё равно будет. Однако с их навыками они смогут стряхнуть его и сбежать. — Тогда… — Если вы дезертируете тогда, моя честь не получит большой вмятины. Потому что вы уже выйдете из моих рук. Если бы не я, любой другой уже столкнулся бы с таким исходом. Конечно, дворяне, ожидающие малейшей прорехи, попробуют укусить его и этим. Но такой уровень можно защитить. Если честь может рухнуть от подобного, можно считать, что её изначально не существовало. Стигма слегка поднял уголки губ. — Так что немного подождите. Не волнуйтесь, я не стану ловить вас. Я и сам хочу поскорее избавиться от всех вас. — Вы… вы слишком жестоки… — Что? — Ничего! *** Щёлк-щёлк. Кубик вращался резко и неровно. Деон Харт сидел прямо под Королём демонов и крутил кубик с кислым выражением лица. Вопреки спокойной внешности, внутри его всё перекрутило. «Результаты хуже, чем я ожидал». Если бы всё шло по плану, один из имперских замков уже должен был пасть. Король демонов запретил магию, но Деон думал, что врождённые физические способности демонов позволят им гладко преодолеть препятствие. «Проклятье». Ему не хватало информации о демонах. То, что он провёл некоторое время в мире демонов, не означало, что знает о них всё. Он был самонадеян. Перед планированием нужно было точно узнать информацию о союзниках. Было ли это раздражение на собственную некомпетентность или раздражение, рожденное нетерпением? Нервы внезапно обострились. Чувствуя, что вот-вот необоснованно сорвётся на собрании, которое должно начаться, Деон недовольно коснулся уголка губ и закрыл глаза. Король демонов мельком взглянул на него и естественно перевёл взгляд на зал совещаний, делая вид, что ничего не видел. — Похоже, все демоны прибыли… Тогда начнём. Иделия, ты говорила, есть новые вести из человеческого мира? Командир Четвёртого корпуса Иделия кивнула. — Да. Интересующие нас королевства человеческого мира заключили союз: Империя, Рвече и Горное королевство. Единственный Эсперанес остался вне союза, но это очень маленькое и закрытое королевство. Если считать, что его нет, можно сказать, что почти все люди объединились. — Наконец-то. Кто-то тихо пробормотал. Спокойный голос без удивления и шока звучал как смирение перед тем, что должно было случиться. — Немного удивительно, учитывая то, что нынешняя Империя натворила… Но новость была вовсе не неожиданной. Скорее, справедливо сказать, что она пришла позже ожидаемого. Демоны расслабили напряжённые тела, скрестили руки или откинулись на спинки кресел с выражением: «ну вот и пришло». — Тогда теперь план… — План? Рука, крутившая кубик, остановилась. Бах! Собранный кубик грубо опустился на стол, словно удар. Ослабшее напряжение снова натянулось, и взгляды всех демонов обратились в одну точку. — Есть ли у нас решение? У беловолосого человека вспыхнули красные глаза. — Всё равно всех сметём. — Ха-ха! Король демонов встретил красные глаза, смотревшие прямо на него, и весело рассмеялся. После просьбы полностью уничтожить Империю Деон Харт иногда выражал ему недовольство подобным образом. В отличие от прежних жалоб о своём положении и попыток подать прошение об отставке, теперь он выражал недовольство завоеванием человеческого мира тонким сарказмом. «Стоит того». ---------- Деон Харт, предатель человечества (4) Он сказал, что будет следовать всем сердцем, но недовольство всё равно никуда не делось. Очевидно, Король демонов не желал захватывать человеческий мир. Деон понял: цель Короля демонов в захвате человеческого мира — не что иное, как испытать и использовать самого Деона Харта. «Но раз уж игрушка попала в руки, разве не нужно ею пользоваться?» Король демонов не из тех, кто положит игрушку в ящик и будет просто смотреть. Разве игрушки не для того, чтобы с ними играть? Место, где можно максимально использовать игрушку по имени Деон Харт. Король демонов без колебаний подумал о «войне». «Развяжем самую большую войну. Это будет достаточная сцена». Он понимал и недовольство Деона Харта: это была бессмысленная и ненужная война, буквально пустая трата. Именно поэтому поступки и слова Деона, которые можно было счесть высокомерными, он пропускал как лёгкие жалобы — вроде прежних заявлений об отставке. Король демонов оскалился, не отводя взгляда от красных глаз. — Да, мы должны смести их всех. Брови Деона на миг нахмурились. Но уже через мгновение он с безмятежным выражением, будто ничего не произошло, отвёл взгляд от Короля демонов и вернулся к совещанию. Спокойный и давящий взгляд, иной, чем прежде, прошёлся по командирам корпусов, словно прижимая их. — …У Империи отличная военная мощь, а Рвече богата припасами. Да… если оставить их в покое, будет хлопотно. Легче вывести из союза хотя бы Империю или Рвече. Я займусь этим. — Каким способом? — Могу ли я снова использовать магию, которую применяли при последнем объявлении войны? — Ага. Похоже, в последнее время я много смеюсь. Король демонов, примерно понявший замысел, снова не смог сдержать поднимающиеся уголки губ. — Возможно. Собираешься предупредить их? — Уверен, психологический удар будет действенным. И жестоким тоже. Человечество всё ещё не знало личности командира Нулевого корпуса. Даже в мире демонов о том, что «Демон Арут» и «Деон Харт» — один и тот же человек, знали лишь командиры корпусов и близкие к Деону Эд, Бен, Хиен. Эту ситуацию создал сам Деон. [Надеюсь, что факт, что «Деон Харт» — это «командир Нулевого корпуса», ещё не обнародован.] [Почему? Уже широко известно, что ты предатель человечества. У императора не должно быть причины скрывать твою личность, верно?] [Есть причина не раскрывать. Люди при любой возможности грызутся между собой, и уже одно моё предательство — меня, кто защищал их, — вызывает сомнения в дальновидности императора.] А теперь, если в такой ситуации выяснится, что Деон Харт, третий герой Империи, был командиром Нулевого корпуса? Император, который не может раскрыть факт, что играл с Королём демонов в опасную игру вокруг Деона Харта, окажется глупцом, долго не знавшим столь важного факта. Естественно, усомнятся в его проницательности, и дворяне, пользуясь этим предлогом, значительно усилят право голоса. Они всегда ищут способ создать брешь в императорской власти, поэтому вместо учёта текущей ситуации попытаются использовать её для собственной силы. Иными словами, императору станет тяжело и внутри, и снаружи. [Ты можешь понять, что это даст нам рукоять меча, но что ему остаётся?] Выбора нет. С точки зрения императора, лучше отложить раскрытие «одного и того же человека», даже если придётся передать рукоять меча. [Но если война продолжится, демоны будут часто слышать новости из человеческого мира, и число знающих увеличится.] По крайней мере появятся сомневающиеся. Я слышал, что третий герой Империи, Деон Харт, предал человеческий мир и перешёл в мир демонов. Кто же это? Единственный человек у Короля демонов — «Демон Арут». Неужели… Демон Арут — это Деон Харт? [От демонов это скрывать не нужно, но необходим строгий контроль, чтобы факт не передали в человеческий мир. Чем меньше людей знают, тем крепче держится секрет — это неизменная истина. Поэтому лучше не раскрывать до подходящего момента, но полностью скрывать тоже нельзя…] Конец фразы растянулся. Голос замедлился, будто он размышлял, и продолжил, притворяясь расслабленным. [Значит, придётся выбрать тех, кто всё равно может узнать, если оставить как есть. Обычных солдат-демонов, которые будут лихорадочно сражаться и находиться под жёстким контролем, отложим…] […] [Командиры корпусов обладают широким полем действий и сравнительной свободой. А командиры Второго и Четвёртого корпусов занимаются информацией, они точно узнают. Нет, они уже должны были догадаться.] […Ты хочешь раскрыть это командирам корпусов?] [Точнее, заранее сообщить командирам корпусов и близким людям и включить их в круг.] Например, дать больше Эду, Бену и Хиену. Для тех, кто внимательно наблюдал за мной, нескольких новостей из человеческого мира хватит — рано или поздно они заметят. Деон не хотел тратить внимание на попытки скрывать то, что всё равно раскроется. «Я знал, что его голова кое-как работает, но…» Это было уже совсем другое. Если не считать нестабильности личности, приходящей и уходящей из-за слияния разделённых воспоминаний, Деон Харт без пробелов в памяти был острее, чем когда-либо. Уголок губ Короля демонов дрогнул от этого точного анализа, но он естественно рассмеялся. [Делай как хочешь. Но люди тоже способны на разумные догадки, это ничего?] Деон Харт предал человеческий мир и ушёл в мир демонов. У него, как у героя, должно быть место, но его имени нигде не слышно? Конечно, возникнут сомнения. [Будут разные догадки. В каких-то будет правда.] [Ничего. Важно, чтобы они не были уверены.] […Хорошо!] Так в тот день Король демонов и Деон собрали командиров корпусов, а также Эда, Бена и Хиена, и раскрыли, что «Демон Арут» — это «Деон Харт»… …И увидели реакции куда разнообразнее ожидаемых. Командиры Второго и Четвёртого корпусов кивнули так, будто ожидали этого. Некоторые были слегка удивлены, но приняли как то, что всё же могли предположить. Другие, включая командиров Девятого и Седьмого корпусов, были сильно потрясены, будто даже не подозревали, но быстро рассмеялись: «Как и ожидалось от Демона». «Самая необычная реакция была у Лиринель». Она схватилась обеими руками за голову и закричала: «Не могу поверить, что глава культа демонов даже не знала его имени!» Так или иначе, личность Демона Арута будет раскрыта в этом «Предупреждении человеческому миру». Человечество, ещё не справившееся с шоком от предательства Деона Харта, получит сильный психологический удар. Деон безэмоционально посмотрел на Короля демонов, который пошутил, что тот жесток, и повернул голову. — Значит, вопрос союза пока пропустим и сосредоточимся на текущем сражении. Нет, перед этим мне нужно кое-что уточнить… Вспомнив о падении замка, занявшем больше времени, чем он рассчитал, Деон не смог сдержать раздражение, нахмурился и выдавил слова сквозь зубы. — Я знал, что демоны не могут использовать свою природную силу в человеческом мире, но до какой степени это верно? Кажется, ограничений больше, чем я думал. Я ожидал ограничения магической силы и врождённых способностей демонов, но не думал, что снизятся и физические способности. И даже если снизятся — не настолько. Странно. Подготовка, которую я проходил, сражаясь между миром демонов и человеческим миром, оказалась легче, чем бои с демонами. Я думал, это потому, что они обычные солдаты-демоны, но похоже, их физические способности были ограничены. Что ж, каким бы прислужником он ни был, он демон. Разве логично, что простой человек, не «герой», легко справится с ним? — Эм… это потому, что они вышли через ненормальный проход, называемый границей. Король демонов произнёс это с неловкой улыбкой, словно успокаивая его. — Изначально граница предназначалась только для героев. Демонам не было дозволено ею пользоваться. Посторонние используют её как хотят, поэтому ограничения неизбежны. — Могу попросить объяснить подробнее? — Как бы объяснить?.. Ты знаешь, что демоны — раса, ненавидимая миром? — Кажется, понимаю почему. Потому что умеют пользоваться «магией»? — Ну… да. Он взглянул на командиров корпусов, сидевших и молча наблюдавших, а затем снова перевёл глаза на Деона. Король демонов — ошибка и сбой, созданные миром, а демоны — раса, рождённая от него. Естественно, мир считал их бельмом на глазу. Но нет нужды заходить здесь дальше. Король демонов медленно подбирал слова. — Граница предназначена для перемещения существ, которые должны уничтожить это бельмо. Но что будет, если, наоборот, демоны придут в человеческий мир и истребят вид, о котором мир заботится больше всего? А если сам Король демонов придёт туда раньше? — … — В конце концов, граница — это проход. Если через неё можно войти, значит, можно и выйти. Полностью запретить движение всех демонов нельзя, поэтому накладываются ограничения, чтобы они не могли легко бесчинствовать в человеческом мире. — …Тогда Король демонов в человеческом мире… — Через границу я вообще не могу попасть в человеческий мир. Мир использовал всю оставшуюся силу, чтобы остановить меня. Невозможно запретить всем демонам, включая Короля демонов, пользоваться границей. Мир посмотрел на реальность и принял быстрое решение. Вместо того чтобы пресекать передвижение демонов, он изменил направление и наложил «ограничения», снизив расход силы, а всё оставшееся вмешательство направил на Короля демонов. Потому что Король демонов — самый опасный, тот, кому нельзя выходить в человеческий мир. «Благодаря этому выиграли только другие расы Бездны». Демоны невольно приняли на себя внимание мира на переднем крае, и другие расы освободились от ограничений. На дружественную расу фей и прочие расы, не имеющие к миру особых чувств, при переходе через границу в человеческий мир почти ничего не действует. Только демоны, включая Короля демонов. Ах, ещё те монстры, которых мир считает слишком сильными, подпадают под ограничения. В любом случае, мера была достойна насмешки. — Достаточно. Остальное объясните позже отдельно. Эта тема не для подробного обсуждения здесь. Деон, запоздало осознав присутствие командиров корпусов вокруг, поднял руку, останавливая разговор, и выделил важный момент в словах Короля демонов. — Вы сказали, что граница — ненормальный проход… Тогда что является нормальным? — Контракт. Изначально демоны должны были выходить в человеческий мир через контракт с людьми. Нельзя сказать, что ограничений совсем нет. За этим сразу последовало краткое объяснение. Говорилось, что общий объём силы, который можно использовать в человеческом мире, определяется сосудом человека, заключившего контракт. Деон быстро поднял руку, видя, что разговор вот-вот пойдёт дальше. — Подождите… прежде чем это, я хочу уточнить. Каков точный объём ограничений при переходе через границу в человеческий мир? Я понял, что физические способности снижаются… а как насчёт использования магии? — Возможно. Просто приходится тратить вдвое больше демонической энергии, чем в мире демонов, поэтому все обычно сдерживаются. А сейчас, когда действует запрет на магию, её вообще не используют. — Но… если жизнь в опасности, стоило бы использовать. Я этого не видел… — …Правда? Лицо Короля демонов, всё это время расслабленное, на миг застыло. — …Говорят, знания и мудрость передаются потомкам через записи… Даже если так, со временем это должно было потеряться… Отвратительно. Такое чувство, что оно вот-вот остановится, но всё равно ползёт и ползёт, как таракан. Король демонов, вспомнив слова императора при прошлом объявлении войны, слегка усмехнулся и тихо пробормотал: — Деон, это тоже придётся включить в твои расчёты. — Что это…? — Магическая схема. Круг, подавляющий магию демонов. ---------- Деон Харт, предатель человечества (5) — Давным-давно… примерно двести или триста лет назад, между человеческим миром и миром демонов была большая война. В то время такие схемы по умолчанию устанавливали в каждом замке человеческого мира. Естественно. Магический круг был частью шаманского искусства, а шаманское искусство существовало, чтобы противостоять магии. Люди нашли способ связать самое опасное оружие демонов. — Либо то, что установили тогда, всё ещё осталось, либо способ не потерян и его установили заново… Похоже на это. Ещё одна цепь обвилась вокруг рук и ног демонов. Чем яснее становилась ситуация, тем меньше оставалось того, что демоны могли сделать. Но Деон Харт сохранял спокойствие. Нет, скорее, он был поражён. «Не стоило говорить, что замок пал позже ожидаемого». Удивительно уже то, что он вообще пал, хотя демоны следовали словам главнокомандующего, ничего не знавшего о них. Деон по привычке пошевелил пальцами и постучал по столу. Он не собирался спрашивать, почему ему не сказали раньше. Виноват он сам: должен был задавать вопросы первым, ведь ему нужно доказывать свою ценность Королю демонов и показывать компетентность командирам корпусов. Вместо этого он спросил: — …Поскольку мы должны предполагать худшее, лучше считать, что способ не потерян. Каков радиус действия этих схем? — Точно сказать не могу: зависит от способностей и намерения шамана. Но думаю, большинство установленных в замках могли подавлять магию в радиусе двух-трёх километров. — На магию при осаде рассчитывать нельзя. Её действительно совсем невозможно использовать? Сильной магией круг можно разрушить… — Если это не я и не мой контрактор, внутри него магию использовать не получится. Разбудить её будет ещё труднее. Разрушить будет легко, если действовать способом, отличным от магии. — Другим способом?.. — Если знаешь ядро, сломать круг несложно. Стоит хоть немного нарушить главный предмет или место — и он рассыплется. Поэтому я видел немало случаев, когда главный стержень круга разбивали ногой невнимательные прохожие. — Конечно, найти ядро — совсем другой вопрос. — То есть найти трудно. Понятно. Вернёмся к контракту. — Перед этим тебе лучше запомнить ещё кое-что. — Что… Деон уловил едва заметно игривый тон и уже собирался спросить, но закрыл рот. Он и так расскажет, без вопроса. Так и вышло. — Сила — не единственный способ подавлять магию демонов. Если человеку дать конкретный талисман, демоны, с которыми он столкнётся, не смогут использовать магию. Точнее, демоны в радиусе трёх метров. Информация была брошена словно из милости. — Не знаю, потерян ли этот способ, но тебе ведь удобнее знать? Король демонов улыбнулся, вращая глазами. Когда Деон ходил по натянутому канату между Королём демонов и императором, он никогда первым не сообщал информацию, о которой его не спрашивали. Это месть за то? Теперь, после перехода Деона на его сторону, Король демонов будет верно отвечать «только на заданные вопросы», как когда-то делал сам Деон. Деон Харт — главнокомандующий, а для главнокомандующего важнее всего информация. В такой ситуации это бесплатная информация, брошенная ему в руки. Для Деона это не плохо. Скорее, выгода… Но он не мог принять её чисто, понимая, что эта выгода дана лишь ради удовольствия и интереса самого дьявола. — … — Да? Эмоции исчезли из глаз Деона. — Благодарю. — Пустяки. — … Что бы он ни сказал этой улыбающейся физиономии, толку не будет. И права возмущаться ему изначально никто не давал. Некоторое время глядя на Короля демонов, Деон вернулся к теме, которая интересовала его изначально. — Если у тех, кто приходит в человеческий мир через контракт, ограничений меньше, обычные войска не изменятся, но ключевые силы, такие как командиры корпусов, смогут легко побеждать, если попадут туда через контракт. Что скажете? — О, это… Король демонов протянул голос и неловко улыбнулся. — Контракт можно заключить только если человеческая сторона призовёт первой. Но теперь, когда появилась граница, можно свободно переходить в человеческий мир без контракта, верно? В каком-то смысле это удобнее: нет бремени контрактора. — Неужели… — Да. Способ призыва демонов почти утрачен в человеческом мире. А даже если призывали, все отказывались от контракта. В обмен на исполнение одного человеческого желания демоны получали законное право находиться в человеческом мире. Изначально это был традиционный способ попадания демонов в человеческий мир, но после появления границы не осталось демонов, которые цеплялись бы за столь хлопотный метод. С точки зрения людей, призвать демона было трудно, а даже при успешном призыве демон отказывался от контракта. Естественно, способы призыва и заключения контрактов утрачивались. «Похоже, не полностью утрачены, но…» Говорили, что в глубине королевского дворца была спрятана старая запретная книга, но она сгорела вместе с полуконтрактом, так что больше её быть не должно. Король демонов вспомнил герцога Старбе Иллюстера, призвавшего его, и тут же улыбнулся, делая вид, что ничего не знает. Деон коснулся лба. — В таком случае будет трудно записать способ контракта с демонами и распространить его по человеческому миру… — Будет трудно. Предложенный план был отсечён дьяволом. Объяснения последовали одно за другим. — Прежде всего, чтобы заключить контракт с демоном уровня командира корпуса, нужен базовый сосуд, а таких людей мало. И даже если способ контракта станет известен в нынешней ситуации, уловка будет очевидна, и бдительность лишь возрастёт. Конечно, нельзя сказать, что среди людей нет безумцев — кто-то может попробовать. Но смогут ли они уйти от глаз императора, который сейчас насторожен? Призыв демона требует огромной жертвы, например человеческой жизни. — … Обстановка слишком суровая. И даже если через всё это удастся вызвать демона, велика вероятность, что это окажется мелкая букашка. Вместо ответа Деон молча достал платок и приложил ко рту. От короткого кашля чёрный платок увлажнился запахом крови. Командиры корпусов, молча наблюдавшие за ним, опустили взгляды, когда его ярко-красные глаза наполнились гневом и досадой, несмотря на рот, выплёвывающий кровь. После короткой тишины прозвучал низкий, кипящий голос, притворявшийся спокойным: — Спасибо… за объяснение. — … — Итак, уловки не сработают, и придётся сражаться чисто войсками. Хорошо. Попробуем. Он спокойно сложил платок, убрал его за пазуху и посмотрел на командиров корпусов. — Прежде всего… думаю, я должен извиниться перед собравшимися. Вопреки тусклому выражению лица, голос был предельно ровным. Поскольку он говорил как главнокомандующий, тон был низким. — Из-за моего невежества произошло неприятное: на собрании, где присутствуют все, разговор вели только мы двое. Я потратил ваше драгоценное время и прошу прощения. — О… нет! — Вам не нужно извиняться! — Скорее, это мы виноваты! Мы не сообщили заранее…! Ответы посыпались бурно. Деон слабо улыбнулся ожидаемой реакции. Где-то слышно было, как Лиринель восхищённо бормочет про портрет. — Теперь, когда мы получили достаточно информации, вернёмся к началу и обсудим нынешнее затянувшееся сражение. — Под нынешним сражением вы имеете в виду битву на территории Парас? — Да. Только прорвавшись там, мы сможем продвинуться во владения Амиабля, и лишь затем откроем кратчайший путь к владениям Иллюстера. Следуя за его голосом, Иделия, изучавшая карту человеческого мира на столе и проверявшая маршрут, остановилась. Четыре глаза на её щеках, обычно закрытые и похожие на нарисованные кошачьи усы, медленно открылись. Она подумала, что неправильно прочитала названия территорий на карте и оказалась на странном маршруте. Даже открыла обычно закрытые глаза и снова проверила названия земель, но ошибки не было. Осторожный голос прозвучал так, словно она следила за его реакцией. — До Параса я понимаю, но… если идти через Амиабль и владения Иллюстера, путь к столице Империи немного удлинится… — И? — Да?.. Деон постучал пальцами по столу и поднял уголки губ. — Не настолько уж мы возвращаемся. Глубокая, жуткая улыбка, далёкая от свежести. Атмосфера мгновенно застыла. Иделия вздрогнула и закрыла рот перед кровавым запахом Деона, будто он собирался раздавить собеседника. Деон, молча глядевший на командиров корпусов, пока даже Король демонов наблюдал в тишине, медленно открыл рот. — …Что ж, хорошо. Не то чтобы я не понимаю. Но подумай. Думаешь, герцог Иллюстер будет просто сидеть и смотреть, как армия Короля демонов идёт к императорскому дворцу? А? Иделия, ответь. Ты действительно так думаешь? — … — Нет, верно? Герцог не из тех, кто спокойно смотрит, как Империя рушится. Наша цель — завоевать человеческий мир. Если мы просто пройдём мимо, он точно станет крайне назойливым врагом. И главное… Разумеется, все эти слова — лишь оправдание, а главная цель — месть. Но какая разница. Неправдой они не были. Даже если бы были, он не мог уступить в месте, где на него смотрит столько глаз. Для Деона Харта авторитет стал жизнью. Деон вспомнил учение Стигмы. «…Пусть собеседник прочитает атмосферу и ждёт». Подними подбородок должным образом, опусти голос и говори спокойно. Смотри на собеседника и говори элегантно, чтобы не казаться высокомерным. — Я главнокомандующий. Поэтому не цепляйся за неверные детали, а сосредоточься на повестке, которую я выдвинул. Похоже, это попытка напасть на меня. Нужно пресечь в зародыше. После перехода на сторону Короля демонов Деон сосредоточился на том, чтобы не казаться смешным, и стал чувствителен к собственным недостаткам. Поэтому он отреагировал резко. Для Иделии это было несчастье. — Поняла. Прошу прощения. Побледневшая женщина тихо отступила. Девелания, которая сонно опустив глаза наблюдала за ситуацией, медленно повернула взгляд и подняла руку. — Думаю, прежде чем сосредоточиться на текущем сражении, нужно что-то сделать с Рвече. Именно королевство Рвече сейчас поддерживает территорию Парас определённым количеством войск и припасов. — Я слышал, что они держатся упрямее, чем ожидалось. Возможно, вот почему… Похоже, сначала нужно убрать Рвече, как сказала Девелания. И я думаю, это неплохой пример. Нет способа заставить их разорвать союз одним предупреждением человечеству, уже образовавшему альянс. Если бы всё было так просто, они бы вообще не заключали союз. Наверняка фыркнут и проигнорируют. И всё же есть причина, по которой он решил лично вынести предупреждение. Потрясти человечество, раскрыв личность. Нанести удар по психологической борьбе императора с союзниками и внутренними дворянами. И подготовить почву. Предупреждение — это удобрение для почвы. Рвече станет примером цены за неповиновение. — Про короля Рвече ходил один слух… Щёлк. Щёлк. Щёлк. Щёлк. По привычке он щёлкал пальцами и стучал по столу. Он точно слышал какую-то полезную информацию, но плохо помнил. Брови Деона слегка нахмурились. — Девелания, перечисли семейные связи короля Рвече. Думаю, там был родственник, без которого он жить не сможет. — Родственник, без которого нельзя жить… Девелания один раз закатила глаза и сразу ответила: — У него есть сводный брат по другому отцу. Это тайна для внешнего мира, и сейчас он генерал Рвече. — Ах, верно. Он. Точнее, это можно назвать открытым секретом. Слух, который снаружи считается тайной, но все знают и шепчутся. Кажется, даже я, не интересующийся слухами, запомнил его потому, что о нём почти открыто говорили перед заинтересованным лицом. …Их привязанность тоже была впечатляющей. На губах Деона появилась искажённая улыбка. — Сделаем его козлом отпущения. ---------- Деон Харт, предатель человечества (6) Рвече получило королевство Тэхон. Они пообещали защиту и поддержку припасами. И в королевстве Тэхон есть граница. Та самая граница, которую я лично пересёк и проверил. Мы продвигались к Империи, большинство территорий которой лежало на севере, поэтому я решил, что граница, связанная с югом, бесполезна, запомнил её и отодвинул в угол сознания. Но теперь, похоже, появилась возможность использовать её. — …Перед этим, Девелания. — Да, Деон… Демон. — Здесь можешь называть меня как хочешь. Важнее другое: знаешь характер того генерала Рвече? Насколько я слышал… — Упрямый, верно? — Я слышал, что он твёрдый. Значит, так. — В королевстве Тэхон есть граница. Они, вероятно, знают, но поскольку мы заняты тем, что стучимся в ворота Империи, они пренебрегают ею и, скорее всего, ослабили бдительность. Через неделю после моего «Предупреждения человеческому миру» Пятый корпус перейдёт туда и устроит так называемое «сражение». — Я? Командир Пятого корпуса Орель, до сих пор сидевший тихо, удивлённо посмотрел на Деона. — Да. Можешь действовать настолько активно, насколько захочешь. Конечно, не переусердствуй. Если времени окажется больше, чем думаешь, можешь съесть само королевство Тэхон. Всё равно цель — завоевание человеческого мира, так что если оно будет захвачено первым, большой проблемы нет. Впрочем, до этого не дойдёт. Король демонов, до сих пор молча наблюдавший за ситуацией, поднял руку — вероятно, потому что двигалась большая сила в виде Пятого корпуса. — Могу попросить более подробное объяснение? — Это нападение не обычной армии, а Пятого корпуса. Маленькое королевство Тэхон окажется беспомощным. Король Рвече уже пообещал союз с Империей и Горным королевством, но не может показать, что пренебрегает обещанием защиты вассала. Поэтому, скорее всего, выжмет из себя войска и отправит подкрепление. — Полагаю, да. — Часть войск уйдёт в Империю, часть — в королевство Тэхон. Оборона Рвече заметно ослабнет. Король демонов, слушавший молча, слегка склонил голову. — …Атаковать Рвече раньше Империи? Поскольку он уже предполагал, каким способом Деон предупредит человеческий мир, сомнение в глазах было естественным. К счастью, Деон покачал головой — его предположение не было ошибочным. — Нет. Я ведь сказал, нужен пример. Чтобы это сделать, Рвече должно стать первой страной, которая разорвёт союз, и последней, которая падёт. — Если мы сохраним наступление на Империю и отправим подходящее число генералов и войск к ослабленному Рвече, король отчаянно запросит поддержку у Империи и Горного королевства. Он не сможет отозвать помощь, отправленную в Тэхон, вассальное государство, которому обещал защиту, поэтому обратится к союзникам. Число войск мира демонов не бесконечно. Если повезёт, можно отправить отряд, который едва способен пробить замок, но угрозы этого достаточно. В целом демоны выглядят страшно, и трудно с первого взгляда оценить их реальные навыки. Так что король Рвече, и без того чувствительный из-за ослабленной обороны, перепугается как заяц от одного факта появления демонических войск у замка. Деон коснулся уголка губ. — Он попросит вернуть отправленное подкрепление или запросит помощь союзников… — С точки зрения императора, уже получившего поддержку, безопасно вернуть её будет трудно. И даже без этого отправлять помощь в страну при нехватке собственных войск ещё труднее. Даже если он пошлёт кого-то, это явно будут войска, выброшенные напоказ. А Горное королевство изначально не богато войсками, так что даже если пришлёт помощь, её будет немного. — Да. И главное: император направил поддерживающие войска на территорию Парас, где сражение самое ожесточённое. Если можно уменьшить ущерб среди своих граждан кровью чужих, это долг монарха. Поэтому одно дело — снова отозвать поддерживающие войска; и даже если он отправит другие войска своей страны на замену и вернёт их, после всех процедур пройдёт много времени. Рвече не сможет просто сидеть и ждать в этот промежуток. — В итоге младший брат короля, «генерал», лично выступит и остановит нападение. Говорят, характер у него твёрдый. Даже если король попытается остановить его, говоря, что это опасно, он всё равно выйдет. Поняв, Король демонов счастливо улыбнулся. — Я одолжу тебе Девеланию. — Благодарю. Девелания сможет легко отсечь эту голову. Поскольку братья не могли жить друг без друга, король наверняка лишится рассудка. Он станет скорбеть, отчаиваться и в итоге разгневается. Гнев на императора, который взял всё данное ему, но не вернул. Или гнев на двух монархов, пославших неуклюжие войска лишь для вида. Раз союз потеряет смысл, он, конечно, будет разорван. «Здесь главное — ни в коем случае не нападать на одиночное Рвече». Если атаковать и захватить его, остальные союзники человеческого мира лишь сплотятся крепче. Они увидят конец королевства, отделившегося от них. Но что, если мир демонов так и не нападёт на Рвече? «Появятся королевства, которые тоже попробуют разорвать союз». В сложной ситуации вроде нынешней нельзя чувствовать себя спокойно только потому, что у тебя есть вассальные королевства. Особенно если ты подчинил их не силой, а скрутил тремя дюймами языка. Они стали вассалами ради безопасности и выгоды страны, а не ради потерь. — Хорошо. Король демонов хлопнул в ладони несколько раз, будто оживляя атмосферу. — Тогда поступим так, как сказал наш главнокомандующий. Собрание окончено. — Благодарю за труды. — Деон. Когда командиры корпусов один за другим поднимались со своих мест, Деон, уже вставший с кубиком в руке, замер и обернулся к Королю демонов. — Ты знаешь? Ограничения демонов исчезают, когда они имеют дело с «героями» или «кандидатами в герои», пришли они через границу или через контракт. …Он нарочно сообщил это поздно. Рука, сжимавшая кубик, напряглась. Нельзя отрицать, что это важная информация. Но как можно радоваться, когда ею размахивают перед лицом, играя с тобой? Низкий голос вырвался сквозь стиснутые зубы. — Спасибо за информацию. — Не за что. Ах, и ещё. — … — Я понимаю, но принимай лекарства в меру. Это даже не стоило ответа. Деон тихо коснулся уголка губ и отвернулся. Первым, что он заметил после выхода, был Эд, ведущий войну нервов с Даном, Бен, смотревший на них с жалостью… и Девелания, словно ждавшая его. …Да, Девелании было что сказать. Король демонов говорил, что совместит информацию, которую расследовал сам, с информацией Девелании и передаст ей. После ознакомления он велел выслушать её. «Что ж, у меня всё равно было поручение для неё». Раз можно услышать всю информацию сразу, он ничего не терял. Увидев его, Деон жестом велел Дану и Эду, уже быстро приближавшимся, будто снова готовым сцепиться, отступить на время. Затем он повернулся к Девелании. — Что с тем, что я поручил? Ему нужно было услышать от Девелании две вещи. Сначала он просил только сведения о том, «что герцог ценит больше всего», порученные через Короля демонов сразу после последнего визита в Империю. Но затем Деон отдал личный приказ и назначил ему высший приоритет. «Возвращение тела Круэля Харта». Место было примерно известно. Он велел пойти, проверить, там ли тело Круэля, и вернуть его. Однако… — …Почему у тебя дрожат руки? — Это… Зловещее чувство. Кончики пальцев похолодели. Приказ явно не должен был быть трудным. Он не должен был занять много времени. — …Теперь, когда думаю, с момента приказа прошло немало времени, но новостей до сих пор не было. — Простите. — Ничего. Я ожидал, что безопасно вернуть тело будет трудно. Именно поэтому ты до сих пор не могла сказать? В продолжившейся тишине Деон молча сжал кулак. — …Неужели ты даже тело не смогла вернуть? — Мне… мне очень жаль. — Ничего. Да. Этого я тоже ожидал. Эта новость не удивительна. Деон слегка провёл рукой по лицу и выровнял выражение. — Значит, это ещё не всё. Иначе ты бы так не дрожала. — Были следы того, что ему перерезали горло. — … — Следы того, что кто-то отсёк голове тело… — Хватит. Ах, правда. Новость оказалась тяжелее, чем ожидалось. Деон не смог удержать лицо и поднял руку, закрывая его. — Вы в порядке?.. Мне правда жаль… — Нет, да. Да, всё в порядке. Правда. Всё должно быть в порядке. Девелания — демон высокого ранга, командир Второго корпуса. Нельзя было опрокинуть «авторитет», показав здесь неприглядное потрясение. После долгой тишины Деон всё же смог взять сломанное выражение под контроль и опустил руку с лица. — Ты сказала, были следы, что волосы срезали. А что с туловищем? — Есть следы, что его забрал кто-то другой… — Понятно. «Кто-то другой» скорее всего означает того, кто отличается от тех, кто отсёк голову. — Был ли временной разрыв? — Судя по следам, кто-то пришёл и забрал тело примерно через три дня после отсечения головы. — … Деон засунул дрожащую руку в карман и достал сигарету необычной формы. Насчёт тела он не знал, но, кажется, понимал, кто и почему отрезал голову. «Те ублюдки, которые в тот день пытались убить меня и брата». Их первоначальной целью было убить меня. Раз они потеряли меня, им понадобилось доказательство, что они точно убили Круэля, предателя и помеху. Значит… значит… «Чёрт». Деон наконец прекратил думать и, тихо выругавшись, сунул сигарету в рот. Бен, стоявший на расстоянии, откуда слов не было слышно, и тревожно оглядывавшийся, вдруг расширил глаза, заметив это, и бросился к нему. — Лекарство не подействует, Демон! Что вы пытаетесь сделать с телом в таком состоянии? — … — Лучше съешьте это! Будто не замечая абсурдного выражения Деона, Бен вытащил незажжённую сигарету из его руки и протянул пилюлю с сильным травяным запахом. Ох, Девелания тихо воскликнула. «Что стало с его печенью?» С Демоном… с Деоном стало труднее обращаться после тяжёлого ухудшения. Он изменился настолько, что почти всё, из чего он состоял, стало иным. Величественная манера и благородный тон. Давящая атмосфера, в которой даже редкое кровохарканье сублимировалось в элегантность. Почти идеальная, лишённая изъянов поза стала для всех демонов толстой стеной. Как сметь легко приближаться к тому, кто, кажется, сидит на высоком троне? Даже смотреть в глаза казалось виноватым. Шокирована Девелания или нет, Деон бросил взгляд на Бена, ощутив в руке фантомное прикосновение. Он и без взгляда понял, что это такое, по знакомому запаху, ощущавшемуся даже на расстоянии. — Успокоительное. Лекарство из трав фей. Это лекарство он уже принимал несколько раз. Один из эффектов был выдающимся, поэтому Деон, ничего не сказав, положил его в рот и махнул рукой, велев Бену уходить. К удивлению, Бена, который не мог сделать шаг и всё оглядывался туда-сюда из-за беспокойства, остановила Девелания. — Не нужно отступать. Вы ведь хотите спросить о первом поручении, которое дали мне, верно? — Да. — Пока всё ещё неопределённо… нужно немного больше времени. Когда соберу больше сведений, объединю их и передам всё сразу. Вы позволите? — Конечно. Время ещё есть. Девелания опустила голову, выражая благодарность за мягкое согласие, взглянула на Бена и ушла. Дан и Эд, тревожно смотревшие на Бена издалека, заметили, что разговор окончен, и быстро подошли. Эд рукой отодвинул лицо Дана, уже открывшего рот со словом «господин», и сам произнёс: — Де… — Демон! ---------- Деон Харт, предатель человечества (7) — Я хочу собственными глазами увидеть, как все инкубы в мире уничтожены. — Ох. Бен щёлкнул языком, словно ему стало жаль. Однако Эд, явно раздражённый поднятыми уголками губ Бена, тут же начал с ним перепалку. Деон, без улыбки наблюдавший за разыгравшейся перед глазами комедией, повернул голову и увидел приближающегося Хиена. Садовник Замка Короля демонов впервые держал обычный цветок и ярко улыбался ему. — Это цветок человеческого мира! — …Разве ты не показывал мне только цветы мира демонов и не дарил их? Зачем вдруг? — В последнее время… вы беспрецедентно долго остаётесь в мире демонов. Я подумал, что вы скучаете по человеческому миру… Цветы меня явно не интересуют, но этот странно цепляет взгляд. Цветок будто знает, что привлечёт внимание, но не вызывает неприятия — скорее, в нём есть мягкость. Это цветок человеческого мира? — Где ты его взял? — На стороне человеческого мира, возле границы, был маленький ухоженный холмик. На нём красиво цвёл этот цветок и привлёк внимание… — Холмик? — Да! Перед ним стоял аккуратно обтёсанный камень. Это могила. А камень — надгробие. Человек, устроивший могилу возле границы, абсурден, но Хиен, сорвавший цветы, росшие на могиле, тоже абсурден. Стоит ли сказать, что повезло: он не принёс цветы, которые были «положены» на могилу? «Выросшие» цветы — естественны, а «положенные» — дар живого мёртвому. «…Кажется, демоны не делают могил?» Если так, незнание простительно. Я медленно перевёл взгляд на остальных демонов. Как и ожидалось, все смотрели на происходящее пусто, будто ничего не понимали. Лишь один — Эд, часто посещавший человеческий мир, побледнел. — Ты смеешь говорить, откуда взял цветок… — Хиен. На этот раз слова Эда оборвались. Деон, до сих пор молча рассматривавший цветок опущенным взглядом и не протягивавший руки, поднял глаза на Хиена. Уголки его губ медленно поднялись, словно были нарисованы. — Похоже, в последнее время мой характер стал намного острее. Раз ты даже цветы человеческого мира достаёшь и так внимательно наблюдаешь. — Я не это имел в виду. — Спасибо. — … Стоило бы чувствовать неприятие из-за близости к могиле, но странным образом цветок, хоть и рос на могиле, вовсе не был неприятен. Хиен застыл с широко раскрытыми глазами, уловив положительный смысл, а Дан подошёл, чтобы принять цветы. Однако прямо перед тем как Дан взял цветок из рук Хиена, Эд быстро перехватил его. «…Он изрядно сдерживает Дана». Если подумать, реакция Эда была значительной, когда Деон впервые привёл Дана. Он с потрясённым лицом крикнул: «Вы хотите сказать, что меня недостаточно?» [Я… я знаю, что мне трудно доверять. Поэтому непросто довериться и поручить что-то. Но… я буду стараться сильнее, чтобы меня признали. Так что если вы будете полагаться на меня больше, чем на этого человека…!] […Успокойся.] Хотя он видел Эда довольно давно, впервые тот показал такое выражение. Деон посмотрел на Эда, осторожно держащего цветы, и на свои пустые руки. Затем пожал плечами, взглянул на Дана, развернулся и вошёл в комнату. Похоже, Бен уже ушёл к себе, потому что за ним последовали шаги только двоих. Дойдя до двери комнаты, Деон обернулся. Он перевёл взгляд с одного мужчины на другого — оба смотрели на него, ожидая приказа. Затем остановился на Эде. — Спасибо, что донёс. Должно быть, ты устал. Оставь цветы Дану и иди отдыхать. — … Руки Эда дрогнули от очевидного поздравления с отстранением. Дан протянул руку, словно требуя быстрее отдать, опасаясь, что дрожащий цветок повредится. Эд сумел сохранить здравомыслие, хотя в огонь подлили масла. Он пошевелил губами, будто хотел что-то сказать, но в конце концов передал цветы и отвернулся, так ничего и не произнеся. Дан, молча проводивший его взглядом, вошёл за Деоном в комнату и щёлкнул замком. Убедившись, что дверь заперта, он нашёл подходящую вазу, поставил туда цветы и произнёс несколько слов. — Вы бессердечны, господин. — Потому что они демоны. Расслабленный тон, отличавшийся от того, что был снаружи, вернулся вместе с молчаливым согласием. Даже если это была более свободная сторона, резко изменившаяся атмосфера сбивала с толку. Но Дан спокойно наполнял вазу водой и сказал: — Всё же он был так старателен, мне немного жаль. — Не знаю. Лучше не привязываться. Как бы страстно он ко мне ни относился, в конце концов он демон. Деон отчётливо помнил ситуацию, когда Король демонов пытался спасти его умирающим. Тогда Эд явно пытался остановить дьявола. [Хорошо, возможно, будет весело проверить твою судьбу сейчас. Умрёшь ты здесь или нет?] […Король демонов.] Зов, полный нежелания и скрытого смысла сдерживания. Тогда Деон не мог анализировать поступавшую информацию — слишком много всего пришлось спрятать в угол сознания. Но когда он пришёл в себя и вспомнил, то понял. Для Эда цена, которую Король демонов заплатит за его спасение, была важнее жизни командира Нулевого корпуса. «Хотя его отношение ко мне не ложно». Он служит не «Деону Харту», а «командиру Нулевого корпуса». Абсолютному авторитету, признанному всеми демонами… — Авторитет. — Да? — Он служит не мне, а моему авторитету. Если держать его рядом, однажды он сможет вскрыть маскировку и заглянуть внутрь. Как он отреагирует, узнав, что владелец чудовищной тени, перед которой он дрожал и преклонялся, на самом деле всего лишь кролик? Лучше отдалиться до того, как это случится. — Господин скорее котёнок, чем кролик… — … — Ну нет, это было раньше. А теперь… снежный лис? Похоже на снежного лиса? — …Что он несёт. Дан, упорно касавшийся подбородка и представлявший белого пушистого снежного лиса, несмотря на жалкий взгляд, снова сосредоточился на Деоне, услышав следующий голос. — Ты «человек», который опирается на мой «авторитет» и одной ногой стоит в мире демонов. Если мой авторитет окажется иллюзией… — Я знаю, господин. Вы умрёте. — Я точно умру. Даже перед ужасной правдой Дан ухмыльнулся. — Им очень сложно сказать, что мы сообщество с общей судьбой, поэтому нам нужно помогать друг другу со всей искренностью. — … — Так что я и помогаю сейчас. Я поставил вазу на подоконник. Я знаю: с его точки зрения он не может полностью мне доверять. В недавнем разговоре я открыто сказал ему: «Вы человек, разрушивший мою жизнь». Как он может мне доверять? Позже я сказал: «Вы человек, который исполнит мою цель, и сама цель», но это не причина для Деона Харта доверять человеку по имени Дан. В конце концов Деон Харт решил доверять не человеку Дану, а «ситуации». Ситуации, в которой Дан одержим своей «целью». Ситуации, где Дан получает безопасность под статусом и авторитетом Деона Харта в мире демонов. Если Деон Харт падёт, Дан тоже встретит смерть. — Оставлю цветы здесь. Всё равно это мир демонов, нет смысла ставить их у окна. — …Не привязывайся к демонам без причины. — Да. Я сказал лишь, что мне немного жаль. Вы слишком чувствительны. — Жалость — тоже чувство, близкое к разновидности симпатии. Если делить на хорошее и плохое, это по крайней мере не «плохое». — Это вскоре становится привязанностью, а привязанность — краеугольным камнем дружбы. Дружба заставит ослабить границы, а ослабленные границы развяжут даже плотно сомкнутый рот. — …Ладно, впредь буду осторожен. Лучше, если ложитесь на кровать, снимите верхнюю одежду. Вам же неудобно? — Да. — Снимайте. *** — Господин, ещё прохладно, возьмите это. Дан накинул верхнюю одежду и плотно застегнул её. Не желая уступать, Эд взял руку Деона и надел на неё чёрную перчатку, сказав, что руки могут замёрзнуть. Деон, молча принимавший всё это, стоя между ними, решительно отказался, когда ему попытались дать ещё и шарф, повернулся и взял чёрный плащ, напоминавший символ командира Нулевого корпуса. Вдруг цвет плаща бросился в глаза, и он усмехнулся. «Верхняя одежда, перчатки, даже шарф, которым собирались всё прикрыть, — всё чёрное». Они правда хотят объявить миру, что Деон Харт на стороне мира демонов? Хотя он не был куклой для переодевания, Деон жалко посмотрел на двоих, споривших, кто его оденет, и начал надевать плащ. — Господин, вы собираетесь надеть сами? — Почему? — Нет, господин… ваша одежда… надета в беспорядке. …Это вы называете человечностью? Дан, будто пытаясь облегчить печаль от большой дистанции между ним, Эдгаром и Деоном, быстро принял сбивчивые слова, встретился взглядом с Эдом и запоздало добавил: В любом случае было поздно. Разве это не означало, что они игнорируют его ошибку, потому что это «человечно»? «Я одеваюсь неряшливо?» Деон опустил голову и посмотрел на новый плащ. Идеально. Ну, это плащ: накинь и примерно завяжи. Какие тут могут быть проблемы? — Господин, я надену заново. Только больше не создавайте там странных складок… Верно. Похоже, не идеально. Даже с простым плащом могли быть проблемы. Дан, сетуя: «Сегодня важный день, я хотел одеть вас аккуратно», быстро подошёл и начал поправлять плащ. Деон молча наблюдал за ним, наклонил голову и вдруг спросил: — Я настолько плохо одеваюсь? — В жизни не видел одежды с такими складками. Если бы я не видел, как вы надевали её с самого начала, подумал бы, что кто-то специально скомкал одежду господина в шар и сошёл с ума. — У тебя грубая речь. Как ты вообще служишь Демону? — Значит, вы так не думаете? — Люди называют это человечностью. Неужели всё так серьёзно? Хотя Эд сам это сказал, он отвёл взгляд, будто его кольнули. Дан открыто рассмеялся. — Даже если защищать вашу человечность… — …В чём проблема? Не думаю, что это плохо. Я слышал, что такая сторона тоже нужна, потому что чрезмерное совершенство может вызвать чувство дистанции или отторжения. Теперь Деону показалось, что нужно серьёзно взглянуть на себя, оставив рычащих друг на друга двоих вспоминать одежду. «…Теперь, когда думаю, я редко одевался сам». Даже если надевал что-то сам, кто-нибудь обязательно потом поправлял вид одежды. Даже во время Восьмилетней войны бешеные псы укладывали его одежду. Иногда они будто решали, что ничего не поделаешь, полностью распускали всё и надевали с нуля. А в процессе ещё ворчали: «Пожалуйста, носите нижнее бельё». «Что эти ребята сейчас делают…» На миг он вспомнил Бешеных псов, а затем посмотрел на Дана, сказавшего, что всё готово, и отдёрнувшего руки. Тогда он заметил Короля демонов, неторопливо ожидающего на небольшом расстоянии, и сделал шаг назад. — Готов? — Да. — Одежда немного мятая. Ничего? Сегодня важный день. Если хочешь, можешь переодеться. — Всё в порядке. — Как хочешь. Дьявол с ухмылкой развернулся и пошёл вперёд, будто велел следовать за ним. Деон осторожно пошёл за ним, и вскоре его шаги остановились перед одной из комнат Замка Короля демонов. Дверь внезапно распахнулась. Прохладный ветер, словно дожидавшийся момента, царапнул лицо. Но Деон даже не осознал этого — он лишь слегка расширил глаза перед развернувшейся сценой. — О. — Как тебе? Неплохо? Неплохо? Нет. Широко распахнутое окно и три яркие луны за ним. Роскошный интерьер комнаты, а на фоне — дорогой письменный стол и кресло. — Можно было просто встать где угодно… Это не так важно, и говорить долго не придётся, так что не нужно было заходить так далеко… — Раз это не важно, значит, конечно важно. Сегодня первый день, когда ты встанешь перед всеми, верно? Точнее, день, когда я встану перед всеми как предатель человечества. День, когда Деон Харт от имени мира демонов использует язык, чтобы расколоть человеческий мир, заключивший союз. ---------- Деон Харт, предатель человечества (8) — Можешь просто сесть здесь, перед этим столом, и говорить. Едва увидев это место, я понял, почему Король демонов так старательно его подготовил. Скорее всего, он хотел показать: мир демонов благосклонен к людям, которые предали человеческий мир и отвернулись от него. Поэтому за окном, на фоне, были три луны — доказательство мира демонов, а роскошная комната косвенно демонстрировала отношение к человеку. Оружие, которым он будет размахивать в предстоящей речи, тоже связано с этим, так что выгода очевидна… Но почему на душе так горько? Деон медленно коснулся уголка губ. — Начинается… — Если положишь руку на этот магический камень, через три секунды перед глазами появится белый свет размером с кулак. Просто смотри на него и говори. Если захочешь закончить — подними руку. Просто, верно? Кстати, этот магический камень мы сделали вместе с Лиринель. Я ещё не использовал его по-настоящему, но он должен работать. — Ты сказал: «ещё не использовал по-настоящему». Разве в прошлый раз не пробовал? — Тогда я просто применил свою магию напрямую. Это требует много магической силы. — Пока понял. Начнём сразу. Я сел перед столом. Король демонов тихо покинул комнату, будто давая говорить спокойно. Оставшись один, Деон медленно закрыл и открыл глаза перед магическим камнем. В тихом безмолвии его взгляд был опущен, и невозможно было понять, о чём он думает. Но это длилось недолго. Деон поднял глаза, словно ему больше не о чем тревожиться, и протянул руку к магическому камню. Немного в стороне от лица появился белый свет. «Хорошо…» Эго. «Оставим имя в истории». Пришло время стать худшим человеком за всю историю. *** Над человеческим миром, находившимся в разгаре войны, возник огромный экран. Паники было немного: все уже переживали подобное однажды и успели привыкнуть. Люди спокойно сосредоточились на экране, увидев на нём знакомое лицо, мелькнувшее на миг. Словно доказывая, что он находится в мире демонов, человек в чёрной одежде, с белыми волосами и красными глазами, смотрел прямо вперёд. За окном у него на фоне висели три луны. — …Деон Харт. Даже те, кто никогда не видел его лично, знали его внешние признаки. Кто-то простонал это имя. Впервые после перехода на сторону дьявола он показал лицо, и это естественно привлекло внимание. Мужчина на экране спокойно открыл рот, словно знал, что всё человечество смотрит на него враждебными глазами. — Империи эгоистичны. Внезапное и прямое заявление заставило даже незаинтересованных поднять головы и усомниться в ушах. — Нынешнего императора Империи следует считать эгоистом. Когда я услышал о союзе человеческого мира, я не понял, почему человечество объединилось вокруг Империи. Нет, на самом деле я до сих пор не понимаю. Мужчина на экране невинно наклонил голову, словно действительно не понимал. — Вы не способны учиться? Это были действия и слова, вызывающие желание плакать. Взгляды, до того наполненные лишь любопытством, превратились в гнев и впились в экран. Даже те, кто работал и слушал вполуха, остановились и подняли головы. В итоге их внимание будет приковано к экрану до конца речи. «Что он собирается сказать, раз так цепляет внимание?» Император сидел перед столом в кабинете, свободно откинувшись на кресло, и тихо смотрел на экран. Экран любезно появился прямо в этой комнате, будто желая, чтобы его увидел каждый. — Император Империи начал Восьмилетнюю войну сразу после восшествия на трон. Бесчисленные страны были жестоко растоптаны под его ногами, даже не понимая за что. И казалось, что всё наконец закончилось, но всего через два года снова вспыхнула война. …Ах. Я протянул руку и потянул за шнур. — Позовите шамана. Пусть готовятся к вмешательству. Снова раскол. Дьявол уже должен был попробовать это. Разумеется, нет ничего эффективнее внутренней смуты. Деон Харт на экране продолжал говорить без малейшей заминки. — Конец Восьмилетней войны был не перемирием, а завершением войны. Прошло всего два года после объявления её конца, а они уже нарушили слово и начали новую войну! Благодаря этому намерения императора теперь стали очевидны. Завоевание континента. — Всё настолько явно, что невозможно не понять. Но для меня было смешно видеть, как они собираются вокруг него. Разве это не всё равно что рыба просит кота защитить её, или овца заключает союз с волком? Деон Харт думал. Я не так уж умён. Когда я был маленьким, Круэль… мой старший брат хвалил меня за ум, но это лишь показывало его любовь и заботу о семье. Он знал: его ум чуть выше среднего, а таланта к речи у него нет. Почти всю жизнь он был заперт в доме, а потом вся его жизнь прошла на поле боя. Откуда у него время на связные и глубокие разговоры с кем-то? «Было бы лучше, если бы передавался только голос, а не изображение… или если бы здесь стоял кто-то другой». Слабая мысль подняла голову. Но если это будет не он, позиция потеряет большую часть эффекта. Экран тоже неизбежен, чтобы привлечь внимание. По одному голосу трудно быть уверенным, кто говорит, и внимание снижается. А если смотреть и на экран, и на содержание, найти бреши в речи сложнее, чем если сосредоточиться только на голосе. «Будем уверены». В любом случае это не обсуждение, а одностороннее подстрекательство. Не убеждать логикой как оружием, а колебать эмоциями. Долго говорить не нужно. Ворваться внезапно, раскачать разум и быстро отступить. Что касается поведения — держать голову высоко, управлять выражением лица, будто в сказанном нет ничего ошибочного. — Шаман ещё не готов? — Простите, но шаман говорит, что его способностей недостаточно для вмешательства. Барьер выше, чем в прошлый раз… Император тихо нахмурился. — Моя цель — Империя. Если вы примкнёте к Империи, исхода два. Либо вас растопчет армия Короля демонов, продвигающаяся, чтобы атаковать Империю, либо вас съест Империя, которая благополучно остановит мир демонов и сделает вид, что всё спокойно. Один голос звенел в мире, погружённом в тишину. — В конце концов, в союзе с Империей для вас нет ничего хорошего. Этот рот нужно закрыть. Но как? «…Способа нет». Император опустил глаза в смирении. Он уже думал, как ответить на ситуацию, которая немного осложнит будущее, когда висящий в воздухе экран дрогнул и почернел. Конец? В момент, когда это показалось чуть внезапным, экран снова посветлел, и на нём появился мужчина. Не Деон Харт. Обычный внешне юноша, уже переходящий от мальчика к молодому мужчине, стоял на фоне неизвестного закоулка. — В конце концов, это лишь заявление предателя, вставшего на сторону дьявола. Мир встрепенулся от появления совершенно нового лица, словно пытаясь вывести его личность. Деон Харт, потерявший контроль над экраном, приподнял бровь и сосредоточился на мужчине в комнате. Он был уверен, что где-то видел это лицо. «…А, верно. В день словесной войны между Королём демонов и императором его обучали, используя её как учебник». Эд поспешно принёс новый магический камень. Деон посмотрел на него на столе, но не протянул руку, а снова перевёл взгляд на экран. Несмотря на молодость, лицо у него было твёрдым, словно за ним стояли достаточно сильные убеждения. Пауль, лидер революционной армии, вынужденный до переворота двигаться из тени, впервые встал перед всеми, чтобы защитить человеческий мир. Он чувствовал недовольный взгляд Ирама с одной стороны, но не обращал внимания. — Ты тоже говоришь ради того, чтобы вызвать внутреннюю вражду в человеческом мире. Чем ты отличаешься от дьявола? Как только на экране появился Деон Харт, Пауль быстро отдал приказ. Было бы хорошо, если бы император сам выступил и опроверг, но на случай, если не сможет, Пауль заранее вызвал способного шамана из революционной армии. То, что этот шаман когда-то занимался проклятиями и злыми духами ради убийства императора, мешало убеждению. — …Почему я должен использовать магию ради какого-то императора?.. — Потому что человеческий мир должен быть жив, чтобы была революция или её отсутствие. Спасибо за сотрудничество. Хорошо, что в итоге удалось убедить. Ирам тихо успокаивал шамана и смотрел на стоящего в стороне Пауля. Тот использовал рот, чтобы изменить мысли тех, кого качнула пропаганда. И, словно не собираясь спокойно смотреть, экран Деона Харта появился рядом с экраном Пауля. — Чем я отличаюсь от Короля демонов? Тем, что я «человек». Разве вам не интересно, почему я, человек, решил отвернуться от человеческого мира и встать в мире демонов? Он сделал паузу и ухмыльнулся. Улыбка исчезла с лица мгновенно. Её место заняла крайняя ненависть. Голос, наполненный такой же убийственностью, как выражение, вырвался рыком. — Потому что не было лучшего места, чтобы убить императора! Император по природе своей человек со множеством врагов. Поэтому само по себе это не было чем-то новым, но в этот раз всё было иначе. Образ императора ярко отпечатался в сознании каждого. И подсознательно возникла мысль. Он сказал, что цель — убить императора. Значит, проблема решится, если убить только императора? — Почему я всё это время упоминал императора? Моя обида ограничена императором. Если трудно, можете просто отдать голову императора. Деон с усилием снова поднял уголки губ. Герцог, более крупный виновник, намеренно не упоминался. Чтобы вызвать раскол не только в союзе, но и внутри Империи, нужно было усилить голос дворянской фракции. Поэтому он направил всё на императора и кричал, даже готовый на время оставить герцога. Раз он сказал, что причина — император, опытные политики с восторгом начнут давить на императора оружием, которое так долго копили. Но Пауль не тот, кто просто позволит атмосфере увлечь всех. Сегодня он решился и вмешался в экран. Раз уж он не мог проиграть, даже не получив своё, он снова открыл рот. — Забавно. Я знаю, что даже если мы это сделаем, наступление армии Короля демонов не остановится. — Почему ты так думаешь? Разве ты не слышал, что я сказал раньше? — Это «твоя» история и «твоя» цель, а не история «армии дьявола». — Твои намерения очевидны. После уничтожения Империи согласно твоей цели ты бы отступил и попытался пошутить: «Я сказал, что моя цель — Империя, но никогда не говорил, что цель мира демонов — Империя». Армия Короля демонов проглотила бы человеческий мир, ставший лёгкой добычей. Разве не так? Империя — сильнейший барьер между человеческим миром и миром демонов. Если мир демонов не мог есть из-за барьера, а барьер рухнет, разве он просто проигнорирует добычу? Он проглотит её, будто только этого и ждал. — Мы уже видели словесную войну Короля демонов и императора, узнали желание демонов и поняли их цель. Ты думал, мы попадёмся на такую ловкую игру языка? Есть предел тому, насколько глупыми можно считать людей. Насколько же низко ты на нас смотришь? — И если ты с самого начала хотел убить императора, разве не стоило присоединиться к революционной армии? Это ведь всё ещё человеческий лагерь. С того мгновения, как ты ушёл в мир демонов, ты уже ошибся. Деон молча подавил смех, готовый вырваться наружу. Моя цель — Империя. Похоже, он бессознательно пытался сохранить остатки совести. «Смешно. С каких пор у меня есть совесть?» Ты отказался быть человеком ещё во время Восьмилетней войны, а теперь пытаешься заботиться о совести? Красные глаза потемнели. Деон Харт оскалился человеку по ту сторону экрана. Вместо того чтобы отвечать на сыплющуюся критику о революционной армии, он ответил на предыдущие слова. — А что, если мир демонов пообещает не трогать ничего за пределами Империи? ---------- Деон Харт, предатель человечества (9) Даже если он попытается незаметно обойти важную атаку, заставшую вас врасплох, вам всё равно придётся пропустить это мимо. И именно этим его заявление было вкусным: оно само показывало щель, которой можно воспользоваться. Я так и знал. — ...Как можно верить словам демонов...! — Как человек, я обещаю своим именем, именем представителя мира демонов. Деон приподнял бровь, увидев, как легко противник попался. В мире, застывшем от тяжести его слов, прозвучал чей-то голос. — Начнём с того, что слухи о демонах как о расе, которой нельзя доверять, ничем не подтверждены. Разве не из-за этих слухов вы даже не думали о переговорах с демонами? Быть ведомыми такими слухами — просто смешно. — Король демонов принял меня, человека. Он обращается со мной очень великодушно, без ударов в спину и без отступления от своих слов. После того как распространилась весть о предательстве Деона Харта, о нём поползли разные слухи. В основном — о том, как с ним обращаются в мире демонов. Было известно, что он явно перешёл на сторону мира демонов, но странным казалось то, что о человеке, некогда бывшем героем Империи, совсем ничего не слышно. Самым распространённым слухом было то, что демон ударил его в спину, после чего Деона заперли где-то под землёй или он умер. Но и этот слух сегодня должен был быть опровергнут. Стигма Примиро сидел с прямой спиной, поставив меч на пол как трость и сложив руки на рукояти. Глядя на экран, он тихо улыбнулся. В отличие от улыбающегося лица, голова у него тяжело качнулась. — Ты ошибаешься, младший. Обещание, данное именем младшего, не является основанием для доверия. Как и ожидалось, ровный голос начал последовательно опровергать сказанное. — Во-первых. — Ценность имени определяется тем, как общество воспринимает его владельца, и ценностью самого человека, дающего обещание. Словно поняв смысл этих слов, лицо Деона Харта на экране на мгновение дрогнуло. Почти сразу оно вернулось к прежнему виду, но Стигма, сосредоточенно наблюдавший за младшим, этого не упустил. Возможно, возражавший на том экране тоже это заметил. — Ты предатель человечества. Общественное мнение о тебе находится на самом дне. И ты сам... Поль, мужчина, оборвавший фразу, некоторое время смотрел прямо на экран, будто изучая выражение лица Деона Харта. — ...Не думаю, что ты сам ценишь себя слишком высоко, верно? — Как мы можем доверять обещанию, которое такой человек даёт своим именем? Удар достиг цели. Деон Харт замолчал. Не упустив возможности, Поль развил успех и начал давить дальше. — Ты сказал, что Король демонов принял тебя как человека? Сказал, что с тобой обращаются великодушно? Что ж, неудивительно. Ведь ты ближе к демону, чем к человеку. Это ложь. — Красные глаза, белые волосы, бледная кожа. Внешность, совсем не похожая на человеческую, а вдобавок — жестокие руки! Даже будь ты демоном, сопротивления было бы меньше. Нужно возразить. Деон открыл рот, но Поль оказался на шаг быстрее. — И прежде всего, разве ты не предатель небес, который не только убил членов своей семьи, но и расправился с последним оставшимся братом? Кто сочтёт такого человека человеком? «Что?» Мысли остановились. «Кого...» Кто кого убил? Это был совершенно неожиданный удар. Деон на мгновение задержал дыхание. ...Значит, в мире людей считается, что я убил брата. В этом был смысл. Если Деон станет всеобщим врагом, человеческий мир сплотится сильнее. Даже те, кто знал правду, закрыли бы глаза, сомкнули губы и свалили вину на него. «Нужно держать лицо...» Даже когда разум словно накрыло белым листом, остатки рассудка смогли понять, что трансляция продолжается. В такой ситуации он даже не мог поднять руку и закрыть лицо. Нужно было рассудком, спокойно, опровергнуть эту фабрикацию. Но. «Я не могу говорить». Руки под столом дрожали. Всё, на что хватало сил, — напрячься так, чтобы дрожь не дошла до плеч. И от того, что тело реагировало так постыдно, становилось ещё хуже... Деон боялся, что, стоит ему открыть рот, дрогнет и голос, поэтому ему оставалось только смотреть прямо перед собой с настолько бесстрастным выражением, насколько возможно. Он заговорил только тогда, когда Поль уже собирался снова взять слово, за миг до того, как его молчание приняли бы не за паузу перед ответом, а за капитуляцию. Из-за неподвижного лица прозвучал спокойный голос. — Здесь столько нелепостей, что я даже не знаю, с чего начать. Тебе стоит помнить, где ты находишься и что говоришь. Лгать перед всем человечеством — жестоко. По крайней мере, следовало бы говорить правду, а не выдумки. — Это... Деон продолжил, будто хотел закончить разговор прежде, чем ему ответят тем же. — Я повторю ещё раз как третий герой бывшей Империи и нынешний командир Нулевого корпуса армии Короля демонов. Император — человек, которому нельзя доверять, и мы вынуждены устранить препятствия, стоящие на пути завоевания Империи. — И знайте: мир демонов не настолько предвзят, чтобы не доверить человеку должность командира Нулевого корпуса. Врата мира демонов всегда открыты для людей, желающих дружеских отношений. Больше ничего. Экран исчез вместе с медленно улыбающимся бледным лицом. И по всему континенту — за пределами человеческого мира и даже в мире демонов — поднялся переполох. * * * — Похоже, ты был куда более выдающимся человеком, чем я думал. Командир Нулевого корпуса. Стигма рассмеялся. Он говорил, что у человека на экране огромная смелость, но на самом деле смельчаком оказался его младший. О существовании командира Нулевого корпуса стало известно вскоре после окончания Восьмилетней войны. Разве это не означало, что его младший какое-то время одновременно был третьим героем Империи и командиром Нулевого корпуса армии Короля демонов? Возможно, причина, по которой он часто куда-то исчезал по приказу императора, заключалась в поездках туда и обратно в мир демонов. «Слова о том, что императору нельзя доверять, означают, что Его Величество тоже знал истинную личность Деона Харта». Я думал, что в конце сошёл с ума и стал беспомощен. — Ты оставляешь после себя очень большую бомбу. Как и ожидалось от моего младшего. Убийственная аура... Оставив на столе письмо с известием о том, что рыцари Лофти сбежали по пути во владения Амиабля, Стигма вспомнил лицо Деона Харта, которое видел на экране. Даже если оставить всё это в стороне. — Я переживал, что он мог где-то пострадать, но рад, что выглядит нормально. Нельзя быть уверенным, ведь он не видел его лично, но даже если проблема есть, теперь всё будет хорошо. Эти ублюдки не станут просто смотреть, как их хозяин умирает. Он даже не рассматривал возможность того, что они не смогут добраться до Деона Харта. Даже в аду эти парни сказали бы дьяволу, что им нужно к командиру, и заставили бы его переправить их дальше. И эти самые ублюдки, способные довести даже дьявола до обморока, сейчас поднимались в гору. Точнее, из-за шокирующей новости, услышанной с экрана, парящего в воздухе, они ненамеренно остановились и немного передохнули. Экран погас, и в неописуемой тишине, тянувшейся до сих пор, кто-то едва выговорил: — ...Ого, наш капитан... был командиром Нулевого корпуса? — Разве существование командира Нулевого корпуса не стало известно задолго до того, как он ушёл в мир демонов? Значит... — Он одновременно занимал должности героя Империи и командира Нулевого корпуса. Поэтому он надолго уходил куда-то под предлогом миссий? — Раз это были «миссии», значит, император знал и прикрывал его. — Что? Милан широко распахнул глаза, не скрывая изумления от холодного анализа Клетера. Остальные рыцари тоже перестали восхищаться и посмотрели на Клетера. — Значит, он водил всех за нос. Это правда... — Невероятно круто! — Как и ожидалось от нашего капитана! — Настолько далеко от нормальной жизни, что даже жалко! — Вот вы какие. Клетер глубоко вздохнул и тихо коснулся лба. — Сейчас не время восхищаться, ублюдки. Если не встретиться с командиром сейчас, шанса больше не будет. Если нас здесь поймают, всё кончено! — А, точно. Нас ведь будут тщательно контролировать? — Нас не станут пытать? — Думаете, до этого командир вас не убьёт? Вы ведь оставили от нас только записку. Они видели её редко, потому что её постоянно куда-то вызывали и допрашивали, но она всё равно оставалась их лидером. С привязанностью и сожалением члены ордена рыцарей-убийц оставили Лиен Рейнер записку перед побегом. [Простите, лидер.] — Эти... проклятые ублюдки...! Хотя рыцари никак не могли знать, что записку уже безжалостно смяли, они инстинктивно почувствовали ужас и выпрямили спины. — Я не уверен, но мне кажется, если нас поймают, я умру. — По-моему, если нас поймают, нас ждёт что-то страшное. У меня дурное предчувствие. — Тогда, если не хотите умереть, хватит болтать и двигайтесь, проклятые ублюдки! Наверняка за время этой болтовни они прошли всего несколько метров! Клетер, который от досады уже колотил себя в грудь, сменил цель кулака и стал подгонять товарищей, ударяя их по затылкам. * * * Деон Харт, третий герой Империи, и Демон Арут, командир Нулевого корпуса армии Короля демонов, — один и тот же человек! Король демонов раскрыл этот факт в тот момент, когда Деон Харт предстал перед публикой. Новость была шокирующей, и почти все демоны сосредоточились на ней, но растерянности оказалось меньше, чем ожидалось. [Демон — это Деон Харт.] [Правда?! ...Но что с того? В конце концов, он на нашей стороне.] [Верно... верно? Он ведь работал двойным агентом.] Каким бы ни было его прошлое и кем бы он ни был, нынешний он явно принадлежал армии Короля демонов, а значит, был «на нашей стороне». Новость удивляла, но не была негативной, поэтому на этом бурная реакция почти закончилась. [Я знал, что он необычный, но не думал, что он станет героем в Империи. Он и правда не шутка.] [Он ведь стал командиром Нулевого корпуса, оставаясь человеком. Обычным он быть не мог.] Стоит ли теперь называть его Деоном? Что будет с культом демонов? Несмотря на шум, демоны быстро погрузились в другие заботы. * * * Говорят, они использовали магию, чтобы вмешаться в экран, но в конечном счёте ключом был магический камень на этом столе. Нужно было выключить его сразу, как только появился признак перехвата контроля над экраном. Кто же знал, что, едва захватив управление, они вбьют клин, не позволяющий выключить трансляцию по своей воле? [И всё же в конце это было лишь заявление предателя, вставшего на сторону Короля демонов.] После этих слов Деон Харт уже не мог сам выключить экран противной стороны. Слова были сильными, как и само появление. Если бы он просто погасил экран, последние слова оппонента прочно отпечатались бы в сознании зрителей. Более того, выключить экран в тот момент означало бы, что возразить нечего, то есть признать сказанное и признать поражение. Поэтому Деону пришлось отвечать, даже если ему этого не хотелось. Так что Деон спокойно протянул руку, одновременно выключил оба экрана, затем молча достал чёрный платок и прижал к губам. Если вспомнить изначальную цель, он по крайней мере не проиграл. Он предотвратил контрподстрекательство и, более того, бросил и взорвал мощную бомбу, способную ударить по внутренним делам Империи и союзу между императором и другими странами, так что та сторона сейчас наверняка в панике. Но... — Девелания... Имя сорвалось из-под чёрного платка. Хотя он понимал, что, чтобы отчётливо позвать её, надо убрать платок от губ, Деон лишь повысил голос, не отнимая ткани. Голос, треснувший от чрезмерных эмоций, ожесточённо царапнул связки и прозвучал почти демонически. Хлюп. Чёрный платок намок. ---------- Переполох (1) «Я сдержался даже тогда, когда услышал о теле Круэля, но в итоге это всё равно прорвалось вот так». Наверное, стоит считать удачей, что это произошло, когда в комнате никого не было. Эмоции, выходящие за определённую грань, неприглядны. Гнев — не исключение. Поддаваться эмоциям, повышать голос и громко кричать — уродливо и вульгарно. Кто-нибудь мог застать его за этим и полностью разрушить образ, который он выстраивал до сих пор. [Мой младший, есть много способов выразить гнев, не повышая голоса. Так что не унижай своё достоинство криком, пока не заболит горло.] Не горячись. Эмоции должны показываться только в отточенной форме. Даже если внутри всё кипит, голова должна оставаться холодной. В любой момент береги рассудок. Отослав Бена, который прибежал, сказав, что получил сигнал, Деон спокойно сложил платок, который убрал от губ, спрятал его за пазуху и посмотрел на стоявшую перед ним Девеланию. — Похоже, в сведениях о Круэле кое-чего не хватало. — ...Простите. — Значит, ты знала. ... Он был немного зол. Если бы ему сказали заранее, он по крайней мере не оказался бы в неловком положении перед всеми. — ...Почему ты так поступила? — Простите... — Я спрашивал не об этом. Он медленно поднялся с места. Шаг. Ещё шаг. Медленные шаги, казалось, почти не продвигались вперёд, но вскоре он остановился перед Девеланией. Деон приблизил лицо и встретился с ней взглядом. В отличие от приподнятых уголков губ, ярко-красные глаза сияли жутким безумием. — Ты решила, что я буду настолько потрясён? Или решила, что не смогу сдержать гнев и начну буйствовать? ... — Второе. Да, будь это первое, было бы даже смешно. Как может человек, который видел смерть брата собственными глазами, а потом пытался собрать его тело, теперь быть потрясён, услышав, что кому-то отрезали голову — уже не говоря о теле? — Каким человеком, не умеющим контролировать эмоции, ты меня посчитала... — Нет, это не так...! — Судя по тому, что ты скрыла информацию по такой причине, я, похоже, выглядел для тебя довольно удобным. — Ах... нет...! Вздох. Он больше не хотел слушать простые отрицания и схватил Девеланию за шею. Силы в пальцах не было. Даже если бы он попытался сжать, обнаружилась бы лишь его слабая хватка; о том, чтобы ударить, не было и речи. Вместо этого... — Есть предел тому, на что можно закрывать глаза. Он задавил её атмосферой. Деон убрал улыбку и посмотрел на демона перед собой. Глядя прямо в её заметно застывшие глаза, он мягко облизнул губы. — Просто знай меру. Наступила тишина. ...На этом гнев заканчивается. Деон медленно убрал руку с шеи Девелании и тихо вздохнул. С самого начала и до конца она покорно извинялась. Если злиться дальше и давить сильнее, это даст лишь обратный эффект. — Надеюсь, в следующий раз ничего подобного не повторится. Деон проглотил эмоции, которые всё ещё не утихли. * * * На совещании Деон Харт ясно сказал: [Через неделю после того, как я закончу «Предупреждение человеческому миру», Пятый корпус отправится туда, в королевство Тэхон, и устроит там так называемый «разгром».] Это был пугающий приказ главнокомандующего. Командир Пятого корпуса Оэл последовала ему добросовестно. Вместе со своим адъютантом Дерниваном, который фактически был её нянькой, она уже переворачивала страну вверх дном; сегодня она тоже зачистила деревню и теперь обыскивала дома в поисках интересных вещей. — Дерниван, посмотри. Тут связка сушёной травы. Зачем такое держать дома? — Похоже, это лекарственные травы, которыми пользуются люди. — Лекарственные травы? Такие же, как травы фей? — Раз они лежат в доме простолюдина, эффект, скорее всего, ничтожен по сравнению с травами фей. — Простолюдины не могут достать действенные травы? Оэл, похоже потеряв интерес, бросила связку трав и уже собиралась обыскать другой дом, но остановилась, услышав откуда-то звук. — У-у-у... Это явно был голос живого существа. Дерниван тоже услышал его: в его равнодушных глазах появилась жизнь. Не иллюзия. Оэл медленно пошла в поисках источника звука. — Уии-инг... Звук доносился из шкафа. Если подумать, перед ним лежало тело человеческой женщины. Сначала казалось, что это совпадение, но нет. Он отодвинул тело женщины ногой, оглянулся на Дернивана, кивнул, словно едва что-то заметил, и открыл шкаф. Дерниван тут же вытянул руку, чтобы задушить находившееся внутри существо, но... — Подожди. Ему пришлось остановиться из-за приказа, в котором явно звучало сдерживание. Не пряча острых выпущенных ногтей, Дерниван лишь перевёл взгляд и стал наблюдать за Оэл. Её глаза сияли так, словно она обнаружила нечто, чего никогда прежде не видела. ...Не может быть. — Я видела это в книге! Это «младенец»? Тот самый «младенец», которого называли «благословением»! О боже, живой младенец! — Оэл. Ах. Наконец-то. Выпущенные ногти спрятались в кулаке. Дерниван уже, казалось, понял, что скажет его начальница. — Дерниван! Давай его вырастим! — Это человек. — Но это же «младенец», верно? — Его нужно убить. — Нет! Я тоже хочу «благословение»! — Я постараюсь. Демоны — раса, рождающаяся из «силы Короля демонов». Сколько ни старайся, младенца у них не будет... но сейчас нужно было остановить разбушевавшуюся возлюбленную и начальницу. Дерниван спокойно солгал, не изменившись в лице. — Чтобы вы получили то, чего хотите... — Я хочу этого младенца сейчас. ... — Сколько ни думай, я не смогу ждать, пока у меня появится младенец. Я читала, что есть люди, которые не могут выносить младенца в животе. Такие люди получают младенцев способом, который называется «усыновление». — Король демонов этого не позволит. — Можно растить его тайно! — Но... — Ты поможешь мне, Дерниван? ... А? Дерниван, глядя в её сияющие глаза, медленно опустил взгляд. Его ногти, ещё недавно столь зловеще готовые отнять жизнь у «младенца» в любой момент, теперь были полностью скрыты. — Если это приказ. * * * — Ваше Величество, у меня есть новости... — Я сейчас занят, потом. Из Рвече пришла срочная просьба о помощи. Император, приказавший созвать экстренное совещание, быстрым шагом направился в зал, проходя мимо рыцаря, который явно нервничал. Если бы вопрос был срочным и касался войны, доклад сделали бы немедленно, согласно заранее отданному приказу. Значит, прямо сейчас это было не настолько важно. Император, полностью вычеркнувший из памяти подавленного рыцаря, чей доклад отклонили уже в одиннадцатый раз, остановился перед дверью зала совещаний. — Ваше Императорское Величество... — Не нужно. Стоять здесь — пустая трата времени. Как когда-то, он сам открыл дверь и вошёл. Дворяне, испуганные неожиданным появлением императора, поспешно поднялись. Император даже не стал махать рукой; длинными шагами прошёл вперёд и сел на трон. — Раз приветствия уже сказаны, садитесь. Он продолжил говорить сразу, словно не мог дождаться даже того мгновения, когда дворяне опустятся на стулья. — От нашего союзника, Рвече, пришла просьба о поддержке. Говорят, демоны начали стучаться в ворота королевства. Поскольку именно это королевство сейчас оказывает наибольшую помощь территории Парас, думаю, с моральной точки зрения мы не можем оставить его без внимания. На короткое время повисла тишина, а затем дворяне заговорили почти разом. — С каких пор в отношениях между государствами «мораль» стала важнее «выгоды»? Нынешняя Империя с трудом справляется даже с демонами. Следует отказать. — Союз пошатнётся. Не только Рвече, но и Государство Шань начнут смотреть на Империю негативно. Даже сейчас общественное мнение неблагоприятно; разве не следует избегать действий, которые увеличат число врагов? Поэтому, Ваше Величество, правильно будет помочь, даже если ради этого придётся немного перенапрячься. — Прежде чем... В тот момент, когда началась суматоха, поднялась чья-то рука. — Могу ли я попросить более подробного объяснения происходящего? Дело столь крупное, что, казалось бы, нет тех, кто о нём не знает, но развивается оно так внезапно, что, возможно, кто-то всё ещё не в курсе. Фиолетовые глаза скрылись под веками, изогнутыми полумесяцами. Император молча посмотрел на него и кивнул. — Я был так занят, что упустил это. Вы, вероятно, уже слышали новость о том, что Пятый корпус армии Короля демонов прошёлся по королевству Тэхон. Королевство Тэхон — вассальное государство, которому Рвече обещало защиту. Рвече отправило поддержку, чтобы исполнить обещание... Дальше всё было так же, как сейчас. Это были силы, предназначенные для противостояния Пятому корпусу. Поскольку отправка слабых войск была бы лишь пустой тратой денег, Рвече послало значительное количество пригодных солдат, и в результате силы королевства сильно истощились. И именно тогда демоны начали стучаться в ворота Рвече. — В конце концов, разве Рвече не само навлекло это на себя? Следует отказать. — Рвече зашло так далеко, чтобы сохранить верность союзу. Если бы Рвече проигнорировало королевство Тэхон, мы сами пересмотрели бы союз с ним. В конечном счёте это означает, что мы тоже ответственны за случившееся с Рвече. Поэтому мы должны сделать всё возможное, чтобы помочь. — Сейчас, когда мы не знаем, когда закончится война с демонами, нужно беречь силы. Но поскольку мы не можем стать причиной распада союза... как насчёт того, чтобы отправить поддержку лишь номинально? Людей, о потере которых не пришлось бы сожалеть. — Есть такие люди? — Разве нет войск, собранных из бедняков и простолюдинов? Если не хватит, можно просто провести новый призыв. Дворяне уже внесли вклад в силы Империи: каждый отправил на войну одного или нескольких членов семьи вместе с частью своих частных солдат. Поэтому, даже если в ситуации нехватки войск речь заходила о призыве граждан Империи, император не должен был бы гневаться. Именно поэтому он говорил смело, но... — Даже если ситуация неизбежна, мне неприятно, что ты так легко произносишь слово «призыв». Лицо императора исказилось от недовольства. — Призыв граждан Империи был проведён из-за нехватки войск. Если мы отправим их в другую страну как сбрасываемую карту, чем заполним пустоту? — Снова призвав бедняков и простолюдинов... — Похоже, вы считаете народ Империи каким-то волшебным источником, который будет изливаться бесконечно, но это не так. Разве нет войск более высокого качества? На кончиках пальцев, сжимавших подлокотники трона, он чувствовал влажное прикосновение крови. В ужасном состоянии, продвинувшемся от кошмарных видений до осязательных галлюцинаций, император спокойно поднял руку и указал на дворян, не выдав ни малейшего изменения в выражении лица. — Разве у вас не осталось ещё немного частных солдат? — Это минимальная сила для защиты территорий...! — Похоже, для вас территория важнее Империи. Если Империя рухнет, земля, которой вы так дорожите, тоже останется без хозяина. Воистину глупо. — Это не так...! Когда дворянин, решившийся выступить, беспомощно запутался в риторике императора, заговорил другой. — Подданные Вашего Величества уже доказали верность Империи, отправив мужчин своих семей на поле боя. Как же вы можете поступать так? Император, молча слушавший его, приподнял уголок губ. — Если это действительно символ верности, не стоило бы держаться так уверенно. — Что вы имеете в виду?.. — Усыновлённые сироты, незаконнорождённые дети, дальние боковые ветви рода. ... В какой-то момент — точнее, с тех пор как император сказал, что при нехватке войск прежде всего будет призывать дворян, — число людей, вступающих в дворянские семьи, резко выросло. Причина была очевидна. — Вы не хотите идти на войну сами, не хотите отправлять драгоценных детей и даже не хотите отдавать частных солдат, в воспитание которых вложили деньги. Так неужели вы думали, что я не узнаю, как вы берёте чужих детей и отправляете их на войну, чтобы минимизировать потери? — Незаконнорождённый ребёнок — это не чужой ребёнок... — Да, с ним, вероятно, обращались не лучше, чем с чужим. Но, кажется, это не главное в истории. ... — Нелепо, что вы смеете говорить о верности после подобных поступков. Знай я, что так выйдет, приказал бы всем мужчинам, кроме одного, участвовать в войне. Разве нет? — ...Осмелюсь попросить вас вспомнить, с чего началось это дело. Похоже, он прижал их слишком сильно. Загнанная в угол мышь приползла и укусила кошку. ---------- Переполох (2) Если не считать испуга, все дворяне молча согласились. Император закинул ногу на ногу и опёрся локтями о подлокотники. — Хм... Раздался мягкий голос. — Итак... вы хотите сказать, что виновник — Мы? — Прошу прощения, но мне не даёт покоя нелояльная мысль: если бы Ваше Величество не попытались завоевать человеческий мир, мир демонов не вмешался бы. Даже если бы будущее не изменилось и война с миром демонов всё равно продолжилась, положение было бы куда лучше. Не было бы бессмысленной траты войск на захватническую войну. Более того, разве совсем недавно не произошёл большой взрыв из-за дела Деона Харта? Император, до сих пор спокойно слушавший, поднял взгляд при внезапно прозвучавшем имени. Дворяне, с тревогой следившие за происходящим, затаили дыхание. Имя Деона Харта было запрещено произносить перед императором. Насколько же должна быть распухшей печень у того, кто осмелился упомянуть его? Словно не чувствуя ошеломлённых взглядов дворян, этот человек с распухшей печенью продолжил без колебаний: — Ещё до того, как он упомянул Ваше Величество, я всё время хотел спросить кое-что. ... — Ваше Величество знали, что он был командиром Нулевого корпуса? Если знал — проблема. Если не знал — тоже проблема. Все дворяне посмотрели на императора, словно требуя ответа. В этот момент между дворянами и императором не было разницы. Здесь у него не было ни одного союзника. Император медленно открыл рот, твёрдо выдерживая многочисленные взгляды, грозившие раздавить его насмерть. — Этот вопрос слишком далёк от повестки. Мы, очевидно, подняли тему поддержки Рвече. — Ваше Величество. — И имеет ли это значение в нынешней ситуации? Какой бы ответ Мы ни дали, ничего не изменится. Разве сейчас не важнее защитить Империю от демонов и сохранить человеческий мир? Я бы хотел, чтобы вы были вернее войне. Слова императора не были неверными, но от этого не исчезали ни его грех, ни ранее заданный вопрос. Особенно сейчас, когда шёл спор об участии дворян в войне и о передаче даже немногих оставшихся частных солдат, это нельзя было легко проигнорировать. Дворянин открыл рот: — Ваше Величество, как мы можем молчать, когда у малых подданных пытаются отнять самый минимум, необходимый для защиты семей и владений? Одна из причин, по которой Империя вынуждена поддержать Рвече, тоже связана со словами Деона Харта. Почему же Ваше Величество требуете жертв только от дворян?.. — Значит, Мне самому выйти с мечом? Слова дворянина тоже были не лишены правды. Деон Харт раскрыл себя как командир Нулевого корпуса, намекнув, что император тоже знал об этом. Он назвал императора человеком, которому нельзя доверять, и люди по всему континенту теперь пристально следили за каждым движением Империи. В результате союзников, которые помогали Империи изо всех сил, нельзя было игнорировать даже ради приличия. Это тоже можно было считать виной императора. В такой ситуации попытка отнять у дворян оставшихся частных солдат выглядела бы несправедливой. «Но». Император чуть наклонил голову, словно выставляя всё напоказ. — Мы спросили, можно ли Нам лично взять меч и выйти на передовую, чтобы поддержать союзников и разобраться с демонами. — Мы уже вложили все свои войска в эту войну. Это означает, что больше войск, которые можно отправить, у Нас нет. — Я знаю, что во дворце ожидают войска. — В ваших глазах они действительно выглядели так, будто охраняют Меня или этот дворец? Конечно нет. То, что фигуры на шахматной доске не двигаются, не значит, что они не участвуют в битве чёрных и белых. Ожидающие во дворце — такие же фигуры на доске, молча ждущие своего хода. Эти люди всегда находятся в состоянии войны, ожидая момента выйти. Император уже выставил все свои фигуры на поле боя. — Значит, у Меня осталось только это тело, и теперь Мне нужно самому выйти и разобраться с ними? ... — Или вы собираетесь сказать Нам предоставить минимальный оплот, защищающий эту Империю, другим странам, когда мы не знаем, когда и каким путём вторгнутся демоны? Эти слова звучали неловко из уст того, кто хотел отобрать у дворян то, что они называли «минимальным оплотом для защиты владений», но император, знавший разницу и превосходство того, что собирался защищать, был уверен. — Я хотел бы спросить, вы против, потому что хотите защитить владения? Когда Мы говорили вам отказаться от владений ради Империи? Я намерен использовать частных солдат, собранных у вас, для защиты ваших же территорий. — Если так, вам не нужно набирать частных солдат... — Мы распределим войска по всем территориям у границы и обеспечим немедленную поддержку, как только придёт весть о столкновении с демонами. По сути, справиться с демонами будет легче, чем когда вам приходилось останавливать их одними собственными частными войсками. Выражения лиц дворян разделились. Лица тех, чьи владения находились рядом с границей, просветлели; лица тех, чьи земли были в относительно безопасных местах, стали недовольными. Император закончил, не обращая на это внимания. — Разумеется, когда война закончится, Мы вернём ваших частных солдат. Хотя это была история, растянутая до бесконечности. Проглотив скептические предположения, он вернулся к изначальной теме. На самом деле мнение дворян было лишь справочным и не имело особой важности. Особенно если речь шла о возражениях. Разве тиран был бы тираном просто так? — Отправим в Рвече войска, составленные из бедняков и простолюдинов. По этой причине нынешнюю военную базу я намерен пополнить войсками, которые приведёте вы. Не тревожьтесь: я размещу вас так, чтобы вы должным образом защищали «территории». — Мы ещё не согласились... — Я с радостью повинуюсь, Ваше Величество. — Маркграф Амиабль! Раз появились дворяне, согласные вот так, исход фактически был решён. Император слабо улыбнулся. * * * После совещания герцог пришёл к императору. — Вам удалось выкрутиться. Герцог закатил глаза, будто хваля его. Вопрос о Деоне Харте и Нулевом корпусе был для императора крайне опасным. Худший вопрос: и положительный, и отрицательный ответ вели только к плохим последствиям. Однако по мере продолжения разговора о нём вскоре забыли. Именно этого император и добивался. — Как долго мы можем пускать всё на самотёк? Дворяне не глупы. Они знают, что оружие не одноразовое. Я не признаю хорошее оружие бесполезным только потому, что противник однажды уклонился от моей атаки. Он снова спрячут его за спиной и подберут удобный момент. Император нахмурился и посмотрел на герцога. Во взгляде было заметно раздражение, которое он не смог скрыть. — Что ты хочешь сказать? — Ещё не поздно. — Ха. Попросить передать ему трон как императору. — Тогда хотя бы передайте всю власть. Поистине нелепо: даже в такой ситуации люди жаждут власти. Пока император громко смеялся над абсурдом, герцог продолжал: — Вы, должно быть, устали. ... — Теперь, когда вы дали дворянам достаточно поводов, впереди будет всё больше утомительных и изматывающих дел. Галлюцинации и слуховые видения... Фиолетовые глаза, скользнувшие в воздух вслед за взглядом императора, вернулись на место. — Становится хуже и, похоже, лучше не становится. — ...Долго проживёшь, если дожил до того, что мяч начал тревожиться о Моей ноше. — Что вы имеете в виду? Малый подданный всегда беспокоился о Вашем Величестве. Так почему бы вам просто не отступить на шаг и немного не отдохнуть? Император гордо фыркнул, словно услышал все шутки мира. — Ты предлагаешь Нам передать всю власть тому, кто не смог должным образом защитить даже собственную территорию? Смешно. ... После атаки революционной армии у герцога почти не осталось войск. Разве этого было недостаточно, чтобы объяснить, почему он не мог даже отправить поддержку на войну? Император, сперва думавший, что это уловка герцога для сохранения войск, провёл расследование и не смог не рассмеяться, увидев жалкое состояние герцогских сил. [Да, в конце концов я споткнулся и упал из-за этой надменности.] Выражение лица герцога, чью гордость больно задели, окаменело. Император продолжил, не обращая внимания: — И ты наверняка сыграл большую роль в нынешней ситуации, так как смеешь делать вид, будто не имеешь к ней отношения? — О чём вы говорите? — Кто, кроме тебя, был бы достоин убить Круэля Харта? Было досадно, что первым распространился слух, будто Круэля Харта убил Деон Харт. Он разошёлся сразу после того, как стало известно, что Деон Харт — враг. Император прекрасно знал, кто мог сделать нечто подобное. — Его, вероятно, убили прямо перед Деоном Хартом. Вот почему он и сошёл с ума. — ...А, Ваше Величество. Попадание было точным, но герцог снова рассмеялся. — Вы знали, но молчали. ... — Понимаю. Сейчас нужно сплотиться против одного врага. Если правда откроется, внутри Империи начнётся раскол. Герцог был уверен, что император не раскроет этот факт. Император тихо цокнул языком. Всё было именно так, как он думал. Раскол внутри Империи, опасный сам по себе, на этом не остановится и затронет союзы между странами. Именно поэтому Эдоардо Дезерт, как император, предпочёл молчать. Они негласно согласились сделать Деона Харта общим врагом. — ...Но это не значит, что твои грехи исчезнут. — Если о грехе не раскрыли, это не грех. — Ужасное заявление. Если это не то, что можно скрывать всю жизнь, не понимаю, почему ты так уверен. На ядовитое замечание герцог ухмыльнулся. — Мне так печально слышать, что Ваше Величество беспокоится о малом подданном, что я не знаю, куда себя деть, но малый подданный гораздо больше беспокоится о Вашем Величестве. Я говорю, что вы будете держаться за своё место. Искренне надеюсь, что несчастья быть утянутым галлюцинациями не случится. — Спасибо за добрые слова. Поскольку рядом никого не было, они обменивались оскорбительными фразами. Император оборвал разговор, проигнорировав острые саркастические замечания герцога, и повернулся спиной. А по пути в кабинет он услышал мучительную новость от рыцаря, пришедшего с двенадцатым докладом. — Повтори ещё раз. Что с рыцарями Лофти? — Убийцы, нет, рыцари Лофти... сбежали во время перемещения. — Наконец-то. * * * Сегодня небо, как всегда, голубое. Глядя на небо, где над окровавленным полем боя гулял свежий ветер, я опустил голову и окинул взглядом бойцов отряда убийц, собранных передо мной. Боя не было, но люди смотрели на меня пустыми глазами, сбитые с толку внезапным приказом собраться. Я тихо заговорил: — Я хочу кое-что спросить. Ответ последовал сразу. — Кто он? — Где он?! — Закопать только голову или голову лучше очистить? Каждый боец отряда убийц задавал вопрос с сияющими глазами. Я на мгновение замолчал, наблюдая, как обстановка быстро становится шумной. Я уже собирался повысить голос, решив, что так разговор не сдвинется с места, как с одной стороны раздался громкий окрик. — Ублюдки, такое спрашивать нельзя! — А что тогда? Клетер повернул голову к спросившему. Прозвучал вежливый вопрос: — Сколько их? — Ага! Ах, ну что это... Если так продолжится, очевидно, что я не доберусь до сути, даже если буду говорить всю жизнь, поэтому я сразу открыл рот. — Я слышал, некоторые из вас используют лекарства даже вне боя. — Ах... — Значит, правда. ... Некоторые заметно вздрогнули и тихо отвели взгляд. Из моих губ вырвался вздох. — Не делайте этого. ... — Хотите умереть? Похоже, возвращаться не собираетесь, да? Это способ выжить на поле боя, а не то, чем пользуются в повседневной жизни. На поле боя безумны вы, безумен я, безумны все вокруг, так что даже если принять лекарство, это может остаться незаметным. Но повседневная жизнь — другое дело. ---------- Переполох (3) Единственное, что негласно дозволялось сверху, — лекарства во время боя. Если бы кого-то поймали на их использовании вне сражения, наказали бы без промедления. И прежде всего... — Если вы будете использовать лекарства даже вне боя, вы мгновенно разрушите себя. Нужно думать и о последствиях, когда война закончится. Сможете ли вы жить обычной жизнью, став зависимыми от лекарств? Я слабо улыбнулся. — Вы ведь говорили, что хотите жить. У вас есть место, куда можно вернуться. Вы должны вернуться и жить обычной жизнью. ... — Поэтому не делайте этого. Если кто-то попытается использовать лекарства вне боя, остановите его, даже если придётся ударить по голове. — Если ударить по шее, он умрёт... — Ударьте по затылку. — О. Больше разговаривать не было нужды. Долгие беседы с этими ребятами поднимают только моё давление. Я поспешно открыл рот, чтобы закончить разговор, который, похоже, уже уходил в другую сторону. — Лучше заберите лекарства и дайте им конфет. * * * Мне приснился неприятный сон. Сон о бешеных псах не мог оставить хорошего ощущения. Деон покачал головой, отгоняя случайные мысли, и взял в рот тонко скрученную сигарету. — Деон, лекарство...! Он махнул рукой, останавливая врача, который вздрогнул и уже собирался вынуть сигарету из его рта, затем зажёг от свечи на столе и поднял голову. В поле зрения попала настольная игра, лежащая рядом с подсвечником. — Думаю, в целом закончено. Последние несколько дней ему было трудно сидеть спокойно, да и спалось плохо, поэтому он сделал это, чтобы избавиться от лишних мыслей. Результат оказался лучше, чем ожидалось. Когда он взял игровую фигуру и с удовлетворением повертел её в руках, Дан, который, убирая вместе с Эдом остатки материалов после изготовления игры, всё время поглядывал на доску, не выдержал любопытства и спросил: — Что это, господин? Впервые вижу такую игру. — Шахматы. — ...Шахматы? Конечно, похоже на шахматы, но это что-то совсем другое... — Не шахматы, а шахматы. Стратегическая игра на основе шахмат. Вместо обычных фигур здесь разные классы: лучники, копейщики, мечники, щитоносцы, а ещё есть припасы и кони. Если объединить коней с лучниками, получаются конные лучники, если с копейщиками — уланы... Дан, слушавший подробное объяснение игры, молча поражался. «Уверен, ему стало плохо сразу после пробуждения, и он просто сказал, что ему нужно на чём-то сосредоточиться». Кто бы поверил, что эта игра была сделана по внезапному порыву? Она была настолько тщательно продумана, что её можно было прямо сейчас производить и распространять в больших количествах. Что вообще происходит с его головой? Иногда Дан чувствовал, что мозг у Деона необычный, но... он не думал, что тот проявит себя и в этой области. «Нет, он должен проявлять себя в тактике. Почему только в этом?... Хотя, если подумать, войсками он всё ещё управляет довольно хорошо». Дан, внутренне кивавший, вдруг понял, что объяснения Деона всё ещё продолжаются, и вздрогнул. — А если в течение трёх ходов не пополнить припасы, доступные войска уменьшаются на треть. Если можно было задействовать девяносто бойцов, останется только шестьдесят, а если ещё три хода не будет снабжения — число снизится до сорока. На случай, если числа не совпадут, перед игрой договоритесь с противником, округлять вверх или вниз... — С-секунду! Подождите, господин! Вы в порядке?! У меня ощущение, что сейчас вы не в себе! — Ах. Вот почему с самого утра атмосфера казалась странной. Я думал, он всерьёз размышляет, а он просто отвлёкся. — Дорогой Деон, что это за манера говорить? «Не в себе». — Тогда господин сейчас выглядит в здравом уме? — ...Люди называют такие вещи человечностью... Эта проклятая человечность. Универсальная отговорка. Я проглотил смешок и повернул голову. Эд, похоже, тоже понимал, что его слова бессмысленны, и украдкой отвёл взгляд. Там, где их взгляды встретились, конечно же был Деон, который выпустил вместе с белым дымом глубокий вздох. — ...Все выйдите, кроме Дана. — Господин Деон. — Быстро. Бен, колебавшийся с беспокойством в глазах, в конце концов оказался вытащен рукой Эда. Когда дверь закрылась и они остались вдвоём, Деон расслабленно откинул прежде прямую спину на спинку стула и указал Дану на место напротив стола. Его голос стал непринуждённым. — Раз уж мы закончили, сыграй со мной партию. Я объяснил правила, так что ты, наверное, понял, верно? — Хм... — Даже если не понял, разберёшься по ходу. Я возьму чёрных, ты — белых... сколько начальных войск поставить? Шорох. Деон спросил это, прокатывая пальцем по нумерованной части корпуса игровой фигуры. Дан молча изучил фигуру. Она не сильно отличалась от шахматной, но на корпусе виднелось число 0000. Стоило слегка прокрутить пальцем, как оно щёлкнуло и сменилось на 0001. А, этим можно задавать или менять размер войск. — Раз это первый раз, просто поставим всё на сто? ... — Да. Фигуры, выставленные на 0100, были размещены на доске. С этого момента в комнате воцарилась тишина, которую лишь изредка нарушали вопросы и пояснения. — Почему вы передвинулись на две клетки?.. — Кавалерия может двигаться на две клетки за раз. ... — Ага. Дан коротко воскликнул. Деон проследил взглядом за его ходом, разделил войска надвое и медленно заговорил: — Что случилось с твоим торговым домом? — Санкции строгие из-за записи о получении разрешения на распространение военных материалов от имени господина. Ещё есть надзор. — Но, похоже, он всё ещё жив. — Похоже, пока его держат на плаву, поскольку это один из крупных торговых домов. Не знаю, появится ли способ заполнить освободившееся место, но пока нет. — Да. Особенно потому, что торговый дом важен во время войны. Пока их взгляды были прикованы к разделённым войскам, чёрная кавалерия отступила. — Сделай торговый дом выше. — Да? — Лучше будет полностью проглотить низы рынка. Сделай так, чтобы человеческий мир был вынужден полагаться на твой торговый дом. Фракция белых была несбалансированной и сосредоточенной на отдельных классах. Чёрный щитоносец выступил вперёд. Часть разделённых сил двинулась, чтобы перерезать путь снабжения, а остальные атаковали лагерь белых. Дан принял решение. Важнее блокировать войска перед собой, чем защищать линии снабжения. Его рука двинулась, и основные силы выступили вперёд, защищая лагерь. — Проглоти низы, подави рост других торговых домов, а затем в критический момент уйди из человеческого мира. — Это будет сильный удар. Главные силы белых бросились в атаку и разбили разделённые силы чёрных. Но прямо перед столкновением со щитоносцем двинулась чёрная кавалерия, тихо ожидавшая позади. Белые войска, мчавшиеся к щитоносцам, оказались обойдены с фланга и окружены. Слишком поздно это поняв, Дан поспешно отвёл войска, пока окружение не сомкнулось полностью, но часть уже была поглощена сетью осады. Деон спокойно отложил захваченную фигуру. — Верно. Поэтому свяжись с теми, кто делает бумагу для амулетов, нужную для магии, и попробуй захватить её распространение. Это станет одним из товаров твоего торгового дома. — Бумага для амулетов? В итоге линии снабжения были перерезаны, а основные силы уменьшились. Поражение уже маячило перед глазами. Дан, возившийся с фигурами своих войск, оставшихся на доске, поднял взгляд с выражением сожаления. — Первоначальная цель шаманства была в противодействии магии. В будущем оно будет использоваться часто, и, вероятно, уже сейчас используется много. И не поднимай число тайком. Там ясно написано 0032 — это шутка? — Вот почему мне не нравятся проницательные люди... — Я подумал, что могут найтись такие, и специально сделал поворот чисел тугим. Я слышу каждый щелчок. ...К тому же начальных войск было сто, а здесь написано 0132. Разве не естественно заметить? — Чёрт. Ладно, понял. Захватить бумагу для амулетов. Всё? Прошло три хода с момента, как снабжение было отрезано. Доступные войска в лагере белых уменьшились на треть. В этот момент победа чёрных была фактически подтверждена. Деон неторопливо продолжил разговор, перемешивая лагерь белых. — Если станет возможно распространять часть магических камней, твой бизнес буквально будет контролировать низы рынка... Думаю, об этом нужно поговорить с Королём демонов. Травы фей... шанс мал, так что отложим... Ах, точно. Должен существовать амулет, подавляющий способности демонов. — Попробуй достать. Если сможешь — целую связку. Игра закончилась. Победа чёрных. Тук. Деон рассмеялся, выставив захваченного командира за пределы доски. — И у меня заканчивается лекарство, так что достань и его. ... Дан, уже собиравшийся бездумно ответить согласием, закрыл рот и посмотрел на него. Красные глаза спокойно смотрели в ответ, будто спрашивая, в чём проблема. После короткой тишины Дан открыл рот. — Госпо... — Простите, Деон. Думаю, вам нужно ненадолго выйти. Тук-тук. Услышав знакомый голос, Деон поднялся. Прежде чем сделать шаг, он взглянул на Дана, который недовольно сомкнул губы, и ухмыльнулся. — Ты подумал, что я сошёл с ума? — Трудно смотреть на человека как на безумца только из-за того, что он на мгновение потерял рассудок. Я в порядке, так что можешь не беспокоиться. С этими словами он пошёл вперёд, не глядя на выражение лица Дана, и открыл дверь. Его взгляд встретился с бледным Эдом. — Эд? Почему у тебя такое лицо... — Простите, Деон. У главных ворот Замка Короля демонов... какие-то люди захватили заложника и устроили сидячую забастовку. — Что? Что за... Это звучало как собака, жующая траву. Я проглотил слова, которые уже собирались рефлекторно сорваться, и посмотрел на Эда. Он тоже демон. Нельзя расслабляться перед демонами. Я сохранил голос безупречным и спокойно сказал: — Игнорируйте и просто убейте их. — Заложник... — Если их захватили люди, значит, это незначительные демоны... — Заложник — командир Седьмого корпуса. ...Почему она там? Деон, потерявший дар речи от абсурдности ситуации, едва вернул самообладание, на мгновение коснувшись губ, и спросил снова: — Тогда почему зовёшь меня? Докладывать нужно Королю демонов, а не мне... — Их условие — встреча с командиром... нет, с командиром Нулевого корпуса. — Ха. Почему-то это ощущалось как дикий сон. Одного слова «капитан» хватило, чтобы Деон понял, кто эти люди с распухшей печенью. Он больше не выдержал и провёл рукой по лицу. * * * — Дайте встретиться с капитаном! — Пожалуйста! — Пожалуйста!! — Иначе безопасность заложника не гарантируем! — Не гарантируем! — Но! Перед Замком Короля демонов, который всегда был тихим, поднялся несвоевременный шум. Как люди вообще могли устроить такое перед замком демонов, где даже сами демоны пришли бы в ужас от сидячей забастовки? Одного этого было бы достаточно для беспрецедентного случая, но они ещё и взяли заложника. Если бы заложником был обычный демон, их бы уже стёрли с лица земли. Но поскольку это был командир Седьмого корпуса, ничего сделать не могли. Демоны слонялись у ворот замка, отдавая должное распухшей печени этих людей и наслаждаясь редким зрелищем. А командир Седьмого корпуса Силуа, взятая в заложники... — Значит, вы правда говорите, что Демон... нет, Деон — ваш капитан? Я верю, потому что ваш стиль боя похож на его, но всё равно удивительно слышать это снова. — Мы сами до сих пор не можем поверить, что наш капитан здесь командир Нулевого корпуса. Она спокойно болтала с захватчиками. ---------- Время, когда слишком много уставших людей (1) Если люди не планируют всё с самого начала и не устраивают ловушку, случаи, когда командира корпуса захватывает кучка простых людей, крайне редки. Если бы Силуа расслабилась в самой гуще боя на передовой, её бы не захватили — её бы, скорее, уничтожили. На самом деле, столкнувшись с рыцарями-убийцами, она подавила их в произошедшем сражении. Если бы не потратила время на игру с ними, жизни рыцарей закончились бы там же. К счастью, досуг командира корпуса дал членам ордена шанс продлить себе жизнь. [...А?] [Что это?] Стиль боя, очень похожий на стиль Деона Харта, командира Нулевого корпуса армии Короля демонов. Поскольку они сражались против подавляюще сильного противника, это был стиль, который показал бы огромную силу, будь их много, а не горстка. Окажись он на поле боя, он, вероятно, повлиял бы на мораль и врагов, и союзников. Так совпало, что Силуа была фанатичной поклонницей боевого стиля Деона Харта. Её глаза засияли, и она заговорила с человеком, скрежещущим зубами у неё под ногами. [Твой стиль боя похож на стиль человека, которого я уважаю...] [...] [Ты знаешь его как Деона Харта?] [...Почему там звучит имя нашего капитана?] [Капитана? Деона?] [Деон? Какие у тебя отношения с нашим капитаном?] После этого дружба между ними возникла мгновенно. [О боже, он был настолько знаменит в человеческом мире? Конечно же, это Деон!] [Не могу поверить, что он имел такое влияние даже в мире демонов...! Как и ожидалось от капитана!] Сколько они уже обсуждали положение Деона Харта и связанные с ним истории в каждой из сторон, Силуа вдруг открыла рот, словно ей пришла мысль. [Вы ведь хотели встретиться с Деоном, верно? Ну... вы его подчинённые, значит, наверное, можно. Полностью поверить всё ещё трудно, но...] Если возникнет проблема, она просто убьёт их потом, так что это неважно. Она легко пожала плечами и добавила, будто вспомнив что-то: [И всё же я не хочу, чтобы Король демонов меня отругал, так что плохую роль возьмёте на себя вы.] [Ик.] [Вы, подчинённые Деона, очень умелые, поэтому захватили меня. Я ничего не могла поделать.] ...Так началась суматоха, и именно эту сцену Деон Харт увидел, когда вышел. «Эти сумасшедшие». Как они захватили командира Седьмого корпуса? Нет, судя по атмосфере, похоже, командир Седьмого корпуса действительно позволила себя захватить. Столкнувшись с этой нелепой картиной, я неосознанно положил руку на рукоять кинжала на поясе. Каждый раз, выходя из комнаты, я носил ножны с кинжалом, будто был полностью вооружён, но не для такого. Сжав кулаки, я подавил порыв и сделал шаг к этой группе людей. Демоны, узнавшие Деона Харта, расступились, освобождая дорогу. Деон на мгновение остановился. «...Не хочу с ними разговаривать». Если заговорю, в будущем это будет очень утомительно. Может, просто притвориться, что не знаю их? Дорога уже открыта, и они отлично видны, но те пока не заметили его. Пока он размышлял, не пройти ли дальше, раздался голос, полный радости. — А, капитан! — Командир? Где?! — Сюда! — Вау, это правда наш босс! Теперь повернуть назад было нельзя. Деон выпрямил спину и, сохраняя размеренный шаг, подошёл к бесстыжим захватчикам заложника. Под взглядами всех изящно прозвучал сдержанный голос: — Что вы здесь делаете? — Что делаем? Пришли увидеть капитана! — Слишком жестоко было бросить нас! — И вообще, босс! Вы стали слишком измождённым. Вас правда тут морят голодом?! — Злые демоны! Как вы смеете морить нашего командира голодом! Это логово тех самых злых демонов... Деон, лишённый слов и смотревший на людей, круживших вокруг него и поднимающих шум, поднял руку и коснулся губ. Вырвался едва слышный вздох. Но даже такой слабый вздох никак не могли пропустить те, кто следил за каждым выражением лица Деона. Вздох обычно означает что-то плохое! Поймав момент, демон-солдат с сияющими глазами заговорил: — Господин Деон, можно этому «злому демоническому ублюдку» убить этих шумных людей? — Хоть они и выглядят так, они мои подчинённые. Не делай этого. — Подчинённые... Я не мог поверить, но они и правда подчинённые... Демон-солдат отступил, словно был потрясён. Деон снова перевёл взгляд и посмотрел на бешеных псов, которые даже в мире демонов нисколько не пали духом. Как они вообще сюда добрались? Не думаю, что Лиен просто смотрела бы на это. ...Ах да. Лиен. — Что с госпожой Лиен? — Это... — Ну... Они бросили её и сбежали. Наверняка она сейчас держится за спину. Я тоже сейчас в таком состоянии. Рука, уже поднимавшаяся к затылку, сменила направление и коснулась лба. Поток мыслей быстро изменился. «...Сейчас не время просто хватать этих парней и разбираться с ними». Я поднял взгляд. На глаза попалась командир Седьмого корпуса, которая улыбалась в одиночестве, будто происходящее не имело к ней отношения. — Силуа. Почему командир Седьмого корпуса, которая должна быть на границе... здесь? — О, я ненадолго пришла передать кое-что! — Передать? — Да, я получила просьбу от командира Второго корпуса. Она сказала, что занята сбором сведений. И ещё попросила простить грубость за то, что не смогла явиться лично. Бешеные псы, должно быть, встретили её по пути. Я принял коробку, которую протянули вперёд. На руке она ощущалась довольно тяжёлой. С первого же взгляда я уловил рыбный запах крови. — Этот запах крови откуда-то ещё или отсюда? Деон нахмурился, не понимая, что это и откуда запах, но без колебаний открыл крышку. Сильный запах крови распространился вокруг. Демоны заволновались, а Дан, стоявший позади, издал звук, похожий то ли на смешок, то ли на возглас. На мгновение его лицо окаменело; он поднял шум, замаскированный под любопытство, спрашивая, что это у рыцарей-убийц, но Деон молча смотрел вниз без всякого выражения. В коробке лежала голова мужчины. «Младший брат короля Рвече». Это лицо я уже видел. Девелания показывала мне портрет. [Тебе правда нужно это видеть? Всё равно это лицо человека, которого ты убьёшь.] [Я должен хотя бы увидеть, кого убиваю.] У него и правда подходящее выражение лица. Я смотрел на него некоторое время, затем закрыл крышку. Попытался передать коробку Дану, но тот выглядел в ужасе, поэтому я передал её Эду и позвал Дана. — Ты будешь занят делом, которое я тебе поручил, так что не нужно здесь оставаться. Иди и займись работой. — ...Да. Дан бросил взгляд на Эда, который выглядел странно торжествующим, коротко склонил голову и ушёл. Члены рыцарей-убийц, поздно его заметившие, подняли голоса: — Вау, ты бросил нас и один пошёл за капитаном? Предатель! — Если знал, должен был сказать нам, а не идти следом один! — Как же тщательно мы тебя учили! — Ублюдок! — ...Хватит. Зайдём внутрь. Следуйте за мной. — А, капитан. Что это вообще за тон? Я не могу привыкнуть... хе-хе! Перед ногами парня, говорившего чепуху, воткнулся кинжал. Члены ордена с ужасом подняли глаза и встретились с Деоном взглядом. На его лице была нежная улыбка — ровно такая, как в момент броска кинжала. — Не думаете, что нам нужно подробно поговорить? — Думаю, и так всё будет нормально... — Заткнитесь и идите за мной. ... — Да. Я в большой беде. От нашего капитана пахнет маркизом Примиро. Страх, высеченный в памяти, отреагировал рефлекторно. На мгновение тела членов ордена оцепенели, они задрожали и послушно последовали за Деоном. * * * — А-а-а! Нет, нет...!! Мой младший брат умер. Король Рвече упал на тело, накрытое белой тканью, и издал рыдающий крик. Тело было без головы, и было соблазнительно отрицать правду, но он уже принял реальность. Он уже несколько раз пытался её отрицать. [Пожалуйста... пожалуйста, скажите, что это не мой брат.] [Ваше Высочество...] [У него... нет головы. Значит, можно ошибиться. Да?] Он был сильным ребёнком. Всю жизнь прожил праведно, не допуская даже обычных отклонений, так разве конец должен был быть таким? Хотя бы тело должно было остаться целым. — Малыш... прости... прости меня за всё... Слёзы падали так, словно вытягивали из тела всю влагу. Рвече ясно запросило поддержку у союза, как только демоны встали перед воротами замка. Однако Государство Шань отправило недостаточно войск, а Империя, от которой ожидали больше всего, медлила с ответом. Даже когда помощь пришла, качество войск на мгновение повергло всех в отчаяние. Любому было ясно, что это призванные простолюдины и бедняки. В итоге младший брат, которому было невыносимо смотреть на это, выступил сам. [Я пойду.] [Нет. Это опасно.] [Я генерал этого королевства. Я должен исполнить свой долг.] [В королевстве есть и другие генералы, кроме тебя. Если я отправлю их...] [Вы знаете, что их недостаточно.] [Но.] [Простите, Ваше Высочество.] [...] Нужно было остановить его. Нет, вообще не стоило заключать этот союз. Рвече многое сделало для Империи, и вот вся благодарность? Печаль и разочарование вскоре обернулись гневом. Король поднял голову. В двух глазах, налитых кровью и слезами, появился синий призрак. Когда он открыл рот, чтобы что-то сказать, раздался стук. — Ваше Величество. Командир поддержки Империи просит аудиенции. Что прикажете? — Впусти. Не знаю, что она собирается сказать в такой ситуации, бесстыдно прося аудиенции. Король, принявший просьбу с намерением выплеснуть гнев, был вынужден замолчать, когда вошедшая, ещё до того как заговорить, опустилась на колени, соблюдая этикет. — Мне нет оправдания. Простите. ... На самом деле он знал: независимо от качества войск, рыцарь перед ним сделала всё возможное. Поэтому, даже если он зол на Империю, злиться на неё нельзя. Но гнев от потери младшего брата не утих. — Как тебя зовут? — Лиен Рейнер. — Да, лорд Рейнер. Почему ты жива? Резкий голос прозвучал так, будто мог в любой момент разрезать. — Мой брат мёртв. Брат короля, генерал этой страны, мёртв, так почему же ты жива и стоишь передо мной? — Мне нет оправдания. — Я не хочу это слышать! Я спросил, почему ты жива! — Простите. Лиен ответила молча, опустив голову. На самом деле она была немного уставшей. Господин, которому она служила, встал на сторону дьявола, и даже рыцари под его командованием сбежали. Естественно, вся враждебность сосредоточилась на ней. Подозрительные взгляды цеплялись за каждое её движение слишком откровенно. Ни император, ни семья не могли это компенсировать. Всё недовольство Рвече обрушилось на неё, и она стала ответственной за руководство брошенным отрядом, пришедшим в место, где мог умереть каждый. «Но как командир я обязана вернуть приведённые войска в Империю как можно безопаснее». Несмотря на изнеможение, она не могла отказаться от обязанностей и должна была встретиться с королём, чтобы спасти оставшихся. Она склонила голову и вежливо протянула левую руку, словно предлагая её. — Я отдам вам своё запястье. ... — Я знаю, что этим не смогу утолить гнев Вашего Величества. Я также хотела бы пожертвовать жизнью, но понимаю, что последствия могут навредить Вашему Величеству... На самом деле император велел ей этого не делать. Хотя он никогда не говорил прямо, в коротком разговоре перед тем, как Лиен отправилась оказывать поддержку в качестве командира, он сделал замечание, намекавшее на то, что ей следует спастись. Это была собственная защита императора, заметившего истощённое психологическое состояние Лиен Рейнер. [Вини Нас.] [...Что вы имеете в виду? Как я посмею?] [Писания слишком прямолинейны. Даже солдат, которых стыдно назвать солдатами, ты, вероятно, попытаешься взять на себя как подчинённых.] Хотя она была лишь временным командиром. Нет, поскольку они были почти гражданскими, она всё равно попыталась бы спасти их любым способом. Если бы они в итоге погибли, она почувствовала бы вину. [В этом смысле пусть Мы сами скажем это.] ... ---------- Время, когда слишком много уставших людей (2) [Они — брошенный отряд. Сила, за которую лорд не может взять ответственность, сила, которую нельзя спасти. Поскольку решение принял и приказ отдал никто иной, как Мы, ответственность за всё последующее тоже лежит на Нас.] От простой смерти солдат до психологического напряжения, которое испытает генерал в результате. [Это значит, что это не та область, куда может вмешиваться простой генерал.] Достаточно было рухнуть под ответственностью. Если между лордом и рыцарем есть что-то общее... Если бы я знал, что так выйдет, просто собрал бы их вместе и сказал это, чтобы не повторять дважды. Лиен, не имевшая возможности знать, что император думает о человеке, которого здесь уже не было, молча опустила взгляд. Слова, которые она не смогла произнести, потому что не смела возразить императору, всё ещё вертелись во рту. «Да, Ваше Величество». Сваливать на кого-то обиду и ненависть — весьма далеко от того, что я считаю рыцарством. Уклоняться от ответственности не подобает рыцарю. Можно ли уверенно сказать, что они заслуживают смерти, только потому что их бросили? Король, ослеплённый гневом, убьёт брошенные войска. Лиен Рейнер вернётся единственной. Империя попытается использовать это как предлог, чтобы уравновесить свои грехи. В итоге союз будет сохранён через их смерть. Лиен крепко зажмурилась. «Лучше бы я не знала». Император ничего не сказал. Он просто велел ей идти. Именно её мозг, долго подвергавшийся дворянскому воспитанию и обучению, уловил ситуацию. «Их бросили, потому что они не причинят вреда мне, потому что политическая обстановка складывается так, что выгода будет только от их смерти». Подобает ли рыцарю закрывать глаза на тех, кто наверняка умрёт? Ответ пришёл быстро. Лиен всё ещё держала руку вытянутой. — Если вы позволите мне меч, я отдам своё запястье прямо у вас на глазах. Я должна жить. Я спасу вас, возьму ответственность и верну в Империю. — Вот значит как. Чтобы дать Империи какой-то предлог. Король Рвече, выглядевший немного удивлённым, вскоре провёл рукой по лицу. Благодаря ей голова остыла. Каким бы злым он ни был и как бы ничтожны ни были войска, пришедшие на поддержку, трогать тех, кто прибыл под именем «помощи», было совершенно недопустимо. Он махнул рукой, выглядя крайне усталым. — Возвращайся и передай. Союз разорван. Если у вас есть совесть, вам нечего сказать против этого выбора. ... — ...Прошу прощения за то, что нелепо выплеснул на тебя гнев. Взамен я заверю тебя: Рвече никогда не встанет на сторону мира демонов, так что сделайте всё возможное. Я буду наблюдать. * * * То, на что, как я думал, уйдёт несколько месяцев, решилось быстрее, чем ожидалось. С самого начала встретиться с шаманами было трудно, но Дан щедро использовал неожиданные связи и средства торгового дома, нашёл их и умело склонил на свою сторону языком. Дан, только что встретившийся с последним шаманом и подписавший контракт на распространение бумаги для амулетов, тихо спросил, приводя место в порядок: — Есть ли амулет, подавляющий способности демонов? После всего разговора Деон Харт дал мне это задание как бы между делом. Кто знал, что именно оно окажется самым трудным? Всем шаманам, с которыми я встречался до сих пор, я задавал один и тот же вопрос, но они лишь качали головами и не давали достаточно ясного ответа. Так что Дан снова задал вопрос, уже ничего не ожидая. — Под способностями... вы имеете в виду магию? Вернулся тот же вопрос, что и от предыдущих шаманов. Дан, как и прежде, пожал плечами и ответил: — Не знаю. Если бы это была магия, думаю, заказчик ясно сказал бы «магия». — Тогда, полагаю, вы говорите об амулете, который ограничивает все способности демонов, включая физические. Он медленно кивнул, соглашаясь. Как обычно, Дан ждал следующих слов — «не знаю», но старик перед ним, о котором говорили как о бывшем имперском шамане, наоборот, удивлённо воскликнул: — Если это тот амулет, о котором я думаю... Не знаю, кто ваш заказчик, но хотел бы спросить, откуда он знает об этом амулете. — ...Вы что-то знаете? — Есть амулет, который дают герою и его спутникам, отправляющимся в долгий путь, чтобы сразить Короля демонов. Как и ожидалось, опыт имперского шамана никуда не делся. Дан молча выпрямился и сел удобнее. — Среди спутников героя много тех, кто не является «героями» с осколками, поэтому для них нужна была замена. — ...То есть заменой был амулет? Подавляющий способности демонов? — Верно. На самом деле в человеческом мире он бесполезен, поэтому используется только героями и их спутниками, и почти вышел из употребления. Как заказчик узнал о нём?.. Потому что господин в прошлом был спутником героев. Поэтому он велел достать амулет, подавляющий именно «способности», а не «магию». Проглотив внутреннее восхищение, я открыл рот. — Возможно, герой или его товарищи были живы, и слух распространился. — Такого быть не может... Этот амулет давали им без их ведома. Он спрятан в наплечном ремне. ... Тогда как господин узнал истинную природу амулета? Сомнения поднимались, но перед ним сейчас сидел человек. Дан искусно взял выражение лица под контроль и спросил: — Вы сказали, что он бесполезен в человеческом мире... Можно узнать почему? — Потому что амулет накладывает на демонов в радиусе трёх метров «ограничения при входе в человеческий мир через границу». В человеческом мире ограничения уже наложены, поэтому он бесполезен. — Он действительно полезен только героям и спутникам. Если бы не они, никто бы не сошёл с ума настолько, чтобы отправиться в мир демонов разбираться с демонами. Но шаман медленно покачал головой. — На самом деле против героев и тех, у кого есть осколки героя, он бесполезен. Особенно для героя это просто лист бумаги. — Это отличается от сказанного раньше. Почему... — Все ограничения демонов снимаются, когда они сталкиваются с силой героя. Иными словами, он полезен только тем вашим товарищам, кто не является «героями». Однако, поскольку человек может почувствовать себя исключённым или дискриминированным, мы прячем амулет и носим его на наплечном ремне. Это была довольно интересная история. Насладившись ощущением внука, слушающего старые рассказы бабушки, Дан вернулся к упорядочиванию сведений как подчинённый, исполняющий обязанности владельца торгового дома и человека, которому служит. «Тогда на этот амулет не будет спроса, даже если его распространять. Нынешняя война слишком тяжела уже тем, что нужно остановить продвижение армии Короля демонов к столице Империи, не говоря уже о походе в мир демонов». Если ситуация изменится, к этому можно будет вернуться. Пока достаточно взять связку амулетов, которую велел достать господин. — Могу я получить связку таких амулетов? Разумеется, я заплачу справедливую цену. — ...Этот амулет настолько сложен, что несколько шаманов должны работать вместе, чтобы сделать хотя бы один. Связку? — Вот как. Неужели настолько? Связку такого... Господин знал это, когда отдавал приказ? Но провалить миссию только по этой причине нельзя. Дан слегка опустил брови. — Неужели никак? При желании я могу связать вас с другими шаманами. — Если я буду делать не один... за сколько времени смогу изготовить? — За неделю? — ...За десять дней? — ...К счастью, у меня есть несколько сделанных недавно... Я постараюсь как-нибудь набрать нужное количество за две недели, так что дайте мне столько времени. Похоже, ближайшие две недели вам не спать. Дан кашлянул и неловко отвёл взгляд, потому что тихий шёпот облегчения почему-то кольнул совесть. — Тогда прошу позаботиться об этом. Две недели — неудобный срок для поездок туда и обратно в мир демонов. Останусь здесь и исследую человеческий мир вдоволь. Хотя он часто посещал человеческий мир по разным причинам, человек, проживший в человеческом мире всё это время, никак не мог насытиться столь малым. «К тому же была деревня, которую я хотел поджечь». Дан, будто получивший оправдание, вышел и неспешно пошёл дальше. Несмотря на холод, его встретил тёплый солнечный свет. * * * [Спасибо.] [Мне заплатили за это, так что это мне следует благодарить. И всё же надеюсь, больше таких просьб не будет. Второй раз я бы не справился.] [Ха-ха.] [...Думаю, говорить ещё бесполезно. Возьмите это.] [Разве это... конфеты? Почему...] Дан, вернувшийся в Замок Короля демонов со связкой амулетов и конфетами в кармане одежды, несколько раз постучал в дверь комнаты, где остановился Деон, и наклонил голову. «Нет ответа. Спит?» С негласного разрешения он без колебаний открыл дверь: у него уже было достаточно случаев, когда он входил без отдельного разрешения. Его встретила пустая комната. «...Куда он ушёл?» Человек, почти призраком сидевший в комнате. Дан оглядел помещение, размышляя, куда тот мог пойти, и невольно посмотрел в окно. Затем вздрогнул. С губ сорвался ошеломлённый голос: — ...Что это? На общем тренировочном полигоне стояла группа рыцарей-убийц, выглядевших измученными. Перед ними стоял не кто иной, как Деон Харт. Эд был в стороне, суетился и выглядывал рядом. Дан опёрся локтями о оконную раму и стал смотреть вниз в более удобной позе. — Что, если случится беда, хотя вас приняли совсем недавно? Если вы настолько хотели умереть, нужно было сказать раньше. Я бы отпустил вас без страданий. — Капитан... давайте сначала поговорим...! — Имя этого кинжала — Диалог. — Нет, сначала успокойтесь... — Имя этого кинжала — Спокойствие. — Вы так мало нам доверяете? Пожалуйста, выслушайте нас... — Доверие? Так называется этот кинжал. Как ты узнал? — Почему у вас так много кинжалов! Как вообще называются остальные? — Секрет, пока вы не произнесёте это слово. — То есть вы будете доставать их каждый раз, когда мы что-то скажем! — Какой дерзкий. Раз они здесь, значит, дьявол их принял. Понять, почему Король демонов принял их, было нетрудно: атмосфера всегда была мрачной, а теперь даже отсюда, с расстояния, чувствовалась живость. Примерно как животное для психологической терапии. Однако. — И вообще, босс! Что это за манера речи? Я не могу привыкнуть! — Точно. Это и правда как Стигма... нет, как маркиз Примиро! Страшно! — Если бы вам правда было страшно, вы не болтали бы передо мной так свободно. — Эй, видите! Страшно же! Что это за неприятное чувство? «Он никогда так не выглядел передо мной». И всё же я играл роль самого близкого человека в мире демонов. Немного помутнев, я не знал, сколько времени отвлекался на жизненную силу, исходившую от Деона, и случайно поднял голову, встретившись с ним взглядом. И в тот же миг Дан увидел, как жизнь уходит с его лица. Подавив уголки губ, которые вот-вот поднялись, он слегка склонил голову. «Раз наши взгляды встретились, думаю, стоит спуститься и доложить о миссии». Я повернулся и открыл дверь. ---------- Время, когда слишком много уставших людей (3) В тренировочном зале были рыцари Бешеных псов, Деон Харт и Эд — ровно как было видно мгновение назад. Деон, вволю отчитывавший рыцарей, заметил приближающегося издалека Дана и взмахом руки отослал Эда. Эд мрачно взглянул на Дана и ушёл, а Дан, уже подошедший к Деону, сказал: — Миссия выполнена. Он сразу убедился, что вокруг никого нет. Затем вынул из кармана связку амулетов и вежливо протянул Деону. Деон некоторое время смотрел на неё, потом принял и оглянулся на рыцарей, которых только что распекал. — Всем собраться сюда. — А, тон капитана вернулся! — Заткнись и подойди. Им нужно сказать дважды, чтобы услышали. Некоторое время хмуро глядя на собравшихся вокруг рыцарей, он вздохнул и начал раздавать амулеты один за другим. Раз капитан дал — они сначала взяли, но что это такое? Среди рыцарей, в замешательстве рассматривавших жёлтую бумагу, кто-то осторожно поднял руку. — Капитан, что это? — Амулет, который делает условия боя между вами и демонами немного похожими. Конечно, только «немного»... но с этого момента обязательно носите его при себе. Что вы собирались делать, если ввязались бы в драку с Нулевым корпусом без такой подготовки? От одной мысли давление снова поднималось. Почувствовав, будто его охватывает жар, Деон тихо коснулся лба. Да, эти сумасшедшие начали ссору с Нулевым корпусом без всякой подготовки. Хорошо ещё, что я узнал об этом, пусть и поздно, и остановил драку прежде, чем она началась. Они почти умерли бы, даже не успев издать звук. «Это мир демонов». Это не человеческий мир, где существуют всевозможные ограничения. Нельзя судить о демонах по тем, с кем они сталкивались в человеческом мире. Более того, противником, с которым они спорили, был Нулевой корпус. Элита элит. Если бешеные псы, не являющиеся «героями», вступят с ними в бой, они умрут за сотню секунд. Деон тяжело вздохнул. — Зачем вы это сделали? — Да? — Почему вы начали драку? Не могло быть, чтобы те, кто специализируется на выживании, не поняли разницу в уровне между собой и врагом. Хоть они и казались бездумными, Деон знал: удивительно, но они умели оценивать и рассчитывать разницу в силах, обстановку и оправдание, и действовали в рамках линии, которая, по крайней мере, не должна была их убить. Поэтому он не мог не задать вопрос. — Вы сказали, что моё имя известно в мире демонов, на родине демонов. Почему же, чёрт возьми, решили, что вас здесь не примут?.. — Но... Прозвучал голос, полный обиды. — Но они сказали, что они «истинные слуги Деона»! — Они оставили капитана себе, а нас загнали в угол, будто нас не существует! — Капитан наш! — Мы служили вам дольше! — Мы кормили вас, укладывали спать, одевали и заботились о вас! О боже. Дан, молча наблюдавший за происходящим, простонал и пробормотал: — Только из-за этого? — Не «только»! Это очень важно! — Да, очень важно! Поэтому я решил выступить первым и попробовать! Деон, до этого молча слушавший, сложив руки на груди, пока они бормотали, что не смогли подраться, потому что пришёл капитан, оглядел рыцарей с большим сожалением. Из его уст тоже прозвучал голос, не скрывавший печали. — Вы сделали что-то действительно бесполезное. — Что значит бесполезное! Для нас это очень важно... Тук. В качестве сдерживания я протянул палец и коснулся лба парня, который снова собирался возбуждённо заговорить, а затем продолжил: — Предпосылка неверная. ... — Я ваш, значит, и вы должны быть моими. ... — Разве не так? С самого начала не было причины драться. Глаза рыцарей расширились. Даже короткая тишина вызвала взрывную реакцию. — Верно! Мы принадлежим капитану! — О, я совершил огромную ошибку! Ошибся в таком важном и очевидном факте! — Не могу поверить, что при жизни услышал от капитана такое... теперь мне не о чем сожалеть, даже если умру... Дан рассмеялся, словно всё это было абсурдом, но никто не обратил внимания. Конечно, для некоторых это могло прозвучать неприятно. Но члены ордена были просто счастливы. Слова их капитана Деона Харта были не чем иным, как подтверждением, что связь между рыцарями не односторонняя. — Я не знал, что капитан умеет выражать это словами... — Я тоже... Слабую привязанность и заботу можно чувствовать в поступках или случайных словах, но услышать напрямую — совсем другое. И неважно, было Деону и Дану неловко или нет, каждый член ордена вытирал слёзы. — Мы тоже вас любим! — Что за чушь... — Нам страшно, но мы вас любим! — Как вообще нужно было думать, чтобы история повернула туда... — Да здравствует капитан! — Самый модный! — Где вы это опять подцепили? Не знаю, почему разговор пошёл именно так, но если сказать ещё что-нибудь, заболит только рот. Деон, с едва заметным раздражением коснувшийся уголка губ, достал что-то из-за пазухи и положил в рот. В тот момент, когда Дан естественно поднёс огонь и слегка опустил голову, чтобы прикурить, раздался голос, полный неподдельного изумления: — Капитан, это лекарство? — Вы ведь сейчас не в бою? — Это моё дело. — Вы это серьёзно? Капитан сам сказал, что если кто-то будет использовать лекарства вне боя, его надо остановить, даже если придётся ударить по голове! — Я командир, так что мне можно. — Не навязывайте свою волю! Это злоупотребление властью! Люди, которые возражали, хотя их голоса постепенно становились тише, всё равно бросились вперёд и вытащили сигарету у него изо рта. Брови Деона нахмурились, но никто не обратил внимания. Нужно было дать им хотя бы конфет... Каждый со слезами на глазах стал рыться в карманах. — Нет конфет. — У меня тоже нет. — И шоколада нет. Ударить капитана по голове невозможно. Они даже проверили чужие карманы и раскрыли рты стоящих рядом, а потом их взгляды обратились к Дану, который всё это время стоял неподвижно. — Что? — У тебя есть конфеты? — Нет... Подождите, если подумать, есть. Все шаманы изначально такие? Я подумал, что что-то не так с человеком, который раздаёт конфеты, даже если сам их не любит. Перед тем как прийти сюда, я достал конфеты, полученные от шамана. Член ордена, подошедший и взявший одну, быстро понюхал её, проверяя на яд, затем снял обёртку и положил Деону в рот. Деон нахмурился от внезапной сладости, заполнившей рот, но на этом всё. Вместо того чтобы злиться или ворчать, он несколько раз перекатил конфету во рту и посмотрел на Дана. — Возможно, я уже понял, но всё равно нужно услышать объяснение... Вернёмся в комнату. Скрип. Дан, закрывший дверь, взял у Деона пальто, повесил на вешалку и спокойно доложил: — Канал распространения бумаги для амулетов успешно закрыт. Многие шаманы обещали сотрудничество. — Должно быть, найти шаманов было тяжело. — Нет, ну... когда есть деньги, всё возможно. Везде ведь есть места вроде информационных гильдий. Гораздо сложнее было добыть связку амулетов, подавляющих способности демонов. — О, я также встретил господина дворецкого. — Помнишь его? Похоже, он хотя бы приходил в особняк? Почему ты там... — Нет, я столкнулся с ним по пути в информационную гильдию. Дан вспомнил старика, который поприветствовал его с обычным выражением лица: «Давно не виделись», и слегка растерянно сказал: — Он очень помог. Наверное, с половиной шаманов, с которыми я связался, я встретился через господина дворецкого. Некоторые из них были бывшими имперскими шаманами. Конечно, он получил посреднический сбор, но с учётом результата это была большая помощь. Разве он вообще знал, что Дан последовал за Деоном Хартом? Он не донёс, а помог, поэтому, независимо от пользы, становилось не по себе. Деон нахмурился так, словно думал о том же. — Что вообще за старик... — Даже господин не знает? — Не знаю. Он естественным образом стал дворецким, когда я получил особняк. — Понятно. Поскольку ответ был в какой-то мере ожидаемым, Дан равнодушно кивнул и проверил количество воды в вазе у окна, где цветы странным образом оставались свежими даже спустя долгое время. ...Уверен, Хиен сорвал цветы из человеческого мира. «Цветок не из мира демонов может быть таким свежим без вреда и воды?» Проверив высохшую внутренность вазы и наполнив её водой, я смотрел на цветок, словно играя с ним в гляделки. Однако Дан подавил смех: цветок, казалось, излучал мягкое чувство, а не безвредное, не говоря уже об опасном. Он поставил вазу обратно у окна. В процессе взгляд случайно упал на рыцарей-убийц на тренировочном полигоне за окном. Каждый, похоже, прятал амулеты где только мог. Дан, увидев, как кто-то сунул амулет в карман и тут же уронил его на землю, медленно заговорил: — Не думаю, что они всегда будут следить за амулетами. Может, лучше прикрепить их к эполетам и заставить носить? Если грубо сказать, что это доказательство того, что они люди, принадлежащие Деону Харту, все поймут. — Хорошо. Я не могу поручить это другому демону, так что сделаешь ты. — Тогда мне сделать? — Нет. Я сам. Он правда не понимает? Даже когда я намеренно упомянул эполеты, реакции не последовало. Решив, что лучше спросить прямо, Дан тихо начал: — Но как вы узнали о существовании такого амулета? — А? Деон, лежавший на кровати и закрывавший глаза рукой, перекатился на бок и посмотрел на Дана. — Дьявол говорил на совещании командиров корпусов. «Есть не только магические формации, но и амулеты, подавляющие магию демонов». — Да? — А? — ...Нет, подождите... Амулет, подавляющий «магию»? Не «способности»? — Разве это не одно и то же? — ...О боже. Через какие трудности я прошёл? Нет, в результате я узнал о существовании куда лучшего амулета и добыл его, так что это не совсем напрасно... но всё равно обидно. Дан закрыл лицо обеими руками. Деон с удивлённым видом приподнялся. — Что не так? — Что это за непочтительный взгляд? — Нет, просто. Немного обидно... ... Видеть, как человек с вопросительными знаками над головой словно ничего не понимает, действительно неприятно. Нет, он и правда ничего не понимает. Хотя бы рассуди. Глубоко вздохнув, Дан пробормотал ответ: — Этот амулет не подавляет «магию», как вы думаете. — Тогда что он делает? — Можно сказать, что он накладывает на демонов в радиусе трёх метров те же ограничения, что и при выходе в человеческий мир через границу. — В человеческом мире он, может, и бесполезен, но здесь он намного лучше, верно? Как ты о нём узнал? — Вот именно... Думаю, это удивительно. Дан бесстыдно продолжил, не обращая внимания на то, что выражение лица Деона скисло. Честно говоря, оно того стоило. — Поэтому хочу, чтобы вы знали. Это амулет с гораздо лучшими функциями, чем тот, о котором говорил господин. К сведению, ни узнать о его существовании, ни найти его было нелегко. — Э-э... ладно... Спасибо за тяжёлую работу... В любом случае, теперь не нужно беспокоиться, что бешеные псы умрут. Накладывает те же ограничения, что и при выходе в человеческий мир через границу... значит, амулет лишь удваивает количество магии, необходимое противостоящим демонам для использования магии, а не полностью блокирует её. ...Если возможно, лучше сделать всё, что можно. — Было бы неплохо на один эполет прикрепить амулет, накладывающий ограничения человеческого мира, а на другой — амулет, предотвращающий использование магии, и носить их на обоих плечах. — Я сохранил и тот амулет на всякий случай, так что что бы мы делали, если бы не это счастливое совпадение? Дан проворчал, но кивнул. Убедившись в его согласии, Деон закрыл глаза, не в силах победить усталость. Медленно потёк чуть сонный голос: — Прикрепи амулет ограничения человеческого мира, который ты добыл, к моему эполету. ---------- Время, когда слишком много уставших людей (4) — Почему бы не вставить амулет подавления магии? — Ты ведь, наверное, знаешь, кто в мире демонов быстрее всех и вероятнее всего использует магию. ... Деон — человек, который чаще всех среди демонов и людей сталкивается с Королём демонов. Если он будет носить амулет, препятствующий использованию магии, вскоре его поймают. — Поскольку Король демонов никогда не выходил в человеческий мир «через границу»... нет, он не может выйти... его бы не поймали, даже если бы такой амулет был при нём... Похоже, вы не доверяете Королю демонов. — Конечно... — Господин? ... — Вы спите? День и так был утомительным из-за бешеных псов. Если бы он мог продержаться на лекарстве, у него отняли даже это... Деон покорно отдался угасающему сознанию. «...Ну ты и человек». Не могу поверить, что он способен спокойно спать, поручив работу другим. Дан внутренне ворчал, глядя на Деона, который ровно спал и дышал. И всё же, зная, что после прихода в мир демонов сон Деона Харта стал значительно короче, он мог только ворчать, тихо подойти и укрыть его одеялом. * * * Рвече объявило о прекращении союза. На самом деле, это было ожидаемо с того момента, как пришли сведения о низком качестве поддержки, отправленной Империей. Нельзя сказать, что я не понимаю ни положения Империи, ни положения Рвече, но, услышав новость, я всё равно вздохнул. Мир демонов силён. По какой-то причине они не используют всю силу, но раз они способны на такое даже не выкладываясь полностью, то если пойдут ва-банк, вероятно, легко оттеснят человеческий мир, где союз уже начал трещать. «С уже разорванным союзом ничего не поделать...» Поль, уже ставший лидером революционной армии, глубоко задумался. «Не хочется, но придётся помочь Империи». Только если Империя выдержит, выживет человеческий мир. И только если выживет человеческий мир, случится революция. Поль решил поставить возвращение долга Даниэлю, который правильно его вырастил и обучил, выше личных обид, которые теперь уже потускнели. Именно поэтому он вступил в словесную дуэль с Деоном Хартом перед всеми. — Ты вообще меня слушаешь?! ... — Это то, что должен делать лидер революционной армии, чтобы помогать Империи? Шумно. Поль, очнувшийся от мыслей, нахмурился так, словно не мог смотреть на это. Уверен, брат Даниэль разобрался бы со многим пустоголовым мусором, но не могу поверить, что остались именно такие люди. — Я не помогал Империи. — Не лги! Все видели, как ты защищал императора! Ах, нужно успокоиться. Бах! Не справившись с нарастающим раздражением, я ударил по столу. Голос внезапно повысился. — Я не защищал императора! ... — Мы защитили человеческий мир! Теперь я, кажется, понимаю, почему Даниэль бил по столу. Нет лучшего способа успокоить желудок и заставить их замолчать. — Когда я в словесной дуэли отрицал, что император — мусор? Никогда! Я лишь атаковал Деона Харта, упоминая, насколько он сам мусор! Чтобы предотвратить новых предателей, уходящих в мир демонов. Чтобы защитить человеческий мир от мира демонов! ... — Наша революция начинается с базовой предпосылки — существования человеческого мира! Это значит, что революция возможна только если человеческий мир цел! А мир демонов — сильный враг. Если внутри человеческого мира начнётся раскол, выдержать мир демонов станет трудно. Я остановил это! Я знаю, почему они так поступают. Наверняка хотели воспользоваться случаем и надеть поводок на шею молодого и мягкого лидера. Но как преемник Даниэля Поль тоже научился с ними обращаться. От такого уровня он не мог упасть в обморок. ... Те, кто почувствовал в Поле напор Даниэля, замолчали. Убеждение, что этот лидер не так прост, ударило им по головам, и, пока каждый проглатывал голос, кто-то тихо, почти ползучим голосом возразил: — ...Но то, что ты вышел сам, ничего нам не сказав... — У нас не было времени сообщить вам. За это я извиняюсь. Точнее, не было времени после уведомления убеждать их одного за другим. Глупцы, принявшие извинение за признание поражения, уже собирались открыть рты. Поль продолжил, не давая им шанса. — Но если в будущем случится то же самое, я поступлю так же. Раз вы занимаете руководящие должности в этой революционной армии, у вас должны быть дальновидность и гибкое мышление. Тогда, конечно, вы тоже понимаете, что так и должно было быть. Некоторые потрясённо замолчали. Другой человек, тихо наблюдавший за ситуацией, осторожно поднял руку. — Хорошо, всё это понятно. Но что будет с революцией? — Её нужно поднимать, когда война с миром демонов закончится и человеческий мир хотя бы немного восстановит стабильность. — То есть... — В нашем поколении революции, скорее всего, не будет. Полагаю, придётся оставить её следующему поколению. Теперь вот ключ. Нужно удержать тех, кто разочарован тем, что им трудно будет увидеть революцию при жизни, чтобы они не ушли. «Что выдвинуть вперёд?» Поль вспомнил словесную дуэль между дьяволом и императором, которую смотрел вместе с Даниэлем. «Возвышенное». Нужно сосредоточиться не на выгодах после революции, а на гордости от участия в чём-то великом и огромном. Нужно сформировать это. — ...Потому что сейчас мы должны сосредоточиться на вещах больше этого. Наша роль — заложить основу. Чтобы будущие поколения смогли совершить революцию и создать лучший мир. — То есть защитить человеческий мир. — Мы можем гордиться этим, потому что это больше вашей революции. Мы защищаем человечество! Предыдущие поколения сражались за человечество перед лицом бедствий и в итоге оставили искру революции. Сколько людей отвергнут такой прекрасный эпитет? Поль рассмеялся. — Разве вы не хотите оставить своё имя в истории? * * * В итоге всё пошло так, как хотел Поль. Руководители согласились, что защита человеческого мира важнее революции, и более того — что защита человеческого мира является наивысшим приоритетом. Теперь они не могли ничего изменить, даже если Поль поможет Империи. Стоит сказать, что это ради человеческого мира, — и им нечего будет возразить. «Мы решили открыто продвигать то, что уже всплыло через словесную дуэль». Лицо Поля было известно. Любой, у кого достаточно информации, уже догадался бы о его личности. В таком виде это лишь оружие для тех, кто знает. Тогда лучше раскрыть всё. Начнём с того, что человек, начавший словесную дуэль против Деона Харта, — лидер революционной армии. «В прошлом дьявол и император столкнулись друг с другом. На этот раз я столкнулся с Деоном Хартом, “представителем мира демонов”. Человек из человеческого мира, который имел дело с представителем мира демонов». В каком-то смысле естественно, что его связывают с «представителем человеческого мира». Пусть и ненамеренно, но Поль как лидер революционной армии взял на себя роль, которую должен был сыграть император. Лидер революционной армии стал представителем человеческого мира. «Благодаря этому я смогу сделать революционную армию известной». Хотя при этом он оказался в положении, где всегда нужно заботиться о собственной жизни. Революционная армия — организация, представляющая человеческий мир. Поль лёгкими шагами вернулся в кабинет, увидел ждавшего внутри человека и улыбнулся. — Господин Ирам, вы ждали. Я сказал, что мне нужно кое-что вам сказать, но вам не стоило ждать так долго. ... — Ах, я позвал господина Ирама потому, что думаю: нам нужно заранее определить преемника. Сейчас хаотичное время, когда неудивительно, если кто угодно умрёт в любой момент, а с нашей точки зрения, раз мы оставляем революцию будущим поколениям, важнее всего сохранить импульс. Поэтому... — Поль. — Да? Лицо Поля медленно застыло, когда он увидел Ирама, полного сомнений. Трудно продолжать говорить после того, как тебя так окликнули. Я думал, у него странное выражение из-за усталости, но, похоже, случилось что-то необычное. Тем временем Ирам несколько раз открыл и закрыл рот, глубоко вздохнул и приложил палец к виску. — Сохраняй спокойствие и слушай. — Да? Что такого страшного... — Сиа пропала. ... Поль сомкнул рот. Ирам снова вздохнул, видя, как его зрачки дрожат, словно там произошло землетрясение. Поль очень беспокоился о Сии, потому что знал: для него она была как мать Даниэля. Похоже, она исчезла, когда охрана на мгновение отвела взгляд. Можно понять, почему они ослабили бдительность: она всегда сидела в одном и том же месте, съёжившись, будто мёртвая... но их собеседник — лидер революционной армии. Не представляя, какую реакцию получит, Ирам тревожно посмотрел на Поля. После мучительной тишины Поль медленно открыл рот. — Кей. Спокойный голос, будто он удерживал разум. Глаза Ирама расширились от совершенно неожиданной реакции. Даже в этот момент Поль быстро оправлялся от потрясения. — Ситуация такая, какая есть... Мы не можем искать её, поднимая шум. ... — Найдите этого ребёнка как можно тише, чтобы никто не узнал, что мы кого-то ищем. Поль многому научился у Даниэля. Тот был великим учителем в чистом смысле и одновременно служил подходящим примером. Что следует впитать, а чему учиться у учителя? По крайней мере, Поль усвоил: лидеру революционной армии нельзя терять рассудок в кризисе близкого человека. — Тогда я буду считать, что вы поступите, как я сказал... Не могли бы вы теперь выйти? — ...Хорошо. Не перетруждайся сегодня и отдохни. Ирам, до конца смотревший на него с тревогой, наконец покинул комнату. Поль услышал, как закрылась дверь и удалились шаги, и зарылся лицом в ладони. Из глаз, видневшихся между пальцами, капало глубокое отчаяние. Голос, похожий на вздох, задержался в комнате. — Куда же ты ушла, Сиа... * * * — Вышло, как и ожидалось. Деон, услышав новость о том, что Рвече разорвало союз, а территория Парас, державшаяся с упорством, рухнула, спокойно прислонился к стене в углу тренировочного зала и сказал это. На уголке губ появилась холодная усмешка. — На всякий случай нужно снова сказать им не трогать Рвече, вышедшее из союза. Рвече — пример для всех. В зависимости от того, как мир демонов будет обращаться с Рвече, разорвавшим союз, изменится реакция других королевств, наблюдающих со стороны. Король демонов тоже знал это и приказал не трогать Рвече, но на всякий случай стоит ещё раз вбить это в голову каждому командиру корпуса. — В любом случае, благодаря этому с Империей стало легче разбираться. Сильная военная мощь проявляется только тогда, когда припасы поступают вовремя. Поскольку Рвече, отвечавшее за снабжение, выпало, гордость Империи — её мощная военная сила — тоже потеряет импульс. Деон, наблюдавший, как на личном тренировочном полигоне Нулевого корпуса бойцы Нулевого корпуса и рычащие бешеные псы с эполетами на плечах сцепились друг с другом, легко выдохнул дым, словно вздыхая. В сонном настроении он несколько раз моргнул и, прежде чем глаза бешеных псов поймали его, потушил огонь в руке, прижав его к бедру, а затем обернулся к Эду. — Теперь вернёмся в комнату... — Деон. Выражение лица Эда застыло. — Я просил вас не тушить огонь, обжигая им бедро. — А, понимаю. Одежда портится. В следующий раз проведу по шее или рукам, так что на этот раз закрой глаза. — ...Одежда не проблема. Даже если небольшая рана не посылает сигнал на ожерелье Бена, если вы делаете такое с драгоценным телом... — Драгоценным. В красных глазах мелькнуло яростное презрение. Но словно этого и не было, взгляд снова застыл, скользнул к руке Эда, державшей камень связи, и встретился с ним. На уголке губ появилась изящная улыбка. — Это слишком громко сказано обо мне. ---------- Время, когда слишком много уставших людей (5) ... — Ты позвал Бена? Издалека было видно, как Бен бежит стрелой и кричит: «Опять Деон!» Деон послушно сел на ближайший камень, куда Дан разложил платок, и приготовился к лечению. Бен быстро прибежал, опустился перед Деоном на колени, внимательно осмотрел рану, затем поднял голову и резко закричал на Эда: — Эд Нанн, что ты делал, чтобы остановить Деона, когда он вёл себя так?! ... — Деон, пожалуйста, воздержитесь от подобных поступков. Одежда расплавилась и прилипла к плоти! — ...Что расплавилось и к чему прилипло? Раздался мрачный голос. На этот раз даже Деон был совершенно потрясён и застыл. Бешеные псы, которые с одной стороны сражались с Нулевым корпусом, внезапно собрались перед ним. Деон оглянулся в поисках спасителя, но Дан отвернулся, а Бен и Эд, знавшие, что Деон Харт физически слабее их, уже отступили в сторону. Члены ордена рыцарей-убийц, окружившие Деона, заговорили так, словно давили на него. — Командир... мне кажется, я услышал что-то страшное... — Показалось. — Что значит «показалось»! Милан протянул руку. Деон быстро попытался отдёрнуться, но Милан, будто не собирался отпускать, рванул вперёд, схватил меня за лодыжку и потянул. Деон потерял равновесие и уже падал назад, но Дан, стоявший прямо позади, схватил его за плечи, а подошедший Эд вытянул левую руку и поддержал за талию, позволив ему снова устойчиво сесть. Клетер, член ордена, который уже готовился поймать его сбоку, восхитился такой быстрой работой. Милан, некоторое время осматривавший рану, почти уткнувшись в неё лицом, поднял голову и громко крикнул: — Это правда! Одежда и правда расплавилась и прилипла к плоти! К тому же пахнет лекарством! — Что?! — Капитан, вы опять принимаете лекарства?! — Даже на бёдрах чувствуется! Если уж так, принимайте другой тип лекарства! — Нет, идиот! Нельзя использовать лекарства, когда не сражаешься! — А, точно! Поднявшаяся суматоха разбудила разум, который только что был сонным. Быстро почувствовав усталость, Деон поднял руки, чтобы закрыть глаза, но рыцари не обратили внимания. — Хирург! Военное лекарство! — Идиот, врач вон там! ...Почему ты там стоишь без лечения, ублюдок! В конце концов он даже схватил Бена за воротник, так что я задумался, можно ли просто смотреть на это. Мне пришлось встать, чтобы спасти этим ребятам жизни. — Я получу лечение, так что вы прекратите и возвращайтесь в общежитие. — Да? А нам нельзя просто посмотреть? — Вы слишком шумные, поэтому я собираюсь лечиться в комнате. — Так нельзя! Я проигнорировал их и поднялся. Эд рядом попытался поддержать меня, но кости и связки не были повреждены, поэтому я грубо отмахнулся. — Но это пт... проследи, чтобы он нормально вошёл и не свернул куда-нибудь ещё. — Я подумал, вы сейчас скажете «придурки»... — Давай. — Командир? Отличное эго! Дан жестом, словно загоняя овец, погнал рыцарей к жилищу. Деон некоторое время смотрел им вслед, затем пошёл к комнате. Бен и Эд последовали за ним. В тихом коридоре Эд, опустив взгляд и следя за изящной походкой Деона впереди, медленно открыл рот: — У меня есть вопрос. — Говори. — Хотя Деон получил должность главнокомандующего... до сих пор он почти не использовал «корпуса». Ему всегда было любопытно. Деон Харт занимал положение, в котором мог использовать все корпуса. И всё же он использовал только обычные войска и генералов ниже командиров корпусов. За исключением Нулевого корпуса под его прямым командованием, было ясно видно, что он воздерживается от использования других корпусов. Идущий впереди на мгновение остановился. Красные глаза, смотревшие прямо вперёд, скользнули к нему. — Ты быстро замечаешь. ... — Особой причины нет. Потому что я не хочу увеличивать долг. Потому что хочу воздержаться от опоры на чужую силу, даже пользуясь милостью дьявола. Потому что, если возможно, хочу отомстить своими руками. ...Я хочу, чтобы Империя пала, но также хочу, чтобы человеческий мир выжил. Это отвратительная милость и лицемерие тех, кто обладает властью. Если заглянуть внутрь Деона Харта, там, вероятно, можно увидеть кипящий чёрный хаос. Деон небрежно ответил, вновь продолжив прерванные шаги. — Число монстров увеличилось, и справляться с ними только двумя корпусами становится трудно. Мы не знаем, как развернётся ситуация в будущем, так что уже сейчас опираться на корпуса сложно. — Ах... как и ожидалось от Деона. Вместо ответа я открыл дверь и вошёл. Сняв верхнюю одежду, я подтянул стул к столу и сел. Бен, сразу опустившийся передо мной на колени, взял ножницы. — Ножницы? — Думаю, придётся разрезать вашу одежду. — Ладно, как хочешь. На этот раз тишина была довольно приятной. Выпрямив спину и наблюдая, как лезвия режут ткань у бедра, я увидел, как Эд, убравший верхнюю одежду, подошёл ко мне. — Деон сказал, что с Империей стало легче разбираться. — Так и есть. — Говорят, Рвече вышло из союза, но это всё. Союз между Государством Шань и Империей всё ещё сохранится. Вы правда думаете, что с ними стало легче? Тук-тук. Белые пальцы начали постукивать по столу. — Это нельзя сводить к тому, что «Рвече ушло». Король Горного королевства умён. Не говоря уже об императоре. ... Как ум двух монархов связан с этим? На лице Эда возник вопрос. Деон взглянул на него и легко улыбнулся. — Что остаётся, когда монарха, координировавшего их посередине, больше нет, а остались два умных монарха? Для правителя естественно минимизировать потери своей страны и заботиться о своей доле. Конфликт обязательно усилится. — Особенно потому, что император не из тех, кто склонится и войдёт с покорностью. Раскол практически предопределён. * * * [Простите. Из-за меня союз...] [Мы отправили поддержку, учитывая, что союз мог быть разорван с самого начала.] [Но я зря вмешалась и спасла их...] [Лиен Рейнер.] ... [Мы лишь велели тебе вернуться домой, но никогда не приказывали стоять и смотреть, как они умирают. Нет, скорее, Мы назвали их «сброшенными картами». Иными словами, ты спасла жизни тех, от кого отказался даже император. Это поступок, достойный похвалы.] ... [Это значит, что лорду не за что извиняться.] — Он что-то скрывает? Резкий голос прозвучал через камень связи. Император, погружённый в мысли, на мгновение нахмурился. — Не знаю, о чём ты говоришь. — Не может быть, чтобы Империя не знала о границе в королевстве Тэхон. Почему вы не сказали Рвече? Ах, это. Я медленно закинул ногу на ногу. С кривым и скучающим выражением посмотрел на камень связи. — Мы знали, но решили, что не Наше дело сообщать об этом. — Что вы имеете в виду? Всё, что связано с миром демонов, — ответственность Империи. Разумеется... — Потому что королевство Тэхон не сообщило Империи о существовании границы. Наша сторона не может самовольно выступить и объявить то, что та сторона не сделала публичным. Разве не так? Это явно вина Тэхона. В тот момент, когда король Государства Шань замолчал, золотые глаза императора сверкнули. Низкий голос прозвучал так, будто оказывал давление. — Мы заключили союз, чтобы справиться с миром демонов. Партнёр — не ноша. — Не пытайтесь получить преимущество над Нами. Не думал, что ты не поймёшь их намерения именно сейчас ещё сильнее укрепить право голоса. Похоже, он хотел увидеть Империю в затруднении. Император, глядя на молчащего собеседника, на мгновение вернулся к предыдущему разговору. «...Остальное неважно». Королевство Тэхон не сообщило Империи о существовании границы. Если этот факт станет известен Рвече, Тэхон больше не сможет получать обещанную защиту Рвече. Король Рвече, вероятно, считает, что Тэхон сообщил Империи о границе, а Империя не сообщила Рвече. Поэтому, похоже, Тэхон до сих пор не был изгнан. Император, некоторое время массировавший подбородок, вдруг задал вопрос: — Ты тот человек, который создаст ситуацию, в которой слабую и хрупкую страну выгонят? — ...Нет. Зачем делать то, от чего нет выгоды? Король Тэхона сам не выйдет вперёд, чтобы раскрыть правду, так что истина останется под поверхностью. Интересно, почему он не сказал, хотя ему обещали защиту. «Решил, что это неважно, и забыл?» Какой бы ни была причина, это не то, о чём стоит беспокоиться здесь. Император, одним коротким вопросом предотвративший обрыв истории слабой страны, спокойно посмотрел на камень связи, передающий следующие слова. — Не думаю, что мы совместимы. ... — Да. Я легко согласился. Через союз мне пришлось бы часто с ней говорить, и я был уверен: близость приведёт только к новым ненужным конфликтам. Поэтому лучше держать разумную дистанцию, чтобы союз не распался. * * * Наконец Девелания пришла со сведениями о герцоге. Информации о том, почему герцог сделал это, всё ещё не было, но достаточный объём сведений помог нам вывести, что он ценит больше всего. Просканировав и сопоставив все данные, оставив сожаление позади, Деон Харт поднял руку и прикрыл рот. Рядом Эдгар позвал: «Господин Деон?», но он не смог ответить. Всё ещё закрывая рот одной рукой, он махнул другой, жестом велев всем выйти. Когда все, кроме Дана, ушли, и они наконец остались вдвоём, он рассмеялся. — Ха-ха-ха! Ха-ха-ха!! ... Он понимал, что выглядит безумцем. Но переполняющую радость сдержать не мог. Конечно, тот самый герцог. Старбе Иллюстер. — У него оказалось такое драгоценное существо! И не вещь, а человек! У герцога Старбе Иллюстера, который казался настолько надменным, что не признавал никого, кроме себя, был кто-то, кем он дорожил. Возможно, нет, наверняка — он дорожит этим человеком больше, чем троном. Так вот оно что. Теперь я понимаю. — Абсолютно идеально! Теперь, когда он вывел нечто ценное, эта пачка бумаги больше не нужна. Шуршание. Документы, взметнувшиеся в воздух, один за другим рассыпались по комнате. Дан вздохнул, потому что комната превратилась в беспорядок, но Деона это не волновало, и он позвал его. — Дан. Передай командирам корпусов. Ха-ха, нет, лучше я сам скажу. Созови совещание! Нужно менять маршрут. Вместо неэффективного пути к столице через владения Иллюстера — кратчайший путь к столице. Это было идеально, потому что занятая территория Парас лежала на кратчайшем пути и к императорскому дворцу, и к владениям Иллюстера. Деон лёг на кровать, всё ещё улыбаясь. По всей комнате и даже на кровати были разбросаны бумаги, от чего спина неприятно покалывала, но смех не исчезал. «Никогда бы не подумал, что герцог заботится об императоре!» От того, как он пытался мирно занять место даже в ситуациях, когда мог низложить императора, до помощи императору в критические моменты. Почему я не знал? Его действия, направленные на трон, не выходили за рамки давления. И я решил. Сначала убить императора, а потом герцога. Ты когда-нибудь чувствовал отчаяние от потери драгоценного человека? Деон Харт ярко улыбнулся. ---------- Он заботился о нём (1) Он сказал это о книге, в которой содержался способ заключить контракт с дьяволом. [Я прошу обменять её на эту книгу.] * * * Чувства герцога, когда он услышал новость о падении территории Парас, были весьма жалкими. Герцог — политик. Тактика не была его областью. Если бы у него оставались частные солдаты, он смог бы протянуть руку помощи, но раз даже их забрала революционная армия, всё, что ему оставалось, — использовать Церковь Спасения для войны общественного мнения. Неизбежно, что гордость была задета. «На самом деле магия есть, но...» Если полуконтрактор Короля демонов использует магическую силу, которую тот дал ему, против армии Короля демонов, неужели всё просто оставят как есть? «Он может получить силу». Я не уверен, что он сможет забрать её обратно после того, как дал, но и не уверен, что не сможет. Более того, нет способа гарантировать, сколько можно сделать с этой магической силой, поэтому лучше сохранить её и полностью выплеснуть в нужный момент. Поэтому герцог решил беречь магию до самого конца. «Значит, нужно найти другую карту». Нужен другой ход. Например, абсолютная власть — чтобы держать множество вещей в руках и управлять всем. Герцог не мог участвовать в войне на шахматной доске, потому что у него не было фигур, но был уверен: дай ему фигуры — и он справится лучше любого. «Конечно, мне нечего сказать о том, что я потерял фигуру, которую держал в руке...» Он мягко сжал кулак. ...Такого больше не повторится. Герцог заплатил высокую цену за высокомерие и беспечность. Значит, всё, что требуется, — чтобы император пошёл на уступки. «Упрямство сильное». Он слегка нахмурился. Хотелось бы передать власть силой, но нынешняя ситуация не позволяла сделать ничего подобного. Напротив, только возрастут смятение, враждебность и начнутся внутренние распри. «Глупо». Я не понимаю. Здесь есть человек, который приветствует власть. Есть люди, настолько безумные в жажде власти, что рискнут ради неё чем угодно. Есть люди, которые запятнают руки кровью и возьмут полную ответственность за страну, и без того находящуюся в опасности. Так зачем отказываться и сходить с ума? Я видел, как он часто трёт кончики пальцев, сжимает и разжимает кулаки. Движение, будто он пытается стряхнуть что-то липкое, помогло герцогу понять картину, видимую только глазами императора. «Вероятно, ему кажется, что на руках кровь». Уровень галлюцинаций вышел за пределы зрения и слуха: реализовалось даже осязание. Если так, возможно, реализовалось и обоняние. Как ни подумай, он не тот, кто достоин быть императором. По крайней мере, в нынешнее время. Если бы он взошёл на трон мирным путём в мирную эпоху, он мог бы стать святым. Но этого не случилось. Император, который нужен сейчас, — тот, кто умеет без колебаний приносить малое в жертву ради большего блага и достаточно бесстыден, чтобы не чувствовать за это вины. Да, например, такой как я. Герцог поднял уголок губ. — И старший брат, и младший упрямы именно в тех вопросах, где слабы. Ему вспомнился первый принц, с которым он давно столкнулся, когда Эдоардо Дезерт был ещё девятым принцем, а не императором. Человек, укрепивший своё положение среди многочисленных кандидатов на престол, но ставший смертельно больным после отравления. «Он был таким слабым, что удивительно, как вообще закрепил за собой место наследника». Причиной, по которой он так далеко зашёл в борьбе за наследование, было желание защитить семью? Если на трон взойдут братья, кроме него, скорее всего, умрёт не только он и любимый им брат, но и его дети. Похоже, он болезненно осознал это, когда потерял жену. Что такое семья? Мягкие и тёплые слова вроде «семьи» герцогу не подходили. Именно поэтому он смеялся над людьми такого типа — теми, кто скрывается в тени и всё же сияет. Поэтому я дал ему яд. Я хотел погасить этот свет и скормил ему яд, разъедающий жизнь. В то время герцогу был нужен не первый принц, которым нелегко помыкать, а другие наследники, которые могли бы стать пугалами. Поэтому в его действиях не было колебаний. Тогда смертельно больной первый принц сам пришёл к нему. * * * — У меня есть книга, которая может вас заинтересовать. Книга без названия легла на стол. Герцог мельком посмотрел вниз, проверяя её, а затем снова поднял взгляд на первого принца. Вступление оказалось совсем не тем, чего он ожидал. И это всё, что он говорит, придя к человеку, который его отравил? Может, мужчина перед ним даже не знает, что именно он виновник, давший ему яд? Вопрос был коротким. Если подыграть, суть выйдет сама. Герцог первым открыл рот. — Что это? — Запретная книга, объясняющая, как заключить контракт с дьяволом. ... Он сумасшедший. Теперь, когда он смертельно болен, неужели и правда перестал что-либо видеть? Какой безумец вообще додумался бы вынести такое наружу? Но, независимо от этого, книга действительно была интересной. — Опасная вещь. Зачем показываете её мне? — Я прошу обменять её на эту книгу. — Сделка... Теперь я понимаю. Он собирается попросить противоядие в обмен на книгу. Помимо противоядия, он может потребовать поддержки «Иллюстера», чтобы окончательно закрепить положение наследника. Герцог, избавившийся от напряжения, немного расслабил позу. ...И всё же на всякий случай нужно проверить. — Почему вы просите о сделке только потому, что у вас есть что-то для меня? — Условие — защитить моих детей... Алетею, Эльпидиуса и... Эдоардо. ... Ответ оказался совершенно неожиданным. Герцог на мгновение потерял дар речи и моргнул. ...Глупец. Это было абсурдно глупое условие. Он действительно не знает, кому принадлежит яд? Первый принц, который в итоге вышел победителем в борьбе за наследование, правда не знает? — Я знаю, что герцог отравил меня. Возможно, вы спросите, почему я не прошу противоядие. ... — Я уже знаю амбиции герцога. Знаю, что жадность герцога на этом не закончится. Даже если я получу противоядие через эту сделку и взойду на трон, я не смогу контролировать силу, полученную вами через контракт с Королём демонов. Меня стащат вниз руками герцога, и семья, которую я защищал, вся умрёт от рук герцога. Первый принц горько рассмеялся. Я думал о многом. Разве не лучше было бы поставить условием что-то кроме этой книги? Нет ли у меня под рукой жертвы, достаточно аппетитной, чтобы герцог принял сделку? «Не только такой жертвы нет, но даже если герцог не заключит контракт с дьяволом, я не уверен, что смогу его контролировать». Герцог был непростым противником. Поэтому я изменил направление мыслей. Если использовать эту книгу в сделке, какие условия следует выставить? «Всё, чего я хочу, — безопасность моих детей... и моя жизнь». «То, чего хочет герцог, — власть». Сколько ни думай, нет способа сохранить и то и другое. Даже если он узнает, как заключить контракт с Королём демонов, герцог откажется, если это перекроет ему шанс получить власть. С самого начала нельзя ставить слишком много условий. И потому, чтобы выставить условия, достаточно уравновешенные, чтобы герцог принял их... Первый принц чисто отказался от своей жизни. — Какие бы условия ни ставились, если я выживу и взойду на трон, на меня наденут поводок. Он станет королём, который тревожно следит за мыслями герцога, не зная, когда его стащат вниз. — Я не намерен вручать поводок герцогу. — ...То есть вы отказываетесь от жизни? — Если формулировать так, то да. Золотой солнечный свет рассыпался по первому принцу, который улыбнулся, произнося это. Было ясно, что яд съедает его жизнь: он исхудал, под глазами легли тени, но всё равно сиял так ярко. — Я не понимаю. Герцог нахмурился. Я правда не понимаю. Даже со смертью рядом этот человек сиял. ...Это немного раздражало. — Вы не рассматривали возможность, что я могу не принять сделку? А что насчёт того, что я могу просто подождать, пока Ваше Высочество умрёт само, или убить вас сегодня на обратном пути и забрать книгу? — Если сделка не будет принята здесь и сейчас, я немедленно сожгу эту книгу. И прежде чем прийти сюда, я сказал нескольким людям, что иду к герцогу. Кроме того, я подготовил доказательства так, что, как только я умру — когда и где бы это ни случилось, — они укажут на герцога как на виновника. — Я не смогу сфабриковать даже одно доказательство. Иными словами, даже если он не сумеет заключить сделку и умрёт, даже если на него нападут бандиты по дороге, виновником станет герцог. — Если я сообщу, что Ваше Высочество самовольно вынесло запрещённую книгу... — Я сказал, что книга будет сожжена, как только сделка не будет принята. Естественно, к моменту расследования её уже не будет. Конечно, пустое место в библиотечном списке при выносе книги уже обработано. Герцог окажется дворянином, который посмел ложно донести на первого принца. — Похоже, проиграю я в любом случае, приму сделку или нет. Даже если сделка будет принята, жизнь первого принца не входит в условия. Ущерб, нанесённый первому принцу, который не получит противоядия и умрёт, не исчезнет. Первый принц тихо рассмеялся. — Разумеется, если герцог примет сделку, я изменю виновника моей смерти на герцога Градиса. — Ха. В королевстве два герцогских рода: герцоги Градис и герцоги Иллюстер. Поскольку они сдерживали друг друга, естественно, что герцог Градис был занозой в боку герцога Старбе Иллюстера, жаждущего власти. — Теперь вижу: это угроза. — Это просьба. — Отлично. Я принимаю сделку. * * * После этого первый принц, словно ждал этого, позвал шамана и заключил контракт. Он был противником, над которым я насмехался как над слабым, видя, как он цепляется за семью. Откуда мне было знать, что глава семьи, которому нужно защищать так много, окажется настолько страшным? Для герцога, рождённого в семье без любви и тщательно воспитанного стремиться только к вершине, это было не чем иным, как ударом. [Позвольте ещё раз объяснить условия. Всё просто. Защитить моих детей — Алетею Дезерт, Эльпидиуса Дезерта и Эдоардо Дезерта. Однако защита включает не только жизнь, но и свободную волю.] [...] [Если бы это был герцог, вы могли бы где-нибудь их запереть и сказать: «Я защитил», поэтому я добавил это условие. Думаю, хорошо, что сказал. Нужно уважать свободную волю детей.] [...Даже если мои дети и Его Высочество девятый принц попытаются убить меня, я должен считать это свободной волей и уважать её?] [Если это публичная личность, можно защищаться, не причиняя вреда другим. Полагаю, такой способ есть. Чтобы защищать герцога, герцог должен быть жив, так что тот момент будет исключением, но дети не должны пострадать.] Уже слушать объяснение было тяжело, и герцог нахмурился. Мысль о том, что придётся делать это всю оставшуюся жизнь, уже утомляла. В тот момент, когда я думал просто принять контракт, первый принц сказал: [Срок — десять лет.] [...?] [Все эти условия прекращаются через десять лет.] Это потеря для первого принца. Зачем? Первый принц, не пропустив сомнение, ясно проступившее на лице герцога, улыбнулся. [Через десять лет всё останется детям и герцогу.] ... [Десяти лет достаточно, чтобы дети стали достаточно сильными, и достаточно, чтобы герцог тоже привязался. Они прекрасные дети. Особенно Эдди... Эдоардо невозможно не полюбить. Хотя он не ребёнок, а один из моих братьев, которого следует сдерживать, он — ребёнок, которого я люблю.] ---------- Он заботился о нём (2) Герцог рассмеялся. Нет ничего глупее, чем ждать от него привязанности, да ещё и опираясь на чувства. Он мог бы поклясться: когда срок контракта истечёт, он без колебаний убьёт их, если в этом появится необходимость. Если же они останутся живы, то не из-за нежности, а потому, что окажутся полезны или просто не будет смысла их убивать. [В любом случае, это всего десять лет. До тех пор считайте их своими племянниками и позаботьтесь о них.] [Ваше Величество, даже если с остальными детьми это ещё можно понять, разница между вами и девятым принцем всего пять лет. Какой же он племянник?] [Тогда настоящий младший брат?] [...] [Считайте племянником.] С тех пор прошло десять лет и ещё несколько лет сверху. Первый принц, возможно, сам не понимал, насколько удачным оказалось его условие о сроке. Вскоре после того как герцог получил магическую силу от Короля демонов, он понял: этой силы хватит, чтобы разорвать контракт. Но раз срок был оговорён, он оставил всё как есть — ради экономии магии. Если бы срока не было, ему пришлось бы тратить силу на снятие ограничений, а тогда жизни «детей», которых первый принц хотел защитить, оказались бы под угрозой. «Я думал, это простой контракт, но он оказался куда сложнее. Поэтому я просто терпел и ждал, пока срок закончится». Изначально после смерти первого принца герцог собирался выбрать новую марионетку. Он хотел вертеть королём как угодно и с помощью этой власти защищать «детей» первого принца. Но неожиданно девятый принц Эдоардо Дезерт, тот самый объект защиты, перебил остальных и сам взошёл на трон. Для герцога это стало дилеммой. Чтобы защитить кого-то, прежде всего нужна власть. Вершина власти — правитель страны. Но, к несчастью, именно тот, кого следовало защищать, и сидел на вершине. А контракт требовал уважать его «свободную волю», так что стаскивать его вниз было уже поздно. «Тогда заберём власть мирным способом. Нужно лишь давить достаточно сильно, чтобы он сам захотел её передать». Этого должно было хватить. Такой вывод герцог сделал потому, что Эдоардо Дезерт не осознавал чудовищную ответственность, которую взвалил на себя. Хотя, даже осознай он её, иного выхода у герцога всё равно не нашлось бы. Итак, герцог десять лет наблюдал за троими, как и обещал первому принцу. Возникла ли у него теперь привязанность к детям? К Эдоардо Дезерту? Десятилетний срок истёк, но император всё ещё был императором. Прошли годы, но наследный принц оставался наследным принцем, а принцесса — принцессой. «В любом случае сейчас неподходящее время. Трогать их нельзя». Сейчас было слишком много дел, связанных с защитой Империи. Герцог отвёл взгляд от вопроса, на который не мог легко ответить, и вернулся к настоящему. Поскольку его возможности были ограничены, он решил не распыляться: сосредоточился на Церкви Спасения и на том, чтобы через общественное мнение сплотить мир людей. Но даже это шло неровно, а раздражающих факторов становилось всё больше. «Культ демонов, революционная армия... Раньше они и головы поднять не смели, а теперь выползают наружу». Особенно быстро рос образ революционной армии. Теперь её едва ли не клеймили как организацию, служащую всему человечеству. Герцога это раздражало, но он понимал: они могут пригодиться, поэтому личную неприязнь приходилось отложить. Куда больше его раздражало другое. «Культ демонов». Религия, за которой явно торчали демонические уши. Почему она вообще становилась популярной? После докладов о том, что в трущобах всё чаще шепчут «Де-се», герцог не выдержал подступившего стресса и в отчаянии провёл рукой по лицу. *** «Деон сказал: если сделать это заранее, вреда не будет. Значит, надо выйти в мир людей». Разбирая документы, связанные с культом демонов, проникшим в мир людей, командир Одиннадцатого корпуса Лиринель вспоминала прошлое. [Разве не лучше подготовиться заранее, пусть даже усилия окажутся напрасными, чем потом, когда это понадобится, не успеть из-за нехватки времени?] [И правда.] [Верно? Культ демонов можно использовать в войне общественного мнения. А даже если пользы будет немного, через него можно призывать демонов.] Он был ослепителен. Человек напротив, коснувшийся красивой линии подбородка и улыбающийся, был невероятно изящен и прекрасен. Даже тени под глазами не могли скрыть его красоту. Лиринель кивнула, словно заворожённая. [Да! Деон прав! Я получу разрешение Короля демонов и немедленно отправлюсь в мир людей...] [Нет. А разве действительно нужно спрашивать разрешения у Короля демонов?] [Да? Но это же связано с миром людей...] [Хм?] Деон Харт склонил голову набок, и уголки его глаз мягко изогнулись. Палец, будто собиравшийся постучать по столу, описал круг над тыльной стороной руки Лиринель. Сердце у неё остановилось. «Нет, сейчас нельзя умирать!» Она не могла умереть прямо перед Деоном. Собрав готовую улететь душу, Лиринель вскочила. В какой-то момент она уже зажимала нос, из которого капала кровь, и с жаром выкрикнула: [Конечно! Немедленно приступим!] Деон Харт лишь рассмеялся. Даже если действовать тайно, Король демонов вряд ли не узнает. Для Деона это была проверка. Демоны следуют своему отцу, Королю демонов, — абсолютна ли эта преданность? Или она держится на уважении к существу, отвечающему за судьбу расы, и на связи с родителем? Если второе, тогда возможен и «мятеж». Возможен бунт против дьявола. [Название культа демонов менять не нужно. Продвигайтесь как есть.] [Да!] И теперь он увидел своими глазами: командир корпуса ставит «его» выше дьявола. Красные глаза, едва видные между мягко улыбающимися веками, блеснули. *** Забирать жизнь — дело, требующее немалой решимости. В последнее время двое демонов остро это осознали. — Младенец Дернивана всё плачет. Что делать? Нет, осознал это только один демон. Дерниван молча посмотрел на начальника, который уставился на него пустым взглядом, а потом протянул руки к ребёнку. *** Когда это началось? Когда он получил голову младшего брата короля Рвече? Или когда услышал, что владения Парас пали? В какой-то момент Деону Харту начали сниться кошмары. Сны были мерзкими. В них являлись мстительные духи в таких жутких обликах, что на них трудно было смотреть в здравом уме. [Ты можешь спокойно спать после того, как убил нас?] [Почему ты это сделал? Почему? Почему? Почему?] [Умри! Не живи так бесстыдно, пожалуйста, умри!] Если у него есть совесть, он не должен называть их облик ужасным. Потому что в таком состоянии их оставил именно он. Деон стоял посреди сна и молча смотрел на духов, которые давили на него всеми возможными уродливыми способами. Он мог отвернуться или закрыть глаза, но не делал этого. Просто стоял, встречался с ними взглядом, а затем просыпался. Когда это повторилось снова и снова, духи, которых Деон в момент смерти фактически проигнорировал, будто поняли, что толку мало. Тогда они начали принимать облик знакомых людей и кричать, чтобы он умер. «Всё равно неважно». И сегодня Деон, наблюдая за призраками, которые превращались в разных людей и проклинали его, вдруг приподнял бровь. [Умри... умри!] Он пропустил привычные проклятия мимо ушей. Тёмный, искривлённый чёрный туман медленно обретал форму, словно пытался повторить чью-то внешность. Знакомое телосложение. Знакомый рост. Деон слабо улыбнулся: он понял, кто это. — Наконец-то. Он ждал. Когда же тот появится? Когда дух догадается принять именно этот облик? Он уже начинал думать, что сойдёт с ума, дожидаясь, пока мстительная тень в его собственной голове поймёт, что причинит ему самую сильную боль. Форма становилась всё чётче. Показались знакомые чёрные волосы. И в тот миг, когда лицо наконец завершилось... Вспыхнул ослепительный свет, словно накрыв всё вокруг. — ... Деон открыл глаза. Тихая комната встретила его так, будто только что не было ни хриплых голосов, ни шума, ни боли. Он несколько раз моргнул и медленно сел. Реальность казалась ненастоящей. Некоторое время он просто сидел в оцепенении. Лишь когда ветер из приоткрытого окна высушил пот на теле, Деон понял: он проснулся. — Ха. Он глубоко выдохнул и закрыл лицо руками. Из груди вырвался пустой смешок. — Не думал, что меня вышвырнет... Он инстинктивно понял: его выгнали из сна. ...Нет, его не могли «выгнать». Это был его сон. Значит, он проснулся, потому что сам захотел. Базовый инстинкт выживания, общий для всего живого? Поднялась тошнотворная досада, и Деон поднял голову. Взгляд зацепился за колышущуюся занавеску, потом — за окно, через которое тянуло прохладой, и за цветок на подоконнике. Цветок, распустившийся под мягким лунным светом, выглядел странно чужим, и Деон не смог отвести глаз. «...Кажется, Хиен говорил, что сорвал его в мире людей». Он медленно спустил ноги с кровати. Стоило выйти из-под одеяла, как холодный ветер мгновенно остудил вспотевшее тело, но Деон не обратил на это внимания и подошёл к окну. Вблизи цветок оказался куда целее, чем он ожидал. — Здесь нет солнца... а он всё ещё свежий. Из-за влияния магии мира демонов? Любой решил бы, что цветок только что сорвали. Некоторое время Деон смотрел на него, не находя признаков увядания. Затем облокотился о подоконник и подпёр подбородок. Склонив голову, он тихо пробормотал; голос без слушателей растворился в тишине. — Если бы брат велел мне умереть, я бы умер с радостью. В конце, когда облик духа начал меняться, он сразу понял. Это Круэль. Его старший брат, которого он ждал. Мстительный дух собирался в облике Круэля приказать умереть человеку, который не мог умереть именно потому, что брат спас ему жизнь. Холодный ветер тронул волосы. Цветок, не выдержав порыва, задрожал. Деон мягко улыбнулся, словно тот пытался его остановить. — Ладно. Похоже, сегодня не тот день. Если передумаешь, приходи в любое время, брат. Иронично, но с той ночи кошмары больше не приходили. Это был тихий рассвет, когда мир ещё молчал. *** — ...Что ты делаешь? — Застёгиваю вам ремень. — Я спрашиваю, почему ты застёгиваешь его у меня на бедре. Сегодня был день совещаний, а не битвы. Почему же на нём ремень, к которому обычно крепят ножны кинжала? Причём без самих ножен — один ремень. Не обращая внимания на ошарашенный взгляд, Бен продолжал затягивать жёсткую кожаную полоску на бедре Деона. — Раз вы всё время тянетесь к бедру, пусть хотя бы будет за что держаться. Подлежащее он не назвал, но понять было нетрудно. Бен поднял глаза на молчащего Деона и, словно вбивая гвоздь, добавил: — С сегодняшнего дня держите сигареты за этим ремнём. — Если так пойдёт, я опоздаю на совещание. Кажется, ты закончил, так что вставай. Бен прищурился, заметив очевидное уклонение от ответа, но Деон проигнорировал его и поднялся. Он уже должен был привыкнуть к ощущению ножен стилета, но сегодня давление на бедро почему-то раздражало. Деон невольно бросил взгляд на ремень, а затем пошёл по коридору, приводя мысли в порядок. «Как убедить их?» В прошлый раз он указал маршрут через владения герцога. Он даже надавил на Иделию, когда та предлагала обойти. Теперь же придётся снова переворачивать собственные слова. Король демонов в таком деле явно не станет помогать, значит, нужен убедительный повод. — Командир Нулевого корпуса прибыл. ...Он оказался перед дверью зала совещаний раньше, чем успел собрать мысли. ---------- Он заботился о нём (3) Деон мельком взглянул на демона-служителя, который объявил о его прибытии раньше, чем его успели остановить, и выправил осанку, надевая маску спокойствия. Расслабься. «Любая брешь — смерть». Смерть приходит не только перед лезвием. Даже в неподвижном помещении, где не скрещиваются ни мечи, ни кулаки, разумные существа способны убить друг друга невидимой рукой — языком, держащим меч политики. Походка, поза, речь, выражение лица, взгляд. Проверив всё это в себе, Деон вошёл на тихое поле боя. Взгляды командиров корпусов, ожидавших его слов, впились в него как стрелы. «...И Король демонов здесь». Для наблюдения? Или просто из интереса? Деон склонил голову перед Королём демонов, который улыбался и махал ему из-за стола, затем повернулся к командирам корпусов. Его голос прозвучал ровно и спокойно. — Полагаю, общие обстоятельства вам уже известны. Мы передали их заранее. Резкая смена маршрута. С одной стороны Иделия попыталась что-то сказать, но Деон не дал ей возможности. — Необходимость сдерживать герцога исчезла. Командир Одиннадцатого корпуса связала даже его последнюю карту. Теперь можно больше не беспокоиться о нём и идти прямо к столице. Теперь армия могла перейти к эффективному маршруту. Лиринель, неожиданно получив похвалу, схватилась обеими руками за щёки и не знала, куда деваться. Деон взглянул на Иделию. Она молчала, будто признав довод. Раз самый неудобный оппонент выразил согласие молчанием, оставалось объяснить сам маршрут и обсудить метод. В этот момент Король демонов ярко улыбнулся и добавил: — Значит, культ демонов продвинулся в мир людей? — Для герцога, потерявшего большую часть войск, самой полезной картой остаётся Церковь Спасения. Поскольку это псевдорелигия, я решил, что её можно сдерживать религией демонов. — Понятно. Я гадал, что вы собираетесь делать, проникнув туда без моего ведома, но всё оказалось интереснее, чем я думал. Сидевшая за столом Лиринель вздрогнула. Её живые щёки побледнели. Деон тихо поднял глаза на Короля демонов. — Почему ты так смотришь? Я хвалю. — ... — Серьёзно. Благодаря тебе каждый день становится занимательным. Итак, вы хотите изменить маршрут? Продолжай. — Среди путей, которые мы сейчас пробиваем, владения Парас, захваченные нами недавно, находятся ближе всего к столице. Мы сосредоточимся на этом направлении. Он будто проверял искренность Короля демонов, а затем белым пальцем указал на карту на стене. Палец провёл прямую линию от владений Парас к столице. Когда командиры корпусов уже начали кивать, Деон произнёс: — Однако. — Однако, если идти этим путём, после Параса будет замок Мантиум. — И в чём проблема? — Замок Мантиум относится к владениям Примиро. Он принадлежит второму герою Империи — Стигме Примиро. Командир Третьего корпуса Ашильд опустил поднятую руку, будто понял. Хотя замок находился довольно далеко от южных земель, где пребывал Стигма, формально это была его собственность. Если тронуть Мантиум, столкновения с ним не избежать. — Среди героев Империи он самый подавляющий в прямом бою. Достаточно сказать, что на юге вокруг него сложился образ военачальника. Если он выйдет, хлопот будет немало. Больше всего Деон Харт не хотел сражаться со Стигмой. Каким бы бессильным тот ни был в этой ситуации, он оставался одним из немногих, кто хорошо заботился о Деоне — достойно звания старшего. Поэтому Деон передвинул палец к соседним владениям и без колебаний пустил в ход язык. Спокойный голос завладел комнатой. — Я хочу обрушить Империю как можно быстрее. Разве не лучше немного отклониться, чем застрять из-за него и потерять время? Под любопытными взглядами, обращёнными к новым владениям, Деон произнёс: — Владелец этой земли — Тендер Амиабль. Маркграф. Название владений, кажется, относилось к какому-то баронству, но для дворянина графского ранга и выше иметь несколько титулов и земель было нормально. — Конечно, он тоже неприятный противник, но он отнимет меньше времени, чем «герой». Поскольку причина выбора противника была исключительно во «времени», а не в «вероятности поражения» или «дружбе», никто не стал говорить, что Деон избегает Стигму. Вместо этого командир Первого корпуса Джейкар поднял руку. — Владения рядом. Нет ли шанса, что Стигма Примиро придёт на помощь? — Конечно, есть. Не могло не быть. Деон приподнял уголки губ. — Поэтому я собираюсь отправиться сам. На этом этапе стоило взглянуть в лицо старшему. *** Мир и сегодня шумел из-за историй о младшем, но, видимо, собаки действительно похожи на своих хозяев. Стигма смотрел на неожиданно явившуюся к нему «горячую тему» с выражением, словно выбирал, как реагировать. После тишины, не слишком тяжёлой и не слишком лёгкой, он тихо вздохнул. — Не знаю, что случилось с печенью моего младшего, раз она стала такой смелой. Что, если я схвачу тебя, доложу о тебе или даже убью? Сидящий напротив человек в чёрном плаще мягко улыбнулся. Стигма, глядя на единственную открытую часть лица — губы, — выпрямил спину, закинул ногу на ногу и постучал пальцами по подлокотнику. — В помещении неприлично сидеть в капюшоне. Сними его. Столько времени прошло, я хотя бы лицо твоё увижу. Капюшон будто ждал этих слов и откинулся назад. Открылись чисто-белые волосы. Красные глаза на миг задержали Стигму в себе, а затем красиво изогнулись. Голос прозвучал спокойно, будто спрашивал о меню на обед. — Давно не виделись, старший. — Да... Ответ вырвался как вздох. — Очень... давно. Вопреки спокойному лицу, в карих глазах мелькнула смесь чувств. Последний их разговор был на войне. Они разделились в опасной ситуации из-за ловушки демонов: Стигма выигрывал время, а остальные войска, включая Деона, отступали. [Старший...!] [Я выгляжу настолько слабым, что обо мне нужно беспокоиться?] [...Всё равно будьте осторожны.] Тогда он услышал вторую по красоте фразу. [Хорошо. Увидимся позже.] И вот первая встреча с тех пор. Официально — встреча врагов. Стигма подавил очередной вздох и проглотил его. — Хорошая попытка использовать торговый дом, но шансов было мало. Что бы ты делал, если бы я не вспомнил и не пригласил тебя внутрь? Деон лишь рассмеялся. Он отделался от бешеных псов, которые шумели, желая пойти с ним, и проник в область Стигмы через торговый дом Дана. Как представитель торговцев он запросил личную встречу ради сделки. Если бы Стигма не вспомнил, что торговый дом Дана получал разрешение на имя Деона Харта, Деон вернулся бы, не увидев даже тени личной встречи. Но он был уверен, что Стигма вспомнит. «Потому что он всегда так пристально следил за мной, что замечал даже малейшие перемены в выражении лица». Стигма увидел гладкую улыбку Деона и выпрямился. — Птица, которую я давно не видел, сильно изменилась. — Благодаря вам, старший. — Взгляд изменился. Он протянул руку, словно хотел обвести лицо. Деон смотрел прямо в тусклые, мёртвые красные глаза Стигмы, и тот большим пальцем разгладил уголок его глаза. Деон не отстранился, но веки рефлекторно дрогнули от незнакомого прикосновения. — Прежние глаза мне нравились больше. Деон, молча слушавший, ярко улыбнулся. — Теперь вы меня ненавидите? — Что ты. Стигма улыбнулся и убрал руку. — Пока мой младший остаётся «младшим». Пока он называет его «старшим». — Я никогда не возненавижу тебя, младший. — ...Старший, а каковы ваши критерии младшего? — Хм. Прежде всего, важно не трогать мои владения. Если их атакуют, мне придётся ответить. — Я не собираюсь трогать замок Мантиум. — Это радует. Похоже, так и было. Стигма чуть приоткрыл глаза и заговорил шёпотом. — Если не Мантиум, значит, ты пойдёшь через баронство Миллер, верно? Землю маркграфа Амиабля. — ... — Ты рискнул встретиться со мной лично, потому что я могу прийти ему на помощь. Он знал всё с самого начала. Деон коснулся уголка рта. Скрывать он и не собирался, так что проблемы не было. Прежде чем короткая пауза стала тишиной, он утвердительно кивнул. — Я не хочу сражаться с вами, старший. — Взаимно. — Тогда... — Но это не то, что я могу решить единолично. Стигма виновато изогнул брови. — У меня есть честь и цель, которые нужно защищать. А для этого я как дворянин Империи обязан верно исполнять приказы Его Величества. Деон понял, что это значит. Если армия Короля демонов нападёт на владения Миллер, император прикажет поддержать их. И тогда... Стигма мягко улыбнулся Деону, который слегка нахмурился. — Поэтому, младший, я не могу обещать, что не пойду на помощь. Как дворянин Империи я точно окажу поддержку Миллеру, чтобы остановить армию Короля демонов. — Понимаю. Стигма не имел грандиозной мечты защитить человечество от мира демонов. И не был слепо предан императору. Для Деона он оставался противником, с которым можно было не столкнуться, если всё сделать правильно. Деон коснулся губ, поднялся и сказал: — Надеюсь, в следующий раз мы встретимся в мирной обстановке. — Я тоже. Он спокойно попрощался и уже собирался идти к двери, когда Стигма коротко произнёс «а», будто что-то вспомнив. — Полагаться на лекарства вредно, младший. — ... Стигма медленно вздохнул, глядя в спину Деону, который лишь на миг остановился, а затем ушёл, будто ничего не слышал. Думаешь, я не понял? Глаза, тени под глазами, цвет лица, привычка касаться уголка рта — всё это рассказывало о его состоянии. Стигма не знал, почему Деон перешёл на сторону мира демонов, но не верил, что это было полностью добровольно. Если бы он действительно убил Круэля Харта и сбежал к демонам, как говорили слухи, он выглядел бы освобождённым, а не жил бы так, будто не может умереть. «Теперь вспоминаю, на него часто покушались». Связано ли это? Если бы он знал, что всё кончится так, он бы не игнорировал ассасинов, а докопался до заказчиков. Но теперь поймать того, кто целился в его младшего, было уже невозможно. Стигма ещё долго сидел на месте, внутренне сожалея. *** По правилам следовало убить Стигму Примиро, крупнейшее препятствие. Но вместо того чтобы искать способ его убить, Деон придумал иной путь. Как он и сказал, если всё сделать правильно, с этим противником можно не сражаться. Стоило немного покопаться в памяти, и решение всплыло само. «Открытый сад у террасы во время прошлого охотничьего состязания». Стигма спорил с маркграфом Амиаблем о том, как поступить с народом Барбай. Стигма настаивал на уничтожении, Амиабль — на примирении. В итоге победило мнение Стигмы. Позже, пусть и только по слухам, Деон слышал, что Стигма лично взял меч и вместе со своими рыцарями отправился истреблять племя Барбай. Но полного успеха он не добился. Народ Барбай умел использовать географию юга. Они были мастерами партизанской войны и прекрасно умели скрываться. Поэтому часть их выжила и сбежала. Говорят, они до сих пор прячутся где-то в южных лесах и время от времени нападают на ближайшие деревни. «Может, они всё ещё горят местью?» Если их немного подтолкнуть, снова заставить их разбушеваться будет несложно. ---------- Он заботился о нём (4) С их боевыми особенностями они могли долго не попадаться и нанести серьёзный урон. А если ущерб накопится, Стигме придётся спуститься на юг и самому разбираться с последствиями своей кармы. Иными словами, заставить Стигму двинуться на юг было вполне возможно. Не возвращаясь в мир демонов, Деон заехал во владения Парас, где получил удивительно восторженный приём от ожидавшей армии Короля демонов, занял лучшую комнату и подозвал Дана, который как раз осматривал помещение. — Найди группу выживших барбайцев и попробуй их раззадорить. — Да? — Они стали такими из-за Стигмы. — ...А-а. Дан понял быстро. Он провёл пальцами по пустоватому подоконнику и усмехнулся. — Мы также окажем им должную поддержку, чтобы их не поймали слишком легко, пока второй герой не прибудет. — Ты понимаешь, что самое важное — не попасться? — Конечно. Примерно через две недели племя Барбай начало буйствовать во владениях Примиро. Это стало результатом личного визита Дана, который пришёл к ним в плаще и подстрекал их. [Сколько вы ещё собираетесь жить, затаив дыхание?] [Даже если вам суждено погибнуть, разве не будет менее обидно уйти, отомстив?] [Стигма считает вас хуже насекомых. Думает, вы не стоите даже его беспокойства. Вам не обидно? Человек, растоптавший ваше племя, занят другими делами и даже не смотрит в вашу сторону.] Дан умел раскачивать собеседника словами. Он точно касался эмоций, разжигал их и незаметно вкладывал нужное действие. Сначала повышал голос, подливая масла в гнев, затем вдруг понижал его до змеиного шёпота, вновь приковывая внимание. Чем дольше он говорил, тем быстрее таяла настороженность к незнакомцу, лица которого они даже не видели. Другие чувства вытесняли осторожность, а перед глазами появлялась цель важнее страха. [Отомстите Стигме. Покажите цену за то, что он посмел тронуть народ Барбай. Создайте прецедент, который впишут в исторические хроники Империи.] [Я поддержу вас. Деньги? Не нужны. У меня тоже есть причины не любить его, так что достаточно, чтобы он поплатился.] На самом деле говорить о личной неприязни к Стигме было смешно. Сколько раз Дан мог испытывать злость к человеку вроде его господина — не публичной фигуре в мире людей, которую он даже в лицо не видел? Но барбайцы этого знать не могли. Дан тайно улыбнулся, глядя в их горящие глаза. В конце концов они поддались подстрекательству и двинулись. Они вели партизанскую войну быстрых ударов и отходов, их было трудно поймать, но ущерб владениям Примиро рос. В итоге всё пошло так, как хотели Деон и Дан: Стигма был вынужден двинуться. Поскольку это была не чужая вина, а его собственная карма, ему следовало решить проблему в первую очередь, чтобы как можно сильнее защитить репутацию. Стигма улыбнулся, поднимая меч. — Мой младший, у тебя хорошая память. Он ожидал, что Деон найдёт способ избежать боя. — Не думал, что ты используешь насекомых, о которых я уже забыл. Как это называется — переработка? Слово не из дворянского словаря. Как бы быстро Стигма ни отреагировал, его репутация всё равно пострадает. Он должен был быть в дурном настроении, но, восхищённый широтой применения деталей, которую демонстрировал Деон Харт, отдавал приказ почти весело. — Две трети рыцарей остаются здесь. Он не был обижен. Но раз младший запятнал его имя, разве неправильно ответить маленькой вредностью? Дикарей вроде Барбай можно было уничтожить и третью рыцарей. Тем более это были не полноценное племя, а лишь выжившие остатки. Стигма направился на юг с оставшимися войсками, оставив силы, которые могли отправить поддержку куда угодно поблизости. Так вероятность, что Стигма Примиро двинется «лично», исчезла. *** «Младенец» умирал. Лицо то синело, то краснело, маленькое и без того горячее тело раскалялось ещё сильнее. Раньше он плакал так громко, будто никогда не остановится; теперь же почти не открывал рот, и это было явно плохим знаком. «Что делать?» Оэль не находил себе места и всё смотрел на ребёнка в корзине. Тот хрипел, издавая слабые жалобные звуки охрипшим горлом, словно совсем выбился из сил. Оэль не мог отвести тревожный взгляд: казалось, стоит отвернуться, и ребёнок перестанет дышать. «Хоть бы магию можно было использовать». Но запрет на магию всё ещё действовал. Стоит применить её — Король демонов тут же спросит, что случилось. Тогда существование человеческого младенца, скорее всего, раскроется. Король демонов не пощадит человеческое дитя. Скорее, накажет их за то, что они его скрывали. По мере того как тревога росла, Оэль по привычке позвал знакомое имя. — ...Дерниван. — Да, Оэль. — Моё «благословение»... умирает. Сделай что-нибудь. На него смотрели с мольбой. Дерниван встретился взглядом с Оэлем и некоторое время молчал. По правилам ребёнка нужно было убить. Даже сейчас, если закрыть глаза и уши, закрыть рот и сделать вид, что ничего не заметил, всё решится тихо. Но Дерниван ни разу не ослушался начальника. — ...Дай его мне. И на этот раз тоже. *** — Э-э... То есть... Милан, один из рыцарей под прямым командованием командира Нулевого корпуса, с потрясённым лицом указал на младенца в руках Дернивана. — Вы просите нас его спасти? — Да. Сам Дерниван, ответивший это, выглядел не слишком убедительно. Но другого выхода не было. В Замке Короля демонов единственными, кто знал о человеческом ребёнке и мог промолчать, были «люди». А лучше всех в людях разбирались тоже «люди». Вот только Деон и его слуга Дан сейчас отсутствовали в мире людей. Если бы младенец у него на руках не выглядел так, будто умрёт прямо сейчас, Дерниван потратил бы время и связался с ними. — Если вы спасёте ему жизнь, я обязательно отплачу. — Ну... Сначала посмотрим. Милан не знал многого, но решил, что лучше дать ребёнка умному парню. Он почесал голову и подмигнул Клетеру. Клетер пробормотал: «С младенцами я тоже впервые», но послушно взял ребёнка и, осмотрев его, застонал. «Почти умирает». Ребёнок был слишком измучен, чтобы даже притворяться, что плачет. Кожа да кости. Не пришлось и рыться в памяти, вспоминая услышанное на улице, вопрос вырвался сам. — Эй... вы его кормили? — Он ничего не ел. — Такого не может быть... При такой худобе он должен был пытаться съесть что угодно. — Что вы ему давали? — Мясо, фрукты, хлеб и всё, что нашёл в мире людей. — ...И что было потом? — Он всё вырвал. Конечно. Удивительно, что он вообще ещё жив. Если его рвало от всего, он не мог даже воды нормально выпить. Клетер вздохнул и жестом велел товарищу принести ячменный чай. — То, что мы пьём на тренировках. Только принеси тёплым. А ты — полотенце и миску тёплой воды, чтобы сбить жар. Порошкового молока прямо сейчас не достать, значит, нужен временный выход. Раздав распоряжения, Клетер повернул голову и встретился взглядом с демоном с волчьими ушами, который всё это время следил за происходящим. Может, это прозвучит грубо, но сказать нужно. — Младенцы едят грудное молоко или смесь. Если кормить их чем-то другим, будет беда. — Понятно. Ответ был сухим и ясно показывал отсутствие интереса. Клетер прищурился. Похоже, этот демон не интересуется ребёнком... — Сможешь спасти? Учитывая, что его интересовала только «жизнь или смерть», вероятно, не он хотел спасти ребёнка, а кто-то, кого он не мог ослушаться по чувствам или положению. Может, он всё же интересовался ребёнком, но не знал, чем кормить? «Ну, они же демоны». Есть люди, которые, очаровавшись милотой зверька, тащат его домой и ничего не знают об уходе. Чем демоны отличаются? Наверное, подобрал из любопытства. ...Точно не похитил? «Да нет, вряд ли». Сейчас время, когда полно сирот. Улицы усеяны детьми, потерявшими родителей, значит, скорее всего, подобрал среди них. Отогнав лишние мысли, Клетер сказал: — Я не могу гарантировать, состояние слишком плохое. Но попробую. — Повторю: если спасёте ему жизнь, я обязательно отплачу. — Уже отплатите, если хорошо позаботитесь о нашем капитане. — Верно. Может, из-за всего, что он пережил, у нашего капитана взгляд стал немного мёртвым. — Вы тут территорию метите? — Как и ожидалось от злых демонов...! Перед ними стоял адъютант руководителя логова этих самых «злых демонов». Рыцари начали перебивать друг друга, вставляя слова то тут, то там. Клетер, схватившись за лоб от их театральной дрожи, покачал головой и ещё раз взглянул на демона, принёсшего младенца. Тот слышал весь разговор, но не выказал раздражения. Лишь моргнул и отвернул голову, будто ему было всё равно. На первый взгляд, казалось, что он всё проигнорировал. «Но раз он так серьёзно говорил об отплате, наверняка запомнил». Помогите капитану О, командиру корпуса. Если не станете помощником, то хотя бы один раз поможете в важный момент. Вместо того чтобы переживать, заметил ли демон намёк, Клетер сосредоточился на уходе за ребёнком. *** Деон Харт не вернулся в мир демонов. Вместо того чтобы получать бумажные доклады из мира людей и строить приказы в голове, он решил остаться там вместе с Даном и лично вести армию Короля демонов, видя всё своими глазами. При первом варианте было больше процедур и меньше точности, а главное — он хотел убить императора собственными руками. «На самом деле Дан сам увязался». В любом случае, если прорваться через владения Миллер, до столицы останется недалеко. По пути, кроме нескольких феодов, имелись земли, где пребывал нынешний глава рода Хартов, но всё это были незначительные владения. Деон не беспокоился: он хорошо помнил, насколько беспомощен был представитель боковой ветви, ставший главой рода. Иными словами, владения Миллер — последняя преграда на пути к столице. «...Вот почему». Сопротивление было очень сильным. Красные глаза скользнули по замедлившемуся продвижению. Они ещё даже не добрались до крепостных стен, а войска уже измотались. Настоящего боя при этом не было. «Появляются из ниоткуда, атакуют и исчезают раньше, чем успеваешь ответить». В прямом бою армия бы так не выдохлась. Враги вели отчаянную партизанскую войну, будто стремились любой ценой задержать продвижение. Они полностью использовали лес как местность. Наверняка и сейчас прячутся где-то в чаще, ожидая подходящего момента. Если так продолжится, к стенам они подойдут уже неспособными к нормальной битве. Эта неприятная мысль упорно поднималась. «Тело и дух — разные вещи». Тело важно, но сейчас сильнее страдал дух. Даже с учётом ограничений мира людей демоны обладали хорошей выносливостью, но из-за этого не могли использовать её как следует. Деон, скрестив руки и сердито глядя на лес, перекатывал во рту незажжённую сигарету. Наконец он отдал приказ, будто пережёвывая каждое слово. — Отступаем за пределы леса. — Да? — Остерегайтесь внезапных атак с тыла. Они добрались сюда с потерями, а теперь уходят, ничего не получив. И даже нельзя гарантировать, что при отходе враг не ударит сзади. Не зря в приказе были слова об осторожности. Как приказ главнокомандующего, его следовало исполнять. Но генералы замешкались: они боялись падения боевого духа солдат. Деон сразу резко отреагировал. — Похоже, мои слова для вас уже не звучат как приказ. Вы знаете, что бывает на войне за неповиновение старшему. — Н-нет! — Сменить направление! Отступаем за пределы леса! ---------- Ради победы (1) Какими бы демонами ни были враги, у людей даже на войне есть черта, которую они инстинктивно стараются не переходить. Например, они неохотно вонзают оружие в глаз так глубоко, чтобы пробить мозг. Или стараются не поджигать гору ради победы. Конечно, если думать только о победе, удар в глаз удобен. Даже если не достать до мозга, можно лишить противника зрения. Но всё равно люди чаще целятся в шею или сердце. «С лесными пожарами то же самое». На войне совесть решает исход. Есть те, кто держится за минимальные принципы. И есть те, кто отбрасывает всё лишнее и сосредотачивается лишь на победе. Естественно, вторым побеждать легче. Деон Харт не был побеждён. Он не сдавался. Просто подумал. — Они собираются поджечь гору, но если мы будем внутри, это будет самоубийством. Враги великолепно использовали местность под названием «лес». Демоны, непривычные к лесной среде, оказывались почти беспомощны. И там Деон внезапно осознал. «Да...» Демоны живут в мире, где почти нет нормальных растений. «Тогда просто сожжём всё». Он знал, что демоны жаждут мир людей из-за «солнца», а не из-за «растений». Конечно, для Хиена целью могли быть именно растения, но... «Они всё равно живут долго. До смерти успеют дождаться восстановления». Если они выиграют войну и захватят весь мир людей, можно не ждать восстановления этого леса, а смотреть на растения в других местах. Сгорят ли люди, прячущиеся в лесу, или задохнутся — не его дело. Важно другое: враги ведут себя подозрительно, тянут время, минимизируют урон и пытаются добраться до стен, прежде чем армия Короля демонов что-то предпримет. — Хороший день. — Да? — Сухая осень. Отличный день, чтобы устроить пожар. И он спокойно отдал приказ. — Сжечь всё, что мешает продвижению. Эти слова передали демонам, сражавшимся и в других местах. Измотанные тем, что люди задерживают их, и раздражённые самим боем, они не колебались, выбирая огонь. Скоро стали приходить доклады: по всему континенту поднимается пламя. Деон получил сообщения о том, что революционная армия, стоявшая во временном лагере снаружи леса, в раздражении сожгла лес вместе с ориентирами; что одна деревня была оставлена, а затем сожжена из страха, что её используют другие люди; и что деревня, где он когда-то встретил шаманку Ран, уже была сожжена до его приказа. Он слегка склонил голову. Взгляд обратился к Дану, стоявшему сбоку. — Почему ты так смотришь? — Ничего. В той деревне всё равно никого не было — жители давно ушли. Назвать ли это точной местью или бессмысленным выплеском злости? В любом случае Деона это не касалось. Он потерял интерес и вышел из командирского шатра. Перед глазами развернулся лес, объятый красным пламенем. «Судя по размеру леса, он будет гореть долго». Придётся поддерживать огонь... Значит, на время они останутся здесь, пока лес не выгорит. Так он думал ещё вчера. Но теперь Деон слегка расширил глаза и посмотрел на камень связи, будто не веря ушам. Голос прозвучал чуть дрогнувшим. — Что сказал Король фей? — Немедленно... прекратить сжигать леса мира людей... Редко нерешительный голос Эда наполнил шатёр. Деон был так ошарашен, что рассмеялся. «Кто он такой?» Каким правом глава расы, не являющейся ни демонами, ни участниками войны, вмешивается и спорит? На язык уже поднялось «не неси чушь». Но из соображений достоинства Деон не мог выплюнуть это в сыром виде. Он уже собирался привести фразу в приличный вид, как вдруг его осенило. — ...Деон? — ... — Деон, ты в порядке? — Что он сказал, что сделает, если я не остановлю огонь? — Да? Король фей обладал силой. Как минимум у него была власть разрешать вывоз части трав фей. Деон вспомнил доклад Дана. «Торговый дом постепенно увеличивает влияние, распространяя амулеты». Однако полностью занять рынок только этим трудно. Он думал выпустить немного магических камней, но Король демонов воспротивился, а сейчас были дела важнее, поэтому вопрос отложили. Уголок губ Деона медленно поднялся. — Передай Королю фей: могу ли я считать эти слова «предложением сделки»? Он не собирался выяснять, о чём думал Король фей. Нет, на самом деле ему было любопытно, но спрашивать и копать он не хотел. Если это можно использовать — достаточно. — ...Понял. Эд на мгновение замешкался, будто не был уверен, что сможет передать такие слова главе целой расы, но затем голос снова стал строгим. Деон спокойно добавил: — И не забудь сказать, что до заключения «сделки» мы продолжим жечь лес. — Да. *** Ответ пришёл быстро. Вопреки ожиданиям Деона, готовившегося к утомительной борьбе умов, гордый владыка фей, едва с ним связались, сразу перешёл к сути. [Чего ты хочешь?] [Травы фей.] Деон был благодарен, что тот не стал тянуть. Он дал ответ прямо и, зная, какая реакция последует, не стал молчать, а продолжил, не дожидаясь возражений. [Я не прошу многого. Один человек, следующий за мной, ведёт торговый дом. Я хотел бы, чтобы туда регулярно поставляли небольшое количество лекарственных трав.] Изначально, даже если бы распространение магических камней или трав фей стало возможным, Деон не собирался выпускать их в больших объёмах. Ограниченный монопольный выпуск укрепит влияние торгового дома. Но если выпустить много, сила мира людей резко возрастёт — а его нужно проглотить до того, как влияние станет самоцелью. Это делалось для облегчения захвата мира людей, а не для того, чтобы покупатель стал сильнее продавца. [Небольшое количество?] [Такое, которое ваша раса фей даже не заметит.] [...] [Я не спрашивал, почему нам нельзя сжигать леса мира людей. И впредь спрашивать не стану.] Это было тонкое давление, замаскированное под внимание. Деон хотел как можно быстрее закончить затянувшуюся ситуацию. Если сделка состоится и лес перестанут жечь, нужно тут же найти иной способ использовать местность. Поэтому, заметив колебание собеседника, он вытащил карту, в которой не был до конца уверен. Если бы Король фей вмешался по пустяковой причине — например, из интереса к растениям мира людей, — слова были бы бессмысленны. Но Деон помнил его по короткой встрече в прошлом. «Он не настолько легкомыслен, чтобы вмешиваться в дела другой расы и накладывать запреты из-за мелочей». Должна быть важная причина. [Лес всё ещё горит. Что ты будешь делать?] [...Обсудим точное количество трав и критерии «регулярности».] Как и ожидалось. Ответ был положительным. Половина леса уже сгорела. Место, прежде яркое как закат даже ночью, теперь было накрыто чёрным дымом посреди дня; пепел время от времени падал, будто снег. На чёрной земле, ставшей равниной, на границе выгоревшей и уцелевшей части леса армия Короля демонов разбивала временный лагерь. По приказу Деона военный шатёр поставили проще прежнего. [В этот раз мы не планируем долго отдыхать.] Значит, стараться с установкой незачем. И теперь Деон принимал мужчину со слабой улыбкой. В отличие от приподнятых уголков губ, в красных глазах мерцало странное чувство, будто всё происходящее было ново. — Добро пожаловать, Хиен. — Давно не виделись, Деон. Рад, что ты пригласил меня! Враги используют лес как географическое преимущество. Иными словами — пользуются растениями как укрытием. А Хиен — садовник, управляющий растениями-людоедами. Если заменить их укрытия растениями-людоедами, спрятавшихся можно будет убрать без труда. Кто подумает, что укрытие их съест? Деон никогда не думал, что Хиен пригодится. Даже собачье дерьмо иногда используют как лекарство. Он слабо улыбнулся. «Но прежде...» Деон замер. Монстр на руках Хиена издал звук, будто приветствуя его. Услышав крик, слишком похожий на голос странного растения, которое он когда-то видел, Деон нахмурился. — ...Что это? — Я нашёл цветок из мира людей и влил в него магию! Получилось что-то вроде того семенного ребёнка, которого Деон дал мне раньше. Похоже, те семена тоже были из мира людей! — Твою же... Деон приподнял бровь от прозвучавшего в ответ звука. Тот прошлый пищал, а этот будто визжал... Если присмотреться, он отличался. Тогда форма была основана на «розе» и цвет был тёмно-красным, а этот, судя по всему, тоже основывался на розе, но чёрно-фиолетовой. И всё же знакомая форма заставила Деона склонить голову. «Где я это видел?» А. «На подоконнике в моей комнате». Теперь он был уверен: цветок превратился во что-то странное после вливания магии. Форма основывалась на цветах из вазы у окна его комнаты. — Он похож на цветок у меня на окне... — Да, именно! По дороге я нашёл его в поле! Как только увидел, вспомнил, что это любимый цветок Деона. Я подумал, тебе тоже могут понадобиться сторожевые растения...! — Не нужно. Пока он не трогал цветы в комнате Деона, тому было всё равно. Сторожевые растения ему не требовались. Деон уже собирался перейти к делу, но Хиен, что-то разочарованно пробормотав, вдруг воскликнул, словно вспомнил: — В мире людей есть ещё язык цветов. Я немного изучил! Конечно, начал с значения цветка, который нравится Деону! Неинтересно. Совершенно неинтересно. И всё же Деон молча дождался продолжения. — Не знаю, точно ли это, но говорят, он означает что-то вроде «юность без сожалений» или «я буду ждать тебя». — Понятно. Особого отклика не было. Просто узнал новый факт. Деон вспомнил форму цветка у окна, попытался понять, подходит ли ей такой язык, не смог и с бесстрастным лицом перешёл к делу. — Для тебя есть работа. О языке цветов он уже забыл. *** Был всего один день, когда демоны носились по лесу как безумные. К ужасу людей, прятавшихся и наблюдавших, они мчались по чаще без остановки и в какой-то момент исчезли так же быстро, как вошли. Из-за их скорости значительной битвы не случилось, потерь почти не было. Люди даже посмеялись сначала. Но затем начался кошмар. Скрывающиеся товарищи исчезали один за другим. Причину понять не удавалось. В какой-то момент связь обрывалась. Когда кто-то шёл проверить, человек бесследно исчезал с места. Повторяющаяся пугающая ситуация быстро обрушила боевой дух. Теперь он ползал по земле. Маркграф Амиабль, прибывший во владения Миллер и командовавший войсками, так и не сумев разобраться, доложил императору о странных событиях. — Растительный монстр. Император ответил сразу. ---------- Ради победы (2) Уникальный монстр, которого Деон Харт когда-то поймал во время охотничьего состязания, был именно такого типа. Демоны, должно быть, выпустили в лес растительных тварей. К счастью, тогда император получил от Деона совет, как с ними справляться. — Можно передать письменно, но это займёт слишком много времени... Сложного способа не требовалось. Нужно было перерубить связь между частью, похожей на пасть, и корнями, либо просто поджечь и сжечь корень, потому что в основе это всё же растение. От обычных растений они заметно отличались, так что достаточно внимательно смотреть. «Вообще-то я хотел бы отправить хотя бы кандидатов в герои». В старой книге о войне с демонами говорилось: ограничения демонов исчезают, когда они сталкиваются с героями или их осколками. Конечно, «ограничения» и «подавление» — разные вещи, поэтому магия подавления вокруг крепостей продолжит работать. Но физические возможности демонов она уже не сдержит. Столкновение демона, способного использовать истинную силу, и кандидата в герои с осколком героя... Прежде чем станет ясно, кто победит, окрестности будут уничтожены. Поэтому император решительно отправил кандидатов не в Миллер, а в другое место. «Значит, всё, что я могу сейчас сделать, — передать информацию». Письмо было бы слишком медленным. Император без колебаний взял камень связи, соединённый с маркграфом Амиаблем. *** В лес посеяли семена, напитанные демонической энергией. Как и положено растениям мира демонов, за один день они быстро выросли, смешались с лесной зеленью и начали пожирать или хватать людей, прятавшихся среди деревьев. «Конечно, спустя некоторое время они, похоже, нашли способ бороться с ними, и эффект заметно снизился». Но даже это было хорошей передышкой. Главное — продвижение возобновилось, и Деон с удовлетворением наблюдал, как армия приближается к стенам. Засад стало меньше, хотя случайных налётчиков всё ещё приходилось отлавливать и зачищать. Наконец показались стены владений Миллер. Когда они прошли ещё немного, деревья, закрывавшие обзор, расступились, и перед ними открылось пространство. Увидев картину, которая скрывалась за лесом, Деон изумлённо рассмеялся. — Не думал, что ты сам выйдешь меня встречать. Войска маркграфа Амиабля стояли лагерем перед крепостью. Деон ожидал осады, но это превращалось в полевое сражение. Подумав, он понял, почему Амиабль решился на рукопашную против демонов. «Он рассчитывает, что после леса и засад мы вымотаны, и хочет надавить, не дав отдохнуть». Если бы лес не сожгли и не придумали растения-людоеды, возможно, план бы сработал. Теперь же Деон лишь слегка усмехнулся. Холодная насмешка прозвучала в голосе, обращённом к сопровождавшему генералу: — Сражаться сможете прямо сейчас? — Разумеется. — Хорошо. Они ожидали осады, поэтому Деон намеренно не вызвал бешеных псов, особенно эффективных в ближнем бою. Но это не имело значения. Он давно хотел опробовать одну стратегию, прочитанную в книге. Знаменитый приём, который использовался и в партиях Дана в шахматы. Деон с удовольствием отдал приказ: — К щитоносцам. *** Человеческие войска, состоявшие только из кавалерии ради скорости, пошли в атаку. В ответ демонические щитоносцы выстроились впереди, а копейщики — позади. Кавалерия на лошадях из мира людей сместилась в сторону. Движение было восхитительно быстрым, но маркграф Амиабль, наблюдавший со стены, не мог не помрачнеть. — Немедленно уходите на три часа! Он крикнул в постоянно включённый камень связи. Несущаяся кавалерия резко изменила направление и рванула в свободное пространство. Но демоны двигались быстрее ожидаемого. Задние ряды оказались проглочены окружением. Пасть чудовища закрылась, и оказавшиеся внутри люди погибли беспомощно. Маркграф крепко зажмурился. Любой, кто хоть немного интересуется стратегией, знает это. «Молот и наковальня». Пехота удерживает врага спереди, а мобильная кавалерия обходит и уничтожает окружённого противника. Гнев поднялся в груди маркграфа. Не потому, что он попался на известную стратегию. Кто мог знать, что демоны двигаются настолько быстро? Но... — Что этот человек... думает о войне? Он был взбешён не поражением, а тем, как противник двигал войсками, будто наслаждаясь игрой. Автор плана не мог не знать, что командир смотрит со стены. Он наверняка ожидал, что маркграф узнает стратегию сразу после начала манёвра. И всё равно сделал это. «Просто захотел попробовать». Именно так это выглядело. Тендер Амиабль стиснул зубы. Он думает, что это шахматы? От решения командира зависят жизни бесчисленных людей. На охотничьем состязании Деон показался ему нормальным, вопреки слухам, но, похоже, это была маска. Он тихо приказал через камень связи: — Возвращайтесь в крепость. Переходим к обороне. Демоны, вопреки расчётам, не были достаточно вымотаны. План провалился. Пришло время настоящей обороны. *** Деон ожидал этого, но попытка всё равно сорвалась. До полного окружения человеческая кавалерия выскочила через незакрытый промежуток: командир сверху заметил манёвр и отдал приказ. Они проглотили только хвост. Пока демоны уничтожали попавших в кольцо людей и перестраивались, остальные вошли в замок и плотно заперли ворота. Деон усмехнулся, чувствуя твёрдую решимость перейти к оборонительной битве. — Здесь лучше продавить силой. Можно придумать обходной путь, но зачем тратить время там, где всё решается прямым ударом? Деон поднял камень связи. — Прости, но я бы хотел, чтобы ты воздержался от использования корпусов. Одного Нулевого корпуса недостаточно? Вопреки ожиданию пришёл отказ. Деон нахмурился. — Могу узнать причину? Без веского основания это нарушение сделки. Деон Харт просил полностью уничтожить Империю в обмен на помощь Королю демонов в завоевании мира людей. Пусть они не обменивались письменным контрактом и печатями, это был очевидный договор. Король демонов, прочитав выражение его лица через связь, почесал щёку. — Рождений демонов стало меньше, зато количество монстров резко выросло. Деон понимал почему. Чтобы спасти Деона Харта, Король демонов израсходовал девяносто процентов магии. Поэтому число демонов и тварей, «рождённых из силы Короля демонов», снизилось. Демоны не размножаются, но монстры могут. В отличие от «нормальных» демонов, они — ошибки. — Кроме того, император отправил к границе армию кандидатов в герои. Нужно избегать лишних потерь корпусов, чтобы не дать им прорваться и подготовиться к неожиданностям. На границе появились не кто-нибудь, а носители осколков героя. Услышав это, Король демонов сразу понял: император знает об ограничениях. Наверняка прочёл в старой книге. Иначе он не отправил бы такую силу туда, вместо защиты Империи. Осколки героя соприкасались с демонами. У них, похоже, были амулеты подавления магии, но сила демонов определяется не только магией. Тровер, который сейчас не мог пользоваться магией, всё равно занимал место командира Девятого корпуса. «Император знает и потому отправил их туда специально». Он перенёс поле разрушительного столкновения на границу, а не внутрь Империи, и связал главные силы демонов. С мелкими солдатами обычные войска справились бы без большого ущерба, но тратить элитные силы на мелочь сейчас нельзя. Кандидаты в герои лучше подходят для противостояния сильным демонам. Император явно хорошо подумал. — Ты ведь и сам не собирался слишком полагаться на нас, верно? В лукавом голосе не скрывался смех. Деон помолчал. — Понятно. Значит, нужно быстро найти другой путь. Больше держать камень связи он не стал и, соблюдая формальную вежливость, отключился. Он закрыл глаза и задумался. Как главнокомандующий Деон постоянно получал сведения о мире людей, особенно об Империи, от Девелании и Иделии. Среди недавних докладов всплыло одно. «Император использует частные армии дворян». Даже минимальные войска, оставленные для защиты феодов, были отозваны. Чтобы снизить недовольство, их отправляли защищать дворянские земли, но основная масса сейчас сосредоточена здесь, в Миллере. Жалоб у дворян немало. «Если в такой ситуации демоны появятся в совершенно другом владении...» Войска размещены в основном у границы и в Миллере. А если демоны возникнут не в Миллере и не у границы, а где-то в ином месте? «Дворяне будут очень неприятны». Императору придётся снять часть перегруженных войск отсюда и отправить поддержку. Хорошо. Решено. — Дан. — Звали? Дан, ожидавший неподалёку, подошёл так, будто ждал этого. Деон похлопал по ремню на бедре, посмотрел на него и медленно спросил: — Ты должен был сильно вырасти, распространяя травы фей. — Да. Мы стали очень известны. Настолько сильны, что можем отомстить и растоптать верхушку Роуфела, которая раньше нам мешала. Он даже это помнил и собирался мстить. Глаза Деона на миг охладели от неожиданно мелочной и хорошей памяти Дана, но затем он снова заговорил. — Связей стало много? — Разумеется. Есть кто-то, с кем нужно связаться? — Король Рвече. — О. Слова прозвучали легко, но содержание было совсем не шуткой. Дан на мгновение открыл и закрыл рот, быстро перебирая память. Было ли обращение от королевской семьи Рвече? — ...К сожалению, нет. Но если я приду сам, думаю, он не откажет. Скорбь по младшему брату, вероятно, настолько лишила его сил, что он даже не подумал об этом. Если к нему явится глава торгового дома, распространяющего чудесные травы, он точно захочет встретиться. Может даже спросит, есть ли трава, способная вернуть мёртвого. Деон кивнул, соглашаясь. — Иди к королю Рвече... *** Союз распался, и армия Короля демонов не трогала Рвече. Король Рвече, у которого больше не было внешних забот, жил, утонув в скорби. Советники просили его заняться государственными делами, но как быстро выбраться из горя после смерти семьи? Он не мог легко отогнать призрак младшего брата и встать. Дни проходили без всякой воли, когда пришла просьба об аудиенции. Король, ставший из-за скорби резким, мгновенно отреагировал. — Я ясно приказал отклонять все просьбы об аудиенции. — Я спросил, потому что это просьба главы торгового дома Дана, а не очередного дворянина. Простите. Откажу. — ...Подожди. Торгового дома Дана? ---------- Ради победы (3) Король поднял голову и посмотрел на собеседника. Даже утонув в скорби, он продолжал получать новости — положение обязывало. Поэтому он не мог не знать о торговом доме, укрепившем своё положение распространением невиданных чудесных трав. «Говорят, польза невероятная. Раны заживают мгновенно». Краем уха он слышал даже о заново приставленной отрубленной руке. «Тогда... тогда...» Разум, парализованный горем, потянулся к пустой надежде. Разве нельзя спасти младшего брата? Даже зная правду, король не отказал. — Я встречусь с ним. Впустите. Человек, называвшийся главой торгового дома, закрывал лицо. Будь на его месте кто-то другой, дерзость не оставили бы без наказания. Но сейчас король был в положении просящего и потому не стал придираться. — Учитывая дела торгового дома Дана, сейчас у вас должно быть много работы. Зачем глава торговцев пришёл ко мне? Мужчина ответил вежливо: — Хотел бы получить разрешение открыть филиал в Рвече. — Разве для этого нельзя подать прошение обычным путём? — Процесс занял бы слишком много времени. Ситуация слишком нестабильна, и я не знаю, что случится дальше, поэтому рискнул проявить неучтивость. Он весело улыбнулся, будто у него не было выбора. Король некоторое время смотрел на него и кивнул. — Разрешаю. Филиалу торгового дома Дана здесь будут рады. — Благодарю. Мужчина глубоко поклонился. Король ответил лёгким кивком и перешёл к истинной причине, по которой допустил аудиенцию. — У меня есть ещё вопрос. — Слушаю. Если мне что-то известно, отвечу со всей искренностью. — Среди ваших чудесных трав... есть ли та, что может воскресить мёртвого? В голосе звучали колебание и напряжение, не похожие на королевские. Дан смотрел на него и чуть приподнял уголок губ. Впрочем, голос прозвучал с искренним сожалением. — К сожалению, нет. — Ах... понятно... В опущенных глазах короля проявилось глубокое смирение. Наступила короткая тишина. Дан немного помолчал, огляделся и осторожно произнёс: — Я слышал о генерале. Примите мои соболезнования. Король на миг вздрогнул. — Хорошо... Слабый ответ означал: он не разгневался. Прямое упоминание смерти близкого, даже ради утешения, может разорвать рану. Дан готовился к острой реакции, но король оказался то ли слишком устал, то ли смирился. Поэтому Дан осторожно продолжил: — Вы, должно быть, сильно злитесь на Империю. — Что ж. Если они знали, что в королевстве Тайхон есть граница, и промолчали, странно было бы не злиться. — Что? Король поднял голову. Его глаза ярко вспыхнули, когда он уставился на Дана, будто тот сам не понимал, что сказал. — Что ты только что произнёс? — Что они знали о границе в Тайхоне, но молчали... Вы правда не знали? — ... — Простите. Забудьте мои слова. У вас и без того всё сложно... — Ты. Медленный голос надавил. — Чего ты от меня хочешь? — О чём вы... — Не смотри на короля свысока. Даже в таком виде я правлю страной. Думаешь, я ничего не замечу? Король должен много учиться, брать ответственность и сражаться. Тот, кто имеет дело с дворянами внутри и чужими странами снаружи, защищает королевскую власть и народ, не может быть туп. Иногда появлялись такие правители, но их быстро стаскивали вниз, и они жалко исчезали за спиной истории. — Ты не мог явиться лично только ради филиала. Говори открыто. Чего ты хочешь? Дан повёл глазами. Лучше всего было бы, если обманутый король Рвече, разозлившись, напал бы на Империю и посеял хаос в мире людей. Но... — Я слышал, у вас есть связь с Деоном Хартом. Если вы хотели, чтобы я встал на сторону демонов, мне жаль. Какие бы чувства я ни испытывал к Империи, я уже пообещал, что не займу её сторону. С таким отношением это трудно. Впрочем, Дан многого и не ожидал. Он спокойно улыбнулся. — Какие страшные слова вы говорите. — ... — Мне нужно лишь, чтобы вы на мгновение закрыли глаза. Только пока демоны пройдут через Рвече в одну часть Империи. Движение не масштабное; если король немного поможет, другие люди ничего не заметят. — Просто закройте глаза. Вы не становитесь на сторону мира демонов. Вы лишь закрываете глаза. Рвече не пострадает. Король ненадолго задумался, потирая подбородок. — Вернёмся к нашему разговору. Император действительно знал о границе в королевстве Тайхон? Дан слегка улыбнулся молчаливому подтверждению. Зачем лгать о безопасности? На самом деле прежде чем обвинять Империю, следовало винить Тайхон за то, что он не сообщил о границе. Но говорить это было невыгодно, поэтому Дан промолчал. — Да. Если понадобится, я поставлю на это и свой торговый дом. — Достаточно. Вскоре после встречи рядом с владениями Роуфел на юге Империи, недалеко от Рвече, начали появляться демоны. Они возникли в земле, которую даже император оставил почти без защиты, потому что она не была связана с границей. *** Стигма, истреблявший барбайцев на юге, узнал, что торговый дом Дана расширил влияние чудесными травами и амулетами, а также прижал прежних соперников. Затем пришла новость: в относительно безопасных владениях Роуфел появились демоны. До него это дошло только после того, как Роуфелы наконец связались с ним. Стигма долго смеялся. — Они называли меня позором семьи. Хорошо выглядят теперь. Раз уж мои числа исчезли, должно быть, им прекрасно. Второй герой Империи, Стигма Примиро. Прежнее имя — Стигма Роуфел. Грязный ублюдок, позор, пятно и препятствие для рода Роуфел. Когда они бросали его на поле боя и велели скорее умереть, это было нормально. А стоило опасности подойти к их дому — они вспомнили кровь. Он поднял голову, не убирая насмешки. — Я ведь велел игнорировать их обращения. Из новостей о семье Роуфел мне достаточно известия об их исчезновении. — Понял. Прошу прощения. *** Император разместил частные армии дворян в основном у границы, а после минимального распределения отправил большую часть оставшихся войск в Миллер. Иными словами, в землях, считавшихся безопасными и далёкими от границы, почти не осталось солдат. Как отреагируют дворяне, если там появятся демоны? — Ваше Величество, это доказательство, что безопасных владений не существует! Не только земли у границы, но и наши владения должны иметь оборону, чтобы реагировать на демонов в любой момент. Но Ваше Величество забрали наши частные войска. Просим вернуть их, чтобы мы могли защищаться. Там не было границы, но демоны появились без предупреждения. Их тревога была понятна. «Что они сделали?» Император задумался. Использовали магию? Вокруг каждого замка установлены поля подавления магии, но они не покрывают весь регион. Вне зоны можно использовать магию. В нос ударил рыбный запах крови. Дворяне не реагировали, значит, это снова галлюцинация, которую видел и чувствовал только он. Император медленно сжал и разжал кулак, удерживая шатающийся разум. «Какова вероятность, что они продолжат двигаться так и дальше?» Какой бы метод ни использовали, крупное перемещение невозможно: обнаружили лишь малую группу. «Да... всего несколько демонов». Движение, не наносящее даже малых атак. Ключевые слова всплывали в голове. Вскоре император собрал сведения в один ответ и медленно открыл рот. — Это... — Отвлекающий ход. Мягкий, но достаточно громкий голос привлёк внимание. Даже император умолк и посмотрел на герцога, а тот под взглядами множества людей расправил плечи. Спокойный голос прояснил атмосферу. — Прошу успокоиться и ещё раз взглянуть на ситуацию. Обнаружено малое число демонов. Нет признаков, что крупные силы переместились и начали атаку. — ... — Это ложный манёвр, чтобы раскачать Империю. Вероятно, демоны как раз надеялись на нынешнюю панику. Если император не выдержит давления дворян, перераспределит войска по всем владениям или вернёт частные армии, это станет лучшим исходом для мира демонов. Фиолетовые глаза не скрывали жалости к тем, кто поднял шум. Некоторые вздрогнули и успокоились, зал постепенно стих. — Не знаю, каким способом они воспользовались, но, скорее всего, он не позволяет массовое перемещение. Если бы крупное движение было возможно, владения Роуфел и остальные уже смели бы. Виконт Роуфел побледнел. Герцог усмехнулся, даже не взглянув на него. — Поэтому успокойтесь. Нельзя дать демонам то, чего они хотят. Виконт замялся, словно хотел возразить. Император, наблюдавший за этим, выступил вперёд. Раз герцог всё объяснил, оставалось лишь вынести решение. — Во-первых, появление демонов подтверждено, поэтому мы отправим поддержку во владения Роуфел. То же касается ближайших феодов. Но возвращать частные войска — чрезмерная мера. Именно этого, вероятно, желает мир демонов. Оглядывая притихшую аудиторию, император думал, что делать с Миллером, который станет нестабилен после вывода части сил. Забрать войска из других мест невозможно: там и так оставлен минимум. «...Придётся отправить поддержку оставшимися рыцарями, пока Стигма Примиро не ушёл на юг». Времени мало. Нужно закрыть заседание и двигаться сразу. *** Построим гору. Некоторую часть войск Миллера сократили ради поддержки Роуфела, но это было всё. В любом случае крепость держалась, и Деону нужно было придумать, как войти за стены. Так он пришёл к выводу. — Хорошая среда для лопаты. Позади был лес. Деон закрепил зажжённую сигарету на ремне у бедра, медленно достал чёрный платок и повернулся. — Я зайду и немного отдохну. А вы тем временем насыпьте гору. И конечно, не забудьте поставить охрану вокруг. Одного слова командующего хватило. Демоны начали носить землю. Маркграф Амиабль, увидев, как перед стеной быстро растёт земляная насыпь, сразу понял мысль Деона Харта. — Он собирается забраться на стену, построив гору. Разумеется, он не намерен был просто смотреть. Маркграф мягко приказал, глядя на растущую землю. — Подготовьте лучников. И позовите рыцарей Примиро, прибывших недавно. Даже без помех насыпать гору — дело долгое. Если добавить помехи, сколько времени уйдёт? «Очень удобно для тех, кто обязан тянуть время как можно дольше». Если повезёт, оборонительная битва может закончиться успехом. Тендер Амиабль посмотрел вниз строгими глазами. ---------- Ради победы (4) Посыпался дождь стрел. Демоны, наказанные носить землю, растерялись. Через чуть приоткрытые ворота на конях вырвался отряд рыцарей. Копыта взрывали ещё не утрамбованную землю, мчась к беззащитным демонам. Противники были не люди, а демоны, но рыцари атаковали без колебаний — как звери, сорвавшиеся с цепи и увидевшие добычу. Результат соответствовал уверенности. Голова демона покатилась по земле. Покинув Замок Короля демонов, Деон снова начал видеть кошмары. Из-за этого сна стало ещё меньше. «Может, поэтому я почти перестал кашлять кровью». Частота снизилась настолько, что можно было сказать: приступы почти исчезли. «Я подумал, что виновата нехватка сна, и хотел немного отдохнуть». Он неторопливо сложил чёрный платок, спрятал его за пазуху и поднял голову. Увидев новую кровавую сцену, Деон скрестил руки и рассмеялся, будто не веря. — Стоит на миг отвести глаза — и уже нельзя спокойно отдохнуть. — Простите. — Что делала охрана? Даже не присматриваясь, можно заметить, как со стены целятся стрелами. — Она исполнила своё дело. Охрана исправно докладывала, что враги наводят луки со стен. Проблема была в реакции после доклада. Выслушав объяснение, Деон вздохнул. — Не знаю, с чего начать. Он понимал: демоны впервые строят такую насыпь, им неловко. Он понимал и то, что носильщики земли беззащитны, значит, потери в каком-то объёме допустимы. Даже после объяснения было похоже, что для вылазки вышли рыцари Стигмы Примиро. Нападение само по себе не было странным. «Но я ведь велел поставить охрану вокруг тех, кто строит гору, именно на случай внезапной атаки». Указать можно было на многое, но Деон выбрал главное. — Не нужно строить гору самим. — Да? — У нас есть пленники. Если проблема в том, что по носильщикам стреляют и атакуют, нужно сделать так, чтобы враг не мог стрелять. Как раз были пленники, схваченные растениями-людоедами. Люди, работавшие в лесу, выглядели в хорошей физической форме. Почему бы не заставить их строить гору? «Смогут ли они действительно выпустить стрелу в товарищей? И, прежде того, сможет ли Тендер Амиабль приказать убить своих людей?» Деон вспомнил маркграфа, спорившего со Стигмой во время охотничьего состязания. Его впечатлило, как тот защищал барбайцев, говоря, что они тоже люди. Может ли такой человек убивать людей той же Империи? «Убьёт или нет — нам нечего терять». Если убьёт, это можно использовать. Если не убьёт, тоже можно использовать. «На завершение горы уйдёт время, но...» Лучшего способа он не видел. Ничего нового: он с рождения жил с ограничениями. Вместо того чтобы сокрушаться о пределах собственного мозга, Деон отдал приказ. *** Перед крепостной стеной снова росла земля. Но теперь её носили не демоны. — Они... Там были бывшие товарищи. Кто-то застонал. Люди, ожидавшие повторной попытки и уже держащие луки, растерянно подняли глаза на своего командира. Маркграф Амиабль стиснул зубы под их умоляющими взглядами. «Проклятие». Как можно было придумать такое и воплотить? Он видел людей, которых под угрозой заставляли строить гору. Понимал, что они двигаются не по своей воле. В мире, где грехов много, возможно, это даже неловко называть грехом, но... «Их нужно убить». Нельзя просто смотреть, как гора растёт. Иного способа остановить нет. На нём лежал долг выполнить приказ Его Величества. Колебание было коротким. Маркграф был мягок, но как владелец пограничной земли оставался строгим. Подавив кровоточащие чувства, он спокойно приказал подчинённым убить тех, кто недавно был их товарищами. — Поднимите луки. Пошёл ропот. Большинство потрясённо обернулось к нему, некоторые опустили взгляды, дрожа. Лишь немногие, колеблясь, подняли оружие. Тендер Амиабль повысил голос: — Поднимите луки! Часть тех, кто смотрел на командира, опустила головы. В голосе, который продолжил, слышалось сомнение. — Если мы не убьём их, демоны в итоге возьмут этот замок! Тогда ваши супруги, дети и все дорогие люди будут растоптаны этими тварями! Взгляды один за другим отворачивались от командира. Всё больше людей смотрело вниз, всё больше брало луки. — Если мы падём, погибнут бесчисленные люди! Не только жители этих владений. Его Величество назначил это место последними воротами к столице! Если демоны перейдут здесь, погибших будет несравнимо больше, чем тех, на кого вы боитесь нацелиться! Теперь почти все подняли луки. В глазах солдат твердела решимость. — Мы должны держаться здесь! Если не можем остановить, хотя бы выиграем как можно больше времени! Поднимите луки, цельтесь. Натянуть тетивы! Смятение улеглось, и над стеной повисла торжественная тяжесть. Солдаты наложили стрелы. У некоторых руки ещё дрожали, но многие держались твёрдо. В тот самый миг, когда стрелы были направлены на бывших товарищей, раздался громкий смех. Тендер Амиабль сжал губы. «Из-за поля подавления магию рядом со стеной использовать нельзя». Исключение, видимо, составляли предметы с уже выгравированным заклинанием. Камни связи тоже работали. Взгляды сосредоточились на одном месте. В лагере демонов беловолосый мужчина безумно смеялся, держа в руке магический камень, вероятно, усиленный заклинанием громкоговорителя. Напряжение стало ещё плотнее. Постепенно он перестал смеяться. Красные глаза блестели так, будто он сходил с ума от радости. Он поднёс камень ко рту. — Я знал, что так и будет. Лицемер. — Разве не слишком жестоко бросать своих тяжело сражавшихся подчинённых, которые даже не обычные жители Империи? Как описать это чувство? Деон, кажется, был слегка разочарован. Он немного ожидал большего от человека, который поднял голос против Стигмы и заступился за другое племя только потому, что они тоже люди. В итоге выбор — бросить их. Если подумать рационально, решение было правильным. Прекрасный пример хорошего командира, который не теряет хладнокровия и выбирает лучший вариант. «Но они тоже так думают?» Деон взглянул на людей, которые под давлением строили гору. На лицах читался явный шок. Решение было принято мгновенно: нужно заставить солдат на стене встать на их сторону. Но прежде чем он придумал лучшие слова, тишину прорезал голос маркграфа: — С того мига, как они строят гору, они уже предатели. Он не кричал, расстояние было немалым, но вокруг стояла ненормальная тишина, и слова долетели до Деона ясно. «Вот оно». Ошибка. Уголки губ поднялись. «Нужно было не унижать их как предателей, а прославить их честь». Что он потерял бы, если бы похвалил их жертву? Деон просто рассмеялся. На самом деле всё это время ему не было весело, но для эффекта смех был нужен. Голос, полный смеха, схватил маркграфа — довольно надёжного командира — за ворот и потащил на землю. — Разве он не знает, что они делают это не по своей воле? Ты не только собираешься убить подчинённых, но ещё и топчешь их честь в грязи. Кто после такого рискнёт жизнью? Солдаты на стене один за другим медленно опускали луки. Маркграф Амиабль, поздно осознав ошибку, нахмурился. «Что теперь?» Мог ли он, по своему характеру, показательно наказать кого-то за неповиновение? Даже если мог, он не отрубил бы головы всем. Сила в долгой перспективе не лучший путь. Деон наблюдал за поведением, которое рождало интересную трещину. Забавно, но такой трещины было достаточно, чтобы обрушить крепость. Если говорить чёрно-бело, Тендер Амиабль был хорошим человеком. Как личное качество это достоинство, но для командира — слабость. Если даже он сам не хотел целиться в подчинённых, что он сделает, когда солдаты тоже чувствуют отвращение и не желают слушаться? «И всё же для мягкого командира он был довольно свеж». Тендер Амиабль не скатился в беспомощную некомпетентность. Вместо того чтобы продолжать мешать строительству горы, он изменил направление: дал насыпи почти завершиться, а затем соединил подготовленные доски с земляной горой и перебросил войска для атаки. Когда Деон уже решил, что осталось чуть-чуть, грохот! Солдаты начали переходить в лагерь демонов с оглушительным шумом. А увидев рыцарей Примиро, которые шли спереди, прорубаясь через демонов, он на миг подумал, что это сон. «Нас почти ударили в ответ». Поскольку строителями были пленники, их пассивные движения выглядели естественно. Кто бы подумал, что за невидимыми стенами крепости готовят доски? Когда насыпь почти достроили, на ближайшей стене собрались войска, но большинство было ниже линии обзора, а оставшиеся выглядели как обычная оборона и сдерживание демонов, которые вот-вот полезут внутрь. Если бы войска не собрались, это было бы подозрительнее. При тонком увеличении числа ожидающих солдат план сработал бы против людей. Если бы Нулевого корпуса здесь не было или хотя бы землю носили не пленники, а обычные солдаты, Деон наверняка пострадал бы. Особенно если бы внезапная атака пришлась на момент усталости. Поэтому он мысленно отдал должное. «Теперь я понимаю, почему он тянул время». Когда они вошли в замок, обычных жителей внутри не оказалось. Вероятно, он покупал им время для эвакуации в другие земли. Деон, не закрывая глаз, держал меч и смотрел на мёртвое тело маркграфа, будто хотел запечатлеть его в памяти. Затем поднял голову и пошёл. На каждом шаге его сапог задевал чьё-то тело. «Рыцари Примиро... уверен, вы тоже поймёте». Теперь пора двигаться снова. *** — Вам не нравится еда? Император, молча смотревший на мясо на тарелке, поднял голову на мягкий голос. Его взгляд встретился с обеспокоенными глазами наследного принца. — Нет аппетита. Разве я не говорил тебе есть вместе с Алетеей? Он положил столовые приборы на стол. Взгляд принца проследил за жестом и остановился на нетронутом мясе. Принцесса, резавшая мясо напротив, тоже посмотрела на тарелку императора с тревогой, но, заметив, что он хочет сделать вид, будто ничего нет, притворилась, что не увидела. Но наследный принц не отпустил. — Я слышал, в последнее время вы плохо едите. — Ты почти допрашиваешь. Вопрос был близок к допросу, но император не рассердился. Он знал, что принц говорит из тревоги. Обычно в таких случаях император проявлял упрямство, а затем, будто проиграв, качал головой. Но теперь всё было иначе. — Галлюцинации усилились? Принцесса резко подняла голову от смелого вопроса и тяжёлого смысла. Нож, которым она резала мясо, неприятно скрежетнул по тарелке. Император, понимая, что избежать ответа не выйдет, медленно пошевелил губами. — Нет. Чёрные призраки, мешавшие зрению, на самом деле стали слабее. Зато... Император опустил взгляд. — Просто... — Просто из-за запаха крови в носу у меня нет аппетита. ---------- Ради тебя (1) Наследный принц, подозрительно смотревший на императора, заметил мясо в конце его взгляда и кивнул, будто понял. — Я слышал, люди, долго бывшие на поле боя, чувствительны к запаху крови. Впредь попрошу готовить мясо тщательнее. ...Дело было не в этом. Император тихо улыбнулся принцу, который слегка нахмурился: мол, почему вы раньше не сказали, если вам было так неприятно? Наследный принц медленно моргнул, будто ненадолго успокоился. Когда все, включая принцессу, закончили есть, император позвонил в колокольчик у стола. Посуду убрали, подали десерт. Наследный принц дождался, пока все слуги выйдут и дверь закроется, и только тогда заговорил. Тяжёлую тему нельзя было поднимать перед императором, который и так почти не ел. Вопрос, ждавший до десерта, наконец прозвучал. — Я слышал, баронство Миллер пало. Маркграф Амиабль погиб. Новость пришла сегодня. Скоро её услышат дворяне. Император кивнул, слегка нахмурившись от уже представленной утомительной ситуации. — Так и есть. — Армия Короля демонов, вероятно, всё ещё идёт к столице. — И это верно. — Тогда почему вы так поступили? — О чём ты? Лицо наследного принца исказилось от раздражения. — Я спрашиваю, почему вы отвели всех, когда даже отправить больше войск, чтобы остановить их, было бы недостаточно. Что сделал император, пока маркграф Амиабль покупал время в Миллере? Сначала он приказал эвакуировать всех жителей Империи с прямого маршрута от Миллера к столице. Это ещё можно было понять. Но затем он вывел с этого маршрута дворян и солдат. Наследному принцу оставалось только бить себя в грудь. Раз маршрут врага известен, нужно сосредоточить войска на ожидаемом пути. Что за бессмыслица — очищать дорогу? Это выглядело так, будто он сам открывал путь к столице. — Пока скажу лишь, что это ради переноса столицы. — ...Вы сказали, переносите столицу? Сейчас? — Большая часть подготовки уже завершена. — Нет, это же не решается за день или два. Когда вы... — Хм. Император чуть приподнял уголки губ и криво подпёр подбородок. Принц и принцесса прищурились, поняв, что он не собирается отвечать, но его это не волновало. Если спросить, когда он начал подготовку, точнее всего будет сказать: с того момента, как Деон Харт пришёл к нему, выплеснул обиду и ушёл. «Конечно, тайно мы готовились и раньше, но всерьёз всё началось тогда». В знак извинения и уважения к Круэлю император принял на себя ненависть Деона Харта. Было нетрудно предсказать, что Деон, возненавидев императора, полностью встанет на сторону мира демонов. Так и случилось. Сеятель должен сам пожать посеянное. — Не беспокойтесь. Мы выбрали наиболее подходящее место с учётом ситуации. Там есть отдельный дворец, годный для главного. Когда положение стабилизируется, постепенно расширим. — Да я не об этом...! — Это не Эсперанес, но крепость достаточно прочная. Мы перевезли продовольствие, внутри можно вести хозяйство. В худшем случае выдержим, даже если нас окружат со всех сторон. Принцесса, почувствовав неладное, повернула голову к императору. Он ощутил её колючий взгляд, но прекрасно знал о её остром чутье и потому не встретился с ней глазами. Вместо этого твёрдо смотрел на наследного принца. Принц, слушавший с опущенными глазами, будто размышляя, тихо спросил: — Когда вы двигаетесь? — Скоро. — Текущая столица станет приманкой, чтобы выиграть время. — Когда они прибудут, она будет пуста. — Всё же лучше поставить войска на пути, если их продвижение окажется быстрее ожидаемого. — Были упрямцы, отказавшиеся отступать и оставшиеся на маршруте. Этого достаточно. Я не хочу больше ненужных жертв. Сейчас нам, как никогда, нужно беречь силы. — Разве это вообще можно назвать силой? Что будете делать, если они войдут раньше, чем вы успеете переехать? Ты беспокоишься о многом. Император мягко улыбнулся. — Конечно, мы готовимся и к такому случаю. Тебе не о чем тревожиться. *** Тендер Амиабль пал, и армия Короля демонов рванула вперёд как безумная. Раздумывать, восполнять ли потери, понесённые в его последней борьбе, было бессмысленно: они продвигались почти без достойного сражения. В каждом замке, куда они приходили, почти никого не было. Ворота были заперты, но это не проблема: достаточно забраться по лестнице через стену и открыть изнутри. Но... «Неприятно». Крайне неприятно. Они направлялись к столице, значит, должно быть сильное сопротивление. Что всё это значит? Деон нахмурился. Иногда в некоторых местах оставались люди, но это были именно «оставшиеся», а не «подготовившиеся», так что прорваться было несложно. «Ложный ход? Ловушка? Или они сдались после падения Тендера Амиабля?» Он связывался с камнем связи, но мог узнать лишь то, что впереди пусто. Даже Девелания говорила, что выясняет причины, значит, ответа пока не было. [Кстати, Деон, ты его уже встретил?] [Кого?] [А... значит, ещё нет... Один сумасшедший сбежал, чтобы добраться до тебя.] Дальше разговор продолжился, но Деон, хотя и зацепился за эту фразу, с плохим предчувствием просто двинулся дальше. — Деон, там виден замок. — ...Уже? Они подошли к территории, где остановился нынешний глава рода Хартов. Деон поднял глаза на знакомые крепостные стены. Сам он здесь не бывал: слабое тело не позволяло дальние поездки. Но он помнил стены по рисункам. Ребёнок видел лишь родовой дом, в котором жил, и зачарованно смотрел на детально нарисованную виллу. Деон коснулся уголка губ. — ...Глава рода Хартов здесь? — Да. Говорят, он не сбежал и остаётся на вилле. — Удивительно. Как назывались эти владения? Думая о бессмысленном, он медленно пошёл вперёд. Взгляды демонов, удивлённых тем, что Деон внезапно двинулся один, последовали за ним. Дан, положив руку на меч, поспешил рядом. — Господин, если вы рискнёте выйти один... — Я уже думал об этом. Предметы с выгравированной магией, похоже, можно использовать даже в поле подавления. Эд, адъютант и заместитель командира, остался в Замке Короля демонов с документами и важными новостями. Снова ощутив отсутствие всемогущего помощника, Деон обернулся к неизвестному генералу мира демонов, сопровождавшему его вместо Эда. — Есть предметы с выгравированной магией телепортации? — Простите. У предметов есть предел принятия магии. Магические камни используют именно потому, что они лучше всего впитывают магию, но и у них есть ограничения. Поэтому можно гравировать лишь малую бытовую магию. Телепортация — высокоуровневая магия, далеко за пределами. — Понятно. Он и думал так. Не питая больших ожиданий, Деон спокойно кивнул и пошёл дальше. — Хотя глава рода здесь, на стене никого не видно... — Это может быть ловушка, господин. Отойдите... — Хм. Я скорее поставлю на то, что небольшие силы охраняют виллу, где находится глава. — Тогда, как раньше, можно забраться по лестнице через стену и открыть ворота. Но куда вы идёте? — Думаю, на этот раз попробую открыть ворота сам. — Да? Вместо ответа на недоверчивый вопрос Деон приказал демонам ждать и продолжил идти. Дан последовал за ним, и Деон, бросив взгляд, не стал его отгонять. Он добрался до ворот и положил руку на кирпич рядом с прочной створкой. «Второй ряд снизу справа от голосовых ворот». Древний род Хартов из поколения в поколение учил наследников тайным ходам во всех владениях и особняках рода. Не «прямых потомков», а именно «наследников». Вероятно, ради сохранения преемственности в борьбе за место главы. Обычно на это место претендуют братья или близкие родственники. И всё же отец и старший брат не выгнали младшего сына, который подглядывал за уроком. Напротив, будто ничего не заметили, принесли ещё один стул и спокойно продолжили. «Тогда я думал, они оставили меня, потому что я слаб и не стою опасений...» Дыхание перехватило, словно на грудь положили камень. Деон ничего не показал и шёл вдоль стены, отсчитывая кирпичи второго ряда. В груди пульсировала боль, будто осколок камня откололся и застрял в сердце. «Они верили в меня». Верили. Нет, хотели защитить. Поэтому нарушили правило и научили тайным ходам второго сына, который не был наследником. Ребёнок, уверенный, что сам всё подслушал, внезапно вырос, посмотрел на прошлое шире и понял: его обучение было возможно лишь благодаря их молчаливому разрешению. Деон тихо стиснул зубы. Он уже привык подавлять эмоции. Сдержав поднимающееся убийственное чувство, он вытащил девяносто восьмой кирпич. Кирпич оказался тяжелее, чем ожидалось, так что пришлось воспользоваться помощью Дана. Это не стало проблемой. Глаза Дана слегка расширились, когда кирпич выпал, открыв скрытый механизм. «Теперь, когда думаю, господин был прямым потомком рода Хартов». Но такие вещи обычно знают только наследники, поэтому Дан не ожидал, что он знает. Он едва удержал возглас, когда Деон потянул рычаг. — Вау... Пол раскрылся бесшумно, словно доказывая, что это тайный ход на случай чрезвычайной ситуации. Ни малейшей дрожи. Перед глазами появилась лестница, а ниже — чёрный проход. Деон прошёл мимо зачарованного Дана и, проводя рукой по стене лестницы, коротко сказал: — Поставь кирпич на место. — А, да. Дан быстро вернул кирпич и вошёл в проход. Деон, до этого ощупывавший стену, нашёл нужное место и сильно нажал. Вход в проход закрылся так же тихо, как и открылся. В темноте без единого огня он нащупал место, где должен быть выступ, затем взял другого за рукав. — Идём. Дан молча опустил взгляд на рукав, который тянули вперёд. Лёгкий голос будто разрушил тяжёлую атмосферу. — Знал бы, взял факел. — Я знаю дорогу. Зачем? — Это лучше, чем идти в полной темноте. ...Кстати, в этих владениях не один тайный ход. Как вы запомнили план? — Я выучил тайные ходы всех владений и особняков Хартов. Первое, что делают наследники на уроках преемственности, — учат тайные проходы. — Но господин не был наследником... Дан, тонко почувствовав настроение Деона, замолчал. ---------- Ради тебя (2) Работая через торговый дом, Дан естественным образом приблизился к разной информации и понял важность молчания. В темноте было трудно разглядеть его лицо, но глаза стали взрослее прежнего, а настроение — спокойнее. Он поспешно сменил тему. — Куда ведёт этот проход? — ...Внутрь особняка. И ещё в одно тёмное место где-то на этой земле. — Разнообразно. — Это пути бегства на случай чрезвычайной ситуации. Было бы глупо иметь только один путь. — Господин, куда вы собираетесь? Глаза привыкали к темноте, и дорога понемногу проступала. Дан смотрел на руку, державшую его рукав, и шёл следом. На развилке Деон остановился, коснулся уголка губ, словно вспоминал, затем нашёл ответ и повёл в одну сторону. — В особняк. Есть тот, кого я хочу увидеть. Марионеточный глава боковой ветви, установленный жадными вассалами. Деон не понимал, как тот, кто должен был сбежать первым, остался здесь. Разве он уже не сбежал из особняка при одном виде Деона? Вероятно, поэтому и сидел на этой вилле. Если он уже убегал один раз, разве второй так труден? Его предали? Или он остался по своей воле? В любом случае Деон хотел увидеть лицо главы рода и узнать точную причину. — Он тот, кого мне всё равно придётся убить. — Это так, но... вы собираетесь идти вдвоём? Опасно. — Ты защитишь меня. — Да? — Разве ты теперь не хорошо владеешь мечом? Дан с лёгким удивлением посмотрел на Деона, идущего впереди. Белые волосы были хорошо видны даже в темноте. «Мечом я действительно стал владеть лучше, но...» Что сказать на такую уверенность человеку, который ему не доверяет? Это было странно забавно, но Дан не рассмеялся. После короткой паузы он медленно произнёс: — Я ненавижу господина. — Знаю. — Я довольно сильно обижен и немного вас ненавижу. — Это тоже знаю. — И вы всё равно доверите мне жизнь? Я знаю, что вы мне не верите. Деон усмехнулся, будто ждал, что тот скажет нечто подобное. — Не верю? Если бы я не верил хотя бы в это, я бы не остался с тобой наедине. — ... — Я знаю, что ты не станешь просто смотреть, как я умираю. Деон был уверен: Дан его не убьёт. Более того, он постарается защитить. — Я непременно буду в центре будущего, о котором ты думаешь. Как ты можешь стоять рядом с моей смертью? — ... — Я инструмент и сама «цель», которые помогут тебе достичь твоей цели. Верно? Пророчество о предвестнике бедствия, клятва следовать ему — и само «бедствие» Деон Харт. В тот миг, когда Дан пришёл на эту сторону, он уже вступил на путь без возврата. Оставалось идти вперёд. Как он может дать умереть Деону Харту — своему свету и указателю? Дан попытался что-то сказать, но Деон оказался быстрее. Его пальцы коснулись твёрдой стены. У тупика Деон приложил указательный палец к губам и тихо шикнул. — Тсс. Мы пришли. Дан закрыл рот. Деон стал ощупывать потолок. Найти выход было нетрудно. Если память не подводила, это место соединялось с тайным пространством за книжной полкой в кабинете — месте для занятых глав рода, которые работают даже на вилле. Осталось только толкнуть вверх. «...Тяжелее, чем я думал». Кто это проектировал? Так можно не выбраться наружу и умереть в ловушке. Проглотив раздражение, Деон постучал по плите и указал на выход. Дан быстро понял и сразу вышел вперёд, легко подняв плиту. Деона это только сильнее раздосадовало. — Фу. ...Чёрт. Он сердито посмотрел на Дана. Тот пожал плечами и, ухватив руками воздух, изобразил, как поднимает. «Поднять вас?» «Щенок». Нужно найти того, кто это спроектировал. Ах, он, наверное, давно мёртв. Деон изо всех сил вцепился в край выхода, пытаясь выбраться, но дрожали только руки, а тело не поднималось. В конце концов, повисев и покряхтев, он свирепо ткнул в Дана. «Подними». «Да-да». Разговор о доверии давно смягчил неловкую атмосферу. Дан улыбнулся и приблизился. Глаза Деона сузились от его неприятно довольного вида. «Нет. Ляг». «Да?» «Будешь ступенькой». Через мгновение Деон, почему-то довольный, и Дан, на чьей спине красовался след обуви, стояли рядом. Деон аккуратно закрыл выход, проверил книжную полку, закрывавшую обзор, и слегка улыбнулся. «Пришли правильно». Где глава рода? Он решил, что тот либо в кабинете, либо в спальне, и сначала пошёл в кабинет. Если нажать здесь и толкнуть полку, она повернётся и откроется. Но когда Деон уже собирался выйти, с той стороны донёсся голос. — Нельзя тратить войска здесь. Идите и защищайте особняк! — Но базовая охрана... — Место, где я нахожусь, самое безопасное в этих владениях, верно? Уходите, уходите! Как и ожидалось, стратегия изменилась: защищать не стены, а особняк. Жителей, должно быть, эвакуировали по приказу императора. Конечно, армия Короля демонов вряд ли станет штурмовать стену и вести бой ради бесполезных людей, запертых в особняке. Скорее всего, просто пройдёт мимо. «Но всё же безопаснее было бы сбежать. Почему же ты так глупо остался?» И теперь тоже. Лучше было оставить хотя бы одного стража рядом, но он прогнал всех и остался один. Что ж, лучшего момента не будет. Деон подал Дану знак глазами, нажал на часть полки и толкнул. Как только она начала поворачиваться, Дан бесшумно выскользнул наружу и приставил обнажённый меч к шее главы рода со спины. — Если закричишь — убью. Если кто-то войдёт — тоже убью. Если хочешь жить, веди себя разумно. Даже угроза была аккуратной. Рот главы рода открылся, будто он хотел закричать, но тут же закрылся. Деон вернул полку на место, неторопливо обошёл стол и встал перед ним. Глаза того расширились, когда он узнал Деона. — Ты... — Тише. Будь хорошим. Говори тише. — Как ты попал сюда...! Нет, жизнь... пожалуйста, только жизнь... — Посмотрим. Деон подтянул стул и сел перед столом. Отложив обычную напряжённость мира демонов, он сидел гораздо расслабленнее и кривее, скрестив руки. Склонив голову набок, сказал: — Это просто моё личное любопытство. — ... — Почему ты не сбежал? Судя по тому, что вы сосредоточились только на охране особняка, войск мало, а территория почти пуста. — Отвечай. Дан подтолкнул меч глубже. Лезвие слегка врезалось в шею, и появилась кровь. Ответ вырвался поспешно: — Я потерял печать рода. — Потерял. Не из-за этого Деон молчал. Хорошо, что тот становится спокойнее. Хорошо, что иных замыслов нет... но он и правда дурак. — Из-за одной печати? Ты мог пока спрятаться и вернуться позже. — Для тебя это ничто, а для меня — всё...! — Тише. — Это единственное, что у меня осталось. Без неё меня даже формально не признают главой рода. Печать была важнее жизни, поэтому он остался. Деон коснулся уголка губ. — ...Значит, вассалы не знают? — Я отправил их первыми, сказал, что последую позже, чтобы меня не поймали. Ситуация была срочной, они не спросили и убежали, будто только этого и ждали. — Хм... ясно. Здесь оставались войска, но угрозой их назвать было трудно. Сил едва хватало, чтобы защитить особняк. Настолько ничтожные, что если просто пройти мимо, не станет даже щекотно. И глава рода перед ним был никчёмным человеком, не стоящим убийства. Деон поднялся и усмехнулся. — Я оставлю тебя в живых. — Что? Трогать его не хотелось. Если Империя падёт, печать, которую он так отчаянно ищет, станет бесполезной. К тому же, пусть причина и смешна, но тот не сбежал — и это заслуживало похвалы. Деон, глядя на него сверху вниз, сказал: — Мы не задержимся. Просто пройдём мимо. Так что не делай лишнего, молчи и сиди тихо. Ему ещё предстоит справляться с подозрениями: глава рода выжил и остался цел в землях, через которые прошли демоны. Деон холодно развернулся. — Теперь закрой глаза на одну минуту. — ... — Откроешь раньше — убью. Убедившись, что потрясённый глава рода закрыл глаза, Деон посмотрел на Дана. «Идём». Да. Марионеточный глава рода, ничему толком не обученный, не мог уловить движений двух людей, намеренно скрывавших присутствие. Поэтому он, закрыв глаза и считая, вдруг остановился, когда в голову пришёл вопрос. «Деон Харт... всегда был таким?» Кажется, он стал ещё более неприятным, чем раньше. *** — Как и ожидалось от вас, Деон...! Вы сами открыли ворота! — Он вышел будто на прогулку, открыл ворота и вернулся! — Потрясающе! — Но это Дан? Человек, почему у тебя след обуви на спине? — Всем прекратить и выдвигаться. Мы здесь не остаёмся. Не разбредаться, следуйте плотно. Ушедших сочту дезертирами. *** Король Горного королевства прислал сообщение. В этом не было ничего удивительного. — О чём, во имя всего, ты думаешь! Пора было ему узнать. Нет, невозможно было не узнать. Высокий голос эхом прокатился по комнате, но император лениво опустил золотые глаза без малейшего волнения. — Как раз у меня тоже было, что тебе сказать. Хорошо, что ты связался первым. Слишком спокойное поведение. На другом конце камня связи наступила тишина, будто собеседник почувствовал неладное. Император кончиками пальцев тихо потёр тыльную сторону левой руки, которая уже некоторое время заживала. Голос вышел мирным, будто весенний солнечный свет растаял и просочился в него. — Эдоардо Дезерт уведомляет о расторжении союза с Горным королевством. — С этого момента и пока я жив. — Не вмешивайся в действия Империи. Не суйся без нужды и не помогай Империи. Это конец связи между Империей, где Эдоардо Дезерт — император, и Горным королевством. — Что это значит... Нет, подожди... Он умён, значит, наверняка понял смысл. Даже если не был уверен, инстинктивно уловил. Но император не собирался слушать, что бы тот ни сказал. Насколько он заметил и что почувствовал — вне интереса Империи. Император медленно поднял руку и положил её на камень связи. — Тогда я занят работой, так что на этом закончим. — Подож... Связь оборвалась безжалостно. Император ещё мгновение расслабленно сидел, откинувшись на спинку, затем медленно поднялся. Занятость не была ложью. Совещание даже не созывали, но дворяне уже толпились и требовали встречи с императором. «Я велел ждать в зале совещаний. Пойду». Какими словами теперь надавить и убедить их? Одна мысль об этом утомляла, обвивала лодыжки и давила на голову. Под такой тяжестью естественно было бы склонить голову, но император без колебаний поднял её гордо и пошёл к залу совещаний, где ждали дворяне. ---------- Ради тебя (3) Вопреки решимости, император не вышел вперёд сразу. Первое, что он увидел, подойдя к дверям зала совещаний, — дворяне, выходящие наружу. Они ворчали, но выглядели так, будто приняли объяснения. Любой понял бы: собрание уже разошлось. «Что?» До сих пор он справлялся, но в этот раз думал, что будет нелегко. Дворяне ещё не видели его. Император тихо спрятался за ближайшей колонной, чтобы оценить ситуацию. Он прислонился к стене, скрестил руки и прислушался. Стоило немного сосредоточиться — слова стали отчётливы. — Раз Его Светлость так сказал, пока поверю и подожду. — Благодарю за понимание. Больше слушать было нечего. Услышав этот разговор, император сразу понял. «Герцог что-то сделал». Он убедил дворян. Император нахмурился. «...Не понимаю». Герцог помогает ему ради Империи. Императорский трон имеет смысл только если Империя выживет. Но для любого убийство войск выглядело действием, ставящим Империю под угрозу. Знакомый ему герцог должен был вытолкнуть императора вперёд, а не останавливать дворян. Пока он думал, дворяне разошлись. Герцог, оставшийся в коридоре один, пошёл к нему. Неизвестно когда он заметил императора, но остановившись перед ним, положил руку на грудь и слегка поклонился. — Слава Империи. Вашего Императора приветствует Старбе Иллюстер. — Герцог. Приглушённый голос скрывал сложные чувства. Герцог выпрямился и встретил взгляд императора. — Я слышал, что пока маркграф Амиабль держался в Миллере, Ваше Величество эвакуировали жителей Империи со всех маршрутов к столице. Более того, вывели дворян и войска. — Так и было. — ...Ходят слухи, что император наконец сошёл с ума. Голос был очень тихим, но император услышал. — Много говорят о карме, которую мы накопили. Император усмехнулся на столь прямые слова. Каждый раз, когда вставало солнце, вокруг него будто оседала мягкая атмосфера. Наверное, это была шутка. Глаза герцога сузились. — Возможно. Голос императора прозвучал сонно. Он уже и сам не был уверен, что находится в здравом уме. Удерживая рассудок, который таял с каждым мгновением, он теперь сомневался, действительно ли держится за рассудок. Видя то, чего не видят другие, он начал думать: может, это они слепы? Император явно сходил с ума. — Поэтому мне нужно закончить дело быстро. — Если Ваше Величество действительно безумны и примете неверное решение, прошу помнить: рядом много людей, которые вас остановят. — Не беспокойся. Я не намерен показывать уродливое лицо. Если он по-настоящему поймёт, что не может сохранить разум, то покончит с этой жизнью сам, прежде чем его стащат чужие руки. «А. Вот оно». Герцог понял, о чём думает император. Столкнувшись с его гордой улыбкой, он на миг умолк. Выражение лица на мгновение застыло, но затем, словно ничего не было, герцог склонился с ровной улыбкой. — Тогда я поверю вам и подожду. Даже спустя десять лет герцог всё ещё уважал свободную волю императора. *** Он так сказал, но это не означало, что собирался просто сдаться и ждать. До сих пор он ни разу полностью не отпускал ситуацию. «Нужно попробовать всё, что можно». Карт у него изначально немного. В лучшем случае — сдерживать недовольство дворян или использовать Церковь Спасения. Поэтому герцог отчаянно собирал сведения, пытаясь создать хотя бы ещё один ход. Он вложил в это столько сил, что прежний сбор информации казался шуткой. Подобно дереву, отращивающему ветви, сеть сведений расширялась всё дальше и наконец достигла загадочного королевства Эсперанес — единственного, что не вступило в союз. И, словно усилия окупились, герцог заметил важный факт. «Эсперанес был страной наёмников». Эсперанес — древнейшее королевство, устоявшее, пока бесчисленные государства рождались и падали. Оно было закрытым, а стран старше него уже не существовало, поэтому сведений почти не было. Но старые книги дали больше, чем ожидалось. «Эсперанесцы — воинственный народ». Их отличали серебристые волосы и глаза; даже дети, как говорилось, обладали сильной склонностью к бою. Как и подобает закрытому королевству, они не принимали просителей внутри. Вместо этого отправляли посредников в разные регионы разных стран, создавали информационную сеть, превосходящую любую гильдию, и через неё принимали заказы. «Фактически можно сказать, что управление крупнейшей информационной сетью континента стало их главным делом». В истории было всего несколько случаев, когда Эсперанес официально принимал заказ на наёмников от другой страны, поэтому герцогу пришлось долго рыться в старых книгах. Прецедентов мало, и кажется, что информационная гильдия стала их основным занятием, но Эсперанес всё равно оставался наёмнической страной. Людей наружу они отправляли именно ради приёма заказов. «Говорилось, что ребёнок, рождённый от чужака и эсперанесца, не наследует “серебро”. Значит, настоящие “эсперанесцы”, серебристые люди, встреченные вне Эсперанеса, вне зависимости от внешности, пола, возраста и занятия, — посредники, вышедшие за заказами». Герцог высунулся из окна кареты и поторопил кучера. Весть о падении маркграфа Амиабля и быстром продвижении армии Короля демонов не позволяла расслабиться. В таком темпе они скоро достигнут столицы. Нужно запросить войска, способные их остановить. Это может стоить дорого, но надёжность важнее. В поведении императора герцог нашёл уверенность. — Приехали. Когда он открыл дверь и спустился по ступенькам кареты, перед ним показался пугающе тихий особняк. Герцог на мгновение растерялся у ворот без привратника. Особняк маркиза Харта. Нет, теперь уже нельзя так называть. Деон Харт больше не почётный маркиз. Пока герцог думал, как объявить о визите, если никого нет, издалека внутри особняка вышел кто-то. — Давно у нас не было гостей. Я бы проводил вас в гостиную, но, к сожалению, нынешний хозяин особняка отсутствует. Прошу запланировать следующий визит. Спокойный голос и поведение. Старик с серебристо-синими волосами и такими же глазами вежливо поклонился. Герцог спокойно посмотрел в эти серебряные глаза. — Я пришёл не к хозяину особняка. Я пришёл к тебе, Ремембер. — Вот как. Посредник Эсперанеса Ремембер мягко улыбнулся. — Думаю, разговор будет долгим. Я не владелец особняка, но должен на время взять это на себя. Назовём это полномочиями дворецкого. Следуйте за мной. Огромная железная дверь открылась рукой старика. Герцог вошёл, отмечая про себя, что Ремембер не выказал ни удивления, ни колебания при неожиданном визите и прямых словах. Он осмотрел чистый и аккуратный особняк, хотя здесь, казалось, был только дворецкий. И вдруг взгляд зацепился за спину способного старика. — Если вы хотите меня убить, я бы попросил остановиться. У меня есть охрана. — Я знаю. В книге сказано, что посредники Эсперанеса берут с собой охранника, когда покидают королевство. — Да. Если ваш страж погибает, можно запросить нового в главной конторе или филиале. — Я не в этом смысле смотрел. Он лишь глупо подумал, что хотел бы сделать такого человека своим дворецким, если бы мог. — Я знаю. — ... — Это была шутка, но, кажется, не смешная. Шутка, от которой у слушателя сердце уходит в пятки, хорошей быть не могла. Но герцог не обиделся: быстрая реакция взгляда убедила его, что перед ним народ воинов. Если старый посредник таков, каков же уровень его охраны и наёмников? Его не тревожило, что Ремембер когда-то был дворецким Деона Харта. Изучая сведения, герцог ясно понял полную стороннюю позицию Эсперанеса. Вероятно, это была лишь одна из множества тайных работ, и не более. Жаль, что Деон Харт стал предателем человечества, но... «Сейчас не мне рассуждать об этом». Они уже прибыли в приёмную. Герцог сел за стол и, следя за действиями старика, не выдержал. — Я хочу запросить наёмников. — Вы торопитесь. Я завариваю чай, так что немного расслабьтесь. Несмотря на прямоту слов, старик невозмутимо поставил чайник на огонь. Герцог, помолчав, словно отводя взгляд от ответа, медленно произнёс: — Я знаю, что Империя, однажды пытавшаяся занять Эсперанес, имеет плохую славу. Даже просьбы о поддержке и разговоры о выживании мира людей не сработают. В истории уже наверняка случались кризисы мира людей. И тогда Эсперанес оставался в стороне. Так было, так есть и будет дальше. Значит, логикой их не убедить. Герцог медленно поднялся. Он сказал это Ремемберу, который, хотя наверняка чувствовал давление, продолжал заниматься чаем, не оборачиваясь. — Я заплачу сколько потребуется. Пожалуйста, помогите мне. — У меня есть тот, кого нужно защитить. Всё это стратегия. Он так говорит лишь потому, что это простой способ получить наёмников; никакой искренности в словах нет. Он не склонит голову ради кого-то. Это ради будущего, ради Империи. ...Да, именно так. Ремембер остановился и медленно обернулся. Его серебристо-синие глаза проверили собеседника и непривычно расширились. Мужчина, который никогда не склонял головы ни перед кем, кроме императора, сейчас кланялся. Для выживания Эсперанеса правильнее не вмешиваться, но... «Я тоже стар». Ремембер самоуничижительно улыбнулся и поставил чашку чая на сторону герцога. — Сначала сядьте. — ... — Чай остынет. Не позволяйте труду старика пропасть. Садитесь быстрее. Только тогда герцог сел. Ремембер устроился напротив и дождался, пока тот успокоится. В целом у отправленных посредников довольно свободная зона действий. Пока есть доступ к нужному числу людей, их прикрытие почти не ограничивается. Они могут помогать кому-то, вмешиваться куда-то, принимать или отклонять запросы. Если соблюдают одно условие. «Не вредить существованию королевства Эсперанес». Это очевидно и одновременно трудно. Именно поэтому в истории Эсперанес редко отправлял наёмников. Обычно за наёмниками обращаются страны на грани поражения. Но если Эсперанес поддержит их, государство-противник, загнавшее заказчика к обрыву, направит меч и на него. Поэтому Эсперанес почти не двигался, если не рассчитывал победить, отправив наёмников. «Сейчас мир демонов вообще не обращает внимания на Эсперанес». Это всего лишь маленькое королевство, окружённое суровыми горами, не вступившее ни в войну, ни в союз. Даже если мир людей будет проглочен, Эсперанес, возможно, почти не пострадает. Выгода от завоевания крошечной страны не сравнится с потерями от продвижения через тяжёлую местность. Если просто оставаться на месте, будто его не существует, Эсперанес выживет. Но клиенту перед ним повезло. «Он пришёл именно ко мне». ---------- Ради тебя (4) Ремембер был посредником, который пришёл в этот мир совсем молодым и за несколько десятков лет службы успел поседеть, покрыться морщинами и получить куда больше полномочий, чем остальные. Просьбу герцога отклонили бы наверху, даже если бы обычный посредник согласился её принять. Но если посредником был Ремембер, всё менялось: у него было право хотя бы один раз протолкнуть наверх запрос, который уже отклонили. Поэтому он не отказал сразу, а задал вопрос. — Вы сказали, что готовы заплатить без колебаний. — Сколько? Молчаливое согласие. Самое большое препятствие было преодолено. Герцог, вновь обретший самообладание, улыбнулся. — Всё имущество герцога. — ...Вы серьёзно? — Разве я стал бы лгать сейчас? С самого начала деньги его не особенно интересовали. Наследников, которым нужно было бы оставить имущество и род, у него тоже не было. Даже если ради этого пришлось бы потратить всё, что он накопил за жизнь, он не считал это плохой сделкой. Что будет потом — не его забота. Он был желанным женихом, но так и не женился именно потому, что не хотел делиться тем, что принадлежало ему, с кем-то ещё. «Почему я должен думать о том, что будет после смерти, если мне достаточно блистать при жизни?» Так что беречь было нечего. Всё в герцогстве принадлежало ему и текло только через его руки. Куда бы он это ни потратил — его воля. А главное, если сравнить цену с тем, что можно получить благодаря поддержке наёмников, такой платы хватит, чтобы уравновесить чаши весов. На деле этого могло оказаться даже недостаточно, но поскольку речь шла обо всём имуществе герцога, этому можно было прибавить дополнительные очки. Старик перед ним тоже должен был оценить предложение положительно. Так и вышло. — ...Судя по ситуации, вам нужна поддержка как можно быстрее. Обнадёживающие слова продолжились. — В короткий срок трудно отправить отряд такого масштаба, чтобы полностью удовлетворить клиента. Процедура отправки сложна, а скорость передвижения падает. ...Содержанием герцог был не слишком доволен. Он уже слышал, как далеко продвинулась армия Короля демонов. Стоило только вздохнуть и подумать: «Они дошли уже сюда», как вскоре приходила весть, что они добрались до следующих владений. Скорее всего, они быстро достигнут столицы. «Похоже, они бегут почти без остановки, кроме сна. Главным образом используют коней мира демонов, а лошадей из мира людей угоняют и время от времени меняют, как расходный материал...» Не прибудут ли они примерно через десять дней? Герцог, мысленно прикинув сроки, заговорил неуверенно, словно только что закончил расчёты. — Я хотел бы, чтобы они прибыли самое позднее в течение недели. Это возможно? — Учитывая расстояние от Эсперанеса до этого места... мне следует связаться с ними сразу после нашего разговора и запросить отправку. Без сложных процедур можно немедленно выслать до ста человек. Как поступим? — Разумеется... — Имейте в виду: чем больше людей, тем ниже скорость движения. Отвечайте, учитывая это. — ...Вы, вероятно, разбираетесь в этом лучше меня. Я доверюсь вам и оставлю решение за вами. Ремембер мягко улыбнулся и кивнул. — Сначала мы отправим около семидесяти человек, чтобы они успели к сроку. Значительный отряд прибудет позже, как подкрепление. Взамен нам обещаны все следы целого рода и одного человека. Мы не можем ограничиться всего семьюдесятью. Герцог, который уже расслабился и откинулся на спинку стула с облегчением от того, что дело удалось, поднял голову. Сейчас ему нужны были только войска, которые прибудут вовремя. Позднейшее подкрепление было не обязательно, но полностью отвергать его было бы глупо. Герцог медленно открыл рот. — Что касается запоздавших... * * * Осталось только одно. Нужно выиграть время до прибытия войск. Нельзя исключать, что армия Короля демонов придёт раньше расчётов. Ради хотя бы одного лишнего мгновения герцог без колебаний стал думать, как остановить её продвижение. ...На самом деле существовал способ не просто задержать армию Короля демонов, а заставить её отступить. Конечно, он уже попробовал — и провалился. «Переговоры с Королём демонов». Если убедить Короля демонов, его армия остановится. Если всё пойдёт хорошо, можно будет добиться даже их полного ухода из мира людей. По совпадению герцог был полу-контрактором Короля демонов. Их отношения были вовсе не враждебными, скорее дружескими, и у него было выгодное положение: он мог связаться с Королём демонов, потратив лишь немного магической силы. Решившись, он связался с ним. [О, не нужно.] Ему отказали ещё до того, как он успел что-то сказать. [И так очевидно, зачем ты собирался связаться со мной. Хочешь попросить принять командование армией Короля демонов, остановить её на время или что-то в этом духе. В любом случае я не собираюсь тебя слушать. Разбирайся сам.] Герцог лишился дара речи от столь твёрдого ответа, но не мог просто сдаться и отступить. Он спокойно покачал головой. «Раз он так решителен, просьба принять командование армией Короля демонов точно не сработает. Значит, выше шанс будет у попытки остановить его хотя бы на миг». В любом случае это и было его целью. А раз он проситель, не стоило вмешивать лишнее. ...Раньше Король демонов принял предложение пари. Контракт, который изначально почти наверняка должен был сорваться, был частично принят именно так. Если нельзя убедить — предложим пари. [Я предложу пари.] [О, в этом тоже нет нужды.] [...!] [Прямо передо мной есть кое-что куда интереснее пари. Зачем мне оно? В последнее время мне и так достаточно весело.] ...Он забыл. Предыдущее пари состоялось благодаря скуке Короля демонов. С тех пор как Деон Харт отправился в мир демонов, войны шли каждый день, а новые события и вести поступали одно за другим. Какое пари могло бы его удовлетворить теперь? В конце концов герцог не смог его переубедить и был вынужден разорвать связь. Следующим, кто пришёл ему на ум, был Деон Харт — можно сказать, центр нынешней войны. Если задуматься, это было смешно. Его жизнь начала рушиться из-за пари между герцогом и Королём демонов, а теперь он сражался на передовой под началом Короля демонов. И всё же, даже посмеявшись над собой, герцог тут же подумал именно об этом способе. Похоже, мысли его на миг ушли куда-то в сторону. Упрекнув себя за поверхностность, герцог пришёл к выводу: «Деон Харт этого не знает». Если только сообщить ему правду, можно будет отделить его от Короля демонов. Он слабо улыбнулся и дёрнул за шнур. — Позовите Сэрин. * * * Замок снова был пуст. Они что, действительно собираются так открыть дорогу к столице? Похоже, император наконец сошёл с ума. Как бы там ни было, солнце скоро сядет, так что следовало отдохнуть здесь. Даже если Деон хотел двинуться дальше прямо сейчас, у него были пределы. Если бежать ещё, он точно свалится с лошади. — Отдыхаем здесь. Деон коротко отдал приказ и спешился. На мгновение он замер из-за боли в бёдрах и ягодицах, но тут же пошёл дальше, ничем этого не показав. Дан, стоявший рядом, словно это было само собой разумеющимся, тихо спросил: — В этот раз тоже осмотритесь? — Наверное. — Конечно, сначала зайдёте в поместье? — ...Да. — Я пойду с вами. Деон мельком взглянул на него и снова посмотрел вперёд. Дан ухмыльнулся, приняв молчаливое разрешение, и зашагал вровень с ним. — Вы хорошо себя чувствуете? — Более-менее. — Я видел, как вы замерли, когда спешились. По сравнению с прежним вы выглядите куда здоровее, но это, кажется, всё равно не тот случай. Помочь? — Отвали. Если коснёшься моего тела, убью. Расстояние было таким, что демоны не услышали бы этих слов, но они всё ещё находились в их поле зрения. Деон не мог показать им, как ему помогают, поэтому с невозмутимым лицом ускорил шаг. Когда это вообще стало таким привычным? Дан, улыбаясь, поспешил за ним, но, осознав собственную мысль, вздрогнул. «Стало привычным...?» ...Не может быть. Лицо Дана застыло. Деон Харт, будто почувствовав странность в атмосфере, лишь скосил на него глаза. В красных глазах, встретившихся с его взглядом, на миг всплыл один род, и Дан замер, но тут же отвёл взгляд, словно ничего не случилось. В отличие от спокойного лица, спрятанные за спиной руки крепко сжались в кулаки. «...Вот почему господин держал слишком большую дистанцию с демонами». Нет, это вовсе не было чрезмерным. Будто его ударили по голове без всякой причины. «Невозможно не привязаться, если видишься каждый день». Я к нему привязался. Короткое и непривычное предложение сорвалось у него внутри. Он не мог отрицать, что стал настолько привыкшим и спокойным рядом с Деоном Хартом, что мог хотя бы поддразнивать его. Эта самая «привязанность» была пугающей: даже Дан, зная, что Деон Харт — «бедствие», начал игнорировать этот образ, подшучивать над ним и принимать ответные выпады. — Атмосфера странная. Что случилось? — Ничего. — Хм-м. Из-под прищуренных век подозрительно блеснули красные глаза. Дан улыбнулся непринуждённо. «Всё в порядке». Он всё ещё сохранял нужную эмоциональную дистанцию. Разве он не говорил тогда в тайном проходе? Я тебя ненавижу. Я всё ещё обижаюсь на тебя и ненавижу. В то же время он «нравился» Дану как цель, веха и объект пророчества всей его жизни. Но это «нравится» не могло стереть «не нравится». Раз они сосуществовали и породили слово «любовь-ненависть», значит, «привязанность» тоже должна существовать отдельно. Пока неприязнь к нему не исчезнет, Дан никогда полностью не полюбит Деона Харта и не станет чувствовать себя рядом с ним совершенно свободно. И всё же верно было и то, что они стали ближе, чем раньше. Он подумал, что лучше будет слегка держаться на расстоянии и быть настороже на случай непредвиденной ситуации. Но... «Если я так сделаю, то только стану ещё сильнее это осознавать». Как бы он ни держался, это не меняло ни того, кому он служит, ни того, что должен делать. Так что неважно. Один род всё ещё навязчиво маячил где-то на краю сознания, но Дан отогнал эту мысль и ускорил шаг, сокращая образовавшееся расстояние. На него тут же посмотрели с подозрением, но он сделал вид, что не заметил. Сколько прошло времени? Когда поместье, похожее издалека на игрушку, стало совсем близко, Деон внезапно остановился. Дан тоже вздрогнул и положил руку на меч. «Присутствие...!» Деон, не моргая, смотрел в одну точку. Кто-то остался? Судя по ощущению, это была не маленькая группа, а всего один человек. ...По крайней мере, похоже, он пришёл не драться. Деон не думал, что это «герой», а что мог сделать один человек? «И Дан насторожился, так что всё нормально». Деон расслабился, оставив лишь минимум осторожности, и мельком посмотрел на Дана. Говорят, сам Деон стал чувствительным, как кролик, ради выживания, но этот парень... «Он действительно стал человеком меча». Когда он успел развить такое чувство присутствия? Тем временем появился «человек». Не проявляя ни малейшей враждебности, он шёл прямо к ним, словно это и было его целью, и протянул Деону какой-то предмет, даже не обращая внимания на Дана, который выглядел так, будто в любой миг выхватит меч. — Это... — Возьмите. Брови Деона нахмурились при виде знакомой формы. — Камень связи... нет, устройство связи? Чьё оно? — Возьмите. — ... — Возьмите. Даже если он спросит ещё, ответа не будет. Человек словно был под чарами или чем-то подобным. Деон протянул руку и принял камень связи. Только тогда тот, будто выполнив поручение, произнёс прощальную фразу и развернулся. — Во имя спасения. ... ---------- Ради тебя (5) В тот миг, когда Деон услышал эти слова, он понял, кто стоит за происходящим. «Во имя спасения» — до неприличия откровенно и по-сектантски. Похоже, не только император, но и герцог лишился рассудка. Деон издал короткий звук — то ли смешок, то ли фырканье от абсурдности ситуации — и посмотрел на камень связи в руке. — Как долго вы собираетесь молчать? — Я знаю, что связь установлена. Поблизости никого нет, так что говорите, герцог. Человек, передавший камень связи, уже давно исчез вдалеке, а сам Деон успел отойти от демонов. Некоторая разница была, но этого хватало. Убедившись, что сообразительный Дан быстро сделал вид, будто его не существует, и заглушил своё присутствие, Деон снова открыл рот. — Камень связи... Нет, тот, кто не знаком с устройствами связи, мог бы не понять, что соединение уже есть. Но ко мне это не относится. Мы оба хорошо всё знаем, так что перестаньте притворяться. — Ха-ха. Раздался лёгкий смех, будто собеседник пытался смягчить резкость Деона. — Я не мог сразу заговорить, опасаясь, что кто-то ещё слушает. Но реакция слишком острая. — Мы не в тех отношениях, чтобы смеяться и беседовать. — Ну, это верно. — Так что вы хотели сказать... — Перед этим. Скорость продвижения просто нелепая. Похоже, вы спите лишь самый минимум. Вы нормально едите? Разговор всё не переходил к сути и ходил кругами. Деон слегка нахмурился, открыто показывая недовольство. — Уверен, вы не всерьёз ожидали, что я отвечу. — ...Ну... — Раз вы даже использовали членов Церкви Спасения, чтобы доставить камень связи, причина должна быть. Но вы всё никак не говорите. Сколько ещё мне ждать? — У тебя мало терпения. Тема, которую я собираюсь поднять, довольно тяжёлая, поэтому я пытался немного разрядить напряжение. Похоже, тебе это не понравилось. — Не притворяйтесь заботливым. Думаю, вы просто тянете время. Если заставите меня ждать ещё, я оборву связь. Едва он договорил, из камня связи донеслась отчётливая насмешка. Брови Деона сошлись, а Дан тихо закатил глаза. Не обращая на это внимания, голос, полный издёвки, мягко произнёс, словно шепнул: — Ты пожалеешь. — Тогда я просто отключусь. — Но если хочешь перейти к сути — хорошо. Саркастический голос, полный жестокого удовольствия, проникал в уши и бил по мозгу. Информация обрушилась, как молот. — Ты целишься в меня и императора, но Король демонов стоит прямо рядом с тобой. — Деон Харт. Сколько правды ты знаешь сейчас? Деон едва заметно улыбнулся. — А сколько, по мнению герцога, он знает обо мне? — ...Что ж. Я не уверен, но раз ты направил на меня клинок, ты как минимум знаешь, что за теми, кто охотился на тебя и убил Круэля, стоял я. Возможно, знаешь и больше. В тёмном помещении герцог плавно приподнял уголок губ. Так он сказал вслух, но лично считал, что Деон знает только «закулисье». Если бы он знал больше, то сначала направился бы не к столице, где был император, а во владения Иллюстера. Вина герцога была куда тяжелее вины императора. — Но я не думаю, что ты знаешь всё. Иначе ты не шёл бы во главе армии Короля демонов так спокойно. — Ради истины ненадолго вернёмся в прошлое? Во время Восьмилетней войны я однажды вытащил на поле боя ребёнка из дворянской семьи — слабого, жившего в особняке. Это был необычный ребёнок с белыми волосами и красными глазами. Невольно задаёшься вопросом, человек ли он вообще. Дан понял, о чём речь, и его глаза едва заметно дрогнули. Между Деоном и камнем связи пронеслось полностью заглушённое потрясение. Однако сам Деон, тот самый человек, о котором говорили, слушал дальше без малейшего волнения. Красные глаза, блестящие словно стекло, неподвижно смотрели на камень связи. — Я не испытывал к тому ребёнку особой злобы. Но разве тебе не любопытно почему? «Почему». Наконец эта тема всплыла. Вопрос, на который он так и не получил ответа в мире демонов. Вопрос, на который не смог ответить ни Король демонов, повелевающий десятью тысячами демонов, ни одарённая командир Второго корпуса Девелания, исходил теперь из уст герцога. Но Деон рассмеялся. В его зрачках не было ни дрожи. Глаза не улыбались — поднялись лишь уголки губ, а голос спокойно нёс в себе улыбку. — Я гадал, что вы собираетесь сказать. — Вы ошибаетесь, герцог. Полностью ошибаетесь. Даже не представляю, каким же дураком вы меня считаете. Я не настолько умён, чтобы осмелиться назвать себя умным, но это не значит, что я глуп. Вы думали, я не знаю? Теперь инициатива в разговоре перешла к нему. Деон чуть сильнее сжал камень связи и продолжил с нажимом: — В прошлом, по приказу Его Величества, мы проводили операцию по уничтожению Церкви Спасения. Это было несколько неожиданно, но герцог должен был понять всё сразу. — Тогда в Церкви Спасения использовали магию. — Пытались выдать её за заклинания, но компетентная шаманка это заметила. И за этой религией стоял герцог. Слушавший Дан широко раскрыл глаза, будто с опозданием что-то понял. Даже Дан, который не участвовал напрямую в уничтожении Церкви Спасения, заметил связь. Что уж говорить о герцоге? Герцог, молча слушавший до этого, наконец заговорил. Из камня связи раздался медленный, слегка разочарованный голос. — Признаю, я смотрел на тебя свысока. Признаю и то, что ты можешь знать больше, чем я думал. Но... — Ты ведь не решил, что я умею использовать магию только по этой причине? Если да, это разочаровывает. Если выбирать кандидатов, виновника использования магии Церковью Спасения можно подобрать бесчисленными способами... — До этого момента — конечно. Демон мог прийти и использовать магию, или кто-то мог заключить контракт с демоном и использовать её. Но... Проблема возникла, когда он вернулся в мир демонов и доложил Королю демонов. — Как, по-вашему, отреагировал Король демонов, когда я вернулся в мир демонов и сообщил, что в мире людей обнаружена магия? — Сначала было сомнение, затем замешательство. Если кто-то, кроме вас, осмелился использовать магию в мире людей, нормальной реакцией был бы гнев. Но он лишь растерялся и пропустил это. Это означало, что магия, использованная в мире людей, прямо или косвенно связана с Королём демонов. Сначала Деон не сразу понял смысл и на мгновение усомнился. Король демонов не собирался и не планировал этого. Иными словами, Король демонов не приходил лично в мир людей, чтобы использовать магию, и не посылал демонов с приказом применить её. Что остаётся? «Человек, который может свободно использовать магию в мире людей по собственной воле и на которого Король демонов не рассердится». Контрактор Короля демонов. Так кто же контрактор? — Я действительно не понимал, почему мой брат умер вместо меня, поэтому попросил провести расследование. Я попросил Короля демонов и командира Второго корпуса. Герцог молчал, положив руку на подлокотник кресла. Если он спрашивал об этом, то сразу должен был понять, что именно герцог втянул его в Восьмилетнюю войну. Зря я так долго объяснял. ...Это произошло потому, что я медлил. Хотя герцог никак не отреагировал, Деон продолжил естественно, словно прочитал его мысли и отвечал на них. — Да, это были вы, герцог. Поэтому ради мести я попросил снова расследовать вас. — Ко мне попало столько самой разной информации, что я мог легко собрать из неё ваши слабости. Можно ли описать это так: даже меня, горящего местью, тошнило от её сортировки? ...Но. Странно было другое. — Там не было ни единого кусочка информации о том, «почему» герцог сделал то, что сделал. Возможно, Король демонов знал, что Деон Харт хорошо собирает головоломки, но не оставил даже самой обычной подсказки. Именно поэтому Деон понял обратное. — В информации о «почему» замешан Король демонов. Король демонов и герцог связаны. — Герцог, стоящий за Церковью Спасения, и вялая реакция Короля демонов, когда он узнал о применённой там магии. И сам Король демонов, который пытался скрыть определённые сведения о герцоге. — Всё очевидно. Похоже, вы двое заключили контракт. А теперь, благодаря герцогу, который приложил столько усилий, чтобы связаться с ним и упомянуть этот факт, Деон убедился. — Полагаю, я стал жертвой этого контракта? — ...Верно. Поразительно. Ты слишком скромен, когда говоришь лишь, что не глуп. Герцог искренне восхитился. Среди всего этого были детали, которые легко забывались с течением времени. Он и не думал, что Деон запомнит их, достанет из памяти и так удачно соединит. — Ты жертва пари. В то время Королю демонов было скучно, и он неохотно заключал контракт. Ему нужна была необычная жертва, чтобы привлечь интерес. Жестокие и откровенные слова последовали одно за другим. Дан, услышав, что на жизнь и смерть четырнадцатилетнего ребёнка поставили пари, отвернул голову и сделал вид, будто ничего не слышит. Наверное, ему не следовало это слушать. Это было не то, что он мог выдержать. Даже правильно ответив, Деон лишь строил догадки и не мог знать подробностей. Это явно была правда, которой он раньше не слышал. Но он не выразил даже гнева и просто молча слушал слова герцога. В какой-то момент герцог, не видя реакции, даже задумался, стоит ли продолжать. — Король демонов проявил явный интерес и вступил в пари. Он развлекался на протяжении всего процесса. — ...Достаточно. Деон прервал его. Услышав спокойный голос, Дан повернул голову и посмотрел на лицо Деона. Он явно улыбался. — Герцог наверняка предусмотрел и провал. — Что до правды, она не так шокирует, как вы ожидали. А раз я знаю цель герцога, мне незачем волноваться. Цель герцога, вероятно, состояла в том, чтобы, вызвав ярость, заставить Деона развернуть войска и направиться во владения Иллюстера — или ссориться с Королём демонов, а то и напасть на него. Однако Деон, сохраняющий разум, был спокоен. — Приоритеты ясны. Моя месть Королю демонов будет после мести герцогу. И я уже говорил: я получил столько информации о слабостях герцога, что мог легко собрать их воедино. Я не изменю курс. До сих пор это были лишь догадки, а порядок мести был отложен потому, что он не знал подробностей — насколько тяжкое преступление Король демонов совершил против него. Но теперь причина изменилась. Существовали разные обстоятельства, включая положение Короля демонов, но больше всего Деон, услышав слова герцога и окончательно отметив Короля демонов как цель мести, подумал только об одном: «Об этом я подумаю позже». Кроме того, чтобы нанести герцогу максимальный ущерб, нужно убить не самого герцога, а императора. Значит, нет нужды отправляться во владения Иллюстера, как хочет герцог. Герцог, прочитав это в решительном тоне Деона, тихо вздохнул. — ...Ничего не поделаешь. Хорошо, что я на всякий случай подготовил второй ход. В мире, где есть шаманство, управляющее магией и злыми духами, он почти не хотел трогать покойников... но уже было поздно. Герцог медленно открыл рот. — Разве ты не хочешь вернуть голову своего брата? ... ---------- Ради тебя (6) — Голова Круэля Харта у меня. Дан, больше не выдержав, резко вдохнул. На этот раз даже Деон не смог не дрогнуть. Широко раскрытые глаза беспощадно задрожали. Рука, сжимавшая камень связи, побелела и затряслась. — Это... Язык, до этого двигавшийся гладко, словно смазанный маслом, вдруг одеревенел. — Это... Деон с трудом выдавливал слова, но они всё соскальзывали с языка и вырывались нечленораздельным стоном. — Что это... — Ты знаешь, что Круэля Харта убил я. Значит, вполне вероятно, что его голова тоже у меня. Сообщаю: благодаря наложенной магии сохранения она цела и не разлагается. Ты безумен. Дан едва слышно пробормотал и взглянул на Деона. Тот выглядел так, будто даже дышать не мог. Он явно был не в себе, но нельзя было показывать демонам ещё больше его смятения. Дан прикрыл ему рот рукой и похлопал по спине, пытаясь заставить снова вдохнуть и прийти в себя. Задержавшееся дыхание вырвалось хриплым вдохом под ладонью Дана. — Приходи в резиденцию герцога во владениях Иллюстера. Можешь привести войска, но сам явиться обязан. — ... — Кстати, если опоздаешь, ты больше никогда не увидишь голову брата. Неужели ты бросишь человека, который до самого конца умер, защищая тебя? — ...Сумасшедший ублюдок. Деон, едва восстановив дыхание, пришёл в себя и выругался. К счастью, голос прозвучал ровно, без дрожи. Скрежет. Неужели скрежет зубов мог быть таким отчётливым? Герцог улыбнулся, обращая взгляд к тому, кого не мог видеть. Голову Круэля Харта он получил как доказательство выполнения заказа. К просьбе убить Деона Харта добавлялось ещё одно условие: убить Круэля, если тот проявит признаки намерения защитить Деона. Что он почувствовал, увидев голову Круэля Харта в ящике? [Почему в мире так много глупцов?] Кажется, тогда он смеялся. Первый принц, а теперь и Круэль Харт. Зачем этот проклятый род разбрасывается своими жизнями? Он бережно хранил её, потому что это было довольно полезное оружие. Но раз дело дошло до такого, особых сожалений у него не было. На миг ему даже стало неприятно от того, что он продолжает смотреть. [...Деон Харт сбежал живым.] Место их ужасной битвы находилось у входа в горную цепь. В тот миг, когда герцог услышал эту информацию, он понял. [Он ушёл в мир демонов.] Круэль эвакуировал Деона Харта в мир демонов. Он больше не вернётся сюда. Там он почувствовал большую угрозу жизни, чем когда-либо прежде; туда его брат, рискуя жизнью, отправил его ради спасения. А главное, если он хотел отомстить герцогу, убившему брата, то гораздо вероятнее было бы найти его в мире демонов, а не в Империи. Император — монарх, действующий, исходя из общей картины, а не обид одного человека. Хотя он заботился о Деоне Харте, он не был настолько мягким и легкомысленным, чтобы по его просьбе принять все потери и уничтожить герцога. [Он обязательно вернётся как большая угроза.] Было бы хорошо, если бы он жил в мире демонов так, словно умер, но герцог понимал: это слишком наивная надежда. И без того, в ситуации войны между миром людей и миром демонов, Деон Харт окончательно перешёл на ту сторону. Король демонов непременно этим воспользуется. Поэтому герцог наложил заклинание сохранения, истратив даже часть драгоценной магической силы. Ведь Круэль Харт умер, защищая Деона Харта. Даже если он мёртв — нет, именно потому, что он мёртв, — следы брата ослабят Деона. Если использовать части тела брата, который даже целого тела после себя не оставил, как приманку, он будет вынужден проглотить её, даже понимая, что это ловушка. И теперь. Догадка герцога оказалась верной. Вместо положительного ответа связь оборвалась тихим проклятием и скрежетом зубов, но это и был знак: он придёт. Герцог был уверен, что Деон Харт изменит маршрут. Значит, теперь можно выиграть время и перейти дальше. Отодвинув погасший камень связи, он подумал о Круэле — главном «помощнике». Как и ожидалось, использовать труп было немного неприятно. — При жизни ты так много мне мешал и защищал Деона Харта, что будет только справедливо, если хотя бы раз поможешь мне после смерти. Разве не так? * * * Оборвав связь, Деон молча обшарил грудь. Казалось ложью, что только что его захлестнули настолько сильные эмоции, что он даже перестал дышать: теперь лицо застыло, будто он надел маску, и не выражало ничего. Дан понял, что тот собирается достать, и подготовил огонь. Деон закурил и медленно закрыл глаза. — ...Вы в порядке? — В порядке. Дрожь в глазах уже давно была взята под контроль. После долгого спокойного молчания, глядя в пустоту с сухим выражением лица, Деон тихо заговорил: — Мне сказали, что нельзя ничего ненавидеть. Едва Дан услышал это, он понял, о чём речь. Должно быть, это были слова старой шаманки. Но он не ответил. Он не знал, что сказать, а голос Деона звучал слишком устало, чтобы отвечать легко. Голос продолжил: — Такое чувство, будто судьба толкает меня ненавидеть мир. — Тогда... Дану не нравилось лицо, на котором не было настоящих чувств. Но ещё больше ему не нравился усталый голос. Когда Деон был переполнен ненавистью и безумно мчался ради мести, он казался куда более живым. Поэтому Дан осмелился открыть рот. Если уж, как хочет судьба, ему приходится кого-то ненавидеть... — Как насчёт показать ненависть, которую даже они не ожидали? — Что? — Если они хотят от вас ненависти размером с кулак, господин покажет им такую, что накроет весь мир. На Юге говорят: когда чего-то слишком много, оно становится слишком малым. Значит, это тоже будет способом насолить судьбе. — ... Повисла тишина. В спокойном пространстве, словно отрезанном от мира, на лоб Деона опустилось что-то холодное. Он поднял голову. Спокойный взгляд заполнился снегом, тихо падающим на фоне мрачного неба. Похоже, во владениях Миллера они потеряли слишком много времени. Когда успела наступить зима? — Уже снег идёт. Шипение. Чанчхо, от которого он успел сделать только одну затяжку, равнодушно прижали к бедру. Тлеющий кончик ловко обошёл ремень, снова расплавил одежду и оставил ещё один ожог поверх старого шрама. Деон, игнорируя тихий взгляд Дана, пробормотал словно сам себе: — Ненавижу снег. — ... — Я запомню, что ты сказал. Возвращаемся. Маршрут изменился, так что придётся действовать быстрее. Он сделает вид, что только что ничего не слышал. Каким путём добраться до владений Иллюстера быстрее всего? Чтобы сэкономить время, нельзя было просто выбирать кратчайшую линию. Армия Короля демонов уже продвинулась так далеко и заняла несколько замков, так что следовало использовать это по максимуму. Лучше всего двигаться, сводя бои к минимуму. Деон вспомнил владения Параса. Кратчайший путь к владениям Иллюстера открывался через владения Параса и владения Амиабля. Владения Параса уже захвачены, а через владения Амиабля будет несложно пройти: их хозяин, маркграф, погиб в Миллере. Раз они возвращаются тем же путём к Парасу, время на бои и тому подобное не пропадёт. Сон — пустая трата времени. У демонов выносливость хорошая, они выдержат. А Дан... сам справится. Стоило принять решение, и колебаний больше не осталось. Деон сразу вернулся к демонам, сообщил, что план изменился и нужно немедленно двигаться, и демоны послушно последовали приказу командира. По пути Король демонов связался с ним, спрашивая, изменился ли маршрут, но это было лишь подтверждение; он не стал ни расспрашивать о причине, ни упрекать. — Господин... Я понимаю, что вы из-за перекошенного взгляда сами уже не чувствуете усталости, но я-то чувствую. — О боже, если так продолжится, вы кого-нибудь прикончите... — Если вы просто перестанете говорить, людям тоже станет легче. — Господин Деон, господин Деон! На минуту...! Это Бен... — Герой... мне нужен осколок героя... Если я стану героем, будет не так тяжело... Кто-то издавал предсмертные звуки, но Деон не обращал внимания. И всё же он знал, что им тяжело. Его собственное тело было так слабо, что он не мог держаться и чувствовал, будто вот-вот упадёт, поэтому привязал себя к лошади и продолжал бежать. ...Кажется, среди голосов был и не голос Дана, но, наверное, ему послышалось. Так армия Короля демонов помчалась с такой скоростью, что шокировала всех, и в мгновение ока добралась до владений Амиабля. Позже Деон услышал, что в это время Король демонов, каждый раз видя, как положение войск меняется, едва отводил взгляд, хватался за живот и смеялся. Впрочем, это же Деон. Деон поднял голову, потирая большими пальцами область под глазами, где тени стали ещё темнее. На стенах виднелись солдаты, готовящие оружие... «Владения без маркграфа — как тигр без зубов». Как и ожидалось, бой всё же был, но длился недолго. Армия Короля демонов легко преодолела крепостную стену без маркграфа Амиабля и снова помчалась к цели. Оставшееся расстояние они преодолели почти мгновенно и прибыли во владения Иллюстера. — Это... безумие... Дан пробормотал усталым голосом. Лицо у него было отрешённым, будто внутри всё сгорело дотла. Демоны с такими же измученными лицами с трудом подняли головы и посмотрели на верх стены владений Иллюстера. — А...? Кто-то издал вопросительный звук. Неужели их надежды на лёгкий бой достигли небес? На крепостной стене не было никого. Даже часовых, которые по сути обязаны оставаться на местах! Поднялось знакомое чувство дежавю. Деон бросил: — То же самое, что и с феодами по пути после Миллера. — ... — Кто-нибудь, перелезьте и откройте ворота. После зачистки немного отдохнём здесь. ...Ладно, не немного, а как следует. Полдня. — ... Похоже, он был очень утомлён. У демонов загорелись глаза, и они стали толкать стоящих рядом товарищей в спину, велев быстрее идти. Прошло совсем немного времени после того, как кто-то вызвался и перелез через стену, — ворота быстро открылись. Возможно, демонов, перебравшихся внутрь, ждала засада, а открытые ворота предназначались для того, чтобы заманить внутрь армию демонов. Деон прищурился, глядя в проём, и лишь убедившись, что демоны выходят без всяких признаков опасности, медленно повёл коня в город. «Правда пусто». Внутри было пусто, словно большинство людей уже эвакуировались. ...Хотя не похоже, что совсем пусто. Красные глаза медленно скользнули в сторону. Как только кто-то встретился с ними взглядом, тот вздрогнул и быстро спрятался среди частных домов. Дан чуть наклонил голову к Деону. — Привести? — Не надо. Похоже на бедняка. Если бы это был всего один человек, всё выглядело бы подозрительно, но судя по неопытным людям, встречавшимся то тут, то там, немало тех, кто в спешке эвакуироваться не успел. По их потрёпанной одежде можно было понять: скорее всего, это бедняки, которым не оказали никакой поддержки. — Не делай ничего лишнего. Просто следите за подозрительными людьми. — Мы и так усердно смотрим. Ничего похожего на войска здесь действительно не видно. — Полагаю... В таком случае герцога тоже здесь не будет. Он даже не был уверен, существует ли голова брата на самом деле... И всё же в первую очередь нужно было пойти в резиденцию герцога. Раз он дошёл до сюда, не мог уйти, не проверив. Найти резиденцию герцога было нетрудно. Деон направил коня к самому роскошному и большому особняку. В поле зрения появились огромные парадные ворота без привратника. «Я так и знал». Особняк тоже казался пустым. Демоны вышли вперёд и открыли железные ворота. Деон некоторое время молча наблюдал за ними, затем шагнул к входу и сказал: — Вы ждёте здесь. Демоны тут же вздрогнули и остановились. А Деон, заметив Дана, шагнувшего вперёд так, словно это не касалось его, не сказал «нет», а просто отвернулся. Отсутствие запрета означало разрешение. Дан гордо последовал за ним. ---------- Ради тебя (7) Деон вошёл в особняк с суровым лицом. Он не спешил и держал ровный шаг. Так, будто просто осматривал место. Те, кто смотрел ему вслед, наверняка решили бы, что он вошёл только для проверки. Именно так Деон и хотел выглядеть. «Брат». Голова брата находится там. Возможно, её там нет. Но в любом случае это могло его пошатнуть. Он не собирался показывать демонам что-либо похожее на слабость. Более того, если выяснится, что он отклонил войска от маршрута ради настолько личного дела, позже это доставит немало хлопот. Деон бродил по особняку в сопровождении лишь одного человека. — Где? Скорее всего, кабинет. Для начала нужно проверить кабинет, а если там ничего не окажется — открывать двери всех комнат. Обычно кабинет отличается видом двери, так что найти его будет несложно. Когда они поднимались по лестнице, осматривая коридор, зоркий Дан, кажется, заметил что-то и окликнул Деона. — Господин, думаю, туда. — А. Нашёл. Он быстро подошёл к двери. Однако, вопреки порыву, с которым, казалось, мог распахнуть её в любой миг, Деон не спешил касаться ручки. «Это может быть ловушка». Он встал чуть в стороне перед дверью — на случай, если кто-то внутри внезапно нападёт. Дан тоже стоял позади. Деон, держа в одной руке кинжал, кивнул и открыл дверь. На мгновение мимо них пронёсся прохладный ветер. — Никого. — Знаю. Деон ответил пустым голосом. Его взгляд уже давно был прикован к одному месту. Кабинет герцога не представлял собой ничего особенного. От знакомого кабинета его отличали только камень связи и деревянная шкатулка на столе. Камень связи даже не попал в поле зрения. Деон застыл в тот миг, когда увидел шкатулку. «Эта шкатулка». Внутри было что-то важное — голова брата или что-то иное, предназначенное лишь для издёвки. Он сделал шаг внутрь, будто заворожённый. — Господин? — ...Ты жди здесь. Он не мог даже представить, какой будет его реакция, когда он заглянет внутрь. Дан был одним из немногих, перед кем Деон мог показаться растрёпанным, но у всего были пределы. Он показывал ему неприглядные стороны уже не раз и не два, но минимальный защитный инстинкт и остатки гордости кричали, что здесь этого недостаточно. Дан открыл рот, чтобы возразить, но Деон не стал слушать и закрыл дверь. Шум снаружи отрезало, и его встретила тихая комната. Он повернулся, очень медленно подошёл к шкатулке и остановился перед ней. Деон смотрел вниз с выражением, которого сам не понимал. Он чувствовал отчётливый запах крови. Герцог сказал, что наложил заклинание сохранения. Значит, в этой шкатулке было время того дня. Деон медленно протянул руку и взялся за крышку. Сделав короткий глубокий вдох, он открыл шкатулку. «А...» Мысли остановились. Деон закрыл глаза и снова открыл их, пытаясь унять дрожащий взгляд. Не отрывая глаз от шкатулки, он с трудом выдавил голос из горла. — Брат... да. Это потому, что он спас кого-то вроде меня? Его наказали за то, что он спас человека, который должен был умереть? Человек, жертвующий жизнью ради спасения другого, должен быть достоин уважения... почему же он выглядит так? — Это Круэль Харт. Он не плакал. Не было и гнева. Когда он узнал правду, он уже безумно злился и плакал до изнеможения. К тому же причиной этого был не кто иной, как сам Деон Харт. У него не было права сметь выражать чувства по поводу этой ситуации. Больше всего он не хотел, чтобы чувства увидел герцог, который был подключён к камню связи и, затаив дыхание, наблюдал за его реакцией. Поэтому Деон подавил смятение и заговорил безразличным голосом. — Сумасшедший ублюдок. К счастью, голос лишь совсем немного дрогнул и в основном остался сухим. Из камня связи донёсся тихий смех, словно собеседник понял по ясному ругательству, что Деон заметил установленную связь. — Какое значение имеют принципы, когда достигаешь цели? — ...Где остальное тело? Вежливость была отброшена. Всё терпение уже ушло на то, чтобы удержать рассудок. Для такого человека у него больше не было роскоши говорить почтительно. — Похоже, даже тело исчезло. Но ты ошибся. У меня только голова. С какой стати мне хранить что-то тяжёлое и занимающее много места? Это даже не приятная вещь. С учётом того, что между тем, как Девелания забрала голову и тело, был промежуток времени, в это можно было поверить. Но даже если бы тело было у него, автор всё равно не отдал бы его. Деон заговорил естественно: — У вас нет войск, так зачем вы позвали меня сюда? Просто чтобы выиграть время? Что бы вы делали, если бы я не пришёл? — Нет, ты бы пришёл. И вот ты здесь. А на вопрос, делаю ли я это ради времени, ответ — да. Сначала именно это и было намерением. — ... — Но, подумав, я понял, что есть решение лучше. В тот миг Деону показалось, будто герцог на другом конце связи улыбается. Он открыл рот, собираясь сказать что-то о странном ощущении, пробежавшем по спине, но герцог заговорил первым. — Я могу просто убить тебя. Низкий голос прозвучал зловеще. Будто это был сигнал, Деон ощутил чужое присутствие, которого раньше не было. Он резко обернулся, проверил противника и тут же прижал шкатулку к себе, пригнувшись. — Во имя спасения. К нему бежал бедняк с бомбой. Не было времени удивляться. В одно мгновение через голову пронеслись самые разные мысли. Он чувствителен к присутствию — как он не заметил обычного бедняка в тихой комнате, пока тот не бросился на него, пусть даже Деон был неосторожен? Стоит ли встретить его кинжалом? Или сначала уклониться телом? ...Когда он пришёл в себя, оказалось, что тело среагировало раньше мыслей. Смутно донёсся звук открывающейся двери и голос Дана. Вероятно, тот почувствовал присутствие кого-то, кроме Деона Харта. Но было уже поздно. Чьё-то тело наложилось на него сзади. И затем... БААААААААААААХ! Прогремел взрыв. * * * В тускнеющем сознании Деон крепче прижал к себе шкатулку и вспомнил сказанные недавно слова. [Такое чувство, будто судьба велит мне ненавидеть мир.] Как и ожидалось. Из него вытек смех. «Смотрите, они не оставляют меня в покое». Даже бедняки отказываются от себя и пытаются убить меня. Он уже давно понял, что этот ублюдок — член Церкви Спасения, но разум, потрясённый правдой, услышанной от герцога, и головой Круэля, которую он увидел собственными глазами, похоже, не мог принять ситуацию рационально. Он просто злился на всё. Даже бессознательно, думая, что именно вызывает такой гнев, он вспоминал самых разных людей. Императора-наблюдателя. Герцога, виновника всего, играющего с головой брата. И, как герцог — а может, даже сильнее, — Короля демонов, виновника, обращавшегося с ним как с игрушкой. ...Да, этот демон. «Должно быть, тебе было очень весело играть со мной». Он вёл себя так, словно готов вытащить ему печень и желчный пузырь. Когда заключал пари с герцогом, Деон тоже казался ему такой забавной игрушкой? Стоило мысли о Короле демонов всплыть, как сознание потекло дальше, к тому моменту, где он заклеймил Короля демонов как объект мести. И в тот миг, когда мысль превратилась в решение... «Всё это отвратительно». Вспыхнул ослепительный свет. * * * По меркам мира — недавно, по меркам людей — давно. Мир обратил внимание на человека, которого втянули в Восьмилетнюю войну. Если бы его просто вывели на поле боя обычным образом, в этом не было бы ничего достойного внимания. Однако за тем, что человек был брошен в жестокий мир, стоял Король демонов. Жертва пари между Королём демонов и кандидатом в его контракторы. Такая ситуация делала его кандидатом в герои. Следующий герой уже был назначен, но если тот провалится, этого человека можно будет сделать следующим. Если углубиться в причины такого вывода, нужно было вернуться ещё дальше — к соотношению случаев, когда Король демонов и герой убивали друг друга. Хотя герой и Король демонов — существа, которым суждено убивать друг друга, в общей истории Король демонов убивал героя чаще, чем герой Короля демонов. Почему? После долгого анализа мир получил ответ. [У героя должна быть сильная воля убить Короля демонов.] Люди могут просить героя убить Короля демонов, но одного звания героя недостаточно, чтобы обрести силу, способную идти вперёд. Мир долго наблюдал за людьми и понял мощь их эмоций. Особенно любви и мести. Они сильнее и ярче всего. Этот человек, Деон Харт, вполне мог стать одним из тех, кто способен убить нынешнего Короля демонов, отличающегося цепкой жизнью. Это новая попытка. Даже если она провалится, нельзя дать ему умереть, не попробовав. Разве не нужно хотя бы собрать данные? Поэтому ему трудно умереть. По крайней мере, он должен жить до тех пор, пока не станет ясен результат: убьёт ли следующий герой Короля демонов или будет убит им. Как кандидату в герои, ему неважно, что тело слабо. В конце концов, получив силу и став героем, он обретёт здоровье, превосходящее обычные стандарты. Проблема в том, что до становления героем трудно сохранить конечности целыми. Поэтому мир даровал редкое благословение. Даже будучи слабым человеком, он имел сильную защиту. Словно усилия мира окупились, молодой и слабый человек в конце концов выжил на поле боя. И в тот миг, когда следующий герой погиб от рук Короля демонов, мир немедленно выдвинул этого человека кандидатом. Он не родился героем сразу. Нужно было провести изменения тела, чтобы ему стало легче принять силу героя. А главное — у него ещё не было «желания отомстить Королю демонов». Для мира одна человеческая жизнь — буквально мгновение. Подождать, пока человек узнает правду и возненавидит ради мести, не составляло проблемы. И теперь. Когда Деон Харт, выслушав слова герцога, отметил Короля демонов как цель мести, а следующая мысль стала решением, мир задрожал от радости. Если всё действительно пойдёт по его решению, исполнится то, чего мир жаждал с момента своего рождения. [Наконец все приготовления завершены.] Так родился сияющий герой. * * * Когда прежний герой умер, он попытался передать мне свою силу. Даже зная, что это невозможно, он по-глупому пытался влить в меня силу и умер. Сила, влитая героем, спокойно прошла через это тело и рассеялась в мире. То, что в моём теле не осталось ни крупицы его следа, казалось по-настоящему прискорбным и отчаянным. ...Я так думал. — Говорят, сильная воля кого-то иногда идёт против воли мира. Думаю, я тому доказательство. В чёрном мире, где не было ничего, заговорил герой. — Моё желание спасти тебя стало пламенем и поселилось внутри тебя. Тот, кто сейчас стоит перед тобой, — часть этой воли и тела. Сила героя не осталась в теле Деона Харта, но, похоже, оставила след где-то ещё. И, глядя на то, с чем он столкнулся теперь, можно было понять: она тоже оказала влияние. — Я невольно увидел твоё прошлое и наблюдал всё, что происходило после. О, я видел только ситуации. Я не мог узнать, что ты тогда думал и чувствовал, так что можешь не волноваться. Совершенно не успокаивает. Герой явно чувствовал неловкость, но, возможно, под влиянием Деона, бессовестно сделал вид, что не заметил, — совсем не так, как тот человек, которого Деон знал. — Ты прожил жизнь, которую я не смею описывать словами. Я думал, что моё желание, чтобы ты жил, могло быть слишком эгоистичным. Эгоизм — верно. Есть прошлое, которое можно забыть и оставить без внимания, и есть прошлое, которое нельзя. Моё — второе. Моё прошлое влияет на настоящее, душит меня и управляет мной, как марионеткой на нитях. В этой жизни у меня нет способа стать счастливым. Лучше умереть раньше. О, наверное, я уже умер, раз взрыв пришёлся прямо по мне. — Ты будешь жить. Потому что мир выбрал тебя героем. ...Что? ---------- Ради тебя (8) — Сейчас твоё тело должно восстанавливаться. ...Это не я сделал, так что не смотри на меня так. Даже если бы ты меня не встретил, всё пошло бы своим чередом. Тогда зачем он встретился с ним? Разве он не сказал, что остался, чтобы спасти его? Герой, словно в этом внутреннем мире эмоции и мысли раскрывались естественно, ответил на невысказанный вопрос. — Я уважаю твою волю. Как тот, кто наблюдал твою жизнь и прошлое, я не смею навязывать тебе жизнь. Поэтому даже если в будущем твоей жизни будет угрожать опасность, я не вмешаюсь. Раз я стал бесполезен, хочу воспользоваться этим пробуждением героя, чтобы исчезнуть. Оказав небольшую помощь при передаче. ...Передаче? — У тебя изначально было слабое телосложение. Мир долго перестраивал твоё тело, чтобы оно лучше принимало силу, но этого всё равно немного не хватает. Если всё продолжится так, ты сможешь принять всю силу, но процесс будет довольно болезненным. По его словам, Деон уже должен был страдать, но он ничего не чувствовал. Из-за внутреннего мира? — Когда ты проснёшься, тебе, вероятно, покажется, будто тело заживо раздавливают. Раз ты стал героем, от шока не умрёшь... но поскольку даже от шока ты не умрёшь, больше тут слушать нечего. Прошу, позаботься о передаче. На этот раз герой, должно быть, догадался о его мыслях, но не рассмеялся вслух, а лишь мягко улыбнулся. Губы, поднявшиеся красивой дугой, начали давать доброжелательное объяснение. В принципе, передача между героями невозможна. Силу героя нельзя передать выбранной цели. Однако по совпадению цель, которой герой пытался передать силу, и цель, выбранная миром, совпали. Более того, сила героя уже однажды прошла через него и оставила слабый след, поэтому вмешаться стало легче. — Сейчас я исчезну окончательно, но всё же хочу оставить несколько слов для твоей жизни. Как тот, кто когда-то хотел тебя спасти, я могу это сделать. Герой сделал шаг ближе. Протянул руку к Деону и вдохнул в него слабый свет. — Тебя любят сильнее, чем ты думаешь. Не может быть. — Был здесь кто-то, кто хотел, чтобы ты жил даже после его смерти. И есть люди, которые хотят, чтобы ты был счастлив даже после их смерти. Протянутая рука чуть опустилась и коснулась границы шеи над ключицей. Деон сразу понял это место: Король демонов часто его касался. Там находилось клеймо. — Свободный. Не связанный ничем, не угнетённый. Есть люди, которые хотят, чтобы ты жил той жизнью, которой сам хочешь. ...Он говорит о самом герое? Да, это возможно, ведь он герой. Если смотреть на реальность прямо сейчас, есть бесчисленное множество людей, которые хотят моей смерти. Благодаря тебе я снова это понял. Герои бескорыстны. По крайней мере, таков был герой перед ним. Человек, подобный воплощению героя, который охотно жертвует собой ради других. Он был последним спутником, дошедшим с ним до Замка Короля демонов, и даже после смерти сделал для него всё. Не могу поверить, что после такого человека героем стану я. Имеет ли кто-то вроде меня право жить так? Будто прочитав эти мысли, герой горько улыбнулся. — Не пытайся быть таким героем, как я. Я же сказал: «несвязанный, неугнетённый, свободный». Я даже забыл своё имя, но надеюсь, ты не забыл. Ах, имя. — ...Кассиус. Деон открыл рот и назвал его. Он услышал это имя на похоронах. Хотя они провели вместе довольно много времени, это имя было для него непривычным — впервые в жизни он услышал его тогда. Сначала он даже на мгновение растерялся, не поняв, к кому имя относится. Сколько людей запомнят имя, упомянутое мимоходом? Пока Король демонов жив, появится новый герой, мир будет приветствовать нового героя и стирать прежнего из памяти. И всё же, как тот, кто видел его последние мгновения и собрал его тело, Деон хотел запомнить его имя. Конечно, он не думал, что когда-нибудь произнесёт его так. Кассиус, уже не герой, удивлённо распахнул глаза. На миг он улыбнулся так, словно растаял. — Да. Так и было. Меня звали Кассиус. Я был сыном деревенского кузнеца. — Не думал, что ты запомнишь. Спасибо. Будто выдохнув весь свет в Деона, он отнял руку и отступил. Мягкая улыбка осветила тёмное пространство, словно говоря, что это последний раз. — Короткие слова, которые я добавил, вероятно, на тебя не повлияли. ...Жаль, но это естественно. Было бы так же, даже если бы на моём месте был кто-то другой. Взгляд человека на жизнь, сформированный сильными потрясениями или долгим прошлым, нельзя поколебать несколькими словами. Если бы люди менялись так легко, мир был бы скучным, простым, одинаковым — без преступлений и индивидуальности, вместо того, какой он сейчас. — Бедняга. Чушь. До того как Деон успел возразить, тело Кассиуса стало расплываться. И всё же он решил, что лучше красиво завершить этот конец, и молча смотрел на него. Но прежде чем Кассиус исчез полностью, тот сказал: — О, я почти забыл самое важное. В тот день, когда тебя выгнали из кошмара, меня попросили кое-что передать. На краю поля зрения появилась мягкая улыбка. — Человек с чёрными волосами и зелёными глазами просил передать привет. — ...! Что ты сейчас сказал...! Вспыхнул свет. * * * Бедняк с бомбой вцепился в него, и произошёл взрыв. В тот миг, когда Дан застыл от осознания, что удар пришёлся прямо по Деону, из Деона Харта вырвался мощный свет. Уже это само по себе было потрясением, но затем с неба, сосредоточившись на нём, опустился столп света. Свет был настолько ярким, что мог осветить весь континент, но, странным образом, не вредил глазам. Мягкое сияние, чудесное и божественное. Внутри него восстанавливался изорванный Деон Харт. Дан быстро оценил ситуацию. «Герой пробуждается!» Он был выбит из колеи цепочкой внезапных потрясений, но одно понимал наверняка. «Вы окончательно спятили, раз выбрали героем того, кто стоял во главе армии Короля демонов». Но сейчас это было не важно. Важнее разобраться с теми, кто атакует с бомбами. Бедняки внезапно появлялись внутри особняка, где прежде явно не чувствовалось ничьего присутствия. «...Похоже, герцог использовал магию». Не потому ли, что Деон перед приходом сюда выяснил: герцог — контрактор Короля демонов? Только это объяснение аккуратно скрывало слабое присутствие обычных бедняков. — В любом случае я правда не понимаю религиозных фанатиков. Вы совсем не в себе. Герцог, создавший такую религию, тоже безумен. Дан отсёк голову парню, бросившемуся спереди, ударом ноги отправил его грудью в другого и быстро приблизился к Деону. Позади раздалось: бум! — звук, с которым чья-то жизнь оборвалась. Первым делом он схватил камень связи, который всё ещё мог быть подключён, выбросил его в окно и грубо оттащил лежавшее рядом тело. Вид у него был ужасный, будто это был труп с бомбой, но Дан даже не взглянул на него — только смотрел на Деона. Помимо ран, плавно затягивавшихся на глазах, внимание привлекало ещё кое-что. «Клеймо...» Чёрное клеймо, отчётливо видневшееся сквозь изорванный ворот, исчезало. В Империи это клеймо знали как проклятие Короля демонов, вырезанное самим Королём демонов. * * * В тот миг, когда столп света соединил небо и землю, Король демонов резко поднял голову. Удивительно, но он получил не одну, а сразу две информации. Первая: наконец родился заклятый враг — герой. А вторая... «Клеймо отслеживания местоположения на Деоне Харте стёрто». Он вырезал его с особой тщательностью. Даже если бы Деон стал «героем», оно не исчезло бы. Но с настоящим героем всё иначе. Тело героя обладает собственной невосприимчивостью к магии Короля демонов. Раз оно способно выдержать определённое количество убийственной магии, слабая магия, нанесённая на тело, не оставит и следа. Магия, вырезанная на Деоне Харте, исчезла именно в момент рождения героя? Это было очевидно и без проверки. «Деон Харт стал героем». Он тихо поднял руку и прикрыл рот. Внутри всё перевернулось, а затем комнату наполнил сдерживаемый смех. — Ох, как же... Почему они выбирают только прекрасные вещи? Похоже, он подобрал настоящее сокровище. Даже без этого после встречи с ним Король демонов каждый день сходил с ума от радости, а теперь Деон раскрыл ещё и такое! Не стирая улыбку с лица, Король демонов протянул руку и взял камень связи. — Сообщить всему миру демонов. Радоваться — радостью, но делать необходимое всё равно нужно. Теперь, когда родился герой, настало время снять ненужные приказы. — С этого момента запрет на магию отменяется. Приказ, казавшийся вечным, был снят. Скоро демоны тоже узнают. Самые проницательные уже наверняка заметили. Как они отреагируют, когда выяснят, что командир Нулевого корпуса стал героем? Возможно, обрадуются иначе, чем он сам. Ведь Король демонов и Герой оказались на одной стороне. Они решат, что их силы значительно возросли, и будут радоваться, думая, что теперь мир принадлежит им. «Так ли это на самом деле?» ...Ну, он сам тоже был счастлив. Пусть просто наслаждается этой радостью. Король демонов улыбнулся и положил камень связи. * * * Доктор Бен выбрался из Замка Короля демонов и бежал туда, где находился Деон Харт. Причина была проста: он получил сигнал кровохарканья. Кроме того, с разных частей тела время от времени передавались тревожные сигналы, словно тот совершенно не щадил себя. Как он, лечащий врач, мог оставаться безучастным? С намерением заодно всё вылечить он покинул Замок Короля демонов и вошёл в мир людей. Он изо всех сил преследовал быстро меняющееся местоположение... «Как оно может быть таким быстрым...?!» Расстояние и не думало сокращаться, а только увеличивалось! Из какой соломы сделаны ворота мира людей? Они что, открываются от одного прикосновения? Обычно продвижение должно было задерживаться из-за боёв, но никаких признаков этого не было. Хотя Бен двигался, думая, что быстро догонит их, ведь они увязнут в осадах, войска под командованием Деона продвигались старательно и не задерживались на одном месте надолго. «Это потому что Деон? Радоваться мне этому или нет?» Если так продолжится, догнать будет трудно. Отдыхая некоторое время во владениях Параса, Бен уже размышлял, не сдаться ли и не вернуться назад, как вдруг маршрут Деона изменился. Движение идеально повторяло пройденный путь в обратную сторону! Бен возликовал. «Мы сможем встретиться!» Он не знал, почему тот внезапно возвращается, но встретиться стало возможно. С течением времени сигнал слабел, а мелкие раны переставали обнаруживаться, так что при встрече нужно будет тщательно всё проверить. Особенно он обязательно проверит, не прибавилось ли ожогов на бёдрах. Так Бен отправился навстречу Деону Харту по направлению его возвращения. — Господин Деон, господин Деон! На минуту...! Это Бен... Ду-ду-ду-ду!! Поднялась пыль. Бен пустым взглядом посмотрел на отряд, промчавшийся мимо. «Меня проигнорировали...» Похоже, тот даже не заметил его существования. Полностью проигнорировал. «Но я врач, который не сдаётся». Ради здоровья подопечного пациента он мог двигаться дальше. Бен поднял ожерелье с магическим камнем и проверил местоположение Деона. Они удалялись с большой скоростью, но... «Всё же расстояние уже не такое огромное, как раньше». С этим можно работать. Бен снова двинулся в путь и каким-то образом сумел приблизиться к владениям Иллюстера. Проблема началась потом. Огромный столп света. Сигнал, который по простой теме вдруг зазвенел серьёзно, а затем резко оборвался. Бен безмолвно посмотрел на ожерелье с магическим камнем, потерявшее сигнал, и на столп света. Он знал, что означает этот столп. В мире людей и мире демонов, вероятно, не было никого, кто бы этого не знал. «Рождение героя...» Тогда причина, по которой сигнал оборвался... Он понял это инстинктивно, ещё до того как успел подумать головой. — Деон... ты стал героем. ---------- Ради тебя (9) Значит, сигнал всё это время слабел из-за процесса становления героем. Сначала нужно встретиться с Деоном. Бен быстро побежал в открытые ворота. Ожерелье с магическим камнем давно потеряло действие, но определить направление было нетрудно: нужно было лишь бежать, глядя на огромный столп света. Столп света ярко заявлял о себе изнутри особняка. Однако, хотя Бен выглядел так, будто вот-вот ворвётся туда, он на мгновение остановился и протёр глаза. Перед главными воротами разворачивалась невероятная сцена. «Что это?» Интересно, у них печень распухла от смелости? Люди с бомбами нападали на демонов-солдат, ожидавших у ворот. Демоны, явно не желая связываться с атаками, в которых нападавшие не жалели собственных тел, каждый размахивали оружием. А, он не знал как, но понимал одно: этим людям не жалко своей жизни. Иначе они бы не делали такое безумие. На миг он остолбенел от совершенно неожиданного зрелища, но тут же подумал: «Сначала Деон». Бен пришёл в себя и, крепче ухватив врачебную сумку, прыгнул в самую гущу хаоса. — Все с дороги!! Если кто помешает — ударю! Каждый взмах его сумки сопровождался глухим звуком, и демоны вместе с людьми разлетались в стороны. «...Я думал, что в особняке всё будет нормально». Он вздохнул и снова махнул врачебной сумкой. Человек врезался в стену с жутким хрустом сломанной шеи. По всему особняку чувствовались присутствия. С явно нечистыми намерениями они стекались в одно место, будто заранее договорились. И не только это: звуки взрывов и вибрация, передававшаяся по воздуху, были зловещими. Бен взлетел по лестнице, словно летел. Увидев толпу, собравшуюся перед одной дверью, он бросился внутрь не раздумывая, размахивая сумкой. — Фейерверки запускайте снаружи, вы, грубые и лишённые здравого смысла люди! — Бен?! Дан, который едва успевал махать мечом, держась на расстоянии от взрывов, вполне естественно опешил. Ситуация разрешилась мгновенно. Да, они демоны, но добавился всего один человек — и всё закончилось так быстро. Дан, стоявший с ошеломлённым видом, медленно вложил меч в ножны и повернул голову к Бену. Тот, словно обезумев, подошёл к столпу света и стал осматривать состояние Деона. — Вы уже один раз попали под взрыв. Вы ужасно изодраны. Почти полностью восстановились, но мои глаза не обманешь. Реакция спокойнее, чем ожидалось? Если судить по тому Бену, которого Дан видел до сих пор, должно было быть немного более... — Что ты делал, пока не защищал Деона?! Он так и знал. Дан с видом «так и должно было быть» позволил Бену схватить его за ворот и трясти. Ведь это вовсе не было не его виной. Он сам глубоко жалел. «Он вошёл, доверившись только мне, так что я должен был быть начеку». Это вопрос доверия. Вопрос не только доверия Деона Харта, но и того, как армия Короля демонов смотрит на него. «Хорошо, что он жив». Если бы Деон умер здесь, Дан умер бы тоже. С точки зрения демонов, нет смысла сохранять жизнь человеку, который не смог защитить даже одного человека — своего поручителя и хозяина. Деон Харт доверился ему не просто так. — Прости. — Зачем ты сделал то, за что приходится извиняться...! Дан, случайно посмотрев через плечо Бена, замер. Сияющий столп света постепенно исчезал. Вскоре посреди него появился Деон. В тот миг, когда стало видно его лицо, мысли Дана опустели. Бен всё ещё сердился и что-то кричал, но Дан его уже не слышал. «Странно, столп света явно исчез...» Почему вокруг Деона Харта всё ещё светло? Бен заметил, что мысли собеседника где-то в другом месте. Увидев ошеломлённое лицо Дана, он громко зарычал и повернул голову в сторону его взгляда. — Ты меня не слушаешь... Деон! Демон перед ним исчез, оставив лишь остаточный образ. Движение было настолько быстрым, что за ним трудно было уследить глазами, но Дан спокойно отвёл взгляд. И так было очевидно, куда направился Бен. Как и ожидалось, он уже сидел рядом с Деоном Хартом. Но, протянув руку к Деону, который сидел, сжавшись, со шкатулкой в руках, он на мгновение замер. — Что это за шкатулка...? — Ах, это... Дан не думал, что стоит говорить. Если сказать: «голова Круэля Харта», доктор тут же поймёт ситуацию. И то, что Деон Харт поддался личным чувствам и отклонил войска, и то, что в итоге попал в ловушку. Для Деона ничем хорошим это не закончится. Не получив ответа, Бен пожал плечами. — Не знаю, что это, но я просто ненадолго уберу её для лечения... Ух. Бен не договорил. Запястье, протянутое к шкатулке, было схвачено. Он вздрогнул от хватки, достаточно сильной, чтобы раздробить кости, и в тот же миг услышал тихий голос. — Это нельзя. Голос был низким, словно немного приглушённым, но содержащаяся в нём жажда убийства была ясной. Этот миг казался таким похожим на сон, что можно было решить: это иллюзия. Но веки Деона медленно поднялись. Напоминая, что всё это реальность, красные глаза, открывшиеся между ресницами, с ярким блеском повернулись к Бену. Застыл не только Бен, встретившийся с ним взглядом, но и Дан, наблюдавший со стороны. «...Когда он открыл глаза, это и правда не шутка». Это чувствовалось и с закрытыми глазами, но когда он открыл их, стало понятно наверняка. «И раньше его считали красивым, но это просто...» Красота, превосходящая вкус. Черты прежнего лица остались, но уровень внешности был совсем другим. Разве когда становишься героем, лицо автоматически становится красивым? Дан внимательно вспомнил сведения о герое. Насколько он знал, сила героя — это сгусток талантов. Диапазон талантов широк и зависит от того, как смотреть... «Талант, да». Такая красота тоже талант. Дан кивнул. Деон, на миг ошеломлённый, затем пришёл в себя и медленно поднялся. Бен попытался поддержать его сбоку, но тот решительно отказался и сел, неторопливо сжимая и разжимая кулаки. * * * Силы переполняют меня. Так вот что такое здоровье? Зрение ясное, дыхание лёгкое. Тело, которое всегда приходилось двигать, прикладывая больше определённого усилия, теперь послушно и легко шевелилось от одной мысли. Я даже чувствую присутствие своего заклятого врага — Короля демонов. «Я действительно стал героем». Отрицать это нельзя. Значит, разговор в том пространстве тогда был не бессмысленным сном? Рука, державшая шкатулку, напряглась. Из-за раздавшегося треска ему пришлось быстро расслабить пальцы, но это лишь сильнее заставило почувствовать, что он стал героем. [Человек с чёрными волосами и зелёными глазами просил передать привет.] ...Круэль. Деон опустил голову. Бен суетился, спрашивая, не болит ли что-нибудь, но никто его не слышал. Деон лишь смотрел на шкатулку в руках и закрыл глаза. Только услышав это, он понял. [Был здесь кто-то, кто хотел, чтобы ты жил даже после его смерти. И есть люди, которые хотят, чтобы ты был счастлив даже после их смерти.] Слова героя относились не только к нему самому, но и к Круэлю Харту. [Свободный, ничем не связанный, не угнетённый. Есть люди, которые хотят, чтобы ты жил той жизнью, которой сам хочешь.] Он сказал «люди». Почему я этого не понял? И... и... «Я хочу, чтобы ты жил той жизнью, которой хочешь сам». Дышать не получается, словно его погрузили глубоко под воду. Кажется, брат думает о нём даже после смерти, и поэтому Деон хочет верно последовать его словам и показать ему свою надежду, но... «Я не могу». Прежде чем рассуждать, какой жизни он хочет, он не смеет утверждать, что способен последовать этим словам. Он ясно чувствует: великая судьба гонит его к одному месту. Как простой человек может сопротивляться? «Но... как сказал Дан, можно насолить ей». Разве это правда совпадение, что он пробудился героем сразу после того, как принял это «решение»? Не может быть. Деон рассмеялся так, будто рухнул. Теперь стало ясно, чего мир хочет от него. Если он двинется согласно своему «решению», то одновременно будет двигаться по воле мира. Это его воля и в то же время не его воля. «Он сказал: слишком много — значит слишком мало». Если уж ему приходится двигаться так, как хочет мир, тогда да. Неплохо будет показать масштаб побольше. «Хотя месть — прежде всего». Шкатулка в руках была холодной. Деон встал. Снаружи особняка поднялся шум: похоже, бедняки напали на ожидавших солдат. Пусть у них не было приличной боевой силы, с атаками ценой жизни справиться будет нелегко. Он неторопливо пошёл прочь, кивнув Бену и Дану, которые смотрели на него пустыми глазами, мол, выходим. Он шёл по коридору ровным шагом, полностью скрывая истинные чувства. * * * Нападения бедняков почти все были подавлены. В этом проявился инстинкт выживания демонов: очистить место до появления Деона. Деон, ставший главнокомандующим, обладал такой безупречной атмосферой, что невозможно было допустить ни одной ошибки. Если промах не был крупным, серьёзных наказаний не следовало, но холодный взгляд и благородный, словно попирающий тон заставляли демонов быть настороже. ...Но теперь атмосфера, кажется, снова изменилась. Потому что он стал героем? Демоны безмолвно смотрели на Деона, стоявшего ногой на спине трупа. Они знали, что столп света связан с рождением героя. Поскольку знали и то, что место появления столпа — особняк, куда вошли Деон и Дан, они также допускали, что Деон мог стать героем. Но такой ситуации они не ожидали. — Этот парень напал на меня, а никто не среагировал. Нога, наступившая на труп, усилила давление. Послышался треск позвоночника, не выдержавшего силы героя. Ярко-красные глаза настойчиво смотрели на тех, кто вздрагивал и отводил взгляд. Голос, полный равнодушия и раздражения, прозвучал медленно: — Что мне делать с этими бесполезными созданиями? Для демонов это было несправедливо. Не то чтобы никто не среагировал. Среагировали все, но прежде чем они успели двинуться, Деон Харт уже убил противника. Почти всё было зачищено, но не полностью. В такой ситуации оставшиеся бедняки не могли не броситься на знаменитого человека по имени Деон Харт, когда он вышел из особняка. Естественно, ближайший к нему бедняк ринулся вперёд. Когда Дан, Бен и остальные демоны попытались отреагировать на удивительно прозрачное движение, Деон двинулся первым. [Я выглядел настолько лёгкой добычей, что на меня решил напасть такой недотёпа?] Если сказать, что всё это произошло в одно мгновение — от того, как он схватил бегущего за лицо и швырнул на пол, до того, как перевернул его так, чтобы бомба на животе оказалась снизу, — кто поверит? Тем временем Деон с любопытством взглянул на левую руку. Когда он повалил парня с бомбой, то явно подставил левую руку под его живот. Взрыв сотряс тело, а левая рука оказалась покрыта кровью до локтя. И всё же сейчас... «Всё зажило». Густая кровь никуда не исчезла, поэтому вид был не слишком хороший, но рана не оставила и следа. Восстановительная сила героя оказалась настолько высокой. После короткого восхищения Деон сознательно опустил чуть поднявшиеся уголки губ. — Что теперь? Оставшихся быстро не зачистили. — Да... да! Теперь ему не нужно было слишком внимательно следить за каждым своим действием. Деон перестал притворяться, словно давно ждал этого момента. Когда Стигма чему-то учил, в конце всегда добавлял кое-что. Как довольно совестливый младший, Деон даже это запечатлел в уголке памяти. [Всё это не имеет значения, если ты подавляюще силён.] Единственный враг героя — Король демонов. И наоборот тоже. Одними демонами героя трудно убить, а даже в случае засады, с таким уровнем восстановления, он сможет дать отпор и выжить. Больше не нужно выстраивать себя и держаться жёстко. Кроме того... [Не связанный, не угнетённый, свободный.] ...Я больше не хочу жить иначе. ---------- Ради тебя (10) Снежная лисица, которая ради выживания распушила мех и притворилась снежным медведем, теперь расслабилась с удобством. Деон заметил кровь на руке и, не в силах противиться упрямству Бена, развернулся и заговорил так, будто ему было досадно до слёз. В отличие от непринуждённой манеры речи, шаги его были изящны, словно он уже успел к ним привыкнуть. — С этого момента я начинаю отсчёт обещанных полдня. Если хотите отдыхать долго, лучше бы вам быстро всё убрать. — ... Движения застывших демонов снова оживились. Когда зачистка закончилась, Деон сел чуть в стороне от них, велев занять подходящее место и отдыхать. Место было идеальным, чтобы наблюдать, как бедняков устраняют ещё до того, как они успевают приблизиться. Всё ещё крепко держа шкатулку в руках, он сел на камень, куда Дан положил платок, и достал сигарету... — Никаких лекарств, господин Деон! ...и её тут же конфисковали. Красные глаза повернулись к Бену, не скрывая недоумения. — Ты разве не собирался проверить мою руку? Я знаю, что достаточно взглянуть, но пойдём уже? — Ах, когда вы стали героем, ваше тело изменилось, и сигнал от ожерелья с магическим камнем оборвался. Мне нужно взять новую кровь и сделать его заново... — Не думаю, что это нужно. Даже если меня ранят, я быстро поправляюсь. Он пожал плечами и жестом указал на руку, которую вытирал Дан. Когда кровь стерли и показалась невредимая кожа, Бен вздрогнул. — Я врач Деона. — Это правда, но больше тебе не нужно цепляться за меня и лечить так, как раньше. — И всё же в итоге мы отвечаем за здоровье Деона, так что необходимость знать состояние пациента в реальном времени никуда не исчезла. — Ну... делай как хочешь. Он пытался как мог убедить Бена не тратить усилия зря. Большинство ран всё равно заживут до его прибытия. Но если тот настаивает, остановить его нельзя. Деон послушно протянул очищенную руку. Бен с силой уколол её маленьким ножом — и на мгновение ошарашенно замер. — Она заживает ещё до того, как выходит кровь. — Я же сказал. Думаю, не нужно. — Сделаю рану немного глубже. После нескольких попыток кровь всё же удалось собрать. Бен, от которого Деон ожидал, что тот сразу проверит зажившую руку и даже не будет останавливаться на перевязке, внезапно опустился на одно колено прямо перед ним. Его рука коснулась одного из бедёр Деона. — Вы всё это время, пока меня не было, пользовались лекарством. — ... — Я же как минимум говорил не давать ему попадать на тело. Можно проверить? — ...Нет. Лицо Бена застыло. — Вы сделали это. — Всё в порядке, я стал героем, и всё зажило. — Господин Деон. Бен поднял его оголённую руку. Под светом показалась рука без ран, но с бесчисленными шрамами. — Судя по этому, раны, полученные при становлении героем, могли зажить без следов, но прежние шрамы остались. Вы ведь сами лучше всех знаете. Он сказал это глазами и, не получив ответа, глухо вздохнул. — Значит, стало на один шрам больше. Нет, не на один — на сколько? — Ладно, это всего лишь шрам. У меня было много шрамов ещё до встречи с тобой. Несколько новых ничего не изменят. Честно говоря, Деон не понимал, почему Бен так чувствителен. К ранам врач, наверное, может относиться остро. Но разве это не заживший шрам? К тому же совсем маленький ожог от сигареты. Заметил ли Бен сомнения Деона? — Господин Деон. Бен нахмурился. — Шрамы — это память. — ... — Если остаётся шрам, каждый раз, когда вы его видите, вспоминаются ситуация и эмоции того момента, когда появилась рана. Раз это шрам, воспоминание вряд ли хорошее. Более того, шрамы на бёдрах Деона были оставлены не кем-то другим, а им самим. Он никогда не забудет, какие мысли и чувства испытывал тогда. Бен не смел утверждать, что понимает чувства Деона, но... Как врач, беспокоящийся о физическом и душевном здоровье Деона Харта, он решительно заговорил: — Достаточно того, что раны, нанесённые дурными мыслями и эмоциями, остаются в душе. На самом деле и этого недостаточно; даже одно это было бы тяжело вынести. Поэтому. — Не нужно специально оставлять шрамы на теле. Я не хочу, чтобы плохие воспоминания были вырезаны на теле Деона. Повисла тишина. Дан должен был уйти уже давно. Он переводил взгляд с Бена на Деона и обратно, словно был в затруднении. Внезапно ему пришла мысль. «Господина любят сильнее, чем он думает». Сам он, возможно, считает себя одиноким. Поразительно, что он вообще получает любовь, возводя вокруг себя такие стены. Деон Харт не любит себя, поэтому не замечает и не верит в чужую привязанность и добрую волю. Из-за этого он не может ответить на эти чувства и заботу. Если такая ситуация продолжается, человек, постоянно выражающий чувства, тоже устаёт и отдаляется. Поэтому естественно, что в итоге Деон оказывается будто бы не любимым по-настоящему. «Может... именно благодаря им господин и смог продержаться до сих пор». Благодаря этой привязанности и заботе. Короткое молчание. Деон, глядевший на Бена с закрытым ртом, вскоре закрыл глаза и махнул рукой. — Я хочу отдохнуть. — Я ненадолго отойду. Бен бросил взгляд на Дана и ушёл. Лишь когда он оказался вне пределов слышимости, Дан снова перевёл глаза на Деона. Тот достал из кармана чёрный платок и вертел его в руках. Дан тихо добавил, пытаясь сменить настроение: — У вас снова изменилась манера речи. — Вернулась к обычной. Я стал сильнее. Не просто грубой силой — стал героем. Теперь ведь неважно, если я буду говорить достойно и грубо? — ...Кто вам это сказал? — Старшие. — Как и ожидалось... Дан вздохнул. Слова не были неправильными. Не были, но... «Стигма, зачем ты такое сказал...» — Если привести крайний пример, он сказал, что при подавляющей силе можно раскачиваться на люстре в банкетном зале императорского дворца, и никто ничего не скажет. — ...Было бы лучше слушать его с умеренной фильтрацией. Он не мог сказать Деону вовсе не дружить с ним, поэтому пришлось выразиться так. Никому не дано право обсуждать чужие отношения, так что Дан выбрал осторожно очищенную формулировку. Деон, прочитав скрытый смысл, усмехнулся. — Он хороший человек. — Он хорош только к господину. — Ну, это верно. Он легко пожал плечами и крепче сжал чёрный платок, который крутил в руках. — ...Огонь. — Хотите сжечь? — Он мне больше не нужен. — У платка много применений. Думаю, лучше держать его при себе на всякий случай. — Если решишь, что мне нужен платок, дашь мне другой. Пока что я сожгу этот. — ...Упрямство. Хотя Дан ворчал и язвил, огонь он всё же подготовил. Деон поднёс платок к пламени, держал его, пока тот горел, и лишь когда испуганный Дан отшлёпнул его по руке, уронил на снег. Остатки платка потрескивали на снегу и безобразно исчезали. Красные глаза, смотревшие на это, повернулись к Дану, который держал его руку и осматривал. — Вы с ума сошли?! Обращаетесь с собой так, будто герой — это не вы! — Что? Деон думал, что так платок лучше сгорит до конца. Но если сказать это, нотаций станет ещё больше. Следуя прошлому опыту и инстинкту, он выбрал сменить тему вместо оправданий. — Тебе ведь так лучше. — Что? — Моя ценность подтверждена. Герой, стоящий на стороне Короля демонов. Что может быть более совершенным бедствием? Дан, державший рот закрытым, чтобы не ляпнуть лишнего, на мгновение широко раскрыл глаза. — Верно. Если подумать, это определённо бедствие. — Ты об этом даже не думал? — На мгновение забыл. — А если бы я оказался не тем, кем ты хотел меня видеть? — Ну. Это бессмысленное предположение, разве нет? В нынешней ситуации нет смысла отделять господина от бедствия. Служу ли я господину или Бедствию, в конце концов служу одному и тому же объекту. Он произнёс достаточно лёгкую реплику и остановился. Поскольку это не было темой, которую стоит расспрашивать или спорить в предположении «а что если», Деон без слов отвёл взгляд и окинул глазами приведённую в порядок ситуацию. На тела падал снег. Тишина стояла такая, словно недавнего шума вовсе не было. — ...Не знал, что религию можно использовать вот так. — Это действительно... ужасный метод. Я слышал, что Церковь Спасения пропитана мыслью: самопожертвование — это спасение. Это было промывкой мозгов ради сегодняшнего дня? — «Ты — моё спасение». Слишком очевидно. Деон рассмеялся над прямолинейной фальшивой верой. — В первую очередь это, должно быть, была основа, чтобы любые мои приказы выполняли верно. Он хорошо этим воспользовался. Жестокий, но полезный метод. Деон поднялся с места. Подобрав платок, который Дан оставил на земле, он повернулся к нему и слегка приподнял уголки губ. — Лучше тебе отдохнуть. После этого отдыха мы действительно побежим без остановки. Так что постарайся восстановиться как можно лучше. — ...Дорога сюда уже была не шуткой, а дальше будет ещё хуже...? — Конечно. Ты же видел, сколько времени ушло на путь сюда. Герцог, похоже, пытается выиграть время. Я не знаю зачем, но не могу позволить ему добиться своего. Мы побежим без сна, так что будь готов. — О боже. Дан застонал. Деон не знал, почему ему становится приятно, когда этот парень страдает. Услышав безмолвный крик, он опустил уголки губ, которые всё норовили подняться, и сказал то, что собирался с самого начала. В руках он крепко держал шкатулку. — Если не нравится, можешь вернуться в мир демонов. — Следовать за господином до конца... ха, пустые слова. Дан хлопнул себя по рту и снова заговорил: — Конечно, возвращение помогло бы моему выживанию в другом смысле, но так я не вернусь. У меня тоже есть гордость. — У меня есть поручение. — О, если так. Без лишних слов. Дан ухмыльнулся и выпрямился, будто готов принять приказ. Однако вместо того чтобы сразу отдать приказ, Деон какое-то время молча смотрел на него. Когда-то Дан ненавидел получить шкатулку с головой младшего брата короля Рвече. Даже когда нужно было просто ненадолго взять её, он открыто отказался. Сможет ли такой человек действительно выполнить то, что Деон собирается ему поручить? Но даже так единственный, кому он мог доверять, — этот парень. — ...Сохрани это в моей комнате в мире демонов. Он протянул шкатулку, которую держал у груди. — Во время перевозки не должно быть ни повреждений, ни проблем. Её нельзя подвергать никаким ударам. — ... — И раз уж будешь там, передай Девелании: пусть во что бы то ни стало найдёт тело Круэля Харта. Как человек, видевший его последние мгновения, как тот, кто выжил благодаря ему, и как единственный оставшийся кровный родственник в этом мире, Деон поклялся: тело Круэля Харта будет возвращено. Именно поэтому нельзя было нести это в столицу Империи. Если он потеряет шкатулку или она повредится, появится ещё одна вещь, за которую он никогда не сможет себя простить. Тогда он, возможно, действительно рухнет. Улыбка исчезла с лица Дана. — В целости. В таком же состоянии. Он протянул руки и принял шкатулку. Ни малейшего признака отвращения. — Я доставлю её в комнату господина. — Хорошо. Дан почтительно держал шкатулку и слегка склонил голову. Он знал, что это значит для господина. Он также слышал и знал, как умер человек внутри. В такой ситуации он не мог выразить отторжение просто потому, что это «шкатулка с головой». С этим человеком нельзя обращаться небрежно. Дан знал, как соблюдать минимальную доброту и вежливость. — Спасибо. Деон произнёс это шёпотом. ---------- Ради тебя (11) Столп света сиял так ярко, что его было видно из любой точки континента. Это означало, что весь мир людей узнал о рождении героя. Герой, драматично явившийся в угрожающей ситуации, когда армия Короля демонов прижала Империю к краю обрыва. Даже не зная, кто именно им стал, люди естественно обрели надежду. То же было и с королевой Горного королевства. Было то же — но сейчас её сильнее тревожило другое. «Я правда не могу связаться». Они вообще выбросили устройство связи? Что это за неуважение к королеве страны — произвольно сообщить и в одностороннем порядке оборвать связь? Это что, поведение императора? И всё же она не могла полностью рассердиться, лишь пристально смотрела на камень связи. Потому что понимала, что означали его действия. — ...Человек, которого невозможно полностью ненавидеть. Если монарх чужой страны способен вызвать у неё такое чувство, значит, его выбор действительно был незаурядным. — В любом случае всё ужасно. Как теперь иметь дело с армией Короля демонов? Остаётся только ждать чего-то от героя? Она вздохнула и нахмурила брови. * * * Король Рвече, естественно, тоже услышал новость о появлении героя. Пока все питали надежду, он тихо пробормотал, вспоминая лицо младшего брата, который покинул комнату с задёрнутыми шторами, не оставив после себя ни одного портрета: — Прости. Похоже, жизнь Империи продлится дольше, чем я думал. Пока не было известно, кто стал героем. Его посещала очень личная и эгоистичная мысль: было бы лучше, если бы этим героем оказался Деон Харт и отомстил императору. Но невозможно, чтобы героем выбрали человека, который вместе с демонами буйствует среди стольких людей в мире людей. Если раскрыть кому-то эти чувства, тот наверняка будет потрясён. Возможно, спросит: если обида так глубока, почему ты ничего не делаешь? — Я был глуп. Конечно, он хотел отомстить сам... но как король страны дал обещание рыцарю Империи. Додумав до этого места, он рассмеялся. — В конце концов я король и ничего не могу с этим поделать. Ему нечего сказать, даже если его осудят: он жалкий старший брат, который не смог отомстить за младшего. На миг его переполнило самообвинение, но он подобрал выливающиеся эмоции, похоронил их в сердце и поднялся. Нельзя заниматься государственными делами, утонув в чувствах. Теперь снова пора выполнять обязанности короля. * * * Появление героя не произвело на императора впечатления. В любом случае, даже если герой придёт на помощь, нынешний императорский дворец к тому времени уже падёт. Сам он к тому моменту уже уйдёт. Вспомнилось местоположение демонов, которое постоянно менялось. «Их скорость продвижения была на уровне бега без сна?» По какой-то причине они внезапно сменили маршрут посреди пути, и это заставило задуматься, не пытались ли они выиграть время. Но даже так они, похоже, прибудут раньше ожидаемого. Когда император понял, что целью при изменении маршрута были владения Иллюстера, его выражение стало тонким, но лишь на мгновение. Все, кто находился на пути к императорскому дворцу, давно эвакуированы. Остались лишь те, кто в столице. Дворяне, оставшиеся в столице ради безопасности народа Империи и себя самих. Сначала он попытался эвакуировать жителей Империи, а затем дворян, но встретил сильное сопротивление. Возражали не потому, что он выводит каких-то простых имперских граждан раньше них. Они протестовали, спрашивая, почему вообще должны эвакуироваться. Нелепо переносить столицу в такой момент. Разве не слишком самовольно делать это без единого обсуждения? Неужели он действительно собирается бросить дворец с долгой историей? Так, выходит, он знал, что Деон Харт — командир Нулевого корпуса? Среди высказываний были и приемлемые, и совершенно не относящиеся к делу, но в конце концов сопротивление длилось недолго. [Мы уже всё сделали. Остались только вы. Иными словами, все войска уже перемещены туда. Если вы останетесь здесь, вам останется только умереть. Если вы хотите остаться настолько...] [Я поеду.] Вот видите. Император усмехнулся. «Какая ещё долгая история?» Даже вспоминая это, он считал абсурдным. Использовать долгую историю как причину не бросать дворец. Было много слов, не стоящих ответа, но именно это запомнилось сильнее всего. Неужели они считают эту Империю страной, продолжающей историю прежней династии? Смешно. Он не возвысил прежнюю династию до Империи. Он стёр всю династию и построил Империю поверх неё. И они думают иначе только потому, что кровь монарха унаследована? У этого дворца долгая история, но она не становится долгой историей Империи. Долгая история? Какое отношение имеет к нему история династии до его восшествия на трон? Он использовал этот дворец как есть не потому, что уважал его историю, а потому, что не хотел тратить налоги на строительство нового. * * * Золотые глаза, похожие на глаза дикого зверя, скользнули к рыцарю перед ним. Перед ним стоял неожиданный — а возможно, вполне ожидаемый — человек с твёрдым взглядом, словно уже принявший решение. Внутри император горько улыбнулся. — Почему ты не отправилась и не нашла свой багаж? Уверен, Мы велели тебе двигаться. — Прошу позволить мне остаться здесь. Лиен Райнер, рыцарь, когда-то служившая Деону Харту, склонила голову. — Я знаю, что Ваше Величество намеренно поместили меня туда, где я не встречусь с ним. Я глубоко благодарна за эту заботу, но у меня есть причина встретиться с ним. — Слова, которые легко неверно понять. Жизнь тебе не дорога? Это была угрожающая ситуация: при малейшей ошибке ей могли снести голову. Но, увидев императора и поняв его по-своему, она спокойно ответила: — Я знаю, что Ваше Величество не из тех, кто так поступает. — ... Император какое-то время молчал, словно лишившись слов, затем медленно поднял уголки губ. Его улыбка была немного горькой. Ответил он не на слова Лиен, а на её прежнюю просьбу. — Даже если бы Мы приказали тебе эвакуироваться императорским указом, ты всё равно снова отправилась бы искать его. Если она не встретится с ним, то проживёт всю жизнь в вине и страдании. И так слишком много людей живут со страданием — незачем добавлять ещё одного. Поэтому ему оставалось только кивнуть. — Делай как хочешь. И... После короткой беседы с Лиен Райнер император сжал пульсирующие виски, когда появился новый посетитель. — Вы... Хотя приказ об эвакуации был отдан, герцог даже не вошёл во дворец, не говоря уже о бегстве, и не проявлял беспокойства. Умрёт он или нет — неважно, если его смерть не будет связана с императором. Он понимал, почему Лиен Райнер сказала, что останется. Он знал, что она чувствует. Но вы — нет. Император выплюнул слова с низким гневом, словно рычал: — Почему вы всё ещё здесь? — Ваше Величество всё ещё здесь, так как же мы посмеем бежать первыми? Это было бы нелояльностью. Принц и принцесса, которые уже должны были уйти и не должны были находиться здесь, стояли перед ним. * * * Движения императора были странными. Пол, который с подозрением следил за ситуацией в Империи с тех пор, как направил войска в Миллер, быстро принял решение, когда услышал, что все люди на пути к столице эвакуированы. «Вместо того чтобы помогать Империи, надо думать, как выжить после её падения». Император бросил Империю. Может, не Империю, а столицу. Но в любом случае трудно ожидать от Империи силы в будущем. Жители столицы ещё не эвакуированы, но если всё продолжится так, скоро двинутся и они. Нужно сохранять силы. Пол немедленно вывел революционные силы из Империи. Он затаился, решая, что делать дальше, исходя из обстановки... — Прошу, помоги мне. Он получил звонок от герцога. — Я знаю, что именно ты задерживал армию Короля демонов в других регионах. Вы старательно сдерживали их разными заклинаниями, заставляли терять путь и блуждать, верно? Благодаря этому Империя смогла сосредоточиться только на боях в ключевых местах. Спасибо. Слова, которых он никак не ожидал услышать, прозвучали слабо, словно рассыпаясь. Пол молча посмотрел вниз на сигнал связи, переданный через Церковь Спасения. Искренняя благодарность могла удивить, но... Из-за этого умер Даниэль. Настороженность была естественной. Вдруг вырвался грубый голос: — Ты просишь о помощи? Что именно? — Армия Короля демонов скоро прибудет к столице. Задержи их прибытие ровно на три часа. Ни больше, ни меньше. Герцог не мог не понимать, что это была саркастическая реплика, а не вопрос. И всё же он ответил именно так — значит, он настолько отчаян? Пол вспомнил скорость, с которой армия Короля демонов продвигалась к столице. Были донесения, что они бегут без сна. Он слышал, что Деон Харт, будто решив сократить время до предела, менял лошадей всякий раз, когда те уставали, и, упрямо отказываясь от лошадей мира людей, ехал на коне мира демонов. И будто этого было мало, с какой-то странной уверенностью они оставляли отставших каждый раз, прибывая в новые владения, хотя в такой ситуации был ценен каждый солдат... Последние сведения говорили, что они достигли ближайших к столице владений. Если так продолжится, они, вероятно, прибудут в течение половины дня. — Это торговый запрос? — Прошу. Я уже отдал всё своё имущество. Род герцога не чужд богатству, накопленному поколениями, но он отдал всё...? Связано ли это с просьбой всего о трёх часах? Пол на мгновение склонил голову. «Не моё дело, куда герцог тратит своё состояние». Важно другое: он пытается получить помощь бесплатно. Пол усмехнулся. — Ты убил командира отряда, а теперь хочешь воспользоваться нами бесплатно. С точки зрения герцога, попросить именно «одолжение», а не «сделку», должно было быть довольно унизительно. И поскольку противником была революционная армия, которую он когда-то держал под контролем, его высокая гордость, вероятно, была жестоко растоптана. Хорошо понимая это, Пол лишь улыбнулся и язвительно сказал: — Бесстыдник. — Но... специально для тебя я выполню просьбу только в этот раз. Если учесть, сколько гордости герцог, должно быть, пожертвовал ради этой просьбы, можно сказать, что награда уже получена неплохая. Когда ещё наступит день, когда гордость герцога будет растоптана вот так? Это была не просьба убить Деона Харта и не просьба разгромить армию Короля демонов, а всего лишь выиграть три часа. Поскольку эту проблему можно было решить с минимальными потерями, используя магию и магические формации, Пол с огромным удовольствием согласился. Перед разрывом связи ему, кажется, послышался скрежет зубов, но он проигнорировал его. * * * После становления героем физическая сила Деона Харта должна была возрасти. Он бежал без сна. После ухода из Замка Короля демонов каждый раз, когда он спал, ему снились кошмары. Поэтому способность выдерживать без сна стала одной из немногих причин быть довольным тем, что он стал героем. Демоны, не выдерживающие такого, издавали предсмертные звуки, но Деон верил в их крепкие тела. «Они ведь демоны не просто так». Если немного не поспят, проблем не будет. Они прибыли к окрестностям столицы с максимальной скоростью... И что это? Он заблудился. Деон убедился в этом, когда один демон осторожно заговорил, пока они стояли у частного дома. — Деон, кажется, мы всё время кружим на одном месте. — ...Ты тоже так думаешь? — Да. Неудивительно, что он чувствовал: сколько ни идёт, дорогу не найти. Лес мешал уверенности, но то дерево выглядело как уже виденное. «Шаманство». Деон был уверен в заклинании искажения пространства, потому что слышал о нём от шаманки во время уничтожения Церкви Спасения в прошлом. — Обычно в таком случае остаётся либо найти и уничтожить опорный узел магической формации, либо найти правильный путь. Но правильный путь мы вряд ли найдём... ...Раз это лес, может, просто сжечь всё дотла? ---------- Прощай, сожаление (1) Но Деон заключил сделку с Королём фей — не делать этого. Если взвесить, потеря от нарушения сделки окажется больше выгоды. Он не мог выбросить лучшую карту ради мгновенного удобства... Нахмурившись, он снова погрузился в мысли. — Магию использовать нельзя, верно? Если бы было можно, ты сказал бы раньше. — Да, похоже, подавление магии продвигается. Чёрт. Они почти на месте. Что за бедствие? Бен рядом с ним, словно у Деона поднималось давление, обмахивал его веером и говорил успокоиться. Теперь он не будет кашлять кровью или падать в обморок от повышенного давления. Деон, мрачно принимая то, что Бен ему дал, лишь повернул глаза и взглянул вверх. В тот миг, когда Бен, последовав за его взглядом, невольно поднял голову, Деон ударил кулаком по стоящему рядом дереву. Хрясь! Дерево рухнуло с треском, и вместе с ним сверху свалился кто-то. — Проклятье! — Кажется, здесь есть устройство, искажающее восприятие, так что было трудно угадать, где он прячется... но если он подобрался так близко, всё иначе. Деон бросил лук, который держал, и наступил на запястье парня, быстро вытянувшего кинжал. Любезно забрав клинок, он улыбнулся. — Думаешь, искажение восприятия распространяется и на тебя? Иначе зачем подходить близко, если у тебя есть лук? Похоже, ты пытался ударить исподтишка. Какая жалость. Отобранный кинжал изящно закрутился в пальцах Деона. Лёгкий голос продолжил, будто шутя: — Раз уж мы достаточно повеселились, может, перестанешь и скажешь, как отсюда выйти? — Чёрт. Почему бы вам просто не блуждать здесь вечно и не сдохнуть? — Хм. Хруст. — А-а-а! — Ты правда не скажешь? — Ха-ха-ха! Думаешь, скажу? — Жаль. Если всё пойдёт хорошо, удобно будет обеим сторонам. Деон снял капюшон, чтобы допрос было проводить удобнее. Он больше не нуждался в нём, но продолжал носить по привычке... — С ума сойти... — Хм? Похоже, стоило снять раньше. Когда он без особой причины посмотрел вниз на ругательство, его взгляд встретился с глазами парня, который смотрел на него как зачарованный. Тот тут же отвернул голову, избегая взгляда, но это выражение было знакомым, и Деон не мог просто проигнорировать его. Так... где он это видел... «А, Лиринель». ...Возможно, выбраться будет проще, чем он думал. Деон, ухмыльнувшись, сел перед ним и приподнял его подбородок. Когда их глаза встретились, зрачки парня начали непрерывно дрожать. Деон закрыл глаза, ощущая живое смятение. — Поговорим? — ... В итоге. Благодаря превосходному проводнику армия Короля демонов смогла благополучно выбраться из ловушки. * * * Герцог знал, что мир всколыхнуло рождение героя. Но какое это имеет значение, если армия Короля демонов уже у самых ворот? До этого герой всё равно не смог бы добраться сюда. «Что вообще случилось с этим именем?» Хотя он слышал взрыв через камень связи, Деон Харт, как говорят, всё ещё жив и продвигается сюда. На этом этапе герцог признал: этот парень — таракан. «Я был в некоторой степени готов, но не думал, что он и правда вернётся живым». Через тридцать минут прибудут наёмники, запрошенные у Эсперанеса. В вилле, принадлежащей герцогскому роду и расположенной в столице, герцог спокойно готовился уйти. Сэрин, смотревшая на него с тревогой сбоку, осторожно спросила: — Куда вы идёте? — Мне нужно ненадолго уйти. Лучше скажи: ты правда не собираешься эвакуироваться? — Герцог всё ещё здесь, как же я уйду одна? Вы не можете не идти? У меня плохое предчувствие. Герцог, надевавший пальто, замер. На его губах на мгновение появилась слабая улыбка. — Ты вдруг ведёшь себя странно. — Простите. Но... — Сэрин. Сэрин закрыла рот. В тишине зазвучали шаги герцога. Звук постепенно приближался и остановился только перед ней. Обычно она давно бы извинилась и отступила. Но в этот раз всё было иначе. «У меня плохое предчувствие». Неспокойно. Она так тревожилась, что сердце бешено колотилось. Поэтому Сэрин подняла голову и посмотрела на герцога с решимостью не отступать. Вместо того чтобы давить на женщину, которая смотрела прямо на него, герцог ответил сладким взглядом. — Спасибо за беспокойство. — Но мне нужно идти. Так что я хочу, чтобы ты отпустила меня. Сэрин растерянно уставилась на свою поднятую руку, только теперь поняв, что когда-то схватила его. Как однажды прежде, герцог медленно опустил голову, и на тыльную сторону её ладони лёг маленький тёплый след. Поцелуй. Он поднял голову с тихим шорохом. Вместе с этим появилась сладкая улыбка глазами, будто способная растопить всё. — Я вернусь. Действие, полностью использующее её симпатию к нему. Сэрин, воспользовавшись неожиданностью момента, только смотрела, как герцог без сожалений выходит за дверь, а затем беспомощно рассмеялась. Как его остановить, если он делает такое? — Дорогой... хотя тебя самого тянут за собой эмоции. Она знала, что он идёт в императорский дворец. Знала и то, что император ему дороже, чем он думает. Хотя он никогда этого не признает, это была очевидная форма привязанности. Оттого было ещё печальнее. — Ты бездумно манипулируешь чужими чувствами. Сэрин начала собираться. * * * Добравшись до столицы, Деон решил не идти прямо в императорский дворец, а сначала переодеться: одежда не менялась уже несколько дней, пока они бежали сюда. Она была грязной, покрытой пылью и изорванной, так что Деону было неприятно её носить. Главное, он не хотел идти к императору в жалком виде. Бен, взявший на себя роль советника вместо Дана и Эда, вошёл в ближайший дорогой магазин одежды, стал рыться в вещах и спросил: — Что хотите надеть? — Не знаю. Лучше привычный мундир. — Если мундир... как насчёт этого? — Он чёрный. — Если не нравится, то этот? — Тоже чёрный. Даже если не выставлять это так напоказ, весь мир и так знает, что он из армии Короля демонов. Бен, который наклонил голову, не понимая, почему не получает положительного ответа, вдруг вздрогнул, словно ему что-то пришло в голову. — Белый мундир нельзя. — Верно. Лучше уж выбрать самому. Деон подошёл к вешалке с мундирами. Магазин всё равно пустовал, и можно было просто взять, что угодно, поэтому он рассматривал всё подряд, не думая о цене. После короткого раздумья он выбрал красный мундир. Цвет и фасон напоминали форму, когда-то подаренную императором. — Неплохо. Похоже, он прошёл личные стандарты Бена. Когда Деон быстро пошёл в примерочную переодеваться, тот добавил ему вслед, будто подчёркивая: — Пожалуйста, наденьте только рубашку и штаны, а верхнюю одежду возьмите с собой. Обязательно! Один демон-солдат, похоже, удивился: — Есть причина так говорить? — Так проще, если захочется привести одежду в порядок. — ... Деон молча снял рубашку. * * * Только когда перед ним показались главные ворота императорского дворца, Деон осознал: Он действительно дошёл так далеко. Однако времени прочувствовать это не дали. Он застыл, увидев рыцаря, стоявшую в одиночестве перед воротами. Рыцарь тоже на мгновение замерла, увидев Деона Харта, но это действительно было лишь мгновение. Она позвала его так, будто они давно не виделись. — Мой господин. — Сэр Лиен. Деон почти простонал её имя. — Зачем вы пришли сюда? — Как рыцарь, служащая своему господину, я пришла остановить его, чтобы он не сбился с пути. Искренне прошу вас остановиться здесь. Ах. Он нарочно оставил её позади, потому что думал: именно так и будет. Деон снова и снова провёл рукой по сухому лицу. Он правда... правда не знал, что с ней делать. Он не хотел убивать её, поэтому ушёл без единого слова, избегая столкновения. Возможно, бешеные псы поступили так по той же причине. Если бы она просто сдалась, отпустила всё и жила по течению, они бы не встретились. Зачем же она пришла к нему вот так? — Все отойдите на подходящее расстояние. Демоны поняли и медленно отступили. Лишь когда расстояние стало таким, что даже Бен не мог слышать разговор, Деон снова перевёл взгляд на Лиен. — Сэр Лиен. — Да, мой господин. Непоколебимый голос вернулся к нему. ...Она всё ещё зовёт его господином. Деон крепко зажмурился и снова открыл глаза. Сложные чувства растаяли и вытекли одной фразой. — Сэр... вы не злитесь на меня? А рыцари Лофти? Все рыцари под его командованием тоже ушли в мир демонов, ничего не сказав. Ей пришлось вынести все проблемы, возникшие из-за этого. Возможно, дело было не только в простой ответственности. На неё наверняка вылили эмоции вроде обиды и ненависти, так что она, скорее всего, страдала гораздо сильнее обычных трудностей. Было бы странно, если бы она не чувствовала обиды. — Рыцарь не винит своего господина. — Если вы вернётесь сейчас, я не стану винить вас в будущем. Твёрдые глаза смотрели прямо в красные. Деон на мгновение опустил взгляд, чувствуя дискомфорт от этих ясных глаз, которые будто заставляли его увидеть грязное, влажное и кровавое дно этого места. Мимолётную тишину нарушил низкий голос, похожий на шёпот. — Я стал героем. — ... — Вы никогда не победите меня. Если будете так останавливать, то точно умрёте. Поэтому лучше... — Если вы пройдёте через эти ворота, вы будете целиться в жизнь Его Величества, верно? Лиен Райнер обнажила меч. Лицо её исказилось, будто она подавляла печаль. — Помните, что я сказала, когда приносила рыцарскую клятву? [Я, Лиен Райнер, признаю Деона Харта своим господином, служу ему и клянусь следовать ему и его приказам, рискуя жизнью, пока они не противоречат воле Его Величества Императора.] — Рыцарь не должен направлять меч на своего господина. Я не могу молча смотреть, как угрожают жизни моего господина. Поэтому, командир Нулевого корпуса, вы... — ... — Я отдам жизнь, чтобы остановить вас. Она назвала его командиром Нулевого корпуса. Значит, господин, о котором она говорила, — император. ...Деон помнил её клятву. Это была впечатляющая клятва при впечатляющих обстоятельствах. Возможно, именно поэтому он помнил и ответ, который дал тогда. [Я обещаю сделать всё, чтобы твоя верность не оказалась напрасной.] Он первым нарушил клятву. Поэтому у него не было права говорить что-то ещё. Дальнейшие попытки уговорить Лиен Райнер стали бы оскорблением для неё, и Деон вытащил кинжал. Демонам, шептавшимся так, будто собирались в любой момент броситься вперёд, он холодно приказал: Не вмешиваться. — Сэр Лиен, вы знаете? Ответа не было, но её глаза сразу сосредоточились на нём, будто она слушала. Деон спокойно улыбнулся. — Я любил ваше прямое рыцарство. — ... — Но теперь чувствую обиду. Кажется, когда-то он восхищался ею и уважал. Сначала это было не так. Всё началось с удивления и беспокойства. Как человек может жить так? Разве это не утомительно? Что она будет делать, если однажды сломается? И всё же её неизменная прямота была такой достойной, что в конце концов он полюбил это глупое рыцарство. — Будьте хоть немного гибче. Позвольте мне быть хоть немного мягче. Потому что я не могу сделать того, что другим даётся как само собой разумеющееся: просто закрыть глаза. — ... — Довольно. Что бы я ни сказал, позиция сэр Лиен не изменится. Деон взмахнул кинжалом в сторону рыцаря, стоявшей в честной стойке. — Чего стоите? Атакуйте первой. Глядя, как Лиен со всей силой бросается вперёд, Деон горько провёл языком по нёбу. Да, лучше всего ей будет выиграть хоть немного времени, сражаясь изо всех сил. Ради вашей чести я тоже выложусь полностью. Сколько сможет продержаться против героя простой рыцарь, даже не являющийся героем? Кинжал и длинный меч переплелись. ---------- Прощай, сожаление (2) Никакого неожиданного поворота не было. В тот миг, когда мечи столкнулись, демоны поняли. «Она Деону не соперник». Мужество в одиночку встать и преградить главные ворота было похвально, но не более. Увидев скучный и очевидный результат, они потеряли интерес к человеческому рыцарю так, будто изначально его и не проявляли. «...Первый обмен был лёгкой разведкой». Лиен с неверием посмотрела на свой меч, который широко отскочил, затем её выражение застыло. В следующий миг она заново выровняла стойку, и меч резко устремился к сердцу. Хотя Деон ещё не успел окончательно принять позу и потому открыл брешь, он легко отбил удар и, искажая лицо, взмахнул кинжалом. Деон Харт явно доминировал, но выражения их лиц были настолько противоположными, что любой решил бы: ситуация обратная. «Чёрт». Быть героем настолько неприятно? Деон стиснул зубы. Такое чувство, будто он топчет все усилия, которые человек вкладывал долгие годы. Особенно для Лиен Райнер этот меч, должно быть, означал всю её жизнь. Он понял это с одного единственного столкновения. Легко. Слишком легко. «Это нечестно». Говорят, жизнь изначально несправедлива, но это уже слишком. Как выразить эту мерзкую ситуацию и чувство? Даже если он не выкладывается полностью, он кажется себе неисправимым куском мусора, который оскорбляет её. Судьба снова так его изнасиловала. — О чём... вы сейчас думаете? Лиен, заметив, что в его мече есть отвлечённые мысли, спросила резко. Деон вместо ответа на мгновение остановился. Некоторое время они стояли в затишье. — Ни о чём. Движения продолжились куда яростнее прежнего. Для неё не выкладываться полностью стало бы ещё большим оскорблением. Значит, не нужно колебаться. «В этой ситуации правильное, как кажется, проявление заботы — лишь самоудовлетворение». Понимая, что его неловкая забота может принести ей стыд, Деон бросился вперёд со всей силой. Ситуация закончилась мгновенно. Прямая рыцарь сломалась в одно мгновение. [Напоследок... Есть что-то, что хочешь сказать?] [Пожалуйста, не оставляйте здесь больше сожалений.] [Я...] [Вы уже оставили достаточно.] До самого конца в её словах и глазах не было сожаления. С этой памятью в голове Деон, не обращая внимания на тело, оглядел демонов. — Ждите здесь. — Что? — Вы всегда так делали. Почему снова? — Но это столица и императорский дворец. Это не то же самое, что особняк в поместье... — Ничем не отличается. Деон пожал плечами. — Похоже, там пусто. А даже если есть засада, сейчас они вряд ли смогут меня убить, так что беспокоиться не о чем. — ... — Ждите здесь. * * * Что такое император? Об этом Эдоардо задумался вскоре после того, как получил титул «император» по окончании Восьмилетней войны. Добродетели монарха обычно изучают, будучи принцем. Другим людям, возможно, и в голову бы не пришло об этом размышлять. Но, как ни иронично, Эдоардо, девятый принц без титула, не изучил ничего из того, что должен был знать будущий монарх, и именно поэтому смог серьёзнее задуматься над этой темой. Император — это просто тот, кто царствует? Нет. Отец народа Империи? Нет. Он не хотел обсуждать такие банальные вещи. Император... В золотой короне, в одиночестве сидя на великолепном троне в пустом тронном зале, Эдоардо подпёр подбородок и тихо опустил глаза, словно погрузившись в мысли. Немезеус, сидевший в стороне, мягко позвал его. — Ваше Величество, Деон Харт, как сообщают, столкнулся с Лиен Райнер у главных ворот. — ... — Вам действительно нужно уходить сейчас, чтобы время, которое она выиграла, не пропало зря. Королевская гвардия ждёт за дверью... — ...Немезеус. Эдоардо взглянул на наследного принца и принцессу, которые тревожно смотрели на него рядом, и протянул сложенный лист бумаги. — Ваше Величество, это...? — Карта тайного хода из императорского дворца. — Да? Почему это...! — Забери наследного принца и принцессу и укрой их. — Дядя!! Наследный принц и принцесса возмутились. Но прежде чем они успели что-то сказать, Эдоардо твёрдо заставил их замолчать. — Думаю, с вашего упрямства достаточно. — Это не упрямство! — Упрямство. Важнейшие наследники упорно остаются здесь. Легко отчитав их, он снова посмотрел на Немезеуса. В отличие от срочности ситуации, голос его звучал лениво и спокойно, будто разговор шёл обычный. — С тех пор как стало известно, что Деон Харт — командир Нулевого корпуса, все часто задают один вопрос. Думаю, и ты всегда хотел спросить, хоть и не спрашивал прямо. Даже без прямого упоминания все в комнате поняли, о чём он говорит. Это был вопрос, которым задавались не только дворяне Империи, но и простолюдины, и люди из других стран. [Знал ли император, что Деон Харт — командир Нулевого корпуса?] — Вы, наверное, ожидали этого, но да. Я знал. Почти с самого начала. — ... Зрачки Немезеуса расширились. Сбоку наследный принц поспешно попытался позвать его, но Эдоардо продолжил, будто отрезая все возражения. — Я чувствую, что лишаюсь титула императора. Однако наследный принц и принцесса об этом не знают. — ... Нет, знают. Как они могли не знать, если передача власти была подготовлена вовремя? Но наследный принц быстро закрыл рот. Суровый голос императора продолжил: — Поэтому это приказ. Поскольку Эдоардо не изучал искусство правления, он познавал «императора» через собственный опыт. Поэтому логически объяснить эту тему он не мог. Но знал одно: — Империя прошлого останется здесь. Что до него самого... Эдоардо Дезерт ни единого мгновения не был императором. Что получится, если подогнать себя под общепринятый образ императора? Он всегда принимал важные решения как «Эдоардо», а не как «император». Но с племянниками могло быть иначе. Эдоардо Дезерт медленно продолжил, глядя на детей, которые были такими же светлыми, как их старший брат. — Вы должны защитить нынешнюю Империю и будущую Империю. Теперь настало время отступить. Это естественный процесс, в нём нет ничего печального или странного. Нужно знать, когда отойти, и для Эдоардо это время пришло. Галлюцинации достигли предела, а армия Короля демонов уже у самых ворот. Более того, виновником этой ситуации был сам Эдоардо. Значит, вместо того чтобы бежать и пытаться выжить, ему правильно исчезнуть именно сейчас. Что будет потом, если он без причины будет цепляться и цепляться, сойдёт с ума и будет свергнут чужими руками? Или если, будучи императором, умрёт от рук армии Короля демонов? Даже учитывая психологический удар для двух наследников, которые ещё не готовы душевно, так поступить правильно. Два представителя королевской семьи застыли от ясного заявления о передаче трона. Немезеус закусил губу и медленно опустился на одно колено. — Я вернусь как можно скорее. — Ну. Я уверен, что вы успеете эвакуироваться, но я не собираюсь ждать твоего возвращения. Не возвращайся. Принц и принцесса задрожали, словно наконец пришли в себя от мягкого голоса. Тут же вспыхнуло яростное сопротивление. — Подождите, генерал! Вы правда собираетесь оставить Его Величество? — Это приказ, значит, я обязан следовать. — Дядя! Вы с самого начала собирались так поступить? — Как вы можете! Голоса, становившиеся всё громче, прервал отчётливый стук. Тук-тук. — Сообщаю это с риском показаться невежливым: даже часа недостаточно. Думаю, вам следует уйти немедленно. — Вы пришли как раз вовремя, господа! Попробуйте убедить Его Величество. Он говорит, что останется здесь! — Что? Что это значит...?! Ваше Величество! Даже взгляды Королевской гвардии сосредоточились на нём. Голова звенела и без лишнего шума. Эдоардо на мгновение нахмурился. Он почувствовал тёплый жар на кончиках пальцев. — Я разочарован. Думал, вы поймёте меня. — Что вы имеете в виду! Изначально именно Ваше Величество должен был эвакуироваться первым... — Неверно. Он поднял взгляд. Его глаза встретились с глазами премьер-министра Ардала, который ждал за дверью, чтобы пойти вместе с ним, говоря, что не может уйти первым, пока вся королевская семья остаётся здесь. Должно быть, Ардал слышал их разговор, но глаза его были спокойны и не выражали удивления, будто он принял это как должное. Да, он так и думал. — Именно Мы должны оставаться здесь до конца. — Разве чиновники забыли приветствие, которое обращают ко мне? Они произносят обычное приветствие, называют своё имя и говорят: «Встречаю нынешнюю Империю». Но какое это имеет отношение? Под вопросительными взглядами тех, кто повышал голос, терпение Эдоардо наконец лопнуло, и он повысил голос. — Вы и правда не понимаете, что это значит?! Или в глазах чиновников Мы выглядели простаком, который не способен отвечать даже за собственные слова?! Даже в привычном приветствии после становления императором Эдоардо всегда говорил, что император — это Империя. Они думали, это просто бездумные слова, сказанные из-за власти? — Смешно! Мы ясно сказали, что являемся Империей. Вы думаете, Империя может сбежать? — ... — Империи не бегут. Нельзя бежать. Вы правда думаете, они последуют за страной, которая бросила свой народ? Император должен остаться здесь ради наследного принца, который унаследует трон. Жителей столицы эвакуировали, но окружающих жителей — нет, ведь они не находились на пути армии Короля демонов. В такой ситуации только королевская семья бежит в самую безопасную крепость? Никто не поверит королевской крови. Народные настроения — основа императорской власти. Даже если наследный принц, законно получивший трон, займёт его, он, скорее всего, уже не сможет пользоваться такой же сильной императорской властью. — Я не собираюсь становиться хозяином страны без народа. Не собираюсь войти в историю как бездарный монарх, который бросил людей и сбежал. Даже мысль о том, что меня запомнят как последнего императора павшей страны или полностью забудут, стерев с задворок истории без единого следа имени, отвратительна! Поэтому я говорю, что останусь здесь! А вы что? Почему не сбегаю? Золотые глаза сверкнули, как у дикого зверя. Не выдержав этого дерзкого взгляда, присутствующие быстро опустили головы. В внезапной тишине Эдоардо мягко вздохнул и прислонил лоб к кулаку. ...Он разгорячился и слишком возбудился. — Если поняли, теперь идите. Времени нет, и теперь все должны были понять. Лучше отправить их поскорее. Премьер-министр, наблюдавший за ситуацией, широкими шагами вошёл и принял двух членов королевской семьи. Наследный принц и принцесса, и без того не способные победить решительного премьер-министра в состоянии потрясения, вышли наружу с искажёнными лицами. Королевские гвардейцы, включая Немезеуса, последовали за ними, словно охраняя. В конце взгляды премьер-министра и императора мимолётно встретились, но никто не сказал ни слова, и они естественно отвели глаза. * * * Эдоардо, оставшийся один, снял корону, положил её и поднялся. ...Он мог сбежать первым. Мог спастись, пожертвовав жизнями других. Если быть хоть немного эгоистичнее, способов прожить хотя бы на секунду дольше было бесчисленное множество. «Но так нельзя». То, что никто не поверит крови королевской семьи, равнозначно тому, что основа Империи пошатнётся. Жизнь Эдоардо Дезерта и благополучие Империи. Весы очевидно склонялись в одну сторону. Поэтому это не жертва. Это решение, принятое холодным расчётом ради цели. Если одной этой жизнью, которую он всё равно выбросит, можно защитить основу Империи, значит, дело того стоит. Это его эгоизм. Он вспомнил слова, которые повторял снова и снова, словно привычку. «Бремя — это Империя». Нет. — Я — Империя. То, что живёт Империя, означает, что живу я. Пока Империя в безопасности, император Эдоардо будет записан в самом верху имперской генеалогии и будет жить долго. ---------- Прощай, сожаление (3) Я вытащил меч, прислонённый к трону. Бросив ножны на пол, он зашагал вниз по ступеням с мечом в руке. С каждым шагом уровень воды опускался, пока не дошёл мне до щиколоток. В какой-то момент изменился и сам вид галлюцинации. Призрак, до смерти изводивший меня, исчез без следа, а вместо него я увидел кровь, бьющую из-под ног. Плеск и запах крови были пугающе отчётливыми. Кровь, собиравшаяся под ногами, уже доходила до щиколоток, и уровень всё продолжал подниматься — значит, в конце концов я, скорее всего, захлебнусь в ней и умру. Я не собирался проигрывать каким-то уродливым видениям. Как всегда, шагая прямо и без колебаний, он снял с плеч плащ, который постоянно носил. Красный плащ, расшитый золотой нитью, взметнулся в небо. *** В день, когда первый принц отправился умирать, он попросил меня позаботиться об Эльпидиусе и Алетее. Я почувствовал дурное предчувствие, но не смог его остановить. Это чувство вины было таким огромным, что врезалось в угол моего сердца. Думаю, именно тогда и началась моя ужасная жизнь. Начав с простой ответственности и мести, человек, севший на трон монарха, вскоре был вынужден взвалить на себя ещё один груз вины из-за правды и избрал путь войны, чтобы хоть как-то облегчить её. И в итоге получил титул императора, так и не сумев умереть. Ответственности было слишком много, чтобы позволить себе смерть. Хотя Эдоардо казалось, будто его в любой момент раздавит насмерть, он не мог этого показать. Ведь всё это было следствием его собственного выбора. «Когда у меня начались галлюцинации, я думал, что однажды меня всё-таки поймают». И всё же хорошо, что в худшем случае меня заметило не так много людей, как я опасался. Эдоардо шёл по коридору, который, казалось, был залит кровью и выглядел особенно мрачным из-за отсутствия людей, погружённый в мысли. ...Как ни иронично, за всю жизнь — с рождения и до нынешнего момента — сильнее всего я ощущал себя живым именно во время Восьмилетней войны. Войны, которую я вёл, чтобы уничтожить самого себя и облегчить вину под предлогом ответственности. Именно в той войне, где ему пришлось взвалить на себя столько ответственности, что он даже умереть не мог, Эдоардо парадоксальным образом чувствовал, что всё ещё дышит. Поэтому, как ни странно, нынешнее положение даже радовало его. — Давно не виделись. Прозвучало ленивое приветствие. Деон посмотрел на него и прищурился. Куда он дел плащ, который всегда носил? Император, снявший не только плащ, но и всю церемониальную одежду, стоял передо мной в простой белой рубашке и держал меч. Я посмотрел на его закатанные рукава и с запозданием ответил: — Давно не виделись, Ваше Величество. — Многое изменилось за то время, что мы не виделись. — Многое случилось. — Похоже, ты стал героем. — ... Как он мог не заметить, если сама внешность изменилась? Эдоардо медленно приподнял уголки губ. Из поколения в поколение красота всех героев славилась тем, что превосходила человеческие пределы. Более того, ходила история, будто один из героев прошлого воспользовался красотой, чтобы соблазнить демонов и проникнуть в Замок Короля демонов. Конечно, это были лишь слухи, и ничего достоверного в них не было. Деон Харт, некоторое время молчавший с опущенными глазами, поднял взгляд. Красные и золотые глаза встретились в воздухе, и следом прозвучал спокойный голос: — Почему вы так поступили? — Не понимаю, о чём ты. — Почему вы дали мне именно тот ответ, когда я узнал правду и явился к Вашему Величеству, потеряв рассудок? Это был вопрос, который оставался у меня с тех пор, как я снова пришёл в себя. Император должен был понять, что тогда я вышел из себя. И не только это — он должен был знать, что тот разговор станет важной развилкой. Каждое его слово могло определить дальнейшие поступки Деона Харта. Поскольку вероятность того, что Деон Харт окончательно перейдёт на сторону мира демонов, была велика, Император мог бы решительно сломить его дух. Разве император был обычным человеком? Думаю, несколькими словами он с лёгкостью мог бы обрушить хотя бы одного человека со слабой психикой. И тем не менее Император сосредоточил ненависть Деона Харта на себе. Он стал целью, которую невозможно было одолеть, и даже послушно отпустил его, несмотря на открытую враждебность. Со временем Деон пришёл в себя и, уже после того как рассудок вернулся, запоздало осознал этот факт. Поэтому он и спросил. — Не думаю, что сейчас это имеет значение. — Это правда. Он останется человеком, которого невозможно понять, до самого конца. Деон нахмурился. Эдоардо, некоторое время смотревший на него, внезапно задал вопрос: — Ты нарочно так оделся? — Ах. Рука рефлекторно поднялась. Деон мягко ответил, теребя красную форму, похожую на одежду, которую император дал ему во время охотничьего состязания: — Отчасти. — Вот как. Тебе идёт. Даже если брызнет кровь, грязно выглядеть не будет. — ... Атмосфера изменилась, словно светская беседа на этом закончилась. Эдоардо поправил меч и перехватил его удобнее. — Я этого ожидал, но всё же всё закончилось именно так. — ...Вы не жалеете? — Это то, что я выбрал. С чего бы? Душащее напряжение опустилось между ними. Однако на лице Эдоардо появилась слабая улыбка, будто происходящее действительно пришлось ему по душе. — Пусть ты и герой, пробудился ты совсем недавно, так что ещё не можешь полностью управлять этой силой. И владение мечом у тебя вряд ли стало намного лучше. Что толку, если физические способности возросли? Навыки не поспевают за ними. Между тем, чтобы обладать талантом, и тем, чтобы талант расцвёл, есть разница. Поэтому человек, которого считали лучшим мечником среди всех известных «героев», а возможно, и среди всего человечества, произнёс: — Иди. Я сам научу тебя мечу. — ... Лязг! Раздался жуткий тяжёлый звук. Деон Харт рванул вперёд. Меч Эдоардо, поднятый ему навстречу, был отброшен назад, словно под ударом невероятной силы. Он на мгновение замер от силы, оказавшейся больше ожидаемой, и опустил взгляд на руку, сжимавшую меч. Онемевшая ладонь дрожала так сильно, что он был рад уже тому, что не выронил оружие. «...Похоже, надо не сопротивляться, а пропускать силу». Она льётся потоком. Головой я это понимал и даже несколько раз тренировался, но понятие всё ещё оставалось непривычным. Раньше, если меня превосходили, меня просто превосходили, потому что не было никого настолько сильного, чтобы пришлось именно отводить удар. И разве дело только в силе? Я сумел заблокировать удар лишь благодаря удачно выбранному мгновению, но скорость тоже была чудовищной. «Похоже, он и правда герой». Вдруг в памяти всплыл Лиен Рейнер, остановивший его у главных ворот. Даже будучи «героем», он настолько заметно отличался. О чём думал Лиен Рейнер, который даже «героем» не был, когда сражался с ним? Сосредоточенность Эдоардо на миг стала ещё глубже при воспоминании о вопросе, на который уже никогда не будет ответа. Он сделал шаг вперёд, раздвигая кровь, хлюпавшую у щиколоток. Меч был взмахнут с твёрдой волей. Это был бой, в котором изначально не было шансов. Герой — это сгусток таланта, превосходящий все человеческие пределы. А обычный герой, обладатель осколков, — существо лишь немного более одарённое, чем обычный человек, которому едва досталась часть этих фрагментов. Сила, скорость, выносливость, даже продолжительность жизни и внешность — всё это нельзя было сравнить с подлинным героем. К тому же физическое состояние Эдоардо было худшим из возможных. Галлюцинации не только разъедали его разум, но из-за влияния осколков воздействовали и на его крепкое тело; в конце концов из-за стресса у него поднялся сильный жар. Да, сильный жар. Кто осмелился бы прикоснуться к телу императора? Благодаря этому Эдоардо смог скрыть лихорадку, хотя галлюцинации в итоге всё же обнаружили. Хотя от жара зрение могло расплываться, было удивительно уже то, что он не только противостоял Деону Харту, ставшему героем, но ещё и учил его. [В каждом движении слишком много силы. Похоже, ты так и не избавился от старых привычек.] [Ты — герой. Тебе больше не нужно напрягать тело, как раньше, когда оно было слабым. Осознай силу, которой обладаешь.] [Расслабься ещё немного и позволь суставам двигаться плавнее и точнее. Может показаться невероятным, но нынешней твоей силы достаточно, чтобы отсечь противнику голову.] [Непредсказуемость — это хорошо, но если она мешает следующим необходимым движениям, значит, атака неверна. Попробуй найти другие способы атаки и стойки.] Это было настолько чистое обучение, что трудно было поверить: они сражаются насмерть. Как талантливый человек, Деон Харт быстро впитывал наставления и тут же применял их на практике, позволяя своему таланту расцветать. Эдоардо, внезапно утративший часть сил и тяжело дышавший, нахмурился, словно его что-то беспокоило, а затем тихо воскликнул: — Я всё думал, почему движения всё ещё неэффективны, но... — ... — Ты упускаешь самую основу. Когда машешь мечом, нужно использовать не только силу руки, но и ноги с поясницей. На первый взгляд казалось, будто он использовал их понемногу, поэтому Эдоардо пропустил это. Но сейчас Деон Харт не задействовал ноги и поясницу на сто процентов. — Тебе лучше использовать отдачу чуть сильнее, чем сейчас. — ... Исправление последовало немедленно. Деон, продемонстрировавший силу более гибко и точно, чем прежде, посмотрел на Эдоардо. Красные глаза исказились от непонятных эмоций. — Почему вы меня учите? — Хм... Считай это прихотью перед смертью. — ...В глазах Вашего Величества мои навыки, должно быть, выглядят плачевно незрелыми. В благодарность за ваши наставления я хотел бы показать одну из самых полезных моих бедных техник. Но не до такой степени. Эдоардо приподнял бровь. Не было причин отказываться, если ему собирались что-то показать. Вместо ответа он шагнул вперёд, твёрдо удержал равновесие и поднял меч прямо. Деон усмехнулся его безупречной готовой стойке. Кинжал в его руке крутанулся, большой палец лёг на рукоять. Его поза будто стала ниже — и в следующее мгновение Деон Харт исчез из поля зрения. Ча-энг! — ... Выбитый меч улетел назад и где-то упал. Эдоардо бросил взгляд на кинжал, приставленный к горлу, а затем посмотрел на его владельца. — Впечатляет. Если чувствуется лёгкая боль, значит, ладонь рассечена. Сжимая и разжимая кулак, я вспоминал то, что произошло мгновение назад. Пусть это длилось лишь миг, но он явно превзошёл скорость, которую способен уловить глаз. Такого нельзя было достичь просто потому, что он «герой». Он определённо сказал: «Самая полезная из моих бедных техник». Значит, он пользовался ею ещё до того, как стал героем. Разум, перебравший разные предположения, быстро пришёл к ответу. ...Я гадал, как он мог убивать сильных противников своим смехотворно слабым телом. — Ты насильно выжимаешь силу, превосходящую пределы тела? Это великолепно, потому что такое способен сделать не каждый, но после каждого применения тело будет повреждено, и дальше ты уже ничего не сможешь. Если использовать это здесь, где некому позаботиться о тебе... — ... — Ах, верно. Теперь ты стал героем. Проверив, что Деон уже полностью восстановился и спокойно стоит, он мягко улыбнулся. — Я проиграл. Это было полное поражение. На его лице появилась лёгкая, освобождённая улыбка. Деон, молча смотревший на него, склонил голову набок. — Позвольте спросить ещё раз. Вы не жалеете? Интересно, что же он собирался спросить. — Этот я. На губах расползлась улыбка. — Думаешь, я пожалею? — Не знаю. Это был высокомерный и благородный ответ, до конца достойный императора, но чувство несоответствия, появившееся ещё при первой встрече, никуда не исчезло. Деон, не сумев ничего прочитать в неизменных золотых глазах, после короткого молчания тихо произнёс: — Похоже, вы так и не поняли, что жизнь полна сожалений. ---------- Прощай, сожаление (4) — Понимаю. Похоже, «отворачивался» не только Деон Харт. Эдоардо горько улыбнулся. На самом деле, возможно, у него просто не хватало уверенности оглянуться назад. Не хватало смелости взглянуть в лицо горе трупов, которое накопилось за его спиной на пройденном пути. Стоило начать сожалеть — и сожалениям не было бы конца, поэтому он, похоже, двигался вперёд, цепляясь не за раскаяние, а за ответственность. Большинство говорило, что Эдоардо силён, но он знал правду. Я слаб. Даже будучи одержимым ответственностью, я ни за что не смог ответить; даже желая умереть, я не смог. Он не смог понести ответственность за убийство братьев, не смог ответить за Империю и её народ, не смог ни покончить с собой, ни пасть от руки врага — и потому прожил жалкую жизнь. В самом деле... — И всё же. Разве я не нерешительный человек? — Я не жалею. Вот почему мысль встретить смерть вот так мне даже нравится. Это жалкий конец для глупца, который так и не смог ничего выбрать. Эдоардо посмотрел в красные глаза Деона, полные непонимания, и закрыл свои. Неудивительно, что в голове мелькнула мысль: вместо того чтобы идти вперёд, надо было сосредоточиться на двух племянниках. Но он стёр её прежде, чем она превратилась в сожаление. «Ах». Только тогда Деон понял. Существо перед ним было не «Императором». Он снял золотую корону, которую всегда надевал в важные моменты, отбросил плащ, который носил всегда, надел простую одежду, взял меч и за весь бой ни разу не назвал себя «Мы». Деон, смотревший на Эдоардо с закрытыми глазами сложным взглядом, медленно поднял кинжал. — ...Ах, я забыл. Мне нужно кое-что вам сказать. — ... — Если хотите жить, лучше выбраться отсюда поскорее. По всему императорскому дворцу заложены бомбы. Я поставил взрыв через сорок минут, так что они вот-вот сработают. — Значит, время взрыва всё-таки можно регулировать? Даже если это стало возможно, казалось, что первой это должна была разработать революционная армия. Ведь революционеры хорошо делают бомбы. Я слышал, что переносную бомбу тоже разработал Даниэль, их тогдашний лидер. Говорю так потому, что уже не гражданин Империи, но, честно говоря, бомбы во всех королевствах, включая Империю, дефектные и неудовлетворительные. Они либо взрываются так легко, что срабатывают ещё до применения, либо вообще не взрываются. Поэтому в войнах бомбы используют редко. Эдоардо лениво ответил: — Если их можно проанализировать, улучшить нетрудно. В прошлом переносные бомбы революционной армии продавались на чёрном рынке, и мне приказали получить их сразу же, как только пришла информация. И без слов было ясно, сколько разработчиков после этого сменилось. Деон, всё ещё держа кинжал у шеи Эдоардо, поморщился. Переносные бомбы появились на чёрном рынке? Не могло быть, чтобы революционная армия просто смотрела на это. «Насколько же они чувствительны к таким вещам?» В худшем случае, если кажется, что их вот-вот поймают, они пытаются покончить с собой. Разве всё это было не ради того, чтобы бомба не попала в руки врага и её не смогли разобрать? Тот большой умник, который не только украл её, но и продал на аукционе, скорее всего, уже мёртв. — Изначально я рассчитывал, что вся армия Короля демонов войдёт во дворец, но не думал, что он придёт один. Всё оказалось напрасно. — ... — Что поделаешь? Времени всё равно нет, так что давай заканчивать. Эдоардо всё ещё держал глаза закрытыми. Если он умрёт с открытыми глазами, кто-нибудь, найдя тело, ещё разнесёт слухи о таком безобразном виде. Он не хотел причинять своим племянникам, которым и так будет больно, ещё больший шок. — ... Деон опустил кинжал. И. — В один снежный день. Звезда героя упала. *** Наёмники Эсперанеса прибыли. Они прибыли точно вовремя, но герцога это не обрадовало. Потому что армия Короля демонов уже вошла в столицу. Говорили, что Деон Харт проник в императорский дворец. А с другой стороны, не было известий о том, что император или императорская семья эвакуировались, и худшие предположения одно за другим всплывали в голове, заставляя ускорить шаг к дворцу. — ...У главных ворот Король демонов, так что пойдём другим путём. Даже так у нас лишь небольшой отряд. Нельзя впустую тратить время, сражаясь с армией Короля демонов без причины. Главный приоритет — безопасность императорской семьи. Чтобы перебраться через подходящую стену, герцог обошёл главные ворота и широким кругом направился вокруг дворца. Там ему удалось встретить императорскую семью, как раз выходившую из тайного хода. — Если мы перейдём отсюда к другому проходу... лорд Иллюстер? — Отойдите назад. Немезеус быстро поставил двух членов императорской семьи за спину, обнажил меч и направил его на герцога. Императорская гвардия тоже напряглась и подняла оружие; наёмники Эсперанеса также взялись за клинки. Тот, кто остановил напряжение, готовое взорваться в любой миг, был не кто иной, как герцог. — Я не собираюсь причинять вам вред, так что не беспокойтесь. — Думаете, я в это поверю? — Надеюсь, наёмники тоже опустят мечи. Разве можно сражаться против того, кого они обязаны защищать? — Защищать? Наследный принц недоверчиво нахмурился, а кончик меча Немезеуса дрогнул. Герцог между тем перевёл взгляд за их спины. Он очень надеялся, что тот, о ком он думал, здесь, но... «Его нет». По спине пробежало дурное предчувствие. — Где Его Величество? — ...Он остался. — Не могу поверить, что он остался... Фраза была короткой, но понять её было легко. Герцог закрыл глаза. Он не стал произносить бессмысленных глупостей, потому что и так этого ожидал. Он лишь тихо пробормотал: — Я знал, что так будет. Но надеялся, что нет. Это уже произошло. Теперь ничего не изменить. Значит, и действия, которые должна предпринять эта сторона, тоже определены. Зная характер императора, он наверняка остался один, но на всякий случай герцог всё же спросил: — Сколько войск осталось с Его Величеством? — Ни одного. Он остался один. Больше слушать было нечего. Герцог сразу обратился к наёмникам: — Все вы — доставьте Их Высочества в безопасное место назначения. — Все? — Да, все. — Понял. Жаловаться на непонятный приказ не было нужды: деньги уже получены, и просьба не была неприятной. Наёмники отбросили сомнения и тут же окружили двух членов императорской семьи, словно беря их под охрану. Герцог усмехнулся наследному принцу и принцессе, которые не скрывали сомнений. — Похоже, вы не понимаете. — ... Именно в этом чувствовалась их незрелость, отличавшая их от императора. Герцог решил проявить доброту и дать двум птенцам первый и последний урок. — В политике нет вечных врагов и союзников. — ...Значит, сейчас мяч... вы наш союзник? — Думаю, пока можете принять это так. И ещё... Это был совет для двоих, которым предстояло столкнуться с болезненной политикой в будущем. — В политике нет абсолютного добра и абсолютного зла. Если что-то кажется абсолютным добром или абсолютным злом, без сомнения, оно ошибочно. Лучше всего подозревать тех, кого обычно называют добрыми, потому что именно они могут оказаться по-настоящему дурными. — Как мяч, которого Церковь Спасения восхваляет и называет спасением? — Ваше Королевское Высочество. Герцог закатил глаза. Смех длился недолго. Ква-а-а-а!! Раздался огромный грохот. Все головы рефлекторно повернулись в поисках источника шума, и наступила ужасная тишина. — Что это... Принцесса закрыла рот рукой, не в силах скрыть потрясение. Зрачки наследного принца задрожали, Немезеус широко раскрыл глаза и тут же сжал кулаки. Императорская гвардия пришла в смятение, не скрывая волнения; даже эсперанесцы, пришедшие как наёмники, были такими — что уж говорить о герцоге? — Ха. Я рассмеялся вслух. Императорский дворец рушился под звук чудовищного взрыва. Нечто великолепное, древнее, с долгой историей и огромной ценностью, разваливалось на части в неприглядном виде. Обрушение было таким же медленным, как и само здание было огромным, и оттого казалось ещё более нереальным. «Там остался император». Здесь больше нельзя терять ни минуты. Герцог тут же протянул принцу то, что держал в руке, и подошёл к Немезеусу. Предметом оказалась бумага с, предположительно, нарисованным тайным ходом. Но, возможно, не зря Немезеус был первым героем Империи: прежде чем герцог успел забрать лист, тот немедленно отдёрнул руку и настороженно спросил: — Что это? — Всё равно после сегодняшнего дня вы больше не будете пользоваться этим тайным ходом, верно? Я возьму на минуту. — ... Ответа не было, но больше Немезеус не уклонялся и не сопротивлялся. Герцог взял бумагу из его руки, быстро пробежал глазами, запоминая только один маршрут отсюда внутрь императорского дворца, и вернул лист. Наследный принц, крутивший в руках что-то со сложным выражением лица, окликнул его, словно ждал этого момента: — Что это? — Поможет. — ... Разумеется, ты не такого ответа ожидал. Что за записка? Лицо наследного принца исказилось от неловкого ответа, но герцог, не обращая внимания, развернулся. Лёгкий голос, лишённый сожалений, прозвучал напоследок: — Тогда расстанемся здесь. Прошу, позаботьтесь об Их Высочествах. *** Спускаясь в тайный ход и бегом направляясь к императорскому дворцу, я думал о самых разных вещах: предположениях, ожидаемых ситуациях и способах реагирования... и о прошлом. Среди всего этого герцог сосредоточился на давнем разговоре с первым принцем. Это был разговор после окончания контракта. Кажется, он спрашивал, почему я использую такой глупый метод. Что я тогда ответил? [Конечно, возможно, существовал лучший способ. Нет, он точно должен был существовать. Возможно, и сейчас существует. Но я был глуп, поэтому смог придумать только это.] Да, я был глуп. Его выбор ведёт страну по пути разрушения и ставит под угрозу мир людей. С губ сорвалась насмешка. Добравшись до разрушенного императорского дворца, эта насмешка истончилась и вытекла пустым смешком. — Ага. В пространстве, где всё обрушилось, было нетрудно найти сияющие золотые волосы. К счастью, похоже, его не придавило камнем. ...Или кто-то остановил это? Я медленно пошёл к нему, словно одержимый. Красный взгляд следил за каждым шагом, но герцогу было всё равно. ...У него даже не было времени заботиться об этом. Он просто неотрывно смотрел на него, подошёл, опустился на одно колено и медленно протянул руку. — Мне было мило смотреть, как он, терзаясь чувством вины, скалит зубы и говорит, что будет стараться изо всех сил, поэтому я просто наблюдал. Он жил как император и вышел навстречу смерти как Эдоардо, но герцог, словно имея дело всё-таки с императором, коснулся щеки мёртвого и пробормотал, как вздох: — В итоге... всё закончилось вот так. Их связывал контракт. Это было нечто, что нужно было защитить, и нечто, что нужно было убрать с места, чтобы защитить. Досадная и хлопотная переменная. Было довольно интересно наблюдать, как он, опасаясь, что я потянусь к трону, вставал на пути, блокировал меня и рычал, поэтому я оставил его в покое даже после окончания срока контракта, но на этом всё. Герцог в последний раз провёл рукой по его чёлке и медленно отнял ладонь. Подняв взгляд, он встретился с Деоном Хартом. — Необычная для тебя заботливость — ждать меня. — Заботливость? Низкий смешок задержался в пустом пространстве. — Мне просто было любопытно увидеть твою реакцию. Каково это — потерять самое драгоценное, что у тебя было? — Самое драгоценное? На мгновение глаза герцога расширились, словно он услышал нечто непонятное. Затем взгляд опустился на тело императора. ...Ах. Вот оно что. — Самое важное для меня — власть. — Вряд ли. Как я могу не знать, когда он ведёт себя так очевидно? Он даже сам этого не осознаёт. Деон усмехнулся. Неважно. Осознаёт он это или нет — боль будет той же. ...Но тот, кто осознаёт, будет страдать сильнее. Я открыл рот с раздражением: — Тогда почему ты пришёл сюда один? — Потому что у меня нет военной силы. И приводить войска ради спасения императора — пустая трата. Ситуация сама показывает, что смерть императора может минимизировать ущерб, и больше всего... «...Потому что он хотел умереть». Герцог до самого конца уважал свободную волю императора. ---------- Прощай, сожаление (5) — Я не об этом спрашиваю. Ты мог сбежать. Если власть была для тебя самым драгоценным, ты должен был убежать раньше всех, а не приходить сюда вот так. — ...Ты цепляешься к бесполезным темам. Похоже, хочешь как-то поколебать мой разум, связав меня с императором. Тогда и я кое-что скажу. Знаешь? Тихий голос прозвучал, как змеиный шёпот. Герцог прищурился, встретившись с ярко-красными глазами. — Если бы ты умер во время Восьмилетней войны, я, император, твоя семья и Круэль — все были бы счастливы. Если бы не ты, мир людей не был бы растоптан миром демонов, и невинные люди не погибли бы в результате. — И это ты называешь ответной атакой... Послышалась явная насмешка. В тот миг, когда герцог слегка расширил глаза, задаваясь вопросом, не ослышался ли он, Деон бросился к нему, схватил за шею, повалил на пол и вонзил в плечо кинжал, который непонятно когда вытащил. — Кх! — Прости, но благодаря одному человеку мой дух больше не нужно ломать. Это совсем не действует. Он повернул кинжал, словно играя. Снизу послышался сдавленный стон. Может, просто убить его? Деон, молча глядя на него и думая об этом, мягко спросил: — Тогда я спрошу тебя. Почему ты это сделал? Была ли причина, по которой тебе обязательно нужно было заключать контракт с Дьяволом? — Хе-хе-хе... В болезненный стон вплелась насмешка. Он язвительно сказал, ярко улыбаясь разжёванными губами: — Ты ожидал особой причины или отчаянной истории? А если она действительно есть, что ты сделаешь? Ты ведь не пощадишь меня, раз всё дошло до этого, верно? Это только заставит тебя чувствовать себя неловко. — Значит, она правда есть? — Нет. Нет её. — ... Выражение лица было шедевром. Я рассмеялся сильнее, чем когда-либо в жизни. Кажется, здесь я уже насмеялся на целую жизнь вперёд. Нет, сегодня я умру, так что это даже не «кажется». — Контракт с Дьяволом был всего лишь ступенькой к более высокому месту на случай, если понадобится большая сила. После подписания контракта пользы от него было немного. Если бы я знал, что всё обернётся так, не стал бы его заключать. Хруст. Деон стиснул зубы от бесстыдства герцога и процедил, словно пережёвывая слова: — Надеюсь, ты пожалеешь. — О боже. — Надеюсь, ты будешь сожалеть ужасно и глубоко. Надеюсь, ты умрёшь, захлёбываясь сожалением. В этом голосе, казалось, было больше боли у говорящего, чем у слушателя. Преступник, смотревший снизу на жертву сквозь густые кровавые слёзы, улыбнулся. — Именно поэтому я не жалею. Мои сожаления станут твоей улыбкой. Человек должен знать, когда уходить. Услышав, что император один во дворце, герцог понял: этот момент настал. Император умрёт. Значит, остаётся только сам герцог. Цели мести Деона Харта — герцог и император. Пока он жив, главной целью армии Короля демонов под предводительством Деона Харта будет Империя. Он должен умереть ради новой Империи наследного принца и принцессы, которая будет создана в новой столице. Но умирать покорно он не хотел. «Почему бы тебе не прожить остаток жизни в неудобстве?» Смотри, как я умру без сожалений, почувствуй поражение и останься с этим на всю жизнь. Деон Харт молнией выхватил новый кинжал и пронзил тыльную сторону его ладони. Я закричал от головокружительной боли, но улыбка всё ещё оставалась на лице. — Ха-ха-ха-ха! И сожаления похожи на домино: стоит начать сожалеть — конца не будет. Ты же не можешь всю жизнь сожалеть, правда? Деон, медленно покачивавший кинжал, пронзивший тыльную сторону руки, посмотрел герцогу в глаза. Показывая блестящие красные глаза, полные жажды убийства, он прорычал: — Значит, ты прожил дерьмовую жизнь. Герцог закрыл рот. Будто желая на время закончить разговор, он сменил тему и заговорил сам: — Я всё думал, как он выжил в герцогском особняке и стал героем. Она демонстрировала красоту так, будто единственная сияла светом, и не заметить этого было невозможно. В обычное время он, возможно, был бы пленён внешностью, но, к несчастью, для герцога сейчас Деон Харт был не больше и не меньше чем таракан. «В любом случае, это, похоже, ужасное имя». На этом этапе не будет преувеличением сказать, что верёвка судьбы Деона Харта крепче и прочнее десятка толстых канатов, сплетённых вместе. Интересно, есть ли в этом мире кто-то, кто действительно сможет его остановить. — Раз ты стал героем, у тебя должно быть некоторое сопротивление магии. — Ты собираешься убить меня магией? — Нет. Магия не всемогуща. К тому же с таким запасом магической силы я не смогу даже провести приличную атаку. — Тогда? Не зря же я до сих пор берег магию. Даже когда армия Короля демонов наступала, герцог не использовал магию. Попытайся он её применить — одно движение Короля демонов сделало бы её бесполезной. Возможно, другой демон уничтожил бы её ещё до того, как она долетела бы до Короля демонов. Единственные случаи, когда он использовал магическую силу, — создание тайного пространства в Церкви Спасения, хранение головы Круэля Харта и сокрытие следов несчастного, спрятанного в герцогском особняке. Хотя в этих процессах было израсходовано немало демонической энергии, пригодное количество всё ещё оставалось. Поэтому. — Я наложу на тебя проклятие. — Проклятие? Разве это не область колдовства? Деон нахмурился, услышав слово, довольно далёкое от магии. — Да. Я использую всю магию, полученную от Короля демонов, чтобы наложить на тебя проклятие. Странно светящиеся глаза уставились прямо в красные. Вскоре его губы медленно шевельнулись, и наружу вышел жуткий голос. — [Ты никогда не умрёшь лёгкой смертью.] — ... — Вообще-то я хотел поставить больше, но с той магической силой, что у меня есть, это предел. Герцог ярко улыбался, словно мог убить сколько угодно людей. Деон нахмурившись смотрел на него. Не из-за проклятия. Нелёгкая смерть? Скорее, это даже приветствуется. Он просто не понимал, почему этот ублюдок никак не перестанет его доставать. — Знаешь что? Я медленно открыл рот. — В тот день, когда меня забрали на поле боя, до моего дня рождения оставался месяц. — ... — И мой старший брат Круэль умер за месяц до своего дня рождения. — Ты и правда ужасный ублюдок. Герцог рассмеялся. — Только сейчас понял? Шух! На красной форме добавилась ещё одна красная краска. *** Генерал Немезеус, первый герой Империи и первый меч императора, как только сумел доставить принца и принцессу в безопасность, на сломанных ногах побежал обратно к разрушенному дворцу. Он знал, что надеяться на жизнь императора — слишком жадно, поэтому, пока шёл, уже готовил сердце. Он лишь надеялся, что хотя бы тело останется целым. «Целым...» Тел было не одно, а два. Я поднял взгляд с пола. Перед глазами оказались тело императора, тело герцога и окровавленный Деон Харт, стоявший перед ними. Он смотрел на тело герцога с выражением, по которому было невозможно понять, о чём он думает, но, словно почувствовав присутствие Немезеуса, медленно повернул голову в его сторону. На мгновение Немезеус встретился с жуткими красными глазами, затем перевёл взгляд на императора. Изо рта вырвался вздох. — Ваше Величество. Сложные эмоции закрутились в сердце маленьким водоворотом. Среди них ясно проступала печаль. Первым человеком, которого принц Эдоардо привлёк к себе ещё до восшествия на трон, был Немезеус. Чтобы заполучить человека простого происхождения, выступавшего гладиатором на арене, он вложил в спонсорство все свои небольшие деньги. Иными словами, их отношения никак нельзя было назвать лёгкими, а проведённого вместе времени было более чем достаточно. Не могло быть, чтобы вид тела ничего в нём не вызвал. [Как тебя зовут?] [Немезеус? Громкое имя, но само по себе особого смысла не имеет.] [Я не издеваюсь. В самом имени смысла нет, но, думаю, я понимаю чувства родителей. Желая, чтобы их ребёнок вырос великим, они, должно быть, собрали звучные частицы отовсюду, чтобы имя выглядело убедительно. В этом самом по себе много смысла, так что ты...] [Не хочешь ли стать настолько великим, насколько желали твои родители, давая тебе это имя?] — Поэтому я и говорил, что он опасен. Дух человека, который игнорирует вину, которую должен был вынести, не может быть по-настоящему крепким. Никогда не знаешь, что сделает такой парень, если потеряет рассудок. Немезеус горько пробормотал и поднял меч, лежавший неподалёку от тела императора. Должно быть, он держал его вот так. Даже умирая, он не откажется от гордости. До самого конца он скрещивал клинки с этим предателем. И Немезеус думал так же. «Ваше Величество, возможно, хотел, чтобы я служил тем двоим... но прямо не приказал». Значит, можно быть упрямым. Он понял, что Деон Харт стал героем, как только увидел его. Помимо тревоги, что будущее не Империи, а всего мира людей стало мрачным, Немезеус принял решение. Оно и раньше не колебалось. Схватив рукоять, покрытую кровью, он направил клинок на Деона Харта. — Я и раньше думал, что ты не похож на человека, но теперь ты превратился в чудовище. Деон склонил голову и сделал шаг вперёд. Даже в этом простом движении чувствовалась беспрецедентная элегантность, и Немезеус приподнял бровь. — Не собираешься бежать? — Разве император — конец? Император — лишь начало. В будущем его меч, скорее всего, окрасится ещё большим количеством крови. Даже зная это, Немезеус не собирался оставлять всё как есть. Потому что он генерал Империи, у него есть сила и долг защищать невинных. — Иди. Это моя могила. И твоя — тоже здесь. ...Почему? Почему люди продолжают так поступать, хотя знают, что умрут? Деон, поняв, что избежать этого не удастся, вытащил кинжал. Голос, похожий на вздох, прозвучал почти как бормотание: — ...Почему в мире так много глупцов? — Разумеется, я не исключение. Аккуратная походка тихо касалась земли равными шагами. Деон, идя прямо к Немезеусу, сказал: — Раз уж всё дошло до этого, я сделаю всё возможное, чтобы убить тебя. — Самая приятная новость, которую я слышал за последнее время. *** За один день было убито слишком много людей. Нет, поправлюсь. За один день было убито слишком много важных людей. Ощущение, что он снова вонзает клинок в кого-то, осталось в руке Деона, и он вытер ладонь о одежду. «Какого чёрта все умерли без единого сожаления?» Я не понимаю, почему от этого так противно. До самого конца я думал о глазах, которые по-своему сияли, и в итоге не смог побороть мерзкое чувство — достал из кармана пачку сигарет. Сев на ближайшие обломки и поднеся огонь, я почувствовал, будто это место превратилось в какую-то муравьиную яму. — Да ну правда. Что, во имя всего, делают демоны у главных ворот? Вы там петушиные бои устроили? Я поднялся с только что зажжённой сигаретой во рту. Кто это на этот раз? Хотелось бы, чтобы он просто отошёл. Физически я не устал, но морально истощён. В тот миг, когда Деон повернулся с тусклым и скучающим выражением лица, он застыл на месте, увидев лицо собеседника. — Я услышал, что армия Короля демонов стремительно движется к столице, и поспешил сюда, но, похоже, уже слишком поздно. — ... — Почему молчишь? Мы давно не виделись, так что хотя бы поздороваться стоит. — Старший Стигма. — Да, младший. Давно не виделись. Второй герой Империи, Стигма Примиро, мягко улыбался. ---------- Прощай, сожаление (6) — Между тем... Нечитаемые карие глаза обвели тела, лежавшие рядом. — Ты убил много людей. — ... — Никогда не думал, что ты и правда убьёшь императора. Похоже, ты стал героем как раз вовремя. Император — противник, с которым даже я ничего не смог бы сделать. Стигма посмотрел на Деона новым взглядом. Когда-то в прошлом ему дали возможность провести спарринг с императором. Разумеется, он с радостью согласился. Спарринг был всего один, но Стигма помнил его до сих пор — настолько впечатляющим он оказался. Навыки императора были так выдающи, что заставляли задуматься, действительно ли они оба одного уровня как герои. Между ним и мной было всего два шага, но Стигма прекрасно понимал, насколько огромным был этот разрыв для «героев», чьи таланты уже расцвели и созрели. И всё же он не смел завидовать, потому что ясно видел усилия, пропитавшие каждое движение, — усилия, из-за которых чувство неполноценности было неуместным. Тогда как смотреть на «Деона Харта», который победил его просто потому, что стал «героем»? — ... Стигма двинулся с места и приблизился к Деону, который настороженно следил за ним. Чем ближе он подходил, тем сильнее Деон напрягался и тем острее становился его клинок, но Стигма без колебаний протянул руку. Ладонь, почти коснувшаяся лица, остановилась на некотором расстоянии от щеки. — Поистине удивительно. Если присмотреться, вроде бы изменилось не так много, но теперь это просто красота, которая не принадлежит человеку. Это и называется аурой? — В любом случае. На его лице появилась мягкая улыбка. — Поздравляю. Теперь у тебя есть сила, которую никто не сможет игнорировать. Отложив в сторону удачу Деона Харта, ставшего героем и получившего подавляющий талант с вероятностью ниже, чем шанс быть поражённым молнией, а также чувства по поводу того, что герой и Король демонов оказались на одной стороне, Стигма рассмеялся. — Четвёртый герой умер, третий герой перешёл к Дьяволу. Даже первый герой умер вот так, значит, теперь моя очередь? — Старший. В конце концов, им снова придётся сражаться и убивать друг друга? Плечи Деона напряглись. Стигма, заметив, что тот с силой сжал рукоять кинжала, спокойно ответил, глядя в его тусклые красные глаза: — Да, младший. Прости, что заставил тебя нервничать, но хочу, чтобы ты знал: нам не обязательно сражаться. Для меня бой с тобой сейчас — всего лишь собачья смерть без какой-либо выгоды. — ... — Младший, ты, наверное, знаешь, что я сражаюсь не за Империю и не за императора. Стигма сражается за «честь». И не за чистую и благородную «честь» ради удовлетворения самого себя, а за «честь», которую видят и признают другие. — Поэтому нет нужды устраивать здесь битву насмерть, когда никто не смотрит, против противника, которого я не могу победить. Конечно, была и другая цель — получить разрешение уничтожить род Лоуфель, но и она не была причиной сражаться с Деоном Хартом здесь и сейчас. Император мёртв, Империя рушится. Зачем мне обнажать меч, когда исчез тот, у кого я должен был просить разрешение и кто должен был наблюдать? — Я всё это сказал, а ты всё ещё держишь голову опущенной. — ... Его взгляд был направлен в пол, словно он следил за собственными поступками или чувствовал себя плохо из-за них. Стигма двинул рукой, которая всё это время оставалась протянутой. Ладонь, парившая рядом с лицом, опустилась и легко коснулась плеча. — Просто подними голову. Ты достиг цели, и я не понимаю, почему ты всё ещё смотришь вниз. Это был именно твой выбор. Так? — Тогда быстрее подними голову и расправь плечи. То, что ты сейчас делаешь, младший, — неуважение к бесчисленным людям, которые пожертвовали собой ради этой цели, и к самому себе. Действуй уверенно. — И ещё. Рука снова поднялась и вынула сигарету из его рта. — Я ведь говорил, что зависеть от лекарств нехорошо. Как бы сильно ты ни стал героем, постарайся держать себя в руках. Чик. Он улыбнулся, погасив огонь, прижав сигарету пальцами. — Это мой последний совет как старшего. Последний совет. Деон, ощупывавший пустой рот, поднял голову. Их глаза встретились, и его губы нетерпеливо раскрылись, будто он хотел что-то сказать, но слова не выходили; они несколько раз дрогнули и снова сомкнулись. А слова, прозвучавшие после короткого молчания, уже касались совсем другого. — ...Тебе удалось уничтожить племя Барбай? — О да. Благодаря тебе я смог искоренить его. Спасибо. — Если подумать, ты всегда ненавидел племя Барбай. Словно предчувствуя что-то, разговор уже должен был закончиться, но слова начались вновь. Стигма тихо улыбнулся: было видно, что Деон пытается хоть как-то продолжить разговор. — Тебе любопытно? — Для тебя это может быть пустяковой причиной, младший. Они просто... Я рефлекторно замешкался, но это длилось лишь мгновение. Всё равно это последний раз, когда мы мирно стоим лицом к лицу. Когда ещё мне говорить так честно в обычной жизни, где я целыми днями оглядываюсь на чужие мнения, боясь, что моя репутация пошатнётся? Стигма, быстро приняв решение, заговорил, скрыв колебание так естественно, что никто бы его не заметил. — ...Единственное преступление, которое может совершить незаконнорождённый ребёнок, — это вторжение в деревню, которая была единственным местом, к которому он был привязан. Это очень скучная и очевидная история. Обычная история, которую вы, наверное, слышали хотя бы раз: юный незаконнорождённый ребёнок, которому некуда было приткнуться, сумел привязаться сердцем к мирной и доброй деревне, а потом варвары вторглись туда, подожгли дома, убили людей и всё уничтожили. Благодаря вам я, через зло, поднялся до нынешнего положения, так что, наверное, должен сказать спасибо. Но, несмотря на это, мои чувства к ним всё ещё остаются. — Впрочем, всё это в прошлом. Это тоже причина, по которой он говорил спокойно. Раз это прошлое, даже если Деон Харт где-нибудь расскажет об этом, большого влияния уже не будет. Честь может немного пострадать, но лишь минимально; он создаст больше чести, чем потеряет. Напротив, это может стать возможностью показать людям, что жажда мести Стигмы настолько упорна и злобна, что способна уничтожить целое племя. — Тогда расстанемся на этом. У тебя, вероятно, есть дела, и у меня тоже. — Ты правда... просто уходишь? — Да. Теперь, когда человека, на которого нужно было обращать внимание, не стало, думаю, начну с тех дел, которые откладывал. Стигма повернулся спиной. Он спокойно показывает спину герою, который может стать его врагом, и уходит без сожалений. Деон, глядевший ему вслед, медленно произнёс: — Я смогу увидеть тебя снова? — Кто знает. Если ты продолжишь идти по этому пути, а я не сломлю своё упрямство, мы встретимся снова. Возможно, ситуация будет не очень хорошей. Возможно, они снова встретятся как враги. Он продолжал идти, не оглядываясь. Лишь когда взгляд, следовавший за спиной, исчез, Стигма остановился. Слова, которые он проглотил, потому что не было нужды говорить их, запоздало вышли наружу. — Элегантность... была в его теле. Лучше всего это было видно при их первой встрече. Возможно, потому что он стал героем, его аура стала более приглушённой, чем прежде, но элегантность, вошедшая в привычку, осталась. Видя, что человеческая манера поведения, которая когда-то у него была, исчезла, Стигме казалось, будто он испортил своего младшего. — Не стоило мне давать тот совет. Стигма горько улыбнулся. Теперь, когда Деон стал героем, ему не нужно беспокоиться о достоинстве или манерах; и даже до того, как стал героем, Деон Харт был прямым потомком ортодоксального дворянского рода. Он человек, которому не нужно доказывать, что он дворянин. «Достаточно было того, что я сам был одержим дворянскими манерами». Мысли были короткими. Глупый незаконнорождённый сын почувствовал родство с Деоном Хартом из-за того, что тот собственноручно уничтожил свою семью, но это чувство исказилось, и он воспринял его как человека, которому, как и ему самому, нужно бороться за признание. — Нашего младшего признают в дворянском обществе, даже если он просто будет стоять на месте. Будучи командиром отряда смертоносных демонов, он стал человеком, которого многие невзлюбили, но его личность как «дворянина» не отрицали. Потому что рождение — это рождение. Деон Харт отличался от незаконнорождённых детей, которым приходилось всеми силами пробиваться в аристократическое общество. Я оглянулся на привычную осанку. Даже герцог Старбе Иллюстер, которого можно назвать образцом дворян нынешнего поколения, на мгновение был удивлён архаичным этикетом старого поколения. Даже без чужих взглядов тело само двигалось так, чтобы сохранять достоинство. Стигма слабо улыбнулся. — Если подумать, сила считалась важной по той же причине. Войти в аристократическое общество ему позволила подавляющая сила «героя». ...Так что теперь я хочу уничтожить свою семью самым мощным оружием, которое дало мне признание. «В этой суматохе никто не удивится, если хотя бы один род будет стёрт». О том, что делать дальше, подумаем потом. Он снова сделал шаг, который остановил. Словно предвещая будущее, кроваво-красный закат вытянул за его спиной длинную тень. Так Стигма внезапно исчез. Через несколько дней распространилась новость о бедствии рода Роуфель. *** Убедившись, что Стигма исчез, а в этом месте есть демон, Деон поспешно покинул императорский дворец, опасаясь новой битвы. Он задумался, что, во имя всего, делали ребята у главных ворот, пока дворец рушился, а люди прибывали один за другим. «Не знаю насчёт остального, но обрушение императорского дворца было такой огромной суматохой, что его можно было увидеть издалека. Не заметить невозможно». И всё же, если у них не окажется уважительной причины не прийти, я буду немного... очень раздражён. Из-за этого я дошёл до крайности, предполагая, что всех их вывели из строя враги или что они бросили меня и ушли куда-то ещё. Но лица тех, кого я встретил у главных ворот, были совершенно целыми, хоть и сердитыми. Как только эти ребята, беспокойно расхаживавшие у ворот, увидели меня, они разозлились и направились ко мне... — Господин Деон! Как и ожидалось, вы целы! — Я следовал приказу и ждал до самого конца! — Да... я сказал ждать... — Да, верно! Это отвратительно. Почему я вижу среди них второго бешеного пса? — Честно говоря, я почти совершил ошибку и ворвался внутрь, когда здание рухнуло, но благодаря доктору смог сохранить спокойствие. — Потому что сигнала не было. Войти, когда нет признаков неполадок, значит проявить недостаток доверия к Деону. — Де-се. Кто только что сказал «де-се»? Насколько далеко уже распространился культ демонов? И Бен, почему ты так гордишься? Я на мгновение задумался, с чего начать исправления, но затем передумал и посмотрел на себя. На этом этапе мне показалось, что уже не будет странным сказать, будто я обладаю способностью превращать нормальных людей в сумасшедших, поэтому я проверил... — Господин Деон? — Забудь. Похоже, я устал. Раз уж в голову лезут всякие мысли, даже самые бессмысленные. Если хорошо подумать, демоны изначально были такими. Это у меня настроение изменилось? Нельзя же срывать злость на надоедливых людях просто потому, что раздражён... — А? Я плохо расслышал. — Хорошо сработали. — О, следовать приказам — естественно! Я медленно закрыл глаза и открыл их. Да, у Бена было ожерелье с магическим камнем, так что он знал, что со мной всё в порядке, и оставался на месте. В голове я понимаю, что это не плохое поведение... но, может быть, из-за натянутых нервов его ответы просто раздражают. Цк. — ...Теперь, когда с главным покончено, вернёмся. — Почему бы не доложить Королю демонов? Если будет другой приказ... — Раз самое большое препятствие устранено, с остальным справятся и без меня. И... Он, вероятно, тоже хочет увидеть меня лично. ---------- Для ушедшего (1) Я проглотил невысказанные слова и схватил поводья коня, от которого клубился чёрный дым. Я попытался сесть верхом, но тот отказался и начал капризничать — видимо, не хотел снова нестись без остановки до смерти, помня прошлый опыт. Деон тихо рассмеялся. — Теперь я собираюсь прекратить... Хват! Он дёрнул поводья к себе и заставил коня встретиться взглядом. Ярко-красные глаза опасно сверкнули, полные раздражения и жажды убийства. — Умереть хочешь? — ... Конь опустил тело. *** Когда все ушли, и на разрушенный дворец, наполненный тишиной, опустилась тьма, кто-то ступил в руины, которым предстояло быть погребёнными в истории. Его шаги были медленными, словно он колебался, не ошибся ли дорогой, но всё же он уверенно двигался вперёд и ни разу не остановился. Ноги старательно шли, не ускоряясь и не замедляясь, и остановились лишь тогда, когда он оказался перед чьим-то телом. Дорожная сумка, которую он держал, упала на пропитанный кровью пол. — Ах. Губы, покрытые кровью, были потрескавшимися, будто их несколько раз прокусили, и из них вырвался слабый голос. — Наконец-то. Это был стон, подавленный крик и одновременно глубокое смирение. Саэрин, который не отрывал взгляда и ни разу не моргнул с того мгновения, как тело попало ему на глаза, медленно рухнул перед ним, словно осел. Тело было изорвано и неузнаваемо, будто над ним вымещали ярость, но относительно целая голова, которую, похоже, специально оставили нетронутой, ясно указывала: это герцог. Даже если бы голова была повреждена, он понял бы сразу. Саэрин был уверен. Как я могу не узнать тебя? — ...Он отрицает любовь, высмеивает её и использует как ему вздумается... Ничего. Ты уже решил. Нужно лишь действовать по плану. Оттолкнув мешавшее тело императора, чтобы освободить место, он достал инструменты, которые заранее принёс, чтобы привести всё в порядок. Спокойное бормотание продолжилось: — В конце концов, даже ты оказался в таком же положении. Разница лишь в том, что хозяин поводка не знал, что держит в руках «поводок павлина», но суть в том, что в итоге он тоже позволил тёплым, нерешительным чувствам управлять собой и отдал жизнь, как те, над кем смеялся. Конечно, герцог до конца это отрицал бы. Но что поделаешь? Это правда. — Притворяешься умным, но даже не знаешь имени собственных чувств. Сколько прошло времени? Уборка почти закончилась. Судя по состоянию тела, его лучше кремировать, чем просто хоронить. Саэрин встал и тихо вздохнул. — Герцог. Он обратился к тому, кто уже не смог бы его услышать, деловым, но более мягким голосом, чем прежде. — Церковь Спасения рухнет. Мы уже использовали многих людей... При желании её можно поддерживать, но без вас нет смысла цепляться за Церковь Спасения. И. Саэрин произнёс последний отчёт, идя искать подходящее место, чтобы сжечь тело. — Я думаю уйти в другую страну. Даже если ради вашей мести, не думаю, что вам понравилось бы, если бы я безрассудно протянул руки к Империи, которой правят дорогие вам люди. *** Император... мой дядя скончался. Это было ожидаемо. Вопреки моему намерению двигаться вместе с ним, даже если пришлось бы силой, меня задавила неожиданно твёрдая воля, и я ушёл, не сумев ничего сказать. И не нужно быть глупцом, чтобы понять это. Эдоардо Дезерт хотел умереть там. С точки зрения «наследного принца», это был выгодный выбор, если только не причинял вреда, и прежде всего это был его собственный выбор, так что его следовало уважать, но... — Теперь тебе спокойно? Наследный принц Эльпидиус, оставшись один после того, как выгнал всех, включая принцессу, спросил это у пустого гроба. — В конце концов ты правда... взял ответственность за всё и ушёл. Упрямый и бесполезный. Мне так грустно и злостно, что почти невозможно сохранить рассудок. И всё же я не осмелился обвинить его в трусливом бегстве в смерть. Потому что император сделал достаточно. Нет, стоит сказать — с избытком, ведь он взял на себя даже то, за что не обязан был отвечать. Тогда мне нужно было сказать тебе, что это не твоя ответственность. [Это моя вина. Я возьму на себя всю ответственность.] Это не было его виной. Почему он должен был извиняться, если не он убил отца принца? Единственное, в чём он был виноват, — он сделал так, как попросил отец. Подавил наши дурные предчувствия, отцепил нас, умолявших не уходить, и отпустил нашего отца. Конечно, тогда я был мал, поэтому вместо того, чтобы сказать, что всё в порядке, смотрел на него полными обиды глазами и отвернулся... — Ах. Эльпидиус застонал от нового осознания. Ему стало трудно дышать. — Теперь грешники — мы. Нас оставили с чувством вины, которое уже никогда нельзя будет развеять. Тогда, когда он сказал, что возьмёт ответственность, чтобы мы не винили дядю, я должен был сказать ему, что этого не нужно. Я должен был утешить его, мучившегося виной, и попытаться жить мирной и счастливой жизнью. Вместо того чтобы легко сдаться только потому, что ты упрям, я должен был подойти немного ближе, взять тебя за руку и убедить. ...Я должен был хотя бы запоздало извиниться за свою обиду. — Уже одно это тяжело, дядя. Как ты вообще держался? Пока он был жив, должно быть, он чувствовал себя нашим грешником. Я знал это, но отмахивался мыслями: «Однажды всё будет хорошо», «Прошло уже много времени, теперь, наверное, нормально», «Он по натуре сильный человек, так что справится». Но это было слишком. Всё перевернулось. Теперь грешниками были Эльпидиус и Алетея. А объектом — не кто иной, как Эдоардо. Как искупить вину перед мёртвым? Я думал, что вырос достаточно зрелым, но теперь вижу, что это не так. Я даже не заботился о самом близком и дорогом человеке — что это, если не незрелость? — Мы правда... выросли слишком уютно внутри ограды дяди. Я привык жалеть детей, которые не ценят труд родителей, и никогда не думал, что сам окажусь таким. Сильный защитник естественно кажется больше всех и будто будет стоять вечно. Меня обманула эта очевидность. А когда понимаешь, что был обманут, уже ничего не исправить. Эльпидиус в конце концов закрыл лицо руками. — Как ты вырастил нас такими незрелыми? Ты трус. Я знаю, что не должен называть тебя трусом, но ты правда трус. Что мне делать, если ты оставил меня с такой виной? Одна только золотая корона тяжела, а если вдруг случается такое — как ты хочешь, чтобы я выдержал? Мне страшно, дядя. Это слишком. У меня в этом мире осталась только одна семья. Как и с дядей, это семья, на которую я не могу опереться и которую должен защищать. — Я хочу сбежать. Обучение наследованию? Передача власти? Даже если заранее готовиться к этим вещам, нельзя преодолеть тревогу от того, что в одно мгновение потерял надёжного опекуна и оказался в незнакомом месте. Золотые глаза, видневшиеся между пальцами, были полны уязвимости и дрожали, словно вот-вот разобьются. Я правда хочу сбежать. Хочу бросить всё и убежать, потому что вещи, за которые я должен отвечать, слишком велики; но, парадоксально, именно из-за вещей, за которые я отвечаю, я не могу убежать. И прежде всего... [Ужасно даже думать о том, чтобы запомниться последним императором разрушенной страны или быть полностью забытым и исчезнуть на задворках истории, не оставив даже следа имени!] Я даже слышал слова, что было бы неплохо, если бы он просто остался, но всё это лишь потому, что бремя слишком тяжело. Эльпидиус не был настолько бесстыдным, чтобы сбежать. Поэтому я удерживаю сердце, кричащее, что хочет убежать, и ищу в разуме причину страстно защищать трон. Не успев даже подумать, чувство поднялось само. — Месть. Я нашёл причину сохранить положение. Эльпидиус стиснул зубы. — Я не сбегу, хотя бы ради мести за дядю. Деон Харт убил моего дядю. Я знаю, что в основе лежал собственный выбор дяди, но даже если бы он выбрал жизнь, Деон всё равно упорно преследовал бы его и пытался убить. Кроме того, если я не ухвачусь за это, мне кажется, что я брошу всё и сбегу. Я поднял голову. Перед глазами оказался пустой гроб, лишь внешне роскошный. Тела Эдоардо Дезерта здесь нет. Я хотел приказать кому-нибудь забрать его, но премьер-министр остановил меня. [Армия Короля демонов всё ещё может оставаться там. Даже если отправить людей, высока вероятность, что это закончится собачьей смертью...] [Это тело Его Величества! Как вы можете говорить такое!] [Именно этого Его Величество и хотел!] [...Что?] [Его Величество... говорил, что не видит ценности в теле без души. Он сказал, что не хочет тратить войска ради спасения одного куска мяса.] Выражение «кусок мяса» настолько жестоко, что слышать его больно. И всё же Эльпидиус был вынужден закрыть рот, потому что эти слова были слишком похожи на дядю. Правда... этот человек умел вызывать у смотрящих и опустошение, и восхищение. Я и представить не мог, что так будет даже после смерти. Я развернулся, закончив смотреть на похороны без тела. Когда я пошёл вперёд и открыл дверь, мой взгляд встретился с принцессой Алетеей, которая, словно ожидая, ходила перед дверью. — Брат. — ... Первым, что я увидел, были красные, запавшие глаза. Затем беззвучно покатились слёзы. Эльпидиус некоторое время смотрел на это молча, а потом медленно открыл рот. — Я намерен поставить месть за дядю в приоритет. — ... — Конечно, я уважу волю дяди и сохраню Империю как основу, но во всём, что выходит за эти рамки, намерен ставить месть выше всего. Иными словами, если это не влияет на «сохранение Империи», месть будет важнее Империи и её народа. — Я знаю, что человек, который станет императором, не должен иметь такого намерения. И знаю, что если такой человек станет императором в хаотичной ситуации, для народа Империи это приведёт к худшему. Поэтому, если твои мысли отличаются от моих, я готов передать это место тебе... — Брат. Потому что место императора подходит тому, кто ставит Империю и её народ на первое место. Особенно сейчас, когда народ Империи дрожит от тревоги, нужен монарх достаточно разумный и мудрый, чтобы отложить желание мести. Алетея тоже была кандидатом на наследование престола и прошла тщательную подготовку, поэтому, если бы она думала именно так, Эльпидиус без колебаний уступил бы ей место. Но она оборвала его, словно дальше слушать было нечего, и приподняла уголки губ, дрожавшие от печали. — Ты думаешь так же, как я. — ... — Разве изначально для нас было что-то важнее семьи? Я хочу мести. И я тоже помогу. Разговор с Алетеей закончился, и эмоции удалось хоть немного взять под контроль. Но, поскольку в срочной ситуации место императора не могло оставаться пустым, Эльпидиус в тот же день вышел к дворянам. Низкий, слегка приглушённый голос заполнил пространство. — Как вы знаете, Его Величество отправился в долгий путь. Те, кто увидел красные, налитые кровью глаза — хотя он и не плакал, — молчали. — Ситуация срочная, поэтому церемонию коронации пропустим. — С этого момента я... Мы будем распоряжаться всем. Пока все застыли под ядовитым взглядом, Алетея двинулась. — Слава нынешней Империи. Её глаза всё ещё были красными. Она медленно опустилась и встала на колено. Увидев это, премьер-министр Ардал тоже пришёл в себя и склонился. Только тогда дворяне начали в панике становиться на колени. По крайней мере, здесь сопротивления не было. Потому что все знали: наследный принц уже давно перенял всё у императора. Сейчас им нужна «стабильность». — Слава нынешней Империи. *** А премьер-министру Ардалу был дан приказ. [Пожалуйста, расследуйте Ремембер.] ---------- Для ушедшего (2) [...Вы имеете в виду Ремембер?] [Да, в записке, которую дал мне герцог, было написано: «Ремембер».] Точнее, на ней стояла печать герцога, а также имя и подпись Ремембера. Ардал посмотрел на записку, которую протянул Эльпидиус, и опустил голову. Один из талантов, лично приведённых бывшим императором Эдоардо Дезертом, он, в отличие от Немезеуса, умершего вслед за императором, решил служить «нынешней Империи». Потому что изначально служил Империи, а не императору. Поэтому он склоняет голову перед «нынешней Империей», стоящей перед ним, и вежливо отвечает: [Я исполню ваш приказ.] Пока Эльпидиус не примет решение, вредящее Империи, канцлер Ардал, как и раньше, будет непоколебимо следовать за ним как подданный. *** Деон Харт вернулся в мир демонов. Хотя он совершил великий вклад, убив, помимо прочего, самого императора, тёплого приветствия не было. Потому что тот, кого следовало восхвалять, сверкнув свирепыми красными глазами, заявил, что не любит шума. Распустив обычных солдат-демонов у входа, Деон прошёл мимо тех, кто украдкой поглядывал на него, и добрался до внутреннего замка. Он приказал разойтись даже Нулевому корпусу и вошёл в здание. Бен, тихо следовавший позади, посмотрел на направление и наклонил голову. — Простите, но Король демонов не там. — Ты про Дьявола? Я иду в свою комнату. — Да? Что вы имеете в виду... даже не доложив? — Да. Я устал. Иными словами, он собирался сразу отдыхать, даже не увидев Дьявола. Что, если в итоге навлечёт на себя гнев Дьявола? Деон спокойно шёл дальше, оставляя позади суетящегося Бена, и прищурился, заметив фигуру посреди коридора. Из-за света за спиной лицо было в тени, но, став героем, он получил улучшенное зрение, поэтому опознать противника было нетрудно. Впрочем, с самого начала было лишь несколько демонов, которые могли гордо стоять посреди коридора, перекрывая путь, будто кого-то ждали; он понял бы и в прежнем состоянии. — Эд. — Ваше ме... Эд замер, когда на знакомый зов невольно посмотрел в лицо Деона. — ...господин Деон. — Похоже, ты снова пришёл меня встречать. Я ведь говорил, что в этом нет нужды. — Как адъютант, я обязан... так поступать. Но... Он скрипуче шагнул ближе и протянул руку. Словно запоздало понял, что это грубо, быстро вздрогнул и убрал её. Несколько зачарованный голос заикнулся: — Может быть... вы стали героем? — Ну, да. — Понятно... Я слышал новость о рождении героя, но не думал, что это будет Деон... Это настолько шокировало? В глазах Деона появился вопрос, но Эд, быстро собрав мысли, как и подобает способному адъютанту, слегка улыбнулся и склонил голову. — Поздравляю. Я слышал, что вы внесли большой вклад на этот раз, и хорошие события идут одно за другим. — Хорошие события... Демоны, наверное, видят это именно так. Деон усмехнулся и снова пошёл, остановившись лишь на миг. Проверив направление, Эд запоздало выразил сомнение: — Вы идёте в комнату? — Да. — Я слышал, вы только прибыли... но вы уже встретились с Королём демонов? Скорее... — Не встречался. Проклятый Дьявол. Я не спал, люди, которых убил в этот раз, все были мне знакомы, на это ушло больше душевных сил, чем обычно, нервы и так на пределе — так почему они поднимают такой шум? Резкий голос вырвался сам собой. На лице Эда появилось недоумение. — Да? — Я сказал, что не встречался. Я устал, поэтому сначала отдохну. — ... Он снова не обратил внимания на смену тона, потому что это было не ново. Эда волновало другое — содержание. Ситуация не была обычной. Он даже убил императора, крупнейшего врага пробуждения героев, и собирается сразу отдыхать, даже не увидев лица Короля демонов. Разве можно так? Будь это не война или будь он серьёзно ранен, ещё можно было бы понять... Но сейчас война, где каждая крупица информации ценна и скорость передачи важна, а Деон Харт просто устал и не ранен. — Ха. Деон, прочитав колебание на лице Эда, прошёл мимо с раздражённым видом. Эд окликнул его сзади: «Господин Деон?», но ответа не последовало. Я шёл и шёл, пока не добрался до двери, и без колебаний открыл её. Конечно, вопреки ожиданиям, внутри кто-то был. ...Нет, правильнее сказать не гость, а работник. Дан, похоже, менял воду в вазе у окна и держал в руках вазу и всё ещё яркий цветок. Увидев Деона, он быстро закончил и подошёл. Голос, ничем не отличавшийся от обычного, спокойно обратился к нему: — Господин. — То, о чём я просил... похоже, сделано хорошо. Я понял это уже по его будто бы невинному виду, но увидеть своими глазами было совсем иначе. Красные глаза остановились на деревянном ящике на столе. Дан проследил за взглядом и улыбнулся, словно это было что-то само собой разумеющееся. — Вы говорите очевидное. — ... Ответа не было. Скорее всего, он его даже не услышал. Хотя выражение лица было совершенно бесстрастным, Дан, похоже, знал, что тот чувствует, поэтому тихо цокнул языком и сказал: — Тогда я уйду. Вы выглядите уставшим. Хорошо отдохните. Дан ушёл без лишних слов, и дверь щёлкнула, закрываясь. Только оставшись один в тихом помещении без малейшего признака чужого присутствия, Деон сделал шаги, которые всё откладывал. Медленные, нерешительные шаги подвели его к деревянному ящику. Я положил руку на крышку и глубоко вдохнул. «Нужно проверить». Нужно убедиться, что его действительно перенесли без повреждений. Но у него не было уверенности, что он снова сможет увидеть голову брата... Деон несколько раз колебался, просто держа ладонь на крышке, затем прикусил губу и открыл её. Поскольку разложения не было, чистый запах крови ударил в нос. Красные глаза на миг дрогнули, но снова обрели спокойствие и внимательно осмотрели внутренность. — По крайней мере, часть, видимая с этого угла... выглядит нормально... У меня не хватает уверенности поднять и осмотреть невидимую сторону самому. Но и поручить это кому-то другому я не могу. Я снова и снова тянул руку в ящик и отдёргивал её, но в конце концов сдался и закрыл крышку. На мгновение по совершенно спокойному лицу пробежало нечто. Это явно было похоже на бесконечное, падающее отчаяние. — Брат. Просто я устал. Потому что не смог спать, потому что за раз произошло слишком много, а отдохнуть я не смог. Иными словами, потому что я не в себе. — Мне душно. Жалоба, которая никогда не была мне позволена, сорвалась с губ. Он медленно поднял руку, положил на шею и поцарапал, словно пытаясь сжать её. Пять красных линий появились следами ногтей, но вскоре исчезли без следа благодаря выдающейся регенерации. Местами выступила кровь, но Деон этого не заметил. Я пришёл в себя благодаря горячей боли, догнавшей меня на шаг позже. — Ха. Ты сошёл с ума. Что может быть бесстыднее и смешнее, чем преступник, жалующийся жертве? Нужно было принять лекарство до того, как дошло до этого. Всю дорогу я не мог даже прикоснуться к пачке, и, похоже, вот к чему это привело. Он быстро порылся в кармане, достал сигарету, зажёг и глубоко вдохнул. Хотя для удобства это называют сигаретой, в конце концов это лекарство. Эффект был быстрым. — Теперь лучше. Ощущение, будто тело срослось в одно целое и душит собственное дыхание, исчезло с помощью лекарства. Благодаря этому я вернул самообладание. Как только он ощутил действие лекарства, Деон погасил сигарету о бедро и, прижимая ящик к груди, поспешил сесть на диван. Я крепко держал деревянный ящик обеими руками, откинул голову назад и закрыл глаза... — И встретил сон, который так долго откладывал; он хлынул, как прилив. *** Меня обнимал кто-то в тёмном пространстве без единого луча света. Его руки были твёрдыми и полными сильной воли, словно он хотел защитить меня от чего-то, но на самом деле слегка дрожали. В тот момент, когда я это почувствовал, я инстинктивно понял. Что бы он ни делал, я в конце концов окажусь перед неизвестной опасностью. Он тоже знает, что защитить меня невозможно. И всё же так отчаянно свернулся, удерживая меня в руках. — Кто...? Вопрос внезапно вырвался изо рта. Насколько я знаю, в этом мире нет никого, кто заботился бы обо мне настолько, так кто ты? — ... — Мне немного тесно... Я заёрзал от досады — не только потому, что не понимал, кто это и зачем. Поскольку другой человек не отпускал, я не мог выбраться, и едва сумел поднять голову, положив подбородок ему на плечо. Так стало легче дышать. Я попытался повернуть голову и взглянуть на его лицо, но он так сильно прижал мой затылок, что пришлось смотреть через его плечо. Благодаря этому я увидел. — Что это? Со всех сторон льётся чёрная жидкость. Она движется, словно обладает волей: иногда поднимается, будто пытаясь сформировать что-то, иногда соединяется в цунами. Она явно приближалась сюда с дурными намерениями. На первый взгляд это катастрофа, которой невозможно сопротивляться. Неужели человек, который сейчас держит меня, и правда пытается защитить меня от этого? Хотя он знал, что это невозможно, ещё до того как протянул руку? И всё равно он не сдаётся. Пока я водил глазами, пытаясь понять, кто же он, он открыл рот. — ... — А? — ... — Что? — Какое преступление ты совершил?.. Это слово было обращено не ко мне, а было бессмысленным бормотанием в пустоту. — За что этот юный, слабый ребёнок виноват... Юный? Слабый? Ещё до того, как во мне поднялось чувство абсурда, интуитивное осознание вывело наружу другие чувства: потрясение, тоску, вину. И... страх. «Не может быть». Кажется, я знаю, кто он. Я бессознательно открыл рот, но слова, которые вот-вот должны были выйти, внезапно остановились, словно их перекрыл камень. Но нужно сказать, чтобы убедиться. Я заставил горло работать. Мне нужно позвать его. — Брат? Другой человек замер. Белый свет взорвался. *** — Хах! Деон резко вздрогнул и открыл глаза. Он точно уснул сидя, но непонятно когда оказался лежащим на боку на диване, свернувшись калачиком. Не понимая, что происходит, я медленно моргнул. Как однажды прежде, перед глазами возник тихий вид комнаты. Лишь когда Деон ощутил деревянный ящик в руках, он понял, что это реальность. Тогда то, что было только что... — Значит, сон. Видимо, после того как меня однажды выгнали из кошмара, по крайней мере в этой комнате кошмары мне больше не снились. Немного отдышавшись, я поставил ящик на диван и ступил на пол. Внезапно я почувствовал другое неприятное ощущение, не такое как раньше, и опустил взгляд. — Что... это кровь? Как ни смотри, похоже на кровь. Есть ли хоть шанс, что в этой комнате могла собраться кровь? Я рефлекторно посмотрел на деревянный ящик рядом, но следов вытекшей крови не было. Чтобы рассмотреть ближе, я наклонился и коснулся крови у ног. Густой запах крови стал ярче, а на кончиках пальцев ощутилась вязкая сырость. Однако, выпрямившись и проверив, я не увидел на руках ничего. Хотя я точно нигде их не вытирал. «Ах». Кажется, я понял, что это. Кровь, собирающаяся именно у моих ног. Чистые руки, которые явно касались её, но на них нет ни следа крови. Потерев кончики пальцев, я снова опустил взгляд и сделал шаг вперёд. Я наступил туда, где явно не было крови, но там образовалась лужа, и снова появилось ощущение сырости. — Галлюцинация... ---------- Для ушедшего (3) Это не обычная галлюцинация. Я не мог поверить, что после того сна столкнулся с таким явлением. Разве не это мой брат пытался предотвратить во сне? Деон, молча смотревший себе под ноги, нахмурился от внезапно пришедшей мысли. — Неужели... это проклятие герцога? Это был первый сон после того, как герцог наложил проклятие. Он проклял меня, выжав всю оставшуюся магическую силу; не могло быть, чтобы это не оказало никакого эффекта. А раз я столкнулся с этим явлением в такой странный момент, подозревать было невозможно. Может, это эликсир... но если неопознанная жидкость, появившаяся во сне, и правда проклятие... — Чёрт. Если так, мой брат пытался защитить меня от герцога даже после смерти. Проклятия естественно липнут к рушащейся семье. Почувствовав, будто снова задыхается, Деон сунул руку в карман и достал сигарету. Он зажёг её и молился, молился. «Пожалуйста, только не это». Пусть это будет просто мой нелепый скачок мыслей. Он не зря почувствовал страх, когда понял, что тот, кто был рядом, — его старший брат. Потому что Деон не готов встретиться с Круэлем. Точнее, он не был готов встретиться с Круэлем, который «не держит на него зла». Ему было бы легче, если бы тот излил на него обиду. Однако Деон очень хорошо знал: человек, пожертвовавший собой, не может держать зла на того, кого пытался защитить. «Даже я сам не смог себя простить». Как жалко будет услышать, что другой человек уже простил тебя, или что прощения не будет. Ты станешь жалким, возненавидишь себя ещё сильнее и в конце концов сделаешь всё, чтобы ненавидеть себя. Может быть, не выдержишь эмоций и приставишь нож к собственной шее. ...Так что, брат. Деон опустил голову. «Пожалуйста, не делай так». Пусть меня мучают кошмары. Мне всё равно даже на проклятие. Гораздо больнее твоё вмешательство. Поэтому, пожалуйста, не продолжай показывать, что не винишь меня. Кажется, я простоял так долго. Когда Деон уже начал приходить в себя, постепенно упорядочивая эмоции, хаотично отскакивавшие внутри, и сознание, пропитанное раздробленным отчаянием, стало подниматься, он услышал звук снаружи. «Звук?» Снаружи в такой час? Очевидно, по просьбе, которую я сделал, когда впервые вступил в армию Короля демонов, эта комната должна находиться в самом удалённом месте. Помещение, прежде служившее складом, переделали, и ни сверху, ни снизу никто не живёт. Под окном есть общий тренировочный полигон, но благодаря огромной суматохе, возникшей, когда с помощью магии уничтожили складскую комнату, распространился слух, что командир Нулевого корпуса абсолютно ненавидит шум, так что никто сюда не приходит. Да и вообще нет причины приходить. «Немного удивительно». Это общий тренировочный полигон, но он заброшен, потому что им никто не пользуется. Во внутреннем замке находятся высокопоставленные лица и служащие, включая Короля демонов и командиров корпусов. Командиры корпусов и их бойцы имеют собственные тренировочные площадки, поэтому общим полигоном не пользуются; служители же имеют общий полигон во внешнем замке и не хотят устраивать шум во внутреннем, привлекая внимание высокопоставленных, придирчивых, чувствительных и сквернохарактерных персон. Конечно, совсем без демонов, использующих это место, быть не могло; я предполагаю, что время от времени один-два служителя тайно заходили потренироваться или использовали его как место для тайных встреч... Но с тех пор, как я получил эту комнату, никто сюда не приходил. «...Ах, недавно он нашёл владельцев». Деон тихо ахнул, запоздало вспомнив. Бешеные псы. Полигон стал их личной тренировочной площадкой. Поскольку он долго оставался в мире людей, вдали от этих ребят, на какое-то время он забыл об их существовании. «Что они опять сделали?» Они что, даже не спят? Я погасил едва зажжённую сигарету и подошёл к окну. С каждым шагом лужа крови хлюпала под ногами, заявляя о своём существовании, но я игнорировал её. Когда я протянул руку, чтобы открыть окно, взгляд упал на вазу, и я на мгновение остановился. Точнее, Деон заметил в цветах в вазе нечто отличное от прежнего. Поэтому он отдёрнул руку, наклонился и приблизил лицо к цветам. — Что? Кажется, до того, как Дан сменил воду, всё было нормально. Почему он теперь немного увял? Это не иллюзия и не ошибка. Цветок, который, казалось, всегда оставался живым, немного увядал. Прошло не так много времени — лишь столько, чтобы уснуть и проснуться. — Я правда не могу понять. Может, надо считать удивительным, что он продержался так долго? Я некоторое время смотрел на лепестки, чьи кончики высохли и потемнели, затем отвёл взгляд и открыл окно. Потому что сейчас важно не это. Нужно выяснить, что сделали и что делают бешеные псы. «Если подумать, ещё подозрительнее, что пока меня не было, не случилось никакого беспорядка». Они не могут так. Наверняка что-то произошло, просто они это скрывают. В открытое окно ворвался прохладный ветер. В то же время слабый звук стал отчётливее... — А-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а-а! ...Плач младенца? — Тсс! Нельзя плакать! Если нас так поймают, будет большая беда. Ты же хороший? Давай! — Не только ты умрёшь, мы все вместе умрём...! Так что перестань плакать! Ку-ку! — Бва-а-а-эк! — А-а-а! Мои уши! — Он ещё сильнее плачет из-за твоего страшного лица! Убери лицо! Быстро! Ха. Деон, некоторое время стоявший в оцепенении, потому что не до конца понял ситуацию, словно пришёл в себя и опёрся верхней частью тела о оконную раму. Жалостный взгляд явно был направлен на владельцев шума. — Что вы делаете...? Почему, пока меня не было, я стал нянькой? — Ах, капитан! — Вы проснулись! — Давно не виделись! — Бва-а-а-эн! — Ача-поп! Хаоса хуже не бывает. Они не понимают ситуацию и просто машут руками. Ребёнок плачет ещё громче, будто напоказ. Они слишком поздно осознают это и спешат успокоить его. Деон снова рассмеялся от пустоты зрелища, поставил ногу на оконную раму и наступил на неё. Те, кто махали руками, застыли от неожиданного действия. — Эй, это... — Э... э...? — Капитан, подождите! — Успокойтесь! Жизнь прекрасна... нет, не то! Жизнь драгоценна... Если вы так сделаете, нам конец! Капитан драгоценен... Думаю, капитану это не понравится, но чёрт! — ...Что он вообще сейчас несёт? Как и подобает замку, Замок Короля демонов имеет высокую крышу и большие промежутки между этажами. Один только второй этаж выше третьего этажа обычного здания, а комната Деона находится на четвёртом. Прыгнуть оттуда — значит совершить самоубийство. Естественно, они испугались, ведь их командир — не кто-то другой — собирался прыгнуть. Деон цокнул языком от неуместной суматохи и спрыгнул. — Вау! — Ловим! Ловим! — О, наш капитан! Вы готовы выбросить жизнь! — Пожалуйста, поживите ещё немного, прежде чем мы умрём! Они должны понимать, что если столкнуться с кем-то, падающим с такой высоты, высока вероятность погибнуть, но думают ли они вообще? Все ринулись вперёд, крича, что будут ловить его — и я тоже, и ты тоже. Деон, увидев это, нахмурился и в воздухе изогнул тело. Гибко увернувшись от Милана, который уже протянул руки, чтобы поймать его, он легко приземлился в пустом месте. На мгновение тут и там раздались вздохи облегчения. — Ох, пожалуйста, не заставляйте сердца людей останавливаться! Раздался крик. Одновременно плач младенца, который едва прекратился, начался снова. — Хва-а-а-э! — О, точно. — Эй... — Прости. Клетер, который сверкал глазами на парня, чесавшего затылок, вздохнул. Если сказать больше, они всё равно быстро забудут и снова поднимут шум. Смелость ребёнка лишь усиливается. Скрипя зубами, он, держа младенца, отошёл немного дальше от них. Деон, наблюдавший за этим, наклонил голову. — Ты Клетер? Когда ты успел завести ребёнка? Ты хорошо заботился о себе? — Капитан... хорошо, что у вас нет предрассудков, но мужчины не могут рожать. Это не ребёнок Клетера. — Нет, я не думаю, что в мире демонов это невозможно. — Это...! Не об этом, командир! Почему вы прыгаете из окна, когда есть нормальная лестница? Опасно же! Я чуть не упал. Ты пытаешься пропустить важный вопрос. Милан яростно распахнул глаза, но, увидев лицо Деона вблизи, вдруг удивился, и выражение его смягчилось. Вся прежняя резкость исчезла, круглые глаза уставились на Деона. — Ребята, лицо капитана сияет... что-то не так с моими глазами? — Что за... а? Капитан, что, во имя всего, вы сделали с лицом? Я даже ореол вижу... — Что, лицо капитана светится? В одно мгновение члены рыцарского отряда столпились вокруг. Деон вздохнул при знакомом и утомительном зрелище, но те, кто приблизился и посмотрел на его лицо, независимо от этого тихо ахнули. Парень впереди, внимательно рассматривавший его, коснулся подбородка и вздохнул. — Как сказать... лицо вроде не сильно изменилось... — Вы и раньше выглядели так, будто заставите многих женщин плакать... а теперь, кажется, заставите плакать весь континент? — Нет. Какой континент? Вы выглядите так, будто заставите плакать целую расу. — Так что, командир, что вы сделали с лицом? Деон нахмурился, глядя, как каждый добавляет слово к бессмысленной теме. — ...Что сделал? Просто стал героем, вот и всё... — Герой?! — О боже, наш капитан — герой? — Безумие, безумие. Небеса выбрали капитана? Даже небо сошло с ума. — Но это хорошо. — Хорошо... потому что больше не придётся беспокоиться о капитане. — Значит, поэтому вы прыгнули. Уверены, что не поранитесь. — Но воздерживайтесь от такого! Я думал, моё сердце остановилось! Этому не будет конца. Деон щёлкнул пальцами, привлекая внимание, и указал на ребёнка, которого держал Клетер в стороне. — Так чей это ребёнок? — О, это не наш ребёнок... другой демон доверил его нам. ...Демон? Я снова повернул голову и посмотрел на ребёнка. — Как ни смотри, он похож на человека... Демон доверил вам человеческого младенца? — Да, мы думаем, он немного своеобразный демон. — Сейчас он пошёл за детской едой. Демон настолько своеобразный, что подбирает человеческих младенцев и растит их. Деон нахмурился, потому что на ум сразу пришёл один человек. Сколько ни думай, такой демон только один. — ...Командир Пятого корпуса? — Да. — Верно. Похоже, он как раз вернулся. Красные глаза посмотрели за толпу. Те, кто обладал хорошим чутьём, разошлись в стороны, разделяя толпу, и Деон без труда увидел Орель и Дернивана, стоявших в конце. Орель, до сих пор стоявшая неподвижно и не моргавшая, словно замёрзла, запоздало пошевелила пальцами и заикаясь открыла рот. — Э-э... господин Деон... Выглядит как ребёнок, пойманный за проступком. Кто, глядя на это, скажет, что она командир корпуса? Словно понимая, что если оставить всё так, достоинство командира корпуса только упадёт, её адъютант Дерниван, держа в одной руке ингредиенты для детской еды, шагнул вперёд вместо неё. — Господин Деон. Деон наклонил голову и скрестил руки, будто спрашивая: говори. Его глаза сузились, но Дерниван спокойно заговорил, не дрогнув. — Что касается тайного проноса человеческого младенца... — Это меня не интересует. — ... Хотя он безразличен ко всему, у него всё же, похоже, есть проницательность. Дерниван сразу сказал другое: — Приношу извинения за то, что самовольно поручил дело вашим непосредственным рыцарям. — Я знаю. ---------- Для ушедшего (4) Рыцари Лофти находятся непосредственно под началом Деона Харта. Это ещё и неоднозначная сила: поскольку они «связаны с Деоном Хартом», они лишь одной ногой ступили за ограду армии Короля демонов, и полноценной армией Короля демонов их назвать трудно. Как смеет командир корпуса использовать их в личных целях в ситуации, когда даже Дьявол их не трогает? Если это обнаружится, нечего будет сказать, даже если всё взлетит на воздух. И это не метафора — в буквальном смысле. — Смешно, что вы просто приказали им что-то сделать... ха. — ... — Если собираетесь умереть, умирайте одни. Зачем втягивать наших детей? Возможно, именно поэтому в глазах Деона появилась холодная ярость. Дерниван вздрогнул, обнаружив безумие, подавленное под этой яростью. Это была с трудом удерживаемая рассудком опасная ситуация, которая могла взорваться от любой мелочи. — Вы с ума сошли? — Простите. — Думаете, я был настолько лёгкой добычей? Ну да, меня долго не было. Уже почти смешно. Убийственность в голосе стала глубже. Орель, чувствовавшая себя неспокойно, попыталась выползти вперёд, но Дерниван мягко прижал тыльную сторону её руки, останавливая, и спокойно ответил: — Нет. Простите. — Тогда что это? — Это... — Вау! Командир! Напряжение, туго натянутое так, будто вот-вот прольётся кровь, было ослаблено внезапными криками рыцарей. Орель, вздрогнув, посмотрела на них, и Дерниван, до этого опускавший голову, тоже медленно перевёл взгляд на тех, у кого, похоже, распухла печень от смелости. Деон уже отвёл глаза, когда они внезапно закричали. На мгновение бешеные псы начали лепетать тронутыми голосами, хотя и съёжились, обнаружив смертельную силу, всё ещё не ушедшую из его равнодушных глаз. — Вы беспокоитесь о нас?! — Я растроган! — Он сказал, что мы его дети! — Не могу поверить, что вы выросли настолько, чтобы волноваться о нас...! Когда вы успели так повзрослеть? — Слёзы застилают взгляд...! — Ха, вы, ребята... Вы не даёте мне ни единого шанса стать серьёзным. Деон с глубоким вздохом коснулся лба. Члены отряда, прочитав смягчившееся выражение, обменялись взглядами, ухмыльнулись и, словно сговорившись, закричали: — Командир, пожалуйста, не ругайте их! — Это не бесплатно, это честная сделка! Нам заплатили! — Цена? — Да! Это была удовлетворительная сделка! — Что вы получили? ...Нет, не надо. Слушать не нужно. — Просто верните это и выйдите из сделки. — Что?! Деон приподнял бровь из-за реакции, оказавшейся куда драматичнее ожидаемой. Милан, встретившись с глазами, полными сомнения и раздражения, покрылся холодным потом и отвёл взгляд. Оправдание вышло почти бормотанием. — Это... не то, что можно вернуть... — Правда? В прошлом я схватил бы его за ворот и спросил, что именно он получил. Они бы из кожи вон лезли, чтобы как-то вернуть равноценную цену. Но теперь всё иначе. Голос прозвучал настолько безразлично и спокойно, что ребятам, крепко зажмурившимся и готовившимся к разносу, стало неловко. — Тогда возвращать не нужно. — ... — ... Прежде чем я успел заметить, спокойно осевшие глаза уже вместили Дернивана и Орель. — Думаю, я достаточно позаботился о вас. Верно? — Да, верно. Прежде чем говорить о сделке, они преступники. Независимо от того, младенец это или взрослый, они без разрешения привели людей в Замок Короля демонов. Даже если их убьют прямо сейчас, им будет нечего сказать. Конечно, будь он достаточно хитёр, он мог бы заявить или пригрозить, что Деон Харт — соучастник, под предлогом сделки с бешеными псами, но Деон не собирался отпускать их спокойно. Они, вероятно, тоже это знали и потому воздерживались от глупостей. Вовлекут их как соучастников или убьют — Дьявол всё равно встанет на его сторону. «Герой» был уверен. «Если меня поймают как соучастника... убить меня нельзя, поэтому они разберутся в обстоятельствах по моим словам, хотя бы чтобы вытащить меня. Даже если я убью их позже или до того, как они что-то сделают, приоритет отдадут мне». Уже мёртвый командир Пятого корпуса и его адъютант — или живой «герой» «армии Короля демонов»? Разве результат не очевиден? Ну, если отбросить всё остальное, пока есть разница в высоком статусе и подавляющей силе, ни один демон не осмелится протянуть ко мне руку. В любом случае, от их послушного поведения я немного успокоился. Странно, что бешеные псы, которые оказались замешаны, говорят, что всё нормально, а я злюсь ещё сильнее. Деон знал, что эти ребята внезапно начали кричать и нести чушь, чтобы разрядить обстановку, поэтому он подавил гнев и спокойно сказал: — Насчёт этого человеческого младенца... Орель заметно вздрогнула. — Я ничего не буду спрашивать. — ... — Честно говоря, мне не интересно. Подбираете ли вы людей или делаете что-то ещё — главное, не связывайте это со мной и моими людьми. Иными словами, я закрою на это глаза, так что больше никогда не поручайте такую опасную бомбу замедленного действия рыцарям Лофти. Дерниван понял смысл и тихо опустил голову. Деон поднял взгляд и посмотрел на небо. Три луны почти перекрывались, значит, до утра ещё далеко. «Ах. Я устал». Вернёмся в комнату. Я уснул, но в неудобной позе, да ещё проснулся посреди сна из-за странного сновидения — усталость не могла исчезнуть. Пока я шёл бездумно, внезапно опустил взгляд, почувствовав сырость под ступнями. — ...Ах да. Вы, ребята. — Командир? Вы же собирались умереть? — Я возвращаюсь. Подойдите сюда перед этим. Я почти уверен, что это галлюцинация, но как ни смотри, лужа крови кажется реальной. Это правда галлюцинация, которую вижу только я, или проклятие, которое видят и они? Нужна уверенность. Деон указал пальцем себе под ноги. — Вы это видите? — Да? Что... хе! Милан проследил за пальцем Деона и ахнул. Его глаза задрожали от явного волнения. Он видит? Значит, это не только мои глаза? Деон прищурился, и Милан закричал: — Вы босиком?! — ... Похоже, странное явление слишком отвлекло меня. Только тогда Деон увидел собственные белые ступни, стоявшие в луже крови. Если подумать, он ведь сразу выпрыгнул из комнаты. Конечно, он был босиком. — Не это, под ногами... — Под ногами?! Вы наступили на что-то острое?! — Ох, просто надевайте обувь нормально и спускайтесь по лестнице! Мы бы не разбежались! — Милан! Подними командира! — Есть! Когда его подняли и вокруг поднялась суета, Деон подумал: «Ладно, я понял: эту лужу крови вижу только я». Если бы они видели её, устроили бы шум в другом направлении, а не этот беспорядок. Раз уж убедились, что на ногах нет ран, почему не опускаете меня? Член отряда, должно быть, почувствовал настойчивый взгляд. Он поддерживал его ступни одной рукой и внимательно осматривал, но внезапно поднял голову и сказал: — К счастью, ран нет, но по дороге вы можете пораниться, так что мы отнесём вас в комнату. — ...Могу я пойти сам? Даже если поранюсь, быстро восстановлюсь. К тому же сейчас ночь. Нельзя шуметь. — Мы можем быть тихими! — Вы? Недоверчивый взгляд упал на тех, кто всё ещё шумел. Словно уколотые, они не смогли уверенно ответить и закрыли рты. Пока я жалостливо смотрел на это, Клетер, передав младенца Дернивану, подошёл и сказал: — Да, если вы все ринетесь, шум точно будет. Милан, просто неси его. — Хорошо! Деон, внезапно оказавшийся у него на руках, не сразу понял, что происходит, и на мгновение застыл, а затем нахмурился. Даже если попросить опустить, они не послушают, так что оставим это. — Мне кажется, этот будет самым громким. — Зато у него больше всего сил. Ну, вы, должно быть, устали, так что отдохните, капитан. — Нет, я... — Я отнесу вас без единого звука! Эрра-а-а-а! — Эй, ты... ...Ладно, если он бежит и кричит, шагов действительно не услышишь. Не знаю. Кажется, я слышал, как капитан выругался, но, наверное, это просто настроение. Клетер умело проигнорировал двоих, удаляющихся прочь. В конце его взгляда оказались Орель и Дерниван. Орель резким голосом пробормотала, обращаясь к адъютанту: — Дерниван, тон Деона вернулся... — Тсс. Дерниван, приложив указательный палец к губам Орель, бросил взгляд на две удаляющиеся фигуры. Хотя её лицо было полно вопросительных знаков, он молчал и лишь после того, как Деон и Милан исчезли из виду, медленно открыл рот. — Ничего странного. — Почему? — С самого начала манера речи Деона была разнообразной. — Я знаю. Но почему «тсс»? — Говорят, когда Деон впервые сменил тон после назначения командиром Нулевого корпуса, демон, который открыто упомянул это, его оскорбил. — Я тоже это знаю. Он сказал, что не убил его, а просто приставил кинжал к шее и велел заткнуться. Но разве тогдашняя смена речи не отличается от нынешней? В прошлом это была полу-вежливая или властная неформальная речь, а теперь — элегантная манера... — Похоже, отличается только тип речи. Прежде всего, осторожность заранее никогда не повредит. Дерниван тихо посмотрел на Орель. Она снова открыла рот с круглыми глазами, будто хотела спросить, но закрыла его и опустила взгляд, услышав снизу радостное лепетание. — Кя-а-а! Младенец стоял, с трудом держась за край одежды Орель. По человеческим меркам стрекозиные сложные глаза без белков выглядели бы отвратительно, но вместо плача яркое лицо улыбнулось снова, стоило их взглядам встретиться. Орель рассеянно позвала знакомое имя: — ...Дерниван, ребёнок схватил мою одежду. — Да. — И засмеялся. — Вот как. — Почему он улыбается? Вопрос о манере речи Деона давно полностью забылся. Даже вздыхая от этого зрелища, Дерниван не мог легко отвести глаза от Орель. Потому что в круглых глазах была не только любознательность. Как раз когда он собирался открыть рот, Клетер, который с удовольствием наблюдал за ситуацией, ответил первым, словно ждал. — Орель хорошая. — Я хорошая? Почему? — Разве это не любовь, которую чувствуют к опекуну? — Опекуну? Ко мне? — Орель. Дерниван запоздало открыл рот, чтобы позвать её, но было уже поздно. Орель опустила руку и взяла младенца, внимательно рассматривая его лицо, словно видела нечто незнакомое. — Понятно. Я защитница. — Тогда я стану «мамой»? А Дерниван — «папой»? Однако... Она оперла младенца на одну руку, а свободной указала на следы слёз на его щеках. — Ребёнок плакал? — Упал, когда учился делать четыре шага. — Учился ходить? — Если ни за что не держится, он всё ещё не может нормально идти. Я держал его за руку и учил, но этот ребёнок отвлёкся... — А, это ты сказал, что тоже хочешь, и бросился! Иными словами, он потерял опору и упал. Хм. Не знаю почему, но мне странно не нравится это. Орель, держа младенца и наблюдая за спором, наклонила голову, не понимая собственных эмоций. — Орель, я подержу ребёнка. — Дерниван. — Мне странно неприятно. Ты знаешь почему? — ... Хотя Дерниван настолько бесчувствен ко всему, что можно смело сказать — эмоций у него нет, служа Орель, любопытной и полной чувств, он сумел в некоторой степени понять и выучить эмоции. Поэтому он знал. — Это ни в коем случае не хороший знак. Поэтому он взял у неё ребёнка без редкого для себя ответа. ---------- Отдых это или лень, или же... (1) Вернувшись в комнату, Деон проспал три дня, словно собирался наверстать весь недосып за последнее время. Казалось, он должен проснуться среди ночи, но он продолжал спать, ни разу не открыв глаз, поэтому рыцари Лофти встревожились и начали заглядывать к двери... — Вы уверены, что с ним всё в порядке? — Я слышал, он ни разу не просыпался! Если с ним что-то... — Эй, ублюдок! Не каркай! ...Кстати, вы пробовали поднести палец к его носу? — Он просто спит чуть дольше обычного. Он крепко спит, так что не тревожьте его и быстро возвращайтесь. Мало того, что вы говорите слишком громко, вы ещё и забили коридор толпой. Их встретила железная стена, и им ничего не оставалось, кроме как вернуться в свои жилища. Дан, прогнав лающих диких псов от двери, вошёл, осторожно подошёл к двери, запер её и обернулся, готовясь к тем, кто не сдался. Он увидел Деона, тихо спящего в кровати, словно персонаж из сказки, будто тот не проснулся несмотря на шум снаружи. Деревянный ящик на тумбочке у кровати прилагался. «...Почему он спит с этим у изголовья?» Сказать, что это лучше, чем обнимать во сне? Нет, пожалуй, лучше было бы просто обнимать и спать. То, как он смутно и неудобно спит, создаёт ощущение, будто хочет держать это в руках, но что-то слишком сильно его удерживает, и потому он спит, лишь положив рядом. Проводив Деона странным взглядом, Дан на мгновение отвернулся и принялся приводить комнату в порядок. На самом деле убирать было нечего. Человек, который должен был всё разбрасывать, с момента прибытия лежал в кровати и спал, так что к чему тут прикасаться? Он просто провёл кончиками пальцев по поверхностям, проверяя, не накопилась ли пыль, и посмотрел на вазу на подоконнике. Он думал, что цветок, как и прежде, будет свежим, поэтому бросил быстрый взгляд и собирался пройти мимо, но вскоре Дан не поверил своим глазам и был вынужден снова повернуться к цветку. «Немного... увял?» Даже когда он высох изнутри из-за отсутствия воды, он оставался живым. Может быть, на него сильно повлияло долгое пребывание в мире демонов? Невозможно предсказать, оживёт он или увянет. «Снаружи выглядит как обычный цветок из мира людей». Он посмотрел подозрительным взглядом на цветок с немного увядшим кончиком и отвернулся. Подозрительно, но если он не выглядит опасным, убрать его можно только с разрешения Деона Харта. Сейчас он ничего не мог сделать с этим цветком. *** Прошло три дня, и на четвёртый Деон Харт наконец проснулся. Вопреки ожиданиям, что после отдыха он всерьёз вернётся к завоеванию мира людей, он внезапно впал в апатию и заперся в комнате. Естественно, многие растерялись. «Причина очевидна». Пока демоны пребывали в замешательстве, не зная, как реагировать на неожиданную и непривычную ситуацию, один человек двигался спокойно. Дан вздохнул, заставляя поникшего Деона сесть, кормя его и заталкивая в ванную, чтобы умыться. «Потому что он достиг одной большой цели». Он достиг огромной цели — разрушил Империю и отомстил герцогу, — поэтому внезапно почувствовал опустошение. Человек не может постоянно сжигать свои эмоции, будь то месть или что-то другое. Скорее, стоит сказать, что он был храбр, продержавшись до сих пор. «Будь он обычным человеком, его дух точно бы рухнул». То ли из-за слабого вида, то ли из-за острой атмосферы, создающей ощущение, будто он вот-вот развалится, но, честно говоря, Дан оценивал психическую силу Деона Харта ниже средней. Достаточно было посмотреть на нынешнюю ситуацию. Он выглядел так, будто держится за стекло, уже почти покрытое трещинами. «...Если подумать, удивительно, что он вообще выдержал всё это до сих пор». С четырнадцати лет и до нынешнего момента безжалостный молот бил по духу Деона Харта снова и снова. Не мягко постукивал, а вкладывал всю силу в каждый удар — мощно и непрерывно. Только благодаря его психической силе дух, который уже мог превратиться в пыль, всё ещё сохранялся, пусть и в треснувшем состоянии. Возможно, человеком с самым крепким духом был не кто иной, как Деон Харт. «Может, это и есть предел, но сейчас кажется, что если ударить ещё раз, он разобьётся». Дан оглянулся на Деона, вышедшего в халате, заметил, что тот направляется прямо к кровати, и быстро открыл рот: — Нужно одеться. — Лень. — Нет, господин... ха. Деон лёг на кровать, уткнувшись лицом в подушку, и не двигался. Дан на мгновение задумался, не умрёт ли он от удушья, но решил, что герой от такого умереть не может, отбросил беспокойство и снова заговорил: — Командиры корпусов снова приходили. — Я один раз с ними встретился. Этого достаточно, чего ещё им нужно? Приглушённый голос пробормотал это из подушки. Да, я действительно с ними встречался. Перед командирами корпусов, пришедшими обсуждать завоевание мира людей, я развалился на стуле и говорил без всякой искренности. Суть в итоге свелась к тому, чтобы они сами разобрались. [Вы на таком уровне вполне способны. Раз Империя, самое большое препятствие, устранена, с остальным разберитесь сами.] [Но...] [Запрет на магию исчез, так что вы правда не можете справиться?] [...] [Верно?] Он одновременно герой, главнокомандующий и командир Нулевого корпуса. Все держали рты закрытыми и ушли, потому что не могли восстать против самого любимого существа Короля демонов, но недовольство всё равно могло появиться. Что, если в Замке Короля демонов возникнет враг изнутри? Дан, смотревший на Деона сложным взглядом, повернул голову, услышав стук. — Это Эд, Деон. — Мг. Теперь, словно говорить было слишком хлопотно, указательный палец щёлкнул вместе с лёгким носовым звуком, который не имел смысла. Даже не жест рукой, всего лишь палец. Дан, только что на миг рассмеявшийся от изумления, понял значение и подошёл открыть дверь. — Проходите. — ... Эд недовольно посмотрел на Дана, который вышел изнутри, затем протиснулся мимо него и встал рядом с кроватью Деона. В обеих руках у него что-то было. — Я принёс новую головоломку. — Да. — Подумал, это может помочь с душевной стабильностью... — Угу. — ...Возможно, я сделал что-то бесполезное. — Да-а. Потеряв дар речи, Эд повернул глаза к Дану, словно требуя ответа. Дан, встретив голубые глаза, спокойно пожал плечами. — Это бессмысленные слова, сказанные бездумно. Не обижайтесь. — Я... не обиделся. И что это за манера говорить перед Деоном? — Это было простое объяснение. Спорить не хотелось. Эд, уже собираясь сказать что-то ещё, покачал головой и вздохнул, будто смирился. Коробку с головоломкой он положил на стол посреди комнаты. — ...Деон. — Да. — Можете хотя бы сказать, почему вы так себя ведёте? — Да. Пока Эд предпринимал бессмысленные попытки завести разговор, Дан быстро взглянул на головоломку на столе. О, он был совершенно поражён. «Похоже, для пазла использовали довольно качественную картину». Когда её собрать, получится красивый пейзаж. Каждый раз, когда он смотрел на пазл, висящий в комнате, он гадал, кто достал такую вещь, но никогда не думал, что это адъютант. Даже если не учитывать это, спасти такую вещь из охваченного войной мира людей было бы трудно, так что способность у него, пожалуй, хорошая. — Пожалуйста, Деон. — Да правда. Наконец, словно больше не мог игнорировать зов Эда, раздражённый голос заполнил комнату. Деон лежал на животе, повернув голову набок; половина лица утопала в подушке, а брови были слегка нахмурены. — Я просто устал и хочу немного отдохнуть. — Но сейчас война... — Даже Король демонов ничего не говорит. Думаешь, это та область, куда ты можешь вмешиваться и указывать? — ... Деон, кривым взглядом посмотрев на лишившегося слов Эда, повернул голову в другую сторону. — Иди. Я устал, так что не мешай. — Господин, вы снова собираетесь спать? Это был Дан, опередивший застывшего Эда. — Вы уже достаточно поспали, разве нет? Дан, пройдя мимо Эда так естественно, будто его и не замечал, заговорил. Эд на мгновение посмотрел на свои руки, проверяя, не стал ли невидимым демоном. — Я всё равно устал. — Всё, что господин сделал сегодня, — поел и сходил в ванную. — Что мне делать, если мне просто хочется спать? — Даже если большую часть дня вы и так спите? — Я позову Бена. Хотя его существование померкло из-за того, что его оттеснил этот неприятный и злой человек по имени Дан, он не настолько добродушен, чтобы с ним обращались как с пустым местом. Эд поднял голос до нужной степени: — Сонливость даже после сна может быть признаком проблем в теле. Думаю, лучше пройти подробный осмотр. — Но... Только тогда Деон перевёл взгляд на Эда и осёкся. Красные глаза закатились, словно ему было хлопотно. — Я же герой? — Даже герои в итоге смертны. Слишком сильно верить в силу героя нехорошо. — ...Ладно, как хотите. Делайте что угодно. Хотя ответ был неохотным, дальнейшее произошло быстро. Бен, получив сигнал от Эда, прибежал так, будто у него ноги горели, заставил лежащего Деона сесть и начал различные осмотры. Деон всё время растекался и пытался лечь, но Эд и Дан не позволяли и поддерживали его, а он резко выкрикнул, спрашивая, что они делают. Дан, поддерживая обмякшего Деона, игриво спросил: — Господин, у вас новый позвоночник расплавился? Тело будто превратилось в осьминога... — Следи за речью. Не понимаю, почему Деон держит тебя рядом. Эд раздражённо сдвинул брови, мягко поднимая Деона, пытавшегося лечь, и возвращая на место. Дан усмехнулся. — Может, именно это во мне ему и нравится. — Это не так. Когда мне слишком лень говорить, я всё равно отвечаю чётко. Эд откашлялся, словно сдерживая смех, пока Дан на мгновение потерял дар речи. Благодаря этому Дан пришёл в себя и посмотрел на Деона так, будто это было слишком. — Господин... — Так каков результат осмотра? — С телом всё в порядке, но... — Вот видите. Никаких проблем. Деон, явно показывая раздражение, пробормотал это, стряхнул две руки, державшие его за плечи, и снова заполз под одеяло. Казалось, этим он велел всем заткнуться, но этого было недостаточно, чтобы преодолеть сильный профессиональный дух Бена, который ещё не закончил говорить. — Похоже, проблема душевная. — Что? Деон подскочил из-за замечания, которое нельзя было проигнорировать. Ярко-красные глаза, окрашенные острым ожиданием, посмотрели на Бена так, словно не понимали, когда успели расслабиться. — Хочешь сказать, что я сумасшедший? Психопат? — Нет! Не это! Бен, почувствовав опасность для жизни, подпрыгнул. — Вы, Деон, в последнее время многое пережили во время долгой войны. По природе поля боя душевная усталость должна была накапливаться, а способов снять её не было. — А-а. Я понял, что он пытается сказать. Деон, снова моргавший сонными глазами, сполз, чтобы лечь. Голос Бена продолжился, словно подтверждая мои ожидания. — Думаю, накопившаяся до сих пор душевная усталость вышла наружу из-за отдыха. — Если отдыхаешь, разве не должен стабилизироваться, а не взрываться? Господин, почему... — Нет, если сделать в плотине маленькую дырку, чтобы выпустить немного воды, она взорвётся или нет? Трещины постепенно расползаются вокруг отверстия, и вскоре рушится сама плотина. Однако нельзя не отдыхать вечно, так что, думаю, хорошо, что это случилось именно сейчас. Во всяком случае, мы прошли огромный рубеж — Империя пала, и, кажется, у нас есть немного времени. Дан вздохнул, глядя на неподвижный белый затылок Деона. — И что теперь делать? ---------- Отдых это или лень, или же... (2) — Лучше, как сейчас, обеспечивать регулярное питание и время от времени побуждать к прогулкам. Ещё хорошо дарить что-то, что даст мотивацию, как тот друг. К сожалению, похоже, это провалилось. Бен указал подбородком на пазл, лежавший на столе, и встал, продолжая ворчать непонятно для кого: — В любом случае, усилий понадобится много. Похоже, именно с этого момента. Проклятые демоны начали действовать мне на нервы. «Чёртовы ублюдки». Даже если я лежу, когда приходит время еды, Дан заставляет меня подняться, так что это можно вытерпеть. В любом случае, если хочешь жить, нужно есть. Ничего страшного, если рацион немного обременителен. Если не считать эмоционального груза, повар очень старается, так что еда вкусная, и видов блюд много. Ничего страшного, что бешеные псы разделились на группы и по очереди навещают меня. Потому что они пришли сюда только ради меня. Раз им не на кого положиться, кроме меня, как опекун, я должен принять это с широким сердцем. Но не это. — Деон, как насчёт впервые за долгое время прогуляться в саду? Что думаешь? Деон бросил взгляд на странный сад, укрытый покрывалом, сотканным лунным светом. В конце линии взгляда растение с глазами подёргивало листьями, словно хотело напасть. Я тихо посмотрел на глаза, сверлившие меня, и протянул руку к Хиену. — Факел. — Да? Ах, да! В прошлом я на миг ошибся, потому что всегда держал факел сам. Хиен на мгновение оцепенел, недоумевая, почему я вдруг прошу факел у него, но затем понял, что факел у него в руке, и поспешно протянул его. Деон взял его и направился к растению с глазами. Только тогда я понял, что у листа, который угрожающе дрожал, есть рот. — Де... Деон...? Рот на листе бросился ко мне, словно собирался укусить. Деон оторвал его вместе с листом, бросил на пол и поднял факел, который держал в другой руке. Затем послышался звук, будто что-то жарится. — Ты спрашивал, что я чувствую? — Очень раздражающе и надоедливо. Поэтому надеюсь, ты перестанешь предлагать прогулки. Как бы ты себя чувствовал, если бы человеку, который и так устал и не хочет ничего делать, показали растение, заставляющее нервничать? Хиен вздрогнул от сухого голоса и посмотрел за спину Деона. Там «безглазые» растения беспомощно умирали. Обычные люди на этом этапе испугались бы и больше не подошли, но когда дело касалось Деона Харта, безгранично позитивное отношение Хиена сияло совершенно не к месту. «...Он хочет увидеть цветы мира людей!» Есть кое-что подходящее. На лице Хиена появилась яркая улыбка, будто его дрожь только что прошла. — Прогулка нужна, чтобы улучшить настроение и здоровье, но если от неё вам хуже, это проблема. У меня есть подарок, который я хотел бы вам дать, так что почему бы вам пока не вернуться внутрь? — Подарок? Ну, наверное, монстр. Потрясённое выражение Деона заставило его захотеть вернуться в комнату и полежать, поэтому, не отпуская бессмысленную проблему, он молча ушёл. А когда добрался до комнаты, вместо того чтобы сразу лечь в кровать, по которой скучал, он подумал об искренности Хиена, сел на диван и стал ждать, пока тот придёт с подарком. И пожалел. — Фу. — Вон. Ну конечно. Это растение-монстр. Растение, которое я видел в прошлый раз, качнуло стеблем, словно приветствуя. Не уделяя ему больше внимания, я выгнал Хиена и лёг на кровать. Я зря потратил душевные силы на ненужную прогулку и ненужное растение. Деон от усталости поднял руку, чтобы закрыть глаза, но затем медленно опустил её. «Правда». Они не дают человеку времени отдохнуть. Ярко-красные глаза скользнули в сторону и остановились на кинжале, воткнутом рядом с головой. Я назвал имя другого человека так, словно уже привык к подобным ситуациям. — Девелания. — Да, Деон. Деон вздохнул и поднялся. На лице не было ни малейшего удивления. Потому что он уже знал. У неё не было не только жажды убийства; он знал и то, что целью кинжала был не он, поэтому оставался спокоен. Если бы он ощутил хотя бы намёк на убийственное намерение, кинжал оказался бы в руке Деона и был направлен не в кровать, а в шею Девелании. Он вытащил кинжал, аккуратно воткнутый в кровать, покрутил его и спросил: — Могу ли я понимать это так, что ты выполнила то, о чём я просил? Приказ найти тело Круэля Харта. Девелания тут же застонала. — Я не хотела приходить, потому что думала, что будет именно так... — Значит, ещё не закончено. — Простите. Однако мы делаем всё возможное, мобилизовав бойцов корпуса на поиски, так что сможем найти его со временем. — Хм. Для меня всё ещё слишком поздно. Недовольный голос заполнил комнату. Кинжал плавно двигался между пальцами. Деон ещё несколько раз поиграл им и спустя немного времени, разрушая странное напряжение, открыл рот: — Я не собираюсь просто ждать. Напиши отчёт о том, как далеко продвинулись расследование и отслеживание, и пришли мне. — Да... Девелания, пришедшая без причины и получившая работу, чуть не плакала. Деон не обратил внимания и спросил: — Тогда зачем ты пришла? — Вы сказали, что стали героем. Как я могла не прийти? Мне так любопытно. В целом у демонов нет долгого терпения. Особенно у командиров корпусов, которым не обязательно что-либо терпеть. Даже Девелания, чья основная задача — проникновение и потому терпение у неё длиннее обычного, не смогла подавить любопытство в этом вопросе. «Если есть командир корпуса, который не посетил Деона, он либо очень занят, либо недостаточно близок к нему и боится оскорбить». Рука, вращавшая кинжал, внезапно остановилась. Деон поднял голову с бесстрастным лицом. В тот миг, когда Девелания насторожилась от таинственных глаз, с которыми встретилась... Фьюх — что-то пронеслось рядом с лицом. Девелания широко раскрыла глаза. Неважно, застыла она или нет: Деон лениво улыбнулся, прищурив глаза, оставаясь в той же позе, из которой бросил кинжал. — Каково это — увидеть, что я стал героем? Кап. Запоздало на щеке появилась ровная линия, и по ней потекла кровь. Ха, она рассмеялась. — ...Теперь я как-то понимаю чувства Силуа. Я в некоторой степени могу понять безумную сучку, командира Седьмого корпуса, которая хватается за кинжал и устраивает всё это. Он настолько соблазнителен, что хочется увидеть ещё раз, даже если ради этого придётся пожертвовать невинными служителями. К тому же теперь он красивее и держится свободнее, так что она, вероятно, будет в восторге. «Но это не про меня». Я лишь на мгновение удивилась. Девелания, быстро вернувшая самообладание после краткого колебания, сменила тему бесплодного разговора. — Я слышала, вы полностью отпустили работу. — В конце концов, это и была главная цель. Я просто отдыхаю. — Для этого, кажется, вы отдыхаете слишком долго... — Я ведь не несколько месяцев отдыхаю. Прошло всего десять дней и один день, а вы не слишком нетерпеливы? Полагаю, командиры корпусов не настолько некомпетентны. Когда он так говорит, возразить нечего. Однако командирам корпусов неизбежно трудно привыкнуть к тому, что человек, который был так занят, словно случится что-то великое, если он отдохнёт хоть день, внезапно стал таким свободным. Раньше он выходил лично, заботясь о каждой детали от начала до конца. Деон, теребивший рот, пока Девелания молчала, сунул руку за пазуху и достал сигарету. — Тогда почему бы тебе не перестать меня беспокоить и не уйти? Я устал. — Насколько я знаю, единственное, что Деон сделал сегодня, это... — Если у тебя есть время, хочешь получить дополнительное задание? — Прошу прощения. Вы, должно быть, устали, так что отдыхайте. Девелания исчезла так же тихо, как и появилась. Теперь я наконец могу нормально отдохнуть. Уснуть сразу или покурить и потом лечь? Пока я думал об этом, перекатывая во рту незажжённую сигарету, раздался стук, и дверь распахнулась. Деон даже не стал поворачивать голову, чтобы проверить, кто пришёл. Насколько он знал, в Замке Короля демонов была только одна группа ублюдков с настолько распухшей от наглости печенью. Как и ожидалось. — Командир! Мы пришли! — Вы опять хотите принять лекарство! — Что?! Лекарство? — Командир! Нельзя! Достигнутая было спокойная атмосфера разбилась. Сигарета во рту исчезла, и её место занял леденец. Деон, который сначала послушно принял его, вскоре сделал ошарашенное лицо. Да, до определённой степени это можно принять как грубую заботу. С тех пор как я пришёл сюда, такое случалось не раз. Однако. Они слишком много пихают мне в рот. — Что вы делаете? — Пфуп. — Уууаэ? (Умереть хотите?) — Пфха-ха-ха-ха! Что за произношение? Кья-ха-ха-ха-ха-ха! Нужно было дать один леденец, а что будет, если каждый затолкает по одному? Выплюнуть было некуда, поэтому я с набитым леденцами ртом схватился за живот, сверкнул глазами на ребят, катавшихся по полу, и взял кинжал рядом с деревянным ящиком на тумбочке. — А? Капитан, вы правда собираетесь им махнуть... вау! — Тогда мы правда пострадаем! — Спокойно! Спокойно! Я не буду смеяться, даже если смешно! — Эй, ублюдок! Как ты мог такое сказать! Разве не знаешь, что лысому неприятно, когда его называют лысым? — Ах! Я потерял желание даже злиться. Почувствовав, что атмосфера необычная, ребята замахали руками и закричали, прося успокоиться, но что с того? По совпадению, кинжал, который я держал, назывался «Спокойствие». Деон, поправив хват кинжала, уже собирался взмахнуть им. — Господин...? Раздался слабый голос, полный неверия. Деон замер и повернул голову. Дан, увидев пухлые щёки Деона спереди, вздрогнул и тихо отвёл взгляд. Его глаза вернулись в сторону и, лишь осмотрев бешеных псов, побледневших и тяжело дышавших, будто они умерли и вернулись к жизни, он понял. — Ну... вы удивительны во многих смыслах. Не могу поверить, что вам удалось вызвать у господина такие эмоции. — Ерунда! — Это не комплимент. Что мне делать, если вы пробуждаете в нём жизненность и живость? — Он выглядит бодрым и живым. — Это совершенно другое. Он достал из кармана платок и подошёл к Деону. Когда он поднёс раскрытый платок ко рту, появился колючий красный взгляд, будто спрашивающий: что это такое? Дан спокойно сказал: — Поэтому у вас должен быть хотя бы один платок. Вы выглядите так именно потому, что платка нет. — Сделай сам. И без того колючий взгляд стал суровее. Взгляд Деона резко поднялся, в нём мелькнула жажда убийства, но Дан не обратил внимания. Потому что ему всё равно придётся выплюнуть. — Ха-ха-ха! Давайте же! Ха-ха-ха-ха! — Что вы делаете, командир? Давайте! — Пфха-ха-ха-ха-ха-ха-ха! Внезапно кинжал полетел. Ребята, как и подобало имени «Спокойствие», в ужасе замолкли. Деон обречённо опустил глаза. Маленькие подтаявшие леденцы один за другим бесшумно падали на платок, будто он старался выплюнуть их как можно чище. Один, два... Дан, считавший количество леденцов в уме, подсчитал их число. Сколько же они ему скормили? — Теперь достаточно. Деон откинул голову назад, перекатывая во рту оставшийся кусочек леденца. Дан, кое-как завернув и завязав платок, достал из кармана чистый белый. — Вот новый платок. — ... — Если вы решили, что он нужен, разве не собирались потом попросить отдельно? Деон, неожиданно получивший платок, осмотрел то, что держал в руке, словно касался незнакомой вещи. Дрожащий голос продолжил: — Он белый. — Если на него попадёт ваша кровь, это будет очень заметно. Всё равно больше нет нужды кашлять кровью. Глаза говорили именно это. Деон некоторое время смотрел на Дана. Хотя взгляд казался тяжёлым, Дан не уклонился и встретил красные глаза. Даже бешеные псы затаили дыхание в тонкой атмосфере. Затем прозвучал маленький звук. Тихий щелчок, когда леденец, перекатывающийся во рту, коснулся зубов. Деон усмехнулся и спрятал платок за пазуху. — Ну, верно. Кстати... — Выгони этих ублюдков. Я схожу с ума. Белый палец указал на бешеных псов. — Командир? Мы же в лучшем виде сидели тихо, разве это не слишком? — Немедленно. — Командир! ...Теперь, когда я вижу, похоже, они вызвали не только жизнь. Дан слегка улыбнулся при виде явно успокоившейся атмосферы в комнате и сделал шаг. — Ну, вы все слышали? Прошу выйти. ---------- Отдых это или лень, или же... (3) — Разве это не слишком?! Мы его кормили, укладывали спать и учили! Неблагодарный ты...! — Кормил меня и укладывал спать господин. И возможность учиться мне дал тоже господин. — Но учили-то напрямую мы! — Я благодарен. Но мой хозяин — господин. Бешеные псы, задиравшие головы, лишь разинули рты, словно им было нечего возразить, и в конце концов беспомощно оказались вытолкнуты наружу. Прежде чем их окончательно выгнали из комнаты и дверь закрылась, кто-то, будто вдруг вспомнив, срочно крикнул в щель: — Лидер! Нельзя принимать лекарство без нас! Как и ожидалось, всё это случилось из-за лекарства. Забота похвальна, но... Отбросив это в сторону, Дан холодно закрыл дверь и обернулся. Деон Харт, который только что бесился с кинжалом, теперь вдруг обмяк и заползал в постель. Глядя на это, Дан почему-то почувствовал раздражение. — ...И долго вы собираетесь так продолжать? Голос прозвучал чуть холодно. Лежавший на кровати Деон повернул голову и посмотрел на Дана. Таинственные красные глаза то исчезали, то вновь появлялись за лениво опускающимися веками. Дан сделал шаг и подошёл ближе. — Судя по одному только вашему поведению, кажется, будто вы уже достигли цели. — ... — Передо мной можете валяться сколько угодно. Но если вы будете валяться настолько, что это заметят посторонние, начнутся проблемы. То, что видел Дан, было не страшно. Пока он будет держать рот закрытым, проблем не возникнет. Но другим нельзя было показывать то, что могло стать слабостью, вроде нынешнего состояния. Дан протянул руку. Под пальцами ощутилась температура тела ниже обычной, и вскоре вся ладонь наполнилась чужим прохладным теплом. То ли Деон знал, что Дан не собирается его убивать, то ли просто был уверен, что не умрёт, — бедствие перед глазами покорно отдало голову без единого сопротивления. — Вы знаете? Дан слегка сжал ладонь, будто угрожая. — Такое ваше поведение меня раздражает. Если так пойдёт и дальше, раздражение превратится в ненависть. — ... — Я многое терпел. Этого достаточно, так что знайте меру. Он медленно отпустил руку и отступил. Деон, наблюдавший, как Дан отворачивается и уходит, неторопливо открыл рот. Спокойный голос задал неожиданный вопрос: — Как обстоят дела в мире людей? — ... — Спорю, ты ходил в мир людей, пока я отдыхал. Расскажи. Даже мелочи подойдут. Как там? — ...Торговый дом Лоуфелла полностью уничтожен. Говорят, всю их семью постигла трагедия. По слухам, это была катастрофа, но Дан знал: Деон Харт, скорее всего, понял всё сразу, как только услышал. Это сделал Стигма Примиро. Тот, кто занимается сведениями, не мог этого не знать. Что чувствует человек, которого убивает незаконнорождённый ребёнок, считавшийся ничтожеством? Нельзя создавать таких существ бездумно. Кто знает, кем станет другой человек в будущем? «Не мне бы это говорить». Прямо сейчас сам Деон Харт находился в положении, где решал, сделает ли он из Дана врага своими нынешними действиями. Дан цокнул языком и снова сосредоточился на Деоне, который продолжил: — Раз соперники рухнули, твоя компания теперь должна была стать полной монополией. — Есть мелкие изъяны... но пока можно сказать и так. — Тогда достаточно. Проследи, чтобы так и оставалось. Дан остановился и посмотрел на Деона. Красные глаза, встретившие его дрогнувший взгляд, сонно изогнулись. Зато голос, заполнивший комнату, прозвучал необычайно ясно. — Ты сказал, что по одному моему поведению кажется, будто я уже достиг цели? — ... — Такого быть не может. Никогда. Я не устал. Даже если бы захотел устать, не смог бы: мне ещё слишком многое нужно сделать. — Я просто жду. Жду, что Король демонов предпримет что-нибудь, узнав о моём состоянии. Пусть в процессе потратит ещё больше магической силы. А даже если не потратит, я ничего не теряю: могу отдохнуть и потом сражаться. И ещё. Деон молнией поднялся, схватил Дана за шею и оттолкнул. Словно отплачивая за недавнее, он слегка сдавил горло — ровно настолько, чтобы не задушить, — и произнёс: — Ты многое терпел? Жаль. Похоже, придётся потерпеть ещё немного. — Ха-ха. Давление усилилось, предупреждая не лезть. Зря волновался. Дан покорно поднял руки. В уголках губ проступила улыбка, которую он не сумел скрыть. — Если причина в этом, тогда всё в порядке. * * * Нет монарха, который стал бы спокойно смотреть, как человек силы главнокомандующего две недели сидит без дела. В конце концов Король демонов вызвал Деона Харта. «Дольше, чем я думал». Он терпел целых две недели. Это была первая встреча лицом к лицу с тех пор, как Деон вернулся в Замок Короля демонов. Что ему сказать? Слабая улыбка тронула уголки губ Деона, пока он шёл по коридору к кабинету Короля демонов. Тук-тук. — Войдите. Получив разрешение, он открыл дверь, вошёл и остановился перед столом. Кабинет, как и прежде, ничуть не изменился, так что оглядываться нужды не было. Король демонов сидел за столом и постукивал ручкой. Он поднял голову и посмотрел на Деона. Первые слова совсем не походили на то, что можно было сказать человеку, который игнорировал работу, заперся у себя и пустил всё на самотёк. — Пришёл? Ожидаемо или неожиданно? Голос был простым и чистым, в нём не чувствовалось ни раздражения, ни тем более гнева. Правда, следующая фраза немедленно перевернула это впечатление. — Может, это потому, что ты стал героем, но теперь твоё лицо трудно увидеть. — ... — Что поделать? Ты ведь благородный герой, верно? Ах, вот это немного неожиданно. Деон не думал, что вместо гнева услышит сарказм. Он неуверенно открыл рот. — Вы меня не вызывали. — Верно. Даже такую слабую отговорку Король демонов послушно принял и кончиком ручки указал на диван в стороне. Голос был настолько мягким, что Деон, успевший напрячься, почувствовал неловкость. — У меня ещё есть работа. Подожди немного. Всегда заставляет ждать, когда вызывает. Не месть ли это? Деон сел на диван, как ему велели, и стал смотреть, как Король демонов разбирается с документами. Увидев это лицо, он опасался, что его охватит убийственное намерение, но, может, из-за нереальности происходящего всё оказалось лучше, чем он думал. «Я никогда не видел его таким». Деон никогда не видел, как Король демонов работает: всякий раз, когда он приходил, тот прекращал бумажную работу и занимался им. Поэтому, хотя теперь появилась возможность спокойно наблюдать, он мало что мог понять. Но одно он всё же заметил: документов стало значительно больше, чем раньше. Вероятно, по мере продвижения войны забот тоже прибавилось. «...Спать хочется». Он потёр тяжёлые глаза. Похоже, тело привыкло к бесконечному лежанию. Это точно не было вопросом психики. «Сколько времени прошло с тех пор, как я проснулся?» Ему действительно хотелось спать. До такой степени, что он вот-вот уснул бы прямо здесь. Не хотелось спать вне своей комнаты: кошмары приходили везде, кроме неё. Но когда же он закончит с бумагами и займётся мной? Деон, доедая закуски со стола, чтобы перебить сонливость, пришёл к выводу: это точно месть. И уснул. Деон внезапно открыл глаза, рефлекторно схватил протянутую к нему руку и растерянно моргнул. Он не имел ни малейшего понятия, когда именно уснул. Хотя ему было неловко, возникла непонятная необходимость что-то сказать. Он поднял голову и с запозданием открыл рот. — Что это? — Мне показалось, тебе снится кошмар. — О. Странно. Он не помнил никаких кошмаров. Напротив, спал крепко, будто у себя в комнате. Или даже крепче... — Думаю, теперь ты готов говорить? — Я и раньше был готов. Сейчас не время думать о подобных мелочах. Деон отогнал мысли и поднялся, не зная, когда успел лечь. Сверху внезапно сползло одеяло. «...Одеяло?» Король демонов ухмыльнулся, заметив, куда упал его взгляд. Деон посмотрел то на одеяло, то на него и решил на этот раз пропустить мелочи. — Король демонов, у вас теперь действительно есть время поговорить? — Время было с самого начала. Я просто отложил разговор, потому что тебе, кажется, нужно было больше времени, чем мне. — ...Когда я только вошёл, свободного времени у вас было не так уж много, верно? Возрастом это назвать? Король демонов просто знал. Деон Харт, вернувшийся в Замок Короля демонов, наверняка нуждался во времени, чтобы собрать разбитый разум. Поэтому он инстинктивно дал ему расслабиться. Он подумал, что к этому моменту Деону должно стать немного лучше, и вызвал его, но тот, открывший дверь кабинета, почему-то был наточен, как лезвие. Если разговаривать с ним в таком состоянии, дурные чувства легко разрастутся. Так что Король демонов дал ему время. — ...Не говорите лишнего. Перейдите к сути. Похоже, настороженность ещё оставалась. И всё же, по сравнению с моментом входа, он выглядел немного расслабленнее, плечи опустились. Раз так. Король демонов легко пожал плечами. — Я хочу, чтобы ты уже скоро вернулся к работе. — ... — Будет трудно, если ты вот так полностью откажешься от завоевания мира людей. Разве наша сделка не в том, что ты помогаешь искренне? — ... — Кроме того, из-за войны с Империей число демонов значительно сократилось, а демонических тварей, наоборот, стало куда больше. Проще говоря, нам не хватает войск. Деон, молча теребивший одеяло, поднял голову. Их взгляды встретились, и красные глаза спрятались в узких изогнутых веках. — Я думал об этом раньше. Когда он смотрит на это лицо так близко, забытое убийственное намерение снова подступает к горлу. Но нельзя показать даже малейшего следа. Существо перед ним не упустит и мгновения. Он подавил убийственное намерение и спрятал глаза, способные выдать истинные мысли, за улыбкой. Выражение лица стало крепче. — Если не получается, разве Король демонов не может сам выступить и разобраться с тварями? В прошлый раз, когда я видел, вы справились в одно мгновение. Когда демоны вторглись на территорию фей, где собрались главы рас, Король демонов лично вышел, легко со всем разобрался и вернулся. — Сейчас лучше по возможности беречь магическую силу. — С каких пор вы начали беречь магическую силу? Она настолько важна, что её нужно сохранять даже в нынешней ситуации? Важнее демонов? — ... — Нет, Король демонов не мог бы так поступить... Похоже, возникли какие-то личные обстоятельства. Я наблюдаю за тобой. Не желая уступать, Король демонов плавно поднял уголки губ. Он сложил глаза полумесяцами, пряча гнев за улыбкой, и сказал: — Личные обстоятельства... Скажем, я готовлюсь на случай появления неожиданного врага. Мы ведь на войне, верно? — Единственный заклятый враг Короля демонов, герой, на одной с вами стороне. Какой ещё неожиданный враг? А даже если появится, он не будет настолько опасен. — Никто не знает, как повернётся мир. Кстати, похоже, герой потерял мотивацию завоёвывать мир людей... Король демонов, спокойно меняя тему, сидел на подлокотнике дивана и смотрел на Деона, не переставая улыбаться. Чуть игривый голос заполнил кабинет. — Что же мне сделать, чтобы вернуть мотивацию герою? — У меня изначально не было желания завоёвывать мир людей. Эти слова вырвались почти с досадой: в замечании слышался странный сарказм. Деон знал это с самого начала. Это условие он просто выдвинул в надежде порадовать самого Короля демонов. Без какой-либо великой причины Король демонов выбрал место, где сможет использовать игрушку наиболее активно. И всё же. — Но обещание есть обещание. Если говорят так, возразить нечего. Деон недовольно произнёс бессмысленное: — Но... — Я. ...Атмосфера изменилась. Король демонов коротко перебил его и поднялся. Сделал шаг, сократил расстояние и протянул руку. — Думал, что привёл послушного пса. — ... Кончики пальцев коснулись места, где прежде должно было быть клеймо. Теперь, когда Деон стал героем, кожа была гладкой и пустой. Будто это его не устраивало, Король демонов вонзил ноготь и сильно надавил. Вместе с покалывающей болью прозвучал расслабленный голос: — Куда делся пёс и откуда здесь появилась лиса? — ... Так вот как. Жгучая боль, которая уже должна была утихнуть, держалась. Он ввёл туда проклятую магическую силу. Каждый раз говорит, что бережёт силу, и всё равно тратит её ради маленькой раны, которая не заживёт легко. ...Нет. Если это Король демонов, возможно, он просто экспериментировал, чтобы убедиться. Проверял, что тело героя не так легко исцелит рану, нанесённую магией. В любом случае Деону было одинаково неприятно. Он улыбнулся и произнёс слова, которые однажды уже говорил: — Ты собираешься меня убить? ---------- Отдых это или лень, или же... (4) На месте, где прежде было клеймо, медленно затягивалась только что нанесённая рана. Если вообще видно, как она заживает, значит скорость восстановления смехотворно высока; но если владелец раны — герой, история меняется. «Восстановление обычных ран... естественно, что они должны затягиваться сразу, так что это пропустим». Странно как раз то, что они не заживают мгновенно. Важно другое. Король демонов, бесцельно нажимавший на рану и отпускавший её, наблюдая за скоростью восстановления повреждения, нанесённого магической силой, в конце концов пришёл к выводу. «По сравнению с героями, которых я встречал раньше, его восстановление лишь среднее». Даже после слов главы племени русалок результат в лучшем случае средний. Мир, похоже, приложил немало усилий, но из-за изначально ужасного состояния тела итог вышел таким. Раз прежнее тело было плохим, все физические таланты, вероятно, остались средними для героя. Иными словами, самое важное для героя качество не выдавалось. [Король демонов погибнет от руки героя, рождённого в этот раз.] Не понимаю. Почему мир, ценящий эффективность, выбрал именно этого человека? Почему глава племени русалок сделала такое заявление? Когда он услышал эти слова, могло показаться, будто он отнёсся к ним легко, уверенный, что всё будет иначе. Но такого быть не могло. Это было заявление главы племени русалок, видящей будущее. Король демонов, пусть и показал уверенность, не оставил её слова без внимания. Взгляд снова обратился к Деону Харту. «...Значит, ты мой учитель». Герой, родившийся на пороге смерти, после того как поглотил девяносто процентов моей магической силы. ...А. Вопросов всё ещё много, но, глядя на это, я, кажется, немного понимаю намерения мира. Упорядочив мысли, Король демонов сосредоточился на текущей ситуации. Что там сказал Деон Харт? [Так что.] [Ты собираешься меня убить?] Красиво изогнутые глаза заполнили поле зрения. Ха-ха. Король демонов рассмеялся. Настоящая лиса. Даже когда его открыто назвали лисой, он не стал отрицать. ...Ещё и дерзкий. Убить? Нет. Точнее, прямо сейчас убить его нельзя. Не зря в прошлый раз, когда приходил последний герой, Король демонов сам вышел за пределы Замка Короля демонов. Столкновение героя, выкладывающегося полностью, и Короля демонов хватило бы, чтобы разрушить Замок Короля демонов размером с небольшой город. Последний герой к тому же успел сдержать силу, поэтому последствия столкновения ограничились разумным уровнем. Иначе не только демоны, вышедшие посмотреть, но и Деон Харт, прятавшийся на скале, не смогли бы избежать ударной волны. И даже если отложить все эти причины. — Ты всё ещё на моей стороне. — Нет причины убивать союзника. Король демонов ярко улыбнулся. Деон молчал. Слова, произнесённые после короткой паузы, были холодно спокойны, будто улыбки только что не было. — Я и так собирался довести оккупацию мира людей до конца. Пусть до сих пор это было лишь туманным намерением. Деон вспомнил, как слушал объяснение Короля демонов в зале совещаний. Речь шла об ограничениях, накладываемых на демонов, когда они переходят в мир людей. Там он смог получить кое-какие сведения. Мир заботится о расе под названием «люди». По крайней мере, он спасает людей чаще, чем демонов. Сам Король демонов сказал, что демоны — раса, ненавидимая миром. «Мир попытался использовать меня». В тот момент, когда он узнал правду и дал это обещание, цель мира уже наполовину исполнилась. С тех пор как его втянули в Восьмилетнюю войну, и до сих пор Деон Харт жил под чужой волей. Но он не собирался оставлять всё так до самого конца. [Слишком — это слишком.] Согласно замыслу мира, он убьёт Короля демонов. Просто чисто убить его трудно, да и Деон не намерен этим ограничиваться, так что в процессе погибнет немало демонов. Однако будет несправедливо уничтожить только демонов... Деон слегка улыбнулся, придя к выводу. На лице Короля демонов мелькнул вопрос, но он проигнорировал его. «На юге ведь есть такая поговорка?» Говорят, чтобы поймать блох, сожгли траву. Прежде чем убить Короля демонов, я сначала сожгу мир людей. Он не собирался плакать и спорить, почему именно он. Всё уже произошло. К тому же он тихо решил, что нет ничего бессмысленнее, чем обращаться к чувствам трансцендентного существа, которое действует ради цели. «Я заставлю тебя пожалеть, что ты выбрал меня». «Герой» счастливо улыбнулся. Лужа крови у его ног стала больше. * * * Взгляд Короля демонов скользнул вниз и остановился у ног Деона. Прежде чем острое чутьё героя успело это уловить, он естественно поднял глаза и вновь закрепил взгляд на лице. Голос прозвучал сладко и мягко, словно успокаивая. — Я понимаю, что твоё состояние ещё не идеально. — Я очень здоров. — Тело, пожалуй, да. Проблема в психике. Ты и сам это знаешь. Король демонов естественно принял предупреждающие слова Деона и медленно поднялся. — Думаю, тебе нужна смена обстановки. Как считаешь? Затем он улыбнулся и протянул руку. — Может, пойдём посмотрим цветы в центральном саду? — Не хочу. — Даже если это цветы из мира людей? — Что? — Их недавно заменили. Я слышал, что тебе понравились цветы, которые Хиен подарил тебе раньше, и подготовил их. — Они мне не понравились. Хотя настроение тогда стало лучше. Деон, вспомнив время до того, как стал героем, и снова наточивший внутреннее лезвие, ответил не сразу. Король демонов пожал плечами, будто это не имело значения. — Это поможет тебе почувствовать себя лучше. — Если вы так говорите. Разум Деона Харта не воспринимал слова Короля демонов прямо. Вместо того чтобы растрогаться рассказом о том, что центральный сад перекопали и заполнили цветами из мира людей, он сомневался, высчитывал намерения собеседника и искал выгоду. И мысль, пришедшая в голову, была такой: «Сколько магической силы потребовалось, чтобы принести цветы из мира людей в мир демонов, вырастить их и поддерживать?» Прежний Король демонов мог бы не посчитать это серьёзной тратой, но теперь, после того как он израсходовал девяносто процентов силы, спасая Деона, всё иначе. И всё же он сделал это... «Значит, он понял, что я измеряю оставшийся объём магической силы». Иными словами, это демонстрация. Попытка показать, что у него всё ещё достаточно силы, чтобы тратить её на такое. Но как только это замечено, поступок превращается в бесполезное бахвальство. Деон подавил насмешку, проглотил её и ухватился за вскользь брошенную подсказку. Он не знал, когда именно перекопали сад, но раз тот уже готов, Король демонов заметил его расчёты ещё до этого разговора. «Ну, не мог же он не заметить». Деон давно измерял и высчитывал его магическую силу. Он сделал вид, что ничего не понял, и взял Короля демонов за руку. Подняв голову и встретив улыбающиеся глаза, он ярко улыбнулся. — Конечно, нужно пойти. — Рад это слышать. Король демонов, сохранивший неподвижную улыбку, мягко повёл его. Центральный сад, в отличие от прежнего, был наполнен цветами из мира людей — настолько яркими, что трудно было поверить, будто они находятся в том же пространстве. От роскошных знаменитых цветов вроде роз до маленьких безымянных, какие часто растут у дороги, — всё это, собранное вместе, выглядело весьма достойно даже в глазах демона, отдавшего приказ без особых ожиданий. «Похоже, он должен был потратить немало магической силы». Магическая сила Короля демонов действительно была вложена. Хотя куда меньше, чем казалось на вид. Большая часть работы держалась на магических камнях, а мелкую магию взяла на себя Лиринель, так что Королю демонов почти не пришлось использовать собственную силу. Не то чтобы она вовсе не расходовалась, но для демонстрации магии это было выгодно; к тому же бонусом можно было поддержать психическое состояние Деона Харта, так что потерь не было. Король демонов невольно повернул голову и замолчал, увидев Деона среди цветов. «...Теперь, когда думаю об этом, бывало, что герой проникал в Замок Короля демонов, соблазняя демонов». Словно не желая проигрывать человеческой фантазии, герои вторгались в Замок Короля демонов самыми разнообразными и изобретательными способами. Красота тоже была одним из них. Если бы Деон Харт не принадлежал к армии Короля демонов, он мог бы легко попасть внутрь именно так. Король демонов рассмеялся над забавной мыслью. «Если бы Лиринель сейчас это увидела, она бы упала в обморок». В любом случае, Деону, похоже, понравилось, и настроение его смягчилось. Значит, теперь можно сказать. Король демонов посмотрел на Деона, который глянул на него с недоумением из-за внезапного смеха, затем опустил взгляд к его ногам и медленно заговорил: — Ты знаешь, что проклят. — ... Деон застыл в тот миг, когда глаза Короля демонов обратились к его ногам. — Если не хочешь умереть от вины, тебе лучше не чувствовать вины. — Вот как. Деон, замерший на мгновение, шагнул вперёд. С каждым шагом к Королю демонов под подошвами раздавался хлюпающий звук. Отдаляясь от цветов, успокоивших обоняние, он снова ощутил запах крови. И всё же не остановился. Он задавал вопрос, уверенно сокращая расстояние и глядя Королю демонов прямо в глаза, словно не собирался упустить ни единого движения. Это. Это раздражающее проклятие. Это чертовски раздражающее проклятие. — Вы его видите? — Нет, просто чувствую. Я не впервые сталкиваюсь с таким. — Если не впервые... — В военное время это распространённое проклятие. Обычно его никто не накладывает намеренно; оно возникает само из мыслей, порождённых сильной, цепкой обидой. Если объяснять проще — нечто вроде мстительного духа. Обычно под такое проклятие попадают люди, совершившие много убийств. — Тогда моё тоже... — О, твоё действительно кто-то наложил намеренно. Король демонов слегка улыбнулся, почувствовав в проклятии знакомую магию. — Немного удивляет условие — вина. Обычно условия другие: например, проклятие становится сильнее каждый раз, когда человек совершает убийство. — ...Как от него избавиться? — Никак. — Почему... Это ведь ваша магическая сила, верно? Сильнейшая рука Короля демонов была повреждена контрактором Короля демонов. Это случилось потому, что вы дали герцогу магическую силу, и вы не можете исправить? Деон удержал слова, готовые сорваться с языка. Хотя он промолчал, Король демонов, приблизившись, словно всё понял, положил руку ему на голову. — Магическая сила действительно была использована, но, похоже, заклинатель вложил туда дурной умысел. В качестве жертвы для проклятия была поставлена не только магическая сила, но и душа после смерти. — Ха. — Не думаю, что он знал об этом или намеревался именно так. В начале фразы будто чего-то не хватало. Следовало бы сказать: «Это правда, что была использована моя магическая сила». Король демонов, вероятно, уже понял, что Деон Харт знает о его контракте с герцогом. И всё же причина, по которой он до конца притворяется неведающим, в том, что Деон понимает разницу между догадкой, существующей под водой, и признанием, вынесенным на поверхность собственными устами. Само признание, что это магическая сила, означало: скрывать он больше не намерен. Стабильный голос добавил, будто принял молчание Деона за иной смысл: — Как насчёт снова отделить воспоминания? Метод, который выбрал юный Деон Харт, едва попавший на поле боя, чтобы не чувствовать вины. Что за бред ты сейчас несёшь? На мгновение в глазах Деона мелькнула смерть. Лишь на миг эмоции вырвались из-под контроля. Прежде чем Король демонов успел увидеть, крепкий разум заставил Деона опустить голову, скрыть глаза и успокоить голос. Сухие слова, не содержащие и следа убийственного намерения, вышли как вздох. — Остались последние слова моего брата. — Вот как. — Я больше не буду отворачиваться. Если отворачиваться, то с него уже довольно. Он старался целых десять лет, пока не потерял единственного оставшегося члена семьи. Перед смертью Круэль сказал ему больше не закрывать глаза, так как же он посмеет снова это сделать? Значит, нужно найти другой способ. Деон опустил взгляд. ---------- Отдых это или лень, или же... (5) «Не чувствуй вины, если не хочешь умереть от вины?» Если истолковать слова в обратную сторону, выходит, уровень крови растёт каждый раз, когда он чувствует вину. Чтобы убедиться, лучше проверить. Есть ли что-то, из-за чего я могу почувствовать вину? Едва он подумал об этом, как воспоминание, похороненное в уголке сердца, будто только этого и ждало, заявило о себе. Недавняя память. Невинный человек, разрушенный и сломанный лишь из-за него. Вина на всю жизнь — едва ощутимая, но такая, о которой нельзя забывать. «...Лорд Лиен». Ах. Площадь лужи крови увеличилась. Король демонов, похоже, тоже это ощутил. Он медленно опустил взгляд, затем снова посмотрел на Деона. Ответ вернулся чуть позже. — ...Тогда ничего не поделаешь. Лучше найти другой способ отвлекаться от вины. — Повторю ещё раз: если вы предлагаете мне отвернуться... — Я этого не делаю. Знаю. Но ведь есть разница между тем, чтобы не отворачиваться, и тем, чтобы сосредотачиваться на том, на что смотреть необязательно, верно? Сказав это, Король демонов сделал ещё один шаг и сократил расстояние. Деон скользнул взглядом вниз, к его ногам, точно наступившим в область кровавой лужи. Король демонов ухмыльнулся и потёр ботинком голую землю. — Как насчёт хобби? — Что? Брови сами собой нахмурились от внезапного предложения. — Музыкальные инструменты, живопись, садоводство... что угодно. Самое обычное здоровое и мирное увлечение. Создать момент, когда можно перевести дыхание от мучительной реальности. — Я помогу тебе. Это было почти объявлением. Деон, почувствовав, что отказаться нельзя, поморщился. Король демонов ухмыльнулся, закрепил решение и быстро сменил тему. Возможности что-то сказать, не говоря уже о возражении, он не оставил. — Ах да, ты слышал новости? — Какие? — Наследный принц... или теперь уже император? Эльпидиус Дезерт получил поддержку наёмников из Эсперанеса. — О. * * * Ремембер был дворецким в особняке, где останавливался Деон Харт. Император Эльпидиус скучающе перебирал пальцами подлокотник кресла, вспоминая встречу со стариком, который оказался куда полезнее, чем ожидалось. Оставались вопросы без ответов. «Почему герцог поступил так?» В день, когда они с Алетеей пришли к старому дворецкому по имени Ремембер с запиской, они получили неожиданный дар. Проблема была в том, что вместе с даром пришёл и вопрос. Записка, которую дал герцог, была свидетельством. Свидетельством о передаче наёмников, запрошенных у Эсперанеса, Эльпидиусу и Алетее. Их было совсем не мало. Как же он был поражён, когда услышал от Ремембера действительное число. Даже в выгодном положении он не смог удержаться и произнёс: [Их слишком много. В расчётах нет ошибки?] [Он запросил наёмников в соответствии со всем состоянием герцога. Это естественно.] [...Ха.] Это должно было быть крайне трудным решением, но было по-настоящему удивительно. Герцог получил лишь часть запрошенных наёмников и использовал их для защиты императорской семьи, а всех оставшихся передал Эльпидиусу и Алетее. Неожиданная сила удивляла, но это было хорошо. Ошибки в расчётах не было, так что беспокоиться не о чем. Эльпидиус охотно принял помощь. Поступок герцога, вероятно, останется непонятным вопросом на всю жизнь, но сейчас их давили проблемы реальности, так что они быстро стерли из головы неразрешимый вопрос. [Каков срок найма?] [Пока предполагается шесть месяцев...] [...Коротко.] [Можно продлить, если заплатить дополнительно.] Чтобы хоть что-то сделать, нужен год. Должен быть. ...Ну, можно добраться туда и доплатить. Эта возросшая сила. Дядя... Кандидаты в герои, столкнувшиеся с демонами на границе и удерживавшие там часть войск по приказу прежнего императора, существовали, но приводить их было слишком рискованно. Понимая, зачем дядя отправил их туда, Эльпидиус решил считать их бесполезными войсками, как бы жаль это ни было. Либо они продержатся там до конца войны с демонами, либо умрут раньше. — Вы сейчас вообще слушаете? Голос, повысившийся в тоне, разбил его мысли. Как смеет кто-то повышать голос на императора? Бровь Эльпидиуса слегка нахмурилась от грубости. Дворяне, замечали они это или нет, поднимали голоса один за другим. — Как можно просто заключить союз без совещания? — Государство Шань не оказало помощи, когда Империя оказалась в опасности, а Император остался один встретить смерть! Есть ли причина снова заключать союз? Ах, об этом? Эльпидиус посмотрел на дворян потемневшими глазами. Союз с Государством Шань был не тем, к чему они обратились первыми. Именно они первыми заявили о намерении заключить союз. После окончания передачи власти новая информация о том, что сделал дядя, сразу обновлялась, и Эльпидиус, знавший подоплёку, без особых колебаний снова заключил союз. «...Теперь, когда думаю об этом, не вся информация была обновлена». Он подготовил перенос столицы так, что я об этом не знал. В любом случае, хорошо, что эта информация была не из той категории. Когда они наконец закончат говорить? Под шумные крики дворян Эльпидиус закрыл глаза, будто раздражённый. * * * Прежде чем Империя и Государство Шань воссоединились, король Государства Шань услышал одну новость. Император Эдоардо Дезерт умер. Король Горного королевства, притворившийся, что ему всё равно, и спокойно отославший человека, долго перечитывал один и тот же документ. Буквы не проникали в сознание. Как и ожидалось, он умер не обычной смертью. И не жалкой. Оставшись один в императорском дворце и пожелав умереть вместе с армией Короля демонов, он встретил смерть, достойную мифов или драматизированных исторических хроник. «И правда ушёл так, как ожидалось». Хотя они не слишком хорошо ладили, самими его действиями нельзя было не восхищаться. Как следует смотреть на него? Он был образцом «императора», но при этом вёл себя иначе и всё равно оставался высшим. Король задумался, проводя кончиками пальцев по буквам документа. Если смотреть объективно, выбор Эдоардо был не вполне рационален. «Если императорская семья должна была остаться, там следовало оставить наследника, наследного принца». Нельзя было оставлять принцессу ради народа Империи: образ брошенной жертвы оказался бы сильнее её благородства. А сам император был одной из сильнейших сил Империи, даже с осколками героя. Более того, учитывая хаос, который вызвала бы его смерть, он не должен был умирать. Поэтому, если ради общественных настроений должен был остаться один из троих, это должен был быть наследный принц. Эдоардо не мог этого не знать. — ...Всё-таки трудно назвать его образцом императора. Король Ёнхва из Горного королевства кое-что понял. То, что Эдоардо Дезерт выбрал в последний миг, было его семьёй. Это не было жертвой ради Империи или народа. Он пожертвовал собой, чтобы защитить племянников, даже не собственных детей. Этот факт удивлял. — Это не могло быть лёгким выбором. Он тихо пробормотал с широко раскрытыми глазами. ...Теперь, когда он об этом подумал, во время одностороннего объявления о конце союза Эдоардо сделал замечание, учитывая племянников, которые останутся в будущем. [С этого мгновения и пока я жив.] [Не беспокойтесь о действиях Империи.] Иными словами: с того момента, как Эдоардо умрёт, пожалуйста, беспокойтесь об Империи. Это не означало чрезмерного вмешательства, скорее просьбу присмотреть за племянниками. Он опустил документ, который никак не читался, и поиграл ногтями. «Хотя такой просьбы изначально даже не было». Это была не прямая просьба, а желание, выраженное косвенно. Не слушать желания самовластного императора — не проблема... И всё же люди, которых он пытался защитить, были теми, ради кого он пожертвовал собой. Пусть его смерть была не ради страны, она была настолько благородной, что даже меня увлекла. — ...Нет причины не исполнить хотя бы одно желание мёртвого. К тому же страна расположена на юге, где много суеверий; если не прислушаться, на душе будет неприятно. В конце концов она положила руку на камень связи. Если она не ошиблась в желании императора, соединённое с ним устройство должно было быть перенесено как следует, не брошено и не потеряно. Как и ожидалось, вскоре камень связи передал голос собеседника. — Что нужно королю Горного королевства? — Я предлагаю нынешнему императору Империи союз, чтобы изгнать армию Короля демонов с континента. * * * К этому моменту он уже выслушал достаточно и достаточно терпел. Эльпидиус, тихо слушавший дворян, постучал по подлокотнику роскошного кресла, привлекая внимание. Спокойный голос заполнил зал совещаний, словно усмиряя накалённую атмосферу. — Дело не в том, что Государство Шань не помогло, а в том, что оно не могло помочь. Когда Империя оказалась в опасности, а Император остался один встретить смерть, мы уже первыми разорвали союз. — Что? Что это... — Император тайно разорвал союз первым. — Почему не было совещания... Кто-то пробормотал это, будто застонал. Но тот, кто заслуживал подобной критики, здесь отсутствовал. Внимание дворян снова сосредоточилось на наследнике и нынешнем императоре. В центре взглядов Эльпидиус тихо продолжил объяснение: — Как вы знаете, мы планировали оставить прежнюю столицу. Если бы Государство Шань попыталось помочь тогда, стало бы только труднее. Разве оно не помогло Императору до тех пор, пока тот не остался один и не отправился в долгий путь? Покойный император... сделал это с намерением передать мне это место, так что за Государством Шань нет вины. — ... — Вы кричите, что я самовольно заключил союз, но и это было заранее оговорено в линии Императора. Разрыв союза временный. Когда я взойду на престол, мы заключим союз снова. — Об этом мы не знали. — Как я уже сказал, всё было сделано тайно, так что это естественно. Все последующие порицаемые действия взял на себя дядя. Значит, в этом вопросе меня нельзя критиковать. Такая критика только сведёт на нет усилия дяди. Похоже, они пытаются использовать это как предлог, чтобы подавить нас... но я не собираюсь склоняться под давлением. Чтобы отомстить, он должен не только защитить императорский трон. Ему не хватает харизмы и силы по сравнению с дядей, но именно ему тот хотел передать своё место. Молодой император мягко сжал подлокотник. — Не оскорбляйте больше старания Императора. Ни на мне, ни на короле Горного королевства нет вины. — Как бы то ни было, Ваше Величество, если действовать без совещания с дворянами... Шурх! Бах! Рты дворян замолчали. Широко раскрытые глаза уставились в одну точку, словно увидели нечто невероятное. Там стоял стол, рассечённый надвое. Принцесса, вытянувшая меч перед ним, раскрыла глаза и оглядела дворян. Каждый, кто встречался с ней взглядом, вздрагивал плечами и отводил глаза. Затем голос, столь же полный убийственности, как и её взгляд, придавил зал. — Остановимся на этом. Нет дяди, управлявшего императорской фракцией, и нет герцога во главе дворянской. Императорская семья, столкнувшаяся с непривычной структурой власти в непривычном месте, была совсем одна. Единственные, на кого они могли положиться, — друг на друга. Так что я позабочусь о брате. Среди того, чем обладал дядя, чтобы защитить императорский трон, чего не было у нас? Да, силы. «Недостаточно силы? Нужно просто заполнить духом». Алетея медленно вложила обнажённый меч в ножны. В отличие от обычной себя, без улыбки, она заговорила холодно: — Это уже случилось, и обвинять некого. Если вам действительно нужно увидеть, как кто-то берёт ответственность, можно сказать, что Император понёс её своей смертью. Зачем продолжать бессмысленную ссору, когда нам нужно беречь время? Теперь, когда брат безопасно взошёл на престол, глупая и сияющая маска принцессы больше не нужна. Алетея тихо рассмеялась, глядя на ошеломлённые лица дворян, поражённых полностью изменившейся атмосферой. Что такое? Неужели не знали, что глупая императорская семья умеет пользоваться мечом? Смешно. ---------- Отдых это или лень, или же... (6) Алетея Дезерт была второй в очереди на престол. После императора — человеком, стоявшим ближе всех к трону. Естественно, она получила образование наследника, и так же естественно, что в него входило владение мечом. «Если бы они вспомнили это и усомнились в моих действиях, когда объявили восшествие брата на престол, то не удивились бы так сильно». Как же смешно она, должно быть, выглядела для них, раз они были настолько потрясены? Нет. Герцог бы заметил. Это вопрос способностей, а не того, смотрят на неё свысока или нет. «...Остались только по-настоящему некомпетентные». Она перестала смеяться и опустила меч в ножнах на пол. Бух! Громкий звук отозвался в пространстве, заполненном тишиной. — В любом случае нынешней Империи трудно справиться с армией Короля демонов в одиночку. Союзы с другими странами были необходимы. — Но почему противником Её Величества должно быть именно Государство Шань... — Тогда с какой страной нам заключать союз? Эсперанес — королевство, с которым трудно даже связаться, а Рвече понесло огромный урон после прежнего союза и отдалилось от нас. Если исключить эти два королевства, остаются только Горное королевство и его данники. У господина есть иной замысел? — ... Наступила тишина. Алетея мягко обратилась к жадным свиньям, пытавшимся укрепить власть в нынешнем хаосе, играя переносом столицы и сменой императора. — Не делайте глупостей. Как они смеют пытаться подавить дух только что коронованного императора? Разве с этой стороны не остаётся лишь выступить жёстко? Они — единственная моя семья, оставшаяся в мире. Она оскалила зубы с волей защитить их. * * * Вернувшись со встречи с Королём демонов и немного отдохнув за чтением документов, присланных Девеланией, Деон получил незваного гостя. О близком друге и речи не шло: стоило увидеть его издалека, как тот так пугался, что убегал, и даже нормального разговора с ним не получалось. Было бы хорошо, если бы он просто решил свой вопрос и быстро ушёл, но он принёс странную еду и попросил о чаепитии; Деон почему-то почувствовал себя виноватым и, поддавшись прихоти, устроил всё. Так началось молчаливое чаепитие, наполненное неудобством. «...Если ты собирался так себя вести, зачем пришёл?» Деон кисло посмотрел на сидящего напротив. Демон держал чашку, прикрывая половину лица, и даже не притронулся к принесённой еде. Открыто дрожащие руки шли бонусом. Когда стало ясно, что тишина никогда не закончится, Деон наконец вздохнул. — Чай существует, чтобы его пить, а не прикрывать лицо. — ... Сколько же с ним мороки. И что он будет делать, если так вздрогнет, держа чашку у лица? Демон, которому плеснули чай прямо в лицо, смущённо закатил глаза. Чёлка намокла и прилипла ко лбу, с неё капала вода. Так или иначе, после этих слов нельзя было и дальше держать пустую чашку. Дададалграк. Его дрожащие руки поставили чашку с неловким звоном, и лицо наконец открылось полностью. Деон, равнодушно следивший за его движениями, протянул руку, взял принесённую еду и открыл рот. — Зачем ты пришёл, Майерс? Хруст. Ох, гадость. А я ещё думал, что здесь будет неожиданная изюминка. — Э-э... — Опять собираешься звать адъютанта? — ... Майерс, командир Двенадцатого корпуса, вскочил с места и замахал руками, обливаясь потом. — Это...! В прошлый раз мой адъютант сильно меня отчитал... Я больше так не буду...! Да, тебе лучше держать рот закрытым. Что будет, если испортишь достоинство командира корпуса? Даже вспоминая это снова, удивительнее всего было то, что он поддерживал образ молчаливого. Как можно назвать сдержанностью такую трусливую и бестактную вещь? Деон положил надкушенную странную еду на стол и стряхнул крошки с пальцев. — Шучу. Ты это не ешь? Сам же принёс. — О, мне это тоже невкусно... Мне тоже невкусно, идиот. Если собираешься отвечать так, лучше вообще не отвечай. «Или оно отравлено?» На мгновение Деон подозрительно посмотрел на еду с следом укуса, но затем покачал головой. Кто станет травить едой, которая уже на вид кажется зловещей и невкусной? А даже если отравлена, неважно: тело героя само нейтрализует яд. Майерс, дико дрожавший в неудобной тишине, словно от раздражения провёл рукой по чёлке. В то же мгновение полностью открылся третий глаз на лбу, до этого скрытый волосами. Деон, сидевший в кресле криво, при виде этого впервые выпрямился. — У тебя был ещё один глаз? — Ах... Пабабат. — Я не собирался скрывать. — А. Но Майерс пробормотал и взглянул на Деона. — Адъютант сказал быть осторожнее, потому что это может показаться неприятным для глаз Деона, человека... — Это сказал адъютант? Похоже на щупальца Лиринель, которые она носит на шее словно шарф? Деон с любопытством посмотрел на третий глаз, быстро потерял интерес, снова развалился в кресле и махнул рукой. — Мне всё равно. Так когда ты собираешься перейти к цели? — Это... Глядя, как он снова мнётся, Деон чувствовал, что живот вот-вот лопнет. Поняв, что так дело сегодня не закончится, он заговорил первым: — Это из-за того, что я совсем забросил работу? — ... Именно. Он ожидал этого. Он слышал, что из-за того, что он пренебрёг работой, личный состав поддержки, отвечавший за зачистку демонических тварей, перевели на поле боя. Для командира Двенадцатого корпуса, отвечающего за уничтожение тварей, это было весьма трудно. — Я всё равно собирался скоро двигаться, так что возвращайся. Даже если бы он не принёс такую странную и невкусную взятку, Деон всё равно в какой-то момент начал бы действовать. Так было бы, даже если бы Король демонов не вызвал его напрямую. Его цель ещё не достигнута. Раз бездействовать вечно было нельзя, Деон дал лёгкое подтверждение и фактически приказал гостю уходить. — Ах да, забери эту безвкусную штуку. — Да. ...Да? Майерс, машинально собиравший принесённую еду обратно, ошеломлённо оглянулся, но Деон не стал ждать. Он позвал Эда и Дана и выгнал его наружу. Эд закрыл дверь. Тем временем Дан, убиравший со стола, нашёл неизвестную еду с отчётливым следом укуса и поднял её. Его выражение стало тонким, словно вокруг него расцвела чёрная аура. — Печенье? ...Выглядит слишком неправдоподобно... Это жареное мясо твари? Или... вас пытались отравить? — Яд? ...Ах, это... Один из популярных перекусов в мире демонов. Хотя вкусы у всех разные, он довольно популярен. Это не яд. Ты глупец, не уважающий даже культурное разнообразие. Как и ожидалось от Деона, почему этот парень... Как всегда, Деон проигнорировал слова Эда, потёкшие по знакомому шаблону. Дан удивлённо посмотрел на него. — На первый взгляд оно совсем не выглядит вкусным... У вас много смелости, господин. — Я думал, там будет какой-то неожиданный поворот. Кстати, Эд. Незапланированное и нежеланное чаепитие закончилось, но вместо того чтобы, как обычно, забраться под одеяло, Деон сел на кровати и щёлкнул пальцами. Уголки губ слегка поднялись, голос прозвучал приятно. — Передай Лиринель приглашение на чаепитие. — Сейчас... вы об этом говорите? — Да. — Вы ведь только что пили чай... — Неважно. — Понял. Эд ненадолго вышел, чтобы связаться. Если знать командира Одиннадцатого корпуса Лиринель, она примчится сразу же, как услышит. Закончив убирать стол и ставя новые чайные листья с чайником, Дан игриво открыл рот. — Теперь вы пришли в себя? Он наконец заметил какое-то движение. Деон фыркнул на очевидную шутку. — Что значит «в себя»? Я с самого начала... Он скользнул взглядом вниз. Кроваво-красные глаза вобрали лужу почти такого же цвета у ног. Спокойный голос продолжил: — Был в здравом уме. * * * Приглашение на чаепитие было внезапным, но Лиринель прилетела как ветер. Деон, ожидавший такого поведения, встретил её расслабленной улыбкой без малейшего смущения, прямо взял её за руку, и Лиринель, поклявшаяся держаться благочестиво, от одного этого жеста рухнула в полубессознательное состояние и села перед столом. «Для начала... нужно успокоиться». Она сделала глоток чая и взяла печенье. Странно, её глаза не могли оторваться от Деона, но с тем, чтобы положить печенье в рот, проблем не возникло. Лиринель, которая не отводила взгляда, пока пила чай и ела печенье, казалась обузой, но Деон улыбался, не показывая эмоций, и терпеливо ждал, пока она проглотит всё, что во рту. Первой в неловкой тишине заговорила Лиринель. — Зачем вы меня позвали...? — Хотел увидеть. — ... Ох. Как стыдно...! Лиринель прикрыла рот. Это была лёгкая шутка, но сработала она сильнее, чем ожидалось. Когда тишина снова затянулась, а она застыла и даже не дышала, Деон тихо рассмеялся и разрядил атмосферу. — Я шучу. — Да! Шутка! Ха-ха! — Мне просто стало любопытно... Прямой палец провёл по боку чашки. Голос, почти похожий на шёпот, медленно вышел. — Король демонов сказал, что израсходовал девяносто процентов своей магической силы, спасая меня. — Да, сказал! — После этого он тоже должен был тратить магическую силу в разных местах... Зрачки поднялись. Полуопущенные глаза отчётливо сфокусировались на Лиринель. — Сколько у него осталось сейчас? — ... — Вопрос слишком тяжёлый? Но ты единственный демон, который может это знать. Только я...! — Из всех демонов, если исключить Короля демонов, у тебя больше всего магической силы, верно? — Конечно...! Ой, попалась. Лиринель быстро прикрыла рот. Оценить чью-то магическую силу можно только тогда, когда её объём не слишком различается. Если разница велика, люди чувствуют друг в друге лишь «подавляюще много» или «подавляюще мало». В этом смысле Лиринель, обладавшая магической силой, уступающей только Королю демонов, приблизительно понимала, сколько силы он израсходовал: после потери девяноста процентов его объём стал похож на её собственный. Даже если она потом закрыла рот, было уже поздно. Деон, с сияющими глазами, подпер подбородок и наклонил голову. Глаза медленно сложились, и между ними показались рубиновые зрачки. — Расскажешь? — Но... это секретно... — Даже от меня? Учитывая мой статус, кажется, я могу услышать. — Но... нужно получить разрешение Короля демонов... Её руку взяли. Лиринель закрыла рот и опустила взгляд. Четыре пальца и ладонь поддерживали её руку, а большой палец медленно гладил тыльную сторону. Она вздрогнула и рефлекторно подняла голову, и красивая улыбка встретила её, будто ждала. — Разумеется, я никому не скажу. Можешь рассказать чуть-чуть? Ё-ё-ё... чудовище! Несчастная я! Она быстро прикрыла нос. Но рот всё равно исправно открылся. Держаться было бесполезно, а поделать она ничего не могла. Деон ведь благословил тебя, верно? Как глава культа демонов, нужно отплатить, так что это форс-мажор. — П-почти столько же! Почти одинаково. — Правда? — У него всё ещё больше, чем у меня, но... Уменьшилось не настолько, как он думал. Что ж, ничего страшного: в будущем сила будет продолжать расходоваться. Одно поддержание цветов в центральном саду должно забирать немало магии. Лужа под ногами стала больше. Деон, сухим взглядом посмотрев на область, расширившуюся уже до радиуса двух метров вокруг него, ещё некоторое время держал руку Лиринель, а затем ярко улыбнулся. — Спасибо, что сказала. Чтобы успокоить Лиринель, борющуюся с волнами эмоций, лучше всего ничего не делать. Из-за прежнего опыта Деон не смутился и отодвинул лицо от неё. Только когда его чашка почти опустела, стало возможно говорить нормально. Лиринель, казалось, поздно пришла в себя и с неловким видом оглядывалась, но вдруг воскликнула, словно вспомнила. — Вы знаете, Деон? Церковь Спасения в мире людей полностью рухнула! — Правда? — Да! Теперь, когда соперник исчез, культ демонов станет ещё больше! — Хорошо. А призыв демонов всё ещё не получается как следует? Культ демонов постоянно пытается призвать демонов из мира людей. Это стандартный путь для демонов попасть в мир людей. Ограничений меньше, чем при переходе через границу, так что если хотя бы один из двенадцати командиров корпусов будет нормально призван и заключит контракт, это уже станет большим урожаем. Но разве это так просто? Как и ожидалось, дело шло плохо, и Лиринель поникла. — Простите... Иногда получается с обычными демонами... — Нет. Если получится — просто станет немного легче. Если не получится — работе это не помешает. Изначально это было одним из предлогов и уловкой для входа в мир людей. — Призванных малышей вы успешно возвращали по созданному маршруту, верно? — ... — Тогда достаточно. Расслабься. — Да... Тема снова исчезла. Ещё одна ошибка, прежде чем она успела исправить безобразное поведение минуту назад. Лиринель беспокойно закатила глаза, думая, что сейчас получит приказ убраться. В этот миг ей случайно попался на глаза зачарованный деревянный ящик. Точнее, деревянный ящик, у которого «почти вся магия исчезла». ---------- Noli metuere (1) «Похоже, Деон дорожит этим...» Сказать? Нет, он уже знает? Не будет ли это лишним вмешательством? Но он человек, так что есть большая вероятность, что не знает. Тревога перешла черту, и образ умирающего Деона Харта застрял у неё в голове как травма. Лиринель, не желавшая снова видеть Деона разбитым, осторожно открыла рот. — Эм... господин Деон. — А? — Я про тот деревянный ящик. — ...Что с ним? — Там почти вся магия исчезла. Хотите, я наложу её снова? Чуть холодные глаза расширились от потрясения. Так ты тоже не знал. Лиринель поспешно добавила: — Похоже на заклинание сохранения... Это магия, которая постоянно вытягивает силу заклинателя. Думаю, заклинатель умер или нагрузка стала слишком большой, поэтому магия прекратилась. К счастью, она ещё не исчезла полностью, так что если я наложу заново, проблем не будет... Прежде чем Лиринель успела договорить, Деон поднялся и быстрыми шагами подошёл к деревянному ящику. Слегка дрожащая рука коснулась крышки. Лиринель смотрела сзади встревоженными глазами, но у него не было времени обращать на это внимание. Он коротко и глубоко вдохнул, один раз закрыл и открыл глаза, а затем открыл ящик. Запаха крови он не почувствовал. Да, теперь по запаху крови уже нельзя было проверить, началось ли тление. Он нервно посмотрел на вязкую жидкость под ногами и протянул дрожащую руку. Однако прямо перед тем, как коснуться, в голове всплыла мысль, и он резко остановился. «...Если тление уже началось...» Нельзя трогать неосторожно. Чем больше касаешься, тем сильнее повреждаешь. Вместо этого он позвал обладательницу тревожного взгляда, который ощущал за спиной. — ...Лиринель. — Да, Деон...! — Магия сохранения ещё не исчезла полностью, верно? — Да, эффект всё ещё остаётся. — Хорошо. Он закрыл крышку. Почему я не подумал об этом? Он собственноручно убил заклинателя — герцога. Раз тот мёртв, нужно было учитывать вероятность исчезновения его магии. «Тупой ублюдок». Лиринель, теребившая чашку и оглядывавшаяся, словно тишина заставляла её нервничать, осторожно сказала: — Я наложу её снова... — Нет, не нужно. Разум снова занял главное место. Если это магия, постоянно пожирающая силу, нельзя просить об этом Лиринель. Он взял ящик на руки и улыбнулся, притворяясь, что всё в порядке. — Думаю, на этом чаепитие нужно закончить. У меня внезапно появилось место, куда нужно сходить. — А, да! Деон похлопал её по спине, когда она торопливо поднялась и ушла из комнаты. Пункт назначения был очевиден. Пойти к Королю демонов. * * * — Мы давно не виделись. Неужели тебе снова захотелось меня увидеть? Как всегда, Король демонов спокойно принял незапланированный визит. Он положил ручку, поднял голову и ухмыльнулся. Улыбка была игривой, смягчающей атмосферу, но Деон подошёл к нему с жёстким выражением, будто не имел времени подыгрывать. Деревянный ящик поставили на стол. — Вы видите здесь магию? — Заклинание сохранения? Почти исчезло. — Наложите снова. — ... — Наложите. — Пожалуйста, наложите. Это было бесстыдное заявление. Последняя фраза почти звучала как спор. Король демонов беззвучно открыл и закрыл рот, будто лишившись слов от столь уверенной наглости. Вскоре вырвался тихий смешок, похожий на кашель. — Неужели Лиринель сказать об этом слишком жалко? — Полагаю, магия Короля демонов надёжнее. Как вы сами сказали, это «всего лишь» такая магия. Разве нельзя просто сделать? — Ты очень стараешься. Его глаза изогнулись улыбкой. Само заклинание наложить нетрудно. Но ему просто не нравилось, что придётся накладывать магию, которая стабильно расходует небольшое количество силы, в ситуации, когда магическую силу лучше беречь. Раньше, когда она переполняла его, он мог делать даже то, чего не хотел. Теперь всё иначе. «Так что, Деон». Плотно сомкнутые губы поднялись в многозначительной дуге. «Предложи условия первым». Он не хотел спрашивать: «А что ты сделаешь для меня, если я это сделаю?» Он просто замолчал и тихо улыбнулся. Не нужно спрашивать словами, чтобы ты понял, верно? Ты не настолько непроницателен и быстро поймёшь смысл молчания. Как и ожидалось, Деон, глядя на не отвечающего Короля демонов, вздохнул. — Если вы наложите заклинание, я сразу начну действовать. Изначально он собирался отдохнуть ещё несколько дней... Последующий вздох был почти стоном. Однако для Короля демонов это не выглядело преимуществом. Поэтому Деон сказал: — Вы говорили, что Империя получила поддержку наёмников от Эсперанеса. — Говорил. — Я заставлю наёмников Эсперанеса уйти из Империи. Только тогда выражение Короля демонов изменилось. Не железная улыбка, а по-настоящему заинтересованная. — Я не люблю пустые обещания. Срок? — Я выдвинусь прямо сейчас. В мир людей. Принесу результат, когда вернусь. Если исход будет положительным, видимый результат появится самое позднее в течение месяца. — Хорошо, тогда даю тебе месяц. Иными словами, он должен быстро вернуться с результатом и не задерживаться в мире людей слишком долго. Король демонов протянул руку и коснулся деревянного ящика. Действие было ничтожным, но Деон, герой, пусть лишь на миг, смог почувствовать: что-то изменилось. Должно быть, магия. — Если провалишься, я заберу магию обратно. — Тогда счастливого пути. Деон, не сказав ни слова, повернулся, прижимая ящик к себе. Он уже собирался уйти без колебаний, когда услышал сзади мягкий голос. — Я здесь. ...Да. Король демонов здесь. Тот, кого нужно убить, находится здесь. Я это знаю лучше всех. Так что говорить это не было нужды. Даже без напоминания он снова вернётся сюда и не сбежит в мир людей. Деон остановился и оглянулся. Когда их взгляды встретились, Король демонов ухмыльнулся и махнул рукой. — Когда вернёшься, я научу тебя играть на пианино в качестве хобби. — ... — Попробуешь один раз. Если не подойдёт, найдём что-нибудь ещё. * * * Деон накинул капюшон и, прижимая зачарованный деревянный ящик, направился к бывшему своему особняку. Он слегка приподнял капюшон, посмотрел на небо и теребил его край. Давно он не носил капюшон, поэтому было душнее, чем раньше, но снять его нельзя. Проблема не в солнечном свете. Помимо того что он стал героем и приобрёл здоровье, Деон Харт показал своё лицо всему континенту, открыто связал себя с миром демонов и стал тем, кого готовы убить. Было очевидно: стоит попасться — его забросают камнями. Дом графа... нет, маркиза... Дорога к теперь заброшенному особняку казалась незнакомой, вероятно, потому, что прошло много времени. Может, именно поэтому, хотя смотреть было не на что, голова то и дело поворачивалась в разные стороны, и путь занял больше времени, чем он рассчитывал. Он мельком взглянул на белые дикие розы, найденные по дороге, посмотрел на голубое небо и солнце, которых давно не видел... Так, не торопясь, дошёл до особняка, и, как ожидалось, перед воротами не было охраны. Немного удивляло, что всё было чисто, вопреки ожиданию, что разъярённые люди давно разрушили бы это место. «Дверь тоже заперта...» Он слегка толкнул запертые железные ворота, достаточно, чтобы не сломать, затем отступил. Если дверь закрыта на замок, вероятно, внутри кто-то есть. Похоже, это можно понять даже без проверки. — Тскча. Крепко зажав ящик сбоку, он одним простым прыжком перемахнул через ворота и оказался внутри. Пройдя ещё немного, он отчётливо почувствовал: место и правда пусто. Изначально тут было тихо, потому что людей немного, но атмосфера без людей совсем другая. Ощущая странное несоответствие между знакомым местом и незнакомой атмосферой, Деон медленно прошёл внутрь, оглядываясь. Когда он почти дошёл до заднего двора, послышалось тихое пение. — Давным-давно, в мире, Смерть сказала. Знакомая песня. Знакомый голос. Шаги Деона ускорились. Найти источник было нетрудно: нужно было лишь идти туда, откуда звучала песня. — Не греши. Старик во фраке подстригал дерево в солнечном месте заднего двора. Низкий голос, почти напевный, мягко звучал: — После смерти твоя душа начнёт ломаться под тяжестью грехов. Давно он не слышал эту песню. Странно освежающее чувство. До начала Восьмилетней войны её часто можно было услышать. Народная песня: родители пели её детям, уличные дети напевали от скуки. Содержание примерно предупреждало не совершать преступлений? Когда с Восьмилетней войной началась эпоха войны, выжить, не совершая преступлений, стало невозможно, и песня естественным образом исчезла. — Исчезнуть, не выплатив цену, — очень удобное уклонение. — Ах, вы пришли? Ремембер, заметивший Деона, стоявшего неподвижно, словно зачарованный, ласково улыбнулся и подошёл. Его спокойствие было таким, что нельзя было даже подумать, будто перед ним стоит главнокомандующий армии Короля демонов. — Давно я не пел эту песню. Совсем забыл её. — Это привилегия старика, одинокого на войне. Для старика, живущего мирной жизнью, десять лет назад, похоже, как вчера. Насколько же это далеко? Деон хотел возразить, но Ремембер оказался быстрее. Он улыбнулся и запоздало поприветствовал: — Давно не виделись, господин. — Ремембер всё такой же. — А вы, господин, сильно изменились. — Обстановка не оставила выбора. Кстати... Деон огляделся вокруг, где не чувствовалось человеческого присутствия, затем снова посмотрел на Ремембера. — Куда все делись и почему вы здесь один? — Все ушли в отпуск. Впервые воспользовался властью дворецкого. — Отправить всех, оставив себя одного, — за пределами твоих полномочий. — Благодаря вам я понял сладость власти. Лёгкий, похожий на сон разговор, наполненный смехом. Словно стремясь уравновесить ситуацию, Ремембер прекратил шутить и сказал правду: — Тех, кто хотел уйти, мы отпустили. Тем, кто не хотел, дали отпуск. Тон лёгкий, но в нём ощущалась странная неправильность. На мгновение Деон понял, что наклонил голову. Это мой последний отчёт как дворецкого. С этим отчётом отношения господина и дворецкого исчезнут. Ну, больше нет нужды быть здесь. Даже если остаться, будут одни потери. «Впервые испытываю такое». До сих пор он сам разрывал множество отношений и видел, как они обрывались. И всё же впервые связь заканчивалась таким образом. Единственный конец отношений, который он знал, был чем-то крайним — смертью. Возможно, именно поэтому он ощутил нечто странное, что не мог выразить словами. Деон на мгновение молчал, а затем спокойно ответил, будто ничего не произошло. — Повторять не нужно. Наверняка все ушли. — Нет, были те, кто искренне хотел остаться. Трое особенно рвались. Горячо кричали, что всё будет прощено за один только взгляд на ваше лицо... — ...Они, случайно, не горничные? — Вы хорошо знаете. Похоже, представляете, о ком речь. — Шутите. — Холь-холь. Если хотите в это верить. Ремембер отступил на шаг. Пора просыпаться ото сна. Спокойная атмосфера изменилась. Деон снял капюшон. Ремембер тоже убрал озорное выражение и вежливо склонил голову. Деловой голос, иной, чем прежде, продолжил: — Полагаю, вы пришли поговорить. Провожу вас в гостиную. ---------- Noli metuere (2) Деон Харт уже давно знал, что Ремембер — не обычный человек. Старик будто изначально не собирался скрываться и беззаботно показывал свою необычность, так что не заметил бы только совсем нечуткий человек. Серебристо-голубые волосы и глаза, а также происхождение из Эсперанеса, о котором он смутно проговорился, отчётливо отпечатались в памяти, даже если Деон не осознавал этого. Поэтому в нужный момент он вспомнил. [Наследный принц... или теперь уже император? Эльпидиус Дезерт получил поддержку наёмников от Эсперанеса.] Услышав это, он сразу понял, как всё развивалось. Он уже слышал, что Эльпидиус посещал особняк, принадлежавший ему. Империя всегда была целью интереса для мира демонов, нацеленного на мир людей. Особенно её главный игрок — Эдоардо Дезерт. Даже когда самый опасный противник умер, Деон не совершил глупости и не отвёл взгляд сразу. Не мог же «тот» Эдоардо вырастить наследника как попало. Как только его смерть подтвердилась, информаторы, следившие за движениями Эдоардо, гибко сменили фокус и начали внимательно наблюдать за действиями нового императора Эльпидиуса. Благодаря этому Деон быстро услышал новость о визите в этот особняк. «Эльпидиус посещает особняк, где я жил, с необычным эсперанезцем. А затем следует поддержка наёмников Эсперанеса. Тут всё ясно и без взгляда». Оставалось только подтвердить. Красные глаза следили за движениями старика во фраке. Деон сидел неподвижно, держа ящик на коленях, не обращая внимания на остывающий чай перед собой, и наблюдал, как старик неторопливо пьёт. Затем внезапно открыл рот. — Можешь одолжить мне здесь наёмников? Заявление было прямолинейным. Ремембер на мгновение замер, прежде чем опустить чашку. Опущенные зрачки поднялись, и взгляды естественно встретились. — Нет, боюсь, это будет трудно. — Хм. Он попробовал — и сразу поймал. Если бы Ремембер действительно не был связан, ответил бы, что не понимает, о чём речь. Так подтвердилось, что он — канал поддержки наёмников. Кажется, у дворян есть поговорка: даже не зная, нужно притвориться, что знаешь? Деон многозначительно улыбнулся, вспоминая ходившие среди знати пословицы. — Тогда как насчёт отозвать наёмников, вызвавшихся помогать Империи? — Это тоже трудно. — Тогда трудно. Честно говоря, он не понимал. Эсперанес был королевством, до которого миру демонов, присматривающемуся к каждому королевству ради поглощения мира людей, не было дела. Оно почти ничего не меняло; если пытаться проглотить его, в процессе уйдёт много войск, а выгода от такого маленького королевства не окупит потерь. Хуже того — сам Деон даже забыл о его существовании. Иными словами, если бы они оставались спокойны, вероятность того, что мир демонов доберётся до них даже после завоевания мира людей, была бы невысокой. — Поддержку наёмниками страны, которую топчет мир демонов, можно воспринять как намерение сражаться против мира демонов. Если они делают такой ход, история меняется. Как мне разобраться с Эсперанесом? Ремембер сухо рассмеялся, будто заметил, как Деон начинает выстраивать в голове планы уничтожения Эсперанеса. — Разве это возможно? Эсперанес всегда придерживался нейтралитета. Так было в прошлом, так есть сейчас и так будет в будущем. — Нынешние действия трудно считать нейтральными. — Господин Харт. Это обращение было непривычным: не «господин» и не титул. Деон рефлекторно остановился и посмотрел на Ремембера. Старик улыбался с мудростью возраста. Слова, прозвучавшие низким и мягким голосом, имели острый смысл. — Эсперанес — меч. — Никто не злится на меч. — Ха. От замечания, указывавшего на прошлое, Деон рассмеялся, будто ему стало интересно, когда он успел застыть. Да. Когда он метался между Императором и Королём демонов, он выживал именно этой логикой. Он даже не спросил, откуда Ремембер это знает. Учитывая способности старика, показанные раньше, не было странным, что он знает. Деон просто прямо посмотрел в серебристо-голубые глаза и открыл рот, разбивая короткую тишину. — То есть вы просите нас закрыть глаза на Эсперанес теперь, когда он оказался в таком положении? — Если говорить без прикрас, то да. — Сожалею, но не думаю, что это сработает. — ... — Ремембер, ты полностью ошибся. То, что ты только что сказал, бессмыслица. С самого начала неверна посылка. Это даже не смешно. Холодная усмешка сорвалась с губ. — Это работает, когда меч не выбирает хозяина. Ремембер отказал нам в наёмниках. Если нельзя держать меч, который по собственной воле защищает хозяина, его правильнее уничтожить. Ремембер, глядя в тихо горящие красные глаза, слабо вздохнул. Такой ситуации он ожидал. Чуть расслабленный голос прозвучал почти печально. — Как и думал, всё идёт к этому. Почему так трудно просто проигнорировать софистику старика...? — Потому что у нас тоже есть своё положение. — Вы уверены, что пойдёте до конца? — ... Да. Так что скорее покажи остальные карты. Даже если «он» проиграет в этот раз, я не рассержусь. Деон горько улыбнулся. Словно не в силах выдержать этот взгляд, Ремембер осторожно добавил. Вопрос был чувствительным, и, редкое дело, чувствовалось, что он тщательно подбирает слова. — Нельзя ли отпустить нас, учитывая, что мы нашли тело вашего брата? — ... Глаза Деона расширились. В то же мгновение расширившиеся зрачки наполнились радостью, уголки губ поднялись в яркую улыбку. Тревоги Ремембера оказались бессмысленны. Казалось, можно умереть от переполняющих эмоций. Даже радость способна перехватить дыхание. Деон закрыл глаза, словно действительно сейчас умрёт от счастья, и голос его был полон тоски. — Всё-таки. Внезапно упала слеза. — Это был Ремембер. Человек, нашедший тело моего брата. Ремембер осторожно рассматривал лицо Деона. Деон снова улыбнулся, словно показывая. Это не «взяли и использовали самовольно», а «сохранили». Ремембер сказал, что ему пришлось немало потрудиться, чтобы найти тело, потому что он передвинул его. Но Деон не мог злиться, ведь знал: оставь тело там, оно стало бы пищей для ворон ещё до того, как Девелания добралась бы до места. Ремембер попытался использовать это в переговорах, но это было сознательно подготовленное и выдвинутое им средство. — Вы знали? — Только предполагал. И то недавно. Он сделал этот вывод, прочитав доклад Девелании, отслеживавшей тело Круэля. Место, которое она выслеживала без дальнейшего продвижения, подозрительно совпадало с особняком, где Деон жил. Там Деон рефлекторно вспомнил одного человека. Старого дворецкого особняка, который вёл себя так, будто знает всё. Это была лишь догадка, но, доверившись ей и своей интуиции, он сделал ставку перед Королём демонов. Хорошо, что она оказалась верной. — Как вы ответите? — ...Место... Слабый дрожащий голос вышел вместе с утечкой воздуха. Деревянный ящик в руках снова показался твёрдым. Деон на мгновение закрыл рот, тихо прочистил горло и сказал, вкладывая согласие в слова: — Где это место? — Я проведу вас туда прямо сейчас. Ремембер достал из-под дивана бинт и перевязочные материалы и поднялся. * * * После долгой ходьбы они прибыли к месту неподалёку от границы. Деон обнаружил небольшой холм совсем рядом с местом, где день и ночь расходятся, и молча посмотрел на Ремембера. Словно прочитав вопрос и упрёк в его глазах, тот сразу ответил: — Господин Харт ходит туда-сюда между миром людей и миром демонов, так что я нашёл место, за которым он сможет наблюдать, где бы ни находился. — И всё же здесь могли напасть твари... — Всё в порядке, мы поставили барьер. Поскольку мы не можем использовать людей, создать сложную формацию невозможно и демонов он не остановит, но тварей, которые всего лишь безмозглые звери, он отфильтрует достаточно. — Спасибо. Четыре деревянных столба, поставленные вокруг могилы с четырёх сторон, похоже, служили осью барьера. Перед могилой лежал сломанный меч. Узнав знакомый вид, Деон тихо подошёл и опустился перед ним на колени. «Это... меч Круэля». Он не мог не узнать. Это меч, который брат держал до последнего мгновения. Пока Деон смотрел на него, ужасная сцена того времени вернулась, и челюсть сжалась так, что зубы едва не раскрошились. «Ещё не время». Сейчас нельзя поддаваться эмоциям. Он заставил себя отвести взгляд от меча и повернул голову. На этот раз в глаза попалось надгробие. — ...Почему надгробие пустое? Камень стоял прямо, но на нём ничего не было выгравировано. Деон поставил деревянный ящик рядом и провёл рукой по гладкому камню. Ответ прозвучал за спиной. — Потому что этому старику не было дано права что-либо на нём вырезать. — А. Теперь он понял. Вопрос, всегда казавшийся непонятным, получил ответ. Деон убрал руку с надгробия и посмотрел на Ремембера. Глаза, всегда бывшие твёрдыми, теперь искрились живыми эмоциями. — Вы ждали дня, когда сможете рассказать мне, где эта могила. Поэтому вы остались один в особняке, без людей вокруг. Всё время, пока он шёл сюда, Деону было любопытно: почему Ремембер оставался в особняке, хотя после встречи с Эльпидиусом и поддержки наёмников ситуация стала крайне опасной, и ему давно следовало уйти? Не мог же он не знать, что Деон придёт в особняк. — Но зачем вам... С точки зрения Ремембера, Круэль был чужим. Старик мягко улыбнулся молодым глазам, полным вопросов. — Если знаешь, разве не трудно притвориться, что не заметил тело человека, пожертвовавшего жизнью ради другого, брошенное без присмотра? — Пока не будет дальнейшего вмешательства, я не трону Эсперанес, что бы ни случилось. Мой брат... Это было неожиданное замечание, но Ремембер понял: это другой способ сказать спасибо. Вместо того чтобы переспрашивать, он молчал и ждал продолжения. Затем прозвучал глубокий, приглушённый голос, переполненный подавляющей печалью. — Он отдал «всё» ради меня. Чтобы это имело смысл, я должен хотя бы так поблагодарить. — Он был более великим человеком, чем я знал. Это была не просто «жизнь». Ремембер, прочитав этот смысл, мягко кивнул. На самом деле в голосе Деона, в словах «ради меня» и «что я могу сказать», отчётливо слышались самообесценивание и ненависть к себе, но он сделал вид, что не заметил. — Тогда что вы выгравируете на надгробии? — ...Вы сказали, право. — ... — Да. Деон горько улыбнулся. — Есть ли у меня право заполнить это надгробие? — Если не человек, которого хозяин могилы хотел защитить до самого конца, то кто заполнит его? Ответа не последовало. Деон отвернулся и посмотрел на могилу. Он протянул руку, легко провёл по ухоженной траве перед собой и тихо сказал: — Газон... за ним тоже ухаживал Ремембер? — Спасибо я больше принимать не стану, ведь цену уже подтвердили. Но, помимо благодарности, можно задать вопрос? — Говорите. — Почему вы не убрали это? Есть особая причина? В самой середине могилы распустился цветок. ...Того же вида, что и цветок в его комнате. Пусть он был из мира людей, это был странный цветок — живой, а когда он увянет, понять невозможно. «У меня не было связи с цветами, но в последнее время я часто их вижу». И только один вид. Деон нахмурился. ---------- Noli metuere (3) Цветок слишком бросался в глаза, чтобы сказать, будто его не заметили. Особенно если Ремембер так тщательно ухаживал за газоном. Как и ожидалось, Ремембер сразу дал ответ, будто давно знал, что этот вопрос прозвучит. — Не то чтобы мы не убрали. Мы не смогли. Даже если вырывал, он снова рос. Более того, он цветёт круглый год. Не похоже на обычный цветок. — ... Он расцвёл на могиле Круэля. Если он не исчез ни по законам природы, ни от руки Ремембера, значит на это есть причина. Деону почему-то показалось, что он может быть связан с ним самим. Просто безосновательное чувство, но этого достаточно. Под ладонью ощущалась грубая и одновременно мягкая поверхность травы. Когда Деон пришёл в себя, его левая рука лежала на могиле, а правая тянулась к цветку. — ... Как только кончики пальцев коснулись его, цветок рассыпался, словно иллюзия. Деон застыл. В глазах Ремембера это могло выглядеть так, будто он просто поражён необычным явлением. Но дело было не в этом. Цветок — Круэль — говорил. Я умер без сожалений. Я буду спокойно ждать тебя и надеюсь, что ты тоже проживёшь без сожалений. — Что... Это не было наставлением жить. Будто зная нынешнее положение Деона Харта, брат лишь пожелал ему «жить без сожалений». Деон в смятении смотрел на место, где был цветок. Исчезновение без единого следа было настолько странным, что на мгновение он задумался, не привиделось ли ему всё... но затем — хлоп! «Разве такое возможно?» Он ударил себя по щеке и провёл рукой по месту, где был цветок. Тот же феномен больше здесь не повторится. Деон это почувствовал. Значит, этот цветок... целый год цвёл только ради того, чтобы передать это сообщение, и продолжал расти, даже когда его вырывали. Только ради меня. «То, что он умер без сожалений, должно быть словами, сказанными, чтобы я перестал винить себя». На самом деле не сказать прямо было правильным выбором. Потому что Деон ещё не простил себя. Если бы смысл передали напрямую, а не таким образом, он мог бы в итоге направить меч на себя. Оставалось ещё кое-что. Деон медленно гладил траву рукой и заговорил шёпотом, будто пережив эмоциональную бурю. — Цветы в вазе у окна моей комнаты, вероятно, прислал брат. Хиен сказала, что сорвала цветы, распустившиеся на могиле возле границы. Если бы Хиен, которой неинтересно ничего, кроме растений-людоедов, попыталась собрать для него цветы из мира людей, она бы набрала как можно больше разных видов, чтобы получился роскошный букет, а не один-единственный простой цветок. Значит, это не было чисто мыслью Хиен. Она говорила, что один цветок привлёк её внимание? Вероятно, здесь сработало нечто, что невозможно объяснить наукой. — Странно, но когда я спал в той комнате, мне не снились кошмары. Даже когда кошмар всё же начинался в первые дни, белый свет прогонял его прежде, чем он достигал худшего. И главное — последние слова бывшего героя Кассиуса. [В тот день, когда тебя выгнали из кошмара, меня попросили передать кое-что одному человеку.] [Мужчина с чёрными волосами и зелёными глазами просил передать привет.] Ах, правда. Голова опустилась, и лоб коснулся могилы. Деон пробормотал, стоя на коленях и прижимаясь к ней: — Ты всё ещё защищал меня. Я ведь просил тебя этого не делать. Что мне с тобой делать, если ты защищаешь меня даже после смерти? Неожиданно ненависть к себе не взлетела. Деон, потираясь лбом о грубую траву, тихим голосом произнёс бессмысленную фразу, почти как шутку. Вокруг распространилась умиротворяющая атмосфера, будто он грелся в весеннем солнце. — Если ты умер, тебе нужно отдыхать, брат. В детстве он тайком навещал и наблюдал за старшим братом, который был занят обучением наследника. Его быстро поднимали и переносили на стул в углу. Это было глубокой ночью, когда он не мог уснуть. Он помнил, как ворочался, а потом вышел в коридор прогуляться по дому. Затем, увидев, что в комнате брата свет не погашен, вошёл туда. В то время брат учился. Днём он был занят разными делами, а ночью не спал до позднего часа, и Деон спросил, когда он собирается отдыхать. Он всё ещё помнил, что тот ответил. — Говорят, поспать можно и после смерти. Что, если он и сейчас не спит? Как для родителя ребёнок всегда остаётся ребёнком, так и для старшего брата, желавшего спасти младшего, Деон, вероятно, всё ещё выглядит ребёнком, которого бросили в воду. Но пусть он выглядит так, давно прошло время, как он стал взрослым. Ему уже под тридцать; что ему делать, если всё ещё остаётся таким? — Ремембер. Он окликнул человека, всё это время стоявшего позади. — Я решил, что будет на надгробии. — Если скажете, я выгравирую как можно скорее... — Нет. В этом нет нужды. Деон поднял лежавшую рядом деревянную палочку. Став героем и научившись контролировать силу в бою с императором, он теперь мог разбивать камни яйцами. Он не знал, возможно ли это из-за контроля силы или потому, что он «герой», но в любом случае. Значит, вырезать надпись на камне деревянной палочкой не должно быть трудно. Для пробы он легко написал что-то на земле и продолжил: — Я сам выгравирую. Поэтому можно попросить Ремембера... принести тело моего брата? Чтобы тело брата стало целым. Он осторожно подвинул к старику деревянный ящик, стоявший рядом. — Как и ожидалось, в ящике была его голова. Она не истлела? — Я в порядке. Скорее хочу спросить, в порядке ли тело брата. — Видите амулет, прикреплённый к нижней части ствола? В нём функции, замедляющие тление. Я поместил его здесь на случай, если остальная часть тела вернётся. Похоже, это было верным решением. Ремембер, будто готовившийся к этому моменту, принёс лопату, прислонённую к ближайшему дереву. Что ж, этого должно хватить. Деон, держа деревянную палочку, стёр надпись на земле и положил одну руку на надгробие. Рука с палочкой начала двигаться гораздо осторожнее. Спокойный голос растёкся по воздуху, словно по тишине. — Могила сделана в южном стиле именно ради этого момента? — Разве можно было оставить тело без ухода ради той части, которая, возможно, однажды вернётся? Это грубо по отношению к мёртвому. Не северная могила, где гроб помещают глубоко в землю, засыпают её до ровной поверхности и ставят надгробие, а южная — с полусферическим холмом земли. Изначально в южном стиле гроб тоже помещали в землю, но на этот раз его поставили на поверхность и лишь насыпали сверху землю, чтобы было легче вынуть. Позже, когда тело станет целым, можно заменить её на северную могилу. С силой и выносливостью, не свойственными старику, холм быстро разобрали, и гроб открылся. Услышав звук крышки, Деон остановил руку и поднял голову. — Ах. Стон вырвался сам собой. Он увидел тело брата в беспорядке, словно отражение того времени. Тело с разорванной одеждой и следами проколов от разных видов оружия. А выше... Деон крепко зажмурился прежде, чем увидел срез шеи. Ремембер, словно отвлекая его сознание, открыл крышку деревянного ящика, достал из-за пояса светлую нить и иглу и спросил: — Что вы вырезаете на надгробии? — Фразу, которую видел в книге брата, когда был маленьким. Фразу из книги, которую брат тогда изучал. Он говорил, что это учебная книга. Когда Деон наклонил голову, не понимая незнакомого языка, старший брат указал на слова и по одному зачитал их значения. Точнее, он бросил взгляд на Деона и начал указывать на каждую строку книги, читая вслух, будто занимался сам. Но теперь Деон знал: это тоже было заботой о нём. — Я хочу выгравировать её. Эти слова прозвучали спустя долгое время. И хотя он ответил поздно, Ремембер лишь взглянул на него, без лишних слов отрезал конец завязанной нити и положил иглу. Мягкий и равнодушный ответ тихо пролился: — Хорошо. Раздался шорох, будто он был занят. Деон не смотрел, но по звуку понимал, что тот делает. Выгравировав несколько слов, он снова остановил руку и спросил: — ...Что вообще делает Ремембер? Перед уходом старик взял бинт и перевязочные материалы. Хотя содержимое деревянного ящика раскрыто не было, это выглядело естественно, будто иначе и быть не могло. Вопросов было много. Словно уловив их, Ремембер ответил, держа в руке бинт: — Я брокер наёмников, направленный из королевства Эсперанес. — Это мы уже в какой-то степени выяснили. — Особенность в том, что я происхожу из семьи высокопоставленных дворян. — Если вы из высокопоставленных дворян... — Я был вторым сыном герцога. Теперь это мало что значит. — Не может не значить. Деон не упустил подсказки. — Если вы из высокопоставленной дворянской семьи, значит, у вас должно быть сильное влияние среди посредников. — ... — И если даже будучи герцогским сыном, у вас должны быть немалые связи. Не думаю, что простого объяснения «сильное влияние» достаточно... — ...Пощадите. Насколько вы собираетесь мучить старика? Для начала, я играю центральную роль среди посредников, направленных в Империю. — Тогда... — Восстановление целого тела наконец завершено. Хотите увидеть? Он сменил тему. Но и в этот раз Деон был вынужден пропустить это. Голова повернулась рефлекторно, прежде чем он успел подумать. Там, в целостном состоянии, лежал Круэль Харт, обнимая последние мгновения своей жизни. «Наконец». То ли из-за напряжения, то ли от того, что долго стоял на коленях перед надгробием, тело задеревенело. Деон заставил себя подняться и подошёл к гробу. Чем ближе он подходил, тем яснее становился облик Круэля. Брат выглядел почти как при жизни, только шею обвивал бинт. На это ушло много времени. Лицо Деона исказилось, словно он вот-вот заплачет. — Круэль. Ремембер тихо отступил. Впрочем, Деон уже вытеснил его существование за пределы восприятия и снова открыл рот. — Брат. Конечно, готовиться к этому и увидеть своими глазами — разные вещи. В неожиданно тяжёлой ситуации он медленно закрыл глаза. Пришла знакомая темнота. Одними веками он отрезал себя от мира, и после короткой тишины, словно одержимый, выкашлял незапланированное слово: — Прости. И в тот раз, и сейчас — извинения перед братом всегда были импульсивными. «Я не собирался этого говорить». Он думал просто проверить, действительно ли тело целое, закрыть крышку и снова похоронить. Прости. Прости. Прости. Деон, глупо повторявший одно и то же, прикусил кончик языка и остановился. Подавив поднявшиеся эмоции, он протянул руку к лицу Круэля. Лицо, к которому он прикоснулся впервые после смерти, было холодным, без всякого тепла. Это было не страшно. Это было печально. — ...Раз брат сказал, что умер без сожалений, значит, мне не стоит извиняться. Как думаешь? — Я уже безнадёжный кусок мусора. И всё же он не спросит, почему тот спас его. Не спросит, не следовало ли просто дать умереть злодею, который убил всю свою семью и был для неё обузой. Потому что это означало бы отрицать и жизнь, и смерть брата. — Но... как брат сказал, я проживу жизнь без сожалений. Я благодарен тебе за то, что ты не заставил меня жить. Ты, добровольно отдавший жизнь ради моего выживания, имел полное право принудить меня к жизни. И всё же я благодарен, что ты этого не сделал. И одновременно задыхаюсь от твоей доброты, которая всё ещё доходит до меня даже после того, как ты покинул этот мир. «Почему я не заметил этого, когда ты был рядом?» ---------- Noli metuere (4) Молодость не может быть оправданием. Есть вещи, которые можно простить, прикрывшись возрастом и неведением, а есть те, которые нельзя. В моём случае это было второе. Как законченный грешник, я обязан исполнить твоё желание. Поэтому я благодарен. Если бы ты пожелал, чтобы я жил, у меня не осталось бы выбора, кроме как подчиниться. Он легко погладил его по голове и горько улыбнулся. Я проживу жизнь без сожалений, как ты хотел. Так что, брат. — Со мной всё хорошо. До дня, когда я приду к тебе. — Сладких снов. Просто отдохни. Не нужно больше заслонять кошмары или проклятия. Я взрослый. Нет, во мне ещё много недостатков, чтобы считаться «взрослым», но теперь, когда всё так сложилось, я не собираюсь, как ребёнок, избегать ответственности и ныть, как мне тяжело. Иными словами, всё это моё, и я не намерен протягивать руки ни к живым, ни к мёртвым. Со всех сторон исходил запах крови. Галлюцинация это или запах шёл от брата? Он не обратил внимания, ещё несколько раз провёл рукой по волосам и медленно отнял её. Ремембер беззвучно подошёл и закрыл крышку гроба. — Я сделаю могилу в северном стиле. — Рассчитываю на вас. Надгробие всё ещё было не дописано. Деон повернулся, чтобы продолжить, но остановился от увиденного. Красный цвет повсюду. Ему не зря показалось, что запах крови стал сильнее. «...Вот насколько велика моя вина перед Круэлем». Мир был покрыт кровью. Уровень всё ещё оставался таким, что он лишь чувствовал, как подошвы разбрызгивают её, но... для проверки он взобрался на ближайший камень. В результате уровень воды стремительно поднялся и последовал за подошвами. Как только он спустился на землю, снова опал. Любопытно. Деон улыбнулся, нагнулся и поднял деревянную палочку, которая выглядела пропитанной кровью. Рука ощущала её сухой, без всякой влаги. Он снова подошёл к надгробию и начал осторожно вырезать слова. Фраза была не очень длинной, и он был уверен, поэтому закончил без особых задержек. Ответ на послание брата, отправленное всем сердцем, без всяких формальностей. [Noli metuere una tecum bona mala tolerabimus.] Не бойся, я выдержу с тобой и хорошее, и плохое. Он легко провёл кончиком пальца по тонкой гравировке. С этой фразой смысл должен быть верным. Нет, он уверен. Это воспоминание из детства, но Деон помнил его ясно. Слушая, как брат читал этот отрывок, он закрыл глаза, а тот, прочитав ещё несколько строк, поднял его и отнёс, потому что Деон уснул. Тогда он думал, что это был сон, ведь заснул, но теперь, возможно, это было реальностью. — Закончили? — Вы уйдёте после того, как могила будет готова, или сразу? Деон не собирался возвращаться сразу. В ответ на вопрос Ремембера он поднял уголок рта и сел. Кровь на коже и усилившийся запах раздражали, но штаны ведь не были по-настоящему мокрыми, так что всё в порядке. Он естественно улыбнулся, притворяясь, что ничего не видит и не чувствует. — Думаю, это наша последняя встреча, так что хочу задержаться ещё немного. Составите мне компанию в разговоре? — Что такого интересного вы находите в разговоре со стариком? — Как беседа со стариком, отдавшим юность времени и получившим проницательность, может быть скучной? К тому же Ремембер — человек с множеством тайн. Король демонов наложил заклинание против тления на голову Круэля при условии, что Эсперанес отзовёт наёмников из Империи. Если всё пойдёт так, магия будет отменена. «Не уверен, было ли оно наложено на саму голову или на деревянный ящик, в котором она лежала». Судя по деревянным столбам, расставленным вокруг могилы, и амулетам, прикреплённым к ним снизу, заклинание Ремембера, замедляющее тление, было не точечным, а действующим в области. Теперь, когда тело Круэля целое, его голова тоже попадёт в эту область. Независимо от того, зачарована ли голова или ящик, Деон всё равно собирался перед возвращением попросить Ремембера в качестве последней услуги снять амулет, замедляющий тление, так, чтобы это совпало с его прибытием в Замок Короля демонов. Если зачарован «деревянный ящик», исчезнет то, что задерживает течение времени, и тело Круэля, без различия между головой и телом, пойдёт по естественному ходу природы. Если же заклинание на «голове», даже Король демонов отзовёт магию, остановившую время, примерно в то же время. Так целое тело Круэля больше не будет насильно удерживаться на земле и естественно вернётся в неё. Соответственно, его душа тоже сможет отдохнуть. «Если оно всё равно будет отменено...» Разве не лучше отменить после того, как магия Короля демонов расходуется ещё больше? Говорят, магия против тления стабильно вытягивает силу заклинателя. Чтобы потратить хоть немного больше проклятой силы Короля демонов, лучше возвращаться как можно позже. Даже сейчас, высчитывая это, он испытывал отвращение к себе, но останавливаться не собирался. Пока он молча теребил губы, Ремембер, копавший землю, поднял голову, встретился с ним взглядом и ласково улыбнулся. — Вы прямо заявляете, что собираетесь выкапывать тайны. — Это же последний раз. — «Последний» — действительно удобная отговорка. Заставляет чувствовать, будто нужно выслушать любую просьбу. — Но ведь нас не разлучает смерть, так как можно подтвердить конец? Невозможно знать, как повернётся мир. — Значит, мы расстанемся после того, как могила будет закончена? Деон притворился разочарованным и опустил плечи. Раздался мягкий смех, словно старик оказался в затруднении. — Говорят, стареешь — становишься мягче. Похоже, я действительно старею. Что это за привязанность? Деон поднял голову, услышав бормотание с положительным смыслом. Старик, когда-то бывший его дворецким, смотрел на него серебристо-голубыми глазами, сияющими мягко. Лицо Деона прояснилось, будто отвечая. Старик лишь рассмеялся. Ремембер помнил юного героя, который живо реагировал всякий раз, когда он его поддразнивал. Помнил, как тот изо всех сил избегал лекарства, говоря, что не хочет пить, потому что оно горькое. Помнил юношу, который хмурился, когда ему клали в рот леденец, но выражение его лица тайком расслаблялось. И в то же время он знал жалкую жизнь, которой тот жил. Поэтому не мог не спросить. — Что вас интересует? Похоже, и мне пора уходить на покой. Деон, не представлявший, что происходит в самоироничном Ремембере, ярко улыбнулся и похлопал по месту рядом с собой. — Не стойте так. Сядьте здесь и поговорим. Могилу оставлю человеку, которого привёл Ремембер. — Вы знали? — Да. Он, вероятно, и прежнюю могилу в южном стиле сделал. Не может быть, чтобы старик дворянского происхождения сам копал землю. Ремембер, прищурившись и глядя на Деона, щёлкнул пальцами. Откуда-то появился человек в чёрном, которому передали лопату. Ремембер легко похлопал его по плечу, словно прося об услуге, и сел рядом с Деоном. — С каких пор вы знали? — Разве не я задаю вопросы? Я спрашивал о том, что мне любопытно. — Верно. К тому же вы стали куда озорнее. Если знали, могли бы сказать раньше, а не смотреть, как старик сам копает. — Это вина Ремембера за то, что скрывал. К тому же Ремембер слишком здоров для старика. Думаю, это не слишком нагрузило его тело. Деон, обняв колени, положил щеку на руку и улыбнулся. Ремембер тихо рассмеялся. — Прежде чем отвечать на вопросы, хотелось бы спросить, как долго вы планируете оставаться... — Думаю уйти примерно через три недели. Вместе с Ремембером, конечно. — Ха. — Не думаю, что такую степень упрямства нельзя принять. — Похоже, придётся снова проверить комнаты в особняке. Заявление было бесстыдным, но что поделать? Кажется, будто ещё вчера он был дворецким юного героя. Тот, кто первым отдал свои чувства, естественно проигрывает. Деон изящно закрыл глаза, прочитав смысл разрешения. — Тогда, раз вы знаете, что тянуть время такими разговорами бесполезно, начнём полноценную беседу. — И это вы тоже знали? Вы выросли так сильно, что я и не заметил. — Пока живёшь, нельзя вечно стоять на месте. И я прошу беседу, а не допрос. Не нужно так напрягаться. Вместо ответа Ремембер рассмеялся. Три недели будут ожесточённой битвой. — Беседа — хорошо. Какая тема? — На самом деле мне давно было кое-что любопытно. С тех пор как он понял, что Ремембер необычен, Деон всегда интересовался им. Если появилась возможность спросить, упустить её было бы глупо. Он мягко закрыл глаза, купаясь в солнечном свете. К нежной атмосфере добавился спокойный голос. — Бывший император Эдоардо Дезерт знал истинную личность Ремембера? Император Эдоардо не просто даровал ему особняк. Он также прислал людей, чтобы те управляли им и создавали удобства, и Ремембер был одним из них. Знал ли император, кем тот был, и прислал сознательно? Если да, по какой причине? Красные глаза, полные ясного вопроса, молча требовали ответа. Ремембер медленно открыл рот. — Вы сказали, что это не допрос... но тема разговора довольно острая. — Опять пытаетесь уйти от ответа? — Нет. Серебристо-голубые глаза мягко изогнулись. — По крайней мере, он наверняка не знал столько, сколько вы сейчас, господин Харт. Моё первое впечатление для него было: подозрительный эсперанец с охраной. Если бы он покопался в старых книгах, чтобы расследовать, мог бы предположить, что я посредник. — Если бы он знал, что вы посредник, почему бы императору не запросить наёмников... Нет, прежде он бы вообще не позволил подозрительному человеку быть рядом. Бывший император Эдоардо Дезерт дорожил своими мечами, то есть талантливыми людьми своей фракции. И, пусть самому говорить трудно, в то время Деон был его любимым мечом. Поэтому император не мог разместить опасный элемент в месте, которое должно было стать его отдыхом. — Полная нейтральность Эсперанеса очень известна, и всем известно, что эсперанезцы заботятся о своей стране. Какой эсперанец без причины подвергнет страну опасности, связываясь с любимым героем императора? В ситуации, где безопасность была обеспечена, принадлежность к боевой нации стала бы плюсом. Ну, пока ты «человек», исключений быть не может. Как можно быть так уверен? Голос продолжил, словно почувствовал вопрос. — Эсперанес — очень закрытое королевство. Иными словами, войти и выйти чрезвычайно трудно. Разве такое королевство отправило бы наружу кого попало? Это относится и к посредникам. — Понимаю. — А если ответить на вопрос, почему император не запросил наёмников, то он, должно быть, был не уверен, потому что случаев настоящей поддержки было слишком мало. И главное... Он произнёс шёпотом, без малейшего колебания в тонком голосе: — Человек, желающий умереть, не станет, падая в воду, искать верёвку. * * * Три недели пролетели в одно мгновение. Могила Круэля была завершена в тот самый день, когда Деон и Ремембер начали свою «беседу». В тот день Деон небрежно провёл рукой по надгробию перед готовой могилой, затем вернулся в особняк, который когда-то был его, и мирно жил там вместе с Ремембером. Если не считать того, что ему не нужно было возиться с бумагами, что он ходил к могиле Круэля всякий раз, когда появлялось время, и что рядом не было никого, кроме Ремембера, повседневность ничем не отличалась от прежней. Иногда Ремембер приносил новости об армии Короля демонов, но Деон не моргал ни при известии о победе, ни при известии о поражении. «Нет причин, чтобы демоны, с которых снят запрет на магию, потерпели сокрушительное поражение». Изначально у него не было особой привязанности ни к «расе демонов», ни к «армии Короля демонов». Напротив, ради его плана было бы лучше, если бы число демонов умеренно сократилось. Хорошо бы, если бы все умерли, оставив ровно столько, сколько нужно, чтобы полностью растоптать мир людей. Как бы командиры корпусов не умерли? Они — самая большая проблема. Позже, когда пришла новость, что ход сражения, где армия Короля демонов была оттеснена, полностью изменился с прибытием командира корпуса, Деон тихо кивнул. Конечно, проблема именно в командирах корпусов. — Теперь собираетесь уходить? Неподвижный спокойный голос прервал мысли. ---------- Noli metuere (5) Деон слегка повернул голову и улыбнулся, увидев Ремембера. — Как и ожидалось, у вас хорошее чутьё. — У меня нет выбора, кроме как знать: вы привели меня сюда, к могиле, куда я всё это время ходил один. — ... Именно так. Теперь он возвращается в мир демонов. Потому что слишком долго оставался в мире людей. Срок, обещанный Королю демонов, подходит к концу. С того момента, как он опрокинул Империю, вернулся в Замок Короля демонов и отпустил всё, и до этого мгновения, Король демонов, должно быть, терпел многое. Поскольку Деон ни разу не видел, как тот взрывается, лучше вернуться до того, как его терпение полностью иссякнет, чтобы избежать лишних переменных. Деон, стоявший на одном колене и гладивший надгробие, мягко окликнул Ремембера. — Можно попросить об одной последней услуге? — Сначала выслушаю. — Я хочу, чтобы примерно через неделю вы сняли тот амулет со свойствами против тления. — Это не трудно. Изначально я собирался уйти сразу, но если нужно задержаться на неделю, проблем не будет. Сделаю. — ... Эта повседневность действительно была похожа на сон. Деон мягко закрыл глаза. Мирные дни под солнечным светом. Всё, что он пережил до сих пор, казалось сном. Каждый раз, когда это ощущение поднималось, яркий запах крови, ударявший в нос, и кровь, брызгавшая по полу, возвращали его к реальности. Но если бы не это, он мог бы принять всё за сон. Но так быть не должно. Он слегка сжал кулаки. «Нет смысла убегать от реальности, когда мой грех здесь». Не отворачиваться. Он легко поцеловал надгробие и поднялся. — Ремембер. — Да. — Я обязательно хочу отплатить за оказанную вами услугу. Поэтому... — Эсперанес больше не будет вмешиваться в войну после того, как выполнит поддержку по уже заключённому контракту. Без колебаний Ремембер ответил сразу. Возможно, разговоры за это время разрушили один слой стены между ними; а может, потому что это действительно был последний раз, напряжение ослабло. Серебристо-голубые глаза, обычно сиявшие загадочно, теперь были откровенно решительны. Деон уловил в них слабый след «сострадания». «Сочувствие?» Оно быстро спряталось, но это точно было сочувствие. Почему он чувствует сочувствие, говоря такое? Деон бессознательно нахмурился, не понимая хода событий. Ремембер, легко прочитавший намерение Деона по открытому выражению лица, лишь рассмеялся вместо объяснений. «Иногда незнание — лекарство». Нужно было скрыть, но он ошибся. Это был буквально миг, но Деон поймал его, не упустив. Странно, что его настороженность не ослабла, несмотря на то что за три недели они были ближе, чем когда-либо, и теперь, когда, казалось, расстаются. Но лучше было бы не попадаться. Кто бы знал, что он вообще уловит этот короткий миг? Деон Харт, вероятно, думает, что сочувствие Ремембера как-то связано с этим заявлением. Но это неверно. Ремембер лишь невольно показал скрытые в основе чувства, которые всегда там были. Поэтому сейчас нельзя отвечать на его вопросы. Любому стало бы неприятно, узнай он, что его отношения с другим человеком начались из жалости. Как отреагирует Деон Харт, если узнает? В ситуации, которую не так уж трудно предсказать, Ремембер снова улыбнулся, крепко сомкнув губы. ...Во время трёхнедельного пребывания в особняке, в разговорах с Деоном Хартом, прозвучал вопрос о том, почему Ремембер вообще пришёл в его особняк. Тогда Ремембер ответил: [Это было совпадение.] [...Совпадение?] [Да. Совершенно случайно вы попались мне на глаза, случайно я услышал, что Император ищет дворецкого для особняка, где будет жить Деон Харт, один из героев Восьмилетней войны, и случайно подал заявку на должность, попавшись Императору на глаза.] Совпадения собираются, накладываются друг на друга и становятся судьбой. Среди героев, рождённых на фоне Восьмилетней войны, особенно юный герой неизбежно бросался в глаза. «Герой» — тяжёлый титул. Особенно звание «героя», связанное с войной, в конечном счёте прикрепляется к тому, «сколько людей было убито». Через какие лишения нужно пройти и сколько грехов взвалить на себя, чтобы оказаться на таком месте? Вместо восхищения он почувствовал жалость. После этого он стал дворецким, думая, что хочет наблюдать за ним ближе... но глубинной мыслью было желание лично проверить и осмотреть состояние юного героя, измученного грубым путём, по которому он прошёл и по которому ещё будет идти. Можно сказать, что их отношения начались с «сострадания». Даже когда Деон был «героем», этот мягкий старик жалел Деона Харта. Чувство было неглубоким, сравнимым с жалостью к нищему, умирающему от голода на улице, но это всё равно было явное сочувствие. И что же теперь, когда прошло время и даже привязанность уже не исчезает? — Если есть только один Король демонов и он не хочет выступать сам, единственное, чего можно добиться, сделав героя врагом, — это разрушение. Даже если я попытаюсь вмешаться, сверху меня остановят. Теперь ты перешёл грань «героя» и стал «избранным героем». Совпадения собрались и стали судьбой. Эсперанес, имеющий историю длиннее любого королевства, хранит множество старых книг. Ремембер, в детстве читавший немало таких книг благодаря привилегиям высокопоставленного дворянина, теперь, обретя с возрастом проницательность, понял намерение мира. Поэтому он всё ещё сочувствует Деону Харту. Не мог не сочувствовать. — ... Это не было объяснением того «сострадания», мелькнувшего на миг. Вместо объяснения или оправдания он привёл доводы в поддержку предыдущего заявления, словно пытаясь сделать вид, что ничего не произошло. И всё же слова Ремембера были настолько неожиданны, что Деону пришлось оставить остальное без внимания. Его глаза слегка расширились, будто он удивился. — ...Вы знали, что я стал героем? — Если хотели скрыть, стоило прикрыть внешность. — Я не то чтобы пытался скрывать, но... вы знали, и почему... — Потому что не было необходимости упоминать. Ремембер слабо улыбнулся. Деон Харт, без сомнения, грешник. Каким бы ни было прошлое, какой бы ни была история, если смотреть на реальность, это неоспоримая истина. Он и сам не собирается это отрицать. И всё же Ремембер, старик со слабой привязанностью, жалел Деона Харта отдельно от его грехов. Раз он тайно оказывал маленькую помощь, делая вид, будто ничего не делает, этого было достаточно. Незачем говорить об этом прямо. — В любом случае, вы, похоже, тревожитесь, так что я ещё раз подтвержу. Эсперанес больше не двинется. Но помогать открыто нельзя. Помочь Деону Харту значит встать на сторону армии Короля демонов. В итоге это означает предать человечество, и если он сделает такой выбор, королевство откажется от старика ещё до того, как само окажется втянутым. Враждовать тоже нельзя. Королевство не согласится на это, и, что важнее, опасный юноша перед ним уже вошёл в сердце старика. Как и многие старые люди, Ремембер стоял в шаге от храбрости и искал стабильности. Было очевидно, какой выбор он сделает. «Наблюдать со стороны». Сочувствовать и действовать — разные вещи. Тем более что может сделать ничтожный человек, когда мир лично выбрал его? В любом случае само королевство Эсперанес — символ нейтралитета и невмешательства. Как человеку из такой страны, неплохо будет смотреть на Деона Харта со стороны. Сбор тела Круэля Харта и исполнение последней просьбы Деона Харта были самым храбрым поступком, на который он был способен. — И что вы собираетесь делать теперь? Ремембер поднял голову на вопрос Деона. Планы на будущее. Ничего особенного не было, но... — ...Неплохо было бы составить историческую хронику. — Историческую хронику... вы имеете в виду? — Да. Разве всем королевствам, кроме Эсперанеса, не суждено исчезнуть? В будущем, независимо от того, закрепится армия Короля демонов в мире людей, потерпит поражение или отступит по особой причине, править естественным образом будут демоны. Оставить запись об этой эпохе будет некогда, а даже если её оставят, она быстро потеряется в войне. Поэтому этот старик попробует записать. — Потрясающе. Конечно, это будет возможно только если Эсперанес останется в безопасности. Хотя Деон, главнокомандующий, заверил, что не нападёт на Эсперанес, он не может гарантировать, что армия Короля демонов, растоптав весь мир людей, не нацелится на последнее оставшееся королевство. Они оба знали это, но никто не произнёс вслух. Деон озорно улыбнулся, словно желая разрядить слегка напряжённую атмосферу. — Сделайте меня главным героем. — Разве в истории есть иной главный герой? — А если отложить политическую историю в сторону и написать в форме романа? Как это называется — утраченная история? — Или можно назвать добротой. Попробую. Интересно, успею ли закончить до смерти... Атмосфера смягчилась благодаря резким словам Ремембера, который охотно принял шутку. Теперь пора расставаться. Деон, попрощавшийся с Ремембером в последний раз, ещё раз оглянулся на надгробие. Взгляд поймал углублённую надпись, выгравированную довольно убедительным почерком. [Noli metuere una tecum bona mala tolerabimus.] Не бойся, я выдержу с тобой и хорошее, и плохое. Он не знал, когда сможет снова прийти. Может быть, не сможет прийти до самой смерти. Поэтому хотел заранее попрощаться. Словно это действительно был последний раз, Деон ярко улыбнулся, будто в мире у него не было ни одной заботы. «До свидания, брат». * * * Деон Харт вернулся в Замок Короля демонов. Это было возвращение почти перед истечением месяца, обещанного Королю демонов. Деон, без багажа и не заходя в свою комнату, направлялся прямо к кабинету Короля демонов, но остановился, увидев вышедшего встретить его Эда. — Эд. — Да, Деон. — Передай Девелании. Я отменяю поиски тела Круэля Харта. — Да...? Это тело старшего брата, которое он так отчаянно пытался найти. Когда наконец нашёл голову, даже наложил на неё заклинание сохранения и держал рядом во сне. Эд не знал, кто наложил заклинание, но всё же. Ошеломлённый совершенно неожиданным приказом, Эд поднял голову и посмотрел на Деона. Даже без долгого взгляда он сразу заметил разницу по сравнению с тем, каким Деон уходил. «...Нет». Похоже, он взял ящик с головой с собой, когда отправился в мир людей, но теперь его нет. Как ни смотри, руки пусты. Потерял? Если бы так, он отдал бы приказ другого рода, а не отмену поиска. Тут же поднялся бы переполох. Значит, решил отказаться от поиска тела и просто отпустить голову? Или, возможно, отправился в мир людей, нашёл оставшиеся части и устроил полноценные похороны. Раз он пробыл там дольше ожидаемого, вероятнее второе. Все эти мысли промелькнули и уложились в одно мгновение. Эд, будто делал это уже не раз, выровнял выражение лица и вежливо склонил голову. — Понял. — Тогда. Будто больше дел с ним не было, Деон прошёл мимо Эда и без колебаний направился к кабинету Короля демонов. Он не спешил, но и не медлил. Широкими шагами пересёк знакомый коридор, дошёл до двери и поднял руку, чтобы постучать, не делая паузы. Тук-тук. — Войдите. Получив разрешение, он сразу вошёл. Король демонов, как всегда сидевший за столом будто за бумагами, положил ручку и посмотрел на него. Как только их глаза встретились, взгляд обрёл непонятный блеск и изогнулся. — Ты сильно опоздал. — Я помню, что сказал: принесу результат, когда вернусь, и что результат появится в течение месяца... Месяц почти прошёл, верно? Судя по тому, что новых докладов об Эсперанесе не поступало, достижений нет. — ... — Тебе не хватило времени? Если результат положительный, я готов дать ещё. Что скажешь? Результат? Король демонов, наполовину сцепив руки и опираясь на них подбородком, улыбнулся. Деон улыбнулся в ответ. — Провалился. Хотя это длилось лишь мгновение, заявление прозвучало настолько бесстыдно и уверенно, что Король демонов потерял дар речи. ---------- Разве не говорили, что ненависть словно лесной пожар (1) Это была ставка? Такой план был с самого начала. Дело с наёмниками Эсперанеса — пустая приманка, а если у Ремембера есть тело Круэля, то это моя собственная ставка, которая либо сработает, либо провалится. «Нет, даже при провале я получал своё, так что назвать это ставкой трудно». Если бы ставка провалилась, а Король демонов забрал магию, он собирался попросить Лиринель сохранить тело. Деон поднял брови. — Даже если магия будет снята, мне нечего сказать. Простите. — Ха... Ахахаха!! Он и подумать не мог, что Деон сделает что-то настолько откровенно дерзкое. Король демонов, склонивший голову и дрожавший плечами, не выдержал и разразился смехом. Вот почему он не может отпустить Деона Харта. Стоит заскучать, и тот обязательно сделает что-то забавное! В глазах, наполненных радостью, отражалось давнее безумие существа, прожившего в скуке столько, сколько не способен ни один человек. — Ты нашёл тело Круэля Харта! Тело вернулось целым. Ты знал это ещё до того, как отправился, верно? — ... Как смеет он разыгрывать самого Короля демонов? Так очаровательно, что с ума сойти. Он с довольным видом щёлкнул пальцами. Любой с проницательностью Деона Харта понял бы, что это значит. Король демонов оскалился. — Магия снята, как ты и хотел. Теперь время, которое я удерживал, снова пошло, и всё вернётся к естественному порядку. — ... — Не знаю, то ли ты не подумал о возможности выследить эту могилу, напасть на неё или использовать для угроз, то ли у тебя была вера, но... Он скользнул взглядом по Деону. В поле зрения попали красные глаза, сохраняющие спокойствие. Король демонов сузил глаза на этот невозмутимый взгляд, не выдававший эмоций. — Если это была вера, основанная на уверенности, ты прав. — ... — Ведь я всегда был слаб перед тобой. Он дорожил Деоном, когда тот был лишь интересной и желанной игрушкой, ещё не попавшей к нему в руки. А теперь, когда он в его руках и стал героем? И если, помимо права стать учителем, он ещё может дарить такое удовольствие? — Ты меня развлечёшь, так что в этот раз я тоже пропущу. Конечно, у него не было выбора, кроме как пропустить. Более того, Король демонов не настолько слаб, чтобы нуждаться в использовании могилы Круэля Харта. Поскольку он изначально не собирался делать столь жалкую вещь, Король демонов расслабленно откинулся на спинку кресла, намеренно снимая напряжение. Деон спокойно кивнул. Его отношение всё ещё был бесстыден, словно так и должно быть. — Спасибо. Это был ответ, которого он ожидал. Именно поэтому он не дрогнул даже при словах о раскапывании могилы. Бывший император Эдоардо и Король демонов кажутся полными противоположностями, но в чём-то странно похожи. Это свойство монархов? Вероятно, когда сидишь на высокой позиции и держишь огромную силу, нет необходимости делать грязные вещи. Пока есть уверенность, что можно наказать или раздавить противника в любой момент, не совершая мерзостей вроде раскапывания могил, можно вести себя спокойно. «Не везёт, но мне это выгодно...» Он злился, что тот посмел сказать нечто, переходящее черту, о могиле брата, но показывать нельзя. Деон опустил глаза, цветом похожие на чьи-то зелёные. «Ситуация другая, так что нельзя поспешно взрываться гневом». Деон Харт — герой, а Король демонов — Король демонов. Какой бы игривой и мирной ни казалась атмосфера, под ней неизбежно лежит странное напряжение. Взорваться гневом сейчас? Это не только вселит в Короля демонов ненужную осторожность: если что-то пойдёт не так, прямо на месте может начаться смертельная битва героя и Короля демонов. Злость можно выплеснуть позже, когда он убьёт Короля демонов. До тех пор её можно разбить на маленькие кусочки, выпускать в виде жалоб и ворчания и так регулировать. В любом случае Король демонов знает, что нынешняя ситуация похожа на ходьбу по тонкому льду, поэтому большинство вещей, как сейчас, он будет отбрасывать смехом. «...Не о чем беспокоиться, он считает мои промахи и наглость забавными». Деон невольно поднял взгляд. Их глаза немедленно встретились, словно Король демонов всё это время смотрел на него. После короткой тишины тот, будто внезапно что-то вспомнив, издал «а» и щёлкнул пальцами. — Скоро будет совещание. — Что? — Перерыв закончился, верно? Ты обещал это собственным ртом. В итоге, пусть это и было ложью, раз Деон пообещал действовать сразу после наложения магии, можно считать, что Деон Харт начал нормально стоять на передовой с того момента, как отправился в мир людей. Поэтому нет ничего странного в участии в совещании сразу после возвращения. Деон, молча смотревший на ухмыляющегося Короля демонов, глухо вздохнул. — Понял. Зайду в комнату и подготовлюсь. * * * Он прошёл долгий путь из мира людей сюда. Осознавал это или нет, но устал настолько, что хотел лечь на кровать и отдохнуть хотя бы до совещания. Но поскольку чистота тоже часть отдыха, Деон, вернувшись в комнату, сразу вошёл в ванную. Затем вышел в халате, привычно взял полотенце, бросил взгляд на ожидавшего Дана и сел на стул криво, обняв руками спинку. Дан, стоявший позади, начал вытирать его волосы полотенцем. В мирную тишину упал мягкий голос. — Хорошо попрощались в последний раз? — Да. Реплика была внезапной и короткой, но понять её было несложно. Было бы странно, если бы Дан не заметил исчезновения деревянного ящика, который Деон постоянно носил с собой. Деон закрыл глаза и лениво улыбнулся. — Когда вошёл в комнату, увидел, что цветок полностью увял. — Что? Он немного подвял, но всё ещё был жив, так что... Дан закрыл рот, проверив вазу у окна. — Правда... С тех пор как я последовал за господином, кажется, переживаю слишком много совершенно нереальных вещей. Больше, чем если бы жил в деревне, где есть шаман. До самого утра цветок каким-то образом ещё казался живым. Интересно, когда он увял? Перед глазами были засохшие цветы, сбросившие лепестки. Не веря собственным глазам, Дан взял полотенце, которым сушил волосы, и подошёл к окну. Когда он коснулся грубых лепестков на подоконнике, услышал мягкий голос Деона. — Он наконец закрыл глаза. Смотри, как увял, словно исполнил предназначение. Вероятно, брат принял, что больше не нужно защищать его от кошмаров или проклятий. Деон горько улыбнулся. Он радовался, что брат принял его желание, но, видя увядшие цветы, всё равно чувствовал печаль. — У окна будет пусто. — Раз увял, нужно убрать... но если господин хочет, я оставлю. — Нет, в этом нет нужды. Пусто лишь потому, что исчезло то, что там было. Тук-тук. Деон, барабанивший пальцами по столу, внезапно остановился. — Думаю, можно попросить у Хиен ту тварь из мира людей. — Что? — Она того же вида. Круэль был упокоен. Словно доказывая это, цветы увяли, а чувства и тепло, которые от них исходили, внезапно исчезли. Увядшие цветы были только остатком и утратили первоначальный смысл, так что не обязательно заполнять пустой подоконник именно ими. Поэтому Деон вспомнил. Странное растение из мира людей, которое Хиен несколько раз пытался преподнести в дар. Источник — тот же вид, что и цветок у окна. Пусть оно стало чем-то похожим на тварь, легко оно не увянет. Условия вполне устраивали. Настроение улучшилось, и он негромко замычал мелодию, но почувствовал колющий взгляд. — Говоря о странных растениях... Господин, ваши новые вкусы стали странными? — Ты хочешь каждый раз, когда цветок увянет, ходить в мир людей и искать такой же? Или просто ухаживать за тем странным растением? — Теперь, когда я снова об этом подумал, вкус кажется очень хорошим. Какой человек станет приручать растение-тварь? Такое под силу только господину. Это желательная смена отношения. Довольный тем, что колющий взгляд исчез, Деон стал напевать. Дан, который незаметно подошёл и расчёсывал почти высохшие волосы, снова открыл рот. — Это та песня? «Не греши»? — Знаешь? — Очень старая народная песня. Насколько я понимаю, её знают по всему континенту. — Я знал, что она старая... но не знал, что настолько. Когда он вспоминал текст, становилось так смешно, что он начинал напевать ещё больше. В мире, вероятно, больше людей, совершивших грехи, чем тех, кто не совершал. И что делать, если песня только и говорит: не греши? А как быть людям вроде меня? Снова опустилась тихая тишина. Но прежде чем он успел насладиться ею, в дверь вежливо постучали. — Это Эд, Деон. Я пришёл проводить вас. — Ах, совещание. Входи. Эд вошёл, чтобы вести его в зал совещаний, и замер. Вид Деона, который ещё не был полностью одет, настолько его смутил, что он на мгновение выкрикнул: — Дан! Ну, я так и думал. Он никогда не кричит на меня. Деон спокойно положил лицо на руку, глядя на него как свекровь, тоскующая по невестке. Ворчание Эда, обращённое к Дану, продолжилось. — Скоро идти в зал совещаний, а ты ещё не принёс одежду? Как и ожидалось, ты... — Да, виноват. Разве прежде не нужно принести одежду? Нагло и раздражает, но неверно не сказал. Эд, прикусив губу, один раз сверкнул глазами на Дана, затем повернулся и вынул одежду. Тем временем Дан, закончив расчёсывать волосы и положив гребень, коснулся подбородка, будто что-то его беспокоило. — У господина сильно отросли волосы. — Правда? — Да, уже можно завязать. — Теперь, когда ты сказал, затылок кажется душным... Это понятно: до сих пор он подравнивал только чёлку, чтобы она не лезла в глаза. Дан, теребя волосы на затылке, спросил: — Хотите, я подстригу? — Сейчас нет времени. И главное, это хлопотно. Просто завяжи. Что хлопотного в том, чтобы просто посидеть? Дан, подавляя недоумение, собрал волосы Деона внизу, примерно прикинул длину и отпустил. Деон оглянулся на него с вопросительным знаком над головой. — Сначала нужно одеться. — О. Эд, словно ждал этого, протянул одежду. Опять форма. Деон послушно поднялся и снял халат. Благодаря тому, что двое прилипли к нему, одеться получилось быстро. «Господин, там нельзя держать. Появятся складки, понимаете?» «Деон, одна пуговица застёгнута не туда». «Пожалуйста, просто стойте спокойно, мы всё сделаем». Подобные слова он слышал, но результат хорош, значит можно считать дело завершённым. Теперь очередь завязать волосы. Деон снова сел на стул, который Дан подвинул ему, и закрыл глаза, пока рука осторожно собирала волосы. Но это длилось недолго. — ...Что ты делаешь? Нужно либо завязать, либо отпустить. Зачем просто держать? Дан закатил глаза от короткого упрёка. Эм... конец его фразы внезапно расплылся. — У меня нет ленты, чтобы завязать... У вас там ничего нет? — Тон у тебя наглый. Хотя он это сказал, было ясно видно, что Эд старательно думает о том, что нужно Деону. Пока Дан сдерживал смех, Эд, закончив думать, снял галстук-боло с шеи и протянул. — Этого хватит? — Попробую. В итоге завязать получилось. Деон, слегка непривычно перебирая хвост волос, низко перевязанных сзади, покачал головой и поднялся. — Но ты не следуй за мной. Сходи к Хиен и забери растение. Я пытаюсь вернуть подарок, который когда-то отверг... но он, наверное, послушно отдаст. Разве не обрадуется? — И жди перед залом совещаний. Дан кивнул и вышел. Деон посмотрел на оставшегося Эда. — Веди. * * * Похоже, Король демонов ещё не пришёл. Едва войдя, Деон проверил главное место, а затем повернул голову на звук шороха. Его взгляд встретился с глазами, светящимися так ярко, что это было почти обременительно. ---------- Разве не говорили, что ненависть словно лесной пожар (2) Стоило нам встретиться взглядами, как тяжёлый стол снова дрогнул. — М-м... — Лиринель...? — Волосы! Что-то нехорошее? — Вы завязали волосы...! — А. Я всё думал, почему сегодня взгляды командиров корпусов ощущаются сильнее обычного. Похоже, причина была в этом. ...Хотя изменился, кажется, не только я. Сев на место, я запоздало оглядел командиров корпусов. Те, кто обычно старались выглядеть почти «людьми», сегодня без всякого стеснения показывали свою «демоническую» внешность. Лиринель распустила щупальца, которые обычно носила на шее, словно шарф. Командир Двенадцатого корпуса Майерс бесстрастно откинула чёлку и открыла третий глаз на лбу. Иделия распахнула четыре глаза на щеках, которые обычно держала закрытыми... «...Если подумать, демоны-служители, которых я встретил по дороге сюда, тоже не скрывали своих особенностей». Что это? Объявление войны? Нет, пока у них нет причин делать нечто подобное. «Лучше спросить». Если оставить всё как есть, недоразумение может создать проблемы обеим сторонам. Я перестал постукивать пальцами по столу и посмотрел на Лиринель. Её сияющие глаза, будто она всё это время только и ждала, когда я заговорю, тут же встретились с моими. — Лиринель. — Да, Деон! — Сегодня щупальца на свободе? — Да! Я слышала, что Деон сказал, будто примет нас такими, какие мы есть! — ...Кто сказал? — Майерс! — Я была тронута, когда услышала это. Девелания, собравшая волосы наверх, мягко повела глазами и слегка помахала раскрытыми ладонями. Жабры за ушами и перепонки между пальцами сразу привлекли внимание. Да, она тоже редко раскрывала пальцы при мне. Я знал, что между ними есть перепонки, но... глядя сейчас, снова поражался: как она вообще управляется с нитями такими руками? И ведь это не вспомогательное оружие, а основное. Некоторое время я смотрел на её руки, затем перевёл взгляд на Майерс. Стоило нашим взглядам соприкоснуться, она застыла, словно статуя. Мы разговаривали так редко, что легко было понять, о каком именно случае идёт речь. «Похоже, разговор во время чаепития распространился именно так». [Будьте осторожны. В глазах человека, Деона, это может выглядеть неприятно...] [Меня это особо не волнует.] ...Но. Я кивнул про себя, а затем слегка склонил голову. «Я ведь никогда ничего не говорил о внешности демонов». Если бы речь шла только о робкой Майерс и её крайностях, я мог бы пропустить это мимо ушей. Но теперь, когда я понял, что осторожничали почти все демоны, пришлось вспомнить собственные слова и поступки. И результат был ожидаемым. «Такого не было». По здравому смыслу невозможно просто так сказать кому-то, что он толстый, худой, слишком высокий или слишком низкий. Внешность демонов примерно из той же области. Если только у них не отсутствует здравый смысл, они бы так не поступили. — Когда это я говорил, что отвергаю демонов? — Вы не говорили, но... когда вы только прибыли в Замок Короля демонов, ваше лицо каменело каждый раз, когда вы видели «отличающуюся» часть нас... — А. Понял. Наверное, я просто пугался. Сейчас, когда привык, всё нормально, но если смотреть объективно, внешность демонов страшна. Тем более для того, у кого нет никакой силы. Было бы странно, если бы я не замирал от страха. Ну, учитывая обстановку тогда, им было лучше принять мою реакцию за «отвращение», а не за «страх». «Поэтому, кроме тех, чьи особенности нельзя скрыть, почти все их прятали». Объяснить это сейчас невозможно. Для этого пришлось бы рассказать, почему моё лицо каменело тогда. Деон выбрал другой путь. — Когда уже придёт Король демонов... — Король демонов сейчас придёт. ...Стоит только заговорить о тигре — он и появится. Все поднялись. Дверь открылась, и вошёл Король демонов. Он оглядел зал, убедился, что Деон прибыл вовремя, и сел с лёгкой улыбкой. Один жест — и все вновь заняли места; движение сменилось тишиной. Король демонов, опершись локтем на подлокотник и положив подбородок на тыльную сторону ладони, заговорил: — Что ж, как все и ожидали... отдых Деона наконец закончился. Тишина изменилась. В ней появились ожидание и возбуждение. Это было молчание тех, кто уверен в победе. Деон опустил взгляд, притворяясь, что не замечает этого. Под столом он нащупал кубик, который Эд дал ему перед входом. — Я думал, что после падения Империи всё остальное быстро закончится и без помощи Деона, но, похоже, всё оказалось не так просто. Ни Горное королевство, ни Империю, запертую в крепости, легко не сокрушить. Итак, Деон. Красные глаза поднялись, словно откликнувшись на зов. — Что мне делать? — ... Прежде чем задавать такой вопрос, кажется, пропущена одна очень важная процедура. Нельзя же просто сказать «всё непросто» и спросить, что делать. Пока Деон Харт отдыхал, стоило хотя бы кратко объяснить, как шли дела и каково нынешнее положение. «Хотя на самом деле это уже не важно». Деон, не отводя глаз от Короля демонов, провернул кубик под столом. Раздался щелчок — кубик вернулся в исходное состояние. ...Честно говоря, человеческий мир меня больше не интересует. Я встал на сторону Короля демонов и напал на человеческий мир ради мести. Раз половина мести уже свершилась и Круэль смог упокоиться, причин интересоваться человеческим миром больше не было. «Я бы хотел полностью отстраниться от человеческого мира и сосредоточиться на другом...» Я не собирался снова выходить и атаковать. Но и спасать людей от того, как их растопчут демоны, тоже не собирался. Проще говоря, человеческий мир больше не был моей заботой. Сколько людей уже умерло и сколько ещё погибнет... меня не касается. Наверное, поэтому Король демонов не стал подробно объяснять ситуацию. Деон Харт не спрашивал, а если бы ему всё рассказали без просьбы, это лишь усилило бы чувство вины и не принесло пользы. Деон покачал ногой и мысленно оттолкнул кровь, которая почти покрыла верхнюю часть стопы. «Чтобы достичь цели, проще не выпускать из рук общее командование. К тому же я дал обещание Королю демонов». Притворимся, что занимаемся этим в меру. Ситуация, судя по словам Короля демонов, не оправдала его ожиданий. Достаточно вспомнить сказанное минутой ранее. Похоже, они одновременно нацелились и на Горное королевство, и на Империю. Тогда для начала нужно разобраться с одной стороной. — Лучше оставить Империю под сдерживанием и сначала уничтожить Горное королевство. — Горное королевство? — Да. Рвече сейчас трогать нельзя, а Империя, запертая в крепости, потребует много времени. Нельзя гарантировать, что Горное королевство за это время не провернёт какую-нибудь уловку. Поэтому, думаю, стоит сдерживать Империю, сначала уничтожить Горное королевство, а потом заняться Империей. — Какова вероятность, что Империя сама устроит уловку, пока мы уничтожаем Горное королевство? — Нынешняя Империя занята собой. После смерти Эдоардо Дезерта сменился император, после смерти герцога Старбе Иллюстера, главы дворянской фракции, структура власти стала непредсказуемой, да ещё и столицу перенесли. Там должно быть куда больше хаоса, чем положено. У них нет времени помогать другим странам или искать иные способы сопротивления. Скорее они будут вести себя тише, лишь бы не привлекать внимание армии Короля демонов. В таком случае можно было подумать, что лучше ударить по Империи до того, как она придёт в себя... Деон перекатывал кубик в ладони. «Но нельзя забывать, что столица, которую нужно взять, — крепость». Как я уже сказал, если нет уверенности, что мы справимся за короткий срок, лучше отложить это, учитывая возможность, что Горное королевство воспользуется ситуацией. — Ты учитываешь союз между двумя странами? — Пока армия Короля демонов не дошла до столицы, а я не убил Эдоардо Дезерта, Горное королевство не двинулось. Значит, союз либо был расторгнут раньше, либо они нас предали. В любом случае факт один: Империя не поможет Горному королевству. Даже если союз был завершён мирно, прежняя столица Империи пала, прежний император умер — заново договариваться будет трудно. А если причиной было предательство, тем более. Слушавший молча командир Третьего корпуса Ашильд поднял руку. — Помнится, вы сказали, что Империю нужно только сдерживать. — Верно. — Для сдерживания всё равно нужны войска. Разве не лучше атаковать? — Повторю ещё раз: столица, где сейчас находятся королевская семья и основные лидеры, — крепость. То есть местность, где легко остановить вражеские силы. — Я знаю. Но какое это имеет значение... — Если рассматривать её как местность, удобную для отражения внешнего вторжения, разве нельзя рассмотреть её и как местность, которая связывает тех, кто внутри, и не даёт им легко выйти? — ... — Мы сможем сдерживать их даже малым количеством войск. Деон мягко улыбнулся. С одной стороны Лиринель снова тряхнула стол, а Ашильд замолчал. Король демонов, до этого лишь улыбавшийся и наблюдавший за происходящим, заговорил: — Тогда решим, что сначала уничтожим Горное королевство. Есть мысли, как это сделать? — Честно говоря, мы победим, даже если просто отправим большую часть войск и продавим их без особого плана. После падения Империи королевства, ставшие вассалами Горного королевства, наверняка дрожат за собственное выживание. Достаточно следить за ними и не дать им пошевелиться. Вот почему в трудные времена нельзя делать вассалов неуклюжими методами вроде уговоров и сделок. Ради своего королевства и собственной безопасности они в любой момент отвернутся. То, что должно было стать силой, стало ядом. Деон тихо усмехнулся. — Но если уж добавлять что-то ещё... неплохой идеей будет взорвать нечто, что подтолкнёт их королевства к предательству. — Например? — Объявить всем, что я стал героем. Король демонов уловил скрытый смысл и повёл глазами. — Хочешь снова использовать магию, которую применял во время речи? Магию, которая выводит изображение на экран по всему континенту. Не знаю точно, но магической энергии она требует немало. Король демонов продолжил возражать: — Есть способы распустить слух. Этого недостаточно? — Это слишком долго. И слухи искажаются по мере распространения. — Чем хуже слух, тем быстрее он распространяется и тем сильнее искажается. Если для людей это дурной слух, разве нам это не выгодно? Да и сколько времени это займёт? Я могу подождать. — Я не могу. Щёлк. Деон положил кубик на стол и посмотрел Королю демонов прямо в глаза. — Человеческая жизнь коротка. — Но ты герой. Разве ты не проживёшь так же долго, как я? — Чем дольше живёшь, тем короче ощущаешь течение времени. Год для ребёнка и год для старика — совершенно разные вещи. А я всё ещё молод. Это верно даже для людей с их короткой жизнью, так что сравнивать с демонами бессмысленно. Что толку в долгой жизни? Прямо сейчас время для меня тянется долго. Чем больше он говорил, тем радостнее поднимались уголки губ Короля демонов. Деон продолжил, не обращая внимания: — И чем сильнее человек хочет, чтобы время прошло быстрее, тем медленнее оно ощущается. Не знаю, сколько ждать, пока слух разойдётся, но для меня, желающего закончить всё как можно скорее, это будет долго. И главное. Даже если отбросить всё сказанное. — Даже если слух широко распространится, многие сочтут его бредом. Содержание слишком абсурдное, и сомнений будет ещё больше. Чтобы закончить всё ясно и быстро, лучше снова вывести экран. Неоспоримая истина, вбитая через звук и изображение. Есть ли способ проще и быстрее? Король демонов тоже признал это и кивнул. — Верно. Если ты сам выйдешь как герой, это станет серьёзным ударом. Тогда людей будет проще раскачать. — Нет. Деон покачал головой. — На экране будет Дан. — Дан...? — Конечно, мне нужно доказать, что я стал героем, так что я покажу лицо с краю экрана, но... Лицо покажет, но говорить не будет. Говорить будет Дан. Командиры корпусов, уловив смысл, изменились в лице. — Дан? — Тот человек...? Зал зашумел. Командиры корпусов хорошо знали, кто такой Дан. Наверное, в Замке Короля демонов не было никого, кто бы не знал. Дан — первый из немногих людей, которых Деон привёл сюда сам. Но одного этого недостаточно, чтобы убедить их. Открылся путь к долгожданному завоеванию человеческого мира. Насколько они серьёзно относились к нынешней войне, настолько же многие, вопреки природе расы, привыкшей подчиняться сильным, осмелились нахмуриться перед сильнейшим. — Господин Деон... ---------- Разве не говорили, что ненависть словно лесной пожар (3) — Появиться на экране — значит стать представителем мира демонов. Деон, возможно, этого не понимает, но поставить на это место другого человека... слишком трудно. — Верно! Прости, Деон, но я не понимаю. Предупреждаю заранее: если этот человек попытается выйти на экран, я могу убить его раньше! Командир Третьего корпуса Ашильд выразил несогласие, а командир Седьмого корпуса Силуа горячо его поддержала. Остальные командиры корпусов, даже не открывая рта, соглашались выражением лиц. Но были и те, кто оказался за. — Звучит весело. Я согласна. — Девелания! — Я тоже согласен. Это ведь ново, правда? Думаю, будет забавно. — Даже Тровер...! Командиры Второго и Девятого корпусов заняли сторону Деона. Лиринель, командир Одиннадцатого корпуса, тоже согласилась, хотя и по иной причине. — В любом случае, если Деон покажет лицо и раскроет, что он герой, никто больше ни на что не посмотрит. С такой красотой кто станет обращать внимание на какого-то жалкого кальмара? Они даже не поймут, человек говорит или демон! — Кальмар? — Так называют очень уродливого человека. Я слышала от командира Пятого корпуса. Если так продолжится, разговор уйдёт куда-то не туда. Король демонов молча наблюдал за происходящим с выражением, по которому невозможно было понять, о чём он думает. Деон бросил на него короткий взгляд и снова постучал по столу, привлекая внимание. — В прошлый раз, когда я выступал, я использовал тот факт, что являюсь командиром Нулевого корпуса, и заявил, что мир демонов принимает людей без предубеждений. Это должно было спровоцировать предательство среди людей и внутренние распри. — Но на это нашлось возражение. Лица нескольких командиров изменились — они начали понимать. Девелания, которая изначально склонялась к тому, чтобы послушать обе стороны, заинтересовалась ещё больше. Особенно Иделия, в основном отвечавшая за обработку информации, будто ясно уловила смысл и перешла на сторону согласных. — Что они сказали? — Что вас приняли отдельно, потому что это именно Деон... кажется, они ответили примерно так. — Верно. Они утверждали, что исключение сделали лишь для «Деона Харта». Деон ласково улыбнулся Иделии, которая удивительно точно сжала суть, и продолжил: — Дан станет доказательством. Деон Харт — не единственное доказательство. Для этой цели важнее именно Дан, а не Деон. Если «герой» Деон Харт — кнут, то «простолюдин» Дан — пряник. Герои, увидевшие героя на стороне Короля демонов, почувствуют страх перед подавляющей разницей сил. А обычные люди, увидев, что простой человек живёт в Замке Короля демонов вполне благополучно, получат смелость перейти на сторону армии Короля демонов. Это будет довольно правдоподобным и сладким искушением. Поэтому Дан должен лично встать перед экраном. Он должен своим обычным бесстыдством и подвешенным языком показать всем, что спокойно живёт здесь и не дрожит от страха. Дан не единственный человек в Замке Короля демонов, умеющий говорить бесстыдно, но... «Им нельзя». Их «умение говорить» совсем не такое, как у Дана. Они уверены в себе и не нервничают — в этом смысле говорят неплохо. Но именно «говорить» по-настоящему хорошо умеет Дан. У них отсутствует главное — логика. Как доверить место, где их увидит весь континент, людям, которые вооружены одной бесстыдной самоуверенностью и давят вперёд без малейшей логики? Бешеным псам нельзя. Ни за что. Разложив мысли по местам, Деон улыбнулся. Голос прозвучал так спокойно, что никто не смог бы догадаться, о чём он думает. — Это отличное доказательство того, что армия Короля демонов принимает не только Деона Харта, но и других людей. Теперь понимаете, почему это необходимо? Ответа не последовало, но атмосфера изменилась: командиры, похоже, в целом приняли объяснение. Только тогда Король демонов, убедившись по смягчившимся взглядам, что приблизительный итог достигнут, открыл рот: — Приведите Дана. — Он должен быть прямо за дверью. Деон добавил это так, словно ждал команды. На его лице появилась довольная улыбка: всё шло как задумано. Не зря перед тем, как прийти сюда, он велел Дану ждать у дверей зала совещаний. Глаза Короля демонов сузились, но Деон сделал вид, что не замечает, и отвёл голову. Вошедший Дан поклонился. «...Меня провели». Король демонов проследил за взглядом Деона и, увидев Дана, рассмеялся. Все предыдущие слова были лишь подготовкой к этому моменту? Или Деон просто направил разговор в нужную сторону, исходя из ситуации?.. В любом случае, главное было в том, что он просчитал всё заранее ещё до начала совещания. Похож на лиса. Нет, не просто похож — похоже, он действительно хочет стать лисом. Почему-то Королю демонов даже показалось, что он видит, как Деон радостно виляет хвостом, притворяясь, будто ни при чём. Это развеселило его, и он прикрыл глаза. «Если подумать, он с самого начала собирался притворяться лисом, верно?» Вспомнился момент, когда он завербовал Деона в армию Короля демонов и впервые отправил его в Империю. Тогда казалось, что тот полностью принадлежит Королю демонов, но на деле мило балансировал посередине. Когда он вернулся в Замок Короля демонов, настроение, взгляд, поведение, тон — всё в нём излучало едва уловимое несоответствие, которое Король демонов заметил сразу. «Тогда он был ещё неуклюжим лисёнком». Тогда он умел лишь показывать зубы и кусать врагов — скорее незрелый пёс, пытающийся изобразить лиса. А теперь стал настоящим лисом. «Говорят, люди сильно зависят от среды...» Человек перед ним менялся так драматично, что мог бы служить образцом. Несмотря на то что Король демонов попал в расставленную Деоном схему, злости он не ощущал. Наоборот, ему было крайне приятно обладать экземпляром, который постоянно растёт, меняется и показывает новые стороны. Поэтому он посмотрел на Дана с великодушием. «...Он крепче, чем я думал». Впечатляло, что тот стоял перед Королём демонов, на глазах у всех, под острыми взглядами высокопоставленных демонов — и держался ровно. «По крайней мере, перед экраном он не оцепенеет». Минимальные условия выполнены. Молчание затягивалось, потому что Король демонов не говорил. Тогда он без лишних предисловий спросил: — Сможешь встать перед всеми? — Да? Вопрос был вырван из контекста, поэтому Дан, конечно, не понял. Его вдруг позвали и спросили непонятно о чём. В глазах появилась растерянность. — На этот раз экран, похоже, покажут всему континенту. Я спрашиваю, сможешь ли ты встать перед ним. — ... После объяснения Дан расширил глаза. Но лишь на миг. Он быстро успокоил эмоции, опустил взгляд, словно что-то обдумывая. Прошло немного времени. — Если вы доверите это мне, я сделаю всё, что в моих силах. Он поднял голову и улыбнулся раньше, чем нетерпеливые демоны начали бы торопить его взглядами. В тишине, наполненной согласием, несколько командиров корпусов неодобрительно цокнули языком и отвернулись. Деон, напротив, поднял бровь, словно что-то заподозрил. Король демонов молча смотрел на Дана. «У него на уме что-то ещё». Что он собирается сделать? Любопытно, но останавливать он не собирался. Нет уверенности, что Дан сделает что-то вредное этой стороне, а человек, верно следующий за Деоном Хартом, не станет вредить ему. Он не был ни демоном, ни лично выбранным Королём демонов человеком, поэтому Король демонов наблюдал за Даном довольно внимательно и уже успел понять его наклонности. Именно поэтому он спокойно молчал, хотя и знал: у того есть другие мысли. «Он не дурак. Даже если устроит происшествие, оно останется в пределах разумного». Может, те человеческие рыцари, которых Деон привёл позже, и были исключением, но как минимум стоящий перед ним человек не был глуп. Судя по всему, Деон заранее приказал ему ждать у дверей зала совещаний. Теперь, когда ситуация дошла до этого, Дан наверняка понял бы всё даже без предварительного уведомления. Он должен был осознать, что оказался здесь благодаря рекомендации Деона Харта. А устроить неприятность, стоя перед всеми по чьей-то рекомендации, значит испортить лицо рекомендателю и одновременно переложить на него ответственность. Король демонов взглянул на Деона и медленно кивнул. — Хорошо. Тогда поступим так...! — Король демонов...? Почему он вдруг оборвал фразу? Кто-то осторожно окликнул его, забеспокоившись. Только тогда лицо Короля демонов безжалостно исказилось. — Пришли гости. Гости. Какие гости могут быть достойны прийти в Замок Короля демонов? Неужели герой вторгся?.. В тот миг, когда на лицах всех появились сомнение и настороженность, раздался стук. — Прошу прощения, Король демонов. Сейчас главы рас... — С дороги! Дверь резко распахнулась, и кто-то ворвался внутрь. * * * За несколько часов до этого. Главы каждой расы, за исключением самого трудного собеседника — Короля демонов, снова собрались вместе. Какой бы раз ни видеть такую картину, она всё равно не нравилась. Король фей, сидевший в стороне мрачного сада вампирского замка и спокойно пивший чай, отвёл взгляд от унылого пейзажа, чтобы не портить себе глаза, и посмотрел на организатора встречи. — В последнее время мы собираемся слишком часто. Зачем ты позвала нас на этот раз? — Это очевидно. Глава вампиров нахмурилась и поставила чашку на стол чуть резче, чем следовало. Низкий голос прозвучал так, будто она пережёвывала слова: — Проблема тварей. — ...Улучшений действительно не видно. — Дело не в том, что изменений просто нет. Даже после того, как главы лично посетили его и поговорили, ситуация не изменилась. Нет, она стала хуже. Раздался скрежет зубов. ...Похоже, накопилось немало. Кажется, недавно стая тварей перешла на территорию вампиров? Говорили, ущерб был серьёзный. Понимаю её чувства, но... Король фей проглотил вздох и повёл глазами. Он встретился взглядом с главой племени русалок. После короткого обмена взглядами она кивнула и мягко заговорила, намереваясь успокоить собеседницу. — Значит, ты снова собираешься идти с протестом? — Да. Твари рождаются от Короля демонов. Значит, Король демонов должен нести ответственность. Раз уж он причинил вред другим расам, нужно протестовать и требовать возмещения ущерба. — Похоже, он делает всё, что может. Однако в последнее время его войск явно не хватает. Думаю, есть неизбежные обстоятельства, так что прояви немного понимания... — Ха. Чем он вообще занят? — ... Глава русалок снова замолчала. Ещё один короткий взгляд был обменян с Королём фей. Глава вампиров не знала, что Король демонов всё ещё нацелен на человеческий мир. Фактически он почти обрушил Империю. Всё, что она знала: искрой этой войны стал Деон Харт. После этого она перестала интересоваться темой Короля демонов, цинично решив, что он лишь играет в дешёвую игру, подыгрывая человеческому ритму, и недоумевая, сколько ещё будет продолжаться этот детский спектакль. Более того, они намеренно закрыли ей глаза. Если бы она сама не попыталась узнать, она бы так ничего и не поняла. «Если она узнает нынешнюю ситуацию...» «Скорее всего, попытается убить Деона Харта». Опасно, когда люди свободно вторгаются на территорию демонов. Но не менее опасно, если демоны поглотят человеческий мир и усилятся. Король демонов — существо, которому нельзя доверять. Когда человеческий мир как игрушка для скуки исчезнет, а скука достигнет предела, он решит, что «хаос» веселее, и сразу повернёт оружие сюда. Он разрушит едва установившийся порядок Бездны и вновь ввергнет её в смуту. Значит, с точки зрения здравого смысла правильно было бы заранее насторожиться и попытаться предотвратить это. В ходе такого предотвращения естественным стало бы убийство Деона Харта, который стал искрой войны и сыграл ключевую роль в завоевании человеческого мира. Конечно, это лишь взгляд главы вампиров, которая не знает будущего — того, что завоевание человеческого мира провалится. Глава фей видит течение мира, глава русалок — будущее. В день, когда Король демонов пришёл на землю фей вместе с демоном-садовником и Деоном Хартом, они убедились, что оба проявляют к Деону благосклонность. И, что важнее, поняли: без причины этого быть не может. Поэтому они обменялись информацией и вместе попытались предсказать будущее. Разумеется, если это не «пророчество», всегда есть шанс ошибки. Но будущее предсказывали не один, а двое. Вероятность ошибки была очень мала. И вот к какому будущему они пришли: «Если всё пойдёт так, нашим видам не составит труда в будущем закрепиться в человеческом мире». Как и демоны, феи и русалки давно тосковали по человеческому миру, наполненному солнечным светом. Точнее, феи жаждали красивых, но хрупких растений солнечной земли, а русалки — сияющего света, что проникает даже под водную гладь. Но суть не менялась. Вывод оказался прост. Не мешать. Даже если они не вмешаются, Король демонов падёт до того, как поглотит человеческий мир. И ключ ко всему — Деон Харт. Если возможно, им стоит помочь ему не сбиться с пути. За человеческий мир, до которого они не могут дотянуться, отвечает он, так что выходить туда нет нужды. Кто может помешать ему в этой Бездне, в пределах их досягаемости? «Глава вампиров». Они думали о том, чтобы рассказать ей об этом будущем с высокой вероятностью и попросить сотрудничества. Но существовала одна огромная проблема. Вампиры не жаждут солнечного света. Ради земли с нежеланным солнцем она не станет доверять будущему, которое не гарантировано на сто процентов, и спокойно смотреть, как демоны завоёвывают человеческий мир. Если предсказанное двумя не сбудется, над судьбой её расы нависнет тень. Она наверняка начнёт буйствовать, чтобы остановить это. Поэтому ей закрыли глаза. И сейчас эти двое снова пришли к выводу: «Всё же лучше скрывать». «Пока всё не закончится, ей лучше не знать». Теперь нужно было выбрать ответ. Они подбирали слова, которые позволили бы скрыть нынешнюю ситуацию и объяснить, почему армии Короля демонов так не хватает сил даже на зачистку тварей. Но тот, кто всё это время молчал, внезапно вмешался. — Это из-за войны. — ... — Войны...? — Да. Разве армия Короля демонов сейчас не ведёт войну за завоевание человеческого мира? Империя уже пала, верно? О боже. Глава русалок тихо закрыла глаза, а Король фей нахмурился. Глава вампиров, медленно переваривавшая услышанное в странно напряжённой тишине, тут же поднялась. — Что?! Ты говоришь, война всё ещё идёт? Он не остановился даже после уничтожения Империи? Проклятый бестактный дворф. Король фей внутренне скрипнул зубами. Если уж ты легкомысленен и лишён достоинства, имей хотя бы немного такта. Зачем открывать рот без нужды? Видимо, их чрезмерно спокойное поведение как раз и породило чувство несоответствия. Чувствительные красные глаза повернулись к ним. Голос, полный сдержанного гнева и слабого подозрения, продолжил: — Ладно, я изначально не интересовалась человеческим миром. Но если даже этот бестолковый знает, вы не могли не знать. — ... — Значит, вы просто позволили этому случиться...? Дворф рядом попытался возразить, мол, «это слишком грубо», но на него никто не обратил внимания. В тишине началась война нервов. Даже глава дворфов пожал плечами и закрыл рот. Тишина продлилась ещё некоторое время, пока глава вампиров не щёлкнула пальцами. — Разберитесь, как всё дошло до этого. — Слушаюсь. Вампир появился словно из ниоткуда и склонил голову. Глава русалок протянула руку к тому, кто уже собирался исчезнуть. — Подожди... — Не двигайся. И вынуждена была остановиться перед существом, чьи красные глаза хищно поднялись. Глава вампиров оглядела присутствующих и произнесла угрожающе, будто велела даже не думать о глупостях: — Это моя территория. Вы ведь должны уважать мои слова? * * * Спустя время она получила сведения от быстрого подчинённого. Дочитав отчёт о текущей ситуации до конца, она тут же вскочила и бросилась наружу. Глава русалок и Король фей, почувствовав неладное, поспешили следом. — Куда ты?! — Ломать эту проклятую игрушку! Сквозь щель двери виднелся демон-служитель, валявшийся в коридоре, будто его отшвырнули. Деон оглядел зал, увидел меня и нахмурился, заметив, как глава вампиров решительно приближается. Я услышал бормотание Короля демонов: — Быстро же. Думаю, сейчас это не главное. Она только что вытянула когти. Даже с первого взгляда понятно: ими можно пользоваться как оружием. Не знаю почему, но по её виду цель очевидно я. «...Разобраться с ней?» Надеюсь, если убью её, это не станет проблемой. ---------- Разве не говорили, что ненависть словно лесной пожар (4) Я не понимал, с чего вдруг всё это началось, но тихо умирать не собирался. В зале совещаний оружие запрещено, значит кинжала нет. Противник — глава расы, и это тоже проблема. Но Деон не был настолько добр, чтобы спокойно позволить тому, кто явился за его жизнью, сделать своё дело. Он сжал кулаки, готовясь встретить её голыми руками. К счастью, худшего не произошло. — Подожди! — Отпусти! — Успокойся! — Почему вы меня останавливаете?! Король фей и глава племени русалок ворвались следом и в спешке остановили её. Злобно заострённые ногти рассекли воздух, так и не достигнув цели. — Довольно скрывать это до сих пор! Не мешайте! Нужно избавиться от него, пока не стало поздно! Вы ведь тоже знаете— Глава вампиров, взбешённая тем, что ей помешали, полоснула Короля фей по лицу. Нет, «полоснула» — слишком мягко. Если бы Король фей не успел откинуть голову, ему бы срезало лицо. Он, вероятно, умер бы. Я почувствовал, как кто-то рядом едва заметно вздрогнул. Движение было почти незаметным, но Деон, сидевший близко и ставший героем, уловил его. Командир Первого корпуса Джейкар смотрел на Короля фей без выражения. Точнее — на царапину на его лице. Король фей поднял руку и посмотрел на кровь на пальцах. Глаза похолодели. — Вульгарно. — Что?! — Я сказал, вульгарно. Если уж у тебя низменный аппетит и такая природа, разве поведение не должно быть благородным? Так называемая глава расы, которую несколько раз пытались остановить, бесится, словно взбесившаяся кобыла, не понимая ситуации. Если это не вульгарность, то что? — ...Хочешь умереть? — Это я должен сказать. Между главами началась бессмысленная ссора. Крики главы русалок, пытавшейся их остановить, не помогали. Что за бред творится в чужом зале совещаний? Я разжал кулаки и наблюдал за сценой, сохраняя лишь лёгкую настороженность. В этот момент глава дворфов, неизвестно когда успевший войти, закричал прямо рядом со мной, размахивая кулаком в воздухе: — Ах! Жаль! Надо было махнуть чуть правее! Да, вот так! Ох, феи всё-таки быстрые! — Здесь есть угощения? — ...Насколько мне известно, нет. — Жаль. ...Ух! Вот это попало! Ты в порядке?! ...Что за чушь. Не знаю точно, но, кажется, причиной этой суматохи стал я. Хотя виновата та, кто ворвалась и первой попыталась убить. Я ничего плохого не сделал. Деон откинулся на спинку стула. Он ничего особенного не сделал, но уже почувствовал усталость. К счастью, суматоха длилась недолго. Как раз в тот момент, когда глава вампиров, сплюнув кровь, оскалила клыки и снова собиралась броситься на меня... — Думаю, я уже достаточно терпел. Как долго вы собираетесь бесноваться, даже не понимая, что делаете? Давление опустилось на воздух. Командиры корпусов, поднявшиеся на случай опасности, поспешно склонили головы перед своим господином. Те, кто устроил беспорядок, рухнули на колени, не выдержав давления. Король демонов, чьё лицо лишилось всякого выражения, смотрел на них сверху вниз. — Те, кого называют главами рас, вторгаются в центр чужой расы и поднимают хаос с намерением убить одного человека. Некоторые выглядели обиженными. Деон, разглядывая лица каждого, мысленно пожал плечами. Ну, тем, кто пришёл лишь остановить её, действительно могло быть обидно. «Но Король фей тоже дрался. Почему он выглядит таким несправедливо обиженным?» Он ведь действительно устроил шум, так что сказать ему нечего. Среди них оправдаться могла бы разве что глава русалок. Холодный голос продолжил, будто в любой момент мог покрыть всё инеем: — Что это за неуважение? Король демонов выпрямился в кресле, где до этого сидел в расслабленной позе. Он хотел посмотреть, как далеко они зайдут, но не вышло. Наклонившись вперёд, он произнёс почти шёпотом: — Я дал вам право входить в центральный сад не ради этого. Как они вообще добрались сюда? Думать не нужно. Разумеется, им было дано разрешение. В жизни неизбежно бывают моменты, когда главы рас должны собраться вместе. Даже если говорить о главах всех рас, их всего пять, потому что признавались только расы, достаточно разумные для политических разговоров и конфликтов. Сила не учитывалась. «Отдельные личности» не считались расами, а значение «группы» определялось скорее интеллектом, чем чистой мощью. И что случится, если война вспыхнет между этими разумными, сильнейшими расами Бездны? Едва устоявшее равновесие рухнет. Бездна слишком долго пребывала в хаосе. Не желая потерять с таким трудом найденный мир, главы разумных рас договорились решать споры переговорами. Так и появилось «право доступа», дарованное только главам. Право входить в центр территории каждой расы, туда, где пребывает её глава. Это удобно: все могут быстро собраться. Но одновременно это даёт возможность держать друг друга под контролем и следить за жизнями друг друга. Доступ разрешён только «главе», точка прибытия фиксирована, а при посещении владельцу территории сразу поступает сигнал. Но это всё равно центр. Можно сказать, каждый отдал другому своё сердце. Сначала Король демонов согласился из интереса и любопытства к новому методу. Но со временем главы других рас сменились, прошло несколько поколений, и его желание поддерживать этот порядок стало угасать. Он был уверен, что победит, даже если сделает врагами все три остальные расы. Как смешно, должно быть, ему было наблюдать, как с годами места глав занимают всё более юные. И всё же он не разорвал соглашение. Это была своего рода милость. Потому что в скучной жизни он нашёл кое-что новое и интересное. Им стоило бы благодарить Деона Харта. Но. Что делать с теми, кто пытается убить человека, за которого должны быть благодарны? — Вам придётся объяснить эту ситуацию так, чтобы я понял. Чем дольше он говорил, тем ниже словно опускалась температура в животе. По атмосфере было ясно: Король демонов сейчас в очень плохом настроении. Нет, если честно, он был немного... зол. Ему, должно быть, показалось невероятно смешным, что они ворвались в зал совещаний и попытались убить его ключевую силу на глазах у всех. К тому же того, о ком он особенно заботился. «Убить её?» В его взгляде появилась жажда убийства. Как раз когда Король демонов собирался щёлкнуть пальцами, вздрогнувшая глава вампиров, почувствовав недоброе, поспешно заговорила. Голос прозвучал чуть спокойнее — видимо, холодный гнев Короля демонов отрезвил её. — Я... услышала опасную информацию. — ... — Я прошу ненадолго сотрудничества ради предотвращения исчезновения демонов. По тому, как она взглянула на Деона Харта, не нужно было спрашивать, к чему это. «Исчезновение». Командиры корпусов потрясённо подняли головы при столь тяжёлом слове. Король демонов не спешил говорить и просто смотрел на неё. Глава вампиров, решив, что право говорить ещё осталось, продолжила: — Я прошу прощения за то, что пришла без должной процедуры. Услышанное оказалось совершенно неожиданным, и я поддалась эмоциям. — ...Что ты услышала? — Что армия Короля демонов не ограничилась уничтожением Империи и активно движется к завоеванию человеческого мира. И в центре всего стоит человек. Более того, этот человек — герой. — Ты узнала это только сейчас? Новости доходят до тебя довольно медленно. — Я изначально не интересовалась человеческим миром... на то была причина. Красный взгляд прошёл по Королю фей и главе русалок. В нём, пусть и на мгновение, мелькнул гнев. Не знаю почему, но, похоже, эти двое закрывали ей глаза и уши. Король демонов спокойно склонил голову набок. — Если тебе неинтересен человеческий мир, просто оставалась бы в стороне. Зачем пришла сюда и устроила весь этот шум? Что значит исчезновение? Как бы она ни была взволнована, она не могла не знать, что такие слова нельзя произносить легкомысленно. Под подозрительным взглядом Короля демонов глава вампиров ответила: — Потому что всё это произошло из-за «одного человека». Ярко-красные глаза повернулись к Деону Харту. Деон встретил этот взгляд и почувствовал странное чувство, не имеющее отношения к разговору. Вот почему в Империи ходила нелепая «теория о том, что Деон Харт — вампир». Цвет и правда похож на мой. Молчавший Король демонов махнул рукой. — ...Совещание окончено. Это был явный приказ гостям удалиться. Командиры корпусов, до этого напряжённые из-за сложной ситуации, колебались и не могли легко покинуть места. Колебание прервал командир Первого корпуса Джейкар. Он поочерёдно взглянул на Короля демонов, Короля фей и Деона, поклонился и широким шагом направился к двери. Тогда остальные, словно очнувшись, поспешили за ним. Дан ушёл последним, оставив тревожный взгляд. В зале остались только главы рас, включая Короля демонов, и Деон. Король демонов снова сосредоточился на главе вампиров. — Из-за одного человека? — Да. Я не знаю всех подробностей, но могу сделать выводы. Слышала, что недавно этого человека принесли в Замок Короля демонов в полусознательном состоянии. Если новость дошла даже до меня, значит, шум был серьёзным. Благодаря этому я поняла, насколько ты, Король демонов, заботишься о нём. — ... — А вскоре после этого началась война против Империи. Причина очевидна, верно? Тот, о ком ты заботишься, явно сильно повлиял. Но, честно говоря, я думала, что ты лишь сделаешь вид и остановишься. В моих воспоминаниях всё всегда было так. Поэтому я и перестала обращать внимание... Сказав это, она свирепо взглянула на Деона. Она думала, что действия Короля демонов ограничатся тем, чтобы встряхнуть человеческий мир, как бывало раньше: заставить людей вспомнить о нём, насторожиться и ускорить подготовку к покорению Короля демонов, когда родится герой. Она полагала, результат особо не изменится — просто всё будет подогнано под сильные и слабые стороны новой игрушки. С очень давних времён, когда она была слишком мала, чтобы помнить, Король демонов не заходил дальше. Глава вампиров слишком легко расслабилась. Но оказалось иначе. — Это случилось не потому, что Король демонов сам захотел двигаться, и не потому, что общественное мнение демонов было таким. Всё произошло из-за одного человека. Разве это не проблема? — Демоны всегда жаждали солнца. — Проблема в том, что эта жажда внезапно усилилась из-за одного человека. И этот человек — «герой»? — Да. — Я не понимаю. Архивраг находится у него под началом. Разве это не то же самое, что держать бомбу у груди? Она не понимала, почему главы русалок и фей защищают его. Неужели в этом человеке и правда что-то есть? Глава вампиров повернулась и подошла к Деону. Деон, слегка расширив глаза от неожиданности, поднял подбородок и медленно осмотрел её. Глаза действительно многое говорят. В красных глазах, похожих на глаза её сородичей и всё же явно иных, она нашла искру. — У тебя красивые глаза. Словно пылающий огонь. Он казался маленьким, потому что был свернут, но пламя горело сильнее всего. — В конце концов, ты опасный человек. Так или иначе, это человек, который принесёт дурной результат. Она всё ещё не понимала действий глав, защищающих его. Как ни смотри, его нужно убить. Раз главы, видящие течение мира и будущее, защищают его, у них наверняка есть причина, но для той, кто видит и анализирует настоящее, невозможно закрыть глаза, пока ей не объяснят. По крайней мере, Бездна может быть спокойной, пока человеческий мир служит Королю демонов скучной игрушкой. Но что будет, если Король демонов поглотит человеческий мир? «Справиться с ними будет трудно, если их сила вырастет». Но об этом говорить нельзя, так что оставим. Даже если Король фей и глава русалок защищают этого человека, всё закончится, если Король демонов решит его убить. Глава вампиров, подбирая в голове слова, чтобы убедить Короля демонов, медленно заговорила: — Можешь гарантировать, что этот человек не передумает? Он герой, как никто другой. Он заклятый враг Короля демонов. На самом деле это тоже было причиной, по которой она хотела убить человека по имени Деон Харт. Если он передумает, Король демонов умрёт. Одновременно ослабнет сила демонов. А тогда люди придут сюда, и в итоге её расе тоже не удастся жить спокойно. Люди вряд ли обнаружат незнакомую расу и пройдут мимо. — В тот миг, когда он отвернётся, это станет бедствием для демонов. — Это немного... — Почему? Это правда. — ... — Ты думал, я просто послушаюсь, если меня остановят, ничего не объяснив? Король фей закрыл рот. Раз ситуация дошла до этого, молчать уже нельзя. Он обменялся взглядом с главой русалок. Поскольку они стояли перед Королём демонов и Деоном Хартом, то могли сказать очень мало. В итоге выбрали одну причину. — ...Разве ты не хочешь жить под солнцем? — Что? Лицо главы вампиров исказилось, будто она не поверила собственным ушам. Она на мгновение коснулась лба, затем опустила голову. Плечи задрожали. Раздался пустой смех. — В конце концов, вот в чём причина...! Что это за проклятый год? Она понимала, что демоны, всегда жаждавшие человеческого мира, в конце концов двинулись именно поэтому. Она всё ещё не знала намерений Короля демонов, но, вероятно, именно поэтому глава русалок её остановила. Потому что хочет жить не под холодным лунным светом, а под ярким и тёплым солнцем. — Я не понимаю, но причину поняла. Лицо Короля фей слегка смягчилось. Глядя на это, глава вампиров скривила губы и коснулась уголка рта большим пальцем — раны от недавней драки. — Но что делать? Наша раса с солнцем не ладит. — Король демонов, помнишь, что я сказала? Этот человек опасен. Не дав другим вмешаться, она повернулась к Королю демонов. — Это всё равно что держать на руках бомбу, которая может взорваться в любой момент. Не будет преувеличением сказать, что люди склонны к предательству. Это может привести к исчезновению демонов. Так почему бы не убить его прямо здесь и сейчас? Если не хочешь пачкать руки, передай его мне. Я разберусь. — Забавно. Король демонов, слушавший всё, опершись подбородком на ладонь, усмехнулся и поднялся. При самом человеке говорят всё что угодно. Надо убить. Можно передать. Тело, если сломается, можно починить, но разум — нет. Зачем говорить такое, чтобы ещё сильнее давить на парня, который и без того в хрупком состоянии? Он неторопливо подошёл к свирепой вампирше и насмешливо сказал: — В итоге ты опасаешься, что сила демонов возрастёт, но оборачиваешь это красивыми словами. — Но это не ложь. Глаза этого человека...! — Тише. До этого. Король демонов легко закрыл её рот ладонью, когда она смущённо повысила голос, и улыбнулся. Да, возможно, это не ложь. Но разве нужно так неосторожно открывать рот? «Ха». Под его ладонью прозвучал короткий смешок, будто она что-то поняла. Когда он медленно убрал руку, она беззвучно произнесла: [Ты знал.] Король демонов улыбнулся, гордо подняв уголки губ. Разумеется. Проницательность того, кто прожил дольше всех, не могла быть хуже её. Так что, молча предупреждая не зазнаваться и не болтать лишнего, он наклонился к уху главы вампиров. Она сказала, что справится, если он передаст ей его. — Кому это ты собираешься его передать? Кто вообще позволит? Глубокий голос предупредил: — Он мой. Кто осмелится распоряжаться тем, что принадлежит мне? Убить, сохранить, выбросить — по крайней мере это должен решать я. Не кто-то другой. Она уже давно говорила слишком самонадеянно. — Ладно, ладно. Глава вампиров задрожала от кровавого предупреждения и отступила, подняв обе руки. Сколько бы он ни берег его, он всё равно человек. Она думала, что избавиться будет проще: привязанность к нему, по сравнению с демонами, невелика. — Я ошиблась в оценке. Прошу прощения. Я уйду. Она быстро сдалась. Пока Король демонов знает всё и защищает Деона Харта, она не сможет его убить. Досадно, но, хоть они оба главы, пропасть между ней и Королём демонов огромна. Значит, лучше на этом остановиться и сосредоточиться на подготовке — чтобы выстоять, если демоны поглотят человеческий мир, или если люди ворвутся в Бездну. «Времени достаточно». Стоило ей принять решение, как появилось любопытство. Как всё пойдёт дальше? Почему глава фей и глава русалок так окружают этого человека? «Разве ты не хочешь жить под солнцем?» — он сказал именно это. Ей захотелось собственными глазами увидеть весь процесс и итог того, как расы Бездны обоснуются в человеческом мире. Когда глава вампиров отступила, Король фей будто ждал этого и заговорил: — ...Тогда, похоже, всё улажено. Вроде бы решилось, но тревога почему-то не уходила. Лучше поскорее вернуться. Король фей поспешно продолжил: — Больше не мешайте и быстро возвращайтесь. Сегодня вы были по-настоящему грубы, Король демонов. Такого больше никогда не... — Куда это вы собрались? Нападают по своему желанию и уходят тоже по своему? Король демонов ухмыльнулся тем, кто растерянно оглянулся. — Нужно же решить вопрос компенсации за причинённый ущерб, верно? — Я знаю, что вы не уйдёте, пока не компенсируете. Войти можно свободно. Выйти — нет. ---------- Разве не говорили, что ненависть словно лесной пожар (5) Король фей пообещал передать травы, глава дворфов — продавать оружие по сниженной цене, а глава вампиров дала обещание не требовать ответственности ни с Короля демонов, ни с других демонов за тварей, которые будут переходить на территорию вампиров. Только после этого им позволили уйти — не из тюрьмы, но из почти что заключения. Король фей, шедший с заметно перекошенным лицом, запоздало нахмурился, заметив рядом главу русалок. — Король демонов. Почему с неё ничего не потребовали? — Потому что она единственная не вела себя заносчиво. — ... — Изначально я собирался взять плату только с вампиров, но вы двое оказались слишком наглыми. Одна бесновалась, словно вампирша в зале совещаний, другой орал и подбадривал, будто смотрел представление. Как такое проигнорировать? Если оставить без внимания, они могут решить, что подобное допустимо. Поэтому пришлось наказать самых наглых вместе с вампиршей. — Радуйся, что не получил такое же условие, как вампиры. Договор, заключённый ею, для вампиров был ядом. Даже если демоны сочтут тварей слишком хлопотными и случайно загонят их на территорию вампиров, тем придётся справляться самим и ничего не требовать. Конечно, из моральных соображений Король демонов вряд ли станет делать это открыто, но вероятность «случайности» очень высока. Им ещё придётся немало пострадать. — ... Король демонов ожидал немедленного возражения, но Король фей молчал. Тогда он насмешливо спросил: — Вы, похоже, и сами понимаете, насколько были заносчивы? Король фей резко отвернулся, открыл дверь и вышел. Перед дверью ждали несколько человек. На мгновение взгляд Короля фей остановился на человеке, отличном от Деона Харта, затем скользнул дальше — к высокому демону. Их взгляды переплелись. Наступила тишина. Заострённые уши и чёрная кожа, когда-то бывшая белой. Король фей смотрел на своего брата-близнеца, бывшего гордого воина их рода, а ныне демона, изменённого демонической энергией Короля демонов, с выражением, которому трудно было дать имя. — Давно не виделись. — ... — Тебе здесь живётся хорошо? Джейкар, долго смотревший на Короля фей, наконец отвёл взгляд. Опущенные глаза моргнули один раз, и голова медленно кивнула. — Я очень доволен. — ...Вот как. На лице Короля фей на миг мелькнуло невыразимое выражение. — Отвратительно. Презрение и отвращение открыто проступили на его лице. Дан, поражённый странной атмосферой, сделал вид, что ничего не слышал, и тихо ускользнул. Король фей даже не обратил внимания на его движение. Он прожигал Джейкара взглядом. Вопреки ожиданиям, губы, казавшиеся готовыми сорваться на поток слов, так ничего и не произнесли и в итоге сомкнулись. Цокнув языком, он прошёл мимо Джейкара, оставляя за собой холодный воздух. Это было явным завершением разговора, но низкий голос прозвучал у него за спиной: — Думаю, из-за спешки ты не успел как следует осмотреть центральный сад. — ... — Загляни туда перед возвращением. Король фей не ответил. * * * Джейкар. Командир Первого корпуса армии Короля демонов и доверенное лицо Короля демонов. Он использует самый простой тип меча; из-за его грубого боевого стиля лезвие быстро портится, поэтому обычно он пользуется оружием, отнятым у врагов. Это общеизвестная информация. «И ещё...» На входе в центральный сад, похожий на оранжерею, куда Король фей прибыл, чтобы вернуться в свои владения, он на мгновение закрыл глаза. Возможно, потому что они давно не виделись, бесполезные сведения всплывали в голове сами собой. Сородич, запятнанный демонической энергией. Позор расы. Бывшая правая рука Короля фей и его брат-близнец. Сгусток подавленной жажды убийства, совершенно отличный от остальных соплеменников... Воспоминания, уходившие в прошлое, внезапно вернулись к настоящему и зацепились за последнюю фразу. «Ты сказал, что очень доволен жизнью здесь». Вот как. Он горько усмехнулся. В отличие от жизни на землях фей, здесь ему не приходилось подавлять убийственные намерения. Как бы там ни было, став демоном, он разорвал связь между ними. Король фей легко отмахнулся от мыслей и ступил в центральный сад. Картина, которую он не видел, потому что спешил за проклятой вампиршей, заполнила поле зрения. И Король фей остановился. Он не мог подобрать название чувствам, поднявшимся в эту секунду. Моргал, как человек, неожиданно попавший в иной мир. Сад был полон цветов человеческого мира — единственного, что действительно интересовало его. * * * Дан, покинувший зал из-за странной атмосферы, не вернулся сразу в свою комнату. Его спокойные шаги ложились на земляной пол. Он шёл к углу, где когда-то был заброшенный тренировочный полигон, и приводил мысли в порядок. Он не говорил, что встанет перед экраном как марионетка и произнесёт то, что ему велят. Была и другая причина, по которой он принял предложение Короля демонов. Поэтому он заранее решил, куда пойдёт после выхода из зала. «Изначально я собирался сначала проводить господина в комнату, но он поймёт. Ситуация ведь такая же». Ждать, похоже, придётся долго. А времени терять нельзя. ...Он вовсе не сбежал из-за давления неприятной обстановки. «Точной даты я ещё не слышал, но скоро буду стоять перед экраном». Все приготовления нужно завершить до этого. Вдали показался полигон, которым пользовались исключительно бешеные псы — рыцари Лофти. Сегодня там опять было шумно, словно они целыми днями только и делали, что играли. — Младенец Дернивана снова надо мной смеялся! — Вот как. ...Почему эти демоны здесь? Дан, посмотрев с ошеломлением на командира Пятого корпуса и её адъютанта, двинулся к рыцарям Лофти. Те, похоже, уже заметили его и встречали сияющими лицами. — Дан! — Давно не виделись! Почему не приходишь чаще? — Точно! Когда мы приходим, ты нас выгоняешь, а сам заявляешься только когда захочешь! — Фу, какая мерзость! — Потому что вы слишком шумные...! Ух. Почти втянули. Дан свёл брови, глубоко вдохнул и жестом подозвал рыцарей. — Соберитесь сюда. — А? — Что? Ты нам что-то принёс? — Дан принёс еду? — У него же руки пустые? — Да не об этом! Даже глубокий вдох не помог. Дан повысил голос и поднял руку, чтобы помассировать шею. Успокойся. Если разозлишься сильнее, проиграешь только ты. Пусть и шумят, но собрались как надо — будем благодарны хотя бы за это. Так душе спокойнее. — Но. Дан опустил руку и посмотрел куда-то в толпу. Рыцари, заподозрив неладное, тоже повернули головы. Среди людей легко нашлось существо, совершенно точно не являвшееся человеком. Она моргнула, когда все взгляды внезапно сосредоточились на ней. Каждый раз её сложные, насекомоподобные глаза скрывались под веками и снова раскрывались. Дан, едва подавляя вздох, спросил: — Почему вы здесь, командир Пятого корпуса? — Ты сказал собраться. — Это было только для рыцарей. — Почему? Мне тоже интересно. Разве я не могу остаться? Вместо ответа Дан посмотрел на её адъютанта. Дерниван, державший младенца, похоже, уже привык к обязанностям по управлению начальницей и тут же позвал её: — Оэль, вам лучше вернуться. — Почему? — Пора кормить младенца. — Ах! Хорошо. Пойдём. Вот что значит адъютант. Управление начальством — высший класс. Дан быстро поднял большой палец в знак уважения. Дерниван ясно это видел, но без всякого изменения лица развернулся и последовал за Оэль. Получив полное игнорирование, Дан пожал плечами и посмотрел на рыцарей. Те, осознав, что он собирается что-то сказать, один за другим перестали смотреть вслед демонам и сосредоточились на нём. Не упуская краткий миг тишины, он мягко, почти шёпотом, произнёс: — Разве вы не хотите сделать что-нибудь для своего капитана? * * * После ухода остальных глав и даже главы дворфов, который до последнего надоедал, Деон молча взял со стола кубик и достал из кармана сигарету. Настроение было хуже некуда. «Она сказала, что человека перед ней нужно убить...» Это был не просто странный взгляд. Это была уверенность, что она сможет меня убить. Впрочем, я понимаю. Она не могла представить, что Король демонов станет защищать человека — своего заклятого врага. Наверное, думала: немного убедит его, и он сам меня убьёт. На самом деле он и сам питал ко мне убийственные намерения, а я в какой-то мере чувствовал это, так что её вывод был естественным. Значит, не было смысла думать о чувствах того, кто скоро умрёт. Но что поделать? Король демонов выбрал меня. «К счастью. Если бы они попытались убить меня, я бы перевернул всё». Я не идиот и не собирался молча умирать. Знает ли она, что выбор Короля демонов спас ей жизнь? Если бы он попытался убить меня так, как она хотела, и начался бы конфликт, её бы тоже затянуло и убило. Разве я оставил бы в живых того, кто говорил подобное у всех на глазах, в ситуации «убей или умри»? Скорее всего, убил бы её первой. В любом случае, раздражает. Кипящее неприятное чувство не остывало, и я всё-таки сунул сигарету в рот. Кстати, в человеческом мире я не принимал лекарства. Получается, впервые за долгое время снова закурю? Я уже собирался зажечь, думая об этом, когда откуда-то появилась рука и забрала сигарету. Подняв голову, я увидел Короля демонов. Он с улыбкой помахал сигаретой, словно хвастаясь. — Понимаю, ты в стрессе, но лекарство вредно в долгосрочной перспективе. Я и не собираюсь жить долго. Будто прочитав это по моему недовольному лицу, Король демонов смял сигарету и улыбнулся. — Будет трудно, если ты умрёшь, не достигнув цели. Брови Деона поднялись. По ситуации это будто сказано ради «Деона Харта», но тон двусмысленный. Чья цель? Короля демонов или самого Деона?.. Пока я смотрел на него с подозрением, он продолжил: — Думаю, тебе нужно что-то, чем можно занять себя. Хобби, например. — Я ведь обещал научить тебя играть на пианино, верно? Король демонов шепнул: — Идём. * * * [Король демонов.] [Существо, созданное миром для убийства героев.] Прямой палец скользнул по короткой строке. Король демонов опустил взгляд, будто погрузился в мысли. Герой рождается, чтобы убить Короля демонов. Король демонов рождается, чтобы убить героя. Так что будет, если герой и Король демонов станут на одну сторону? ...Звука пианино не слышно. Король демонов убрал руку, лежавшую на книге, и поднял взгляд. Он встретился глазами с Деоном, который сидел перед пианино и смотрел назад с неловким лицом. — Сыграл все десять раз? — ...Да. — Лжёшь. Ты сыграл только восемь. — ... Король демонов тихо улыбнулся, отложил книгу и поднялся с дивана. Глаза Деона скользнули по названию. [О герое и Короле демонов] [Автор: Кабер] Эту книгу я читал в библиотеке. Король демонов забрал её, пока я читал. Он до сих пор не вернул? Мысль о книге длилась недолго. Пока я думал о «злоупотреблении властью из-за просрочки», Король демонов подошёл ближе и коснулся моего плеча. — Похоже, пианино тебе не подходит. Хотя учишься быстро — талант у тебя есть. — ...Потому что я герой. — Да. Герой — собрание талантов. — ... Вместо ответа я повернулся к клавишам. Он, словно о чём-то размышляя, провёл пальцами по моим завязанным сзади волосам и сказал: — Есть много других инструментов. Хочешь попробовать? Может, среди них найдётся тот, который тебе понравится. ---------- Разве не говорили, что ненависть словно лесной пожар (6) ...Но мне это неинтересно. Я устал и хочу, чтобы меня просто отправили в комнату. На моём лице всё было написано, и Король демонов не мог этого не прочитать. Тем не менее он сделал вид, что ничего не заметил, спокойно подошёл к двери в углу и открыл её. — Выбирай. Если что-нибудь понравится, я научу. — ... Поняв, что сопротивляться распахнутой двери и направленной на меня улыбке бесполезно, Деон вздохнул и поднялся со стула у пианино. — Почему ты так зациклился на том, чтобы найти мне хобби? Тебя это не касается. — Насколько помню, причину я уже объяснил. — ...Ты серьёзно? — Конечно. И это, говоришь, меня не касается? Напрямую касается. Дела не пойдут как следует, если дух главной силы сломается. Деон нахмурился и заглянул внутрь комнаты. Внутри стояли всевозможные музыкальные инструменты: от знакомых северных до непривычных южных. Проведя пальцами по знакомой арфе, Деон вдруг остановился, вспомнив слова Короля демонов. — Ты сказал, что если инструмент понравится, то научишь... — Именно. — Значит... ты умеешь играть на всех инструментах в этой комнате? — Разумеется. Как я научу тому, чего сам не умею? Нелепость. Комната выглядела так, будто в ней собрали инструменты со всего мира. И он правда может играть на каждом? — Если не веришь, могу сыграть. — ...Нет, верю. Ты прожил долго, так что это не невозможно. Но всё же хотел бы услышать. — Любой инструмент и любая песня? — Пианино я уже слышал, сыграй на скрипке. — Да? Неожиданно. Думал, я выберу незнакомый инструмент? Деон лишь улыбнулся. Разве я не сказал, что верю? По человеческим меркам в это трудно поверить, но передо мной Король демонов, и ему незачем лгать о такой мелочи. Значит, нужно поверить. А раз я не собираюсь сомневаться или проверять его, незачем выбирать что-то сложное. Но песня. — И песню другую. — Какую? — Не знаю названия. Народная песня, широко известная в человеческом мире. В тексте примерно говорится, что Смерть предупреждает: не греши. — Ах, «Совет Смерти»? Значит, он знает. Я не думал, что название всплывёт сразу. Если бы не знал, я попытался бы напеть. Мне было любопытно, как Король демонов отреагирует на слова песни, так что я слегка разочаровался. Пока Деон мысленно цокал языком, Король демонов несколькими звуками настроил скрипку, поднял голову и улыбнулся. — Хорошо, что песня короткая. Она несложная, сыграю прямо сейчас. — ... Какой нелепый фарс: Дьявол, которого можно назвать центром зла, играет величайшему преступнику человечества песню, где Смерть предупреждает не грешить. Обращал ли Король демонов внимание на сарказм Деона или нет, он принял стойку. Смычок лёг на струны, и началась музыка. «...Хорош». Песня простая, но талант подавляющий. Уровень, которого обычный человек не достиг бы за всю жизнь, сколько бы ни старался. То же было и с пианино: похоже, он не просто умеет играть на всех инструментах, а владеет ими на высоком уровне. Певца не было, звучало лишь сопровождение, но слова сами всплывали в голове в такт нотам. Казалось, эти звуки ясно вытаскивают даже смутные фразы. Деон мысленно перебрал текст. Когда-то, в одном мире, Смерть сказала: Не греши. После смерти твоя душа начинает ломаться под тяжестью грехов. Исчезнуть, не расплатившись, — слишком удобный уход. Чем тяжелее грех, тем быстрее наступает круг перерождения. И... и... «Разве это не конец?» Песня не закончилась. Похожие ноты повторились и естественно продолжились, будто у песни был второй куплет. В целом она всё ещё была короче обычной, но явно длиннее, чем я помнил. Если есть второй куплет, значит, после знакомых строк идут ещё слова... Деон посмотрел на Короля демонов. — Что? — Нет, я хорошо послушал. — Пустяки. Король демонов игриво и элегантно поклонился, затем повернулся и убрал инструмент. После короткого неловкого молчания пространство заполнил низкий голос, похожий на бормотание: — Похоже, инструменты тебя не интересуют. В следующий раз попробую научить чему-нибудь другого типа. — У тебя нет варианта «сдаться»? В любом случае у меня нет времени заниматься хобби... — Есть. — ... — Если нет, значит нужно создать. Ты, похоже, слишком уверен в себе. И правда. Король демонов повернулся, сократил расстояние и слегка наклонился, чтобы оказаться на уровне моих глаз. Казалось, он пристально всматривается в ярко-красные глаза, но затем они исчезли за изогнутыми веками. Он улыбнулся и указательным пальцем постучал по моему виску. — Каким бы прекрасным ни было твоё тело, если эта часть сломается, всё станет бесполезным. Даже если ты герой, дух существует отдельно. — ... — Я понимаю, что после пробуждения героем ты чувствуешь гордость, но не будь слишком самонадеян. С моей точки зрения, твой разум сейчас в не очень хорошем состоянии. * * * Я наконец освободился от Короля демонов. Это был момент, которого я ждал, но настроение Деона не улучшилось. Даже несмотря на то что Король демонов отпустил его неожиданно легко, хотя до этого вел себя странно настойчиво, будто не выпустит, пока тот чему-нибудь не научится. «Сегодня просто день, когда настроение должно быть плохим?» Учитывая ворвавшихся в зал совещаний гостей, можно сказать и так. Но нельзя всё время лишь раздражаться. Если продолжу тратить эмоции, проиграю только я. Деон попытался как можно сильнее остудить голову. «...Быстрее вернуться». Знакомая комната — пространство, которое можно назвать личной территорией, — даёт чувство устойчивости, даже если это не совсем место для отдыха. Лучше вернуться и лечь в кровать. Даже если придётся работать, буду делать это в кровати. Дан немного поворчит, но его можно игнорировать. После быстрой ходьбы он добрался до комнаты. И перед дверью увидел знакомую фигуру. — Эд. — Господин Деон. Верный адъютант склонил голову и извинился, что не смог прийти за ним. Он ждал здесь только потому, что это не давало ему покоя? Деон некоторое время молча смотрел на него, а затем внезапно, поддавшись импульсу, не связанному с Эдом, сказал: — Извиняться не за что. Просто принеси мне выпить. — Да? — Много. — Да? — Хотя бы десять бутылок. — ...Может, лучше вы меня накажете? Простите. Я чем-то оскорбил господина Деона... — Я сказал, тебе не за что извиняться. Ты ничего плохого не сделал. В глазах Эда смешались растерянность, шок и сомнение. Человеку с мягким сердцем он, наверное, показался бы жалким, но Деон полностью проигнорировал это. Ответа он не получил, но раз сказал, Эд наверняка сам всё принесёт. Деон прошёл мимо него и открыл дверь. И встретился с чем-то взглядом. «...Нет, у него нет глаз, так что «встретился взглядом» звучит странно». Сочная жидкость. Тварь тихо пискнула, будто спрашивала, почему он стоит на месте. Деон, некоторое время оцепенев, закрыл дверь и вошёл внутрь. Сложный взгляд опустился на растение-монстра. — Я на миг забыл о нём. — О чём? Похоже, сегодня было слишком много дел. Я ведь приказал Дану забрать этого парня. Сам приказал и полностью забыл. Хорошо ещё, что Дан сделал, как сказано. С запозданием двинувшись, я подошёл к цветочному горшку, стоявшему в знакомом месте. Когда я приблизился, бутон, обращённый ко мне, чуть раскрылся, потом сжался и издал звук. Листья дрогнули, словно приветствуя. Деон слабо улыбнулся. — Да, привет. — Ы-ы. Странное растение, происходящее от того же вида цветов, что и прежний цветок у окна, который никак не умирал. Как и ожидалось, всю жизнь мне остаётся цепляться за чужие остатки. Проглотив горечь, я протянул руку и коснулся бутона. — С этого момента это твоё место. Веди себя тихо. — Пф. Растения, изначально происходящие из цветов человеческого мира, по природе мягкие? Или это конкретно оно особенно дружелюбно к людям?.. Отбросив бессмысленные мысли, я повернулся. Дан, пробравшийся внутрь, стоял там так естественно, будто находился здесь с самого начала. — Где ты был... — Похоже, вам очень нравится это растение. Вы дали ему имя? — Я даже тебе имени не давал. — ...А моё имя тогда что? Я знаю, что собираюсь изменить ответ, но пока пропущу. Деон прищурился и отвернулся. Если подумать, подозрительным было поведение Дана на совещании, когда он принял предложение Короля демонов. Наверняка это связано с тем. В мире демонов всё просто. Если демоны сосредоточат глаза и уши на этой стороне, то, как только Дан причинит вред миру демонов, экран сразу отключат, а ему перережут горло. Дан, вероятно, понимает это и не устроит дурной выходки. «Он не дурак. Вряд ли он ударит мне в спину прямо в мире демонов». Знал ли Дан о моих мыслях или нет, прозвучал мягкий смех. — Вы так бессердечны. — Ы-ы! — Заткнись. У прежнего растения тоже не было имени. Зачем давать имя этому? Раздражённо сняв верхнюю одежду, я сел на кровать. Дан ловко поймал летевший к нему плащ, аккуратно сложил и перекинул через руку, но вдруг остановился и повернул голову. — ...Странно, всё время тянуло холодом. Его взгляд остановился на широко распахнутом окне, через которое в комнату лился холодный воздух. — Вам не холодно? — Не особо. — Всё же лучше закрыть. В комнате слишком холодно. Прежде чем Деон успел что-либо сказать, Дан подошёл к окну и протянул руку. Но цели достичь не смог: зелёный стебель внезапно выскочил сбоку и отбил его руку. Дан от неожиданности отступил. Все словно рассмеялись, будто наблюдали за представлением. — Молодец. — Ы-ы! — Господин...? Деон подошёл, взял горшок и снова сел на кровать. Указательный палец похлопал бутон, словно хваля. — Оставь открытым. От запаха болит голова. — Запаха?.. Я ничего не чувствую... — Просто так. Красные глаза обвели комнату, полную крови, с выражением непонимания. — Время пришло... — ... Тук-тук. — Это Эд, господин Деон. — Верно. Входи. Дверь открылась, и вошло нечто, что было не Эдом, — тележка, до краёв заставленная бутылками. Деон замолчал, глядя на неё. Рядом сузились глаза Дана, но я сделал вид, что не заметил, и отвёл взгляд. ...Я думал, он просто где-нибудь набросает бутылки и принесёт. Кто же знал, что он привезёт их на тележке? Я сказал принести много — он и принёс много. Деон, некоторое время пусто глядевший на бутылки, которые одну за другой ставили на стол, тихо пробормотал: — Думаю, всё на стол не поместится... — Остальное поставлю на пол. — Эм... хорошо... спасибо за труд... Руки в белых перчатках проворно переносили бутылки на стол. Деон, наконец придя в себя после долгого наблюдения, запоздало посмотрел на эти руки и спросил: — Ты не снял перчатки? Чисто-белые перчатки. Раз разошлись слухи, что Деон принимает демонов такими, какие они есть, все перестали притворяться людьми. Почему же Эд не снял перчатки, которые должны быть ему неудобны? Эд вздрогнул и чуть согнул пальцы. — Да...? Да, не снял. Есть проблема?.. — Нет. Просто другие демоны перестали скрывать отличия от людей при мне. — Ах, я знаю. Я тоже думал об этом, но это уже вошло в привычку, и без них руки словно пустые. К тому же перчатки я получил в подарок, поэтому решил продолжать носить. — В подарок? — ...Да. Эд слабо улыбнулся. — Это подарок от господина Деона. ---------- Разве не говорили, что ненависть словно лесной пожар (7) Это был подарок, отданный без особой мысли. Просто вещь, которая случайно оказалась у меня под рукой, и я отдал её под влиянием тогдашней атмосферы. Невероятно, что он носил её только потому, что получил от меня. — Вот как... Размытый голос медленно выговорил слова. Деон Харт, вероятно, не знал, какое у него сейчас выражение лица. Если бы знал, не показал бы его. Дан был в этом уверен. — Спасибо. — Хорошая работа. Теперь уходи. — Но нужно ещё убрать... — Тележку оставь. Позову позже, так что уходи. Эд несколько раз колебался, но не выдержал молчаливого давления и, вежливо попрощавшись, вышел. Убедившись, что дверь закрылась, Дан снова повернулся к Деону. Тот, казалось, погрузился в мысли и перебирал странное растение в горшке. Но Дан ясно увидел выражение лица, которое Деон ещё не успел спрятать, слегка нахмурился и заговорил шутливо: — Вы велели мне не привязываться к вам. А что делать, если в итоге сами привязываетесь? — Что? — Не знаю, как мне воспринимать эту ситуацию... Дан с озорной улыбкой покачал головой. Деон нахмурился. — Что за чушь ты несёшь? — Ну, я думал, вы обязательно это отрицаете. Можете говорить что угодно, но прежде сначала приведите лицо в порядок. — ...А что, по-твоему, с моим лицом? — Это не похоже на привязанность, но вы выглядите немного поколебленным. — ... — Будто вас пожирает вина, смешанная со всеми возможными чувствами. — Ха. Смешно. Не удосужившись ответить, я поднялся с монстром на руках. Прошёл к окну и поставил горшок рядом, словно отталкивая кровь, накопившуюся ниже щиколотки. Растение, будто умея читать настроение, не пискнуло. Оно тихо подняло голову, посмотрело на меня, повернулось и гордо замерло. — Ни за что. — ... — Похоже, у тебя наконец глаз вывихнулся. Яркий лунный свет пролился на голову. Красные глаза, почти полностью скрытые контровым светом, зловеще блеснули в тени. Дан уже собирался возразить, но внезапно закрыл рот. Деон не упустил момент и естественно перехватил право говорить. Тема не имела ничего общего с прежним разговором. — Как сейчас обстоят дела с твоим влиянием в торговом доме? Удерживаешь его? — ...Наоборот, оно выросло, а не уменьшилось. В первую очередь серьёзным препятствием был только торговый дом Лоуфелл. Остальные торговые дома изо всех сил стараются нас не злить. — Стоит поблагодарить старшего Стигму. — ... Хотя явных доказательств ещё не было, это была фраза, подтверждающая: именно Стигма Примиро уничтожил род Лоуфеллов. Дан снова замолчал, а Деон медленно подошёл к столу. Он взял одну из бутылок, стоявших на столе, и ребром ладони снёс горлышко. Рот Дана приоткрылся от настолько грубого действия. — Нет, здесь есть инструмент для открывания... — Так проще. — А если порежетесь? Подождите, вы собираетесь пить прямо из бутылки? Так порежете рот. — Я герой, всё нормально. — Небрежно обращаться с телом — плохая привычка. — Ворчать ты стал больше. И будто правда беспокоился. Деон выпил прямо из бутылки и улыбнулся. Лицо Дана застыло. Он несколько раз приоткрыл губы, но закрыл рот. На миг напряглись мышцы челюсти, словно он стиснул зубы, затем отпустило. Голос прозвучал чуть слабее: — Раз мы служим господину, нам пришлось совершенствоваться. Даже до того, как вы стали героем, вы всегда заставляли чужие сердца вздрагивать. Вы ведь говорили: если умрёте, то и мою жизнь никто не гарантирует. Что было прямо перед пробуждением героя? Разве он не попал во взрыв и едва не умер? Понимая, что теперь тот герой, Дан, кажется, всё равно стал чрезмерно опекающим. И даже осознавая это, он выбрал не отступить, а бесстыдно давить вперёд. Если здесь отступить, его бело-красный господин и правда перестанет заботиться о своём теле. Лучше ловить сейчас. Поэтому даже сейчас он ворчал и велел быть осторожнее. Но насколько может повлиять ворчание того, кому не доверяют? Деон отмахнулся пожатием плеч и сменил тему. — Если ты выйдешь перед экраном, все узнают, кто ты. — ... Вместо ответа он получил недовольное выражение. Деон снова смочил горло алкоголем, будто ему всё равно, и продолжил. Его слова были скорее бормотанием для упорядочивания мыслей, чем разговором: — Когда появится лицо, найдутся люди, знающие имя. Когда появится имя, сведения свяжут с твоим торговым домом... Нет, думаю, те, у кого есть хоть какая-то информация в человеческом мире, уже знают. В момент, когда твоё лицо появится на экране, они могут отправить войска к торговому дому без всякого расследования. — Значит, пора уходить из человеческого мира. — Верно. Пора было постепенно отступать. Деон налил из новой бутылки и протянул Дану. Глаза приятно изогнулись. — Подготовь вывод из человеческого мира. Полностью исчезнуть... за двадцать минут до того, как ты появишься на экране. Нельзя уходить ни слишком рано, ни слишком поздно. Если уйти рано, проницательные лидеры поймут ситуацию и подготовятся заранее. Те, кто полностью отряхнул всё связанное с Деоном Хартом, возможно, не знают связи между «Даном» и «Деоном Хартом». Но торговый дом Дана уже однажды получал разрешение распределять военные припасы от имени Деона Харта, так что не знать этого было бы странно. Торговый дом Дана, имеющий историю использования имени Деона Харта, и его владелец Дан. Даже если бы этого не было, за ним всё равно наблюдали бы. А тут торговый дом, растущий в человеческом мире и зарабатывающий огромные деньги, вдруг отступает? Нет причин бросать будущую прибыль и уходить. Значит, начнут думать о связи с Деоном Хартом. Связь с Деоном Хартом означает и связь с миром демонов. Конечно, всплывёт множество предположений, и среди них будет вариант с «экраном». «Нельзя допустить повторения прошлого раза». Деон нахмурился, вспомнив человека, который тогда самовольно вмешался и возразил. «Если опоздать, уходящую группу поймают и ограбят. Поэтому лучше всего — за двадцать-тридцать минут». Пока Деон раскладывал мысли, рука внезапно стала легче. Он посмотрел на Дана. Дан, забравший бокал, улыбался с трудно читаемым выражением. — Полагаю, на меня обрушится немало ненависти. — Это вина тех, кто знал об опасности и всё равно игнорировал. Лидеры стран знали, что торговый дом Дана связан с Деоном Хартом, но закрывали глаза. Ещё до того, как Деон перешёл в мир демонов, торговый дом уже достаточно вырос. Война — время, когда поставки играют важную роль, поэтому ликвидировать их было непросто. Особенно когда война полностью изменилась, а врагом стал мир демонов. Торговый дом Дана, защищённый Деоном Хартом, оказался единственным, кто мог упрямо возить припасы через пугающих демонов. «В человеческих войнах негласное правило — не трогать торговые дома. Но мир демонов не обязан его соблюдать». Собственные поставки ограничены, поэтому приходилось полагаться на торговцев Дана, пусть это и задевало гордость. Деон поставил пустую бутылку. Красные глаза прямо посмотрели на мужчину перед ним. — Или ты теперь испугался? Боишься, что лицо и имя откроются всем, и тебя заклеймят как ещё одного предателя человечества? Дан встретил его взгляд, словно понял смысл. Деон продолжил, не отводя глаз: — Даже если так, я пойму. Я сам рекомендовал тебя, так что, возможно, ты не был готов. — ... Вопрос прозвучал саркастично, но если ответ будет «да», Деон не собирался упрекать. Получить в один миг враждебность бесчисленного множества людей — удушающее чувство, даже если готовился. Сколько проклятий он услышал по дороге от особняка к могиле брата в человеческом мире? Это были не просто ругательства — в них звучали открытая, глубокая враждебность и убийственное намерение, которые нельзя легко игнорировать. Бритвенно-синее проклятие, капающее кровавыми слезами, произнесённое теми, кто потерял близких от рук демонов на войне. Да, это было проклятие. Деон потянулся за новой бутылкой, думая, что, если бы у него не было цели или если бы решимость была половинчатой, проклятие, сжимающее горло, могло бы сломить его и довести до самоубийства. — ...Но ты сам принял это. Отказаться уже нельзя, так что лучше готовься как следует. Горлышко новой бутылки снова чисто слетело от ребра ладони. Дан, наблюдавший за этим, усмехнулся. — Вы спрашиваете, боюсь ли я? — Разве это невозможно? То же самое сделал и господин. Даже если страшно, вслух он этого не скажет. Слова всё равно ничего не изменят, а господин прошёл через это молча. Слуга не может жаловаться на то же самое. К тому же именно он подтолкнул ситуацию к нынешнему виду. Дан был не настолько бессовестным, чтобы теперь жаловаться или отступать. — Я подготовлюсь без ошибок. — Ладно. Деон снова влил алкоголь в горло. Послышалось бормотание, совершенно не похожее на речь пьяного. Дан, подносивший бокал к губам, посмотрел на Деона. — Кажется, мне говорили, что моя ненависть подобна лесному пожару... — ... — Тогда шаманка сказала. [Для тебя ненависть — как лесной пожар. Сначала она может казаться пустяком, но в какой-то момент стремительно разрастётся и в итоге поглотит всё.] — Ты тоже был там. Не знаю, слышал ли. После этих слов она сказала о Дане, который прятался неподалёку и следовал за ним: [А этот ребёнок похож на взрывчатку, которая однажды взорвётся.] [Когда взрывается взрывчатка, возникает огонь. И наоборот — когда возникает огонь, взрывчатка взрывается. Поэтому я надеялась, что вы как можно меньше будете сталкиваться, но...] Дан, вспомнив, тихо произнёс «ах». Деон криво уселся на стул у стола и покрутил бутылку. Голос был сухим. — Было бы лучше, если бы тогда она сказала это немного яснее. — ... Если бы так, разве я не смог бы перестать винить Круэля? — невольно спросил я себя. Ответ пришёл быстро. Нет. Если бы она сказала «не вини брата», я в ярости ткнул бы её клинком и спросил, что за недоразумение она несёт. Если бы сказала, что возникнет недоразумение, я не поверил бы и выплеснул гнев. Если бы сказала, что я пожалею, я всё равно взорвался бы от чувств. Слова шаманки были лучшим вариантом. Скажи она прямо — пострадала бы. Мозг, словно не собираясь защищать собственное здравомыслие, не давал хороших ответов даже на предположения «а что если». Деон наконец рассмеялся. — На самом деле я знаю. Тогда я бы злился на любые слова в защиту Круэля. Отмахнулся бы как от бреда того, кто поклоняется суевериям, и продолжал бы винить брата. Ненависть, когда-то направленная просто на род, теперь разрослась, как лесной пожар, и пыталась поглотить мир. Уже невозможно гарантировать, где она остановится. Если бы Круэль был жив, всё не дошло бы до такого. Даже если бы, узнав правду, я попытался сойти с ума, он либо успокоил бы меня, либо подавил и остановил мой буйство. Вариант, что он не смог бы предотвратить это, я даже не учитывал. Жёстко или мягко — я бы послушал его. Теперь, когда я знаю правду, я полный виновник перед Круэлем. Грешник. — Господин. Дан, до этого молчавший, открыл рот. — Вы, похоже, очень добрый человек. — Что? ---------- Разве не говорили, что ненависть словно лесной пожар (8) Деон слегка приоткрыл рот, будто услышал нелепость. — Это только если говорить о природе господина, исключая нынешнюю ситуацию. — Нет... как ни смотри... не думаю, что я добрый. — Кто знает. Обычно люди, способные избежать ответственности, свалив её на других, так и делают. Чем тяжелее вина, тем сильнее это желание. Винить себя слишком больно. — Полагаю, это можно назвать инстинктом самозащиты. Рот Деона закрылся. Дан слегка смочил губы вином и медленно продолжил: — И всё же господин выбрал винить себя, а не других. Хотя связь с тем человеком была скорее мимолётной, чем глубокой. Если это не доброта, то что? — ...Это следует считать объективной оценкой, а не добротой. — Думаете, люди обвиняют невиновных потому, что не умеют оценивать ситуацию объективно? Все делают это, даже понимая, что это неправда. Он поставил бокал, в котором ещё звенело немного жидкости. Прежде чем Деон успел потянуться к новой бутылке, Дан уже отставил пустую и легко перехватил его запястье, останавливая. Потом поставил перед ним бутылку, открытую обычным способом. Деон взглянул на него, взял аккуратно открытую бутылку и сказал: — Я поставил под угрозу бесчисленные жизни ради личной цели. — Знаю. — И всё равно, не зная меры, направляю взгляд ненависти на другого. — Это я тоже знаю. — Когда мы уничтожили Империю... — И это знаю. Когда я говорил, что господин никого не винит? Зачем так упорно отрицать то, что можно просто пропустить? Дан допил остатки из бокала и снова наполнил его. — Раньше я сказал, что господин выбрал винить себя вместо других. — Вот именно. Даже если так было с шаманкой, что ты думал, когда говорил это, видя моё отношение к герцогу и императору... — Тогда исправлюсь. Господин выбрал винить себя прежде, чем винить других. — ... — Если бы вы с самого начала обвиняли других вместо себя, вы бы не сказали таких слов. — Но. — Господин. Дан не начинал этот разговор ради спора. Это была просто случайная фраза, и лучше было быстро закончить, не растягивая. — Кто для вас самый ненавистный и презренный в мире? — ... Деон застыл, будто потерял дар речи. Дан поднял бокал с выражением, словно ожидал именно этого. — Вот поэтому. На мой взгляд, вы стали таким именно потому, что ваши чувства к самому себе переполнили вас. Он может утверждать, что обвиняет других ради выживания, потому что иначе убил бы себя. Но это лишь потому, что сначала он обвиняет себя, а ненависть, переполнившая чашу, выливается наружу и направляется на других. Когда видишь масштаб этого перелива, возникает странное чувство: понимаешь, насколько огромны эмоции, которые он испытывает к себе. И видишь добрую природу, которая, если бы выросла нормально, не смогла бы легко направлять отрицательные чувства на других. Чем дольше Дан проводил с Деоном время, тем лучше понимал его. * * * Эд не мог отказать приказу Деона и пошёл за большим количеством алкоголя, но спокойным от этого не стал. Как бы Деон ни изменился, изменилось ли и его пьянство? Теперь он герой, так что, возможно, выдержит. Но нельзя игнорировать и вероятность, что это лишь один шанс. Если то страшное пьянство снова проявится, Замок Короля демонов перевернётся вверх дном. Поэтому Эд, прежде чем принести алкоголь Деону Харту, решил пойти к Королю демонов и доложить. [О, всё в порядке.] Таков был ответ. [Пьянство Деона было вызвано тем, что его время застыло в прошлом.] [В прошлом... вы имеете в виду?] [Да.] Восьмилетняя война. Король демонов, проглотив что-то тяжёлое, улыбнулся, чтобы успокоить его. Эд вздрогнул при виде этой улыбки, но Король демонов не обратил внимания. [Сейчас он живёт в настоящем, так что проблемы не будет.] Деон Харт разделил свои воспоминания о Восьмилетней войне. С тех пор, избегая неприятных истин и ситуаций, он отделял то, что мог помнить, от того, что не мог, и сбрасывал это в подсознание. Значит, его разум не получал возможности расти. Разделение памяти, созданное для выживания на поле боя. Воспоминания, которые не слились даже после окончания войны. Время, застрявшее в тогдашней ситуации, не способное двигаться дальше. Не зря его пьянство искало врагов. Время, когда Деон Харт разделил воспоминания, пришлось на Восьмилетнюю войну, когда он отчаянно боролся за выживание. Точнее, прошло совсем немного времени с тех пор, как он попал на войну и придумал «жестокий метод боя». «Одержимость врагом, одержимость кровью... Он ещё не привык, поэтому не умел правильно контролировать степень и уходил в крайность». Теперь, когда воспоминания соединяются, а разум снова растёт во времени, проблем нет. [К тому же герой, невосприимчивый к ядам, не может опьянеть от алкоголя или чего-то подобного.] [Ах...] Многого Эд не понимал, но понял главное: Деон не впадёт в то страшное состояние. Король демонов, похоже, намеренно опустил детали, но если так, то на вопрос он всё равно не ответил бы. Эд, удовлетворённый хотя бы подтверждением, послушно кивнул и ушёл. * * * Как и ожидалось, Деон Харт не пьянел. Дан пробормотал: «Как и следовало ожидать от героя...», а Деон с раздражением влил в рот остатки из бутылки. Это была уже шестая. Но не то что опьянения — он даже лёгкого хмеля не чувствовал. В конце концов он действительно разозлился и достал сигарету. Дан привычно поднёс огонь. — Больше не будете пить? — Сколько ни пей, не пьянеешь. Память не рвётся, но хоть умеренное опьянение должно быть. Единственное хорошее — лекарство в виде сигареты действует, пока его куришь. Возможно, из-за того что оно остаётся в лёгких, эффект сохраняется ещё немного после того, как сигарета догорит. Деон, тупо глядевший на бутылки на столе с сигаретой во рту, пришёл в себя только когда с обгоревшего конца осыпался пепел. Нет, похоже, он ещё не полностью вернулся: поймав падающий пепел ладонью, тихо пробормотал. — Изначально после вывода торгового дома из человеческого мира я собирался продвинуть его в мир демонов... — ... — Но похоже, получить можно только деньги. Деньги уже переполняют, так что нужды нет. Важно другое: сможет ли это оказать полезное влияние в критический момент. Честно говоря, вероятность очень мала. Не потому, что торговый дом сложно вырастить. В мире демонов есть четыре города с сильными особенностями; если торговый дом будет ходить между ними и играть роль моста, он быстро расширится. А если сосредоточить войска под предлогом того, что нужно зачистить мешающих на дорогах тварей, дороги быстро станут безопасными. Но даже если торговый дом вырастет, Деон не видел, где именно это пригодится. Не найдя полезного применения, он решил отказаться. — Если серьёзно подумать, можно было бы что-нибудь придумать, но после таких слов нет смысла настораживать всех лишними действиями... Проклятая вампирша. Деон раздражённо сузил глаза, затушил почти догоревшую сигарету и достал новую. — Придётся какое-то время вести себя скромно. Слова не имеют формы, но оставляют след глубже, чем что-либо ещё. Высказывания вампирши сегодня наверняка повлияли на тех, кто их слышал, осознанно или нет. Даже если они будут клясться в лицо, что это не так, со спины всё равно станут невольно следить за движениями Деона Харта. — Господин и правда... Огонь приблизился прямо к лицу. Подняв взгляд, я встретился глазами с Даном. Он улыбнулся и сказал: — Бедствие. Я ожидал, что он будет насторожен к демонам... но не думал, что он действительно держит в уме и мир демонов. На лице Дана мелькнуло лёгкое восхищение. Из прежних слов Деона Харта он понял, что тот определяет армию Короля демонов как врага. Пусть это лишь намёк, но разве он не рассматривал возможность продвинуть торговый дом в мир демонов? Попробовать нечто похожее на то, что делал в человеческом мире. «С его точки зрения, это прямо посреди вражеской территории». Как жестоко думать о таком здесь. Я рассмеялся. Деон с зажжённой сигаретой тоже усмехнулся, будто смех оказался заразительным. — Так уж вышло. — Ха-ха... Слово «бедствие» напомнило о словах шаманки. Она называла меня взрывчаткой, которая однажды взорвётся. Дан склонил голову. — Что? — Нет, просто... Тогда Дан слышал слова шаманки о переплетённых судьбах его и Деона Харта и всё ещё помнил их. Поэтому он снова взглянул на Деона и невольно пробормотал: — Наши отношения взорвались потому, что начался пожар, или пожар начался потому, что взрывчатка взорвалась? — Не знаю. Но уверен: к моменту, когда мы встретили шаманку и услышали её слова, это уже произошло. — Если взрыв уже случился, значит, мы встретились раньше... Единственный раз до этого — Восьмилетняя война. Наша первая встреча... — Да. Тогда. Именно при первой встрече юный Деон узнал от Дана, что кровохарканье нужно скрывать. Точнее, он понял: выжить можно, только если не выглядеть лёгкой добычей. Простое, но важное осознание привело к расширению зоны действий, изобретению метода боя и разделению воспоминаний. Можно сказать, всё началось с совета Дана. «Благодаря тебе я выжил...» А первые слова, которые я сказал, увидев твоё лицо, были «Убирайся отсюда» с угрозой, будто спрашивал, хочешь ли ты умереть, верно? Когда мне ответили, что у меня скверный рот, я ругался изо всех сил, обещая показать, что такое настоящая брань. Выражение Дана стало странным. Наверное, он тоже вспомнил тот момент. Деон на миг запнулся перед прошлым, которое теперь было довольно стыдным, но тут же естественно продолжил, будто ничего такого не было: — Если бы не твой совет, я бы долго не продержался и умер. За это я благодарен. — ... — В любом случае. Я снова затушил сигарету и поднялся. — Убери оставшийся алкоголь и поставь на тележку. — Вы собираетесь вернуть? — Это, как-никак, еда, точнее питьё. Странно возвращать из-за того, что осталось. Да и они не захотят забирать. — Тогда... — Идём за мной. Деон помог Дану переставить несколько целых бутылок на тележку и повернулся. * * * Он направился к жилищу рыцарей Лофти. Дан, молча следовавший за ним, на мгновение остановился перед входом. Взгляд, направленный на спину, что без колебаний вошла внутрь, слегка дрогнул. «Почему...» Он думал, что Деон хотя бы сегодня не будет их искать. Дан понимал, зачем тот пришёл. Но... Раздался голос Деона. — Тихо. Это неправильный ответ. — Они могут быть на тренировочной площадке. Они всегда там собираются. — Нет. Я смотрел из комнаты, там никого не было. Когда он успел это проверить? Дан вздохнул и медленно моргнул. По тихому месту, где должно было быть шумно, всё очевидно. Они отсутствовали, как он и сказал. Если не один-два, а почти половина людей, которым больше некуда идти, вдруг исчезли, любой бы заподозрил неладное. «Попадусь». Придётся приготовиться к выговору. Шаги стали тяжёлыми от смирения. И тут послышался голос: — Что, капитан...? Член отряда, заметивший Деона, уверенно пересекавшего коридор, остановился и потёр глаза. Он моргнул, глядя на Деона, который не исчез даже после того, как из глаз будто убрали соринку. Затем, осознав ситуацию, подпрыгнул на месте и закричал: — Это настоящий капитан! ---------- Сопровождение адъютанта (1) — Что? Капитан пришёл?! Бах! Бум! Двери распахивались одна за другой, и отовсюду высыпали бешеные псы. Один, два... Дан, смиренно считавший людей, вдруг широко открыл глаза, когда понял, что выходящих не становится меньше. «Их число... то же самое?» По первоначальному плану почти половина мест должна была пустовать. На мгновение он растерялся, но быстро понял ситуацию. «...Они не послушали меня». Хорошо, что не попались, но на душе приятно от этого не стало. Сложно чувствуя себя, Дан наблюдал в нескольких шагах, как рыцари Лофти окружают Деона Харта. Проходивший мимо Клетер похлопал его по плечу, словно подбадривая. Движение было мимолётным; он не задержался рядом и не начал разговор, но Дан отчётливо услышал тихие слова: — Просто что-то почувствовал. Поэтому остался. Не переживай. Милан, бежавший к Деону Харту, тоже бросил фразу, проходя мимо: — Не знаю почему, но мне показалось, что капитан сегодня придёт. Все почувствовали то же самое. Ха... На этот раз Дан потерял дар речи по другой причине. Они попали чистым инстинктом... Что это за звериное чутьё? «Все, кто пережил поле боя, становятся такими?» Пока Дан вбивал себе в голову это заблуждение, Деон, стоявший среди бешеных псов, которые радостно приветствовали его и спрашивали, зачем он пришёл в такое жалкое место, коротко взглянул на Дана и заговорил: — У меня есть кое-что для вас. — Правда? Подарок? — Это не подарок. — Подарок от капитана?! — Ура! — ... Ладно, пусть будет подарок... Деон быстро сдался, мудро уменьшая собственный стресс, и указал на тележку, которую толкал Дан. — Всё, что там, ваше. — Вау! Весь этот алкоголь — нам? — Да. Он небрежно пожал плечами. Дан, переводя странный взгляд с отношения Деона на рыцарей Лофти, чьи глаза сияли от восторга, задумался: атмосфера какая-то знакомая. Где он это уже видел? Когда?.. «Ах, когда бросают остатки диким псам». Именно так вела себя женщина, бросавшая еду бродячим собакам в долине. И привычное поведение собак было удивительно похоже на нынешнее. «Ну, сами участники этого не понимают». Проблемы нет. Раз им нравится, пусть будет. Дан отбросил мысли и спокойно закрыл уши, чтобы защитить барабанные перепонки от немедленно взорвавшихся криков. Даже так звук пробивался. — Ваааа! — У меня и так голова была забита, хотелось выпить! Да здравствует капитан! — Капитан — главный! — Стойте. Деон, молча слушавший вопли бешеных псов, поднял одну бровь. Неважно, это было проклятое «Да здравствует Демон!» или «главный». — Голова была забита? В последнее время что-то вас беспокоило? Я ведь не поручал вам никакой работы. — Хм. Тот, кто заговорил не подумав, быстро прикрыл рот. Но было поздно. Стоило ему закрыть рот, как из-за спины протянулось множество рук, схватило его и утянуло в толпу. Он исчез из поля зрения Деона, и вскоре где-то раздались глухие удары и подавленные крики. Даже они быстро утонули в преувеличенном смехе. Милан шагнул вперёд, ловя взгляд Деона, и с неловкой улыбкой заикаясь произнёс: — Ха-ха, ну... просто устали и захотели выпить! — И это тоже странно. Я не помню, чтобы заставлял вас работать. С чего бы вам уставать? — Э-э... это... Милан, водя глазами, взглянул через плечо Деона. Дан приложил указательный палец к губам, затем выпрямил средний палец, повернул кисть тыльной стороной и показал жест. Милан своим звериным чутьём понял, что это выход. Он подошёл к Деону и глубоко вдохнул. Деон вздрогнул и попытался отступить, но тот удержал его. — Что? — Как и ожидалось... Пахнет лекарством. Вместо облегчения от того, что кризис миновал, пришло беспокойство. Милан невольно сузил глаза и заговорил ниже: — Капитан, вы снова принимали лекарство? — Что? Лекарство?! Это правда? Прямого ответа не было, но этого хватило. Рыцари, прочитавшие подтверждение в молчании, тут же взорвались. Тема прежнего разговора в одно мгновение была похоронена под непрерывным дождём ворчания и конфетами, которые стали засовывать Деону в рот. * * * Даже когда назначили день показа экрана, Дан с каждым днём сохранял спокойствие. Командиры корпусов, которых он иногда встречал в коридорах, бросали на него взгляды и по-своему выражали удивление. Даже когда Деон Харт сделал ему сомнительный комплимент, сказав, что тот спокойнее, чем ожидалось, Дан лишь слабо улыбнулся. Его основное поведение не изменилось. Хотя намерение было совсем иным. С течением времени эмоции, вторгавшиеся в чувства, несколько раз расшатывали его. В конце концов, он тоже человек. Дан часто бывал в человеческом мире и прекрасно знал, как там относятся к имени Деона Харта. Услышав его, люди плевались, словно оно приносит несчастье; легко желали владельцу смерти и проклинали его кровавыми слезами. Их гневные крики, будто изливающие душу потерявших близких, были страшны. Деон Харт. То, как они плакали, снова и снова повторяя это имя, мало чем отличалось от безумия. Брошенный ими Деон Харт умирал множеством способов под длинными языками и был разорван на тысячи частей. Если бы имя имело форму, оно давно утратило бы первоначальный вид. Конечно, реакция была особенно сильной потому, что Деон Харт стал первым. Но ситуация у Дана будет похожей, значит второй тоже получит немало. Наверное, только к третьему разу реакция станет хоть немного слабее. Если он встанет перед экраном, его ждёт нечто подобное. Зная это и испытывая что-то похожее на тревогу или страх, Дан ни разу не изменил слов. Он не мог. Более того, изначально не мог отказаться. «Потому что Деон Харт рекомендовал меня». Дан горько улыбнулся, поправляя одежду. Теперь, когда он вошёл в зал совещаний, встал перед Королём демонов и получил от него предложение, ситуацию уже нельзя было считать простой рекомендацией Деона Харта. Если сам Король демонов предлагает это, значит, в какой-то форме прошло совещание и был сделан вывод. То есть командиры корпусов узнали вопрос и выразили свои мнения. Если отказаться здесь, он непреднамеренно оскорбит всех присутствовавших. Все расходы, включая ухудшение отношения, лягут на Деона Харта, первого рекомендателя. «К тому же смешно, если человек, подтолкнувший ситуацию, сам отступит». Если хочешь получить желаемое через что-то, нужно быть готовым заплатить соответствующую цену. Детям простительно тянуться к выгоде и избегать платы. Но взрослому так поступать уродливо. Поэтому, несмотря на сложные чувства, Дан решил использовать данную ситуацию, а не бежать от неё. — Слушай внимательно. Белая рука легла на плечо. Деон Харт говорил с выражением куда серьёзнее, чем когда сам стоял перед экраном, будто тревожился. — Тебе почти ничего не нужно говорить. Это займёт от тридцати секунд до минуты. Даже если замнёшься, больше двух минут не выйдет. — ... — Это не подстрекательство. И не речь. Ты просто перечисляешь факты. Поэтому не напрягай плечи. Он надавил на плечо. Почти невесомое прикосновение почему-то заставило Дана забыть о напряжении и улыбнуться. Уголки губ медленно поднялись. Увидев это, Деон нахмурился. — Это не значит, что нервничать совсем не надо. — Простите. Хотя он извинялся, улыбка с лица не исчезла. Деон некоторое время смотрел на него, потом, вместо новых упрёков, добавил совет: — По возможности закончи за тридцать секунд. Порядок речи? Вступление? Забудь. Скажи главное и уходи. Не давай той стороне времени вмешаться. — Похоже, вы мне не доверяете. — Разумеется. С того момента, как Дан принял предложение, было видно, что он думает о чём-то своём. Как тут доверять? Я убрал руку с плеча и схватил его за ворот, подтягивая ближе. Деон, впившись взглядом в лицо Дана, опустившееся до уровня его глаз, прошептал предупреждающе: — Не думаю, что ты сделаешь глупость, но предупрежу на всякий случай. — Не веди себя как дурак. — ...Разумеется. Уголки губ Дана плавно поднялись. Его спокойная улыбка будто могла снять напряжение с любого зрителя. Деон вздохнул и отпустил ворот. Дан невозмутимо поправил помятую одежду. Деон, наблюдавший за этим, протянул руку... — Ах, господин. Я благодарен, но одеждой займусь сам. — ... ...и снова убрал её. Чуть напряжённый голос продолжил: — Повторяю, тебе нужно сказать две вещи. Деон Харт стал героем. И армия Короля демонов принимает не только Деона Харта, но и других людей. — Разве ты не слишком волнуешься? Это сказал не Дан. Деон повернул голову. Неизвестно когда, но ближе подошёл Король демонов и теперь улыбался. Чуть поодаль суетился адъютант Эд. «Если пришёл Король демонов, нужно было доложить. Что он делает?..» Послав Эду на мгновение укоряющий взгляд, Деон снова повернулся к голосу Короля демонов. Лёгкий голос разошёлся по пространству, разрушая созданную атмосферу. — Он сам разберётся. Верно? — Да, именно так. — Но. — Давайте оставим на этом. Король демонов посмотрел на одежду Дана, затем на Деона. В глазах улыбка. — Думаю, прежде чем Деон будет поправлять Дана, стоит начать с собственного вида. Одежда помята. — Я сам недавно её поправил. — Да? Сам? Так вот почему... Я ведь одел тебя идеально, а одежда оказалась помятой...! Король демонов тихо отвернулся. Деон некоторое время смотрел на его жалко подрагивающие плечи, потом произнёс: — Почему ты так неожиданно сдерживаешься? Просто смейся. — Ха-ха-ха!! Может, стоило велеть ему и дальше сдерживаться? Эд, наблюдавший за происходящим, подошёл и снова привёл одежду в порядок. Деон стоял неподвижно, позволяя чужим рукам трогать себя то тут, то там, и смотрел на Короля демонов с проказливым взглядом. Король демонов, разумеется, не обращал внимания и просто смеялся. Лучше сменить тему. — Тебе ведь это дело на самом деле неинтересно? Всё скоро закончится, так что приходить незачем... — Верно. Честно говоря, неинтересно. Я же сказал, они сами справятся. — Тогда зачем... — Я вспомнил, чему стоит учить тебя дальше. Король демонов мягко изогнул глаза. — Как насчёт рисования? — ...Мне кажется, эта тема совершенно не сочетается с нынешней ситуацией. — Какая разница? Раз инструменты тебя не интересуют, дальше научимся рисовать. — ... И ради этого он пришёл сюда. Нелепость была такой, что слов не находилось. Ответа не последовало, но Король демонов, похоже, принял молчание за согласие и развернулся, сказав, что уходит. Деон молча смотрел ему вслед, так же неожиданно уходящему, как и пришедшему, затем повернулся к Дану. — Готов? Холодный ветер, присущий миру демонов и не зависящий от времён года человеческого мира, прошёлся по ним. В отличие от речи Деона, проходившей в помещении, речь Дана должна была состояться снаружи. Командиры корпусов, не доверявшие Дану, хотели наблюдать всё непосредственно вне экрана, чтобы подготовиться к любому неожиданному случаю. Выражение было очевидным: если возникнет проблема, они разберутся с ней немедленно. Говорить перед теми, кто сильнее и выше, неизбежно заставляет нервничать, даже если речь короткая. Поэтому Деон собирался дать ещё времени, если понадобится. — И «перечисление фактов», и «последующая обработка» полностью подготовлены. Дан широко улыбнулся. ---------- Сопровождение адъютанта (2) — Хорошо. Если ты говоришь, что всё в порядке. Бегло осмотрев одежду Дана, Деон опустил голову и посмотрел на собственную. Зеркала не было, поэтому рассмотреть как следует он не мог, но вещи, подобранные Эдом, на первый взгляд выглядели аккуратно. Он непроизвольно поднял руку, чтобы коснуться ткани, но под колючим взглядом Дана медленно пошевелил пальцами и опустил их. Кто-то мог бы сказать, что Дан слишком чувствителен к одной лишь одежде. Но Деон, Дан и даже Король демонов знали: наряд на официальном выступлении несёт множество смыслов. «Вот почему он одел меня именно так». Хотя Деону не нужно было произносить ни слова, а лишь показать лицо, на нём была чёрная форма с золотой вышивкой. Если вспомнить, что в официальных местах Империи он обычно носил белую форму с золотой нитью, намерение было очевидным. Например, закрепить факт, что Деон Харт теперь принадлежит армии Короля демонов. А если смотреть глубже — ещё и спровоцировать Империю. Дан же был одет в самые обычные человеческие одежды. Не роскошные, как у дворян, но и не жалкие: опрятные, вызывающие доверие и уместные. Слишком богатая одежда оттолкнула бы простых людей, слишком бедная могла бы намекнуть, что в мире демонов с ним плохо обращаются. Поэтому был выбран средний путь. Пока Деон молча смотрел на свою одежду, Эд осторожно произнёс: — Если позволите, я принесу зеркало. — Нет, не нужно. Ты знаешь, что я не смотрю в зеркала. Он и раньше не любил зеркала, а после смерти Круэля перестал смотреть в них совсем. Эд наверняка хорошо это знал. Когда Деон только стал героем, все встречные реагировали слишком сильно, и он из любопытства взглянул... но сам испытал отвращение. Он криво улыбнулся и махнул рукой. Взгляд Дана ощущался рядом, но Деон сделал вид, что не заметил. — Господин. — Значит, готов? Я, кажется, готов, так что начнём сразу. — Как пожелаете. Он знал, что Дан окликал его не в этом смысле. Тем не менее Деон притворился, что не понял, и сел на стул чуть позади того места, где должен был стоять Дан. Сев прямо и оглядевшись, он встретился глазами с командирами корпусов, наблюдавшими издали. Кто-то кланялся, кто-то улыбался, кто-то махал рукой. Деон пусто смотрел на каждого, но, почувствовав приближение, вернул взгляд вперёд. Дан прошёл мимо него и поднялся на помост, улыбаясь в его сторону. Затем положил на стол перед собой листы бумаги. Речь? На первый взгляд, там явно не один и не два листа. Для выступления, которое не должно длиться больше двух минут, текст выглядел смешно большим. Что он задумал? Не обращая внимания на вопросительный взгляд Деона, Дан медленно поднял голову. Бесконечное чёрное ночное небо, лишённое ощущения реальности, заполнило поле зрения. Но забыть реальность и раствориться в нём было трудно. Дан медленно закрыл и открыл глаза, приводя чувства в порядок. ...Что ж. — Начинаем. Пора следовать за господином в Бездну. Дан положил руку на приготовленный магический камень. И в небольшом отдалении возник свет. * * * Империя пала, и вторжение демонов в человеческий мир началось всерьёз. Самая крепкая оборонительная стена человеческого мира рухнула. Пол, второй лидер революционной армии, думал, что люди будут беспомощно сметены мощью армии Короля демонов, как осенние колосья, и всё же они ещё держались. Это вызывало невольное восхищение. «В такие времена страдают простые люди». Верхи слишком заняты войной, чтобы заботиться о народе. Значит, это должна сделать революционная армия. Иначе после падения Церкви Спасения странная и подозрительная религия, называемая культом демонов, продолжит стремительно расширяться. Нужно предотвратить это и одновременно рассказать о революционной армии. Протянуть руку и ухватить общественное мнение, сосредоточившись на сословии, которое находится внизу, но потенциально является самым многочисленным. Однажды это станет мощным оружием. «Для этого сперва нужно закрыть этот рот». Пол молча смотрел на экран, зависший в воздухе. На нём появился мужчина — лицо незнакомое, но не такое, чтобы он совсем его не видел. Оно попадалось на портрете, приложенном к докладу. Он знал, кто это. Владелец крупнейшего из существующих торговых домов человеческого мира, связанный с Деоном Хартом. Имя... Дан. «А тот, кто сидит позади...» Пол невольно перевёл взгляд и застыл. ...Раз поймав его взгляд, оторваться невозможно. Красота была настолько подавляющей, что казалось, будто её создали магией мгновенного ореола. Хотя такая внешность совершенно не попадала в его вкус, Пол нахмурился от дурного предчувствия, мгновенно пробежавшего по позвоночнику. Имя вырвалось почти стоном: — ...Деон Харт. С идеальным совпадением человек с белыми волосами и красными глазами улыбнулся в экран. Пока Пол словно зачарованный смотрел на его лицо, Дан начал с простого приветствия. Первые слова звучали зловеще. — Все знают, что в человеческом мире родился герой. Не знать этого невозможно. Для человечества в кризисе герой — единственная надежда. Но почему об этом говорит он? С их точки зрения, тема не должна быть удобной. — Уверен, многие ищут героя. Все власть имущие и те, кто считает, что обладает информационной силой, наверняка прилагают все усилия. Но... Мужчина на экране рассмеялся. Уголки губ поднялись, и на лице появилась кривая улыбка. Пол напрягся от явной насмешки. — Разве это не странно? Дан спросил преувеличенно, широко разводя руки. Сцена походила на театральную, но именно поэтому вновь привлекла внимание, и взгляды, прикованные к Деону Харту, до отключения экрана снова сместились к говорящему. — Столько людей брошено на поиски, но почему героя до сих пор не нашли? Ах. Пол понял причину дурного предчувствия. Понял, зачем Дан начал говорить об этом. Кончики пальцев слегка задрожали. Отчаяние подняло голову. Деон Харт сидит сбоку экрана, демонстрируя красоту иного уровня, чем прежде. А Дан говорит о герое. — Не беспокойтесь. Они не некомпетентны. То, что героя нельзя найти, естественно. Потому что героя нет в человеческом мире. Неужели небеса действительно решили бросить человечество? Иначе как... — Деон Харт стал героем. Как можно было сделать такой выбор? На мгновение континент погрузился в тяжёлую тишину. Деон Харт, сидевший сбоку экрана, закинул ногу на ногу и опёрся подбородком о локоть, поставленный на колено. Его улыбающаяся фигура с изогнутыми глазами отчётливо передавалась на экран. Пол закрыл лицо руками. Удар был настолько силён, что на этот раз он не отвёл взгляда. Герой, единственный противник Короля демонов, оказался в мире демонов. Это значит, он на стороне Короля демонов, занимает место командира Нулевого корпуса и главнокомандующего, а оружие под названием армия Короля демонов направляет на человеческий мир. Есть ли истина более жестокая? В себя он пришёл лишь после следующих слов Дана. — Понимаете? Иными словами, вопрос лишь во времени, когда армия Короля демонов поглотит человеческий мир. ...Вот оно. Благодаря этой фразе он понял. Это отчаяние — именно то, чего они добивались. Почва для следующего утверждения. Нельзя позволить им раскачать людей так, как они хотят. Нужно быстро прийти в себя. Разве они не готовились именно к этому моменту? — Повторю ещё раз. «Степень готовности остаётся прежней». — Да. — Идеально. — Подключайтесь по моему сигналу. Знают ли они? Что мы подготовились заранее. — Мир демонов добровольно принимает не только Деона Харта, но и других людей. Мы гарантируем вашу безопасность. Маленькая щель в отчаянии обманет многих. В ситуации, когда и объединиться недостаточно, хуже всего — породить необходимость подозревать союзников. По сигналу Пола управление экраном перешло на эту сторону. С этого момента он представитель людей. Его поведение представляет человеческий мир и влияет на общественное мнение человечества, значит, нужно следить за лицом. Даже если тревожно — не выглядеть тревожным. Даже если отчаяние давит — не показывать. Мужчина, уже сбросивший мальчишеские черты и ставший полноценным молодым человеком, гордо посмотрел вперёд. * * * Управление экраном отняли. Сзади послышалось, как Деон Харт поднялся. Командиры корпусов что-то забормотали. Дан чувствовал колючий взгляд Деона, который словно требовал пропустить вступительную болтовню и перейти к сути, но спокойно смотрел на экран. — Сколько ещё нам повторять этот бессмысленный разговор? Это тот самый человек с прошлого раза. Тот, кто осмелился назвать Деона Харта «предателем небес, убившим собственного брата». К третьему разу они, похоже, подготовили новый магический камень заранее. Но вместо того чтобы сразу открыть новый экран, Дан некоторое время смотрел на мужчину. — Спросим прямо. На каком основании мы должны доверить свои жизни миру демонов? Враг. Иная раса. Война между человеческим миром и миром демонов никогда не завершалась соглашением. Это не война между странами континента, где есть множество решений, прецедентов и записей в истории. Преодолеть страх перед ситуацией, где герой на стороне Короля демонов, невозможно. Возможно, именно поэтому он выбрал контратаку: минимизировать вероятность перехода людей к миру демонов, стимулируя страх перед неизвестным. — Это не борьба людей с людьми. Это борьба одной расы с другой. Судьба нашего вида дрожит от одного выбора. На кону наши жизни и будущее человечества. Если ошибёмся, пути назад не будет. Голос постепенно становился громче. Один голос поднялся так, будто пронзал небо. — И мир демонов добровольно принимает людей? Да, это возможно. Но осмелимся ли мы гарантировать, что не будет дискриминации? Дан покосился на новый магический камень рядом со старым. ...Пока нет нужды выступать. Подождём немного. Если слушать, это утверждение прозвучит хотя бы раз. — Если ответите «да», я рассмеюсь. Дискриминации не может быть! Если кто-то хоть на миг поддался этим словам, я хочу сказать ему: с каких пор мы стали настолько наивны, чтобы верить такой чепухе? Даже внутри одной человеческой расы прямо сейчас существуют большие и малые виды дискриминации! Он сжал кулак и ударил по столу. Словно рыба в воде, его язык двигался плавно, а голос набирал силу. — Мы дискриминируем друг друга по сословию, капиталу, внешности, цвету кожи и всевозможным склонностям! Если таково человечество, что говорить о демонах, которые злее, несдержаннее людей и следуют закону сильного? К тому же между демонами и людьми есть явная разница во внешности! Никаких слов о необходимости ждать — только слова, невыгодные этой стороне. На этом этапе лучше было вызвать его напрямую. Несмотря на пронзающие взгляды со всех сторон, словно требующие поспешить и включить экран, Дан положил руку на магический камень. Экран Дана появился рядом с экраном Пола. — Я действительно хочу спросить. Как долго вы собираетесь оставаться в плену узкого взгляда? — Демоны злы? Раз люди дискриминируют даже друг друга, значит демоны будут ещё хуже? Разве это не взгляд, считающий людей слишком превосходными? На каком основании вы будто само собой считаете склонности демонов ниже человеческих? Пока... ладно. Дан рассмеялся, ощущая суровый взгляд Деона. Сначала разберёмся с ситуацией. Он позволил сказать слишком много. ---------- Сопровождение адъютанта (3) «Что, чёрт возьми, он задумал?» Я ясно сказал закончить быстро, чтобы не дать противнику вмешаться, но он нарочно тянул время. И результат, как и ожидалось... — Мы дискриминируем друг друга по сословию, капиталу, внешности, цвету кожи и всевозможным склонностям! Если таково человечество, что говорить о демонах, которые злее, несдержаннее людей и следуют закону сильного? Мужчина на экране метался, как рыба, выброшенная из воды. Заодно он естественно включил «сословную систему» в рамки «несправедливой дискриминации», достигая дополнительной цели революционной армии. Деон, наблюдавший за этим, впился взглядом в затылок Дана. «Он не бросил главное и не закончил». Что это за ситуация? Разве он не теряет больше, чем получает? Если Дан решил так только из страха перед возражением противника, он серьёзно ошибался. Деон просчитал разные варианты. Экран всплывает уже третий раз. Это значит, общественное мнение осторожно раскачивали два раза до этого. «К третьему разу людям это надоест». На этот раз достаточно было бросить шокирующую правду и отключиться. Даже если стараться красиво говорить, на людей, уже привыкших к подобному, эффект будет слабым. Нет, сейчас это даже может вызвать отторжение и раздражение. Поэтому он и дал такой совет. ...Раздражает. Затылок перед глазами словно искушал ударить по нему. Деон почти поддался, но в этот момент экран ещё не был включён. И когда он уже решил: ударю хотя бы раз, — то ли инстинкт выживания, то ли простая удача заставили Дана положить руку на магический камень. В небе появился ещё один экран. * * * — Демоны злы? Раз люди дискриминируют даже друг друга, демоны будут ещё хуже? Разве это не взгляд, считающий людей слишком превосходными? Почему мы как нечто само собой разумеющееся ставим склонности демонов ниже человеческих? На каком основании? В итоге ваше равенство разрешено только человечеству? Даже в революционной армии, похоже, шовинизм неизбежен. Представление, что люди лучше, люди честнее, люди умнее. Дан критиковал высокомерие, которое собеседник принимал как данность. Голос противника слегка ускорился, будто тот смутился. — У нас есть слова и записи о том, что пережили наши предки... — Раз они враги, естественно называть их злом. Достаточно взглянуть на исторические хроники разных королевств. Союзники — добро, враги — зло. Вы ведь не впервые сталкиваетесь с такой чёрно-белой логикой. Разве не трудно позволить словам и записям так легко собой управлять? Здесь нельзя останавливаться. Следуя предупреждающему взгляду, который будто жёг затылок, Дан продолжил без паузы. — Не переоценивайте людей. Не смотрите свысока на другие расы. Отложите предубеждения и судите только собственными глазами. — Итак. Как, по-вашему, к человеку Деону Харту относятся в мире демонов? Дан медленно повернулся. На экране отчётливо появился мужчина такой внешности, которая могла сокрушить любой вкус. Став заклятым врагом Короля демонов, он всё равно сохранял статус главнокомандующего и командира Нулевого корпуса. Даже те, кто не знал подробностей, невольно должны были подумать: обращаются с ним явно неплохо. На этот раз Дан развёл руки. — А как, по-вашему, будут обращаться со мной, куда более обычным человеком? Он выглядел крайне обычным человеком, но при этом получал приличное отношение. Одежда не казалась плохой, выражение лица было спокойным, кожа — здоровой. Людей, не знающих о связи Дана и Деона Харта, намного больше, чем знающих. Этот образ наверняка повлиял на многих. Ответ, полный чувства опасности, последовал сразу, словно противник это понял: — Деон Харт — человек, подходящий вкусам демонов. А ты один из его подчинённых. Неудивительно, что к вам относятся без дискриминации. Наконец-то. Попался. Уголок губ Дана едва поднялся. — Деон Харт — человек, подходящий вкусам демонов... Потому что он убил собственного брата, как вы утверждали в прошлый раз? — Это тоже оказало значительное влияние. Ответ был уклончивым и расплывчатым, но в конечном счёте означал согласие. Дан тихо рассмеялся. Он собирался быстро закончить, но получил многое. И всё же рад, что почти достиг цели, ради которой стоял здесь. Пора завершать. Стерев улыбку, он поднял голову. — Я понимаю ваше стремление определить Деона Харта как зло, но и в этом нужна мера. Что делать, если вы говорите ложь? — ...Что? — Кто кого убил? Деон Харт — очевидная жертва. За спиной послышался судорожный вдох. Дан почувствовал иной, колющий взгляд, но не повернулся и продолжал смотреть на свет перед собой. Рот открылся, и правда, похороненная молчанием из-за столкновения интересов, была раскрыта миру. — Круэля Харта убил не Деон Харт. Дан вывел торговый дом, одновременно подговорил рыцарей Лофти и отправил их в человеческий мир. — Его убил герцог Старбе Иллюстер. Всё было ради этого момента. Передать сведения революционной армии, чтобы они заранее подготовились и вмешались в нужный момент. И... Лидер революционной армии, некоторое время молчавший, заговорил: — В это невозможно поверить. Вы выбрали не того, кого решили очернить. Знаете ли вы, каким человеком его помнят в человеческом мире? — Знаю. Прекрасно знаю. Верноподданным, который до конца оставался в рухнувшем императорском дворце и погиб, сражаясь против Деона Харта. Верно? Поэтому это и было настолько нелепо. — Мусор остаётся мусором, как бы красиво его ни упаковали... Трудно усердно работать, не испытывая к герцогу добрых чувств. Разве вы, будучи революционной армией, не знаете его характер лучше других? — ...Если посмотреть на действия Круэля Харта перед смертью, в последний раз он выходил вместе с Деоном Хартом. При таких обстоятельствах вы всё равно будете настаивать, что это ложь? Наконец он изменил ход. Дан поднял лист бумаги со стола с откровенной насмешкой. — Простите, если показалось, что я лишь настаиваю. Следовало сперва показать доказательство. — Что... это? — Документ, содержащий факт: герцог заказал убийство Круэля Харта и Деона Харта. — Точнее, там сказано: «Наблюдать, убьёт ли Круэль Харт Деона Харта. Если не убьёт — ликвидировать обоих». Уже по этому можно понять ситуацию, верно? Поистине жестоко. Заставить старшего брата убить младшего? Как такой человек может считаться благородным? Дан, насмешливо произнёсший это, вдруг заметил тишину и быстро огляделся. Командиры корпусов молча смотрели в его сторону. «...Верно. Круэль Харт — тема, с которой даже командирам корпусов следует быть осторожными». Неудивительно, что они задержали дыхание: никто не знает, какое лицо сейчас у Деона Харта. Вероятно, в человеческом мире тоже воцарилась тишина. Дан помахал бумагой перед светом, словно демонстрируя её. — Остальное — доказательства того, что герцог долго и последовательно заказывал убийство Деона Харта. Этот случай не единственный. — Это... — Предупрежу заранее, потому что вы наверняка спросите, как можно верить этому и не подделка ли документ. Вы, вероятно, слышали, что недавно организации, в основном занимавшиеся заказными убийствами, были уничтожены неизвестными настолько, что восстановление стало невозможным. — ...Не может быть. — Именно так. Всё было ради получения этих доказательств. Видите название и печать организации на документе? Те, кто знает, поймут. Это не подделка. Это была ещё одна причина, по которой рыцарей Лофти отправили в человеческий мир. Доказательства. Кто-то мог спросить, почему именно Лофти, но, честно говоря, другого выбора не было. Противник — организация заказных убийств. Послать кого угодно нельзя; нужны люди с определённой боевой силой, а под рукой таких у Дана нет. И взгляд, изучавший окружение, в итоге остановился на шумно играющих рыцарях Лофти. Они были простыми людьми, так что заманить их оказалось нетрудно. [Что? Капитана до сих пор обвиняют в смерти брата? Сколько времени прошло!] [Ха, и ты просто смотрел?! Неблагодарный ублюдок!] [...Поэтому я сейчас и прошу вашей помощи, чтобы снять это обвинение.] [А.] [Отпустите мой ворот.] [Прости.] Тогда атмосфера была лёгкой, но Дан понял: они действительно злились. [Разве вам не нужно лекарство? Я знаю, что вы принимаете его, когда имеете дело с такими людьми.] [Не нужно.] [Да, наверное, и правда не нужно.] Даже без лекарства в белках их глаз выступили сосуды. Они вошли в состояние «больше нечего смотреть». И они действительно обшарили все организации заказных убийств, ограбили их и вернулись с нужной информацией намного быстрее, чем ожидалось. Так стало возможно снять с плеч Деона Харта грех, которого он не совершал, и переложить его на настоящих виновников. В глубине сознания возник упрёк: зачем лезть в это, если можно было спокойно сидеть? Но Дан лишь отмахнулся смехом. «Я сам так думал». Бессмысленная месть — Деон Харт в любом случае уже отомстил. Но как молчать, видя, что смерть герцога пытаются представить благородной? Честно говоря, это перешло черту. Расследование показало, что движения были похожи на те, что происходили вокруг Церкви Спасения. Не тот ли это человек? Похоже, он любил кого-то настолько, что заботился даже об образе мёртвого. Но для любви существует бесчисленное множество ограничений. Быстрее перечислить то, что не подлежит ограничениям. Естественно, поступок того человека оказался именно тем, что должно быть ограничено. «Он зашёл слишком далеко». Так что делать? Остаётся заставить его заплатить тяжёлую цену, чтобы он больше никогда не мечтал о подобном. Раз он осмелился приукрасить смерть преступника, лучше показать всему миру мерзкое зло, которое тот совершил, и втоптать его репутацию в грязь. — Тогда Деон Харт не собирался убивать Круэля Харта, а Круэль Харт хотел защитить Деона Харта от людей герцога. — Дальнейшая ситуация легко предсказуема. Люди герцога хотели убить обоих, но Круэль Харт пожертвовал собой, чтобы спасти жизнь Деона Харта и дать ему сбежать. Место побега... вы ведь знаете? Мир демонов. Пол, до этого слушавший Дана с закрытым ртом, медленно заговорил. Голос был чуть медленным, но звучал ясно и уверенно: он не забыл, где находится и в какой ситуации. — Почему именно мир демонов? Деон Харт находился под защитой бывшего императора. Если бы он пошёл во дворец, его бы защитили. Пол уже собирался закончить на этом, но заметил насмешливый взгляд Дана, будто тот спрашивал, серьёзно ли он, и запоздало добавил: — ...Если он опасался, что герцог вмешается в путь, разве нельзя было отправить его на время в другое королевство? — Нет. Ваш взгляд полностью смещён. Почему вы не думаете с позиции Круэля Харта? Это ведь его решение. Пол слегка нахмурился. Объяснение последовало без паузы на размышления. — Понимая, что его смерть неизбежна, он наверняка хотел отправить человека, которого хотел защитить, в самое безопасное место. Предложенный вами способ — краткосрочное решение, почти временная мера. Круэль, предвидя будущее, где не сможет защищать Деона Харта лично, смотрел как можно дальше. — В этом смысле императорский дворец — и, шире, Империя — не подходят. Влияние герцога туда легко дотянется. Другое королевство? Да, неплохо, но когда война внутри человеческого мира только закончилась, а Империи трудно доверять, примут ли они Деона Харта, главную силу Империи, без вопросов? Нельзя игнорировать возможность, что его схватят и будут допрашивать о намерениях. Возможно, они использовали бы это как повод для протеста против Империи. Даже если бы приняли, вскоре отправили бы обратно: в войне с миром демонов никто не оставит у себя основную силу Империи. — Так что ещё остаётся? Ничего, кроме мира демонов. ---------- Сопровождение адъютанта (4) ...Вот как. Когда Дан опомнился, он уже был пойман с поличным. На первый взгляд казалось, что тема разговора сосредоточилась на злодеяниях герцога, но в ситуации, где истина уже была вбита гвоздём, нельзя было легкомысленно относиться к тому, что скажет собеседник дальше. Последствия наверняка будут серьёзными. Отступать было поздно. В такие моменты остаётся лишь сменить тему и направить разговор в другое русло. Пол, до сих пор молча слушавший, чтобы сгладить положение, открыл рот: — Значит ли это, что Круэль Харт знал, где находится Деон Харт в мире демонов? — Нет. Не знаю. Возможно, его отправили туда, потому что верили в способности Деона Харта. — В самое безопасное место, значит... — Даже если там опасно, разве опаснее, чем в человеческом мире? Разве не легче иметь дело с риском, который видно сразу, чем с политической и скрытой угрозой? К тому же герцога нельзя убить без последствий, а вот монстра или демона — можно. Возможность устранить фактор риска тоже очень важна. На лице Дана появилась спокойная улыбка, будто всё это его забавляло. Я владелец игорного дома... нет, владелец торгового дома. Неужели думаете, что такая дешёвая попытка меня сдвинет? И всё же продолжать бессмысленную словесную перепалку ему не хотелось. Поэтому, чтобы у них не осталось шанса снова задать тот же вопрос, Дан первым нанёс ответный удар: — Почему вы молчали, когда звучала ложь, а теперь пытаетесь грызть покойника? — ...Разве это не вы сейчас грызёте покойника? — Сравнение некорректно. Я всего лишь раскрываю правду, чтобы снять обвинение с невиновного. А вы пытаетесь нападать на мёртвого, опираясь на неподтверждённые подозрения. Его речь становилась всё грубее. Пол замолчал, и Дан, гордо пожав плечами, резко обратился ко всем, кто смотрел на экран. — Подведём итог. Человеком, убившим Круэля Харта, был герцог. Если истолковать это немного шире, то виновником того, что Деон Харт оказался в мире демонов, также был герцог. Не знаю, кто пытался возвысить образ герцога, но первыми мёртвых вытащили именно они. Так что и то, что теперь сам герцог стал ещё одним объектом всеобщего презрения, — их собственная заслуга. Уголки губ Дана приподнялись. «Кажется, выкапывание могилы человека, чьи тяжкие грехи раскрылись после смерти, и отсечение головы трупу называют судом адъютанта?» Раз уж имена мёртвых вытаскивают наружу и рвут на куски, это тоже можно было назвать судом адъютанта — только в другом смысле. «Ну, герцог всё равно преступник». Дан не собирался беречь грешников. Особенно если их жертвой был человек, которого он знал. Подумав о Деоне, наблюдавшем позади, он спокойно продолжил: — Иными словами, их утверждение, будто Деон Харт убил собственного брата, чтобы угодить вкусам демонов, полностью ошибочно. История, сделав круг, вернулась к исходной теме. В результате «причина, по которой демоны приняли Деона Харта», на которую ссылался Пол, рассыпалась на куски. Вместе с ней потерял основание и довод о том, что Дана приняли только потому, что он подчинённый Деона Харта. Люди, наблюдавшие за происходящим, теперь должны были подумать: утверждение «принимают только людей, связанных с Деоном Хартом» больше не звучит убедительно. «Может, и нас примут?» «А вдруг этому можно верить?» «Мир демонов всегда твердил, что принимает и других людей, кроме Деона Харта. Кто знает». На самом деле Деон Харт действительно убил «семью». Поэтому Дан сузил формулировку до «старшего брата», но, к счастью, этого, похоже, никто не заметил. Впрочем, он намеренно всё запутал, так что неудивительно, если у них в голове полный хаос. Имя Деона Харта очистилось от одного обвинения, а репутация герцога была испачкана. Более того, Деон и демоны ясно обозначили то, чего хотели, и создали нужную атмосферу. Можно сказать, они получили всё. Полная победа. Дан злорадно рассмеялся. *** — Я же сказал, что просто расскажу правду. Деон произнёс это сдержанно. — Ты и рассказал правду. Дан улыбнулся. Деон молча посмотрел на его лицо и глухо вздохнул. Он точно собирался как следует его отчитать. Если уж не отчитать, то хотя бы ударить по затылку... — Бесполезная работа. В итоге из него вышло только лёгкое ворчание. Именно это его и удивило. Он думал, что из-за такого вопроса придётся устроить долгий серьёзный разговор, но вместо ярости вырвался лишь сухой голос. — Ты думаешь, я молчал потому, что не знал, как объясниться? Он молчал не потому, что не мог найти способ снять с себя обвинение. Если бы Деон захотел, он мог бы собрать доказательства и решить проблему ещё в тот день, когда услышал слухи, расползшиеся по человеческому миру во время словесной войны с революционной армией. После этого у него тоже было достаточно времени. И всё же он ничего не сделал. Потому что считал себя первопричиной смерти Круэля. «Если бы не я, Круэль был бы жив». Если бы он не убил свою семью. Если бы не ошибся. Если бы попытался поговорить с Круэлем, пусть даже слишком поздно... тот бы не умер. Иными словами, Круэля убил он. Поэтому Деон молчал. Возможно, в этом была и какая-то форма искупления. — Простите. — Всё в порядке. Дан всё испортил, и всё же над гневом и раздражением вдруг взяло верх неясное, трудно определимое чувство. Тогда Деон понял кое-что. «...Похоже, я устал сильнее, чем думал». Может быть, он и правда ждал, что кто-то признает его и решит эту проблему за него, сняв с его плеч груз. Конечно, осознание ничего не меняло. В конце концов Деон отказался от мысли отчитывать его и заговорил, не глядя в глаза. — Ты специально тянул время вступлением в начале? Чтобы спровоцировать вмешательство революционной армии. — ...Да. — Не думал, что ты и это просчитал. — Простите. — Я сказал, хватит. Больше не извиняйся. Всё равно мы закончили благополучно, так что просто перейдём дальше. Если бы всё завершилось хоть немного хуже, так гладко он бы не отделался. Но проверить кое-что всё равно нужно. Похоже, эмоции уже улеглись. Деон поднял взгляд с подбородка Дана и встретился с ним глазами. — Документы ты не мог достать сам. Ты сам сказал, что это сделали «неизвестные люди». [Возможно, вы слышали, что организации, в основном занимавшиеся заказными убийствами, недавно были полностью уничтожены нападением неизвестных лиц до такой степени, что восстановление стало невозможным.] Дан кивнул. — Да. Помогли рыцари Лофти. — Как я и думал... Тогда это и показалось подозрительным. Говорили, что у них болит голова и они устали... Позже Деон попытался отвлечься, но подозрительность была настолько явной, что игнорировать её не получалось. И всё же он решил, что вреда ему это не принесёт, и оставил всё как есть. Вспомнив подозрительную реакцию, которую увидел, когда зашёл в общежитие бешеных псов с алкоголем, Деон усмехнулся и двинулся с места. — Куда вы? — Туда, где могут быть дикие псы. — Скорее всего, на тренировочном полигоне. Дан, быстро поняв, что речь о рыцарях Лофти, ответил и последовал за ним. Напряжение рассеялось вместе с мягко потёкшим воздухом, и в голове начали появляться бесполезные мысли. «Из бешеных псов они повысились до диких. Стоит ли праздновать?» Но для диких псов они слишком хорошо приручены. Нет, для всех, кроме хозяина, они действительно как дикие псы... — Торговый дом... — Да? Дикий пёс? — Что? — Да? Деон молча остановился, согнул средний палец и большой, приложил их ко лбу Дана. В следующий миг раздалось: бах! — будто что-то треснуло. — Проснись. — Мне кажется, душа вылетит раньше, чем разум вернётся... — Ничего. Не умрёшь. Деон снова пошёл. Слыша за спиной шаги, он повторил то, что хотел сказать минутой раньше: — Торговый дом успел уйти вовремя? — Ещё не проверял, но если всё по плану, они должны были отойти как положено. — Жизнь не всегда идёт по плану. Проверь как можно скорее. — Да. — И ещё. Насчёт второго лидера революционной армии... Сначала было неясно, но теперь он понял. Деон нахмурился, вспоминая юное лицо на экране: тот выглядел так, будто только что сбросил мальчишество и стал молодым мужчиной. — Думаю, это парень, которого я видел в Церкви Спасения. — В Церкви Спасения? — Да. Ты тогда не ходил со мной, поэтому не знаешь, но там был мальчик, который заботился о девочке. Тогда он видел его лишь мельком, а теперь тот заметно вырос, поэтому Деон не сразу его узнал. Но, увидев второй раз со стороны наблюдателя, он был почти уверен. — Имя нынешнего лидера революционной армии... — Да, Пол. Мальчика, который проник в Церковь Спасения и позвал разговаривавшую с ним девочку, тоже звали Пол. [Шия! Что ты делаешь! Нам пора идти!] [А, Пол! Прости, мне нужно идти.] Деон тихо усмехнулся, ясно вспомнив довольно давнее воспоминание. — Имя распространённое, но и лицо то же, так что сомнений нет. Немного удивительно, как он дошёл до нынешнего положения, но любопытства Деон не испытывал. Вместо таких бесполезных вопросов в голове прежде всего возникла мысль: это хорошо. Хотя этот человек уже дважды помешал и сбил ход событий. Деон вспомнил резкий взгляд мальчика, когда тот уводил девочку по имени Шия. Если он так о ней заботился, её можно использовать как слабое место. Если всё сложится удачно, его удастся убрать чисто. Собрав мысли, Деон позвал Дана: — Найди девочку по имени Шия. Она была бедным ребёнком из Церкви Спасения. Для простолюдинки имя редкое, так что найти её будет нетрудно. — Шия... Действительно редкое. Понял. Тем временем Деон дошёл почти до цели и остановился. Почему он остановился здесь, если можно было пройти ещё немного? Дан, задумавшийся об имени и чуть не врезавшийся в него, наклонил голову. — Господин? Он подождал, но ответа не было. Медленно вышел сбоку и взглянул на выражение лица Деона. Тот смотрел на тренировочный полигон с откровенным недоумением. На лице Дана тоже появился вопрос. Почему такая реакция? Там кто-то есть? Пустой зал не вызвал бы такого выражения. Он, естественно, проследил за взглядом Деона. Вопреки ожиданиям, на тренировочном полигоне, как обычно, присутствовало большинство рыцарей Лофти. ...Нет, их было даже больше, чем обычно. Пожалуй, больше, чем Дан знал членов ордена Лофти. — Это что, место паломничества командиров корпусов?.. — бессильно пробормотал Деон. Дан тихонько хихикнул у него за спиной, а Деон холодновато посмотрел на сцену перед собой. Там командир Девятого корпуса Тровер демонстрировал бешеным псам физическую силу, которую сам называл магией. — Это магия усиления тела! — Ва-а-а! Круто! — Как и ожидалось, вы в этом разбираетесь! Мне нравится! — Сколько нам нужно тренироваться, чтобы использовать такую сильную магию?! — Магия усиления тела — магия довольно высокого уровня. Пусть пока выходит неуклюже, но талант у вас есть. Если будете тренироваться постоянно, всё получится! Деон хорошо это помнил: когда-то он был судьёй в спарринге между Дерниваном, адъютантом командира Пятого корпуса, и командиром Девятого корпуса. Магия усиления тела, которую показывал командир Девятого корпуса... была обычным физическим укреплением. Какая ещё высокоуровневая магия? Почему они так воодушевились из-за этого? — Это была магия высокого уровня? Тогда научите нас и простой низкоуровневой магии! — Тогда научить вас заклинанию молчания? — О-о! Да! — Как низкоуровневая магия, заклинание молчания очень простое! Нужно лишь быстро ударить ребром ладони по кадыку противника. — Понятно! — Главное здесь — контроль силы! Если сосредоточиться только на скорости и вложить слишком много силы, получится не заклинание молчания, а убийственное заклинание. Будьте осторожны! Даже если речь о контроле силы, это всё равно не магия, верно?.. Дан уже дрожал, прикрывая рот. Деон некоторое время жалостливо смотрел, как бешеные псы накладывают друг на друга «заклинание молчания» ударами по горлу, а затем шагнул в их пространство. Похоже, только тогда они заметили его приход. Внимание тут же сосредоточилось на нём. — Командир! — Вы пришли! — Мы смотрели экран! Это было великолепно! — Как хорошо, что с вас сняли ложное обвинение! Стоп. Уверенные шаги Деона дрогнули. Не замечая этого, рыцари Лофти ярко улыбались и кричали: — Сейчас мы учимся магии! Мы как следует выучим её и потом покажем вам классное зрелище! ...Ха. Деон слабо улыбнулся. — Ладно. ---------- Сопровождение адъютанта (5) Герцог убил Круэля Харта. Эта короткая, но мощная правда потрясла весь человеческий мир. Одного раскрытия факта уже хватило бы, чтобы поднялся шум, но люди особенно восторгались красиво упакованной смертью герцога. Осознав, что их обманули, они разозлились сильнее, чем когда-либо. Имя, которое ещё недавно взлетало всё выше, в одно мгновение рухнуло в бездну и стало чем-то вроде имени «Деон Харт». — Герцог... нет, его даже герцогом называть не стоит. Его и дважды убить мало. Я будто рот испачкал, когда хвалил такого типа. Противно. — Если это правда, он совсем сумасшедший. Значит, виновник нынешней ситуации — Старбе Иллюстер. Как у него хватило наглости? Его совесть не колола? — Откуда нам знать, что внутри у злодеев? Говорить о совести в таком случае даже смешно. На самом деле сведения, которые они услышали, были крайне фрагментарными, поэтому с уверенностью утверждать «виновник — герцог» было нельзя. А если судить только по раскрытым фактам, грех Деона Харта всё ещё был куда тяжелее. Но какое это имело значение? Имя Деона Харта было разорвано на куски с того самого момента, как он вернулся в мир демонов, и давно превратилось в лохмотья. Рвать его ещё сильнее смысла не было. В такой ситуации свежее громкое имя перед глазами стало прекрасной добычей, и толпа бросилась к нему, выплёскивая накопившуюся ярость. Для того, кто пытался поднять ценность имени герцога, это было поистине несчастливое развитие событий. Разумеется, среди накала эмоций нашёлся кто-то, в ком осталось немного разума, и задал маленький вопрос: — Разве Круэль Харт не был подчинённым герцога? Он был официальным героем Империи, значит, наверняка был очень силён. Зачем его убивать? — Это же очевидно! Старший брат, должно быть, помешал герцогу убить младшего. Вот и стал раздражать. — Отвратительно — приказать убить старшего брата только потому, что он мешал... Но прежде всего, зачем герцогу вообще было убивать Деона Харта? — О, я кое-что об этом знаю. Тогда имперские дворяне делились на дворянскую фракцию и императорскую фракцию. Деон Харт явно был важной фигурой императорской фракции, а герцог стоял во главе дворянской. — В итоге братья оказались втянуты в политическую борьбу. Высшие люди... тьфу. Вскоре они сами нашли ответ и удовлетворились им. С самого начала им нужно было лишь что-то погрызть зубами, так что «причина», наверное, не имела особого значения. Даже если бы их оставить, они сами придумали бы правдоподобное объяснение и на этом успокоились. Мужчина в плаще потянул край капюшона и улыбнулся. Рот, который не скрывался под тканью, изогнулся плавной дугой. — Что ж, возможно, есть и другая скрытая причина, но пока, думаю, можно смотреть на это так. — Всё равно дворян не понять! У них и так достаточно власти, так чего им ещё добиваться? ...Но кто это вообще? — Проходящий путник. Мужчина в плаще слегка наклонил голову и перебирал монеты в руке, будто что-то подсчитывал. Из-под капюшона выбивалось немного зелёных волос, почти до подбородка. Благородство в манере речи, изящество в каждом лёгком движении. Как ни посмотри, он не выглядел человеком, которому место в столь грязном заведении. Так кто он? Неужели действительно дворянин? Наступила тишина. Мужчина, который только что язвительно говорил, что дворян понять невозможно, застыл и забегал глазами. Спина покрылась холодным потом. Среди напряжения, которое со стороны казалось почти страхом, человек в плаще, будто закончив расчёты, убрал в карман все монеты, кроме нескольких, и спокойно заговорил: — Могу задать вопрос? — Ч-что за вопрос? — Я слышал слух, будто где-то поблизости скопилось опасное количество монстров. Хотел бы узнать, правда ли это, и если правда — где именно. — А, да! Правда. Если выйти за крепостные стены, гора справа кишит ими! Мы пока едва держимся, но тревожно: кажется, скоро они прорвутся. — Понятно... значит, я пришёл куда надо. Спасибо, что сообщили. Это награда, возьмите. Дзинь. Монета полетела к нему. Мужчина, машинально поймав её, растерянно смотрел на человека в плаще, который поднялся со своего места. Зелёные волосы, мелькнувшие под капюшоном, казались почему-то знакомыми, хотя он точно видел этого человека впервые. «Не может быть». В этот миг в голове всплыл один слух. Ещё когда его спросили о монстрах, что-то зашевелилось в памяти, и он окончательно не выдержал любопытства. — Куда... вы собираетесь идти? — Куда же ещё? Раз я спросил о монстрах, пойду их ловить. — А... Неужели он собирается прямо к горе, кишащей монстрами? Несомненно. Это тот самый человек из слухов. Мужчина широко раскрыл глаза. Зелёноволосый герой, который внезапно появляется где-то на континенте и странствует, расправляясь с монстрами. Надёжно известен лишь цвет его волос, поэтому даже время его первого появления остаётся смутным. Ходили слухи, что он появился после того, как столицу Империи растоптала армия Короля демонов... «Не думал, что он настоящий». Честно говоря, мужчина не верил. Разве это не похоже на сказку — герой странствует по континенту, убивает монстров ради слабых и спасает бесчисленные земли и деревни? В реальности «герои» слишком заняты войной, чтобы заботиться о монстрах в таких отдалённых местах. Даже если они защищают людей, то скорее защитят тех, кто стоит выше, а не простых ничтожных людей. Поэтому он считал этот слух выдумкой тех, кто устал от войны и отчаялся из-за падения Империи, — маленькой надеждой. — Тогда я пойду. Мужчина положил деньги у стойки и без колебаний вышел. Сегодня эти владения освободятся от угрозы монстров. Мужчина и остальные молча смотрели ему вслед. Так родился ещё один слух о «странствующем герое». Стигма Примиро, выйдя наружу, медленно поднял голову к небу. Голубизна неба заполнила карие глаза. Голос с примесью смеха прозвучал легко: — Сегодня тоже хорошая погода. Такая хорошая, что её хотелось ненавидеть. Сколько времени прошло с последнего дождя? Возможно, небо разгневалось из-за того, что на этой земле пролилось слишком много крови. В какой-то момент небо перестало плакать. Реки и озёра мелеют, пруды уже высыхают. Земля тут же покрылась трещинами, а оставшаяся почва, пропитанная кровью, которую не смыли дожди, отвергает посевы. Число людей, умирающих от войны, и число людей, погибающих от голода из-за засухи, становятся почти одинаковыми. Это уже слишком. Стигма тихо цокнул языком и опустил взгляд. «Зато благодаря этому экран было хорошо видно». Экран на фоне чистого неба без единого облака был удивительно ясным. Благодаря этому Стигма смог увидеть все сцены, ничего не упустив. Даже подробности внешности и изменения выражения лица Деона Харта, сидевшего сбоку. «Он завязал волосы». Столько времени прошло. Стигма задумался, сколько времени минуло с первой встречи с Деоном Хартом, но вскоре сменил тему мыслей. Это было неважно. «Кажется, его звали Дан?» Глаза под капюшоном весело расширились, когда он вспомнил победителя и главного героя этой словесной войны. «Самовольно раскрыл правду...» Наверное, после этого его не отругали. Деон, возможно, пытался скрыть выражение лица, но от глаз Стигмы оно не укрылось. Когда дерзкий подчинённый сообщил, что герцог убил Круэля Харта, Деон был застигнут врасплох. Иначе говоря, это была совершенно незапланированная ситуация. Значит, он действовал самовольно, ничего не сказав... — Поразительно. Низкий шёпот рассеялся в воздухе. Голос, в котором звучало лёгкое восхищение, продолжил: — Похоже, у тебя немалая репутация, младший. У тебя хорошие подчинённые. Нелегко иметь подчинённого, который добровольно рискует ради тебя, включая этих безумцев. Стоять на экране представителем мира демонов — такое положение, где при одной ошибке тебе в тот же день снесут голову. Даже просто делать то, что приказано, — уже достаточно, чтобы перехватывало дыхание от напряжения. И всё же Дан сделал рискованный выбор ради Деона Харта. — Или это способности младшего хороши? Так или иначе, подчинённого Дана нужно поздравить. Он не только выиграл словесную войну, но и, стоя на экране представителем мира демонов, получил меньше проклятий, чем можно было ожидать. Оно того стоило. Большая часть внимания ушла на герцога, а остальные начали задумываться, присоединиться ли к миру демонов. Если теперь неосторожно нападать на Дана, после возвращения в мир демонов будут проблемы. «Если так пойдёт дальше, крах человеческого мира — лишь вопрос времени». С этим тоже стоит поздравить младшего. Круэль Харт, которого ложно обвинили и отправили в мир демонов, был оправдан как «старший брат, который со слезами на глазах до последнего пытался защитить младшего». И одновременно скоро будет достигнута первоначальная цель — раскол внутри человеческого мира. Разве это не идеально? Стигма собирался встретиться с ним в конце, но при таком развитии событий день встречи может наступить раньше. Неплохо. На лице Стигмы появилась улыбка. «Да, младший. Не колеблись и иди дальше». Он говорил это ради него. Стигма кое-что знал о «грехе» и «карме». Поскольку его собственное поведение шло по следам предыдущего поколения, он хорошо знал и мелкие детали древней истории. Не грандиозные исторические рамки вроде войн, а повседневность прошлого. Например, народные песни, передающиеся с очень давних времён. Знает ли Деон, что у «Совета Смерти» есть второй куплет? Нет, прежде всего, знает ли он само название — «Совет Смерти»? Может быть, слова и мелодию первого куплета он знает, но второй куплет и название — нет. Название и второй куплет были утрачены в процессе устной передачи. Стигма сумел отыскать связанную с этим книгу и, сопоставив её с другими мифами, получил новые сведения. Так что, младший, я осмелюсь дать тебе совет. — Если уж тебе не избежать греха, почему бы не совершить грех больший, чем кто-либо другой? Это и ради моей цели, и ради твоей выгоды. Совершить грех больший, чем кто-либо другой... Стигма пошёл вперёд, тихо напевая забытый второй куплет старой народной песни. Он прошёл мимо стражников у ворот, которые, выглядя усталыми, отговаривали его и говорили оставить проблему монстров им, потому что снаружи опасно, и направился к горе. Теперь пора двигаться ради чести. Если кто-то узнает его и спросит, вернётся ли он в Империю, он без колебаний ответит. Это не возвращение. Не нужно даже думать: быть «героем континента», а то и «героем человеческого мира», куда почётнее, чем «героем рушащейся Империи». Когда гибнет столько людей, а в Империи не хватает дворян, Стигма охотно отказался от титула и выбрал стать «героем», словно из сказки. *** — Я думал, что после смерти Круэля Харта он по-настоящему остался один. Несмотря на слова, что ему неинтересно, Король демонов смотрел на экран от начала до конца. В любом случае казалось, что Дан намеревался сделать нечто помимо приказанного. Нужно было следить, что за аварию он устроит — вредную или нет. И вот что получилось. — У нашего будущего учителя хорошие способности. Его глаза изогнулись в слабой улыбке. То группа сумасшедших людей берёт командира корпуса в заложники и присоединяется к нему. То человек, которого они привели, делает опасные вещи ради Деона Харта прямо перед всеми. Похоже, у Деона Харта есть талант притягивать безумцев. Ну, в любом случае. «Теперь он должен понять, что тот действовал так открыто ради его же пользы». Каким бы непонятливым он ни был, теперь он поймёт. Поймёт, что не один. Одинокие люди избавляются от одиночества, когда осознают, что они не одни, независимо от числа людей вокруг. Король демонов улыбнулся с сожалением. — Теперь ты больше не один, Деон. Привести людей в центр мира демонов — уже необычно, а пойти дальше и выстроить собственную силу — ещё хитрее. Вспомнив Дана и рыцарей Лофти, Король демонов на мгновение будто остановил мысли из-за жуткого блеска в глазах. Но вскоре его настроение смягчилось. «...И всё же это не так уж плохо. Пока оставим». Лучше пусть опирается, чем ломается. Его интерес к Деону ещё не угас. ---------- Сопровождение адъютанта (6) В небе появился экран. Это было уже в третий раз. На мгновение высокопоставленные лица разных стран окаменели, но едва увидели лицо мужчины на экране, тут же двинули войска. Пункт назначения — торговый дом Дана. Они смогли среагировать так быстро потому, что с того момента, как узнали о связи Дана и Деона Харта, всегда держали его лицо в памяти. «Он показался так открыто...» «Значит ли это, что он бросает или выводит торговый дом, работавший в человеческом мире?» Торговый дом Дана был крупнейшим торговым домом человеческого мира. Поскольку он почти занимал монопольное положение, его уход грозил серьёзным ущербом во множестве сфер. Лица монархов похолодели. Они знали, что это яд, но оставляли его, потому что он был необходим. Не пользоваться торговым домом означало сразу столкнуться с множеством неудобств и трудностей. Они словно проделали дыру в груди, чтобы легче дышать, и использовали другой яд, чтобы сдержать распространение первого, пока не найдётся противоядие. А теперь, прежде чем противоядие нашли, яд взорвался. Какое отчаяние они испытали, услышав доклад: когда солдаты прибыли к филиалам и даже в штаб, все уже ушли. А когда сообщили, что они не оставили ни одной травинки, некоторые, не выдержав смешанных чувств, закрыли лицо рукой. И в словесной войне, последовавшей за заявлениями Дана и вмешательством лидера революционной армии... — Деон Харт — герой. Король Рвече тихо пробормотал это. Для человечества это должно было стать потрясающей новостью, но он оставался спокоен. Потому что его это не интересовало. Поразительно — и только. Когда-то, скорбя о смерти младшего брата, он пожелал, чтобы Деон Харт стал героем и отомстил императору вместо него. Вспомнив это, он на мгновение сделал странное лицо, но скоро успокоился и упорядочил мысли. «Жаль, что торговый дом ушёл... но это не сильный удар». Потерять удобного порученца и канал, по которому легко приходили деньги, неприятно, но прямого вреда нет. Рвече изначально богато ресурсами и самодостаточно. «Смерть Круэля Харта...» Он слышал, что отношения между ним и Деоном Хартом были плохими. Это было неправдой? Слухи о неприязни возникли не на пустом месте; похоже, между ними были отношения любви и ненависти. Такие, когда человек ненавидит, но не до желания смерти, а перед лицом гибели скорее хочет защитить ценой собственной жизни. Король Рвече, вспоминая это своеобразное братское чувство, вдруг подумал о своём давно умершем младшем брате и мягко сжал подбородок. Мысли текли медленно. «Жаль». Герцог убил его? Теперь, когда внезапно стало известно, что виновником был герцог, ситуацию легко было понять. Герцог Империи в то время был главным внутренним врагом императора, а Круэль Харт служил ему. Человек уровня герцога не выбросил бы полезное оружие только из-за эмоций. Значит, это было убийство по необходимости, а не по чувству. «В мире дворян это и называют убийством по необходимости... очевидно». Два брата оказались втянуты в политическую борьбу. Теперь король понимал, почему Деон Харт встал на сторону мира демонов и сделал Империю первой целью. Это был лучший способ уважить волю брата, отправившего его в мир демонов, и одновременно отомстить герцогу. Смерть Круэля Харта, в отличие от других смертей, была жертвенной — смертью ради спасения одного человека. Король, кажется, даже сам видел это, но не думал, что Деон Харт в такой ситуации сможет сохранить разум и сделать наилучший выбор. Наверняка тот был вне себя. Король Рвече глубоко вздохнул. «Конечно, несмотря на восхищение и сожаление, защищать его я не собираюсь». Ради одной мести было принесено в жертву слишком много людей. Последствия его действий были слишком ужасны, чтобы восхищаться, а грехи Деона Харта слишком велики, чтобы жалеть его. Поэтому король аккуратно подвёл итог своим человеческим чувствам к Деону Харту. Что бы ни случилось, самый важный вывод не изменится. «Мы не вмешиваемся в войну и сосредотачиваемся на внутренних делах». Если Рвече не сделает ничего особенного, мир демонов оставит Рвече напоследок при завоевании человеческого мира. Они своего рода пример того, какие выгоды получает королевство, действующее так, как желает мир демонов. Так что до того времени нужно тихо укреплять военную мощь. Чтобы, когда мир демонов обратит взор сюда, Рвече не было легко победить. За пределами простого усиления лучше было бы создать карту, способную привести противника за стол переговоров. — Империи придётся тяжко. И без того в критической ситуации, когда военная мощь ослаблена, одно из крупных королевств настаивает на невмешательстве в войну. Король горько усмехнулся. Кроме военной силы, сменился владелец трона и изменилась столица. Герцог, который вместе с бывшим императором Эдоардо Дезертом был другим центром власти, умер, значит, структура власти тоже должна быть в хаосе. Если Эдоардо Дезерт не воскреснет... да даже если и воскреснет, сможет ли молодая императорская семья справиться с этой ситуацией, которую трудно контролировать? — И всё же хорошо, что Рвече не присоединится к миру демонов. Не то чтобы они за это поблагодарят. Рвече не возвращается к миру демонов. И не только из-за обещания, данного прямодушному рыцарю Империи в день, когда король потерял брата. У короля больше не было злобы к Империи. Потому что он услышал, как умер император. Это было содержание, от которого любой слушатель хоть на миг замолкал. Даже услышав не лично, а через доклады, он был поражён. Это была история, которую нельзя было игнорировать. «Мне всё равно жаль младшего брата». Это не значит, что он притупился к смерти брата. Со временем он признал пустое место и смирился, но воспоминания по-прежнему занимали огромную часть его сердца, а чувства оставались живыми. Однако, независимо от личных чувств, смерть императора горела так же великолепно, как и его поступки до самого конца. Всем оставалось лишь признать это и проявить уважение. Поэтому свою обиду за смерть брата он погасит смертью того, кого больше нет в этом мире. Значит, больше он не будет ненавидеть Империю. Иными словами, Рвече не станет вмешиваться в Империю, которой правят его племянники, и если ситуация или сердце изменятся, при необходимости они смогут снова взяться за руки — пусть даже шанс будет один. «Всё равно, кажется, когда он умер, он и так унёс с собой много всего. Если добавить ещё одно, заметно не будет». Забирай всё с собой. А я потом тебя за это побью. Возможно, Эдоардо Дезерт охотно принял бы это. Так король Рвече в одностороннем порядке объявил сделку тому, кто уже не мог услышать, и аккуратно уладил свою обиду на Империю. *** И было ещё вассальное государство, на которое король Рвече не обратил внимания. Маленькое королевство, которое и без того часто оставалось незамеченным из-за слабого присутствия, разочарований по разным вопросам и сосредоточенности на укреплении внутренней стабильности. — Деон Харт — герой... Король королевства Тэхон крепко закрыл глаза. Среди всех многочисленных людей — именно Деон Харт. Казалось, мир вот-вот рухнет. И, кажется, говорили Старбе Иллюстер? Зачем герцог сделал это? Разве не из-за него Деон Харт отправился в мир демонов? Выразив обиду на герцога, чьего лица даже не знал, король на мгновение спокойно собрал эмоции и опустил взгляд на стол. «Раз главные силы обеих сторон изменились, придётся всё пересчитать». Он положил перо по обе стороны от белого и чёрного камня и двинул рукой. Большой белый камень сдвинулся к чёрному. Глядя на него рядом с крупным чёрным камнем, он вздохнул. — Что же делать теперь... Королевство Тэхон было очень маленьким и слабым, поэтому его король должен был быть умнее всех, чтобы защитить страну, и именно так он до сих пор выживал. Хождение по канату, разумеется, тоже входило в это искусство. «Сможет ли Рвече действительно защитить это королевство, если даже герои на стороне мира демонов?» Ответ пришёл быстро. «Нет». Он думал снова и снова, но ответ был тем же. Невозможно. То, что мир демонов сейчас не атакует Рвече, не означает, что он не нападёт в будущем. Приоритет лишь отложен. Более того, если Рвече не будет сотрудничать с другими королевствами, падение Горного королевства и Империи — первоочередных целей — станет лишь вопросом времени. А когда они рухнут, Рвече, следующее в очереди, тоже упадёт как домино. Про королевство Тэхон, находящееся под ним, и говорить нечего. «Значит, нужно решить». Присоединиться к миру демонов или остаться? Перед решением он прочёл достаточно сведений о демонах в древних и других книгах. Демонов определяли как «зло». Но эта точка зрения была слишком предвзятой, чтобы верить ей как есть. Поэтому он вспомнил время, когда границу с миром демонов обнаружили здесь, в королевстве Тэхон. Тогда демоны, скрывавшие личности, часто приходили и уходили. Он помнил мелкие преступления вроде воровства, но серьёзных — убийств и тому подобных — не было. Напротив, они казались глупыми... даже наивными, неспособными как следует скрывать свою сущность. Конечно, это лишь часть расы демонов, и нельзя судить о целом по обрывкам, но... — ...Я решил. После долгих размышлений король сделал выбор. *** Если даже Рвече, у которого всего одно вассальное государство, не может как следует контролировать признаки предательства, что уж говорить о Горном королевстве с несколькими вассалами? Из-за этого инцидента Горному королевству едва не пришлось с открытыми глазами смотреть, как привлечённое им вассальное государство превращается в яд. Если бы так случилось, ущерб был бы серьёзным: пришлось бы тратить войска на внутренний надзор из-за возможного предательства. Если бы не талантливая тактик, нанятая недавно, они могли бы оказаться пойманными с открытыми глазами. Но. Сэрин сказала кое-что, когда, став писарем, первым делом осмотрела положение страны. [Горное королевство привлекло слишком много вассалов. Это опасно. Если вы не растоптали и не завоевали их так полно, что они не смогут восстановиться, то достижения, полученные убеждением, легко будут разрушены убеждением других. Сейчас, возможно, всё в порядке, но однажды это станет внутренней угрозой.] [Что же мне делать?] [У меня есть одна мысль... но она может показаться абсурдной. Нет, точно покажется. И всё же я хочу, чтобы вы доверились мне и выслушали... Выслушаете?] [Сначала скажи.] Королева Горного королевства Ёнхва, вспоминая тот разговор, оглянулась на Сэрин, стоявшую сбоку. Экран поднялся в небо, и торговый дом ушёл. Особенно Горное королевство, сильно зависевшее от торгового дома, должно было получить большой удар. И всё же это было всё. Слова мужчины на экране не оказали большого влияния. Благодаря способному стратегу Горное королевство сумело подавить превращение вассалов в яд. — Благодарю. Благодаря тебе мы сократили ненужную трату войск. Сэрин, которая сама пришла в Горное королевство и своими способностями поднялась до советницы королевы, мягко улыбнулась. — Полностью избежать влияния невозможно, но это хотя бы заставит их колебаться перед предательством. — Да. Ты и правда очень необычна. Как тебе пришла в голову мысль превратить королеву страны в «бога»? — Когда вы говорите «бог», звучит непривычно, но если разобраться, в этом нет ничего нового. Народ и раньше восхвалял и следовал за святой правительницей, верно? Я лишь помогла выражать это активнее. Метод, которым она воспользовалась, чтобы предотвратить предательство вассалов, был поистине нетрадиционным. Никто не додумался бы до такого, а если бы и додумался, отмахнулся бы как от нелепости и никогда не попытался бы воплотить. [Есть то, что многие власть имущие упускают: общественное мнение — воля небес. Правители — меньшинство, народ — большинство. Меньшинство может стоять над большинством лишь потому, что большинство молчаливо разрешило это. Значит, контролировать нужно не руководство, а общественное мнение внизу.] Сэрин превратила всю страну, включая вассалов, в фанатиков, следующих только за одной королевой. ---------- Сопровождение адъютанта (7) Голос большинства обладает силой, которую нельзя игнорировать. Народ — это большинство. Правителям неизбежно приходится оглядываться на мнение народа. Даже если они действуют по собственной воле, их запал стихает, когда множество людей собирается вместе и поднимает мощный голос. Существует бесчисленное множество примеров людей, которые не сумели этого сделать и в итоге встретили жалкий конец под гневом общественного мнения. Иными словами, если захватить общественные настроения королевства, контролировать само королевство не будет невозможно. — Это стало возможным только потому, что Ваше Величество — святая. Иначе я бы тоже не смогла использовать такой метод. Женщина, заставившая людей страны, которая хоть и была вассалом, но имела собственного монарха, восхвалять королеву Горного королевства, ярко улыбнулась. Королева Горного королевства, слушавшая её, тихо рассмеялась. — Сегодня ты говоришь сладко. Обычно у способных людей характер непростой, но ты разносторонняя. — Спасибо за добрый взгляд. — Поистине жаль и расточительно, что человек с таким талантом одержим любовью. Сэрин закрыла рот. Королева Ёнхва поднялась и подошла к ней. Она протянула руку к молчащей даже на таком близком расстоянии девушке и кончиками пальцев слегка приподняла её опущенную голову, будто забавляясь. Глядя прямо в дрожащие глаза, спросила: — Твои мысли всё ещё не изменились? — ... — Это человек, который до самого конца не смотрел на тебя. Одного желания отомстить уже достаточно. — Ваше Величество. — О, конечно, я не мешаю тебе мстить. Я лишь спрашиваю: как насчёт того, чтобы полностью забыть о мести такому мужчине и продолжить работать ради человеческого мира и Горного королевства вместе с Гвейн? — Простите. Дрожь в глазах Сэрин застыла. Ещё до того, как впервые доказать свои способности и начать служить королеве, Сэрин ясно обозначила намерения перед будущей госпожой. [Моя цель — убить Деона Харта.] [В нынешней ситуации это естественно...] [Нет, я говорю не об этом.] [...] Хотя простолюдинка осмелилась перебить королеву, королева Горного королевства ничего не сказала. Не смогла. Потому что глаза, встретившиеся с её взглядом, были полны отчаяния и кружились, будто человек потерял весь мир. Она сразу поняла. Та потеряла кого-то драгоценного. Потеряла не от чьей-нибудь руки, а от руки Деона Харта. [Я желаю смерти Деона Харта не в расплывчатом смысле, а искренне, по очень личной причине. Как только его смерть подтвердится, я уйду, независимо от того, закончится война с миром демонов или нет.] [...] [Я заранее раскрываю это Вашему Величеству, чтобы в будущем не было внезапного разрыва. Также прошу понять и признать, что мой главный приоритет — месть... прошу искренне.] Она выглядела так, будто уйдёт немедленно, если ей скажут, что её не поймут. Королева тут же начала считать в голове. Выгодно ли принять её? Что больше — польза или ущерб? Советы Сэрин как интриганки будут направлены на убийство Деона Харта. Вероятно, она будет советовать так, чтобы помочь отрубить ему голову, даже если это принесёт определённый ущерб. Это человек, который в особых ситуациях будет давать советы, окрашенные личными чувствами. Достаточно ли хороши её способности, чтобы нанять её даже ценой таких потерь? [...Хорошо. Я понимаю.] Думать было не о чем. [Я не буду вмешиваться в твою месть, пока ущерб для меня не станет чрезмерным.] К несчастью, Горному королевству не хватало людей. Страна держалась на одной королеве. Появление Сэрин стало крайне радостной новостью для Ёнхвы, которой было трудно одновременно уследить за множеством направлений. Что плохого в том, чтобы сделать смерть Деона Харта главным приоритетом? Его всё равно нужно убить, так что это не такая уж потеря. Напротив, пока он жив, она будет верно помогать — значит, это можно считать выгодой. Уйдёт после мести? Тогда её просто нужно будет убедить. Времени до того момента достаточно, а значит, всегда можно будет попробовать привязать её к себе. Вернувшись к реальности, Ёнхва посмотрела на Сэрин. Её встретила горькая улыбка — совсем не такая, какой она ожидала, а может, именно такая, какую уже предвидела. — Я знаю, что с точки зрения Вашего Величества он выглядит ужасным человеком, с которым не стоит иметь дела. Понимаю. Потому что на самом деле он плохой человек. Тем более после нынешнего случая, когда его ясно заклеймили как отброс человечества. Но... — ... — Сердце человека не всегда работает так, как кажется разумным. Даже если он знает её чувства и открыто ими пользуется, даже если совершает то, что любому показалось бы жестоким, Сэрин продолжает любить мужчину, который первым признал её ценность. Это была слепая привязанность — как у птицы, только что вылупившейся из яйца и принимающей первый увиденный объект за мать. — Для меня ещё очень далеко до того, чтобы найти нового господина, за которым можно следовать. У меня один хозяин. Если кто-то увидит, что она любит мусор по имени герцог и работает на него, её тоже привяжут к тому же мусору. Она прекрасно знает, что её будут ругать вместе с герцогом. Но ничего. Герцог — человек, который не попадёт в хорошее место. Значит, чтобы встретиться с ним, ей остаётся только упасть туда же, где будет он. Чтобы любить безумца, нужно безуметь вместе. Чтобы любить мусор, нужно стать мусором вместе. В этом смысле Сэрин уже была мусором. — Поэтому сдавайся, пока не устала ещё сильнее... — Если вы так говорите, во мне только сильнее разгорается желание. Не хватает фруктов и вина? До твоего ухода ещё много времени, а на Юге говорят: нет дерева, которое не упадёт после десяти ударов. Кто знает. — Люди — не деревья... Ёнхва отвернулась, притворившись, что не услышала неуверенный ответ. У неё тоже были причины не сдаваться. Союз с Рвече разрушен, а Империя не в положении, чтобы поддерживать Горное королевство. Что могут сделать юнцы, слишком занятые заботой о себе? Повторный союз с Империей был заключён лишь из уважения к воле прежнего императора, и Ёнхва, не питавшая к Империи особых ожиданий, оказалась в ситуации, где должна была выживать только силами собственного королевства. Поэтому, будучи в положении, где нужно привлечь хотя бы ещё одного талантливого человека, она никак не могла легко отказаться от Сэрин. Естественно, она сменила тему. — Кстати... ты в порядке? Попытка улучшить образ герцога обернулась обратным эффектом и катастрофой. — ...Хотите честный ответ? — Ох. Этого было достаточно. Ёнхва закрыла рот и легко похлопала её по плечу. Сэрин закусила губу. Имя герцога, которое она пыталась поднять до благородного, увязло в грязи. Теперь он оказался в положении Деона Харта, а то и хуже, и его безжалостно грызут. «Если бы я не затеяла такой бесполезной попытки». По крайней мере, он мог бы быть похоронен смертью обычного дворянина. Она собственными руками разрушила того, кого любила. Конечно, ей не было всё равно. «Я ещё и слышала, что недавно расползаются дурные слухи о герцоге...» Вздохнув, она в итоге закрыла лицо руками. *** Пол, который вышел из порыва, ничего не добился и был полностью сломлен тем, что его использовали по воле противника, сидел в кабинете и снова и снова пережёвывал горькое поражение. И вдруг понял. — Ты ждал, что я вмешаюсь. Дан ждал вторжения Пола. Чтобы раскрыть грех герцога, снять несправедливость с Деона Харта и, более того, использовать это как оружие нападения. Возможно, то, что он заранее знал о появлении экрана, тоже не было совпадением. Но и это было не всё. Пол, слышавший сырые слухи в самых низах, смог услышать и слухи, которые начали медленно распространяться вскоре после окончания словесной войны. «Говорят, герцог не просто убил Круэля Харта — он игрался с его головой». «Слышал, к телу человека прикрепили бомбу и взорвали». «Говорят, был контракт с дьяволом». Пока это была ранняя стадия распространения, и знали немногие... но догадаться об источнике было нетрудно. Наверняка Дан. Хитро. То, по чему можно было предъявить доказательства, он атаковал перед всеми через экран. А то, что из-за нехватки доказательств нельзя подтвердить как факт или трудно представить, распустил слухами. — Когда нападаешь на кого-то честно — подстрекательством и фабрикацией, — он трусливо готовит доказательства и бросается вперёд. Уже трусливо стоять перед экраном, держа в руках правду, но ещё трусливее — до и после этого использовать пропаганду и фабрикации. Пол, которого выжали до конца, сжал кулаки от поражения и злости и подумал: «Раз так, я буду мешать полностью». Это относилось к Королю демонов и другим демонам, но особенно Деон Харт и Дан никогда не добьются того, чего желают. *** Первым, кого нынешний император Империи Эльпидиус Дезерт увидел на экране, был не стоявший на помосте человек, а Деон Харт, сидевший в углу. Он слышал, как бывшая принцесса Алетея, ныне наследная принцесса, спешно отправила людей к торговому дому Дана, но при виде одежды Деона Харта стиснул зубы. — Он издевается над Империей? Чёрный мундир с золотой вышивкой, словно цветовое отражение формы, которую носили в Империи. Эльпидиус воспринял это как провокацию против Империи и тихо злился, но когда раскрыли, что Деон Харт — герой, сжал кулак уже по другой причине. Алетея, наблюдавшая рядом после отдачи приказа, тихо опустила глаза. Цель мести — герой. После осознания этого редкого совпадения между двумя членами императорской семьи воцарилась тишина. Канцлер Ардал, занимавшийся рядом документами, увидел это и приподнял бровь. Ему показалось, что то, что раньше было трудно понять, стало яснее. Глаза потемнели от подозрения. — Ваше Высочество наследный принц. Двое царственных особ запоздало пришли в себя и поправили выражения. Это лишь усилило его подозрения, и лицо Ардала исказилось. И всё же на всякий случай нужно проверить самому. Он медленно открыл рот, надеясь, что это недоразумение. — Я давно хотел спросить... — ... — Вы действительно... работаете ради Империи? — ...Вы спрашиваете очевидное. — Нет, я задал вопрос неправильно. Правда ли, что вы двое ставите Империю выше мести? — ... Повисла тяжёлая тишина. Эльпидиус и Алетея переглянулись, затем посмотрели на Ардала. Медленный голос продолжил, будто осторожно выбирая слова: — Если говорить честно, можно сказать, что мы преследуем и месть, и благо Империи. — Вы серьёзно? Вы оба знаете, что это невозможно. — ... — Пока вы двое — император и наследная принцесса, месть и безопасность Империи не могут сосуществовать. Чтобы отомстить, придётся отказаться от Империи; чтобы защитить Империю, придётся отказаться от мести. Поэтому спрошу ещё раз. Что для вас важнее — месть или Империя? Настойчивый. Алетея вздохнула. Эльпидиус молча смотрел на Ардала. Он понимал, что Ардал, как и бывший генерал Немезеус, был простолюдином, которого дядя лично взял на службу. Поэтому знал: тот так же негибок, как и способен. — Ты... ставишь Империю на первое место. Вместо ответа он начал с другой мысли. Ардал слегка нахмурился. Эльпидиус продолжил, не обращая внимания. — Я знаю, что ты ставишь Империю выше себя. Поэтому тогда... когда армия Короля демонов вторглась в бывшую столицу, если бы император сбежал, не оставив никого, ты лично стащил бы его вниз, отсёк ему голову и вывесил её. Ты человек, способный на это. Сделал страну такой — и сбежал жить? Раз он не способен взять ответственность за содеянное, с точки зрения Ардала он становится человеком, не заслуживающим быть императором и достойным смерти. — ...Вы хорошо меня знаете. — В переданных мне от императора материалах есть и оценка талантов, которыми нужно пользоваться. Нельзя размахивать оружием в руке, не зная, что это за оружие. Даже зная это, прежний император держал его рядом. Потому что Ардал — один из немногих, кто убьёт его, если он собьётся с пути. Но Эльпидиус отличался от Эдоардо. Ему нужен тот, кто подтолкнёт, а не тот, кто остановит. Человек, который высокомерно взвешивает правильность и неправильность пути, становится лишь помехой. Если так продолжится, с канцлером наверняка будет много столкновений. Поэтому он спросил: — Если я отвечу, что месть важнее Империи, ты свергнешь меня? ---------- Сопровождение адъютанта (8) — Вы сейчас...! Голос, поднявшийся почти до крика, внезапно оборвался. Ардал, осознав, что перед ним император, медленно закрыл и открыл глаза, успокаивая эмоции. Потом вновь заговорил — уже спокойнее. — Вы называете это ответом? Вы поистине самоуверенны. — Это всего лишь простой вопрос. Почему бы мне не быть уверенным? — Ха... вот как? Это не простой вопрос. Этим вопросом Эльпидиус выразил, что месть для него важнее Империи. Одновременно сам вопрос был давлением, попыткой вынудить собеседника показать, чего тот хочет. По сути, это была игра. Ты тихо последуешь моей воле? Или осмелишься рискнуть и остановить императора? — Уверен, вы спросили не потому, что искренне интересовались моим ответом. Он, вероятно, уже знал ответ. Ведь хорошо знал склонности канцлера Ардала. — И всё же, если нужно ответить, то да. — ... — Я свергну вас. Разве не естественно, если император не исполняет обязанности императора? Даже перед скрытым давлением и предупреждением его глаза не дрогнули. На самой вершине страны должен сидеть тот, кто служит стране больше всех. Таково моё убеждение. Поэтому даже сейчас оставьте глупые мысли и спокойно работайте ради страны. Если не уверены, что способны на это, лучше сойдите сами, пока вас не стащили. Канцлер Ардал осмелился угрожать двум членам императорской семьи. ...Ха. Алетея насмешливо фыркнула от абсурдности. Эльпидиус, с усмешкой, в которой смешалась горечь, сказал: — Ты поистине самоуверен. Такое не говорят перед императором. Лучше откажись от мысли, что император будет смотреть на тебя сквозь пальцы лишь потому, что дорожил тобой. — Когда я вёл себя безрассудно, прикрываясь ореолом императора? Я лишь обозначил свою позицию. Ни прежде, ни впредь Вашему Величеству не придётся ни о чём волноваться, а если вам не нравится моё отношение, вы можете просто уволить меня. Поэтому прошу воздержаться от подобных оскорблений. — Хорошо. Я понял, что ты хочешь сказать. Если он не поставит Империю выше всего, Ардал его свергнет? Эльпидиус положил локоть на правый подлокотник кресла и свободно наклонился корпусом. Алетея, сидевшая на левом подлокотнике с мечом в руках, молча перевела взгляд на канцлера. На лицах обоих всё ещё играли усмешки. — Во-первых, я не собираюсь тебя увольнять. Трудно найти человека настолько способного. — Но я не последую воле господина. Уверенное отношение было впечатляющим, но... что ж. Ты правда думал, что шантаж сработает на нас? Угроза канцлера была шантажом. Двое членов императорской семьи поняли это сразу. Алетея легко поднялась и медленно направилась к Ардалу. Она не шла прямо; сокращала расстояние, неспешно рисуя круг, словно хищник, обходящий добычу, и лениво заговорила: — Даже сейчас, когда внутри и снаружи Империи хаос, господин не станет добавлять ещё один слой смуты, меняя императора. Другие — возможно, но не сэр Ардал, который служит Империи больше всех. — ... — Даже если вы на всякий случай решите заменить его, чтобы свергнуть нынешнего императора, нужно подготовить того, кто станет следующим. Однако единственный человек, способный стабильно продолжить престолонаследие, — я. И я строго на стороне Его Величества, поэтому не стану действовать по вашей воле. — Мы не на публике. Можешь сейчас называть меня как тебе удобно. — Хорошо, брат. В любом случае господин, служивший императору рядом, лучше других знает: кроме меня нет законного преемника. Ведь, когда император взошёл на трон, он убил всех членов императорской семьи, кроме моего брата и меня. Всех братьев и сестёр, а также их детей. Она слышала, что с самого начала происшествия пути к бегству были тщательно перекрыты, поэтому никто не выжил. На фоне молчания канцлера в комнате прозвучал звонкий голос. — Конечно, если тщательно поискать, где-нибудь может обнаружиться боковая ветвь. Но чтобы посадить на трон такого неизвестного человека, придётся принять большой риск и вызвать смуту. Даже среди дворян наверняка появятся те, кто поддержит, и те, кто выступит против. Это напрямую связано с безопасностью Империи, так что в итоге господин не сделает такого выбора. — ... — Разумеется, если только он не совсем некомпетентен. Честно говоря, независимо от нашего настроя, одно мы умеем хорошо, верно? И они смеялись над этим. Потому что угроза канцлера была смешной. Сказав всё, что хотела, Алетея прекратила давить и вернулась к креслу, снова присев на подлокотник. Эльпидиус, чуть подавшись в сторону, чтобы ей было удобнее, лениво улыбнулся и сказал: — И ещё император кое-что говорил. — ... — «Я — Империя». — ... Ардал застыл. Эльпидиус горько улыбнулся, глядя на его застывшее лицо. — Так что не иди против моей воли. Уверен, ты не забыл приветствовать меня как императора. — ... [Смотри на нынешнюю Империю.] Даже говоря о себе, он в итоге насмехался над собой. Дядя произносил это в том смысле, что будет относиться к Империи как к собственному телу. Эльпидиус же говорил так, чтобы провести личную волю. Чем это отличается от других тиранов? Он знал, что портит благородный смысл этих слов, но отменять их не собирался. Глядя на лицо канцлера, теперь окончательно исказившееся, Эльпидиус не смог удержать последний крик совести и выпустил его наружу. — И всё же я намерен следовать воле императора и сделать поддержание Империи главным приоритетом, так что не слишком переживай. — ...Вы говорите, что будете только поддерживать её. Император хотел бы лучшей Империи, а не мести. — ... Я знал, что так и будет. Вот почему не хотел этого говорить. Эльпидиус вздохнул. Стоило умному человеку уловить зацепку, как он сразу сменил угрозы на убеждение. Поняв, что если не согласиться с такими людьми, они доставят больше всего проблем, Эльпидиус быстро сменил тему, пока его не втянули и не переубедили. — Местонахождение Стигмы Примиро всё ещё неизвестно? — ... Канцлер прищурился, понимая, что тот меняет тему. Эльпидиус встретил его взгляд, делая вид, что ничего не замечает. После короткой схватки нервов Ардал первым отступил с лёгким вздохом. — Мы отслеживаем его. Пока, пожалуй, стоит удовлетвориться подтверждением, что есть пространство для убеждения. Хорошо бы решить это как можно скорее, но не обязательно немедленно. Время ещё есть, позже можно будет убеждать снова. С самого начала он не ожидал многого: месть человека — не то, от чего отказываются сразу после пары слов. Упорядочив мысли, Ардал продолжил: — По всему континенту поступают сообщения о появлении зелёноволосого героя, поэтому преследовать его не слишком трудно... — Если противник решит быть «героем» и станет убегать или прятаться, поймать его будет сложно. Зачем человеку, который является героем, делать такое в ситуации, где даже один отряд на счету?.. Стигма Примиро сейчас пропал. Если человек исчезает, когда весь континент изуродован войной, естественно подумать о смерти. И всё же Эльпидиус был уверен, что тот жив. Потому что его смерть не подтверждена. Единственные, кто могут убить «героя» как отдельного человека, — существа вроде героя, Короля демонов или командира армии. Но невозможно, чтобы конфликт между такими людьми остался неизвестным. А если их было много, шум был бы ещё громче, и битва не прошла бы тихо. Так что весы неизбежно склоняются к «выжил». Кроме того, по континенту ходят слухи о зелёноволосом герое. Проблема в том, почему он ушёл. — Поговорим, когда встретимся. — И всё же хорошо, что он исчез, оставив рыцарей Примиро. — Почти половина из них погибла, так что осталось немного. Поскольку за ним усердно следят, а войска нужно беречь, сделать больше нечего. Эльпидиус, с полусмиренным вздохом перебирая документы, заметил заголовок одного лежавшего сбоку листа и коротко воскликнул, словно что-то вспомнил. — Ах, точно. Я давно должен был спросить. — ... — Ты знаешь что-нибудь о «культе демонов»? — Насколько я знаю, культ демонов — зловещая псевдорелигия, которая в последнее время безумно разрастается... — Она набирает популярность среди народа Империи. Псевдорелигия — и такая популярность. Стук-стук. Эльпидиус постучал пальцами по бумагам. Алетея вытащила документы снизу, бегло взглянула на них и сказала: — В этом мире нет идеального «добра», и уж тем более невозможна псевдо-«доброта». Особенно если большинство видит что-то в чрезмерно положительном свете, как сейчас, значит, обратная сторона дурна. Было бы неплохо как следует в это вкопаться, чтобы держать под контролем. — Согласен. Так говорил герцог. Если что-то кажется абсолютным добром или злом, с этим несомненно что-то не так. Он чаще всего советовал сомневаться в том, что называют «добром», потому что оно наверняка окажется крайне сомнительным. После нынешнего случая герцог прославился как подонок и в действительности был дурным человеком, но он не был настолько некомпетентен, чтобы игнорировать даже такие советы. Поэтому Эльпидиус приказал: — Слышал, канцлер? Разберитесь. — Как прикажете. И без того этот проклятый «Демон» был тем, что ему хотелось раскопать. Может быть, имя «Деон Харт» взято от имени «Демон Арут», которое тот использовал в мире демонов? Глаза Ардала вспыхнули, когда он пообещал себе на этот раз как следует всё исследовать. *** Герой, восхваляемый в культе демонов, сейчас развалился на диване. Король демонов поймал его и силой утащил в художественную мастерскую, заявив, что научит рисовать. Деон, всем своим кислым видом изо всех сил показывавший отсутствие интереса к живописи, в итоге попросил демона-служителя принести из его комнаты цветочный горшок, прижал его к себе и улёгся на диван в знак протеста. Королю демонов это показалось забавным. Вскоре он решил показать пример картины. Он сел перед холстом с кистью в руке, сказав, что сначала нарисует и покажет. Король демонов взглянул на Деона, который в редкой мирной атмосфере напевал и гладил горшок в руках, сменил кисть и заговорил: — Раз ты герой, талант у тебя наверняка есть, но, если не считать таланта, интереса к этому у тебя тоже нет. — Ну да... — Немного жаль. Если займёшься искусством, создашь что-нибудь, что войдёт в историю. — ...Так вы и дальше собираетесь учить меня в основном искусству? На каком основании... — Будь то поэт, исполнитель или художник, произведения, остающиеся в истории, обычно рождаются на основе несчастья автора. И неважно, «герой» это или нет. — ... Цк-цк-цк. Деон без слов взял бутон странного растения — видимо, служивший ему ртом — большим и указательным пальцами, будто щипцами, и потряс. Растение запротестовало, размахивая стеблем, но он не обратил внимания. Мягкий голос задержался в пространстве сквозь вернувшуюся тишину. Тема была совсем другой, чем мгновение назад. — Из человеческого мира ещё не связывались с желанием присоединиться к нашей стороне? К этому моменту один-два уже могли бы обратиться. — Связалось одно очень маленькое королевство — Тэхон. — Если это Тэхон... южное пограничное королевство. Неплохо. Но среди вассалов Горного королевства никого? — Пока нет. — Я целился в Горное королевство... удивительно. Хрусть. Растение укусило его за палец. Что? Крови нет, но это настоящее неповиновение. Деон широко раскрыл глаза от первого протеста своего питомца. — Похоже, Горное королевство заранее что-то подготовило. И всё же времени прошло мало, так что лучше немного подождать. Кто знает, может, они свяжутся позднее? — Возможно, нужно что-то более решающее. — Ты даже раскрыл, что стал героем. Есть ли что-то решительнее? — Это скорее «кнут», разве нет? Я имел в виду «пряник». Если взять королевство Тэхон как пример, они, вероятно, приняли решение, опираясь на поведение демонов, которые ходили туда-сюда между королевствами, когда граница только установилась. Тогда они вели себя довольно тихо. Они задерживали доклад ещё и потому, что сами хотели ходить в человеческий мир и развлекаться. Кажется, они договорились между собой вести себя спокойно, потому что, если устроить происшествие, их сразу поймают. Рука, теребившая растение, двигалась оживлённо. — Ю-у-у-у-у-у-у-у! — ...Что ты делаешь? — Просто так. ---------- Так, чтобы душа сломалась (1) Глаза Деона озорно расширились. Король демонов, смотревший на него слегка озадаченно, будто хотел что-то добавить, но решил не продолжать. Он снова перевёл взгляд на холст и вернулся к прежней теме. — Я понимаю, что ты имеешь в виду, но... прямо сейчас это будет трудно. — Ну... не стоит переживать. Можно просто уничтожить ещё одно королевство. Если этого мало, растоптать ещё несколько. — К тому времени всё будет завоёвано ещё до умиротворения. Разве ты не говорил использовать пряники? — Пряник или кнут — важно только получить нужный результат. Деон прищурился и щёлкнул пальцами по стеблям и листьям странного растения, которые разрастались беспорядочно. Король демонов коротко рассмеялся в ответ на эту лисью улыбку. — У тебя дурной характер. — Благодаря вам научился. — Ты стал смелее прежнего. — И это тоже. — Раннее воспитание было ошибкой. — Теперь уже поздно воспитывать. Герои и Короли демонов в основе своей равные существа. — И, честно говоря, вы ведь не обиделись. — Верно. На самом деле теперь мне нравится больше. Весело же? — У вас дурной характер. — Разумеется. Кто твой учитель? Снова повисла тишина. Деон легко коснулся кончиком пальца бутона странного растения, которое притихло, будто сдалось, и поставил горшок на временный столик, поспешно приготовленный перед диваном. Волосы, растрепавшиеся от того, что он лежал на подлокотнике, он развязал, положил ленту рядом с горшком и без сил снова рухнул на диван. Напевание, почти ставшее привычкой, разогнало тишину. — Давным-давно, в одном мире, Смерть сказала... Король демонов, который молча слушал и играл кистью, вдруг склонил голову. Странно. — Почему ты поёшь только первый куплет? — Душа после смерти... что? — Я слушаю тебя уже некоторое время, но ты поёшь только первый куплет. — С этим есть проблема?.. — Нет, дело не в этом. Вслед за этим Деон бросил недружелюбный взгляд, будто спрашивал, собираются ли с ним затевать ссору. Если продолжить в таком духе, он заработает лишнюю ненависть. Королю демонов было всё равно, ненавидит его Деон или нет, но если причина — недоразумение, это было бы немного несправедливо. Поэтому он сразу махнул рукой. — Просто я думал, второй куплет тебе понравится больше, и удивился, что ты поёшь только первый. Есть причина? Раз есть второй куплет, он не понимал, почему Деон поёт слова, которые с его точки зрения невыгодны. Похоже, недоразумение рассеялось: взгляд Деона слегка смягчился. — Потому что я знаю только первый. О существовании второго узнал совсем недавно. — Вот как? Ну, это старая народная песня, так что ничего странного. То, что не было записано и всё же сумело передаться устно, обычно частично изменяется или теряется в процессе. Чем старше песня, тем шире масштаб искажений. Скорее, нетронутая передача — редкость, поэтому было бы неудивительно, если второй куплет исчез полностью. Король демонов, внутренне кивавший, вдруг замер, когда в голову пришла мысль. «То есть...» Он делает всё это, ничего не зная? И при этом размышляет только над словами первого куплета? «Удивительно». Удивительно в другом смысле. Кажется, чтобы совершать нечто такого масштаба, сама ёмкость души должна быть иной. Разве он не боится последствий? ...Нет, возможно, он ждёт этого «возвращения». Король демонов положил кисть. Повернул голову к красным глазам, глядевшим на него с дивана, и улыбнулся. Затем с улыбкой обратился к предателю человечества и его худшему преступнику. — Хочешь, я расскажу тебе второй куплет? — Да, ну... Несмотря на неохотный, раздражённый ответ, Король демонов продолжал улыбаться и сразу принялся вспоминать. Если первый куплет содержит предупреждение не грешить, то второй — совет на случай, когда человек уже согрешил или не может не грешить. Поэтому название — не «Предупреждение Смерти», а «Совет Смерти». — Тогда слушай. Из уст Короля демонов потекла полностью восстановленная песня. Завершённая песня звучала так: Давным-давно, в одном мире, Смерть сказала: «Не греши. После смерти твоя душа начинает ломаться под тяжестью грехов. Исчезновение без платы — слишком удобное бегство. Чем больше грех, тем быстрее совершается круг перерождения». И добавила: «Если тебе не избежать осуждения, соверши грех больший, чем кто-либо другой. Чтобы в миг смерти душа твоя сломалась и исчезла, и ты навеки избежал наказания за свои грехи. Это — максимальное снисхождение, которое я могу дать». Деон молчал. Это было уже не прежнее мирное молчание. «Соверши грех больший, чем кто-либо другой». Король демонов, будто шутя, снова пропел эту часть. Деон бросил на него взгляд, по которому трудно было понять, о чём он думает, и спокойно упорядочил мысли. «Значит, если грех чрезмерен, наказания можно избежать?» Теперь он понимал, почему второй куплет исчез. Чтобы песня оставалась известной народной песней, его пришлось убрать. Нельзя же превращать растущих детей в преступников. Ради будущего своих детей родители опускали эту часть, а затем она естественно пропала. — И правда... Он медленно открыл рот. Король демонов сосредоточился, будто ему было интересно, какой будет реакция. Деон лишь гордо улыбнулся. — Второй куплет мне нравится больше. Интересные слова. — Да? На мгновение на лице Короля демонов мелькнуло разочарование, прежде чем он снова ярко улыбнулся. Какой реакции он ждал? Невезучий ублюдок. Деон проглотил ругательство и удержал лицо, которое уже готово было исказиться. — Да. Разве они не идеально подходят к моему нынешнему положению? Не знаю, имеет ли это отношение к реальности. — Я никогда не умирал, так что не знаю, подлинны ли они, но знаю, что это народная песня старше меня. Ценны ли старые вещи потому, что стары, или они сохраняются так долго потому, что имеют ценность, — всё равно старые вещи ценны. — ...То есть слова могут быть правдой? — Я ведь сказал: не знаю, потому что не умирал. Но обратить на них внимание хотя бы раз стоит. Что ж... странно, что слова так точно подходят к его положению, когда он неистовствует и говорит, что заставит мир пожалеть о том, что тот выбрал его. Но и только. Получит ли он после смерти плату за совершённые грехи или нет — ему было всё равно. Для того, кто живёт только сегодняшним днём, важнее всего настоящее. Между реальностью, навалившейся прямо сейчас, и прошлым, душащим его, ему трудно просто держаться и снова и снова ловить почти сорвавшееся дыхание. Думали, у него есть время думать о будущем? Если бы с самого начала он обращал внимание на вес грехов и карму, он не сделал бы того, что уже сделал. — Понятно. Поэтому он ответил вполсилы и отвернулся. Оставив за спиной молчание Короля демонов, Деон лёг на спинку дивана... но это оказалось неудобнее, чем он думал, и он снова повернулся. — Кстати, ты в последнее время хорошо спишь, без кошмаров? — Что? И тут он свалился с узкого дивана. — ...! На мгновение Деон ошеломлённо застыл, но, к счастью, не ударился о холодный пол. Король демонов неизвестно когда подошёл и, вытянув руку, поймал его. Деон, моргая, смотрел на Короля демонов, а затем, поздно осознав ситуацию, слегка нахмурился. — ...Диван узкий. Он точно не упал из-за какой-то глупой ошибки. — Потому что это диван. — Ради достоинства Короля демонов было бы лучше заменить его на что-нибудь побольше. — Впервые вижу героя, который беспокоится о моём достоинстве. Я тронут. Лицо Деона окончательно исказилось, и он поднял корпус, который поддерживал Король демонов. — Теперь всё в порядке, уберите руку. Высота небольшая, да и я всё-таки герой. Даже если бы просто упал, ничего бы не случилось. Скорее, я могу сам опереться одной рукой... — Юк! — ...это была не только рука. Ладно, спасибо. Он думал, что Король демонов поддержал его ловко и ровно, но оказалось, было кое-что ещё. Запоздало заметив стебель, поддерживающий его ногу, Деон неловко поблагодарил. Странное растение, протянувшее со стола длинный стебель, свернуло листья и подняло их. На лице Деона от знакомого жеста, похожего на поднятый большой палец, появилось непонятное выражение. Король демонов, наблюдавший за этим, сделал вид, что ничего не заметил, и повторил вопрос: — Так что насчёт кошмаров? — ... Деон молча зарывался в диван. Кошмар вернулся, словно ждал, пока цветок завянет. Снова начались ночи, когда он не мог как следует спать, но он не скучал по отсутствующему цветку. Напротив, Деон искренне радовался этой ситуации. Потому что это значило, что Круэль действительно ушёл отдыхать. — Ну... ладно. Король демонов легко пожал плечами, видя молчание, которым отказались отвечать. — Спишь ты хорошо или нет, неважно, пока это не мешает работе. — ... — В любом случае картина готова. Хочешь взглянуть? Он подошёл к холсту. Деон какое-то время смотрел ему в спину, затем поднялся и сделал шаги следом. На холсте был Деон Харт, точь-в-точь как настоящий. Картина передавала всё до мельчайших деталей: красные глаза, белые волосы, ресницы, фактуру кожи. Если бы фоном был не холст и зритель не двигался, можно было бы подумать, что смотришь в зеркало. — Стиль тебе, наверное, знаком. До недавней войны именно такой предпочитали в человеческом мире, когда писали портреты. — Знаю. Все портреты, которые я видел, были в этом стиле. — Неужели тебе не захотелось бы своими руками написать такую картину? — Совсем нет... Его не интересовала живопись. И всё же он понимал: Король демонов отлично рисует. Музыкальные инструменты, живопись... есть ли вообще что-то, чего он не умеет? Этот вопрос в итоге сорвался с губ, когда Король демонов продолжил следующими словами: — Если картины тебе неинтересны... тогда, может, займёмся толкованием древнего языка? — ...Чего вы вообще не умеете? Такое существует? — Да? А-а. Король демонов ответил равнодушно, будто его спросили о чём-то очевидном. — По крайней мере, всё, что ты сейчас можешь вообразить, я умею. — Кроме исполнения собственного желания. Плечи Деона напряглись. За дрогнувшим взглядом последовал немного торопливый голос — он словно пытался прикрыть причину мгновенного волнения чем-то другим. — Как и ожидалось, в это трудно поверить. Сколько бы вы ни жили, невозможно всё это... — Деон. В итоге всё пошло так, как хотел Король демонов. Он обратил внимание не на отношение, а на немедленную фразу Деона, и улыбнулся, будто ему стало забавно. — Как ты сказал, я живу долго. Если бы я просто прожил долгую неровную жизнь, твой здравый смысл был бы верен. Переменная в том, что моя жизнь длиннее, чем ты думаешь. — ... — У меня было много свободного времени, чтобы чему-то учиться и доводить дело до конца. Живопись, скульптура, композиция, поэзия; оружие — мечи, копья, щиты, луки; даже области, которые существуют, но редко признаются, вроде толкования древних языков, раскопок реликвий и обработки драгоценных камней. — ... — Сейчас в этом мире есть только одна вещь, которой я не научился. Её можно узнать только у героя. — ... — И потому... Он протянул руку. Убийственное касание медленно приблизилось к шее, словно говоря: хочешь — уклоняйся. Деон послушно подставил шею, опустил взгляд на руку, которая скорее лежала, чем хватала или душила, и снова поднял глаза к собеседнику. На сухом фоне лица, будто маска, которую он носил каждый день, была снята одним слоем, проявилось искажённое выражение пустоты и скуки. — ...Надеюсь, ты вырастешь и станешь моим учителем. На первый взгляд это было похоже на страдание. ---------- Так, чтобы душа сломалась (2) [Король демонов.] [Существо, созданное миром, чтобы убить героя.] *** Король демонов — существо, созданное миром ради цели. Совершенно новая раса, рождённая с ясной задачей: «убивать героев». Поэтому смысл существования «расы демонов», включая Короля демонов, родившейся от него, сводится к одному. «По крайней мере, демоны рождаются независимо от воли мира, поэтому ограничений у них немного...» Но Король демонов, напрямую связанный с этой волей, иной. Знаете чувство, будто всё тело обмотано цепями? Свободная воля Короля демонов считается подчинённой цели мира. Это значит, что даже смерть нельзя выбрать свободно. «Я свободнее всех в том, что не связано с достижением смысла существования, но что с того?» То, чего он желает больше всего, недостижимо. С другой стороны, герои рождаются на основе людей. Люди — вид, смысл существования которого в том, чтобы жить свободной волей и создавать разную «историю». Иными словами, свободная воля героя, рождённого путём дарования силы человеку, стоит выше цели, которую мир дал позднее. Король демонов усмехнулся. «Завидую». Вес свободной воли сильно различается в зависимости от цели, которую мир придал виду при первом создании. Сам «Король демонов» был изначально создан поспешно, без глубокого обдумывания, как одноразовый инструмент мира, поэтому в нём много ошибок. Например, когда он больше не может выполнить смысл существования, убив героя, ему приходится бесконечно ждать появления другого героя, которому не дозволено умереть. Или же цель «одноразовости» столкнулась с основным правилом, заложенным миром при первом создании жизни: «всякая жизнь обязана сохранять свой вид». Победило второе, и в результате появились «демоны» и «монстры». «Даже если всё остальное одинаково, смерть не дозволена даже после убийства героя...» Нынешний Король демонов — сильнейший из всех Королей демонов. Теперь, если подумать, бывший Король демонов когда-то в далёком прошлом сказал нечто подобное: для «Короля демонов» сила — проклятие. Он был прав. Сила стала проклятием. Согласно смыслу существования, Король демонов должен делать всё возможное, когда сталкивается с героем. Проиграть нарочно он не мог. С течением времени Король демонов устал. Пожалуй, вначале, когда он просто уставал, он ещё и гневался. Почему человеческую свободную волю ставят выше, тогда как его свободную волю полностью растаптывают? Говорят, именно тогда случилось происшествие, доведшее человеческий мир до грани исчезновения. И спустя время он снова встретил Деона Харта. «...Впервые я увидел его из-за пари с герцогом». Он тихо смотрел на беловолосого мужчину, который покорно подставлял голову. Король демонов не жалел о пари, заключённом с герцогом ради Деона Харта. Даже если тот поймёт это, возненавидит его и затаит убийственное намерение, мысли не изменятся. Нет, если бы это было несомненно, он скорее похвалил бы себя за отличный выбор. Благодаря этому он смог наблюдать рост героя ближе, чем когда-либо. «Это всегда было свежим опытом с самого начала, и ничего не изменилось даже после того, как он стал героем». Впервые за долгое время герой находится под началом Короля демонов и живёт в Замке Короля демонов. Впервые девяносто процентов магической силы были потрачены на спасение человека. Впервые спасённый человек стал героем. Возможно, именно поэтому Король демонов, который был щедр к Деону Харту ещё тогда, когда считал его просто игрушкой, стал ещё добрее после того, как тот стал героем. Человек, с самого начала даривший интерес и развлечение, в итоге получил качества, чтобы когда-нибудь учить его. Что бы он ни делал, это было бы мило. Пусть пытается подтачивать его магическую силу. Пусть творит иные хитрости за спиной. Пусть ведёт себя высокомерно перед ним, как сейчас, или огрызается, как недавно. Есть лишь одно, чего Король демонов хочет от него. — Я научу тебя очень многому. Если есть что-то ещё, чему хочешь учиться, говори без колебаний. Не считай это долгом. Позже тебе нужно будет научить меня только одному. — ... — Я готов ждать до тех пор, так что развлекай меня, как сейчас. Понимаешь, мой герой? Атмосфера внезапно полегчала. Король демонов завершил фразу нарочито игриво и, ухмыльнувшись, убрал руку. Его выражение лица и глаза снова были яркими как обычно — настолько, что увиденное ранее могло показаться иллюзией. — ... Деон не мог легко открыть рот и смотрел на Короля демонов. Он не посмел спросить, хотя тот не назвал единственное, чему не научился, — предмет, ради которого просил наставления. Не только потому, что атмосфера была не та. Ещё и потому, что Деону казалось, он знает, о чём речь. Он понял инстинктивно. Нет, это не то. «Это опасно». То, чего Король демонов хочет, Деон не сможет исполнить. Возможно, если его желание будет раскрыто прямо, сама природа игры снова изменится. А новая игра не пришлась бы по вкусу ни Королю демонов, ни Деону Харту, для которого дыхание и сама жизнь — боль. Даже представить, как ради мести живёшь долгую жизнь героя, играя с Королём демонов в прятки до естественного конца, было ужасно. Наверное поэтому после долгого молчания голос слегка дрогнул: — Если намекнёте, чего хотите, я могу найти это и сделать наоборот. — Если бы ты сказал это вслух всерьёз, было бы неприятно, правда? — ... ...Он был так взволнован, что ошибся. Деон закрыл рот и проглотил слюну, готовую сорваться. Он невольно показал, что испытывает к нему дурные чувства, и получил подтверждение, что собеседник уже знает. То, что оба знали, но притворялись, будто не знают, всплыло без подготовки. Он и сам не заметил, когда сжал кулак так, что ногти впились в ладонь. Несколько раз открывал и закрывал рот, продлевая тишину, а затем медленно заговорил: — Полагаю, это и хотел сказать. Это было несколько неожиданное замечание, но Король демонов молча кивнул. — Я серьёзно говорю, что тебе нужно хобби. Это как двойная обязанность. Для нынешнего разговора он учил разным вещам и поощрял вопросы именно ради создания хобби. А ещё — чтобы заранее дать знать о том, что Деон всё равно когда-нибудь узнает. Он знает: вести ситуацию в нужную сторону легче молчанием, чем откровенным объяснением. На самом деле Король демонов собирался держать рот закрытым до того дня, когда Деон сам всё узнает. Но да. Ему захотелось хотя бы в такой мере выразить благодарность и уважение человеку, чья судьба настолько странна, что привлекает взгляд дьявола, и который всё же отчаянно идёт к концу. «...Самолюбивый ублюдок». Выражение Деона застыло. Король демонов хитёр. Он был уверен, что Деон Харт не изменит путь лишь из-за «намёка» на истинный способ мести, брошенного перед ним. Наверное, поэтому он сказал всё, что хотел, но ничего не назвал прямо. Благодаря этому Деон разволновался и вытащил на поверхность лишнее. Он недовольно поднял опущенные глаза. — Думаю, для нас обоих будет лучше, если мы оставим только что состоявшийся разговор в стороне. — Тоже так считаешь? — Да. ...И если уж вам нужно было чему-то меня учить, лучше было бы оружейному искусству, а не этому. Он бросил взгляд на живой портрет, написанный на холсте. Король демонов, прочитав его желание как можно быстрее выбраться из неудобной ситуации, улыбнулся и спросил: — Ты серьёзно? Чтобы учить и как следует учиться оружейным навыкам, придётся раскрыть основу. — А даже если я буду учить тебя, ты не сможешь спарринговать со мной, так что у тебя не будет шанса понять моё происхождение. Только ты будешь обобран до нитки. Тебя это устраивает? — ...Когда это я интересовался происхождением Короля демонов? Прямо они не называли, но теперь говорили о ситуации почти открыто. Красные глаза блеснули с неудовольствием. Деон поднял голову прямо, будто ни о чём не беспокоился, и встретился взглядом с Королём демонов. — Вы сами сказали: если есть что-то, чему я хочу научиться, сказать без колебаний. — ... — Я хочу учиться боевым искусствам. О своих финансах я позабочусь сам. Ты просто учи. А уж скрывать источник, создать новый стиль или, в крайнем случае, разобрать твои навыки — этим займусь я. Именно это говорил Деон. В его глазах появилась тень высокомерия, будто собственные слова задели гордость. Похоже, он не собирался учиться всерьёз, но его лишь подначили. Король демонов тихо рассмеялся. — Если ты так говоришь, хорошо. Только тогда Деон, кивнув и успокоив взгляд, нахмурился, словно кое-что понял. — Но почему вы сказали, что мы не можем спарринговать? — Король демонов делает всё возможное, когда имеет дело с героем. Точнее, возможно, управление «не убивать» у него отсутствует. Если вынуждать, это будет не спарринг, а бой насмерть. — ... — Думаю, сейчас важно не это. Разве нормально так спокойно сидеть? Король демонов ухмыльнулся. У Деона по позвоночнику пробежало дурное предчувствие, и он резко поднял голову. Король демонов не рассказывает людям то, о чём они сами не спросили. Значит, только что сказанное было намёком. Голова, пробуждённая напряжением, быстро заработала. — Это связано с войной? — Угу. — Похоже, появились новые сведения. — Ну. — Тогда не новые сведения, а информация, которую я запоздало упустил... Что именно? Ответ. Король демонов дал ответ, полный смеха. — Горное королевство и Империя повторно заключили союз. Кажется, уже давно. — ... — Ну, есть ещё кое-какие мелкие новости, но... сам узнаешь. Пойдёшь? Портрет был протянут вместе с вопросом, который вовсе не был вопросом и был полон уверенности. Деон машинально принял его, встретился взглядом с самим собой на картине и застыл от потрясения. — Почему это... — Это подарок. Забери. Неприятно — слишком похоже на зеркало. И всё же отказаться от того, что дал Король демонов, он не мог. С дрогнувшим выражением Деон взял картину одной рукой, другой поставил горшок на стол сбоку... и опустил взгляд, почувствовав, что поясницу что-то сжало. Зелёные стебли обвились вокруг талии. — Юк. — О, я сам его понесу, можешь убрать руки? — Пф-ф. После короткого колебания он тихо поставил горшок. К счастью, цветочный горшок не упал. Деон усмехнулся, почувствовав вес, подпрыгивающий у бока, взял картину свободной рукой и оглянулся на Короля демонов. — На этот раз я услышал много, но ни о чём не стану спрашивать. Я не стану спрашивать, чего Король демонов хочет от меня. — Позволь сказать только одно. В глазах появился тёмный свет. — Что бы это ни было, не дай мне узнать. Ради всех нас. *** Из коридора послышался громкий голос. Эд, задержавшийся перед дверью, чтобы встретить Деона Харта, поднял голову, уловив знакомый голос. И правда, господин, которому он должен служить, шёл издалека. ...Почему-то у него к боку был прицеплен цветочный горшок, а в руке он держал большой портрет самого себя. — Похвально, что ты хочешь слушаться... но я же сказал, не надо. — Юк. — Достаточно просто висеть. — Чёрт... — К тому же краска ещё не высохла до конца. Если сделать что-то не так, картина испортится. Это рисунок Короля демонов, а я не хочу потом слышать, что испортил его, так что сам... Что ж, в некотором смысле он сильно изменился — так, как Эд раньше не видел. Даже когда зелёные стебли почти обвили верхнюю часть тела, Эд с открытым разумом принял это как особенность характера и, подходя навстречу, вдруг склонил голову. «Но несёт ли его растение или Деон, вес, который в итоге должен выдержать Деон, разве не одинаковый?» Впрочем... сейчас это неважно. Он вежливо поклонился фигуре, уже приблизившейся. — Вы вернулись, господин Деон? ---------- Так, чтобы душа сломалась (3) — А, Эд. Деон, который разговаривал с растением с расслабленным выражением, сразу же напряг лицо. Эд горько улыбнулся, видя, как тот ясно проводит границу и проявляет осторожность. Стоит ли считать удачей, что это не враждебность? Если бы это было раньше, он попытался бы завести лёгкий разговор и спросить, что за картина, но... почему-то почувствовал, будто сжимается, и лишь осторожно протянул руку. — Дайте картину. Я повешу её на стену в вашей комнате. — Тебе не обязательно... — ...У вас есть другой способ хранения? — Нет, но... делай как хочешь. Картина была протянута. ...Теперь, если подумать, он только что говорил, что краска ещё не высохла. Эд, заметив острым взглядом, что краска действительно подсохла не полностью, успел сменить место, за которое держался, и аккуратно принял портрет, чтобы не повредить его. — Похоже, краска ещё не высохла. Я сначала высушу его, а затем вставлю в раму. — Как хочешь... — Если оставить его в комнате в таком состоянии, будет пахнуть, и придётся открыть окно для проветривания. Поэтому я высушу где-нибудь ещё, а потом повешу... — ...Нет, просто оставь в моей комнате. Окно в моей комнате всё равно открыто круглые сутки, и запах краски лучше. Чем запах крови. Деон, пробормотав последние слова неслышно, махнул рукой и открыл дверь, будто говоря, что всё остальное пусть решают сами. Дан, ожидавший внутри, тут же приветствовал его. — Вы вернулись. Хорошо встретились с Королём демонов? Смотрю, появилась картина, которой раньше не было. Он, похоже, написал портрет или что-то такое. Уверенный взгляд того, кто был уверен, что его не прогонят, опустился на картину в руках Эда. — Не знал, что в Замке Короля демонов есть демон с такими выдающимися навыками рисования. Кто написал эту картину? — Король демонов. — Что ж... многоталантливый человек. Оставив разговор Дана и Деона позади, Эд оглядел комнату, заполненную завершёнными пазлами, выбрал подходящее место и повесил картину там. Взгляд, поднявшийся проверить угол, вскоре опустился, неся в себе печаль. «Почему...» Почему ты ставишь такую стену именно передо мной? С Данном это почти одностороннее хвастовство, но Деон всё равно не прекращает разговор и принимает его. Возможно, поэтому голос Дана, который обычно прошёл бы мимо как неприятное человеческое бормотание, сейчас раздражал. Настолько, что Эд не мог даже ввязаться в лёгкую перепалку, как делал каждый день. Эд понимал: если сейчас откроет рот, может перейти черту. Ему было всё равно, перейдёт ли он черту с этим человеком, но идти против желаний Деона он не мог. — Готово. Наконец он выровнял угол и отступил на шаг. Только тогда красный взгляд достиг его. В этих глазах, несмотря на яркий цвет, был равнодушный свет. — Хорошая работа. Выйди. Приказ выпроводить гостя звучал естественно, и ответ был привычным. Эд, со самоуничижительной улыбкой, глубоко склонил голову, скрывая выражение лица, и вышел. Дан, наблюдавший за этой сценой, повернулся к Деону сразу, как дверь закрылась. — Эм... господин. Вы хорошо заботитесь о своём адъютанте? — Зачем? — Если смотреть вот так, кажется немного странным. Всё же это демон, который искренне служил господину ещё до моего появления. Как бы мало ему ни верили, по крайней мере разумно... — Но. Суровый голос перебил. Дан закрыл рот, и повисла тишина. Вместо того чтобы заговорить сразу, Деон неторопливо поиграл со странным растением, всё ещё висевшим у него на боку, затем снял его и поставил на стол. Наконец спокойный голос придавил пространство тяжёлым содержанием: — Я убью Короля демонов. — ... — Правда, что Эд служил мне всем сердцем. Даже сейчас видно, как он старается. Но он также очень предан Королю демонов. Неужели такой парень действительно выберет меня в ситуации, где Король демонов и я столкнёмся лицом к лицу? — ... Прочитав подтверждение в отсутствии ответа, Деон горько улыбнулся. Он помнил, что в прошлый раз у них уже был разговор на эту тему. Тогда Эд сказал, что служит не «Деону Харту», а «власти». И когда теперь Деон увидел белые перчатки, которые тот всё ещё носил, он, честно говоря, дрогнул. Услышав, что причина в подарке от Деона, он подумал: может быть, дело уже в служении именно Деону Харту, а не власти. Но что с того? Он видел будущее, где Эд не сможет выбрать между Королём демонов и Деоном Хартом. — Я не могу держать рядом такого половинчатого парня в игре, где ставкой будут жизнь и смерть. Лучше заставить его уйти. Демон, которого Деон чаще всего видел, живя в Замке Короля демонов, был Эд. Эд оставался рядом даже когда Деон был робким и замкнутым, поэтому Деон знал Эда. И Эда, которого он узнал, можно было определить одним словом. «Солдат». Он типичный низовой солдат, верный своим обязанностям и быстро теряющийся, если ему не дали задачи. На первый взгляд он может казаться гибким, но когда придётся принимать решения самому, сломается и будет бесполезен в критической ситуации. — Я знаю, что тебе спокойно, потому что это я. Для нас обоих было бы лучше, если бы мы были полными врагами. Он, будучи демоном, зря привязался и оказался ненужно добрым. Кровь будто текла повсюду, призывая смотреть на неё. Деон не обращал внимания и положил руку на спинку стула, чтобы сесть перед столом... а затем убрал. — Юк. — Эм... да... спасибо... — Это растение? Для растения оно слишком галантно. Длинный прямой стебель уже ждал, отодвинув стул. Когда Деон сел с напряжённым выражением, тот ещё и подтолкнул его ближе. На слова Дана о галантности растение прижало тонкий стебель к толстому и склонило бутон. Выражения Деона и Дана стали странными: жест походил на руку на груди и поклон. — Это правда растение? — Не знаю... Так или иначе, благодаря этому атмосфера немного посветлела. Раз уж решение держаться подальше от адъютанта уже принято, продолжать тему означало лишь утяжелять воздух без пользы. Поэтому Дан, мысленно поблагодарив монстра, сменил тему. Следующей маленькой темой стала картина, висевшая на стене. Деон ушёл с пустыми руками и принёс свой портрет. — У вас своеобразный вкус — держать собственный портрет в собственной комнате. Деон, чуть расслабившись и откинувшись на спинку стула, ответил на игривое, хитрое замечание: — Лучше, чем вешать портрет чужого человека. К тому же это нарисовал и подарил сам Король демонов, так что выбросить нельзя. И запах краски мне нравится. — Запах краски... вы об этом? Мне кажется, он немного резкий... — Потому и нравится. Потому что пахнет кровью. Деон проглотил последние слова, отвёл взгляд от Дана, выглядевшего озадаченным, и погладил странное растение на столе. Дан, поняв, что тот не намерен продолжать объяснение, даже если подождать, гибко сменил тему. — Тогда можно считать, что к тому времени, когда запах краски исчезнет, картина станет лишь обузой? — Ну... да? — Тогда могу я забрать её и использовать по своему усмотрению? — ...Для чего? В голосе прозвучала тревога. Деон оторвался от растения и посмотрел на Дана. Дан встретил его взгляд прямо и гордо ухмыльнулся. — Не сейчас, но я думаю об одном месте, где она в будущем может пригодиться. — Я не сделаю ничего странного. Наверное. — Наверное? — В зависимости от собеседника, на картину может попасть немного слюны. — ...Что ты собираешься делать? Слюна. Пусть это не он сам, а лишь портрет с лицом, идентичным настоящему. Всё равно, если картину используют для чего-то странного, неприятно будет. Слегка дрогнувшие красные глаза повернулись к Дану, требуя ответа. Хватит его дразнить. Дан пожал плечами. — Использую для сделки. — Нет, если это сделка, зачем плевать... — Меньше знаешь — крепче спишь. Просто пропустим. В любом случае я восприму это как разрешение. — ... Не похоже, что это можно просто пропустить. И всё же Деон был уверен, что Дан не сделает ничего вредного. А даже если нанесёт ущерб портретом, ущерб не будет слишком велик. Поэтому он без колебаний пропустил это. — Ну... оставим это. Он полез в карман и достал сигарету. — Хлоп! — Юк! — ... Остановившись на мгновение, он снова вытащил новую сигарету... — Хлоп! — Юк! Дан уже давился смехом, прикрывая рот. Деон молча посмотрел на сигареты и чудовище-растение, жалко катающееся по полу, а затем зафиксировал взгляд на нём. Медленный голос ясно передавал безнадёжность. — Не курить? — Пф-ф. Бутон качнулся вверх-вниз. Деон мгновение прищуренно смотрел на странное растение, а затем с лёгким вздохом убрал пачку сигарет обратно. — Говорят, если завести животное, будешь жить здоровее... — Этот парень растение, господин. — Оно двигается. Ещё и издаёт звуки, так что ближе к животному, чем к растению. В любом случае... Атмосфера изменилась. Дан, вздрогнув от вновь потяжелевшего воздуха, поправил позу. Ярко-красные глаза лениво сияли спокойствием сильного. Деон закрыл глаза. В голове прозвучал знакомый голос. [...Надеюсь, ты вырастешь и станешь моим учителем.] К его взгляду снова примешалась необъяснимая нетерпеливость, и сжатая челюсть медленно напряглась. — Мне нужно закончить работу как можно быстрее. — Вы говорите о завоевании континента Рамен как можно скорее? — Нет, о мире демонов. — ... Слишком много слов было опущено. Брови Дана сошлись. Последующий приказ не развеял сомнения, а только сделал их ещё сильнее и запутаннее. — У командира Пятого корпуса есть скрытый склад, где он собирает ценные безделушки. — Да, знаю. — А у командира Девятого корпуса грубые руки, когда он обращается с вещами. — ...И это вы тоже знаете? — Сообщи командиру Девятого корпуса местонахождение склада. — А? Дан нахмурился. Он понял намерение сразу, как услышал приказ. Деон Харт пытается вбить клин между командирами Пятого и Девятого корпусов. «Но зачем?» Причины нет, верно? Он не испытывает особой неприязни ни к одному из них. Деон слегка улыбнулся, видя вопрос, который явно отразился на лице. — Разве ты не говорил: слишком много или слишком мало? Мир хочет, чтобы я избавился от Короля демонов. Значит, мне, желающему его обмануть, придётся стереть не только Короля демонов, но и самих демонов. Точнее было бы сказать «расу, чей лидер — ещё один объект мести», но это уже неважно для того, кто довёл Империю до края исчезновения и потряс человеческий мир, чтобы убить герцога и императора. Когда человеческий мир рухнет, демоны получат выгоду. Деон не собирался просто смотреть на это. — Думаю, прежде всего нужно сохранить равновесие. — ... — Если так продолжится, все страны человеческого мира будут растоптаны, и весь континент вернётся в ничто. Тогда разве не будет справедливо, если мир демонов тоже вернётся в ничто? Неплохо было бы накапливать уже совершённые грехи до тех пор, пока, как в словах старой песни, душа не сломается и не разрушится настолько, что перерождение станет невозможным. — Теперь нужно начать работу над картой мира демонов. Если для того, чтобы растоптать человеческий мир, нужно было целиться в королевские семьи каждого государства, то в мире демонов, за исключением Короля демонов, целью будут командиры армий. Чтобы закончить дело быстро, нужно готовиться уже сейчас. Следуя предупреждению разума, замаскированному под инстинкт, Деон решил завершить работу до того, как Король демонов узнает, чего он по-настоящему хочет. — Ты помнишь мой приказ? Пятому и Девятому командирам корпусов не нужно сейчас драться насмерть, так что можешь действовать без тяжести на сердце. Достаточно вселить в них неприязнь друг к другу, а дальше всё само пойдёт. Возможно, оно решится само, без нашего вмешательства. Если же не взорвётся, посмотрим на ситуацию и подтолкнём в подходящий момент. Дан думал, что конец наступит, если просто убить Короля демонов. Он расхохотался. Что за нелепый масштаб? Иными словами, господин собирается перевернуть весь мир целиком. В чуть приподнятом голосе прозвучало возбуждение, смешанное с изумлением, восхищением и благоговением. — Господин и правда... безумен. — Безумен? Я с самого начала был в здравом уме. ---------- Трещина (1) Командир Девятого корпуса Тровер — человек с крайне сильной любовью к веселью. Глубже копать не нужно: это тот, кто способен потратить магическую силу просто ради забавы. Он настолько прост. Для такого человека уникальные и интересные безделушки, собранные командиром Пятого корпуса, наверняка будут как раз по вкусу. Нет шанса, что простой и бесхитростный тип не протянет руку к тому, что привлечёт взгляд. И, скорее всего, своими грубыми руками он что-нибудь сломает. — Я просто не хочу делать демонам добро. Деон рассмеялся. — Будет хлопотно, если другая цель моей мести получит пользу от моей же мести. Точнее, следовало бы сказать: «раса, чей лидер — другая цель мести», но после того, как ради убийства герцога и императора он довёл Империю до края гибели и потряс человеческий мир, это уже было неважно. Когда человеческий мир рухнет, демоны получат выгоду. Деон не собирался спокойно наблюдать за этим. — Возможно, лучше остаться «бедствием», а не «предателем человечества». — Стоит сделать первый шаг, и пути назад не будет. Уверены, что не пожалеете? — Не думаю, что это вопрос, который стоит задавать с такими сияющими глазами. — Ах, слова господина были слишком очаровательны. Дан поднял уголки губ. — Но это одно, а то другое, верно? — Хм... ты прав. Деон взял цветочный горшок и подошёл к окну. Поставил странное растение на привычное место, один раз погладил его указательным пальцем и обернулся к Дану. Ярко-красные глаза склонились с искренним недоумением. — Когда я вообще ступал на путь, с которого можно вернуться? — ... — Не смотри на меня так. Неприятно. Думаешь, это только у меня? У всех так. Жизнь сама по себе состоит из череды необратимых выборов. Ничего нового. Деон посмотрел на Дана, который вздрогнул и поднял руку, чтобы коснуться собственных глаз, и добавил, будто вбивая гвоздь: — И если бы я собирался сожалеть, давно бы уже пожалел. Теперь для этого слишком поздно, верно? Внезапно в памяти всплыли слова, которыми он однажды в гневе ответил императору, сказавшему, что ни о чём не жалеет. ...Да, он злился. [Интересно, он не понял этого, потому что жизнь полна сожалений?] Тогда ситуация была слишком плохой, и он не показал этого, но, произнеся вслух, втайне был потрясён. Эти слова были направлены не только на императора. Атмосфера стала тяжёлой. Дан, который молча слушал, заметил, что Деон закрыл рот, и тихо произнёс: — Как и ожидалось, господин кажется сумасшедшим. — Я сказал, что нет. Почему разговор опять туда свернул? Отрицание вернулось мгновенно. Деон решительно покачал головой, не опуская взгляда на пол. На губах появилась горькая улыбка. — Пока ещё нет. ...«Пока ещё»? Дан на мгновение застыл из-за тревожного слова, но спокойно продолжил: — Что ж... понял. Тогда я немедленно пойду выполнять приказ. — Перед этим позови Девеланию. — ...Да. *** В самом начале, вскоре после того, как он узнал правду, Деон точно был не в себе. Каждый уходящий день казался тяжёлым, и ему хотелось, чтобы время остановилось. Но Деону не понадобилось много времени, чтобы понять. Для живых время проходит безразлично. Сколько ни плачь, сколько ни останавливайся, пока живёшь — время идёт. Его время и время Круэля не могли быть одинаковыми. Даже время, которое он тратит на скорбь, лишь расширяет расстояние между ним и Круэлем. Раз уж он всё равно не мог умереть сразу, нужно было двигаться, пока не стало слишком поздно. Он должен жить и двигаться, но мир тянет его за поводок — что делать? Вместо того чтобы позволить волочить себя как собаку на привязи, ему остаётся только быстрее добраться до конца дороги и освободиться. — Я слышала, вы звали меня, Деон. Едва он дал разрешение после стука, Девелания появилась перед ним и мягко улыбнулась. Деон некоторое время смотрел ей в глаза, затем закрыл свои и улыбнулся. На миг её лицо окрасилось удивлением. — Я слышал, Империя и Горное королевство вновь заключили союз. — Ах... да, верно. Я собиралась после доклада Королю демонов сразу доложить и Деону, но Король демонов первым позвал вас. Поэтому я отложила доклад до завтра... но вы уже услышали. Значит, она не опустила это намеренно? Повторный союз Империи и Горного королевства не был такой уж серьёзной проблемой. В любом случае он не менял того факта, что Империя занята попытками привести себя в порядок. Даже если они заключили союз, реальной помощи от них ждать не приходится, так что странно скорее то, что Горное королевство вообще снова объединилось с ними. Но сейчас важнее всего было понять, намеренно ли Девелания скрыла информацию. Деон, разглаживавший уголки губ, опустил руку и заговорил: — Есть ещё сведения? — Большая часть уже поднята в бумагах, так что ничего особенного... Ах, вы, наверное, знаете, что сейчас продвижение задерживается, потому что мы не можем прорвать стены Горного королевства. — Да. — Нашли дополнительные причины? — Да. Это не только сопротивление самого Горного королевства, но и вмешательство революционной армии. Я скоро оформлю это в документы и передам наверх. — Проклятая революционная армия. В голосе явственно прозвучало раздражение. Деон, потерев голову и тем самым расчистив эмоции, снова спросил: — Горное королевство и революционная армия заключили союз? — Нет, я проверяла, но никаких следов контакта не обнаружила. Судя по несогласованным движениям, революционная армия просто помогает сама по себе. — И это тоже трещит по нервам. Сколько ещё вмешательств ему придётся вынести, прежде чем получится избавиться от собственных инстинктов? Хочется убрать их быстрее, но местонахождение Шии всё ещё неизвестно? На поиск в одиночку может уйти больше времени, но вдвоём быстрее, чем одному. Вспомнив приказ, данный Дану, Деон на мгновение взглянул на Девеланию, но быстро отвёл взгляд. Если подумать, у неё и так достаточно работы. Дан не некомпетентен, так что ещё немного подождать будет не так уж плохо. — Кстати, Деон, вы сегодня не завязали волосы? — Недавно... я лежал, они мешали, вот и распустил. Её взгляд странно метался: похоже, она попеременно смотрела на его волосы и лицо. Осознав это, Деон неловко размял затёкшую шею. Девелания тихо подошла. — Если вы больше не собираетесь ложиться, можно я снова завяжу их? ...Теперь, если подумать, она уже давно не приносила одежду. Раньше было утомительно видеть, как она приносит столько разной одежды, что от одного взгляда уставал, но потом ситуация изменилась, и она уже не могла делать это. Деон без долгих колебаний кивнул: это займёт недолго, да и лучше позволить ей удовлетворить желание таким образом. — Но я оставил ленту там. — О, ничего. Я тоже часто завязываю волосы, поэтому у меня есть запасные ленты. Девелания ярко улыбнулась и мягко помахала синей лентой, которую в какой-то момент достала. *** Выйдя из комнаты Деона так, словно его выгнали, Эд пошёл без цели. Хотя у него были документы, он просто пересекал коридор без всякого направления, будто не собирался идти в кабинет. Тесно. Он чувствовал такую разновидность стеснения, которой прежде в жизни не испытывал, и не знал, что делать. Шаги бродили по Замку Короля демонов, словно он сам заблудился. И тут на пути к библиотеке его остановил Король демонов. — Не похоже, что у тебя есть конкретное место назначения. Что ты делаешь? — Ах, Король демонов. Ничего. — ... Глаза Короля демонов сузились. Только тогда Эд понял, что его слова могут прозвучать как «не стоит беспокоиться», и поспешно замахал руками. — Нет, не это. Когда говоришь «ничего», кажется, что ничего, но это правда ничего... — Стоп. — ... Поток бормотания остановился. Эд закрыл рот и опустил голову, выпрямив спину. Король демонов, глядя на макушку с понимающим видом, пошарил за пазухой и достал лист бумаги с печатью Короля демонов. Эд слегка поднял голову при виде бумаги, которая в человеческом мире действовала бы как пустой чек, и его глаза расширились. Голубые глаза, прозрачные словно цвет, выдали волнение. — Из-за ситуации я занят, поэтому не могу дать тебе много времени. Но властью Короля демонов я даю тебе примерно один день отпуска. Можешь использовать весь день, можешь вернуться раньше. Этот день полностью твой. — ... — Я дам тебе это, так что не привязывайся к Замку Короля демонов и сходи куда-нибудь. Из-за роста числа монстров перемещаться стало сложнее, но для тебя это не проблема, верно? Было бы неплохо посетить любой из четырёх городов. — ... — Не возьмёшь? Бумага качнулась. Только тогда Эд вежливо протянул руку и принял лист. Не желая потерять его, убрал за пазуху, проверил и затем почтительно поклонился Королю демонов. — Спасибо. — Хорошо. Король демонов без колебаний повернулся спиной. Эд, глядевший ему вслед, как только тот исчез из поля зрения, развернулся и направился к лестнице. Разум пребывал в смятении из-за внезапно полученного отпуска. Спускаясь по лестнице на первый этаж, он подумал: «...Нет места, куда мне действительно хотелось бы пойти». Однако раз он получил приказ, оставаться в Замке Короля демонов нельзя. Решение пришло быстро. «Он сказал пойти в любой из четырёх городов. Лучше сходить в ближайший — Первый город». Стоило решить пункт назначения, как шаги ускорились. Но вскоре ему снова пришлось остановиться. — Эд? Услышав знакомый голос, он невольно поднял голову и, узнав собеседницу, снова опустил. Конечно. Короткий вздох задержался во рту. Сегодня его встречают те, кого он не хочет видеть. Но это не значит, что можно не поздороваться. Голос ниже обычного медленно прозвучал: — Здравствуйте, командир Четвёртого корпуса. — Да, привет. Такое чувство, будто мы давно не виделись. Иделия, командир Четвёртого корпуса, помахала веером и мягко улыбнулась. — Почему ты всё время то в кабинете, то в комнате Деона? — ... — Теперь, если подумать, Деон ведь говорил, что раз привёл человека своим престолом, держит рядом только этого человека... Хитрый ход, хотя она и так всё знает. Ведь это командир Четвёртого корпуса, обрабатывающая информацию как никто. Эд сжал губы. Сложенный веер коснулся его подбородка. Голова, поднявшаяся вслед за движением веера, встретилась с взглядом Иделии. В её голубых глазах брови Эда отражались выгнутыми так, будто ей было его жаль. — Тебя бросили. Деон тоже очень бессердечен. — ...Не говорите небрежно. — Ох, ты так говоришь, будто случилось что-то серьёзное. Услышав со стороны, можно подумать, что я оскорбила Деона. Я тоже уважаю и люблю Деона, знаешь? Это была искренность без капли лжи. Она просто хотела Эда чуть сильнее. Иделия снова раскрыла веер и прикрыла рот. — Я лишь выразила сочувствие твоему положению. — Благодарю, но сочувствие ошибочно. Эд выглядел усталым. После того как Деон привёл Дана и положение Эда отодвинулось, командир Четвёртого корпуса начала тайно щупать почву. Она тонко выражала расположение и подчёркивала, что хорошо относится к своему адъютанту. Было очевидно, что она пытается переманить его на место своего заместителя, поэтому Эд под предлогом разбора документов сидел в кабинете и избегал её. Но вечно избегать невозможно — вот они и столкнулись. Удивительно уже то, что он столько времени держался. «Она хорошо заботится о своём адъютанте... Я это знаю, потому что лично видел, как адъютант чуть не умер, один разбирая документы». И всё же хорошо, что она не предлагает прямо... — Как насчёт стать моим заместителем? ...Нет. Наконец этот миг настал. Особенно сейчас. Эд вздохнул. Голос Иделии продолжил: — Как раз способности у тебя хорошие. — ... — До сих пор я молчала, потому что ты был собственностью Деона, но теперь кажется, что господин Деон тоже не слишком заинтересован. Если скажешь, что хочешь перейти, он, вероятно, отпустит. Уверена, если узнает, что я предложила, он не подумает ничего особенного. Если бы это было раньше, он бы разозлился. Голос был жестоко лёгким. ...Странно. Эд тихо сжал руку за спиной. Говорят, у слов нет формы. Но внутри груди... рядом с сердцем будто снова и снова образуется рана. Игнорируя непонятную боль, он открыл рот. — ...Я ценю предложение. Голос вышел слегка треснувшим. — Но откажусь. — Что ж, я знала, что так будет. В отличие от тяжёлого отказа, ответ был свежим. Иделия сложила веер и улыбнулась. — Если позже передумаешь, дай знать. Тебе всегда будут рады. — ... ---------- Трещина (2) Эд взял лошадь из конюшни и направился в Первый город. Было естественно, что монстры возбуждённо бросились к появлению внушительной добычи: не группа, а одиночка, скачущий через пустынное поле. Ду-ду-ду-ду! Земля дрожала. Поднялось облако пыли, и вдали показалась стая монстров. И всё же выражение лица Эда не изменилось. «Давно я не использовал уникальную способность». Вместо того чтобы остановиться, лошадь продолжала бежать, даже не замедлившись. Одной рукой Эд крепко держал поводья, другой поднёс руку ко рту. Зубами зацепил край белой перчатки и стянул её. Частично открылся странный чёрный узор, покрывавший даже тыльную сторону ладони. Эд родился из демонической энергии в ветре. Он был создан не только из чистого ветра и демонической энергии: была и жертва — человеческий труп. Тело человеческого генерала, лежавшее на границе дня и ночи в день сильного ветра. Тело было разъедено и разложено демонической энергией, а затем собрано заново, образовав тело демона. Закружившийся ветер, смешавшийся с этим, стал его уникальной способностью. Возможно, из-за этой способности или потому, что его тело наполовину было связано с человеческим миром, в отличие от демонов, рождающихся, поедая трупы, его волосы напоминали бледный солнечный свет, а глаза — ясное небо. Поэтому среди демонов он сравнительно рано получил благосклонную реакцию Деона Харта. [Рад встрече. Я Эд, с сегодняшнего дня буду служить господину Демону. Слышал, ваше физическое состояние ухудшилось, когда вы помешали герою совершить самоубийство. Мы сделаем всё возможное, чтобы вы не испытывали неудобств.] [Цвет...] [Да?] [...Нет. Позаботься обо мне.] Эд помнил: тогда, пусть всего на миг, красные глаза, окружённые толстой стеной, перевели взгляд с его глаз на волосы, затем немного смягчились. Позже он мимоходом услышал, что в отличие от других демонов его внешность, включая цвета, похожа на человеческую. И тогда Эд понял. Ах, господин Демон испытывает отвращение к «демоническим вещам». Раз он человек, это можно понять. Точнее, похоже, он испытывает отвращение к «тому, что отличается от людей», поэтому лучше скрыть признаки демона. У самого Эда единственным явным признаком демона был узор, идущий от рук к тыльной стороне ладоней. Руки всё равно прикрыты костюмом, значит, нужно лишь закрывать кисти. Так он всегда носил перчатки. «Господин Деон...» После всех усилий расстояние, которое удалось сократить, снова выросло. Почему он внезапно отдаляется? Эд сделал что-то не так? Сознание, сбившееся с пути, снова вернулось к Деону Харту и закружило вокруг него. Почувствовав, как сжимается грудь, Эд прекратил думать и посмотрел вперёд. — ...И эти твари тоже собрались в таком количестве. Он протянул обнажённую руку к орде монстров, преградившей путь. Вокруг, кроме монстров, никого не было, значит, беспокоиться не о чем. Эд без колебаний скакал вперёд и пристально смотрел на монстров. Расстояние быстро сокращалось, и прямо перед столкновением узор на тыльной стороне ладони пришёл в движение. Квагвагвагвак! Монстры были разорваны. Нет, на мгновение даже сам шум был разорван. Чёрный ветер, закрутившийся и рвущий всё перед собой, медленно исчез. Узор на тыльной стороне руки Эда уже давно пропал. Через несколько секунд шум снова начал заполнять тихое пространство. Эд без колебаний направил лошадь в открывшийся проход. Остался только шум — монстры ещё не успели добраться. Впервые за долгое время он почувствовал, как сердце бьётся быстрее, а пустые руки снова наполняются воздухом. «Один час до повторного использования». Оставшееся время нужно использовать осторожно. И всё же монстры, похоже, остановились от страха перед увиденным, так что он сможет добраться до Первого города до того, как станет опасно. В конце концов, кандидатом в командиры корпуса он стал не только из-за уникальной способности с фатальными ограничениями. Эд спокойно ехал на лошади, не показывая тревоги. *** Скучный полдень, когда нечего делать. Тук-тук! Привратник, дремавший, прислонившись к воротам, вздрогнул от внезапной вибрации и шума и выпрямился. Его глаза расширились от недоверия, когда он понял: звук появился потому, что кто-то снаружи стучит в ворота. Ведь... «Разве сегодня были запланированы визиты?» Иными словами, нынешний визит крайне личный, а значит, снаружи — меньшинство, а не большая группа. «Небольшое число людей прорвалось через эту орду монстров?» Причина, по которой крепостные ворота, обычно открытые, закрывали за исключением особых случаев, заключалась в резком росте числа монстров. На миг он заподозрил, что мог принять за стук звук тела монстра, ударяющегося о ворота, но это явно был именно стук. Сдержанный звук столкновения, возникающий от намеренного удара с равными промежутками. Он поспешно взял камень связи. — Эй, снаружи кто-то стучит. Можно открыть? — Эй? — Э-э... э-э... Так можно открывать или нет? Если открыть, не проверив как следует, можно устроить катастрофу, впустив монстров за стены. Нахмурившийся привратник снова жёстко заговорил в камень связи. — Говори прямо. Открывать? Нужно ли подвести войска, чтобы сдержать монстров во время открытия? — ...Можешь открывать. Войска не нужны. Живых монстров нет. Реакция была странной, но это сказал тот, кто проверял снаружи прямо со стены. Не было причины не верить. Он схватился за устройство, открывающее ворота. Понятно, что людей мало, значит, открывать широко не нужно — лишь чуть-чуть. Если бы их было много, они заранее назначили бы время и связались перед приходом, так что большого отряда быть не могло. Когда устройство сдвинулось, раздался тяжёлый звук вроде «кугугун», и в воротах появилась узкая щель. Как будто только этого и ждали, сквозь неё въехал кто-то верхом. «...Один человек?» Привратник подождал, думая, что следом войдёт группа, но больше никто не пришёл. Видя, что он так и стоит, всадник спросил: — Что ты делаешь? Почему не закрываешь ворота? — Группа... — Никого. Ха. Невероятно. Он правда пришёл один? Поднявшееся на миг подозрение вскоре исчезло: от него исходила зловещая магическая сила. «...Ему и правда можно ходить одному». Сила была подавляющей, так что точно сказать нельзя, но, похоже, по уровню он близок к руководящим кадрам Замка Короля демонов. И всё же обычно даже такие брали сопровождающих на случай неожиданности. Это значит, он уверен в собственных способностях? Как бы там ни было, раз больше демонов не войдёт, ворота нужно закрыть. Привратник снова положил руку на устройство. И, бросив напоследок машинальный взгляд наружу через щель ворот, застыл. «...Будто прошёл шторм, полный клинков». Хотя обзор через узкий зазор был крайне ограничен, снаружи лежало шокирующе много останков монстров. Много, много, очень много мыслей пронеслось через застывшего привратника и ушло внутрь. Только когда присутствие всадника исчезло, привратник сумел вспомнить одну вещь. «Я же говорил, магическая сила странно знакомая...» Он вспомнил. Ощущение было похоже на зловещую магическую силу адъютанта, который был рядом с командиром корпуса во время его визита. ...Погодите, что это значит?! *** Оставшуюся уникальную способность, которую он берег, Эд использовал перед крепостью. Если оставить монстров как есть и они ворвутся вместе с ним, когда он войдёт, будет беда. Из страха повредить стены или ворота он не сумел как следует отрегулировать силу, поэтому остались некоторые уродливые останки, но монстры всё равно были зачищены. «Куда мне вообще идти?» Оставив лошадь, Эд остановился и огляделся. Всё, что попадалось на глаза, было нездоровым: алкоголь и азартные игры. Мысль, что стоило пойти в Четвёртый город, пусть он и дальше, медленно всплыла в голове. Четвёртый город — курортный. «...Нет, как только я добрался бы туда, почти сразу пришлось бы возвращаться». Он отказался от сожалений и снова задумался. Этот город развлечений для кого-то может быть не хуже города отдыха, но не для него. Немного подумав, Эд решил впервые за долгое время выпить. Баров было множество, так что искать особо не пришлось. Он вошёл в бросившийся в глаза бар, сел и заказал только один напиток. Содержание алкоголя было не слишком высоким. — Брат, и это всё? — Мне скоро возвращаться. Раз он пришёл один, без демонов, которые могли бы позаботиться о нём, напиваться нельзя. Бармен, почувствовав, что из-за твёрдого тона уговорить не выйдет, цокнул языком и отвернулся. Эд поднял появившийся вскоре стакан. Едва он сделал глоток, длинная, похожая на змею рука легла ему на плечо. — Что случилось с демоном, который даже не пьёт? У тебя, кажется, какие-то заботы? В углу зрения мелькнул тонкий чёрный хвост. Чёрный хвост с острым кончиком — признак инкубов и суккубов. ...Точно. Это был город развлечений. Нужно было идти в Четвёртый город. Лицо Эда застыло. — Эйга. — Да, давно не виделись. Инкуб лениво закатил глаза и помахал рукой. ...Однажды Эд едва не взорвался враждебностью к Хиену и предупредил его больше не приближаться к Деону. Тогда Хиен сказал что-то лишнее, Эд схватил его за горло, а Бен остановил. В тот момент Бен сказал: [Пойми. У него плохие воспоминания об инкубах и суккубах.] [Перепутал суккуба и инкуба и неправильно признался...] Инкуб по имени Эйга, стоящий перед ним сейчас, и был целью того проклятого случая. Тот, кого Эд по-настоящему любил, думая, что перед ним суккуб. Его первая любовь, перед которой он не смог сдержать переполнявшие незнакомые чувства и в итоге признался. А тот открыл, что является инкубом, и высмеял его. Инкубы и суккубы могут менять тело по вкусу другого, а если у другого нет внешних предпочтений, их базовое состояние тела почти не меняется. Поэтому в поле Эйги, чьё телосложение изначально было худым, легко было ошибиться. Тогда у Эда не было внешних предпочтений, а базовое тело других суккубов казалось немного простоватым. Этим и воспользовались. — ...С каким лицом ты ко мне льнёшь? — Ох, ты слишком строг. Разве я не могу быть другом, который выслушает твои тревоги? У тебя ведь нет особых предрассудков к инкубам и суккубам. — Благодаря тебе они у меня давно появились. — Мне так жаль. Хвост коснулся шеи Эда, будто извиняясь, но в нём не было ни капли раскаяния. Острый кончик игриво ткнул в щёку. Эд резко отдёрнул его и зарычал: — Перед демонами с предрассудками так хвостом лучше не светить. Это одна из причин, почему на вас смотрят сверху вниз. Мало того что они живут паразитами на других, хвост, имеющийся у всех инкубов и суккубов, будто сам просит: «узнайте нас и дискриминируйте». Вид, демонстрирующий единство среди свободолюбивых демонов, равносилен просьбе распознать их и подвергнуть дискриминации. Независимо от ядовитости духа Эда, Эйга ухмыльнулся, мягко виляя хвостом, чтобы высвободить его из руки. — Для таких слов реакция мягче, чем ожидалось. Ты так послушно отпустил хвост. — ... — Хочешь, я кое-что скажу в обмен на то, что ты не впечатал мне голову в стол сразу при виде меня? Не знаю, в чём проблема, но если это вопрос исключительно личных отношений, а не служебных, то дело точно в твоём отношении. — ... — Потому что в решающие моменты твоё отношение всегда было половинчатым. Характер демона ведь не меняется легко. Эйга цокнул языком. ---------- Трещина (3) Когда вместо ответа на признание Эда Эйга открыл, что он инкуб, всё ещё могло сложиться иначе. В зависимости от того, как повёл бы себя Эд, они могли бы остаться друзьями. Прошло бы время, они стали бы ближе всех, и то признание, пусть неловкое, превратилось бы в случай из прошлого — в воспоминание, над которым когда-нибудь можно было бы посмеяться. Такой день мог наступить. И всё же всё пришло к этому. И причиной стал не только обман Эйги, но и отношение Эда. [...] Лучше бы он взбесился. Лучше бы схватил его за грудки и спросил, как тот посмел его обманывать. Но Эд просто молчал. Губы сжаты, взгляд беспорядочно дрожит, выдавая смятение. Он не сказал ни «всё в порядке», ни «сделаем вид, что признания не было». Он не показал ничего, кроме растерянности и колебания. С точки зрения того, кто стоял перед ним, это было мучительнее всего. Тем более что Эйга не пытался всерьёз обмануть или разыграть его. «Как я должен был сказать, что я инкуб, если демон с такой зловещей демонической энергией хорошо ко мне относится, приняв меня за суккуба...?» Суккубов и инкубов и без того презирали, а потому главное правило было простым: не раздражать других демонов. К тому времени, когда Эд понял, что перед ним не тот демон, который причинит ему вред из-за такой мелочи, было уже поздно. Колебание перешло точку, после которой можно было повернуть назад, а то, что сперва казалось кратким интересом или прихотью сильного, растянулось и в конце концов привело к катастрофе. Поэтому Эйга уже был готов раскрыть правду. Он принял бы любое решение Эда и любой его поступок. «Но я и подумать не мог, что он вообще не сможет принять решение». Потому что сам Эйга не мог сделать даже этого простого шага. Не важно, положительное оно было бы или отрицательное. Эйге нужна была ясная позиция. Только тогда нынешние запутанные отношения, не ставшие ничем, можно было бы привести к какому-то итогу. Остаться друзьями. Больше никогда не видеться. Или... пусть это и было невозможно, стать возлюбленными. Но сколько бы он ни ждал, в ответ получал лишь молчание. В итоге Эйге пришлось самому взять инициативу и оборвать отношения. Если тот, кого обманули, первым попытается всё прояснить, результат всё равно будет тем же, каким бы путём он ни пошёл. А если Эйга, бесстыдно солгавший, сам скажет что-то вроде «больше не будем видеться» или «я больше не появлюсь перед тобой», это приведёт к худшему исходу. Раз уж конец в любом случае одинаков, Эйга решил хотя бы заставить Эда определиться. Поэтому он даже выставил себя злодеем и насмехался над ним. Но что означала эта мягкость сейчас? Он испугался, что за долгое время, прошедшее с их последней встречи, его собственные чувства притупились, и потому снова нагло заговорил о дружбе. В голос невольно просочилась капля абсурдного раздражения. — Посмотри на нас даже сейчас. Наши отношения недостаточно плохи, чтобы стать враждебными, но ты всё равно слишком мягок. Даже после того, что я сделал. Это был их первый разговор с тех пор. Демон, который должен был быть невероятно занят, спокойно пил алкоголь, хотя обычно им не увлекался. Эйга не смог пройти мимо и подошёл, будто ничего не произошло, но как он мог не нервничать? Он думал, что Эд, пусть и не убьёт, хотя бы ударит его головой о стол или схватит за шею. — Если хочешь, я могу прямо сейчас отделить твою голову от тела. — Давать человеку выбор в таком виде... нет, хватит. Эд тихо поднёс бокал к губам. Да, его нынешняя реакция была покорной. Эйга не знал, связано ли это с опьянением или с тем, что время притупило шок и эмоции того дня. Нет. На самом деле знал. Эд боялся окончательно порвать с тем, кому однажды отдал своё сердце. Поэтому, жалкий, он не мог ничего сказать самому виновнику и лишь донимал садовника Замка Короля демонов, к которому не испытывал никакой привязанности. «Я его даже не простил, а просто цепляюсь за оставшуюся нить наших отношений». Насмешливо думая о себе, Эд одним глотком допил оставшуюся жидкость и поднялся. Встретившись взглядом с инкубом, который молча смотрел на него, он горько улыбнулся. В отличие от выражения лица, голос прозвучал низко и спокойно, без малейшего волнения. — Конечно, как ты и сказал, проблема могла быть вызвана моим отношением. Если адъютант, который больше всех должен ясно завязывать и разрывать связи, ведёт себя так мягко, его начальник, Деон, не сможет ему доверять. Деон, вероятно, учёл возможность, что Эд поддастся бесполезным отношениям, примет неверное решение или отложит его. «Деон понял меня именно таким?» На миг лицо Эда стало странным, будто он прятал подступившее чувство. Затем он глухо вздохнул. — Но что мне делать, если сказать проще, чем сделать? Межличностные отношения, да? Если подумать, именно в этом он всегда был особенно слаб. Но ничего не поделаешь. Если бы он мог исправиться, он бы давно это сделал. — Таков уж я. — Мне пора возвращаться. Эд повернулся и вышел. «Этот парень...» Он так и не сказал ничего вроде «больше не увидимся». Эйга тихо рассмеялся. Эд прикрылся тем, что ему нужно возвращаться, просто потому что больше не хотел оставаться рядом. Но приехал он совсем недавно, и возвращаться сразу не собирался. Он пошёл куда глаза глядят. «...И всё же хорошо, что я пришёл». Он немного пожалел, что встретил неприятного человека прежде, чем был к этому готов, но зато теперь его сомнения рассеялись. «В конце концов, проблема была в ситуации». Если бы всё случилось из-за его характера, Эд, как обычно, стал бы винить себя. Но сейчас он этого не делал. Его характер не был ни злонамеренным, ни вредным для окружающих. Это лишь одна из бесчисленных черт, какие есть у всех. Почему сама по себе она должна быть грехом? Проблемой было окружение, превратившее её в грех. «Изменившееся отношение Деона — доказательство». Его характер не изменился ни прежде, ни теперь. Изменилась только ситуация. А раз отношение Деона тоже изменилось, причина очевидна. ...Однако. Эд, бродивший по городу с этими мыслями, внезапно остановился, когда в голову пришёл вопрос. «Разве нынешняя ситуация такова, что Деону нужно держаться от меня подальше...?» Сколько он ни думал, не похоже. «...Есть другая причина?» Дальше его размышления зайти не успели. — Здравствуйте. Давно не виделись. Эд, вынырнув из мыслей, перевёл взгляд. Перед ним стоял невысокий демон, достаточно неприметный, чтобы не раздражать. Лицо казалось знакомым, будто он видел его где-то раньше. Кто это? — Адъютант? Вместо ответа Эд молча уставился на его лицо. Демон, несколько раз заговоривший с ним, покрылся холодным потом. Через пару секунд Эд, наконец вспомнив, тихо воскликнул: — Управляющий этим городом? — Да, верно. Для меня честь, что адъютант командира Нулевого корпуса помнит меня. — Честь? Взгляд Эда скользнул вниз. На краю поля зрения оказались вежливо сложенные, но дрожащие руки. Заметив его взгляд, управляющий крепче сжал ладони. Эд не собирался ничего говорить, поэтому без промедления отвёл глаза. — Как ты узнал? — Я поздно услышал о визите заместителя. Похоже, кто-то запомнил его лицо и доложил. Заодно Эд понял, почему тот пришёл сюда лично. Он спокойно дал ответ, которого от него ждали. — Командира Нулевого корпуса здесь нет. Не нужно строить лишних предположений, будто он тайно прибыл раньше меня. — ...Это... — Я не получал особого приказа приехать сюда. Это сугубо личный визит, так что можешь не тревожиться. — Большое спасибо, что сообщили. Только тогда лицо управляющего немного расслабилось. Он склонил голову. Как будто обретя чуть больше свободы, он добавил уже не столь напряжённым голосом: — Также искренне благодарю вас за великодушие, с которым вы пропустили мою несколько грубую манеру. Эд не любил лесть, но это было скорее приветствие. Он коротко кивнул на обременительную благодарность и пошёл дальше. Куда теперь? Проводить время — тоже работа. Его обеспокоенный взгляд быстро остановился на управляющем, который ждал, пока он пройдёт. О. — Подожди. Управляющий, уже собиравшийся незаметно уйти, вздрогнул и застыл. Лицо, на мгновение ставшее таким, будто он сейчас умрёт, тут же вновь стало чистым, словно ничего не произошло. Когда он поднял голову, Эд сократил расстояние и положил руку ему на плечо. — Ты управляющий этого города, значит, хорошо его знаешь? — Да? Да, верно. — Отлично. Разумеется, сведения для прогулки лучше всего получать у местных. Управляющий застыл. * * * Благодаря превосходному проводнику, который мгновенно понял его вкусы и подстроился под желания, Эд после качественной прогулки вернулся в Замок Короля демонов. Настроение его заметно улучшилось, и он направился во внутренний замок, к работе. И совсем скоро наткнулся на сцену, грозившую это настроение разрушить. — Мерзавец! Ах ты ублюдок! Сверху сыпались стрелы. Командир Девятого корпуса Тровер взмахом кулака сбивал их в сторону. Воспользовавшись промежутком, командир Пятого корпуса Оэль сократила дистанцию и размахнулась луком. Лук с весёлым звуком врезался Троверу прямо в лицо. В этот момент не осталось времени ни думать, ни оценивать. — Оэль. — Вы двое, подождите! Пожалуйста, остановитесь! Убедившись, что адъютант командира Пятого корпуса бросился вперёд и удержал свою начальницу, Эд быстро вмешался и схватил Тровера. Лишь после этого его голова начала работать. Нет, поправка. Сначала он понял ситуацию, и только потом у него разболелась голова. «Драка между двумя командирами корпусов...» Одного этого хватало, чтобы получить мигрень, но сейчас ведь шла война. Было очевидно: если между командирами корпусов возникнет разлад, ущерб понесут и Король демонов, и главнокомандующий Деон. Эд даже не заметил, как сильнее сжал Тровера. ...Так или иначе, сейчас важнее остановить этих двух демонов. Адъютант командира Пятого корпуса, похоже, думал так же и обратился к своей начальнице: — Если Король демонов или Деон это увидят, они будут поражены. — Заткнись, Дерниван! Отпусти меня! Эд посмотрел на Тровера. Демоны обладали физическими способностями выше, чем кто-либо ещё, и если бы захотели, легко стряхнули бы любую руку. Поэтому он ожидал, что Тровер тут же вырвется и поднимет шум, но вопреки ожиданиям тот стоял неподвижно, прикрывая одной рукой низ живота. Насторожившись из-за этого молчания, Эд спросил: — Тровер, могу я узнать, что произошло? Тровер молча вытер кровь из носа и опустил руку. Глаза Эда дрогнули при виде свежих, но очевидных следов кровотечения. Сам Тровер раздражённо оттолкнул руку Эда и процедил в сторону Оэль: — Что такого в одном сломанном куске хлама? — Что?! Ах. Благодаря этому Эд наконец понял ситуацию, но счастливее от этого не стал. Оэль снова взбесилась, крича, что убьёт его. Тровер ответил вызовом — пусть попробует. В тот же миг чувство, принесённое отпуском, окончательно исчезло. Эд вздохнул, снова вместе с Дерниваном останавливая двух демонов. «Я устал». * * * Ситуация закончилась после того, как Дерниван что-то прошептал Оэль. Что же он ей сказал, раз демон, который казался готовым не уходить, пока не изобьёт Тровера, послушно развернулся? Эду показалось, что вначале прозвучало: «Он будет ждать, когда вы придёте посмотреть». Жаль, что решающей части он не расслышал. Тровер, похоже, тоже понимал: раз он сам дал повод, ему не будет пользы, если происшествие раздуют. Поэтому он отступил так же послушно, как и Оэль. Эд не мог не почувствовать облегчения. «В Замке Короля демонов нет демона, который не знал бы, что Оэль дорожит уникальными вещами, подобранными тут и там. Зачем же Тровер...» Ему настолько было скучно? И как он вообще нашёл склад? Говорили же, что его прятали и периодически переносили, так что знали о нём лишь немногие. Он был вымотан. Эд наконец выпустил вздох, который всё это время сдерживал. ---------- Трещина (4) «Где Деон?» В кабинете его точно не было. Может, в своей комнате? Эд закрыл дверь кабинета и снова пошёл по коридору. Комната Деона Харта находилась недалеко, так что вскоре он уже видел нужную дверь. Там Эд и остановился. Кто-то открывал дверь и выходил. — Дан? — Адъютант? Дан, машинально откликнувшийся на знакомый голос, обернулся и вздрогнул. Посреди тёмного коридора стоял демон, выглядевший утомлённее, чем когда-либо. Что это? Неужели раны, полученные из-за того, что господин всё время отталкивал его, накапливались и наконец прорвались? Такого Дан видел впервые. Даже когда Деон Харт стал главнокомандующим и его завалило горой документов, Эд не доходил до такого состояния. Дан, хотя и знал, что собеседник смотрит на него без особой симпатии, всё же не удержался и спросил: — Вы выглядите усталым... Что-то случилось? — О. Только тогда Эд осознал, как выглядит, и провёл рукой по лицу. Там, где прошла ладонь, снова появилось привычное аккуратное выражение. Он ответил спокойно, словно речь шла о пустяке: — Конфликт между командиром Девятого корпуса и командиром Пятого корпуса. — А-а... В конце концов всё пошло по плану. Лицо Дана стало странным. Значит, этот демон пошёл туда, чтобы разнять их? В этом не было необходимости, но он сам купил себе трудности. Впрочем, Дан понимал. Для обычного главнокомандующего конфликт между крупными внутренними силами был бы очевидной потерей, и Эд, ничего не знавший, наверняка остановил их ради Деона Харта. Дан подавил звук, готовый сорваться с губ. «Что это за демон такой преданный...» Совесть, о существовании которой он почти забыл, тихо кольнула его. Дан попытался избежать взгляда, но заметил в глазах Эда некое смятение и сделал вид, будто ничего не увидел. — Должно быть, было тяжело. — Не особо... Отрицание не прозвучало до конца. Эд осёкся, на мгновение отвёл взгляд и, будто завершая разговор, спросил: — Деон внутри? — Нет, господин, скорее всего, на личном тренировочном полигоне рыцарей Лофти. Я тоже собирался туда. Пойдёмте вместе? — Нет. Иди первым. Всё равно говорить им было не о чем, и всю дорогу тянулась бы неловкая атмосфера. Раз они плохо ладят, обоим будет удобнее пойти отдельно. Дан понял смысл слов Эда, пожал плечами и первым двинулся вперёд. Эд немного подождал и последовал на некотором расстоянии. И всё же, несмотря на то что шли они раздельно, оба остановились в одном и том же месте, даже не достигнув цели. Первым замер Дан, шедший впереди. Мозг, получивший через глаза потрясающую картину, на миг прекратил работу. Все движения остановились. — С ума сойти. — Хм...? Эд, шедший без особых мыслей, поднял голову на внезапное ругательство. И сказал то же самое: — С ума сойти. — Что это... Расстояние между ними вновь сократилось, но сейчас это не имело значения. Эд изо всех сил удерживал дрожащий взгляд прямо перед собой, пытаясь понять происходящее. Перед ним были рыцари Лофти и Деон Харт. Рыцарь, «державший» Деона Харта, крикнул: — Все один раз поймали? Теперь бросаем случайно! Кто уронит — готовьтесь умереть! Конечно, не от меня, а от капитана! — Думаешь, мы уроним нашего капитана? Мы же не раз и не два это отрабатывали, да и в настоящем бою уже пробовали. — Нет, в реальности и на тренировке другое дело. Мы всегда тренировались с мешком, набитым камнями и песком. Капитана по-настоящему ещё не бросали. — Договорились? Тогда пошли! Капитан, расслабьте тело! Деон Харт взлетел в небо. Рыцарь, ожидавший там, куда он должен был упасть, надёжно его поймал. Мгновение спустя Деона Харта снова подбросили. «О боги... нет, мой Бог». Разве они не знают, что Деон не принцесса? Лицо Эда побледнело, пока он смотрел, как Деона Харта бросают и ловят с таким размахом. Само зрелище уже заставляло сомневаться в рассудке присутствующих, но они ещё и бесстыдно жаловались на Деона. — Капитан, мы ведь отрабатываем перенос капитана, которому трудно двигаться в чрезвычайной ситуации, верно? Если вы будете вертеться, нам будет сложно. — Такого больше не случится. — Откуда вам знать? Доверьтесь нам и расслабьте тело. Просто лежите спокойно, а мы обо всём позаботимся. Не такой уж он тяжёлый, можно подбрасывать очень высоко. На этом месте Эд сдался и перестал думать. Пока Эд терял остатки рассудка, Деон, снова оказавшийся в воздухе, рассеянно пробормотал, будто и сам был наполовину потерян по другой причине: — Если я окажусь в ситуации, где мне трудно двигаться, вы уже... — Ха, тогда можно заранее включить голову и отработать прыжки до такой ситуации! Капитан может сопротивляться... Можете вертеться сколько угодно, капитан! Но мы будем тренироваться так, чтобы не уронить! — Если я всерьёз начну сопротивляться, вы не выдержите. — Вы станете сопротивляться настолько, что мы пострадаем? — Да. — Ответ задержался. — Да. — Уже поздно. Я этого не слышал. Ещё раз, пока не придёте в себя! ...Когда Дан заглянул в комнату, за окном слышался шум. Вот, значит, почему. Он думал, что шумят просто потому, что господин посетил тренировочный полигон. Дан, с трудом вернувшийся к реальности, покачал головой. Придя в себя, он наконец заметил на одной стороне площадки других демонов. Его глаза снова дрогнули, когда он узнал командира Одиннадцатого корпуса и командира Восьмого корпуса. Если командир Одиннадцатого корпуса Лиринель ещё куда ни шло, то почему здесь командир Восьмого корпуса? Более того, она сидела, обняв колени, вся в крови. Дан медленно подошёл к ним. — Здравствуйте. — Ага, привет. — Я... не смогу... — Простите, командир Восьмого корпуса, почему вы в таком состоянии? Нет, прежде всего — господин, почему он так ошеломлён? Обычный Деон Харт не стал бы молча терпеть их безумное поведение. Скорее всего, какой бы довод они ни привели, в момент первой попытки он вытащил бы кинжал и наказал их. Ответы и выражение лица были расплывчатыми, значит, он явно потерялся. Дан был уверен. Как и ожидалось, Лиринель пожала плечами. — Похоже, он очень удивился, когда услышал, что культ демонов успешно призвал командира корпуса. С тех пор он такой. Рыцари решили, что Деон в плохом настроении, и устроили весь этот шум, чтобы развеселить его. — Что?! — Ты разве не слышал крик? «Ещё раз, пока не придёте в себя!» В середине голос, правда, был потише. — Я не слышал... нет, дело не в этом. Дан знал, что культ демонов постоянно пытался призвать высокопоставленных демонов. Но неужели у них действительно получилось? Они преодолели такую ничтожную вероятность — и призвали именно командира корпуса? — ...Раз здесь ведёт себя так кто-то, кого раньше не было, значит, вероятно, был призван командир Восьмого корпуса. Вы ещё и контракт заключили? — Верно. Когда меня призвали, там был полный хаос, так что я заключила контракт впопыхах. Дан не знал, что именно там случилось, но кровь на командире Восьмого корпуса явно имела к этому отношение. Они только начали закладывать основу в мире демонов, и тут появилась огромная переменная: командир корпуса, которого не только удалось призвать, но который ещё и заключил контракт. Неудивительно, что господин оцепенел. Если мир людей рухнет слишком быстро, времени на подготовку не останется. Дан с жалостью посмотрел на Деона, которого туда-сюда подбрасывали, и опустил взгляд, когда услышал голос. Командир Восьмого корпуса съёжилась, словно собиралась превратиться в шар. — Это правда, что Деон расстроился... Всё-таки даже когда призвали, это оказалась я... — А? Правда? — Конечно, я...! Хель, командир Восьмого корпуса, окончательно обрушилась от невинной улыбки Лиринель. «Нет, зачем здесь?» Почему командир Одиннадцатого корпуса, зная характер командира Восьмого, так легко подтвердила её слова? Дан посмотрел на Хель, словно готовую зарыться в землю. Адъютант. Нужен адъютант. Он вспомнил, что командир Восьмого корпуса, которую он видел всего несколько раз, всегда держала рядом своего адъютанта, и тот умело её успокаивал. Где адъютант? Дан быстро огляделся, проверяя, не пропустил ли адъютанта командира Восьмого корпуса, но раньше него вперёд шагнул Эд, всё это время молча наблюдавший со стороны. — Нет. Деон прекрасно знает выдающиеся способности командира Восьмого корпуса. Поэтому он точно не разочарован вами. — П-правда...? Командир Восьмого корпуса медленно подняла голову. Эд охотно встретил этот взгляд и решительно кивнул. Демоны, отправляющиеся в мир людей через законный контракт, испытывают меньше ограничений. Для обычных демонов разница может быть незначительной, но если контракт заключает демон уровня командира корпуса, его сила заметно возрастает, а действовать становится куда удобнее. Война и без того начала застывать в позиционном противостоянии, так что эта новость не могла не радовать. И не только ради Деона Харта — у Эда был и личный интерес. «Пора возвращаться в Замок Короля демонов?» Пока он двигался из Первого города обратно в Замок Короля демонов, Эд постепенно упорядочивал мысли. «Если Деон держится от меня подальше из-за ситуации, то есть из-за окружения, нужно изменить окружение». Если предположить, это окружение, вероятно, означало войну с миром людей. Эд всё ещё не понимал, почему из-за этого Деону нужно отдаляться от него... но ничего другого в голову не приходило, так что ему оставалось держаться за эту мысль. Он хотел как можно скорее закончить войну, но вопреки его желанию она, казалось, превращалась в затяжное противостояние. Доказательством был Тровер, командир Девятого корпуса, который должен был оставаться на границе, но вернулся в Замок Короля демонов. «Тогда всё осложняется». Затяжное противостояние возвращает командира корпуса, которому нечем заняться. Вернувшийся командир не выдерживает скуки, создаёт проблемы с другими командирами корпусов, и возникает конфликт. На этом всё не заканчивается — страдает управление войсками. Иными словами, если быть неосторожным, можно столкнуться с разрывом силы. Ослабленная сила ускорит закрепление бессмысленного противостояния и войны на истощение. Порочный круг повторится. Для Эда, который хотел быстро завершить войну с миром людей и вернуть прежние отношения с отдалившимся Деоном, это был самый нежелательный исход. Именно поэтому командир Восьмого корпуса, способная перевернуть доску, была так важна. Эд, заменяя отсутствующего адъютанта командира Восьмого корпуса, твёрдо сказал, чтобы поднять её дух: — Деон, вероятно, думает, как в нужный момент использовать превосходного командира Восьмого корпуса. — Правда...? — Да. Разве не так? Деон. Эд обернулся. Незаметно подошедший Деон, наблюдавший за ситуацией, медленно кивнул. Позади него рыцари Лофти, потирая лбы, затылки и прочие части головы, жаловались на боль. — Ну... да. — Вы слышали, верно? Так что вставайте. Пол грязный. Деон кивнул и посмотрел на медленно поднимающуюся Хель. Ему хотелось вздохнуть, но он подавил это желание: если вздохнёт, командир корпуса с такой низкой самооценкой снова закопается в землю. «Я правда не собирался никого призывать». Культ демонов был лишь одним из предлогов, оставленных в мире людей на всякий случай. Когда он услышал, что они действительно призвали демона и заключили контракт, он просто онемел. «Говорили же, вероятность низкая...» На мгновение он полностью потерялся. И всё же случившееся нужно где-то использовать. Деон прежде всего обратился к Лиринель, которая заглядывала со стороны и наблюдала за ним. — Ты хорошо справилась, так что не переживай. Отличная работа. — Ах...! Это всё естественно! Всё ради Деона! — А Хель? — Простите... Почему он просто назвал её по имени? ---------- Эффект бабочки (1) В конце концов Деон вздохнул. От вздоха, в котором ясно слышалось раздражение, Хель вздрогнула и, оглядываясь, медленно сжалась. Деон растерянно посмотрел на чёрную тень, будто оседающую вниз, и закрыл глаза. — Я не собираюсь тебя ругать... Просто хочу задать несколько вопросов. Быстро вставай. — Да... — В первую очередь нет причины тебя ругать. Любой увидит, что это хорошее событие. Почему все так на меня смотрят? — Потому что Деон выглядел недовольным... Наверное, должен был быть призван не я, а другой командир корпуса... — Нет. Тебя достаточно. Почему он вообще должен её утешать? Деон ощутил приступ скепсиса, но знал: если покажет это, ситуация вернётся к началу. Поэтому он улыбнулся ярко, сознательно удерживая выражение лица, которое всё норовило исчезнуть. — Говорят, ситуация при призыве была хаотичной. Значит, ты сумела заключить контракт даже в таких условиях, верно? И в этой суматохе ещё помешала информации попасть к вражеским силам. Именно поэтому Хель сейчас была вся в крови. Время совпало идеально: в тот самый момент, когда её призвали, к месту ворвались солдаты Империи, получившие сведения о том, что культ демонов проводит призыв. Прежде чем она успела как следует разобраться в ситуации, ей пришлось определить врагов, отделить их от остальных и уничтожить. — Этого достаточно, чтобы доказать твои способности. — ... — Моё лицо было таким не потому, что ты меня разочаровала. А потому что твой контрактор оказался неожиданным человеком. На самом деле она казалась даже способнее некоторых других командиров корпусов, и Деон не понимал, почему у неё настолько низкая самооценка. Она была так талантлива, что от этого у него начинала болеть голова. — Правда? — Да. Не отправить её в мир людей нельзя. Сейчас демоны изо всех сил старались завоевать мир людей, который словно ускользал из рук. Если главнокомандующий примет труднообъяснимое решение, его тут же начнут критиковать. Вернее, именно потому, что он главнокомандующий, критики будет ещё больше. Демоны завалят вопросами, а Король демонов, вежливо улыбаясь, будет игриво проверять его. Деон посмотрел на нерешительную Хель, командира Восьмого корпуса, и медленно открыл рот. — Для начала... давай разберём тип и пределы твоих способностей, которые можно использовать в мире людей. * * * — Уничтожены... — Да. — Верующие культа демонов вряд ли были настолько сильны, чтобы уничтожить имперскую армию. Значит, они, вероятно, успешно призвали демона. И именно в тот момент, когда прибыли солдаты. Раз они до этого всё время проваливались, чего ещё можно было ожидать от нынешней попытки? Эльпидиус, словно измученный, коснулся лба. — Раз их уничтожили, невозможно узнать, насколько силён был призванный демон... Он подозревал неладное, но не думал, что всё настолько плохо. Как же он удивился, когда канцлер Ардал ворвался с побледневшим лицом и выкрикнул, что нужно немедленно отправить солдат к культу демонов. На вопрос, что это значит, Ардал будто только этого и ждал: подал документ, в котором содержались почти невероятные сведения. «Культ демонов... Люди пытаются призвать демонов». Они воевали с миром демонов, а враг оказался ещё и внутри. Да, бывают такие люди и такие. Головой он понимал, но... Эльпидиус сжал кулаки. Неописуемое чувство удушья давило на сердце. На первый взгляд в нём даже была примесь отчаяния. «И без того ситуация плохая». Нет, возможно, именно потому, что ситуация плохая, всё и дошло до такого. Желание выжить, присущее всем живым существам, должно было привести к желанию ухватиться за сильного. Значит... он понимает. Прежде чем быть людьми, они просто уступили самому основному инстинкту живого существа. Эльпидиус медленно открыл рот: — С тем, что уже случилось, ничего не поделаешь. Двигаемся дальше. Предупредим королеву Горного королевства, чтобы была осторожна, и на этом закончим. — ... — Снова отправьте войска к культу демонов. Один раз можно потерять бдительность, но второго раза допустить нельзя. В этот раз пошлите людей лучше прежних и разберитесь наверняка. Судя по тому, что в документах Ардала был записан разговор, где они укрепляли решимость добиться успеха именно на этот раз, это был их первый удачный призыв. Хорошо. Второго не будет. Ардал, поняв смысл приказа, удивлённо поднял голову. Эльпидиус не стал избегать его взгляда, а прямо встретил его и произнёс твёрдо, словно вбивая гвоздь: — Арестовывать не нужно. Найдите и убейте всех верующих, участвовавших в призыве демона, а также всех, кто имеет хоть малейшую связь с культом демонов. — ...Когда вы говорите «хоть малейшую связь»... вы имеете в виду убить даже тех, кто не является верующим? — Думаю, это включает и тех, кто получил от культа демонов кусок хлеба. — ... Иначе нельзя. Нужно отсеять и тех, кто сочувствует культу демонов. Только так можно предотвратить возможность его возрождения или появления второго и третьего культа. Он добавил, глядя на застывшего Ардала: — Будь на моём месте дядя, он отдал бы тот же приказ. — Я знаю. Но он, по крайней мере, чувствовал бы вину. — Да, совершенно бесполезное чувство. Приказ всё равно не будет отменён, так зачем доставлять себе лишний дискомфорт? Для последователей культа демонов вина — роскошь. Жаль, что погибнут и неверующие, но на этом всё. Причина, по которой люди могут превосходить других живых существ, — разум, способный подавлять инстинкты. Раз они утратили разум и подчинились инстинкту, они звери. «Если они повернулись спиной из желания выжить, то нам остаётся ударить по тому же инстинкту». Это был не бессмысленный приказ, продиктованный личным желанием, а необходимая мера. Не было причины чувствовать вину. Ардал вздохнул, ясно видя в Эльпидиусе задатки тирана. — Вы говорите страшные вещи. Это может казаться ненужным, но вина императору необходима. Она помогает искать лучший выход. Без вины такие приказы отдавать легко. В будущем, даже не пытаясь найти другой способ, вы можете приказать без колебаний бросить народ Империи просто потому, что так проще и быстрее. — ...Ты долго меня отчитываешь. Эльпидиус подпер подбородок и криво наклонил голову. Всем телом он показывал, что слушать нотации не намерен. Ардал посмотрел на другую присутствующую, словно прося помощи. Алетея почувствовала взгляд и неловко улыбнулась. — Его Императорское Высочество. — Ну... Во-первых, я считаю, что приказ Его Величества неизбежен. Я согласна со словами канцлера, но, по крайней мере в отношении последователей культа демонов, не думаю, что нужно чувствовать вину. — ...О боже. — Монарх должен заботиться о своём народе. Раз они вне этой сферы, о животных беспокоиться не нужно, верно? Она открыто назвала последователей культа демонов зверями. Ардал застыл. Лучше бы она назвала их преступниками. Людям не дано право понижать ценность других людей до зверей. Император не исключение. Думать так и произносить вслух — разные вещи. Это было настолько опасное высказывание, что могло вновь вдохнуть жизнь в рабство, давно отменённое. Неужели они действительно брат и сестра, рождённые от первого принца, которого называли мягче всех? Ардал внутренне скорбел. При жизни императора они, по крайней мере, казались хорошими. Что же сделало их такими? О чём бы ни думал Ардал, Эльпидиуса это не волновало. — Ты слышал? Быстро собирай войска. — ... — Покажи ясный пример того, какой конец ждёт тех, кто осмелится предать людей ради демонов. Золотые глаза, похожие на глаза того, кто когда-то называл себя тираном, но куда злобнее, сверкнули. Этот приказ был не только для примера. В опасной ситуации, когда неизвестно, какой демон был призван, лучшим вариантом было убить контрактора — лёгкого человека. Если перебить всех, связанных с культом демонов, среди них погибнет и тот, кто заключил контракт. Получив известие об уничтожении отряда и продолжая предполагать, что призыв демона удался, Эльпидиус думал: «Кто контрактор?» * * * После смерти бывшего императора Эдоардо Дезерта революционная армия беспрецедентно усилилась, поглотив талантливых людей из стран, пострадавших от завоевательной войны. Пол, её лидер, который сам не присоединился к некоторым действиям из осторожности, услышал новость: Империя отправила войска в логово культа демонов. Он приказал собрать дополнительные сведения. «В ситуации, когда каждая единица войск на счету, они не стали бы бессмысленно тратить силы на псевдорелигию, с которой можно разобраться позже». То, что её оставили без внимания, а потом внезапно отправили войска, выглядело срочно. Должна была быть причина. Полученная дополнительная информация оказалась потрясающей. Культ демонов всё это время пытался призвать демонов. — С ума сошли. Пол, которому сообщили, что демон был успешно призван, а прибывшая на шаг позже имперская армия уничтожена, холодно пробормотал: — Одни бегают по миру и говорят, что остановят мир демонов ради всех, а другие пытаются притащить демонов в мир людей. Революционная армия и без того всеми силами защищала мир людей, тщательно мешая армии Короля демонов атаковать Горное королевство, поэтому эта новость была особенно неприятна. Перечитав содержание и проверив лицевую и оборотную стороны бумаги, не пропущены ли сведения, он поднял взгляд. — Есть информация о призванном демоне или контракторе, госпожа Ирам? — Пока нет. Даже Империя, которая отправляла войска напрямую, похоже, не знает. — Ну да, их же полностью уничтожили... Демоны, пришедшие в мир людей через контракт, опасны не только личной силой, но и тем, как их можно использовать. Худший вариант — если «человеческий» контрактор призовёт «демона-контрактника» прямо в важной точке операции. Есть даже записи, что ограничения в мире людей для демонов, заключивших контракт, ослабевают. Это действительно ужасно. — Будь то демон или контрактор, с одним из двоих нужно разобраться. Как только появится информация, немедленно сообщите. — Хорошо. Контрактор — проход для демона. Если трудно устранить демона, нужно хотя бы закрыть этот проход. Получив подтверждение от Ирам, Пол с долгим вздохом откинулся в кресле. Он закрыл глаза, наслаждаясь редкой тишиной, затем медленно открыл их и посмотрел на Ирам. Словно почувствовав чей-то взгляд, она подняла глаза от документов, и Пол улыбнулся неприятной улыбкой. — Кстати, госпожа Ирам. — Да? Редкий свободный момент, но это нужно спросить. Такой вопрос можно задать только тогда, когда есть передышка. — Местонахождение Шии до сих пор неизвестно? — ... Ирам закрыла рот. Она, казалось, хорошо контролировала выражение лица, но Пол не мог не заметить лёгко дрогнувших глаз и прочёл в них волнение. Ха. Он коротко рассмеялся. Он знал, что так и будет. Притворившись, что ничего не заметил, он подчеркнул каждое слово: — С тех пор как я попросил найти Шию, прошло уже много времени, но от вас нет ни слова. — ... — Разве это не странно? Разведка нашей революционной армии не настолько беспомощна, чтобы не найти одну девочку. Ирам, наконец выйдя из оцепенения, вздохнула и опустила глаза. — Простите. ---------- Эффект бабочки (2) Это слово было брошено без объяснений, но Пол всё понял. Как и ожидалось, она уже знала, где Шия. Вероятно, знала давно. — Госпожа Ирам... госпожа Ирам, госпожа Ирам... — Почему вы так поступили? Голос прозвучал почти как стон. Он чувствовал предательство, но не злился. Потому что грусть пришла раньше гнева. — Вы прекрасно знаете, какую роль Шия играет для меня. Существование Шии нельзя рассматривать и оценивать по частям. Для Пола, которого один и тот же человек обжигал бесчисленное количество раз, Шия была семенем и корнем единственной человечности, оставшейся у эмоционально выжженного ребёнка из трущоб. Пока он был лидером революционной армии, никто не мог отнять у него Шию. Но внутренний человек мог. Ирам, слушавшая молча, открыла рот: — Я хотела устранить вашу слабость. — ... — Командир отряда Даниэль посвятил жизнь матери и жил ради неё, поэтому ничего нельзя было сделать. Но вы другой. Вы и без этой девочки хорошо держитесь. — Ха-ха. Сухой смех заполнил комнату. Затем прозвучал низкий, чуть злой голос: — Почему это решает госпожа Ирам? — А что вы будете делать, если я действительно сойду с ума? Похоже, тот, кто был командиром отряда, его наставником и старшим братом, слишком мягко обращался с ней как с ближайшей помощницей. Насколько же смешным она его считала, раз осмелилась на такое? Пол взял со стола документ и помахал им. — Госпожа Ирам, вы знаете, что это за документ? — ... — Это анализ текущей ситуации и направление, по которому нам следует двигаться дальше. Последняя версия. Временная политика для переходного периода — так лучше? Та, которая должна отложить «политику после революции», придуманную Даниэлем. Ирам знала, что документ очень важен, но... какое это имеет значение? В её глазах появилось сомнение. Пол встретился с ней взглядом, усмехнулся и взял документы обеими руками, будто показывая их. В тот миг, когда Ирам вздрогнула от зловещей улыбки, сдерживаемой чувством, в котором невозможно было отличить гнев от печали, бумага разорвалась надвое. — ...! Глаза Ирам расширились. Пол на этом не остановился. Он снова и снова хватал разорванные листы, рвал их, превращал документ в клочки. Почти растирал его в прах. Лишь когда в его руках остались скомканные обрывки, Ирам пришла в себя и запоздало схватила его за запястье. — Что... что вы делаете?! Такая важная вещь! — Отпустите. — ... — Отпустите, госпожа Ирам. Рука, державшая запястье, бессильно упала. Пол демонстративно рассыпал бумажную пыль перед её глазами. В помещении пошёл несезонный снег. Ирам ошеломлённо смотрела на это зрелище. Ей было нелегко прийти в себя перед спокойным гневом человека, который до сих пор тихо исполнял свою роль. ...Она знала, что означает этот поступок. Он предупреждал. Если она хочет, чтобы он играл роль настоящего лидера, сначала пусть найдёт Шию. И ещё — пусть больше никогда не делает ничего подобного. — Второго раза не будет, госпожа Ирам. Это последний. — ... — Где Шия? Ах. Перед ней всё ещё стоял тот маленький мальчик, которого Даниэль когда-то таскал за собой. Когда он успел так вырасти? Глаза, полные духа лидера, ведущего людей, смотрели прямо на неё. После короткого зрительного контакта Ирам медленно ответила: — ...Честно говоря, я не уверена. С тех пор как война с миром демонов разгорелась в полную силу, я была слишком занята и не уделяла ребёнку внимания. Но если говорить о месте последнего обнаружения... — ... — Это был культ демонов. — Что? * * * Это мошенничество. Деон, проверявший способности командира Восьмого корпуса Хель разными вопросами, не сумел сдержать растущее изумление и невольно произнёс: — Это не имеет смысла... — Как и ожидалось, я... неисправима... — Нет, я не это имел в виду... Ты абсурдно талантлива. Настолько, что он почувствовал угрозу. Можно ли действительно выпускать её в мир людей? Кажется, не пройдёт много времени, как придут вести о полном завоевании. Деон серьёзно забеспокоился. — Ты правда... универсальна... — Спасибо...? — ...Да, для начала это комплимент. Хель, командир Восьмого корпуса, была демоном, искусным во всех видах оружия. Уже одно это было угрозой, но как демон, рождённый с магической силой теней, она обладала ещё и опасной уникальной способностью: сливаться с тенями и перемещаться через них. Ограничения ослабли настолько, что её состояние было почти как в мире демонов. Это выглядело нелепо, если вспомнить, как давным-давно, едва услышав подсказку Девелании, они поспешили устранить цель и вернулись. И пусть у способности был предел по расстоянию, что это за безумие? — В любом случае... ты хорошо потрудилась. Её тоже нужно убрать как можно скорее. — Спасибо. Ответ последовал без паузы. Сегодня его беспокоила кровь, капавшая на пол, поэтому Деон пошарил в одежде, достал сигарету и велел ей идти внутрь и отдыхать. Когда он развернулся, Эд и Дан естественно последовали за ним. Деон на мгновение остановился перед дверью, до которой уже дошёл, и посмотрел на Эда. Их взгляды встретились. Взгляд Эда, словно он заранее знал, что сейчас услышит, обречённо опустился. Деон рефлекторно открыл рот, но, увидев это, на миг закрыл его. Затем всё же сказал то, что собирался: — Ты тоже хорошо потрудился. — ... Это был завуалированный способ выпроводить гостя — благодарность за визит и намёк уйти. Эд молча взглянул на Дана, склонил голову и ушёл, не сказав ни слова. Деон некоторое время смотрел ему вслед, затем без колебаний отвёл взгляд и положил руку на дверную ручку. Когда дверь открылась, странное растение в цветочном горшке у окна, подпиравшее подбородок, пискнуло и мягко встряхнуло листьями, будто приветствуя его. — А, да. Привет. — Пф-ф. Стоило войти, как стебли потянулись к нему. Насколько вообще оно может вытягиваться? Деон с подозрением посмотрел на стебель, который удлинялся и укорачивался по желанию, а затем, не ломая горшок, обхватил растение, уже повисшее у него на талии, и снял его. — Что? — Йик. — Ты выглядишь недовольным? — Ик! — А, ещё и запах сигарет? — Йик! — ...Как вообще мы общаемся, если растение чувствует запах... или до этого? Лицо Дана, слегка искривившееся от непонимания, оказалось забавным. Деон рассмеялся и поставил горшок на стол. Он говорил игриво, гораздо свободнее, чем прежде, проводя пальцами по толстому стеблю, который можно было считать телом существа, освобождавшего его талию. — Просто по ощущениям? — Это правда? — Не совсем ложь... Если не считать простого общения, он обычно довольно подробно выражает мысли. Любой поймёт. — Понятно. — Кстати. Сев на кровать, Деон будто бы пробормотал: — Командира Восьмого корпуса тоже нужно убить. — Как? Дан, любопытно тыкавший странное растение на столе, спокойно переспросил. Он не удивился, потому что в некоторой степени ожидал этого. Деон поднял руку к уголку губ, прикусил костяшку пальца и пробормотал: — Знаю. Что делать? Я не могу убить её сам... Было бы чисто, если бы герой Деон убил её лично, но это невозможно. Если он убьёт её сам, его точно раскроют. Даже в Замке Короля демонов за Деоном Хартом наблюдают многие. Прямо сейчас Король демонов, кажется, уделяет Деону больше внимания, чем другим демонам. Других демонов ещё можно было бы оставить на потом, но избежать взгляда Короля демонов трудно. Деон, планировавший в будущем уменьшить число командиров корпусов, не хотел рисковать ради убийства всего одного — тем более в самом начале. — Если сейчас ничего конкретного не приходит в голову, думаю, неплохо было бы немного отдохнуть... ай! Хрусть. Монстр подполз и укусил Дана за палец. Дан быстро встряхнул рукой, вытащил палец и, увидев, как обильно течёт кровь, растерянно уставился. — Почему внутри цветочного бутона зубы?.. — Фуха! — Весело? — Ага. Очень. Хозяин тоже кусается, значит, и он кусается. — ... — Яда нет, не переживай. Кто ещё осмелится вот так меня трогать? Деон усмехнулся. Дан с мрачным видом полез в карман и достал платок. Он не собирался продолжать нынешнюю тему — бесплодную и неприятную. Грубо вытерев кровь, Дан перешёл к делу, ради которого изначально искал Деона. — ...Я нашёл Шию, которую искал господин. Девочка из бедности, когда-то принадлежавшая Церкви Спасения. Кроме имени совпадают и три других условия, так что, вероятно, это она. Сейчас она в культе демонов. Поскольку это во многих отношениях задевало революционную армию и её лидера, Дан ожидал какой-то реакции. Особенно абсурдным было то, что человек, которого искали, оказался в культе демонов. Однако Деон не отреагировал. Он просто лёг на кровать. — Знаю. — Что? — Темнота под лампой. Жаль, но уже поздно. Глядя в потолок, его глаза помутнели. — Она контрактор командира Восьмого корпуса. — А? — Я не просто так потерялся. Это было так пусто и абсурдно. Честно говоря, даже теперь, когда он кое-как собрался, всё ещё казалось нелепым. Дан, похоже, чувствовал то же самое: он заикаясь заговорил, выглядя слегка ошеломлённым. — Я... э-э... конечно... это немного... очень удивительно. — ... — Тогда... что будете делать? Она принадлежит к культу демонов, так что если сказать Лиринель, всё быстро решится. Её слепое и инициативное отношение означало: любой приказ Деона она выполнит. И Дан, и Деон это прекрасно знали. Может, поэтому. — ... Деон приподнялся, будто собираясь что-то сказать, но остановился и снова закрыл рот. Ладонь закрыла лицо, на котором проступили самоотвращение и самоукор. Словно одного движения было мало, он несколько раз провёл рукой по лицу, будто умываясь насухо, и медленно поднял голову. Тяжёлый голос, смешанный со стоном, прозвучал: — Похоже, война сильно на меня повлияла. — ... — Раз мои мысли начинают напоминать методы того проклятого ублюдка. Фиолетовое перо на столе раздражало взгляд. Деон встал, взял его и переломил пополам. Вернувшись к кровати, он грубо бросил обломки на стол рядом с горшком. Растение-монстр вскрикнуло: «Йик!» — и ударило их стеблем. Увидев эту абсурдную сцену, Дан невольно замолчал. — ... — Ты довольно проницателен. — Йик! Странное растение подняло большой палец... вернее, лист. Мелочь, но смешная, и настроение чуть улучшилось. Деон, усмехнувшись, сказал: — Ну, давай пока немного отложим и подумаем позже. Решать прямо сейчас не обязательно. — ...Да. Эта девочка — контрактор командира Восьмого корпуса. Что бы вы ни сделали сейчас, если она исчезнет, подозрение падёт на вас. Лучше дать делу время. — Да. Когда я искал Шию, я ничего не скрывал. Наверняка все демоны знают. Если при таких обстоятельствах она умрёт, первым подозреваемым стану я... На самом деле Дан понял, о чём думает Деон. Деон, вероятно, смутно понимал, что Дан понял. Поэтому всё это было лишь повязкой на глаза. И всё же Дан не собирался портить уже улучшившееся настроение, поэтому просто согласился, ничего не сказав. Деон тоже кивнул: он не хотел портить настроение сейчас, но ему было нужно время, чтобы найти способ лучше. Между ними повисла странная атмосфера — будто тёплая, но не совсем. Дан, водивший глазами в неоднозначной тишине, вдруг издал звук, словно что-то вспомнил. — ...О, и ещё есть слух, который я услышал, пока искал Шию. — Какой? — В последнее время он известен среди простолюдинов мира людей. История о настоящем зелёноволосом герое, который странствует не по высоким местам, а по самым низким. Зелёноволосый герой. Имя одного человека сорвалось с губ само собой. — Старший Стигма. ---------- Эффект бабочки (3) Дан кивнул. — Да, я тоже так думаю. — Но... старший не из тех, кто просто бросит своё положение... Деон склонил голову набок. Стигма был человеком, который больше всех цеплялся за достоинство и честь. Всё это, несомненно, выросло из отвращения к своему положению «незаконнорождённого» и «полукровного дворянина». В слухах ясно говорилось, что он «бродит по континенту, ища самые низкие места». Ни один монарх в здравом уме не стал бы тратить драгоценную силу на подобное. Значит, можно истолковать так: он больше никому не принадлежит. Иными словами, если за слухом действительно стоит Стигма, он отказался от дворянского титула. «Тот самый Стигма Примиро отказался от титула?» Деон на мгновение задумался, потом покачал головой. — Может, это просто слух или другой герой? — Во-первых, это не просто слух. Свидетельств очевидцев много. Вероятность, что это другой герой, не равна нулю, но, честно говоря, она мала. Зелёные волосы встречаются нечасто. К тому же говорили, что в действиях героя из слухов была элегантность, которую невозможно скрыть... — Это старший. Если речь идёт об «элегантности», то это Стигма Примиро. Отрицать здесь нечего. Признав это с неохотой, Деон всё же выразил сомнение в непонятной ситуации. — Почему он отказался от дворянского титула...? — Не знаю, но, вероятно, у него есть какой-то замысел. Например... стремиться к большей чести, при которой титулы уже не имеют значения. — Большей чести? — Да. Честно говоря, Империя рушится. Если он останется там, то будет всего лишь «героем погибшей страны». Думаете, он удовлетворится этим? — Конечно... Если это старший, он будет двигаться так, чтобы оставить после себя честь, которую не забудут даже после смерти. В прошлом, особенно во времена войны, погибшие страны легко исчезали из памяти людей. Даже если речь шла об императоре, простой герой мог быть забыт, не оставив имени. Если это Стигма Примиро, ему могло не понравиться именно это, и потому он ушёл. Звучало правдоподобно. Деон погладил подбородок и понимающе кивнул. Дан добавил с усмешкой: — Честно говоря, кроме этого, я не могу придумать причины, по которой он бы отказался от статуса дворянина. — Верно. Деон тоже обдумал это, но не нашёл гипотезы убедительнее слов Дана. ...Что ж, сейчас это не главное. Оставим в стороне догадки, в которых нет уверенности. «Факт в том, что Стигма Примиро странствует по континенту». Благодаря этому в голову пришёл один способ. Мысль появилась почти случайно, и, боясь забыть её, Деон сразу поделился ею. — ...Командира Восьмого корпуса Хель, как ни крути, всё равно придётся отправить в мир людей. Как насчёт отправить её к стенам Горного королевства, где, говорят, наступление задержалось, и разобраться с ней через старшего? — Он действительно выглядит способным убить командира Восьмого корпуса, освобождённую от ограничений, но... сделает ли он то, чего мы хотим? — Двинется. Человек, который покинул своё место ради большей чести, упустит возможность убить командира корпуса? Если дать ему сцену, он с радостью выйдет на неё. Даже если нет, можно заставить его двигаться. Голос Деона звучал уверенно, будто он был в этом убеждён. Когда он произносил мысли вслух, спутанный клубок в голове будто постепенно распутывался. Деон продолжил бормотать, словно разговаривал сам с собой: — Восьмой корпус — щитовое подразделение, так что не стоит отправлять его в поддержку вместе с Хель. Лучше оставить его в Замке Короля демонов... Вместо этого можно отправить с ней обычный отряд. В конце концов, ключ — командир Восьмого корпуса. Вы знаете её местонахождение? — По крайней мере, мы знаем деревню, где он остановился. Но трудно даже встретиться взглядом, не говоря уже о контакте. — Он герой, легко избавится от липких взглядов. Этого достаточно. В любом случае ему остаётся только постоялый двор. Если обстановка неблагоприятная, он не тот человек, кто упрямо станет ночевать на улице, когда есть гостиница. Особенно если он «герой», способный преодолеть и избежать любого, кто придёт. У постоялого двора нет причин избегать его. Но если кто-то попытается напрямую связаться с ним, он точно уйдёт, а сам Деон не может прийти — на него обращают внимание и в мире демонов, и в мире людей. — Передайте это всем хозяевам постоялых дворов в деревне, где он остановился. Если увидят элегантного мужчину с достойной осанкой и манерой речи, пусть передадут сообщение. За деньги каждый согласится. — Какое сообщение? — Хм... не стоит быть слишком прямым... Тук-тук. Указательный палец постучал по бедру. — ...Перед фонарём, стоящим там, где бушует ветер, ляжет тень, и только ты можешь убрать её... Думаю, этого достаточно. — Понял. Я передам. — Ах, в конце добавь, что это просьба и подарок от непутёвого младшего. Ты понимаешь, что действовать нужно тайно? — Конечно. Дан усмехнулся. — На этот раз я тоже выполню всё безупречно. * * * Скоро нужно было покинуть эту деревню. Стигма был уверен, что его не поймают, но само избегание уже порядком раздражало. Вспомнив взгляды, следившие за ним совсем недавно, он полез в карман, чтобы расплатиться. Похоже, в какой-то момент за ним частично перестали следить, и взглядов стало меньше, но это всё ещё раздражало. Учитывая, что внутри постоялого двора ждали люди Империи, Стигма не мог игнорировать возможность ещё более неприятного развития событий. Поэтому он решил уйти из деревни прежде, чем всё станет ещё назойливее. ...Однако. — Что вы делаете? Почему не берёте? Почему хозяин постоялого двора так пристально смотрит? Вид, с которым тот не принимал деньги и просто смотрел на него, оказался весьма неприятным. Стигма нахмурился. Когда он, не выдержав ожидания, попытался убрать руку, хозяин поспешно взял монеты. Стигма тихо рассмеялся. — Что это за уловка? Только тогда мужчина, всё это время молча наблюдавший, открыл рот: — ...Я думал, как отличить человека, если сказали только «элегантный мужчина», но... когда видишь лично, сразу понимаешь... — ... Он будто говорил сам с собой, но слова явно предназначались Стигме. Тот закрыл рот. Похоже, кто-то попросил хозяина передать слова или вещь. Что ж, раз Стигма так старательно избегал встречи, было естественно понять: лично он не встретится. Другая сторона, видимо, тоже пошла на компромисс и сделала шаг назад. Острые границы слегка смягчились. Знал это хозяин или нет, но он заговорил, выполняя просьбу: — Кто-то просил передать вам следующее. «Перед фонарём, стоящим там, где бушует ветер, ляжет тень, и только ты можешь убрать её». — ... — Ещё добавили, что это просьба и подарок от непутёвого младшего. — Ха. Он быстро всё уловил. Какой дерзкий младший. На губах Стигмы появилась улыбка. — Спасибо, что передали. Подробный разбор можно провести позже. Оставаться дольше не было причины, так что Стигма просто вышел за дверь, уходя от липкого и надоедливого взгляда. Он шёл, избегая тех, кто пытался найти его глазами, и, добравшись до безлюдного места, наконец остановился и стал обдумывать сообщение. «...Фонарь, стоящий там, где бушует ветер». Так как это не личный разговор, почти стопроцентно слова могли утечь, поэтому сообщение было слегка завуалировано. К счастью или к несчастью, истолковать его нетрудно. Обычно «светильник перед ветром» означает крайне опасное, ненадёжное положение. Но здесь не просто ветер, а бушующий ветер. Значит, ситуация очень опасная или жестокая. Стигма легко вспомнил Горное королевство, по которому мир демонов сейчас бил особенно сосредоточенно. «Перед ним тень...» Из мира демонов вышло подкрепление? Раз в сообщении указали на него и сказали, что «только ты можешь убрать её», среди них, похоже, есть командир корпуса. И не обычный, а особенно сильный. Говорили, что даже бывшего императора Эдоардо Дезерта оттеснили, но это лишь потому, что тот был особенным. Среди героев Стигма был сильнейшим. Такая уверенность была естественной. «В таком случае кандидаты — командир Первого или Третьего корпуса, либо командир корпуса, заключивший контракт с человеком». Слова в конце — «просьба и подарок от непутёвого младшего» — говорили о том, что отправитель надеется: Стигма поймёт, что это Деон Харт, и не проигнорирует просьбу. Он без труда прочёл смысл и мягко улыбнулся, словно проявляя высокомерие. Тёплый ветер прошёл по его вечно холодному и аристократичному лицу. — Значит, он хочет, чтобы я двинулся, раз даже вспомнил отношения старшего и младшего. Трудно назвать сообщение Деона Харта полным подарком. Верно, Стигма движется ради чести, но в нынешней ситуации он хочет избежать привязки к власть имущим. Именно поэтому он не появлялся в ключевых местах, где имя могло бы широко прославиться. Младший, вероятно, добавил «просьбу», понимая это. Так причудливо и мило, что невозможно не взглянуть. — Хорошо, младший. В этот раз я особенно послушаю тебя. В любом случае, когда они встретятся снова, ему придётся сделать то, за что он будет извиняться. Если помнить об этом, выполнить такую просьбу несложно. Нет, скорее, одного этого недостаточно, чтобы заменить будущую вину. Стигма снова двинулся, решив найти что-нибудь, чем сможет расплатиться, до того дня, когда они встретятся. «...Ради большей чести». Среди тех, кто смутно понимает Стигму Примиро, распространено заблуждение. Стигма не был одержим именно «дворянским титулом». Возможно, когда-то так и было, но со временем, начав смотреть дальше, он держал титул лишь как доказательство своей «чести». Имя «Стигма», клеймо для семьи, и происхождение «незаконнорождённого» заставили его цепляться за «честь», которая возвысит его имя. Иными словами, для человека, уже выстраивающего путь к тому, чтобы его имя и честь остались после смерти, нынешний дворянский титул был немного жаль терять, но он мог выбросить его в любой нужный момент. «Лишь бы отпечатать своё имя в истории этого континента». Когда он доберётся туда, где идёт бой, он поймёт, что делать. Ради несчастного, милого и вызывающего сожаление младшего Стигма выбрал в качестве цели место, куда сам идти не хотел. * * * — Всё закончится мгновенно... Командир Восьмого корпуса Хель уныло пробормотала. Деон, молча слушавший её, склонил голову набок. Кто? — ...Конечно, я... Она? Что делать, если она ведёт себя так в день выхода на поле боя? Её адъютант, похоже, подумал о том же и поспешно похлопал её по спине. — Хель, вы справитесь. — Я не уверена, что справлюсь... — Как можно так говорить, когда вы настолько талантливы? — Не знаю... Разве можно поручать такую важную миссию кому-то вроде меня?.. Её самооценка проваливалась в землю. Адъютант Хель, Найн, осторожно вздохнула так, чтобы её хрупкая начальница не заметила. Деон видел эту ситуацию, а сегодня всё было особенно тяжело. Возможно, потому что миссия была самой важной из всех, какие ей когда-либо поручали. Что с этим делать? Она вздохнула и подняла глаза. В поле зрения попал адъютант командира Двенадцатого корпуса, проходивший мимо в поисках своего начальника. — Разве я не просил вас думать дважды, прежде чем говорить?! Если не получается, я советовал просто держать рот закрытым. Но что вы сделали перед другим командиром корпуса? Он принял это за провокацию, и мы чуть не подрались! — ... — О боже, теперь вы даже не отвечаете! Я увольняюсь с должности адъютанта... — Простите... — Не слышу. — Простите! Дахар, адъютант командира Двенадцатого корпуса, который колотил себя в грудь, вдруг повернул взгляд к тому, что почувствовал. Его глаза встретились с глазами адъютанта командира Восьмого корпуса, утешавшей свою начальницу. Ситуации друг друга они поняли без слов. Между ними обменялись сочувственные взгляды. «...Вы много пережили». «И вы тоже...» ---------- Эффект бабочки (4) Что это? Лицо Деона похолодело. Он скучал по кровати в своей комнате. Наблюдая за ситуацией с глазами, полными сожаления, он подошёл к всё ещё унылой Хель, чтобы быстро всё решить и вернуться к себе. — Я знаю, что тебе не хватает веры в себя, но это не значит, что ты не пойдёшь на войну. Вставай. — Но... — И ты справишься достаточно хорошо, так что беспокоиться бесполезно. Хель, сидевшая на корточках, медленно подняла голову. Объёмная чёрная тень, у которой даже рта не было видно, нерешительно заговорила: — Вы серьёзно? — Да. Деон положил руку ей на плечо. Красные глаза сияли искренностью. — Если не доверяешь себе, доверься мне. Я думаю, ты справишься. На мгновение тело Хель застыло. Она окаменела настолько, что Деон даже забеспокоился, не превратилась ли она в статую. Потом её тело задрожало. Голос, почти плачущий, вырвался наружу: — П-понимаю... понимаю...! Я никогда... вас не разочарую! Она была тронута. Деон почему-то задохнулся, увидев, как растёт её мотивация. Он пошарил в одежде, достал сигарету, взял её в рот и тихо закрыл уставшие глаза. Даже с закрытыми глазами он ясно чувствовал кровь, уже поглотившую лодыжки и поднявшуюся выше. У самого уха будто прошептали: — Лицемер. Деон не показал этого. Он отмёл шёпот, называвший его лицемером и отбросом, поднял уголки губ и спокойно ответил: — Хорошо. Веки поднялись, и тускло-красные глаза приняли в себя Хель. Ещё раз он почувствовал облегчение, что Хель была создана из теней. Благодаря тому, что она выглядела как объёмная тень, он мог избежать встречи с её глазами. У теней нет глаз. Если бы у Хель были глаза, он не смог бы смотреть в них. Рука сама потянулась вперёд. — Господин Деон...? Ладонь зависла там, где должны были быть глаза. Услышав растерянный голос, Деон согнул пальцы и тихо сжал кулак. Он мог представить её взгляд, даже не видя его. Ясный, чистый, полный мотивации... То, что обычно называют чрезвычайно «человечными» глазами. Что было бы, встреться он с этим взглядом лично? Деон легко понял: он бы не выдержал. Как можно выдержать взгляд, если удушающая невинность настолько сильна уже в поступках и тоне? — Хель. — Да, господин Деон. Вместо того чтобы сразу заговорить, Деон едва заметно улыбнулся ей. ...Если не считать внешности, чем демоны отличаются от людей? Демоны не являются «абсолютным злом», каким их считают. Если наблюдать внимательно, они в чём-то кажутся даже чище людей. Когда сознание дошло до этого, на миг появилась мысль: «Лучше бы вы и правда были злом». Тогда при выполнении плана не было бы ничего, за что можно зацепиться, а тяжесть греха давила бы меньше. Казалось, будто чёрный камень, живший в мире белых камней, попал в мир чёрных, но тот оказался миром серых камней. Чувство, когда понимаешь, что камня чернее тебя нет, и осознаёшь, насколько ты сам чёрен. «Это из-за лекарства? Всё кажется каким-то отвратительным». Он сам не понимал, о чём думает. Даже если бы они были настоящим злом, ситуация не изменилась бы. План всё равно нужно осуществлять, а тяжесть греха всё равно пришлось бы снова и снова взвешивать, чтобы не забыть. Наверное, так он был бы ещё более уставшим, чем сейчас. На этом Деон оборвал мысли, грубо затушил сигарету и посмотрел на демона перед собой, выглядевшего донельзя человечно. Медленно вытек совет, который советом не был. — ...Был доклад, что передовой отряд столкнулся с трудностями из-за ловушки. На всякий случай будь осторожна. — Ах...! Да, понимаю! — Лицемер. Голос сказал это снова, а запах крови ударил в нос. Деон достал новую сигарету и улыбнулся, будто отвечая этому голосу. «Знаю». * * * Когда Деон Харт провожал командира Восьмого корпуса, Эд, который обычно находился рядом с Деоном и помогал ему, гулял по саду. Хиен, наблюдавший за ним издалека, наклонил голову. Другим он мог показаться обычным, но Хиен, всю жизнь проживший, внимательно следя за чужим настроением, мог сказать: Он подавлен. «Что случилось...?» Он знал, что Эд его ненавидит, и понимал, что должен аккуратно избегать его, но... увидеть его таким впервые было невозможно и не споткнуться взглядом. Возможно, поэтому постоянное подглядывание Хиена начало раздражать Эда. «О, он что-то поднимает». Эд наклонился, поднял с земли камень и махнул рукой в его сторону. Свист! Что-то со звуком пронеслось рядом с головой Хиена. Одновременно послышался звук гибнущего маленького растения. — Проваливай. Голос звучал как рычание зверя и совершенно не вязался с его обычной аккуратной манерой. Это было похоже на раненое животное, обнажающее клинки, чтобы скрыть слабость. Хиен застыл, поднял голову и только встретившись с яростным взглядом Эда, пришёл в себя и медленно начал уходить. Именно тогда прозвучал лукавый голос: — У тебя дурной характер. Бен, держа в одной руке врачебную сумку, неторопливо помахал другой и встал между Хиеном и Эдом. Лицо Эда исказилось от недовольства, а Хиен, внезапно исчезнувший из поля зрения Эда, на миг растерялся и затем быстро ушёл. Эд молча посмотрел ему вслед, повернул голову к Бену и без стеснения показал раздражение. — Ты тоже быстро убирайся. — Страшно. Деону стоит узнать об этом твоём характере. Слова были сказаны легко, но ответ оказался резким. — Закрой рот. Даже так, это было худшее замечание для того, кто и без того был чувствителен ко всему, связанному с Деоном Хартом. Воздух вокруг холодно осел. В голосе появилась жажда убийства. Однако Бен, берсерк и лекарь, не раз вступавший в нервную войну с командирами корпусов, спокойно занял место сбоку. Он непринуждённо принял ситуацию и похлопал по месту рядом, будто приглашая сесть. — Не будь со мной таким суровым. Выпьем, как свободные демоны. — А если у тебя нет алкоголя... — Хм? — ... Эд закрыл рот, увидев бутылку алкоголя, торчащую из врачебной сумки. Слова «почему это вообще оттуда вылезло» уже были на кончике языка, но он сдержался и отвернул голову, показывая отказ от разговора. — Шарлатан. — Что?! В итоге он не выдержал и всё же выплюнул одно слово. Бен возмутился, спрашивая, почему это он шарлатан. Эду, похоже, стало немного легче от этого зрелища, и он, спокойно глядя на него, добавил: — Я ведь прямо сказал: в священной врачебной сумке бутылка алкоголя. Похоже, лечащий врач в последнее время лечит пациентов спиртным. — Чёрт бы тебя. Бен посмотрел то на Эда, то на бутылку в руке, словно всерьёз хотел ударить его по голове, затем вздохнул и достал бутылку. Эд широко открыл глаза от неожиданно спокойной реакции, на мгновение уставился вперёд, а затем после короткого молчания заговорил. Слегка приглушённый голос разнёсся по пустому саду: — «Свободные демоны»... Похоже, ты тоже стал свободнее. Господин Деон точно стал героем, так что это естественно. — Да, я почти безработный. Реплика больше походила на разговор с самим собой и легко могла быть воспринята как укол, но Бен отреагировал необычно мягко. Эд на мгновение закрыл рот и затем медленно спросил: — Тебе не грустно? — Ну, как врач, я скорее рад. Это доказательство, что Деон здоров. Проблема разве что в психике. Тихо пробормотав это, Бен достал из сумки два стакана и налил напиток. Глядя на это, Эд снова почувствовал, как слово «шарлатан» вертится во рту, но на этот раз сумел его проглотить. Они взяли стаканы и сделали по глотку. Долгое и в то же время короткое молчание между ними внезапно нарушил Бен. — А что, если... — ... — Если Король демонов и Деон вступят в конфликт, чью сторону ты выберешь? — Это невежливый вопрос. — Я сказал «если». — Он не стоит ответа. Эд резко повернул голову и поднёс стакан к губам. Бен, молча наблюдавший за ним, пробормотал: — Ты избегаешь ответа. — ... — Можно понять это так, что ты не можешь выбрать ни одну сторону? — Я предан обоим. Я не могу выбрать одного. В любом случае, быть верным Деону — значит быть верным Королю демонов, так что проблемы нет. — Так ведь именно поэтому я и построил предположение на «если». Нерешительный. Эд уже собирался в порыве злости спросить, кого бы выбрал сам Бен, но вдруг, потрясённый мыслью, замолчал. — Та твоя семья. Атмосфера стала тяжёлой. Бен заметно умолк, а Эд крепко закрыл глаза. ...Когда он думал, почему Деон вдруг отдалился, оставался один нерешённый вопрос. Действительно ли нынешняя ситуация достаточно серьёзна, чтобы Деон держал дистанцию? А что, если... действительно что, если. «Что, если есть что-то ещё, о чём я не знаю?» Пазл сложился, будто нашлась недостающая деталь. ...Нет, нет, нет. От предположений следует воздержаться. Эд сознательно остановил мысль прямо перед выводом и с трудом продолжил: — Это значит, господин Деон рассматривает измену? То есть... он держится от него подальше из-за этого? Чтобы восстановить отношения, Эд ждал, когда война с миром людей закончится, но отношение Деона могло не вернуться к прежнему даже после окончания войны. Он старался выглядеть спокойным, но кончики пальцев едва заметно дрожали. Что делать, если это предположение правда? Естественно пришёл худший вариант. — Ответь мне. — ...Я лишь предположил худшее. Бен, молча смотревший на него, улыбнулся и пожал плечами. — Это не обязательно должна быть измена. Небольшие разногласия тоже можно отнести к конфликту, верно? — ...Ты серьёзно? — Да. Их взгляды встретились в воздухе. Эд долго смотрел ему в глаза и наконец вздохнул. Слабый голос спросил, будто из него вытянули все силы: — Тогда чью сторону выберешь ты? — Ну. — Ха, ты давил на меня, а в итоге сам...! — Я твой врач. Короткая фраза остановила Эда на полуслове. Бен улыбнулся ему, когда тот молча смотрел с закрытым ртом. — Для лечащего врача пациент на первом месте. Когда-то он совершил смертельную ошибку. Осмелился предложить алкоголь пациенту, за которого отвечал. Слова Деона тогда были настолько сильными, что Бен помнил их до сих пор. Он не мог забыть. [Хорошо подумай, чьим врачом ты являешься.] [Ну... Я изначально ничего и не ожидал.] Это был случай, когда он потерял доверие как врач. Как такое забыть? Его не волновало, что в тот момент Деон давил ему на грудь рукой. Было бы нормально, даже если бы тот приставил кинжал к горлу и угрожал жизни. Но сама его личность как врача пошатнулась, а доверие было утрачено. Сердце провалилось от слов, которые указывали именно на это. После этого Бен много раз клялся себе, что больше никогда не повторит такой ошибки. Пусть Король демонов — владыка всех демонов и тот, кто отправил его к Деону. В конечном итоге его пациент — Деон, а не Король демонов. Потому что лечащий врач заботится только о своём пациенте. — ...Это звучит немного опасно. — Всё, что может сделать врач, он делает ради пациента. Где тут опасность? — ... Бен лишь улыбнулся, высекая своё обещание в уголке сердца. ---------- Эффект бабочки (5) Граница между миром демонов и миром людей была местом осторожности ещё до войны. После её начала наблюдение стало ещё строже. Из-за ограниченного числа войск закрыть все границы было невозможно, но следить за ними днём и ночью, чтобы немедленно сообщить о происшествии, было вполне реально. Поэтому имперский солдат, постоянно наблюдавший за границей, обнаружил отряд, вышедший под покровом темноты, и сразу доложил начальству. Император Эльпидиус, мгновенно поняв, куда они направляются, связался с союзным Горным королевством, по которому армия Короля демонов била особенно сосредоточенно. — Подкрепление из мира демонов... Королева Горного королевства, завершив связь, спокойно пробормотала: — Похоже, Король демонов не собирается заканчивать эту войну. Иначе он не стал бы снова подбрасывать дрова туда, где уже намечалось умеренное противостояние. Её голос, как и прежде, звучал спокойно, но в нём была лёгкая тревога. — Это подкрепление приходит сразу после известия, что в Империи был призван демон. Вероятно, они использовали этого демона. — Согласна. Более того, раз отправлены обычные войска, они, должно быть, очень уверены в его способностях. Обычные войска фактически были лишь дополнением для численности. Ключом, вероятно, был «демон-контрактник». — Если уверенность настолько велика... — Значит, заключивший контракт демон как минимум уровня генерала. — Надеюсь, это не командир корпуса. — Нельзя сказать, что такой возможности совсем нет, но... Ёнхва, королева Горного королевства, до этого молча смотревшая на камень связи, подняла голову. Её взгляд встретился с обеспокоенными глазами Сэрин. — Остаётся только надеяться, что нет. — ... — Что ж, давайте предскажем маршрут. Она хлопнула в ладоши и указала на карту на стене. Взгляд Сэрин, до этого слегка серьёзный, тоже переместился туда. О том, как действовать, если противник всё же командир корпуса, они не говорили. Если трудно справиться даже с командиром корпуса, находящимся под множеством ограничений, как справиться с тем, кто законно пришёл через контракт с человеком и ослабил ограничения? Герой с осколком героя и так существо редкое, а бывший император Эдоардо обещал исключительное обращение и вымел всех талантливых людей, так что в стране уже не осталось сильных. Поэтому они негласно отложили неопределённую и неприятную тему и сосредоточились на карте. Палец коснулся одной точки и плавно провёл линию вдоль дороги. — Те, кто сейчас стучит в ворота, шли этим маршрутом. Сэрин кивнула. — И вдоль него было множество ловушек. — Скорее всего, об этом доложили их начальству. — Да. Значит, маршрут движения этого подкрепления... Ёнхва убрала руку с карты и посмотрела на Сэрин. Глаза обеих одновременно вспыхнули, будто они подумали об одном и том же. — Будет тем же. — Будет тем же. На губах Ёнхвы появилась довольная улыбка. — Почему ты так думаешь? — Это самый быстрый и лучше всего подготовленный путь, и они решат, что большая часть ловушек уже уничтожена передовым отрядом. — Верно. Знаете ли вы, почему Горное королевство носит такое название? Страна расположена в горной местности. Пусть она и не окружена горными хребтами, как Эсперанес, но гор достаточно, чтобы мешать передвижению. Поэтому один из прежних правителей страны, не способной полностью обеспечивать себя, преодолел сопротивление и тревоги многих подданных и построил дорогу, чтобы торговцам и знати было легче перемещаться. Для демонов это был бы очень удобный путь атаки. — Но они кое-что упускают. Конечно, она учитывала, что эту дорогу могут использовать враги. Именно поэтому подданные тогда и возражали. На хорошо проложенной дороге были устроены ловушки, срабатывающие, если ей пользуются без разрешения. Поэтому гонцы и купцы, проходившие по ней, должны были заранее связываться с властями, чтобы ловушки временно отключали. Проверять и управлять тем, остановлена ловушка или активна, можно было из замков, находящихся вдоль пути. Уловили? Это называлось «управлением». Ёнхва подняла уголки губ. — С самого начала ловушки не были одноразовыми. Разовым был только один запуск. Когда ловушка срабатывает, летят стрелы и катятся камни. Это не всё, но достаточно. Однако все запасённые стрелы и камни не расходуются за одну активацию. Потратив определённое количество, ловушка останавливается до следующего срабатывания. И всё. Стоит чуть тронуть механизм — выход, откуда катятся камни, меняется, как и направление стрел. Иными словами, запомнить расположение ловушек бесполезно. — Это было рассчитано на подкрепления, следующие во время войны, или на врагов при отступлении. Но вот как пригодилось. Как и ожидалось, проектировать всё именно так, пусть и дорого, было хорошей идеей. Такая ловушка не сможет ничего сделать «демону-контрактнику», но обычным войскам нанесёт достаточно урона. — Но главная проблема — эти «демоны-контрактники»... Стоит ли найти и устранить и их? Надеясь, что к моменту прибытия подкрепление демонов сильно сократится, Ёнхва начала обдумывать уровень силы заключившего контракт демона и лучший способ справиться с ним. * * * Хель, командир Восьмого корпуса, призванная из мира людей и присоединившаяся к войскам, вышедшим из мира демонов, сейчас переживала немалые трудности. Крак. Раздался зловещий звук, и откуда-то хлынул дождь стрел. Хель быстро вытащила копьё из оружия, закреплённого за спиной, и сбила стрелы. Там, куда копьё не доставало, она магией создала временный щит. Хотя ограничения были ослаблены, возможно, из-за мира людей магическая сила резко сократилась. Едва они прошли дальше, с обоих холмов покатились камни и горящие брёвна. Хель попыталась остановить их магией, но поняла, что магия не работает, достала щит, встала впереди и отбила их. И всё же погибло больше людей, чем раньше. Это было сокрушительно. [Деон... сказал, что верит...] Хель села прямо на землю. Если бы не поддержка адъютанта Найн, она потеряла бы много времени, пока пришла в себя. [Хель, вы и сейчас справляетесь достаточно хорошо. Если магия не работает, значит, мы в зоне подавления магии.] А это значит, что рядом есть замок. [То есть мы почти пришли. Может, попробуете ещё немного?] Сколько они прошли, двигаясь вперёд с этими словами утешения? В тот момент, когда все нервно смотрели вверх, не зная, что сейчас прилетит, земля провалилась. Внизу виднелись старые и сломанные оружия, а также остро заточенные деревья, торчавшие вверх. «Наверняка их хотя бы раз можно использовать повторно...» Так подумала Найн, адъютант командира Восьмого корпуса, выбираясь с жуткого дна, зажатая у бока Хель. Она слышала, что предыдущий отряд прошёл по этой дороге, но будто ловушки заново установили: все механизмы вдоль пути работали исправно. ...Возможно, они и правда не были одноразовыми. «Ну, это такая хорошо проложенная дорога. Без такой защиты было бы сложно». Понять можно... но проблема в том, что их войска сильно сократились. Она почувствовала, как дрожит рука, удерживающая её. Найн тихо вздохнула. Невольно захотелось выругаться. Проклятое Горное королевство. «Зачем нужно было так тщательно устраивать ловушки, что мы... едва не убили начальство и устроили переполох?» Плохие, отвратительные твари. Мерзавцы. Люди как люди. Пока Найн мысленно изливала все возможные проклятия, Хель, потерявшая дар речи после недавней ловушки, пустым взглядом оглядывала подчинённых, стоя с Найн у бока. На первый взгляд их стало заметно меньше, чем в начале. Голова тяжело опустилась. ...Вдруг появилась мысль. «Если бы я двигалась одна...» С помощью уникальной способности она могла бы быстро добраться до цели без серьёзных проблем. По крайней мере, даже если бы пришлось взять с собой одного человека, это было бы лучше, чем сейчас. Хель, бессознательно подумавшая о следующих за ней войсках как о бремени, испугалась собственной мысли и поспешно принялась винить себя. — Как и ожидалось... проблема во мне... — Нет, Хель. Здесь ничего нельзя было поделать. Найн привыкла утешать начальницу. — Это предел обычных войск. Это не Восьмой корпус и не элита. — Нет... я должна была уделить этому больше внимания и позаботиться... Может, потому что я недостаточно хороша... Это трудно... Мрачный голос, словно роющийся в земле, едва слышался. Найн, всё ещё находившаяся у её бока, коснулась руки Хель и опустилась на пол, затем посмотрела на начальницу. — Если вам тяжело, как насчёт поручить командование мне? — Что? — Я последую за вами с войсками, а Хель пойдёт вперёд. — ... Хель, поднявшая голову при возможности сбросить тяжёлую ношу, замерла, будто что-то удержало её. После короткого молчания, когда казалось, что она вот-вот согласится, голова медленно качнулась из стороны в сторону. Вопреки ожиданиям, голос прозвучал твёрдо. — Нет. А если ты умрёшь? Лицо Найн странно изменилось. — Я не так легко умираю. — Но только что ты чуть не умерла в ловушке... — Это потому, что я была неосторожна. Я не следила за полом. — ... Если Хель пойдёт вперёд, а Найн ещё раз потеряет бдительность, она беспомощно погибнет. Хель, некоторое время молча смотревшая на своего адъютанта, медленно открыла рот: — Деон сказал, что верит мне. — Я должна взять ответственность и довести вас до конца. — ... Найн закрыла рот перед необычной решимостью. ...Хорошо, что она мотивирована, но как это назвать? «Деон, ваши слова о доверии... кажется, оказывают очень сильный эффект». У неё было чувство, что это удушающее чувство в любой момент обернётся против них. Подавив вздох, готовый сорваться, она мысленно обратилась к тому, кого здесь не было, и в конце концов кивнула, не выдержав колющего взгляда, требующего ответа. — Поняла. * * * — Как и во всех областях, владение копьём на первый взгляд может казаться простым. Но если копнуть глубже, оно делится на множество ветвей, становится сложным и широким. Чем больше знаешь, тем больше видишь. Хм. Король демонов, пришедший на тренировочный полигон вместе с Деоном, как и обещал, чтобы обучать его оружию, легко взмахнул копьём. — Если объяснять копьё просто... это блок и выпад. Блок бывает двух типов: отбить наружу или прижать внутрь. А выпад... тут, думаю, объяснять не нужно. Первым оружием, которому он решил учить, было копьё. Особой причины не было. Просто одно из оружий на полигоне оказалось доступным. Деон не выбирал тип, так что волноваться было не о чем. — Важнее всего — вернуть копьё. Из-за самой природы колющего движения самый большой просвет появляется во время атаки. Если не вернуть копьё вовремя, получишь контратаку, напрямую ведущую к смерти. — ... — Запомни. Укол и возвращение — одно движение. Движение выглядит... вот так. Фьюх. Копьё пронзило воздух сбоку от головы Деона и вышло обратно. Если бы не глаза героя, он увидел бы лишь остаточный след. Деон, проследив за местом, где прошло копьё, поднял взгляд на Короля демонов. Тот бесстыдно улыбался. — Видел? — ... Вместо ответа Деон потянулся к копью в руках Короля демонов. Тот послушно передал его. Приняв оружие, Деон несколько раз поправил хват, словно измеряя центр тяжести, и в какой-то момент — шшш — копьё вонзилось рядом с головой Короля демонов. — Вы это имеете в виду? — ... Золотые глаза проследили за движением копья и вскоре обратились к красным глазам напротив. Ярко-красные глаза спрятались между изогнутыми веками, будто ждали встречи взглядов. ---------- Эффект бабочки (6) Уголок рта Короля демонов приподнялся. — Верно. Это было возмутительно. — Как и ожидалось, у тебя талант. — ...Потому что я герой. Это определённо не было движением того, кто пробует впервые. Пусть выпад был неуклюжим, он почти повторил движение Короля демонов. Герой на то и герой: он не забыл вернуть копьё и завершил движение до конца. Король демонов, молча смотревший на него, подошёл к Деону, взялся за верхнюю часть копья, которое тот держал, и приподнял. Деон понял, что у него хотят забрать оружие, и ослабил хват, но копьё не вышло из его руки, а осталось на месте. Прозвучал мягкий голос: — Не отпускай. — Тот выпад был правильным, но наконечник копья дрогнул, когда ты вонзал и вытаскивал его. Я медленно покажу ещё раз с твоей стороны. Старайся. Даже сам укол был чистым. Добраться до такого уровня с первой попытки — сколько обычному человеку нужно было бы работать, чтобы достичь подобного? Подумав, что жизнь по-настоящему несправедлива, Король демонов медленно провёл копьём, вонзил его в воздух и вернул. Не было нужды подробно объяснять, где именно копьё следует провернуть и отвести назад. Король демонов показал всё действием и произнёс только одно: — Видел? — Да. — Тогда повтори это десять раз в правильной стойке. Когда закончишь, я покажу, как блокировать. Сделаешь это дважды, а затем спарринг с Майерсом. — ... — Почему? Блок лучше всего отрабатывается в спарринге. Конечно, настоящего боя ничто не заменит, но сейчас это невозможно. А раз я сам спарринговать не могу, лучше всего выбрать командира Двенадцатого корпуса, чьё основное оружие — копьё, верно? Это не должно было быть проблемой. С точки зрения здравого смысла — кто устраивает спарринг сразу после десяти выпадов и двух блоков? Но Деон, осознавший свой талант, когда впервые правильно взял копьё, не стал спорить. Как сказал Король демонов, этого действительно казалось достаточно. Нет, этого точно достаточно. — Ах, точно. Король демонов, наблюдавший за выпадами Деона без малейшей дрожи, вдруг воскликнул, будто что-то вспомнил. Дальше последовали слова, не имеющие отношения к уроку. — Я слышал, имперская армия напала на культ демонов и уничтожила его. Стоп. Движение копья, которое Деон возвращал, на мгновение сбилось. Король демонов не обратил на это внимания и мягко поднял уголки губ. Тяжёлый и одновременно лёгкий вопрос прозвучал с лёгкой игривостью: — Говорят, почти все мертвы, осталось совсем немного. Всё в порядке? — ...Пока контрактор жив, всё в порядке. Он слышал, что как только контракт был заключён, Лиринель увела контрактора, Шию, и начала защищать и наблюдать за ней. К тому же, если бы контрактор умер, командир Восьмого корпуса Хель была бы насильно отозвана, но Хель всё ещё находилась в походе. Более того, он также слышал, что она отлично справляется: преодолевает ловушки и уже дошла до стен Горного королевства. «Говорили, она с помощью уникальной способности проникла в замок и устроила там переполох, чтобы открыть ворота?» Королева Горного королевства находилась в следующем замке, так что объявить мат было нельзя, но ситуация, долго стоявшая без движения, внезапно изменилась, и уже одно это было удивительно. Последний доклад сообщал, что они немедленно отправляются к следующему замку. Значит, контрактор в безопасности. «Они такие... такие страстные, что это обременяет». На лице Деона появилось потрясённое выражение. Хель, Лиринель, Бен, Эд... Похоже, все демоны, которые приходили на ум, были страстными. Возможно, это особенность расы. «Особенно то, что я почувствовал, когда с опозданием узнал о быстрых действиях Лиринель». В голове всплыл молодой на вид демон, гордо хваставшийся, что похитил контрактора: «Вы ведь пропустили это, потому что приказ был слишком очевиден?» Деон не смог не рассмеяться. Это было неописуемо странное чувство. Хорошо, что человек, контролирующий лидера революционной армии, жив, но плохо, что из-за него командир Восьмого корпуса с ослабленными ограничениями вышла в мир людей. Если посчитать, выгоднее, чтобы контрактор оставалась жива. Так или иначе. — Раз командир корпуса был призван, культ демонов в мире людей выполнил свою роль. Если речь не о контракторе, неважно, умрут они или нет. — Правда? — Да. На самом деле нет. Лучше бы всё тихо решилось без призыва командира корпуса. То, что он оставил на всякий случай, оказалось ядом. Как убрать оставшиеся следы? Что делать с контрактором? Пока он размышлял, Деон аккуратно завершил десять выпадов и передал копьё протянувшему руку Королю демонов. Тот легко крутанул копьё, словно перо, и занял стойку. — Теперь покажу, как блокировать. Смотри внимательно. Копьё двинулось без всякой суеты. — Это выталкивает наружу. — А это прижимает вниз внутрь. Хотя движения казались грубыми, они были ясными и чистыми, так что учиться по ним было легко. Деон взял протянутое копьё на слова «попробуй» и едва улыбнулся, повторяя показанные движения. «Теперь понятно, почему он сказал сделать всего два раза». Легко. Слишком легко. Даже несмотря на то что это было впервые, Король демонов, не найдя к чему придраться в позе, велел повторить ещё два раза. Деон двигал копьём и украдкой взглянул на Короля демонов. Тот, конечно, не мог пропустить этот взгляд. Он тут же отвёл глаза от наконечника копья, посмотрел на Деона и улыбнулся. От этого неудачного выражения глаза Деона внезапно похолодели. — Культ демонов, вошедший в мир людей. — Ах, точно. — ... Тем же тоном, каким Король демонов только что прервал его, Деон воскликнул и перебил. Похоже, это было неожиданно: в глазах Короля демонов появились сомнение и растерянность. На лице Деона была едва заметная улыбка. — Как решился вопрос с демоническими тварями? Он остановил разговор, потому что и без того понимал, что хотел сказать Король демонов. Наверняка это был бы бессмысленный вопрос о том, что теперь делать. Реплика без особого намерения, просто чтобы задеть и надавить. Слушать это не было нужды. Деон обратился к Королю демонов, у которого всё ещё был вопросительный взгляд: — Как и ожидалось, если сам Король демонов выступит вперёд, число войск, которые можно использовать, значительно вырастет, и война станет куда легче. Первым провоцировал Король демонов, но на его лице тоже появилось лёгкое удивление, будто он не ожидал ответного удара. «Если первым обижаешь человека, будь готов получить в ответ». Деон ярко улыбнулся, словно демонстрируя это. Только тогда Король демонов несколько раз моргнул и поднял уголки губ. В глазах было нескрываемое удовольствие. Он забрал обмякшее копьё, которое уже потеряло смысл после завершения двух повторений, и прошептал с улыбкой: — Здесь герой, но пользоваться им нужно ждать, пока Короля демонов не будет рядом. На что мне надеяться и почему я должен оставлять тебя здесь? Хотя слова были сформулированы чуть иначе, смысл почти прозвучал вслух. Деон усмехнулся неожиданно прямому ответу. — Вы ведь не любите лёгкие войны? — Кто знает. Король демонов пожал плечами. Оба знали, но притворялись, что не знают: Король демонов ведёт войну не для того, чтобы полностью поглотить мир людей. Его главная цель — удовлетворить интерес и развлечься игрушкой по имени Деон Харт. Поэтому лёгкая война, которую можно быстро закончить, его не интересовала. «Ха?» Раньше он бы ответил: «Не может быть» — и гордо улыбнулся. Теперь решил говорить честно? Деон на мгновение моргнул, удивлённый неожиданным ответом и не понимая, что на него нашло. Тем временем Король демонов достал из груди камень связи и спокойно сказал: — Тогда на этом остановим урок. Теперь позовём Майерса. — Разве Двенадцатый корпус не занят охотой на демонических тварей? К тому же прошло не так много времени с их ухода. Он слышал, что в тот же день командир Восьмого корпуса снова отправилась охотиться на тварей. Было бы странно велеть возвращаться оттуда. Король демонов усмехнулся, словно в глазах Деона отразилось беспокойство. — Я не говорю, что мы сразу устроим спарринг. Просто зарезервируем на потом. — А-а... Когда Деон понимающе кивнул, камень связи Короля демонов засиял. Он ведь даже не пытался связаться первым? Их внимание собралось в одной точке. Деон пробормотал с недоумением: — Связь...? Редко кто и в какой ситуации напрямую выходил на камень связи Короля демонов. Что могло случиться? В глазах Деона появилось сомнение. Король демонов бросил на него взгляд и сразу принял связь. Вскоре по тренировочному залу разнёсся слегка дрожащий голос: — Приветствую Короля демонов. Это команда передачи сообщений. Связываюсь с вами из-за срочных новостей. — Что? — Говорят, войска, вышедшие на поддержку несколько дней назад, были уничтожены. Стоп. Рука Деона, поправлявшая выбившуюся прядь, отступила и замерла. Ситуацию было легко понять. «А... вот оно». Чувство резко провалилось вниз. Пока он молчал, Король демонов медленно открыл рот, будто вспоминая: — Несколько дней назад... Ты говоришь о войсках под командованием командира Восьмого корпуса? — Да, верно. — Полностью уничтожены... Глаза Короля демонов немного холодно потемнели. — Значит, командир Восьмого корпуса тоже мертва? — ...Да. Верно. В конце концов она умерла. Деон пошарил в одежде и достал сигарету. Взгляд Короля демонов сразу отметил это, но Деон не обратил внимания и поджёг. Король демонов некоторое время следил за поднимающимся дымом, затем снова сосредоточился на связи. Вопросы посыпались один за другим. — Источник информации? Я слышал, что они активно действовали, присоединившись к передовому отряду. Почему я слышу только об уничтожении подкрепления? Что с войсками, ушедшими вперёд? Они в безопасности? — Незадолго до этого поступило прямое сообщение от Найн, адъютанта командира Восьмого корпуса. Говорят, их атаковал герой, когда они для эффективности двигались по чистому, не занятому маршруту. На хорошо подготовленной дороге ловушки, а неухоженная дорога узкая и труднопроходимая. Чем больше людей, тем ниже скорость движения, поэтому они сочли разумным двигаться отдельно. — Также подтверждены сведения о выживании прежних войск. Все целы. — Это хорошо... Я слышал, адъютант связывалась напрямую. Значит, есть один выживший, а не полное уничтожение? — Она сама сказала «уничтожение», и связь оборвалась в срочной ситуации. ...Похоже, она почувствовала собственную смерть. Деон затушил окурок, обжёгший горло, и достал новую сигарету. Король демонов перевёл взгляд с сигареты в его руке на зажившую без следа рану на шее, а затем протянул руку. — Есть информация о герое, с которым они столкнулись? Щёлк. Указательный и средний пальцы зажали сигарету, большой палец придавил горящий конец и погасил его. От неожиданного действия рука Деона немного ослабла. — Судя по внешности — зелёные волосы и карие глаза — предполагается, что это Стигма Примиро, второй герой Империи, считавшийся исчезнувшим. — Зелёные волосы не так уж часто встречаются. А если он способен убить командира Восьмого корпуса, к тому же заключившую контракт, то, скорее всего, это он. Король демонов, естественно вытащивший сигарету, воспользовавшись моментом, улыбнулся. — Спасибо за труд. Если к завтрашнему дню от неё не будет вестей, подтвердим уничтожение и объявим официально. — Понял. * * * Передав известие об «уничтожении» подкрепления, Найн завершила связь и подняла голову. Тело её начальницы лежало у ног зелёноволосого героя. Объёмная чёрная тень, неподвижная, заставляла понять: она мертва, потому что отчаянно боролась до самого конца. Найн стиснула зубы. Сложные чувства — гнев и отчаяние — смешались, исказились и поглотили её. ...Изначально она собиралась доложить о двух выживших и запросить помощь. [Срочно прошу поддержки. Местоположение...] Так бы и было, если бы число выживших не сократилось до одного. Глубоко. Раздался жуткий звук, и Хель, державшаяся до самого конца, умерла. Найн, ставшая свидетелем этой сцены, замолчала. [Адъютант?] [...] [Адъютант? Вы слышите? Что происходит?] ---------- Эффект бабочки (7) Найн не знала, какое выражение сейчас у неё на лице. Из сжатой ладони капала кровь. Стараясь не раздавить камень связи, она заставила рот, который не хотел открываться, произнести: [...Простите, я изменю сообщение. Поддержка не нужна.] [Что? Что это значит...] [Число выживших только что изменилось. Выживших ноль. Докладываю об уничтожении.] [Но адъютант жива, что вы...] Тук. Сломанный камень связи упал на землю, и военный сапог раздавил его. Этот камень связи всё равно уже не восстановить. По крайней мере, нужно не дать ему попасть в руки врага. Найн, растерев его ногой в порошок, подняла голову. Её взгляд встретился с карими глазами, в которых не было и тени дружелюбия. Он открыл рот. Из-за большого расстояния она не слышала звука, но форму губ прочла отчётливо. [Ты не убежала.] — ... Вместо ответа она сделала шаг. Найн рассмеялась, идя прямо к этому проклятому герою. Два широко открытых глаза, будто не желая проигрывать, кололи взгляд. «Я знаю, как правильно поступить». Головой она понимала, что должна была бежать. Адъютант командира корпуса служит его заместителем и в некоторых случаях кандидатом в командиры корпусов. Пусть она не равна командиру корпуса, но всё равно остаётся ценной силой. Начальница дала ей достаточно времени, чтобы сбежать. Значит, нужно было бежать. Это было правильно. «Но». И всё же с самого начала среди её вариантов не было «оставить начальницу и сбежать». Лучшее, что она смогла придумать, — держаться на расстоянии и вызвать поддержку, чтобы не мешать бою. Но начальница умерла. Седеющая голова в потоке сознания задала вопрос. Каким был их последний разговор? [Это займёт время, так что иди первой.] Кажется, она была по-настоящему спокойна. [Наверное, тебе было тяжело, но ты всё равно старалась заботиться о такой, как я... Я правда благодарна.] На тень всегда наступают чьи-то ноги. Хель была тенью. Она говорила, что сомневается, может ли такая, как она, стоять над кем-то и плечом к плечу с другими. Говорила, что это неловко. Если бы на месте Найн был другой амбициозный адъютант, он, увидев столь низкую самооценку и наивность, решил бы, что так и нужно, и попытался бы встать над ней. Когда Найн только стала адъютантом, если бы Король демонов не приказал ей помочь Хель полностью использовать способности, она, возможно, тоже попыталась бы поглотить её. Но как бы всё ни началось и каковы бы ни были истинные чувства, Найн растила её — уговорами, поддержкой, пользуясь её низкой самооценкой, — чтобы сделать полноценным командиром корпуса. ...Это командир её корпуса, которого она вырастила. — Почему ты вернулась? Если бы просто убежала, я бы отпустил. — ...Сначала убери ногу. — Какая грубость. Он сделал шаг назад. Когда тело Хель полностью открылось, глаза Найн дрогнули. Даже видя её смерть издалека, она получила удар, но смотреть на неё мёртвую вблизи было ещё тяжелее. Сожаление давило на сердце. «...Мне нужно было остаться, даже если пришлось бы заставить себя». Противник был монстром. И это было правдой даже с учётом того, что рядом с замком магия подавлялась. Он чувствовал местоположение Хель, когда та пряталась в тенях, и вонзал меч в землю, раня её. Даже если она перемещалась между тенями, он реагировал сразу, как только она появлялась. Бесполезной оказалась даже внезапная атака из-за спины. Чувства, острые как у зверя, будто созданные для боя. Это был бой с высокой вероятностью поражения. Избегать его было правильно. Сама Хель знала это лучше всех. Почему? [...Ах.] У Найн перехватило дыхание, когда в голове мелькнула мысль. Проблема в нас. Мы — причина, по которой Хель, которую лишь вытолкнули на поле боя и которая одна могла бы легко уйти, продолжала держаться здесь и сражаться с этим героем. Как только она это поняла, то закричала солдатам: [Все отступаем! Неважно, если рассредоточимся! Встретимся у предыдущего замка...] [Я забыл сказать.] Её быстро перебил спокойный голос. «Герой», точно вонзивший меч в тень, где пряталась Хель, плавно улыбнулся. Когда он вытащил клинок, на нём была кровь. [Вам не сбежать.] [...Что за бред...] [Я нанял наёмников. Они окружили эту область. Люди полезные, тщательно отобранные. Сильный противник вроде командира корпуса или его прямого подчинённого им не по зубам, но обычных солдат-демонов, которые даже магию использовать не могут, они убьют.] [...] [Ну, если я умру, они просто уйдут, потому что не останется заказчика, который им заплатит.] Моя начальница готовится. Она почувствовала, как решимость крепнет. Опасная ситуация: если хоть что-то пойдёт не так, погибнут все. Найн сжала кулаки. Какого лучшего исхода можно добиться сейчас? Какой ход использовать? Голова быстро работала. Мозг понял, что спасти всё невозможно, поэтому решил отбросить относительно лёгкое и сохранить важное. [Хель, я останусь.] Бросить обычных солдат и адъютанта, но спасти командира корпуса. Найн сказала, что сама справится, а Хель пусть уходит. Поскольку командир корпуса важнее адъютанта, это было объективно правильное решение. [Не хочу.] Но она не смогла. Всё из-за необычного упрямства начальницы. [Деон сказал, что верит мне.] [...] [Я должна хотя бы отправить подчинённых живыми.] Ах. В тот миг, когда Найн услышала эти слова, она поняла. В конце концов побочный эффект проявился. Она почувствовала бессилие. Конечно, когда тебя признаёт способный и уважаемый человек, это куда эффективнее, чем простая похвала подчинённого, но... «Господин Деон...» Она подавила готовый вырваться стон и вернулась к реальности, глядя на того, кто стоял перед ней. Она впилась взглядом в «героя». Тот наклонил голову, будто не понимал. Зелёные волосы скользнули вместе с движением. — Похоже, твоя начальница хотела спасти хотя бы одну из вас... — ... — Ты собираешься сделать её смерть напрасной? — Заткнись. Все обычные солдаты погибли. Приказ собраться и прорваться в одном месте вместо того, чтобы рассеяться, оказался бесполезным. Наёмники собрались быстрее, чем демоны успели прорвать окружение. К несчастью, они действовали отрядами и имели сигнальные ракеты. — У тебя меньше всего права говорить такое. — Какая похвальная верность. Я будто злодей. Хотя захватчики — вы. Стигма тихо пробормотал: — Да, раз ты так хочешь умереть, ничего не поделаешь. — Я не хочу умирать. — Твёрдый ответ. Но что значит в одиночку сражаться с противником, которого ты не можешь победить, если не желание умереть? — Просто... Найн замялась, не сумев закончить, и в итоге на мгновение замолчала, не находя подходящих слов. Она не знала, как назвать чувства, породившие это иррациональное поведение. Поискав за пределами здравого смысла мира демонов и даже мира людей, она наконец нашла правдоподобное сравнение. — ...Какой родитель уйдёт, встретив убийцу своего ребёнка? — Понимаю. Стигма вздохнул. Цель — убить командира Восьмого корпуса — уже достигнута, так что причин проливать больше крови не было. Но это было неизбежно. — В таком случае мне придётся разобраться и с тобой. Сигнальные ракеты уже выпущены, значит, нужно заканчивать быстро. Какая-нибудь сила могла их увидеть и отправить людей. Например, Горное королевство или революционная армия. Если ждать дольше, можно оказаться втянутым в хлопоты. Он легко взмахнул мечом, стряхивая кровь, и элегантно, как всегда, направил клинок. * * * Тело рухнуло. Зрение расплывалось, дыхание застряло в горле. Мгновение — и поражение было решено. Впрочем, такой исход был предопределён с самого начала. «Скоро я умру». Найн слабо улыбнулась. Боль, неизбежно следующая за нынешним состоянием, была терпимой. Поскольку она уже была готова умереть, это почти не имело значения. Однако... Она посмотрела на тело Хель, лежащее неподалёку, и открыла рот. — Ты знаешь, какая магия сильнее всего у демонов? — Хм? — Магия, использующая магическую силу, из которой состоит тело. Тела демонов созданы из магической силы Короля демонов. Состоят ли они из чистой силы или из силы, соединённой с чем-то ещё, — участие магии неизменно. Иными словами, магия, использующая это, является самой сильной, доступной даже демонам, полностью исчерпавшим обычный запас сил. Она не собиралась тратить это впустую и поспешила заговорить, пока дыхание не исчезло. — Это также магическая сила, напрямую связанная с душой... хотя используется она редко. Из-за нехватки воздуха слова выходили прерывисто. То ли это было великодушие сильного, то ли милость, желавшая выслушать последние слова. Найн слабо улыбнулась тому, кто молча слушал её всё более тихий голос и не перерезал горло. — [Чтобы достигнуть того, чего ты по-настоящему желаешь.] — Хм? — [Тебе придётся отказаться от своей жизни.] Командир Пятого корпуса как-то говорила, что люди больше всего ценят надежду и жизнь. Желания — это цель и вехи жизни. Без них человек не найдёт причины жить и может даже выбросить драгоценную жизнь. Найн не собиралась просто уйти, не отомстив убийце Хель. Поэтому она прокляла его: пусть откажется либо от надежды, либо от жизни. Что ты выберешь? Тело начало рассыпаться. Найн закрыла глаза, чувствуя, как распадается зрение и кружится голова. Последним до неё смутно донёсся голос: — ...Вы дали мне выбор, над которым даже не нужно думать. Так чисто. * * * Связь завершилась. Деон посмотрел на кровь, поднявшуюся ещё выше, затем поднял голову. Его взгляд встретился с Королём демонов. Делая вид, что всё в порядке, он пошарил по карманам и достал новую сигарету. — Простите. — За что? Король демонов, молча смотревший в красные глаза, легко пожал плечами. — Это не твоя вина. Кто мог подумать, что второй герой Империи появится из ниоткуда? — Скорее... сигареты. Нет, их стоит назвать лекарством? Он ведь сам достал её, чтобы показать: не надо. И всё равно снова нагло достаёт здесь же... — Похоже, зависимость от лекарства усиливается... — ...Герои не становятся зависимыми от лекарств. — Тело — может быть. Но разум — нет. — Что мне с тобой делать? С лёгким стоном Король демонов вынул сигарету из руки Деона. На этом он не остановился. Он обыскал карманы и внутренние складки одежды Деона и забрал всё. Улыбнувшись, потряс добычей. — Много. И после этого это не зависимость? — ... — Я до сих пор много раз предупреждал тебя, но ты игнорировал. До этого граница «самоконтроля» была расплывчатой, поэтому я просто закрывал глаза. Но не сейчас. Хруст. Пачка сигарет смялась в его руке. — С этого момента я запрещаю тебе курить. На всякий случай запрещу и лекарства. Ты ещё можешь принять средство не в форме сигареты и настаивать, что это не «сигарета». Не думай, будто не понимаешь, с каким намерением я отдаю этот приказ. — Что...! — Деон, — мягкий голос перебил его. — Сколько времени прошло с тех пор, как я подал тебе знак больше не курить? — ... — Даже не день и не тридцать минут, не говоря уже о часе. Ты никуда не уходил. Стоял на месте и снова достал сигарету. Король демонов легко улыбнулся, глядя на расширившиеся глаза. Между веками холодно блеснул взгляд. — Раз ты полностью проигнорировал моё желание, разве не заслужил такого наказания? Тебе нечего мне сказать. — Но... — Командир Нулевого корпуса. Улыбка исчезла из глаз Короля демонов. — Ты должен слушаться Короля демонов, верно? Не «герой» и не «Деон». Именно «командир Нулевого корпуса». Поняв смысл, Деон тихо выругался. — ...Понял. — Хорошо. Глаза снова изогнулись в улыбке, словно ничего не было. Вид раздражал. Деон, которому не повезло, тихо выругался и цокнул языком. — ... Нет, не то. — Тогда я вернусь в комнату и на этом этапе пересмотрю план. — ...Просто... цк. — Что? Я? — ... Что ж... Наверняка нервы станут острее, раз лекарство отобрали. Король демонов на мгновение растерянно посмотрел на него, затем чуть улыбнулся и протянул руку, разрешая идти. ---------- Эффект бабочки (8) Говорят, солдаты Империи напали на культ демонов и уничтожили его. Из-за того что они убили всех, кто хотя бы немного казался связанным с ним, сама религия под названием культ демонов оказалась на грани исчезновения. Предполагаемое число выживших ничтожно мало. Для Пола, который пытался вытащить Шию, эта новость была как удар грома. Бах! Кулак ударил по столу, и стопка документов рядом затряслась. Ирам, тревожно следившая за Полом и опасавшаяся, что он в гневе разорвёт документы, тихо сняла их со стола. — Для начала успокойтесь... — Успокоиться? Успокоиться? В глазах Пола вспыхнула искра. В каком-то смысле Шия оказалась в таком положении именно потому, что Ирам скрывала её местонахождение. Как она смеет говорить ему такое в лицо? Гнев взлетел. — Кто угодно, но только не вы, не должны говорить подобных слов. — ... — Кто довёл всё до этого?! Как вы смеете такое говорить?! Теперь не было способа даже проверить, жива Шия или мертва, не говоря уже о том, где она. Гнев, внезапно взорвавшийся и некоторое время метавшийся без цели, наконец нашёл мишень и направил на неё лезвие. Этой мишенью, естественно, стала Ирам. О реакции нынешнего императора Эльпидиуса сказать было нечего. В ситуации войны с императором нельзя просто оставить без внимания или мягко наказать группу, которая пыталась призвать демонов и в конце концов преуспела. Нужно было показать пример, чтобы подобное не повторилось. А для этого неизбежны крайние меры. Поэтому, с точки зрения такого же лидера, действия Эльпидиуса нельзя было не понять, даже если они были жестоки. Кто же остаётся целью? — Госпожа Ирам... Подоплёка культа демонов ещё не раскрыта. Нельзя сказать, что догадок совсем нет, но гнев неизбежно сильнее направляется на ясную цель перед глазами, чем на далёкого человека, которого можно лишь предполагать. Голос, холодный как иней, упал на Ирам. — Найдите её. — ... — Найдите любой ценой. Найдите и верните живой. Если она мертва — принесите тело для похорон. Отложить всё и поставить поиск его младшей на первое место. Ирам молчала, затем медленно кивнула. — Хорошо. Пол провёл рукой по лицу и вздохнул. Лицо ребёнка, смазанное долгим отсутствием встреч, мерцало на фоне закрытых век. Из груди вырвался стон, будто от боли. «Ха-ха...» Бывает, что человека одурманит псевдорелигия, но как его занесло именно в культ демонов? Он не понимал, что вообще происходит с этой девчонкой. Считать её просто ребёнком уже было сложно. Неважно, что она не присоединилась к революционной армии — это её свобода. Жить каждый день в оцепенении... да, это ещё было допустимо. Но разве такое можно оставить? «Когда вернётся, я точно приведу её в революционную армию...» Он слишком тревожился, чтобы позволить ей оставаться снаружи. Так ли чувствуют себя родители, отпускающие ребёнка в воду? Раз нынешнее время было временем войны, лучше держать её внутри ограды. Он уже почти клялся держать её не в заключении, нет, но всё же рядом. Пол заметил, что Ирам, которая должна была сразу уйти и передать приказ найти ребёнка, всё ещё не вышла. Он поднял голову. В острых глазах появилась женщина, которая колебалась. — Что вы делаете? Почему не идёте? — У меня остался ещё один доклад. — Ха... Говорите быстро и уходите. Сегодня он больше не хотел работать... но когда у лидера революционной армии бывает время для работы? Просто когда приходит новая информация, наступает время работать. У информации есть срок годности. Хорошо зная это, он расслабил сжатую челюсть, словно готовую закричать, и снова вздохнул. В резких движениях рук явственно читалась усталость. — Подкрепление со стороны мира демонов было уничтожено во время движения. — ...Что, простите? На этот раз он почти вскочил. — Я слышал, среди них был один очень сильный. И вот их внезапно уничтожили? Я слышал, что не так давно они пересекли одну из стен Горного королевства. Поэтому я ожидал, что тот сильный — «демон-контрактник». Но они так бесславно исчезли? Это было ближе к спору, чем к вопросу. Ирам, не найдя подходящего ответа, неловко изменилась в лице. Только тогда Пол понял, что слишком взволнован, и успокоился. Удивительная новость, да ещё после известий о Шии, могла потрясти, но это не оправдание. Он напомнил себе, с какой позиции слушает доклад, подавил эмоции и спокойно открыл рот. — Есть свидетели? Можно понять, что произошло? — Они были уничтожены во время движения к следующему замку, поэтому, к сожалению, свидетелей нет. — Ох... Пол коснулся лба. Ирам закрыла рот, будто давая ему время снова взять себя в руки. Наступила тяжёлая тишина. Новость об уничтожении подкрепления демонов. С точки зрения людей это хорошая новость, и кто-то мог бы удивиться, почему он реагирует так остро. «...Да, это хорошая новость только с точки зрения “людей”». Но в отличие от демонов, среди людей есть множество сил. И сам Пол — лидер фракции под названием революционная армия. Как «человек» он, естественно, сражается против мира демонов, но одновременно он лидер революционной армии, которая борется за власть с такими же людьми. В особенности революционная армия должна была настороженно относиться к монархам каждой страны, поэтому как лидер такой силы Пол не мог просто радостно улыбнуться этой новости. Он потёр лоб, погружаясь в размышления. «Отсутствие свидетелей значит, что всё было сделано тихо». Говорят, они были уничтожены по дороге к следующему замку, и, учитывая характер стычки, свидетелей действительно могло быть мало. Но если подумать, это значит одно из двух: либо очень большая группа мгновенно уничтожила их, не оставив свидетелей, либо очень малая группа действовала скрытно. «Если их задавили числом и уничтожили, значит, это не силы одной из сторон. Скорее что-то вроде третьей силы». В ситуации, когда каждая сторона пристально следила за другой, невозможно, чтобы новость о перемещении большого количества войск не дошла до них. Единственный вариант, при котором большинство могло двигаться незамеченным, — третья сила, которая изначально не попадала в поле зрения. «Если нет, то это сделали немногие». Может быть, это был поступок отдельного человека. Честно говоря, мысль о третьей силе, кажется, зашла слишком далеко... Он медленно пробормотал: — Малый элитный отряд? Или, может, «герой»? В нынешнюю эпоху само наличие «героя», которого ещё можно использовать, может показаться удивительным. Если его отправила другая сила, значит, у неё скрыто немало военной мощи, и нужно быть настороже. Если же нет, то прежде чем другие заберут новый талант, появившийся в подходящий момент, когда сильные люди гибнут каждый день, его нужно привлечь на свою сторону. Пока он молча размышлял, Ирам, наблюдавшая за его состоянием, открыла рот: — Вероятно, «герой». — Я помню, вы сказали, что свидетелей точно нет. — Свидетелей нет, но есть люди, которые, похоже, причастны. Ходили слухи. — ... Слухи отдельно, причастность отдельно, но не свидетели. Что это значит? Возможно, прочитав сомнение на лице Пола, она продолжила: — В последнее время среди наёмников ходят слухи о «настоящем герое», который странствует по континенту и поднимает меч ради деревень, о которых ещё никто не позаботился. От человека, предположительно являющегося этим героем, поступил заказ: окружить и уничтожить солдат-демонов. Они получили заказ и выполнили его. — ... — Они окружили заказчика на таком расстоянии, что не видели его, поэтому не знали, что происходит, и просто сражались с демонами, пытавшимися прорвать окружение. Лишь после того, как всё закончилось и слух распространился, они поняли, что заказчик, нанявший их... был связан с тем происшествием. Тщательно. Впрочем, Пол слышал о странствующем герое. Он велел собирать информацию наполовину из любопытства, наполовину с намерением позже привлечь его. Объединив полученные сведения, он тогда вывел предполагаемую личность. И это был, вероятно... — Стигма Примиро... — У него зелёные волосы и аристократичная манера. Наёмники говорят, что денег у него было много, а плата за заказ высокая, так что, скорее всего, это правда. — ...Сочетание второго героя Империи и внезапно появившихся наёмников... немного абсурдно, но одно становится ясным. Пол усмехнулся и игриво хрустнул пальцами. Его мрачное настроение заметно улучшилось. — Стигма Примиро больше не герой Империи. Если бы это было не так, Империя не стала бы использовать наёмников вместо собственных войск или рыцарей. И уж точно не отправила бы драгоценную силу в такое место. Талант, чьи способности доказаны, стал свободным. Судя по нынешним действиям, он будто сам отказался и от дворянского титула. Иными словами, это человек, которому революционная армия должна расстелить ковёр. — Попробуйте связаться с ним. Ирам, поняв, что хочет сделать Пол, собиралась кивнуть, но остановилась и нерешительно сказала: — Но если он решит избегать контакта... — Тогда жаль, но ничего не поделаешь. — ... — Как поймать героя, который твёрдо решил вас избегать? Будьте настойчивы, но не устраивайте ловушек без причины и отступите, если он оскорбится. Просто попробуйте поговорить умеренно и вежливо. Если не выйдет — сдавайтесь. — Хорошо. Ирам кивнула и повернулась, чтобы уйти, но на мгновение остановилась, заметив документ краем глаза. — ... — Что вы делаете? Почему не выходите? — Это... Документ, который Пол немного раньше положил на пол, будто собирался разорвать, когда эмоции усилились. Увидев его, она что-то вспомнила и замялась, не в силах уйти. Она выиграла время, вернув документы на стол. «...Можно ли спросить?» На самом деле она уже несколько раз пыталась. Но всё не могла понять, можно ли задавать этот вопрос. Пока она бросала взгляды по сторонам, Пол поторопил её: если есть что сказать, говорите быстрее. Тогда Ирам, словно уступая, задала вопрос, который давно держала в себе. — ...Тот документ, который вы тогда разорвали. — А? Документ, который Пол разорвал как предупреждение, когда поймал её на сокрытии местонахождения Шии. — Вы... восстановили его? ...Вот оно. Он задавался вопросом, почему она до сих пор не спросила. Пол понял, о чём она, и тихо рассмеялся. Для госпожи Ирам дело революции, естественно, важнее, чем какая-то девочка по имени Шия. С тех пор прошло время, так что вопрос, вероятно, был уместен. Он и ожидал этого, и понимал головой... но почему настроение снова упало? «...В любом случае, раз вопрос услышан, нужно ответить». Нельзя вечно давить на неё, заставляя раскаиваться. Это была насмешка, смешанная с горечью. — Я сам его задумал и написал. — Это значит... — Естественно, я помню. Иными словами, если захотеть, документ можно восстановить. Лицо Ирам просветлело. — Могу спросить, о чём он? — ...То же самое, что я объяснял в прошлый раз. Политику Даниэля трудно реализовать сразу, поэтому это политика, которую можно применить в переходный период. Кроме того, она может быть конечной и идеальной целью, но пока люди остаются «людьми», такой цели никогда не достичь полностью. Поэтому её нужно ограничить промежуточным процессом. Лицо Ирам наполнилось сомнением и нетерпением. Что именно содержала эта политика? Она наверняка хотела услышать всё ясно. Но, глядя на это выражение, Полу всё меньше хотелось рассказывать. Он усмехнулся и шёпотом, с долей ворчливости, сказал: — Если то, что придумал Даниэль, называется демократией, то то, что придумал я... можно назвать чем-то вроде социализма. Конечно, это было лишь название. Это не был полноценный «социализм», а только ступень и промежуточный процесс на пути к демократии. ---------- Эффект бабочки (9) Однажды Пол задумался: «Наступит ли мир, когда нынешняя война закончится?» Разумеется, нет. Ответ был очевиден. Многие государства уже рухнули из-за завоевательной войны Империи и последовавшей за ней войны с миром демонов. Даже если нынешняя война завершится победой мира людей, мир не придёт сразу. Люди порадуются — и снова возьмутся за оружие посреди хаоса. «Они снова начнут войну, чтобы занять земли без хозяина и заполнить пустоту, оставшуюся после павших стран». Как можно так легко недооценивать человеческую жадность? Завоюет ли армия Короля демонов мир людей, или мир людей изгонит армию Короля демонов, — даже если внешняя война закончится, за ней неизбежно последует другая. Поэтому он снова задал себе вопрос. «Сможет ли в такой ситуации политика Даниэля действительно расправить крылья?» ...Совершенно невозможно. Не успеет она расправить крылья, как её сметёт огнём войны, и она исчезнет, не оставив даже следа. Пол не хотел, чтобы мысль, которая была для Даниэля всем, исчезла без следа. Он сел за стол, прокрутил ручку между пальцами и уставился на белый лист бумаги. «Метод, придуманный Даниэлем, — это политика, не позволяющая власти сосредоточиться в руках одного человека. Медленная, осторожная система, где прежде чем что-то решить и исполнить, нужно пройти множество процедур, проверок и получить согласие». Она способна удержать от неверного пути, но в военное время ею трудно пользоваться. Сколько времени уйдёт на все эти процедуры, когда враг уже у ворот? «А главное...» Три учреждения, взаимно сдерживающие друг друга, и глава учреждения, избираемый народом прямым голосованием. Раз его можно было выдвинуть и посадить на это место, значит, его можно было и снова стащить вниз. Народ будет следить за каждым их шагом и думать, что в любой момент может низвергнуть их, если они сделают что-то не так. А быть «стащенным вниз» с высокого положения означает падение всего, что человек успел построить. Лицо известно, власть возвращена. Даже если он сядет там и попробует забрать заработанные деньги, разве народ просто будет смотреть? Деньги — не главная проблема; сперва придётся беспокоиться о собственной жизни. Чтобы выжить, человек будет выбирать безопасный путь, на котором его не поймают. Война требует смелых решений, но эта структура рушится, если что-то идёт не так. Метод брата Даниэля не подходил для войны. «Забавно... но на войне важнее всего взаимодействие верхов и низов». Чтобы революционная армия выжила на поле боя и смогла сохранить своё наследие, ей нужен лидер с «сосредоточенной властью». Единственный лидер, обладающий силой принимать решения и воплощать их. Конечно, если решение окажется неверным, последует сопротивление. Но это сопротивление не должно определять будущие решения. «Если всё равно собираешься продавливать своё, несмотря на возражения, тебе нужно как можно больше власти. Значит, прямо сейчас власть нельзя разрывать на части». Следовательно, политику брата Даниэля нужно отложить на далёкое будущее — когда всё закончится, наступит период стабильности, — а до тех пор разработать новую политику, которая станет ступенькой и поможет выдержать эпоху войны. Пол покачал головой. Так юный революционер вспомнил словесную перепалку с одним человеком, произошедшую не так давно. Точнее — сказанные им тогда слова. [Мы дискриминируем друг друга по происхождению, по капиталу, по внешности, цвету кожи и всевозможным склонностям!] Дискриминация по капиталу. Эта мысль давно уже была у него в голове. Он немного сомневался, исчезнет ли несправедливая дискриминация в этом мире, если исчезнет сословная система. Ответ был «нет». Он уже видел, как деньги подавляют власть. Видел бедного дворянина, умоляющего богатого простолюдина дать ему в долг. Видел старика, которого следовало бы уважать, но которого оскорблял юноша лишь потому, что тот был беден. Даже если сословная система исчезнет, дискриминация останется. Среди множества критериев дискриминации самый большой вес будет иметь «капитал». «Нам нужна причина, которая убедит всех, почему революционной армии, провозглашающей «равенство», необходим «лидер с сосредоточенной властью»». Нет ничего, что нельзя было бы использовать, чтобы заставить людей почувствовать необходимость лидера. Пол ухмыльнулся ответу, который постепенно начинал вырисовываться. «Помимо «сословной системы», можно поставить индивидуальный «капитал» как внешнюю границу, порождающую дискриминацию». То есть объявить, что частная собственность будет упразднена, всё будет собираться «государством» и затем поровну распределяться между всеми. Слово «государство» звучало очищенно, но в конечном счёте эту роль выполнял один «лидер». Политика, при которой все равны — кроме лидера. Так появилась идеология, способная выдержать эпоху войны, не разрушив идеалы революционной армии. «Проблема в том, что в нужный момент это должно смениться политикой Даниэля. Но если быть неосторожным, всё легко скатится в дурную сторону...» Люди у власти легко попадают под её влияние. Ему скажут уйти, когда придёт время, но велика вероятность, что он не захочет отказаться от сладкой власти. К тому времени появится и коррупция. Переход к политике Даниэля случится в далёком будущем поколении, и он, Пол, уже не сможет смотреть за этим собственными глазами. «...Нужно тщательное воспитание преемников». Хотя следовало опасаться человеческой жадности и никому легко не доверять, это было лучшее, что можно сделать в нынешней ситуации. Кто-нибудь, возможно, придумает способ лучше, но его мозг смог выдать только это. Пол вернулся к реальности и увидел, как Ирам склонил голову. — Демократия...? Социализм...? — Да. Пол слабо улыбнулся. ...Ирам был одним из ранних членов революционной армии, движимых чистой идеей «равенства». К счастью, он был человеком, который не зацикливался на личных желаниях вроде «власти». Пол взял ручку и написал на бумаге. Содержание было коротким. [Демократия / Социализм] — Я не стану объяснять сразу, потому что это домашнее задание. — Домашнее...? — Да. Видите? Он положил кончики пальцев на лист и подтолкнул его вперёд. — Попробуйте вывести значение этих двух слов. Я использовал южные иероглифы, так что если разберёте их, примерно поймёте смысл. Это не будет слишком сложно. — ...То есть...! Ирам, поднявший лист и рассматривавший его, вскинул голову. Его широко раскрытые глаза дрогнули, будто он уловил намерение Пола. Одновременно с этим из его уст вырвался колеблющийся, дрожащий голос. — ...Вы правда считаете меня своим преемником? — А иначе зачем... — Потому что сейчас ничуть не странно, если кто-то умрёт в любой момент, независимо от возраста. Скорее наоборот — ситуация была такой, что молодые умирали раньше стариков. Не обращая внимания на Ирама, Пол поднял лежавший рядом документ. Он говорил спокойно, просматривая его, будто просто вернулся к прерванной бумажной работе. — Я тоже не знаю, когда умру. Я пока даже не смог найти достойного преемника. То ли он слишком слеп, то ли талантов и правда нет? Не было никого, исполненного духовности. «Я ведь не так уж многого прошу». Молодой человек с гибким умом, чьё мышление и склонности ещё не закостенели и могут измениться благодаря обучению. Очень умный человек, который полностью усвоит и учение первого главы, и дополнительные наставления второго главы, а затем передаст их будущим поколениям. Относительно честный человек, который не поддастся личным желаниям, а будет работать ради общего блага. Всего лишь эти три условия. Особенно во втором пункте изначально он хотел найти человека, достаточно умного, чтобы не только полностью усвоить полученное учение, но и развить его без искажений, передав дальше. Но пришлось сделать шаг назад. Пол, внутренне ворча, что из-за войны все таланты, похоже, были испорчены, начал быстро двигать ручкой. Он говорил будничным тоном, словно это было пустяком. — Итак. Если я умру, не оставив преемника. Или умру, не успев обучить всех преемников. Или умру, в любом случае не завершив полноценную передачу. Или даже если оставленные мной наследники погибнут при непредвиденных обстоятельствах и преемника не останется... — ... — Господин Ирам, прошу вас стать мостом на такой случай. Ирам был рядом с лидером революционной армии с самого её основания. Он находился рядом и с первым поколением, и со вторым, помогал во многом, видел и слышал немало, так что базовая основа у него уже должна была быть. С нынешнего момента он сможет впитывать учение быстрее кого-либо. Время идёт, и лидер революционной армии, имеющий множество врагов, каждый день живёт на грани. Сегодня он ещё жив, а завтра — неизвестно. Но если он действительно умрёт, революционная армия, не имеющая достойного преемника, мгновенно рухнет или свернёт с пути. — Вы станете временным устройством, которое позволит революционной армии дышать, когда она окажется на грани краха. Пока что им нужен кто-то, кто сможет временно стать ступенькой, заполнить промежуток между поиском, обучением и взращиванием подходящего преемника, и служить вторым вариантом на случай чрезвычайной ситуации. Иными словами, нужны люди, которые смогут как можно быстрее впитать учение и в любой момент встать на передовую. Пол поднял голову и посмотрел на Ирама. — Вы ведь говорили, что вам любопытна разработанная мной промежуточная политика? Это идея и метод, которые лучше выбросить, чем использовать наполовину. То же касается ситуации, когда достойный преемник не найден. Поэтому сделайте домашнее задание. Тогда я расскажу вам ясную цель её создания и способ применения. — Надеюсь, господин Ирам станет «достойным преемником» и ещё одним человеком, который вырастит такого преемника. Ирам был помощником лидера революционной армии. Он не стоял в бою, и даже если враги целились в него, целью был не сам трон, а «глава», так что он был дальше от смерти, чем многие. Пол, глядевший на собеседника, чьи условия во многих смыслах были хороши, вскоре снова зарылся в документы и махнул рукой. — А теперь идите. Не совершайте глупой ошибки: не зацикливайтесь только на послесловии и не забудьте о деле, о котором я говорил раньше. Найти Шию, попытаться связаться со Стигмой Примиро и выполнить домашнее задание. Ирам, составивший в голове список, сложил лист и спрятал его за пазуху, кивнув. — Хорошо. * * * — Благодарю, что охотно позволили мне встретиться с вами, хотя просьба могла показаться грубой. — Не особо. Мне надоели взгляды, которые за мной тянутся, а вы из тех, кто довольно хорошо держит границу. Неплохая мысль — немного уменьшить количество этих взглядов. Итак, какое у вас дело? ...Нет, прежде. Стигма подложил руку под подбородок, словно задумался. Его глаза сузились, а немного понизившийся голос надавил на воздух. — Кому вы принадлежите? Горной стране? Империи? Или... революционной армии? — Революционной армии. Революционной армии. Он, кажется, понимал, почему тот попросил о встрече, даже не спрашивая о деле... но не было ничего плохого в том, чтобы проявить ещё немного великодушия и уделить время. Поручение не займёт весь день. Он неторопливо кивнул. — Понятно. Тогда какое у вас дело? — Присоединитесь к революционной армии... — Отказываюсь. Он так и знал. Предлагать «Стигме Примиро», а не кому-то ещё, вступить в революционную армию — смешно. Это предложение сделано кем-то, кто думает, будто он отказался от дворянского титула? Если так, ему хотелось бы сказать, что тот совершенно ошибается. Он сделал это ради куда большей цели, а не потому, что считал сословную систему несправедливой. Скорее, Стигма жаждал более высокого положения, где мог бы доказать себя. Иными словами, поскольку сословная система была прекрасной сценой, которую когда-нибудь ещё можно использовать, он не чувствовал необходимости её уничтожать и без колебаний отказался. Удивительной оказалась реакция собеседника на ответ. — Понял. Чёткий кивок без единого лишнего слова. — ...Вы сдались быстрее, чем я ожидал. — Лучше, чем превращать героя во врага. — Мудро. Чья это была идея? Главы? — ... — Значит, главы. Я почувствовал это ещё тогда, когда увидел его на экране: вопреки внешности, голова у него довольно зрелая. Собеседник быстро вышел из комнаты, будто не желал продолжать разговор. Стигма, рассмеявшийся над этой милой попыткой свести утечку информации к минимуму, без колебаний отвёл взгляд. Серебристо-синие глаза встретились с его взглядом. — Тогда, полагаю, пора перейти к встрече, которую мы назначили раньше? Ремембер. ---------- Эффект бабочки (10) — Вы пришли намного быстрее, чем я ожидал. Едва не вышло так, что встречи наложились бы друг на друга. В величавом тоне слышалась лёгкая игривость, будто он притворялся, что жалуется. Старик с мягким выражением лица улыбнулся. — С возрастом спишь всё меньше. Даже если бы встречи наложились, я был готов подождать. Пожалуй, это я сам пришёл слишком рано. Но важнее другое... Серебристо-синие глаза остро блеснули. — Какое дело у этого старика, о котором в последнее время столько говорят? — Слухи... Я не стану отрицать, но не думаю, что это должен говорить именно ты. «Стигма Примиро» был не единственным слухом, связанным с «человеком, странствующим по континенту». Стигма поднял уголки губ, словно выставляя себя напоказ. Но глаза его не улыбались. Был ещё один слух, который не стал широко известен, потому что его затмили разговоры о «герое», но под поверхностью он постепенно распространялся. Кажется, слух о старике, убивающем монстров? Этот слух был ещё абсурднее слуха о «герое» и не давал людям ни надежды, ни ожиданий, поэтому беспомощно тонул. Но он был абсолютной правдой. Старик перед ним, Ремембер, по какой-то причине странствовал по континенту. — Если ты ищешь меня, поздно услышав новости о посредничестве наёмников, скажу сразу: ты опоздал. Этот старик уже ушёл в отставку и больше не имеет полномочий. — Это можно понять уже по тому, что посредник ходит с места на место, а не сидит на одном. Цель не в этом. ...Тогда с каким делом ты меня искал? Теперь, когда Империя, навязывавшая поддержку наёмниками и извлекавшая из этого выгоду, была прижата к краю, Ремембер отказался от должности посредника и ушёл в отставку в обмен на то, что подверг опасности Эсперанес. Говорили, что он странствует по континенту, чтобы составить историческую хронику, откладывая возвращение в королевство из-за статуса и связей, но полномочий у него уже не было. На лице старика, который только и умел, что немного сражаться, появился вопрос. Стигма ответил так, словно дал ответ на этот вопрос. — Я слышал, вы хотите написать историческую хронику. — Я особо этого не скрывал, так что неудивительно, что ты услышал. Но почему... — Я хочу предложить сопровождать вас. — Да? Старик, которого трудно было смутить, слегка расширил глаза. Элегантный мужчина мягко приподнял уголки губ и с изящным жестом протянул руку. — Я странствую по континенту, и вы тоже странствуете. Значит, не будет проблемы, если мы отправимся вместе, верно? Наверняка найдутся монстры, с которыми вашему возрасту уже трудно справиться. Пойдёмте со мной. * * * — Вообще-то, это правда. Когда Дан уже начал привыкать к тишине, заполнявшей пространство, он внезапно поднял голову на звук голоса. Вне зависимости от того, упал ли его взгляд на него или нет, Деон, не обращая на Дана внимания, перебирал стоящий на столе «Час». Бормотание, почти похожее на разговор с самим собой, продолжалось. — Я знал, что это станет бременем. — ... Дан понял, о чём идёт речь, и вместо поспешного ответа выбрал молчание. Рот, который было открылся, словно он готов был ответить в любой момент, давно закрылся. Поскольку Деон и не ждал ответа, он продолжил говорить, не обращая внимания на молчание. — И хотя я знал это, я сделал так нарочно... Он знал, что это станет бременем, но всё равно отправил обычные войска к командиру Восьмого корпуса. Хотя знал, что отправить её одну было бы эффективнее, он сделал это, чтобы помешать ей поступить именно так. — То же касается веры. Сказав это, он знал, что она сделает всё возможное, чтобы оправдать ожидания. Он перекрыл путь к отступлению, чтобы она не смогла легко сдаться и вернуться. Чтобы обычные войска не были небрежно брошены как багаж, он заранее наложил на неё оковы. Кровь, скопившаяся на полу, плеснула. Деон, по привычке потянувшийся за пазуху из-за головной боли, вызванной запахом крови, понял, что лекарства под рукой нет, и опустил пустые руки. Раздражённый голос просочился сквозь зубы. — Чёрт. — Кьюк. Зелёный стебель похлопал его по тыльной стороне руки. Деон остановился и посмотрел вниз. — Успокаиваешь? — Кьюк! — Ха... ...Дожил. Дожил до того, что меня даже растение гладит. Он неловко рассмеялся, словно вместе с этим выпустил всё раздражение. Будто прежняя злость была ложью, ему стало легче, и вместо того чтобы оттолкнуть стебель, он спокойно принял похлопывание, а затем протянул руку и схватил длинный зелёный стебель. — Кьюк?! — Чего удивляешься? — Кьюю! Другой стебель, который настороженно тыкался вокруг Деона, внезапно остановился, когда увидел его лицо, полное вопросительных знаков. В тот миг, когда Деон склонил голову при виде растения, словно превратившегося в камень, сила из крепкого стебля исчезла. — Кью... — Почему ты снова извиваешься... Тебе больно? — Не похоже. Раз вы обычно шутите, оно подумало, что и в этот раз так же, и насторожилось. Потом поняло, что это не так, и, кажется, обрадовалось. По мне, оно то тянется, то отдёргивается. Только тогда взгляд Деона упал на Дана. Лицо у него было такое, будто он услышал нечто нелепое. — То тянется, то отдёргивается...? Оно самка? — Судя по повадкам, скорее самец... — Тогда... гермафродит? Нет, этот парень вообще-то растение. У растений тоже есть мужское и женское... но... Да, есть... Пробормотав что-то, Деон тут же попытался поговорить, держа цветочный горшок. Содержание было впечатляющим. — Ты самка? — Кьюк. — Самец? — Кьюк. — Гермафродит? — Кьюк. — Что ты такое? — Кьюк. — Чёрт. Лицо Дана, наблюдавшего за этим, наполнилось растерянностью. — ...Что вы делаете? — А что, это не важно? Спрошу ещё раз. Ты меня любишь? — Кьюк! — Чёрт. — Вы же должны понимать, что оно говорит... — Странным будет тот, кто понимает. — Ну... это правда, но... Раз уж настроение улучшилось, пора вернуться к теме. Бессмысленный флирт на этом закончился. Деон ткнул пальцем в центр бутона, похожего одновременно и на морду, и на глаз, велев растению играть одному и не мешать. Он отодвинул светящегося монстра в сторону и снова посмотрел на стол. Зелёный стебель с шипением метнулся к нему, но Деон одной рукой отмахнулся от него, как от мухи, а другой коснулся доски. Дан устало смотрел на незнакомую картину. «...И всё-таки, наверное, надо радоваться, что атмосфера стала немного легче». Всего мгновение назад тяжесть была такой, что казалось, он задыхается. Благодаря растению, которое вмешивается каждый раз, когда обстановка становится серьёзной, в последнее время появилось хоть немного воздуха. С Деоном Хартом, когда он имеет дело с растением, тоже будто становится мягче. Можно сказать, он стал куда человечнее? «Не знаю, хорошо это или плохо». На этом этапе не было бы преувеличением сказать, что растение взяло на себя роль вторых рыцарей Лофти... Ох, это грубо по отношению к растению? Так или иначе, пока Дан новым взглядом разглядывал странное растение, Деон, поймавший летящий стебель и прижавший его к столу, поднял голову. — Дан. Хочешь сыграть? — Вы о том, что на столе? На первый взгляд это тот «Час», который вы сделали в прошлый раз... но он сильно отличается. — Мы просто изменили саму игровую доску, сделали её в форме пятнашек. Основы не поменялись. Дан мельком посмотрел на монстра, затихшего от усталости, и медленно подошёл к столу. Как и раньше, всё было основано на шахматной доске с множеством клеток; внутри клеток были выгравированы горы, реки, поля и прочая местность. Но в заранее определённых позициях двух сторон отсутствовали секции доски. Он понял это сразу, как только увидел. — Перед началом игры вы определяете местность. — Верно. Вы по очереди двигаете секции доски и меняете местность. В свой ход нельзя сразу вернуть секцию, сдвинутую противником, на прежнее место. Количество движений... определяется броском двух двадцатигранных костей. — Земли, богатые припасами, нужно притягивать ближе к своему лагерю, а бесплодные и суровые — направлять туда, где их легче защищать. — Верно. Дальнейший ход игры почти не отличается от прошлого раза, так что пропустим это и просто определим местность? — ... Вместо ответа Дан посмотрел на Деона. «Что же он так долго пытается сказать...» Он знал, что игра не была настоящей целью. Похоже, Деон снова и снова набивал рот словами, которые хотел сказать, и глотал их, не в силах выплюнуть, поэтому предложил игру, чтобы выиграть время. «Не думаю, что человек, уже показавший почти самое дно своей человечности, колеблется, потому что его мучает совесть или он не хочет показывать уродливую сторону...» Словно удивившись отсутствию ответа, красные глаза повернулись к нему. Их взгляды встретились. Если поторопить его, это только даст обратный эффект. Ничего не вытащишь, да и вопросов задавать он не вправе. Дан послушно кивнул и сел перед столом. — Хорошо. * * * Рот Деона открылся быстрее, чем ожидалось. В течение игры он несколько раз открывал и закрывал губы, а когда партия дошла до середины, словно пробуя удачу, толкнул секцию доски, меняя положение местности, которую Дан собирался занять. Медленный голос, ясно наполненный колебанием, заполнил пространство. — Тогда... то, что ты сказал перед экраном. — Вы о чём именно? Если реплик, которые он произносил перед экраном, было не одна и не две, как ему понять, о чём речь? Дан не знал, что именно имеется в виду. Дан толкнул доску, передавая ход, и тихо посмотрел на Деона. Деон, поздно осознав ошибку, добавил: — Ты объяснял, почему Круэль отправил меня в мир демонов. — А. Теперь он понял. — Ты правда так думал? Он действительно настолько обо мне думал и сделал это ради меня? Дан точно знал, что не умеет читать мысли, но почему-то слышал слова, которые тот проглотил, не произнеся вслух. Он вздохнул. — Вы собираетесь в мир людей? — ... — Вы выглядите так, будто спрашиваете, откуда я знаю. Но кроме этого, нет причин снова думать о таком. Похоже, вы обдумывали личное участие в бою... Он поднял руку и потёр подбородок. Затем на мгновение сжал кулак, поднёс костяшку указательного пальца к губам и озорно усмехнулся. — Кажется, теперь, когда вы решились, ощущения стали другими? — ...Быстро замечаешь. — Разве я вижу господина первый день? Он гордо пожал плечами перед Деоном Хартом, который молча ругал его за невезучую проницательность, и погрузился в мысли. ...Когда вина герцога была раскрыта перед всеми, Пол спросил, почему Круэль Харт отправил Деона Харта в мир демонов, а не выбрал другой вариант. Ответ, который Дан тогда дал, кажется, был таким: [Поскольку его собственная смерть была неизбежна, он, вероятно, хотел отправить того, кого пытался защитить, в самое безопасное место.] Незначительная реплика, но, похоже, она задела Деона Харта иначе. Игра вошла в последний ход, но прогресса не было, потому что Деон Харт не двигался. Дан, смотревший на застывшую доску, поднял голову и встретился с красными глазами, смотревшими на него. — Какой ответ вы хотите услышать? Вы ведь всё знаете. — ... — Круэль Харт при жизни тщательно обманывал и скрывал господина от его собственных глаз. Из-за этого господин узнал правду только после его смерти и понял его жертву и заботу. Если спросить здесь — думаете, то, что господин узнал, и есть всё? Этого ответа было достаточно. Дан холодно улыбнулся Деону, застывшему с широко раскрытыми глазами. — Возможно, он сделал для господина больше, чем господин думает. Если учитывать всё, что я узнал до сих пор, мне даже кажется, что он мог сделать и больше этого... — ... — В любом случае, вашей безопасности и выживанию он отдал самый высокий приоритет. Поэтому вместо всего остального он выбрал мир демонов. И господин выжил, как он и задумал, стал героем и выбрался из опасной ситуации. Просто ли выбрался? Осталась лишь одна личность, способная ему угрожать. Дан опустил взгляд. Местность на сдвижной доске уже была выстроена в пользу Деона Харта. Указательным и средним пальцами Дан коснулся последней секции, которую Деон Харт так и не занял, и сам подтолкнул её. — Так что не тревожьтесь, будто снова идёте против воли брата, и спокойно отправляйтесь. У вас уже есть история личной войны в мире людей. Почему ведёте себя как человек, который только сейчас уходит? ---------- Эффект бабочки (11) — ...Когда не знаешь и когда уже узнал — это разные вещи. Голос прозвучал так, будто из его груди немного вынули стержень напряжения. Деон, смотревший на игровую доску, сел на кровать и покачал ногами. Кровь покрывала ступни и плескалась. Некоторое время он сидел, погрузившись в мысли и опустив взгляд, а затем внезапно открыл рот, словно собрал мысли воедино. — Я отправлю командира Десятого корпуса. Слова прозвучали довольно двусмысленно. — Это кавалерийский корпус, значит, скорость передвижения у него должна быть высокой. Хотя он отвечает за защиту крупных городов мира демонов, если дать причину — быстро заполнить брешь в войсках и взять Горное королевство, — его можно будет вывести. Ведь защищать города смогут и другие войска. Дан, молча слушавший его, одновременно убирая разбросанную игровую доску, кивнул. Словно ясно понял другой смысл, вложенный в двусмысленную фразу, его спокойный голос выдал тяжёлое содержание. — В должности командира корпуса появится ещё одна вакансия. — В этот раз я пойду вместе с ним. — Так будет легче использовать. — Верно. И я ведь не могу ничего не предпринять, когда командир корпуса погибнет, да? Указательный палец постучал по кровати. Затем тихий, будто шёпотом смеющийся голос произнёс: — Давненько я не был вместе с бешеными псами. * * * Как всегда, Король демонов не смутился внезапному визиту. — Ты пришёл. Он легко разрешил войти и поприветствовал Деона естественным тоном. Деон слегка нахмурился: казалось, Король демонов знал, что он придёт. Так или иначе, тот поднялся с неторопливой улыбкой и указал на диван. — Я как раз думал, что пора бы тебе появиться. — ... Деон собирался что-то сказать, но остановился, увидев диван. Диван был настолько просторен, что с него не свалишься, даже если будешь ворочаться во сне. Деон перевёл взгляд с Короля демонов, сидящего напротив и жестом торопящего его сесть, на диван и закрыл рот. Удивление на лице вскоре сменилось ленивой наглостью. Он снял обувь и забрался на диван. Сев, он свёл ступни вместе, обхватил обе лодыжки, принял позу бабочки и посмотрел на Короля демонов, будто был готов. Король демонов рассмеялся. — Дерзкий. — Диван слишком большой. — В какой-то момент я слышал, что он узкий. — Это маленькая кровать, а не диван. Через некоторое время я собираюсь в мир людей. — ... Последняя фраза была брошена почти как сюрприз, притворно естественно. И по форме она была ближе к уведомлению, чем к просьбе о разрешении. Король демонов на мгновение моргнул, а потом улыбнулся. Ответ прозвучал так же легко, как его улыбка. — Хорошо. — Для справки, я пойду с рыцарями Лофти, а не с Нулевым корпусом... не с Бешеными псами. Брать и тех, и других вместе — плохое сочетание. И ещё... Деон, принявший его разрешение как само собой разумеющееся, отвёл взгляд. Ни удивления, ни вопроса по поводу лёгкого разрешения не было. Сколько времени он уже провёл, наблюдая за Королём демонов в мире демонов? Как он мог не предвидеть такую мелочь? Он был уверен, что Король демонов охотно позволит. Единственное, в чём он не был уверен, — что предложить дальше... Он тихо опустил ноги с дивана. — Я также собираюсь отправить командира Десятого корпуса на войну. — Поэтому ты пригласил командира Десятого корпуса. Удивительно. — Нам нужны войска, способные добраться до цели как можно быстрее. Я думал переместиться в пространстве с командиром Одиннадцатого корпуса, чьи основные силы — магия, но рядом со стенами замка магия бесполезна. — Да. Одиннадцатому корпусу эффективнее защищать Замок Короля демонов и города мира демонов, а не мир людей. Прежде всего, Деон не забыл об амулете, который прикрепил к наплечникам Бешеных псов. Он позаботился, чтобы они не погибли беспомощно, сражаясь вместе с Нулевым корпусом... Если сделать всё правильно, это можно использовать как часть собственной руки. И если можно скрыть — лучше скрыть. Деон повёл глазами и тихо вздохнул. — Когда командир Десятого корпуса уйдёт, скоро возникнут проблемы с защитой городских стен. Одной магией Одиннадцатого корпуса все четыре города точно не удержать. — Хм. Зачем он пытается сказать нечто подобное? На самом деле Король демонов, кажется, понимал. Он прищурился. Губы всё ещё двигались с улыбкой. — И? — В прошлый раз ты сказал, что не покинешь место, потому что здесь был герой. — Я хотел бы, чтобы ты убирал монстров, пока меня не будет. Не двигай другие войска, сделай это сам. Принять он мог, а мог и не принять, но Деон надеялся, что по возможности тот согласится. Наверное, уловив это чувство, Король демонов тихо хмыкнул в короткой тишине. И, как прежде, пришёл свежий, лёгкий ответ. — Хорошо. Он не ожидал, что тот согласится так быстро. Глаза Деона расширились. Король демонов улыбнулся, щурясь так, будто хвастался. Он понизил голос, словно говорил о чём-то личном, и позвал стоящего перед ним героя по имени. — Деон. — ... — Я не собираюсь заполнять вакансию командира Восьмого корпуса. То же будет и с командиром Десятого корпуса. Ты знал. Да, не может быть, чтобы дьявол не знал. Плечи Деона напряглись, хотя он притворился, что это не так. — Для тебя это лучшая ситуация, на которую можно надеяться. Кроме того, внутри тебя средство и цель поменялись местами, так что попытка заполнить вакансии была бы бесполезной, верно? Всё равно скоро снова умрёт. Король демонов видел маленькое животное, насторожившееся перед ним и поднявшее шерсть дыбом. Он посмотрел в ярко-красные глаза собеседника и сладко улыбнулся. — Если не случится особых обстоятельств, я и дальше не буду заполнять пустующие места командиров корпусов. Так что можешь свободно буйствовать. Мне тоже любопытно, насколько далеко ты сможешь расширить свою территорию. «Наблюдать будет весело». Даже Королю демонов было бы тяжело, если несколько «героев» соберутся вместе. Точно так же и герою будет тяжело, если несколько «командиров корпусов» соберутся вместе. Поэтому неплохо заранее подготовиться к будущему. Или же, чтобы сохранить последнюю свою идентичность как человека, он попытается одинаково разрушить мир демонов. В любом случае, для будущего учителя, который старается изо всех сил обучать его, не было ничего, чему нельзя было бы подыграть. С благожелательным лицом Король демонов выдал собственное ободрение. — Если есть хорошая причина, то неважно, какова твоя просьба и каковы твои намерения, — нет почти ничего, чего нельзя сделать. Поэтому просто старайся и дальше, как сейчас. — О, только лучше будь осторожен с глазами других демонов. Красные глаза наполнились раздражением. Королю демонов показалось, что одного ободрения недостаточно, и он добавил искренний совет, но, похоже, получил обратный эффект. Нужно было скорее сменить тему. — Ладно... тогда. Король демонов коснулся пальцем лба Деона. Деон внезапно оказался лежащим и посмотрел на него глазами, полными вопросительных знаков. На него набросили одеяло. — Вздремни. — ... — Ты давно не спал нормально. Если в таком состоянии отправишься в мир людей, снова не сможешь уснуть. Ответа не было. Деон, нервно выбиравшийся из-под одеяла, сжал губы и свирепо уставился на Короля демонов. Несмотря на довольно жёсткий взгляд, тот лишь пожал плечами, не обращая внимания. — Я ведь уже говорил тебе, да? Физическая усталость и умственная усталость — разные вещи. Не беспокойся о кошмарах. Почему бы тебе сейчас не поспать? — Не нужно. — Я недавно сильно поменял диван. Как ты сказал, он размером с маленькую кровать, так что даже если будешь ворочаться, не упадёшь. — ... Деон, полностью проигнорировавший ответ как не стоящий внимания, молча отодвинул одеяло и поднялся. Красные глаза, содержащие дьявола, задали вопрос с явным намерением сменить тему. — Могу я взять короткий отпуск перед тем, как отправиться в мир людей? — Отпуск? — Да. Долго не нужно, одного дня достаточно. Я собираюсь посетить Первый город. Первый город... Король демонов слегка улыбнулся. — Хочешь поиграть в азартные игры? — Да. — Хм. Ложь. — Ну... хорошо. Ты же не собираешься идти один? — Собираюсь. — Нет. У тебя есть положение, так что это будет проблемой. Как насчёт взять войска? Эд и Бен обязательны. Лицо Деона исказилось. — Я иду всего на день, нет нужды тащить их так масштабно, верно? К тому же, если нужно двигаться быстро, одному проще. Героя ведь не собьёт монстр, так что нет необходимости... — Пхах. Наконец Король демонов рассмеялся. Он немного поиграл из стыда, но не думал, что Деон станет так отчаянно отбиваться. В таком случае оставалось только уступить. Неважно, выглядел ли Деон раздражённым, Король демонов тихо посмеялся и быстро протянул руку. Голос всё ещё был наполнен смехом. — Ладно, делай как хочешь. Раз уж он сам выходит на поле боя, нет причины не позволить ему небольшой сбой. Поскольку Король демонов лучше кого-либо знает опустошение поля боя, он не может остановить его хитрость ради добычи лекарства. «Разумеется, следующего раза не будет». Хотя Король демонов знал замысел Деона, пытающегося достать лекарство в Первом городе, он решил притвориться, что не знает. * * * После встречи с дьяволом всегда остаётся грязное чувство. Деон шёл по коридору, демонстрируя недовольство нахмуренными бровями. Каждый демон, встречавшийся ему, пугался, опускал голову и озирался, но ему было всё равно. Это чувство — когда тобой играют сверху, даже если враждебности нет, и тебя качает туда-сюда то, что он думает. Он вспомнил, что герцог вызывал похожее ощущение, хоть и не настолько сильное, и, кажется, они прекрасно поладили и заключили контракт. Какая небесная пара. «...Сколько он знает?» Деон поиграл уголками губ и цокнул языком. Неприятно быть «манипулируемым», даже когда понимаешь это. Тем более потому, что ему казалось: он знает, чего Король демонов на самом деле хочет от этих действий. Он предупреждал: не попадись мне. «На самом деле стало хуже, чем раньше». Было несколько вещей, о которых они не говорили прямо, притворяясь, что ничего не знают. Закрывать глаза и молчать было ещё терпимо, но на этом этапе это почти то же самое, что выставить всё напоказ. И всё же притворяться, что не знаешь, было лучше, так что ему оставалось закрыть глаза и уши. Стиснув челюсть, Деон стряхнул эмоции и сознательно направил мысли в другое русло. «...То, что мне нужно сделать сейчас... сказать бешеным псам готовиться к бою». Но прежде он должен вернуться в комнату и привести в порядок взбаламученную голову. Совсем недавно Король демонов, беспокоясь о его умственной усталости, предложил сон. Он был благодарен, но, к сожалению, большая часть умственной усталости накапливалась именно при встрече с дьяволом. Одного взгляда на это лицо и разговора с ним достаточно, чтобы выжать из него силы. И когда он спешил в комнату, откуда-то донёсся голос. — ... — ...Я... Слабый, но знакомый голос. Он рефлекторно остановился. Острые чувства героя подсказали: источник за окном. Если бы это был совсем незнакомый голос, он прошёл бы мимо, но... Деон вздохнул. «Почему...» Это командир Десятого корпуса и Хиен. Понять ситуацию было нетрудно. Потому что нечто похожее уже случалось давно. Тогда командир Десятого корпуса Гейситель тоже притеснял Хиена. Возможно, просто потому, что тот раздражал. «Прошло совсем немного с тех пор, как я привёл его, а он уже устраивает проблемы». Он бросил взгляд в окно и увидел, как Хиена выбросили наружу. Слабый проблеск совести не дал просто пройти мимо. Разве это не произошло потому, что он привёл Гейсителя? Деон знал, что виноват отвратительный характер самого Гейсителя, но всё равно чувствовал себя плохо. «...Кстати, я ведь даже не поблагодарил его за странное растение». Он получил подарок, но чуть не закончил всё, просто вытерев рот. ...Ладно. Пусть это будет компенсацией за то, что он не поблагодарил, получив монстра. Скрип. Он открыл окно. Глаза демонов, притворявшихся, что ничего не замечают, расширились, но он не обратил внимания и поставил ногу на оконную раму. — Гейситель. — Хм? Мне послышался голос Деона откуда-то...?! А?! — Господин Део-о-он?! И в следующий миг Деон прыгнул к ним. ---------- Эффект бабочки (12) Гейситель поспешно отпрянул и вытянул руки, будто хотел поймать Хиена. В момент падения Деон заметил, что состояние Хиена ужасно, цокнул языком и, развернувшись, избежал его рук. Он приземлился точно между ними и поднял голову, встретившись взглядом с Гейсителем. ...И как начать этот разговор? — Было так шумно, что звук доносился даже внутрь Замка Короля демонов... Гейситель был демоном, чрезмерно осторожным с теми, кто стоял выше него. Если двигаться грубо, он, скорее всего, сам опустится ниже. Так и вышло: ещё до того, как Деон успел хоть немного нахмуриться, побледневший Гейситель поклонился. — Как посмел такой, как я, оскорбить Деона! Мне безмерно жаль! Я прямо здесь отрублю голову этому садовнику...! — Ха...? Что это за ход мыслей — сначала сказать, что виноват он сам, а затем пытаться отрубить голову Хиену...? Кажется, раньше уже случалось что-то похожее, или ему только кажется? Словно вырвавшийся от нелепости вздох стал сигналом, Гейситель быстро закрыл рот. Деон ясно ощущал, как тот внимательно следит за ним беспокойными глазами, поэтому сжал брови и открыл рот. — Ладно, прекрати устраивать шум и иди внутрь. Что касается того, зачем я тебя привёл... скажу отдельно позже. Он не упомянул ни разбитого Хиена, ни то, что того чуть не стёрли в крошки. Поддержит он Хиена или нет — с того момента, как имя будет произнесено, гнев Гейсителя направится на него. Как и ожидалось, Гейситель, целиком сосредоточенный на дискомфорте Деона Харта, поклонился и поспешно отступил. Деон посмотрел на его затылок, исчезнувший в одно мгновение, а затем повернул голову к колющему взгляду сбоку. Хиен смотрел на него глазами, сияющими чрезмерно ярко. — Спасибо, Деон...! — ... От этой тяжести тело само собой сжалось. Конечно, внешне он этого не показал. Притворившись, что ничего такого нет, он посмотрел вдаль и медленно ответил: — Не особо. Я сделал это только потому, что не хотел шума, так что благодарить не нужно... — Но всё равно спасибо! — ... Ладно, лучше сменить тему. Состояние Хиена выглядело плохо, будто он только что угодил в беду. И он пытался поймать его, падающего вот так...? Деон окинул раны сложным, тонким взглядом и встретился с ним глазами. Кажется, спрашивать нет необходимости, но на всякий случай лучше проверить. — Ты знаешь, почему Гейситель так себя ведёт? — Ну... по дороге я увидел инкуба, и это меня задело... — ...А, ладно. Достаточно. Больше слушать не нужно. Он жестом указал в сторону замка. — Иди за мной. В каком-то смысле его раны тоже можно было назвать следствием того, что Деон привёл Гейсителя. Значит, нужно вылечить раны, которые, похоже, возникли из-за него. Он мог бы поранить себя прямо здесь и позвать Бена, но если бы сделал это, все последствия пришлось бы вынести этому парню. Тогда хлопот стало бы ещё больше. И без того голова болит по многим причинам, а ещё больше раздражающих подробностей ему было не нужно. Поэтому, несмотря на неудобство, Деон лично повёл Хиена к комнате, где жил Бен. * * * Его лекарь всегда замечал, если что-то было не так, и прибегал к нему как ветер ещё до того, как Деону приходилось его навещать или звать. Из-за этого Деон обычно не ходил в комнату Бена, и этот визит, похоже, стал для Бена настоящим потрясением. Как только он понял, что посетитель — Деон Харт, последовала бурная реакция. Почему вы пришли? Вы ранены? На вас проклятие, из-за которого магический камень не сработал? И так далее. Лишь после многократных заверений, что с ним всё в порядке, и объяснения, что он пришёл попросить о лечении другого, Деону наконец удалось вырваться из-под настойчивого взгляда и рук Бена. — Я... лекарь Деона... — Такому садовнику хватило бы и другого врача в замке... — ... — И это ещё потому, что других врачей нет. Нет, лекарь бывшего Короля демонов и нынешний лекарь командира Нулевого корпуса сидит здесь и лечит садовника-инкуба, когда перед ним его пациент... Вместо жалоб последовало сетование, почти ворчание. Однако было хорошо уже то, что лечение велось тщательно, с сильным профессиональным духом. Тем временем Хиен, который, казалось, должен был чувствовать себя наиболее неловко, неожиданно был переполнен эмоциями и вообще не обращал внимания на Бена, так что пусть это считается хорошим. — Господин Деон... уступил личного лекаря кому-то вроде меня... — ... Нет, кажется, это не хорошо. Брови Бена поднялись. Да, он пытается проглотить жалобы и лечить, но если на него не обращают внимания, ему неприятно. Хиен... пожалуйста, обращай внимание. Почему Деону, который даже не ранен, приходится слушать своего лекаря? — ...Почему бинт никак не отрывается?! Ничего не работает! Бен оторвал бинт и обмотал им обработанную лекарством рану. Хотя от силы в его руках могло быть больно, Хиен даже обычного стона не издал и продолжал смотреть в сторону Деона. Глаза, всё ещё сияющие эмоциями, казались Деону слишком обременительными, и он слегка отвернул голову. — Если просто перевязать, лечение закончено? — Да, верно. Кстати, при ранах такого уровня достаточно было отвести его к любому обычному врачу в замке. Почему вы привели его ко мне? Потому что я не знаю, где находятся другие обычные лекари. Если он так ответит..., на него посмотрят как на идиота. Деон спокойно открыл рот. — Когда я думаю о «лечении», мне вспоминаешься только ты. Похоже, кроме тебя у меня нет врача, которому я могу доверять. — ...Думаете, мне понравится только потому, что вы так сказали? Тогда почему ты достаёшь леденец...? — Я благодарен, что вы так высоко оцениваете мои навыки, но я лекарь Деона. Я не хочу пропустить травму самого важного пациента, пока смотрю других. — ... — Сейчас я вкладываю леденец вам в руку... Я слышал, Король демонов запретил Деону курить. Вам часто должно быть скучно. — В таком случае ешьте это. Он раскрыл ладонь. В ней лежал леденец в знакомой обёртке. Выражение Деона стало сложным. Это... похоже на обёртку тех леденцов, которыми Бешеные псы заменяли отобранное у него лекарство...? Нет, не похоже, а точно такая же. ...Ты, ублюдок...? — Я слышал, вы сами выходите на поле боя. Прежде чем Деон успел открыть рот о леденце, Бен, кажется, отвёл взгляд и сменил тему. Сообразительный мальчишка. — Вы лично отправляетесь в мир людей. — Верно. — Разумеется, я иду с вами, но берёте ли вы Эда? Почему он говорит так, будто его собственное участие очевидно? Конечно, это так, потому что он его лекарь... но Деон уже почти не получает ран, а даже если получает, быстро восстанавливается. Кажется, необходимости нет... Больше всего его раздражало, что запрет на лекарства уже издан, и он заранее представлял нотации, которые последуют, если он примет лекарство у него на глазах. Поэтому он собирался сказать, что оставит Бена, но тот, похоже, прочитал его выражение на шаг раньше и твёрдо заговорил: — Вы ведь не оставите своего лекаря, отправляясь на поле боя. Какое разумное существо совершит нечто настолько невероятно раздражающее? Кажется, он только что попытался назвать его неразумным. В любом случае, сказать было нечего, и Деон на мгновение закрыл рот. После такой фразы он точно должен взять Бена. Признание пришло быстро. Деон коротким молчанием выразил согласие со словами Бена и ответил на предыдущий вопрос. — Эда оставлю. Нужен демон, который поведёт Нулевой корпус в непредвиденной ситуации. — Вы не берёте Нулевой корпус...? — В этот раз вместо Нулевого корпуса я беру безумных... рыцарей Лофти. — А, тех безумных... вы о человеческих рыцарях. — ... Даже если сам Деон так говорит, почему перед ними стоит определение «безумные»...? Деон коснулся лба, когда увидел, что даже Хиен, слушавший рядом сияющими глазами, пробормотал: «А, те безумные...» Что эти ублюдки успели сделать, чтобы даже здесь прослыть безумцами? Это мир демонов. Даже не мир людей. — Ну, хорошо, что вы меня берёте. Лечение садовника закончено. — О, хорошая работа. — Никаких трудностей. Раз уж я услышал, что нет лекаря надёжнее меня, конечно, я должен это сделать. Похоже, эти слова ему правда понравились. — Вам нужно ещё леденцов? — Достаточно. Я пойду. Оставаться здесь больше не было причин. Деон сразу повернулся. Хиен, наблюдавший за ним, пошёл следом. ...И продолжил идти за ним. Шаги через коридор уже остановились перед его дверью. Как долго он собирается за ним таскаться? Деон, задумавшись, не войдёт ли тот за ним в комнату, вместо того чтобы открыть дверь, обернулся. Его встретило лицо, полное доброжелательности, будто оно ждало. — ...Почему ты идёшь за мной? — Ах, это... На ярком лице появилась нерешительность, слова оборвались. Голос, будто вот-вот остановится, продолжил медленно: — Вы сказали, что сами идёте на войну... в мир людей. — Да. И что? — Поэтому... Хиен колебался, заглядывая в собственные мысли. Как раз когда Деон уже собирался снова заговорить от раздражения, тот сказал первым: — Могу я ненадолго взглянуть на растение, которое подарил вам в прошлый раз? — Что? — Ах... как и думал, это было грубо. Простите... — Нет, мне-то всё равно... Просто какое отношение моё участие в войне имеет к уходу за растением? Это же не значит, что он заберёт его обратно, а лишь посмотрит некоторое время, так что отказывать не было причин. Деон просто немного растерялся, потому что не понимал связи. — Я не смогу часто прикасаться к Деону с этого момента, так что хотел бы заранее дать ему питательные добавки. — А... тогда ладно. Заходи. Он открыл дверь. Дан, приветствовавший его в комнате, заметил Хиена, вошедшего следом, и озадаченно посмотрел. Деон легко пожал плечами и, махнув рукой, позвал монстра. — Иди сюда. — Кьюк! Зелёные стебли тут же обвились вокруг его талии и повисли. Деон, словно привыкнув, снял с себя прилипший горшок и сразу протянул его Хиену. — Теперь осмотри. ...Что? Казалось, тот собирался сразу влить питательные добавки. Под озадаченным взглядом Хиен повёл глазами и отвёл взгляд. Голос, похожий на ползущий шёпот, пробормотал: — Потому что... я не принёс добавки. — ... — Я собирался сначала спросить разрешения и только потом принести... — ...Ладно, тогда я подожду. Принеси. — Ах, можно я просто одолжу само растение? Я лишь дам ему добавки и сразу верну. — Кьюк? Монстр издал звук. Деон мельком посмотрел на растение. — Уверен, так будет лучше. Бери. — Кьюк?! — Спасибо. — Кью?! Передача была проведена без малейшего внимания к странным крикам странного растения. Хиен, принявший горшок, поклонился и ушёл. Раздался жалобный крик: «Бва-а-а-а...!», но никто не обратил внимания. Как только дверь закрылась и звук оборвался, Деон бросился на кровать. Ему нужно было идти к Бешеным псам, но он лежал без сил, уткнувшись лицом в подушку, и совсем не хотел двигаться. «Даже если пропустить всё остальное, всё равно нужно приказать им готовиться к войне...» Раздражает. Устал. Он лишь щёлкнул пальцами, чтобы не заснуть, затем с трудом повернул голову и посмотрел в сторону, где стоял Дан. Лица не было видно, потому что оно находилось выше поля зрения, но подтвердить, что тот там, было достаточно. — Дан. Иди к Бешеным псам и скажи им готовиться к бою. Не забудь про лекарство. — Да. — И... если возможно, выясни, что за происшествие они здесь устроили. Тело, уже двинувшееся выполнять приказ, внезапно остановилось. — ...Вам правда нужно это узнать? — ...Если подумать, лучше не знать. Не может быть, чтобы они устроили такой разгул, который навредил бы ему, а если бы ущерб был настолько серьёзен, Дан давно бы доложил. В этом мире есть поговорка: незнание — лекарство. Деон, почувствовавший, как от одного вопроса у него заболел желудок, убедил себя и снова уткнулся лицом в подушку. ---------- Эффект бабочки (13) — Слушай внимательно. — Кконг. — ...Не будь таким вредным. Это тоже ради Деона. — Кьюк? — Возможно, ты уже знаешь, но сначала скажу. Деон идёт в мир людей. Он хочет выступить лично. — Пфф. — Ты ведь не собираешься тихо ждать в комнате, пока Деон вернётся, как обычное декоративное растение? — Кьюк! Кьюк! Кьюк! — Да, ты должен прилипнуть к нему и следовать за ним. Ты сторожевое растение. Твоя работа — защищать господина Деона. — Кьюк! — Проблема только в одном... Деон — герой. — Кьюк...? — Если жизни Деона будет угрожать опасность, это значит, что спасти его не сможет никто, кроме очень сильного существа. Так было даже раньше, когда он ещё не был героем, а что уж теперь? Если это не Король демонов, он, вероятно, даже не сможет ничего предпринять. Скорее всего, все умрут ещё до того, как успеют выйти. И ты тоже. — Кью... — Поэтому у меня есть кое-что для тебя. — Кьюк? — Это неизвестная вещь, и мы даже не знаем точного результата... но если мы пытаемся спасти «героя» от опасности, нужно принять риск такого уровня. Он — ослепительно сильный и добрый человек. В этот раз он специально спас меня, простого садовника, даже рискуя навлечь на себя вражду командира Десятого корпуса, поэтому я рассказал тебе всё. Говорят, жизнь сгорает как дрова ради света жизни, но я надеюсь, что его свет будет гореть как можно дольше. — Итак, что скажешь? Вот почему я держу ребёнка, которого вырастил для Него, и спрашиваю. — Готов ли ты к жертве? * * * — Что это? — Я же сказал, я дал ему немного питательных добавок! — Проблема не в питании... Деон выглядел потрясённым. — У ребёнка живот разорвало, и он вот-вот умрёт? — Кьюк...! Странное растение свернуло листья, будто всё в порядке. Хотя оно вроде бы притворялось бодрым, его тяжёлое состояние было очевидно, и Деон молча опустил взгляд. Он видел, что земля в горшке не удерживает что-то внутри и выпирает наружу. «...Ему дали «немного» питательных добавок?» Почему бы сразу не сказать, что ты вылил всё целиком? И, кажется, он дал не только добавки... Придраться хотелось ко многому, но вслух он ничего не сказал. Не может быть, чтобы Хиен убил растение именно «Деона Харта». Деон легко пожал плечами. — Ну... ладно. Ты знаешь о растениях больше меня. Наверное, сам всё рассчитал. Он уже собирался закончить разговор и отправить того прочь, не желая тянуть слишком долго, но глаза Хиена расширились, будто эти слова задели что-то важное. Деон, увидев эмоции, переполнявшие расширенные зрачки, почувствовал недоброе и нахмурился. Обычно на этом месте Хиен прочёл бы выражение его лица и удержался, но сейчас, словно ослеплённый чувствами, он крикнул слегка дрожащим голосом: — Вы мне верите...! — ... Вера. От резкого слова его тело рефлекторно застыло. Лишь на мгновение, но показалось, будто в глазах вспыхнула кровь. Деон немного помолчал, а затем медленно ответил: — ...Ты садовник. Это касается растений, значит, следует оставить это садовнику. Кому ещё это поручать? — Ах... — Думаю, все дела закончены. Почему бы тебе уже не уйти? Я устал. — Ах... да! Прошу прощения! * * * В Замке Короля демонов было не так уж много мест, где могли находиться рыцари Лофти, кроме Бешеных псов. Жильё или тренировочный зал. Или иногда они просто врывались в комнату хозяина и сидели там. Благодаря этому Дан без труда нашёл их. Местом оказался тренировочный полигон. Чего он не ожидал, так это двух нежеланных гостей. Из-за них Дан, вопреки первоначальной цели быстро передать дело и вернуться прежде, чем его втянут и утомят, остановился прямо перед пунктом назначения. — Что за... ха... Он вздохнул, сдержав недосказанную фразу. Бесчисленные грубые слова застряли в горле. Казалось, стоит ослабить контроль — и он начнёт ругаться, но сильный разум сумел подавить их и проглотить. «Потому что я не тот, кто может что-то говорить». Его противники — командиры корпусов. Будь это рыцари Лофти, он уже поднял бы шум. Глядя на хаотичный зал и буйствующих там гостей, он почувствовал, как начинает пульсировать голова, и прижал пальцы к вискам. «...Теперь, когда подумал, командиры Пятого и Девятого корпусов в последнее время часто ходили туда-сюда... Поскольку они недавно резко рассорились, я думал, что однажды что-нибудь случится...» И вот он увидел это собственными глазами. Командиры Пятого и Девятого корпусов дрались. И здесь — на личном тренировочном полигоне рыцарей Лофти! — Убирайся отсюда, Тровер! Командир Пятого корпуса Оэль оскалилась и натянула тетиву. Три стрелы на тетиве яростно полетели к цели. — Какая же ты злопамятная! Командир Девятого корпуса Тровер выставил кулак. Давление ветра, поднявшееся вместе с резким звуком, отбросило стрелы. — Заткнись! Ты уничтожаешь мои сокровища! — Сокровища? Этот хлам? И вообще, когда это было, а ты всё ещё такая? Ты, мелочный ублюдок, собираешься всю жизнь из-за этого ныть? — «Когда это было»? Так должен говорить пострадавший, а не виновник, тупой камнеголовый ублюдок! Поэтому ты и магией пользоваться не можешь! Невежда и бесстыжий ублюдок! Стрелы сыпались дождём. Когда Тровер отвечал, в земле возникали выбоины. Дан, наблюдавший за ними с пульсирующей головой, невольно усмехнулся вопросу, внезапно возникшему в голове. «Кажется, я помню, что Оэль не была командиром корпуса, который умеет так хорошо говорить...?» Когда злится, речь становится живее. ...Нет, это неважно. В результате сам тренировочный зал становился непригодным. Почему никто их не останавливает! Дан срочно огляделся. Адъютанта по имени Дерниван, который обычно держался рядом с Оэль, нигде не было. Зато в глаза бросились рыцари Лофти, сбившиеся в кучку и делившие закуски. Давление у него поднялось. — Эти... чёртовы... — А? Дан! Что случилось? — Мы смотрим драку. Хочешь с нами? — Иди садись... Эй, подвиньтесь! Дайте место! — Может, потому что они командиры корпусов, уровень боя и правда другой? Тут многому можно научиться! Хорошо, что есть чему учиться... но это не официальная тренировка, а «драка». Нужно остановить их, вы сумасшедшие... «В конце концов, остановить их могу только я». Внезапно навалилась усталость. Дан убрал руку от головы, нажал на глаза, шагнул вперёд и громко позвал двух демонов. — Я не знаю, что у вас случилось, но прошу, сначала успокойтесь... — Проваливай отсюда прямо сейчас! — Это вообще не твой тренировочный зал?! — Пошёл к чёрту! — О, как грязно и постыдно...! ...ЧЁРТ. * * * После множества поворотов ситуация разрешилась. О, разве это было не полное собрание поворотов? Тровер ушёл первым, жалуясь, что она узколобая. Дан был благодарен Троверу от всего сердца, потому что, живя в Замке Короля демонов, знал, насколько это чудесно — учитывая простую и грубую личность Тровера и детскую натуру Оэль. Даже Оэль сказала, что ей противно, и ушла. Наконец, в пространстве остались только подчинённые Деона Харта. Дан оглянулся на рыцарей Лофти. — ... Рот, который, казалось, вот-вот начнёт читать нотацию, лишь вздохнул и закрылся. Ненадолго повисшая тишина вскоре была нарушена снова открывшимся ртом. Голос прозвучал немного приглушённо. — Если начинается драка, остановить её — базовый здравый смысл. — Я знаю! Но ведь весело, да? — Эй...! ...Ладно. Если скажу больше, вы всё равно не послушаете. Смирение пришло быстро. Это были те самые люди, из-за которых Король демонов выглядел потрясённым и сказал, что любое происшествие будет допустимо, лишь бы оно было связано с Деоном Хартом. Тогда Дан впервые увидел, как треснуло лицо дьявола, всегда казавшееся расслабленным. Когда происшествия рыцарей Лофти продолжались, Король демонов лично пришёл на тренировочный полигон, уставился на них и пробормотал: «Не понимаю, почему Деон держит этих существ рядом». Дан с тусклым взглядом вспомнил список происшествий, о которых слышал: они прыгали через окно как тренировку и раздавили проходившего снизу демона-служителя, подрались с Нулевым корпусом и были доставлены в лазарет, и так далее. Теперь всё уже было неважно. Он поднял голову, идя на компромисс с надеждой, что они не устроят происшествия, которое навредит хозяину, как раньше. Слишком мягкий, но слегка остывший взгляд направился на бешеных псов. — Перейду сразу к сути. — ... — Готовьтесь к выходу. Это приказ господина. Для вас это будет первый за долгое время поход с капитаном. — ... Глаза бешеных псов в одно мгновение изменились. Удивление, слабый страх, немного тревоги, всё растущая радость, а затем вспыхнувшее возбуждение. В изменении, произошедшем за такой короткий миг, Дан на мгновение замешкался, будто увидел, как на вид обычный человек превращается в убийцу. Так или иначе, рыцари Лофти закричали от восторга. — Наконец-то вы сами выходите на поле боя! — Теперь можно буйствовать вместе с капитаном! — Ва-а-а!! Даже спокойный Клетер не смог скрыть улыбку. Если кто-то увидит это, он разозлится и скажет, что они помешаны на битвах. Возможно, именно поэтому Дан замешкался и сделал шаг назад. Но это было неверно. Они вовсе не радовались тому, что смогут «буйствовать», ведь всё это они делали только чтобы выжить в бою. По той же причине, что и под жестокой рукой. Хотя они этого не показывали, им всё ещё было неприятно и отвратительно убивать людей, подобных себе. Наверное, так будет до конца жизни. «Прямое участие в бою» не означало радости от возможности «бушевать». Они просто радовались, что смогут «быть с капитаном». Наблюдая за ними молча, Дан подумал: в последнее время Деон, кажется, просто использует своё тело, став героем, но если он продолжит в таком духе, не случится ли что-нибудь действительно серьёзное? Если бы Деон снова пошёл на войну, они планировали схватить его, пойти вместе или силой удержать в поле зрения... Хорошо, что нужный приказ пришёл именно в этот момент. Расслабленный от радости рот естественно выдал шутку. — Это прекрасная возможность потренировать магию, которой мы научились у командира Девятого корпуса! — Наконец-то время практики! Но ты тоже пойдёшь? Если возможно, хотелось бы, чтобы ты пошёл и посмотрел, как мы используем магию. — ...Когда я смотрю на вас всех, мне не хочется идти, но... — Ха-ха-ха! Шутка! Он был серьёзен. Если ответить ..., это лишь приведёт к долгому, бессмысленному и утомительному разговору. Дан пропустил разговор молчанием и ровно произнёс последние слова, которые ему было приказано передать. — Лекарства достаточно? — Лекарства? Нам их использовать незачем, так что их слишком много. То, что ты принёс в прошлый раз, мы не использовали, всё ещё лежит. — Рад слышать. Если бы вы сказали, что нет, у меня были бы проблемы. Клетер, слушавший молча, высказал вопрос, будто не понял. — Вы столько времени справлялись, а почему вдруг сейчас? — Из-за запрета проверки стали строже. Нужно доставать снаружи, но если вы уйдёте и вернётесь, на входе всё обыщут, так что сейчас добывать новое трудно. — Э, запрет?! Тогда разве у нас не будут большие проблемы, если нас поймают с лекарствами? — Всё в порядке, потому что он ограничен определёнными людьми вроде меня, господина и командира Одиннадцатого корпуса. Когда думаешь об этом вот так, снова понимаешь, насколько хорошо Король демонов видит людей насквозь. Даже если они служат Деону Харту, всё будет нормально. Они из тех, кто достанет ему лекарства или что угодно, если он захочет, а рыцари Лофти из тех, кто отнимет у него всё вредное для Деона Харта, но откажется, даже если сами захотят. И хотя они редко видятся, Король демонов знает это, правильно различает и издаёт запрет... Хотя он Король демонов, он всё-таки Король демонов. Дан слышал, что он прожил долго, и, похоже, это время действительно не прошло зря. — Даже если господин — командир, почему ты и командир Одиннадцатого корпуса...? — ...В любом случае, не забудьте взять лекарства. Сообщение передано. Я закончил, так что пойду. — Дан...? Дан лёгким пожатием плеч стряхнул с себя прилипшие вопросительные взгляды и развернулся. ---------- Эмоции всегда кого-нибудь убивали (1) Шаги, наполненные тонким раздражением и злостью, бесцельно блуждали по замку. Тровер ходил по замку с нахмуренными бровями, словно последствия огромной драки с Оэль всё ещё не улеглись. Если так продолжится, был велик шанс, что он сорвёт злость не там, где нужно. Командир Девятого корпуса был просто неотёсанным, но совсем не глупым. Раз он не зря стал командиром корпуса, самооценка у него оказалась лучше, чем ожидалось, и он решил, что лучше продолжать неопределённую прогулку, пока настроение не улучшится. Так, спустя какое-то время, он шёл без цели, время от времени пинком выражая недовольство, когда заметил знакомого демона и невольно остановился. «...Дерниван?» Он ещё во время встречи с Оэль подумал, что что-то странно, а теперь понял почему. В обычной ситуации должен был быть кто-то, кто остановил бы драку до того, как этот парень вышел вперёд. Почему этот тип, который никогда не покидает её сторону, находится в таком отдалённом месте? Уже одно это было подозрительно, но инстинкты тоже подсказывали: всё не так просто. Поэтому Тровер быстро спрятался прежде, чем взгляд Дернивана достиг его, и нахмурился. «Это не поле боя, а он непривычно насторожен... Он что-то скрывает?» Выражение и походка Дернивана сами по себе не отличались от обычных, но Тровер был уверен — они часто спарринговали. Уши напряжены, глаза острые и мягко двигаются. Это существо явно следит за окружением. Словно почувствовав взгляд, Дерниван повернул голову. Тровер, вздрогнув, ещё тщательнее скрыл присутствие. Повисло удушающее напряжение. Свирепые глаза сканировали место, где скрывался Тровер. Не зря он демон волчьего происхождения — от него веяло зверем. Тровер тихо сглотнул, когда ситуация стала напряжённее, чем на поле боя. И неизвестно, сколько времени прошло. На самом деле, возможно, совсем немного, но казалось — целая вечность. Наконец Дерниван отвёл взгляд и тихо пробормотал: — Показалось? — ... Он, похоже, уже закончил дело и ушёл без колебаний. Тровер, опасаясь снова попасться этим звериным чувствам, не двигался ещё долго после того, как подтвердил исчезновение Дернивана. «Здесь?» Он склонил голову, стоя перед заброшенным складом, откуда, как он решил, вышел Дерниван. — Почему он был в этом складе...? Оэль перенесла сюда склад всякого хлама? ...Он не был уверен, но слышал, что новый склад находится рядом с личным тренировочным полигоном Пятого корпуса. Туда даже отправили нескольких людей Пятого корпуса как часовых. Значит, это не склад хлама. «Или... это склад, который Дерниван подготовил лично?» ...Фу-ха. Смех вырвался сразу. — Не может быть. Он так подумал, но это не выглядело хоть сколько-нибудь правдоподобно. У этого сухаря есть нечто настолько драгоценное, что он тайно устроил для этого склад? Куда правдоподобнее было бы, если бы на небе оказалось две луны. Он почти как труп, который слушает только приказы начальства. Более убедительная гипотеза — здесь был тайный приказ Оэль. В любом случае... Тровер слегка повёл плечами. — Узнаю всё, когда войду. Возможно, потому что это был заброшенный склад, замок казался сломанным. Он взялся за ручку и повернул. Дверь открылась, и его встретила картина, совершенно не соответствующая внешнему виду. Внутри всё было оформлено мягко и пушисто — не подходило ни складу, ни тем более «демону», складу за ним и Замку Короля демонов. Уже одно это было шокирующе, но Тровер на мгновение оцепенел, увидев в центре существо, играющее с куклой и склонившее голову к нему. — Ха? * * * — Деон, вы уверены, что вам можно идти одному...? Эд осторожно спросил, выглядя очень тревожным даже тогда, когда привёл демонического коня и передал поводья. — Всё-таки, вам нужно взять хотя бы одного демона, чтобы помочь... — Я же сказал, скоро вернусь. Всё в порядке. Меня одного достаточно. Если позволить им пойти следом, что им говорить? Судя по демонам, которых он видел до сих пор, кто бы ни пошёл следом, он наверняка будет идти так, будто отказался от личного времени. Даже если будет беспокоен, всё равно станет вмешиваться во многое. Особенно если Деон сделает что-то против запрета, изданного Королём демонов, тот изо всех сил попытается его остановить. Поскольку Деон изначально направлялся в Первый город, чтобы нарушить запрет, одному было проще. Он выхватил поводья из колеблющихся рук Эда. — Тогда я вернусь. — Прошу, будьте осторожны. Ответное приветствие вышло неохотным. Деон, без колебаний севший на чёрного коня привычным движением, мельком взглянул на Эда, затем повернул голову вперёд и ударил коня в бок. Конь покинул Замок Короля демонов. * * * Хотя их стало меньше, чем прежде, монстров всё ещё было много, а добычи — мало. Для них еда была нужна не столько ради выживания; их единственное удовольствие и цель в жизни — обжорство. Они рождены «недостаточными», и инстинкт жаждать того, чего не хватает, проявлялся как «голод». Поэтому, хотя демоны через Эда и нескольких других уже испытали, насколько силён тот, кто движется один, они, похоже, забыли всё и нацелились на Деона. — Немало желающих меня съесть. Деон неторопливо улыбнулся. — Если бы путь не был заблокирован, я бы просто проигнорировал их и проехал мимо. На этом этапе, если один раз пригрозить, эти верные инстинктам твари отступят. Достаточно будет заставить страх пересилить голод, как однажды уже было. Однако кое-что отличалось от того времени: способ боя. Он ненадолго остановился и спешился. Конь вздрогнул и попытался убежать, но Деон, не отпуская, потянул поводья и встретился с ним взглядом. — Стой здесь. Ярко-красные глаза были полны убийственного намерения. Если убежишь — умрёшь. Конь, инстинктивно почувствовав угрозу, застыл, будто его прибили к месту. Деон удовлетворённо погладил его по шее, отошёл на несколько шагов и подпрыгнул на месте. — И всё же. Тело лёгкое. Монстры снова накатывают волнами, но, в отличие от прошлого, ощущения опасности нет. Он посмотрел себе под ноги, затем поднял взгляд и ухмыльнулся. Как ни думай... — Не похоже, что я умру. Если вспомнить, разве последний достойный бой не был между бывшим императором Эдоардо Дезертом и генералом Немезеусом? Кажется, битва в бывшей столице Империи была его первым и последним настоящим боем в качестве героя. Значит, будет неплохо воспользоваться случаем, размять тело и проверить, как далеко он может двигаться. — Кииии! Крик приблизился. Первым перед ним появился монстр, похожий на гуманоидного демона. Хотя для гуманоидного он был слишком большим. Тварь протянула руку, словно собиралась схватить Деона. В прошлом он бы сразу уклонился, но теперь Деон спокойно посмотрел на него снизу вверх, будто наблюдал, вместо того чтобы избегать. Он встретился с монстром глазами. В тот миг, когда в глазах твари ясно отразились уверенность и радость от пойманной добычи, а также насмешка над глупой жертвой, которая не двигается... — Киээ?! Фигура Деона исчезла. Сбитый с толку монстр попытался повернуть голову, чтобы найти испарившуюся добычу... но голова не двигалась. Когда он это осознал, верхняя часть тела уже отклонялась назад. Деон, висевший на спине твари и давивший на подбородок и макушку, ухмыльнулся и повернул всё ещё удерживаемую голову. С хрустом голова монстра согнулась на девяносто градусов. Всё произошло буквально за мгновение: он наступил на бедро противника, прыгнул, положил плечо в воздухе, повернул тело, сместился за спину, схватил голову и повис на нём. — Отвратительно. Вот что значит быть героем. Тихое восхищение сорвалось с губ. — Похоже, тело стало гибче. Пружинистость тоже улучшилась. Деон, чуть не свалившийся со спины, наклонился, приземлился на пол как после кувырка, затем оттолкнулся от земли и ушёл в сторону. На место, где он был, обрушилась нога другого монстра. Он метнул кинжал с пояса и пронзил тварь между глаз, затем ненадолго остановился, сжал и разжал кулак. «Раньше я и мечтать не мог оттолкнуться от земли руками так, чтобы уйти с места». Если бы это было до того, как он стал героем, руки бы не выдержали. Трещина, вывих или перелом — он наверняка получил бы травму, мешавшую следующему движению. После боя, похожего на хождение по канату над тысячемильной пропастью, когда он изо всех сил боролся лишь за выживание, возможность свободно сражаться ощущалась освежающе. Он поднял голову. Уголок рта, который, как ему казалось, уже опустился, снова поднялся сам собой. Он не стал обращать внимания и потянулся к кинжалу на талии, но быстро убрал руку. — Хотелось бы не спешить, но, к сожалению, отпуск у меня всего на один день. Открытые глаза сияли кроваво-красным, полные безумия и радости. — Но я буду драться с вами голыми руками, так что давайте, девочки. Закончим как можно быстрее. * * * «Насколько я понимаю, на сегодня визитов не планировалось». Что значит этот стук? Кто-то стучал в ворота снаружи. Почувствовав знакомое дежавю, привратник, отвечавший за ворота Первого города, вспотел холодным потом и взял камень связи. — Снаружи кто-то стучит... — Эй. — Э-э... Этот разговор тоже был знакомым. Когда даже сказали, что подкрепление не нужно, тревога медленно поднялась. Неужели с другой стороны не тот же самый человек? В любом случае, похоже, разрешение было получено. Он быстро сдвинул устройство, чтобы прекратить всё усиливающийся стук. Как и в прошлый раз, ворота слегка открылись, и кто-то вошёл. К счастью, у вошедшего были не светло-жёлтые волосы и голубые глаза, а красные волосы, красные глаза и пятнистая красная кожа. На миг привратник застыл. Пахнет кровью. И пахнет очень густо... «Может, он весь ею покрыт...?» Сколько здесь изначального цвета, а сколько крови? Привратник прищурился, пытаясь найти границу между ними, но вскоре обнаружил ещё один дискомфорт и вздрогнул. Нет «магической силы»... Даже если протереть глаза и посмотреть снова, он не мог её найти. Прорваться через рой монстров и добраться сюда означало, что вошедший обладает достаточной силой, но, в отличие от прошлого адъютанта, от него не чувствовалось ни крупицы магической силы. Если это демон, должна ощущаться хотя бы магическая сила, составляющая его тело, вне зависимости от того, расходует он её или нет. Значит... «Человек...?» Привратник пусто моргнул перед реальностью, которая не укладывалась в голове. ...Кстати, командир Нулевого корпуса, приходивший раньше, тоже был человеком. Его статус ещё вырос после того, как он убил бывшего императора Империи и загнал мир людей в угол, так что внешние признаки тоже широко известны. Говорили, у него белые волосы и красные глаза, значит, человек перед ним... Его взгляд встретился с ярко-красными глазами. — Красные глаза... — ... ...Нет, не может быть. Сколько бы крови ни пришлось выдержать, волосы не могли так сильно окраситься... — Вы... командир Нулевого корпуса...? — Верно. — Ах... — ... Деон склонил голову, будто ему было странно, что тот всё ещё стоит пустым после своего вопроса. Только тогда привратник, поймавший чуть не улетевший дух, спокойно открыл рот. — ...Прошу прощения. Визит неожиданный, подготовка не завершена. Не могли бы вы немного подождать? Я улажу всё как можно быстрее. — В этом нет нужды... Он быстро повернулся и тихо взял камень связи. — Эй, это чрезвычайная ситуация. Быстро передай управляющему, что прибыл командир Нулевого корпуса. — ...Что? — Командир Нулевого корпуса. Мне кажется, я умру уже от одного его присутствия, так что передай быстрее...! Рука легла ему на плечо. Привратник, инстинктивно поняв, кому принадлежит рука, на мгновение перестал дышать. Он заставил скрипящую голову повернуться. Запах крови плыл в воздухе, и кровь стекала вниз. Он увидел мокрую руку. Пока он застыл и смотрел на неё, рука, похоже заметив это, опустилась. На плече остался красный отпечаток, но сейчас было не время беспокоиться. — Что... — Не знаю. Закроешь? — Ах...! Он настолько испугался, что оставил ворота открытыми. Быстро привёл устройство в действие и закрыл ворота. Сквозь щель в воротах ему показалось, что снаружи перекатываются какие-то красные куски мяса, но он притворился, что не заметил. Это должно быть иллюзией. Пожалуйста. — И ещё... — Да! Говорите! — ...Не нужно так нервничать. — Нет! Деон Харт на мгновение замолчал. — Передай, чтобы не беспокоились, я всё равно скоро уйду. Это личный отпуск, не миссия. — Да? Но... — Если меня будут беспокоить только потому, что хотят услужить, у меня может испортиться настроение... — Я сейчас же передам! Приятного отдыха! — Хорошо, остальное оставляю тебе. — Есть! Я специально об этом позабочусь! Деон Харт ответил небрежным взмахом руки и вошёл внутрь. Привратник, стоявший напряжённо, пока тот не скрылся из виду, вдруг пошатнулся, будто ноги лишились сил, и прислонился спиной к стене. — Я думал, что умру... Голова ведь на месте, да...? Он поднял дрожащую руку и потёр шею. К счастью, под пальцами ощущалась чистая кожа — будто всё приклеено хорошо и без царапин. Убедившись, что шея цела, он почувствовал обиду. «Разве в отпуск обычно не едут в Четвёртый город?» Он не понимал, почему люди, от которых развлечениями и не пахнет, включая того адъютанта в прошлый раз, приходят сюда. Работать у ворот стало слишком страшно. Привратник долго трогал шею, думая, что после смены придётся написать заявление об увольнении. * * * Деон не мог ходить, весь пропитанный кровью, поэтому купил приличную одежду в ближайшей лавке, вошёл в видимую гостиницу и снял ванную. Поскольку он оставлял кровавые следы повсюду, он был готов к небольшому конфликту. Но вместо конфликта и владелец лавки, и хозяин гостиницы дрожали и предлагали лучший сервис. Деон, немного растерявшийся, понял, что его узнали, и примерно принял это. Давненько он не был вот так залит кровью, поэтому ощущал неловкость и странную свежесть. Смыв кровь, он снова вышел наружу, сделал несколько шагов, затем остановился и поднял взгляд. Он повернулся. Красные глаза скользнули по определённому месту. «Я чувствую взгляд, но в нём нет враждебности...» Скорее, он осторожный... Хм. Неприятный звук тихо вышел из горла. «Кажется, я знаю, кто это». Есть предупреждение, поэтому они не могут подойти ближе. Наверное, пытаются издалека проверить, нужно ли ему что-нибудь. Он понимал их мысли, но ощущение слежки не было приятным. Он точно указал жестом на место. Там замешкались, словно приказ сверху вступал в конфликт с ситуацией. Один за другим они исчезали, и в конце остался только один. Деон перевёл взгляд на последнего владельца взгляда. Тот, неловко переминавшийся, попытался отступить ещё до жеста, как только на него упал взгляд Деона Харта. «Я специально оставил одного, так что если он исчезнет, будет неудобно». Деон быстро сократил расстояние и схватил его. Демон, испугавшийся, будто не ожидал, что его поймают, посмотрел на него и осторожно спросил: — Вам что-нибудь нужно...? — Я ищу игорный дом, куда ходил в прошлый раз. — Тот игорный дом? Игорных домов не один и не два... — Особенность... — Из окна были видны луна и дорога. — Ах, там ещё было много демонов. Я видел. — Ха. Демон сглотнул. — По одному этому трудно понять. ---------- Эмоции всегда кого-нибудь убивали (2) А, вот как. Деон ещё немного покопался в памяти ради более подробного объяснения, коснулся уголка рта и перечислил признаки здания. — Двухэтажное здание... Насколько помню, на первом этаже был игорный дом, а на втором — бар. — О, кажется, я знаю, о каком месте вы говорите. Прошу, следуйте за мной. Демон сразу пошёл впереди. Добрались они быстро — похоже, место было ближе, чем ожидалось. — Это оно? Перед зданием, куда они пришли, демон обернулся к Деону. — Да. Хорошая работа. — Тогда я пойду. — Ладно. Пока. Это было здание, которое он помнил. Окинув знакомое строение взглядом, Деон коротко попрощался с проводником и вошёл внутрь. Вероятно, ожидая визита нового покровителя, вокруг собрались едва сияющие взгляды, а затем они замерли. Похоже, его узнали, и внутри воцарилась тишина. Тревожная тишина. «Командир Нулевого корпуса...» «...Это же Деон Харт?» «Я слышал, он главнокомандующий, почему такой занятой человек здесь...» Зачем он снова пришёл? Может быть, собирается наказать их за прошлое? Среди тех, кто был здесь тогда, не было демона, не знавшего его. Воспоминания о том времени были слишком шокирующими, чтобы забыть. Как можно забыть человека, который, убив всего одного, вселил страх во всё здание? У некоторых демонов тот случай так глубоко отпечатался в памяти, что даже спустя долгое время они всё ещё видели его в кошмарах. Поэтому демоны лихорадочно переглядывались, решая, нужно ли им прямо сейчас встать на колени. И посреди напряжения Деон двинулся. Он оглядел помещение красными глазами и пошёл прямо туда, где, похоже, нашёл нужного человека. Все взгляды тут же устремились к его предполагаемой цели. Там был Майлз, который давно, сам того не понимая, подал ему напиток с наркотиком. «Почему, почему?» Майлз съёжился с лицом, будто сейчас заплачет. «Тогда ты просто забрал лекарство и ушёл. Разве на этом всё не закончилось?» Деон Харт приближался. В зависимости от угла света на лицо падала тень, и жуткие красные глаза выделялись ещё сильнее. Майлз застыл, не в силах даже подняться со стула, будто перед ним был не демон, а нечто хуже. Следуя инстинкту, он откинулся назад и пополз за опрокинувшимся стулом. Он вздрогнул от звука, который оказался громче, чем ожидал, и попытался поспешно подняться, но перед ним остановились туфли. Словно желая вежливо встретиться взглядом, Деон медленно присел на одно колено и заглянул ему в глаза. Его ярко-красные глаза, будто улыбаясь, изогнулись полумесяцами. — Привет, слабак. Давненько, а? — Д-да, да! — У меня есть к тебе просьба... Когда он оказался перед ним вот так, вспоминалось прошлое. Деон мягко улыбнулся и точно повторил сказанные тогда слова. — Если не хочешь умереть... — ... — Отдай мне всё лекарство, что у тебя есть. * * * После лёгкой, но тяжёлой угрозы — если нет, приготовь и принеси — лекарство быстро подготовили. Деон посмотрел на пачку сигарет, приготовленную отдельно от мешочка с лекарством, будто тот обратил внимание на шутку, что было бы лучше, если лекарство окажется в форме сигарет. Затем поднял голову и улыбнулся Майлзу, словно хваля. На самом деле Майлз испугался и отвёл взгляд, но всё равно. Деон открыл мешочек с лекарством и слегка понюхал. Его брови почти исчезли в складке. — Откройте окно. — Да? — Откройте окно. Проверить он не мог из-за запаха крови. Демоны, нервно наблюдавшие и притворявшиеся, что не наблюдают, быстро задвигались и открыли все окна здания. Прохладный ветер выгнал внутреннее тепло. Стоя перед прохладным ветром, Деон снова осторожно поднёс мешочек к носу. — Смесь паралитиков и снотворного. Похоже, от этого трюка они ещё не отказались. — ... — Ну... не думаю, что они смешали нарочно, и это я велел передать все оставшиеся лекарства, так что ничего говорить не собираюсь. Однако если подумать, хранить лекарства вперемешку — плохая идея. Даже если их не собираются есть, это так. — В любом случае, молодец. — Значит... вы теперь уйдёте...? — Ну. Изначально он собирался уйти, но при виде глаз, отчаянно желавших, чтобы он ушёл, захотелось остаться ещё сильнее. Один уголок его рта поднялся. — У меня осталось немного времени... Хочу сыграть во что-нибудь. На лицах демонов в здании появилось отчаяние. Забавно, но игра, начатая ради того, чтобы подразнить демонов, стала инструментом проверки собственной удачи. Деон тихо посмотрел на карты в руке. «Мне определённо везёт меньше, чем раньше». Возможно ли, что герой, который должен был убить Короля демонов и защитить человечество, поднял оружие против мира людей и лишился благословения? Его удача уже была не прежней. Противник, заметив не слишком хорошее выражение Деона, поднял ставку. Деон усмехнулся и в ответ выложил карты. «И всё же, похоже, её забрали не полностью». Фулл-хаус. Лицо противника сгнило. Если вспомнить прошлое, когда он хватал каре и стрит-флеши словно ел, а временами вытаскивал даже роял-флеши, удачу он точно потерял. Но это лишь в сравнении с прошлым, и даже сейчас всё было не так плохо. В любом случае, пока у героя есть намерение убить Короля демонов, но он ещё этого не сделал, мир не мог позволить герою умереть до выполнения цели. Минимальное благословение проявилось как удача. «Конечно, я не уверен, что так будет и дальше...» Если ещё больше стран рухнет и ещё больше людей умрёт, откажется ли мир тогда от героев? Или выберет его, особый случай среди бесчисленных героев? Он слабо улыбнулся и поднялся с места. В отличие от прошлого, золотые монеты не лежали горой, но руки всё же были переполнены ими, так что он сложил их в заранее взятый карман и повернулся спиной. — Я ухожу. — Да, да! Приходите ещё... — Ещё... приходите... Парень запнулся, будто не смог даже пустыми словами договорить «приходите ещё». Деон хихикнул и помахал рукой, потому что выражение лица, словно тот сам выкопал себе могилу, было довольно забавным. — Надеюсь, нам больше никогда не придётся видеться. * * * После благополучного возвращения в Замок Короля демонов прошло время, и настал день похода. Деону, которому больше не нужно было носить плащ, скрывающий кожу, он машинально попытался надеть простую и удобную боевую форму, как раньше. Но остановился, увидев одежду, которую Эд протянул, назвав официальной боевой формой. Он рассмеялся вслух при виде знакомого дизайна. Да, теперь, когда символический плащ сброшен, внимание к одежде можно понять... — Этот дизайн... кто его придумал? — Подготовил Король демонов. — Ха. Этот дьявольский ублюдок и правда с отвратительным характером... На этом этапе его уже не просто можно назвать жестоким — даже если назвать извращенцем, возразить будет нечего. Дизайн был тем же, что у официальной боевой формы Империи, отличался только цвет. Абсолютно одинаково всё — даже немного укороченный верх, удобный для ношения ножен кинжала и работы кинжалом, закреплённым поперёк спины. В прошлый раз, когда он включил экран, было то же самое, значит, теперь этим пользуются на полную. Если в Империи увидят, у них пена изо рта пойдёт. — Чёрный, чёрт бы его. — ...Вам не нравится чёрный цвет? — Нет, не в этом дело. Ему просто не нравилось, что Король демонов использовал его как приём, чтобы показать принадлежность к миру демонов и спровоцировать мир людей. Ответив, он сразу взял одежду и начал переодеваться, чтобы успокоить Эда, нервно смотревшего на него. Дан протянул руку, чтобы помочь, но, увидев Эда, отступил на шаг. Наверное, из заботы об Эде, который не мог пойти в поход вместе с ними. Знал он это или нет, Эд преданно сосредоточился на помощи в переодевании. Бен, некоторое время молча наблюдавший, вдруг поднял голову и позвал Деона. — Ах... господин Деон. — Да? — ... Деон слушал и велел говорить, но продолжения не последовало. Озадаченный взгляд повернулся к Бену. Вместо того чтобы сразу заговорить, тот замешкался, перебирая ожерелье с магическим камнем. Ожерелье, которое сразу посылает сигнал, если с телом Деона Харта что-то не так. Увидев это, Деон приподнял бровь. Бен медленно заговорил, будто обдумывал, как именно сказать. — ...Я слышал, был запрет. — ... — В случае любимых сигарет Деона сигнал настроили так, чтобы отфильтровывать их, потому что он приходил слишком часто, так что мы не знаем, как часто вы их курили... Сейчас здесь был не только Деон Харт. Бен, похоже, подбирал слова с учётом Дана и Эда. Он на мгновение перевёл дух и произнёс довольно коротко и сглаженно: — И всё же... я надеюсь, вы будете сдерживаться. — ... Деон посмотрел на Бена, не отвечая. Поскольку он ясно понял, что тот пытается сказать, не мог не смотреть дальше. Запрет на наркотики был издан. Между тем он сходил в Первый город и использовал другой вид сигарет, не любимый, поэтому ожерелье наверняка отправило сигнал. Деон Харт нарушил запрет, наложенный Королём демонов, и хотя Бен знал об этом, он выразил намерение не докладывать. Доказательством было то, что он остановился на фразе «прошу сдерживаться», а не немедленно пошёл к дьяволу, угрожая всё рассказать. Тишину нарушил Эд, убравший руки от аккуратно поправленной одежды. — Готово. — Хорошая работа. Когда они успели ещё и оружие закрепить? Деон провёл рукой по снаряжённому оружию и посмотрел на Эда. Выражение того стало темнее прежнего, будто он был разочарован, что не может пойти с ним. Деон шевельнул губами и позвал его. — Эд, у меня есть поручение, которое я хочу оставить тебе, пока я буду в мире людей. — Да? Какое...? — Любую новую информацию, поступающую из мира демонов, докладывай мне. Даже мелочи вроде того, что командиры корпусов подрались друг с другом, мне подойдут. — ... — Здесь должен остаться хотя бы один надёжный источник информации. Всё уже было решено, и он дал Эду причину остаться в мире демонов, назвав это миссией. Забота, чтобы тот чувствовал себя не брошенным из-за бесполезности. Глаза Эда расширились от такого внимательного приказа, будто говорившего: «Я оставляю тебя не потому, что ты бесполезен», а затем он улыбнулся. — Спасибо, что сказали, что нам можно доверять. Я сделаю всё, чтобы оправдать ваши ожидания. — ...Хорошо. Тогда пойдём. Но возьмите с собой «Час». ...Шахматы? Бен и Эд склонили головы. Увидев их вопросительные выражения, Деон исправил недоразумение. — Не шахматы, а «Час». — ... Они слышали, что это игра, разработанная им самим, но... зачем брать её на поле боя? Сомнений стало больше. Однако Деон отвернул голову, будто не собирался объяснять дальше. С первого взгляда это может показаться простой игрой, производной от шахмат, но если знать, что она ещё и полезна как инструмент для разработки стратегии, «Час» нужно брать молча. Он уже собирался уходить, но нечто забытое схватило его за щиколотку. — Кьюк. — ... — ... Зелёные стебли обвились вокруг тела и повисли на горшке. Деон остановился и посмотрел на монстр-растение. — Кьюк! Кью! Бб! Бб! — ...Пойдём вместе? Не оставляй меня? Если собираешься бросить, лучше наступи на меня и уходи? — Кью! — ... ---------- Эмоции всегда кого-нибудь убивали (3) Так началась несвоевременная битва взглядами. Деон смотрел на монстр-растение сверху вниз, словно молча давил на него, а растение отвечало ему, не отводя взгляда. Его упрямство, когда дело касалось растения, было таким сильным, что казалось — он может простоять так целый день. Наконец, после странного противостояния, Деон поднял руку и ткнул растение. — Кьюк! Монстр-растение, которому ткнули в центр самого нежного бутона, вспыхнуло. В этот раз стебель метнулся яростно, будто собирался ударить. Деон, отбрасывая стебли, нападавшие разными способами — то замахами, то уколами, — лишь повёл глазами и взглянул на стоявших в стороне людей. Трое, неловко наблюдавшие за ним, встретились с ним глазами. — Выйдите. Прозвучал лёгкий приказ. Не было причин его не выполнять. Даже если бы растение нападало на него сто дней, оно всё равно не смогло бы оставить на Деоне и царапины. Бен молча повернулся. Дан тоже вышел с багажом, а Эд бросил на монстр-растение недовольный взгляд. Тихое недовольное бормотание прозвучало в голове. «Как можно было научить растение осмеливаться нападать на хозяина?» Он видел, что Деону это нравится, поэтому пока просто смотрел, но в обычной ситуации сразу поднялся бы шум. Как тогда, давно, когда даже если сад сгорел, а Король демонов душил его, Эду было бы нечего сказать. И разве это всё? Ответственный должен был быть готов принять ответственность смертью. Но... «Кажется, его подарил садовник-инкуб?» Даже если бы поднялся шум, тот не умер бы. Потому что Деон тайно заботится о нём. «Как и думал, в этом парне нет ничего, что мне нравится». Брови Эда нахмурились так явно, будто это можно было увидеть. Решив хотя бы меньше говорить о растении, он вежливо поклонился, вышел и закрыл дверь. Наступило спокойствие. Деон тихо посмотрел вниз на монстр-растение, которое в какой-то момент перестало нападать. Хотя нельзя было точно сказать, есть ли у него глаза, он чувствовал, как монстр смотрит на него мёртвым взглядом. Внезапно в голову пришла мысль. Как бы он сам ни начал это баловство первым, и как бы растение ни было не угрозой, неужели причина, по которой он держит рядом это безрассудное и опасное существо, осмеливающееся нападать на него, в том, что он знает: его взгляд полон доброй воли...? Глупая мысль. ...По неизвестной причине ему стало неуютно, и он снова поднял палец. — Кьюк?! Зелёный стебель поспешно схватил его запястье. — Кью-у-у-у-у-у-ук! — Ладно. Сейчас не время. Он снял растение, всё ещё обвитое вокруг его талии, и поставил на стол. Снова повисла тишина. Тук. Тук. Тук. Белые пальцы постукивали по столу рядом с горшком. Деон, смотревший на странное растение необъяснимым взглядом, внезапно открыл рот, словно его что-то потянуло. — Не люби меня. — Кьюк? Что это значит? — Не люби меня. — Кьюк. Как это сделать? — Ах ты... — Кьюк-кьюк-кьюк-кьюк-кьюк! Словами! Скажи словами! Зелёный стебель, служивший рукой, шлёпал по тыльной стороне руки, державшей его тело, не причиняя боли. ...Что он сейчас делает? Деон, молча наблюдавший за этим, глубоко вздохнул и убрал руку. — Не то чтобы я не заметил. Ты ведь знал, что я тогда притворился, будто не понял. [Ты меня любишь?] [Кьюк!] [Чёрт.] Слова, пробормотанные после того разговора. [Ты же должен понимать, что оно говорит...] Обычно он понимал растение хорошо, так что не было шанса, что тогда не понял. Это было ясное отвержение. — Кью... кью-э? — Не притворяйся, что не знаешь. Оно наклоняло голову, будто не понимало, где находится. Вау... От строгого голоса растение быстро поникло. Деон пустым взглядом посмотрел на него, а затем медленно начал говорить: — Если я возьму тебя на поле боя вот так, ты будешь изо всех сил пытаться защитить меня. — Кьюк. — Даже если придётся выбросить собственную жизнь. — ... Тук. Тук. Тук. Тук. Скорость пальцев, постукивающих по столу, замедлилась. Деон опустил взгляд и медленно моргнул. Красные глаза глубоко утонули под длинными ресницами. Может быть, это было лишь настроение, но голос прозвучал чуть темнее. — Знаешь, я... — Чистая привязанность и благосклонность кого-то для меня слишком тяжела. Даже если это человек, демон или хотя бы непонятное растение. Сам факт, что кто-то заботится о нём, был тяжестью. Что он говорил? Именно поэтому ему было комфортнее всего с Даном, чьи отношения с ним были в чём-то расчётливы. Бешеные псы... нет, рыцари Лофти были рядом ещё до того, как он осознал эту тяжесть, поэтому он просто держал их рядом, готовясь к последствиям, которые однажды могут прийти. «Есть и такие, кто прилипнет, даже если оттолкнуть, поэтому я оставил их как есть». В любом случае. Если кто-то пожертвует жизнью ради него, основываясь на чистой эмоции, а не расчёте, он задохнётся под этой тяжестью. Возможно, задохнётся насмерть. То, что вы делаете для него, в конце концов задушит его. «И...» Он слабо улыбнулся существу, наклонявшему бутон, будто оно ничего не понимало. Другая причина, которую он держал внутри, вышла через рот. — Я не уверен, что смогу вернуть столько, сколько получил. Деон Харт отчаянно учился «привязанности» через смерть старшего брата Круэля. Именно такую привязанность он знает, и у него нет даже смелости притвориться, что он может её повторить. — Кьюк... — Ещё тяжелее, если возвращать не нужно. Растение поникло. Деон тихо улыбнулся и мягко провёл пальцем по бутону. — В общем, история простая. Если хочешь следовать за мной, я могу взять тебя. Но ты не должен выходить вперёд, особенно если это ради меня. — Кью... — Если ты всё равно хочешь, чтобы я взял тебя... Он не успел договорить, как вытянулся стебель. Тот обвился вокруг тела и повис на горшке. Деон усмехнулся ясному выражению воли и слегка поднял руки, чтобы ему было легче закрепиться. Дождавшись, пока растение устроится, он сделал вид, что не гладит висящий на талии горшок, и пошёл к двери, за которой ждали остальные. — Кстати. — Кьюк? — Какого ты всё-таки пола? Тогда я правда не понял. — Кьюк-эк. — Это бессмысленный крик, да? — Кью... кью? Ах ты. * * * Он не знал, куда ушли Дан и Эд, но когда открыл дверь, в пустом коридоре ждал только Бен. Деон взглянул на Бена, затем остановил взгляд на нём. На лице появился вопрос, и прежде чем он успел открыть рот, Бен заговорил первым. — Эд и Дан ушли первыми, чтобы ещё раз проверить, всё ли Деон собрал из необходимых припасов. Они просили передать, что им жаль. Точнее, Эд утащил Дана. Тащил его, чуть ли не волоча ноги, с ревностью и злостью: раз сам он не может помогать Деону, то пусть Дан вместо него позаботится как следует... [Я уже всё проверил!] [На всякий случай ещё раз. Проверить снова не помешает.] Это было немного нелепо и смешно, но оба они были не самыми приятными людьми, а это чувство им самим предстояло разобрать. Бен, не видевший необходимости вмешиваться, просто отвернулся. Деон Харт пробормотал: «Я должен извиниться...» Тем временем Бен бросил взгляд вниз и увидел растение, висящее на Деоне. Зелёный стебель обвивал его, цеплялся за него и покачивал горшок. Бутон, похоже, почувствовал взгляд и повернулся к нему. Их глаза — или то, что можно было принять за глаза, — встретились. Началась странная битва взглядов. У Деона хороший вкус... Бен, бездумно разглядывавший растение, сделал сложное выражение. «На что растение так уверенно рассчитывает...?» Похоже, оно может само справиться с мелочами, но и только. Пусть даже это растение из мира демонов и способно понимать магическую силу демонов, но всё равно оно вот так прямо смотрит в глаза. Бен не просто личный лекарь; его магическая сила превышает средний уровень демонов. Иногда, когда он выходил прогуляться в сад, растения сами склонялись или отодвигались. Поэтому нынешняя ситуация казалась ему немного абсурдной. «Не может быть, чтобы оно не было растением мира демонов...» Неопределённый оценивающий взгляд и гордый взгляд столкнулись в воздухе. Эта односторонняя борьба энергии с одним растением закончилась, когда Деон сделал шаг вперёд. — Тогда идём. Он шёл с горшком, висящим на нём. Бен, смотревший на растение с недоумением, не отводил глаз даже когда оно удалялось, затем быстро беззвучно рассмеялся и побежал за Деоном. «И правда, забавное растение». Похоже, печень у него распухла от смелости. Частично поняв, почему Деон заботится о растении, Бен с насмешливым выражением посмотрел на него, всё ещё глядевшее на него. «Кьюк?!» Растение вздрогнуло от неожиданной провокации. — Кьюк!! — Почему ты вдруг так? * * * — Этот ублюдок может быть и не растением... Это сказала Лиринель, увидев растение, обвившееся вокруг верхней части тела Деона. Платок, который она принесла, чтобы подарить Деону, заявив, что изучала культуру мира людей, был жестоко перекушен белыми зубами на маленькие кусочки. Эта тоже была не нормальная. Командир Десятого корпуса Гейситель смотрел на это скучающим взглядом. Командир Пятого корпуса Оэль, вышедшая посмотреть и проводить, склонила голову при этих словах. — Это не растение? Тогда что это? — ...Это не буквально, я просто так сказала. — Просто сказала? Почему? — ...Дерниван. Настроение и так плохое, а времени отвечать на поток вопросов нет. Дерниван, стоявший неподалёку, услышал нервный зов и сразу увёл Оэль от Лиринель. Он был довольно хорош в том, чтобы перехватывать её внимание и вести прочь другими разговорами, словно находился рядом уже не первый день. Только тогда Лиринель, убрав платок, который кусала, заметила Деона, и её глаза вспыхнули, когда он приблизился. Новая боевая форма! Завязанные волосы! Совсем не похоже на прошлый поход! — Лиринель, почему ты здесь? Неужели пришла проводить меня? — Да! Я услышала, что Деон идёт на миссию, и если я не далеко, обязана проводить! Я недавно изучала культуру мира людей и приготовила кое-что для Деона... Ах. Она запоздало почувствовала мокрый платок в руке и закрыла рот. Лиринель тайно развернула платок, который держала, и смяла его с лицом, готовым расплакаться. Если бы он просто намок, она попыталась бы показать хотя бы вышивку, но из-за того, что до этого сильно кусала, большая часть вышивки тоже порвалась, и всё превратилось в беспорядок. На чёрном платке специально для Деона красной нитью было вышито сердце. Атмосфера вокруг неё внезапно стала мрачной. «...Этот платок был приготовлен для меня». Деон, не упустивший ни действий Лиринель, ни платка, на мгновение развернувшегося, быстро понял ситуацию. Он не знал, почему тот испорчен, но красная вышивка на чёрном фоне... кажется, он знает, что там было вышито. «Кто-то тут, похоже, глава культа демонов...» Это не тот подарок, который ему действительно понравился бы, так что его это не беспокоило. Однако. Он пусто посмотрел на неё. Будто ей стало странно, что он молчит, Лиринель медленно подняла голову. Убедившись, что она готова слушать, Деон наконец произнёс то, что не мог сказать из-за атмосферы. — ...Сейчас у тебя в руках кто-то кричит. — Ах. — Лиринель! Лиринель! Ты меня не слышишь?! Не разговаривай только с Деоном, дай мне шанс! Фанатичка! ---------- Эмоции всегда кого-нибудь убивали (4) Лиринель издала возглас, словно только что вспомнила, и достала камень связи. Камень связи был подключён? Голос и уникальная манера речи были очень знакомы. Деон, наблюдавший за этим с неоднозначным выражением, скрестил руки и коснулся уголка рта. Ещё до того, как он успел подумать, кто это, рот уже выдал ответ. — ...Силуа? — Да, это Силуа! Сразу вернулся счастливый ответ. ...Почему? Лицо Деона потемнело, когда он посмотрел на камень связи. — Насколько я понимаю, сейчас ты на границе... Разве она, командир Седьмого корпуса, не сражалась сейчас с «героями» на границе? Услышав крики чуть раньше, он решил, что у неё есть какая-то цель, но не понимал, почему она связывается с ним таким способом, если при наличии проблемы могла связаться напрямую. — Ах, это потому, что ничего особенного не происходит. Нельзя же беспокоить Деона, связываясь напрямую, когда ничего нет. Быстрое отрицание последовало так, словно она прочитала смысл, спрятанный в его голосе, столь же шатком, как и выражение лица. Голос звучал так, будто она машет рукой. — Я так давно не видела вас лично, что захотела тайком увидеть и поговорить. — Вот как? — Да! Раз вы сейчас отправляетесь на миссию, я хотела подбодрить вас! Конечно, если сам Деон выходит вперёд, победа естественна, так что поддержка и не нужна...! Потом начался разговор, и этими словами она просто подбадривала, так что всё в порядке. Она говорила, что изначально хотела пойти с ним, что очень хочет увидеть фехтование Деона, что командир Десятого корпуса — благословенный ублюдок, затем ругала командира Девятого корпуса, который оставил на неё границу и сам вернулся в Замок Короля демонов. Она продолжала говорить что-то бессвязное, но поскольку в этом не было ничего особенно важного, Деон впускал в одно ухо и выпускал из другого. — Тогда... Деон уже собирался примерно завершить разговор, но остановился и посмотрел на камень связи. Что-то ощущалось неправильным. Нельзя просто проигнорировать. Деон, постукивая по подбородку и прокручивая разговор в памяти из-за непонятного дискомфорта, внезапно остановил руку на одном месте и открыл рот. — Кстати. — Да? — Что значит «тайком увидеть моё лицо»? — А. По ту сторону камня связи Силуа закрыла рот, а руки Лиринель задрожали. Здесь определённо что-то есть. Ему нравилось, что реакция честная. Помимо фразы про лицо, когда он задел эту тему, камень связи медленно отодвинулся назад... Деон ухмыльнулся, словно по одному виду понял, что происходит. — Вы так смотрите на моё лицо, будто это что-то огромное. Это же не то чтобы моё лицо утекло к тем, кто не связан с Замком Короля демонов. А, теперь уже неважно, даже если утечёт. Все и так знают его лицо. Он сделал шаг ближе и слегка наклонил голову. Деон приблизил лицо к камню связи, будто внимательно наблюдал, и произнёс, а ярко-красные глаза сияли озорством: — Ты в одностороннем порядке передаёшь лицо собеседника? И ещё используешь для этого этот камень связи как посредник? Способности тоже хороши. Он не думал, что снятие запрета на магию будет использовано вот так. Вместо нервного ответа вернулась только тишина. Ну, он понимал. Армия Короля демонов долго была чувствительна к утечке внешности командира Нулевого корпуса. Деона это не волновало, и он лишь пожал плечами. Противником была Силуа, командир Седьмого корпуса, но раз она находилась на границе, это можно считать утечкой внешности командира Нулевого корпуса наружу, так что её реакция была естественной. «Хотя теперь это не имеет значения». Он перевёл взгляд на камень связи и улыбнулся. Маленькая рука, державшая его, дрожала, но Деон уже привык, потому что Лиринель реагировала так не впервые. — В следующий раз не делай это тайком. Установи уверенную двустороннюю связь. Если сделаешь так, никто ничего не скажет. — А...! Да, поняла! За ответом последовала застенчивая улыбка, будто напряжение немного спало. — Я слишком давно не видела лицо Деона. Хотела оставить всё командиру Девятого корпуса, который тоже отвечает за границу, и прийти лично... но командир Девятого корпуса теперь сам вернулся в Замок Короля демонов. Когда она снова об этом подумала, послышался скрежет зубов, будто гнев опять поднялся. В отличие от яростного начала, фронт застыл в противостоянии, но всё равно это была передовая, граничащая с миром людей. Как бы там ни было спокойно, в ситуации продолжающейся войны с миром людей два командира корпусов не могли отсутствовать одновременно, поэтому она бы на время оставила свою зону другому командиру корпуса, прежде чем уйти. Но противник сыграл первым. Понятно, почему она злится — на неё внезапно свалили всё. Деон молча повернул голову, чтобы найти виновника, и на мгновение моргнул. «...Нет?» Он на всякий случай огляделся, но Тровера не было. Поскольку это не тот командир корпуса, который всегда сидит в Замке Короля демонов, и робостью он не отличается, Деон думал, что тот наверняка придёт отметиться перед лицом, которое видит редко. Нашёл что-нибудь ещё интересное? «Ну... хорошо, если его нет. Здесь ещё и Оэль». Может, он не пришёл из-за Оэль. Нельзя же устраивать шум в день, когда Деон Харт выходит на битву. Не было нужды беспокоиться о неважном. Он стёр из головы вопрос о командире Девятого корпуса Тровере и сосредоточился на Лиринель, всё ещё держащей камень связи. Было ясно видно, что её зрачки уходят в сторону, будто что-то её колет. — К слову, Лиринель. — Да, да! Деон. — Нет причин, чтобы ты просто так игралась чем-то подобным... — ... — Не думаю, что ты сделала это без причины... Он видел, как дрожат её глаза. Деон ухмыльнулся и постучал указательным пальцем по камню связи. — Здесь есть функция записи видео? — Ох...! В итоге выпущенный из рук камень связи упал. Как и думал. Деон, поймавший его ловким движением, посмотрел на предмет в руке новым взглядом. Не считая того, что связь отключилась, если одновременно использовалось несколько магий, обычно появилась бы хотя бы одна-две трещины, но сколько он ни смотрел, камень был цел. «Вот уж пустая трата таланта». Удивительно уже то, что он не сломался, но на нём даже трещин нет? И она использует это только чтобы сохранить его лицо? Чувствуя лёгкую ошеломлённость, он посмотрел то на Лиринель, то на камень связи. Будто понимая, что ему неловко, она, в отличие от обычного пристального взгляда, тихо отвела глаза. — Ну... если вы уйдёте на миссию, я какое-то время не смогу вас видеть... Поэтому... Она пробормотала что-то похожее на оправдание, но не смогла закончить — её перебил кто-то, внезапно высунувший голову сбоку. — Это камень связи с функцией хранения видео! Оэль восхищённо воскликнула. Глаза Лиринель похолодели. Но Оэль, как бестактный демон, просто смотрела на камень связи глазами, полными любопытства и интереса, и по привычке позвала адъютанта. — Ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное? — Нет. Но, госпожа Оэль, Деон сейчас разговаривает с командиром Одиннадцатого корпуса. Будет неудобно, если вы вмешаетесь. — Но это же удивительно. Хм, выражение Лиринель всё сильнее и сильнее морщится. Оэль, если продолжишь так, у тебя только прибавится врагов. Говорят, звание командира корпуса способно подавить немало людей, но если противник такой же командир корпуса — история другая. Этот ребёнок, кажется, не имеет злого умысла... но всё же... — Я хочу это. — У вас в складе и так много подобных вещиц, которые вы принесли и просто сложили. — Опять! Ты называешь вещицами то, что однажды может пригодиться? — ... Дерниван слегка отвёл взгляд. Позиция была такой, будто никто не согласен. Ему тоже досталось — встретил не того начальника. ...Или не того возлюбленного...? «Больше всего... взгляд Лиринель нехороший». Кажется, она вот-вот взорвётся. Как это исправить? Сначала нужно выгнать Оэль. Когда Деон уже собирался открыть рот, сзади раздался знакомый голос. — Оэль, Король демонов зовёт. ...Эд! Голос был настолько знаком, что невозможно было не узнать. Деон обрадованно оглянулся и на мгновение замер от увиденного. Он, кажется, говорил, что пошёл убедиться, не забыто ли что-нибудь. «Что, чёрт возьми, вы делали...?» Можно ли стать таким только от проверки припасов? Тот, кто вот-вот отправится на миссию, выглядел так, будто сейчас рухнет от истощения. Рядом стоял Эд с облегчённым выражением и Дан с измождённым лицом. «Кажется, мне нужно объяснение...» Полный абсурда взгляд повернулся к тому, кто казался причиной. Эд тихо отвёл глаза, будто его что-то кололо. Деон снова посмотрел рядом и увидел, как Дан шагает к нему. Скорость была довольно высокой, словно он пытался вырваться из лап Эда. В любом случае Оэль, не интересовавшаяся ничем, кроме собственных интересов и приказов, просто обратила внимание на слова Эда. — Король демонов...? Она лишь склонила голову, будто не могла даже спросить «почему именно сейчас». Как бы ни думала, ответа она не придумает. Оэль, быстро отказавшаяся от догадок, повернулась. — ...Пойдём, узнаем! Идём, Дерниван. — ...Да. Наконец она ушла. Деон, наблюдавший, как двое демонов удаляются, посмотрел вниз на камень связи, который всё ещё держал, а затем снова на Лиринель. Угрюмое выражение всё ещё было заметно. ...Из-за нехватки времени он думал уже отпустить её, но если отпустить так, позже точно что-нибудь случится. Неважно, если эмоции Лиринель накапливаются и взрываются в отношениях с Оэль, но будет проблемой, если последствия дотянутся до него. — Лиринель. — Да, Деон... ни-им?! Он взял руку Лиринель и перевернул ладонью вверх. Лиринель внезапно подпрыгнула, когда он схватил её за руку, но Деон не обратил внимания и положил сверху камень связи. — Мне пора идти. — Да... да! — Есть вещи, которые нужно проверить. Мне приятно, что ты пришла проводить, так что почему бы тебе уже не войти внутрь? Холодно. — ... Деон, складывая её пальцы один за другим и заставляя держать камень связи, посмотрел Лиринель в глаза и улыбнулся. Лицо Лиринель взорвалось. — Я не буду мыть руки... нет, не это... камень связи, сокровище на всю жизнь... ах, тоже не это... да-да! Я сейчас же войду! Шух! Командир Одиннадцатого корпуса исчезла на месте, будто переместившись магией. Дан, наблюдавший всю сцену сзади, вздохнул. «Где он вообще учится таким вещам...» Признаки были заметны ещё до того, как он стал героем, но после становления он действительно привык использовать свою внешность. Кажется, особенно потому, что командир Одиннадцатого корпуса хорошо реагирует. А сказать командиру Одиннадцатого корпуса не реагировать он не может. Дан только вздохнул и повернул голову, когда рука похлопала его по плечу. Их взгляды встретились с дрожащими глазами. — Это всё... это... Дрожащий палец указал на Деона Харта. А. Дан коротко вздохнул про себя. — Это... правда наш капитан...? — ...К сожалению, да. — Почему...? — Даже если ты спрашиваешь почему... Если подумать, бешеные псы впервые видели своего хозяина таким. Они знали Деона Харта с юности, так что это довольно шокировало. ...Нет, словно «довольно шокировало» было недостаточно, члены рыцарей Лофти один за другим начали рвать на себе волосы и кричать. — Как ни посмотри, он игрок...! Почему? Где наш невинный капитан, который знал только как убивать и выживать?! — Это правда камень связи? Не бомба? — Может, мы ослышались? Он ведь обычно просто смеялся и говорил умереть! — Или убить кого-нибудь! Командир Десятого корпуса Гейситель, услышавший этот шум неподалёку, рассеянно пробормотал: — Похоже, это другое понятие «невинности», чем то, которое я знаю... В мире людей есть омоним к слову «невинность»...? — Во-первых, это наверняка не то, о чём ты думаешь. Омонимы, может, и есть, но здесь точно не это значение... Дан тихо вытер лицо. ---------- Эмоции всегда кого-нибудь убивали (5) Так что шум быстро утих. Не только потому, что Дан, не способный слушать нелепое бормотание членов рыцарей Лофти, выступил вперёд. Конечно, эта причина тоже имела значение, но... — Мы тоже разумные существа. — Это было разумное существо? Милан схватился за сердце, словно был ранен. Разумеется, никому не было дела. — И стороны, вовлечённые в дело, конечно, исключаются. И честно говоря, как такой же человек, я думаю, что господин определённо не был чист даже в те времена, о которых вы говорите. Если уж на то пошло, скорее его личность была ещё более нечистой... — О, правда? ...Почему-то с середины они будто начали избегать взгляда, создавая неловкость. Пропал. Дан повернул голову вслед за голосом, встретился с красными глазами прямо перед собой и сделал неловкое выражение. Деон ухмыльнулся ему. Это была очень опасная на вид улыбка. «Он пришёл таким измождённым за короткое время, так что я собирался потребовать у Эда объяснений». Благодаря тебе это желание полностью исчезло. «Ладно, просто пропустим». Он лишь не сказал ничего и оставил это, но быть настолько ворчливым — вполне нормально. Деон быстро повернул голову. Взгляд Дана последовал за ним, будто тот удивился поведению, которое выглядело как пропуск без видимого недовольства или выговора, но Деон не обратил внимания и посмотрел на Эда, маячившего рядом. Тот выглядел так, будто внимательно ждёт чего-то и пришёл не просто проводить. — ... На сигнал «тебе есть что сказать?» Эд вынул из кармана камень связи и связался с кем-то. Свет на камне вспыхнул, будто соединение установилось, и Эд сразу протянул его Деону. За вопросительным взглядом последовал осторожный ответ. — Был приказ Короля демонов. — ... Вместо того чтобы сразу взять камень связи, Деон некоторое время сверлил его взглядом. «Он ведь почему-то сказал, что сегодня не придёт провожать...» И вот в итоге связался таким образом. Что он, чёрт возьми, собирается сказать? Когда молчание затянулось, Эд медленно поднял глаза и посмотрел на него. Деон, понимая, что не может продолжать вечно, медленно протянул руку. Как только камень связи перешёл из рук в руки, прозвучал голос дьявола, словно тот ждал. — Привет, Деон. — ...Что случилось? — Сегодня у тебя было дело, так что я не смог проводить лично, верно? Есть кое-что, что хочу сказать. — Это не так уж тяжело, так что не нужно напрягаться. Лёгкий голос, как всегда. Однако если бы Король демонов был настолько простым, что можно было бы ему верить, Деон никогда не оказался бы здесь. После короткого молчания Деон снова твёрдо заговорил: — Что ты хочешь сказать? — Ну, ничего особенного... Угх. На мгновение из-за камня связи донёсся неуместный шум. Он был таким коротким, что можно было подумать об иллюзии, но звук был отчётливым... Однако прежде чем Деон успел открыть рот, Король демонов заговорил первым. — Воспользуйся этим случаем и от души потренируй там навыки копья. Что касается поддержания дистанции и подобных вещей, один настоящий бой будет полезнее, чем объяснения словами. Спаррингов уже хватит, верно? — И ещё... Первый город. Плечи Деона напряглись. Тихо прозвучал голос, наполненный смехом, словно он всё знал. — Ты идёшь на войну, так что в этот раз я закрываю глаза. Но не во второй. — ... — Ну тогда, хорошего пути. Не умри. После короткого прощания связь оборвалась. Наступила тишина. «...Я ожидал, что он знает, но слышать это вот так — больше, чем я думал...» Раздражён? Деон тихо уставился на камень связи. Это была не злость, а простое раздражение, но настолько серьёзное, что люди вокруг, наблюдавшие за ним и ожидавшие, пока кто-нибудь выступит вперёд, вздрогнули, когда он вздохнул, и поспешно посмотрели ему в лицо. Первым осторожно позвал Эд. — Господин Деон...? — Держи. Деон бросил камень связи Эду и повернулся. Под тремя яркими лунами в поле зрения рядами стояли войска. Уже одного взгляда хватало, чтобы понять — проверка не нужна, но на всякий случай он всё же спросит напоследок. Он открыл рот. — Подготовка Гейсителя безупречна, верно? — Да, Деон. Можно выступать в любой момент. Он подошёл и встал перед своими прямыми подчинёнными. Хотя Гейситель меньше всех подходил на роль командира корпуса, его поведение сейчас было довольно надёжным, словно он и правда командир корпуса. Деон решил, что может довериться, и без колебаний повернул голову. — Дан. — Да, господин. Вещи не упущены. Я уверен. Если что-то забыто, можете отрубить мне голову. С одной стороны Эд счастливо кивнул. Ха-ха. Глаза Дана почти стали как у мёртвой рыбы, когда он улыбнулся, но Деон предпочёл отвести взгляд. — Милан? — Мы готовы, капитан! Кроме того, мы из тех, кто рвёт вещи руками, если зубов нет! Если что-то забыто — не волнуйтесь! Сам факт, что что-то забыто, уже проблема. Нет, скорее... Дан, слушавший рядом, сделал сложное выражение. — Вообще-то, если зубов нет, разве не дёснами...? — Дёсны слабые. Значит, все готовы. Бешеные псы такие, какие есть. Деон кивнул и сел на коня. Роскошной церемонии отправления не было. ...И хорошо, потому что от этого ему стало бы только хуже. — Идём. Прозвучал короткий приказ. * * * Король демонов положил отключённый камень связи. «К этому моменту он наверняка раздражён». Представив, как Деон сверлит камень связи взглядом, он тихо усмехнулся. Затем ощутил прикосновение к пальцам и опустил взгляд. Какой-то «человеческий младенец» сосал его палец. — Хм. Прозвучал многозначительный голос. Кто-то, стоявший перед ним, вздрогнул и сжал руки, но Король демонов даже не обратил внимания и посмотрел вниз на младенца, сосущего его указательный палец. Поскольку на его лице нельзя было прочесть ни одной эмоции, взгляд, выглянувший из прищуренных глаз, казался ещё жутче. — Удивительно уже то, что «человек», которого я не разрешал, находится в Замке Короля демонов. Но это ещё и чуть не посмело вмешаться в связь Короля демонов... — ... Оэль опустила голову. Она не могла поверить в ситуацию. Нет, честно говоря, не хотела верить. Как же она удивилась, когда оставила Дернивана ждать снаружи и вошла внутрь. То, что внутри был Тровер, было неприятно, но терпимо. Помимо неприятности, его присутствие было немного неожиданным, но не настолько удивительным. Проблемой было существо, сидевшее на столе в кабинете Короля демонов. [Почему...] Кажется, дыхание на мгновение остановилось. Кончики пальцев слегка дрожали. Губы вибрировали. Голова кружилась, будто бездонная яма раскрыла пасть под ногами и вот-вот её проглотит. Недоговорённые слова вышли снова, наполненные бесконечным отчаянием. [...Почему.] Если первый вопрос содержал вопрос о том, почему её младенец там, то во второй раз к нему примешалась растерянность от непонимания собственной реакции и эмоционального состояния. [...] Оэль закрыла рот. Вопрос, ставший привычкой, исчез после предыдущего. Любопытство ко всему и множество вопросов не означают глупость. Когда она переводила взгляд между Тровером, младенцем и Королём демонов, быстро нашла ответ на первый вопрос. «...Чёртов Тровер». Нужно было убить его, даже если потом наказали бы. Лучше было убить, даже если пришлось бы перестараться. Тогда хотя бы нынешней ситуации не возникло бы. [Судя по реакции, связь определённо есть.] [...] Нужно ответить. Она поняла это, как только услышала. Нужно прямо сейчас отрицать и притвориться, что ничего не знает. Если командир корпуса сама откажется от этого младенца, крайне предвзятый Король демонов притворится, что ничего не заметил, и пропустит это. Особого наказания не будет. Если это Король демонов, он поймёт, что «Оэль» не привела «человеческого» младенца с каким-то особым намерением. Он сразу должен был понять, что это было из любопытства. Учитывая личность Короля демонов, он может счесть чрезмерным строго наказывать «командира корпуса» за простого человеческого «младенца», который даже не взрослый. Значит, нужно отказаться от ребёнка. Но. «Тогда этот младенец...» Рот не открывался легко. Оэль несколько раз открывала рот, чтобы ответить, но так и не смогла заговорить и снова закрывала его. Глаза Короля демонов слегка осели. [...Ты...] Несмотря на терпеливое ожидание, желанного ответа не последовало, и Король демонов открыл рот, будто хотел что-то сказать. Нет, он открыл его, но снова должен был закрыть, прежде чем произнести. В камне связи загорелся свет. [...Хм, ладно. Дать немного больше времени тоже неплохо.] Немного подумав, он положил руку на камень связи и сказал: [Пока идёт связь, хорошенько подумай, как ответить.] Оэль так и не смогла ответить. И вот теперь снова. Несмотря на все предоставленные возможности, даже сейчас, когда разговор дьявола закончился, она всё ещё не могла привести мысли в порядок. На самом деле, когда младенец издал звук во время связи, ей показалось, что сердце упадёт. Когда Король демонов вложил указательный палец в рот младенца и тем самым заставил его замолчать, она подумала, что он действительно собирается убить ребёнка, и вздрогнула, будто готова броситься. «Будь это Дерниван... он бы без колебаний отказался от младенца». Она тоже так думала. Оэль опустила голову. Если бы Король демонов велел выбросить одну из коллекций, сложенных на складе, она бы выбросила, даже сожалела бы. Человеческого младенца она тоже представляла в том же контексте. — ... Её глаза встретились с младенцем, сосущим палец дьявола. Ребёнок сразу ярко улыбнулся, будто ждал этого. Ах. «Дерниван...» Я не могу. Даже если она будет молчать, она не сможет собственным ртом произнести слова, означающие отказ от этого младенца. Она не знает почему. И сама не понимает, почему так себя ведёт, что раздражает ещё сильнее. Однако одно она знала точно: в этой растерянности ей отчаянно нужен демон, который заговорит вместо неё. Поэтому она по привычке искала своего адъютанта и возлюбленного, но сейчас он был за дверью. Оставшись совершенно одна, она лишь свирепо посмотрела на Тровера, глядевшего на неё с ухмылкой, и выбрала избежать взгляда дьявола. На краю тишины Король демонов вздохнул. — ...Ты меня убиваешь. — Да? — Я не буду наказывать тебя за самовольное принятие человека. Поэтому убей его собственными руками. Он вынул указательный палец изо рта младенца и вытер его платком. Младенец, у которого забрали полученное впервые за долгое время «одеяльце», захныкал, но Король демонов лишь бросил взгляд и ничего не сделал. Напротив, его взгляд на ребёнка был предельно тусклым, как на неудобный предмет, попавшийся под ноги. Оэль, которой стало жутко, поспешно подошла и подняла младенца. Король демонов, наблюдавший, как ловко она гладит ребёнка по спине, заговорил: — Полагаю, это действие можно считать согласием? Ты взяла младенца. — ... — Не думаю, что «это» настолько дорого тебе, чтобы рисковать ради него жизнью. Голос постепенно холодел. — Оэль. — Сейчас я... — Ты, вероятно, знаешь, насколько я о тебе забочусь. Во время войны с людьми Король демонов тайно впустил человека. Неважно, маленький он или взрослый. Если смотреть только на эту основу, уже сейчас её можно было убить, и сказать было бы нечего. Вот так. Сам факт, что он пытается тихо отпустить это, уже чудо. — Поэтому ответь мне. В глазах, которые и так не содержали настоящего смеха, даже лёгкая формальная улыбка исчезла. В этой ситуации и ребёнок, и она вот-вот умрут. Оэль неохотно кивнула. Казалось, из горла доносится скрип. Только тогда Король демонов расслабился и ухмыльнулся. — Хорошо. Я не скажу убивать его прямо сейчас, раз он какое-то время уже был у тебя. Недели достаточно, чтобы избавиться от него, верно? — ... — Просто покажи тело в течение недели. Разумеется, не повреди лицо, чтобы его нельзя было спутать с чем-то другим. ---------- Эмоции всегда кого-нибудь убивали (6) Отрезав Оэль все возможные пути к бегству, Король демонов откинулся на спинку кресла, будто переводя дух. Он закинул ногу на ногу и посмотрел на неё. — Тело приносить ко мне не нужно. От него будет пахнуть кровью, а тащить подобное в кабинет Король демонов не собирался. Впрочем, лично идти проверять такую мелочь он тоже не хотел. «Но проверить всё равно придётся…» Значит, придётся поручить это кому-то другому. Кому бы отдать приказ? Его глаза сонно опустились, словно он задумался. Тот, кто ниже Оэль по рангу, может уступить давлению — такой вариант не годится. Нужен кто-то как минимум равный ей по положению и не склонный поддаваться уговорам. Взгляд Короля демонов медленно скользнул в сторону и остановился на Тровере, стоявшем чуть поодаль. — Думаю, командир Девятого корпуса Тровер сможет опознать тело. — Да, понял. Тровер ухмыльнулся. Лицо Оэль, напротив, исказилось от ужаса. «…По крайней мере, проверка будет надёжной». Если пропасть между ними глубже, чем кажется, Тровер может подставить её даже после тщательной проверки. Впрочем, Оэль наверняка начнёт действовать ещё до того. «Возможно, всё сложится именно так, как хочет Деон». Каким бы ни оказался итог, скучно точно не будет. Король демонов прямо посмотрел на Тровера. Тот вздрогнул под этим завораживающим взглядом и выпрямился. — Когда будешь докладывать о проверке, принеси магический камень, показывающий тело с разных ракурсов. — Слушаюсь. Он всё же «приказал» именно «проверить», а значит, выдавать ложь за правду было бы уже слишком. Это означало бы смотреть на Короля демонов сверху вниз. Но если трактовать иначе, то доклад по приказу об опознании тела не обязан быть ложным. Заметят ли Тровер или Оэль эту лазейку и воспользуются ли ею — неизвестно… Но если заметят, будет интересно, а если нет — тоже. Так что, пожалуй, это не имело значения. Бросив в камин платок, которым вытер пальцы, Король демонов сказал: — А теперь все вон. … — Ах да. Перед уходом откройте окно. Тёплый, мягкий запах человеческого младенца, совершенно неуместный в мире демонов, раздражал его. *** Дерниван ждал свою начальницу перед кабинетом Короля демонов. Услышав, как открылась дверь, он быстро повернул голову… и замер. Тело, готовое в любую секунду шагнуть навстречу, застыло. — Оэль? У неё на руках было существо, которому здесь быть не полагалось. На мгновение Дерниван решил, что это галлюцинация, но в нос ударил странный, незнакомый и в то же время знакомый запах. К тому же, если подумать объективно, он был не из тех, кто настолько зациклился бы на младенце, чтобы создать столь подробное видение. Поэтому Дерниван быстро принял реальность. А затем понял ситуацию. Оэль внезапно вызвали к Королю демонов, а вышла она оттуда с младенцем на руках. Дерниван смотрел на возлюбленную пустым, будто потрясённым взглядом. Затем подошёл и протянул руки, чтобы принять ребёнка. Оэль, уже послушно передавшая было младенца, вздрогнула и поспешно прижала его обратно к себе. — Что… что ты делаешь?! Рука Дернивана успела превратиться в волчью лапу. Острые когти блеснули в лунном свете, падавшем из окна. Дерниван бесстрастно ответил: — Если убить его, Оэль не пострадает. … — Ты ведь понимаешь. Раз она вышла живой, значит, Король демонов дал ей шанс. Если бы он позволил ей растить младенца, то приказал бы убить её — ведь отчаяние, которого она сама ещё не осознавала, наверняка было написано на её лице. Раз младенец тоже вышел живым, ей, вероятно, дали отсрочку. Дерниван понимал. Это была величайшая забота и милость, на которую способен Король демонов, и одновременно последний шанс. Если она отвергнет даже его, Оэль умрёт. — Я не могу позволить командиру погибнуть из-за одного человеческого младенца. Поэтому, исходя из рационального расчёта, он решил отказаться от ребёнка. … Оэль молча опустила взгляд на младенца. Ребёнок, словно почувствовав её взгляд, поднял голову и, встретившись с ней глазами, ярко улыбнулся. От этой безупречной улыбки рука, державшая младенца, рефлекторно дрогнула. Тровер, наблюдавший за происходящим, вдруг вмешался со смешком. — Какой у тебя замечательный адъютант. Готов вместо тебя руки кровью запачкать. — Заткнись. — С этого момента мне придётся следить, не сделаешь ли ты какую-нибудь глупость. — Нет. Приказ Короля демонов — не следить за глупой операцией, а «опознать тело». Так что сиди тихо у себя в комнате, убей время и приходи через неделю проверить. Будет тело — смотри. Не будет — молчи и смотри. Вот и всё, что ты должен делать. Зачем пытаешься шпионить за мной? Резкие слова полетели, как стрелы. Обычно Оэль говорила по-детски, но только в такие моменты её речь становилась острой и плавной. Выражение лица Тровера на миг застыло. Потом он дёрнул плечом и отвернулся. — Надеюсь, ты сделаешь интересный выбор. Он бросил это проклятие напоследок и исчез. Оэль, казалось, вот-вот вспыхнет гневом, но с опозданием вспомнила о младенце в руках и остановилась. Воспользовавшись этим, Тровер ушёл, а Дерниван подошёл к ней. — Передайте младенца. — …Нет. — Прошу, передайте. — Ты собираешься его убить. Оэль яростно замотала головой и отступила, крепко прижимая ребёнка. Несмотря на её поведение, Дерниван даже не кивнул. — Его нужно убить. — Король демонов дал мне неделю. — Он дал вам время остыть. Не для того, чтобы вы успели привязаться к нему ещё сильнее. В таком случае лучше убить младенца прямо сейчас, а оставшуюся неделю потратить на то, чтобы прийти в себя. — В любом случае у тебя есть неделя. — Но… — Ты и это собираешься отнять у меня? Он замер, встретившись с глазами, полными печали. Протянутая рука медленно опустилась. Впервые увидев свою начальницу такой, Дерниван молчал, будто обдумывал, что ответить. Оэль похлопала по спинке младенца, который начал хныкать от беспокойства, и сказала: — Вернёмся в комнату, Дерниван. Сначала я хочу отдохнуть. *** Обратный путь прошёл в молчании. Вообще-то Дерниван всегда был молчалив, и обычно разговор вела одна Оэль. Но сейчас она была занята тревогами и мыслями. Дерниван снова и снова смотрел на подозрительно притихшую женщину, а Оэль думала, не обращая внимания на его взгляд. «Что нам делать?» Похоже, это чувство действительно прицепилось к ней. Она не знала почему, но раз сердце сжималось каждый раз, когда она думала о тельце младенца, значит, это точно имело к нему отношение. Сможет ли она за неделю избавиться от своих чувств? — Ум-м… Мама. Оэль рассеянно услышала детский голос — и получила неожиданный удар. Её тело окаменело. Казалось, её с головы до ног окатили ледяной водой. На этот раз она правда ни о чём не думала, но сердце почему-то сжалось. Ноги уже сами принесли её к двери, но Оэль застыла на месте, даже не подумав её открыть. — Оэль. — Угу… войдём. В тот миг, когда она услышала слово младенца, она поняла. Она не может бросить этого ребёнка. Значит, не сможет притвориться, что ничего не знает, смолчать и проигнорировать его смерть. Он должен выжить. Она всё ещё не понимала почему, но точно знала: если этот младенец умрёт, она будет жалеть об этом всю жизнь. Оэль открыла дверь. Дерниван, словно что-то почувствовав, посмотрел на неё тёплым взглядом, но она сделала вид, что не заметила, вошла внутрь и прежде всего опустила младенца на пол. Ребёнок, всё это время сидевший тихо, наконец-то начал, переваливаясь, ходить по большой комнате. Оэль наблюдала за его неуверенной походкой и вдруг осознала: — Он ведь только начал ходить. … Слова вырвались сами. Он слишком мал. Дерниван молчал, хотя наверняка услышал невысказанное продолжение. Оэль и не ждала ответа, поэтому молча села и задумалась. Раз она решила спасти ему жизнь, нужно думать. Как украсть младенца? «Проще всего было бы найти помощника, но просить о помощи некого…» …Некого. Все люди в Замке Короля демонов, последняя группа героев, ушли вместе с Деоном на войну. Даже если бы кто-то остался и мог помочь, Деон не оставил бы ситуацию без внимания. Он слишком остро реагирует на угрозы людям под своим началом. Ещё повезёт, если он не попытается успокоить ситуацию или, разозлившись, не навредит младенцу. «Значит, придётся решать самой…» …Нет. Теперь, когда она подумала об этом, стало ясно: она вовсе не одна. Оэль подняла глаза. Их взгляды встретились с Дерниваном, который молча стоял и смотрел на неё. — Дерниван. — Да, Оэль. … Он предан ей. Он её адъютант и её возлюбленный. Другие говорят, что он строго следует за ней, потому что она его начальница, но Оэль как командир корпуса знала: дело не в этом. Она осмеливалась быть уверенной. Если бы ему пришлось выбирать между ней и Королём демонов, он выбрал бы её. «Но именно поэтому он не поддержит мой нынешний выбор». Когда есть более безопасный путь, она будто намеренно ступает на опасную дорогу. Интуиция подсказывала: напрямую просить помощи нельзя. Тогда этот мужчина безжалостно убьёт младенца, даже если будет злиться на неё. Значит, нужно зайти с другой стороны. Оэль заранее подготовила почву так, чтобы он не смог отказать. Словно постепенно сужала осаду. — Младенец. Похоже, Тровер его нашёл, понял, что он связан со мной, и отнёс к Королю демонов. — Как вы вообще узнали? Повторим ещё раз: Оэль была любопытной, но не глупой. *** Адъютант сказал: — Думаю, это моя вина. Я слишком долго тянул за собой хвост и, похоже, на него наступили. Когда я выходил к ребёнку, почувствовал на себе чей-то взгляд. Он даже признался, что списал это на настроение, и извинился. Сказал, что не имеет права возражать, даже если она его убьёт. Как его возлюбленная, Оэль сказала: — Всё в порядке. Она не собиралась убивать его. И злиться на него, не то что наказывать, тоже не собиралась. Поэтому подними голову. Быстрее. Вместо этого… — У меня есть просьба. Она обхватила ладонями лицо возлюбленного, подняла его голову, встретилась с ним взглядом и улыбнулась. — Ты ведь выслушаешь? Отказать ему будет трудно: он совершил проступок. Дерниван понял, что оказался в вязкой трясине, и сомкнул губы. В глазах, обычно казавшихся несокрушимыми, мелькнуло лёгкое колебание. *** — Нет. — Прошу. — Так нельзя. Вина была, но это — нет. Не ради себя. Это был худший выбор для его начальницы, Оэль, поэтому непривычно долгий разговор продолжался. — Вы понимаете, что говорите? Просить меня спрятать младенца — значит напрямую нарушить приказ Короля демонов. — Я не прошу тебя его спрятать. Я прошу бросить его в мире людей. — Разве это не одно и то же? Атмосфера становилась странной, и младенец, хныча, подошёл к ней. Оэль похлопала его по спине и сказала: — Ответственность я возьму на себя. — Вы думаете, я сейчас беспокоюсь о собственной безопасности? — Значит, ты беспокоишься обо мне? … Если в это входит беспокойство из-за неэффективной ситуации, в которой командир корпуса погибнет из-за младенца, то да, это можно назвать беспокойством. Дерниван некоторое время молча смотрел на неё, не меняя позиции, а затем снова открыл рот. Он словно не услышал её предыдущих слов и естественно вернулся к исходной теме. — Невозможно. — Но… — Нельзя. Оэль опустила голову перед его железной непреклонностью. В глазах Дернивана мелькнуло замешательство: реакция была совсем не такой, какую он ожидал от её упрямства. На краткий миг повисла тишина. А когда он уже собирался снова заговорить, она подняла голову. В обоих глазах стояли слёзы. — Совсем нельзя? … — Даже если это цена за твою неосторожность? Если это будет платой за то, что она не разозлится и не накажет его, он собирался попросить наказать его иначе. Обычно он сказал бы это без колебаний. Но Дерниван застыл перед слезами Оэль, которые увидел впервые в жизни. ---------- Значение героя (1) Как бы ни были близки командир корпуса и его адъютант, обычно они не показывают друг другу слабостей. Исключение — разве что особые случаи вроде командира Двенадцатого корпуса или уже погибшей бывшей командира Восьмого корпуса. Даже если между ними возникла непринуждённость и накопилось доверие, последнюю слабость принято скрывать. Оэль тоже знала, что слёзы — опасная слабость, из-за которой адъютант может начать смотреть на начальника сверху вниз. Поэтому, как и другие командиры корпусов, она никогда не плакала перед своим адъютантом, Дерниваном. Может, именно поэтому? — Я найду в мире людей подходящего человека. Дерниван принял не свойственное ему иррациональное решение. *** Деон двигался по дороге, которую ещё не зачистили, но на которой не было ловушек. Разумеется, ловушек действительно не оказалось. Время от времени революционная армия или войска Горного королевства устраивали засады и нападали, но стоило им поднять оружие, как желающий отличиться командир Десятого корпуса вместе со своими подчинёнными бросался вперёд и сметал их. Деону не приходилось выходить самому. Хотя из-за летней жары раздражение в нём нарастало, Деон всё же благополучно прибыл к месту назначения, соединился с уже стоявшими там войсками и, прежде чем принять командование, проверил положение на фронте. С самого начала ситуация превращалась в затяжное противостояние, поэтому туда и отправили подкрепление. Но его уничтожили, прежде чем оно успело добраться до цели, и это ударило по «боевому духу» обеих сторон. Это было не обычное подкрепление, а отряд, принадлежавший командиру корпуса, так что последствия должны были быть немалыми. И, как и ожидалось, это повлияло на напряжённую обстановку в бою. Сначала — крошечная разница, которую почти нельзя заметить. Но она создала брешь, а та вскоре дала ощутимый результат. «Наверное, поэтому всё сейчас выглядит так». Посмотрите только на эту срочность. Любому ясно, что их теснят. А какие лица у солдат, услышавших, что прибыло подкрепление? Как бы они ни были ограничены, они всё равно демоны. В очередной раз осознав важность боевого духа, я тихо открыл рот. — Гейситель. — Да, я пойду. Я сделаю всё, чтобы господину Деону не пришлось лично выходить… — Нет. Я покачал головой, останавливая его попытку всё решить самому. — Действуй умеренно. — Да…? Он явно не понял: в ответ вернулся растерянный и вопросительный взгляд. Под этим немного колючим взглядом Деон спокойно проверил оружие, сцепил пальцы, потянулся, словно разминаясь, и сказал: — Я тоже выйду на поле боя. — Ах…! Да! Мы создадим сцену, на которой господин Деон сможет выделиться! Как и ожидалось, соображал он быстро. Деон молча подтвердил, и Гейситель верхом повёл подчинённые войска прямо в хаос. Наблюдавший за происходящим Дан заговорил сбоку: — Думаю, их достаточно. Вы правда собираетесь выйти сами, господин? Не отдохнёте? — Отдохнуть было бы неплохо, но… не знаю. Сейчас войска Горного королевства стояли лагерем перед крепостью. Судя по тому, что они продвинулись до самой границы зоны подавления магии и закрепились там, они явно готовились к командиру Восьмого корпуса… — Слишком уж редко при осаде появляется такая удобная сцена. — А, господин и я… рыцари Лофти хорошо проявляют себя именно в таком ближнем бою. — Верно. Раз уж мы здесь, нужно поздороваться. Если хочешь дать знать о своём прибытии, лучше оставить сильное впечатление. «Это называется дедовщиной?» Так или иначе, в этом смысле нынешняя ситуация была очень хорошей сценой. Тем более что они не могли быть уверены, существует ли ещё демон, способный использовать способности, похожие на способности командира Восьмого корпуса. — Ты оставайся здесь. Для тех, кто умеет хорошо драться, демонов достаточно, а ломать атмосферу — специализация моя и бешеных псов. Даже если Дан выйдет, особой пользы от него не будет. Дан наблюдал, как Деон, легко подтвердив решение, обхватил одной рукой другую и потянулся. Видя, что тот собирается уйти, он вдруг спросил: — Значит… доспехи вы не наденете? — Для героя в них нет смысла. Они только мешают. Раньше всё было иначе, но тогда у него была плохая выносливость, и если бы он надел тяжёлую броню, то не смог бы увернуться даже от того, от чего можно было увернуться, и, вероятно, умер бы. В последний раз размяв запястье, Деон выхватил копьё у стоявшего рядом солдата-демона. Тот вспотел от неожиданности, внезапно лишившись оружия, но Деон не обратил на это внимания и легко прокрутил копьё. — Одолжу ненадолго. — Да! Это честь для меня! Держа копьё в правой руке, он поднял левую и щёлкнул пальцами. … Это был давно не подававшийся знак рукой, но рыцари Лофти быстро его прочитали и естественно подстроились под шаг. Тук. Тук. Неторопливый ритм, неровный и совершенно не подходящий к напряжённому полю боя, тихо звенел по земле. Те, кто ощущал странность, поворачивали головы к источнику звука. Вскоре люди на их пути расступились, словно Красное море. Деон остановился в подходящем месте, ударил древком копья о землю и ухмыльнулся. — Ну что, ребята. Шринг. Будто все знали, что он скажет, за спиной раздался звук вынимаемого оружия. Окрестности стихли. Молчали не только рыцари Лофти, будто не желая пропустить ни слова, но и те, кто смотрел невольно: они не могли вернуть взгляд на прежнее место и затаили дыхание. Мягкий голос прозвучал в безветренном пространстве, словно даже воздух задохнулся. — Время принимать лекарство. Давно не бесновались вместе. И убийцы, услышав фразу, которой не слышали уже очень давно, засмеялись. Ответ здесь был очевиден. Крайне уродливые слова, чей смысл уже давно выцвел. — Всё ради выживания. — Тогда. Деон Харт удовлетворённо кивнул и неторопливо пошёл вперёд, отдавая дополнительный приказ. Даже те, кто из любопытства навострил уши, увидев в его руке совсем не привычное оружие, услышали всё ясно — передавать команду не понадобилось. Содержание было простым. — Боевым духом войск с обеих сторон займётесь вы. Иными словами — можно бесноваться. Как можно жестче. Для них это не было новым приказом. Те, кто легко отпил приготовленное лекарство, исчезли, сверкнув налитыми кровью белками глаз. Возгласы, что беспокоиться не о чем, шли бонусом. Поскольку союзниками были демоны, Деон некоторое время смотрел им вслед, опасаясь, что действие лекарства собьёт их с толку и они по ошибке нападут не на тех. Затем он взмахнул копьём в воздухе и сам бросился на поле боя. Это было явление стихийного бедствия. *** Смотрите. Он превратил поле боя в сцену, бесновался на ней и всем телом кричал. Доказательство того, что мир оставил людей: герой, отвернувшийся от человечества, вернулся с отрядом смертоносных демонов. Деон Харт вернулся. Словно доказывая, что вышел на войну в очень юном возрасте, мужчина, сравнительно маленький для военачальника, бушевал среди генералов, которые обычно были крупны телосложением. Отталкиваясь от земли, он задерживался в воздухе почти как в полёте. Когда же он прыгал, используя копьё как опору, становилось ещё хуже: невольно начинало казаться, что у него и правда талант летать. В таком состоянии каждый его удар ногой увеличивал число людей со сломанными шеями. Иногда кому-то удавалось заблокировать атаку, но тогда он просто поднимал другую ногу, обвивал ею шею противника, переносил вес и выворачивал. Насколько хорошо он владел копьём? Радиус его досягаемости был полностью его территорией. Ладонью, на которой жизнь и смерть зависели от его воли. В бою копьём важна дистанция, поэтому иногда противники пытались прорваться внутрь… Но вы разве не видели, что произошло только что? Ногами он тоже владел превосходно. Все, кто пытался приблизиться, умерли со сломанными шеями. Он не оставался на одном месте, а перемещался по всему полю боя. Кто осмелился бы выдержать такое? — Его стиль боя совсем не похож на того Деона Харта, которого я знала… Линия фронта, которую без конца теснили назад, теперь подошла так близко, что её было отчётливо видно со стен крепости. Королева Горного королевства Ёнхва, наблюдавшая за полем боя со стены, выдохнула. Разве его прежний стиль боя не строился на «жестокости»? Он рушил боевой дух врага тем, что переходил минимальную грань, которую даже погружённые в битву люди инстинктивно стараются не переступать, и демонстрировал жестокость сильнее, чем кто-либо. Но сейчас он показывал «обычный» стиль боя. Только смертоносные рыцари под его командованием придерживались того самого известного всем стиля. — Он герой. Ничего удивительного, что он развил новые навыки. Сэрин ответила тихо. В отличие от спокойного голоса, её глаза, полные убийственного намерения, свирепо смотрели на белые волосы, выделявшиеся сильнее всего. — Проблема в том, что даже в обычном бою он абсурдно подавляет противника, и наш боевой дух стремительно падает… — Рыба попала в воду. Моё решение, принятое с оглядкой на способности вроде «демонов-контрактников», оказалось для этого мерзавца отличной сценой. «Демон-контрактник» мгновенно переместился внутрь крепостной стены и открыл ворота. Известия о нём были довольно… нет, очень шокирующими. Если бы он пал в нормальном бою, удар был бы не таким сильным. Но ведь это означало, что на них напали прежде, чем они успели хоть что-то сделать. А перемещение внутрь «крепости» означало, что даже сила подавления магии не смогла его остановить. В результате не только непосредственно пострадавшее Горное королевство, но и весь человеческий мир заметался, как в огне, пытаясь найти решение. Выяснили лишь то, что он мог двигаться только один и что дальность перемещения ограничена. Теперь преобладало предположение, что отряд подкрепления уничтожил кто-то иной и что сам демон тоже погиб. И правда, среди трупов демонов в месте, где выпустили сигнальную ракету, был труп, похожий на «демона-контрактника». Но раз ни у одного из демонов не наблюдалось той же способности, нельзя с полной уверенностью сказать, что другого такого не существует. Именно поэтому они вышли и разбили лагерь довольно далеко от крепостной стены. — Я слышала, что смертоносные рыцари дезертировали, но не думала, что они правда оказались в мире демонов… Она надеялась, что это лишь слух. Не только Деон Харт, но даже смертоносные рыцари носились, как рыба в воде. Лучше бы им было войти в крепость и вести оборону. От этой картины у Ёнхвы разболелась голова, и она нахмурилась. Раздался голос Сэрин: — Деона Харта не зря называли Повелителем убийц. В этом нет ничего странного. В её голосе ясно звучала наконец раскрытая враждебность. Ёнхва опустила руку и снова посмотрела на поле боя. В этот миг она увидела, как Деон Харт метнул кинжал с пояса и спас члена смертоносных рыцарей, который вот-вот должен был погибнуть. Это было настолько естественное зрелище, что она едва не пропустила его. …Невероятно, что он настолько спокоен даже в самом разгаре битвы. «Что ж, он может себе это позволить». Нынешний ход войны беспомощно менялся от его движений, как от тайфуна. Он был бедствием. Тайфуном и молнией, ударившей с ясного неба. Перед бедствием, которому невозможно противостоять, люди рушились один за другим. Когда линия боя стала приближаться к стенам крепости, королева Горного королевства задумалась. «Начинать оборону прямо сейчас?.. Или отправить ещё войска и продержаться, учитывая демонов с неизвестными способностями к перемещению?» На самом деле ответ уже был найден. Оставалось лишь подтвердить, пришла ли к такому же решению и советница. Ёнхва повернула голову. Встретившись с ней глазами, Сэрин ответила так, словно ждала этого. — Нужно переходить к обороне крепости. Уверенность была дана. — Если учитывать приоритеты тех, кого нужно сдерживать, «герой», стоящий перед нами и ставший нашим врагом, важнее возможных демонов, существование которых мы даже не можем подтвердить. Сейчас этот герой и войска под его командованием максимально раскрывают свои возможности. Мы не можем предоставлять им оптимальные условия, когда даже сдерживания недостаточно. Разумеется, нужно менять поле боя. — Верно. Ты права. Ёнхва довольно улыбнулась и потянулась к камню связи. — Готовьтесь к обороне крепости. Подготовьте отход так, чтобы враг не заметил, и как только будет дан сигнал, все отступайте сразу. В ответ пришло подтверждение исполнения приказа. Завершив короткую связь, она оглянулась на Сэрин твёрдым взглядом. Любому было ясно: той есть что добавить. — Тебе ещё есть что сказать? — Да. В нынешней ситуации просто закрыться и держаться — не ответ. Сэрин сказала это так, словно давно ждала момента. — Нам нужно убить Деона Харта. ---------- Значение героя (2) Ёнхва на мгновение сомкнула губы. Непонятный взгляд скользнул к Сэрин. Та уверенно встретила его, словно ей нечего было бояться. Между ними повисла странная немая борьба. … Трудно сказать, сколько длился этот бессмысленный обмен взглядами, но первой отвела глаза Ёнхва, оборвав короткую тишину. Лишь тогда прозвучал запоздалый ответ на предыдущие слова. — Убить Деона Харта — естественно. Она взглянула на выражение лица Сэрин. — Но, кажется, ты имела в виду не это. — Я имела в виду, что убийство Деона Харта должно стать «высшим приоритетом». В поле зрения возникло строгое лицо. У Сэрин была личная обида на Деона Харта. Именно это было её единственным изъяном как тактика. Королева Горного королевства насторожилась: не продиктованы ли нынешние доводы личными чувствами? Сэрин, разумеется, не могла этого не понимать. Поэтому, даже не дожидаясь вопроса, она объяснила всё как само собой разумеющееся. — Что изменится, если мы просто будем обороняться и держаться? Как вы знаете, время не на нашей стороне. Если война станет войной на истощение, в невыгодном положении окажемся мы. Человечество должно как можно быстрее выбить демонов с этой земли. … — Нынешняя ситуация, откровенно говоря, безнадёжна. Герой и Король демонов на одной стороне. Это не то, о чём можно сказать «шокирует» и просто перейти дальше. — Герой — единственный противник Короля демонов. Такую ситуацию нельзя решить простым терпением; да и само терпение становится затруднительным. Достаточно взглянуть на ту картину прямо сейчас. На мгновение её взгляд зацепился за Деона Харта, взбаламучивавшего поле боя. Там, где он проходил, за ним оставался след из тел. Даже полководцы не были исключением. Напротив, если бы не отличавшиеся доспехи, их смерть была бы настолько бессмысленной, что никто и не подумал бы считать их генералами. — Если всё продолжится так, надежды нет. В этой картине никто не нашёл бы надежды. — Наша единственная надежда — убить Деона Харта. В разгар отчаяния внезапная «надежда убить Деона Харта» может показаться неожиданной… Но если смотреть не на «Деона Харта», а на «героя», в этом был смысл. Выражение лица Ёнхвы изменилось: она догадалась, что думает Сэрин. — Два героя не могут существовать одновременно. — Именно. Вы угадали. Сэрин кивнула. В одном поколении может быть только один герой. Следующий великий герой рождается лишь после смерти предыдущего. А нынешний герой всё равно «вражеский», так что это почти то же самое, что его нет. — Напротив, единственной надеждой будет убить героя, находящегося на стороне Короля демонов, тем самым ослабить мир демонов и одновременно ждать рождения следующего великого героя. — Да. Я не могу сказать, что у меня совсем нет личных чувств, но… разве этого недостаточно как основания, Ваше Высочество? — Достаточно. Этого было достаточно. Проблема в том, как убить это чудовище… Ёнхва уже почти погрузилась в мысли, когда камень связи засветился. Их взгляды сосредоточились на одном месте. — Это… Устройство связи, соединённое с нынешним императором Империи. Сэрин, поняв, что это за камень связи, тихо сказала: — Похоже, кто-то подумал о том же, что и я. — Значит, предложение о союзе. К этому моменту они уже наверняка услышали новости о Деоне Харте. Ёнхва не стала сразу принимать сообщение и ненадолго задумалась. — В любом случае нам нужно объединиться. Силами одного Горного королевства с героями не справиться. Верно, дорогая? — Так будет лучше. И лучше заранее всё закрепить. Раз Деон Харт впервые за долгое время вышел в мир людей, это возможность. Когда время пройдёт и он вернётся назад, другой возможности может не быть. — Закрепить… Ёнхва, глядевшая на свет камня связи, подняла глаза на Сэрин. — Ты уверена, что если мы объединимся с другой страной, сможем убить Деона Харта? — …«Уверенность» — опасное слово. Я оговорилась. Я никогда не пыталась убить героя подобным образом, и это не Король демонов. Не знаю, возможно ли это против героя, который сейчас вот так вышел в мир людей. — Вот как. И вдруг королева Горного королевства подумала: Был ли в истории хоть один случай, когда герой погиб от руки человека? *** Герой, убивший Короля демонов, был так любим людьми, что само его существование превратилось в религию и божество. Многие власть имущие прилагали все усилия, чтобы убить героев, угрожавших их положению: от давления числом до использования самой человеческой психологии — заставить героя влюбиться, а затем ударить рукой того, кого он любит. Однако единственный, кто способен убить Короля демонов, — герой, а единственный, кто способен убить героя, — Король демонов. Всё это оказывалось тщетным перед талантом героя, его инстинктом самосохранения и жаждой выжить. Даже сотня клинков обычных солдат не приносила результата. А носителей осколков героя всегда было крайне мало, так что задавить героя силой практически невозможно. Поэтому люди обратились к психологии и обнаружили ещё одну общую черту героев — стремление к выживанию. Вывод, появившийся после исследований, был таков: «жажда жизни» тоже относится к области «таланта», лежащего в основе становления героем. Если оглянуться на историю, все герои в целом обладали сильным желанием жить. Верный рыцарь, готовый пожертвовать жизнью ради господина, стал героем — и когда господин попытался убить его, отрубил ему голову. Другой герой был так влюблён в безответную любовь, что был готов отдать ей весь мир, но когда любимый человек попытался его убить, он не отказался от желания жить. Вместо этого, поражённый и раздавленный предательством, он убил того, кого любил. Поэтому некоторые говорят: Возможно, слабость героя — это сам герой? = Из старой книги = *** «…Тут одни бесполезные слова». Эльпидиус закрыл книгу. Он пытался найти случай, когда героя действительно удалось убить, но в итоге наткнулся лишь на нелепые истории. И теперь чувствовал себя глупцом за то, что на всякий случай дочитал до конца. «Последняя книга — и такое неприятное послевкусие». Он бросил прочитанную книгу на стол. Ещё один том лёг поверх стопки. Откинувшись на спинку кресла, чтобы немного отдохнуть, он заметил стол без единого документа. Хотя это был императорский стол и по названию, и по виду, вместо документов его занимали всевозможные старые книги. Если премьер-министр увидит это, у него прихватит спину. Эльпидиус посмотрел на стопку прочитанных книг, а затем перевёл взгляд на младшую сестру. Та, похоже, тоже почти закончила: она перелистывала последние страницы. «Тогда немного подожду». Эльпидиус сонно опустил глаза. В спокойном, тихом пространстве время от времени слышался только шелест переворачиваемых страниц. Мысли нахлынули сами собой. «Это единственная книга о героях, так что остаётся надеяться, что в книгах, которые читала Алетея, есть то, что нужно». Было очевидно, почему они вдруг принялись просматривать старые книги. Деон Харт, который после убийства императора оставался в мире демонов, наконец вышел в мир людей. Говорят, его возвращение в Горном королевстве было зрелищным. Для двух членов императорской семьи эта новость означала, что возможность убить Деона Харта наконец пришла. Глаза Алетеи и Эльпидиуса загорелись при виде шанса, о котором они и не думали, что он когда-нибудь появится снова. Ход их мыслей был похож на ход мыслей Горного королевства. [Герой на стороне Короля демонов всё равно бесполезен. Напротив, он принесёт только вред.] [Чтобы дождаться следующего великого героя, нужно убить нынешнего.] В одном поколении есть только один герой, а нынешний герой находится на стороне Короля демонов. План, разработанный ради ожидания следующего поколения героев, случайно совпал с их личными желаниями. [Нужно убить Деона Харта. И как «высший приоритет».] Но была проблема. «Вопрос в том, способно ли человечество убить героя…» В этот момент послышался звук закрывающейся книги: Алетея, похоже, закончила чтение. Эльпидиус поднял глаза, увидел, что книг больше не осталось, и сразу открыл рот. — Нашла? — Нет. Я нашла случаи, когда страна, конкретный властитель или могущественная группа пытались убить героя… — Но ни одного успешного. Очевидно, что если герой убивает Короля демонов и обретает славу, он не может не стать занозой в боку власть имущих. И всё же в истории не было ни одного успешного убийства героя. Даже целая страна, не сумев убить своего героя, наоборот, рухнула сама. — Короче говоря, силами нынешней «Империи» это будет трудно. На миг воцарилась тишина. Отчаяние длилось недолго. Золотые глаза двух членов императорской семьи засияли, словно они и не думали долго предаваться унынию. — Тогда… — Нам может понадобиться сила больше, чем «одна страна». — Верно. Если объединятся несколько стран, а не одна, разве не стоит попробовать? Цель не такая широкая и долговременная, как «изгнать армию Короля демонов с этой земли», поэтому, если все сосредоточатся на коротком отрезке времени, это не должно быть невозможно. — Нам нужен союз. И союз крупного масштаба. Эльпидиус взял камень связи. *** Неделя — слишком короткий срок, чтобы что-то спланировать и исполнить. С того дня, как Дерниван решил похитить младенца, он был занят. Процесс усложнялся ещё и тем, что приходилось избегать взгляда Тровера, командира Девятого корпуса. И всё же в отведённое время он сумел подобрать людей, которым можно было передать младенца, и в ночь перед истечением недели разложил перед Оэль собранные анкеты. Среди людей, почти не похожих друг на друга, поскольку отбор шёл без оглядки на положение, профессию, возраст, пол, страну или силу, больше всего он рекомендовал одного старика. — Говорят, он бывший дворцовый лекарь Империи. Вскоре после начала полномасштабной войны он ушёл в отставку из-за возраста и теперь спокойно живёт в тихой деревне. Поскольку он лекарь, он сможет немедленно отреагировать, даже если доверенный ему младенец заболеет. А место, где он живёт, находится далеко от районов ожесточённых сражений, так что вероятность напрямую попасть в войну кажется небольшой. Не «полностью отсутствует», а лишь «скорее мала», но в нынешнюю эпоху и это уже хорошо. — …Кстати, Дерниван. Оэль, с интересом просматривавшая документы, внезапно подняла голову и спросила: — Самое важное — хочет ли сам человек растить ребёнка, разве нет? Ты это проверил? — Все люди в документах, которые я вам дал, в основе своей добросердечны. Они не только не прошли бы мимо младенца, оставленного перед их домом, но и не посмели бы плохо обращаться с ним в процессе воспитания. — В таком случае… Оэль кивнула и снова перелистнула документы вперёд, чтобы посмотреть сведения о человеке, о котором говорил Дерниван. Некоторое время она читала информацию, но, увидев написанный возраст, остановилась и склонила голову набок. — Дерниван. Человек, о котором ты говоришь… ему больше семидесяти? Разве по человеческим меркам он не слишком стар? Сколько в среднем живут люди? Оэль слегка нахмурилась, вспоминая когда-то услышанную среднюю продолжительность человеческой жизни. Этот человек был уже почти на пороге смерти. — Он не умрёт раньше, чем младенец вырастет? — Когда он работал дворцовым лекарем, он выстроил прочные связи в деревне, где сейчас живёт. Поэтому, даже если он умрёт, я уверен, найдутся люди, которые позаботятся о ребёнке вместо него. В мире людей ведь есть выражение: «подобное притягивает подобное». Те, кто близок ему, вероятно, похожи на него. — Вот как…? Она не была уверена, но раз Дерниван так говорит… Понимая, что времени на расспросы нет, Оэль проглотила сомнения и ответила приблизительно. Удовлетворённая, она кивнула и постучала по документу. — Тогда решено! Пусть будет этот человек. ---------- Это я убила чувства или ты? (1) — …Дерниван. Операцию по похищению младенца провели ранним утром последнего дня. Изначально Оэль хотела провернуть всё быстрее, но… в мире редко что идёт так, как хочется. Она была довольна хотя бы тем, что смогла защитить ребёнка до самого предела, и сложным взглядом смотрела на младенца в руках своего адъютанта. — Знаешь, я… теперь, когда думаю об этом, я ведь даже имени ему не дала. — …Думаю, это большое везение. Скорее всего, она больше никогда не увидит ребёнка. Ей хотелось удержать его. Хотелось отменить все планы, спрятать где-нибудь в Замке Короля демонов и тайно растить. …Но если их снова поймают, ни она, ни младенец не будут в безопасности. К тому же младенец — человек, верно? Естественно, что мир людей будет для него лучше места, полного демонов. «И главное — я враг, убивший его родителей». Похоже, пока она растила младенца, её разум тоже вырос. Всё более зрелые мысли теперь причиняли боль. Лучше было тогда, когда она жила без размышлений, одной лишь любознательностью. Такие мысли подкрадывались к ней, но она не жалела, что подобрала ребёнка. Ведь благодаря ему она узнала очень многое. Оэль протянула руку. Её едва дрожащие кончики пальцев коснулись лба младенца, словно благословляя. Несмотря на дрожь в руках, голос прозвучал спокойно. — Так люди, которые подберут и вырастят тебя, смогут сами дать тебе имя. Как хорошо. К тому, что называешь сам, обычно сильнее привязываешься, оно становится дороже. Было бы по-настоящему хорошо, если человек, который подберёт ребёнка, привяжется к нему и будет беречь. «Малыш, я тебе благодарна». Ребёнок захихикал, будто был рад прикосновению матери. Оэль горько улыбнулась и опустила руку. Ладонь мягко скользнула вниз и погладила щёку младенца. Спасибо, что дал мне испытать нечто новое. Она была искренне благодарна за то, что он помог ей понять, что такое «мать», научил её «зрелости» и позволил на собственном опыте узнать, как больна «разлука родителей и ребёнка». Это было весело. Возможно, она была счастлива. «Как же так вышло?» Ей не следовало подбирать его с самого начала. «…Нет, если бы я не подобрала его в тот день, младенец умер бы». Тогда не нужно было убивать его мать? Но это был приказ. Где всё пошло не так? Поток мыслей отступал всё дальше и дальше в прошлое, но она не находила нужной точки и лишь кружила по похожим участкам. Там Оэль оборвала размышления и убрала руку. Подняв взгляд чуть выше, она встретилась глазами с Дерниваном. — Прошу, позаботься обо всём, Дерниван. … «С тех пор как она подобрала младенца, я будто всё чаще вижу новые лица моей госпожи». Дерниван посмотрел на Оэль новыми глазами и слегка склонил голову. Уже некоторое время его звериные чувства твердили, что происходит нечто зловещее, но в нынешней ситуации, где он не мог точно определить причину, он мог сказать только одно: — Я вернусь. Нужно вернуться как можно скорее. Он слегка поклонился и в одно мгновение исчез. Это был последний раз, так мог бы идти медленнее, чтобы она хотя бы увидела его спину. Оэль понимала, что при таких обстоятельствах ничего нельзя было сделать, и всё же смотрела на место, где исчез Дерниван, с печальным, тоскливым выражением. Затем её лицо сразу застыло, словно она что-то почувствовала. — Вот как. … — Мы опоздали на шаг? Она резко обернулась. К ней тянулась огромная рука, совершенно не похожая на человеческую. Оэль быстро схватила лук, убрала чужую руку и свирепо уставилась на противника. Демон, которого здесь быть не должно, стоял неподвижно и смотрел на неё, словно только что лишь пробовал. — Тровер. — Я пришёл, потому что сегодня последний день, но и представить не мог, что всё действительно зашевелится. Приди я чуть раньше — поймал бы вас на месте. Жаль. Похоже, он с раннего утра ждал именно этого дня, хотя мог прийти днём или ближе к вечеру. А раз он добрался сюда, значит, уже заходил и в комнату. Усталые глаза Оэль повернулись к Троверу. Тровер, даже не зная, что на него смотрят как на несовместимого демона, лишь пожал плечами и улыбнулся. — Думаю, сейчас не время для таких взглядов, верно? Может, сразу пойдём докладывать Королю демонов? Они ушли совсем недавно, так что мы быстро их выследим. К тому времени и твой адъютант, и младенец будут мертвы. Ах, конечно, и ты тоже умрёшь. … Тело Оэль оцепенело, хотя она старалась этого не показать. Ха. Командир корпуса, над которым стоит только Король демонов, ведёт себя так из-за одного человеческого ребёнка. На губах Тровера появилась насмешка. — Если тебе это не нравится, есть и другой способ. — Другой способ? — Верно. Возможно, он тебе даже понравится. Он игриво щёлкнул пальцами. Мягкий голос упал вместе с прохладной утренней росой. — Ты убьёшь меня. … — Король демонов — старик, который открыто благоволит сильным. Особенно если всё уже случилось, а окружающие не знают подробностей, так что это легко прикрыть. Он без колебаний встанет на сторону победителя, то есть сильного. Например, смертельная схватка двух командиров корпусов, которые переместились с места на место. Военная сила уровня командира корпуса ценна. Что поделать, если противостоявший командир уже мёртв? Нужно заботиться об оставшихся. Он проигнорирует любые серьёзные обстоятельства и, если понадобится, защитит выжившего командира корпуса, даже если придётся свалить вину на уже мёртвого и бесполезного. — Разве ты не хочешь меня убить? Даже если нет, я тебя тоже терпеть не могу. Как насчёт драки с риском для жизни? — Чушь. Мозг, кажется, забит мышцами, а язык — как у змеи. Оэль, спокойно слушавшая его, нахмурилась. — Это предположение работало бы, если бы на пути не стоял «приказ Короля демонов». Если взять примером конфликт между командирами корпусов, движимыми личными мотивами, это одно. Но сейчас ситуация совсем другая. Где он пытается продать такую ложь? На языке внезапно остался горький привкус. — Подумай сам. Это тебя отправили по приказу Короля демонов. Если я действительно сражусь с тобой и убью, как ты сказал, это будет прямым нарушением приказа Короля демонов. Я точно умру. А вот если ты убьёшь меня, проблем не будет. Напротив, разве не станет достаточным основанием сказать, что ты убил меня, потому что я попыталась убить тебя, восстав против приказа Короля демонов? — Но. Оэль тронула лук. Хорошо, что на всякий случай взяла колчан со стрелами. На её лице появилась улыбка. — Так или иначе, нынешняя ситуация такова, что мне всё равно придётся умереть. — Тогда? — Если уж умирать, разве не стоит хотя бы убить тебя и умереть? Даже если они сейчас разойдутся без столкновения, их жизни закончатся, как только Тровер доложит. В таком случае лучше хотя бы перерезать голову этому проклятому виновнику и умереть спокойно. Оэль подняла лук. Тровер понял смысл с небольшим опозданием, и его лицо просветлело. Вскоре раздался звонкий смех. — Ха-ха! Вот оно! Отлично! … — Тогда сначала сменим место? Будет неприятно, если нас прервут посреди боя! — Хорошо. Покинуть Замок Короля демонов, чтобы их никто не застал. *** Я хочу тебя убить. Именно эта мысль появилась у Оэль, как только она поняла, что Тровер отнёс младенца к Королю демонов. Она не показывала этого внешне, но была очень зла. Интересно, знает ли он, как она сейчас благодарна ему за то, что он так любезно предоставил ей место в подобной ситуации? Покончим с этим. Как только началась битва, Оэль отступила, увеличила дистанцию и натянула тетиву. Сложные глаза, заменяющие зрачки и белки, блеснули из-под прищуренных век. Она спокойно прицелилась между глаз несущегося на неё, как голодное чудовище, противника и отпустила тетиву. Будто одной стрелы было мало, три стрелы яростно полетели к цели. Их скорость качественно отличалась от обычных стрел, но Тровер сумел пригнуться и увернуться. Не сбавляя хода, он взмахнул рукой, больше похожей на лапу монстра, чем на человеческую. Забавных магических заклинаний, которые он обычно выкрикивал, не было. Бах! На мгновение Оэль взлетела в воздух. О полноценном попадании не было и речи — атака даже не достигла цели. Она успела выставить перед собой лук и каким-то образом заблокировать удар, но… — …Невежественная грубая сила…! — Завидуешь? Теперь Тровер, будто пришла его очередь, оттолкнулся от земли, прыгнул и замахнулся кулаком на Оэль в воздухе. Бум! Зловещий звук расколол воздух. Когда кулак достиг намеченного места, Оэль там уже не было. … Тровер резко развернул тело. Оэль, будто с помощью магии переместившаяся за его спину, держала стрелу в руке и била ему в затылок. Даже находясь в воздухе, он сумел уклониться, поэтому стрела не достигла цели и лишь оставила царапину на шее. — Трусливо используешь магию…! — Я всё равно умру, так что собираюсь израсходовать всю магическую силу. Её запас не сравнить с запасом Короля демонов или командира Одиннадцатого корпуса, но по сравнению с Тровером, у которого магической силы вообще не было, он всё же казался избыточным. — И почему это трусость? У всех демонов она есть, так что странно как раз не использовать. Ты тоже можешь. … — Я и без того постоянно использую много «магии». С ворчанием Тровер сжал кулак. От руки, изначально принадлежавшей монстру, чёрная энергия поползла вверх по руке и захватила плечо. Другая сторона, прежде бывшая нормальной человеческой рукой, тоже почернела и увеличилась, изменения добрались до плеча. Рукава белой рубашки, которую он якобы аккуратно носил, натянулись так, что все лопнули. Тровер хрустнул шеей, наклонив голову в сторону, затем сжал и разжал кулаки. — Раздражающая тварь. — Это я должна сказать, ублюдок. Думая, что сегодня последний день её жизни, Оэль зачерпнула из колчана горсть стрел, готовая без колебаний использовать магию. Вскоре чёрный дождь стрел залил небо. *** Бой длился дольше, чем ожидалось. Возможно, потому, что Оэль была сосредоточена на дальнем бою, а Тровер — на ближнем. Оба умели создавать выгодную для себя дистанцию. Их сражение, в котором одна увеличивала расстояние, а другой сокращал его, снова и снова стремясь к чужой жизни, к концу стало не только ожесточённым, но и жестоким. Когда у Оэль закончились стрелы, она создала стрелу из магической силы и выстрелила. Это был поступок, который мгновенно шокировал бы даже командира Одиннадцатого корпуса, считавшуюся обладательницей наибольшей магической силы среди командиров. Тровер, у которого не было ничего, кроме крепкого тела и выносливости, противостоял магии, изменяя не только руки, но и всё тело, кроме головы. Обычно он никогда не делал бы этого — слишком тяжело для тела. Теперь бой принял форму игры в труса. Если один не остановится первым, оба окажутся в опасности. Было ясно: даже победитель понесёт тяжёлые потери. И всё же ни один не собирался отступать. Потому что остановиться — значит проиграть. А поражение означает смерть. Даже если им придётся умереть вместе, остановиться они не могли. С течением времени некогда чёткие стрелы начали расплываться, а по всему чёрному телу пошли трещины. Между победой и поражением появилась разница. — Ах. Стрела, летевшая к Троверу, потеряла силу и рассыпалась в воздухе, не долетев до цели. В тот миг, когда Оэль, ошеломлённая неожиданным, выдохнула, Тровер, собрав последние остатки сил, оказался прямо перед ней, схватил её маленькую голову и швырнул на землю. Грохот! … Оэль на мгновение потеряла сознание от удара, который оказался сильнее ожидаемого. Откуда взялась сила у того, чьё тело было полностью разрушено? Закричать или застонать она не успела: огромная рука давила ей прямо на лицо. Бах! Бах! Будто желая убедиться наверняка, рука, не отпускавшая её голову, снова и снова била затылком о землю. «А, я умру». У Оэль больше не осталось сил бороться, и она выпустила лук, который до этого момента крепко держала. Лук выпал из руки хозяйки и беспомощно покатился по земле. Только тогда чёрная рука отодвинулась от лица. Отдаляясь, она показала трещины даже на ладони. … — Последние слова будут? ---------- Это я убила чувства или ты? (2) Вся магическая сила была исчерпана, выносливость — на дне. И всё же Оэль медленно моргнула в странно спокойном состоянии. Взгляд, пусто устремлённый в пространство, вернулся к Троверу. — После моей смерти ты разукрасишь эту ситуацию в свою пользу и доложишь Королю демонов. … — Тогда, естественно, велика вероятность, что младенец, отправленный в мир людей, тоже окажется в опасности. — …Да у тебя всё серьёзно до такой степени. Не слышно было даже привычного бормотания о том, что скучно. Король демонов не из тех, кто станет заботиться о такой мелочи, как жизнь младенца, отправленного в мир людей. Но нельзя быть уверенной, что он не проявит внезапный каприз. Оэль уже поставила слишком многое, чтобы доверить всё подобной неопределённости. Более того… — Даже без приказа Короля демонов ты можешь найти младенца и убить его. Она видела тело Тровера, которое, казалось, сломается от одного удара. И это не было преувеличением. Ясно было, что его тело, похожее на фарфор, покрытый множеством трещин, потребует немалого времени на восстановление. Поэтому, мстя Оэль за то, что она так разрушила его тело, он может найти младенца и убить. А может, просто из любопытства потянуться к ребёнку. — Ну… Тровер пожал плечами. Он не стал отрицать. Лёжа на земле, Оэль мягко сжала кулаки. Это жизнь, которой она жила бы, если бы отказалась от младенца. Иными словами, жизнь, принесённая ребёнку в жертву. «Хотя бы сделать так, чтобы моя жертва не оказалась напрасной». Нужна более надёжная защита. Конечно, чтобы воздействовать на что-то издалека, нужна магия, а её магическая сила уже на исходе… «Ничего». Потому что у демонов есть мощная магическая сила, которую можно использовать лишь один раз в жизни, независимо от количества оставшейся энергии. Это чистейшая сила, полученная от истока демонов, основа, из которой состоит тело. — Тровер… тебе стоит быть благодарным, что магией нельзя напрямую коснуться чужой жизни. Если бы это было возможно, она, наверное, использовала бы её, чтобы убить его. Как странно. Говорят, человеческое колдовство требует большой платы, но, похоже, всё же способно напрямую касаться жизни человека. Почему же магия так не работает? «Потому что магия лишь косвенно создаёт ситуацию, в которой можно умереть». Если она не может убить его наверняка, лучше обеспечить безопасность младенца. По общим представлениям колдовство считается ухудшенной версией магии, но действительно ли это так? Оэль до самого конца продолжала задавать себе бесполезные вопросы и потянулась к магической силе, из которой состояло её тело. Долго молиться не требовалось. [Пусть ребёнок не болеет, пока не станет взрослым.] [Пусть он не будет ранен, не заболеет и останется здоровым.] Ему нужно всего лишь прожить здоровую жизнь. Если он безопасно вырастет и станет взрослым, этого достаточно. Тровер, заметив, что она использует телесную магию, подозрительно посмотрел на неё. Опасности он не почувствовал, поэтому вместо того, чтобы сразу протянуть руку, будто колебался — остановить или оставить как есть. Оэль не обратила на это внимания и слабо улыбнулась. «Ах». Интуиция подсказала. «Получилось». Последнее заклинание удалось. Младенец, который где-то сейчас существует, получил крепкий невидимый защитный щит. В тот миг, когда он станет взрослым, щит исчезнет без следа. Но до тех пор, что бы ни случилось, его не сломать. Этого достаточно. Кончики её пальцев начали рассыпаться. Вспомнив предыдущий разговор, Тровер с опозданием понял ситуацию и заскучал. — Ты и в самом конце что-то оставила этому человеческому щенку? Демон, да ещё и командир корпуса, ведёт себя как слабый человек. … — Неинтересно. Он тихо цокнул языком и отвернулся. Она всё равно исчезнет, даже тела не оставив. Ах, поскольку она не демон, созданный исключительно магической силой Короля демонов, кое-какие остатки, наверное, останутся. Как бы то ни было, Тровер не собирался смотреть на неприглядное состояние того, кто даже полноценного тела после себя оставить не может. Он заставил себя двинуть дрожащие ноги, которые, казалось, вот-вот подломятся. Он успел сделать три или четыре шага, когда услышал знакомый голос. — Оэль? …Ах. Проклятье. Время хуже не придумаешь. Тровер вздрогнул от знакомого голоса и обернулся. Неизвестно, когда он пришёл и как узнал обо всём раньше, но Дерниван молча смотрел на рассыпающуюся Оэль. … Лицо у него, как всегда, ничего не выражало. Глаза даже не дрогнули, не говоря уже о том, чтобы заколебаться. Но это было лишь ощущение? Казалось, будто тень легла только вокруг него. — …Оэль. Он медленно подошёл и опустился перед ней на одно колено. Схватил её за запястье, словно собирался поднять, но, увидев, что оно рассыпается, сразу убрал руку. Оэль рассмеялась. — Ты вернулся? — Да. Приказ… выполнен. — Хорошо, молодец. … Он сомкнул губы, будто не знал, что сказать, и тихо опустил глаза. Даже в такой момент Оэль, которой был забавен неуклюжий возлюбленный, редко говоривший, хихикнула и мягко позвала его по имени. — Дерниван. — Да, Оэль. Всё равно времени на длинный разговор не оставалось. Она подняла разрушенную руку и приблизила её к его лицу. Понимая, что даже прикосновение ускорит разрушение, Дерниван тут же попытался отстраниться, но она успела открыть рот быстрее. — Ты должен стать следующим командиром Пятого корпуса. … — И… Позаботься. Голос, тихий как шёпот, защекотал барабанные перепонки. … О чём она просит позаботиться? О должности командира Пятого корпуса или о младенце? Дерниван, пытавшийся понять опущенный объект вместо того, чтобы поспешно ответить, опустил взгляд при внезапном ощущении дискомфорта. Оэль закрыла глаза, будто устала даже держать их открытыми. Он рефлекторно поднял руку и поднёс палец к её носу. После мгновения, в котором казалось, что он сам задыхается, он ощутил слабый выдох. «Она точно ещё жива». …Почему же кажется, будто она уже мертва? Он тихо убрал руку. Опустилась душная тишина. Скорость разрушения всё нарастала, и теперь оно начало пожирать верхнюю часть тела. Нужно что-то сказать, пока не стало слишком поздно. Дерниван понимал это, но говорить легко не мог. Он держал рот закрытым и смотрел, как её тело разваливается. Он молча смотрел вниз на осколки, и вдруг его острые глаза повернулись в сторону. — Стой. … Тровер, который тихо уходил, остановился. Он уверенно обернулся, развёл руки, словно проблем не было, и спросил: — В чём претензия? … — Всё вина Оэль, разве нет? Она первая украла младенца и попыталась убить меня, когда я хотел доложить. Это не моя вина. Причина ясна, всё уже произошло, так что даже Король демонов, который смотрит на результат, скажет, что ничего не поделаешь. Тебя он пропустит. … — Вообще-то ты заслуживаешь смерти за помощь в похищении ребёнка, но раз уж всё это время мы якобы сражались друг с другом, я буду молчать, если ты просто останешься тихим. И что думаешь? Собираешься просто уйти спокойно? Он спрашивал это намёком. Дерниван без труда прочёл остальное, и его глаза стали спокойнее. — …Ты сказал, что Оэль пыталась убить командира Девятого корпуса, который хотел доложить? — Да. — … Лжёшь бесстыдно. Если бы это было так, происшествие случилось бы не в таком далёком месте, а внутри Замка Короля демонов. Тровер не стал бы тащить Оэль из Замка Короля демонов, чтобы спрашивать о теле младенца. Голос прозвучал ещё ниже обычного. — Как ты сказал, Король демонов смотрит на результат. — …? Неужели… — Поэтому даже если я убью командира Девятого корпуса, мне это сойдёт с рук. — Чёрт! Поскольку реакция Дернивана была спокойной, а эмоциональные изменения почти отсутствовали, Тровер думал, что смерть Оэль не заденет его. Но, похоже, всё было не так. Теперь он видел: у этого типа глаза спокойно уехали куда-то не туда. Если сражаться в нынешнем состоянии, он точно умрёт. Тровер замялся и сделал шаг назад. — Если ты убьёшь меня, это могут счесть прямым восстанием против приказа Короля демонов! Ты же был заодно с Оэль! — Неважно. Можно сказать, что командир Девятого корпуса, всегда недовольный Оэль, украл тело младенца и изуродовал его до неузнаваемости, чтобы подставить её. Он сбежал из Замка Короля демонов и попытался стереть следы. А затем даже убил Оэль, которая слишком поздно это заметила и погналась за ним. — Мы с Оэль вышли из Замка Короля демонов вместе! Он всегда был из тех, кто так много говорит? Тровер сделал усталое лицо, будто даже не мог удержать выражение, хотя торопливо выговаривал слова ради выживания. — Там есть барьер, который обнаруживает вход и выход, так что это не сработает…! — В таком случае можно сказать, что я выманил Оэль, используя украденное тело как заложника и приманку. После того как мы переместились вместе, я разрушил тело у неё на глазах и спровоцировал её. А потом ты просто сделаешь так, как я сказал раньше… Спасибо, что подсказал. … Командир Девятого корпуса разинул рот, потеряв дар речи. Дерниван равнодушно взглянул на того, кто лишь выдохнул. Он и сам должен знать. Неважно, насколько расплывчато содержание. Для Короля демонов важно лишь оправдание, которое предоставляет «победитель». Подлинное оно или нет — его не интересует. — А младенец… Он повернул голову и огляделся. Земля была перевёрнута, деревья вырваны с корнем или переломаны и лежали вокруг, будто здесь прошёл тайфун. Тровер проследил за взглядом Дернивана и с опозданием понял, насколько разорён окружающий пейзаж. Сухой голос продолжил: — Достаточно сказать, что во время столкновения двух командиров его разорвало без следа. — …Чёрт, разве ты не притворялся её любовником, чтобы подстроиться под Оэль? Теперь, когда Оэль мертва, ты можешь стать командиром корпуса! Она ведь должна была тебя раздражать. Разве не надо радоваться? Сначала это правда было подыгрыванием. Но… «Не знаю почему». Дерниван на миг опустил взгляд. «…Мне нехорошо». Из-за этих слов? Или из-за того, что он попытался продолжить мысль? Он медленно поднял руку и провёл по стеснённой груди, будто царапая. Под острыми когтями, неизвестно когда появившимися, одежда некрасиво потрескалась и порвалась. Когти, направленные на себя, вскоре естественно повернулись к Троверу. Тот испугался и быстро принял боевую стойку. — Ч-что?! Почему?! Верно. Почему? Сейчас Дерниван ощущал необъяснимое желание убить этого человека. Однако, независимо от порыва, он вынужден был убрать когти, уже вытянутые так, словно он вот-вот нападёт. Среди чепухи, которую извергал Тровер, его зацепило одно слово. «Командир корпуса». Оэль попросила его стать следующим командиром Пятого корпуса. Для этого у него не должно быть подозрений в попытке восстать против приказа Короля демонов. Если Тровер умрёт, каким бы безупречным ни было оправдание, к Дернивану неизбежно прилипнет крупица подозрения. Кандидатов на должность командира корпуса больше, чем он один. Особенно Эд, адъютант командира Нулевого корпуса, весьма способен и как кандидат имеет приоритет выше него. К тому же, как главные оружия Восьмого корпуса и уже погибшей бывшей командирши Восьмого корпуса не совпадали, так и у командира корпуса и корпуса оно не обязано совпадать… «Чтобы занять место командира Пятого корпуса, нужно быть как можно безупречнее». Дерниван опустил руку. — …Ты сказал, что будешь молчать обо мне. — Э… да? — Поклянись магией, из которой состоит твоё тело. Что бы ни случилось до самого момента твоей смерти, ты никогда ничего не скажешь. В его словах была магия. Сухие глаза жутко засветились неизвестным блеском. «Это…» Тровер понял. Дерниван протянул невидимый контракт. Короткое, жёсткое содержание влилось в сознание. Если поспешно согласиться, чтобы избежать ситуации, а потом раскрыть правду, тело действительно развалится. Он умрёт, даже не успев ничего предпринять. Значит, отвечать небрежно нельзя, но… «Чёрт». Что тут сделаешь? Иначе прямо сейчас пути выжить нет. Стиснув зубы, Тровер кивнул. — Конечно. — Тогда. Контракт был заключён. Это тоже разновидность магии, поэтому магическая энергия была полностью израсходована, но ничего: магический бой всё равно не был его основой. Дерниван, похоже, нашёл ответ и без колебаний отвёл взгляд от Тровера. Даже когда тот медленно удалялся, он не обращал внимания и сосредоточился только на останках Оэль. Рот, который, казалось, больше никогда в жизни не откроется, медленно раскрылся лишь после того, как Тровер отошёл достаточно далеко и его уже нельзя было почувствовать. — Я говорю это только сейчас. Голос прозвучал иначе, чем обычно. — Ты сделала глупый выбор. Глядя вниз на обломки, которые больше не спрашивали «почему?», Дерниван тихо пробормотал: — Просто… отдать жизнь за такое. Слова, вышедшие шёпотом, опоздали. Это был крохотный человеческий младенец, даже не демон. Слабое существо, чья жизнь могла прийти и уйти даже от холодного ветра. Командир корпуса вовсе не стоила того, чтобы жертвовать собой. — Почему… Она умерла не ради защиты кого-то важного. По крайней мере, не вместо другого демона. Кровь на земле снова показалась грязной, словно принадлежала кому-то чужому. Над головой кружило чудовище, похожее на ворона из мира людей, будто целясь в её останки. Всё выглядело невероятно жалко. Она была таким сияющим существом. Что же это было за чувство? ---------- Это я убила чувства или ты? (3) Конечно, Дерниван понимал: это не то, что он хотел сказать. Даже предчувствуя такую ситуацию, он в итоге не смог остановить её. И всё же он не смел упрекать Оэль. Но дела не всегда идут по плану. В своё оправдание он мог бы сказать, что пытался остановить её несколько раз, ещё до исполнения замысла. Однако что тут поделаешь, если при одном её вздохе он отступал, а перед слезами падал на колени? «…Если дать этому имя, это будет любовь». Дерниван был нечувствителен к эмоциям, но не настолько глуп, чтобы не знать теории. «Не могу поверить, что живой труп способен чувствовать». Оэль, что же ты такое… Дерниван — демон, произошедший от волка. Точнее, от волчьей «туши». Как и Эд, он был демоном, рождённым из трупа живого существа, но их пути совершенно различались. Если Эда создали, смешав труп с другими вещами как «материал» и полностью перестроив, то Дерниван был ближе к тому, в чей труп вдохнули жизнь и силу, позволив ему двигаться и мыслить при лишь незначительном изменении внешности. Одно и то же дерево, но разница между тем, чтобы переродиться в бумагу, и тем, чтобы его обтесали в подходящую форму и использовали как столб. — Я всё ещё не понимаю тебя. Поэтому, хоть он и находился под влиянием живого характера Оэль, его чувства ограничивались ею одной. Он любил Оэль, но не мог сопереживать её чувствам и ничего не испытывал к чему-либо, кроме неё. … Он вытащил стрелу, застрявшую в земле. Поднял знакомый лук, валявшийся на полу, выстрелил в чудовище над головой и снова посмотрел на Оэль. Поскольку это была бесчестная смерть, даже следы невозможно было убрать официально, хотя она была командиром корпуса. Кто, увидев эту картину, подумал бы о ней как о командире корпуса? — Но… ты выглядела удовлетворённой, так что я буду считать, что всё было сделано. Она улыбнулась, когда он сказал, что выполнил приказ. Сказала, что он хорошо потрудился. И будто этого было мало, покорно приняла смерть. Поэтому, пусть это было иррациональное поведение, которого он не понимал, он хотел просто принять его. Более того… — …Доклад запоздал, но человеческого младенца благополучно доставили к бывшему имперскому лекарю, о котором я говорил в прошлый раз. Потому что больше всего он не понимал самого себя. — Я проверил: его внесли в дом. Теперь тебе не нужно слишком беспокоиться. Был ли он незаметно для себя заражён ею? Или любовь действительно настолько иррациональное чувство? Он уже не знал, сколько раз за последнее время поступил не в своём духе. Дерниван протянул руки и начал собирать останки. Бесконечно углубившиеся глаза не выражали эмоций и отражали только жалкие обломки. Даже убирая останки бывшей возлюбленной и начальницы, он смотрел спокойно и неподвижно. — Как ты сказала, я стану командиром Пятого корпуса. Голос был таким же спокойным, как глаза. — Я не выброшу странные вещи, которые ты собрала. Как ты всегда говорила, однажды они могут пригодиться. В мире людей, говорят, умерших провожают в путь, но ты, наверное, не хотела бы этого. Скорее предпочла бы использовать их позже, когда действительно найдётся применение. — Я не понимаю чувств, которые ты испытывала, но… Он знал лишь название — «материнская любовь», но до сих пор не понимал, что это такое. Однако он знал, что, испытывая это чувство, она сияла ослепительно. — Я уважаю твои чувства. Так как же он мог критиковать и принижать её выбор? Это был результат тех эмоций. Именно поэтому он покорно принял всё, хотя и повторял, что это глупый выбор и что он его не понимает. «…И прежде всего…» Дерниван поднялся, держа собранные останки на руках. Уходя назад, он едва шевельнул губами. Проходящий ветер украл его слова и рассеял их в воздухе. В пустом пространстве задержался слабый голос, похожий то ли на шёпот, то ли на крошение. — Я люблю тебя. Потому что я люблю тебя. Истина, которую он осознал слишком поздно, когда адресат уже ушла, тихо вышла наружу. Истина, которую больше никогда не произнесут. *** Оэль умерла. Король демонов не удивился: в какой-то степени он ожидал этого. Деону понравится. Он улыбнулся, спокойно обрабатывая связанные с этим документы. …Но важнее другое. — Он внезапно захотел встретиться, и я впустил его, но… Король демонов отложил перо. Оторвав взгляд от документа, он поднял голову, и его лицо покрылось прохладной атмосферой, будто он никогда и не улыбался. В ситуации, когда умер ещё один командир корпуса, а ментальная усталость накопилась от одновременной работы с бумагами и возни с чудовищами, кто с радостью примет просьбу о визите от того, кто был близок с мёртвым? Уже один вид обещал всё больше и больше хлопот. Резкий голос внезапно прозвучал: — Что случилось? — Я хотел бы спросить, назначен ли временный командир на ныне пустующую должность командира Пятого корпуса. В ответ прозвучал сухой, спокойный голос, словно чувства собеседника его не заботили. А, вот какова цель. Король демонов скривился. — А если нет? — Я хочу занять это место. — Смело. По воле Короля демонов воздух сжался, будто под давлением. Холодные глаза смотрели на собеседника так, словно могли пронзить насквозь. Обычно на этом месте любой сам бы отступил, но Дерниван стоял твёрдо и встретил взгляд Короля демонов. Некоторое время они молча смотрели друг на друга. Острая энергия постепенно исчезла, и Король демонов, всё ещё смотревший на него, первым открыл рот. — Пятый корпус в основном использует луки. … — Неважно, если основное оружие корпуса и командира не совпадает. Но лучше, чтобы командиром стал тот, кто хорошо понимает корпус и умеет им пользоваться. Если основное оружие совпадает, тем лучше: базовое понимание уже есть в основе. — Эд универсален, но по сравнению с тобой он ближе к бойцу ближнего боя… Дерниван уловил в атмосфере положительный ответ. — Если уж выбирать командира Пятого корпуса, тогда да, лучше, чтобы им стал ты. Изначально Король демонов не собирался заполнять место. Но раз тот пришёл просить лично, если не хочется вызвать подозрения, придётся посадить его туда. Верно, Деон? Похоже, пустые места снова заполняются. Король демонов улыбнулся. Независимо от изменения выражения Короля демонов, Дерниван, достигший своей цели, склонил голову. — Благодарю. *** Горное королевство перешло к обороне крепости. Все на миг были потрясены: войска отхлынули как прилив, словно по сигналу. Командир Десятого корпуса Гейситель приказал быстро преследовать, но к тому времени, как они настигли врага, тот уже добрался до крепостной стены. Подойти ближе не давал дождь стрел. — Что будем делать, господин Деон? … Мужчина со странным растением на поясе прищурился и посмотрел на крепостную стену, будто что-то оценивал. «Думаю, я смог бы сам перелезть через стену и открыть ворота…» Тело героя давало уверенность. Если он захочет, ему не составит труда преодолеть эту войну и завоевать мир людей. «Но…» Красные глаза скользнули к Гейсителю. «…Моя нынешняя цель — не просто разрушить Горное королевство и завоевать мир людей». Деон Харт незаметно спрятал руку за спину и открыл рот. — Сначала… постройте осадные башни и тараны. Я слышал, что все они были уничтожены в бою до моего прибытия. — Понял! — Хотя, если честно, думаю, они сами выползут наружу, когда у них закончится еда… Он порылся в недавних воспоминаниях и извлёк информацию, полученную от командира Второго корпуса Девелании. — Я слышал, что внутри они качают грунтовые воды и понемногу занимаются земледелием. Не зря королева осталась, даже когда враг стоял прямо под боком. Лучшей среды не найти. С этой точки зрения всё закончится, как только этот пункт будет взят. Ты хорошо упёрлась, королева. Деон спокойно поиграл странным растением на поясе и продолжил: — Гейситель. На изготовление осадного оружия всё равно уйдёт время, так что я дам тебе ещё одно задание. — Просто оставьте это нам! Мы сделаем всё! — …Да. Приятно видеть такой энтузиазм. Кровь потекла у края поля зрения. Деон сделал вид, что не заметил, и продолжил: — Пусть они и используют грунтовые воды, Дан проверил: земля вокруг влажная. Значит, велика вероятность, что поблизости есть водный путь. Возьми своих подчинённых и найди его. — Как его искать? — Построй дамбу и направь водный путь к крепости. Как только дамба прорвётся, хлынувшая вода смоет крепость. Деон поднял голову. Яркий летний свет на фоне высокого голубого неба болезненно кольнул глаза. — Скоро осень, придёт время урожая. — Если вода попадёт в крепость, собранные посевы испортятся. Дан, быстро соображавший, подхватил смысл. Деон кивнул. — То есть ей не обязательно быть настолько мощной, чтобы смыть дома или людей. Собранный урожай испортится, если останется во влаге. Успехом будет даже вода по колено. Гейситель преувеличенно воскликнул: — Понимаю! Как и ожидалось от вас, господин Деон! — …Тогда отправляйся как можно скорее. — Да, понял! Он развернулся, полный мотивации, и крикнул подчинённым: — Слышали? Господин Деон на грани смерти! Быстрее, рабы… нет, подчинённые! Группа с протухшими выражениями лиц поспешно исчезла вслед за Гейсителем. Дан, спокойно наблюдавший за этой сценой, повернул голову к Деону, делая вид, что ничего не видел. Догоняя его шаги в сторону шатра, он ровно произнёс: — Хотя они и выглядят так, я знаю, что они работники высокого качества. Но единственный, кто использовал бы их для рытья земли, — это господин. — У этих ребят энергии хоть отбавляй, так что они быстро закончат. — Серьёзно? … Деон вошёл в шатёр, откинул ткань у входа и посмотрел на Дана. — Подготовь шахматы. Скоро мы встретимся с королевой. … Глаза Дана расширились. Если он не ошибался, под «королевой» тот определённо имел в виду… «Сумасшествие». К горлу подступили всевозможные вопросы: что он задумал, не сошёл ли он с ума? Однако Дан открыл было рот, но, встретившись с красными глазами, остановился. Слова, уже готовые вырваться, ушли обратно. «Ах, точно. Это же герой». Взгляд, уверенный до такой степени, будто ничто не может его остановить, производил сильное впечатление. Да, если герой захочет, кто его остановит? Возможно, он не перелезает через крепостную стену прямо сейчас лишь потому, что у него есть другие мысли. Если захочет — преодолеет. Мышь беспокоилась о коте. Дан кивнул с отрешённым разумом. — Понял. Кроме этого, есть ещё какие-нибудь распоряжения? — Конкретно?.. Если есть полезная информация, сообщи. — Полезная информация… …Неизвестно, насколько она полезна, но при слове «информация» кое-что пришло на ум. Дан, будто что-то высчитывая взглядом и вспоминая тёплые новости, пришедшие недавно, медленно вздохнул. — Недавно Эд сообщил, что командир Пятого корпуса умерла. — Командир Пятого корпуса… Оэль? … — Да. — Её убил командир Девятого корпуса? — Да. Похоже, всё пошло так, как вы ожидали, господин. Наконец это случилось. Деон усмехнулся. Пока он смотрел на кровь, выступающую на голенях и возле коленей, Дан бросил ещё одну информацию, словно это был не конец. — И следующим командиром Пятого корпуса… говорят, стал Дерниван, бывший адъютант. — …Следующим командиром Пятого корпуса? — Слышал, он сам отправился к Королю демонов и сказал, что займёт это место. — Вот как? Дан, раскладывавший постель, услышал голос, будто внезапно потерявший интерес. Он украдкой оглянулся. Пустые глаза Деона ясно показывали: он не заинтересован, пока возится с ногтями. Больше сказать было нечего. Дан собрал слова обратно и посмотрел на чудовище, всё ещё обвивавшее талию Деона. — Кстати, эта штука у вас на боку… вы так и будете её носить? — А? Деон удивлённо опустил взгляд на талию, словно сам забыл о ней. — Кью? ---------- Чтобы убить (1) Взгляд, устремлённый на странное растение, словно спрашивал, что это такое. Деон некоторое время смотрел на него сверху вниз, а затем легко пожал плечами. — …И что мне делать? Если оторву его, он поднимет шум. — Кью. — Бесстыжая тварь. — Кью-кью-кью. Зелёные стебли крепче обвились вокруг его талии. Это не причиняло боли и не душило, но Деон улыбнулся, зажал бутон между большим и указательным пальцами и потряс. — Почему ты ворчишь, если добился своего? — Кью! — Да-да, обязательно возьму тебя на поле боя. Это случилось, кажется, когда они почти добрались сюда. Чудовище было таким тихим, что, должно быть, заснуло, и Деон оставил его кому-то другому. Когда он прибыл, времени обращать на него внимание уже не было: он сразу бросился в бой. Кто знал, что это станет такой проблемой? Когда Деон, вдоволь набесновавшись, вернулся, его встретил рёв, не похожий ни на демонический, ни на человеческий, и зелёные стебли, беспорядочно расползавшиеся вокруг. [Кью! Кья-а!!] [Что это? Почему ты так себя ведёшь?] Солдат-демон держал цветочный горшок и боролся с ним. Голос Дана, смешанный с раздражением и смущением, прилагался в качестве бонуса. Деон на мгновение остановился и понаблюдал за ситуацией. Похоже, чудовище наконец показало истинную сущность; он истолковал странный шум и сделал необычное выражение лица. «Оно сейчас…» Кричит, что пойдёт следом, пусть даже с опозданием? [Кью!! Кью-кью-кью! Чёрт!!] [Ты собираешься бросить меня? Не пройдёшь и десяти ли, как заболеешь и бросишь меня?..] Где оно вообще научилось таким словам? Будто услышав тихое бормотание, бутон повернулся в его сторону. «Кью-а-а-а-а!!» Стебель с ужасающей силой тут же вытянулся к нему. После краткого подёргивания кончиков пальцев Деон медленно поднял руку и покорно сдался. Чудовище, повисшее у него на талии, сразу издало пронзительный крик. [Хочешь, чтобы я больше никогда тебя не оставлял и снова брал на бой?..] [Кья!] […Почему?] [Кью!!] [Ладно… понял. Сначала успокойся.] [Кью.] Эта тварь ждала, пока я соглашусь?.. Стоило подтвердить, и она затихла. Деон рассмеялся от абсурдности. Однако, если чудовище что-то неправильно поняло, тогдашний вопрос «почему» относился не к «почему я должен брать тебя с собой», а к «почему ты хочешь следовать за мной на поле боя?». «На поле боя для него есть что-то хорошее». Конечно, он не думал, что растение ответит, и не собирался спрашивать дважды. Поэтому просто оставил вопрос, не исправляя недоразумение. Кто знает, когда он получит ответ. Вернувшись к реальности, Деон медленно погладил горшок и обеими руками снял его с себя. Он встретил недовольный взгляд чудовища и открыл рот. Возможно, со стороны это выглядело немного смешно, но никого в шатре это не волновало. — Но не забывай обещание, которое дал перед тем, как прийти. Оно не изменится. Взять — можешь. Забрать — нет. — У-у… Почувствовав решимость, не допускающую отступления, растение нехотя выразило согласие. Тем временем Дан, подготовивший постель, взял горшок из рук Деона, поставил его на стол и обернулся. — И изготовление осадного оружия, и рытьё земли для водного пути явно займут много времени, так что сначала поспите. — …Тебя сейчас по тыльной стороне ладони бьют. — Не меняйте тему. Дан раздражённо убрал зелёный стебель, лизавший тыльную сторону его руки. Будто разозлившись, стебель метнулся чуть резче, но застыл в воздухе, так и не достигнув цели. В той стороне, куда смотрел бутон, Деон раздражённо жестом приказал растению-чудовищу вести себя тихо. — Кью… Растение беспомощно поникло. Разумеется, никого это не волновало. Голос Дана прорезал жалобные звуки чудовища и полетел к Деону. — Я ни разу не видел, чтобы вы вообще спали. Сначала думал, что, может, вы хоть немного дремали, но когда мы добрались сюда, понял, что это не так. Когда вы в последний раз спали? — М-м… Когда же это было? С тех пор как цветок, который он поставил в своей комнате и который, как предполагал, прислал старший брат, увял, Деон почти всё время бодрствовал, не проваливаясь в глубокий сон. Он не боялся кошмаров, но ненавидел видеть себя задыхающимся после пробуждения, поэтому стал ещё сильнее избегать сна. — …Нет, ладно. Можете не отвечать. … — Теперь, глядя на вас, я примерно понимаю масштаб. Он ещё не успел ответить, но Дан вздохнул так, будто этого было достаточно. Шагнув широко, он поставил ногу за пятку Деона и толкнул его в плечо. В действии не было ни враждебности, ни убийственного намерения, и опасным оно не казалось, поэтому Деон послушно подался назад и лёг на аккуратно подготовленную походную кровать. Красный взгляд повернулся к Дану с безмолвным вопросом: что ты делаешь? — Вы держитесь только потому, что вы герой. Если бы обычный человек столько не спал, он бы давно сошёл с ума или не выдержал и рухнул. — Насколько важен сон? Если не спать, даже здравомыслящего человека посещают плохие мысли. А у господина и без того… Дан на миг остановился. Что, хотел сказать, что я сумасшедший? Деон, молча смотревший на него снизу вверх, слабо улыбнулся. — В общем, поспите. У нас достаточно времени. — Не хочу… — Если продолжите отказываться, я позову рыцарей Лофти. — Ладно. Громкая суматоха и колыбельные, не подходящие его возрасту, были нежелательны. Деон, подтянув одеяло к подбородку, отвернулся. Дан тихо рассмеялся при виде действия, настолько явно выдававшего недовольство. — Тогда спокойной ночи. — Убирайся. — Да-да. Почувствовав, как присутствие удаляется, Деон нервно закрыл глаза. Этот парень оставил свет и вышел. В некотором смысле это могло выглядеть заботой, но на деле значило, что снаружи за ним будут наблюдать по теням. Если он сейчас встанет, они узнают об этом как призраки. Просто убью немного времени так и встану, когда будет подходящий момент. Он так думал… — Чёрт. Похоже, он устал. Раз заснул сразу, как только коснулся подушки. Перед кошмаром, обращённым к тёмному пространству, он рассмеялся. *** Кошмар не был чем-то особенным. Просто призраки хватали его за лодыжки и тянули вниз. Конечно, возможно потому, что прошло много времени, показалось довольно много лиц. Каждый раз, когда Деон видел знакомое лицо, он невольно застывал, но и только. Они проливали кровавые слёзы и спрашивали, почему он их убил. Спрашивали, почему он жив. Некоторые спрашивали, правда ли им нужно было умереть. Незнакомые лица, вероятно, принадлежали тем, кто попал в войну и погиб. Деон горько улыбнулся на мучительный вопрос несправедливо погибших. — …Нет. — Тогда почему?! Чёрная рука сомкнулась на его горле. Всё равно это сон, умереть он не мог, поэтому Деон послушно отдал голову. Если бы это было всё, он бы позволил им мотать себя как угодно, пока не проснётся, но… «Почему ты здесь…?» Деон застыл. Среди владельцев рук, душивших его, один с кровавыми слезами на шее особенно врезался в глаза. Сэр Лиен — та, что умерла, до самого конца защищая рыцарство. «Смешно. Она не может быть такой». Хихикнув, он поднял руку и схватил чужое запястье. Призрак в панике попытался выдернуть руку, но чем сильнее тот пытался, тем крепче Деон сжимал пальцы, не отпуская. — Всё это хорошо. — Что…! — Давай не будем осквернять благородную жертву рыцаря, ладно? Он не думал, что она не винит его. Честно говоря, это было бы слишком бесстыдно. Но он был уверен и в другом: она не настолько ничтожна и уродлива, чтобы являться к нему призраком. Деон хихикнул, вспоминая бывшего императора Эдоардо, однажды появившегося в его кошмаре. [Не воплощай меня в своих бреднях только по такой причине. Я ясно сказал в конце, что не имею сожалений. Это значит, что сожалений нет вовсе. И всё же ты воплотил меня так. Выходит, в твоих глазах я был мелким человеком, который говорит одно, а думает другое.] То, что он говорил «я» императорским тоном, намекало, что это очередное созданное Деоном видение, но думать, будто кто-то не был императором, всё равно было горько. Он сказал, что не настолько уродлив, чтобы приходить к нему призраком? Напротив, если бы он был жив, то был бы достоин принимать призраков как гостей. Деон тоже не собирался быть бесстыдным в таком вопросе. Он тихо посмотрел на призрака, который всё ещё выглядел смущённым, а затем усмехнулся. — Забавно, что именно я говорю подобное. В конце концов, человек перед ним, вероятно, тоже был чем-то, созданным им самим. Тогда, если можно было разговаривать с таким нормальным обликом и отношением, Деон на мгновение задумался, почему появился император, а не Круэль. Ответ, который быстро прочитавший мысли император дал, немного шокировал. [Ты сам должен знать это лучше.] […?] [Разве ты не поместил своего брата на священную и неприкосновенную территорию? Так, чтобы никто не смел имитировать его, если это не «настоящий» он.] Чтобы даже призрак из подсознания не мог воплотить его. [Должно быть, это произошло вскоре после того, как ты забрал тело брата.] Только услышав эти слова, Деон понял. Вот каким он был. Он сделал это, не осознавая, но всё равно сделал. Значит, всё, что нужно, — поднять сэра Лиен на уровень, который невозможно имитировать. Впервые он сознательно пытался контролировать это, но надеялся, что получится. Потому что сейчас, даже ради её чести, он не мог оставить всё как есть. — Никогда не думал, что мне станет ещё сильнее жаль сэра Лиен. Он усмехнулся и снова сосредоточился. В этот момент смущённый призрак внезапно изменил выражение лица и уставился на него. От жуткого лица Деон на миг замер. — Тогда…! Что-то выскочило у неё из-за спины. Эм… то есть… это… — Щупальце? О, дерьмо. Едва сдержанное проклятие сорвалось с губ. Теперь стало ясно: это был не призрак, а что-то, смешанное с чудовищем. Деон быстро отпустил руку и попытался отступить, но щупальце, неизвестно когда вытянувшееся к нему, обвило запястье. По позвоночнику, уже иначе, побежал холод. — От… пусти… *** — Отпусти!! — Кья…? Деон всё ещё отчётливо ощущал, как что-то обвивает его запястье. Поняв, что изменилась лишь сцена и это был всего лишь сон, он внезапно выругался. Раздался мягкий плач, словно его просили успокоиться. В запахе крови он уловил тонкий травяной аромат и медленно сфокусировал затуманенный взгляд. — Х… хах… Это был ты? — Кью. — Почему держишь меня за запястье? — Кью… — Нет, прежде давай поговорим вот об этом. Одного взгляда было достаточно. Этот тип, должно быть, схватил его стеблем и внезапно отправил в такой сон. Деон встряхнул запястьем, на котором всё ещё ощущалось прикосновение, и дал себе обещание. «Ладно, если нет уважительной причины, мы подерёмся». …Вопреки его мыслям, действия чудовища оказались разумными. Деон сел на кровати, скрестил ноги и коснулся уголка губ. Смешанные голоса тихо разнеслись по шатру. — Значит… ты оттащил мои руки, потому что я душил себя? А когда я отдёргивал руки, продолжал держать, потому что я снова пытался себя задушить? — Кью. — Для начала спасибо. Сказать ему было нечего. Деон устало провёл рукой по лицу. Тогда зелёный стебель похлопал его по спине, отчего он вздрогнул и уклонился в сторону. Взгляд зелёного растения, явно задетого таким отношением, болезненно уколол его. — Однако. Он закатил глаза, притворяясь, что ничего не произошло, и решил сменить тему. — Если ты можешь так свободно двигаться, горшок тебе вообще не нужен, верно? Даже сейчас тот, кто изначально стоял на столе, уже оказался на кровати. Как-то Деон видел, как растение ходит, держа горшок и упираясь стеблями в землю. Вид у него был довольно… причудливый. Будучи простоватым, чудовище, похоже, купилось на смену темы, и в ответ раздалось маленькое отрицание: — Поп. — Не хватает питательных веществ? — Кью. — Разве тебе можно не есть? Что ты вообще ешь? — Ку-ку, лизь, лизь. — Неважно, если не ешь, но ешь обычную пищу: мясо, монстров, демонов и людей… Хотя демоны и люди — не обычная пища…? — Кью. Ладно… какое это имеет значение? Просто перейдём дальше. ---------- Чтобы убить (2) Деон, примерно поняв это как «всеядное», осмотрел растение-чудовище сверху вниз. — Тогда… В его глазах появился озорной блеск. — Что это за бугор? Монстр? Человек? … То самое место, куда Хиен положил нечто, принятое им за питательную добавку. Стоило Деону коснуться вздувшейся земли в горшке, как существо вздрогнуло и прикрыло землю стеблями. Вот оно. Глаза Деона загорелись. — Похоже, это всё-таки не питательная добавка. … — Я и ожидал, что это не съедобное, раз ты до сих пор его не переварил. — Кью… кью…! — Так что же это такое? Это была месть за кошмар совсем другого уровня. Деон хихикнул и схватил растение за ствол. — Ничего, если я вытащу и проверю? — Кью… кьяк!! Кьяк!! — Ты всё равно не умрёшь, даже если тебя выдернуть. Я только проверю и посажу обратно как было. Вот и всё!! Чудовище замахало стеблями, будто отчаянно сопротивлялось. На мгновение Деон приложил столько силы, словно и правда собирался вырвать его, и растению пришлось всеми стеблями и листьями вцепиться в горшок. Я же разбудило тебя от кошмара! Я даже держало тебя, чтобы ты не поранился!.. — Кью-у-у-у-у…! Раздался жалобный крик, полный печали. Деон тихо цокнул языком и немного ослабил хватку. — Если ты так настаиваешь… — У-у… — Чем дольше тянешь, тем любопытнее мне становится, но… Деон оторвал взгляд от земли и слегка поднял его, следуя за пронзительным взглядом. Перед ним оказалась голова… нет, странное растение, державшее бутон и смотревшее на него. Как оно вообще посылает взгляд, полный обиды, если у него явно нет глаз? Он не сдержал смеха. — Пока просто пропустим. … Сейчас он не хотел начинать драку. Впереди ему ещё предстоит сражаться снова и снова, и тратить силы на бесполезное он не собирался. Оставив растение, которое махало стеблями и безмолвно выражало радость, Деон поднялся. Тут же за ним потянулись вопросительные взгляды, будто спрашивая, куда он идёт. Набросив на себя пальто, Деон указал подбородком наружу. — Пойду прогуляюсь. На войну я не иду, так что не следуй за мной. — Кью. Ответ оказался на удивление послушным. Что с ним такое? Деон на мгновение растерялся, но, почувствовав жидкость, стекающую по виску, коротко выдохнул. «Я весь в холодном поту». Естественно, ведь ему снился кошмар. «Теперь вижу, что одежда тоже мокрая». Не знает, как выглядит со стороны, но, наверное, довольно измождённо. Вот растение, обычно липкое и навязчивое, и отступило без напоминаний. Перед выходом нужно переодеться. Деон снял верхнюю одежду. Когда он оглядывался в поисках сумки с одеждой, что-то оказалось у него перед лицом. Единственное живое, что двигалось в этом пространстве, кроме него, — странное растение, поэтому он просто оставил это, а затем что-то коснулось его щеки. Деон опустил взгляд на мягкое прикосновение, совсем не похожее на то, чего ожидал. — Платок? — Кью. Чудовище держало платок и вытирало холодный пот. Он спокойно принял это, затем отодвинул стебель и рассмотрел платок. На всякий случай — и всё же так и оказалось. На лице Деона появилась растерянность. — Это… мой? — …Кью-э? — Не притворяйся, что не понимаешь. Где ты его взяло? Существо, которое, будто почувствовав укол совести, избегало взгляда, шевеля бутоном, развернулось и подошло к сумке с вещами. Деон смотрел, желая увидеть, что оно делает. Растение порылось в его багаже и достало чёрную рубашку. — Кью! — Надеть? … Пф. Кто бы ни собирал вещи, даже рубашка чёрная. Эд, что ли, взял? Растение сделало вид, что оно вовсе не чудовище, и подняло рубашку так, чтобы её было легче надеть. Очевидно, оно по-своему пыталось сменить тему, поэтому Деон рассмеялся и просунул руки в рукава. — Кью-кью. — …Ты собираешься застегнуть пуговицы? — Кью. — Я и сам могу… Почему ты качаешь головой на это? Будто не чувствуя абсурдного взгляда, стебель вытянулся вперёд. Деон, наблюдая, как одежда медленно застёгивается на нём, тихо вздохнул. — Ладно… делай что хочешь… В итоге оно справилось идеально: не только застегнуло пуговицы, но и поправило одежду. «…Ты умеешь». Может, даже лучше меня. …Чёрт. *** Когда он вышел, стояла полночь. Жар дня будто остыл, подул слегка прохладный ветер, и травинки шуршали, качаясь туда-сюда. Сколько времени прошло с тех пор, как он слышал стрекотание кузнечиков? Деон поднял голову с непривычным чувством. В отличие от мира демонов, в небе ярко висела только одна луна. «Хороший день». Фон не подходил ночи, в которую ему приснился кошмар. Впрочем… когда это ситуация и фон совпадали? На этот раз он сунул в рот лекарство в форме сигареты, которое из любопытства раздобыл в мире людей, и оглянулся. Встретился взглядом с Даном, который смотрел в его сторону. — Пойдёте гулять? — Да. Я только что пришёл в себя. Он проснулся резко, не понимая, сон это или реальность. Засыпать снова времени не было. Дан протянул шахматы, которые держал. — Берегите себя. … — Ты уверен, что ничего, если не пойдёшь со мной? Возможно, потому что это было из мира людей, средство точно оказалось слабее демонического. Сделав глубокую затяжку, Деон грубо затушил сигарету о бедро и достал ту, что получил в Первом городе. Держа шахматы под боком, он снова зажёг огонь и усмехнулся. — Конечно. Я вернусь. *** Несколько разговоров с Горным королевством как-то завершились. Определённого ответа он не получил, но, наверное, хорошо уже то, что его не отвергли сразу. Чувствуя лёгкое облегчение от того, что отказа не последовало, Эльпидиус откинулся в кресле и устало вздохнул. Под рукой, положенной на глаза, золотые зрачки остро блестели. — Ключ — Рвече… Королева Горного королевства поставила сотрудничество Рвече условием союза. [Как ты сказал, это значит вложить всё в одну-единственную возможность. В момент провала падение Горного королевства будет предрешено.] […Ты хочешь сказать, что отказываешься?] [Нет. Я лишь хочу ситуации, в которой мы сможем действовать более надёжно.] Добейтесь сотрудничества Рвече. Тогда я с радостью присоединюсь к плану. В каком-то смысле предложение можно было назвать высокомерным, но Эльпидиус согласился. Горное королевство — страна, которая напрямую противостоит миру демонов. Естественно, оно не могло не быть осторожным с нынешним планом «всё или ничего». И прежде всего, сторона, предложившая первой, находится в более слабой позиции, так что, пожалуй, именно Империи и следует двигаться. — Чтобы добиться сотрудничества Рвече… — Разве не нужно извиниться за то, что случилось в прошлом? Ответила Алетея. — Их король куда более эмоционален, чем можно подумать. Нагло просить о сотрудничестве, прикрываясь великим делом, только даст обратный эффект. То же будет, если сказать, что это был выбор наших предшественников и мы за него не отвечаем. «Я и не собираюсь перекладывать вину на дядю». В любом случае. Нужно извиниться. Чтобы сдвинуть Рвече наверняка, должен извиниться император или кто-то равный ему… Но брату не обязательно извиняться лично. Достаточно, чтобы император написал письмо с извинениями от имени Империи. Глаза Алетеи твёрдо засияли. — Извинение… Тем временем Эльпидиус касался гладкого подбородка. «Теперь, когда думаю об этом, дядя кое-что говорил». В то время он ещё был наследным принцем, а его дядя — императором. В день, когда тот лично отправился в особняк Деона Харта извиняться за грубость Алетеи, император Эдоардо заметил, что Эльпидиус тоже ходил извиняться к Деону Харту. Знаете, что он сказал наследному принцу, который думал лишь о том, что его поймали? [Всё в порядке.] [Да…?] [Нет, лучше извиняться, пока ты ещё наследный принц. Так что, думаю, можно сказать, что ты поступил хорошо.] Это было совсем не то отношение, которого он ожидал. Раз он наследный принц, разве ему не следует извиняться? От непонятного замечания на лице само собой появилось недоумение. Император, некоторое время смотревший на племянника, поднялся и снял корону. Затем подошёл к наследному принцу, которому ещё многого не хватало, и возложил на него золотую корону. [Дядя… нет, Ваше Величество!] Как он мог так поступить…! Раз император сам надел её, Эльпидиус не мог ни снять корону, ни спокойно носить её. Лицо его побледнело. Что хуже, император отступил, оставив корону в хрупком равновесии. Почувствовав на голове ненадёжный вес, Эльпидиус рефлекторно напряг шею. [Она соскользнёт, как только ты хоть немного опустишь голову.] […] [Золотая корона, упавшая на пол, покроется пылью и царапинами.] Император тайно улыбнулся, глядя в золотые глаза, похожие на его собственные, но окрашенные пониманием. [Положение императора так утомительно, что он не может свободно извиняться. Если слишком долго оставаться на этом месте и увязнуть в нём, можно даже забыть, как просить прощения. Так что лучше полностью выучить это, пока ты наследный принц.] […Не только у наследного принца, но и у принцессы голова свободна.] Даже сейчас Алетея не носит тиару на официальных мероприятиях. Ответ прозвучал так, будто это было очевидно. [У вас есть я, верно?] Золотые глаза, встретившиеся с ним, были окрашены добрым светом. [Ты задумывался, почему размер того, что у вас на голове, относительно мал по сравнению с тем, что на моей?] […] [Вы можете сколько угодно ронять её. Маленькая и лёгкая корона получит меньше царапин. Даже если она упадёт в грязь и головы наследного принца и принцессы окажутся пустыми, проблем не будет, пока существует император.] То, что находится у вас на головах, — для тренировки. Вам это дали, чтобы вы понемногу привыкали и в будущем не пошатнулись от незнакомого ощущения, когда наденете по-настоящему тяжёлую и большую корону. [Так что не нужно уже сейчас держать голову так высоко, что болит шея. Это успеешь сделать потом, когда сядешь здесь и наденешь императорскую корону.] […] И вот теперь наследный принц сидит на императорском троне. Но. Эльпидиус легко коснулся макушки и рассмеялся. «Но бронзовую корону я не надел». Если, склонив голову, можно достичь цели, он готов склонять её сколько угодно. Судя по всему, младшая сестра пыталась решить дело по-своему, но это неправильно. Он сразу открыл рот. — На юге говорят: отношения нужно завершать правильно. Лицо Алетеи изменилось: она поняла смысл слов и была недовольна. — Брат — не дядя. — Не дядя, но я — «Империя». Было время, когда дядя был Империей. Теперь Империя — он. Чтобы изменить мнение Рвече, Империя должна выступить лично. — Письмо я напишу сам. Эльпидиус взял перо. *** — Вопреки моим ожиданиям, они ещё молодые дети, слишком занятые собственными делами, но, похоже, справляются неплохо… Тёмная ночь. В одиноком кабинете Ёнхва отключила камень связи с Империей и тихо пробормотала. — И всё же нынешний император не совсем беспомощен по сравнению с прежним. Казалось, он всё обдумывал, но в итоге не стал давить ни на что, кроме «убийства Деона Харта». На самом деле горит не Империя, а Горное королевство. Именно эта сторона, а не какая-либо другая сила, отчаянно хочет увидеть свет надежды, убив Деона Харта. Если бы нынешний император указал на это, он мог бы легко получить преимущество в переговорах между Империей и Горным королевством. «Ну… чтобы повысить шансы убить героя, нужно сотрудничество Рвече. А если Империя не выступит напрямую, сердце Рвече не смягчится. В конце концов, всё было бы тем же». И всё же естественно, что выгоднее держаться немного надменно, если всё равно предстоит что-то делать. Как королева Горного королевства, Ёнхва предпочитала относительно мягкого нынешнего императора трудному бывшему, так что это даже хорошо. «Интересно, сможет ли он убедить Рвече, если настолько неуклюж…» Она посмотрела на камень связи и вошла во временную спальню внутри кабинета. Ей и так было тяжело от множества забот, так что она хотела немного поспать… …И в её кровати кто-то был. Ёнхву охватил ужас от предпосылки, которой не должно было существовать. Чёрная тень сидела на кровати, закинув ногу на ногу и дёргая пальцами, словно ждала её прихода. Внезапно тень повернула голову и поднялась, будто заметила её. Лишь когда другой человек сделал шаг к ней, Ёнхва, словно вырвавшись из ощущения нереальности, поспешно открыла рот. — Кто там…! — Ш-ш-ш. Когда…! Собеседник мгновенно оказался перед ней и закрыл ей рот. Глаза Ёнхвы расширились, когда он вышел из тени и без колебаний шагнул туда, куда доставал лунный свет. В расширенных зрачках особенно отчётливо отразились чисто-белые волосы. — Я просто тихо сыграю в игру, так что прошу не поднимать шум, Ваше Высочество. Красные глаза сверкнули предупреждением в тени, закрывавшей его лицо на фоне лунного света. ---------- Чтобы убить (3) — Вы ведь понимаете: даже если кто-то придёт, со мной ничего не смогут сделать. Её Величество не идиотка, не способная правильно оценить разницу в боевой мощи. Дьявол прошептал это под белым лунным светом. — Уверен, вы не собираетесь впустую тратить свои войска. … — Что ж, если пообещаете сохранять спокойствие, не звать людей без причины и не поднимать шум, я вас отпущу. Если согласны, моргните два раза. … Спокойные глаза, словно к своему удивлению, дважды исчезли и снова появились. Довольный улыбкой, Деон убрал руку, закрывавшую ей рот, и отступил на шаг. Ёнхва, будто ей это было неприятно, тыльной стороной ладони потёрла подбородок и свирепо уставилась на него. Раздался низкий, приглушённый голос. — …Каковы твои намерения? — Я же сказал. Просто тихо сыграть в игру. — Многое хочется сказать… но перед этим. В ней явно звучали враждебность и раздражение. — Это не смешно, так что убери свои неуклюжие почтительные обороты. Какие ещё почтительные выражения по отношению к королеве человеческой страны от того, кто на стороне демонов? Слушать подобные вежливости от существа, которое своим положением явно принижает собеседника, крайне неприятно: словно он говорит, что ещё не отказался от человечности. — Как ты смеешь говорить с королевой страны? Да, так лучше. — Дерзко говоришь для того, кто отвернулся от человечества. Я не желаю слышать от тебя почтительных слов. … Деон Харт закрыл рот. Его лицо всё ещё было в контровом свете, и выражения нельзя было разобрать, но атмосфера вокруг него будто стала ещё спокойнее. Здесь не стоит провоцировать его дальше. Ёнхва, удовлетворённая тем, что сумела уколоть его, посмотрела на то, что он держал в руках. Он сказал, что пришёл играть? Она не была уверена, но, вероятно, это было что-то связанное с игрой. — Ты собираешься играть тем, что держишь? — Верно. — Эта комната не подходит для игры. Продолжим в кабинете. Изначально это было место, где она могла немного поспать, работая в кабинете. Маленькое пространство, вмещающее только одну кровать, — играть здесь негде. Собеседник тоже послушно кивнул, словно понимал, что место неподходящее. На столе в кабинете разложили игровую доску. Деон не стал убирать находившийся рядом камень связи. Это была своеобразная уверенность: хочешь — зови кого-нибудь. Ёнхва тоже понимала, что призвать неумелых людей значит лишь превратить их в царапины и крошки, поэтому всё прошло мирно, без лишних столкновений. — Тогда начнём. Кратко объяснив правила, Деон ухмыльнулся ей. — Хорошо. Издалека ей казалось, что его внешность необычна, но вблизи в нём будто не было ничего особенного. Чувствуя, что если продолжит смотреть ему в лицо, её словно затянет, Ёнхва лишь неопределённо задержала взгляд на длинных волосах, затем отвела его и посмотрела на доску. Перед настоящим началом, кажется, нужно по очереди двигать секции доски, определяя местность. В стороне лежали два двадцатигранных кубика, накрытые стаканом. Деон первым легко встряхнул стакан. — Ради справедливости, Ваше Величество, встряхните один раз. … Ёнхва положила руку на стакан и резко встряхнула. Кубики загремели внутри. Результат — двадцать четыре. Значит, секции доски нужно по очереди передвинуть двадцать четыре раза. — Кто ходит первым? — Ты. Она не знала, почему он внезапно пришёл и захотел сыграть, но наверняка у него был какой-то скрытый умысел. Разве она не узнает его по мере игры? Глаза Ёнхвы сузились. Секции начали двигаться, и местность стала меняться. Размещая склад продовольствия в выгодной позиции, она искоса взглянула на Деона. — Уникальная доска в стиле скользящей головоломки. Где ты её взял? — Сделал. — И все правила игры тоже? — Она основана на шахматах. Но пока — да. — У неё есть название? — Шахматы. — Шахматы…? — Ш-х-а-х-м-аты. … Похоже, он написал это как попало. Сама игра была качественной, но… Снова настала её очередь, и Ёнхва молча толкнула секцию. Местность вновь изменилась. Деон Харт посмотрел на изменившуюся доску и снова передвинул другую секцию, меняя рельеф. Глаза Ёнхвы сузились от странно знакомого ощущения. «Похоже, это…» Они создавали местность того места, где сейчас сталкивались Горное королевство и мир демонов. Ей казалось, что он странно направлял движение доски, и, похоже, именно это было его целью. Она протянула руку. Почувствовала, как настойчивый взгляд прилип к кончикам её пальцев. Сознавая этот взгляд, она взяла секцию и сдвинула её. Местность переместилась в место, не слишком выгодное для неё. Когда она подняла голову, встретилась глазами с Деоном Хартом. — Всё-таки. Он улыбался с широко раскрытыми глазами, будто уже разгадал ответ. — Ты сообразительная. — Полагаю, ты не собираешься говорить о своих намерениях. — Тогда продолжим игру. — Тц. Когда намерение стало понятно, дело пошло быстро. Они рассчитали оставшееся число ходов и по очереди передвигали секции. Как только была сдвинута последняя, желаемая местность сложилась. Деон Харт пододвинул к ней белые фигуры, которые собрал за пределами доски. — Тогда начнём по-настоящему. … Ей придётся воспроизвести эту безнадёжную ситуацию с вражеским командиром через игру. Ёнхва сложным взглядом посмотрела на доску и начала. Настоящая игра началась. И сколько времени прошло? — Очень подробная игра. Ёнхва, передвинув фигуру и захватив часть войск Деона Харта, тихо выразила восхищение. — Она будет полезна во многих отношениях. — Спасибо за комплимент. — Но правил о дезертирах нет? Чем дольше длится война, тем больше дезертиров. — Не то чтобы я об этом не думал, но места уже не осталось. Особенно число дезертиров растёт тем сильнее, чем дольше ты обороняешься. Как добавить это в игру? — Пожалуй, так… но. Острые глаза скользнули по доске. Позиции Ёнхвы теснили. Но… — Ты слишком безжалостно обращаешься с войсками. — Хм? Если бы это была реальная ситуация, и обе стороны командовали людьми, в лагере Деона Харта, вероятно, уже появилось бы множество дезертиров. Ёнхву тоже не оттеснили бы так далеко. Возможно, она даже выиграла бы в ответ. — Думаю, восстание не учли, потому что это игра. Но в реальности, если бы командир вёл себя так, непременно появились бы недовольные голоса. Возможно, в худшем случае вспыхнул бы мятеж. … — Ага. Тук. Деон, открывший новый путь взамен перекрытого маршрута снабжения, рассмеялся. — Если сам командир не жалеет тела и катается по полю боя вместе со всеми, такого не случится. Ёнхва не ответила. Дальнейшая партия шла в молчании. Когда игра закончилась, Деон собрал принесённые инструменты и встал. Ёнхва, наблюдая, как он будто собирается уйти через окно, подозрительно спросила: — Ты правда просто уйдёшь? — А вы хотите, чтобы я сделал что-то ещё? — …Нет, конечно. Но он настолько послушен. Пока она думала, не пропустила ли что-то, и прокручивала в голове недавнюю партию, Деон Харт, поставив ногу на оконную раму, оглянулся. Он бросил слова: — В следующий раз я приду снова. — Снова? Когда Ёнхва подняла голову, не веря ушам, его уже не было. Только широко раскрытое окно показывало, что он был здесь. Тихое спокойствие накрыло комнату, будто всё только что случившееся было сном. *** — Вернулись? — Почему ты не спишь? — Вы не вернулись. Как я мог лечь? Лёгко ворча, Дан забрал игровые принадлежности из рук Деона и взглянул на его лицо. — Как прошло? — Голова у неё хорошая, но не настолько, чтобы её нельзя было победить. Из-за нехватки времени партия закончилась ничьей, но положение на доске было в пользу Деона. Конечно, ситуация могла измениться в зависимости от способностей того, кто держит фигуры, но Деон, поняв склонности королевы Горного королевства во время игры, был уверен. У неё есть смертельная слабость. — Как бы сказать… у неё есть предел. Она слишком прямолинейна. … — То есть крайне неохотно пачкает руки кровью. Не может легко бросать своих солдат. А ради этого ей пришлось бы отказаться от части войск, но она не смогла. Скрупулёзность, с которой она заботится о каждом солдате, и решимость до смерти не делать ничего грязного или мелочного. — Поэтому её легко предсказать и легко ответить. Даже если бы вышел Дан, он легко победил бы. Впрочем, Деон отправлялся туда не ради этого, так что уделять слишком много внимания не нужно. — В любом случае, она не тупая, так что, думаю, если ещё несколько раз подкинуть ей намёки, она поймёт. — Не знаю, о чём речь, но… это хорошо? — Угу. — Тогда хорошо. … Да. Однако оценка королевы Горного королевства оказалась напрасной. Настал день, прошло немного времени, и в следующем бою армия Короля демонов понесла серьёзный урон от Горного королевства, которое бросило часть своих войск в качестве приманки. *** Ёнхва рассказала о вторжении Деона Харта только писарю Сэрин. Разумеется, сначала поднялся переполох. Начиная с вопроса, почему она никого не позвала, проходя через крайне личные эмоции вроде «надо было убить его, когда он пришёл один», и заканчивая восхищением — не просто восхищением, а изумлением тем, что она даже успела сыграть с ним в игру. А когда Сэрин немного успокоилась, она поняла, что у королевы не было выбора, и начала вести себя как человек с тактом. [Вы играли с Деоном Хартом?] [Да.] [В таком случае он, должно быть, прочитал склонности Вашего Величества.] [Полагаю, да.] Он наверняка прочитал её стиль командования войсками. Даже если не это, её честный стиль легко предсказать, так что показать его — всё равно что раскрыть слабость. [Неважно.] Сэрин тоже знала слабость Ёнхвы. И, конечно, была готова к этому. Поэтому она сказала: [В следующем бою нужно ясно показать королеве, зачем рядом с ней нужен хитрый человек.] Даже если Горное королевство сейчас обороняется, это не значит, что оно не может нанести удар. Так почему бы не попробовать? [Ваше Величество, пожалуйста, придумайте разумный план. А мелкий и злобный план я возьму на себя.] После этого она использовала часть войск как приманку, привлекла внимание Деона Харта и поиграла с армией Короля демонов, находившейся далеко от него. Её отношение было ужасным, словно крики брошенных людей она не слышала. Управление образом, жертвенное и отказывающееся от красивых речей. Что можно получить таким путём? Невольно сказанные слова Ёнхвы вызвали у Сэрин прямой ответ. [Смерть Деона Харта.] Я пожертвую всем — это значит, я желаю только его смерти. «…Да, смерти человека позади меня сейчас». Пока она смотрела на карту на стене, рядом с её ногами вдруг появилась тень в форме человека. Ёнхва обернулась. Белловолосый мужчина сидел на подоконнике и махал рукой. — Недавняя шалость была довольно забавной. — Неужели… ты снова вернулся. — А вы думали, я говорил чепуху? Его длинные распущенные волосы колыхались в прохладном ветру. Когда он повернул голову, лунный свет открыл красивое лицо. Незваный гость, пришедший с восходом белой луны. Необычное лицо вместе со сновидным фоном могло бы стать сценой из какого-нибудь популярного романа, но реальность была совсем иной. «Не могу поверить, что, став королевой, я не могу исполнить даже одного желания стратега и вынуждена только беспомощно смотреть». Сейчас под угрозой была скорее её собственная жизнь, чем возможность исполнить желание подчинённой. Ёнхва горько улыбнулась. — Ты смотрела на карту? — А что? — Я бы сказал, это отличное решение. Она думала, что игровая доска не просто так сделана по реальному рельефу, и пыталась наложить игровую ситуацию на карту. Похоже, это было верно. — Ты снова пришёл играть? … Да. Из этой игры можно получить более ясную подсказку и уверенность в том, что он хочет сказать. — Я иду в кабинет. Следуй за мной. Она без колебаний повернулась к нему спиной. ---------- Чтобы убить (4) Игра проходила в той же форме, что и в прошлый раз. Сложили доску с реалистичными особенностями местности и расставили на ней фигуры. Ёнхва, без особых мыслей просматривавшая рельеф, заметила то, что зацепило взгляд, и нахмурилась. «Совпадение?» Маршрут снабжения был таким же, как в прошлый раз. Местность на доске брала лишь характерные черты карты, а прочие неизвестные элементы, вроде складов продовольствия, случайно размещались в пустых местах. Если бы количество сдвигов доски совпало с прошлым разом, они могли бы не измениться. Но на кубиках в этот раз выпало совершенно другое число, а значит, такие элементы естественно должны были оказаться в других местах. И всё же маршрут снабжения тот же? «Нужно проверить». Думая, что как только игра закончится, придётся двигаться, Ёнхва потянулась к своей фигуре. Началась маленькая война. *** Вернувшись после ночной партии, Деон разложил шахматную доску на столе и стал перебирать фигуры. Глубоко запавшие глаза вскоре изогнулись в лёгкой улыбке, словно он заново переживал игру с королевой Горного королевства. Когда ты заметишь? «Надеюсь, как можно скорее». Гейситель копал быстрее, чем ожидалось. Говорили даже, что во время работ он наткнулся на водную жилу. Судя по количеству хлынувшей воды, если объединить её с текущим водным путём, как следует построить дамбу и прорвать её, сила получится немалая… Он всего лишь решил, что земля немного влажная. Кто бы мог подумать, что там может быть водная жила? Приказ был дан, чтобы выиграть время, но если затянуть ещё, он станет бесполезным. Даже если можно просто отдать другой приказ и завершить дело, всё же лучше закончить всё за один раз, без лишних хлопот. «Похоже, она что-то заметила. Можно ждать». Он не спал. Прошло время, луна скрылась, вышло солнце. Даже странное растение вело себя тихо. К счастью, королева Горного королевства не разочаровала его ожиданий. Вскоре после рассвета снаружи шатра поднялся шум. Это было слишком хаотично для обычного движения людей, просто просыпающихся от сна. Деон, интуитивно что-то почувствовав, вышел из шатра. — Что за шум? — Ах, господин Деон! Говорят, атаковали маршрут снабжения! — Вот как? Деон Харт поднёс кулак ко рту и опустил глаза, будто удивился или задумался. Однако Дан, наблюдавший за ситуацией сбоку, отчётливо увидел: уголок рта, скрытый под рукой, медленно поднялся. Деон Харт смеялся. Наконец-то. *** После этого ночные игры под луной продолжились. В игре небольшое число фигур Деона выходило на короткое расстояние от лагеря, чтобы добыть материалы для осадного оружия. На следующий день Горное королевство атаковало тех, кто добывал материалы. На доске показали место, где держали пленных. С рассветом пленного спасли. Странная игра между королевой Горного королевства, которая не понимала его намерений, но пользовалась этим, и командиром Нулевого корпуса, который продолжал выдавать информацию, закончилась только после того, как они встретились ещё раз после нападения на Деона Харта. Нашлись люди, заметившие, что Деон Харт тайно пересекает крепостные стены. — Что вообще происходит? Пол, лидер революционной армии, звучал растерянно. — Что он задумал?.. Они что, уже объединились? Нет, для такого всё слишком односторонне: потери несут только демоны. Бой всё ещё достаточно ожесточён, чтобы нельзя было назвать это союзом. Но… Он тревожно смотрел на документ с докладом. — …Я не знаю причины, но, глядя на нынешнюю ситуацию, не могу гарантировать, что не возникнет положения, при котором они соединят руки. Если есть хоть малейшая вероятность, игнорировать её нельзя. Пол взял перо и, записывая комментарий внизу отчёта, тихо пробормотал: — На всякий случай лучше их разделить. А если получится — заодно убить Деона Харта. *** Игра была такой же, как прежде. Разница была только одна… точно. На доску вышло больше фигур. Внимание Ёнхвы естественно привлекла одна особенно важная фигура среди игровых: несмотря на то, что она была сильнейшей, раньше на доске никогда не действовала. Её местоположение — место у водного потока, немного в стороне от лагеря Святилища. «В рамках этой “игры” позиция бессмысленная, но…» Ёнхва подняла глаза и посмотрела на Деона Харта. Он непонятно улыбался. — Похоже, на этом этапе я снова не могу не спросить. — Что ты вообще задумал? Вместо ответа вернулась тишина. Она не стала поспешно ставить поднятую фигуру, покрутила её в пальцах и указала ею на Деона Харта. Кончик фигуры был направлен в голову противника, а в прищуренных глазах сияло подозрение. — Я всё это время думала, но так и не могу понять, что у тебя внутри. — Рад, что вы задумались настолько глубоко. — Не прикидывайся дураком. — Да? Деон Харт сделал растерянное выражение. Ёнхва, не обращая внимания, отвела взгляд от его лица и медленно заговорила. Фигура, зависшая в воздухе, в итоге так и не нашла подходящего места и упала за пределами доски. — Ты герой. Герой, который прямо сейчас может входить и выходить из комнаты королевы вот так. Если захочешь, ты не только откроешь крепостные ворота — сможешь в одиночку перевернуть всю эту крепость. Она протянула палец и коснулась фигуры, поставленной Деоном Хартом. — Полагаю, прошлые игры были ради этого момента? … — Ах, на этот вопрос отвечать не нужно. Я просто делюсь мыслями. В этом смысле… Спокойные глаза прямо посмотрели в красные. — В глазах Гвейн твоей целью выглядит смерть этого «командира корпуса». … Фигура генерала под её пальцем покачалась туда-сюда и упала. В тихой комнате звук падения показался довольно громким, но ни один из них не обратил на это внимания. Их взгляды столкнулись в воздухе. Словно одних кроваво-красных глаз было мало, она смотрела так, будто могла заглянуть во внутренний мир Деона Харта, и высказала вопросы, накопившиеся за время игр. — Ты правда на стороне мира демонов? — Это вопрос, так что ответь. — В глазах Вашего Величества… Деон ухмыльнулся. — Разве я выгляжу тем, кто на стороне людей? — …Не дави чёрно-белой логикой. В мире много вещей, которые нельзя так делить. Думаешь, если сузишь варианты, я запутаюсь и проглочу это? …И я ведь сказала не играть в трюки. За абсурдными эмоциями скрывался смех. Красные глаза на мгновение словно скользнули в сторону, но затем вернулись на место. После долгой тишины ответ, прозвучавший шёпотом, был коротким. — Я не предатель человечества. — Тогда? — Ну, если спрашивать… «мститель» подошло бы лучше? — Мститель? Лицо Ёнхвы исказилось. — Издеваться над Горным королевством — это месть? — Точнее, месть — это «разрушение мира людей». — Что… У него какая-то обида на мир людей. Если и было что-то, за что он мог мстить, разве всё не связано со смертью его семьи? — Разве мести, обрушившей Империю, недостаточно? — Вы так думаете? — Думаю, более чем достаточно. — Что ж… если учитывать только то, что известно Вашему Высочеству, тогда да. Причина, по которой Деон Харт терзает мир людей, — желание ударить по миру, управляющему его судьбой. Люди предположительно самый любимый миром вид. Это лишь догадка, но, вероятно, верная: все остальные расы были загнаны в тёмную бездну, и только человечество осталось под солнцем. На его лице появилась горькая, слегка усталая улыбка. — Единственный объект мести, оставшийся у меня, — Король демонов. … — А тот, кому я хочу насолить, — это «мир». Глаза королевы Горного королевства расширились от слов, произнесённых без малейшего колебания. Похоже, она была потрясена сильнее, чем он ожидал. Неужели настолько, что даже королева страны не смогла скрыть смятение? Деон, некоторое время молча смотревший на неё, добавил, словно успокаивая: — И всё же мир людей никогда не будет съеден демонами. — Почему? Потому что к тому времени я умру. Почему тем, кто родился из мести, мир людей должен достаться бесплатно только потому, что он красив? Ёнхва смотрела на лицо, которое лишь улыбалось и не отвечало, а затем глубоко вздохнула. — Я не знаю, что за история и какая правда скрыта за этим… но одно я понимаю. … — Ты безумен. Это безумие. Ответа и на этот раз не было. Деон Харт просто улыбнулся. В отличие от красивой улыбки, между прищуренными глазами виднелись ярко-красные зрачки, сияющие безумием. …Он куда опаснее, чем я думала. Почувствовав, как по спине пробежал жуткий холодок, Ёнхва осторожно сжала руку, лежавшую под столом на колене. Деон Харт, прочитав в её глазах ясное предупреждение, рассмеялся. — Спасибо за беспокойство, но я ещё не сошёл с ума. — Ещё не. — Не думаю, что сейчас это важно. Воздух стал легче. Ёнхва рассмеялась над его бесстыдным замечанием. — Хорошо, допустим, сейчас это неважно. То, что он уверенно говорит такую историю, значит: судьба Горного королевства скоро подойдёт к концу. Она покатила упавшую фигуру генерала. Та описала круг возле водного пути. Водный путь, водный путь… «Даже если бы я захотела, ручей такого не сделает. Скорее уж река». Но если бы рядом была река, она узнала бы об этом первой. Они наткнулись где-то на настоящую жилу? Размышляя отдельно от слов, Ёнхва заговорила: — Значит ли это, что Горное королевство сильно пошатнётся или рухнет из-за сделанного тобой хода? … — Даже если Гвейн воспользуется этим в обратную сторону и устранит «генерала», «герой на стороне мира демонов» лично выступит и разрушит Горное королевство, чтобы взять за это ответственность. — Как «главнокомандующий» четырёх армий Короля демонов, я должен выполнить свой долг за потерю такой крупной силы, как «командир корпуса». Он подтвердил, что фигура в этой игре — «командир корпуса». Командир корпуса отправился туда и что-то замышляет. Лицо Ёнхвы застыло от спокойного подтверждения. — Это тупик. Останешься на месте или начнёшь действовать — Горное королевство рухнет. Деон Харт улыбнулся и кивнул, словно ответ был верным. — Именно. Интересно, что вы выберете. … — Что ж, уже поздно, так что я уйду. Не знаю, увидимся ли мы ещё. Раньше он заканчивал тем, что говорил: увидимся снова. Но в этот раз прощание было другим. Оставив молчащую королеву Горного королевства без выбора, он собрал игровые принадлежности и выбрался через окно, опираясь руками по бокам. Ёнхва долго смотрела на окно, где он исчез, ждала, пока в тихой комнате снова останется только тишина, а затем протянула руку к камню связи. Низкое бормотание прозвучало сквозь стиснутые зубы. — Нет, мы точно увидимся снова. Связь установилась, и раздался знакомый голос. — Что побудило вас связаться со мной в такой поздний час? — Прошу прощения за грубость. Я понимала, что это невежливо, но ситуация срочная, поэтому у меня не было выбора. Могу я спросить, как продвигается убеждение Рвече? ---------- Чтобы убить (5) Ещё до того, как королева Горного королевства вышла на связь, нынешний император Империи Эльпидиус спорил с канцлером. И было из-за чего. — Все государства объединяются, чтобы убить Деона Харта…! Канцлер узнал об этом слишком поздно. И то только потому, что был канцлером. Когда Ардал услышал, что, кроме императора и наследного принца, о решении никто не знал, он некоторое время сжимал виски, пытаясь успокоиться, но в конце концов всё же повысил голос. — Это план немыслимого масштаба! Как можно принимать такое важное решение, не сказав ни слова?! — Масштаб действительно велик, но сам план не так уж плох. — Разве я сейчас об этом говорю? Ваше Величество, я говорю о том, что важнейший план, способный изменить судьбу страны, приводится в исполнение без единого слова вашим подданным. Такое решение должно было быть вынесено на совещание и обсуждено. Даже если бы мнение императора всё равно продавили, это следовало сделать на совещании. Дворяне хотя бы успели бы морально подготовиться. А сейчас их будто ударило молнией среди ясного неба. И более того. — И можете ли вы подтвердить, Ваше Величество, что в этом решении не участвовал глава рода? — … План заключался в том, чтобы прежде всего убить Деона Харта. Не могло быть, чтобы глава рода не вмешался. Их дядя, император Эдоардо, погиб от руки Деона Харта. Ещё вчера он всем телом кричал о мести — разве мог он уже успокоиться? Близость внутри императорской семьи сама по себе была хороша. Беда в том, что они плохо различали личное и государственное. Ардал глухо вздохнул. — Тем не менее прежний император соблюдал хотя бы тот минимум, которого должен держаться «император» Империи. Нет. Теперь, оглядываясь назад, он казался императором больше, чем кто-либо. — Он лично признал вас преемником и передал вам трон, но если Ваше Величество поступает так… — Ты. Слова оборвались. Алетея, до этого наблюдавшая за происходящим, опершись о подоконник, выпрямилась. Эльпидиус, который сидел, криво подперев подбородок рукой, словно устал от нравоучений, опустил ладонь. В его золотых глазах сверкнул холод. — Мы кажемся тебе смешными? — … — Император — это император. А Мы — это Мы. Как ты смеешь сравнивать императора с Нами? Он наверняка знал, что само по себе сравнение с другим человеком — серьёзное неуважение. Но раз он попытался надавить на императора таким образом, как ещё это воспринимать? Неужели он считает его настолько лёгкой добычей? Голос Эльпидиуса стал ещё холоднее. — Мы не позволяем принижать прежнего императора. Но это не значит, что позволим принижать Нас. Конечно, ты из поколения прежнего императора и видел Нас ещё наследным принцем, поэтому трон за Нашей спиной, должно быть, до сих пор не ощущается тобой как должное. Мы это понимаем. Но… — Я не должен показывать это наружу. Простите. Поняв свою ошибку, Ардал быстро извинился. Эльпидиус некоторое время смотрел на канцлера, тут же склонившего голову, затем тяжело вздохнул. В протянутой руке, как в жесте «довольно», читалась усталость. — Не будь ты так одарён, твоя голова давно бы слетела с плеч. Благодаря способному канцлеру Империя, охваченная хаосом, постепенно возвращалась к равновесию. И перемены к стабильности шли удивительно быстро. «Если бы он изначально не был настолько компетентен, простолюдин никогда бы не оказался на этом посту». Канцлер молча поклонился и ещё раз извинился. Наступила тишина. Критический момент был пройден. Было неприятно, но благодаря этому они ушли от неудобной темы. Значит, грубость канцлера можно было оставить на этом. Когда в воздухе вновь стало теплее, Эльпидиус откинулся на спинку кресла. — Есть мысль, которая часто приходит Мне в голову. В конце тишины прозвучал мягкий голос, почти похожий на разговор с самим собой. — Возможно, моя семья была бы счастлива, если бы мы не родились в императорском роду. — … — Канцлер, похоже, ты считаешь, что мой дядя был императором. Но на самом деле это было совсем не так. Есть поговорка: место делает человека. Эти слова идеально подходили Эдоардо Дезерту. Эльпидиус поднял взгляд к потолку, и в глазах его на миг промелькнула насмешка. — Потому что, независимо от своей природы, мой дядя просто расходовал себя, обтёсывая под должность. Он знал, что корона давит на него так, что перехватывает дыхание, но всё равно держался, с усмешкой называя её не короной, а поводком. Потому-то… Эльпидиус, будто снова увидев ту картину, тихо закрыл глаза. — Мне пришло в голову, что ни мой отец, ни мой дядя не подходили императорской семье. И я тоже. Даже стань его отец королём, он пошёл бы похожим путём. По природе они не были созданы для трона. С Эльпидиусом было то же самое. Разница была лишь в одном. «Я не стану таким, как они». Он не собирался ломать себя только потому, что не подходил этой должности. Он не был уверен, что выдержит тяжесть жёлтой короны. Поэтому и не надел её. «Я не император». Он ведёт себя так именно потому, что не является «настоящим» императором. Проглотив слова, которые не мог произнести вслух, Эльпидиус открыл глаза. Канцлер смотрел на него с неописуемым выражением, и Эльпидиус улыбнулся. — Прошу, закрой глаза на вопрос союза. Это не неверный путь, и, независимо от главы рода, его всё равно нужно было пройти, разве нет? — Однако… — Мы возьмём всё на себя. Изначально ругать должны были его. Раз именно он это сделал, то и критика должна обрушиться на него. Он не собирался позволять ни Алетее, ни канцлеру становиться мишенью за то, что они знали и не сообщили остальным. Им не о чем беспокоиться. Ардал прочитал в решительном выражении Эльпидиуса, что переубедить его невозможно, и вздохнул. — Всё уже случилось. То есть он косвенно позволял делать как угодно, смешивая это с усталой покорностью. Эльпидиус приподнял брови. — Именно. — … — Тогда выйди. В стороне замерцал камень связи. Прекрасно зная, кто вышел на связь, Эльпидиус естественно указал гостям удалиться. Как только канцлер вышел и дверь закрылась, соединение установилось. Раздался голос: — Могу ли я спросить, как продвигается убеждение Рвече? Голос звучал немного по-детски. *** Молодой император успокаивал королеву Горного королевства. — Даже если бы вы не спросили, Мы уже собирались отправить человека. — Письмо уже написано. Как только выберем подходящего посланника, отправим. Королева Горного королевства произнесла: — Я присоединюсь к коалиции. Поэтому, прошу, действуйте как можно быстрее. Услышав это, Эльпидиус не мог не насторожиться. Он был уверен: что-то произошло. И времени оставалось мало. Преимущество изменилось. Теперь Империя получила перевес над Горным королевством. Если потянуть время и надавить на её отчаяние, можно было бы добиться желаемого. Но… — Понял. С позиции того, кто надеется объединить как можно больше стран, поступать так было бы сложно. Но если страна действительно рушится? И торговаться ради выгоды государства — дело «монарха», а не его. Вместо бесполезной сделки Эльпидиус покорно согласился. И задумался. Кого отправить? — Если послать кого попало, его не примут… — Будет удачей, если ему не отрубят голову. Но у нас как раз есть подходящий человек. Сколько прошло времени после окончания связи и начала раздумий? Алетея, до этого молча слушавшая его тихое бормотание, открыла рот. Под вопросительным взглядом Эльпидиуса её спокойный голос продолжил: — Он достаточно умён, чтобы служить советником императора, и легко заслужит благосклонность королевы Рвече. — …У нас есть такой человек? — Его младшая сестра уже выжила перед разгневанной королевой Рвече и даже получила обещание. Если он на неё похож, разве королеве Рвече будет легко сердиться? — А-а. Он понял, о ком речь. За тихим возгласом последовало имя. — Линделл Райнер. Старший брат Лиен Райнер. Алетея улыбнулась и закончила: — Да. Он, вероятно, умнее сестры, так что убедить королеву Рвече ему будет не невозможно. *** Во время партии в шахматы с королевой Горного королевства — прямо перед последним днём — на Деона Харта напали. Как обычно, он закончил игру и вышел. Уходя в отдалённое место и по очереди избегая лишних взглядов, он вдруг почувствовал, как земля под ногами провалилась, а сверху на голову упало маленькое пламя. Ночь была тёмной, но глаза героя, не ограниченные окружением, видели ясно. Это было не просто пламя. Это были огненные стрелы. Искры, падающие на чёрное ночное небо и заполняющие поле зрения, были довольно красивы, но… «Что можно сделать одними огненными стрелами?» Он не знал, кто стоит за этим, но Горное королевство казалось маловероятным. В первый день своего прибытия он устроил такой разгром и показал такую подавляющую силу, что никто не мог всерьёз думать, будто героя можно убить всего несколькими огненными стрелами. Думая об этом, он вдруг осознал: «Под ногами…» Разве изначально ощущение было таким? Под подошвами что-то шуршало. Слишком крупное для гальки и слишком неестественное по форме. Он опустил голову. И увидел… — Да чтоб тебя. Всё это были бомбы. Он не знал, кто именно это устроил, но тот явно подготовился всерьёз. Все эти чёрные, похожие на речную гальку предметы были бомбами. Бомба здесь, бомба там. Бомба. Бомба. Бомба… «Я потерял бдительность». Теперь было поздно ловить или отбрасывать огненные стрелы. Он попытался запоздало выбраться из ямы, прикрывая только голову и прорываясь сквозь дождь стрел, но… БАХ! Из зоны взрыва выбраться не удалось. «Чёрт». Вместе с обжигающим жаром зрение стало красным. *** В неуместно лунную ночь красный свет на миг озарил мир так, будто над головами взошло солнце, а затем исчез, словно его и не было. После этого вокруг ямы появилась группа людей. Чёрная земля, всё ещё пропитанная запахом горелого угля, выпускала пар и шипела под ногами. Один мужчина заглянул внутрь ямы, где ожил настоящий ад, и открыл рот. — Как и ожидалось… он мёртв, да? — Ты не знаешь, что это запретные слова? — Но он точно мёртв. Каким бы героем он ни был, выжить после взрыва такой силы невозможно. Найти тело уже было бы чудом…! Шурх. Словно в насмешку, из ямы поднялась рука. После того как чёрная ладонь коснулась земли, показались серые волосы. — Вот как. Раздался мрачный голос. — Я подумал: если подождать здесь, кто-нибудь обязательно придёт. Под лунным светом вспыхнули ярко-красные глаза. Все вздрогнули и отступили назад. Сцена действительно походила на страшную историю о призраке. Деон не обратил на их реакцию внимания и приподнял уголок губ. Когда он выбрался из ямы, его вид стал отчётливым. Одежда была изорвана, всё тело испачкано сажей и местами обуглено, но видимых ран не было. — Я потерял бдительность. Как кто-то однажды сказал, став героем, он возгордился. И сейчас хорошо заплатил за это. Во взрыве его тело разрывало и восстанавливало бесчисленное количество раз. Кожа плавилась от жара и тут же затягивалась. Восстановление шло почти одновременно с ранениями, поэтому необратимого ущерба — вроде оторванных частей тела — не осталось. Но боль никто не отменял. Деон был зол. На себя — за то, что расслабился. И на того, кто всё это устроил. Он снова и снова прокручивал ситуацию в голове. — И я подумал: кто же смог разбудить меня от этой расслабленности? Кто устроил нечто подобное? ---------- Чтобы убить (6) — Если они смогли достать столько бомб, это не обычная сила. В Горном королевстве их не так много. А если бы и были, их использовали бы, чтобы остановить наступающую армию Короля демонов, а не здесь. С самого начала королева Горного королевства, которая получала выгоду от «игры», не стала бы пытаться убить его прежде, чем выжмет из него всё. — И тогда мне кое-что пришло в голову. Если говорить о бомбах, разве не вспоминается революционная армия? — … — Подумав, я понял: сама революционная армия помогала этому государству. Похоже, у них довольно неплохая разведка. Верно. Деон пожал плечами и, сузив глаза, улыбнулся людям, которые расширили глаза от ужаса. Красные глаза зловеще светились подавленными яростью и безумием. — Вы думали, что достаточно спрятать характерный знак революционной армии? Давление усилилось. В напряжении, готовом взорваться в любой миг, их предводитель тихо произнёс, стиснув дрожащую челюсть: — Прошу… — Я думал, что вы не стоите внимания, поэтому отложил вас на потом. Но, похоже, порядок придётся изменить. — Убей ме…! — Хорошо. Сам сказал. Да, сначала… Начнём с того, что убьём вас. *** На ожерелье появился сигнал. И пришёл он крайне жестоко. Это был знак ранения, которое наверняка убило бы его много раз, не будь он героем. Бен, который с момента прибытия только бездельничал, увидев сигнал, без раздумий выскочил из казармы. Его поседевшая голова даже не успела задуматься, почему сигнал этой глубокой ночью идёт не из казармы, а откуда-то издалека. За очень короткое время — всего несколько секунд — сигнал то обрывался, то звучал снова, будто за это мгновение он несколько раз получал раны и восстанавливался. Бен стиснул зубы и ускорил бег. «Что, чёрт возьми, случилось с Деоном…» Он думал, что вопрос разрешится, когда он доберётся до места. Но вопрос только вырос. Чёрная, выжженная земля. Разбросанные человеческие трупы. И Деон, держащий человеческого мужчину за шею. Хотя расстояние было немалым, Деон повернул голову, словно почувствовал присутствие. В тот миг, когда Бен встретился с раскалённо-красными глазами, сияющими жаждой убийства, он понял. Ах. Он увидел то, чего не должен был знать. Когда он убедился, что Деон жив, и голова немного остыла, ситуация стала проступать яснее. Если тот вышел так далеко в столь поздний час, значит, делал что-то тайное. А раз он не сказал Бену, значит, «Бену» знать было нельзя. — Деон. Если неосторожно открыть рот — умрёшь. Бен сглотнул пересохшей глоткой и сделал шаг, на котором раньше остановился. Сильно суженные красные глаза пристально смотрели на приближающегося человека. Бен осторожно сокращал расстояние, грубо отталкивая ногой попадавшиеся тела и не отводя взгляда, словно имел дело с настороженным диким зверем. Наконец, подойдя достаточно близко, чтобы дотянуться рукой, он остановился и открыл рот. Первым, что прозвучало в острой тишине, было: — Ты где-нибудь ранен? — … — По крайней мере, всё, что я вижу, цело… — Ха. Послышался смешок, будто напряжение рассеялось. Почувствовав, что воздух вокруг Деона стал мягче, Бен набрался смелости и протянул руку. Он поднял изорванный край одежды, даже не обращая внимания на человека, которого тот держал за шею. На него посмотрели с недоумением. — …Что ты делаешь? — Проверяю, нет ли скрытых ран. — Их нет. Всё восстановилось сразу. Ран действительно не было. Поскольку его не коснулась сила Дьявола, быстрое восстановление было естественным. Только окончательно успокоившись, Бен облегчённо выдохнул и снял верхнюю одежду. — Осень близко, ночи становятся холодными. Надень. — … Вряд ли герой простудится, но… уловив заботу Бена, Деон без слов отпустил шею человека и накинул его одежду. Перед тем как отпустить, казалось, он чуть сжал пальцы — раздался хруст ломаемых костей. Но на это никто не обратил внимания. — … — … Надевая одежду, Деон повернул голову. Глаза, глядящие на Бена, сузились. — Что ты хочешь сказать? — Может, вернёмся и совершим ещё одну ночную прогулку? — … То есть: он не станет спрашивать, зачем Деон пришёл сюда и что произошло. Как и в прошлый раз, он решил встать на эту сторону. Деон некоторое время молча смотрел на него, затем подыграл и сделал вид, что ничего не случилось. — В таком виде я не хочу ещё гулять ночью. Вернёмся. *** Прежде чем подойти к военному лагерю и войти, Деон, как и тогда, когда расставался с Беном, обошёл солдатские взгляды и рассказал ожидавшему Дану всё. Иначе нельзя было: Дан, увидев его лицо, побледнел и спросил, что, во имя всего, произошло. В его глазах стояла тревога. — Значит, революционная армия… Выслушав рассказ, Дан нахмурился и пробормотал: — Если присмотреться, они лезут буквально повсюду. — Верно. — Господин. Голос прозвучал мягко, будто речь шла о чужом деле. — Даже после такого вы ведь не собираетесь просто оставить всё как есть? — Конечно нет. Деон пожал плечами. Он сразу понял, что делать с революционной армией. И ключ, позволяющий легко решить проблему, тоже был у него. Тем не менее он откладывал, откладывал — и вот дошло до этого. Даже когда раньше они несколько раз доставляли неудобства, он просто игнорировал их. Теперь, если только он не собирался быть их защитником, пора было действовать. — Революционная армия держится вокруг одного лидера. Если убрать лидера, о прочих можно не беспокоиться. — Знаю. — Что вы собираетесь делать? — … Вернулась тишина. Дан, некоторое время смотревший на него, пока тот открыл рот и снова закрыл, добавил: — Кстати, у нас есть слабость лидера. — Я и это знаю. Её нужно использовать. Если взять её в заложники… — Господин. Дан внимательно посмотрел Деону в глаза. Красные глаза, встретившись с ним на миг, медленно ушли в сторону. Дан тихо произнёс, настойчиво следуя за бегущим взглядом: — Вы правда думаете, что этого достаточно? — … Господин наверняка уже знает способ эффективнее. Дан не сказал этого вслух, но Деон Харт, вероятно, понял. Как и ожидалось, Деон тихо опустил глаза. — Конечно… — … — Может быть способ лучше. Лучше взять ещё немного времени и подумать. К тому же следующая игра, вероятно, будет последней… Он уже достаточно откладывал. Дан проглотил и эти слова. «Как и ожидалось, он добр…» Просто ли это его природа? Конечно, если подумать ещё, можно придумать иной путь. Но разве времени и так не было достаточно? Если за всё это время он не нашёл другого решения, значит, метод, который сейчас у Дана в голове, самый эффективный. Оставалось только пересечь последнюю черту, которую люди защищают как люди. Метод, который знал Дан, даже не входил в список вариантов Деона. «Ну… неважно». Потому что Дан мог сделать это сам. И потому, хоть он и понимал, что Деон уводит разговор, Дан больше ничего не сказал. *** Когда Дан провёл агитацию против человеческого мира, его признали командиры корпусов. Умение и смелость делать что хочешь под давлением наблюдающих командиров корпусов — и при этом добиваться результата. Командир Девятого корпуса Тровер присвоил ему звание почётного демона, наряду с членами рыцарей Лофти. …Дан не знал, когда эти бешеные псы успели получить такое звание, но сейчас это было неважно. Главное, что он установил связь с командирами корпусов и обменялся с ними камнями связи. Поэтому… — Командир Одиннадцатого корпуса Лиринель, у меня есть просьба. Выслушаете? Пусть это и будет мелочью, но я отплачу. — А? Для Деона? Что именно? Дан связался с командиром Одиннадцатого корпуса, которая ведала культом демонов. — Это будет несложно. Человек, больше похожий на демона, чем сами демоны, изложил план от имени своего слабого господина. Демонический командир корпуса, далёкая от этики, с воодушевлением кивала невидимой головой и слушала. — Да, это правда совсем несложно! Я скоро всё устрою. Это ради Деона, так что награда не нужна. — Тогда то, что я приготовил, будет не наградой, а взяткой с просьбой о вашей дальнейшей поддержке. Он и держал это для такой цели. Если упустить момент, вещь, пожалуй, не пригодится. Сейчас было самое время завоевать благосклонность командира Одиннадцатого корпуса. Лиринель, кажется, уловила его твёрдое намерение отдать подарок и с сомнением спросила: — Что это? — Портрет господина. — …Что?! — К сведению, он точь-в-точь как настоящий. Даже господин сказал, что будто смотрит в зеркало. Хотя сказал это он с явным недовольством. По камню связи донёсся дрожащий голос. — Такой же… портрет? Существует портрет, способный запечатлеть внешность Деона? — Его нарисовал Король демонов. — Вот как…! Навыки рисования Короля демонов были известны всем демонам, прожившим достаточно долго. В первую очередь Король демонов достиг высших оценок во всех областях. Живопись не стала исключением. Портрет Деона, собственноручно нарисованный Королём демонов! Лиринель подавила дрожащие эмоции и осторожно спросила: — Ты отдашь мне такую драгоценность? — Да. — Правда? — Это ваша взятка. Я скажу, где он хранится. Взятка — такая сладкая вещь…! Она слышала, что люди часто губят себя, принимая чрезмерные взятки, и теперь понимала почему. — Ты такой хороший ребёнок! Лиринель воскликнула, растроганная до глубины души. В её голове уже шли расчёты, куда повесить портрет Деона. — Если в будущем тебе понадобится помощь, обязательно говори! Я помогу всем, чем смогу! *** Убить Деона Харта не удалось. Что за тело у героя, если его не смогло убить даже такое количество бомб? Говорят, все, кого отправили, тоже погибли. Было даже неясно, умерли они после того, как их обнаружили, или так и не были раскрыты. Пол коснулся лба. «…В любом случае, всё уже случилось. Нужно двигаться дальше». Разобраться с этим всё равно было невозможно. Революционная армия и так мешала армии демонов. Даже если об этом инциденте узнают, что изменится? «Важнее другое». Проверка новых резервистов революционной армии, которые должны прибыть в этот раз. Такая проверка проводилась каждый раз при наборе новых людей. Лидер революционной армии не мог не знать лиц своих членов. Раньше он приходил тайно, но с какого-то момента к нему приставили охрану, и проверка стала официальной частью расписания. «Чрезмерная опека. Хотя они знают, что шпионы там появляются редко». Место, куда он шёл, было внешней площадкой для фильтрации шпионов. Поэтому окружающие пытались его остановить, говоря, что это опасно, но в конце концов согласились при условии охраны. На самом деле ещё при наборе людей тщательно проверяли и отсеивали, так что здесь почти никого не ловили. Это было скорее формальностью. Поэтому Пол, как обычно, шёл спокойно. Его шаги остановились, когда в поле зрения показались резервисты. «Возраст у них в этот раз разный…» От детей до стариков — ограничений почти не было. Пол прислонился к ближайшему дереву и бегло оглядел людей. От вида совсем юных во рту стало горько. Он не знал, из-за того ли, что мир сошёл с ума настолько, что даже детям приходится подвергаться опасности, или потому, что это напомнило ему о Шии… «Говорили, Шию всё ещё не нашли». ---------- Чтобы убить (7) Если она умерла, он велел хотя бы принести тело. Но прошло столько времени, что даже это, похоже, стало несбыточным. Пора было похоронить младшую сестру в сердце. Пол отложил горькие чувства и поднял опущенный до этого взгляд. «Кстати, когда всё закончится, нужно вернуться и провести ещё один урок с господином Ирамом…» Учить почти нечему. Он помнил, что объяснил все основные понятия, остались лишь тонкие настройки. Практически всё было передано. Нужно только привести пример и предупредить, чтобы тот не использовал знания не к месту… Хм? Пол, погружённый в мысли и уже собиравшийся изменить направление, заметил среди постепенно редеющей толпы знакомое лицо и замер. — Тот ребёнок… — Глава? — … — Пол? Охранники звали его рядом, но он не мог ответить. Словно превратившись в идиота, он сосредоточился только на одном, вытеснив всё остальное из сознания. Пол сделал шаг вперёд с ошеломлённым лицом, будто его околдовали. «…Точно». Прошло время, она немного выросла, но он не мог её не узнать. Уверенность была сильнее привычной памяти о лице. Маленький ребёнок стоял без выражения, с аурой, совсем не подходящей ребёнку. Казалось, она стала тяжелее прежнего, но это точно была его младшая сестра. — Шия… Один шаг. И ещё один. Он пошёл к ребёнку. Ради одного лица он повернул слишком далеко. Сколько прошло времени? Окружающие, похоже, занервничали из-за его внезапных действий и просили отступить ради безопасности. Он проигнорировал их и сделал около четырёх шагов. — Глава! Кто-то резко дёрнул его за руку. И в тот же миг — Квааааанг! Раздался громкий взрыв. В краю поля зрения вспыхнуло красное пламя, следом обрушился горячий ветер. Конец лета должен был быть прохладным, но жар оказался сильнее летнего полудня, и охранник, державший Пола, поспешно отступил. — Де-се. …Там был шпион. Тот, кто бросил бомбу в толпу, ухмыльнулся людям, кинувшимся его схватить. Не колеблясь, он сбросил плащ, заставив остальных замереть от дурного предчувствия. — … — Безумец…! К его телу были привязаны бомбы. Часть бойцов революционной армии удерживала резервистов, другая держала шпиона на прицеле. Увидев, что один человек уже отправился доложить о ситуации, охрана поспешно стала уводить Пола. — Уходим немедленно. — Нет, подождите…! — Вы ядро революционной армии. Вам нельзя погибнуть. — Но… Там моя младшая сестра…! Охранники отталкивали его назад, ставя безопасность лидера выше всего. Пол, который изо всех сил пытался удержаться, но всё равно беспомощно отступал, внезапно крикнул имя младшей сестры, чувствуя, что если сейчас их разделят, он больше никогда её не увидит. — Шия!! Если уж тихо сбежать не удалось, что это теперь…? Охранники вздрогнули, а один ребёнок повернул голову, ища источник голоса. Лицо Шии просветлело, когда среди крупных мужчин она нашла знакомое лицо. — Пол!! Этот крик, этот голос. Это была его сестра. Но… Лицо Пола исказилось сложными чувствами — то ли улыбкой, то ли плачем. Шия ярко улыбнулась и побежала к нему. Охрана попыталась преградить путь, говоря, что это опасно, но Пол оттолкнул их и принял ребёнка в раскрытые объятия. — Всё хорошо. Это моя младшая сестра. — Но, думаю, вам лучше отойти… Одной рукой он держал ребёнка, будто обнимая, а другой нащупал нечто, прикреплённое к её спине. — На этом ребёнке бомба. — Что? — Простите. Как глава, я должен был вынести решение, но не смог. Но он не жалел. Пол крепче обнял Шию. Чтобы свести радиус взрыва к минимуму, нужно было прижать ребёнка как можно плотнее. И… Бах! Он услышал звук, с которым гаснет жизнь. «На самом деле». Он знал, что это опасно. Знал, что всё подозрительно. Слишком уж точным был момент. Он не знал, кто стоит за этим, но, вероятно, план был таков: отвлечь внимание на другого человека, а затем отправить Шию сюда, чтобы расправиться с ним. В хаосе ребёнок опускается в списке угроз. Он знал. Но… как он мог оттолкнуть её? Давно не виделись, а она бежала к нему с яркой улыбкой — будто видится с ним не чаще раза в год. «Да, Шия». Пол улыбнулся и прошептал: «Ты не хотела, чтобы я плакал по тебе». *** В трущобах есть негласные правила. Правила, созданные, чтобы в тяжёлой жизни хоть как-то сохранить рассудок и выжить. [Будь дружелюбен, но не привязывайся.] *** Я — мусор. Даже если умру, ничего хорошего, наверное, не увижу. Шия усмехнулась над собой. Слишком поздно. Когда она пришла в себя, то уже поддалась оцепенению и заключила контракт на призыв демона. Кто бы мог подумать, что то, что они делали, сами не понимая как, было попыткой призвать демона? Возвращаться было поздно. Она отпустила всё и позволяла себя нести туда, куда тянули. Она думала, что лучше умереть, но был человек, из-за которого это оказалось непросто. И когда ей дали приказ на последнюю миссию… [Умереть вместе с лидером революционной армии?] [Да.] [Кто лидер революционной армии?] [Пол.] […!] Она удивилась, но не отказалась. «Потому что Пол — единственный, кто заплачет, если я умру». Она — мусор. По смерти такого человека никто не должен плакать. Пол втайне мягкосердечный, так что обязательно заплачет, если она умрёт. А если она, как сейчас, останется пропавшей, он не сдастся и будет продолжать искать. Нельзя позволить ему тратить силы и сердце впустую. Поэтому она добровольно надела бомбу и бросилась к Полу. Перед тем как побежать, она тайком повернула бомбу, закреплённую на животе, и переместила её на спину. Но всё равно сделала это. «Смотри, Пол. Я такой плохой ребёнок». Раз по ней не стоит плакать, пусть он просто решит, что она умерла как следует, и станет легче. «Спасибо, что заботился обо мне и не дал умереть раньше». Если подумать, он всегда протягивал ей руку. Даже когда она не хотела этого, даже когда это её раздражало. С тех пор как Церковь Спасения забрала её, она не видела его лица как следует, но думала, что он не знает. На первый взгляд помощь казалась нерегулярной, но еда поступала достаточно постоянно, чтобы она не умерла с голоду. Странным образом не случалось и опасностей вроде грабежа. Она побежала к нему, проглотив благодарность, которую не смогла сказать. Пол улыбнулся и охотно обнял её. Она почувствовала, как рука коснулась её спины под верхней одеждой, как сжался кулак — будто он собирался сорвать бомбу. Почувствовала, как его руки дрожат от усилия. Затем, словно поняв, что оторвать её невозможно, он развернул её так, чтобы бомба оказалась у него перед животом. Он схватил маленькое тело, которое испуганно попыталось отстраниться, и удержал в объятиях. Его устойчивые руки будто спрашивали: Думала, я не узнаю? — Не…! Вырвался растерянный голос. Нет. Нет. Это был не план. В плане учитывалось ранение Пола, но его смерть — нет. Она хотела, чтобы всё закончилось только её смертью. Вот чего она хотела… — Всё хорошо. Возможно, это была иллюзия, но ей послышался шёпот. В тот миг, когда она замерла, раздался взрыв. Пол улыбался, обнимая младшую сестру, которая пыталась оттолкнуть его перед смертью. Всё хорошо. Моя смерть — целиком моя вина. Тебе не нужно чувствовать вину, если я умру. Это исправление ошибки, допущенной главой революционной армии в одно мгновение, и решение человека, который заботится о своей младшей сестре Шии. Если ценой неверного решения станет одна его жизнь, это будет дёшево. И прежде всего он просто не был уверен, что сможет жить в здравом уме, если Шия умрёт у него на глазах. Они не были связаны кровью, но она была его единственной семьёй. С тех пор как он услышал о её исчезновении, он искал её. Даже когда временно решил, что она мертва, он не смог похоронить её в сердце и долго держался за надежду. И если такой ребёнок вдруг появится и погибнет прямо перед глазами? Шия была наивна, если думала, что он сможет после этого жить нормальной жизнью. Бомба была крепко закреплена на её спине. Оторвать невозможно. Если оставить всё как есть, она точно погибнет, а окружающие тоже сильно пострадают. Он сам получит немало ран, но выживет. Тогда лучше повернуть бомбу к себе, чтобы не задеть других, и умереть самому. Поэтому он так и сделал. «Похоже, ты не хочешь, чтобы я плакал по тебе. Разве не лучше умереть вместе?» Он молча улыбнулся и похлопал по спине растерянного ребёнка, который пытался его оттолкнуть, словно говоря, что всё в порядке. Так в тот день Шия умерла вместе с единственным человеком, который заплакал бы по ней. *** Что ж, всё закончилось хорошо! Командир Одиннадцатого корпуса, успешно выполнив просьбу Дана, удовлетворённо посмотрела на командира Второго корпуса. — Спасибо за сведения, Девелания. — Не стоит… Девелания, которая с какого-то момента перестала отправлять информацию Деону Харту, кивнула без особого энтузиазма. — Убить лидера революционной армии человеческого мира… Полагаю, это было ради господина Деона? — Да! — Хм… Лиринель. Я говорю это только потому, что беспокоюсь о тебе… Лиринель особенно следовала за Деоном Хартом. Наверное, можно сказать, что её пленили его нелепое лицо и сила. Девелания немного подумала, стоит ли говорить это, а затем посмотрела на Лиринель так, будто перед ней ребёнок, брошенный в воду. — Думаю, лучше не доверять Деону слишком сильно. *** Лидер революционной армии мёртв. Он ещё ничего не сделал, так что же произошло? Деон слегка наклонил голову, услышав немного неловкую новость. — Ты что-нибудь знаешь? На бездумный вопрос ответила тишина. То, как Дан отвёл взгляд и промолчал, говорило: есть скрытая история. Деон мгновенно поднялся, чувствуя, как дурное предчувствие пробежало по спине. Стул громко упал назад, но он не обратил внимания. — Дан. — Думаю, нам нужно поговорить. Дану понадобилось немного времени, чтобы открыть рот. Говорят, между ними появилась привязанность и в каком-то смысле они стали удобны друг другу. Но прежде всего их отношения были чётко разделены на верх и низ. В ответ на допрос начальника Дан вскоре заговорил. И, услышав скрытую правду, Деон пришёл в ярость. Бах! Голова Дана повернулась от пощёчины. — Ты с ума сошёл?! Зачем, чёрт возьми, ты это сделал?! Вырвался крик. Даже когда Деон злился, он всегда выражал это подавленным безумием или холодным гневом. Дан, проводя языком по внутренней стороне разбитой губы, поднял взгляд на непривычную картину. Красные глаза горели смесью ярости и иных эмоций. Они слегка дрожали, как пламя на ветру. — Почему вы злитесь? — Что? — Вы колебались, поэтому я просто выполнил работу за вас и испачкал руки. Если уж на то пошло, вы должны меня похвалить. Уверенность была чрезмерной. Деон, на мгновение лишившись слов, сжал губы. — …Кто просил тебя делать это вместо меня? — Так ведь именно так. — Был другой способ. — Но вы не смогли придумать способ эффективнее того, что сделал я. Нужно было лишь пересечь последнюю черту как человек. Если вы отбросили совесть, как вы можете не пересечь и эту черту? Нет. Он признавал, что в эпоху войны совесть и мораль легко смешать. Но разница между ними существует. Если отбросить совесть, становишься «плохим человеком». Но если перейти последнюю черту, о которой говорил Дан, — становишься «уже не человеком». — Господин. Дан посмотрел в глаза Деону, который окончательно замолчал. Жутко-тихий голос продолжил: — Я следую за «Деоном Хартом», но прежде всего я следую за «Бедствием». ---------- Чтобы убить (8) — Хотя обычно говорят, что различать эти два понятия бессмысленно. — Думаю, сейчас их нужно различать. Дан пожал плечами. На самом деле он уже кое-что учёл. Именно поэтому он сам взялся за дело. Если бы в «Деоне Харте» не осталось ни малейшего чувства, Дан бы подтолкнул его, заставил сделать всё собственными руками. Вместо того чтобы не обращать внимания на его мягкую человеческую сторону, он скорее попытался бы её стереть. Иными словами, Дан смог поступить так именно потому, что в какой-то момент — как одежда незаметно намокает под мелким дождём — начал осознавать существование не только «Бедствия», но и «Деона Харта». — Придите в себя, господин. В итоге лидер революционной армии точно мёртв. Разве этого недостаточно? — Это всё, что ты можешь сказать после того, как отправил невинного человека, ребёнка, с бомбой? — Безумец. — В чём проблема? Бедствия не делают различий. Кроме того, в нынешней войне уже погибло множество людей. Среди них, вероятно, немало детей и ещё больше невиновных. Почему вы теперь лицемерите? Деону стало нечем дышать. Он выглядел так, будто задыхался. — …Намеренно совершённое и случившееся без намерения — не одно и то же. — Какая разница, было намерение или нет, если результат одинаков? Намеренно или случайно, человек уже мёртв, и назад ничего не вернуть. Острый язык, обычно направленный наружу, теперь был обращён на Деона Харта. Слова становились кинжалами и резали его. Деон медленно закрыл глаза и снова открыл их. В поле зрения, открывшееся миру сложных эмоций, вошла кровь, стекавшая по лицу. Кровь поднималась снизу с пугающей силой. Уровень, и без того неуклонно растущий, будто набрал скорость из-за этого случая: он уже поглотил колени и плескался, целясь к бёдрам. — …Знаешь, что сейчас самое мерзкое? Голос прозвучал медленно. Деон, до этого смотревший на молчащего Дана, поднял голову, словно больше не мог на него смотреть. Низкий потолок заполнил поле зрения и только усилил удушье. — Мне кажется, я стал таким же, как тот ублюдок. — И ты тоже. Хотя Дан совершенно не был похож на герцога, его лицо показалось Деону лицом того павлина. Не выдержав усталости, давившей на плечи, Деон сел на кровать и тихо закрыл глаза. Подавленный голос упал вместе с горькими эмоциями. — Выйди. — Выйди. Не слышишь? Дан молча поклонился и повернулся спиной. …Куда идти? Выйдя из казармы, он не пошёл сразу, а поднял голову. Нечитаемые глаза приняли в себя ясное небо. «Не хочу возвращаться в выделенную мне казарму». Когда остаёшься один в тихом месте, в голову лезут всякие мысли. Может, просто прогуляться? …Сначала попробуем пройтись. Он двинулся без конкретной цели. Казавшаяся долгой прогулка остановилась быстрее, чем ожидалось. — Дан? Потому что голос за спиной зацепил его за щиколотку. Дан оглянулся. — Что ты здесь делаешь? Перед ним было простое лицо человека, у которого, казалось, в мире нет никаких забот. — Сэр Милан. — А?! Что у тебя с лицом?! Это территория бешеных псов? Пока Дан оглядывался сухим взглядом, Милан поднял шум. — Где тебя избили?! Кто это? Кто тебя ударил?! — Что? Дана побили эти проклятые демоны?! — Нашего ученика? — Похоже, ему нужна специальная тренировка…! На крики Милана со всех сторон сбежались рыцари. Дан быстро оказался в окружении толпы и поднял руку к щеке, на которую были устремлены взгляды, будто собирались её прожечь. Он коснулся только что опухшего места и лишь тогда почувствовал запоздалую боль. — О. — Она почернела и распухла! — Фиолетовый, синий, красный… ты что, краски на щёки нанёс? Настолько плохо? На самом деле Дан подумал, что когда его ударили, голова чуть не слетела. Губа тоже лопнула. «Для удара героя в гневе это ещё слабо». Похоже, тот всё же как-то контролировал силу. Не удержи он её или добавь хоть немного, голова действительно могла отлететь. «А может, и взорвалась бы». Пока Дан проводил языком по месту, где чувствовал вкус крови, обе его плеча внезапно схватила рука. В поле зрения вошли серьёзные глаза. — Кто? — Какой ублюдок сделал это? Такой взгляд редко можно было увидеть вне боя. Дан посмотрел на него и насмешливо усмехнулся. — Если скажу, отомстите? — Конечно! — … Ответ прозвучал мгновенно, не обращая внимания на скрипучий тон. Дан на миг закрыл рот, затем приподнял уголки губ. — Это сделал господин. — Капитан? — …Да. Руки на его плечах медленно опустились. Милан сделал шаг назад, покрылся холодным потом и отвёл взгляд. Увидев это, Дан ощутил озорную улыбку. — Не будете ругать? — Это же капитан… Смущён был не только Милан. Вокруг поднялось волнение. Рыцари обменивались взглядами. — Кто? — Он сказал, капитан. — Не думаю, что ослышался… Капитан сделал это? Не может быть… «Наш ребёнок не мог такого сделать…» То тут, то там звучали слова, какие могла бы произнести разве что встревоженная мать. Тем временем Клетер, глубоко о чём-то задумавшись, поднял голову и взглянул на Дана. — Ты что, натворил что-то? — … — Натворил, верно? Наш капитан, может, и суров, но на подчинённых просто так руку не поднимает. Дан чуть повёл глазами и не ответил. Словно заменяя его молчание, один за другим продолжали звучать чужие голоса. — Точно. Даже не в бою, даже когда он был под лекарством, по лицу не бил. — Он до лица не дотянулся и бил по спине. Сила была страшная, но всё равно мило… — Даже не больно было… Они сбивались с темы. В любом случае бесполезные люди. Клетер цокнул языком и снова посмотрел на Дана. — Так что ты натворил? — … — Если капитан довёл твоё лицо до такого состояния, значит, он был очень зол… И когда Дан пришёл в себя, его уже схватили за воротник. Не понимая происходящего, он пусто моргнул. Клетер, которого называли самым спокойным среди рыцарей Лофти, не обращал на это внимания и тряс рукой, державшей воротник. — Как ты посмел разозлить капитана?! — Меня, вообще-то, избили в одностороннем порядке… — Значит, ты сам виноват! — … Не то чтобы это было неправдой… Они слишком доверяли своему лидеру. Выражение Дана стало странным — казалось, они кричали, что у Деона Харта обязательно была причина его избить. *** Деон, оставшийся в казарме и почувствовавший, как присутствие отдалилось, наконец поставил обе ноги на кровать и обнял колени. Когда он уткнулся лицом в колени, уровень крови понизился, словно она всё ещё пыталась помочь ему дышать. И всё равно воздуха не хватало. Деон рассмеялся. — Чёрт. Чем дерьмовее становилась ситуация, тем чаще возвращалась брань, которую он с трудом почти перестал произносить. …Сказать нечего. В конце концов, всё из-за него. Ему было нужно что-то — или кто-то, — что поможет дышать. В такие моменты, будь рядом шумные безумные псы, у него не осталось бы времени думать о чём-то ещё… но сейчас их не было. Деон не хотел выходить. Поэтому импульсивно взял камень связи. И остановился — снова осознав: Ему не с кем связаться без опаски. С Лиринель легко иметь дело, но это не значит, что с ней можно расслабиться. К тому же эта проклятая ситуация сейчас тоже произошла из-за действий Лиринель… — Ха-ха. Насмешка над самим собой вышла такой слабой, будто он мог умереть в любой момент. В такой ситуации на ум пришёл только один собеседник. Тот, кто подует на огонь, опасно дрожащий, будто готовый погаснуть. Деон активировал камень связи. — Деон? Голос прозвучал почти сразу, словно сигнал приняли в тот же миг. Да. В такие моменты лучше цепляться за месть. Услышав знакомый голос того, кто разожжёт его желание отомстить, Деон немного выровнял выражение лица. — Что случилось? Произошло что-то серьёзное? — Нет. — Тогда? — … Наступила тишина. На самом деле он связался импульсивно. Деон, не зная, что сказать, в конце концов закрыл рот. Даже не получив ответа, Король демонов не стал упрекать. Он лишь неторопливо ждал, пока собеседник заговорит сам, и считывал атмосферу. Примерно поняв ситуацию, он медленно произнёс: — Кстати, лидер революционной армии умер… — … — Без лидера они ничего особенного из себя не представляют, так что какое-то время не будут бушевать. Одна мешающая сила исчезла, теперь дела пойдут ровнее. Поздравляю. Спокойный голос тонко раздражал нервы. Он, вероятно, сделал это намеренно. Какой проницательный. Уголки губ Деона холодно поднялись. — Ты быстро получил новости. — Командир Второго корпуса старается. — … — А-а. С какого-то момента Девелания стала отправлять сведения реже. Деон снова замолчал. Король демонов, словно не обращая внимания на тишину, ровным голосом перешёл к повседневному. — Ты хорошо тренируешься с копьём? Хотя, уверен, ты уже всё освоил. А лук? Король демонов ещё какое-то время говорил разные бессмысленные вещи, а затем из-за нехватки времени завершил связь. Деон покорно принял это: изначальной цели он достиг. Уже собираясь попрощаться, Король демонов вдруг издал возглас, будто вспомнил слишком поздно. — Ах да. Забыл сказать. Запрет для тебя снят. Пока ты на поле боя, можешь принимать лекарство сколько захочешь. — … — На этом всё. Голос, заполнявший казарму, исчез после заявления, будто проделал дыру в воздухе. Деон некоторое время смотрел на погасший камень связи, затем грубо бросил его на стол. С тех пор как Дан получил пощёчину, монстр-растение замерло и наблюдало за ситуацией, словно обычное растение человеческого мира. Теперь оно начало медленно двигаться. — Сс. — О, теперь всё в порядке. Я не злюсь. — Пф. — Ладно, ладно. Он не был уверен, что именно оно выражает, но, похоже, растение пыталось его утешить. Деон принял это — и в этот момент камень связи снова подал сигнал. Монстр заметно передал ему камень. Деон машинально взял его и озадаченно нахмурился. Это, скорее всего, не Король демонов, с которым он только что говорил. Тогда кто? — Кто… — Деон! — …Лиринель? Время не самое удачное. Нет, раз звонок пришёл после разговора с Королём демонов, можно сказать, что не худшее. Услышав её голос, он вспомнил, что Лиринель была в центре того, что сделал Дан, и выражение его лица застыло. Но эмоции в некоторой степени уже улеглись, так что резких слов и поступков он не допустит. Он спокойно открыл рот, напоминая себе, что Лиринель — полезное оружие. — Зачем связалась? — Король демонов сказал, что если я свяжусь сейчас, это не помешает! — А… Значит, тебе есть что сказать. — Эм… Нет, Король демонов велел мне не болтать лишнего! — Вот как… Тогда зачем ты связалась? Слова на миг поднялись к горлу, но он быстро их проглотил. «Примерно понимаю». Она, должно быть, хотела получить похвалу за успешное устранение лидера революционной армии. Совет Короля демонов тоже понятен. Конечно, в нынешней ситуации, если бы Лиринель от радости в ожидании похвалы упомянула инцидент с главой революционной армии, эффект оказался бы обратным. И Король демонов успел так быстро её предупредить. «И всё же причина, по которой он подтолкнул её связаться…» Эта девушка по-особому следует за ним. Человек, который следует чисто и без злых намерений, в какой-то мере поможет его шаткому психологическому состоянию, когда не на кого опереться. К тому же Лиринель почти слепа в своей преданности. Деон некоторое время смотрел на камень связи, словно понимал намерение Короля демонов. — Лиринель. — Да, Деон! — Когда-нибудь… Он произнёс имя без особой мысли, но в действительности это было скорее обращение к себе. Ненадолго замолчав, погружённый в мысли, он медленно продолжил: — …Настанет день, когда ты тоже возненавидишь меня. Настанет день, когда ты будешь ненавидеть настолько, что захочешь убить. Поэтому если он без причины привяжется к ней, это станет его потерей. — Что? Разве такое возможно? Голос Лиринель, обычно лёгкий, на редкость застыл, будто она заявляла очевидную истину. Деон, слушай внимательно. На его обречённое бормотание для самого себя последовал серьёзный ответ. — Даже если Деон попытается убить меня, я всё равно буду его любить. ---------- Чтобы убить (9) Лиринель любит Деона Харта. Не в том смысле, о котором люди обычно говорят. Её чувство было благороднее и слепее. Она мягко улыбнулась камню связи, хотя собеседника не было видно. Тот, некоторое время молчавший, словно услышанный пример оказался для него довольно шокирующим, спросил: — …Почему настолько? — Ну… Когда место командира Нулевого корпуса освободилось и туда пришёл Деон Харт, она впервые в жизни получила незнакомый тип привязанности. В человеческом мире это, пожалуй, назвали бы заботой о незрелом существе — то есть о ребёнке. Для командира корпуса это могло звучать как оскорбление. Но тонкая нежность, исходившая от объекта поклонения, который всегда делал вид, будто ничего такого нет, и отгораживался острыми стенами, принесла Лиринель непонятное наслаждение и радость. — Господин Деон… эм, я хочу сказать… Ах! Он добрый! Он добрый! Собеседник явно не мог понять, не то что согласиться, но Лиринель оставалась непоколебимой. В конце концов, разве незрелое существо не означает слабого? В мире, где слабых естественно оставлять позади, причина, по которой он заботится о них так, будто это само собой разумеется, заключается в том, что Деон Харт добр. Когда она пришла в себя, то уже погрузилась в эту доброту. «Деон, конечно, не знает». Он, наверное, думает, что всё дело в его внешности. Разумеется, нельзя сказать, что внешность не важна… точнее, она даже очень важна…! Но если бы не незнакомая основа привязанности и заботы, Лиринель не была бы настолько слепой. «Конечно, я не собираюсь ему говорить». Скорее всего, он никогда не узнает. — Э… ладно… спасибо. Казалось, собеседнику было что сказать, но он не хотел спорить и ответил неуверенно. — Ну… больше ничего нет? Тогда отключаюсь. — Да! Нет… Не знаю, можно ли мне говорить это, но сообщаю, потому что, думаю, лучше сначала доложить… — …Что? — Эм… Можно ли это сказать? На мгновение Лиринель задумалась, не попадает ли это в рамки предупреждения Короля демонов не болтать лишнего, но всё же заговорила: — Культ демонов, проникший в человеческий мир, сейчас на грани исчезновения. Эта новость уже была передана нынешнему императору, когда база культа демонов была уничтожена, так что говорить было безопасно. Тогда выжили лишь немногие, а теперь, когда их использовали для устранения лидера революционной армии, почти все они были израсходованы. Последние слова она проглотила и продолжила: — По сути, лучше сказать, что всё уже закончилось… — Правда? — Конечно, если постараться, восстановить их будет не невозможно. Если хотите…! — Нет, не нужно. Я и так собирался вскоре всё свернуть. Голос оказался спокойнее, чем ожидалось. Пока растерянная Лиринель моргала, прозвучал приказ: — На этом этапе выведем их из человеческого мира. Независимо от её замешательства, ответ был очевиден. — Да… *** Культ демонов на грани исчезновения? Это очевидно. Даже когда Эльпидиус уничтожил его базу, часть последователей выжила. Если говорить о событии, способном прикончить их, то из недавних новостей подходит только одно. Деон усмехнулся, достал сигарету и зажал её в зубах. «Немало усилий вложили в устранение лидера революционной армии». Сколько людей пришлось потратить — от закулисной работы до того, чтобы подтолкнуть Шию и помочь ей, не выдав себя. И всё же, вопреки ожиданиям, настроение Деона не упало до самого дна. Возможно, из-за слепоты Лиринель, большей, чем он думал. Примерно разобравшись с ситуацией, Деон отключил связь и поднялся. Не знал, благодаря ли этому, но эмоции всё равно улеглись, и теперь нужно двигаться. «Где бешеные псы?» Интересно, сидят ли они тихо в казарме? Он щёлкнул сигаретой во рту, охваченный странным предчувствием, и в конце концов вышел наружу, не сумев прогнать тревогу. И, как ожидалось. Эти ребята не могли сидеть тихо. …Нет, раз они хотя бы оставались в казарме, может, их стоит похвалить? «Что здесь происходит?» Деон пришёл на территорию бешеных псов и остановился, увидев картину. Среди непрекращающегося шума Клетер держал Дана за воротник и тряс. — Говори, говори! — Кх, отпусти… — Заткнись! — … Что вообще значит — велеть человеку говорить и тут же затыкать? Для начала нужно отпустить руку, чтобы он мог говорить. Картина, открывшаяся сразу после прихода, была настолько захватывающей, что Деон, увидев Дана, даже не успел что-либо подумать. Он думал, что какое-то время не сможет смотреть им в лица, но… Милан, который хихикал над ними, внезапно застыл и втянул носом воздух. — А тут не пахнет лекарством? — Теперь, когда ты сказал… — Какой ублюдок принял лекарство, если это даже не бой?! Ой. Деон быстро затушил сигарету. И в тот же миг встретился глазами с Миланом. Увидев, как у того расширились глаза и открылся рот, Деон сдался, смял окурок и бросил на землю. …Чёрт. Сейчас снова будет шумно. — О господи! Что будет, если засунуть сигарету в горло?! Нет, до этого — лекарство! — Что?! — Капитан! Что вы делаете?! Парни в мгновение ока окружили его. Среди них был и Клетер, который ещё минуту назад тряс Дана за воротник. Деон бросил взгляд на Дана, поглаживающего шею, затем, будто уже перестал смотреть на него, перевёл глаза обратно на бешеных псов. В поле зрения замелькало беспорядочное движение. — Леденец! Нет, бинты! Травы! — Вы часто забываете, что я герой. Я уже исцелился. — Тогда леденец! — … Он спокойно принял сладкий комок сахара, прежде чем шум стал громче. Покатав сахар во рту, Клетер, кажется, пришёл в себя и спросил: — Зачем вы пришли? — Есть дело. Он не спросил, что произошло с Даном. Судя по тому, как он держал Дана за воротник и требовал рассказа, ему явно было любопытно не только знать, что что-то случилось, но и выяснить всё полностью. И всё же бешеные псы подавили любопытство. — … — … Когда молчание затянулось и в их глазах появился вопрос, Деон медленно перевёл взгляд. Некоторое время он смотрел на Милана, стоявшего впереди, а затем открыл рот. — Милан и… Клетер. — Да, капитан! — Говорите. — Вы двое отправитесь к командиру Десятого корпуса. Он постепенно уставал. Нет, он был уставшим с самого начала. В любом случае, нужно быстро закончить работу. Если всё это продолжится, он чувствовал, что задохнётся насмерть. — Пока он не умрёт… не отходите от него больше чем на два метра. Даже если расстояние немного увеличится, оно не должно превышать трёх. Рано или поздно Горное королевство нападёт на командира Десятого корпуса. Пока работа ведётся в пределах магической формации подавления Горного королевства, но если командир Десятого корпуса, специализирующийся на верховой езде и имеющий крылья, проявит мобильность, он может прорваться за пределы зоны действия формации и сбежать. В эполетах бешеных псов были амулеты. По одному типу на каждом плече. Деон помнил: в мире демонов эти амулеты накладывали на демонов те же ограничения, что и человеческий мир, и в некоторой степени подавляли их магию. «Я знаю, что они действуют в радиусе трёх метров. Но на всякий случай лучше подчеркнуть два». Парни, понявшие, что это приказ, изменили взгляд. Деон встретился глазами с каждым и медленно произнёс: — Но. — Но если вашей жизни будет угрожать опасность, немедленно отходите. Причина, по которой из всех он выбрал Милана и Клетера, была проста. Нужно было обратить внимание и действовать по ситуации, а для этого требовались сильные руки и спокойная голова. К несчастью, среди них не было нормального человека, способного на оба пункта, так что приходилось отправлять двоих, каждый из которых имел одно качество. В этом смысле Милан, сильнейший среди рыцарей, и Клетер, самый спокойный, подходили идеально. «Спокойный… верно…?» Первое, что Деон увидел по приходу, — как тот тряс Дана за воротник. Но среди этих парней Клетер действительно был самым спокойным. В нужный момент он остановит Милана. «Раньше сэр Лиен хорошо управлялась с бешеными псами, но…» Потекла кровь. Кровавый запах, ставший привычным, вызвал у Деона головную боль. Он слегка нахмурился, затем вернул лицу прежнее выражение. — В любом случае самое важное — ваша жизнь. Помните девиз нашего рыцарского ордена? Всё ради выживания. — Выполняйте приказ, но держите это в уме. — Понял. — Да. Ответ был послушным, но выражения на их лицах были странными. И у окружающих тоже. Деон нахмурился, не понимая ситуации. — Что? Почему вы так растроганы? — Капитан… — Не подходи. — Что бы ни случилось, вы всё равно цените нас больше всего…! — …Кто? Я сказал — не подходить. Милан замялся. Но есть ли у бешеных псов способность отступить из-за такого уровня угрозы? Они без колебаний бросились к Деону. Зрелище крепких мужчин, несущихся к сравнительно невысокому юноше. «Любопытная картина». Дан, поправляя одежду и наблюдая со стороны, пробормотал про себя. С этого момента безумный поток привязанности продолжался до тех пор, пока Деон, больше не выдержав, не вытащил «спокойствие». *** Пол умер. Это была действительно пустая трата. Ирам, ожидавший урока в тот день, на мгновение застыл, услышав новость. Типичный пример человека, который не может принять ситуацию. «…Я ведь ещё не всё выучил». Его смерть устроил тот, кого он любил больше всего. Даниэль ошибся в одном. Поскольку сам он слепо любил лишь одного человека, похоже, и Пол смотрел только на одного. Хотя человеком, принявшим Пола как семью и наблюдавшим за ним, был не родственник, в отличие от Даниэля. «Что делать дальше?» Пол ушёл, не передав все знания. Перед началом он сказал, что опасно выучить это не до конца и использовать неумело; если обучение прервётся прежде, чем будет завершено, знания нужно отбросить… «Как говорил Пол, чтобы пережить нынешнюю войну и её последствия, путь Пола лучше пути Даниэля». Это верно. Разве не слишком жаль выбрасывать всё сейчас? Он почти выучил, осталось только настроить детали. …Разве нельзя просто использовать это? Ирам отчаянно надеялся на революцию. Особенно сильно — потому что был одним из первых, кто пошёл против идей Даниэля. Поэтому он принял решение, чтобы защитить революционную армию. «Используем идеи, которые подготовил Пол». Без него будущее было мрачным. Хорошо, что он выучил то, что должен был выучить. Как говорил Пол, нужно найти подходящего преемника и передать знания… но найдётся ли он когда-нибудь? Даниэль привёл Пола, научил и вырастил его, а наблюдая, как Пол ведёт революционную армию, слишком высоко поднял ожидания от «лидера». «Сначала… наведём порядок изнутри». Нужно защитить революционную армию, снизив её присутствие так, будто её и нет. Минимизировать расход сил и заняться внутренней системой. Даже руководители, дорожащие жизнью и безопасностью, послушаются, так что беспокоиться не о чем. Тук-тук. — Есть сведения, что человек, похожий на посланника Империи, направился в Рвече… — Игнорировать. Сейчас мы всё равно ничего не можем сделать. — А… — Вся деятельность приостанавливается на время. Приоритет — разобраться с собой. Потеряв Пола, величайшее творение Даниэля, Ирам на мгновение вернулся к реальности и как исполняющий обязанности главы занялся документами. Начать следовало с того, как Шия смогла туда попасть, обманув всех. Лучше копать от места, откуда они пришли. Только так можно выловить опасные элементы внутри. Со временем революционная армия, тщательно вычистившая опасных людей из своих рядов, начала медленно и естественно уходить в тень, следуя решению Ирама: резкое исчезновение тоже выглядело бы подозрительно. Говорили, что её действия стали настолько скрытными и пассивными, что со стороны казалось, будто после смерти лидера она естественно распалась. Крупные фигуры каждой фракции, у которых и без того хватало забот, быстро отвели от неё взгляд. Существование революционной армии быстро забылось. ---------- Чтобы убить (10) Из Империи прибыл посланник. — Приветствую Её Величество королеву. Я Линделл Райнер. И прибыл он один. Он склонил голову в приветствии, не обращая внимания на проявленный дискомфорт. Королева Рвече, молча смотревшая на него сверху вниз, медленно открыла рот. — Удивительно. Не думала, что ты придёшь один. Она наверняка ожидала слежки армии Короля демонов. — Нам пришлось двигаться малым числом, чтобы избежать глаз армии Короля демонов. — Даже так не было нужды приходить одному. — Как я посмел бы привести людей с мечами, когда пришёл просить прощения? Она ожидала чего-то подобного, и всё же. Королева сузила глаза. Уголки губ поднялись с холодком. — Похоже, тебе есть что предложить. Или попросить. — … — Не нервничай. По природе своей отношения между странами — это умение то склонить голову, то бесстыдно выставить себя напоказ, когда нужно. Если Империя, так долго молчавшая, внезапно появляется вот так, причина очевидна. Просьба о повторном союзе? То, что посланник пришёл один, должно было минимизировать трату войск и не раздражать Рвече. Действительно, если бы он привёл больше определённого числа солдат, это было бы крайне неприятно. Узость их отношения к Империи выразилась бы даже при малом отряде. — Разве такое возможно? Суровый голос прервал её мысли. — Его Величество желал связаться с вами сразу после восшествия на трон. Однако из-за неблагоприятных обстоятельств это откладывалось до сих пор. Камень связи сначала был разрушен разгневанной стороной Рвече, а сама Империя тогда находилась в хаосе как внутри, так и снаружи. Раз устройства связи не было, нужно было отправить человека, но времени на это не нашлось, и всё отложили. …Так утверждал Линделл Райнер. — Разумеется, я знаю, что благодарность и извинения следовало выразить как можно быстрее. Мне нечего сказать в оправдание. Но я осмелился добавить эти слова, потому что опасался, что ваше недоразумение повредит отношениям двух наших стран. Прошу прощения. Смело. Королева на мгновение закрыла рот и посмотрела на лицо Линделла Райнера. Впервые видит его, но лицо знакомое. Она легко уловила образ рыцаря в лице этого посланника смерти и тихо рассмеялась. — В вашей семье все похожи друг на друга. — …Вы помните мою сестру? — Помню. Это был рыцарь, оставивший настолько сильное впечатление, что трудно забыть. Она даже помнила имя. Лиен Райнер. — Если нужен был посланник, ей было бы эффективнее прийти, чем тебе. Почему она не пришла? Занята рыцарской службой? — Она мертва. — … Королева на мгновение замолчала. Снова умер чей-то прямой младший родственник… Похоже, в нынешнем мире честные люди действительно уходят первыми. Она медленно опустила взгляд. Попыталась проигнорировать горечь во рту и произнесла чуть запоздало: — Выражаю сожаление. Ответа не было. Линделл Райнер один раз склонил голову и сразу продолжил: — Но вы правда думаете, что мы с сестрой похожи? — Да. — Обычно люди, видя нас, говорят, что мы не похожи. Я удивлён. — Вы очень похожи тем, что рискуете жизнью и говорите всё, что должны. — … Атмосфера немного смягчилась. Пользуясь этим, королева с мягкой улыбкой спросила: — В конце концов, она получила то, чего хотела. Что ты об этом думаешь? На этот вопрос нельзя ответить неосторожно. Линделл Райнер промолчал. Королева, похоже, с самого начала ожидала, что он не откроет рот поспешно, и продолжила без колебаний: — Сначала скажи, чего ты хочешь. Я выслушаю и подумаю. — Благодарю за великодушие. Но я пришёл передать извинения Империи. Как я могу бесстыдно отвечать на ваш вопрос, ещё не исполнив долг? Письмо извинения от императора ещё не было вручено. Приманка соблазнительна, но если клюнуть на неё до должных извинений, даже возможное дело будет испорчено. Поэтому Линделл спокойно достал письмо из-за пазухи и почтительно поднял. — Это письмо Его Величества. — Вы с сестрой и правда похожи. Что это за семья, что воспитала таких крепких детей? Слишком крепких — тревожно, вдруг сломаются. …А, один уже сломался. Королева, получив письмо через слугу, бегло прочла содержимое и снова перевела взгляд на Линделла. — Прочитала. Теперь скажи, чего хочешь. — …Я предлагаю союз ради убийства Деона Харта. — Деона Харта… Она понимала, на что они рассчитывают. — Если убить его, что-то наверняка изменится. — … — Я подумаю. Глаза, полные ожидания, охладели. Линделл поджал губы, словно был потрясён. Королева, расслабленно сидевшая на троне, слегка улыбнулась ему. Она ответила, что подумает, но на самом деле сердце уже решило принять предложение. Если спросить, зачем же она ответила так… «Маленькая вредность». Конечно, её личная обида на брата закончилась вместе с его смертью, после того как она услышала полную историю гибели бывшего императора Эдоардо. Но это не значит, что эмоции исчезли полностью. Небольшой каприз помог ей стряхнуть последний осадок, и она ярко улыбнулась. — Что стоишь? Мне скоро будет очень занято, так что тебе пора возвращаться. — Прошу прощения. *** Вернулся тот, кого ждали больше всего. Эльпидиус, велевший подготовить место сразу после известия, бросил взгляд на Линделла Райнера, который стоял перед ним в обычном виде, и открыл рот. — Итак, каков ответ? — Она сказала, что подумает. — Понятно… Хорошо, что не отказала сразу. Значит, оставалось пространство для убеждения. Хотя ответ был неопределённым, выражение Эльпидиуса было не таким плохим: он готовился к куда более резкой реакции — к обвинениям в бесстыдстве или холодному отказу. Линделл, словно ещё не закончил, добавил: — Это были только слова. Похоже, решение она уже приняла. — Так? Всё же отказ? Золотые глаза потемнели от слабого разочарования. — Да, думаю, она пришлёт поддержку. — Как и ожидалось… она пришлёт поддержку… на время? — …Да. Почему? Эльпидиус проглотил глупый вопрос, уже подступивший к губам. Похоже, удивился не только он: Алетея, молча слушавшая рядом, тоже широко раскрыла глаза. — В её настроении и выражении лица не было отказа. Тогда почему? — Ну… если так, то хорошо. Хорошее есть хорошее. Он попытался успокоить выражение лица. По словам Линделла Райнера, Рвече фактически присоединилась к союзу, так что теперь почти не о чем беспокоиться. Эльпидиус подпер подбородок и взял перо. — Сначала следует вызвать героев с границы и выслушать их. В человеческом мире единственный, кто может противостоять герою, — другой «герой». По мере того как осколки собираются и соединяются, однажды они станут чем-то единым. Поэтому нужно собрать как можно больше героев, обладающих осколками героя. Так на поверхность всплыли практически забытые люди, впервые упомянутые за долгое время. Алетея на миг нахмурилась, затем вспомнила и издала возглас. — Ах, они… Они ведь там ещё со времён императора. Они до сих пор остались? — Они не сражаются каждый день, так что не могли полностью погибнуть. Если бы их уничтожили, пришёл бы доклад. Сейчас ситуация застыла в противостоянии. — Но их число сильно сократилось. Достаточно ли просто их вызвать… — Поэтому я включу Эсперанес. Одних героев недостаточно. Потому что на самом деле шанс убить Деона Харта будет только один. Силы нужно собрать по максимуму. — Контракт у нас уже есть, так что можно просто продлить срок. В целом расторгнуть контракт трудно, зато продлить не так сложно. Эльпидиус был уверен: однажды его уже продлевали, а после завершения плана, успешного или нет, дополнительные войска больше не понадобятся. Так что предложенный срок не будет долгим. — Думаю, стоит поговорить с командиром наёмников, расквартированных в соседнем флигеле. Командир, прибывший как наёмник, имеет право по своему усмотрению продлевать и прекращать контракт. — Раз уж речь зашла, займёмся сейчас? — Вы сами пойдёте его искать? — Это ведь Нам нужно. Ах, господин Райнер, можете идти. Благодарю за труд. Эльпидиус положил перо и встал. Когда он вышел за дверь, Алетея естественно последовала рядом. *** — Эм… вы правда собираетесь просто отправить войска без плана? Сэрин спросила с потрясённым лицом. Ёнхва хмыкнула, глядя на её явное нежелание. — Не совсем без подготовки. Им ведь дали антимагический талисман. — Но радиус действия мал. Стоит увеличить расстояние совсем немного, и он сразу сможет использовать магию. — Поскольку планируется внезапная атака, не думаю, что это станет большой проблемой. — Но… — Главное другое. Раздался суровый голос. Сэрин, потеряв дар речи, закрыла рот. Ёнхва холодно усмехнулась, вспоминая разговор с Деоном Хартом. Голос, такой же холодный, как её лицо, лёг между ними. — Если они действительно хотят, чтобы командир Десятого корпуса умер, они что-то предприняли. — … — Полагаю, предприняли. С нынешними возможностями Горного королевства они не могут не знать, что «точно» убить командира Десятого корпуса будет сложно. Подготовленные силы неплохи, но велик шанс, что они не смогут прикончить его и упустят. К тому же у демонов есть «магия». Если не убить его сразу и дать шанс, нужно быть готовыми к обратному удару. — Есть вероятность, что это ловушка, подготовленная Деоном Хартом… — Слишком поздно. Нет, нас с самого начала посадили в тюрьму, что ещё тут говорить? Ловушка. Он даже открыл её прямо. Они решили, что лучше рискнуть жизнью, чем ничего не делать, и ухватились за подсказку, которую он дал. — Ты всё ещё против? — …Нет. Времени думать больше нет. И не думаю, что, даже если подумаю, смогу вытащить огромный новый план. — Хорошо. Без дополнительной подготовки королева Горного королевства немедленно отдала приказ. Ждавшие войска сразу двинулись. *** Деон не знал, как Горное королевство обнаружило это место, но атака была внезапной. Командир Десятого корпуса Гейситель растерялся и, почувствовав, что его теснят, сразу отступил. Бонусом он проклинал тело, связанное всеми ограничениями человеческого мира. — Чёрт, чёрт. Надо было мне тоже заключить контракт…! Но заключить контракт не значит сделать это, как только захочешь. — Нет, надо было вообще не приходить! …Нет. Если бы он отверг предложение Деона, вероятность умереть на месте была бы выше. — Дерьмо! Вырвалась брань. Держа Милана и Клетера по бокам, он мощно взмахивал крыльями и снова и снова ударял ногами по земле. Из-за веса он не мог полностью взлететь; каждый раз, отталкиваясь, он на миг поднимался и тут же снижался. От этого на лбу у него словно вздувалась жила. И одного этого было достаточно, чтобы взбеситься. — О, летит. …О нет, снова приземляется. Разочаровывает. — Тише. А то нас бросят. — Заткнитесь, вы двое! Два человека только поднимали ему и без того растущее давление. И бросить их нельзя. Гейситель, продолжая двигаться к границе магической формации подавления, крикнул: — Почему вы такие тяжёлые?! Не будь слов Деона, он давно бы бросил их — пусть живыми, пусть мёртвыми! ---------- Охота на героя (1) Именно поэтому командир Десятого корпуса, сбежавший, бросив непосредственных подчинённых, теперь занимался чем-то столь ему не свойственным. Таковы были слова начальника, отправившего двух безумцев на участок, где всё и так шло нормально: [Прошу, хорошо присмотрите за этими ребятами.] Пусть это называли промежуточной сетью связи, все знали: пока есть камень связи, в подобном нет необходимости. Поэтому Гейситель был уверен. «То есть он мне не доверяет». Он думал, что изо всех сил демонстрировал верность. Что же ему не хватало? Почему тот всё ещё не верил? Немного обидно, но это всего лишь чувства. В конечном счёте ничего не менялось. Нужно не убить этих двоих, уберечь их от смерти и выполнить порученную миссию. Тогда всё закончится без проблем. Так он принял их, как обычно двигался, и собирался действовать так же сегодня. Так и случилось бы, если бы не нападение. — Чёрт, если бы я только мог использовать магию, как-нибудь…! Одной атакой рухнуло всё, что было построено. Изначально они пришли сюда минимальным числом. Иначе было нельзя: большая часть войск должна была двигаться тихо и отвлекать внимание перед крепостной стеной, чтобы Горное королевство не смотрело в эту сторону и даже не подумало выйти. Из-за множества ограничений было естественно, что справиться с решительно напавшими противниками окажется трудно. Если ошибиться, можно и погибнуть. «Сначала выживем». Ещё немного — и он выйдет из зоны действия магической формации. Если удастся использовать магию, он в миг расправится с этими людьми. Гейситель знал кратчайший путь за пределы зоны на случай непредвиденной ситуации, поэтому без колебаний ударил ногами по земле. Тем временем его встревоженная голова, редкое дело, быстро работала. «Это не простая встреча с разведчиками, а спланированная атака. Когда нас обнаружили? Разведка ходила туда-сюда без нашего ведома?» По расчётам, у Горного королевства не должно было быть времени обратить внимание сюда. Откуда пришла информация? Перебрав и подставив несколько предположений, он почти мгновенно пришёл к одному выводу. «Нет…» К самому опасному предположению, которое часто возникает на войне. Лицо Гейсителя застыло. «Внутри есть предатель…?» Мысли оборвались. Впереди виднелась заранее нанесённая отметка. Гейситель, собрав последние силы, сделал шаг за неё и отпустил двух мужчин, которых держал по бокам. Милан, брошенный на землю, вскрикнул, но демон не обратил внимания. — Ой-ой… командир корпуса хватает людей…! — Изначальная задача командира корпуса — хватать людей. Мне нужно сосредоточиться, так что просто заткнись. — Надо будет рассказать капитану. Как они могли так с нами обращаться? — Заткнитесь… почему не получается? …Что-то было странно. Гейситель сделал ещё пару шагов от отметки. Два человека, словно опасаясь, что их бросят, последовали за ним, как утята, но он проигнорировал их и снова сосредоточился. С каждым мгновением его выражение лица становилось всё жёстче. «Это… не проблема концентрации». Сначала он подумал, что давно не использовал магию, экономя магическую силу, и теперь в срочной ситуации ему сложно сосредоточиться. Но дело было не в этом. Бросив взгляд на расстояние до приближающихся преследователей, он снова подхватил двух людей, за которых просил Деон, и прижал их к бокам. — А? Что вы делаете? — …Заткнитесь и сидите тихо. Может, они всё ещё слишком близко к зоне формации. Он снова задвигал ногами. — Почему, чёрт возьми, не работает?! Он пытался применить магию несколько раз, пока бежал. И даже когда, казалось, уже ушёл далеко за пределы формации, успеха не было. Он щёлкнул языком. — Почему? Магию использовать не можете? Спокойный голос совершенно не подходил ситуации. Он и без того нервничал и спешил, так что вопрос показался издёвкой. Обычно он бы точно разозлился. Но причина, по которой не смог, была… — Знаете, я всё думал, какова цель капитана… Он ощутил странный дискомфорт. Рефлекторно отбросил двух людей. Несмотря на грубый бросок, Милан приземлился так, будто ожидал этого, смягчив удар. Клетер, вместо того чтобы улететь, ухватился за его руку и плечо и гибко развернулся, приземлившись рядом. Гейситель рассеянно коснулся живота, где почувствовал чуждое ощущение. — Кх… Под пальцами оказалась рукоять кинжала, которой там никогда не было. Почему? Милан, прочитав сомнение в его глазах, ухмыльнулся, достал из-за пазухи амулет и потряс им. — Похоже, наш капитан хотел, чтобы ты умер. Вскоре после того, как рыцари Лофти пришли в мир демонов, Деон Харт выдал им амулеты. Они не знали точно, что это за амулеты, но, вручая их, он сказал: «Талисман, который делает условия боя между вами и демонами немного более похожими». Вероятно, это был тип, подавляющий способности демонов. Обычно эти люди не заботились даже о собственных вещах, но, уловив в его словах заботу, они ни разу не забыли взять их с собой. Поэтому двое подумали: — Капитан не мог забыть, что сам дал нам это. И к тому же велел не отходить дальше определённого расстояния… — … Он ещё добавил условие: «пока не умрёт». Раз дал такую подсказку, как можно было не понять? Капитан хочет смерти этого парня. Похоже, он не хотел пачкать руки кровью, но если немного рискнуть, всё становилось проще. И двое вытащили мечи. Гейситель тоже прочитал атмосферу и быстро принял стойку. Его глаза всё ещё дрожали от смятения. — Почему? Я чем-то его оскорбил? Нет. Если бы он оскорбил Деона, тот затоптал бы или убил его на месте. Потому что он человек, которого Король демонов защитит при наличии оправдания, что бы тот ни сделал. Нет смысла устраивать всё так тайно, за спиной. Значит… Перед глазами открылась невероятная истина. Лицо Гейсителя исказилось. — Почему он предал меня? Он ведь наверняка получил бы лучшее обращение. Почему? В гневе смешалось непонимание. Двое рыцарей Лофти атаковали его, словно не собирались давать времени разобраться с эмоциями. Гейситель, рефлекторно пытаясь уклониться, поморщился от резкой боли в животе, выдернул кинжал и блокировал удар. Недаром он был командиром корпуса: с непривычным кинжалом он едва отбил оба меча и прорычал: — Хочется убить вас всех, но… Ситуация была плохой. Напавшие неожиданно приблизились и с интересом окружили разворачивающийся внутренний конфликт. Кинжал, глубоко засевший в животе, ограничивал движения и непрерывно отнимал силы, даже если тело внешне ещё держалось. — Лучшей местью будет рассказать правду. Вернуться живым и сообщить о предательстве Деона Харта. Вот главный приоритет. Он оттолкнулся от земли, подпрыгнул и расправил крылья. И в тот же миг его схватили за лодыжку. Вжух. В крыло вонзился кинжал. Поскольку он ещё не поднялся высоко и получил удар в момент взлёта, Гейситель рухнул на землю, не успев восстановить равновесие. Он прокатился и быстро снова принял стойку. Глаза, полные боли и ярости, обратились вперёд. Там Милан, ухмыляясь, подбрасывал и ловил кинжал. — Извини, но мы тоже умеем метать оружие. — Хорошо, что я на всякий случай стоял рядом. Наверное, Деон имел в виду не это. Клетер, добросовестно державший дистанцию, как приказал Деон, передал Милану ещё один кинжал. Тот принял его и зажал между пальцами. А нападавшие, наблюдавшие за ситуацией, один за другим достали луки и кинжалы. — Ха. Сбежать невозможно. Гейситель на миг замер, лишённый своего главного преимущества, затем рассмеялся, пылая гневом. — Ладно. Даже если поздно, мне станет легче, если убью вас всех. Нужно закончить как можно быстрее. И без того ему не нравилось видеть столь слабого человека в Замке Короля демонов, а теперь всё сложилось удачно. Нужно убить этих двоих, что держатся рядом, увеличить дистанцию и применить магию. Составляя план в голове, Гейситель выдернул кинжал из крыла. Теперь у него было два оружия. Когда стало ясно, что он не собирается бежать, нападавшие опустили оружие. Вероятно, не видели смысла вмешиваться во внутреннюю драку чужой стороны. «Кто бы ни победил, после этого они убьют победителя». Наверняка надеются на лёгкую добычу: внутренний конфликт истощит силы. Невезучие ублюдки. Клетер бросил взгляд на нападавших, выругался себе под нос и поправил хват меча. *** Перед началом Клетер подал Милану знак. Противников большинство. Нужно учитывать не только командира Десятого корпуса, но и преследователей, наблюдающих за ними. Иначе говоря, нужно использовать «наш способ». «Не знаю, сработает ли против командира корпуса, но сначала попробуем». Хорошая новость в том, что это человеческий мир, а командир Десятого корпуса среди командиров корпусов не особенно силён в бою. Единственное, чем он хвастается, — мобильность за счёт крыльев и верховая езда. «Хотя это саркастически сказала командир Седьмого корпуса, так что достоверность сомнительна…» Пока придётся поверить. Если попробуют и не выйдет, можно будет отступить и спровоцировать преследователей разобраться с ним. Милан заметно кивнул и рванул вперёд. Он заблокировал взмах кинжала, развернулся и плавно нацелился в шею. Гейситель не отстал: ударил кинжалом прямо в глаза. Милан поспешно отвёл меч и отступил, но всё ещё оставался в пределах длинных рук противника. Когда продолжать стало опасно, Гейситель резко отвёл руку. Сразу после этого длинный меч Клетера прошёл между ними. — Этот ублюдок…! Кинжал Гейсителя тут же вонзился между глаз Клетера. Сзади Милан надавил Клетеру на затылок и отбил кинжал. Заодно чуть опустил руки и, используя место между шеей и спиной Клетера как опору, подпрыгнул. Сзади послышалась ругань с вопросом, собирается ли он сломать ему шею, но Милан проигнорировал её, оказался за спиной Гейсителя и взмахнул мечом. Конечно, Гейситель не собирался просто оставлять Милана в воздухе, но прежде чем успел что-либо сделать, Клетер швырнул землю ему в глаза, и он был вынужден остановиться. Этой короткой щели оказалось достаточно. Рраз. Тук. Крылья упали. Они ведь ясно знали, что противник — командир Десятого корпуса…! Глаза наблюдавших расширились, и пространство захлестнуло безмолвное волнение. Даже Гейситель не мог поверить в происходящее и не открывал рот. А Милан, махнув мечом в воздухе, пробормотал лёгким тоном: — Теперь, похоже, ты не убежишь? Почему-то в его глазах сияло безумие, в точности похожее на безумие его начальника. Столкнувшись с ним лицом к лицу, Гейситель оцепенел. — …Как вы смеете. ---------- Охота на героя (2) Рыцари Лофти умели сражаться и защищать друг друга. Иначе быть не могло — ради своего капитана, который во время Восьмилетней войны сражался на передовой, стараясь потерять как можно меньше из них. Если они сами позаботятся друг о друге, Деон Харт будет меньше отвлекаться на них. Они не хотели становиться грузом, удерживающим молодого капитана. Ко всему привыкаешь со временем. То, что сначала скрипело и не складывалось, со временем породило синергию, усиливающую их больше чем вдвое. Именно тогда наспех собранный авангард, бывший простым мясным щитом, начал прославляться как «бессмертный». «Ну, это неважно, пропустим». Главное, что это сработало и против командира Десятого корпуса. Они убили командира корпуса. Похоже, тот пережил серьёзное эмоциональное потрясение. К этому добавилось несколько факторов, и результат оказался сильнее ожидаемого, создав ситуацию, которая обычно была бы немыслима. — Правда… мы убили его вместе. Невероятно. Кто-то пробормотал почти шёпотом. Даже если среди командиров корпусов он был малозаметен и не слишком известен в человеческом мире, давление самой должности игнорировать нельзя. Хотя в процессе они получили немало ран, с непосредственными движениями проблем, похоже, не было. Что, чёрт возьми, с этими людьми? На лицах наблюдавших застыл шок. — Ну тогда. Милан и Клетер, стоявшие перед изуродованным телом командира Десятого корпуса, неторопливо повернули головы. Нападавшие перехватили дыхание, столкнувшись с их залитыми кровью лицами. Сквозь красную жидкость отчётливо сиял жуткий свет глаз. — Теперь наша очередь? — … Есть ли в южной части страны поговорка, что хороший урожай случается раз в три года? На фоне отсутствия ответа Клетер подумал: «Это значит, что мы тоже умеем подражать капитану». От приёмов с кинжалом до умения встряхивать атмосферу. Поэтому они вели себя как капитан из прошлого. Для меньшинства против большинства это самый полезный метод. К тому же эти люди уже однажды как следует обожглись о капитана. Увидев похожее ощущение в его прямых подчинённых, они отшатнутся хотя бы рефлекторно. И действительно, в глазах врагов появилась едва заметная тень страха. «Получилось». Двое внутренне усмехнулись. Клетер прервал странное противостояние, где никто не решался сделать ход, шагнул вперёд и спокойно открыл рот. — Командир корпуса уже мёртв. Как насчёт всем разойтись на этом? Если сделаете так, мы подарим вам это тело. — Верно. Мы специально старались как можно меньше трогать лицо, разве не пригодится? — … Говорят, они рыцарский орден под началом Деона Харта, но в конце концов они не демоны, а двое людей. Поскольку изначальной целью нападавших был командир Десятого корпуса, а ради убийства этих двоих не было нужды нести потери, они приняли предложение. В тот день голову командира Десятого корпуса вывесили перед стенами Горного королевства. *** Как и ожидалось, командир Десятого корпуса умер. Хотя процесс немного отличался от расчётов. Деон с недоумением смотрел на двоих, гордо стоявших на фоне разбрызганной повсюду крови. Взгляд, которым он одарил вернувшихся после выполнения даже большего, чем просили, был не похвалой, а скорее взглядом на нарушителей порядка. Но Милан и Клетер не обратили внимания. Милан, с повязкой на боку и марлей на щеке, бесстыдно спросил: — Не похвалите? — …С чего бы? Вы сделали то, чего я не просил. — Но вы хотели именно такого результата. — … Он и не собирался читать им нотации. Даже если скажет, только рот устанет. Легко вздохнув, Деон жестом подозвал двоих. Те послушно подошли, как и требовало движение руки, хотя над головами у них словно висели вопросительные знаки. Деон посмотрел на приблизившиеся раны и протянул руку. Клетер, у которого один глаз был закрыт повязкой, вздрогнул, когда рука коснулась бинта, и неловко отвёл взгляд. — …К счастью, со зрением проблем нет. Оно только выглядит так, а на деле это неглубокий порез снаружи… — Вот как… — Мне тоже сказали, что со временем всё полностью заживёт! — Ты молчи. — Почему я?! Игнорируя возмущённый крик, Деон надавил на повязку. Оставив Клетера дрожать и беззвучно кричать, зажимая рану обеими руками, Деон повернулся к Милану. Тот, почувствовав дурное предзнаменование, сделал шаг назад. — Капитан… капитан? — Иди сюда. — Нет, капитан. Подождите… А-а! Милан рухнул на пол. Деон холодным голосом сказал, глядя сверху на человека, который скручивался на боку и извивался, как червь: — В следующий раз не делай лишнего. — Это не было лишним… — Если я не просил, значит, лишнее. — Если собираешься действовать как хочешь, не смей потом получать раны. Что это такое? — А-а! Капитан! Там рана! Больно! Милан, извивавшийся, чтобы избежать ноги Деона, наступавшей на бок, в конце концов поднялся и быстро отступил. — Это слишком! — Что? — … Он действительно получил ранения из-за своих действий, так что сказать было нечего. Учитывая, что на войне важна каждая единица силы, это даже нельзя назвать наказанием. Он попробовал было возразить, но слов не нашлось. Милан закрыл рот, повёл глазами и опустил плечи. — …Простите. — Довольно. Теперь выйдите. Не бродите и снова не раните себя, отдыхайте. — … — Да. — И… Шурх. Послышался звук поднятых документов. Разговор почти нельзя было разобрать, а Деон Харт смотрел на бумаги, так что Милан и Клетер, решившие, будто ослышались, уже собирались уходить. Но продолжившийся голос заставил их вздрогнуть и обернуться. — Хорошая работа. Голос был похож на шёпот. Деон даже не смотрел на них, будто не замечал расширившихся глаз, и лишь сосредоточенно изучал документы. Словно поняв ситуацию, двое смягчились. Затем уголки губ Милана широко поднялись. — Капитан, ну правда…!! Угх! — Смотрите документы. Пойдём без шума. Простите, капитан. Клетер, закрыв ему рот, чтобы тот не повысил голос от возбуждения, потащил его наружу. Только когда двое ушли, Дан, молча наблюдавший рядом, осторожно обратился к Деону. — Господин, этот документ пустой. — Знаю. Деон положил чистый лист. Дан посмотрел на него странным взглядом и уже собирался поддразнить, но, увидев раздражённые руки, наводящие порядок на беспорядочном столе, решил промолчать. Наступила короткая тишина. — … — … Деон бросил на него взгляд, будто спрашивал, почему тот здесь, а не вышел. Дан начал говорить так, словно ждал, когда их взгляды встретятся. Тема была полезной, но немного тяжёлой. — Что вы будете делать теперь? Занятые руки остановились. — Если подумать, командир Десятого корпуса погиб, следуя приказу господина. На господине это тоже хорошо не скажется. — …Значит, теперь нужно взять ответственность. Есть поговорка: когда охота заканчивается, охотничьих псов съедают. — Теперь, когда командир Десятого корпуса мёртв, разве мы не должны отомстить? Это была наша драгоценная военная сила. Деон поднял глаза и встретился взглядом с Даном. Ярко-красные глаза без всякого фильтра выражали уверенность. — Готовьте оружие. Горное королевство нам больше не нужно. Сметём его. Деон ухмыльнулся. *** Деон Харт лично вышел на поле боя. …Со странным, очень странным растением, висевшим у него на боку. — Сс. Люди, встретившиеся взглядом со странным растением, неловко отводили глаза. Деон, не обращая на это внимания, спокойно шёл вперёд, отталкивая кровь, накопившуюся до бёдер. Он остановился перед осадной башней и поднял голову. «…Если мы поднимемся на неё, целая страна действительно рухнет». Странное чувство. До сих пор они уничтожали что-то словами и документами, а теперь это становилось реальностью прямо перед носом. Будто почувствовав, что Деон Харт думает в негативном ключе, монстр тихо пискнул и похлопал его по спине. Деон поднял руку, чтобы погладить цветочный горшок, и тут к нему подошёл ответственный, наблюдавший рядом. — Эм… господин Деон. — … Похоже, его молчание, вызванное бесполезными мыслями, приняли за нечто иное. Извинения продолжились, будто говорившему было стыдно. — Простите. Я успел закончить только две осадные башни. — …Этого более чем достаточно. Подготовка к самой важной химической атаке? — Да. Они выдержат огненные стрелы. — Этого хватит. Если он захочет, то сам перелезет через стену и вычистит всё внутри. Но если он так сделает, на него будут смотреть с подозрением: почему тогда он не сделал этого раньше, если мог закончить быстрее? Поэтому нужна осадная башня, которая «переправит» его за стены. «Две? Достаточно и одной». Деон, неся несколько копий, бросил взгляд на демонов, которые должны были двигать башню, затем снова посмотрел на ответственного. — Не думайте ни о чём лишнем. Просто врежьте её в стену. — Что? — Летят огненные стрелы или камни — игнорируйте и толкайте вперёд. Остальным займусь я. Вам нужно только доставить меня на ту сторону. Сам план был настолько прост, что и руководить почти не требовалось. Когда Деон Харт перейдёт за стену и откроет ворота, ожидающие войска ворвутся внутрь. — А… понял. — Тогда, когда я поднимусь, подайте сигнал и начинайте. Он поднялся на осадную башню. Деон нахмурился, увидев бешеных псов, которые уже забрались внутрь и ждали. Он разрешил им пойти после их нытья, но всё равно не хотел. Даже понимая, что раз они уже здесь, возвращать поздно, он всё же заговорил резким голосом. — Просто ждите снаружи и заходите, когда откроются ворота. — Если капитан будет внутри один, потом будет трудно найти вас, когда мы присоединимся! — Нужно, чтобы хотя бы часть нас двигалась вместе и шумела, тогда остальные смогут к нам выйти! — …Ладно, это не совсем бессмысленно… Недовольное лицо окончательно исказилось, когда взгляд встретился с Миланом. — Почему этот парень здесь? — Что со мной не так?! — Заткнись, раненый. Милан сник. Деон, естественно, не обратил внимания. Резкие слова полились без колебаний. — Если уж остальные, то ладно. Но разве этот парень не должен быть в ожидающей группе снаружи? Он сказал, что сам разберётся, но что это такое? — Капитан, ну что вы. Посмотрите на меня с гордостью! — Мы пришли, потому что беспокоились о капитане, а вы только о нём заботитесь… — Я герой. — Кто вообще говорит о чьей безопасности? На белом лице появилась явная усмешка. Дан, проверявший меч на поясе, покачал головой, будто у того был плохой характер. Как бы этот разговор ни был нужен, чтобы снять напряжение, если так продолжится, боевой дух умрёт ещё до начала. Он тихо вмешался и сменил тему. — Кстати, почему этот парень на поясе господина? — А… ничего не поделаешь. Если оставить его, снова поднимет шум. — Сс. Монстр кивнул. Разумеется, в прошлый раз, когда он не справился, ничего страшного не произошло… но всё равно. В тот момент, когда Дан собирался что-то сказать… Лязг. Осадная башня начала двигаться. Одновременно изменился окружающий воздух. «О». Похоже, мне нужно заботиться только о себе. Нет нужды поднимать суету. Дан молча закрыл рот, заметив, как в глазах рыцарей, несмотря на лёгкие выражения лиц, появился серьёзный блеск, а Деон с совершенно суровым лицом повернул голову к крепостной стене. ---------- Охота на героя (3) Зазвучал барабан, и осадная башня двинулась. Осадные башни в основном делают из дерева, поэтому они слабы к огню. Сэрин, которая велела подготовить огненные стрелы, едва заметив башни издалека, поспешно изменила приказ, когда увидела, как пламя гаснет, не успевая разгореться. — Огненные стрелы не сработают! Камни! Используйте катапульты! Они подготовили воду. Если присмотреться, башни ещё и покрыты огнестойкой кожей. Так лишне тщательно…! Неужели они думали, что мы будем сидеть сложа руки, пока враг готовит осадные башни? «У нас есть катапульты». По приказу камни тут же загрузили, и был дан сигнал к выстрелу. Огромный камень взлетел в небо. Скалы, проливающиеся вниз и заполняющие синеву, выглядели впечатляюще. Особенно когда видно, как приближающиеся враги гибнут один за другим. Главной целью, конечно, была осадная башня. Катапульта выстрелила, и валун, почти размером со скалу, полетел к башне. И… Квааааанг! Раздался громкий удар. — С ума сойти. — Что это…! — Он разбил камень метательным копьём! Пыль взлетела вверх, послышался стук мелких обломков. Под крики людей Сэрин увидела Деона, стоящего с копьём перед осадной башней, и невольно стиснула зубы. Понимать ситуацию не требовалось. Следом он бросил копьё в камень, падающий к другой башне. Вжух! Звук, словно разрывающий воздух, пронёсся над полем боя. Копьё, летевшее быстрее стрелы, точно разбило валун. Ровные обломки, без крупных кусков, снова осыпались вниз. Тем временем Деон взял другое копьё и тихо произнёс: — Продолжайте толкать. Голос был негромким, но не было никого, кто бы его не услышал. — Уооо!! — Деон с нами! — Толкайте дальше! Боевой дух демонов мгновенно поднялся. Они давили вперёд как безумные, не обращая внимания на дождь стрел и камней. Сэрин почувствовала, как её союзники дрогнули. Глядя на заметно упавший дух солдат, она выругалась. — Монстр… Он правда такой же человек? *** Разбивать скалы метательным копьём требовало большей сосредоточенности, чем ожидалось. Если хоть немного отклониться от «центра», камень не рассыплется в крошку, а расколется на крупные и мелкие куски. Даже в процессе падения после удара копьём направление обломков может измениться и случайно задеть кого-то своего, поэтому действовать грубо было нельзя. Поэтому Деон не обращал внимания на камень связи у себя за пазухой. Тук. — А. В процессе очередного броска, неизвестно какого по счёту, камень связи не выдержал резкого движения и вылетел из кармана. Если бы только это, он бы просто поднял его. Проблема была в том, что камень упал прямо под ногу. Хруст. Камень связи под подошвой раскололся. — Чёрт. С первого взгляда было ясно: больше использовать его невозможно. Всё-таки на войне… Деон с лёгким отчаянием посмотрел на перемолотый в крошку камень. К тому же перед тем, как разбиться, он, кажется, светился… будто кто-то пытался связаться… «Всё будет в порядке…?» Неприятно, но война уже в разгаре, назад пути нет. Из-за одного этого он не мог повернуть назад посреди боя. Деон подавил нервозность и нацелил копьё в падающий камень. Квааанг! Грохот! Очередной валун разлетелся и рухнул вниз, а осадная башня, продвигавшаяся с пугающей скоростью, врезалась в крепостную стену. Как только мост опустился, Милан, временно взявший командование, закричал: — Ну же, вперёд! — Ва-а-а!! Убийственные духи внутри хлынули наружу. — В глаза! — Что…?! Естественно, нормального боя, каким его представляют люди, не было. Пока кто-то колебался от абсурдного зрелища — противник внезапно тыкал пальцами в глаза, — Деон неторопливо спустился на крепостную стену. — Посмотрим… устройство, открывающее ворота… — Кх! — Где же оно? Он грубо схватил за шею ближайшего человека и спросил. Солдат Горного королевства, встретив ярко-красные глаза прямо перед собой, затрясся и изо всех сил заёрзал. Потом, поняв, что что бы он ни сделал, сам из этой хватки не вырвется, его тело вдруг расслабилось и обмякло. Но взгляд, вопреки телу, стал довольно твёрдым. — Лучше убей меня. — Да? — … — Ну… людей тут много, а устройства для ворот обычно в похожих местах, так что особой разницы нет… Этот взгляд раздражал. Не просто верность. В нём было что-то неприятное и знакомое. Когда на лице Деона проступило отвращение, голос солдата, словно почувствовавшего смерть и решившегося, наполнился злобой. Поднятый крик резанул по барабанным перепонкам. — Думаешь, здесь найдётся кто-то, кто тебе скажет?! Мы солдаты, верные Её Величеству королеве! — Мы скорее умрём, чем побеспокоим Её Величество! Ах. Он понял, где видел такие глаза. Фанатики. У фанатиков был точно такой же взгляд. Он слышал, что вся страна под названием Горное королевство — сборище фанатиков, следующих только одному монарху. Не думал, что увидит это собственными глазами. Деон рассмеялся вслух. На миг ему стало до того неприятно, будто по телу ползали насекомые. Он швырнул солдата прочь. Раздался глухой удар, но Деон ушёл, даже не обернувшись. «Всё-таки лучше двигаться одному». И видеть эти глаза тоже отвратительно. К счастью, бешеные псы сражались хорошо, сами контролируя дистанцию и не отставая. — Сс. …Монстр-растение тоже усердно помогало, так что проблем быть не должно. Деон погладил монстра, который гордо прикрыл его от слепой атаки, и ударил ногой по земле. Пытаясь остановить бурю, движущуюся к цели, солдаты Горного королевства отчаянно хватались за оружие и перекрывали путь, но среди присутствующих не было никого, кто мог бы замедлить его шаг. Ворота открылись. Ожидавшая армия Короля демонов вошла внутрь. Убийственные рыцари сумели найти Деона Харта и его группу среди хаоса и присоединились к ним. С этого момента остановить их было некому. Горное королевство, до сих пор беспомощно отступавшее несмотря на отчаянное сопротивление, наконец забилось, словно загнанное в угол. Это почти напоминало последнюю попытку, и продвижение замедлилось сильнее, чем ожидалось, но Деон оставался спокоен. «В любом случае время на нашей стороне». Он повернулся в сторону и следил за ситуацией, когда внезапно дурное предчувствие поднялось по позвоночнику и ударило в мозг. Деон рефлекторно нахмурился и схватился за оружие. Глаза быстро метались по сторонам. «Что? В чём проблема?» Всё явно шло гладко. …Подумав мгновение, он понял: сзади был какой-то шум. «О нет. Не может быть». В тот миг, когда он осознал источник шума и обернулся, раздался громкий голос: — Гордое имперское войско! Одежда, которую невозможно не узнать. Знакомый клич. Когда в поле зрения появились люди, которых не было в расчётах, Деон рефлекторно вздохнул. Имперский генерал, не способный понять вопрос и абсурд в его глазах — «почему вы здесь?» — гордо стоял и кричал: — Заставьте демонов сполна осознать цену вторжения в человеческий мир! — Слава Империи!! Воздух взревел, земля задрожала. Хотя это было делом прошлого, казалось, в них всё ещё сохранилась прежняя слава. Имперская армия, излучая дух, который нельзя игнорировать, наступала в их сторону. *** Незадолго до прибытия поддержки Империи. Загнанные в угол солдаты Горного королевства обратились к своей королеве. Что нам делать? Ответьте, Ваше Величество. Придумайте мудрый план, способный перевернуть ситуацию… Ваше Величество, Ваше Величество… — …Просто продержитесь ещё немного. У фанатизма есть побочные эффекты. Королева Горного королевства сейчас отчётливо ощущала их, но не показывала. Взгляды тех, кто слепо полагался только на неё, давили на плечи. Она говорила спокойно. — Ситуация скоро изменится. Даже если Рвече неизвестно, Империя точно придёт. Она придёт до того, как Горное королевство рухнет. Ёнхва ясно помнила разговор с Эльпидиусом, нынешним императором Империи, после последней партии с Деоном Хартом. Её тревожило услышанное от Деона, поэтому, хоть все важные дела уже были завершены, она не стала сразу обрывать связь и осторожно спросила. Это был крайне импульсивный вопрос, рождённый сердцем, которое отступило от чувств раннего утра. [Если у Деона Харта есть скрытые обстоятельства… что вы сделаете?] Ответ Эльпидиуса был решительным. [В мире нет человека без истории.] — … [Разумеется, у него тоже была история. Но не только у него.] Он, кажется, немного рассердился. [Из-за его действий я оказался в беде. Что бы с ним ни случилось, в конце концов, с моей точки зрения, он — враг, убивший одного из немногих членов моей семьи и весь мой мир. А вы сейчас, упоминая его обстоятельства, призываете меня проявить сочувствие? Меня — жертву, потерявшую семью?] [Я не это имела в виду. Прошу прощения, если прозвучало так.] […Я тоже прошу прощения, если истолковал слишком резко. Но прежде всего я хочу сказать вам вот что. Игла, застрявшая в моей руке, болит сильнее, чем меч в чужом животе. А тем более — разве случившееся со мной кажется простой иглой?] — … Она знала немного, но знала, что тогдашняя императорская семья была дружной. Возможно, для них бывший император Эдоардо был не просто родственником или защитником, а мощной опорой. Как он сказал, целым миром. И за одну ночь они потеряли этот «мир» и были брошены в незнакомый и опасный. [Это был вопрос, который мне изначально не следовало задавать.] Она легко признала ошибку. Казалось, голос императора немного успокоился после чистого извинения. […Наш враг — герой, который бесчинствует и стремится разрушить человеческий мир. Даже не пытайтесь интересоваться историей того, чьи преступления хуже преступлений обычных злодеев. Даже если вы посочувствуете ему, получите только раны.] Потому что его всё равно нужно убить. Хотя это был всего лишь голос, скрытая за твёрдостью холодная обида чувствовалась отчётливо. Похоже, ради убийства Деона Харта он сделает что угодно — независимо от государственной выгоды. У такого человека не было причин не послать сюда войска. И, как ожидалось. — Гордое имперское войско! Войска прибыли. Одновременно некий отряд появился так, будто прошёл заранее подготовленным путём, тихо приблизился и поприветствовал её. Ёнхва мягко улыбнулась. *** Имперская армия прибыла. И только ли имперская армия? Наёмники Эсперанеса тоже явились, будто само собой разумеется. Мужчина, похожий на командира, вытащил меч и поднял его. — Деньги получены, пора работать! — С деньгами приходит ответственность! — Отработаем столько, сколько нам заплатили! Это было абсурдно. Деон продолжал смеяться. Их лозунги тоже были абсурдны, но не только они. Абсурдно, что при движении такого числа войск с этой стороны не пришло ни одного сообщения. — Эти ублюдки… Вырвалось рычащее проклятие. Думаете, я просто так отправил драгоценные войска в Империю? Это была не только сдерживающая мера, но и сторожевой пёс, который должен был немедленно сообщать, если Империя сделает глупость. Разозлившись, он попытался достать камень связи… и остановился. «Ах, камень связи разбился». Деон ошеломлённо вспомнил камень связи, который, кажется, установил соединение прямо перед тем, как он случайно наступил на него. «Тогда тот вызов…» Это было сообщение, что поддержка выдвинулась? Связаться пытались. Просто он не принял. — …Чёрт. Да, весело. Отказавшись от сожалений о запоздалой связи, он поднял голову и посмотрел на ситуацию. Хотя ей, казалось, дали лучший выбор, королева Горного королевства нашла иной путь и выбрала третий вариант. Да. Вот каким должен быть монарх. Это совсем не было весело, но почему-то смех всё равно вырвался. — Поддержка! Поддержка прибыла! — Наша королева не ошиблась! — За Её Величество королеву! Боевой дух Горного королевства уже закипал, а вход и выход, через который их проталкивали, перекрыла Имперская армия. Впереди — Горное королевство. Позади — Империя. Если ошибиться, получится идеальная ситуация, в которой их зажмут, как сэндвич. Деон бросил взгляд на бешеных псов: они всё ещё хорошо сражались, без отставших и серьёзных ран. Затем подозвал ближайшего демонического генерала. — Эй. ---------- Охота на героя (4) Как его звали? Ах, он ведь не слышал имён самих демонических генералов? …Ну, сейчас это неважно. — Эй. Да, ты. — А, да! Приказывайте! — Ты не сражаешься. — Что…? Лицо демонического генерала на мгновение стало пустым от непонимания неожиданного приказа. — Не сражайся. Выбери часть своих подчинённых… Ладно, возьми примерно пятнадцать демонов вон оттуда. И отправляйтесь бродить по замку. — Вы велите… бегать вокруг? — Это значит: уничтожайте всё, что похоже на опорный узел магической формации. Ваша задача — разрушить магическую формацию подавления. Сложного ничего нет. Как я только что сказал, трогайте и ломайте всё, что увидите. В замке нельзя использовать магию. Всё из-за магической формации подавления. Если найти и сломать опорный узел, всё пойдёт легче. «Проблема в самом поиске». Поскольку формация поддерживалась долго, её не сделали бы из чего-то хрупкого вроде придорожного камня. На самом деле он подозревал, что это может быть «стена»… «Если это правда стена, ничего не поделаешь. Но кто знает… Лучше попробовать, чем не делать ничего». Поэтому он велел взять только несколько человек, чтобы не слишком растратить силы. «Хорошо, если они правда найдут опорный узел и разрушат его. Если нет — жаль, но ничего не поделаешь». Над головой генерала словно появилась восклицательная точка: тот понял приказ. Тут же склонив голову, он выбрал несколько демонов из тех, что были рядом, и двинулся. Деон повернулся к другому генералу поблизости. — Все оставшиеся силы, кроме рыцарей Лофти, берут на себя Имперскую армию в тылу. — Понял. — И… Он перевёл взгляд на бешеных псов, тихо ожидавших приказа. — Вы прорвёте передовую вместе со мной. Было бы пустой тратой времени и войск прийти сюда и отступить. В любом случае быстрее и эффективнее почти полностью вдавить силы внутрь и прорваться через этот участок. Он хотел бы просто бросить сюда всех демонов и быстро пробить путь, не выходя самому, но нельзя без защиты оставлять здорового врага за спиной. На первый взгляд войска Империи многочисленнее и сильнее солдат Горного королевства, но сражаться с ними малым числом нельзя. «Тем более это Империя, а не какая-то другая страна». Деон с сожалением подавил вкус на языке и снова посмотрел на войска Горного королевства. Он не знал, когда бешеные псы успели так разойтись, но видел, как они сражаются. Деон тихо усмехнулся и поднял копьё. Он чувствовал рядом взгляд Дана, но проигнорировал его и отвёл руку назад настолько, насколько мог. Вжух! Яростно летящее копьё пронеслось мимо Милана, чьи движения из-за ран были скованы, и пронзило солдата Горного королевства. Милан вздрогнул и оглянулся. — Капитан! Вы собираетесь меня убить?! — Ни в коем случае. Ярко-красные глаза слегка изогнулись. Теперь, когда руки легче, стало немного удобнее. Хотя Деон всё равно не любил копья: они плохо переносимы. Так или иначе, выбросив последнее копьё без тени сожаления, он огляделся. Каждый солдат Горного королевства, встретившийся с ним глазами, напрягался: кто-то сглатывал, кто-то испуганно вздрагивал. Деон довольно улыбнулся. «Да. Единственная причина, по которой они смогли продержаться до прибытия помощи, — я не выходил вперёд». Нервничать естественно. «Противник им не повезло». Он так подумал, делая шаг вперёд. Подхватил оружие парня, бросившегося на него, как мотылёк на огонь, и потянул к себе. Выбор королевы Горного королевства был неплох. Но противник оказался неудачным. Деон легко свернул шею человеку, которого притянул. Прозвучал жуткий хруст. Враги, услышавшие его, заметно дрогнули и оцепенели. Дан, который собирался разобраться с противником до того, как тот доберётся до Деона, беспомощно смотрел. Деон, встряхнув руками, словно избавляясь от неприятного ощущения хватки, произнёс: — Тогда закончим быстро. Дан, стоявший рядом для защиты, внезапно ринулся на поле боя. Деон тоже достал кинжал и неторопливо вошёл в хаос. После этого объяснять было нечего. Что ещё нужно говорить, если солдаты Горного королевства падали перед ним так беспомощно, как осенние листья? Подробное описание ситуации было бы возможно только при наличии того, кто выдержит хотя бы одну атаку Деона Харта. Но поскольку каждое его движение убивало, оставалось только одно слово: подавляюще. Дан, сам не заметив, когда перестал сражаться, рассмеялся. «Если всё так, зачем он привёл нас сюда?..» Ах, изначально он и не собирался приводить. Всё из-за бешеных псов, которые последовали и сделали лишнее. Ситуация дошла до того, что стала видна королева Горного королевства. Её выражение было странно спокойным для человека, у которого исчезла стена солдат и который оказался на виду у врага. «…Этот взгляд раздражает…» Глаза у неё были такие, будто она пригнулась и ищет возможность. Очень подозрительно, что королева не эвакуировалась первой и осталась в столь открытом месте. Должно быть, что-то спрятано. Глаза Дана сузились. Если присмотреться, женщина рядом тоже смотрела необычно. Судя по виду, она была штабным работником, но в глазах, обращённых к Деону Харту, смешались глубокая, тёмная жажда убийства и низкая радость. Словно взгляд человека, который вот-вот выиграет деньги, ловко играя руками за игорным столом… — Господин! Когда мысли дошли до этой точки, Дан срочно окликнул начальника, стоявшего далеко впереди. Это не то, на что даже герой может смотреть с легкостью. После того как они увидели силу героя, в их глазах всё равно оставалась уверенность. А Деон ушёл слишком далеко один! Почти одновременно три события совпали: крик Дана достиг Деона Харта, из-под защиты королевы Горного королевства выскочили «герои» и атаковали, а со стен вокруг замка раздался громкий клич: — Дети Рвече! Там жертвы, достойные подвигов! Вперёд! Те, кто отличится, получат щедрую награду! — Перевернём свою жизнь!! Почему Рвече снова здесь…! Нет, до этого — нападавшие, показавшие необычные движения, выглядели знакомо. Разве это не «Безымянные рыцари»? Разве кто-то из них ещё остался? Слишком много важных событий произошло одновременно. Дан на мгновение растерялся, не зная, чему отдать приоритет, но быстро пришёл в себя и первым делом побежал к начальнику. Деона Харта уже окружили быстрые бешеные псы. — Гос… — Капитан!! Вы целы?! — О, всё нормально. Как только Деон услышал крик Дана, он понял, что что-то не так, и отступил, поэтому получил лишь несколько царапин на шее и щеке. Вытирая тыльной стороной руки уже полностью зажившую щёку, где остался только след крови, он спокойно произнёс: — Отойдите от них. Эти парни — «герои». Имя Круэля Харта последним значилось в списке официальных героев Империи. Раз новых признанных героев больше нет, точнее было бы назвать их «кандидатами в герои». Но если официальные герои все в таком состоянии, какое значение имеет это различие? Солдаты Рвече лились со стен, а скрывавшиеся «герои» атаковали. Когда появилось Рвече, Деон смутно вспомнил голос, смеющийся и бормочущий: «Она сделала вид, что не придёт, но просто притворилась, что не придёт». Он холодно усмехнулся. — Королева Горного королевства достаточно смела, чтобы предложить себя как приманку. И этого оказалось мало — она подготовила ещё и второй ход. Крепостную стену уже один раз зачистили с этой стороны. Ни миру демонов, ни Горному королевству больше не было причин защищать стены. Поэтому их, естественно, оставили. Если бы они знали, что подкрепление из другого горного государства перелезет через стены, так бы не поступили. Солдаты Рвече хлынули вниз со стен. Одного этого зрелища хватило, чтобы поднять мораль людей и окатить холодной водой дух демонов, который и без того дрогнул. Деон взглянул на колеблющихся демонов и нахмурился, вспоминая имя вражеского королевства. «Рвече… В конце концов, вот как они бьют мне в спину…» Ха. Вырвался смех. — Эти ублюдки. Причина, по которой мир демонов до сих пор не трогал Рвече, заключалась в том, что оно не сопротивлялось армии Короля демонов. И они решили нарушить это негласное соглашение в самый идеальный момент. «Да. Значит, вы так хотите умереть». Голова раскалялась. Ситуация была настолько сложной, что глаза могли закружиться, но голос, прозвучавший вопреки горящему взгляду, был слишком ровным. — На всякий случай спрашиваю… запасного камня связи ни у кого нет? — У вашего господина ведь уже был один… А, он сломан. — У того, кто мне помогает, нет запасного камня? Потом скажу Эду. — Ах… тут немного… Проигнорировав нерешительную реакцию, Деон вернулся к основной теме. — Тогда иди к Бену. Он врач, значит, у него точно есть аварийный камень связи. Что касается места… кроме этого участка, он будет там, где больше всего шумят демоны, так что найти его нетрудно. Ах, и какой бы берсерк там ни был, не списывай это на ошибку. Это Бен. — … Дан, несколько раз открывавший и закрывавший рот, будто хотел возразить, вскоре повёл глазами, решив, видимо, просто проигнорировать это. — …Мне просто пойти и одолжить камень связи? Если посчитать время на поиск и возвращение… — Нет. Свяжись с Эдом прямо там. Он немедленно поведёт Нулевой корпус и воспользуется границей королевства Тэхон. Пусть атакует Рвече. Судя по числу и качеству войск, пришедших сюда, Рвече сейчас, вероятно, почти пустой дом. Возможно, первой падёт не Горное королевство, а Рвече. Королевство Тэхон, известное как вассал Рвече, в прошлом осторожно связывалось с ним и заявляло, что присоединится к этой стороне, поэтому оно послушно позволит использовать границу. А Нулевой корпус находится под его прямым командованием, так что сопротивления не будет, даже если он использует его по своему усмотрению без сложных процедур. Приказ внезапный, но проблем нет. — Понял. Дан легко согласился с чётким приказом и ушёл. Деон немного беспокоился, что тот может попасть под случайный удар, но он просил не с кем-то сражаться, а всего лишь найти демона. С этим, наверное, он справится. Деон холодно отвёл взгляд и прокрутил кинжал в руке. — Идём. — Всё ради выживания. Хотя он не добавил ни приказа, ни объяснения, в ответ прозвучал единый голос, словно они прочли его мысли. Но последующие действия слегка отличались. — Хоп! — ? Убийственные рыцари внезапно подхватили Деона и начали уносить прочь. Растерявшись, Деон заёрзал. — Что вы делаете, ублюдки?! — Это ведь ради выживания? — Если сражаться здесь, шансы умереть слишком высоки! — Мы понимаем, что капитан сейчас так зол, что ничего не видит, но давайте хотя бы сменим место! — Пусть капитан только посмотрит! — Посмотрим! Посмотрим! Сражаться здесь, где кишат враги, — самоубийство. На первый взгляд он спокойно оценивал ситуацию и отдавал приказы, но члены рыцарей Лофти, давно бывшие рядом, знали. Он действительно взбешён. Как и ожидалось, он предпринял минимум действий, прикинувшись спокойным, отдал приказ и убрал препятствия. Теперь его глаза сияли так, будто он собирается устроить бойню. В тот момент рыцари обменялись взглядами. Хотя они без конца переругивались, в этот миг все думали одинаково. «Хватаем и валим!» ---------- Охота на героя (5) Спереди — Горное королевство, позади — Империя, а со стороны крепостных стен давит Рвече. Именно здесь сходились все силы. Разумеется, если «герой» будет сражаться в таком месте, шансы выйти целым у него высоки. Но не у рыцарей Лофти. Они прекрасно знали, что являются слабым местом Деона Харта, и не были уверены, что смогут защитить себя, если здесь начнётся бой и он начнёт отвлекаться на них. Поэтому они просто подхватили его и понесли. — Я сказал, отпустите! — Ещё немного отойдём! — Пусть капитан только посмотрит! — Потерпите, добрый капитан! Деон вырывался, но рыцари, закалённые собственной тренировкой, не уронили его и продолжили бежать. Перед тем как окончательно отступить, они проявили минимальную предусмотрительность: схватили первого попавшегося солдата-демона и бросили: — Господин Деон велит вам самим выбираться отсюда! И только после этого умчались. — Скажи демонам, чтобы, разбираясь с Империей и Горным королевством, они постепенно отходили. Когда обстановка, казалось, немного успокоилась, сверху раздался уже более сдержанный голос. — Прежний император собирал «героев» как безумный. Возможно, в Империи ещё кто-то остался. Похоже, Горное королевство одолжило у них «героев». Империя когда-то была страной, где держателей осколков героя — тех, кого обычно называют «героями», — было больше всего. Обычным людям трудно с ними справиться; значит, лучше поручить это демонам. Когда демоны сталкиваются с «героями», разве ограничения человеческого мира не ослабевают? Правда, сами «герои» тоже становятся особенно сильными против демонов. Убедившись, Клетер кивнул и обернулся к демону. — Слышал? Он сказал уходить. — Э-э… Демон на миг замялся, не понимая, кому именно отвечать — человеку перед собой или Деону, болтающемуся у них над головами. В итоге он повернулся к Деону, ответил: «Понял», — и побежал передавать приказ. Деон, некоторое время смотревший на спины бешеных псов, которые тащили его, опустил взгляд. — Я и без твоих слов справлюсь, а вы сосредоточьтесь на Рвече и не торопитесь. — Разумеется! *** [Деон Харт будет командовать.] [Деон Харт будет командовать.] Так сказали королева Горного королевства Ёнхва и её советница Сэрин. Линделл Райнер, командующий «героями» Империи, слушал их через камень связи и медленно кивнул. [Я мало знаю о Деоне Харте, но… судя по его прошлым поступкам, он вовсе не бездумный человек. Раз вы обе говорите одно и то же, значит, так и есть.] И всё же… что-то его беспокоило. Прежде чем он успел что-то сказать, королева Горного королевства заговорила первой. [Да. Он наверняка учтёт, что в Империи могли остаться герои. Если он поймёт, что Горное королевство одолжило героя у Империи, то обязательно нацелится на Рвече.] [Да, понимаю. Однако…] Линделл нахмурился. [Обычно при первой же атаке нужно наверняка забрать жизнь цели. Вы всё-таки собираетесь разделить героев и разместить их отдельно?] Его слова касались провала рейда, где приманкой была сама королева Горного королевства. Раз король лично становился наживкой, план не должен был провалиться. Нужно было сосредоточить всю мощь в одном ударе — и всё равно этого могло оказаться мало. А они собирались раздробить силы. Разве это не значит заранее наполовину отказаться от важнейшего первого плана ради второго, приготовленного на случай непредвиденного? Словно прочитав его мысли, Ёнхва спокойно ответила: [В любом случае есть предел числу людей, которых можно задействовать в одном налёте. Если их будет слишком много, траектории оружия начнут мешать друг другу. К тому же герои горды и своенравны, они плохо работают вместе.] […] [И мы — союз. Если хорошо справится только одна страна, дело не пойдёт.] То есть лучше отправить излишек сил, который не нужен для первой атаки, к Рвече ради второго плана. Если Рвече в итоге не придёт, этих людей можно поставить на пустые позиции. «Лучше тайно разместить их там, где их не обнаружат, и заставить присоединиться, когда появится Рвече». Если Рвече не придёт — пусть просто продолжат двигаться. Их участие всё ещё не было подтверждено. Атмосфера склонялась к согласию, но пока разумнее было исходить из того, что они не придут. «Но когда план будет завершён, лучше сначала передать его, а потом уже двигаться…» Пока королева Горного королевства выстраивала картину в голове, из камня связи донёсся серьёзный голос. [Вы не думаете о столкновении, которое начнётся сразу после провала?] [Разумеется, если неосторожно действовать, придётся тут же сражаться с Деоном Хартом. Для нас это тоже потери. Сколько бы ни было обычных солдат, они даже толком не истощат героя и лишь бессмысленно погибнут. Нет гарантии, что Гвейн не окажется втянут.] [И, зная это…] [Но этого не случится.] Он не дурак. Сначала он попытается выбраться из крепости. Крепость, куда они так отчаянно хотят попасть, в тот же миг, как они войдут, превратится в яму, из которой трудно выбраться. Они окажутся крысами в отравленной ловушке. Конечно, герой Деон Харт при желании мог бы перевернуть положение «отравленной крысы». [Но он не один.] […] [У него тоже есть слабости.] Рыцари-убийцы. Те самые, кто был рядом с Деоном Хартом ещё со времён Восьмилетней войны. Произнося унизительное прозвище людей, рождённое когда-то из смеси ненависти, страха и отвращения, Ёнхва мягко улыбнулась. Как и прежде, Деон Харт наверняка будет двигаться вместе с рыцарями-убийцами. Судя по всему, он очень дорожит ими. Но сможет ли он с таким грузом действительно выдержать бой там? «Ни за что». Какими бы убийцами они ни были, против обладателей осколков героя им не выстоять. Если несколько человек нападут на одного, сложно будет даже продержаться, не говоря уже о победе, а они в этот раз собрали «героев» именно для этого. Для рыцарей Лофти, которым даже к обычным солдатам приходится относиться серьёзно, волны врагов тоже станут смертельным фактором. Деону Харту придётся уйти. [Так что не так уж трудно будет вытеснить его в отдельное место и заставить сражаться только с героями.] […Будет даже лучше, если убийцы будут рядом.] [Да. Они станут заложниками, которые будут его сдерживать.] Как именно подтолкнуть его к этому отсюда? Прямо они ничего сделать не смогут, но… разве он сам не сойдётся туда, если надавить психологически? В конце концов, похоже, эти люди и так никогда от него не отлипают. Ёнхва отвела взгляд от темы, на которую сейчас не могла повлиять, и вернулась к своему плану. [Кроме того, вам понадобится способ тихо войти в крепость.] [А…] [Я расскажу вам о тайном проходе.] Проход, которым воспользуется отряд атаки; проход для группы, которая соединится с Рвече; и… Ёнхва подняла глаза. Те, кто нёс Деона Харта, уже уходили. Быстрые же. Проследив за ними взглядом, она обернулась. — Вы тоже собираетесь двигаться? — Я прибыл сюда как командующий, так что мне подобает действовать самому. — Насколько я понимаю, ваша боевая сила не так уж высока. Разве не достаточно отправить «героев»? — Я хочу хотя бы раз увидеть лицо врага. После неожиданного ответа повисла краткая тишина. — …Глупость. Линделл лишь улыбнулся. — …Если не считать крепостных стен, больше всего сил Рвече сосредоточено у Северных ворот. Они близко, так что, скорее всего, отправятся туда. — Знаю. Таков был план. Вы уже рассказали мне о коротком пути и тайном проходе. — Тогда оставьте остальное мне и эвакуируйтесь в безопасное место. Ваше Величество — королева целой страны, не так ли? Королева Горного королевства не должна умереть, когда нет подходящего преемника. Под напором Линделла и взглядом Сэрин Ёнхва послушно повернулась. Но добавить напоследок не забыла: — Третьего плана нет. Считайте этот последним и сделайте всё возможное. Я выжала из земли этого «героя», которого будто и не существовало, и уверена, он не подведёт. — Разумеется. Я иду с чувством, будто ставлю всё сразу. — Хорошо… Она пошла под охраной солдат. Один из сопровождавших инспекторов, уловив странность атмосферы, осторожно спросил, всё ли в порядке. Краем уха Линделл услышал тихий, почти шёпотный голос: — В мире слишком много людей, потерявших любимых. — Ах… — Надеюсь, вы не станете рисковать жизнью ради того, кто уже ушёл. А что бы подумал тот человек? Линделл Райнер сделал вид, что не слышал. *** [Чем, по-вашему, вы уступаете официальным героям?] Так он сказал, стоя перед имперскими героями, недовольными тем, что ими командует тот, кто даже не является «героем». [Осколком героя? Нет. Осколки у вас уже есть. Более того, прежний Деон Харт был признан официальным героем, хотя оставался обычным человеком без единого осколка.] Несмотря на то что у него был младший брат, более здоровый и лучше владеющий мечом, родители, беспокоившиеся о нём, отправили Линделла Райнера на Восьмилетнюю войну. Выжить там со слабым телом ему помогли дворянский статус и ум. Статус опустим — с ним он родился. А вот способность влиять на людей, единственное, чем он по-настоящему обладал, оказалась весьма полезной. Иначе говоря, несколько слов могли изменить их недовольные взгляды. [В Империи сейчас не осталось официальных героев. Первый и четвёртый герои мертвы, второй официально пропал без вести. А третий?] Именно поэтому Его Величество и император, должно быть, поручили командование мне. [Поколение Империи сменилось. Пришло время смениться и поколению официальных героев. Но хотя среди вас есть обладатели осколков героя, Его Величество не спешит назначать нового официального героя. Знаете почему?] Воздух дрогнул. Те, кто сосредоточенно слушал Линделла, постепенно изменили взгляд, словно поняли, к чему он ведёт. Под тяжестью этих взглядов Линделл спокойно смотрел прямо перед собой. Ответ на всё сказанное сводился к одному. [Достижения.] […] [Вам не хватает заслуг. Единственное, чем вы уступаете прежним героям Империи, — «достижения». Не зря всех обладателей осколков героя вместе называют «героями». Вы уже герои, которым не хватает только заслуг, поэтому ваш официальный титул — «кандидаты в герои».] Вам нужно прославить своё имя. [Деон Харт был признан официальным героем, потому что его имя широко знали, хотя он был обычным человеком.] […] [Накопите заслуги. Сделайте себе имя, убив предателя человечества и худшего героя в истории.] В глазах тех, кто, несмотря на осколки героя, всё это время был в тени официальных героев, вспыхнул тусклый свет. Линделл Райнер гордо развёл руки перед ними. [Я стану вашим проводником.] …Хорошо, что героев со стороны Горного королевства не нужно убеждать. Они верны приказу следовать за Линделлом Райнером так же, как верны королеве Горного королевства. С этой мыслью Линделл повёл подчинившихся ему «героев» по проходу, о котором рассказала королева. Вскоре впереди показался свет, а затем, как и ожидалось, Деон Харт и его рыцари. Линделл поспешно вышел вперёд вместе с «героями» и преградил им путь. — Опустите. — Командир…? Деон Харт, которого несли на руках и который слегка нахмурился, словно понял, что перед ним герои, извернулся и спрыгнул на землю. Линделл, оттеснивший убийц назад и с глубоким чувством наблюдавший, как красные глаза инстинктивно ищут командира, сделал шаг вперёд и встретил его взгляд. — Рад встрече. Деон Харт на мгновение застыл: на лице очевидного врага он увидел знакомые черты. — Меня зовут Линделл Райнер. И уже в следующий миг пустота в его глазах сменилась отчаянием. ---------- Охота на героя (6) Он думал, что что-то странно. Да, скорость прорыва почему-то была слишком низкой. Они спрятали героев на стороне Рвече. Как это обычно бывает при отступлении, хаотичная атмосфера сужала обзор, и понадобилось время, чтобы заметить подмену. За это время, будто при естественной смене войск, обычные солдаты исчезли. Герои, преграждавшие дорогу, отошли за Линделла Райнера и присоединились к нему. Лица рыцарей Лофти, осознавших, что это ловушка, окаменели. Деон же, не отрывая взгляда от Линделла, с трудом открыл рот. — Райнер… — А, это имя должно быть вам знакомо. Вы и Лиен Райнер, рыцарь, некогда служившая под вашим началом, были командиром и подчинённой. Я её старший брат. Кровь зашумела в ушах. Кошмар, похороненный в памяти, поднял голову. «Почему я должна была умереть?» Казалось, кто-то, плача кровавыми слезами, душил его и кричал: «Умри». Деон на мгновение смолк. В короткой тишине медленно прозвучал голос, притворяющийся спокойным. — …Я слышал, у вас слабое тело. — Было. — Пришли за местью? — Это тоже входит в причины. — А другая? — Разумеется. Линделл Райнер улыбнулся. — Разве не очевидно? Защитить человеческий мир. Только тогда Деон расслабился и рассмеялся, словно услышал нелепость. — Значит… чтобы защитить человеческий мир, вы собираетесь убить меня? — Да. — Забавно. Весьма любопытная мысль: убить героя, а не сдерживать его. Окружившие его герои сделали шаг ближе, будто надавливая. Почувствовав, что герои дальнего боя целятся в него кинжалами и луками издалека, Деон сделал вид, что насторожился, и остановил бешеных псов, собиравшихся дать отпор. — Здесь все — герои. Стоять на месте. — Но… — Даже не мечтайте бежать со мной. Вы не успеете сделать и нескольких шагов: либо ногу отрубят, либо что-нибудь в спину прилетит. — И всё же… Кто-то едва не заплакал. «Их слишком много, командир». Слова, проглоченные им, чтобы не показать перед врагом падение духа, ясно дошли до Деона. Он горько улыбнулся и завёл руки за спину. «Да уж. Я не знал, что в человеческом мире осталось столько героев». Казалось, сюда собрали почти все осколки героя, оставшиеся на земле. Если сложить их фрагменты, получится как минимум один герой, а то и два… Он снял с крепления на спине оружие, к которому привык больше всего. — Вы собрали немало героев, хотя самого героя у вас нет. Судя по множеству незнакомых лиц, помимо «безымянных рыцарей» они привлекли новорождённых героев и героев из других стран. Что ж, иначе столько людей им бы не собрать. Похоже, страны заключили союз и согнали героев под предлогом «убить героя». Линделл, как и ожидалось, ответил лёгкой насмешкой: — Чтобы убить героя, нужно хотя бы это. — Да, похоже, вы крепко решились. Кстати. Деон оскалился. — Если толковать это наоборот, выходит: если я выйду отсюда целым, падение человеческого мира будет подтверждено? — …Не стану отрицать. Но именно поэтому всё не пойдёт так, как вы думаете. Они настолько отчаянны. — Загнали себя к реке, значит. Назад дороги нет. Больше слов не было. Линделл отошёл назад под охраной части героев, а остальные направили оружие на Деона. Деон попытался снять странное растение, всё ещё цеплявшееся за него, и передать его Клетеру… — Писк! — Ух… …Но растение ещё сильнее обвило его стеблем и отчаянно вцепилось в него, так что Деон быстро убрал руку с горшка. Только тогда стебель, сжавшийся, чтобы не дать себя оторвать, вернулся в обычное состояние. — …Сейчас придётся драться как следует. — Писк. — Их оружие не на том уровне, чтобы ты мог его отбить. — Пии! — Кей. Оно будто велело считать его несуществующим и сражаться. Что ж, так и придётся сделать. Устраивать спор здесь он не хотел, да и времени на это не было. Он повесил чудовище-растение сбоку, оттеснил бешеных псов назад и поднял кинжал. — Проверим, действительно ли отчаянная ставка так эффективна. Ну же. *** [Иди к Бену. Он лечащий врач, значит, у него наверняка есть хотя бы один запасной камень связи. Где искать… За исключением этого места, он будет там, где демоны шумят громче всего, так что найти его будет нетрудно. Да, там, скорее всего, будет берсерк, но это и есть Бен. Не перепутай.] Дан пробыл в Замке Короля демонов достаточно долго, пусть и меньше Деона Харта, и прекрасно понимал, что характер у врача — не шутка. Но даже так он сомневался, что тот сможет переплюнуть генералов и стать самым шумным демоном на поле боя… — Сдохните!!! — О. Это оказалось правдой. Дан, нашедший посреди поля боя буйствующего демона, коротко выдохнул. Если бы он не получил предупреждения, то прошёл бы мимо, даже не поняв, что это врач. Он разбивал врагам головы врачебной сумкой. Кто, увидев такое, подумает о лечащем враче? Зрелище, где враги погибали под его вытаращенными глазами, было довольно освежающим. Дан немного понаблюдал, а затем всё же нехотя шагнул вперёд. «Чувствую, сам иду к собственной смерти». Как и ожидалось, стоило приблизиться, как сумка метнулась в его сторону. Дан быстро поднял меч, чтобы блокировать удар, но… что это за дикая сила? От онемевшей руки он невольно нахмурился. — Это Бен. — Это Дан. Если так продолжится, он точно получит как следует. Удивившись тому, что Бен молча готовится снова взмахнуть сумкой, Дан поспешно добавил своё имя. Только тогда движения противника остановились. — Дан? — Да… Фокус вернулся в глаза Бена, будто он запоздало пришёл в себя. Их взгляды встретились, Бен быстро оценил ситуацию, убрал врачебную сумку и отступил на шаг. Дан, не терявший настороженности, смог выдохнуть лишь после десяти секунд тишины и только тогда вложил меч в ножны. — Я пришёл по приказу господина. — Деона…? — Да. Камень связи господина разбит. Можете одолжить ваш? — А, вот. Бен вынул из окровавленной сумки камень связи и протянул его. Дан мгновение смотрел на него дрожащими глазами, затем всё же взял. Несколько умелых движений — и он связался с Эдом. — Это Дан. Связался, чтобы передать приказ господина. *** «Взять Нулевой корпус, пересечь границу королевства Тэхон и атаковать Рвече…» Эд с суровым лицом размышлял над полученным приказом. «Что случилось с Деоном?» Связь пришла не через камень, который Деон взял с собой, а через камень лечащего врача. И говорил не сам Деон, а Дан. Значит, с Деоном, скорее всего, случилось что-то плохое. «Приказ внезапный, но причина наверняка есть». Поэтому Эд двинулся сразу, как услышал распоряжение. Он отдал приказ Нулевому корпусу выступать, подготовился сам и поспешно спустился по лестнице. Естественно, командир Четвёртого корпуса Иделия, всегда проявлявшая к нему интерес, заметила его несколько нетерпеливый вид и полюбопытствовала: — Эд? Куда ты? — А, Иделия. Мы готовимся к миссии по приказу Деона. Планируем отправиться в Рвече. Хотя он торопился, игнорировать слова командира корпуса он не мог. Эд на миг остановился и честно ответил. — Хм… внезапно? — Да. — Похоже, Рвече ударило ему в спину. Поэтому он и отдал такой резкий приказ. Это страна, которую мир демонов до сих пор не трогал. В первоначальном плане её завоевание имело самый низкий приоритет. Резкая перемена означает, что Рвече первым нарушило негласное соглашение. Хотя новость ещё не дошла, Иделия, как командир корпуса, отвечающий за обработку и сведение информации, по нескольким признакам угадала ситуацию и улыбнулась Эду, над головой которого будто вспыхнул восклицательный знак. — Выступаешь прямо сейчас? — Да. — Тогда я пойду с тобой. — Что…? Эд вздрогнул от неожиданных слов. — Иделия… вы серьёзно? — Да. Разве не стоит ясно показать, как мир демонов обходится с теми, кто уже попытался сделать ход? — Это верно, но… Он замялся, словно растерявшись, и осторожно спросил: — Значит, Четвёртый корпус тоже двинется? — Нет. Тогда процедуры станут слишком сложными, так что пойду одна. Разве этого недостаточно? Мы ведь хорошо совместимы. Эд на мгновение закрыл рот: она добавила это так, будто иначе и быть не могло. …Слова командира Четвёртого корпуса о том, что сейчас нужно показать пример, были не ошибочны. Он подумал, можно ли так поступить, и кивнул. — Вам нужно время на подготовку? — Нет, можно идти прямо так. — Хорошо. Тогда… *** Связь оборвалась. — Хорошо воспользовался. — Да. Бен, который всё время сражался, навострив уши на разговор, будто только этого и ждал, забрал камень связи, положил в сумку и снова посмотрел на Дана. — Приказ передан. Что теперь? — Надо вернуться к господину. — Сможешь добраться? — Хм… Дан оглядел хаотичное поле боя и нахмурился. — Если поискать, можно найти Бена, как я нашёл вас… наверное…? — Почему ты меня спрашиваешь? Ладно. Идём со мной. — Что? — Если один из подчинённых господина Деона придёт сюда и погибнет из-за меня, проблемы будут у меня. Бен, ударом сумки разбивший голову бросившемуся врагу, обернулся, словно спрашивая, почему Дан ещё не идёт. Дан некоторое время смотрел на него, а потом подозрительно спросил: — Вы знаете, где господин? — Прошло уже время, но был сигнал… Такой слабый, что я подумал, будто мне показалось. А здесь ситуация была срочной, так что я не смог уйти… — Думаю… это было ещё до того, как я расстался с господином… царапина… Повисла неловкая тишина. Дан молчал, лишь время от времени отражая приближавшихся врагов. Он уже решил, что нужно искать другой способ, и открыл рот. — Я… — …! Деон!! Вдруг Бен рванул куда-то вперёд. Дан на миг растерялся, но быстро понял ситуацию, и его лицо исказилось. — А если вы меня бросите? Вы же сами велели идти вместе! Выглядело так, будто его внезапно выкинули. Почувствовав приближающуюся опасность, Дан поспешил за ним, пока тот не исчез из виду. К счастью, Бен, видимо услышав крик, немного замедлился, и его удалось догнать. После этого они некоторое время бежали молча. Дан, двигавшийся на полшага позади Бена с хмурым выражением, вздохнул. «…Ладно, он врач с сильным профессиональным духом. Надо понять». Если так пойдёт дальше, до цели они доберутся без единого слова. Дан смягчил лицо и спросил: — Вы получили сигнал? — Да. — Есть признаки серьёзной раны? — Не такой уж серьёзной, но и не поверхностной. Главное, сигнал идёт непрерывно. Иными словами, раны появляются и тут же заживают снова и снова. То, что герой получает пусть и неглубокие раны, уже само по себе проблема. Отдельные царапины можно списать на собственную ошибку, но это… — Похоже, что-то точно пошло не так. — Именно. Поэтому нужно быстрее добраться до Деона… Но преграждавшие путь оказались слишком упорны. Бен взмахнул сумкой, полной раздражения. Дан, следивший за его движениями и оглядывавший солдат Рвече, вдруг склонил голову. «Теперь, когда думаю…» Они ведь даже не «герои». «Рвече изначально было таким сильным?» ---------- Охота на героя (7) Дан знал, что Рвече не выделяется военной мощью, но что это было? «Почти уровень имперской армии времён её расцвета…» Страшная сила и уверенность, мерцавшая в ядовитых глазах, напоминали имперскую армию времён правления Эдоардо Дезерта. Дан нахмурился: в солдатах перед ним он ощущал тот же дух войска, которое идёт вперёд, растаптывая всё на пути, — дух, который мельком видел во время Восьмилетней войны. «Вдвоём будет трудно…» — Я должен добраться до Деона! Не загораживайте дорогу, людишки!! О. Точно. Демон рядом с ним был не врачом, а берсерком. Бен, тяжело дыша, бросился вперёд и начал размахивать врачебной сумкой по тем, кто мешал ему пройти. Каждый раз, когда сумка описывала дугу, у кого-то ломалась шея или взрывалась голова. Некоторых просто отбрасывало в сторону. И всё же, даже если враги на миг замирали, они снова сжимали зубы, крепче брались за оружие и вставали на пути. Прорыв занял бы довольно много времени. «…Наверное, всё-таки возможно». Сколько это займёт? Бен уже влетел на поле боя. Понимая, что искать другой путь сейчас почти невозможно, Дан вздохнул, перехватил меч и прыгнул в хаос вслед за Беном. *** — Сколько уже прошло? — Около трёх часов. — Не зря он герой. Чудовищ нет. Линделл смотрел с усталостью. Деон Харт, минимальными движениями избегая смертельных ран, бросался вперёд, не обращая внимания на собственные повреждения. Герои поспешно отступали от его взмаха кинжалом — и вдруг видели перед собой пустые ладони: оружие, исчезнувшее магией, словно возвращалось в них. Поначалу они растерялись, но теперь уже поняли. Где-то вдали раздался звук чьей-то смерти. «Даже в этой суматохе он методично убивает героев дальнего боя…» Тем временем все его раны успевали закрываться. Люди в стане союзников были потрясены: даже если его ранить, всё возвращалось к исходной точке. И одновременно они убеждались в другом. Если бы не слабость в виде рыцарей Лофти, им пришлось бы куда тяжелее. «Сейчас нервы Деона Харта наверняка натянуты до предела». Слишком многое его отвлекало. Он должен быть изрядно напряжён. «Хорошо бы его эмоции взорвались». Они не просто собрали героев ближнего боя; силы были явно подготовлены и к дальним атакам. Деону Харту не создавали пространства, где он мог бы свободно развернуться. Когда он пытался убить героев вблизи, откуда-то летели стрелы и кинжалы, срывая его движения. Когда он хотел бросить кинжал в дальников, герои ближнего боя выходили вперёд и отбивали его замахи. А если он хотя бы на миг отвлекался и расстояние между ним и рыцарями Лофти увеличивалось, герои, будто только этого и ждали, направляли оружие на них. — Командир, может, нам лучше тоже умереть… — Заткнись. Один из рыцарей, не вынеся собственной беспомощности, осторожно заговорил. Резкий голос тут же оборвал его. Кагаган! Деон, кинжалом отразивший дождь стрел, выдернул стрелу из бока. Стоило сжать руку, как древко без сопротивления переломилось. — Есть предел тому, что можно говорить только потому, что у тебя есть рот. — … — Просто уклоняйтесь от дальних атак, как сейчас. Об остальном позабочусь я. И ты тоже — не дёргайся. Он прижал горшок с цветком, который шевелился у него сбоку. Будто прочитав его мысли, растение спокойно прильнуло к нему. Деон медленно выдохнул, собрал эмоции и снова поднял оружие. Герои, не заметив в нём ни малейшего признака усталости, невольно вздохнули. Линделл, тем временем задумчиво переводивший взгляд с Деона на убийц, медленно поднял руку и махнул. Ша-а-а! Самое разное дальнобойное оружие хлынуло вниз. Не на Деона Харта — на рыцарей-убийц. Это была самая серьёзная атака по рыцарям за всё время, и Деон резко повернул голову. Длинный меч сзади пронзил ему бок шеи, но он даже не обратил внимания. Широко раскрытые красные глаза дрожали, будто в них случилось землетрясение. — Вы…! — Командир! Мы сами разберёмся, сосредоточьтесь на своём деле! — С нами всё в порядке! Одни сами уклонились, другие потянули товарища рядом, помогая уйти из-под удара, третьи отбили оружие. Они даже махнули ему рукой. Только убедившись, что никто не погиб и не получил серьёзной раны, красные глаза вернули себе спокойствие. Линделл, сузив глаза, наблюдал за всей сценой и провёл рукой по подбородку. «Это эффективнее, чем я думал…» Слабость действует сильнее? Если всё сделать правильно, можно использовать её и убить их. Он бросил взгляд на героев, оставшихся рядом, чтобы защищать его. Короткий сигнал — и те, кто понял смысл, почти незаметно кивнули. Только тогда Линделл поднял камень связи. — Всем. На мгновение внимание сосредоточилось на нём, и его взгляд встретился с глазами Деона Харта. Деон нахмурился: эти глаза, изогнутые без капли тепла, будто внушали тревогу. Но приказ прозвучал беспощадно. — Сначала убейте рыцарей-убийц. Он сказал: всеми силами. Это значило, что и дальнобойные, и ближние герои должны сначала атаковать рыцарей-убийц. Совсем иной подход, чем раньше. До сих пор, даже целясь в рыцарей, они держали минимальные атаки и против Деона. Глаза Деона резко дрогнули. На рыцарей обрушился дождь кинжалов и стрел, а герои ближнего боя, пользуясь тем, что те едва успевают уклоняться, бросились с оружием. — Нет… — Писк!! Деон мгновенно развернулся. Чудовище-растение, молчавшее всё это время, издало крик, похожий на предупреждение, но Деон не услышал: всё его внимание было там. И — пхук! Лезвие, пронзив ему живот, вышло из спины. — Командир!! — А. Только тогда он понял, что упустил. Герои, оставшиеся защищать Линделла Райнера. Они всё время не участвовали в бою, и потому выпали из зоны его ожиданий. Не упустив мгновения, разные клинки один за другим пронзили его тело. Но Деон не развернулся и не стал разбираться с ними. Он выбрал бежать вперёд. Это было почти отчаянное движение. «Нельзя». Они не должны умереть. Не так, как они. Когда он рванул вперёд, оружие, пронзившее его тело, либо вышло наружу, либо осталось торчать в нём. Позади чудовище, казалось, снова пыталось атаковать, размахивая стеблем и отбивая удары, нацеленные ему в спину, но Деон не обернулся. Первым делом он вытолкнул бешеных псов, оставшихся в зоне обстрела, ровно с такой силой, чтобы они не потеряли равновесие. Затем метнул кинжал и остановил оружие героев ближнего боя, целившихся в них. В процессе в его теле застряли ещё несколько стрел и кинжалов, но он не обращал внимания. Проблема была дальше. — Командир!! — Чёрт!! — Уклоняйтесь!! Полетела ещё одна стрела. Деон, только что бросивший кинжал и ещё приводивший тело в порядок, услышал свист ветра и резко повернул голову. Он думал, что этого хватит, но стрела, будто уже привыкшая к его движениям, рассчитала, в какую сторону он откроет корпус. Если бы он остался на месте, она попала бы в плечо. Зрачок, оказавшийся перед наконечником стрелы, резко расширился. Она летела прямо в глаз. «…Не успею». Поднять руку и остановить было поздно. Более того, если он попытается отбить или поймать её, повреждение глаза лишь усилится, да ещё разорвёт лоб или скулу. И не все бешеные псы ещё были вне опасности. В красных глазах появилась тёмная обречённость. И тогда произошло нечто странное. — Писк!! Стрела остановилась. Тихо. Мир погрузился в молчание, а за спиной словно стало пусто. Деон увидел зелёный стебель, удерживающий древко стрелы, и медленно перевёл взгляд. Из цветочного горшка вырвалось огромное зелёное чудовище. Оно надёжно спасало бешеных псов. Чудовища, следующие за Деоном Хартом, всеядны. То, что садовник когда-то дал ему как питательную добавку, на деле было семенем, которое мир, ныне загрязнённый демонической энергией, даровал феям. Чудовище-растение — «всеядное» и «семя, дарованное миром» под видом «питательной добавки». Что произойдёт дальше? [Ты готов пожертвовать собой?] Так однажды спросил садовник, вырастивший его. Если это ради Деона Харта. Чудовище без колебаний кивнуло. И ему дали семя. Хиен, садовник, наблюдавший, как оно прячет семя под корнями, тихо сказал: [Именно перед лицом искренней жертвы семя, которое не сдвигалось с места, что бы я ни делал, немного очистилось и проявило жизнь.] Ища цветы человеческого мира для господина Деона, он случайно наткнулся на пчелиный улей и узнал об этом. Пчёлы, рискуя жизнью, атаковали ос, чтобы прогнать их. Перед жертвой, похожей на самоубийство, семя, которое он всегда носил при себе, отозвалось. Конечно, это не подтвердилось сразу. Он проводил опыты с пчёлами из человеческого мира, из страха, что придётся жертвовать чьей-то жизнью, заставлял людей убивать людей и демонов, ловил и угрожал, проверяя, является ли условием самоубийство, — проводил разные эксперименты. И в итоге пришёл к выводу. [Так что, если ты не готов искренне пожертвовать собой, немедленно верни его мне. Вместо того чтобы зря тратить время, лучше поискать другой способ.] [Писк.] Часть корня уже была помещена в семя. Раз оно реагирует только на искреннюю жертвенность, можно носить его, не поглощая, а в нужный момент, готовясь к жертве, впитать. Семя размером с кулак взрослого мужчины давило на корни в маленьком горшке, было неудобным и тяжёлым, но это не причина отказаться защищать Деона Харта. Чудовище уверенно пискнуло. Выражение Хиена стало неоднозначным. [Хороший ответ, но… я не понимаю.] [Писк?] [Не вижу причины, по которой ты так заботишься о Деоне.] Так же, как то растение в прошлый раз, оно было создано на основе растения из человеческого мира. Возможно, поэтому его природа отличалась от сторожевых растений мира демонов. Кажется, оно защищало цель… но скорее из инстинкта, а не благодаря тренировкам. Обычных сторожевых растений учат подавлять инстинкты и защищать цель, а этих — использовать инстинкты правильно. Ничему особенному, кроме этого, он их не обучал, но всё равно получилось вот так. [Цк… цк.] [Я не собираюсь выпытывать, так что ладно. Это не простой обмен мыслями; слушать и толковать объяснение займёт много времени. Лучше скажи, почему там земля вспучилась… нельзя ли как-то иначе?] [Пии…] Это лучшее, что я могу… Странное растение, словно только и ждало смены темы, настроило ритм. Дальше всё пошло гладко. Деон Харт удивлялся вспученной земле, пытался выкопать корни того, что со временем не впитывалось… Но чудовище как-то сумело защитить семя и не показать его. И теперь, впитав семя, оно наконец поняло. Это не оно поглотило семя. Это семя поглощает его в обмен на временно заимствованную силу. — Пи… И всё же сожаления не было. Скорее, оно хвалило себя за то, что упрямо цеплялось за Деона, хотя знало, как он его ненавидит. Благодаря этому оно смогло защитить его. Человека, на которого мир возлагает и ожидания, и ненависть. ---------- Охота на героя (8) Чудовище-растение, рождённое в любимом миром человеческом мире и превратившееся во что-то странное после того, как получило магическую силу ненавидимых миром демонов, отличалось от обычных растений мира демонов. Оно не было изменено магией Короля демонов и не стало материалом для рождения демона или чудовища. Мутант, чья принадлежность внезапно изменилась, пока он ещё был жив. Возможно, именно поэтому чудовища-растения неизбежно были чувствительны к течению мира. Настолько, что Король фей наверняка пришёл бы в ярость, узнай он об этом. Мир смотрел на Деона Харта. Не только потому, что он был кандидатом в герои или героем. Взгляд с более глубокой, тёмной и откровенной целью всегда следовал за движениями Деона Харта. Чудовище-растение, говорят, лишилось дыхания в миг первой встречи с ним: настолько ярко ощущалось присутствие мира, обволакивавшее Деона открыто, будто мир и не собирался скрываться. Ненависть и презрение к герою, который слегка отклоняется от данной ему миссии. И всё же — взгляд, который не может его оставить, потому что знает: в конце концов всё пойдёт так, как мир желает. Давление: двигайся быстрее, сделай всё так, как мне нужно. А отдельно от этого мира — печаль и радость, которые оно испытывало к нему. Первый мутант чувствовал бесконечную симпатию к тому, кто предотвратит появление таких существ, как он. А затем мутант-герой приветствовал мутантного героя-воина, который шёл вперёд, уничтожая всё на виду и не обращая внимания на волю мира. Иными словами, мутантов между миром демонов и человеческим миром неизбежно тянуло к Деону Харту. Так что не плачь. Я сделал это, потому что сам хотел. *** Зелёное растение широко раскинуло листья, блокируя дальнобойное оружие, летевшее в бешеных псов. Стебли отбрасывали героев ближнего боя и сбивали даже тех, кто бросался на Деона Харта. Растение, которое он выращивал, внезапно стало сильнее и защищало его и бешеных псов. Это следовало бы принять как удачу, но Деон не мог радоваться. — Нет. Иногда интуиция точнее всего остального, и ты просто понимаешь. Когда сила, полученная им откуда-то, иссякнет… он больше никогда не увидит это растение. — Нет… Голос, полный сдержанного отчаяния, вырвался наружу. Чудовище-растение взглянуло на Деона, раз взмахнуло стеблем и снова повернулось к бешеным псам. Только тогда бешеные псы пришли в себя и начали покидать место, неся Деона Харта на руках. Деон вырывался. Его взгляд был прикован к чудовищу. — Что вы…! Немедленно отпустите! — Нет, капитан! — Сначала нужно выжить! Инстинкт сказал всё. В тот миг, когда их глаза встретились, странное растение улыбнулось ему. Борьба прекратилась. Даже пока его уносили, он продолжал беспомощно бормотать, не сводя с растения дрожащего взгляда: — Пожалуйста… пожалуйста, отпустите… В голосе было столько тяжёлых чувств, будто он вот-вот сломается. Потрясённые рыцари переглянулись и тихо поставили Деона на землю. Он сделал несколько шагов вперёд и поднял кинжал. Все раны, полученные в бою, уже полностью зажили. — Я ясно сказал… Кинжал сорвался с места с ужасающей скоростью и вонзился в жизненно важную точку героя, пытавшегося срубить чудовище-растение. Герой, отбивший предыдущий кинжал, не успел справиться со следующим и отдал жизнь. Неважно, насторожились герои или нет; красные глаза смотрели только на чудовище. — Я предупреждал, чтобы ты не лез вперёд. Подавленный голос прозвучал глухо. — Кто просил об этом? Почему никто меня не слушает? Почему. Он был уверен, что не умрёт. Возможно, только что пришлось бы пожертвовать глазом, но жизнь он бы сохранил. Учитывая, что даже герой, каким бы он ни был, не способен восстановить отсечённую часть тела, он смутно понимал, что выбитый глаз тоже не вернуть. Но это было дешёвой платой по сравнению с жизнью, и сожалеть было бы не о чем. Не должно было быть. — Мне было достаточно того, что я сам ничего подобного не сделаю. Даже если он не смог бы сразу победить и выбраться, он мог тянуть дни, пока их выносливость не иссякнет или пока не придёт поддержка. Всё равно он вышел бы из этой ситуации. — Ха. И всё же его дух, и без того сильно пошатнувшийся после недавнего самовольного поступка Дана, не выдерживал происходящего. Деон медленно закрыл глаза и снова открыл их. В глазах было жарко, лоб пылал. Рыцари, прочитавшие потемневшие красные глаза и атмосферу вокруг него, срочно переглянулись. «Взорвалось». «Что-то взорвалось». Что-то большое случилось с его эмоциями. Если он будет сражаться в таком состоянии, враг его сломает. Нужно быстрее вывести его отсюда… — Не дайте ему уйти. Ни за что не выпускайте. Не только рыцари Лофти заметили смятение Деона Харта. Линделл, увидев возможность, которая больше не представится, немедленно отдал приказ. — Перекрыть пути отхода — первый приоритет. Разобраться с чудовищем — второй. Перекройте отступление, а оставшимися силами займитесь монстром. Он не знал, какая связь между этим чудовищем и Деоном Хартом, но по его реакции было ясно: если убить монстра у него на глазах, он, вероятно, будет серьёзно потрясён. «Лучше всего, если он окончательно сломается». Лишь после того как прозвучал приказ, в полупустые красные глаза вернулся свет. Нет, в них вспыхнули искры. — Капитан! — Нельзя! Если подумать, всё случилось потому, что этот Линделл Райнер привёл с собой героев. По крайней мере, если бы они не приказали сосредоточиться на бешеных псах, этого бы не произошло. Деон рванул вперёд прежде, чем рыцари успели остановить его, и бросился к Линделлу Райнеру. Конечно, герои не собирались оставлять его в покое… — Куда…! — Кья-а-а! …Но им пришлось остановиться: зелёные стебли обвили им лодыжки и части тел или с силой швырнули в сторону. Герой не упустил возможности. — Ты здесь, должно быть, самый главный. Он мгновенно оказался у Линделла, схватил его за лицо, ударил затылком о землю и вытащил кинжал. — Большинство войск отступит само, если убить командира. — Ничего не поделаешь. Кинжал метнулся к шее. Но за миг до того, как пронзить её, Деон встретился взглядом с глазами, видневшимися между пальцами, которыми он держал лицо Линделла. Прямой взгляд без примеси цвета, похожий на кого-то из памяти. — Чёрт! Кинжал резко изменил направление. Шик! Лезвие оставило на шее тонкую царапину и вошло в плечо. Раздался глухой стон. Деон убрал руку с лица Линделла и посмотрел вниз. Линделл, морщась от острой боли, тоже поднял на него глаза. После паузы Деон выдохнул: — О. — Госпожа Лиен. Почему вы держите меня даже сейчас? Его лицо исказилось, будто он вот-вот заплачет, и он положил руку на шею. Под ладонью отчётливо бился пульс. И Деон понял. Сейчас композиция была такой же, как в тот день, когда он встретил Лиен в кошмаре. Единственное отличие — теперь на его месте была Лиен, а он стоял на месте Линделла Райнера. — Если бы вы сказали, что ваша главная цель — месть, я бы не смог неосторожно вас тронуть. Если бы Деон Харт преследовал личную месть, а не общее благо, он не смог бы ранить Линделла Райнера. Он пусто посмотрел на молчащего мужчину и медленно наклонился. Шепнул ему на ухо: — Это предупреждение. — … — Если не хотите пойти по стопам брата, остановитесь здесь. Он медленно отстранился и убрал руку с его шеи. Линделл, смотревший, как Деон пытается подняться, наконец открыл рот. — В тот день. Деон замер. — Почему мой брат должен был умереть? — Потому что был слишком честен. — Вот как. На лице Линделла появилась горькая улыбка. — Очевидно. Мой младший брат был одержим рыцарством, потому наверняка поставил жизнь на кон, не сумев смотреть, как его господин как рыцарь сбивается с пути. Бесполезная вещь. Он пробормотал что-то почти насмешливое и усмехнулся над собой. — Если бы я сказал, что главная цель — месть, вы тоже сказали бы, что не сможете неосторожно причинить мне вред? Как я смею говорить такое? — … — Я уважаю выбор моего младшего брата. Это позиция, которую нужно уважать, даже если не понимаешь. Именно из-за меня она одержалась рыцарством. Старший брат, здоровый настолько, что фехтование было для него лишь хобби, и к тому же искусный с мечом, отправился на Восьмилетнюю войну вместо меня. Когда взрослые успокаивали её, говоря, что меч — всего лишь увлечение и что с ним он не выживет на поле боя, для юной Лиен это должно было стать сильнейшим ударом. [А как же брат? Как же мой брат, который никогда не держал меч?] И она наверняка заметила. Взрослые в семье уже решили сделать наследницей старшую дочь вместо старшего сына, который мог умереть в любой момент. Чтобы преодолеть противоречия взрослых, нужно было сделать так, чтобы меч перестал быть простым увлечением. Поэтому она, вероятно, захотела стать рыцарем. В надежде, что брат вернётся живым и займёт место наследника, она, должно быть, пыталась стать настоящим рыцарем — настолько, что даже отказалась от фамилии, чтобы не мешать плану наследования или искупить то, что брат не вернулся. Размышляя о рыцарском достоинстве и упорно тренируясь, она попалась на глаза Его Величеству императору, а это, должно быть, привело её к Деону Харту. «В итоге это моя вина». Поэтому Линделл Райнер, обязанный уважать выбор младшего брата, не мог открыто заявлять о личной мести. — Но я тоже человек, и мои чувства — другое дело. Взгляд Линделла скользнул за плечо Деона. — Я не смею называть это личной местью, но… — Капитан!! — Я действительно хочу, чтобы вы умерли. Деон только успел подумать, почему тот, молчавший до сих пор, вдруг заговорил. Красные глаза мельком глянули вниз: руки Линделла крепко держали его за колени. Сзади приближались герои с поднятым оружием. Удары были точно направлены в жизненно важные точки, но Деон, уже зная это, оставался спокоен. Он просто собирался уклониться, развернув корпус на месте… Кагаган! …Как вдруг откуда-то вылетело копьё. — Что…! — Кто это?! Бросок был настолько силён, что копьё, отбив всё оружие, направленное на Деона Харта, всё равно с остаточной мощью глубоко вонзилось в землю. Бешеные псы, широко раскрыв глаза при виде, напоминавшем, как Деон метательным копьём раскалывал камень, но всё же не настолько сильном, повернулись туда, откуда прилетело копьё. Герои, ошеломлённые неожиданностью, тоже попытались посмотреть в ту сторону. — Господин Деон!! — Господин! Но им снова пришлось переключиться из-за появления новых фигур. На лицах героев странно исказилось выражение, когда они увидели демона с частью лица, покрытой змеиной чешуёй, несущего окровавленную сумку, и Дана, которого уже видели через экран связи. ---------- Итог — лишь потери (1) Чудовище-растение застало героев врасплох и пронзило стеблями груди тех, кто целился в Деона. Пока поражённые герои настороженно держались на расстоянии, Деон мельком посмотрел на Бена и Дана, спокойно убрал руку с колена и поднялся. Герои, которые сразу после недавнего разговора будто оттеснили Линделла из поля зрения, поспешно подступили к нему и увели назад. Деон лишь взглянул на них и ничего не предпринял. — Почему вы так поздно? Красные глаза, несколько мгновений смотревшие на чудовище-растение, которое буйствовало так, будто сжигало последнюю вспышку жизни, повернулись к Бену и Дану. Взгляд и тон были сухими, но в них почему-то чувствовалась смутная обида. Дан прищурился, а Бен сразу опустил голову. Громкий голос прозвучал так же, как в миг его появления: — Простите! — У тебя ожерелье Бена, так что ты не мог не знать, где я. Почему? Только тогда Дан заговорил: — Войска Рвече оказались упорнее, чем я думал. — …Не Империя и не Эсперанес, а Рвече? — Если бы их командир не получил сообщение посреди боя, это заняло бы ещё больше времени. — Если сообщение… значит, вероятно, оно. — Да. Весть о нападении на Рвече. Похоже, Эд справился со своей задачей. Деон слегка кивнул. — Он выглядел весьма растерянным. — Что ж… наверное, не ожидал, что вы сделаете ход сразу. — Ответ был быстрым. Даже если это не идеальное наказание, похоже, удалось как следует им насолить. Дан чуть приподнял уголки губ. [Что, чёрт возьми, это значит…!] Перед глазами всплыло лицо того человека, смешавшее растерянность, предательство и гнев. Он не знал подробностей, но, судя по всему, тому явно доложили, что армия Короля демонов атаковала, пройдя через границу королевства Тэхон. И всё же, несмотря на смятение, он не зря был командиром: сразу принял решение собрать войска и вернуться. Дан на мгновение вспомнил ту сцену, но тут почувствовал пронёсшийся мимо ветер и поднял глаза. Бен, будто только и ждал, пока настроение Деона немного успокоится, мгновенно бросился вперёд и начал осматривать его состояние. — Деон, ты в порядке?! Сигнал…! — Всё нормально. — Ран будто нет, но… цвет лица плохой. Нужно проверить… нарушитель… Взгляд Бена задержался на одном месте. Линделл, почувствовав этот взгляд из-за спин героев, стиснул зубы. «Неудивительно, что демоны явились именно сейчас». Основа плана — избегать столкновений между героями и демонами. «Всего один». Их сторона собрала героев, чтобы охотиться на героя. Они уже потеряли многих в столкновении с ним, а оставшиеся ещё редели, сдерживая растительное чудовище. Но это не та ситуация, где нельзя ничего сделать, если к врагу добавился один демон. «Кроме этого раза, шанса не будет». Слишком много войск потеряно. Если они вернутся с провалом, в сердцах человечества прорастёт отчаяние. Все, вероятно, слишком устали, чтобы обещать себе «следующий раз». Он положил руку на кинжал, торчащий из плеча. На губах появилась холодная улыбка. Он прекрасно понимал: это была последняя милость и последнее предупреждение. Но они стояли там, откуда отступать нельзя. — Все, не обращайте на меня внимания и атакуйте… Грохот! Два копья одно за другим вонзились перед его ногами. Линделл невольно замолчал и нахмурился. «Ах, точно». Были ещё скрытые помощники. Его взгляд последовал туда, откуда прилетели копья, заметался и с помощью героев остановился на одной точке. Герои сказали, что тот держал капюшон надвинутым, и Линделл не мог ничего рассмотреть. Но было понятно: крошечная точка вдали — тот, кто метнул копья. Он не смог сдержать вздох. «Бросить с такой силой с такого расстояния…» Такое невозможно, если ты не демон или герой. С одним героем трудно справиться, а тут ещё дальняя поддержка и растительное чудовище. Пока Линделл размышлял, отступать или всё же давить вперёд в ситуации, которая всё больше уходила из-под контроля, герой рядом с ним заговорил: — Нам нужно отступить. — … — Войска и так были недостаточны, а чудовище сокращает их дальше. И главное, если так продолжится, сражаться, защищая Линделла, станет трудно. — … — Его Императорское Высочество сказал, что Линделла нельзя потерять ни в коем случае. Верно… лучше уйти. Потому что это чудовище сосредоточено на защите. Если бы оно сосредоточилось на атаке, потерь было бы больше. А если бы дальний помощник начал действовать активнее, ситуация стала бы ещё хуже. Опасаясь, что промедление лишь сделает врагов агрессивнее, Линделл подавил нежелание и заставил себя открыть рот. — Уходим. — Понял. *** Герои отступили. Деон не обращал внимания ни на того, кто метнул копьё, ни на отход врагов. Он лишь без колебаний подошёл к чудовищу. Бен смотрел на него с тревогой, но Деон не обращал внимания. «Снова…» Снова всё так. Почему я всегда такой? Красные глаза дрожали, будто вот-вот треснут. Осознав собственное смятение, он закрыл глаза и открыл снова, но дрожь зрачков не исчезла. — Не надо было брать тебя с собой. Он протянул руку к тому, кто, казалось, исчерпал силы. Стебель коснулся его пальцев. Если бы он просто погиб от рук врага или если бы эта ситуация настигла его тогда, когда он ещё ничего не понимал, он не был бы так потрясён. Но вот ещё одна жизнь принесена в жертву ради него. От этой мысли перехватывало дыхание. Деон не мог пошевелиться. Перед ним было только чудовище-растение, у которого даже имени не было. — Ты только делаешь мои кошмары хуже. После Круэля он не хотел снова переживать такое. Теперь, если он сам сомкнёт руки на собственной шее, кто его остановит? Растение постепенно желтело, потом становилось меньше. В тот миг, когда Деон, почувствовав конец, отступил на шаг от стебля, который уже бурел, тот потянулся к нему. Коснулся. — Писк. Знакомый звук стал последним. Вспыхнул маленький свет. Странное растение рассеялось, оставив вместо себя небольшой саженец. Деон вытер щёку, которой коснулся стебель, затем опустился на колени и молча посмотрел на саженец, уже не двигавшийся и не издававший звуков. — Господин. — …Что. — Э-э… — …Ладно. Позаботься об этом. Дан, не знавший, что сказать, сразу кивнул. — Нужно место, куда перенести саженец. У вас есть горшок или что-то подобное? — Горшок… был тот, в котором он сидел… ах. Он разбит. Слегка рассеянный взгляд Деона упал на осколки горшка, который чудовище-растение разбило, вырываясь наружу. Дану не понравился этот взгляд, и он отвёл глаза. — Тогда чем бы его заменить… — Если нужен горшок, он есть у меня. — О, отлично…? — Правда, одолжить его будет трудно. — … Подождите. На этом поле боя есть ещё один сумасшедший, таскающий цветочный горшок, кроме господина? Нет, прежде всего… сам голос принадлежал тому, кого здесь быть не должно. Дан повернул голову к источнику голоса. Деон тоже, кажется, почувствовал странность и поднял голову. Даже рыцари Лофти смотрели только на незваную гостью — настолько она не вписывалась в поле боя. Женщина с пустым цветочным горшком спокойно поприветствовала его, будто вовсе не чувствовала тяжести направленных на неё взглядов. — Давно не виделись, господин. — …Ран. Деон нахмурился. Он видел её только один раз и сотрудничал с ней во время зачистки Церкви Спасения. Её звали Ран. Слова, будто видящие всё насквозь, и записка, оставленная ему, были слишком впечатляющими, чтобы забыть. — Зачем ты пришла? — Забрать саженец. — Этот? — Да. — Почему? — Потому что его оставил мир. Как и ожидалось, она не была обычной шаманкой. Требовалось объяснение. Деон поднялся и встал косо, скрестив руки. — Если оставить его здесь, пока продолжается война, он, скорее всего, погибнет. Лучше переместить его до этого. — Куда? В человеческом мире есть безопасное место… — В Эсперанес. — Не думаю, что это то, что стоит говорить при мне. Это почти означало: Эсперанес не будет втянут в водоворот войны. То есть армия Короля демонов не нападёт на Эсперанес, либо, даже напав, не сможет проникнуть внутрь. Неуместные слова перед Деоном, который явно был членом армии Короля демонов. — Тогда вы собираетесь атаковать Эсперанес? — Разумеется. Теперь, когда думаю, Эсперанес тоже среди человеческих сил, явившихся в этот раз. Было бы слишком щедро просто оставить его. — Умеете говорить то, чего не думаете. Деон молча нахмурился. — Значит, ты забираешь саженец? — А если я скажу «нет»? Шаманка Ран спокойно посмотрела на Деона. На фоне тишины их взгляды на краткий миг скрестились в воздухе. Она медленно открыла рот. — У вас остались сожаления? — Это уже не то растение, которое ты знал. — Знаю. Он не знал, каким «лекарством» оно воспользовалось, но цена была велика. …Теперь, когда он подумал, что же оно сделало, чтобы обрести такую силу? Ответ дала шаманка. — Я не знала, что ваше растение содержит семя мира. — Ты неплохо пришла на место, учитывая, что «не знала»… Стоп, семя мира? То самое семя, которое Король фей бросил Хиену, сказав, что оно загрязнено? — Рождение того, что окажет огромное влияние на мир, неизбежно ощущается как предзнаменование. И… похоже, вы не знали. — Значит… этот парень держал семя, оставленное миром… впитал его и использовал в нужный момент…? — Не столько впитал… правильнее сказать, получил временную силу в обмен на очищение загрязнения семени собственной жертвой. Вспомнился его вздувшийся горшок. И Хиен ведь говорил, что дал ему питательную добавку. …Вы двое всё решили и спланировали. Красные глаза мрачно потемнели. Но он не злился: слишком устал, чтобы снова поднимать эмоции из-за чего-то ещё. — Если отнести саженец в мир демонов, он вновь загрязнится демонической энергией. Уверена, вы не хотите снова испортить то, что ваше растение пожертвовало собой и очистило. — Говори точнее. Он не жертвовал собой ради очищения семени. Он пожертвовал собой ради меня. И от этого было ещё опустошительнее. — В любом случае, я не собираюсь снова загрязнять то, что было очищено. — … — Забирай. Уходи. — Благодарю за уступку. Деон отошёл в сторону. Ран прошла мимо него и села перед саженцем. Бешеные псы суетились вокруг, будто спрашивая, что им теперь делать, а Бен крутился рядом, явно желая проверить состояние Деона. Но он всё игнорировал и просто стоял, наблюдая, как шаманка выкапывает землю кругом, оставляя саженец в центре. Первой неловкое молчание нарушила шаманка, тихо копавшая землю. — Мир был возмущён поступком благородного господина. — Правда? Уголок губ Деона криво поднялся. — Тогда, видимо, я получил какую-то защиту? Ту самую удачу, которая проявляет невероятную силу, когда речь идёт о жизни. — Это не так. Мир определённо нуждается в нынешнем благородном господине. Проблема в карме и гневе мира, которые вы накопили своими поступками. — …Звучит очень туманно и сектантски. — Проще говоря… в следующей жизни благородный господин будет страдать беспрецедентно. То есть получит воздаяние. — А… ну что тут скажешь. Трудно жить даже в настоящем; где уж думать о следующей жизни, не говоря о будущем? Следующая жизнь — слишком нереальная вещь. Лицо Деона стало мрачным. — Сейчас… даже если вы просто прекратите… — Хм… видите ли. Ран, пересадившая саженец в горшок, подняла голову. Красный взгляд встретился с её глазами. Изогнутые, словно подражающие улыбке, глаза говорили: — Разве вы не думаете, что теперь слишком поздно говорить такие вещи? Слишком поздно. — …Ну… у меня есть вопрос поважнее. Деон увидел в глазах шаманки пустоту, слегка пожал плечами и сменил тему. — Спрашивайте. — Совет «берегите глаза» всё ещё в силе? ---------- Итог — лишь потери (2) Во взгляде шаманки мелькнуло удивление: она словно не ожидала, что он всё ещё помнит. Деон оскалился и легко коснулся области возле глаза, куда совсем недавно едва не попала стрела. Ярко-красные глаза блестели, показывая, что сейчас он в полном порядке. — Ничего особенного… я почти лишился глаза до твоего появления. Подумал, не об этом ли речь. Уже прошло несколько зим с тех пор, как она сказала о «снеге», и снег тогда явно означал не то, что падает с неба. Но раз ничего, связанного с глазами, до сих пор не происходило, вероятно, она говорила именно о части тела. Предупреждение было серьёзным, а аура шаманки — необычной, потому Деон всегда держал его где-то на краю сознания. Игнорировать было слишком неприятно, но он устал: более важных забот хватало. «Если этот кризис уже миновал…» Значит, больше не нужно тревожиться. Это должно быть хорошо. Но ответа от шаманки не последовало. Ран, молча слушавшая, уже собиралась открыть рот, когда крик сбоку перебил её. — Ничего особенного?! Вы почти лишились глаза! — Что значит «ничего»?! — Даже без этого сердце разрывается, потому что вы о себе не заботитесь… Ох! — В итоге я в порядке. Заткнитесь. Если на теле не осталось шрамов, значит, всё нормально. Почему они так реагируют? Бешеные псы били себя в грудь, спрашивая, можно ли так лечиться после ранения, но Деон не ответил и просто отвёл взгляд. Его раздражённые глаза снова вернулись к шаманке, требуя ответа. Будто ожидая, пока красный взгляд вновь упадёт на неё, шаманка Ран улыбнулась и сказала то, что не могла сказать раньше: — Предупреждение, которое я дала, всё ещё в силе. — Вот как. Значит, в этот раз было не оно. Жаль. Пока Деон тихо щёлкнул языком, Ран, закончившая засыпать горшок землёй, поднялась. Казалось, больше вопросов у неё не было; она лишь смотрела на него, не проявляя желания говорить ещё. Но всё же произнесла: — И… Голос затих, будто она сомневалась, можно ли это говорить. Встретив подозрительный красный взгляд, она медленно заговорила — так, словно решилась. Возможно, чтобы окружающие не услышали, её голос стал тише шёпота. — Вам лучше прекратить проклинать себя. Лицо Деона застыло. Он махнул рукой стоявшим вокруг. Те, кто понял смысл, осторожно отошли подальше. Лишь когда все оказались достаточно далеко, чтобы не слышать разговор, Деон снова посмотрел на Ран. — Продолжай. — Вы накопили много кармы, поэтому на вас лежат крупные и мелкие проклятия. Что делать, если душа, которая должна вас защищать, снова нападёт на вас? — … — Если хотите хотя бы немного замедлить скорость, с которой поднимается кровь, сначала нужно прекратить это. Она закрыла рот рукой. Это выглядело не так, будто она оговорилась, а скорее как попытка успокоить подступившую тошноту. Будто на неё давило что-то невыносимое… «А, откровение». Такое действительно бывает? — Хм… Спасибо за совет. И у меня появился вопрос… Например, откуда она знает о крови? …Можно было списать это на то, что она шаманка. Но прежде всего другое. Деон сузил глаза. — Почему тебе обязательно давать мне этот совет? — … — Не думаю, что мы настолько близки, чтобы ты платила за это такую цену. И ещё. — Главное, ты ведь знаешь: что бы ты ни сказала, я не изменюсь. — Поэтому я и сказала. Если бы из-за моих слов что-то изменилось, цена, которую я сейчас плачу, тоже стала бы выше. Я лишь даю совет в меру своих возможностей. Шаманка мягко улыбнулась. — Вы должны хотя бы знать последствия своих поступков, верно? — Не могу сказать, что это неверно. — Тогда достаточно. Я выполнила цель своего прихода, так что уйду. Она взяла горшок с саженцем и повернулась спиной. Деон шевельнул губами, будто хотел сказать ещё что-то, но не смог произнести ни слова и просто смотрел ей вслед. …Сегодня кровь, сочившаяся где-то у таза, особенно раздражала. Наконец она исчезла из виду, и те, кто отступил, снова приблизились. Деон стоял неподвижно и смотрел на подходящих людей, когда вдруг склонил голову. «Почему у меня кружится голова?» Казалось, земля качается волнами. И в тот миг, когда он сделал шаг, тело пошатнулось. — Господин Деон?! — Господин? Что… Он сильно качнулся. Бен и Дан, подошедшие рядом, испугались и тут же протянули руки, чтобы поддержать его. От жара, исходившего от тела, они вздрогнули ещё сильнее и быстро коснулись лба Деона. — Господин, у вас жар. — Сигнала не было… почему? — У него температура. Ему говорили, что он выглядел горячим с момента происшествия с чудовищем. Похоже, ему не казалось. Деон сбросил их руки и моргнул, пытаясь прогнать мутную пелену перед глазами. Больно быть героем. Сколько бы он ни использовал тело, всё равно вот так. «Я стану самым беспрецедентным человеком среди героев всех времён». Самая нелепая ситуация из всех. Его пробрала насмешка. Причина была очевидна. Этот проклятый стресс — корень всех болезней. Поскольку проблема ментальная, ожерелье с магическим камнем Бена, скорее всего, на неё не влияет. Стоило прозвучать, что у Деона Харта температура, как бешеные псы, разумеется, не смогли сохранить спокойствие. Они немедленно обступили его. Голоса звенели без остановки, словно пытались заполнить собой всю пустоту мира. — У вас живот болит?! — Вот поэтому надо беречь себя! — И во время боя только что тоже! Вы совсем не заботились о ранах… Голова начала пульсировать. Деон слегка нахмурился и коснулся лба. Жар ударил в холодные пальцы. — Просто заткнитесь. — … — Я сейчас просто устал. Так что… — … Как только напряжение отпустило, тело рухнуло. К счастью, Дан успел крепко подхватить его до падения, но Деон ещё не забыл случай с Демоном. Поведение чудовища, напомнившее ему Круэля, стало катализатором, но действия Дана сыграли большую роль в накопившемся ранее стрессе. Поэтому, несколько раз попытавшись заставить себя встать, он в итоге сдался и обмяк. На лице явственно читалось раздражение. «Тело тяжёлое…» Каждое движение казалось обременительным, будто к нему со всех сторон привязали камни. Он впервые ощутил это с тех пор, как стал героем, и вообще давно не чувствовал подобного. С полузакрытыми глазами он лениво пробормотал, думая о бессмысленных вещах: — Пойду немного посплю. — К-командир!! Он всего лишь сказал, что поспит немного, а они подняли шум. Проснусь — станет лучше. …Так думал Деон. *** Капитан потерял сознание. Это трудно назвать сном. Любой, увидев, сказал бы, что он отключился. Клетер осторожно положил руку на обмякшую руку капитана и стиснул зубы. «Ещё и температура». Он понял всё с того момента, как тот, будучи героем, не заботился о теле и просто использовал его. Но сегодня, когда ситуация была опасной, капитан бросился вперёд, не обращая внимания на то, сколько клинков пронзило его тело. Это потрясло. Клетер вздохнул, отложив решение сказать что-нибудь резкое на потом. — Милан, что стоишь? Быстро неси его. — У… угу! Милан внезапно подхватил Деона и уверенно побежал, сам не зная куда. Остальные, поддавшись его решительности, рванули следом. Клетер, которого атмосфера почти тоже утащила за ними, остановился, когда Бен пробормотал, что это не туда, и крикнул глупым товарищам: — Не туда! — А… Грохот. Все вернулись. Клетер обернулся к Бену и Дану, ожидая, что те скажут направление. Ответ пришёл от Бена: — Двигаться не нужно. Если позвать Лиринель, всё решится. Я связался с ним, пока вы шумели, так что стоит найти координаты — и он скоро будет здесь. — Говорите раньше. Клетер присоединился к рыцарям, которые снимали плащи и стелили их на землю, прежде чем уложить капитана, а потом сел прямо на голый пол. Он подпер подбородок и смотрел, как они кладут капитана на груду одежды, толщиной почти как зимнее одеяло. Когда тело устроили удобнее, мысли, которые он на время похоронил, вновь всплыли. Клетер тихо стиснул зубы, вспоминая момент, когда живот капитана был пронзён. «Он едва не умер». Живот пробило копьё. Другие клинки тоже били только в жизненно важные точки. Капитан двигался с единственной мыслью — бежать к ним, поэтому всё как-то сместилось, и удары прошли мимо смертельных мест. Но это не меняло факта: он был ранен, лишь чудом избежав смерти. Вместо того чтобы развернуться и разобраться с нападавшими, он даже побежал к ним, оставив спину беззащитной. Клетер повернул голову и увидел капитана, утонувшего в груде одежды. — Это нельзя просто так оставить, командир. Деон Харт почти умер, потому что его задержали собственные люди. Одного факта, что капитан едва не погиб, уже хватало, чтобы у них сердце провалилось. Но что они почувствовали в тот миг, когда поняли причину? Кто-то пробормотал, что им стоило покончить с собой прежде, чем стать помехой. Клетер был с этим согласен. «Если так продолжится, либо капитан умрёт, либо мы». Значит, нельзя просто пройти мимо. Он тихо сжал кулаки, думая, что должен поймать его и вразумить, чтобы подобное никогда не повторилось. *** И были глаза, наблюдавшие за ними. Стигма, почувствовавший, что после отступления героев помогать больше нет нужды, воткнул в землю копьё, которое держал. По обе стороны от него и позади торчало множество копий — будто он вырывал и метал их всякий раз, когда возникала необходимость. Ремембер, стоявший в нескольких шагах и молча наблюдавший, медленно открыл рот. — Почему ты помог? — Мой младший выглядит совсем плохо. Конечно, я знаю, что мой младший не из тех, кто умрёт здесь. Стигма легко добавил это и обернулся. Карие глаза встретились с серебристо-голубыми глазами старика. — Рука сама потянулась. — Ты сильно заботишься о Деоне Харте. — Не стану отрицать, но точнее сказать, что у меня острый глаз на то, что привлекает внимание. Смотри, я же говорил: он был близок к пределу, и в итоге взорвалось. Юный на вид демон появился и исчез, забрав с собой только упавшего Деона Харта и демона, похожего на его врача. Стигма мельком взглянул на тех шумных болванов, которые кричали, что их бросили, и вытащил копьё. — Похоже, у него что-то сломалось внутри. — … — Остаётся надеяться, что люди вокруг хорошо за ним присмотрят. Младший, ты не должен рухнуть здесь. Ты должен идти дальше, пока конец моего пути не встретится с серединой твоего. Я жду дня нашей новой встречи, но будет трудно, если ты сломаешься посреди дороги. После этого всё останется за тобой, младший. — Перед этим, пожалуй, стоит убрать этих надоедливых ребят. — И на этот раз хочешь сделать сам? Не оставишь старику? — Не хочу быть мусором, который поручает героев старикам. Он поднял копьё, легко провернул его несколько раз, нацелился в одну сторону и отвёл руку назад. Как чёрная пантера, напрягающая мышцы перед охотой, его скрытое под одеждой тело натянулось до предела. Плотные мышцы растянулись — и предмет в руке был выпущен взрывной силой. Копьё полетело быстрее стрелы и ударило прямо у ног приближавшихся героев. Те отступили, поражённые столь явным предупреждением: не подходить ближе. — И они тоже… такие настырные. Зачем пытаться выяснить личность неизвестного врага, если можно просто отступить перед неизвестным помощником? — Потому что неизвестный враг страшнее всего. — …Верно. Но предупреждение они, кажется, не проигнорируют, так что пойдём. Зелёные волосы, похожие на лес, прошли мимо Ремембера. Ремембер, наблюдая, как Стигма спускается с горы, не оборачиваясь, пошёл следом и спросил: — Куда теперь? — Ну… думаю, мой младший скоро устроит нечто грандиозное. До тех пор было бы неплохо не спешить. Пока просто пойдём, насколько сможем. ---------- Итог — лишь потери (3) В битве, где объединились три королевства — или даже больше, если учесть, что Империя привлекла наёмников Эсперанеса, а Горное королевство одолжило героев у вассальных государств, — монархи каждой страны смотрели не только на сражение у «замка Горного королевства». Они следили и за другими направлениями. Король демонов не мог не ответить. Он наверняка станет мстить какой-нибудь стране. Был велик и шанс, что он ударит по тем, кто опустошил свои войска, отправив подкрепления. И действительно, Рвече атаковали. — Здесь всё в порядке. Если бы они не участвовали в битве, этого бы не случилось. Более того, Рвече, применив свои силы и понеся такой ущерб, всё равно не сумело убить Деона Харта. Даже если бы у них было десять ртов, оправдаться было бы нечем. Королева Горного королевства и император Империи редко молчали так долго. Хотя связь шла без лиц, между ними повисла тяжёлая атмосфера. — Я сказал, всё в порядке. Король Рвече спокойно обратился к двум монархам, которые не могли легко заговорить, словно ему было неловко за то, что они так поспешно связались с ним, услышав новости. — Я был готов к этому с того момента, как решил помочь. — Так что не беспокойтесь. Это естественный итог. Причина, по которой армия Короля демонов до сих пор не трогала Рвече, была проста: Рвече не вмешивалось. Теперь, когда среди всех стран, участвовавших в плане, именно Рвече выступило наиболее скандально, было естественно, что целью стало оно. Но. Они кое-чего не учли. «Думали, Рвече просто тихо затаило дыхание?» Глаза короля холодно блеснули. — Сообщите, если нужна поддержка. Я добавлю силы. — В этом нет нужды. Нашей мощи достаточно. Рвече было одной из немногих стран, которые оставались в одиночестве и мире, пока весь мир погружался в смуту. Каким бы глупцом ни был король, он обязан ставить страну на первое место и защищать народ. Он не мог упустить такую золотую возможность. «Однажды настанет день, когда армия Короля демонов повернёт оружие против нас». В итоге их военная мощь росла безумными темпами. Армия Короля демонов, слишком занятая многочисленными силами, мешавшими ей в человеческом мире, не обращала внимания на Рвече. В слепой зоне, куда не доставали взгляды других держав, Рвече легко наращивало силы и, пользуясь благословенной землёй, собирало достаточно зерна даже во время долгой засухи. «Я показал армии Короля демонов часть карт, но…» Не все. И благодаря этому они смогли продержаться, пока отправленные войска не вернулись. Значит, всё в порядке. Король неторопливо улыбнулся. — Поэтому сосредоточьтесь лучше на другой стороне, а не на нас. Вам и без того хватает забот, верно? — …Верно. Ёнхва, собравшая оставшиеся войска и переместившаяся в другой замок, тихо сжала кулаки. Старый замок был разрушен битвой, войск осталось мало, народ охватила тревога. Договоры с привлечёнными вассалами фактически аннулированы, а некоторые вассалы даже требовали компенсации за потерю героев, которых одолжили. Они поставили почти всё, и потому откат после провала был огромным. «По сути, это почти крах…» В такой ситуации трудно защитить даже себя, не говоря о народе. Жалко. Горькая улыбка сама появилась на губах. — Раз убийство Деона Харта провалилось… остаётся лишь держаться как можно дольше, пока войска снова не соберутся. Чем дольше длится война, тем неизбежнее убывают войска. Но смогут ли они снова их собрать? Это почти как лить воду в бездонный горшок. Император и императрица Империи, хотя и не настолько, как королева Горного королевства, тоже были невыразимо подавлены. — Не могу поверить, что у него был такой возлюбленный… Алетея, услышав историю о чудовище-растении, тихо пробормотала это, будто потеряла рассудок от того, что шанс забрать голову героя исчез. Эльпидиус бросил на неё растерянный взгляд, но она, похоже, его не заметила. В конце концов Эльпидиус покосился на камень связи и тихо прошептал: — Алетея… кажется, это уже слишком… — Но оно же рисковало жизнью, чтобы спасти его? Без любви такое невозможно. — …Конечно, это любовь, но… Значение любви ведь не ограничивается любовью между возлюбленными… Как это назвать — узостью или, наоборот, широтой понимания? Эльпидиус с неоднозначной улыбкой снова посмотрел на камень связи, уже с чуть более спокойным выражением. Алетея, наблюдавшая за ним с расслабленным видом, улыбнулась. И в этот момент из камня связи пришла хорошая новость. — У нас ещё есть один шанс. Это был голос короля Рвече. — Как могло Рвече с опустевшими войсками удержаться против армии демонов, в которую входил даже командир корпуса? — …! Эльпидиус вскочил с места. — Значит… — Да. У Рвече всё ещё есть герои. И их больше, чем вы можете предположить. *** Удивительно, но армия Короля демонов даже не смогла подойти к стенам Рвече. Войска Рвече как раз вовремя вошли в зону действия магической формации и перехватили их. В любом случае это была военная единица, где присутствовал командир корпуса. Конечно, их должны были постепенно оттеснить и впустить врагов внутрь. Если совсем не получится, они уйдут в крепость, запрут ворота и будут держать оборону. …Так думала Иделия. Но переменная заключалась в том, что войска, сдерживавшие армию Короля демонов, не были обычными. — Вы, ублюдки…! Чёрный ветер, поднятый Эдом, приблизился. Иделия, веером рассекая порыв, который разрывал всё на части, и отправляя его во врагов, легко заметила тех, кто разрушал его, и вынуждена была действовать. Движения её руки, когда сложенным веером она била по головам подошедших врагов, были весьма свирепы. Безупречная одежда вмиг стала беспорядочной. Она ожидала, что Рвече нарастит силы, пока его не трогали, но до такой степени — никогда! Вслед за этим прозвучал яростный крик: — Они прятали героев!! И не одного и не двух, а множество! *** У Рвече была скрытая карта. Раз сам король её раскрыл, сомнений быть не могло. Ни один из монархов не спросил, почему они не прислали эту помощь раньше. Они знали: Рвече изначально не хотело помогать и всё же отправило почти всю силу, кроме скрытых героев. Более того, учитывая их необычайную военную мощь даже без героев, естественно было скорее сожалеть о том, что они с таким трудом взращенные войска потеряли. Поэтому королева Горного королевства и император Империи предпочли сосредоточиться на том, что появился ещё один шанс, и обрадоваться. И тогда случилось странное. Дзынь! Эльпидиус, прервавший связь, поднял голову на необычный звук. Императрица Алетея держала ручку чайной чашки. Да, только ручку. Они обменялись озадаченными взглядами, и Эльпидиус на миг опустил глаза. Чашка, лишившаяся ручки, рассыпалась на полу кусками, потеряв прежнюю форму. — Стекло старое? Что, если Алетея поранится? Решив, что служанкам нужно уделять больше внимания, он тихо цокнул языком и протянул руку. — Алетея, положи ручку. Ещё поранишься… Ссссыпь. Когда Алетея послушно раскрыла ладонь, как он и хотел, ручка рассыпалась порошком, словно песок. Эльпидиус лишился слов. Будто смутилась не только он, Алетея положила руку на подлокотник кресла, словно собиралась встать. И тут же. Подлокотник сломался. …На этом уже невозможно было не понять. — Не может быть. Лицо Эльпидиуса побелело. Он срочно позвонил в колокольчик. Вошёл слуга, и был отдан приказ принести инструмент для определения героев. Ничего особенного в этом инструменте не было. Прямо обтёсанный камень размером с две человеческие головы держали вдвоём. Эльпидиус велел положить его на стол и посмотрел на Алетею только после того, как слуги вышли. Его глаза дрожали от тревоги. — Алетея. — Я знаю, брат. Есть вещи, которые способны сделать герои и не способны обычные люди, как бы ни старались. Разломить камень, медленно увеличивая давление, не отрывая пальцев ни на мгновение. Пальцы не должны отрываться посередине, ладонь не должна касаться камня. Нельзя сосредоточить силу сразу — давление нужно наращивать постепенно. Она положила руку на камень. Подняв ладонь так, чтобы камня касались только кончики пяти пальцев, она нажала. Отчаяние заполнило глаза Эльпидиуса, когда он увидел: камень сначала вдавился по форме пальцев, словно его проткнули, а потом наконец раскололся на куски. — Нет… Казалось, мир наконец решил забрать у него последнюю оставшуюся семью. — Почему именно сейчас… Алетея стала «героем». *** Деона Харта вернули домой: Лиринель и Бен забрали его, не позволив ему даже как следует позаботиться о себе. Затем вернулись рыцари Лофти и Дан, а позже с трудом вернулись уцелевшие в битве демоны. Это было сокрушительное поражение. Горное королевство, Империя, Рвече… и даже наёмники Эсперанеса. Все объединились и атаковали; как такое выдержать? Прежде чем спрашивать с кого-то ответственность, Король демонов знал и понимал причину такого итога. Тот, кто должен был отвечать, ещё не очнулся. К счастью, та сторона тоже понесла немалый урон, так что время оставалось. Король демонов отложил решение до пробуждения Деона Харта, но вскоре ему пришлось встретиться с теми, кто пришёл к нему. — Почему вы не заполняете вакантные места командиров корпусов? Спросили командиры Второго и Третьего корпусов. Король демонов подумал, зачем же они пришли, и вот ответ. Потеряв интерес, он наклонился вперёд в кресле. — Потому что нет талантов. Голос прозвучал кисло. — Если нет талантов, есть Эд. — Заставлять того, кто не хочет занимать место, ничем не лучше, чем оставить его пустым. Эд решил остаться адъютантом командира Нулевого корпуса. — Тогда другие кандидаты… — Другие… честно говоря, по сравнению с нынешними командирами корпусов они недостаточно хороши. Вы ведь тоже так думаете? — … Молчаливое согласие вернулось вместо ответа. Командир Второго корпуса Девелания, всё это время молча наблюдавшая за выражением Короля демонов, взглянула на молчавшего командира Третьего корпуса и заговорила. Прежде чем она успела полностью разложить мысли, прозвучало нечто проницательное: — Но правда в том, что нам нужно пополнить силы сейчас, когда Деон выбыл. — Это верно. Но нельзя же поставить какого-нибудь идиота на место командира корпуса? — Это… тоже верно. Иначе престиж самой должности командира корпуса рухнет, что даст обратный эффект. Король демонов, которому больше нечего было сказать, посмотрел на Девеланию, облизывающую губы, будто что-то её беспокоило, поднялся и махнул рукой. Будет плохо, если дать ей время подумать, а потом найти лазейки и указать на них. — Если больше нечего сказать, уходите. У меня тоже есть куда пойти. ---------- Итог — лишь потери (4) И Король демонов посетил комнату Деона Харта. Он увидел Лиринель, тревожно смотрящую на Деона, и Бена, спокойно вытиравшего его тело влажным полотенцем. Чуть переведя взгляд, заметил Эда и Дана, которые смотрели на Деона Харта со смешанными чувствами. Их поведение было довольно спокойным — возможно, потому что прежде они уже пережили ситуацию похуже. — Король демонов…? Будто почувствовав присутствие, все четверо повернулись к нему. Король демонов, стоявший без выражения, тайком встретился с острым взглядом Дана и только потом сделал шаг назад. Лиринель и Эд, на жест «выйдите» выглядевшие с сожалением, склонили головы и ушли. Бен, всё ещё колебавшийся, словно ему было жалко уходить, тоже отступил. Дан, последним бросивший на Короля демонов настороженный взгляд, уже собирался выйти. Его плечо схватили. Смущённый, он обернулся. — Что такое… — В месте, где есть другие демоны, так открыто настораживаться будет трудно. Шёпот Короля демонов прозвучал, пока его взгляд всё ещё был прикован к Деону Харту, лежавшему на кровати. Плечи Дана напряглись, но тот сделал вид, что ничего не заметил. Король демонов с равнодушным лицом мягко предупредил: — Понимаю, что ты тревожишься из-за господина, но держись в границах. Ты ведь не хочешь, чтобы господин оказался в опасности из-за твоего поведения. — … Дан с каменным лицом сделал шаг, будто собирался уйти. Король демонов послушно отпустил его плечо и подошёл к постели Деона. Щёлк. За спиной закрылась дверь, и наступила тишина. Слышно было только слабое дыхание — знак, что жизнь ещё есть. Король демонов посмотрел на него безэмоциональными глазами, протянул руку и тыльной стороной ладони коснулся горячего лба. Жарко. — …Слышал, ты сказал, что немного поспишь, перед тем как отключиться. Он будто крепко спал и всё ещё не открывал глаза. Король демонов знал, почему всё дошло до этого и почему он до сих пор не проснулся. На губах появилась насмешка. Тихий голос с оттенком издёвки задержался в комнате. — Пытаешься сбежать в сон, потому что реальность слишком тяжела? Он пообещал себе больше не искажать и не отрицать реальность. Значит, открыв глаза, он неизбежно должен будет встретиться с ней лицом к лицу. Поэтому, вероятно, подсознательно выбрал сон. — С твоей кармой сны тоже не должны быть приятными. Выбрать прошлое между реальностью, похожей на зимнюю метель, и залитым кровью прошлым. Удивительно ли это? Но он понимал. Прошлое ограничено, а реальность несёт с собой будущее, о котором неизвестно, сколько оно продлится. Поскольку будущее содержит «неизвестное», смотреть на него должно быть ещё страшнее. Ничто не гарантирует, что ждёт впереди и как долго продлится дорога. — Но нельзя вечно оставаться запертым во сне. Он почувствовал, как дрогнули веки. Король демонов убрал горячую тыльную сторону ладони. — Хорошо. Теперь тебе нужно открыть глаза, Деон. Рука опустилась, и веки поднялись, открыв красные глаза. Король демонов, глядя на мутный, расфокусированный взгляд, сузил глаза. *** Ему приснился кошмар. Сон, где из пола поднималась кровь и медленно поглощала его. Призраки радовались, кружили вокруг него, словно на празднике, пока он умирал, пропитанный кровью. И хотя все звуки глушила жидкость, хихикающие голоса ясно проникали в барабанные перепонки. И ещё… [Берегите глаза.] Деон открыл глаза. *** Изначально Король демонов собирался, как обычно, поприветствовать Деона Харта, когда тот очнётся. Но… — … Король демонов наклонился ближе, чтобы рассмотреть его. Лицо, подошедшее почти вплотную, могло показаться обременительным, но Деон не сказал ни слова. Даже зрачки не смогли сфокусироваться. Король демонов тихо выпрямился и вытянул указательный и средний пальцы. Его рука, молниеносно двинувшаяся к красным глазам, остановилась на полпути, словно наткнулась на преграду. Белая рука крепко сжимала его запястье. Хотя два пальца остановились прямо перед глазами, Деон не проявил ни малейшего волнения. Даже не моргнул рефлекторно. Король демонов смотрел, как тот лишь пристально смотрит туда, где, вероятно, находился противник, будто настороженно защищаясь, и медленно открыл рот. — Ты сейчас не видишь. — … Только тогда его глаза сильно дрогнули. Даже если он способен отражать атаки благодаря физическим возможностям героя и тихому фону, это не значит, что он видит. Как обмануть проницательного дьявола, если ты даже лица собеседника не видишь? — Да. Деон послушно признал. Голос звучал слабо, почти жалко. Король демонов мягко потянул захваченное запястье. Деон тоже понял, что перед ним Король демонов. Герой ослабил хватку. Король демонов покрутил освобождённым запястьем и махнул рукой. Грр. С одной стороны подвинулся стул. — … — Я принёс стул. Он успокоил Деона, вздрогнувшего от неожиданного звука, и сел. Деон нахмурился: то ли его гордость была задета, то ли он просто чувствовал сильный дискомфорт из-за слепоты. Король демонов заговорил мягко, будто пытаясь успокоить его: — Не стоит так тревожиться о глазах. Это временно. Так и должно быть. — Вероятно, из-за жара. — … Деон, молча слушавший, открыл рот. — А если не временно? — Зачем спрашивать такое? Ответ пришёл сразу. Несмотря на дружелюбный голос, Деон без труда прочитал откровенный смысл в ответе и замолчал. «…Да. Этот не из тех, кто цепляется за сломанное». Он вспомнил один случай с бывшим императором Эдоардо. Тогда зрение временно помутнело из-за большой потери крови. Реакция того была похожа на реакцию нынешнего Короля демонов. Все монархи такие? Он тихо рассмеялся. — Теперь, когда думаю, вопрос и правда был бесполезным. Всё очевидно. Он, полагаясь на интуицию, повернул лицо туда, откуда шёл голос, но мир всё ещё был чёрным. Да и когда этот мир был светлым? — Как ты сказал, скорее всего, это временное явление. Зрение скоро вернётся. Отпустив бессмысленную слабость, он отчётливо это почувствовал. Если собраться и если жар спадёт, будущее тоже прояснится. Было ещё зловещее предупреждение шаманки… но до возвращения зрения лучше считать это особой тренировкой на случай чрезвычайной ситуации. Деон спокойно улыбнулся, читая присутствие Короля демонов чувствами, к которым уже привык. *** Два дня спустя жар, взлетевший слишком высоко, спал, и зрение, временно утраченное, вернулось. Однако, хотя это явно было хорошей новостью, выражение Бена не смягчилось. — Лёгкая температура остаётся… Высокий жар ушёл, но температура больше не снижалась. Врач нахмурился: слабое кипение, длящееся уже сутки, раздражало. — Если так продолжится и вы простудитесь, всё станет хуже. Вам хотя бы окно закрыть… — Не хочу. Деон, смотревший на свои руки, внезапно поднял голову. — Какая простуда у героя, прежде всего? — Разве герой не лежит сейчас с температурой? — Это из-за психической части. В любом случае, я не люблю замкнутые пространства, так что оставь. Кто-то мог бы назвать эту ситуацию необычной, но в последнее время, помимо ужасного запаха крови, появилось больше причин ненавидеть закрытые пространства. Деон решительно отвернулся. Хотя он знал, что всё это не важно, потому что это лишь галлюцинации, после кошмаров у него часто возникала нелепая мысль: комната наполнится кровью, и он утонет. Отсюда естественно росло отторжение. — Проблема хуже этого… — Да? — Ничего. Ты закончил? — Да. — Тогда мне нужно отдыхать, выходи. Эд, ты тоже. Бен, колебавшийся, словно его что-то тревожило в поведении Деона, был вытащен наружу рукой Эда. По пути они немного повздорили, но Деон не обратил внимания и снова посмотрел на свои руки. Потерев кончики пальцев, он сжал и разжал кулаки. Он ощутил до крайности знакомую текстуру. — Дан. — Слушаю. — Ты это видишь? — О чём вы? — Если бы видел, ты бы так не отреагировал. На его руках была густая кровь. Деон несколько раз потёр руки, но неприятная жидкость не исчезала. В итоге он признал: — Ты когда-то назвал меня сумасшедшим? — Ну… я сказал что-то похожее. — Тогда я сказал, что ещё в порядке. — Да. — Нужно исправить. Я точно безумен. — Я был сумасшедшим с самого начала. Ещё до того, как услышал тот вопрос. Он уже был безумен. Наверное, сошёл с ума в тот миг, когда решил отделить воспоминания о поле боя. Ни один здравомыслящий человек не подумает разделять собственные воспоминания. Значит, он уже был безумен, когда вернулся к жизни и убил свою семью. Иначе, как бы зол он ни был, он не убил бы их собственными руками. — Ха-ха-ха. Деон рассмеялся. Из него вырвались печаль, безумие, накопленные гнев и ненависть к самому себе. Смех был почти сумасшедшим — как смех того, кто смеётся над собственным падением в Бездну. — Но знаешь что? — Что… вы имеете в виду? — Нормальные люди впадают в безумие либо когда их сметает психология толпы, либо когда они окрашены крайней печалью. — Возможно, я сошёл с ума раньше, чем думал. Безумие рождается на основе крайней печали. Может, он сошёл с ума в тот миг, когда решил, что семья его бросила. …Лучше не копаться. Дерьмо не меняется от того, в какой момент ты стал безумцем. *** Деон зажал сигарету в зубах и сразу взял документы. С каждым вдохом лекарственный эффект расходился по телу и успокаивал головную боль, вызванную слабой температурой. Бен и Эд пытались его остановить, но он не обращал внимания и сосредоточился на бумагах. На лице сбоку появилось печальное выражение. — Деон… Так ваше тело правда сломается… Каким бы героем вы ни были… — Я всё равно не собираюсь жить долго. — Как вы можете говорить такое…! — … Дан, молча наблюдавший за ситуацией, тихо вышел. Деон мельком посмотрел на Бена, который застыл с открытым ртом, и подмигнул Эду. Эд, понявший смысл, на мгновение замер, будто ему это не нравилось, но затем схватил Бена за шиворот и потащил прочь. Мелкая перепалка, снова начавшаяся между ними, полностью оборвалась, когда дверь закрылась. В вновь тихом пространстве Деон держал документ в одной руке, а указательным пальцем другой постукивал по столу. «Те войска почти полностью уничтожены. Вернулась лишь горстка выживших…» Наверное, стоит считать удачей, что бешеные псы вернулись целыми. Конечно, враги тоже понесли серьёзные потери, но по сравнению с этой стороной они казались незначительными. При поражении такого масштаба обычно должны найти ответственного… [Сам отвечай за это. Ты ведь можешь, верно?] Слова Короля демонов немного удивили даже Деона. Иначе говоря, он дал ещё один шанс? Добавив, что это последний шанс, он сам признал, что шанс был предоставлен. «Потери войск огромны, но… всё же число героев человеческого мира из-за этого случая сильно сократилось. Наверное, это приемлемо». Конечно, поступил доклад, что Рвече скрывает немало героев. Точный масштаб неизвестен, поэтому оценить трудно, но в любом случае их наверняка меньше, чем было, когда все страны, кроме Рвече, собрали героев вместе. Перед тем как строить дальнейший план, нужно кое-что прояснить. Тук. Палец остановился. Красные глаза повернулись к определённому месту. — Я как раз собирался тебя позвать. Удачно вышло. Деон закатил глаза, будто скрывая истинные мысли, и назвал незваную гостью, которая прокралась внутрь. — Девелания. ---------- Итог — лишь потери (5) Даже без этого у него были вопросы. «С разведкой Девелании она должна была почувствовать это давно. Почему не сказала мне?» Сообщение о выходе подкреплений из каждой страны не дошло, потому что камень связи был разбит, но само незнание ситуации казалось нелепым. По крайней мере, он должен был заранее узнать, что между странами что-то происходит, и подготовиться. — …Теперь, когда думаю, в какой-то момент мы стали встречаться реже. — Потому что расписание Деона совсем развалилось. Ответ на его бормотание прозвучал сразу. Деон поднял глаза. Их взгляды встретились. Его глаза изогнулись, будто напоказ, и он улыбнулся. Девелания заметила насмешку в красных глазах прежде, чем она скрылась под веками. …Наверное, потому что он слишком долго находится рядом с ним. С каждым разом всё больше похож на Короля демонов. Уголки её губ невольно дрогнули. — Даже письменных докладов стало меньше. Если это была забота обо мне, я должен быть благодарен. — … — Но сейчас я не собираюсь спорить об этом. Он поднялся и сел на диван у стены. Девелания, всё это время стоявшая, едва заметным жестом рук заняла место напротив. После короткой тишины, наблюдая, как Деон тушит сигарету о бедро, она внезапно заговорила: — На самом деле, до этого инцидента Империя отправила посланника в Рвече. — … — И да, я не сказала Деону. Он так и думал. Не может быть, чтобы она не знала. Сухие глаза повернулись к ней, словно требуя причины. Ответ последовал охотно. — Потому что связанные с господином Деоном командиры корпусов умирают один за другим. Содержание ответа было тяжёлым. — Не только командиры Десятого и Восьмого корпусов, которые внешне были связаны с Деоном. Командир Пятого корпуса, казавшийся не связанным на первый взгляд, в какой-то момент начал часто ходить на тренировочный полигон рыцарей Лофти, показывая косвенную связь. — … — Конечно, случай с командиром Пятого корпуса мог быть совпадением, но… Её взгляд уже говорил, что совпадением она это не считает. Опустилась тишина другого уровня. Ярко-красные глаза пристально смотрели на Девеланию, словно пытались вскрыть её мысли. Хотя взгляд давил, она не отступила и встретила его. Атмосфера натянулась. Голос, продолживший, будто фраза ещё не была закончена, оттолкнул тишину. — Даже в этой войне в безопасности вернулись только люди, подчинённые господину Деону. Так что, господин Деон. — … — Если ещё один командир корпуса умрёт, как вы думаете, кто станет следующим? Воздух застыл. Деон неподвижно сидел и смотрел на Девеланию. Из напряжения вырвался низкий голос, похожий на рычание. — Чушь. — Конечно. Только тогда Девелания ярко улыбнулась. — Разумеется, это шутка. Разве я осмелюсь подозревать Деона? Однако как командир корпуса, отвечающий за информацию, я решила, что должна указать на нынешнюю подозрительную ситуацию. Она не сомневается. Хотя теперь открыто подозревает. — Так что ты хочешь сказать? — Я извиняюсь за упущенную информацию. Я ошиблась, проявив чрезмерную осторожность из-за подозрений. …Убить? Деон чуть шевельнул пальцами, будто показывая их. Но уже умерло слишком много командиров корпусов. Теперь, когда Девелания начала подозревать, лишь вопрос времени, когда подозрения появятся у других, включая Иделию. Повод есть, и будь он Королём демонов, тот наверняка защитил бы его, случись здесь несчастный случай. Но отдельно от этого подобный шаг только усилит подозрения командиров корпусов. — …Надеюсь, в следующий раз такого не будет. — Разумеется. Убить её невозможно. В итоге Деон послушно отступил на шаг. Конечно, это не значит, что трогать её вообще нельзя. — Ты ведь не думаешь, что всё закончится одними извинениями. — Да? — Можно сказать, результат войны стал таким из-за твоей ошибки. Он хотел бы сделать эту часть публичной и наказать её… но тогда всплывёт причина, по которой она так поступила. Взгляды демонов снова сосредоточатся на нём. Нельзя убить её тайно, нельзя сделать всё публичным из-за бомбы, которую она держит в руках, но хотя бы испортить ей жизнь можно. Деон оскалился. — Империя, Горное королевство, Рвече, Эсперанес. Ты лично отвечаешь за сбор всей информации об их перемещениях. — Поняла… — Ах, и раз всё случилось из-за твоей ошибки, не перекладывай это на других. Если случайно что-то упустят, будет большая проблема, верно? Ты сама ошиблась, а что говорить о тех, кто ниже? — Не думаю, что хочу допустить нечто подобное. Работай, раб. Увидеть, как лицо Девелании теряет слова, было довольно приятно, и Деон озорно улыбнулся. Он не беспокоился, что она снова упустит сведения. На этот раз вся работа поручена ей лично. Раз он сказал это прямо в лицо, а подчинённые не участвуют, она не сможет избежать ответственности, если информация снова будет упущена. Одной отрубленной головой уже не отделаешься. — Хорошо. Её голос слегка дрогнул. Девелания поднялась с немного застывшим выражением. Деон, улыбаясь наблюдавший за тем, как она будто собирается уйти, открыл рот: — Я ещё не закончил. — …Говорите. — Был доклад, что Рвече скрывало героев, но масштаб неясен. — Я выясню первым делом, но… советую сначала поговорить с Эдом. Именно Эд получил от Деона приказ атаковать Рвече. Именно Эд атаковал Рвече и столкнулся с героями, верно? Поскольку он адъютант, встретиться с ним несложно. — … Верно. Наверное, он сам незаметно пытался исключить Эда из мыслей, потому что ему было некомфортно. Из-за того, что он рухнул… точнее, долго спал, дополнительных приказов он дать не смог, а из-за неожиданного появления героев Король демонов сам приказал вернуться. Вспомнился адъютант, который с момента его пробуждения держался где-то на краю поля зрения, пытаясь чем-нибудь помочь, и выражение Деона стало странным. «Теперь, когда думаю… я сказал Эду, что он хорошо справился?» Всё же тот верно выполнил приказ. Тем временем Девелания взглянула на дверь. — У вас посетители. Я уйду, пока мне не помешали. Едва она договорила, дверь распахнулась. И следом раздался знакомый крик. — Команди-и-ир!! — Кей. Деон, некоторое время недоумённо смотревший на дверь, которую открыли почти сразу после стука, мельком оглянулся туда, где стояла Девелания. Она уже быстро исчезла. Только тогда Деон взглянул на бешеных псов чуть более расслабленным лицом. Дан вошёл следом, так что, похоже, это он их привёл. Но Деон не стал это упоминать. — Зачем пришли? — Зачем пришли?! — Вы правда спрашиваете, потому что не знаете? — … Причин было так много, что он не знал, что сказать. Деон просто молчал. *** Она знала, что Деон дорожит дикими псами, которых вырастил, но увидеть, как они ведут себя настолько безрассудно, было головокружительно. А Деон, который снова принимает это? Девелания почувствовала, что если задержится там без нужды, то получит шок, и быстро ушла. Дверь была забита людьми, но окно оставалось открытым, поэтому посетители не обратили на неё внимания. Уданг-танг-танг. У Замка Короля демонов высокие потолки, так что такие ошибки случаются. Девелания, едва не свалившаяся через окно в склад этажом ниже, поднялась, отряхнула одежду и вышла в дверь. Перед ней тянулся прямой коридор, по которому шли два демона. Её глаза сузились, когда она узнала спины. «Майерс и… рядом адъютант?» Командир Двенадцатого корпуса Майерс и адъютант Дахар. На первый взгляд они шли, обсуждая рабочие дела, как обычный командир корпуса и его адъютант, но слабые отголоски разговора были необычны. Девелания скрыла своё присутствие и прислушалась. — Расправьте плечи… и поднимите голову. — Да. — Когда я так говорю!.. Нет, отвечать не надо было. В коридоре ведь могут быть другие демоны. — Угу. — Простите. — Не извиняйтесь. Как и ожидалось, Майерса и сегодня стабильно донимали. «Их отношения тоже очень любопытны». Такие же необычные, как у Орела и Дернивана. Каким бы низким ни было его чувство уверенности, Майерс всё равно настоящий командир корпуса. Стоит ему рассердиться — и наглого адъютанта наверняка можно убрать. В отличие от Хель, бывшего командира Восьмого корпуса, ему не хватает уверенности, но не настолько низка самооценка, чтобы позволить адъютанту искренне лезть наверх. И всё же причина, по которой он оставляет адъютанта, ворчащего вот так, вероятно, в том, что он знает: ворчание рождается из заботы. Адъютант хочет, чтобы начальник был немного увереннее и нигде не выглядел тем, кого можно игнорировать. Иными словами, Дахар действительно заботится о своём начальнике. «…Пожалуй, это можно использовать?» Девелания улыбнулась. Будто они как раз подошли к комнате, два демона разошлись. Дахар, до самого конца оборачивавшийся с тревожным ворчанием, был поражён, обнаружив перед собой командира Второго корпуса. Смущение длилось недолго. — Здравствуйте, командир Второго корпуса. Давно вас не приветствовал. — Да, похоже, давно. — Вам есть что мне сказать? Язык, отточенный, чтобы заменить ужасные навыки речи его начальника, двигался гладко. Девелания осталась этим весьма довольна и слегка пожала плечами, пытаясь ослабить напряжение. — Что ж… верно. — В таком случае лучше перейти в другое место. Я проведу вас. И чутьё, и сообразительность хороши. Если не считать ворчания, он ей нравился всякий раз, когда она его видела. Девелания посмотрела на спину ведущего её Дахара и пошла следом. Место, куда он привёл её, было его кабинетом. Это был не кабинет командира корпуса, а личный кабинет адъютанта, но внутри виднелись значительные стопки документов. Девелания огляделась и устало посмотрела вокруг. Работает в кабинете командира корпуса, работает в своём… Когда он вообще уходит с работы? На маленький столик поставили чашку чая. До такой степени можно было и не стараться. Она молча посмотрела на чай и подняла чашку. — …Ты очень заботишься о начальнике, да? — Думаю, для адъютанта было бы самонадеянно выражать чувства к начальнику словом «забочусь». — Правда? Тогда… исправлю на «дорожишь». Как бы там ни было, если смысл ясен, достаточно. — Не знаю, можно ли назвать это «дорожить», но понимаю, что вы хотите сказать. Однако почему вы спрашиваете… Вместо прямого согласия или отрицания Дахар увёл мысль в сторону. Но Девелания уже получила достаточно ответа: глаза его заметно дрогнули. Она мягко улыбнулась, будто всё поняла. — Потому что твоя преданность впечатляет. Именно поэтому я хотела рассказать тебе кое-что особенное. — Что… — Историю, которая может быть связана с жизнью твоего начальника. — … Командир корпуса, особенно командир Второго корпуса, собирающий информацию, не станет говорить ерунду. Дахар выпрямился, поражённый. Девелания, увидев его заострившийся взгляд, неторопливо улыбнулась. В отличие от изогнутого рта, её глаза сияли так же остро, как у собеседника. ---------- Итог — лишь потери (6) Когда он пришёл в себя, Деона отчитывали. Что? Что это за ситуация…? Его быстро окружили крепкие мужчины, и он смотрел на них снизу вверх с немного растерянным лицом. Те, кто встретился с блестящими красными глазами, вздрогнули и отступили. — Даже если вы так смотрите, мы не можем просто закрыть на это глаза! — Верно, нельзя это спустить! Сначала положите документы, капитан! И вскоре, будто ничего и не было, снова набросились на него. Рыцарь, поднявший Деона, сидевшего перед столом, нахмурился от запаха сигаретного дыма. Кто-то заметил дырку на бедре его брюк и указал на неё. — Капитан, вы опять обожглись?! — Вы ведь приняли лекарство… а всё равно пахнет. Как вы собираетесь за это отвечать?! — Почему я должен отвечать за это… И вообще, не пора ли меня поставить? — А. Рыцарь, нёсший его, тяжело потопал к кровати. Он усадил Деона на кровать, словно ставил куклу, и строго на него посмотрел. Если бы так сделал только один человек, Деон вообще не обратил бы внимания… Он скользнул взглядом по окружившим его людям, вздохнул и опустил глаза. Как будто только этого и ждали, сверху посыпалось ворчание. — Почему вы так обращаетесь с телом, если ещё не восстановились? — … — Документы… ладно, я могу уступить и понять. Но сигареты — нет. Клетер возглавил ворчание, а остальные кивали рядом. Деону текущая ситуация не нравилась, но возразить особо было нечего. Он знал, что они переживают, и не мог приказать им заткнуться. Поэтому он лишь ждал, когда нотация закончится, с угрюмым выражением. «Они не станут дважды ворчать об одном и том же. Если просто переждать этот момент…» Но разве жизнь идёт так, как ожидаешь? — Он сказал, что всё равно не собирается жить долго. — Что?! Дан, всё это время молча слушавший, внезапно присоединился и добавил фразу. В тот же миг взгляды бешеных псов стали суровыми. Этот проклятый ублюдок. Деон резко поднял голову и прожёг Дана взглядом, но встретился глазами с бешеными псами и тихо отвёл взгляд. — Капитан! Это правда?! — Вы правда такое сказали?! — Команди-и-ир!! — Шумно. Явное отношение: в одно ухо вошло, в другое вышло. Так нельзя. Лицо Клетера исказилось. Если всё продолжится так, их командир, как и прежде, будет делать что хочет, даже не думая о собственном теле. До сих пор ему везло, но нет гарантии, что так будет всегда. Они не могут просто смотреть. — Командир. — Думаю, нам нужно немного вернуться к прошлому. Члены рыцарей Лофти уже решили покончить с собой, если нечто подобное повторится. Чтобы эта трагедия не стала реальностью, нужно было вбить это в сознание Деона Харта. Поэтому Клетер холодно продолжил. — Почему вы бросились к нам, когда герои Горного королевства целились в нас? — Как начальнику мне естественно защищать подчинённых… — Нет. В первую очередь нормально самому выжить, а потом, если есть возможность, помогать другим. Тогда у командира явно были враги за спиной. Вас уже атаковали. И всё равно! Похоже, сцена того момента слишком ярко всплыла в его памяти: голос резко поднялся, переполненный эмоциями. Клетер сам вздрогнул и быстро закрыл рот. …Нельзя. Он перед «капитаном». Что бы ни случилось, нужно держать границу. «Знаю. Знаю. Так что перестаньте тыкать меня в бок». Он раздражённо оттолкнул руку, тыкавшую его сбоку, и закрыл глаза, подавляя чувства. Сколько прошло времени? После короткой тишины он медленно поднял веки и продолжил. Голос стал спокойным, будто он и не повышал его. — …Но капитан не позаботился о себе и побежал к нам. Уже будучи атакованным, он побежал в эту сторону с врагами за спиной — врагами, которые могли ударить ещё несколько раз. Как тогда у них колотились сердца. Клетер вытащил меч у пояса. И, к потрясению всех, полоснул себя по руке, словно показывая это тем, кто смотрел. — … Деон вскочил с места. Сначала появилась чёткая красная линия. Пол-удара спустя рана раскрылась, и кровь начала сочиться наружу. Кроваво-красные глаза беспокойно дрогнули, увидев длинный порез, из которого текла кровь. — Ты спятил? Голос, пропитанный кровью, прозвучал с опозданием. — Если мы не сделаем этого, капитан, вы не насторожитесь. В будущем, если капитан получит рану, нам придётся получать раны тоже. По возможности — такого же масштаба и в том же месте. — Ты… — Теперь, когда думаю, где капитан тогда был ранен… — … — Ах да. Живот был пронзён. Жуткое бормотание заполнило комнату. Среди застывших людей Клетер перевернул меч остриём вниз и направил его к животу. Только тогда все будто очнулись от гипноза, и поднялась суматоха. — Эй, эй! Стой! — Нет! Ты с ума сошёл?! — Так ты умрёшь! Умрёшь! — Это и нужно сделать, когда я мешаю капитану. А что, если сделать заранее? Игнорируя товарищей, повисших на нём, Клетер потянул меч к животу. Остальные, перепуганные, едва сумели остановить его, вцепившись в рукоять с другой стороны. Внезапно между теми, кто хотел забрать меч, и тем, кто не хотел отдавать, началось смертельно опасное перетягивание. Смешная комедия закончилась лишь тогда, когда Деон, всё это время застывший, сумел открыть рот. — Стоп. — Я понял, что ты хочешь сказать, так что… оставь это. Устал. Кажется, он понял, что они тогда почувствовали. …Но я ведь герой. В отличие от них, я быстро исцеляюсь… …Нет, хватит. Если возразить сейчас, всё только обернётся против него. Со смешанными чувствами Деон поднял руку и провёл по лицу, будто умывался. И вдруг остановился. «…Подождите». Среди криков тех, кто недавно пытался остановить Клетера… кажется, прозвучало: «Это и нужно сделать, когда я мешаю капитану»…? И точно — прежде чем Деон успел прийти в себя, голос Клетера продолжил, будто разговор ещё не закончился. — Капитан, мы решили: если в будущем повторится нечто подобное, мы без колебаний покончим с собой. — … — Это значит, что мы скорее умрём, чем снова, как тогда, схватим вас за лодыжку и заставим капитана получить серьёзную рану. В широко раскрытых красных глазах отчётливо отразился шок. Совесть Клетера на мгновение болезненно сжалась: перед ним будто стоял юный Деон Харт времён Восьмилетней войны. Но он не остановился. Потому что следующие слова были самыми важными. Если остановиться здесь, все предыдущие слова и действия окажутся бесполезны. — Конечно, если капитан будет заботиться о себе больше, чем о нас, необходимости в этом не будет… — …Ладно. Слегка влажный голос прервал его. — Я понял. В отличие от дрожащего голоса, выдавленного сквозь зубы, сухие глаза яростно смотрели на Клетера. Клетер, ясно прочитавший там «обиду», горько улыбнулся. — Тогда хватит говорить. — …Да, как скажете. — Чёрт. Деон в итоге закрыл лицо руками. Пока никто не мог легко открыть рот, прозвучал голос, будто кто-то пережёвывал слова. — Проклятый ублюдок. — Разве вы сами не лучше всех знаете, что мы сборище ублюдков? Освежающе слышать. — …Заткнись и сначала обработай руку. Именно в такие моменты, даже желая отрицать, он понимает. Когда они угрожают заложить собственные жизни, он не может двигаться… он слишком глубоко впустил их в сердце. Время, когда он встретил их, пришлось на Восьмилетнюю войну — на период, когда не на кого было положиться. Время, когда он был истощён душевно, потому что считал, что семья его бросила. Сначала он говорил, что как командир будет отвечать, если потеряет подчинённых, и потому защитит их. Но какой ребёнок оттолкнёт тех, кто упорно подходит всё ближе и пытается заботиться о нём лично? [Ты ел? Если хочешь выжить, сначала надо что-то съесть.] [Ты нормально спишь? Если постоянно не спать по ночам в период роста, не вырастешь.] [Что это за одежда у капитана? Иди сюда. Я поправлю.] [А-а-а, командир! Бельё! Нужно надевать бельё!] У меня нет аппетита. Вы всё время приходите, говоря, что мне снятся кошмары. Что не так с моей одеждой? Если она пропитается кровью, всё равно придётся выбросить. Нельзя же каждый раз тратить припасы. А когда бельё намокает и прилипает, неприятно… Хотя юного Деона Харта это щекотало и раздражало, в итоге они ему понравились. «Всё в порядке». Теперь уже поздно отталкивать их, но это нормально. Потому что они — люди, которые ищут способ жить вместе, а не жертвуют собой, чтобы спасти его, как брат или чудовища. Так что, как сказал Клетер, если он будет эгоистом, всё будет в порядке. Кровь между пальцами дрогнула, будто в любой момент могла поглотить его. Деон крепко зажмурился. *** Хиен наблюдал за всей этой суматохой снаружи. «Говорите — закрывайте дверь…» Если дверь не закрыта, магия звукоизоляции бесполезна. Похоже, эти безумные… нет, человеческие рыцари забыли плотно закрыть дверь… И он стал свидетелем ситуации куда тяжелее, чем ожидал. «В конце концов, я остановился здесь, потому что услышал, что растение использовало семя…» Он слышал, что Деон действительно получил психологический удар от жертвы растения. Поэтому хотел извиниться. Глядя на происходящее, кажется, сегодня был не тот день. Хиен горько улыбнулся. «…Может, так даже лучше». На самом деле у него не было уверенности извиниться лицом к лицу. Нельзя было идти с пустыми руками, поэтому он долго думал. Но было ясно, что если снова влить демоническую магию в растение человеческого мира, как раньше, это даст обратный эффект. Поэтому он в итоге пришёл с пустыми руками и склонил голову перед дверью. Он снова вспомнил растение, которое с гордостью приняло семя и спрятало под корнями. «И всё же… наверное, оно умерло, исполнив желание». Тогда… он вспомнил конец пчёл, пытавшихся остановить вторжение ос, когда семя очистилось перед ульем. Даже потеряв жизнь, они победили. «…Пора вернуться». Когда Деон увидит меня, он вспомнит только то растение, и ему будет тяжело. Хиен повернулся. И, заметив стену, преградившую путь, удивлённо поднял голову. При виде знакомого, но трудного лица он рефлекторно проглотил облегчённый вздох и отступил на шаг. — В-вау… Король демонов. — Тсс. Даже Король демонов. И Бен с Эдом. Как долго они здесь? Хиен вообще не заметил их, пока не повернулся и не столкнулся лицом к лицу. Он срочно закрыл рот обеими руками, быстро кивнул и отошёл в сторону. Король демонов естественно прошёл мимо него и, входя в комнату, хлопнул в ладони. Хлоп. Хлоп. Хлоп. *** — У тебя хорошие подчинённые. — …Ко…роль? — Да. Деон поднял голову на внезапные аплодисменты. Король демонов непринуждённо ответил на непривычное обращение, подошёл к Деону и приложил тыльную сторону ладони к его лбу. Словно уловив слабый жар, который всё ещё не спадал, жёлтые глаза посмотрели вниз в его растерянные красные. Король демонов на миг убрал руку и перевёл взгляд на документы на столе. — Мне доложили, что ты работаешь, хотя плохо себя чувствуешь… Похоже, это правда. …Не сумев остановить его самостоятельно, они привели того, кто выше. Дан привёл бешеных псов, а те — Короля демонов… отвратительно. Деон посмотрел на Бена и Эда за его спиной. Будто разрывая зрительный контакт, Король демонов прошёл между ними и направился к столу. Естественно, взгляд Деона тоже сместился туда. Длинные пальцы взяли один документ. — Уже думаешь об атаке? «Уже»? — Разве я не должен отвечать? После того как вы велели мне взять ответственность за поражение в Горном королевстве. Глаза Короля демонов сузились. — Не помню, чтобы я говорил «как можно скорее». — В любом случае, отложите это. — Что…?! Он начал убирать бумаги. Деон резко поднялся и подошёл ближе, спрашивая, что тот делает. Король демонов посмотрел вниз на руку Деона, схватившую его за запястье, затем поднял глаза. Его рот открылся, будто он собирался что-то сказать. Он на мгновение замер, потом повернул голову и произнёс совсем другое: — Все выйдите. ---------- Итог — лишь потери (7) Несмотря на приказ Короля демонов, бешеные псы, всё это время шнырявшие рядом и следившие за реакцией Деона, сорвались с места, едва тот кивнул. Дан и Бен тоже двинулись следом. Эд уже собирался выйти за ними, когда Деон, до сих пор стоявший неподвижно, окликнул его. — Эд, ты подожди снаружи. Эд, впервые за долгое время услышавший, как его зовут, замер на месте, будто не сразу поверил. Он явно сомневался, правда ли его окликнули или ему послышалось. На лице, полном вопросительных знаков, проступило замешательство. Деон, похоже, это заметил и добавил: — Мне нужно кое-что сказать. — Понял. Эд вышел, и дверь закрылась. Король демонов, который не сводил с Деона глаз с тех пор, как приказал всем суетливым существам покинуть комнату, бросил взгляд на белую руку, всё ещё сжимавшую его запястье. Свободная рука поднялась. Деон, державший его за запястье, напротив, удивлённо посмотрел на него. Король демонов мягко высвободился из его пальцев и неторопливо заговорил. Голос его прозвучал почти шёпотом, предельно ласково: — Куда ты так спешишь? — … — Второй раунд — это хорошо, но нам ведь нужно время и на внутреннее обслуживание. Или всё-таки дело в том, что тебя тревожит мир людей? Голос звучал так, словно он успокаивал ребёнка, но глаза, обращённые на Деона, были холодны, как залитая лунным светом ночь. На миг Король демонов ярко улыбнулся. — В любом случае миру людей сейчас будет не до нас. Они заняты тем, что пытаются привести себя в порядок. Наш герой убил там едва ли не половину героев, верно? — Говорят, в Рвече есть скрытые герои. Масштаб пока неизвестен, так что это нужно учитывать. И мир людей любит давить без паузы, не давая противнику времени собрать силы… — Если урон настолько велик, за день-два они с этим не разберутся. Даже нескольких месяцев может не хватить, чтобы просто немного отдышаться. А даже если в Рвече и прячутся герои, их не может быть столько же, сколько тогда. Даже если уступить сто раз и предположить максимум, ситуация будет примерно такой же, как прежде. Тогда Деона оттеснили только потому, что у него была заложница, которая сковывала ему ноги. Если учесть это, серьёзных проблем быть не должно. — И главное… Он отпустил запястье Деона, недовольно нахмурившегося, и сел на стоявший рядом стул. Глаза, смотревшие на Деона поверх руки, подпирающей подбородок, привычно изогнулись дугой. — Монстров слишком много. — … — Я уже начинаю чувствовать нехватку магической силы, так что один я не справлюсь. Шутка это или правда? Деон нахмурился, не понимая смысла этих слов. Король демонов, конечно, не мог не прочитать его выражение. «А ведь это чистая правда». Если не верит — ничего не поделаешь. Он легко пожал плечами и вернулся к оставленной теме. — Поэтому я собираюсь мобилизовать всех командиров корпусов на зачистку монстров. По возможности хочу провести это в форме соревнования… — Ха. Соревнование в такое время. Деон невольно рассмеялся. Разумеется, для гордых командиров корпусов это сработает лучше, чем обычная зачистка… Но всё же разве это не слишком беззаботно? Король демонов ответил на этот смешок спокойно: — Разве сейчас не один из немногих моментов, когда можно оставить границу пустой? Было бы жаль его упустить. В любом случае, даже если граница опустеет, мир людей не посмеет вторгнуться на эту территорию. Для этого нужно полностью подготовиться и иметь большой запас времени. Какой идиот бросит выгодную сцену в своём углу и полезет на вражескую землю? Так что немного не спешить — не такая уж плохая мысль. Пока идёт генеральная уборка, можно заодно проверить и внутренние дела, до которых прежде не доходили руки. «На самом деле о монстрах уже можно было бы не беспокоиться, но…» Сколько он в самом деле собирается сидеть на троне Короля демонов и с этого момента разбираться с монстрами? Зачистка — всего лишь предлог. Предлог подготовиться к встрече с учителем. Предлог дать Деону, находящемуся на пределе, время отдохнуть. С какой стати он так покорно вливал бы свою магическую силу в монстров? Из-за нехватки рук? Нет. Недостающую силу для зачистки можно было бы легко восполнить, стоило только захотеть. Достаточно было выбрать любой из корпусов, сейчас находящихся в Замке Короля демонов, и добавить подкрепление. Потому что этого хочет Деон Харт? Не совсем неверно, но если точнее… Король демонов поставил всё на этого героя. Поэтому Деон Харт не должен пасть. Нужно сделать так, чтобы люди, упрямо сильные и бесконечно слабые одновременно, ни на мгновение не смогли отвести от себя глаз. Король демонов вдруг встретился взглядом с Деоном, который смотрел на него. Деон поджал губы. Голос его дрогнул — ему явно не нравилось то, что он собирался спросить. — …Мне тоже участвовать? — Тебе так не хочется? — Если скажу «нет», ты послушаешь? — Когда это я когда-нибудь побеждал тебя? Никогда. Деон замолчал. Если подумать, Король демонов всегда уступал ему. Даже с тем делом о наркотике, единственным, где он занял жёсткую позицию, всё закончилось тем, что он под предлогом «временно закрыть вопрос» фактически спустил это на тормозах. …Почему? Когда выражение Деона едва заметно изменилось, он нарочно пробормотал достаточно громко, чтобы Король демонов услышал: — Но ведь командирских должностей и так несколько пустует, людей не хватает… — … — Шучу. Это соревнование, где собираются все корпуса, так что отсутствие одного тебя не создаст такой уж разницы. Нет, поскольку отсутствует именно «герой», разница, конечно, будет. Но потеря одного Деона Харта не значит, что корпуса не смогут показать силу. Если корпус настолько жалок, ему лучше не существовать. В последнее время командиры корпусов гибли, и прежний авторитет пошатнулся, но это был лишь «авторитет». Корпуса Короля демонов не были настолько слабы. — Ради честности соревнования даже лучше, если герой останется в стороне. Отдохнёшь немного. А чтобы не скучать в ожидании, можно до конца соревнования поучиться стрелять из лука. Ты ведь говорил в прошлый раз? Я научу. Лёгко улыбающиеся глаза будто говорили: смотри, тебе ещё многому у меня учиться. Не спеши так. Действуй спокойно. — После соревнования… устроим банкет? Было бы весело гулять три дня и три ночи без остановки. — Работники умрут. — Те, кто довёл мир людей до такого состояния, важнее. Разве мы не должны отметить их вклад? Значит, банкет для отдыха и воодушевления? Действительно, боевой дух солдат, потерпевших крупное поражение всего в нескольких шагах от цели, должен был упасть. А это было бы проблемой. Деон, примерно поняв, кивнул. Разумеется, понимание не убрало упрямства. — Я отдохну после того, как узнаю масштаб героев со стороны Рвече. Думаю, так будет легче продолжить работу после банкета. Король демонов выглядел утомлённым: даже после стольких уговоров Деон не сдался. Деон закрыл рот и отвёл взгляд. Он и сам понимал: это бесполезное упрямство. Как сказал Король демонов, даже если здесь не будет особой охраны границы, мир людей не сможет вторгнуться в мир демонов. Им не до того. Загнанные в угол, они постараются вести выгодный бой на своей территории. Скорее, попытаются заманить Деона Харта на свою сцену. Достаточно будет скоординировать ситуацию и выбрать подходящее время, но… Деон вытер ладони о штаны. «Я не хочу отдыхать». Он просто не хотел отдыхать. Не хотел останавливаться. Ему казалось, что если он перестанет идти, из крови вынырнет рука и схватит его за лодыжку. «Поэтому бывший император тоже неистовствовал?» Не то чтобы он не останавливался. Похоже, он не мог остановиться. Пока Деон думал об Эдоардо Дезерте, который без конца воевал и неуклонно продвигался вперёд, до него внезапно донёсся голос, и расфокусированные глаза вновь обрели ясность. Перед ним оказалось лицо Короля демонов. — Что ж… ладно. Значит, поэтому ты оставил Эда снаружи? Хотел спросить его о ситуации тогда? — … — Если тебе от этого станет спокойнее, делай как знаешь. И в этот раз он улыбался так, будто понимал всё. *** Король демонов ушёл, и Эд вошёл по зову Деона. Деон раздражённо потёр кончики пальцев, затем ладони о штаны, достал сигарету, зажал её в зубах и посмотрел на Эда. Видя, как тот после долгой разлуки неловко мнётся и смотрит на него виновато, Деон на миг произнёс довольно холодным голосом: — Ты знаешь, потому что напрямую столкнулся с героями в Рвече. — … — В отчёте я не увидел конкретного масштаба героев, которые там были. Ты знаешь? Блуждающие небесно-голубые глаза застыли. — Простите. Значит, не знает. — Тогда Рвече не вышли всеми силами. Я уверен, у них не было того отчаянного напряжения, которое бывает у тех, кто выставил всё. И всё же их численности хватило, чтобы наша сторона потерпела поражение. Могу сказать только, что их было немало… Даже будучи кандидатом на должность командира корпуса и добравшись до командира Четвёртого корпуса, он едва не был отброшен. Масштаб трудно представить, а сила, показанная тогда, была необычной… — Сначала выйди. Нужен демон, который добудет сведения. Отправив Эда, Деон протянул руку к камню связи, но пальцы остановились и замерли над ним. Он по привычке хотел вызвать Девеланию, однако сжал кулак в воздухе. «…Сейчас я не могу ей доверять». С кем связаться? После долгих раздумий он выбрал собеседника и взял камень связи. Голос с другой стороны прозвучал так, словно вызова ждали. — Да, Деон! — …Лиринель. Деон, рефлекторно остановившись, медленно назвал её имя. Услышав её голос, он вспомнил, как она и Дан действовали самовольно, и внутри поднялось неприятное чувство. Но в нынешней ситуации никого удобнее Лиринель не было. Деон помедлил из-за этого дискомфорта, но всё же заговорил: — Ты можешь прийти сейчас? — Конечно! Я сейчас же! Тук-тук. Почти сразу после её слов, будто она перенеслась магией, раздался стук. Деон даже не успел закончить «входи», как Лиринель распахнула дверь и вошла с чрезвычайно возбуждённым видом. Деон сложным взглядом посмотрел на демона, чьи сияющие глаза спрашивали: «Что случилось?» — и медленно начал говорить. — …Я хочу поймать кого-нибудь из Рвече. — Только скажите! Кого хотите? Принести короля? — Это не нужно, займёт время. Достаточно обычного солдата или выше. Чем выше статус, тем лучше, но… — А, нужны генералы! Поняла! — Подожди. Не двигайся. Слишком уж она воодушевилась. Он ещё даже не договорил. Куда она так торопится? Лиринель, уже готовую выскочить, пришлось поспешно остановить. Если так ослабить внимание, она и правда оставит его одного. Нужно успеть сказать главное, прежде чем она снова исчезнет. Деон сжал переносицу и перешёл прямо к делу: — Тебе не обязательно двигаться самой. — А? Но если нужно быстро закончить, мне лучше сделать это самой… — Это тайная миссия. — Тайная…? — Да. Скоро будет соревнование по охоте с участием всех командиров корпусов. Если ты не появишься на нём, возникнут подозрения. Используй подчинённых. Это всего лишь похищение солдат и младших командиров, так что командиру корпуса незачем вмешиваться лично. Подчинённые существуют для подобных задач. Лиринель, услышав слово «тайная», опустила глаза и задумалась, затем подняла взгляд. — Если тайная… то тайна даже от Короля демонов? — Да. На самом деле не имело значения, узнает ли весь квартал. Разве это действие вредило миру демонов? Это был лишь приказ, данный, чтобы проверить, действительно ли Лиринель следует за ним. Она всегда была до крайности слепо преданной… и именно поэтому становилась ещё менее надёжной. ---------- Много разговоров и много хлопот (1) «Ах, точно. Если честно, я не хочу в это верить». Деон знал, что это мимолётное желание и бегство от реальности. Он уже предугадал, как поступит Лиринель. Это… последний шанс, который он даёт Лиринель, и время, которое даёт самому себе. «Потому что ещё не поздно…» Каждый раз, когда ты по-настоящему заботишься обо мне, я не могу дышать. Если я использую данное мне время до конца, заключу тебя в рамки «демона» и приведу мысли в порядок, то попробую использовать даже твою жизнь. Поэтому я надеюсь, что ты отвернёшься от меня. Надеюсь, слух дойдёт до Короля демонов. «Беги». Позволь мне оттолкнуть тебя. Деон рассмеялся, скрывая истинные чувства, а Лиринель, увидев это, тут же согласилась. — Просто доверьтесь мне! Со стороны казалось, что она полностью клюнула. *** Было решено провести соревнование, одновременно являющееся зачисткой монстров. Говорили, что сразу после его окончания устроят банкет. Услышав необычную новость о том, что участвуют все командиры корпусов, кроме героического командира Нулевого корпуса, официальный лекарь, закреплённый только за командирами корпусов, Сеттер, которого вытащили наружу непонятно зачем, побледнел. — Тогда что с границей? — Если ты слышал о нынешнем положении в мире людей, должен понимать. Они не могут позволить себе ступить на нашу территорию. — Оборона четырёх городов…? — Я слышал, Лиринель со своим войском установила временный барьер. — …Расход магической силы должен быть огромным. — Да, но это всего на несколько дней, так что… Сеттер, лицо которого менялось с каждым словом Бена, вдруг принял решительное выражение, словно что-то для себя решил. Он начал собирать оружие. Бен, наблюдавший за ним, будто искал объяснение, мысленно поставил над головой вопросительный знак. — Зачем ты берёшь оружие…? Бен, у которого был только один пациент — Деон Харт, мог не задумываться, таскать ли оружие и следовать за ним. Но Сеттер, отвечавший за всех командиров корпусов, кроме Деона, обычно должен был сидеть на месте и принимать пациентов. Тогда почему… Ответ пришёл, едва он услышал бормотание Сеттера. — Если они получат раны, они придут ко мне… — … — Командиры корпусов — мерзавцы с поганым характером. Если я плохо их вылечу, они будут угрожать мне жизнью. — … — Значит, лучше заранее уничтожить главных монстров… — Ты спятил. Может, дело в том, что впервые за долгое время возникла ситуация, где все командиры корпусов могут быть ранены? Этот парень явно сошёл с ума. Бен проявил чувство товарищества и схватил Сеттера, уже пытавшегося сбежать. — Эй, успокойся. Мы же лекари. — Отпусти! Отпусти меня! Я, как лечащий врач, просто пытаюсь предотвратить болезни пациентов, почему ты…! — Это работа лекаря… …Верно? Если помешать пациенту принять вредное лекарство входит в обязанности лечащего врача, то разве устранить демонов, которые могут нанести пациенту травмы, заранее не относится к той же области? — Верно… да что за чёрт! Это не работа лекаря! Чуть не повёлся. — Почему бы тебе просто не сесть на выделенное место и не ждать, пока пациент придёт сам? — Миру нужны инициативные врачи первичной помощи! — Совсем допекли, да. Сколько же командиры корпусов его мучили… К счастью, их бессмысленная перепалка вскоре утихла, потому что начали собираться корпуса. Каждый корпус становился в собственный ряд, командиры располагались впереди. Вскоре вошли Король демонов и командир Нулевого корпуса. Король демонов сел во главе, окинул взглядом тех, кто заполнил огромный передний двор Замка Короля демонов, и жестом подал знак. Перед каждым корпусом положили по магическому камню. — Пусть каждая группа приложит к нему руки. — … — Те, кого признает один камень, будут считаться одной командой. Каждый раз, когда монстр будет убит, число будет прибавляться к их общему счёту. Иными словами, отдельные доказательства приносить не нужно. «Пришлось потрудиться, чтобы сделать это». Король демонов слабо улыбнулся. Камни нельзя было поддерживать долго, срок их действия ограничили двенадцатью часами, но из-за привязки к жизненным реакциям монстров они всё равно потребили много магической силы. Чтобы создать двенадцать штук — по одному для всех корпусов, кроме Десятого, — ему даже пришлось позаимствовать помощь Лиринель. Без неё, возможно, он не успел бы. Он обратился к тем, кто выстроился в очередь и по очереди прикладывал руки к выданным камням: — Даю вам двенадцать часов. Охотьтесь свободно. Результаты объявим после возвращения. Когда фактически было объявлено начало соревнования, каждый командир повернулся к своему корпусу. Первым заговорил Белитан, командир Шестого корпуса. — Шестой корпус! Изначально именно наш корпус отвечает за уничтожение монстров! Разумеется, в этой области мы должны превосходить остальные корпуса. Поэтому мы не можем потерпеть поражение! — А-а-а! — Поставьте на кон свою гордость и охотьтесь с готовностью умереть! — У-о-о-о! Это соревнование, но разве готовность умереть здесь не немного странна? Однако бойцы Шестого корпуса ещё и отвечают на это. Что они такое? Деон, стоявший рядом с Королём демонов, смотрел на происходящее скучающе. Похоже, горячий отклик Шестого корпуса подстегнул и остальные корпуса. Вперёд вышла Лиринель. — Одиннадцатый корпус! Какое клеймо мы обычно слышим?! — Демоны из угла комнаты! Демоны из угла комнаты… Деон слышал такое впервые. Но, будто подтверждая, что Лиринель не лжёт, глаза бойцов Одиннадцатого корпуса изменились при этих словах. — Наконец настало время смыть это клеймо! Покажем, что мы не просто демоны, сидящие в безопасном месте и поддерживающие барьеры! — У-о-о-о! — Одиннадцатый корпус! Одиннадцатый корпус! На этом этапе остальные командиры корпусов уже не могли молчать. Пользуясь атмосферой, каждый обратился к своему корпусу. — Малыши Четвёртого корпуса, просто побейте ребят из Третьего. — …Третий корпус. Не проиграйте этим из Четвёртого, которые умеют только возиться со сведениями. — Первому корпусу ничего говорить не нужно. Разберитесь сами. Тем временем нашёлся и командир корпуса, который хотел уйти, ничего не сказав. Адъютант ткнул его в бок, и в итоге ему пришлось открыть рот. — Двенадцатый корпус… — Давайте возьмём ровно столько, чтобы не было стыдно. С таким настроем… — Давайте возьмём ровно столько, чтобы не было стыдно. — Нет, я сказал сказать с таким настроем. Кто сказал повторять слово в слово…! Адъютант Дахар едва шевелил губами и говорил шёпотом… но уши героя уловили комедию, где командир корпуса точь-в-точь повторял слова адъютанта. Адъютант оказался пойман за шиворот развернувшейся катастрофы и уже ничего не мог поделать. Деон кашлянул и рассмеялся. Взгляд Короля демонов тут же метнулся к нему. — Тебе плохо? Король демонов прищурился, будто проверяя правдивость. Деон немедленно сменил тему. — Кстати, корпуса без командиров тоже участвуют. — Они сами захотели. Похоже, Десятый корпус оказался под угрозой поглощения другим корпусом. Восстановить Десятый корпус было практически невозможно. Они потеряли не только командира, но и значительное число бойцов. Это было ясно уже по тому, что они не смогли участвовать в соревновании, где задействованы все корпуса. Король демонов, не намеревавшийся долго править, склонялся к мысли, что лучше рассеять и поглотить оставшихся людей и таланты другими корпусами, чем пополнять их заново. Восьмой корпус потерял только командира, так что о нём можно не беспокоиться, но… — Пока нет подтверждённых проблем, об этом стоит подумать. Король демонов положил локти на подлокотники и подпер подбородок. В этот момент раздались голоса бойцов Восьмого корпуса. — Покажем, что мы ещё живы! — Ура-а! — Восьмой корпус навсегда! Мотивации у них много. Деон не знал, насколько хорошо ребята, в основном использующие щиты, смогут охотиться на монстров, но настрой был хорош. Холодный взгляд скользнул к Деону, всё ещё стоявшему рядом. — Не сядешь? — У меня есть место? — Это твоё место. — Я постою. Стулья, поставленные рядом с Королём демонов, здесь явно не для него. Было бы лучше, если бы их поставили на ступень ниже, как в зале совещаний… Ах, это высокий помост, здесь нельзя сделать разницу в высоте. Либо отказаться от разговора, поставив стул под помостом, либо поставить их рядом на одном уровне глаз. Лично Деон предпочёл бы первое… но Король демонов, похоже, думал иначе. — Я уделил внимание, потому что ты герой, жаль. — … Деон не ответил и посмотрел в сторону своего корпуса. Несмотря на то что их признал один магический камень, группа была разделена на две части, заметные даже издалека. Нулевой корпус под командованием Эда и рыцари Лофти во главе с Миланом и Клетером. Судя по виду, они собирались полностью разделиться и двигаться в разные стороны. Интересно, всё ли будет в порядке… Когда Деон вспомнил монстров, которые прежде накатывали чёрной волной, его лицо внезапно застыло. Король демонов, наблюдавший рядом, прошептал: — Беспокоишься? — … — Даже корпус без командира участвует, почему ты так волнуешься? У тебя ещё есть Эд. Положение куда лучше. — …Они демоны, верно? Я не о Нулевом корпусе беспокоюсь. — А, тогда те безумные… рыцари Лофти? Честно говоря, Король демонов не думал, что эти люди умрут в таком месте. Это были те, кто даже в отсутствие Деона Харта продолжали буйствовать среди демонов и не сдавались. Выражение Короля демонов стало мрачным. — Они люди. — Ну… да… Люди, похожие на демонов. И не метафорически, а по-настоящему. — …Они сами разберутся. Я же ничего не говорю, когда они говорят, что беспокоятся о тебе. — … — Это не значит, что ты не доверяешь подчинённым. Деон не стал отвечать. Он лишь приложил руку ко лбу и смотрел, как они начинают движение с огромным напором. Он встретился глазами с Дахаром, адъютантом командира Двенадцатого корпуса, но тот быстро отвернулся и ушёл, так что Деон списал это на совпадение. *** Лёгкий жар, поднимающийся внутри, раздражал нервы. Деон поискал в кармане на груди и достал сигарету… но Король демонов её конфисковал. — Как ни крути, курить передо мной так гордо — неправильно. — Тогда пойдём учиться луку. Король демонов поднялся. Он снял с оружейной стойки, подготовленной для корпуса, лук и колчан со стрелами и, ведя Деона куда-то, пробормотал: — На самом деле, похоже, ты умеешь натягивать лук. Но не думаю, что умеешь выпускать несколько стрел одновременно. — Именно. — Тогда ты быстро поймёшь, если я несколько раз покажу. Хотя лучший способ — практика. Пойдём. Он побежал. Деон, хотя и удивился, тоже быстро сорвался с места, но неожиданная скорость заставила его лицо застыть. Король демонов отталкивался от земли так легко, словно просто прогуливался, однако скорость оказалась выше, чем Деон ожидал. «Похоже, убрать магическую силу — ещё не всё». В конце концов, бывшего героя он победил именно «мечом». С учётом этого такая физическая способность была естественной. Король демонов миновал несколько корпусов, охотившихся на монстров вдалеке, и остановился в подходящем месте. Монстров было достаточно, ветра не было. Убедившись, что место лучшее, он поднял лук. — Без ветра будет легче понять. Смотри внимательно. Он достал три стрелы, зажал их между пальцами и натянул тетиву. — Нужно лишь рассчитать угол, под которым направлена каждая из трёх стрел. Но если держать лук вертикально и стрелять так, стрелы летят на разные расстояния, это неэффективно. Поэтому я обычно предпочитаю класть лук горизонтально. Лучше смешивать способы в зависимости от ситуации. Три стрелы рассекли воздух и пронзили трёх монстров. Увидев смерть ближайшего сородича, монстры, оглядывавшиеся вокруг, заметили Короля демонов и героя вместе и медленно отступили. Два высших хищника, которые не должны сосуществовать, находились в одном месте. В глазах монстров проступило смятение, будто они ощутили, что день и ночь существуют одновременно. Король демонов заметил, что те вот-вот побегут, усмехнулся и протянул лук Деону. — Вот твоё задание. Поймай их всех, прежде чем они разбегутся. — … — Условие: не промахнуться ни по одному. И, конечно, использовать только лук. ---------- Много разговоров и много хлопот (2) Это была его первая попытка выпустить несколько стрел одновременно. Посмотрев на Короля демонов растерянными глазами, Деон вытер ладони о штаны, взял лук и колчан. На его руки и штаны то и дело бросали взгляды, но он проигнорировал это и приступил к испытанию. Результат… разумеется, оказался успешным. Честно говоря, это было слишком просто. Не то чтобы он совсем не умел стрелять из лука. Стоило ему выстрелить, и он тут же уловил принцип. Когда Деон начал делать всё именно так, как ему показали, Король демонов продолжил обучение, переходя в места, где ветер становился всё сильнее. — Кстати. Пока они убивали монстров, Деону кое-что пришло в голову. На новом месте он вынул три стрелы, оценил ветер и внезапно заговорил: — Ты ничего не чувствуешь? — Что? — Монстров и демонов. Красные глаза скользнули по лицу Короля демонов. — Если подумать, они твои дети. Пусть монстры — это монстры, но среди демонов погибло немало способных командиров. Мне стало интересно, нет ли у тебя злости или печали. Из-за сильного ветра? Распущенные волосы метались туда-сюда и цеплялись за тетиву. Деон нахмурился. И тогда чужая рука коснулась его головы. — «Дети»… Король демонов собрал в одну прядь белые волосы Деона, уже доросшие почти до лопаток, и стянул их лентой, которую носил вместо галстука. Голос, в котором прозвучала насмешка, продолжил: — Да, другие, пожалуй, могут думать именно так. Лица Короля демонов не было видно, потому что он стоял за спиной, но Деон не был настолько туп, чтобы не распознать насмешку. Он нахмурился, не понимая. — С чего бы начать объяснение… Он чувствовал, как рука расчёсывает его волосы, слышал, как пряди скользят между пальцами. — Для начала, ты знаешь, что «Король демонов» и «раса демонов» — не одна и та же раса? — Что? Что это значит… Раз демоны родились от Короля демонов, разве не естественно, что они одной расы? Деон понимал, что понятие «демоны» включает и иных существ мира демонов, но разве это не так? Король демонов, прочитав замешательство на его лице, тихо рассмеялся. Затем на голову героя обрушилась информация, известная только Королю демонов. — Король демонов — это «одиночная раса», созданная после людей. В прошлом мир создал Короля демонов исключительно для того, чтобы убить героя. Иными словами, к внешности особых усилий не приложили. Поскольку изначально это был одноразовый инструмент, не было нужды заботиться о форме. Поэтому его грубо смоделировали по образу цели, которую предстояло убить. Так первый Король демонов был создан по образцу «человечества», расы героев, но стал тем, кого человеком уже нельзя назвать. — Если вы — «Человечество А», то Король демонов вроде «Человечества Б». Если сравнивать с растениями — красная роза и чёрная роза. Если с животными — один вид, но одни предназначены быть домашними, а другие — подопытными. Поэтому, даже будучи заключёнными в одну рамку «человечества», они резко различаются по тому, сколько любви мира достаётся «А» и «Б». «Поистине жалко». Король демонов убрал руку от аккуратно связанных волос, встретился с красными глазами и гордо улыбнулся, прикрыв глаза. На сетчатке Деона отразился красивый мужчина со странной аурой, единственная нечеловеческая черта которого пряталась за веками. И тогда Деон понял. — Правда. Это не ложь. Значит, они действительно люди, но в то же время не люди. — Мне ведь незачем лгать, верно? Король демонов пожал плечами. Деон не ответил, зная, что ответа от него и не ждут. Он смотрел на знакомого мужчину перед собой: на того, кто был создан с иной целью, чтобы считаться частью той же расы, но чьи корни переплелись с ней слишком тесно, чтобы назвать его совершенно другой расой. И вдруг в голову пришла бессмысленная мысль. «Если сравнивать людей и Королей демонов с генеалогией, они ведь будут вроде двоюродных родственников?» Деон протянул руку. Кончики пальцев указали на символ дьявола, скрытый за изогнутыми глазами. Король демонов улыбнулся теплу, которое почти коснулось уголков его глаз. — Забавно, но это доказательство того, что «Король демонов» был создан после людей. И это единственная черта, которая отделяет «людей» от «Короля демонов». — … — Впрочем… думаю, нет нужды подробно объяснять. Говорят, для людей глаза — окно, отражающее душу. Король демонов, будучи «человечеством», тоже не был исключением. Ошибка — магическая сила, возникшая при концентрации на первоначальной цели «убить героя», отразилась в глазах и стала такой. Но сейчас разговор был не об этом. Король демонов поправил течение беседы, прежде чем тема утекла в сторону. — С другой стороны, демоны и монстры — это «ошибки» и «мутации», рождённые от таких Королей демонов. — … — Иначе говоря, никто, даже я, «Король демонов», не намеревался их создавать. Они появились сами. Эти существа родились сами по себе, хотя он не собирался ничего делать и ничего особенного не делал. Избыточная сила просто впитывалась в разные элементы без всякой последовательности или собиралась вместе, порождая существ с различной внешностью. Короли демонов начали править, собирая тех демонов, с кем можно было разумно общаться, но это было лишь ради удобства. — Ни один из прежних Королей демонов… Не считал их детьми или соотечественниками. — Я не считаю «демонов» своими сородичами. Разумеется, это не вопрос эмоций, а объективный факт. У них есть общность — магическая сила, поэтому нельзя сказать, что они вовсе не связаны. Однако это не ведёт к понятиям «дети» или «соотечественники». Главное — корни «демонов» не принадлежат «человечеству». Монстров и упоминать не нужно, их можно пропустить. Демоны тоже инстинктивно рождаются в человеческой форме, пусть и неумело, будто стремясь следовать источнику владельца магической силы, из которой состоит их тело. Но в конце концов их глаза не отражают этот источник. Поскольку у них нет величайшей черты человечества, «демоны», в отличие от «Королей демонов», не являются «человечеством». — … Над головой Деона будто возник вопросительный знак: он не понял. Королю демонов не хотелось долго разглагольствовать о ненужном, но как объяснить проще? Он на миг задумался, приложив согнутый указательный палец к подбородку, затем открыл рот. — Если объяснить нагляднее: вы, люди, ведь не считаете своим родичем то, что вышло из живота… — Хватит. Я понял. — Испраж… — Если заменить слово, смысл не изменится. На лице Деона мелькнула усталость. Король демонов, кажется, был вполне доволен реакцией и низко, озорно рассмеялся. — Почему ты так брезгуешь? Будь ты человеком, у тебя тоже были бы физиологические процессы. — У меня, по крайней мере, они исчезли после того, как я стал героем. — Ах, точно. Ты же герой. Тело героя не могло производить бесполезные отходы, кроме «осколков». — В любом случае люди не считают «это» своим видом, верно? И особой привязанности не испытывают. Вот с демонами примерно так же. Разница, конечно, огромная: это «то самое» говорит собственной волей и эмоциями. Но Деон решил не углубляться и просто принять объяснение. Он примерно понял, что тот хотел сказать. Этого было достаточно. Честно говоря, ему больше не хотелось говорить на такую грязную тему. «В любом случае это не значит, что Король демонов и глазом не моргнёт, когда умирают командиры корпусов». Он может испытывать недовольство или гнев, считая выгоды и потери, но самой смерти смысла не придаёт. Поэтому и оставался так спокоен. Деон мысленно кивнул. Теперь пора было снова тренироваться с луком. Он поднял голову и увидел монстров-мишени. Положил на тетиву все три стрелы и натянул. Срыв. Он промахнулся. Из-за сильного ветра стрела воткнулась дальше намеченной цели. Деон, словно измеряя погрешность, щёлкнул пальцами. Тогда протянутая рука забрала у него лук. — Нужно целиться чуть сильнее против ветра. Король демонов вынул из колчана три стрелы и прицелился в сторону, заметно удалённую от цели. Деон смотрел на него почти рассеянно, но вдруг его взгляд зацепился за запонки на краю рукавов, и он слегка наклонил голову. «Они у него были изначально…?» Дизайн был так прекрасен, что не только дворяне, но и художники бросились бы восхищаться. Даже Деон, ничего не понимающий в искусстве, понимал: произвольно оценить их стоимость нельзя. Но… насколько он помнил, Король демонов не любил громоздкие вещи и предпочитал простые, лёгкие детали из ткани без лишних украшений. Его запонки обычно были простыми, незаметными. Почему вдруг он носит нечто такое? Вопросительный взгляд вскоре уловил тонкое чувство несоответствия. «Если подумать, дизайн самих запонок роскошный… но камень посередине грубоват». Совсем как… магический камень. Он заметил это немного поздно из-за броского дизайна, но теперь, присмотревшись, ясно видел. Это магический камень. Выпущенные стрелы пронзили монстров, но Деон даже не взглянул на них. Вместо этого он тут же обратился к Королю демонов, который обернулся, чтобы спросить, всё ли он как следует увидел. — У них очень красивый дизайн. — А? Ах, это. Какая магия там заложена? Король демонов, будто заметив суету в голове Деона, посмотрел на свои руки, затем взглянул на него и с улыбкой спросил: — Идёт? Деон не пропустил мгновение, когда Король демонов сделал паузу перед этими словами. — …Не то чтобы не идёт… Но можно ли ходить с ними в таких местах? Они выглядят дорогими. Будет неприятно, если потеряешь. Не хочется признавать, но они действительно ему подходили. Если бы вещь была настолько яркой, обычно взгляд цеплялся бы только за рукава, но лицо завершало образ. Он выглядел очень благородно. Невезучий ублюдок. «…Но важнее другое…» Сколько он уже носит это и какая магия там заключена? Деон не знал. Времени внимательно рассматривать рукава не было. Судя по настроению и поведению Короля демонов, если спросить прямо, тот не ответит. И то, как естественно он реагирует на внезапные вопросы, тоже раздражает. Цк. Тем временем Король демонов кивнул. — Даже если не сейчас, я собирался использовать их несколько раз. И спасибо за комплимент, они действительно ценны. — … — Я сам их сделал. …Способности у него хорошие. — Но тебе точно можно так со мной болтать? — … Король демонов зловеще улыбнулся. — Монстры убегают. — Ах…! — На этот раз поймай всех, пока они не разбежались. Разумеется, выход есть. — … Деон молча натянул тетиву. Несколько резко взлетевших стрел точно убили цели. Ветер всё ещё дул сильно, но волосы больше не мешали. Деон провёл рукой по низко завязанным волосам, достал новую стрелу и тихо сказал: — Ты хорошо завязываешь волосы. — Правда? У меня когда-то тоже были длинные. — До пояса? — Завязывал, потому что мешали, когда я рисовал или играл на инструментах. Рука, натягивавшая тетиву, внезапно остановилась, будто это оказалось неожиданным. Король демонов бросил взгляд на небо и пожал плечами. — Времени мало. Поторопимся закончить и вернёмся. ---------- Много разговоров и много хлопот (3) Среди старых книг, записывающих множество историй и свидетельств, была и книга с показаниями героя, который увидел конец другого героя и вернулся живым. Это была именно она. «…Было большой ошибкой, готовясь к столкновению с Королём демонов, опираться лишь на записи определённого периода и думать, что Король демонов умеет пользоваться только длинным мечом. Король демонов владел множеством видов оружия. Все носители осколков героя, отправленные для дальней поддержки, погибли. Причиной стали его лук и кинжал. Более того, в бою с героем он использовал не длинный, а двуручный меч. Кто отвечает за расследование и анализ Короля демонов? Из-за его легкомысленного отношения были убиты ценные военные кадры. Необходимо строгое наказание… …Я смог вернуться живым потому, что Король демонов отпустил меня. Разобравшись со всеми, он явно смотрел на меня. Он воткнул в землю двуручный меч высотой с женщину и стоял, положив руки на рукоять…» — Даже стоя неподвижно, он казался бегущим на меня… Ветер развевал его волосы до пояса. Хотя он не двигался, создавалось ощущение, будто он несётся вперёд. Дальше в книге шла только бесполезная информация. Эльпидиус закрыл её, дочитав фразу о кошмарах, которые потом мучили свидетеля. Алетея, сидевшая на подлокотнике и читавшая вместе с ним, подняла взгляд. — Всё же один спасительный вывод есть: Король демонов умеет пользоваться разным оружием. — Да. Это хорошо. — И ещё мы узнали, что Король демонов меняет стиль вместе с переменами времени. — Всё зависит от того, следует ли он тенденциям мира людей. Король демонов никогда не появлялся в мире людей. Если он способен следовать тенденциям человеческого мира, значит, обладает немалой сетью сведений. Не может быть, чтобы существо столь высокого положения, как Король демонов, подражало стилю простолюдинов. Даже если не точь-в-точь, это должно было стать модой среди дворян. — В любом случае сейчас это не главное, перейдём дальше. Эльпидиус перебирал бумаги на столе и собирался что-то сказать Алетее, но остановился, найдя один документ. Донесение о том, что войска, охранявшие границу, исчезли. Похоже, он уже проверил его, но забыл отложить в сторону. Благодаря этому неприятные чувства, на время забытые, всплыли вновь, и он рефлекторно нахмурился. «…Есть предел тому, насколько открыто можно презирать мир людей». Ему стало плохо уже в тот миг, когда он получил эту новость. Говорилось, что граница оставлена полностью без защиты. Ход, будто демонстративно показывающий: они прекрасно знают, что эта сторона не посмеет первой вторгнуться в мир демонов. Пустота без малейшей охраны ясно выдавала пренебрежение к миру людей и вызывала тошноту. Эльпидиус подавил неприятные чувства и отложил донесение. Сейчас цель была не в этом. Найдя нужный документ, он после короткой паузы продолжил. Речь шла о том, к чему Алетею готовили с момента, когда она стала «героем». — Алетея. Как предложить это? Он некоторое время колебался, не находя подходящего вступления. — Что ты думаешь о том, чтобы стать императором? Слова прозвучали резко. Несмотря на довольно шокирующее заявление, сильной реакции не последовало. Алетея, уже давно догадавшаяся об этом, когда Эльпидиус просматривал документы о передаче трона, выглядела не удивлённой, а спокойной. Затем медленно и чуть неуверенно, словно извиняясь, сказала: — Даже если я стану императором, я выйду на поле боя. — … В тишину просочилась печаль. Будто она знала, что так и будет, она робко улыбнулась брату, на лице которого проступило смирение. — Я понимаю, о чём думал брат, когда сказал это. Она стала «героем». Даже если бы этого не случилось, ситуация требовала привлечь хотя бы ещё одного «героя», так что она в любом случае вышла бы на поле боя. Кроме того, император, который должен подавать пример, рискуя жизнью ради всех, разве может отступить? Старший брат всё ещё скрывал, что младшая сестра стала героем. Наверное, потому что не хотел отправлять её на поле боя. Но… «Не может быть, чтобы он не знал: я сама выйду вперёд и раскрою это». Значит, это, вероятно, попытка удержать хоть что-то. Слабая надежда: если она станет императором, быть может, удастся не пустить её на войну. Жаль разрушать это прямо в лицо, но… — Но дядя тоже был императором и всё равно выходил в бой. Бесполезно. Алетея неторопливо открыла глаза. — Сейчас бессмысленное перемещение императора только вызовет ещё большую смуту. — … — Поэтому не делай этого, брат. Эльпидиус тихо смотрел на улыбку младшей сестры, затем опустил глаза. После короткого молчания вырвался слабый вздох. — Вообще-то я знал, что ты так скажешь. Но думал, ты хотя бы сделаешь вид, что подумаешь… — Дать тебе ложную надежду было бы хуже. — … Слова «я боюсь потерять и тебя» поднялись к горлу, но он сдержался. Казалось, стоит произнести их вслух — и они станут реальностью, вернувшись к нему. Эльпидиус, становившийся трусом перед семьёй, проглотил слабость и поднялся. — Скоро время совещания, пойдём. Дворяне ждут. Эти дворяне и так были недовольны тем, что решения принимались без их мнения. В конце концов они начнут кричать: «Как вы собираетесь отвечать за ситуацию, которая принесла одни потери?» …Кажется, уши уже болят. И всё же благодаря дяде их частная армия оказалась в руках императорской семьи, да и та почти потеряна. Учитывая, что это не более чем вопли стариков, у которых уже нет сил поднять мятеж, выслушать их можно. Сегодня придётся немного устать. Он распахнул дверь и вышел, едва заметно нахмурившись. *** Они вернулись на места будто как раз вовремя: едва завершилась тренировка с луком, корпуса начали один за другим возвращаться. Деон, держа в одной руке вино, которое Король демонов специально принёс из мира людей, смотрел на них и вдруг замер, заметив демона, особенно бросившегося в глаза. Красные глаза на миг дрогнули от непонятной картины. «Почему лекарь весь в крови…?» Личный врач командиров корпусов, Сеттер, стоял, покрытый кровью. Судя по усталому лицу, он сам вышел и охотился на монстров… Почему лекарь? «Неужели, чтобы командиры не поранились, он устал и решил сначала поохотиться сам… Нет, не может быть… Не может же…» Бен ведь тоже ничего не сделал… …В любом случае, то ли из-за этого, то ли нет, вернувшиеся командиры корпусов были лишь слегка забрызганы кровью и в целом выглядели чистыми, без царапин. «Скорее… похоже, там снова была какая-то драка». Атмосфера была странной. Из-за тёмной энергии, исходившей с края поля зрения, Деон невольно перевёл взгляд туда. Командир Третьего корпуса смотрел на командира Четвёртого с убийственной злостью. Он открыл рот, и голос прозвучал так, будто слова пережёвывали. — Трусливая тварь. — Трусливая? Иделия, командир Четвёртого корпуса, бесстыдно взмахнула веером. — Когда это мы отнимали ваши результаты охоты? Мы никогда такого не делали, да это и невозможно. Как бы ни были плохи ваши результаты, в общественном месте лучше не говорить вещей, которые легко понять неверно. — …Да, «результат» вы не забрали. Зато забрали нашу добычу! Пространства было полно, но вы пришли именно рядом с нами и охотились на тех, на кого целились мы. Если это не трусость, то что?! Хм… Деон примерно понял ситуацию. Иделия была неправа. Атмосфера опасная. Впрочем, это тоже исчезнет, стоит Королю демонов открыть рот. Деон отвёл взгляд и спокойно наклонил бокал, утоляя жажду. И в тот же миг он повернул голову, внезапно почувствовав на себе взгляд. Он встретился глазами с Дахаром, адъютантом командира Двенадцатого корпуса. — … Это длилось всего мгновение, и тот первым отвёл взгляд, но… Кажется, они уже встречались глазами перед уходом. И вот снова? Это правда совпадение? Пока Деон подозрительно смотрел на затылок Дахара, Король демонов, проверив магические камни всех корпусов, поднялся. — Все достаточно повеселились? Те, кто рычал друг на друга на своих местах, тут же поправили позы. Деон тоже медленно перевёл взгляд на Короля демонов. Тот говорил без лишних вступлений и притворства, как человек, не любящий бессмысленную длинноту. — Тогда сразу объявим результаты. Лучше начать с первого места или с третьего? Голос, почти похожий на разговор с самим собой, продолжился, затем раздался щелчок пальцев. От магического камня Первого корпуса будто пошёл свет, и в воздухе появился экран. На нём показалась сцена охоты Первого корпуса, а в верхнем левом углу плавала неизвестная цифра. — Изначально я хотел начать с третьего места, но охота третьего места оказалась впечатляюще неожиданной. Поэтому покажу по порядку, с первого. — То есть… — Да, вы уже примерно догадались, верно? Первый корпус не зря называется Первым корпусом. От слов, подтверждающих первое место, лица бойцов Первого корпуса просветлели. Джейкар кивнул, будто принимая естественный результат, и остальные корпуса тоже выглядели удовлетворёнными. Сцена охоты Первого корпуса была тщательной и напоминала острый меч. Деон тоже согласился. «Они системно собирают монстров в одном месте и охотятся…» Ах, точно. Это напоминает рыцарей старшего Стигмы. — А что за число в верхнем левом углу экрана? — Это? Количество монстров, на которых охотился корпус. Деон снова посмотрел на экран. 1269. Это не ошибка. «…Они спятили?» Они буквально мобилизовали весь Первый корпус, то есть «все войска под командованием», а не элитную группу, которую обычно берут с собой командиры корпусов? На видео не похоже… Нет, прежде всего — возле Замка Короля демонов было столько монстров? Значит, охотился не только Первый корпус, а всего их было гораздо больше. Если учесть, что зона охоты демонов ограничена временем… «…Теперь я понимаю, почему приказ Короля демонов атаковать монстров — не ужасная смерть». На лице появилось усталое выражение. Первый корпус, Первый корпус — не шутка. «Но почему они не выглядят радостными?» Внешний вид Первого корпуса немного отличался от ожидаемого. Другие, кажется, этого не заметили, но их выражения были ближе к облегчению, чем к радости. Причина скоро стала ясна. — Если бы мы не заняли первое место, была бы адская тренировка, как хорошо…! — Мы выжили…!! — … Ах, для Первого корпуса хорошо выступать — естественно. Если ошибёшься или не справишься, атмосфера будет чудовищной. Бедняги. Пока Деон внутренне щёлкал языком, глядя на них, Король демонов махнул рукой. Экран исчез, и внимание демонов снова сосредоточилось на нём. — Второе место — Нулевой корпус. Деон почувствовал, как многие взгляды, особенно взгляд Эда, повернулись к нему. Он сделал вид, что не заметил, отвернулся и сосредоточился на новом экране. Там было ясно видно, как они охотятся, разделившись на две команды — людей и демонов. ---------- Много разговоров и много хлопот (4) «Я думал, такого быть не может, но они правда охотились отдельно…?» Сумасшедшие ублюдки. Похоже, монстров было больше, чем он думал, но что бы они делали, если бы стало по-настоящему опасно? Деон коснулся лба. Вид на экране вызывал головную боль, и он не мог не чувствовать её сильнее. «Вы же в одной команде, так почему охотитесь так, будто соревнуетесь друг с другом…» Любой со стороны решил бы, что это две разные команды. Особенно плохи были «свои». Почему они охотятся так отчаянно, зная, что не могут тягаться? Бойцы Нулевого корпуса, которые не обращают на них внимания и рубят монстров как одержимые, тоже проблема. Конечно, бешеные псы легко наживают врагов, но… «Эду, который командует, похоже, всё равно». Деон посмотрел на Эда на экране. Тот выглядел скорее так, словно хотел показать результат и получить признание, чем сдерживать бешеных псов. Затем взгляд Деона сместился к Дану, который, похоже, играл схожую роль на человеческой стороне. Казалось, ещё вчера он не мог нормально держать меч, а теперь Деон видел, как тот ловко разрубает монстров. — … Деон рефлекторно оглянулся на реальный помост. Он встретился глазами с Даном, будто тот всё это время смотрел именно сюда. …И всё же, если нет крайней необходимости, говорить с ним не хочется. Деон сделал вид, что не заметил, и вновь повернулся к экрану. На краю зрения отразилось выражение: «Я так и знал». «Число убитых монстров…» 845. На этом фоне охотничьи состязания в мире людей казались смешными. Впрочем, там участвуют «отдельные личности», и число помощников, которых можно взять, ограничено. «И всё равно удивительно». Это была охота без командира корпуса. Вместо него — сложно так сказать, но всё же под видом «замены» — с молчаливого согласия всех участвовали рыцари Лофти… Однако, не говоря уже о том, чтобы заполнить отсутствие Деона Харта, их участие или неучастие не должно было серьёзно влиять на исход. Согласие было дано именно потому, что все это понимали. «Потому что противник — это противник». То, что эти ребята творят без поводка, может оказаться как великолепным, так и ужасным. При таких условиях второе место, честно говоря, следует принять. Похоже, не один Деон так думал: со всех сторон послышались шёпоты. — Даже без Деона… — …Похоже, они не зря из Нулевого корпуса. — Я думал, они только аварии устраивают, но люди довольно… — Не зря они привели Деона… Деон снова почувствовал взгляд Эда. На этот раз их глаза встретились, но Деон отвернулся, будто ничего не произошло. Ему показалось, что он почти уловил чью-то горечь. Но важнее другое… Суммарное число охоты первого и второго места уже превышало две тысячи. Деон пробормотал с восхищением: — Много поймали. Сколько же взяли остальные корпуса? Деон не знал ничего другого, но был уверен: после этого соревнования число монстров сократится почти до нуля. Король демонов, видимо решив, что бормотание Деона относится к числу монстров, убитых Нулевым корпусом, прошептал рядом: — Кстати, люди под твоим прямым командованием убили сто семь. — Правда много поймали. Он не думал, что их число перевалит за сотню. — Фуха. Король демонов низко рассмеялся, услышав это искреннее восхищение. — Да, много. Они очень старались. — Что они вообще выиграют, стараясь так… Эти ребята специализируются не на охоте на монстров, а на людях, причём скорее на том, чтобы выбить из них боевой дух, чем убить. То, что они поймали столько, означало: они действительно стиснули зубы. На лице Деона появилось абсурдное выражение. Вместо ответа Король демонов оглядел толпу. Интерес во взглядах тех, кто смотрел на экран, понемногу угасал. Он щёлкнул пальцами, и экран исчез. — Тогда перейдём дальше? Теперь Деон вспомнил, что тот говорил: сцена охоты третьего места впечатляющая. Отбросив лишние мысли, он с любопытством посмотрел на Короля демонов. На лицах других тоже появились интерес и ожидание. Король демонов усмехнулся и, глядя на него так, будто подталкивал к просьбе, открыл рот: — Третье место — Восьмой корпус. Они хорошо постарались даже без командира. В воздухе появилась сцена охоты Восьмого корпуса. 529. Число было небольшим по сравнению с предыдущими местами… но все потеряли дар речи. На экране бойцы Восьмого корпуса избивали монстров огромными щитами. Нет, это было не просто «избиение». Будь оно всего лишь таким, даже командиры корпусов не замолчали бы. — Кровавый ком… — пробормотал кто-то. — Они делают из них кровавые комья… — Будто месят какое-то тесто из монстров… Деону стало жаль монстров. Командир Четвёртого корпуса Иделия, уставившись на экран и потеряв дар речи, пусто пробормотала: — Я знала, что Восьмой корпус мягкий, потому что похож на бывшего командира… — Они? — …Я сама знаю, так что заткнись. Оказывается, охотиться на монстров можно даже щитом… Бойцы Восьмого корпуса расправили плечи и подняли головы, слыша отовсюду голоса шока и восхищения. Король демонов тихо рассмеялся: по их глазам, обращённым к нему, было легко понять отчаянное желание — «мы доказали ценность Восьмого корпуса, пожалуйста, оставьте нас». Изначально Восьмой корпус потерял только командира, а войска почти не пострадали, так что он и так собирался оставить их как есть. «Пожалуй, лучше промолчу об этом». Если сказать, они, кажется, устроят бунт. Он легко кивнул и поднялся. Оторвав взгляд от обрадованного Восьмого корпуса, Король демонов оглядел остальных. От Седьмого корпуса, покрытого кровью так, будто он занял первое место по внешнему виду, до тихого Пятого корпуса, словно его вообще не существовало. Проверив один за другим прочие корпуса с малым присутствием, он снова повернулся к Первому корпусу. — Что ж, завершим на этом сегодняшнее соревнование по охоте? — … — Если среди остальных корпусов кто-то хочет узнать своё место, каждый может приложить руку к магическому камню. — Нет, дело не в этом… …«Сегодняшнее»? Выражения командиров корпусов стали странными. Король демонов не мог не услышать чей-то шёпот, но не обратил на него внимания и слегка наклонил голову, будто задумался. — Раз уж это называется «соревнование», за первое место должен быть хотя бы какой-то приз… Ха, он даже о призе не подумал? Пусть главной целью была охота на монстров… Деон, наблюдая со стороны, посмотрел на него как на нечто абсурдное. — Выдать отдельный дополнительный бюджет? Где потратить — решайте сами. Можно устроить простой банкет внутри Первого корпуса. Лица бойцов Первого корпуса будто просветлели… но потом они взглянули в одну сторону и снова померкли. Король демонов проследил за их взглядом и увидел командира Первого корпуса Джейкара, улыбающегося так, будто всё понимал. — По возможности лучше использовать его, чтобы отметить тяжёлый труд бойцов. Ах, командиру корпуса бюджет выделят отдельно, можешь потратить на себя. — Понял. — Тогда начнём банкет. Место, где они собрались, изначально было открытым банкетным залом. Не перемещаясь, демоны-служители по сигналу Короля демонов вошли и начали расставлять еду на столах по всему пространству. Долгая война затянула напряжённую атмосферу, и напряжение накопилось. Чрезмерное напряжение способно испортить даже хорошее дело. Поэтому Король демонов, устроивший банкет для всего Замка Короля демонов отдельно от участников охотничьего соревнования, ещё раз мысленно проверил расположение банкетных мест. «Основные силы командиров корпусов и адъютанты — внутри, бойцы корпусов — снаружи, прочие обычные солдаты — ещё дальше… Среди путей между этими тремя местами нет ни одного, который пересекается с дорогой к центральному саду…» Никого нет. Хорошо, по крайней мере, рядом с дорогой к центральному саду их не будет. Этого достаточно. Король демонов усмехнулся. — Ах, с завтрашнего дня и до послезавтра — период второго охотничьего соревнования. Магические камни использовать будет немного сложно, поэтому для каждого корпуса назначат отдельную область охоты. Охотьтесь спокойно до восьми вечера послезавтра. Тогда служители лично пойдут и всё пересчитают. Так что не переусердствуйте, как сейчас. Всё равно сегодня почти всё уже поймали, так что ловить будет нечего. Последние игривые слова вызвали смешки тут и там. Король демонов развернулся и, уходя, бросил: — Ешьте, пейте и охотьтесь сколько хотите три дня. Берегитесь ранений. Всё. — У-о-о-о! Место, которое он оставил, наполнилось ликующими криками. *** Рыцари Лофти наслаждались банкетом в открытом наружном зале, а Эд ушёл, сказав, что давно не устраивал банкетов и ему нужно пересмотреть правила и этикет. А Дан… — Сколько поставите? — Ставлю одну фишку. — О, самая маленькая ставка. Боитесь? — Боюсь? Я? …проводил азартную игру против командиров корпусов в крытом банкетном зале. Откуда они вообще взяли фишки? Если что-то пойдёт не так, ему отрубят не запястье, а голову. И печень у него тоже большая. Деон тревожно смотрел на командиров корпусов, сгрудившихся вокруг него. «Мало того, что там командиры Второго, Третьего и Четвёртого корпусов, так ещё и Седьмого с Девятым… собрались только самые безумные». Впрочем, нормальных командиров корпусов здесь изначально не было. Командиры Третьего и Четвёртого корпусов ожесточённо сцепились друг с другом. Командир Второго корпуса Девелания часто смотрела на Дана так, будто её интересовала не сама игра, а что-то ещё. По крайней мере, командиры Седьмого и Девятого корпусов спокойно проявляли интерес к игре… но Деон, знавший, что именно эти двое самые сумасшедшие, нахмурился. Лиринель, которая поблизости поглядывала на игорный стол, внезапно отвернулась. — Мне такое неинтересно! А кто что сказал? Не отвечая, Деон взглядом велел ей следовать за ним и направился на террасу. Добравшись туда, он тщательно задёрнул занавески и повернулся к Лиринель. Поднял указательный палец к губам и позвал её шёпотом: — Лиринель. — Да, Деон…! — Тс-с. Она, похоже, понимала, что нужно говорить тише, и всё же её голос оставался громким. Один шаг. Деон сократил и без того небольшое расстояние между ними и положил руки ей на плечи. Игнорируя пустое выражение лица, смотревшего на него снизу, он слегка наклонил голову и прошептал ей на ухо вопрос, который всё это время его интересовал: — Сколько магической силы осталось у Короля демонов? — А-а…? — Я… не знаю. — Что? Её лицо всё ещё было переполнено чувствами, как у верующей, коснувшейся Бога, но не настолько, чтобы она не понимала вопроса. Деон понял, что сказанное ею правда, и растерялся. — Почему? — Ну… в какой-то момент он начал носить инструмент, скрывающий магическую силу. — Что? *** Сейчас был самый подходящий момент, потому что все командиры корпусов, включая Деона, собрались в одном месте. Король демонов ушёл сразу после объявления начала банкета и пересёк коридор, держа при себе качественный магический камень. Пункт назначения — центральный сад. Деон и командиры корпусов — люди излишне сообразительные. Если он задержится хоть ненадолго, они могут что-то заметить. Поэтому он шёл быстро. Бух! Он столкнулся с демоном-служителем, который суетливо проходил по коридору. — Ах. — А! Ой! Простите…! Проблема началась после этого. Звяк. Запонка, зацепившись за уборочный инструмент, упала. — Простите…?! Увидев лицо Короля демонов, демон побелел и тут же распластался на полу. Он остановился, поднял голову. — Ко… Король…? — Вот как. Перед ним явно был Король демонов, но объём ощущаемой магической силы не соответствовал Королю демонов. Её было так мало, что даже простой служитель мог приблизительно оценить. Пока тот смотрел на него снизу с недоумением, Король демонов, без выражения глядевший на пустой рукав, поднял голову и улыбнулся. Лёгкий голос спокойно потёк, как рука, нежно скользящая по талии. — Ты видел. — … Почему-то атмосфера стала жуткой. Почти одновременно с тем, как служитель, почувствовав дурное, невольно отступил на шаг, — пф. Его горло было пронзено. ---------- Много разговоров и много хлопот (5) — Кх… Рука, инстинктивно поднявшаяся вверх, схватила руку, пронзившую горло. Но на этом всё закончилось. Очень скоро искра жизни погасла, и рука, державшаяся за его предплечье, бессильно упала. Как обычно спокойно, Король демонов вытащил руку, заметил, сколько крови на ней осталось, нахмурился и достал из кармана платок. — Я думал, она когда-нибудь оторвётся, раз крепилась к рукаву, но не ожидал, что так быстро. И, конечно, именно сегодня. …Нет, в некотором смысле лучше сказать, что хорошо, что это произошло сегодня. Он бросил платок, которым вытер кровь, рядом с телом и достал камень связи. — Да, Король демонов. Что случилось? — На первом этаже в зоне Д будет тело. — …Что?! — Это сделал я, так что не поднимайте шума и придите убрать. И уберите всех демонов с кратчайшего пути отсюда к центральному саду. Если встречу кого-то по дороге, убью всех. С той стороны донёсся растерянный голос, но Король демонов отключил связь, не дослушав. Если не хотят убирать тело, справятся сами. Даже если какие-то демоны не успеют уйти из-за задержки с работой, это неважно: их можно убить. Основные силы в банкетном зале, а те, кто попадётся по пути, будут всего лишь служителями. Это не незаменимая сила, так что убить столько — не проблема. Не придавая значения жестоким и холодным мыслям, он снова двинулся туда, где на миг остановился. Запонка, разбившаяся от удара при падении и уже не способная нормально выполнять функцию, неловко отскочила от его шага. *** Как он и предвидел, Король демонов пошёл к центральному саду, убивая всех демонов, что попадались на пути. Запах крови пропитал пространство, заполненное цветами мира людей. Цветы, принесённые ради душевного здоровья Деона Харта, распространяли аромат, столь же роскошный, как их вид, будто не собирались вянуть. Но даже этого оказалось недостаточно, чтобы вытеснить запах крови, и оранжерея мгновенно наполнилась им. Король демонов, словно имея ясную цель, шёл с бесстрастным лицом, даже не оглядываясь, и остановился перед большим декоративным камнем. Стоило положить на него руку, как видение изменилось. Вдалеке показался вождь дворфов, который мчался на внезапный сигнал о визите. Король демонов любезно стоял и ждал, пока тот подойдёт ближе. Когда расстояние сократилось, он достал из-за пазухи магический камень и бросил ему. На лице вождя дворфов, поймавшего камень, тут же возник вопрос. — Хочу, чтобы ты использовал это и сделал инструмент для сокрытия магической силы. — Что? — Как можно скорее. Он вдруг явился и говорит такое… да ещё от него открыто пахнет кровью. Пусть он силён, а технологии дворфов хороши, но всё же! Лицо вождя дворфов исказилось от бесстыдства и грубости собеседника. — Не хочу… — Ты говорил, что вам не хватает денег, потому что вы продаёте оружие дешевле положенной цены. Причина, по которой они продавали ниже полной цены, крылась в последнем инциденте с вторжением в зал совещаний. — Я знаю, что дворфы тратят большую часть денег на покупку магических камней… — …Это угроза? Ты точно собираешься остановить поставки…! — А? Да что ты. Зачем, если есть способ лучше? Король демонов усмехнулся. Раз дворфы не могут найти достаточно магических камней, чтобы удовлетворить нужды, они наверняка сильно по ним истосковались. — Я дам тебе две коробки высококачественных магических камней. Так что сделаешь мне… — Начинаем прямо сейчас. …Запасов у него более чем достаточно. Вождь дворфов тут же поднял молот. Он начал активно задавать вопросы, будто больше не видел растерянного выражения Короля демонов. — Раз это инструмент, скрывающий магическую силу, значит, его надо постоянно носить при себе, верно? Подойдёт украшение. Что хочешь? Кольцо? Ожерелье? Браслет? Или… брошь? — Почему не отвечаешь? Давай, говори! Король демонов некоторое время смотрел на него, а потом рассмеялся. — Сделай прочное ожерелье. Сколько времени займёт? — Ну… если ты поможешь, можно за один день… — Один час. — Что? — Я активно помогу, так что хочу, чтобы ты закончил за час. — Ты спятил? Даже при всём желании это слишком. Вождь дворфов опустил молот. — Интересно, совесть у тебя в порядке?! Это физически невозможно… — Ещё одна коробка магических камней. — …Я не отказываюсь! Я спросил, потому что твоя совесть кажется подозрительно здоровой! Разве Король демонов не должен быть немного прогнившим! Начинаем сейчас же! Вождь дворфов подошёл к ближайшему рабочему столу, положил полученный магический камень и постучал по доске, будто спрашивая, чего тот ждёт. Король демонов снова расхохотался и шагнул вперёд. — Но зачем тебе инструмент, скрывающий магическую силу? Ты ведь раньше ни разу её не скрывал. — Ну… есть причина. Вероятно, привычка бездумно тратить магическую силу, спасение Деона Харта и недавняя охота на монстров вместе привели к нынешнему результату. Это неудобно, но он сейчас не сожалел. В первую очередь он вливал магическую силу, которую следовало экономить, в охоту на монстров потому, что чувствовал: времени осталось немного. Если придётся ждать следующего героя после этого, жалеть он будет уже тогда. «Я поставил всё на этого героя». Дворф, занятый подготовкой разных вещей, посмотрел в его сторону, будто хотел что-то попросить. Король демонов улыбнулся и подошёл. — Вольёшь сюда магическую силу? Если я буду обрабатывать сам, уйдёт много времени и много магических камней. — Хорошо. — На всякий случай заранее скажу: ты помогаешь мне в этом. Я очень постараюсь ради тебя, так что потом не жалуйся. — Лишь бы это сократило время. *** Вождь дворфов действительно закончил работу вовремя. Король демонов взял простое ожерелье и медленно осмотрел его. Магический камень, вставленный в центр, заметно заявлял о себе странным светом. Вождь дворфов, лежавший как выжатый, поднял голову. — Нравится? — Ну… главное изначально не дизайн, а эффективность. Нравится, что оно прочное. — Шнур вряд ли порвётся. Но не тяни так сильно! Король демонов, уже натягивавший шнур, рассмеялся и повесил ожерелье на шею. Он немного расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, убрал магический камень внутрь и снова застегнул её, вернув прежний вид, где ожерелья вообще не было видно. Так оно, по крайней мере, не зацепится где-нибудь и не сломается. Он нажал на место, где под одеждой находилось ожерелье, и посмотрел на вождя дворфов. — Спасибо за труд. Обязательно отправлю тебе три коробки магических камней. — Ладно. Теперь возвращаешься? — Верно. Прошёл уже час. Король демонов проверил время и поправил растрёпанную одежду. Вождь дворфов, молча наблюдавший за ним, вдруг открыл рот. — Кстати, тот человек тогда… он в порядке? — … Рука Короля демонов внезапно остановилась. В наступившей тишине он обернулся к вождю дворфов. Во взгляде появился нечитаемый свет, и он смотрел так, будто мог пронзить собеседника насквозь. — Этот вопрос немного удивляет. — … — Не думал, что ты интересуешься «людьми». Король демонов снова двинул рукой, завершил поправлять одежду и криво наклонил голову. Вопреки атмосфере голос прозвучал мягко и тихо. — Вождь дворфов видел прошлое? — … — Что ты увидел, раз заинтересовался всего лишь человеком? О, не напрягайся. Это чистое любопытство. Только тогда лицо вождя дворфов, успевшее затвердеть, медленно шевельнулось. — Я видел, как он ломался несколько раз, падал от истощения и пытался умереть от усталости. — … — Я видел прекрасную душу, которая всё равно поднималась и продолжала идти вперёд. Их взгляды встретились: глаза Короля демонов невозможно было прочитать. Вождь дворфов, мельком увидевший прошлое Короля демонов через человека, гордо приподнял уголки губ. — Ты и правда отброс. — Фуха. Король демонов расхохотался. Он хихикал, будто услышал нечто смешное, и, притворяясь, что вытирает слёзы, сказал: — Какая новизна. Когда это я не был отбросом? — В любом случае я ухожу. Провожать не нужно. Почему-то ему казалось, что надо быстрее вернуться. Было предчувствие, что случится какой-то инцидент. Король демонов сразу развернулся и вернулся на свою территорию. — Ха. Очень скоро ему пришлось собственными глазами убедиться, насколько хороша его интуиция. — Что здесь происходит? Оглядев банкетный зал, где атмосфера была в беспорядке, он тут же перевёл взгляд на Деона. В уголке его рта была кровь, которую тот не успел вытереть. *** Король демонов носил инструмент для сокрытия магической силы… Даже если бы это оказалось не так, кое-что приходило на ум. Оттеснив образ роскошных запонок, заполнивший мысли, Деон постучал по перилам террасы. — С каких пор? — Хм… точный день не знаю, но, должно быть, вскоре после того, как Деон отправился в мир людей. — Вот как? Слова Короля демонов о нехватке магической силы медленно всплыли в памяти. Значит, это была не ложь? Деон, задумчиво играя губами, медленно спросил: — Король демонов раньше скрывал магическую силу? — Нет. По крайней мере, в моей памяти — ни разу. — Значит, правда. Похоже, он не солгал. — Поэтому он и скрывает её, даже рискуя вызвать подозрения. Иначе у него нет причин прятать магическую силу. Ущерб слишком велик, если делать это просто ради путаницы. Лиринель с недоумением посмотрела на это невольно произнесённое бормотание. — Деон…? — Ничего. Мне просто нужно немного подумать. Оставишь меня на минуту? — Ах, да! Отдыхайте! Лиринель, наклонявшая голову, поспешно покинула террасу. Деон остался один, опёрся рукой о перила и погрузился в мысли. Пальцы, стучавшие по перилам, выбивали равномерные звуки. С чего начать думать? «…Основание верить, что у Короля демонов мало магической силы». Раз он внезапно скрыл магическую силу, другие демоны не могли не задаться вопросами. Некоторые хитрые военачальники начнут подозревать. Нелепо думать, что Король демонов этого не понимает. Если бы объём магической силы был прежним, он бы не скрывал его, рискуя подозрениями… Потому что он уже не прежний. Вот почему он прячется. Наверное, лучше скрыть малый объём силы, даже вызывая подозрения, чем дать его обнаружить, чтобы демоны не протянули к нему руки. Король демонов не обладает абсолютным контролем над демонами. Деон уже получил определённую уверенность в этом, наблюдая за несколькими демонами рядом. «Король демонов подавляюще силён и является источником демонов, поэтому они хвалят, уважают и следуют за ним. Но демоны могут отвернуться от Короля демонов, если захотят». Так что если в мире демонов, где силён закон джунглей, станет известно, что магическая сила Короля демонов мала, случится нечто весьма интересное. Для самого Короля демонов это будет довольно раздражающе. Объём магической силы не является абсолютным мерилом военной мощи, но Король демонов больше всех славился именно подавляющей магической силой. Если сила такого существа уменьшилась, кто угодно подсознательно подумает: «А ведь, может, стоит попробовать?» «…Если объём магической силы раскроется, станет очень интересно». Может, когда придёт время, просто сорвать с него запонки? ---------- Много разговоров и много хлопот (6) Разумеется, нельзя сразу сказать, что запонки — инструмент для сокрытия магической силы. Но это ведь означает, что он так или иначе использует средство маскировки? Если немного понаблюдать, станет ясно. Деон примерно подвёл мысли к выводу, что магическая сила Короля демонов уменьшилась, и покинул террасу. Лиринель, издалека наблюдавшая за азартной игрой Дана и командиров корпусов, быстро заметила его появление и попыталась подойти, но вскоре ей пришлось остановиться. У Деона были посетители. — Здравствуйте, Деон. Стоило ему выйти после долгого отсутствия, как к нему уже подходили с такими приветствиями. Деон молча посмотрел на командира Двенадцатого корпуса Майерса и его адъютанта, стоявших перед ним. Майерс съёжился, будто взгляд был слишком тяжёлым. В отличие от него, адъютант Дахар слегка склонил голову и спокойно произнёс: — Давно не имели чести приветствовать вас. — Господин Майерс? Дахар ткнул Майерса в бок. Майерс тут же согнулся в поклоне. — Давно не виделись! — Ага. Что это. Кажется, Деон уже попадал в такую ситуацию… Он нерешительно кивнул. Получив ответ, Майерс украдкой взглянул на адъютанта. Дахар подавил вздох, уже готовый вырваться при виде этого взгляда, который словно говорил: «Я поздоровался, ответ получил, теперь можно?» — Господин Деон, на самом деле я хотел бы спросить кое-что отдельно от господина Майерса. Не могли бы вы уделить мне немного времени… смею ли я просить? — Правда? Как только внимание Деона сосредоточилось на нём, Дахар жестом велел Майерсу уходить. Краем глаза он видел, как Майерс, посветлев лицом, быстро исчезает. На миг Дахар подумал, что если тот вернётся к своему обычному распорядку, придётся его отругать… Но сегодня Майерс и так натерпелся из-за охотничьего соревнования, так что лучше оставить это. Если давить слишком сильно, будет обратный эффект… «…Мне просто достался такой начальник». Он снова подавил вздох и поднял голову. И тут же встретился глазами с Деоном Хартом, будто тот всё это время наблюдал за ним. Тот улыбался и слегка прищуривался, словно ему было весело. И в этот момент Дахар ощутил странное несоответствие. «…Если подумать… я ведь услышал согласие?» Не услышал. Был только вопрос: «Правда?» Холодный пот пробежал по спине, когда он столкнулся с расслабленной улыбкой, которая, казалось, понимала и грубость Майерса, и мелкую слепоту адъютанта. Зря ли он пришёл? «Надо было хотя бы оставить Майерса и прийти одному». …Но сегодня Майерс не мог, как обычно, незаметно выскользнуть из банкетного зала. Нужно было ясно показать, когда, при каких обстоятельствах и как он ушёл. Чувствуя взгляды, тайком бросаемые в его сторону, Дахар быстро опустил голову, отложив в сторону ненужные догадки. — Я был груб во многих отношениях. Прошу прощения. — Ладно, достаточно. Ты говорил, что хотел спросить кое-что ещё, верно? Между узко прищуренными улыбающимися глазами сверкнули красные. — Сегодня я часто встречался взглядом только с одним человеком, так что, похоже, это мне не показалось. — Вы видели меня ещё до начала соревнования, верно? И после возвращения тоже. Это был не вопрос, а скорее размышление о фактах. На фоне молчания Дахара Деон некоторое время смотрел на него, затем кивнул. — Хорошо, иди за мной. С террасы он ушёл совсем недавно, но, кажется, придётся возвращаться туда снова. Это было единственное близкое место, отрезанное от пространства. Деон пошёл первым, ни разу не оглянувшись. С одной стороны донёсся слегка возбуждённый голос Дана. — Я выиграл. В этой ставке на кону было право желания, верно? — Проклятье. — Насколько я понимаю, это было обещание, скреплённое магической силой. Я понимаю, что единственная магическая энергия, оставшаяся у вас, Тровер, — это энергия, формирующая тело, но если вы нарушите… — Чёрт! Понял я! Какое у тебя желание?! — Это… Цк. Его сосредоточенность была прервана звуком задёргиваемой занавески. Деон, только что добравшийся до террасы и на миг осмотревший наружный вид, обернулся. Дахар стоял с двумя бокалами и тарелкой, полной еды. Словно отвечая на озадаченный взгляд, он поставил тарелку на перила и сказал: — Я приготовил это на случай, если вы проголодались. — Ладно. Деон без колебаний протянул руку и взял печенье. Хрустящее, хорошо пропечённое печенье рассыпалось во рту. Деон съел ещё несколько кусочков — оно оказалось вкуснее, чем ожидалось, словно повара Короля демонов выжали всё возможное, — и бросил взгляд на Дахара. Тот отвернулся и отпил из своего бокала, но, встретившись с глазами Деона, выпрямился. Видимо, он прочитал взгляд, требующий быстро сказать то, что хотел, и вскоре открыл рот. — Сейчас мир демонов переживает беспрецедентный расцвет под руководством Деона. Вступление было довольно неожиданным. Но нужно дослушать до конца. Деон не ответил и откусил печенье. Приятная сладость разлилась по рту. — Никто не может отрицать, что всё это благодаря Деону. Что он пытается сказать, осыпая его лестью? Расцвет… расцвет… «Ну уж». Деон опустил взгляд, скрывая насмешку в глазах. Можно ли правда назвать это «расцветом»? Для него всё выглядело как полная луна. Ненадёжная полная луна, которой осталось только начать убывать. С самого начала столько должностей командиров корпусов пустовало, что назвать это золотым веком было трудно. Если уж сравнивать, то это что-то между полной и половинной луной. — Конечно, я сожалею о неизбежных жертвах и поражениях, которые произошли в процессе, но… — … — Но также верно, что завоевание мира людей уже близко. Вступление слишком длинное. Деон с кислым лицом взял новое печенье. Дахар, будто прочитав его выражение, наконец перешёл к сути. — Однако, господин Деон, Двенадцатый корпус ни разу не сыграл значительной роли в этой войне. Даже мой начальник, командир корпуса. — О. Деон издал тихое восклицание, словно понял, к чему тот ведёт. Дахар, глядя на него, спросил: — Я хотел бы узнать, сыграет ли мой начальник активную роль в будущих планах Деона. — Не то чтобы нет. Нет, она точно будет. Не может не быть. Особенно если учесть оставшиеся впереди битвы… — Исправлюсь. Уверен, сыграет. — Вот как. Деон был слишком занят, представляя один из немногих будущих моментов, которые ещё могли существовать, и не заметил лёгкой дрожи в голосе Дахара. — Это действительно… к счастью. Дахар на миг замолчал и мягко приподнял уголок рта, словно этого дрожания никогда не было. — Мой начальник не из тех, кто сам выступает вперёд и что-то делает. Завоевание мира людей почти подошло к концу, а у него нет ни одного достижения. Майерс по характеру робок. Но… Деон тихо опустил взгляд на бокал, протянутый ему. Дахар, видимо истолковав его непонимающий взгляд, дружелюбно объяснил: — Вы только что ели сладости. Можете подавиться, выпейте и это. …Такое обычно делают только бешеные псы или прежний Дан. Деон принял бокал. Он остановил руку прежде, чем жидкость коснулась губ, поднял глаза и посмотрел на Дахара. Затем, с почти насмешливым смешком, отпил из бокала. — Знаешь? Голос прозвучал спокойно. Деон по привычке потёр кончики пальцев, сжал кулак, потом вытер его о штаны. Медленно пройдя все эти действия, он обратил враждебность на демона перед собой. — Физические способности героя включают и «обоняние». — … — Какими бы незнакомыми ни были ингредиенты, я сразу понимаю, что в алкоголь добавили что-то ещё. Поэтому… Почему ты это сделал? Тихий голос упал с непривычно лёгким весом. — Если подумать о нашем недавнем разговоре, я примерно понимаю причину. Но сначала хочу услышать её из твоих уст. — … — Почему? В бокале был яд. Хотя он герой, ему уже становилось дурно, значит, это не обычный яд… Кстати, способность этого демона — «яд». Красный взгляд опустился на чёрные как смоль ногти Дахара. Подобно тому как «герои», осколки героя, могут ранить Короля демонов, «демоны», рождённые из силы Короля демонов, вполне могли ранить и героя. — … Наступила тишина. Деон смотрел на Дахара, который не отвечал. Лицо того оставалось невозмутимым, словно он ко всему готовился. — Если не хочешь говорить… — Командиры корпусов, связанные с Деоном. — Умирают, верно? Это был именно тот ответ, который Деон и предполагал. Поэтому Дахар и спрашивал об участии начальника в войне. «А то, что он протянул бокал, услышав положительный ответ… значит, если бы ответ был отрицательным, он собирался просто отступить?» Деон повертел отравленный кубок. Если смотреть иначе, ему было всё равно, умрут ли другие командиры корпусов, лишь бы его начальник остался в безопасности. Поистине демонический образ мыслей. Он не удивился, что его поймали. Уже пора было кому-то заметить. Один человек уже знает. Но если сейчас кажется, что это скорее чьё-то вмешательство, чем вывод, к которому демон перед ним пришёл сам, — это только ощущение? «Девелания». Имя демона всплыло без труда. И Дахар протянул руку. Будто собираясь уйти после разоблачения, его длинные чёрные ногти остановились над бокалом, который держал Деон, и капнули зловещей жидкостью. Деон, молча наблюдавший за этим, поднял взгляд. Их глаза встретились и с момента, когда яд упал в бокал, ни на мгновение не расходились. — Я изначально был готов, что меня поймают. Гнев, предательство, печаль, ненависть… и решимость. Глаза, до предела наполненные всеми видами эмоций, не казались слабыми, хотя и дрожали под их тяжестью. — Правда? После молчания Деон приподнял уголок рта. Он не не понимал, что это действие означает: либо умрёшь ты, либо умру я. Возможно, Дахар хотел сказать, что яд подозрения уже распространён и убийством одного всё не закончится. Деон медленно покачал бокал, чтобы яд хорошо смешался с алкоголем. И затем: — Прежде всего, я понял, что ты считаешь меня причастным к смертям командиров корпусов. — … — Чтобы ответить на это… Деон выпил всю оставшуюся в бокале жидкость. Он прямо встретился взглядом с тем, чьи глаза расширились от изумления, поставил пустой бокал на перила и улыбнулся. Рука, крутившая пустой бокал, вскоре толкнула его наружу. — Ты угадал. — … — Но умрёшь ты, не я. Дзинь! Острый звук прозвучал зловеще. Думаешь, я настолько глуп, чтобы убить тебя прямо здесь? Из горла вырвалась откровенная усмешка. Каким бы он ни был главнокомандующим или командиром Нулевого корпуса, он не мог справедливо убить адъютанта другого командира корпуса. Тем более в нынешней ситуации, когда погибло столько талантливых демонов. Значит, нужно создать причину. Такую, чтобы, даже убив его, никто не осмелился усомниться, и все только кивнули. «Давно я не чувствовал такого». Поскольку это яд демона, детоксикация требовала времени; внутри внезапно стало горячо и муторно. — Кха… Впервые за долгое время кровь хлынула изо рта. — Господин Деон!! Бен, до этого погружённый в мысли, бросился внутрь. ---------- Много разговоров и много хлопот (7) Эд, как раз вернувшийся в банкетный зал, поспешно последовал за Беном. Увидев трагедию, произошедшую на террасе, он побледнел. Однако удивление длилось недолго. Он достал из кармана платок и спокойно вытер кровь, пролитую Деоном. Не обращая внимания на командиров корпусов, которые из-за несвоевременного переполоха начали соваться ближе, Эд протянул Бену платок, пропитанный чёрной мёртвой кровью, и поторопил его быстро проверить состав. Результат был очевиден. — Яд. Причём яд, слегка смешанный с магической силой. — Как и ожидалось… Значит… Изначально не существовало яда, способного нанести герою такой урон, если только он не был создан демонической расой. Обычный яд был бы нейтрализован сразу после попадания в тело, а раз этот всё ещё действовал, ответ, по сути, был найден. Взгляды собравшихся сосредоточились в одном месте. Дахар, демон с ядовитой способностью, оставшийся наедине с Деоном Хартом под градом взглядов, молчал. — Почему? Кто-то выразил непонимание. — У него нет причины. — Смешно спрашивать причину уже совершённого преступления, но пока пусть будет так. — …Может, это сделал не Дахар. Сказал кто-то ещё. Деон хорошо знал владелицу этого голоса. Девелания. Неизвестно, когда она подошла, но, прикрыв рот, сделала вид, что говорит серьёзно: — Это мог быть кто-то другой, кто хотел его подставить. Почему вы уже решили, что виноват Дахар? При этих словах её глаза тайком смотрели на Деона Харта. «Она собирается обвинить меня в том, что я сам всё разыграл». Да, ей это выгодно: она сможет сдержать его и одновременно спасти Дахара, который сделал то, что она хотела. Кхе — Деон снова сплюнул кровь и слабо рассмеялся. Каждый раз, когда он выплёвывал кровь, лицо Эда, стоявшего рядом и вытиравшего её, темнело и мертвело, но никто не обращал внимания. «Но я знаю характер Дахара». Он не просто так столкнул бокал с террасы. Деон слабо усмехнулся. Как и ожидалось, Бен, который, давая Деону временное противоядие, смотрел на Дахара и о чём-то думал, перелез через перила террасы, сказав, что слышал звук разбившегося стекла. Вскоре снизу донёсся его голос: — Нашёл разбитый бокал! — Что с составом? — Нужно спрашивать? Если бы он отличался от того, что выпил Деон, я бы вообще молчал… Раздался тихий стон. Как будто больше нечего было слушать или как будто терпение иссякло, Лиринель схватила Дахара за горло колышущимися щупальцами. Непривычно свирепый голос рассёк пространство. — Почему вы всё тянете? Обстоятельства показывают, что он виновен, верно? Такой тщательный человек, как Дахар, не оставил бы орудие на месте преступления. Если бы кто-то пытался его подставить, бокал оставили бы здесь, на террасе, а не сбросили наружу. И теперь, обнаружив следы попытки уничтожить улику, Лиринель больше не могла сдерживать гнев. Когда стало ясно, что это дело рук Дахара, какой смысл терпеть? Гнев не утих даже когда другой командир корпуса схватил её за руку. — Я понимаю, что ты чувствуешь, Лиринель, но немного успокойся… — Если понимаешь, не мешай и стой молча! Цвет драгоценного лица умер. Чтобы «герой» выглядел так, яд должен быть серьёзным. Как можно оставаться спокойной в такой ситуации? По крайней мере, она не могла. Глаза, столь же острые, как голос, впились в Иделию. Иделия на миг замерла: её взгляд был настолько свирепым, что любой потерял бы дар речи, даже видя слёзы. Затем она всё же спокойно продолжила: — Сначала нужно проверить, действительно ли это яд Дахара. — … Щупальце, постепенно набирающее силу, дрогнуло и слегка ослабло. Из-за этого лицо Дахара, уже начавшее бледнеть, немного ожило. — Проверка завершена. Прозвучал голос Бена. Эд отпустил запястье Дахара, которое держал. Внезапно с кончика ногтя того капнула жидкость. Внимание всех сосредоточилось на этом небольшом, ничем не примечательном явлении. Среди всеобщей тишины Бен спокойно объявил результат: — Это яд Дахара. — Вот как. Взгляды, обращённые на Дахара, стали тяжелее и острее. Девелания повела глазами, оглядываясь. Доказательства и общественное мнение уже признали Дахара виновным. Даже если что-то оставалось неясным, в такой атмосфере все просто проглотят это, не сумев ничего сказать. «Больше смотреть не на что». Дахар точно умрёт. Конец оказался банальнее, чем ожидалось. Девелания, потеряв интерес, отошла. Щупальца Лиринель, обвившие шею Дахара, снова сжались, а Эд смотрел на него так, будто собирался убить. Хотя ему явно хотелось немедленно ударить противника, подавленный голос спокойно обратился к Бену — он не забыл ответственности адъютанта. — Состояние Деона в порядке? Дальнейшие меры не принимаются? — Тело героя само вытолкнет или обезвредит яд. Я дал лекарство, нейтрализующее магическую силу других демонов, попавшую в тело, так что больше делать нечего. Пока рядом почувствовали облегчение, видя, что цвет лица Деона уже улучшается, собственное лицо Эда оставалось тёмным и мёртвым. Потому что всё случилось, пока он отсутствовал. Это явно его ошибка. Даже причина, по которой он отошёл, заключалась в попытке исправить собственную неопытность. И всё же глаза Эда погасли, словно психологическое давление, под которым он находился, когда Деон отталкивал его, наконец взорвалось. Деон, заметив это, поднял взгляд. Из-за буйства Лиринель другие командиры корпусов недовольно смотрели на Дахара. Ах, Иделия выглядела неудобно и будто хотела услышать причину, но молчала — видимо, любопытство было не настолько сильным, чтобы идти против настроения. И пока Дахар молча умирал на фоне тонкого гнева, пропитавшего воздух… — Что здесь происходит? Появился Король демонов. Толпа собралась в одной стороне, атмосфера была необычной, а его глаза, по очереди посмотревшие на умирающего Дахара и на Деона, вытирающего кровь с уголка рта, изогнулись в понимающей улыбке. Как обычно спокойный голос обратился к ближайшему служителю: — Где командир Двенадцатого корпуса? — Ну… — Впрочем, думаю, я и так знаю. Наверное, ушёл первым. Позовите. Ничего не объясняйте. Дахар, до сих пор неподвижный, вздрогнул от мягкого приказа. Король демонов, внимательно его осмотрев, перевёл взгляд на владелицу щупальца, душившего его. Лиринель, встретившись с холодом в его глазах, задрожала. — Лиринель, отпусти его. — …Да. Дахар, висевший в воздухе, рухнул вниз. Затем наступила тишина. В пространстве раздавался лишь редкий кашель Дахара. Король демонов свёл брови, будто у него болела голова. …Деон заметил пустой рукав и прищурился. Куда делась та роскошная запонка? — Для начала… Спокойный голос рассёк молчание. — Я скажу, как примерно понимаю ситуацию. Выслушайте и укажите, если ошибусь. Подробности были ни к чему. Король демонов сразу заговорил, даже не смотря, кивнули ли окружающие. — Похоже, Дахар попытался отравить Деона. И я вошёл как раз в момент, когда Лиринель собиралась убить Дахара. — Верно. — Хаа… Он убрал руку, прижимавшую лоб, и поднял веки. Холодные глубины его глаз посмотрели на Дахара сверху вниз. — Почему ты это сделал? — … Вместо немедленного ответа тот огляделся. Скорее не «здесь слишком много людей, я не могу говорить», а проверка того, сколько людей вокруг. Король демонов нахмурился. — Если не ответишь, я решу, что Майерс тоже связан… — Потому что командиры корпусов, связанные с Деоном, умирают! Срочный крик громко разнёсся по банкетному залу. Рука Эда, вытиравшая кровь с одежды Деона, резко остановилась. И не только она. Другие демоны в зале, которые пристально следили за этой стороной, делая вид, будто вовсе не подглядывают, тоже замерли, услышав голос. Опустилась холодная тишина. Воздух словно застыл, и никакого шума не было слышно. Деон перевёл взгляд и среди множества направленных на него глаз нашёл одного демона. Он ясно увидел Девеланию, сидевшую возле помоста с неторопливой улыбкой. Благодаря тебе я убедился. «Это всё-таки ты». Именно ты подула ветром в сторону Дахара. Взгляды командиров корпусов кололи Деона. Он мельком посмотрел на Короля демонов. По какой-то причине выражение того застыло. Он открыл рот, будто собираясь что-то сказать, затем бросил взгляд на дверь и закрыл его. И дверь банкетного зала распахнулась. — Я слышал, меня звали. Головы всех повернулись в одну сторону. Майерс, непосредственный начальник Дахара, остановился и украдкой повёл глазами, будто чувствовал тяжесть внимания, внезапно сосредоточенного на нём. На тревожном лице ясно читалось замешательство: он не понимал ситуации. Король демонов ярко улыбнулся ему. — Ты пришёл как раз вовремя. Всё сложилось очень удачно. — Что… — Твой адъютант Дахар попытался отравить Деона Харта, и, думаю, нужно проверить, не ты ли отдал этот приказ. — Что?! Потрясённый, он поспешно посмотрел то на Короля демонов, то на Деона, то на Дахара. В этот миг Дахар, встретившись с ним глазами, бросил взгляд, будто велел отвечать прямо и не заикаться, потому что вокруг люди, но… На деле кто мог это заметить? — Это… этого не может быть… Неуклюжий ответ, в котором явно не участвовала голова, сорвался с губ. Внезапная ситуация будто полностью отключила мышление. Для всех наблюдавших стало очевидно, что прямой связи с этим делом у него нет. Но Король демонов был в неприятном настроении и не стал останавливаться. Он спросил, словно давя: — Могу я понять это как попытку защитить твоего адъютанта, совершившего отравление? — … В итоге Майерс остался без слов, лишь открывая рот. Раз он уже сделал такое заявление, любые дальнейшие слова вызовут подозрения. Блуждающий взгляд обратился к Дахару, будто спрашивая: «Это правда? Почему так?» И как на это отвечать? Дахар не выдержал жалкого вида начальника, стиснул зубы и выкрикнул: — У меня есть долг защищать своего господина! — … — В разговоре с Деоном я услышал, что Майерс скоро будет действовать. То, что он сказал мне, означало: он может стать таким же, как бывшие командиры Восьмого или Десятого корпусов. — … — Я не мог потерять господина Майерса. Не хотел потерять! В такой ситуации, когда смерть начальника маячит перед глазами, как я мог не попытаться убрать эту тень…! Это был отчаянный крик. — И потому… — … — Я признаю, что действовал импульсивно. Я понимаю, что поступил глупо. Прошу прощения за неудобства, причинённые господину Майерсу. Услышав это, нельзя было не понять его намерение. Называя поступок «импульсивным», он пытался избежать возможного вреда для Майерса. «Очень…» «Он пытается забрать всё, что хочет». Жадный он. В глазах Деона мелькнуло раздражение. «Вот почему нужно было быстро убить его до того, как пришёл Король демонов Лиринель». Раз тянули так долго, ситуация стала такой. Он был жертвой, но атмосфера стала неблагоприятной для него. Деон нахмурился, краем глаза видя, как Девелания снова улыбается с интересом. ---------- Много разговоров и много хлопот (8) «Нужно заткнуть ему рот». Так подумал Деон. В голосе Дахара была сила. Отчаянные крики преступника заставляли наблюдателей, пусть они и делали вид, что нет, подозревать жертву. Дахар, должно быть, с самого начала на это рассчитывал. Пусть его крик казался лишённым оснований и логики, но правда оставалась правдой: командиры корпусов, связанные с Деоном, в итоге умирали. В глазах демонов, наблюдавших за происходящим, появились сомнения. Особенно сильны они были у командиров корпусов, которые присутствовали, когда бывший глава вампиров ворвался сюда и распускал язык. [Надеюсь, вы какое-то время будете сотрудничать, чтобы предотвратить исчезновение демонов.] [Потому что всё это случилось из-за «одного человека».] Он пытался убить Деона Харта, упомянув «исчезновение демонов»? Один раз это могло быть совпадением, но теперь произошло нечто, заставляющее вспомнить сказанное тогда. Назвать это простым совпадением стало трудно. Разве сама ситуация, вызывающая подозрение к Деону Харту, тоже лишь совпадение? — … Они обменивались взглядами и косились на Деона Харта. В момент, когда атмосфера, казалось, вот-вот выйдет из-под контроля, Король демонов грубо схватил Дахара за шею. — Ух…! — Ты прикладываешь слишком много усилий, чтобы подставить его ещё до того, как тебя дослушали. Спокойный голос пересёк пространство так, будто речь шла о будничном деле. — Почему ты действуешь на одних подозрениях и давишь на эмоции? Плавный голос, не подходивший к ситуации, содержал открытую раздражённость и гнев — их легко мог услышать каждый. Он обращался с Дахаром как с тем, кто несёт чушь. Возможно, именно поэтому странно натянутая атмосфера вдруг ослабла, словно все очнулись от гипноза. Деон, наблюдавший за ситуацией, криво наклонил голову. «…Вот почему его называют Королём демонов?» Остроумие и способность управлять атмосферой были на высшем уровне. Он заставил болтающий рот Дахара замолчать и одновременно смягчил острую атмосферу, направленную на «Деона Харта». Деон не удивился тому, что Король демонов, который знал больше всех и был ближе всех к правде, стал причиной всего, а теперь прикрывал его. Он уже привык, что Король демонов окружает его защитой. И главное — такова была ситуация. «Ситуация, в которой он не мог не вмешаться». Наверное, поэтому сейчас он так открыто недоволен. Как и ожидалось, Король демонов ясно указал причину своего раздражения. — И даже если подозрение было близко к уверенности, ты должен был сначала доложить мне, а не действовать сам. Поступок Дахара был игнорированием Короля демонов. Похожий смысл, но если трактовать немного иначе — он не доверяет Королю демонов. Дахар замер, словно эти слова задели что-то внутри, и посмотрел на Короля демонов. Нечитаемый взгляд, смешавший негативные эмоции — обиду, злость и ещё что-то, встретился с холодными глазами. Он открыл рот. — … — А? Но наружу вырвался только звук ветра. Король демонов некоторое время смотрел на открытый рот, из которого не мог выйти голос, затем широко улыбнулся. — Если собираешься что-то сказать, говори как следует. Именно он, притворяясь, что ни при чём, сжимал горло так, что Дахар не мог говорить, но при этом жутко ласковым голосом подгонял его. Вместо оформленных слов с трудом выходил только звук воздуха. Даже видя, как командир Двенадцатого корпуса тревожно смотрит в эту сторону, Король демонов не ослабил руки. Он почувствовал, что из уст Дахара могут прозвучать не самые выгодные слова. — Правда… — Неприятно. Король демонов понимал, что означает эта ситуация. Дахар, умеющий вести дела, не мог не подумать о варианте «доложить Королю демонов». И всё же он действовал самовольно. Значит, объектом подозрения стал и Король демонов. Видя, как тот продолжает защищать подозрительного Деона Харта, Дахар нашёл собственные причины думать, что Король демонов может быть с ним заодно. «А действия этого парня сейчас заставят и других быстрых на ум командиров корпусов начать подозревать». Хотя заявление было заблокировано, само поведение Дахара уже стало достаточной подсказкой. И точно: Король демонов огляделся и увидел трещины в выражениях Иделии и Девелании. Сквозь эти трещины мелькнули изумление и надежда, что этого не может быть, и он не смог не усмехнуться. «Такого развития я не ожидал». Есть разница между сомнением демона в человеческом герое и сомнением демона в Короле демонов. С точки зрения демонов, разве это не похоже на сомнение в Боге? Для Короля демонов же это было словно смотреть, как насекомые, питавшиеся крошками упавшего печенья, начинают интересоваться источником печенья. «Пришло время принимать поверхностную милость и благосклонность». Безопасно ли это угощение? И каково намерение того, кто его дал? Пока это лишь малое сомнение, но если смотреть шире — они начинают сомневаться, действительно ли то, кого они восхваляли как Бога, является Богом, и даже если является, на их ли стороне этот Бог. Поэтому у Короля демонов появилось тонкое выражение. «Говорят, весь прогресс рождается из вопросов и сомнений… но слишком поздно». Жаль. Конечно, демоны слишком долго застряли на месте. Это снова и снова ускоряло скуку Короля демонов и в итоге привело к крайним результатам, так что событие, которое вызовет сомнения и переворот, когда-нибудь должно было случиться… но только в подходящее время. «Если бы это было, когда рядом не было Деона, я бы принял это с интересом». Не будь Деона, этого вообще не произошло бы. Жаль. «Если всё пойдёт удачно, получится трёхсторонняя схватка». В глазах Короля демонов мелькнули одновременно интерес и сожаление, когда он представил хаотичную битву, которая в ближайшем будущем может развернуться в мире демонов. Но в следующий миг он повернул голову, чтобы привести ситуацию в порядок. Чтобы быстро закончить, он встретился глазами с собравшимися, затем посмотрел на Деона. Под взглядом, словно принуждавшим к ответу, прозвучали слова в форме вопроса, но вопросом они не были. — В любом случае я уверен, что Майерс не знал. Верно? Окружающие демоны кивнули, и Деон тоже медленно подтвердил. Выбора у вопроса не было. Слишком многие видели, как Майерс осторожно и растерянно отреагировал на слова Дахара, будто действительно ничего не знал, чтобы втягивать его в это дело. К тому же Деон был немного… устал. «Лишь бы с Дахаром разобрались как следует». Не было нужды перегибать здесь. Деон собирался просто молча посмотреть, как поступит Король демонов, но тот повернулся к нему, всё ещё держа Дахара за шею. — Жертва должна решить, что делать с этим парнем. — Что делать? Глаза Короля демонов слегка изогнулись. — Убить? Деон замер в ситуации, напомнившей ему давний эпизод. Но это длилось лишь мгновение. Он посмотрел на Майерса, который глядел на него с мольбой и дрожащими глазами. Потом снова перевёл взгляд на Дахара и дал ответ, совершенно отличный от прежнего. — Думаю, лучше убить. Голос был жутко спокойным. Ответ, похоже, оказался немного неожиданным: Король демонов замер и тихо посмотрел на Деона. Встретившись с его непоколебимыми красными глазами, он тут же улыбнулся. — Хорошо. Хруст. Ответ последовал сразу. Демоны вздрогнули и дёрнули плечами от того, как быстро всё произошло. Деон, тоже на миг распахнувший глаза, словно не ожидал такой мгновенности, вскоре закрыл их. На фоне мира, покрытого чёрным, кровь была видна особенно отчётливо. Ситуация примерно разрешилась, и банкет возобновился в слегка оцепеневшей атмосфере. Будто опасаясь, что снова что-то случится, Король демонов сел во главе стола и больше не уходил. Деон, подперев подбородок, заметил, что рукав Короля демонов явно пуст, и оглядел находившихся рядом командиров корпусов. Никто не реагировал. Даже учитывая, что атмосфера была немного напряжённой после происшествия, взгляды и отношение к Королю демонов не сильно отличались от обычных. «Значит… инструмент, скрывающий магическую силу, заменён, или это вообще была не запонка?» В любом случае… Кстати… «Как бы они перестали на меня смотреть». Если так продолжится, они продырявят его взглядами. Деон, воспользовавшись тем, что его тело полностью восстановилось, некоторое время оставался в банкетном зале и продолжал размышлять. Но игнорировать пристальные взгляды стало невозможно, и он повернул голову. В поле зрения оказались Эд, который кружил поблизости, не смея подойти, Лиринель, открыто направлявшаяся к нему, и Дан, смотревший издалека с картой в руке. Ах, Бен стоял прямо рядом и следил, будто наблюдал за пациентом. — Я же сказал, всё правда в порядке. — Разве? — Правда. — Магический камень не реагирует, и ты выглядишь действительно нормально, но… Бен посмотрел недоверчиво, но Деон сделал вид, что не заметил, и жестом показал всем, кто собирался приблизиться, что он в порядке и подходить не нужно. Эд застыл на месте. Лиринель, уже шедшая к нему, остановилась и развернулась с поникшим видом. Дан… неизвестно. Деон вообще на него не смотрел. «Раз он держит разумную дистанцию, он не придёт, даже если я не подам знак». Дан умеет сам себя контролировать. Даже не глядя на него, Деон мельком увидел глаза Эда, полные тревоги и самоупрёка, затем отвёл взгляд и пошёл, делая вид, что не заметил. Его цель — командир корпуса Майерс, потерявший адъютанта прямо на глазах. Деон назвал имя демона, застывшего в оцепенении: то ли от сильного шока, то ли от потери чувства реальности. — Майерс. Тот рефлекторно оглянулся. Вскоре его глаза расширились, когда он понял, что перед ним Деон. Деон молча посмотрел на него, словно оценивая эмоции в глазах, и вдруг спросил: — Ненавидишь? Короткое слово, но смысл нельзя было не понять. — Нет. Майерс тут же покачал головой. — Преступление совершил Дахар. Из-за него пострадал Деон, как я посмею… — …Разум и эмоции — разные вещи. Можешь быть честным. — Я правда… не виню вас. У меня нет права. Какие права нужны, чтобы испытывать эмоции? Но Деон не стал ни цепляться, ни копать глубже. Лишь сказал: — Немного удивительно. И искренне впечатлился. Настоящая природа проявляется только в крайних ситуациях. Реакции тех, кто потерял опору, обычно делятся на две. Либо они полностью рушатся, либо становятся достаточно сильными, чтобы стоять самостоятельно. Похоже, Майерс относился ко вторым. Голос командира корпуса прозвучал ещё спокойнее — возможно, потому что он был командиром корпуса, а возможно, потому что рядом больше не было адъютанта. — Разумеется. — … Эмоции, открытые в его глазах, были слишком ясны, чтобы воспринимать эти слова буквально. Деону вновь вспомнилось то, что он сам когда-то сказал. Что безумие рождается на основе крайней печали? Конечно, это не «безумие», но… «…Мои глаза тогда тоже казались такими?» Деон никогда не знал, что глаза, наполненные печалью, могут выглядеть так зловеще. Кроме них двоих никто не двигался, и в изолированном уголке особенно тихого банкетного зала наступило молчание. Это была не неприятная и не удушающая тишина. Поэтому затянувшееся молчание нарушил Майерс, украдкой взглянув на Деона и открыв рот. — Я не знаю, почему Дахар так поступил. — … — Но… думаю, здесь должно быть серьёзное недоразумение. Слова вышли поздно, потому что тот, о ком говорили, уже был мёртв. «…Он ни за что не скажет, что это была исключительно вина адъютанта». Деон криво наклонил голову. Он понимал, что Майерс глубоко доверял адъютанту, но такие слова не стоило говорить перед ним. Если истолковать иначе, это значит: должна была быть причина. Сказал ли Майерс это осознанно или не подумав? — Недоразумение? — …Да. Если не недоразумение, то, вероятно, правда. Глаза Майерса глубоко потемнели. ---------- Много разговоров и много хлопот (9) Майерс знал: Дахар научился обращаться с тем, чего самому Майерсу недоставало. Должна была быть веская причина, по которой Дахар не доложил Королю демонов. — Я не защищаю грех Дахара. Разумеется, он преступник… — Знаю. Деон посмотрел на Майерса, который поспешно выставил руки, затем слабо улыбнулся. — Можешь не беспокоиться, недопонимания не будет. Дрожащие глаза проследили за улыбкой Деона и опустились. Как раз перед тем, как Майерс склонил голову, Деон заметил в его взгляде сильное подозрение и рассмеялся. — Похоже, ты очень доверял своему адъютанту. — … Так же, как и адъютант ему. Его подозрение было направлено и на Короля демонов, и на Деона. *** Вернувшись на место после расставания с Майерсом, Деон на миг остановился, заметив взгляды, сосредоточенные на нём так, будто его ждали. Разумеется, все тут же отвели глаза, делая вид, что ничего подобного не было, но разве глаза героя могли это упустить? «…Если бы взгляды имели физическое воздействие, меня бы уже раздавило насмерть». Взгляды, следившие за каждым его движением, были по-настоящему настойчивыми и тяжёлыми. И всё же он сделал вид, что ему всё равно, взял бокал алкоголя у проходившего служителя и… — Деон! Что это у тебя в руках?! …собирался уйти на террасу. Деон горько посмотрел на Бена, преградившего ему путь, затем опустил взгляд на бокал в руке. — Я уже в порядке. — Неважно, полностью ты здоров или нет! С момента происшествия с отравленным напитком не прошло и дня. И ты хочешь снова пить? — Ну… Это не имело значения, но… спорить не хотелось, так что он поставил бокал. С видом министра Бен протянул ему безалкогольный напиток, проверенный на яд. Деон слегка встряхнул его, пожал плечами и вышел на террасу. Открытое ночное небо заполнило поле зрения. Он опёрся верхней частью тела на перила и отпил из бокала. Картина была столь необычайно мирной и красивой, что трудно было поверить: это мир демонов. Но ненадолго. — Я изначально не собирался убивать Майерса. Низкий, приглушённый голос вырвался словно вздох. Деон опустил взгляд. Он видел, как кровь, покрывающая мир, колышется по направлению ветра. Майерс должен был остаться жив — по крайней мере до «решающей битвы». — Если связанные со мной продолжают умирать, это вызовет подозрения. Король демонов уже знает, так что с ним неважно. Но если это заметят другие демоны, будет сложно. Поэтому, если уж вызывать подозрение, лучше выбрать подходящий день и смести всё разом. Зачем убивать по одному, как будто счищаешь металл слой за слоем? — Но теперь уже поздно. — … — Слова и поступки Дахара породили подозрение. Тук. Он поставил бокал и обернулся. Столкнувшись с тем, кто в какой-то момент пришёл сюда и тихо слушал, Деон ярко улыбнулся. — Видимо, поэтому ты пришёл сейчас. Не так ли, Дерниван? *** — Тебе не нужно идти к Деону? Дан, тасовавший карты, поднял взгляд на вопрос, наполненный чистым недоумением. Он встретился глазами с командиром Девятого корпуса Тровером. Кроме него, Дан чувствовал и любопытные взгляды других командиров корпусов, вернувшихся на места. Дан снова опустил взгляд, продолжил тасовать и ответил: — Всё в порядке. — И всё же ты ведь ему служишь? Он спокойно раздал карты и кивнул. Как и предыдущий, этот вопрос уже звучал однажды. Командир Второго корпуса, сидевшая рядом, спросила об этом немного раньше. Ответ, конечно, был тем же. — Если бы я был нужен, он бы позвал. К тому же Деон его избегает. Дан самовольно устранил лидера революционной армии, а когда Деон Харт узнал, сказал, что он похож на герцога. И будто подтверждая это, Деон всё ещё держал дистанцию. Дан пытался вести себя как обычно, но рефлекторно отводимый взгляд и застывшая атмосфера в воздухе служили доказательством. Значит, не было нужды подходить и ещё сильнее нагружать его душевно. — Лучше поговорим о цене ставки, которую я выиграл. Дан мягко улыбнулся и сменил тему. К счастью, командиров корпусов это, похоже, интересовало больше, и они сосредоточились. Казалось, они уже забыли о прежней теме. Дан ненадолго выдержал паузу, и когда любопытство достигло пика, улыбнулся и приложил указательный палец к губам. — Скажу позже, когда останемся одни. — Проклятье. Будто вспотев, Тровер расслабил слегка напряжённые плечи и откинулся назад. В ворчании смешались противоречивые чувства облегчения и тревоги. Даже притворяясь весёлым и беззаботным, он не мог не нервничать из-за того, каким будет желание. В ставке с Даном на право желания он согласился с исходом ещё до начала и скрепил это магией, пообещав честно выполнить обещание в случае проигрыша. Конечно, если не хочется умирать, желание можно сформулировать в разумных пределах. И всё же. [Если я скажу, что не сдержу обещание, командиры корпусов смогут лично убить меня или заставить выполнить его. Но я ведь не командир корпуса, верно? Если командиры передумают, я ничего не смогу сделать. Так что разве не лучше скрепить обещание магией, чтобы мне было спокойнее?] [У тебя много сомнений.] [Я просто немного боюсь. Даже сейчас, разговаривая о картах с командирами корпусов, я нервничаю так, что дышать трудно.] [Ну… ладно! Я специально сделаю это для тебя!] Не стоило. Честно говоря, Тровер думал, что выиграет. Только проиграв, он понял: собственное поражение было задумано ради удовольствия «командиров корпусов». Но Дан улыбнулся и сказал: «Мне просто повезло». «Скажет желание, когда мы останемся одни…» Что за желание он загадает? Троверу хотелось избить самого себя из прошлого, который охотно скрепил обещание магией. Силуа, командир Седьмого корпуса, словно почувствовала тревогу Тровера. Она посмотрела на карту, затем растянулась на столе. Лежала, вертелась и теребила свою карту так, чтобы её не было видно, не обращая внимания, пришли ли в беспорядок остальные предметы на столе. — Мне было любопытно, жаль. — На меня смотрит столько командиров корпусов, что от нервов я ничего не смогу сказать. Сейчас я ничего особенно не хочу. Правда ли…? Девелания, молча слушавшая, прищурилась и посмотрела на Дана. Тот её взгляда не заметил. Убирая беспорядок на столе, он смотрел на командиров Третьего и Четвёртого корпусов, которые рычали друг на друга с одной стороны. — …Эти двое, кажется, совсем не ладят. Каждый раз, когда я их вижу, они дерутся… — А? Ну, да. Когда встречаются, рефлекторно показывают зубы. — Есть какая-то особая причина…? — Это… Силуа сделала серьёзное лицо. Остальным, похоже, тоже стало интересно, что она скажет: не только Дан, но и Тровер с Девеланией сосредоточились на ней. И тогда прозвучали чрезвычайно лёгкие слова: — Я тоже не знаю. — … — Но могу уверенно сказать: их дурные отношения длятся так долго, что уже стали чем-то само собой разумеющимся. — Вот как. Дан молча посмотрел на командиров Третьего и Четвёртого корпусов. Девелания, наблюдавшая за ним, подперев щёку рукой, что-то заметила в его взгляде и тихо хмыкнула. Внезапно она схватила Дана за запястье. Дан остановился и поднял глаза на Девеланию. На миг между ними повисла тишина, взгляды встретились в воздухе, а затем она закатила глаза и жизнерадостно сказала: — Кстати, я вспомнила: мне нужно кое-что передать Деону. — Хотите, чтобы я доставил? — Да. — Хорошо. — Тогда за мной. Здесь этого не было. Она без колебаний встала и широким шагом покинула банкетный зал. Дан, на миг растерянный из-за внезапности, быстро пришёл в себя, извинился перед остальными командирами корпусов и последовал за ней. Хозяин игры ушёл, и это могло быть неприятно, но, к счастью, за спиной было слышно, как командиры, будто не обращая внимания, продолжают играть… точнее, строить маленькие дружеские связи. — Что это, Силуа! Ты жульничала?! — О чём ты? Лучше старайся ловить живого человека. — Я уверен, что только что видел у тебя черву! Где ты играешь руками?! — Ты бы сам пользовался чужими картами, если бы подглядел? …Похоже, это и было то самое «теребление карты». Дан сделал вид, что ничего не заметил, и поспешил дальше. Девелания далеко не ушла. Она остановилась в пустом коридоре и оглянулась на Дана, будто знала маршруты и время перемещения служителей. На её лице появилась загадочная улыбка. — Я думала, ты просто смелый, но… играть руками перед командирами корпусов. — … — Действительно дерзко. Дан застыл на месте, будто его ударила молния. — Вы знали? — Поняла только через несколько раундов. Остальные, наверное, не заметили. Ты ведь прямо целился в Тровера, потому что он невнимательный? — Можно просто так раскрывать, на кого я целюсь? Смущение длилось недолго. На губах Дана появилась мягкая улыбка. — Это была просто гордость. Я не хотел проигрывать. — …Ну, допустим. Передай это Деону. И скажи, что это подарок. Она протянула ленту для волос. Кроваво-красную, как глаза Деона Харта. Дан думал, что она будет давить на него, используя повод с пойманным шулерством, но всё прошло неожиданно легко. Он удивился сначала тому, что ожидал важный предмет, а получил нечто незначительное, и посмотрел на неё озадаченно. Девелания гордо фыркнула. — Зачем мне самой давить на тебя? — И… Даже если я не вмешаюсь, кажется, ты скоро умрёшь. Взгляд, которым ты смотришь на Ашильда и Иделию, обещает неприятности. Если полезешь к тем двоим, чьи отношения похожи на отношения Силуа и Тровера, только с разрывом, это будет большая проблема. Но Девелании не было нужды говорить ему это. Она просто закрыла рот и махнула рукой. — Передай подарок как следует. Пожалуй, я пойду посмотрю на Майерса, который наверняка убит горем. *** Стояла напряжённая тишина. Острые красные глаза пристально смотрели на Дернивана, словно вкапываясь в него, а Дерниван молча принимал этот взгляд. И когда Деон уже собирался открыть рот, Дерниван опередил его на шаг. — Вы хорошо себя чувствуете? Бровь Деона дрогнула от первой фразы, совсем не той, которую он ожидал. — Мне сразу стало лучше. — Рад это слышать. И прошу прощения, что так самовольно пришёл к вам. Мне нужно было кое-что сказать, поэтому я позволил себе грубость. Возможно, потому что когда-то он поддерживал Оэля, этот демон обычно был тихим в общих темах, но говорил хорошо, когда нужно. Деон некоторое время молча смотрел на него, затем взял бокал, который поставил. В атмосфере куда более расслабленной, чем прежде, прозвучал спокойный голос. — Извинения не нужны. Просто говори. — Я последую за вами, Деон. …Прямота ему понравилась. Не нужно тратить внимание, пытаясь оценить противника. На самом деле Деон почти уже решил, что тот враг. Чтобы скрыть смятение, он отпил из бокала. Холодная жидкость вошла в тело, и взбудораженные эмоции улеглись. Голова, до этого вязнувшая, снова начала работать. «Слова хорошие… но нельзя просто поверить им». Даже если он говорит искренне, у него наверняка есть причина. Пока Деон её не узнает, он не собирался принимать это. Отсекая лишнее до и после, он ответил на внезапно брошенные слова таким же коротким вопросом: — Почему? ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (1) Дерниван, занимавший теперь весьма полезную должность командира Пятого корпуса, не смутился и не занервничал от вопроса Деона. Он лишь покорно склонил голову и сказал: — У меня есть одно желание. Вот как. Сомнение в глазах Деона исчезло. Вместо него там мелькнула догадка. — Какое? — Командир Нулевого корпуса... прошу, позвольте мне собственными руками убить Тровера. — О. Дерниван всё ещё не мог отпустить сожаление о смерти командира Девятого корпуса. Может, дело было в том, что демоны, рождённые на основе волков, особенно упрямы? Злость и ненависть, возникшие однажды из его прямолинейного сердца, с каждым днём лишь крепли и не собирались угасать. Даже став командиром Пятого корпуса и получив куда больше работы, чем прежде, он не изменился. Как можно оставаться спокойным, если, стоит закрыть глаза, перед тобой снова встаёт её последний облик? «...Как там говорят? Запоздалая любовь страшна?» Стоило ему осознать свои чувства, как они стали настолько сильными, что сдерживать их оказалось почти невозможно. Поэтому он склонил голову перед тем, кого собирался признать хозяином, а Деон, будто поняв причину, тихо хмыкнул. — Мне всё равно, кого и сколько господин Деон убьёт, — продолжил Дерниван. — Я просто последую за вами. Поэтому отдайте мне командира Девятого корпуса. С точки зрения Деона Харта это была маленькая просьба, в которой не было ничего трудного. Отказать вроде бы не было причины. «Разумеется, я не уверен, что он действительно связан со смертью Оэль...» Он знал, что командиры Восьмого и Десятого корпусов тоже были ловко устранены разными способами, и командир Пятого корпуса не стал исключением. «Но, в отличие от тех двоих, у смерти Оэль есть очевидная непосредственная причина». Тровер. Иными словами, Дернивану не было смысла метить в того, кто лишь, возможно, стоял за всем этим, если перед ним был человек, «непосредственно» убивший Оэль. Даже если ситуация возникла из-за подстрекательства Деона Харта, выбор и действие в конце концов совершил именно Тровер. У него явно были другие варианты. К тому же Дерниван был из тех, кто видит только одну цель. Его поле зрения было слишком узким, чтобы разглядывать и оценивать человека, в чьей виновности он не был уверен. «И ещё... я должен рыцарям Лофти». Когда ради Оэль он бросился к ним за помощью, чтобы спасти умирающего человеческого младенца, он сказал, что непременно отплатит, если они спасут ребёнка. И Дерниван до сих пор помнил ответ, который получил. «Позаботься о нашем командире». Сказано это было крайне легко, но он не был настолько глуп, чтобы отнестись к словам так же легко. Их беспокойство о Деоне Харте было совершенно искренним. И потому Дерниван, который следил за Деоном Хартом с тех пор, как один за другим погибли командиры Восьмого и Десятого корпусов, после этого случая окончательно убедился и пришёл к нему. Если ты исполнишь мою просьбу, я приложу все силы, чтобы служить тебе. — Для начала... — Деон, молча слушавший Дернивана и о чём-то думавший, кивнул. — Я понял. — Тогда... — Но. Понять и принять — разные вещи. Деон взял бокал и приблизился к собеседнику так, будто давил на него одним своим присутствием. Он заглянул в глаза демона, по-прежнему опускавшего взгляд, и произнёс, словно испытывая его: — Как далеко ты готов зайти, если я исполню твоё желание? — Всё, что прикажет господин Деон. — Даже умереть? На мгновение возникла пауза — будто такой вариант Дерниван не учёл. — Я сказал: всё. Ответ прозвучал непоколебимо. — Хорошо. Лжи в его глазах не было. Деон отступил на шаг, будто давая ему вдохнуть. Верный пёс поднял голову и посмотрел на него, словно требовал окончательного ответа. Деон прищурился и кивнул. — Тогда рассчитываю на тебя в будущем. — Я... — Позову, когда понадобишься. А теперь уходи. Изначально Деон пришёл сюда отдохнуть. Временами ему тоже было нужно привести мысли в порядок. Не дожидаясь ответа Дернивана, он приказал гостю уйти. Дерниван прикусил губу, извинился и покинул террасу. Когда он проходил через полог, Деон почувствовал, что тот на мгновение остановился, будто что-то увидел, но не придал этому значения: Дерниван сразу же спокойно ушёл, словно ничего не случилось. Лишь когда Дерниван ушёл, а сам Деон, немного передохнув и собравшись с мыслями, тоже покинул террасу, он понял, на что наткнулся тот демон. Эд и Джейкар стояли прямо у входа. Возможно, из-за того, что Деон вышел почти сразу после Дернивана, они не ожидали его так быстро и не успели уйти. Эд, словно заворожённый, встретился с Деоном взглядом и резко отвернулся. Джейкар выглядел спокойным. Не было нужды гадать, сколько они услышали. «Важное они точно услышали». Это было ясно уже по поведению Эда. По одному лишь Джейкару понять было трудно, но раз Эд так на него смотрел, значит, Джейкар слышал то же самое. — ...Эд, почему ты здесь? — Э-э... Он не смог ответить, только беззвучно шевельнул губами, а потом отвёл глаза в сторону. Деон заметил в них слабое беспокойство и вину, прикрытые смущением и страхом, и вместо того чтобы продолжать расспросы, перевёл взгляд на Джейкара, шагнувшего вперёд. Тот приближался с лицом, по которому невозможно было понять, о чём он думает. Чем меньше становилось расстояние, тем сильнее сгущалось напряжение в воздухе. Десять шагов. Пять. Три. Два... В тот миг напряжение стало таким острым, что, случись что-то прямо сейчас, это никого бы не удивило. Джейкар прошёл мимо Деона. Будто ничего не видел и не слышал, он спокойно миновал его и пошёл дальше, не останавливаясь. Лишь тихий, почти шепчущий голос остался после него слабым эхом: — Скоро увидимся снова. И наступила тишина. Деон опустил взгляд, будто о чём-то задумался. Эд, оставшийся с ним наедине, моргнул. Он тоже на мгновение открыл рот, словно хотел что-то сказать, но... — Господин Деон. Когда подошёл Дан, Эд вновь закрыл рот и отступил на шаг. Его покорный вид словно говорил, что быть оттеснённым для него уже стало чем-то само собой разумеющимся. Красные глаза, мельком взглянувшие на него, тут же смягчились. Дан не стал тратить время на пустые разговоры и протянул подарок Девелании. — Девелания просила передать вам это. — ...Девелания? Увидев красную ленту для волос, Деон рассмеялся. Смех вроде бы ничего не значил, но рука крепко сжала подарок. Он повернул голову к Эду. Заметив на себе его взгляд, беспокойно переминавшийся демон выпрямился. — Не будет проблемы, если я пойду отдыхать? — А... да! Банкет продлится три дня и три ночи, так что вы можете свободно уйти отдохнуть и вернуться. На самом деле в первый день негласно полагалось оставаться до поздней ночи... но сегодня произошло слишком многое, а книга, где описывались правила последнего такого банкета, была довольно старой. Эд проглотил эту бесполезную информацию и кивнул. — Правда? Тогда. Даже если бы этого разрешения не было, Деон всё равно собирался уйти. После того как он изверг кровь, сегодня вряд ли нашёлся бы кто-то, кто смог бы удержать его здесь. К тому же за один день случилось слишком много, и он устал. Пройдя мимо Дана, Деон миновал Эда и остановился на том же месте. Он почувствовал на спине любопытный взгляд, но не обернулся. Просто произнёс низким голосом короткую фразу: — Сегодня это была не твоя вина. На миг лицо Эда дрогнуло. Когда Деон Харт ушёл, а его начальник вернулся в комнату, Эду больше нечего было делать. Он отправился туда, где никого не было. Взгляд Дана провожал его в затылок, но Эду было не до этого. И стоило ему остаться одному, как он рухнул на пол. — Лучше бы... В тишине прозвучал отчаянный голос. — Если бы вы действительно были плохим человеком... Если бы он с самого начала и до конца был бессердечным и жестоким. Тогда не было бы причины так мучиться. Опущенный взгляд бесцельно блуждал. — Это слишком. Тепло и забота, которые ему время от времени дарили, не давали выбрать ни одну сторону. Поэтому всё стало ещё труднее. Эд не хотел потерять Деона Харта и не мог представить мир демонов без Короля демонов. — Что же делать... Вот почему, услышав сегодня по-настоящему серьёзный разговор, он так и не мог понять, сможет ли сделать выбор. Деон, вероятно, заметил, что он подслушал. И всё равно прошёл мимо, ничего не сказав. И именно поэтому Эд не мог пошевелиться ещё сильнее. * * * — Здравствуй, О-Деон. По дороге к своей комнате лицо Деона безжалостно исказилось, стоило ему услышать неприятный голос. Девелания, появившись неизвестно откуда, перегородила путь. — Я думала, ты сразу уйдёшь, но, похоже, отдыхать ты идёшь только сейчас. Деон промолчал. — К слову, я как раз возвращаюсь после встречи с Майерсом. Он устал и совершенно не хотел сейчас с ней связываться, поэтому продолжал молчать. Но Девелания умела вести разговор даже в одиночку, не испытывая неловкости. Поняв, что игнорировать её будет трудно, Деон приподнял уголок губ. — Пытаешься переманить Майерса? — Как грубо. Я всего лишь утешала его разбитое сердце. — Да уж, если у тебя есть совесть, Майерса тебе лучше не трогать. Деон тоже не собирался уступать. Он усмехнулся, закатив глаза. — Сначала заманить несчастного адъютанта на смерть, а потом трогать скорбящего начальника. Думаешь, я не знаю, что ты обманула Дахара? В его улыбке явно читался именно этот смысл. На мгновение глаза Девелании сузились — настолько идеально он переложил ответственность, — но вскоре она вернула прежнее выражение, будто ничего не случилось. — Ну, если уж говорить, что я его обманула... Всё, что я сделала, — перечислила факты. Адъютант двинулся потому, что у него была причина. Если бы причины не было, он бы не пошёл, что бы она ни сказала. В конце концов, виноват ты. Примерно это и подразумевала её фраза. Брови Деона слегка нахмурились. Он открыл рот, чтобы возразить, но... — Впрочем, не об этом. Девелания быстрее сменила тему. — Ты получил подарок? Я попросила Дана передать. — ...Да. Цвет прямо как кровь. — Рада, что тебе понравилось. Я не говорил, что понравилось. Но произносить это вслух было бы слишком по-детски. Оставив мысль при себе, Деон слегка махнул рукой, заканчивая раздражающий разговор. — Тогда я пойду. Я устал. — Я была невежлива. Прошу, отдыхай. Деон Харт прошёл мимо. Девелания, глядя ему в спину, фыркнула и склонила голову набок. Её тихое бормотание звучало почти искренне: — Какая всё-таки потеря — оставить такой внешний вид без украшений... Украшать его было бы приятно. Теперь это уже невозможно. И это немного огорчало. * * * Вернувшись в комнату и оставшись один, Майерс погрузился в мысли. «Правда ли то, что сказала Девелания?» В памяти всплыл разговор с Девеланией, пришедшей вскоре после исчезновения Деона Харта. Хотя это было скорее односторонней передачей сведений, чем разговором, и действием, которое подливало масла в огонь подозрений. [Если подумать, разве нельзя сказать, что твой адъютант умер «потому, что заподозрил Деона Харта»?] Само содержание не было чем-то новым. Всё это Дахар уже кричал в банкетном зале. И дело было не в том, что Майерс верил каждому слову Девелании. Но. «Я ведь до сих пор был верен Королю демонов». Он вспомнил командиров корпусов, которые теперь были мертвы и отсутствовали. Вспомнил и нынешнюю ситуацию, где должности командиров пустовали, если не считать Пятый корпус. Деон Харт, отдавший приказы командирам Восьмого и Десятого корпусов перед их смертью, теперь был очевидным подозреваемым. Тогда что насчёт Короля демонов? [Король демонов схватил Дахара за горло, когда тот попытался что-то сказать. В итоге тот так и не смог договорить до конца.] ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (2) Девелания сказала, что Дахар оказался умнее, чем она думала. Благодаря ему она смогла указать на то, что Майерс упустил. Она похвалила его за способного адъютанта, а затем заговорила о подозрениях в адрес Короля демонов. [Честно говоря, какой демон посмеет подозревать Короля демонов? Этот парень был особенным. Думаю, Король демонов тогда тоже растерялся. Разве не поэтому он так разозлился?] Похвала адъютанту не произвела на Майерса впечатления. Дахар уже ушёл, так что какой смысл теперь хвалить его? Гораздо важнее были слова, которые подтверждали подозрения, высказанные Дахаром через своего начальника. «Если крики и поступок Дахара правдивы, тогда то, что сказала Девелания...» Командир корпуса, чья верность Королю демонов ни в чём не уступала чьей-либо ещё, даже ничего не сделав, помрачнел взглядом. * * * Деон Харт почти не спит. Это известно всем. И, разумеется, рыцари Лофти, которые входили в число «тех, кому это знать положено», тоже... — Вон. — Нет, капитан! Это всё, что вы говорите, едва увидев наши лица?! — Мы так давно не виделись! — Это слишком! Комната Деона была захвачена. Бешеные псы валялись на полу, утверждая, что жестокие слова ранили их в самое сердце. Деон открыл дверь, собираясь отдохнуть, но при виде хаоса его лицо тут же исказилось. — Зачем пришли? — Мы слышали, вас отравили ядом? — Надо было мне самому пнуть того ублюдка! О, новости уже добрались и до них? Бешеные псы не упустили миг, когда Деон, казалось, был готов немедленно выгнать их, но на долю секунды остановился. Заботливые руки, будто только этого и ждали, потянулись к нему со всех сторон. — Вы точно в порядке? — По крайней мере, цвет лица не такой уж плохой... Его ощупывали. Зачем они так лапают его, если ни малейшего медицинского знания о внутренних повреждениях у них нет? Ответа всё равно не получишь, даже если вскрыть рот. Деон, который пока сохранял спокойствие, понимая, что это их неловкое беспокойство, нахмурился, когда чья-то рука потянулась к его щеке, и вытащил кинжал. — Умереть хочешь? — А-а-а! Капитан, успокойтесь! — Нельзя же каждый раз хвататься за кинжал! — Этот кинжал зовут «Успокоение», ублюдки. — Да какая разница, как зовут этот проклятый кинжал! Для бешеного пса лучшим ответом была затрещина. Некоторое время стоял переполох. — Капитан, ну это правда слишком! Вы так нас выгоняете?! — Заткнитесь и быстро убирайтесь. — Обязательно поспите как следует... Бах! Дверь закрылась. Шумные голоса оборвались, наступила тишина. «Наконец-то стало спокойнее». Сказать честно, что он волнуется, Деон не мог. Несмотря на шутливые слова, глаза у них были полны тревоги. Он поджал губы, потом вздохнул. — ...Итак, зачем ты пришла ко мне? Он обернулся. За окном парила маленькая фигурка. Деон с трудом приподнял уголки губ, измученный усталостью. — Лиринель. Учитывая, что она пришла неофициальным путём — через окно, — вряд ли дело было лишь в беспокойстве из-за происшествия в банкетном зале. Лиринель радостно улыбнулась, будто была счастлива, что он назвал её по имени, вне зависимости от его оценивающего взгляда. — Здравствуй, Деон! Можно войти? — Входи. Будто только этого и ждала, она прыгнула внутрь. Деон прищурился, когда она закрыла окно, которое обычно оставалось открытым, вероятно, заботясь о звукоизоляции. Если бы это была обычная Лиринель, она бы заметила что-то по выражению его лица... но, к несчастью, новость, которую она принесла, так отвлекла её, что она не обратила внимания даже на то, как Деон поднял руку и прикрыл нос и рот. Она обернулась и ярко улыбнулась, явно желая поскорее сообщить хорошие вести. — Как ты и сказал, мы поймали человека из Рвече! ...Она и правда сделала это. Вот почему пришла через окно. Это была «секретная» миссия. Раз она пришла так быстро, значит, двинулась сразу же, как получила приказ. Между Королём демонов и Деоном Хартом она без колебаний выбрала Деона Харта. Хорошо, что я прикрыл нижнюю часть лица рукой. Благодаря этому она не заметила, как на миг исказилось моё лицо. Выражение я уже вернул, но дышать всё равно не могу. Заметив озадаченный взгляд Лиринель, Деон вдохнул, опустил руки и улыбнулся. — Быстро. — Да! Похоже, он был военачальником. Говорили, что он пэккуджан. Название звучало непривычно. Военная система Рвече определённо отличалась от имперской. Но в книгах он это видел. Пэккуджан... командир, отвечающий за сотню солдат. Должности назывались так прямо, что в них не нужно было разбираться или что-то запоминать. Командир сотни солдат... «Как она вообще его поймала?» Война ведь ещё не в самом разгаре, так что такие люди вряд ли часто выходят наружу. Деон с недоумением посмотрел на Лиринель. Та, кажется, не поняла смысла его взгляда и гордо выпрямилась. ...Ладно. В этом она точно имеет право гордиться. — Хорошая работа. Хотя от этого перехватывало дыхание, нельзя отрицать: карта была полезнее Дернивана. Ему было бы спокойнее, если бы, как Дерниван, она чего-то хотела от него взамен. Деон взглянул на неё с выражением, которое невозможно было назвать просто радостью от похвалы, затем опустил взгляд и снова прикрыл нос и рот. — И есть ещё кое-что, о чём я хочу попросить. — Только скажи! — Используй этого человека и выясни масштаб героев на стороне Рвече. Тук. Тук. Тук. Пальцы свободной руки, которой он не прикрывал лицо, постукивали по бедру. Вспомнив магический инструмент, созданный из личного желания, Деон поднял голову и посмотрел на его создательницу. — В прошлый раз, когда я отправлялся на миссию в мир людей, ты принесла под предлогом проводов ящик односторонней трансляции, верно? Полезный магический инструмент, сделанный как для удовлетворения её личных желаний, так и по просьбе командира Седьмого корпуса, который ныл, что не может видеть лицо Деона Харта. В нём было две магии: одна показывала лицо объекта только наблюдателю, а другая позволяла записывать изображение. Деон прекрасно помнил, что с тех пор этот шедевр таланта использовали лишь ради того, чтобы смотреть на его лицо. Лиринель пожала плечами, будто не забыла. — Д-да! А зачем...? — Если использовать его, можно узнать подробности о ситуации внутри Рвече. Нельзя же просто поверить словам пэккуджана. Станут ли они пытать его или сделают что-то ещё — он всё равно враг. Если факты трудно проверить, велика вероятность, что он солжёт. В таком случае лучше прикрепить к его телу магический инструмент, отправить внутрь и самим всё увидеть. Лиринель воскликнула, будто примерно поняла план. Приятно, что не нужно объяснять каждую мелочь. Деон усмехнулся. — Ты ведь позаботишься о том, чтобы он не смог позвать на помощь, снять инструмент или сбежать? — Конечно! Прямо сейчас...! — Подожди. Стой. Куда торопишься? Я ещё не договорил... Кажется, такое уже бывало. Лиринель тоже отвела взгляд и закатила глаза, словно её поймали. Деон потёр переносицу и заговорил быстрее, прежде чем нетерпеливый демон снова попытался исчезнуть. — Если будет возможность, попробуй выяснить, где в замке опорный узел магической формации. В прошлый раз, когда шла битва в замке Горного королевства, по замку бродило совсем немного войск, но магическая формация так и не разрушилась до конца. Значит, её опорный узел скрыт в довольно надёжном месте. Узнать местонахождение главной оси формации, одной из главных тайн королевства, от пэккуджана было бы почти невозможно. Но попробовать, если будет возможность, не повредит. — ...Если найдёшь, уничтожь или хотя бы нарушь. — В этот раз тоже нужно сделать тайно? — Да. — Поняла! ...Но. Лиринель, которая уже, казалось, готова была сорваться с места, остановилась и оглянулась на Деона. Её обеспокоенный взгляд окинул его, затем в комнате прозвучал осторожный голос: — С телом всё в порядке? — Нормально. Все продолжают спрашивать о его состоянии, но разве имеет смысл волноваться о герое? Большинство повреждений заживает на месте. Услышав этот короткий ответ, Лиринель быстро направилась к окну, извиняясь. Но до того, как она успела перешагнуть через подоконник, голос Деона её остановил. — Кстати, на минуту. — Да? — Прежде чем уйдёшь, проверь, какая магическая обработка на этом. Хотя это маловероятно. Он достал из кармана ленту для волос, которую передала Девелания, и протянул её. Лиринель приняла ленту, поочерёдно взглянула на волосы Деона и на неё, затем осмотрела с сияющими глазами. Ответ пришёл быстро. — Ничего нет! Думаю, можешь пользоваться. — Так? Значит, это действительно просто последний подарок Девелании, прощальный жест и провокация. — Завязать тебе волосы? — Не нужно. Уходи. — Да... Обмякшая Лиринель перелезла через окно. * * * Похоже, Деон Харт охладел ко мне. Дан, которого Деон Харт снова сегодня проигнорировал, подумал именно так. «Тогда... можно ли сделать смелый ход?» Даже без этого он чувствовал по атмосфере вокруг Деона: до цели оставалось недолго. В будущих планах «Дан» больше не понадобится. Поэтому он хотел использовать эту возможность. «Я уже достиг своей цели». Дан увидел, как Деон Харт стал бедствием и сеял хаос в мире людей. Теперь следовало помочь ему, чтобы расчёты стали ещё яснее. Он вспомнил двух командиров корпусов, которые рычали друг на друга даже в банкетном зале. «...И если отношения между командирами Третьего и Четвёртого корпусов, которые и так не ладят, дойдут до предела и что-то случится...» Это поможет Деону Харту достичь цели. Дан понимал: это опасная авантюра, за которую никто ещё не брался. Будь он прежним собой, он бы так не поступил. Но сейчас. * * * Со второго дня начался второй этап охотничьего состязания, совмещённый с банкетом. До дня подсчёта результатов охотиться можно было свободно, без установленного времени. Единственное, что определили заранее, — зоны охоты для каждого корпуса. Видимо, из-за огромного расхода магической энергии Король демонов не стал использовать магический камень, как в первый день, чтобы распознавать добычу. Вместо этого каждому корпусу выдали карту, где нужное место было примерно обведено. Проблема в том, что отметили его действительно «примерно». Границы были нечёткими, и поэтому корпуса часто встречались и сталкивались друг с другом. Опасаясь, что при подсчёте заслуги достанутся не тому корпусу, командиры обсудили это и добавили правило: на каждом добытом монстре нужно вырезать номер своего корпуса. Бойцы Первого корпуса взвыли, что им мало сходить с ума на охоте, так теперь ещё надо вручную вырезать цифры, но их никто не слушал. И вот теперь. — На монстре, добытом в нашей зоне, вырезан номер Третьего корпуса? — Да. Это было место, где границы никак не могли быть двусмысленными. — Непонятно... Иделия нахмурилась. Не потому, что злилась на Третий корпус. Она слишком хорошо знала характер Ашильда, чтобы слепо злиться. — В первый день мы пытались отобрать у них добычу, но это было прямо у них на глазах. Если бы они хотели отомстить, то тоже охотились бы прямо перед нами. Да и до того Ашильд не был из тех, кто вторгается на чужую территорию и крадёт добычу. Частые ссоры с ним позволяли Иделии уверенно судить о его характере. Она постучала сложенным веером по подбородку. — Это... надо расследовать. — Расследовать? — Да. Это не то, что задумал или приказал Ашильд. Если какой-то беспринципный боец Третьего корпуса сделал это сам... ...Нет. Скорее, это работа того, кто хотел посеять между нами раздор. ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (3) Поймать виновника оказалось легко. * * * На второй день Деон не вышел из комнаты. Вероятно, хотел отдохнуть после всего, что произошло накануне. «Или ожидал неприятных взглядов и решил их избежать». Король демонов спокойно смотрел на демонов, которые то и дело косились на пустое место Деона Харта. Если бы Деон вошёл сюда, ему наверняка пришлось бы принять на себя множество взглядов. «Разумеется, демоны всегда обращали на него внимание... но сейчас это другое». Глядя на это, Король демонов даже почувствовал облегчение, что тот остался отдыхать. Даже если не учитывать это, выйди он сюда с явными последствиями вчерашнего дня — и на него обрушились бы очень неприятные взгляды. Уже сейчас по банкетному залу разливалось тонкое напряжение. «Не могу поверить, что банкет, предназначенный для отдыха, заставляет нервничать ещё сильнее». Что это вообще такое, когда они почти у цели? Король демонов коротко рассмеялся. «Что же мне с этим делать, Деон? Тебе станет трудно действовать дальше?» Чтобы в будущем всё шло гладко, нужно было стереть хотя бы часть подозрений в адрес Деона Харта. Интересно, как сам Деон выпутается из этого, но... «Что ж... моё терпение тоже подходит к концу. Жить без магической силы раздражает». Если получится, Король демонов собирался и в этот раз немного помочь. Разумеется, даже сам «Король демонов» находился под подозрением. Если он выступит и неосторожно прикроет Деона, это вызовет обратную реакцию. Значит, помогать нужно было пассивно. В основе этой мысли лежил реализм, а не жадность. «Полностью развеять подозрения насчёт Деона честно невозможно». Демоны не дураки. Но, возможно, удастся удержать их на уровне лёгкого сомнения. И для этого нужно найти способ... — Что? Король демонов переспросил, словно был ошеломлён ситуацией, с которой столкнулся, когда командир Третьего корпуса Ашильд позвал его. — Этот парень посмел устроить неприятности. — Он пытался посеять раздор между корпусами. Охотился на монстров в зоне Третьего корпуса и вырезал на них номер Четвёртого. — Ха. Оценивая ситуацию, Король демонов перевёл взгляд с Ашильда на Иделию, а затем опустил его на избитого человека. Человек, которого привёл сам Деон Харт, — Дан — тихо опустил голову, будто оставил своего хозяина одного блуждать где-то снаружи. — Забавная штука у тебя вышла. Беда произошла из-за небольшого недопонимания между двумя командирами корпусов. Отношения между командирами Третьего и Четвёртого корпусов нельзя было назвать худшими. Если объяснять проще, это было ближе к «слегка накалённой перебранке». Никакого крупного инцидента, из-за которого они бы возненавидели друг друга, не было: просто их характеры не сходились. Король демонов не знал, что заставило Дана действовать так поспешно, но в этот раз тот повёл себя нехарактерно нетерпеливо. «Обычно он держался спокойно и неплохо ладил с командирами корпусов». Едва-едва удерживая инициативу. В любом случае именно благодаря этому у Короля демонов появился способ уменьшить подозрения в адрес Деона Харта. В его глазах тайно вспыхнула зловещая энергия. — Этот человек — подчинённый Деона. Разве не нужно позвать Деона? — Нужно. В глазах двух командиров корпусов подозрение, казалось, становилось только сильнее. Король демонов без колебаний кивнул. Его рука поднялась к виску, будто он устал. — Я допрошу его в подвале. А вы двое приведите Деона. — Понял. Ашильд, сперва наклонивший голову, будто не понимал, почему это поручают им, а не слугам, вскоре склонил голову, словно всё осознал. Вероятно, убедил себя причинами вроде «потому что тот герой» или «потому что он главнокомандующий». Король демонов повернул голову и посмотрел на Иделию. Она колебалась, явно неохотно, но, встретившись с ним глазами, отвела взгляд и тоже склонила голову. — Тогда. Два командира корпусов исчезли, а Король демонов позвал слугу. Демоны, вошедшие внутрь, вздрогнули, увидев состояние Дана. Король демонов, не обращая на это внимания, указал на него подбородком и приказал: — Возьмите его и следуйте за мной. — Д-да. Слуга жалко дрожал, поднимая Дана. Его дрожь стала ещё сильнее, когда он понял, что Король демонов направляется вниз, но он всё же не уронил ношу. «Уронишь — умрёшь... Уронишь — умрёшь...» Слуга осторожно шагал по ступенькам, повторяя неизвестно кому предназначенное заклинание, и поднял голову только тогда, когда понял, что они уже в подвале. Король демонов, ушедший шагов на десять вперёд, оглянулся. — Просто положи его где-нибудь. — ...Да. Слуга верно исполнил приказ и уложил человека на свободное место. Когда он посмотрел на Короля демонов взглядом «что теперь?», наконец прозвучал долгожданный приказ: — Можешь возвращаться. — Да! Жив! Слуга стремительно исчез наверх. Король демонов, проводив его взглядом и даже немного удивившийся такой честности от начала до конца, снова посмотрел на Дана. Сложный взгляд упал на человека. «...Как же мне от него избавиться?» Время для поступка он выбрал удачное. Накануне кое-что произошло, и прямо на следующий день случилось это. С помощью одного человека открылся путь к тому, чтобы утихомирить сомнения. Вообще подозрения и слухи надо давить в самом начале, и здесь всё сложилось очень успешно. Но сможет ли этот парень понять, что ему велят умереть... Король демонов молча смотрел на него, затем медленно открыл рот: — Ты... — Я заберу всё с собой. Словно заранее знал, что скажет Король демонов, Дан ударил первым. На миг выражение Короля демонов исказилось. Дан гордо усмехнулся. — С самого начала, если бы всё обернулось так, я собирался взять всё на себя. Это был план с высокой вероятностью раскрытия. Не мог же он не учесть вариант, при котором его поймают. — «Деон Харт» станет человеком, вызывающим подозрения лишь потому, что держал рядом неправильного подчинённого. По молчанию Короля демонов Дан убедился, что перехватил именно те слова, которые тот собирался произнести. Будь это не так, Король демонов сказал бы что-то другое. «Интересно, кто тут настоящий демон?» Стоило ситуации стать такой, как Король демонов тут же начал думать, как использовать его жизнь. Хорошо, что сам Дан заранее подумал о том же и сделал ход; иначе, вероятно, почувствовал бы сильное сопротивление. Он продолжил уверенно улыбаясь: — Разумеется, будут сомнения насчёт проницательности Деона Харта, раз он держал меня при себе... — ...Но это можно в некоторой степени смягчить его недавним отношением — тем, что он отдалялся от тебя. — Верно. — Ха... Этот парень был изрядно безумен. ...Хотя человек, способный нормально жить в мире демонов, вряд ли может быть в здравом уме. Король демонов рассмеялся так, будто вздохнул. «Но, похоже, теперь я смогу перевести дух». Это хорошо. Правда, Дан кое в чём ошибался... но Король демонов решил промолчать. Так было выгоднее. Он лишь подумал про себя: Дан умеет плести мелкие хитрости, но в «отношениях между людьми» незрел. «Он, вероятно, действовал потому, что думал, будто Деону Харту он безразличен». Скорее всего, это не так. Король демонов, ошибшийся в расчётах отношений между командирами Третьего и Четвёртого корпусов, теперь убедился в этом по поведению Дана. «Ну, благодаря тебе всё идёт гладко, так что ладно». Жаль Деона и этого человека, но ничего не поделаешь. Лицо Короля демонов стало спокойным — без признаков вины или сожаления. Дан, заметив это и будто сам немного успокоившись, открыл рот. — Но. — Позовёте, пожалуйста, командира Девятого корпуса? Перед смертью я должен ему кое-что сказать. — Наглость невероятная. Преступник, посмевший устроить раздор между корпусами. — Но вы ведь послушаете, верно? — Послушаю. Король демонов усмехнулся, будто спрашивал, когда это он успел понизить голос. Просьба была несложная, и лучше было исполнить её, чем отказывать без причины и превращать Дана в бомбу, которая неизвестно где рванёт. Дан, похоже, тоже ожидал именно этого и держался спокойно. «Интересно, бросит ли Король демонов Деона Харта?» Если нет, то у него не было выбора, кроме как слушать. Король демонов открыл рот, словно собираясь дать окончательный ответ, но взглянул на лестницу и вместо слов кивнул. Следом появился Деон. Похоже, по дороге он уже услышал объяснение. Его сопровождали Ашильд и Иделия, и выглядел он довольно разъярённым. «А». И Дан предчувствовал: «Похоже, меня ударят». * * * Сегодня я пытался отдохнуть в комнате, но ко мне пришли командиры корпусов. В их глазах подозрения стало ещё больше, чем вчера. Они шли впереди и говорили, что меня зовёт Король демонов... Что вообще происходит? Сначала Деон лишь недоумевал от настороженности в их взглядах, но затем Иделия, будто обдумав это, начала объяснять ситуацию. Это было объяснение, призванное усилить подозрения и проверить реакцию, но его хватило, чтобы понять контекст. И Деон пришёл в ярость. — Ты двигаешься самовольно... Хорош же ты делать то, чего тебе не велели. Рычание прорвалось сквозь зубы. Иделия, тихо наблюдавшая за реакцией, вздрогнула, а Ашильд, шедший впереди, оглянулся. Деон, не обращая на них внимания, понял, куда они направляются, ускорил шаг и пошёл в подвал. Два командира корпусов, остановившиеся от зловещей энергии, которую чувствовали даже со спины, переглянулись и поспешили за ним. И вот теперь. Король демонов, оценив состояние Деона — полностью захлёстнутого эмоциями и, кажется, ничего не видящего, — остановился, заметив идущих следом командиров корпусов. «На вид сейчас случится несчастье... Стоит ли мне взять всё на себя?» Если в таком состоянии он ошибётся, будет большая беда. Король демонов быстро жестом велел командирам уйти, но Деон двинулся первым. Хлёсткий удар. Голова Дана повернулась. Глаза командиров корпусов расширились — они явно не ожидали такого. Король демонов, убедившись, что его беспокойство было лишним, выдохнул раздражённый смешок. Деон, внезапно ударивший Дана по щеке, не обращал внимания на реакцию окружающих. Он просто смотрел на Дана и выплёвывал слова: — Ты сумасшедший ублюдок. Дан молча сплюнул кровь, скопившуюся во рту. Атмосфера стала кровавой. Ашильд, застывший и лишь переводивший взгляд, украдкой взглянул на Иделию. В её глазах читалось то же, что чувствовал он. «...Это определённо искренне». Два командира корпусов были уверены. В тихом голосе, полном холода, отчётливо звучала искренность. Настороженность исчезла из их глаз. Король демонов не упустил момент и вновь дал знак уйти. Они всё подтвердили и без колебаний развернулись. Последнее, что Иделия увидела, оглянувшись на лестнице, — Деон Харт снова поднял руку. Дан смотрел на Деона, который занёс руку снова. Всё это случилось потому, что он действовал ради него. И всё же, даже когда его губа была рассечена, а щека распухла от удара того самого человека, Дан не мог его винить. Потому что видел его глаза. Деон Харт был по-настоящему зол. ...Ему было так больно и так яростно. Страх потерять Дана. Отчаяние от осознания ситуации, где его нельзя спасти, превратилось в гнев. Это был просчёт. Дан не предполагал, что Деон Харт всё ещё привязан к Дану, который уже не представлял для него большой пользы. Он просто смотрел. Поднятая рука начала дрожать, затем сжалась в кулак и опустилась. Послышался надломленный голос: — ...Почему ты это сделал? ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (4) Красные глаза дрожали так, словно вот-вот разобьются. Дан, который непроизвольно открыл рот при виде такого опасного выражения, замолчал, когда мельком взглянул на Короля демонов. Спустя мгновение его голос, ничем не отличающийся от обычного, спокойно прозвучал в подвале: — Похоже, я сам не заметил, как поторопился. ...Или, может быть, просто сдался. За этим последовало тихое, похожее на вздох бормотание. Почти полу-шутка, направленная к самому себе. Но Деон, услышав её своим острым слухом, застыл так, будто его ударили ножом. Лицо юноши, прекрасно понимавшего, что причиной был он сам, побелело. — Ты... Мозг, слишком проницательный в ненужные моменты, начал рыться в причинах и делать выводы. Все поспешно собранные ответы были ужасны. Деон Харт отверг Дана. Дан задумался о своей полезности. Поэтому он, должно быть, пошёл на крайность, чтобы показать, что ещё может быть полезен. А может, он и правда с самого начала отказался от «всего» и предполагал такую ситуацию. Деон хотел что-то сказать, но слова не выходили. Рот несколько раз беззвучно открылся и закрылся, а потом из него вырвался сдавленный стон. — Я не могу тебя спасти. — Знаю. — Ты умрёшь. — Знаю. Ситуация не позволяла его вытащить. Вчерашнее происшествие уже вызвало подозрения, и что будет, если он защитит того, кто устроил раздор между корпусами? Дан должен умереть. Поэтому Деон не смог сдержать переполнявшие его чувства и закрыл лицо руками. Опасно дрожащий голос рассыпался по подвалу. — Зачем... зачем ты это сделал?.. Почему ты действовал сам, даже не сказав мне?.. Ненавижу тебя. Так ненавижу, что схожу с ума. С самого начала говорил, что ты мне не нравишься, но ты даже в самом конце заставляешь меня ненавидеть тебя. Под рукой, закрывавшей глаза, его красные зрачки потонули в самоненависти. Король демонов, наблюдавший, как настроение Деона проваливается всё глубже, тихо отошёл. Он встретился взглядом с Даном, но не остановился: лишь постучал указательным пальцем по своей голове, большим пальцем указал на Деона и прищурился. Дан понял смысл и едва заметно кивнул. «Позаботься о разуме Деона Харта». Он и так собирался это сделать. Если Деон сломается здесь, разве все усилия Дана, чтобы принять его целиком, не станут бессмысленны? Чёрная тень бесшумно покинула подвал. Дан перевёл взгляд на Деона. Тот всё ещё стоял неподвижно, закрыв лицо руками. Чтобы не спровоцировать его, Дан как можно медленнее и тише позвал: — Хозяин. — Ты уже успокоился? — Да. Деон поднял голову. Его сухое лицо повернулось прямо к Дану, а ядовитый голос просочился сквозь стиснутые зубы — будто он предупреждал, что не намерен на него опираться и не даст неуклюже протянуть руку; или будто уже понял. — Ты же конченый ублюдок. — О. Когда он немного пришёл в себя, голова снова заработала. И Деон был уверен. — Ты с самого начала рассчитывал на такую ситуацию, верно? Дан молчал. — Не может быть, чтобы ты не подумал о возможности провала. И тем более не может быть, чтобы ты не понимал, насколько этот план безрассуден. Он действовал просто потому, что при провале ему было нечего терять. — Теперь ты собираешься забрать всё с собой. Потому что положение Деона сейчас было плохим. Если Дан умрёт, унеся с собой его грехи, подозрения в адрес Деона в какой-то мере ослабнут. С точки зрения Дана, если план удастся — возникнет разрыв между двумя командирами корпусов. Если провалится — он сможет вытащить Деона Харта из болота подозрений. — Тварь. В итоге, как и ожидалось, он даже свою жизнь сделал средством. И тоже ради него. Кровь текла. Чёрная тень поднялась из-под ног Деона, обвилась вокруг его тела, как змея, и сжала горло, но Деон упрямо смотрел на Дана. Он не хотел ломаться здесь. Глаза Дана были настолько свирепы, что от них хотелось отшатнуться, но он не обратил на это внимания и лишь улыбнулся. Игривый голос прозвучал лукаво, словно разрывая неприятную атмосферу. — Я не стал бы ставить на игру, в которой проиграю. — Щенок. — Какой грязный рот. С самого начала это был план без «провала». Дан был доволен. Деон тихо зарычал, явно крайне недовольный. — Показать, что такое по-настоящему грязный рот? — ...Правда, один просчёт всё же был. Манера Дана говорить раздражала ещё сильнее. Однако от его следующих слов Деон не смог рассердиться и застыл. — Я думал, что хозяин потерял во мне всего пятьдесят тысяч вон. Думал, что даже если я умру, вам это не нанесёт большого урона. Но... Дан посмотрел на Деона, который ещё не полностью пришёл в себя. Словно хотел, чтобы тот увидел именно это. — Сейчас, глядя на вас, я так не думаю. — Хозяин. Говорю на случай, если вы ошибаетесь. Непоколебимые глаза прямо смотрели в красные зрачки. Такой же твёрдый голос продолжил: — Мной двигала крайне личная жадность. Чувства хозяина стали её жертвой. Я не Круэль Харт. Я слишком эгоистичен, чтобы рисовать картину чистой жертвы ради вас. Мной двигало очень личное желание довести вас до завершённого бедствия. Если бы я ставил вас как человека выше всего остального, я бы так не поступил. — Мой эгоизм трудно сравнивать с благородной жертвой того, кто действительно служил вам. Хотя он пропитал человека по имени Деон Харт, как лёгкий дождь пропитывает одежду. Хотя в какой-то момент начал воспринимать Деона Харта не как «бедствие», а как «человека», в конце концов Дан всё равно поставил своё желание выше всего. Разве он не отвратительный человек? «Сначала я кричал, что он мне не нравится, и видел в нём только “бедствие”, а теперь даже думать об этом смешно». Если всё должно было обернуться так, не стоило ему тогда говорить подобное. Мысли унесли его к прошлому разговору. Кажется, это было, когда они использовали тайный ход, чтобы открыть ворота, принадлежавшие Хартам. [Я ненавижу хозяина.] [Я испытываю к вам сильную обиду и немного ненависти.] На самом деле, вопреки тому, что он тогда сказал, он уже видел в нём человека. «Слово “бедствие” уже стало жвачкой, потерявшей сладость». И всё же он произнёс это, вероятно, по инерции, как человек, который продолжает двигать челюстью, хотя вкус давно исчез. Если бы те слова были искренними, он бы не смог так легко шутить с Деоном Хартом после этого. Скорее, он задумался бы над своими чувствами, обдумал бы их и отдалился. Но сразу после того разговора он подшутил над ним, когда тот пытался выйти из тайного хода. Разговор, который никак нельзя было назвать лёгким, был легко забыт. «Ну, теперь это всего лишь лицемерие и отвратительная рационализация». Дан слегка пожал плечами и посмотрел на Деона Харта. — Поэтому дышите. — Чушь. Только тогда Деон, казалось, смог немного вдохнуть, но голос его остался резким. — Если не хочешь умереть дважды, не приходи ко мне потом спрашивать, почему я не плакал. Дан рассмеялся, будто услышал нелепость. Но Деон говорил всерьёз. Он может злиться, но плакать не будет. Он не станет чувствовать вину. Такой, как ты, не сможет меня ранить. Ярко-красные глаза сверкнули кровью. — Ни капли. — ...Проклятый ублюдок. — У вас богатый запас ругательств. Деон, у которого на глазах стояли слёзы, уже собирался ответить, когда услышал шаги. Каблуки намеренно звучали громко, словно предупреждая, что кто-то спускается. Деон и Дан сразу умолкли. Следом появился Король демонов. За ним шёл командир Девятого корпуса. — Разговор прошёл хорошо? Разве в такой ситуации он мог пройти хорошо? Деон раздражённо открыл рот, но остановился, увидев рядом Тровера. После короткого молчания, которое не успело стать неловким, он бросил на Короля демонов взгляд и развернулся. — Я иду отдыхать. Можешь убить этого ублюдка или оставить жить — как хочешь. — То есть ты не вмешиваешься? — Да. Это больше не в моих руках. Ответ был твёрдым, словно он полностью оборвал связь. Дан беззвучно рассмеялся. Король демонов прищуренно посмотрел то на уходящего без колебаний Деона, то на Дана, который только начал хихикать, и улыбнулся. Тихие слова, обращённые к самому себе, рассыпались в воздухе шёпотом: — Деон, тебя и правда любят. Если это удача — значит, удача. Завидно любому, кто смотрит. — Да? Что вы сказали? Я не расслышал. — Ничего. Дан сказал, что хочет тебя увидеть. Вопросительный взгляд Тровера повернулся к Дану, будто требуя скорее говорить. Но вместо ответа Дан взглянул на Короля демонов. Тот, поняв смысл этого взгляда, расхохотался. — До чего же нагло. — Я просто уйду. Поговорите спокойно вдвоём. Дан — преступник, так что после разговора, Тровер, запри его где-нибудь. — Понял. Король демонов махнул рукой и поднялся наверх. Как только он исчез, Тровер посмотрел на Дана, но тот не спешил говорить. Тровер начал торопить его, но Дан отнёс его слова к шуму и молча рассчитал расстояние, скорость шагов Короля демонов и время. Лишь когда решил, что тот достаточно далеко и уже ничего не услышит, открыл рот. — О, прошу прощения. Мне понадобилось время, чтобы собраться с мыслями. Я позвал Тровера, рискуя показаться невежливым, потому что хотел получить плату по нашему пари. Я бы сам пришёл к вам, но обстоятельства затруднительные. — Ну, я понимаю, зачем ты позвал меня сюда... Право желания, исполнение которого было обещано магией. ...Проклятье. Если бы он сюда не пришёл, слушать бы не пришлось. Тровер, уже знавший о Дане по слухам, распространившимся по Замку Короля демонов, тут же нахмурился. — Чего ты хочешь? Если попросишь вытащить тебя... — Пожалуйста, будьте на стороне Деона Харта. Ответ оказался неожиданным. Тровер на мгновение застыл, пытаясь понять ситуацию, затем переспросил с растерянным видом: — Что, правда? Не просишь спасти тебя или выпустить? — Зачем мне просить о таком, если даже сбежав через вас, я всё равно стану беглецом, которого снова поймают и убьют? Для меня бессмысленная жизнь беглеца хуже смерти. — Хорошо! Просьба оказалась куда менее серьёзной, чем он думал. Похоже, Деон переживает, что я умру и останется один. Всегда ведёт себя так, будто я ему безразличен, а сам наивен. Приятный смех вырвался наружу. «Будь я на его месте, попросил бы большего». В любом случае это выгодно. На случай, если Дан передумает, Тровер быстро принял просьбу как «право желания» и закрепил её. — Я обязательно буду на стороне Деона! Контракт в голове отозвался. Дан усмехнулся, почувствовав, что это не пустое заявление, а настоящая печать договора. — Теперь я спокоен. Спасибо, что охотно приняли. Его улыбка напоминала улыбку человека, который видит, как противник в игре вытянул джокера. ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (5) Новость о Дане распространилась быстро. Даже Тровер, которого позвали вниз вскоре после происшествия, уже знал о случившемся. Что уж говорить о Лиринель? — Зачем он это сделал? Она широко раскрыла глаза от неожиданной новости, настигшей её прямо посреди работы. Да, у неё были определённые чувства к Дану, но они не могли сравниться с её чувствами к Деону Харту. Поэтому в её глазах одновременно мелькнули сомнение, недовольство и лёгкая злость. Даже если что-то делать, нужно выбирать время. Неужели он вообще не подумал о чувствах Деона? — Учитывая ситуацию, вытащить его, скорее всего, не получится. Дан точно умрёт. Лиринель не беспокоилась о Дане. Она беспокоилась скорее о Деоне. Но даже если умирать, разве нельзя умереть одному? Зачем пытаться убить ещё и образ Деона, и его сердце? — ...Деону, наверное, очень больно. Удар будет ещё сильнее, потому что, делая вид, будто это не так, он всё же во многом полагался на Дана. Нужно скорее пойти и утешить его. ...Но сначала закончить то, чем она занималась. Лиринель снова сосредоточилась на человеке перед собой. Не обращая ни малейшего внимания на его бледное лицо — он выглядел так, будто вот-вот рухнет, — она ткнула щупальцем ему в живот, словно предупреждая. — То, что закреплено у тебя на теле, — бомба. Ещё она передаёт мне твоё положение. Человек не издал ни звука. — Если попытаешься снять её или попросить помощи у окружающих, она взорвётся. Умрёшь не только ты. Вероятно, заденет и всех вокруг. Так что лучше не думай глупостей. Человеческий командир из Рвече, пойманный по приказу Деона, быстро кивнул бледным лицом. Если отправить его в Рвече в таком состоянии, его поймают просто по выражению лица, даже если сам он этого не захочет. Поэтому Лиринель бросила ему морковку и добавила: — Если сделаешь всё, как я скажу, отпущу. На лице человека появилась надежда. — Теперь проверим ещё раз. Что ты должен сделать, когда войдёшь? — ...Спросить кого-нибудь, кто знает о численности героев. Если получится, пойти туда, где герои собираются. И обойти замок в целом. — Верно. Когда будешь с кем-то говорить, лучше не бегай глазами и не делай руками движений, которые можно неправильно понять. Почувствую подозрение — сразу взорву. Ответа не последовало, но его руки слегка дрожали. Предупреждение сработало. Лиринель удовлетворённо щёлкнула пальцами. — Теперь отправлю тебя рядом с замком. Хотела бы прямо перед воротами или внутрь, но ты сам понимаешь, это невозможно. — ...Да. — Тогда постарайся! Пот! Человек исчез, а в воздухе появился экран с изображением от его лица. Лиринель ещё раз махнула рукой, и рядом возник второй экран — уже с видом на него со стороны. Магия была довольно сложной, но она не ошиблась: заранее изучила и потренировалась. Магическая сила израсходовалась, но ради Деона это было мелочью. «Я отправила его как можно ближе, но до замка и входа внутрь всё равно придётся идти какое-то время». Теперь... Когда у Лиринель появилось немного свободного времени, она оглянулась на другого человека, которого захватила. Нет, в этом случае правильнее сказать «привела»? Человеческая шаманка, смотревшая в её сторону, встретила её взгляд так, будто ждала этого. Прищуренный, подозрительный взгляд Лиринель её не смутил. — Эм... я привела её, потому что она согласилась сотрудничать... Лиринель почесала голову. — Ты серьёзно? — Да. — Здесь ей удобно, это хорошо, но... Почему? Она сотрудничает с демонами. Если смотреть иначе, это можно понять как нечто большее, чем разрушение Рвече: вклад в нападение на мир людей. Сомнение, которое невозможно было скрыть, ясно читалось на лице Лиринель. Шаманка Ран, появившаяся перед ней, когда та искала шамана для поиска опорного узла магической формации, улыбнулась. — Шаман — существо, наблюдающее за миром. Само колдовство подразумевает жертвы и изгиб некоторых правил с разрешения мира, а гадание и чтение небесных записей — это ещё один способ наблюдать поток и намерения мира. Как выдающаяся шаманка, она знала, что внимание мира сосредоточено на Деоне Харте и что достижение цели Деона Харта приведёт и к достижению цели мира. — Мне трудно помочь «демонам», но помочь «Деону Харту» возможно. Поэтому я наблюдала за ним, продолжала гадать, выбирала подходящий момент — и теперь вышла вперёд. Если бы я этого не сделала, поймали бы и убили другого шамана. — Чего ты хочешь? — Достаточно, чтобы вы не убивали меня ни прямо, ни косвенно. Вы ведь изначально собирались избавиться от меня, когда я перестану быть полезной? Лиринель замолчала, будто её поймали с поличным. Несмотря на её напряжённый и немного угрожающий взгляд, Ран спокойно продолжила: — Когда-нибудь вам может снова понадобиться шаман. Даже если вы ещё раз обыщете мир людей, найти шамана лучше меня будет трудно. — Если я позже снова позову тебя, ты будешь сотрудничать? — Да. В этот раз я вышла сама, так зачем мне избегать второго раза? Поэтому вам нужно лишь безопасно отпустить меня, как только я выполню задачу. — Хм. Лиринель на мгновение задумалась. Даже если оставить в стороне вопрос её способностей, которые ещё не были подтверждены, сам факт, что она снова будет сотрудничать по зову, — значительное преимущество. Найти шамана само по себе непросто, и даже если найдёшь, нет гарантии, что он сделает то, что нужно. Хорошо уже, если не проявит враждебности. А атаки решительно настроенного шамана отличались от атак героя и были довольно трудными. Лиринель быстро кивнула. — Хорошо. Тогда прошу. Она указала пальцем на экран. Похоже, человек наконец добрался до замка и входил внутрь. Лиринель, наблюдая за этим, сказала: — Твоя задача — найти главный узел магической формации в этом замке. — Это займёт довольно много времени. — Я велела ему как можно больше бродить по замку, так что даже если потребуется время, шанс найти его будет высоким. — Да, я внимательно посмотрю. Лиринель сказала «в этот раз», но Ран, знавшая, что после этого случая Деон Харт больше никогда не станет искать шамана, отбросила это бессмысленное слово и сосредоточилась на задаче. * * * Прошло время, и Король демонов созвал командиров корпусов, чтобы решить судьбу Дана. Хорошо, что он не устроил это перед всеми, как с Дахаром. Лиринель, которая сразу вернулась в Замок Короля демонов, заранее наложив заклинание, подающее сигнал, если шаманка покинет обозначенную область, думала об этом, идя по коридору. «Хорошо, что командиры Третьего и Четвёртого корпусов не раскрыли преступление пойманного Дана перед всеми». Если бы случилось хотя бы одно из этих двух предположений, судьбу Дана решили бы перед всеми, как судьбу Дахара. Будь у тех двоих дурные намерения или не волнуй их последствия, они могли бы протащить его в банкетный зал и поставить перед Королём демонов. Однако они выбрали тихо позвать Короля демонов. Для Лиринель, которая беспокоилась о Деоне Харте, это действительно было удачей. «Лучше закрыть глаза и попрощаться, но ещё лучше — столкнуться с как можно меньшим количеством негативных взглядов». По сравнению с открытым банкетным залом, где всё видят многие, место, куда соберутся только Король демонов и командиры корпусов, было куда лучше. Лиринель открыла дверь и вошла. Она находилась за пределами Замка Короля демонов, поэтому, хотя и сказала, что придёт как можно скорее, всё равно немного опоздала. Остальные командиры корпусов уже сидели. Иделия, для которой было немного удивительно, что Лиринель, обычно приходящая рано, опоздала, с сомнением спросила: — Лиринель? Удивлена, что ты опоздала. — У меня было личное дело. Я была довольно далеко. — Личное дело? — Да. Я услышала, что сегодня решат судьбу Дана... Она медленно сменила тон и оглядела зал совещаний. — Дана не видно? — Наверное, приведут, когда начнём. При мысли о Дане настроение Иделии, казалось, опустилось. Она нахмурилась и отвернулась. Лиринель было немного неловко, но она радовалась, что смогла выйти из неудобной темы. Она тоже молча села. Затем вошли Король демонов и Деон Харт. Будто громоздкие процедуры пропустили, Король демонов и герой сразу открыли дверь и вошли. Следом демон-солдат тащил свёрток. Бросив его в центр, он склонил голову и вышел. Дверь закрылась. Король демонов сел и оглядел всех. — Похоже, никто не отсутствует. Только тогда взгляды, ходившие между Деоном Хартом и Даном, повернулись к Королю демонов. — Прежде всего, сожалею, что вынужден тратить ваше важное время отдыха. Отдых — тоже работа, так что, уверен, каждый оставил свои дела и пришёл сюда. Закончу как можно быстрее. Затем, отбросив лишнее вступление, он сразу произнёс: — Судьба Дана решена. Он улыбнулся и посмотрел на Дана. Видимо, тогда Деон хорошо его ударил: рассечённые губы всё ещё не зажили, а щёка оставалась распухшей и фиолетовой. Выглядело больно, но Король демонов не обратил на это внимания. Будто ему было всё равно, глаза Дана, напротив, твёрдо притягивали взгляд и показывали куда более сильное присутствие. Король демонов ясно произнёс, не отводя глаз: — Помните, что кричал Дахар? Это была довольно чувствительная тема. Командиры корпусов взглянули на Деона. Из-за полностью скрытого выражения лица они не могли понять его намерений, и от этого становилось тревожно, но на слова Короля демонов всё же нужно было ответить. После тяжёлой тишины кто-то нерешительно открыл рот: — Вы о его словах, что командиры корпусов, связанные с господином Деоном, умирали? — Да. Честно говоря, трудно совсем не подозревать, верно? Для главнокомандующего самое важное — доверие, и мы не можем просто это игнорировать. Поэтому я допросил этого парня, который помогал Деону рядом с ним. И в итоге оказалось, что всё, в чём подозревали Деона... Король демонов указал на Дана. — ...делал этот парень. — Что... — Всё это время он умело пользовался ситуацией, находясь рядом с Деоном. После замешательства и шока на лицах командиров корпусов появилась злость. — Как он посмел совершить такую бесстыдную вещь! — Значит, Деона подставили?! — Невероятно, что он нас обманул. — Убийца! Девелания прищурилась, Иделия посмотрела на Деона и Дана с неудобным выражением, но в такой ситуации нельзя было легко произнести слова, которые перевернут настроение. Общественное мнение уже склонилось. Несколько человек повышали голоса, большинство согласно бросало резкие фразы. Белитан, громогласный командир Шестого корпуса, поднялся и хлопнул по столу. — Его нужно убить! — Простой человек посмел сыграть командиром корпуса! Лёгкое наказание недопустимо! Командир Седьмого корпуса Силуа тоже выкрикнула, отбросив странную манеру речи, которая обычно даже не звучала сердито: — Убейте его как можно мучительнее...! — Достаточно. Щёлк. Наступила тишина. Те, кто запоздало вспомнил о Деоне, с побледневшими лицами сели. Король демонов, молча наблюдавший за ними, мягко приподнял уголки губ. — Убить — разумеется. Он сделал паузу. — Но способ казни, думаю, должны решить пострадавшие — командиры Третьего и Четвёртого корпусов. Взгляды командиров, чьи головы немного остыли, снова повернулись к Деону. Он понимал, что это рефлекторная реакция, но всё равно было неприятно. Деон слегка нахмурился, затем сделал вид, что ему всё равно, и, подпирая подбородок, одной рукой начал крутить кубик, даже не глядя на Дана. Но вопреки равнодушному виду, нервный звук кубика словно отражал его раздражение. Увидев это, командир Третьего корпуса Ашильд осторожно открыл рот: — Было бы проще убить его одним ударом... — А как насчёт отрезать ему язык и потом убить? Иделия оборвала разговор. ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (6) — Иделия! Ашильд в ужасе окликнул её. Иделия спокойно пожала плечами, будто ей было всё равно. — Что? Меня и так раздражало, как он разгуливал здесь и болтал своим трёхдюймовым языком. Для человека без способностей он слишком хорошо устроился, разве нет? — Наверное, это потому, что в прошлый раз я проиграл ему в азартной игре. Проиграл всё. — Заткнись. Неужели причина могла быть только в этом? Бестолковый Ашильд. Хотя внешние границы подозрений в какой-то мере ослабли, это не значило, что они исчезли. Иделия всё ещё подозревала Деона Харта. Нет, не просто подозревала: это было почти убеждение. К такому выводу она пришла, расследуя ситуацию и сопоставляя полученные сведения. «В процессе я узнала, что, скорее всего, правда и то, что Король демонов знал, но закрывал глаза и защищал Деона Харта...» Потому что Король демонов изначально был таким человеком. Даже если между командирами корпусов вспыхивает драка и один из них в итоге погибает, Король демонов не вмешивается и защищает победителя, если это не особый случай. Значит, сейчас всё не отличалось от прежнего, за исключением того, что объектом оказался человеческий «герой». Нельзя было теперь назвать предательством то, что он действовал последовательно. По крайней мере, Иделия думала именно так. Поэтому она исключила Короля демонов из списка враждебных целей, которых нужно опасаться и подозревать. «Тогда остаётся Деон Харт». Ей нужно было что-то, что превратит «подозрение, близкое к уверенности», в «уверенность». Поэтому Иделия решила тронуть здесь Дана. Потому что сомневалась, действительно ли Дан действовал сам. По поведению Деона Харта в подвале она знала, что именно этот конфликт не был его намерением, но предыдущие случаи были иными. Скорее... — Подумай об этом парне, который бесстыдно болтал даже после того, как его поймали на преступлении против тебя, Ашильд. Разве не станет легче, если отрезать ему язык? Она продолжила: — Или можно отрубить руку, совершившую преступление. Провокации следовали одна за другой, исходя из предположения, что подозрения верны. Это было объявление войны: Иделия убеждена, что виновник — Деон Харт, и готова сражаться с ним. Командиры корпусов, поняв её намерение, затаили дыхание. Иделия гордо улыбнулась Деону, который слегка нахмурился. «Отреагируй. Хоть немного». Даже одного мгновения хватит. Показанное им неудовольствие вскоре истолкуют как намерение защитить Дана. Доказательств не было, поэтому она не могла открыто утверждать, но решила, что остерегаться и отдалиться от Деона Харта вреда не принесёт. Поэтому её действия были свободны. Держать дистанцию в одиночку бесполезно. Эффект появится лишь тогда, когда насторожатся хотя бы другие командиры корпусов. Похоже, она решилась основательно. Щёлк. Рука, крутившая кубик, остановилась. Деон опустил руку, на которую опирался подбородком, и поднял голову. Ярко-красные глаза прямо посмотрели на Иделию. Крайне низкий голос медленно вытек, словно давя на неё. — Странно... — Иделия. Почему мне кажется, что ты пытаешься меня спровоцировать? Иделия прикрыла нос и рот раскрытым веером. Единственный открытый глаз красиво изогнулся. — Может, потому что вас задело? — Не думаю. Пока говоришь, ты всё время следишь за моим выражением. Неприятно. Почти откровенная провокация раздражала Деона, но он постарался выровнять лицо. Любая эмоция, которую он покажет здесь, будет истолкована в связи с Даном. Нельзя давать повод тем, кто ищет шанс вцепиться. — Я всё равно не собираюсь вмешиваться в это дело, поэтому не понимаю, зачем ты тратишь лишние эмоции. Не может быть, чтобы ты этого не знала, Иделия. С самого начала она должна была понять по тому, как он молча крутил кубик, что он не намерен вмешиваться. Для командира корпуса, чья специализация — собирать из имеющейся информации новую, не знать этого было невозможно. Но раз она всё равно провоцирует его, значит, уже определилась со своим отношением к нему? Деону это казалось не самым разумным решением, но зато всё стало определённо. Так даже удобнее. Однако одно дело — это, другое — это. Он сказал ещё ниже, словно предупреждая: — Не трать время на выяснение, а быстрее принимай решение. — Раз вы так говорите. Иделия ярко улыбнулась. — Я отрежу ему язык. Прямо здесь и сейчас. Деон сделал вид, что ему всё равно, и снова уставился в кубик. Зато другие командиры корпусов начали поглядывать на него. Ашильд, командир Третьего корпуса, тревожно посмотрел на Иделию, которая брала кинжал у командира Седьмого корпуса. — Ты уверена? — А ты хочешь, чтобы я притворилась? — Хорошо, что я в перчатках. Здесь были только командиры корпусов. Вслед за этим прозвучало жуткое бормотание. Дан встретился взглядом с Иделией, которая приподняла его подбородок. Кинжал в её руке остро блеснул под светом, но глаза Дана, смотревшие на него, были спокойны и без малейшего волнения. Насмешливый голос разнёсся по пространству, наполненному напряжением и неприятной тишиной: — Вини в этом свой глупый выбор. Имела ли она в виду — вини себя за то, что посмел посеять раздор между корпусами? Или за то, что последовал за Деоном Хартом? Дан не ответил и опустил взгляд. Иделия подняла кинжал. ...Деон до конца даже не взглянул на них. Кубик так и не был собран. * * * Столкнувшись со смертью Дана прямо на глазах, Деон покинул место сразу после того, как всё закончилось. До самого конца его лицо оставалось спокойным. Он пытался заставить холодную голову думать. «После Девелании и Иделия стала врагом...» Два командира корпусов, занимающиеся информацией, — враги. Это будет раздражать. Впрочем, раз они работают с информацией, то неудивительно, что они сообразительны. «Тогда какие меры нужно принять...» Шаги резко остановились. «Нужно принять меры...» Я не хочу думать. Правда ли нужно думать об этом сейчас? Деон повернул голову и посмотрел в окно коридора. Открытое небо и три луны были всё теми же, но почему ему так дурно? Густой запах крови подступил к горлу. Он прикрыл рот тыльной стороной ладони, но тут же опустил руку, почувствовав направленные в спину взгляды. Хотя бы сейчас он должен быть в порядке, пока полностью не останется один. Он сжал губы и снова пошёл. Возвращаться в комнату не хотелось, но он не знал, куда идти. Не желая останавливаться, Деон просто двигался так далеко, как мог. Ашильд, смотревший ему в спину, повернулся к Иделии. — Нужно было заходить так далеко? Теперь ты в итоге будешь сражаться с Деоном. Иделия лениво разгладила ногти. — Думаешь, я сделала это не подумав? Честно говоря, Деон действительно подозрителен. Она продолжила: — Да, я уважаю господина Деона и следую за ним. Но моя жизнь и Король демонов стоят выше. Как я могу бездумно следовать господину Деону, если то, что стоит выше, оказывается под угрозой? Не дура же она. — В конце концов, разве ты следовал за Деоном, у которого «выдающиеся способности», не потому, что он был членом армии Короля демонов? Не просто потому, что у него «выдающиеся способности». Они уважали его и следовали за ним потому, что, находясь под началом Короля демонов, он усиливал армию Короля демонов. Иделия безжалостно указала на это и отвернулась, оставив Ашильда молчать, будто ему нечего сказать. Они и так не были в хороших отношениях, а разговор закончился; оставаться вместе смысла не было. «Идти в банкетный зал с таким настроением неловко... Лучше вернуться в комнату и отдохнуть». Лишь поднявшись на этаж выше, она заметила знакомого демона. — Эд? — А, госпожа Иделия. Эд, который тоже остановился на знакомый голос, увидел её и сразу опустил голову. Поведение было неизменно вежливым и отстранённым. В глазах Иделии, смотревшей на его гладкое лицо, мелькнула озорная искра. — Кстати, думаю, стоит тебя поздравить. — Что? О чём вы... — Теперь, когда Дан мёртв, ты сможешь вернуться к своей работе. Тебе ведь было неприятно, что ты всё время теряешь возможность служить Деону рядом с ним. — Да? На мгновение выражение Эда стало пустым. — Простите... кажется, я ослышался. Можете повторить? — Поздравляю с возможностью вернуться к обычной работе? — Не это... — Дан мёртв? Значит, он не ослышался. Но тот парень умер... Эд с растерянным лицом переваривал слова Иделии. «...Не слишком ли я его задела?» Если присмотреться, он был довольно хрупким. Иделия покачала головой, глядя на него почти с сожалением, и пробормотала привычное, завершая разговор: — Я бы и правда хорошо к тебе относилась, если бы ты пришёл ко мне. — Впрочем, это тоже твой выбор. Цок. Она снова пошла и прошла мимо Эда. Как будто оставляя место для неожиданного варианта, отвергнутое предложение упало перед ним: — Если передумаешь, приходи ко мне. В любое время. Но надеюсь, не слишком поздно. Даже после ухода Иделии Эд не смог легко пошевелиться. Ему было слишком тяжело просто принять и разобрать шокирующую новость, которую он только что услышал. Он давно слышал о происшествии с Даном. Думал, что понимал: тот умрёт, потому что ситуация плохая. Но, похоже, на самом деле он не был готов. Он знал, что командир Четвёртого корпуса не могла солгать, но всё равно не мог поверить. Оставшись один, Эд рассеянно пробормотал: — Правда... тот парень умер? Так пусто? * * * Деон медленно шёл вперёд, отталкивая кровь, уже доходившую ему до пояса. В ситуации, где рядом никого не было, его лицо оказалось удивительно бесстрастным. Все выражения, которые он на себя надевал, были разбиты и сломаны несколько раз, обнажив пустую маску. И так же, как выражение и атмосфера вокруг него казались опасными, каждый шаткий шаг выглядел так, что от тревоги невозможно было отвести взгляд. Рыцари Лофти, разумеется, не могли это проигнорировать. Это был не кто иной, как Деон. — Командир? — О. Похоже, он пришёл сюда сам того не заметив. Деон поднял взгляд из крови. Рыцари Лофти, почувствовав необычную атмосферу в его походке, выражении и лице, собрались вокруг и встали перед ним. На него посыпались привычные тревожные вопросы: — Почему у вас такой вид, капитан? — Вам нездоровится? — Не потому ли, что вы не спали? Только тогда на лице Деона появилось выражение. Все поднимавшиеся чувства, растерянность от невозможности выразить их и даже непонимание того, какое лицо сделать, проявились сразу — сыро, перемешанно, без всякой защиты. — Командир...? — Капитан! Зрачки были пустыми. Что это...! Милан быстро схватил Деона за плечо, понял, что ситуация серьёзнее, чем казалась, и посмотрел на Клетера. Тот, похоже, тоже заметил это: слегка нахмурился, тут же выровнял лицо и подошёл, снимая верхнюю одежду. Это место, где часто ходят демоны-служители. Нельзя показывать капитана в таком состоянии. Плащ накрыл голову Деона. Остальные, поняв смысл, тоже окружили его и один за другим накинули свои куртки, будто закрывая от чужих взглядов. Клетер, увидев результат, странно посмотрел. «...Если кто-нибудь пройдёт мимо и увидит, подумает, что они держат кучу одежды и проводят какой-то ритуал». Отложив глупые мысли, он тихо протянул руку и погладил капитана по спине. Их капитан мог казаться холодным и бессердечным снаружи, но на деле был таким хрупким, что мог разбиться от удара. И Клетеру хотелось знать, какой ублюдок посмел довести его до такого. ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (7) «Раз кто-то смог довести капитана... значит, он как минимум уровня командира корпуса». Хотя Клетер понимал, что сначала нужно успокоить капитана, мозг невольно продолжал перебирать кандидатов. Он тихо нахмурился, вспоминая список возможных виновных. Как мог простой человек, даже не герой, тронуть командира корпуса? Если нет уверенности, что можно убить его полностью и без следа, трогать его нельзя. «Нельзя навлекать неприятности на капитана». Сначала нужно узнать причину. Сейчас они были снаружи, но это не проблема. Милан отступил, будто оставляя остальное ему, и с расстояния грозно огрызался на проходящих слуг. Поэтому лучше было, учитывая чужие взгляды, успокоить капитана, пока тот неустойчив. Клетер осторожно положил руку на кучу одежды и позвал: — Командир. Деон Харт не ответил. Почему? Почему? Бессмысленные слова крутились на языке. Это был вопрос о Дане, который до конца оставался стойким, и одновременно вопрос о самом себе, который оказался взволнован сильнее, чем ожидал. Ответ на второй вопрос найти было нетрудно. «...Похоже, я полагался на него... сильнее, чем думал». Цель Дана была ясна, и потому он был надёжнее неуклюжих доверительных отношений. Даже зная, что тот не испытывает к нему хороших чувств, Деон мог странным образом с ним ладить. Один из немногих людей, с кем можно было так взаимодействовать... и духовная опора. Деон думал, что просто считал это удобным: можно использовать его, ни о чём не беспокоясь. Но он не знал, когда всё дошло до такого. Деон рассмеялся. — ...Командир? Куча одежды дрогнула, и Клетер снова позвал его. Едва движение остановилось, из-под одежды внезапно выстрелили две руки и схватили Клетера за воротник. Схватили так, будто цеплялись за последнюю оставшуюся ниточку. — Вы... — Не бросайте меня. Отчаянный голос прозвучал между ними. Клетер, тихо моргнув, словно был немного удивлён, почувствовал, как рука на его воротнике сжалась сильнее. Он улыбнулся и накрыл руку Деона своей. Слегка удерживая её, чтобы она не сорвалась, ответил бесконечно мягким голосом: — Вы слишком сильно тревожитесь. Сейчас остальные, вероятно, чувствовали то же самое. — Как можно бросить семью? — Я не это имел в виду. — Знаю. Он понял это по жесту, с которым Деон отчаянно цеплялся за него, будто остался только он, и по словам, просившим не выбрасывать его. Поскольку Клетер уже слышал о происшествии с Даном, он смог быстрее понять ситуацию. Дан мёртв. Как ни посмотри, это была ситуация, где смерть неизбежна. На миг в сердце Клетера прошли смешанные чувства. Но значит ли это, что он может поддаться эмоциям перед рухнувшим капитаном? Клетер тихо стиснул зубы и погладил тыльную сторону руки Деона. — Вы ведь знаете, что мы дорожим своими жизнями. Даже они, пришедшие в мир демонов и почти не проводившие время с Даном, пребывали в таком смятении. Что же чувствовал капитан, который разговаривал с ним рядом так много раз? Особенно в мире демонов, где нет никого, на кого можно спокойно опереться, это могло быть не просто «привязанностью». Клетер твёрдо сказал, ощущая то, что даже не мог полностью представить: — Я не умру без капитана. — Да. Всё, что он мог дать, — уверение, пусть и неподтверждаемое. И Деон, понимая это, всё равно мог только поверить. * * * Пока Деон Харт всё ещё был закопан в кучу одежды, а Клетер и остальные рыцари Лофти утешали его, неподалёку поднялся шум. — Ну же! Я же сказал, нельзя! — Приходите позже! Капитан, похоже, наконец немного успокоился. Что за суета? Клетер, в чьих руках всё ещё был Деон, повернул голову. Среди окруживших их людей с одной стороны были товарищи, оскалившиеся и пытавшиеся кого-то выгнать. А тот, кто стоял перед ними, был... — Командир Первого корпуса...? Деон, упиравшийся лбом в грудь Клетера, вздрогнул от невольно вырвавшихся слов. Но Клетер не заметил этого: у него поднялось давление от поведения товарищей, которые посмели рычать на командира Первого корпуса. «Нет, даже если вы хотите отправить его назад, что вам мешает быть чуть вежливее?» А если головы слетят? Не прошло и часа с момента обещания не умирать, а они уже собирались нарушить его. Клетеру хотелось броситься и вмешаться, но капитан всё ещё опирался на него. Он боялся, какие трещины появятся в ледяной, как хрупкая поделка, душе капитана, если передаст его кому-то другому, и потому не мог двинуться, лишь нервно кусал губу. Он услышал разговор. — Это важно. Я заранее предупреждал, что приду. — Но не сейчас. Приходите позже. — Это точно мнение командира Нулевого корпуса? — Не совсем. — Тогда я хотел бы спросить его мнение. В конце концов, разве не абсурдно, что подчинённый самовольно блокирует чужие визиты? Удивительно, но командир Первого корпуса не злился. Он просто спокойно отвечал на слова рыцарей Лофти и твёрдо стоял на своём. Это терпение или упрямство? Люди, столкнувшиеся с его правильными словами, замолчали, будто лишились речи. «И что теперь? Так и будете молчать?» Довод прямой и наивный — значит, нужно остановить его хоть упрямством. Вы собираетесь показать такое командиру Первого корпуса? Демону рядом с Королём демонов? Лицо Клетера исказилось от раздражения. Пока он думал, что делать, Деон, молчавший всё это время, поднял голову. Одежда с его головы упала, открывая сухое, лишённое влаги лицо. — Всё в порядке. — Командир? — У нас была договорённость, верно? Джейкар в тот день в банкетном зале подслушал разговор с Дерниваном, командиром Пятого корпуса. И всё же прошёл мимо, ничего не сказав, лишь пообещал скоро увидеться. С тех пор он молчал. Деон ждал, пытаясь понять, почему. «Не думал, что это будет сегодня». Он поднялся и поправил одежду. Подобрал упавшую верхнюю одежду и надел. Остальные бешеные псы тоже нашли свои вещи и надели их. Убедившись, что всё в порядке, они расступились, освобождая путь. Деон спокойно пошёл вперёд. Похоже, он только что собрал самообладание, и теперь выглядел совсем не так, как минуту назад, когда его походка была едва устойчивой. Он подошёл к тем, кто всё ещё спорил с Джейкаром, и коснулся их плеч. — Я не в себе, но кто... командир! — Джейкар действительно собирался прийти, и я заранее сказал ему об этом. Отойдите. — Так вот оно что? Но... Вы правда в порядке? Мы ведь только что видели вас таким. Слова, которые они не могли произнести при командире Первого корпуса, проявились в глазах. Деон коротко рассмеялся. — Всё нормально. Он добавил: — И кто о ком заботится? Как вы смеете стоять перед командиром Первого корпуса и повышать голос? — А. Это был командир Первого корпуса, а не кто-нибудь. Если бы терпение Джейкара оказалось не таким долгим, их головы давно бы покатились. — Готовьтесь получить выговор позже. Поскольку командир Первого корпуса был рядом, просто пропустить это нельзя. Деон тихо зарычал. Под этот тон рыцари Лофти отступили, угрюмо опустив головы. Деон посмотрел на Джейкара. — Приношу извинения за грубость моих подчинённых. — Высокая верность не преступление, но ради них самих я хотел бы, чтобы они следили за тем, как далеко заходят за пределы полномочий. — Учту. Ситуация была особенной. Эти ребята умеют держать черту, но подробно объяснять это не нужно. Деон легко согласился и перешёл к главному. — Не ожидал, что ты придёшь ко мне сейчас. — Думаю, сейчас лучшее время. Настороженный взгляд Деона прошёлся по Джейкару, будто пытаясь что-то найти. Другой мог бы занервничать от такого взгляда человека в дурном настроении, но Джейкар оставался спокоен. Деон спросил: — Что случилось? — Сначала... давай проведём спарринг. Я никогда не приходил к тебе без причины, поэтому, если мы просто поговорим и разойдёмся, всем станет любопытно, о чём мы говорили. То есть нужен дымовой занавес. Иначе говоря, разговор, который будет дальше, секретный. Учитывая вес того, что он услышал, это естественно... но Деону не казалось, что причина только в этом. Что он собирается сказать? — Следуй за мной. Несмотря на сомнения и настороженность, Деон послушно повёл его к тренировочному полигону. Джейкар взял со стойки самое обычное оружие, посмотрел на Деона и нахмурился. — Длинный меч? — Верно. Деон легко повёл клинком. — Есть проблема? — Я думал, твоё основное оружие — кинжал. — Это тоже правда. — Ты меня недооцениваешь? Похоже, это его действительно задело: низкий угрожающий голос не прозвучал даже тогда, когда бешеные псы преграждали ему путь. Разумеется, нет. Деон покачал головой. — Не в этом дело. В мире людей я учился фехтованию у того, кого называли лучшим мечником, но почти не использовал его по-настоящему. Мне было интересно, насколько оно эффективно в мире демонов, но не было подходящего противника, и я забросил. Не хочу упускать возможность. Став героем, он открыл для себя взгляд на мечи и заинтересовался фехтованием командира Первого корпуса. То, что он учился у лучшего мечника человеческого мира, казалось довольно привлекательным объяснением. Лицо Джейкара немного смягчилось. Деон не упустил шанс и улыбнулся. — Прошу понять. — Раз цель всё равно была в разговоре, особой разницы нет. Видимо, я был чувствителен. Он взял меч и встал в стойку. Казалось, всё вот-вот начнётся, но Деон поднял руку, останавливая. — И прежде чем начнём, хочу предупредить. Джейкар молчал. — Ты выбрал плохое время. Это случилось, когда настроение Деона было хуже всего. Джейкар, вероятно, ожидал и этого. Значит, должен быть готов. Деон усмехнулся и поднял меч. — Пойми, если будет немного грубо. Только тогда Джейкар понял его намерение и кивнул. — Конечно. Два меча, словно ждавшие этого, переплелись. Когда Деон ударил по месту, где только что был Джейкар, того уже там не оказалось. Как и ожидалось от племени фей, он двигался лёгкой поступью. Джейкар, наступив на взмахнувший клинок и мгновенно выйдя из зоны атаки Деона, снова оттолкнулся от земли и контратаковал. Фехтование, на вид такое же изящное, как его походка, неожиданно оказалось разрушительным. «Говорят, он использует обычный меч потому, что на поле боя отбирает оружие врага и сражается им». Если продолжать так, меч долго не выдержит и, скорее всего, сломается. В этом ощущалось буйство подавленного зверя. Было что-то схожее со Стигмой Примиро, но более сырое, разрушительное и злобное. Кожу коснулось дурное предчувствие — будто кровь непременно должна пролиться. «Учитывая разницу между оружием, к которому привык, и оружием, к которому не привык, ему, вероятно, приходилось выбирать распространённый тип, который можно сразу пополнить на месте». Деон внутренне убедился и немного изменил движения. Движения меча стали плавнее, словно шутка закончилась. Он двигался гладко, как вода, отводил атаки, но в какой-то момент клинок обрушивался с огромной силой. Джейкар был тайно впечатлён: этот единственный миг атаки мог бы расколоть даже гору Тай. — Точно не стоит относиться к этому легко лишь потому, что это не твоё основное оружие. — Благодарно принимаю похвалу. После этого последовало ещё несколько ударов. Джейкар, молча размахивавший мечом, постепенно снизил напор, будто этого было достаточно. Деон, острым чутьём уловивший это, тоже немного смягчил взмах. Джейкар заговорил, продолжая спарринг, который теперь больше походил на формальность: — Но благодаря тому, что тот парень забрал всё на себя, командиров корпусов, сомневающихся в тебе, немного. ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (8) — В лучшем случае, думаю, это командиры Второго и Четвёртого корпусов. ...Хотя командир Двенадцатого тоже кажется необычным. Один из четырёх подозревает. Что значит «немного»? — ...Зачем ты мне это говоришь? — Потому что... — Нет, сначала другое. Ты ведь всё услышал тогда, так почему сделал вид, будто ничего не знаешь? С этим нужно было разобраться первым. Деон задал вопрос, который давно держал в себе. Джейкар, похоже, не возражал против того, что его перебили. Он немного помолчал и ответил. Оба вопроса сводились к одному ответу. — Потому что Король фей защищал тебя. Это был ответ, о котором Деон никогда не думал. — Помнишь, как ворвался вождь вампиров? — Конечно. Как можно забыть? Они ворвались, чтобы убить не кого-нибудь, а его. — Тогда Король фей попытался защитить тебя. Как и Деон, Джейкар ясно помнил тот случай. Король фей хотел защитить жизнь Деона Харта. — Поэтому «Деон Харт» не должен умереть. Джейкар не знал причины, но если тот этого хочет, так и должно быть. Именно поэтому он рассказал Деону Харту, сколько командиров корпусов подозревают его, и именно поэтому молчал. Если бы он передал кому-то ещё то, что услышал на банкете, Деон Харт, скорее всего, погиб бы. Причина была такой, что Деон её понять не мог. — ...Только из-за этого? — Это малое, что уродливый младший брат может сделать для своего брата-близнеца. И этого достаточно. — ...Близнеца? С Королём фей? Теперь понятно, почему Король фей так менялся, когда речь заходила о нём. Его близнец стал демоном — неудивительно, что он чувствителен. Вспомнив время, когда однажды отправился во владения фей, Деон мысленно кивнул. Звон! Мечи снова легко столкнулись. — Тогда ты собираешься предать Короля демонов? — Слово «предательство» мне не подходит. Я никогда по-настоящему не следовал за ним. Джейкар был феей, рождённой с жаждой убийства, будто впитавшей всё зло своего брата-близнеца. Затем он попал под влияние демонической энергии и стал демоном. В то время Король фей пытался защитить его, говорил, что он может остаться рядом, как всегда, но Джейкар, которого устраивала смерть в бою, не упустил возможность и вошёл в Замок Короля демонов, где битвы происходили чаще всего. В итоге он подчинялся Королю демонов не потому, что был демоном. — Верности с самого начала не было. Поэтому нынешнюю ситуацию нельзя назвать предательством. — Командиром Первого корпуса я стал не из-за верности, а просто потому, что был сильнейшим. — Король фей, которого я встретил, похоже, не питал к тебе добрых чувств. — Он имеет на это право. Джейкар легко пожал плечами. С самого рождения его отталкивали, потому что он был не похож на фею, но брат, защищая, растил его как близнеца и даже сделал своей правой рукой. Даже когда он стал демоном, брат пытался защитить его, говоря, что тот может остаться рядом, как всегда. А в итоге Джейкар ушёл в Замок Короля демонов. Как тут не почувствовать себя преданным? Его реакция при последней встрече была даже слишком спокойной. — Неважно, что он чувствует. Каким бы ни был его брат, Джейкар всё ещё заботился о нём. Одна причина, по которой он подавлял свои желания во владениях фей, заключалась в том, чтобы забота брата не оказалась напрасной. Другая причина, по которой он вошёл в Замок Короля демонов, — ему показалось тяжёлым для брата одному разбираться с феями, протестовавшими из-за защиты Джейкара. — Если я всё равно умру в бою, лучше умереть так, чтобы помочь брату. Скоро будет большая битва. Чувство, рождавшееся из особого положения близнеца Короля фей, и чувство, безошибочное только в вопросах резни, предупреждали одновременно. В тот момент почти все командиры корпусов погибнут. Встанешь ли ты на сторону Деона Харта или против него — умрёшь. В таком случае разве не лучше встать на сторону Деона Харта, следуя воле Короля фей, который прикрыл его? — Я помогу тебе. На этом спарринг закончился, мечи опустились. Джейкар сказал Деону Харту, который молчал, не отвечая ни согласием, ни отказом: — Сегодня было интересно. — Давай спарринговаться чаще. Иными словами, он хотел видеться регулярно. * * * Эд не мог скрыть смятения из-за новости о смерти Дана. Тот был раздражающим, Эд его ненавидел, но не хотел, чтобы он умер. Смешанные чувства поднялись на поверхность, подавляя всё остальное. Бен, пришедший к Эду после того, как тоже услышал о Дане, заметил это и цокнул языком. — Раздражавший тебя тип исчез, так почему ты так реагируешь? Разве не полегчало? — А, Бен. Эд думал, что рядом кто-то просто проходит, но увидев, как фигура садится рядом, перевёл взгляд из пустоты. Наглый лекарь смотрел на него странно обеспокоенными глазами. ...Полегчало ли? Эд горько улыбнулся. — Полегчало. — Если ты говоришь это с лицом, на котором нет ни капли облегчения, я, конечно, сразу поверю. — Просто устал. Слова были смесью лжи и правды. Будто не желая больше расспрашивать, Бен отвернулся и уставился в пустоту. Затем мягко спросил: — Как ты и сказал, ты выглядишь усталым. Похоже, у тебя много забот? — Да. — Оно того стоит. Лёгкий кивок. Но Эд тут же застыл, словно его чем-то укололи. Напряжённый взгляд стал изучать лицо Бена. На мгновение Эд подумал спросить, что означает это принятие, но, зная собственную чувствительность, промолчал. Бен некоторое время смотрел на Эда непонятными глазами, пока тот продолжал тереть лицо, будто его давили разные факторы, а потом вдруг сказал: — Как насчёт отдохнуть? — Что? — Господин Деон, похоже, не собирается присутствовать на последнем банкете, так что тебе тоже стоит отдохнуть. На последнем банкете должны были объявить результаты охотничьего состязания, но Деон, кажется, решил пропустить всё. Учитывая, что за время банкета постоянно что-то происходило, это было естественно. Эд молча согласился с этим и с запозданием ответил на слова Бена. — Я и так отдыхаю. — Отдыхает только тело, а разум — нет. В самом пространстве Замка Короля демонов тебе, кажется, трудно снять душевную нагрузку. Ненадолго выйди из замка и отдохни снаружи. — Но... — В любом случае весь мир демонов сейчас в настроении отдыха. Даже если покинешь замок, Король демонов ничего не скажет, верно? Так ли это? Глаза Эда дрогнули. Ему и так хотелось выпить. Может, правда попросить разрешение выйти? — Наверное... да. В конце концов, словно поддавшись искушению, он негромко согласился. * * * Как и сказал Бен, просьбу выйти приняли легко. Так Эд отправился в Первый город. Дорога оказалась довольно приятной: из-за охотничьего состязания всех монстров зачистили. Он быстро добрался до Первого города, сразу вошёл в попавшийся на глаза бар и сел. Ему нужно было время привести мысли в порядок. Правда, которую он узнал, оказалась тяжелее, чем он думал. «Деон собирался убить командиров корпусов». Благодаря этому он понял, почему Деон отдалился от него, но Эд совсем не был рад. Внезапно обрушившаяся истина хлестала его, как буря. «Деон собирается убить Короля демонов». Зачем убивать командиров корпусов? Почему он держится от меня подальше? Ответ был только один. «Чтобы убить Короля демонов». Командиры корпусов — лишь предварительная подготовка. Настоящая цель — Король демонов. Именно поэтому Деон отдалился от него, служащего им обоим. — Что же мне делать... Голос вырвался сам собой. Рассказать? Молчать? Помочь Деону?.. Эд не смел выбрать ни одно. Тем более что Деон выбрал «отдалиться» вместо того, чтобы убить его. Хотя убить было бы проще, чем отдаляться и оставлять опасность рядом, он сохранил Эду жизнь. Эд не хотел предавать эту крошечную заботу и привязанность. И тепло, которое возвращалось как раз тогда, когда казалось, что его можно забыть или от него можно отказаться. — Есть ли... способ остановить это? Если возможно, он хотел бы остановить Деона. Эду было крайне неудобно и тяжело от нынешней ситуации, поставившей его на развилку выбора. Он пил, стонал и думал, пока напротив кто-то не сел. — Кажется, тебя что-то мучает. — Эйга. — Расскажи. Может, мы сможем это решить? Останавливать людей — моя специальность. Он снова появился. Первый город не маленький, Эд просто вошёл в случайный бар, так почему он снова с ним сталкивается? Показал Эд своё неудовольствие или нет, инкуб вильнул хвостом и широко распахнул глаза. Эду это очень не понравилось, поэтому он заговорил строгим голосом: — Какими средствами? — Разве ты не знал? Я, между прочим, часто бываю в Замке Короля демонов как помощник по уходу за садом. Твой круг связей ограничен, значит, это кто-то из Замка Короля демонов. Разве это не будет полезно? Эд молчал. — Если это вопрос безопасности, можешь не объяснять подробно. Просто скажи, кого нужно остановить и от чего. Разве не в этом всё дело? Эд понимал: даже если Эйга в итоге окажется бесполезен, он всё равно не может решить нынешнюю ситуацию один. Уцепившись за слабый луч надежды, он медленно открыл рот, подбирая слова. Он слишком устал, чтобы, как до сих пор, просто терпеть и ждать в одиночестве. * * * Последний день банкета и день объявления результатов охотничьего состязания. Деон ел закуски вместе с бешеными псами в их казарме. Присутствовать? Да пошло оно. За весь банкет не случилось ничего хорошего, так зачем туда идти? Он ведь не сумасшедший. Деон просто откинулся на сложенные в казарме одеяла и ел закуску, которую положили перед ним. — О, это вкусно. — Правда? Ешьте побольше, капитан. — Эй, дай сюда. Начальник сказал, вкусно. — Что? Бери, бери всё. Может, дать то, что у меня во рту? — В этом нет необходимости. Перед Деоном быстро выросла гора всевозможных сладостей и закусок, которые он назвал вкусными. Он окинул её взглядом, выбрал что-то и положил в рот. Жутко тёплые взгляды приклеились к его двигающейся щеке. — ...На что смотрите? — Вау, наш капитан правда хорошо ест. Попробуйте ещё это. — И это! Если съесть всё, живот лопнет. Деон озадаченно посмотрел на груду закусок, затем поднял взгляд. Глядя на этих ребят, он внезапно вспомнил первый день охотничьего состязания. — Кстати. — Да? — В первый день вы поймали довольно много. — О, верно. Я думал, это сложили в общий результат. Или отдельно тоже показали? — Не показали. Король демонов сказал. Как вы это сделали? Это мир демонов, и количество и качество монстров здесь значительно выше, чем в мире людей. По расчётам, бешеные псы не должны были суметь поймать столько. Что они вообще сделали? Ответ быстро нашёлся. — Когда посмотрели на монстров, показалось, что считают только «количество», не обращая внимания на размер. Поэтому мы в основном охотились на мелочь, вроде кроликов. — ...На экране вы сражались с крупными. — Разве это не оно? Выбрали лучшие моменты и показали! — Раз они показали именно эти сцены, хотя мы с крупными сталкивались всего пару раз, похоже, они правда выбрали лучшее. ...Вот почему вернувшийся Король демонов так долго рассматривал каждый магический камень. Если бы он просто случайно вытащил сцену, показал и объявил результаты, он бы не смотрел так долго. Эти ублюдки внимательны к мелочам. Молодцы. — Интересно, другие корпуса тоже так охотились? — Думаю, да? — Если судить по тому, что мы видели, несколько корпусов, с которыми мы сталкивались по пути, тоже в основном гонялись за мелкими... Поэтому удалось записать такое большое число. ---------- Потому что я не спрашиваю о своём счастье (9) — Тогда, выходит, Первый корпус поступил так же. — А, насчёт этого... Ребята отвели глаза. ...Думаете, они точно охотились по правилам? Учитывая, какими измождёнными выглядели бойцы корпуса и какие плачущие звуки они издавали... — ...Есть ещё что-нибудь перекусить? — О, как насчёт этого? Ладно, не будем думать. Это неважно и ко мне не относится. Моя цель сегодня — как следует отдохнуть. Деон тяжело опирался на кучу одеял и ел очередную закуску, которую кто-то ему протянул. Отдых, как всегда, оказался коротким. Три висящие луны наложились одна на другую, и наступила ночь. Деон, весь день остававшийся в казарме рыцарей Лофти, вынужден был подняться из-за визита маленькой ночной гостьи. Лиринель крутилась поблизости, будто высматривая его. — Здравствуй, Деон. — А, снова вижу тебя, Лиринель. Охотничье состязание закончилось? — Да! — Какой корпус на этот раз занял первое место? — Это... Лиринель, уже открывшая рот с уверенностью, вдруг стала недовольной. Деон коротко рассмеялся. — Первый корпус? — Да... Нужно ли говорить «как и ожидалось»? Впечатляет. Похоже, в этот раз снова умерли только бойцы корпуса. В мирной атмосфере завязался короткий разговор. Лиринель, угрюмо бормотавшая, что тоже хотела победить, вдруг хлопнула ладонями, будто что-то вспомнила. — А, кстати, есть ещё неофициальный победитель! «Победитель»? Значит, не корпус, а отдельный человек. Да ещё и неофициальный...? — Помнишь Сеттера? — Лекаря, закреплённого за командиром? — Да, тот парень почти сам охотился на монстров. В прошлый раз он тоже был весь в крови. Откуда в субъекте с такими тёмными кругами под глазами столько энергии? — Удивительно. Он выглядит так, будто вот-вот рухнет от усталости... — Ну, выносливость и атакующая сила — разные вещи, верно? Господин Деон тоже так говорил. Деон промолчал. Пусть будет так. Он поднялся, не утруждая себя тем, чтобы развеивать недопонимание. Спокойные глаза повернулись к Лиринель, и мирная атмосфера закончилась. — Тебе есть что мне сказать? — Да. — Тогда сменим место. Лиринель не пришла бы просто так. Если это не совпадение, то она из тех, кто кричит о любви к нему, но из страха побеспокоить не приходит без особой причины. Особенно сейчас, если она видит его рядом с подчинёнными, причина наверняка в «том деле». Он уже собирался идти в свою комнату, когда за спиной послышался срочный голос: — Командир...! Деон обернулся к бешеным псам. Рыцари, встретив его вопросительный взгляд, неловко улыбнулись. Голосов прозвучало несколько, а значит, его окликнули не просто так. Деон наклонил голову. — Что? — Нет, просто... Им показалось, будто капитан изо всех сил идёт к собственной смерти. Холод пробежал по спине, и они окликнули его невольно. Это было рефлекторное действие — как позвать человека, которому грозит опасность, — поэтому объяснить причину было трудно. Но удерживать его без доказательств они не могли. Рыцарям Лофти оставалось лишь неловко улыбнуться и отпустить его. — Просто позвали на всякий случай. — Смотрите под ноги, капитан. — Ага... * * * Как только Лиринель пришла в комнату Деона, она, как и в прошлый раз, тщательно закрыла двери и окна. На мгновение брови Деона слегка сдвинулись, но она не заметила: была занята. Проверив, правильно ли наложено заклинание звукоизоляции, Лиринель обернулась и встретилась с Деоном. Мужчина, сидевший на кровати, смотрел на неё обычным лицом, словно ждал. — Лиринель? — О. Она едва не засмотрелась. Быстро отвела глаза и начала говорить. — Я выяснила масштаб героев. — Вот как? — Их больше, чем ты думал. Обмениваться вопросами и ответами по одному было бы неудобно. Проще передать подготовленные документы и ответить только на уточнения. Лиринель быстро порылась в одежде, достала бумагу и протянула. — Здесь также сведения об опорных узлах магической формации. Прочти, пожалуйста. Деон молча начал читать. ...Масштаб героев действительно больше, чем он ожидал. Разве это не чуть меньше числа героев из последней битвы? Если подумать наоборот, количество героев, которых собрали остальные королевства, кроме Рвече, было лишь немного больше указанного здесь числа. Значит, можно примерно понять, насколько старательно Рвече берегла силы. «Да. Как король, он готовился к будущему». В то время, когда мир демонов не трогал Рвече, король Рвече, кажется, ясно понимал и помнил: его страна лишь сдвинута в очереди завоевания, но не стала полностью безопасной. Поэтому он прилагал усилия к увеличению военной мощи. Тот, кто отвечает за страну, должен смотреть в будущее и готовиться, а не почивать на лаврах. Это правильно, но... «Может оказаться немного раздражающим». С неуловимым выражением он опустил взгляд ниже. Там были сведения об опорных узлах магической формации, о которых говорила Лиринель. — Опорный узел не один, их несколько. Если считать от входа в ворота замка: фонтан на центральной площади; кирпич в нижнем центре каждой чётной сторожевой башни; под первым кирпичом справа внизу... Деон насчитал в общей сложности шесть мест. Он поднял на Лиринель сбитый с толку взгляд. — Не думал, что ты найдёшь. — Главные оси? Они точно сверхсекретные, так что найти трудно. — Это важная слабость. Охрана не может быть слабой. Но как она нашла? Лиринель, похоже, истолковала его откровенно недоумённый и усталый взгляд как смущение от похвалы и неловко рассмеялась. — Без помощи шаманки я бы не справилась. — Впечатляет. История об опорных узлах была почти слухом, но они наконец нашли их. Причём нашли демоны при содействии шаманки. И без того сколько усилий должно было уйти на то, чтобы найти немногочисленных шаманов и добиться их сотрудничества? Это была дополнительная миссия с условием «если будет возможность». Дел было так много, что даже если бы она сказала: «Я не смогла», вообще не попробовав, Деон бы не стал её ругать. «Ужасно». Он велел держать это в тайне от Короля демонов, и она держала. Он велел выполнить — и она выполнила всё. Она сказала, что будет любить его, даже если Деон Харт попытается её убить. Слепота в сияющих глазах, смотрящих на него, была настолько сильной, что перехватывала дыхание. — Лиринель. Деон Харт, потерявший Дана, наконец смог принять решение, которое откладывал из-за своей беспечности. — Как далеко ты готова зайти ради меня? Лиринель, смотревшая на него пустым взглядом из-за необычного вопроса, ярко улыбнулась. — На всё, чего пожелает Деон. — Тогда... Он протянул руку. Бледная белая ладонь коснулась одной щеки Лиринель. Когда его взгляд встретился с её невинными глазами, лицо Деона исказилось. — Тогда... Ему нужно было полностью использовать это полезное лицо и улыбнуться, произнося следующие слова, но губы лишь дрожали, улыбка не выходила. В итоге Деон заговорил с лицом, выражение которого даже сам не мог понять. — Ты можешь умереть? Привязанность к нему на самом деле ранила и душила его. Так было с Круэлем, так было с монстрами, и то же самое произошло с Даном. В случае Дана особенно: хотя он настороженно держался, в конце концов всё равно незаметно принял его, и случилась эта печальная луна. «Не лучше ли заранее устранить факторы риска, прежде чем случится что-то похожее?» Командиры корпусов всё равно должны умереть. Поэтому. Он хотел, чтобы она не показывала ему такой слепоты. «Если случится что-то похожее снова, я правда не выдержу». Если жертвами «подобного инцидента» станут рыцари Лофти, он тоже в итоге отпустит всё. Но если жертвой станет она, он совершит ужасные поступки по отношению к бешеным псам, которые пришли сюда лишь ради того, чтобы увидеть его. Вобьёт гвоздь в их сердца. «Они единственные, за кого я отвечаю». Одних бешеных псов ему уже более чем достаточно. Поэтому пусть она лучше станет его врагом из-за этих слов. Так будет лучше для обеих сторон. Однако голос, ответивший ему, был ясным — без следа обиды или злости. — ...Прежде чем ответить, я хотела бы спросить Деона кое о чём. Лиринель встретилась взглядом с мужчиной, смотревшим на неё в растерянности, и спокойно открыла рот. Его слова, конечно, сбивали с толку, но каких-то отрицательных чувств у неё не было. Как злиться, когда говорящий выглядит так, будто задыхается насмерть? — Что такое любовь, по мнению Деона? Вопрос был несколько неожиданным, но Деон серьёзно задумался, не показывая этого. Было бы смешно торопить ответ от человека, которому сам сказал такое. ...На самом деле он даже не хотел слышать ответ. Как бы то ни было, любовь может меняться в зависимости от объекта и вида, но одно он знал. — Не спрашивать о собственном счастье ради другого. Любовь существует только для другого и не учитывает собственного счастья. Поэтому его брат умер. — Легко прикрыться словами «потому что я люблю», но отличить несложно. Если в действиях того, кто говорит, что любит, смешана жадность к себе, это фальшивка. — Понятно. Тогда. Лиринель улыбнулась. Лёгкая, прозрачная улыбка, казалось, могла рассеяться от ветерка, и была обращена к Деону Харту. — Будет ли Деон счастлив, если я умру? На мгновение Деон перестал дышать. Губы несколько раз открылись и закрылись, словно он получил неожиданный удар, а затем с трудом выплюнули ответ. — Да. — Тогда я умру ради тебя. — Потому что хочу, чтобы Деон был счастлив. Будь счастлив. Лиринель улыбнулась искренне. Хотя выглядела ребёнком, улыбка была удивительно мягкой — словно доказывала, что она долгоживущий демон. «Я слишком много видела уставшего и измученного Деона». Теперь она хотела увидеть счастливого Деона. Ах, после смерти увидеть не получится. Но это чувство — не ради Деона, а её личная жадность, поэтому она отложит его и умрёт. Потому что её жадность не должна вмешиваться в благородную любовь к Богу. «Было тяжело смотреть, как Деон загоняет себя почти до безумия, но всё сложилось хорошо». Даже если она не увидит этого сама, потому что умрёт, если он станет счастливым — этого будет достаточно. Она не стала спрашивать о связи между её смертью и его счастьем. Лиринель спросила другое: — Когда и как мне умереть? Хотя он сам сказал это, его глаза слегка дрогнули, будто ему трудно принять итог. Несмотря на усилие подавить волнение, дрожь постепенно расползлась и дошла до кончиков пальцев. Но Деон просто не сводил взгляда с Лиринель. Лиринель переводила тревожный взгляд между его глазами и пальцами. И хотя суетилась, ответила твёрдо: — Я же сказала. Я хочу, чтобы ты был счастлив. Она добавила: — Теперь, когда думаю об этом, я ни разу не видела, чтобы ты улыбался искренне. Если он улыбнётся искренне, это будет по-настоящему ослепительно прекрасно. — Ха. Деон выдохнул смех, похожий на вздох, и провёл рукой по лицу. В нём были и смирение, и насмешка над самим собой, и с первого взгляда — доля абсурда. — Кто здесь демон, а кто человек? Ответ был слишком чистым. ---------- Не действуй так топорно (1) Перед тем как уйти, Лиринель беспокоилась о Деоне Харте. Она переживала, что он плохо спит, поэтому мягко протянула руку, уложила его на кровать, накрыла одеялом и попросила хотя бы немного поспать. По крайней мере в тот момент Деон не смог заставить Лиринель уйти силой. Он послушно лёг, закрыл глаза и, будто накопленная усталость навалилась вместе с истощённым разумом, почти потерял сознание, погружаясь в глубокий сон. ...И ему приснился сон. Он был чертовски печальным и смешным, страшным и злым одновременно, но в то же время немного желанным... Ужасный кошмар, где нужно было подавить все эти чувства и вести себя спокойно. * * * [...Я сам это сказал, но надеюсь, ты не вздумаешь ничего делать.] Эти слова Эд поспешно добавил, внезапно протрезвев, словно его окатили холодной водой, сразу после своего признания. Он не справился со слабостью из-за алкоголя и всё рассказал, но, похоже, внезапно испугался. Эйга тихо рассмеялся. Если присмотреться, смелости у него совсем немного. [Разве ты сказал это не потому, что тебе нужна помощь?] [Достаточно того, что ты выслушал моё бессмысленное пьяное нытьё.] [Достаточно? Не будет достаточно. И пьянство не бессмысленное.] [...В любом случае перестань думать о бесполезных вещах.] Цель всё равно такая, что что бы он ни сделал, нормально это не сработает. Но беспокойство, которое сквозило в его открытом смирении, было по-настоящему приятно. Эйга довольно потянулся. [Так я это чувствую.] [Ты...!] [Уже поздно. Тогда я пойду. Пока!] [Эйга!] Эд сказал, что переживает: человек, которому он служит, действует слишком безрассудно. Особенно он хотел остановить его, потому что тот продвигал план, который даже выглядел худшим из возможных. Эйга не знал подробностей, но этого хватило, чтобы понять: речь о герое. Эд уже посещал Первый город как «адъютант Деона Харта». Конечно, существовала возможность, что речь о Короле демонов, но поскольку Эйга не слышал никаких новостей о том, что Король демонов активно проталкивает что-то, вероятно, не он. «Если бы кто-то вроде Короля демонов начал что-то продвигать, слухи давно бы разошлись». Поэтому в тот день, когда Эйга вошёл в Замок Короля демонов как помощник садовника, он в подходящий момент улизнул и направился к комнате Деона Харта. Никто не обратил особого внимания на инкуба, который всегда делал что хотел и возвращался домой вовремя. «Эд велел мне не делать этого, но...» Беспокойство, звучавшее в словах и действиях, которыми тот пытался его остановить, приятно будоражило. Казалось, после долгого времени они наконец стали друзьями. Поэтому Эйга двинулся импульсивно. Сны — пространство, где инкубы могут бесчинствовать. В этом месте они способны обманывать даже сильных демонов. Поэтому самодовольная мысль, что с героем будет не слишком иначе, тоже сыграла свою роль. «Я ведь не собираюсь драться, только убеждать». Стоит войти в сон — и что-нибудь получится. Двигаясь без помех, Эйга уселся на открытую оконную раму, словно намеренно показывая, что пришёл, и его глаза блеснули, когда он увидел юношу на кровати. «Говорят, он герой...» Это было понятно с одного взгляда. Он действительно выглядел как герой. Чисто-белые волосы словно воплощали святость и непорочность. Возможно, так казалось потому, что глаза, известные своим красным цветом, были скрыты под закрытыми веками. «Какой красивый». Если бы Эйга выглядел так, ему не пришлось бы регулярно голодать. Напротив, разве все не бросались бы сами отдавать ему свою жизненную энергию? Представив себя в окружении прекрасных демонов, он ощутил прилив зависти. ...Если подумать, дело, вероятно, не ограничилось бы одной жизненной энергией. Он мог бы выйти на позицию сильнейшего в мире демонов, высасывая не только жизненность, но и силу. «В любом случае... попробую». Даже делясь тревогами, Эд до конца защищал то, что хотел защитить, поэтому Эйга не услышал подробностей о том, что именно нужно остановить. Но это не проблема: можно примерно обобщить и сказать ему перестать делать то, что он делает. Эйга бесшумно вошёл в комнату и подошёл к святому... точнее, к спящему герою. Если коснуться цели, можно проникнуть глубже и легче... но герой вряд ли просто это проигнорирует. Поэтому Эйга остановился у кровати на разумном расстоянии, не касаясь его. Закрыл глаза, пробудил привычные инстинкты, сосредоточился — и мир перед глазами изменился. * * * Эйга с вопросительным взглядом оглядел тёмное пространство, где плавали осколки эмоций и воспоминаний. Его лицо было полно сомнения, словно ему трудно было поверить в происходящее. Потому что его впустили слишком легко. На миг он насторожился: вдруг это ловушка? Но вскоре понял, что ловушки нет, и наклонил голову. — Впустили легче, чем я думал...? Он ожидал, что будет трудно, ведь цель — герой. «Ментально истощён?» Ну... Эд говорил, что тот загоняет себя, так что это понятно. В любом случае это выгодно, и волноваться не о чем. Теперь... В чей образ принять вид, чтобы он послушался? Сложив руки на груди, Эйга осмотрелся. «Воспоминаний видно мало». Поскольку он не касался цели и рисковал быть обнаруженным или выброшенным, глубоко проникать не стал. Всё, что он видел в этом пространстве, — фрагменты сильных воспоминаний, повторяющиеся отрывками. В подробных воспоминаниях всё равно копаться не нужно, так что это даже проще. Он внимательно посмотрел на фрагменты, которые проигрывались так быстро, что глаза не успевали за ними. «С моей нынешней силой я смогу лишь мельком взглянуть на один из них». Быстро проигрывающиеся или скрытые воспоминания — разновидность защитного механизма. Даже мельком взглянуть на них требует много сил. Поэтому выбирать нужно осторожно. Эйга рассматривал фрагменты один за другим, пока не нашёл тот, что вызывал особенно сильные эмоции, и протянул руку. Сцена, быстро мелькавшая перед ним, начала замедляться, а затем пошла в обычном темпе. Проверив содержание, он внутренне обрадовался. «Бинго». Похоже, выбрал правильно. Там черноволосый, зеленоглазый мужчина снова и снова обнимал владельца взгляда так отчаянно, будто всё вокруг рушилось. * * * Деон Харт смотрел на черноволосого, зеленоглазого мужчину. Отбросив первоначальное удивление, он открыл рот, будто хотел что-то сказать. Его лицо странно исказилось — то ли печалью, то ли злостью, — но он снова закрыл рот, так и не произнеся ни слова. Губы, плотно сомкнутые в ровную линию, вскоре изогнулись в горькой дуге. — Почему? Вопрос был двусмысленным, и нельзя было понять, о чём именно он спрашивает. Избегая вопроса, на который трудно выбрать ответ, черноволосый, зеленоглазый мужчина сказал, что давно не виделись. Спросил, правда ли он отдыхает как следует, раз цвет лица у него нехороший. Деон, смотревший на него пустым взглядом, хмыкнул. — Да, давно. Ты герой, тебе не нужен отдых, и цвет лица у тебя, вероятно, не такой уж плохой. Немного удивительно, что ты указываешь именно на это. Значит, всё это время наблюдал за мной? — Я ведь велел тебе отдыхать. Я отпустил его, но он вернулся, не послушав, — тихо пожаловался мужчина. Тот, кто молча выслушивал эти жалобы, протянул руку. Деон медленно опустил глаза на приближающуюся ладонь, словно насторожился. Это не было отказом, но и положительным принятием тоже не выглядело. Другой остановился, убрал руку и медленно заговорил: — ...Мне кажется, ты слишком себя загоняешь в последнее время. — Разве у меня есть причина так делать? — Деон. Деон вздрогнул от знакомого обращения. Глаза цвета, который делал его безмерно слабым, смотрели на него с некоторой строгостью. Не в силах прямо смотреть в эти глаза, Деон наконец отвернул голову и выдохнул дрожащий вздох. В нём прозвучал печальный голос: — Зачем ты пришёл сегодня? Выражения лица собеседника он не знал. В тишине Деон снова повернул голову, встретился с ним взглядом и слабо улыбнулся. — ...Конечно, я тебя не виню. Просто... немного тяжело. Тихий шёпот задержался в пространстве: — Ты должен дать мне время отдохнуть. Он ошибся со временем. ...Нет, в этом случае, пожалуй, попал слишком точно. Деон на мгновение устал обмениваться взглядами с молчаливым собеседником, и слабый смех оттеснил тишину. — Я сказал лишнее. — Деон. — Не называй меня так. Поражённый собеседник с удивлением посмотрел на него. Деон закрыл рот одной рукой и широко распахнул глаза, словно сам не знал, что такая резкая фраза вырвется наружу. Вскоре он опустил руку и мягко сказал: — Прости, сегодня у меня есть дела. — Ничего. Но... я беспокоюсь о тебе. Деон молчал. — Не перенапрягайся. Почему бы не действовать медленнее и спокойнее? План, о котором ты сейчас думаешь, кажется не самым хорошим. Возможно, стоит ещё раз всё обдумать. Лицо, почти рухнувшее от слова «беспокоюсь», при следующих словах охладело. — Нет. Ярко-красные глаза зловеще засияли, словно он лишь на время притворялся послушным. — Это не так. «Брат» не говорит таких вещей. Собеседник замолчал. — Нужно было изучить лучше. Эйга упустил тонкую разницу в манере речи. Она казалась похожей, но с этим трудно справиться. Он изо всех сил подстроился под ритм, чтобы хоть немного утешить, но что делать, если даже это невозможно? Слова собеседника в итоге означали: прекрати то, что делаешь сейчас. Эти слова и действия полностью противоречили словам Круэля о том, что всё хорошо, лишь бы он жил без сожалений. — Глупый ублюдок. В тот же миг отрицательные эмоции хлынули приливом. Стоило хоть немного потерять концентрацию — и тебя смоет. Парень поспешно поднял голову, собираясь что-то сказать, но встретился с красным взглядом и отступил на шаг. В центре всех этих эмоций переполняло безумие. — А... Язык застыл от страха, слова вышли заикающимися. — Как ты... понял? — Может, сначала посмотри на себя? Инкуб поспешно создал зеркало. — Что это... Он явно пытался подражать «Круэлю», но, кроме чёрных волос и зелёных глаз, в нём не было ничего похожего. Не то что похожего — даже близкого. Не то что близкого — он даже не выглядел человеком. Тело мерцало, словно размытая акварель или мираж, будто само показывало, что оно не человеческое. Столкнувшись с таким впервые в жизни, инкуб Эйга выдавил вопрос, даже не понимая, кому его задаёт: — Почему...? — Ну, призрак императора сказал, что я поместил тебя на священную территорию. Если это не «настоящее», никто не смеет подражать ему здесь. Деон улыбнулся и шагнул вперёд. Хотя всё было открыто, от него исходило давление, от которого перехватывало дыхание. — Знаешь, если бы ты действительно как следует сыграл моего брата, я был готов это отпустить. Если бы получилось хорошо, он даже собирался никогда больше не просыпаться из этого сна. — Я ведь ясно сказал, что не виню «хёна», верно? Если бы ты вёл себя как настоящий брат, я бы отпустил. Сухой голос падал, как смертный приговор. Шаг за шагом расстояние сокращалось. Вместе с этим давление становилось сильнее, и Эйга, почувствовав угрозу, будто его сейчас раздавят, поспешно сбежал из внутреннего мира. И едва вернувшись в реальность, сразу отпрянул, но... — Ух! Рука оказалась быстрее и схватила его за шею. Деон Харт, непонятно когда проснувшийся и оказавшийся прямо перед ним, улыбнулся и наклонил голову. — Ну что, поговорим? Он сделал паузу. — Кто тебя послал? ---------- Не действуй так топорно (2) Эйга на миг перестал дышать, встретившись с ярко-красными глазами, сияющими кровью. Теперь он понял, почему внешность героя до сих пор никто не называл ни «священной», ни «героической». Священной? Смешно. Человек перед ним выглядел скорее дьяволом, чем демоном. — Кто тебя послал? — Угх… гх… Словно раздражённый отсутствием ответа, Деон сжал его горло сильнее. Отпусти руку или дай говорить! Сам того не осознавая, Эйга поднял руки и впился ногтями в руку противника. Лишь тогда этот проклятый герой понял, что сам мешает ему ответить, коротко выдохнул: «А», — и ослабил хватку. — Кха! — Теперь можешь? Тогда говори. — Н-никто за мной не стоит. Это просто… я сам так решил. — Лжёшь. — Кха-а…! Хватка снова усилилась. Деон без тени скрываемого раздражения смотрел на бьющегося инкуба. Настроение у него было хуже некуда. Даже если тот в итоге так и не сумел толком ничего изобразить, сама попытка подражать его старшему брату была отвратительна. Если уж собирался делать это — делал бы идеально, с решимостью навсегда запереть меня во сне. …Гнев поднимался из самой глубины. — Ты видишь меня впервые. Как кто-то, кто не имеет ко мне никакого отношения, мог узнать и попытаться остановить мой «план»? Тебя точно кто-то попросил. Или что-то в этом роде. Ни лгать, ни подражать, ни делать что-либо как следует — он не умел ничего. — Говори. От кого ты это услышал? Эйга сжал губы. Слова он услышал от Эда, но в конце концов именно он сам остановил Деона и действовал по собственной воле. Эд даже когда делился тревогами, тщательно подбирал слова, чтобы не раскрыть лишнего. Эйга не мог посметь втянуть его. Деон, немного подождав в тишине, которая казалась бесконечной, холодно рассмеялся. — Вот как. Значит, до конца ничего не скажешь. — … — Тогда просто умри. У него не было привычки тратить время на тех, кто до конца не собирался говорить. Он не знал, кто послал инкуба, но ситуация и так была подозрительной, так что выяснение закулисного игрока уже ничего не меняло. Глаза Деона ожили. Точно так же, как в прошлый раз Король демонов схватил Дахара за горло в банкетном зале, он собирался усилить хватку. Распах! — Прошу, подождите! Вмешался срочный голос. Деон остановился и оглянулся. Адъютант, который всегда стучал и ждал ответа, впервые распахнул дверь и ворвался без стука. Эд, запыхавшись от спешки, переводил взгляд с Деона на Эйгу и обратно. Убедившись, что Эйга ещё жив, он глубоко вдохнул. Затем, немного успокоившись, закрыл открытую дверь и подошёл. Красный взгляд неотрывно следил за шагами, которые постепенно приближались. Эд двигался медленно, глядя в звериные глаза, суженные от злости и раздражения, и, как только дошёл до Деона, опустился на колени. Над своей склонённой головой он почувствовал, как Деон замер. — Простите, что вошёл без разрешения. — Ничего. Похоже, ты знаешь этого парня. — Да. Он… мой друг. Даже не поднимая головы, Эд понял, что на него смотрят холодно. Он склонился ещё ниже и продолжил: — Это из-за меня. Недавно я советовался с ним о своих тревогах, и, думаю, всё случилось из-за этого. — … — Я неосторожно говорил лишнее за пределами комнаты. Это была моя вина. Эйга широко распахнул глаза. Почему человек, который до самого конца пытался его остановить, теперь пытается взять ответственность на себя? Самовольно действовал именно Эйга. Не обращая внимания на боль в горле, он повысил голос: — Что за чушь ты… кха! — По-моему, этот парень не из таких. Ах да. Тебе лучше просто заткнуться. Деон равнодушно пробормотал это и чуть сильнее сжал пальцы. — Кажется, я могу немного разозлиться, когда услышу. Эд, лучше объясни ты. Не лги и не прикрывай его без причины. — В моих словах нет лжи. — Значит, есть то, о чём ты молчишь. Эд тихо опустил глаза. Хотя ему велели не делать ничего лишнего, он слишком тревожился и часто заходил на склад этажом ниже комнаты Деона, проверяя признаки наверху. Сейчас он мог думать лишь о том, что поступил правильно. Хорошо, что Деон живёт с открытым окном. Иначе драгоценная жизнь была бы потеряна. — Эд. — Да, Деон. — Тебе есть что мне сказать. — Простите. Если объяснять подробно, вероятность смерти Эйги только возрастёт. Эд сомкнул губы и положил обе руки на пол. Взгляд, скользнувший между его маленькой головой и руками, слегка дрогнул. — Если коротко, я не хочу обременять вас, Деон, когда вы и так заняты. Всё, что я хочу сказать… — … — Прошу, помилуйте того, кого увлекли мои слова. — В итоге ты говоришь, что возьмёшь его на себя… Деон отпустил инкуба. Тот рухнул на пол и приглушённо закашлялся. Раз он в таком состоянии, а Эд здесь, он всё равно не убежит. Оставив инкуба позади, Деон опустился перед Эдом на одно колено. — И тогда ты умрёшь. — Что ж… но… То, как Эд пытался взять на себя чужой грех, напоминало человека, который уже умер. И больше всего… Деон бросил взгляд на белые перчатки Эда. Они были изношены от частого использования, но за ними явно хорошо ухаживали. Деон отступил. — …Тебе повезло. Ладно, я сохраню ему жизнь. — … — В любом случае очевидно, что ты ничего ему не поручал. Эд не стал бы специально просить о таком. Скорее всего, он надеялся, что всё ограничится советом, а инкуб сам поступил как хотел. — И сомневаюсь, что из-за вопросов безопасности ты вообще смог нормально обсудить свои тревоги. — … — Значит, так. Именно поэтому инкуб в сновидении ничего толком не сказал. Поэтому и свёл всё к «плану», пытаясь остановить его. И всё же: «Это всё моя вина». Как тут не пропустить мимо ушей? Но всё равно. — Не попадайся мне на глаза второй раз. — … — Если этот ублюдок ещё раз попадёт мне на глаза, на этом всё закончится. Не позволяй ему снова оказаться в моём поле зрения. — Да. Спасибо. Эд поднялся, ещё несколько раз поблагодарил Деона и поспешно помог Эйге встать. Нет, пытаясь помочь, он даже огляделся и поднял его так, будто прикидывал расстояние до двери. На мгновение Деон невольно усмехнулся: намерение как можно быстрее убраться с глаз, пока снова ничего не случилось, было слишком очевидно. — Хорошо, что ты не командир корпуса. Деон бросил эти слова Эду, когда тот проходил мимо. Несмотря на небрежность тона, замечание было довольно серьёзным. * * * Как только они покинули комнату Деона Харта и дверь закрылась, молчавший до сих пор Эйга заёрзал, требуя опустить его. Эд послушно отпустил его, и, благополучно оказавшись на полу, Эйга встретился с суровым взглядом Эда и тайком отвёл глаза. Голос Эда, как ни крути, сочился усталостью. — Кажется, я ясно сказал тебе не делать ничего лишнего. — А я ответил, что это моё дело. — Эйга. — Прости. Благодаря тебе я выжил. Эйга послушно извинился. Он вовсе не собирался обрывать заново восстановленную дружбу. Эд открыл рот, словно хотел сказать что-то ещё, но затем тяжело вздохнул и коснулся лба. — В конце концов, виноват я. Так что тебе не за что извиняться. Именно он первым сказал лишнее. Если бы он с самого начала лучше себя контролировал, ничего бы не случилось. Кто тут вообще может кого-то обвинять? Он махнул рукой с усталым лицом. — Ладно, уже почти время. Возвращайся быстрее. У тебя повреждена только шея, так что идти можешь сам. — О, ты даже знаешь, когда я возвращаюсь? — Эйга. — Ладно, ладно. Ухожу. Спасибо за сегодня. Он почти умер — что тут вообще хорошего? Недоумённый взгляд проводил затылок Эйги. Но тот быстро покинул место, шагая куда легче, чем раньше. Горло болело, но на душе было удивительно свежо. «Ты назвал меня другом». Он думал, что этого никогда не случится. И правда, он прошёл долгий путь. Потому ему было ещё радостнее. Эйга исчез, а Эд, оставшись на месте, взглядом осмотрел пятно, где тот стоял. И тогда взгляд, наблюдавший за ними с тех пор, как они вышли из комнаты Деона Харта растрёпанными и телом, и выражениями лиц, сдвинулся. — Всё-таки это произошло. — … Эд резко обернулся на голос, внезапно прозвучавший за спиной. Он глупо моргнул, увидев знакомое лицо. — Бен? — Да. — Не могу поверить, что я не заметил вас, пока доктор сам не заговорил… — Похоже, ты был слишком рассеян. — Верно… В обычной ситуации Эд первым бы заметил его взгляд. Но Эйга едва не умер, а чувство вины из-за того, что пришлось полагаться на снисхождение и милость господина Деона, задержало возвращение в себя. Эд горько улыбнулся. Бен, глядевший на него без выражения, заговорил: — Я не знаю, что произошло, но примерно представляю причину. — … — Скорее всего, потому что ты замялся посередине. Эд застыл, словно ему ткнули в слабое место. Острые слова безжалостно впились в сердце, будто Бену было всё равно на его реакцию. — Вероятно, поэтому тот человек оказался втянут и пострадал. — Вы знали? — Было бы странно не знать. — …Тогда. Холодный голос понизил температуру вокруг. — Что вы хотите сказать? — …Есть кое-что, что Деон сказал мне недавно. Я собираюсь использовать это как есть. В тот миг, когда у Эда возник вопрос, Бен схватил его за ворот. Прижав его к стене, он посмотрел ему в глаза и прорычал. Когда-то, в прошлом, когда он предложил Деону алкоголь по приказу Короля демонов, Деон Харт сказал ему ровно те же слова. — Веди себя как следует. Не будь неуклюжим. * * * Сейчас в мире демонов было тихо, но скоро он снова нападёт. Давать миру людей время наводить порядок не приносило никакой выгоды. Поэтому монархи мира людей начали готовиться ко второй битве. Но прежде было кое-что, что нужно обсудить. [Что делать с королевством Тэхон?] Королевство, ставшее вассалом Рвече после обещаний защиты и поддержки, теперь фактически считалось предателем. Можно сказать, что ясных доказательств нет, но армия Короля демонов перешла границу королевства Тэхон и напала на Рвече. Тэхон ничего об этом не сказал. Даже сейчас он молчит, будто сказать ему нечего, — какое ещё доказательство может быть убедительнее? Более того, кроме Тэхона, среди вассальных государств, собранных Горным королевством, было ещё несколько королевств, которые, судя по обстоятельствам, предали их. Монархи не могли закрыть на это глаза и первым делом собрались обсудить, как поступить с такими королевствами. Первым заговорил император Империи. — Их нужно стереть с лица земли. Заявление было довольно радикальным. — Сейчас нам и так не хватает сил, чтобы полностью сосредоточиться на мире демонов. Нельзя оставлять зудящий затылок. Нет гарантии, что случившееся с Рвече не повторится. Рвече удалось пережить это потому, что войска были подготовлены заранее, но на одну и ту же удачу дважды рассчитывать нельзя. — Стереть их с лица земли тоже потребует войск. Со стороны Горного королевства прозвучал голос, словно возражающий. ---------- Не действуй так топорно (3) Это был не голос королевы Ёнхвы. Значит, говорит тот советник рядом с ней? Эльпидиус закрыл рот, решив сначала выслушать. — Слова стирают вещи, но в конечном счёте это тоже война. Мы не можем начинать войну внутри мира людей, когда нам нужно сохранить хоть немного больше войск. Думаю, лучше ограничиться наблюдением минимальными силами и сосредоточиться на противостоянии миру демонов. — Для этого наблюдения тоже нужны военные. — Но это обойдётся дешевле, чем война. И вероятность напрасно потерять жизни драгоценных солдат тоже снизится. — А если нам действительно ударят в спину? — Мы и наблюдаем, чтобы этого избежать. Когда они что-то замыслят, вы сможете заранее получить сведения и подготовиться. — То есть если сведения поступят, когда мы будем в самый разгар сражения с армией Короля демонов и героями, вы предлагаете снять войска с поля боя и заняться ими? Очень эффективно. Разумеется, сказанное ею было верно. Теория была прямой и правильной, но… в глазах Эльпидиуса стояло раздражение. После потери дяди он и так делал вид, что не слишком чувствителен к внутреннему врагу, и не желал оставлять сожалений. Поэтому нет ничего странного, что человек, осторожный и подозрительный, преграждающий ему путь, не мог вызывать у него симпатии. Его голос стал ниже. — Уверен, вы не знаете масштаб армии, которую мы собрали, чтобы одновременно сражаться с героем и защищать крепости от армии Короля демонов. Если они двинутся разом, не найдётся королевства, способного долго продержаться. По крайней мере, среди стран-предателей. Им повезёт, если выдержат три дня. Люди-крысы и масштабы имели крысиные. Три королевства объединились. Битва за убийство героя — это лишь вторая битва на словах, а по сути — финальная. Войска собирали, выжимая силы из тех, кому и так не хватало людей. Те, кто не выдержал бы даже простого союза трёх королевств, будут уничтожены мгновенно. — Не нужно слишком держаться за здравый смысл. Сама собранная нами военная сила — ненормальна, так почему вы всё время пытаетесь строить планы в рамках, которые к ней не подходят? Я знаю, что стратег должен постучать по каменному мосту, прежде чем перейти, но на этот раз хотелось бы немного больше смелости. Расплывчатые и неуклюжие меры могут в итоге задушить их самих. Почему они не понимают, что это всё равно что велеть кошке не охотиться, а только смотреть, потому что мышь может её укусить? Стратег Горного королевства умолк. Если бы это была обычная словесная перепалка между Горным королевством и Империей, каждая сторона осталась бы при своём мнении. Но победитель в таком споре определялся не так. — Не дави слишком сильно. Это последний шанс, так разве не естественно, что стратег будет осторожнее? Когда раздался голос человека с наибольшим весом в этом собрании, Эльпидиусу пришлось замолчать. Рвече поддерживало войска более высокого качества, чем любое другое королевство, даже чем Империя. Почти все герои были собраны именно ими, и потому другие страны не могли не ставить мнение Рвече на первое место. Король Рвече, прекрасно понимая это, говорил через камень связи медленно: — В словах императора есть правда, но я тоже склонен согласиться со стратегом Горного королевства. Он знал вес своих слов и потому должен был тщательно думать перед тем, как говорить. Старый король, которому приходилось двигаться дальше вместе с миром, открыл часть себя молодому императору, чтобы тот не счёл это оскорблением. — Быть может, я просто стар, но у меня уже нет смелости идти на новые авантюры. Разве мы и так не взяли на себя достаточно большой риск? Ситуация была такой, что успех лишь едва окупал затраты, а неудача разрушала всё. Но лучшего варианта не было, и потому приходилось идти на это. Как и большинство людей, которые с возрастом неизбежно стремятся к устойчивости, старый король не хотел брать новые риски своей остывающей кровью. — Император, ваш план в случае успеха принесёт пользу, но если хоть что-то пойдёт не так, он может разрушить всё, что мы отчаянно готовили. Риск провала слишком велик по сравнению с возможной выгодой. — Но сама вероятность провала…! — Как бы низка она ни была, пока это не ноль процентов, мы обязаны думать и о провале. Я король, отвечающий за страну. В моих руках жизни бесчисленного множества людей. План императора при успехе просто приносил выгоду, но при провале становился смертельно опасным. Если быть неосторожными, они могли рухнуть ещё до того, как увидят лицо героя. Нельзя же провалиться, даже не попытавшись убить героя. «…Даже если вероятность провала низка». Почему нельзя просто ворваться, быстро растоптать их и быстро вернуться? Эльпидиус медленно перевёл взгляд, проглатывая тяжесть в груди. Линделл Райнер, который тревожно наблюдал за ним краем глаза, внезапно подал знак, что мнение короля Рвече следует уважить. Похоже, если настроение действительно пойдёт в эту сторону, он собирался уговорить Алетею остановить брата. С его точки зрения это, вероятно, было к лучшему. Облегчение на лице было слишком явным. «В любом случае ссориться с Рвече невыгодно». Эльпидиус и без этого собирался последовать воле короля Рвече. Весь план невозможно было воплотить, если Рвече откажется. Поэтому, хотя собеседник не мог его видеть, Эльпидиус медленно кивнул. — Хорошо. — Спасибо за понимание. Теперь оставшаяся проблема… Намерение продолжить разговор и тем самым спасти атмосферу от неловкости было очевидно. Это было не плохо, так что Эльпидиус принял ход. — Нужно найти способ заставить Деона Харта и рыцарей-убийц столкнуться с нашими героями без демонов и прочих примесей. Когда демоны сталкиваются с героями, ограничения мира людей для них снимаются. Они даже не слабость Деона Харта, так что ему будет всё равно, кого они убьют или умрут ли сами. Они станут по-настоящему раздражающим препятствием. Лучший вариант — чтобы с героями столкнулись только Деон Харт и рыцари-убийцы. Рыцари-убийцы — люди, не герои, и ими Деон Харт дорожит. Как в прошлый раз, они станут отличными заложниками. Но проблема в другом. — После того случая Деон Харт попытается отделить моих рыцарей и двигаться дальше. Если он возьмёт их с собой, они лишь станут помехой. Деон Харт не настолько глуп, чтобы повторить одну и ту же ошибку. Даже если он пойдёт с демоном или один, собственных рыцарей сопровождать он уже не позволит. Деона Харта можно выманить, но рыцарей-убийц вместе с ним — нет. Словно думая о том же, королева Горного королевства сказала: — Из всех возможных вариантов для нас наиболее выгодно, чтобы Деон Харт двигался один. — Пожалуй. — Тогда, думаю, основой следует считать столкновение с Деоном Хартом как с одиночкой и искать способ подавить его природные способности… — Было бы неплохо найти способную шаманку. Раз заклинанием удалось подавить способности демонов, возможно, получится и с героем. Горное королевство находилось на юге, где шаманов было много. Империя тоже будет искать, но если сама страна активно возьмётся за дело, найти удастся быстрее. — Конечно. Королева Горного королевства послушно согласилась с мягко высказанной просьбой. Эльпидиус кратко поблагодарил её за поиски шаманки и перевёл взгляд на Линделла Райнера, которому, похоже, было что сказать. Тот, словно ждал взгляда, разрешающего говорить, открыл рот: — Всё сказанное имеет смысл, но всё же будет жаль даже не попытаться привлечь рыцарей-убийц. Как насчёт того, чтобы оставить ваши базовые предпосылки и метод, но добавить способ, который принесёт пользу при успехе и ничего не будет стоить при провале? — Что? — Разместить рядом с местом битвы с Деоном Хартом тех, кто сможет задеть соревновательный дух рыцарей-убийц. — Желание победить… Судя по их характеру, который он видел раньше, желание победить действительно могло стать неплохой приманкой. Если они всей группой начнут настаивать, Деон Харт может уступить. Но… есть ли такие люди, способные разжечь их соперничество? «…Если вспомнить, давно». Он помнил рассказ о том, как отряд рыцарей-убийц столкнулся с другим рыцарским орденом на поле боя. Эльпидиус, вспоминая, слегка нахмурился. — Вы говорите о «безымянных рыцарях»? Мне на ум приходят только они. Если так, я должен сказать, что высока вероятность: Деон Харт не позволит убийцам сопровождать его. В последней битве они потеряли многих и к тому же тоже являются героями. — Я имел в виду не их. Это совершенно обычные люди. Они никогда не сталкивались открыто, но, поскольку сражались как рыцари двух героев, разве не найдётся орден, к которому они могут испытывать тонкое соперничество? Ах. — …Рыцари Примиро? — Их численность, вероятно, тоже неполная. Эльпидиус знал, что большинство погибло в битве за владения Миллер. Оставшимися силами были люди маркиза Примиро… точнее, люди, которых Стигма Примиро взял с собой при подавлении племени Барбай. Как и ожидалось, Линделл ответил: — Осталась примерно треть. — Как и думал, врагов слишком много. — Но это повысит уверенность рыцарей-убийц и увеличит шанс, что Деон Харт пересмотрит решение и возьмёт их с собой. К тому же орден Примиро изначально больше других рыцарских орденов. Даже если осталась только треть, это не жалкое число. — …Ты хочешь использовать их как приманку? — Рыцари Примиро — элита. Линделл Райнер без выражения посмотрел прямо на Эльпидиуса. Похоже, остальные монархи тоже слушали их разговор: в фоне воцарилась тишина. В тихом пространстве прозвучала история боёв рыцарей Примиро. — Двузначным числом они сражались против сотен, трёхзначным — побеждали тысячи. Думаю, называть «приманкой» тех, кто не умирает так легко и сам способен пожрать противника, — оскорбление. — Разве это не потому, что там был «герой» Стигма Примиро? И даже если без него они могут выдать названную тобой силу, если Деон Харт в итоге придёт один, это обернётся полной катастрофой. — Если они истощат его силы перед столкновением с героями, разве одного этого не достаточно? И я заранее сказал: если получится — нам польза, если провалится — ничего страшного. Терять было действительно нечего. Их число изначально было мало, так что при грубом распределении сил они почти не учитывались. Вместо того чтобы держать их в резерве, можно было просто отправить туда. К тому же ходили короткие слухи, что Стигма Примиро заботился о Деоне Харте. Если это правда, то, поскольку это рыцарский орден, связанный с близким ему человеком, Деон Харт, возможно, хотя бы на мгновение замешкается. «Хотя… судя по итогам битвы за Миллер, вероятность этого крайне мала». Но это не было главной целью. Раз вероятность всё же существовала, попытаться стоило. Эльпидиус снова обратил взгляд к камню связи. — Вы всё слышали? Он собирался действовать так. Какой смысл возражать против плана Империи использовать оставшиеся войска самым неопределённым образом? Каждый монарх охотно кивнул. ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (1) Дзинь. — Хм-м~ Деон тихо напевал и опустил в чай кубик сахара. Его редкая лёгкость, почти беспечность, заметно отличалась от обычного вида человека, несущего тяжёлую ношу. Король демонов, до этого просматривавший документы, перевёл на него взгляд. Недоумение вскоре сменилось лёгкой усталостью, когда число кубиков сахара, один за другим падавших в чашку, перевалило за шесть и дошло до седьмого. — Похоже, случилось что-то хорошее? Деон на мгновение замер, словно забыл о присутствии Короля демонов, и поднял голову. В его ясных, лишённых эмоций глазах отражался дьявол. Ответа не последовало, но Король демонов всё равно продолжил: — В этих документах хорошие новости? Я как раз думал, почему ты вдруг обрабатываешь бумаги в моём кабинете. Вид у тебя такой, будто хочешь чем-то похвастаться. — …Нет. Хороших новостей там нет. И хвастаться мне нечем. — Тогда? — Нужна причина? Деон сухо ответил и отпил чай, в котором растворилось слишком много сахара. Даже делая глоток, он другой рукой держал документ и пробегал глазами строки. Когда приторно-сладкий запах чая заполнил кабинет, Король демонов открыл окно. Внутрь вошёл поток воздуха, и выражение Деона стало куда спокойнее. Голос Короля демонов мягко зазвучал в тихом пространстве, будто фоновая музыка: — Причина действительно не обязательна, но… сегодня ты выглядишь особенно довольным. — … — Я думал, после всего, что случилось, настроение у тебя будет плохим. Рад, что всё не настолько ужасно. Знает ли он о том, что произошло прошлой ночью, или говорит обо всём случившемся в последнее время? По привычке мысли Деона на миг повернулись к попытке понять намерения дьявола. «В любом случае бесполезная информация». Деон сознательно оборвал размышления и снова сосредоточился на документах. Это был отчёт Девелании, полученный в ходе наблюдения за каждой страной по ранее отданному приказу. По крайней мере первая страница содержала бесполезные сведения. «Масштаб героев Рвече». Перелистав страницу за страницей, он посмотрел на документ и вернулся к первой. Лиринель уже всё выяснила. Она даже знала опорные узлы магической формации. Слишком поздно. Что делать, если командир Второго корпуса, чьё основное дело — сбор сведений, узнаёт позже командира Одиннадцатого корпуса? Деон посмотрел на исписанный чернилами мусор и протянул руку к Королю демонов. — У тебя есть ножницы? — Ножницы? Вот. Зачем? …Кажется, порядок вопросов и действий был перепутан. Разве обычно не спрашивают «зачем» до того, как дать вещь? Как бы то ни было, Деон взял ножницы и начал резать документы. Он действовал смело, не вырезая ничего конкретного, а просто кромсая листы на мелкие куски. Тихий звук, отчасти жутковатый, содержал и намерение сорвать злость на Девелании, которая продолжала высокомерно его поддевать. Король демонов, наблюдавший с интересом, мягко заговорил: — Если хороших новостей нет и хвастаться нечем, зачем ты пришёл сюда? Обычно он занимался бумагами в своей комнате или личном кабинете. Вопрос прозвучал спокойно, без особого скрытого смысла. Деон положил ножницы и усмехнулся ему. — Пора. — А. Кто мог не понять значения этих слов? Под лёгкое восклицание понимания Деон отодвинул чашку и развернул посреди стола карту. — Всё равно скажу это на совещании… но сейчас сообщу тебе заранее. Прямые пальцы указали на три места. — Как ты, вероятно, уже знаешь, монархи каждой страны находятся здесь и здесь. Вместо того чтобы неуклюже распределять силы, они собираются сосредоточить всё в одном месте и встретить армию Короля демонов. — То есть армия Короля демонов сможет без помех дойти до замков, где находятся монархи. — Хм. И? Красные глаза спрятались в изогнутом прищуре. Деон, приподняв уголки губ, сказал: — Мы нападём на три королевства одновременно. Глаза Короля демонов расширились, словно он услышал нечто неожиданное, а затем он широко улыбнулся радостью, граничащей с безумием. С высоко поднятых уголков губ сорвался мягкий, но возбуждённый голос. — Сразу нападать на несколько стран… Такого ещё не было в истории мира демонов. Бывало, что сначала атаковали одну страну, а потом другие королевства объединялись, и в итоге приходилось иметь дело с несколькими странами. Но с самого начала одновременно нападать на несколько — такого не было. Разве естественный ход не в том, чтобы сокрушить одно королевство, а затем перейти к следующему? — Так мы сэкономим время. Они и так загнаны в угол и потеряли много войск. Если мобилизовать все корпуса, этого хватит. — Ха-ха, пожалуй! Ты радуешь меня даже тогда, когда конец близок. Вот почему я не могу тебя отпустить. Как выбросить игрушку, которая всегда делает что-то забавное и не наскучивает? Король демонов отложил бумаги, которыми занимался, подошёл к дивану напротив Деона, сел, закинув ногу на ногу, и весело улыбнулся. — Хорошо. Раз мир людей поставил на кон всё, нам тоже следует проявить уважение. — … — Благодаря охотничьему состязанию нам не нужно беспокоиться о монстрах. Опасных факторов, способных напасть на Замок Короля демонов, нет, так что в обороне нет необходимости. Разумеется, существовали и другие расы Бездны — феи, вампиры, дворфы, гиены, — но пока Деон Харт жив, они не нападут на Короля демонов. Ведь они пытаются чего-то добиться через Деона Харта. Когда полезность Деона Харта закончится, самого Короля демонов уже не будет, так что беспокоиться не о чем. И потому: — Это значит, что сейчас самый подходящий момент мобилизовать все корпуса и всех командиров корпусов. — … — Составь план, чтобы выдвинуть всё разом. Это будет весело. — …Согласно расследованию Девелании, они равномерно разделили войска и разместили их по замкам. В каждом примерно по четыре героя. Деон, словно ожидал разрешения или считал его само собой разумеющимся, продолжил: — Это означает, что их главная сила — герои — не размещена в замках. — Значит, они собираются сражаться где-то вне замков. — Да, я тоже так подумал. И, по совпадению, есть записи о патрулях разных стран, блуждавших по нескольким районам, будто они выбирали место, где герои смогут сражаться… Несколько раз перелистав бумаги, Деон нашёл нужное место и положил его сверху. В район А один раз приходили из Империи, в район Б — дважды из Горного королевства и один раз из Рвече… Он постучал по верхней строке таблицы, удобно составленной по частоте посещений. Глаза Короля демонов последовали за кончиками пальцев. — Это место посещали особенно часто, и маршруты там сильно пересекаются. Вероятно, они планируют сражаться здесь. Это место находилось внутри треугольника, образованного замками трёх стран. Оттуда можно было быстро добраться до любого из них и вернуться. Король демонов слегка пожал плечами. — Похоже, это для того, чтобы разобраться с тобой. Они пытаются тебя выманить? — Да. Возможно. — Не могу поверить, что они даже подготовили отдельные войска и поле боя для тебя. Ты популярен, Деон. — Чепуха. Деон, раскинувшийся на просторном диване и едва не сползший с него, поднял документ, который резал, и снова нашёл отложенные ножницы. Дерзкие ответы сопровождались столь же дерзкими действиями. Король демонов рассмеялся, глядя на человека перед собой, которому, казалось, всё было безразлично. — В словах и действиях перед дьяволом ты удивительно свободен. — Разозлишься? — Нет. Продолжим разговор. Ты знаешь, чем они будут тебя выманивать? Хрусть. Ножницы отрезали край документа. — Подробностей пока нет. Впрочем, не важно. Я всё равно собираюсь попасться. — Похоже, ты намерен двигаться один. Уверен, рядом с другими тебе было бы неудобно. — Да. В этот раз я займусь большей частью героев, так что вреда для осады с другой стороны не будет. — Ты знаешь местность? — Предполагаемое поле боя — равнина, но вокруг много скал и гор подходящей высоты. — С точки зрения людей выбор удачный. Там легко разместить дальнобойных героев, а героям ближнего боя удобно бесноваться. И даже зная это, он хочет попасться на приманку? Король демонов, поглаживая подбородок и глядя на разбросанные по столу документы, внезапно спросил: — Ты правда справишься один? — Одному нормально. — Полагаю. Как он сказал, герою будет проще, если другие не будут его сдерживать. Но если действовать грамотно, можно сражаться куда удобнее. Зачем позволять выманить себя на невыгодную местность? Деон добавил ответ, словно поздно понял смысл вопроса. — Если я не поддамся, будет хуже, если все эти герои изменят план и отправятся поддерживать каждый замок. Я не хочу из жадности всё разрушить. — …Хорошо. Тогда спросим об обратном. — … — Ты уверен, что осада будет успешной силами без героев? Рука, резавшая бумагу, остановилась. Деон оторвал взгляд от документа и посмотрел на Короля демонов. Тот, словно спрашивал, зачем задавать бесполезный вопрос, широко раскрыл глаза и помахал документом, который непонятно когда поднял. — Судя по четырём героям, размещённым в одном месте, они не отказались от оборонительной битвы. Но ты не можешь сказать, что вероятность провала равна нулю. Если они запрутся в замках с этими войсками, прорваться или вытащить их будет трудно. — … — Пока демоны полностью вернулись в мир демонов и отдыхают, они наверняка спешно перевозили продовольствие. Дай посмотреть. Король демонов положил документы о размещении героев, порылся в кипе бумаг и быстро нашёл нужный фрагмент. — Верно. Здесь сказано, что из Рвече перевозили продовольствие в каждую страну. — …Если будешь без спроса копаться в чужих документах, нарвёшься на неприятности. — Разве ты положил их здесь не для того, чтобы я увидел? Полагаю, раз принёс сюда, ты не против, если я хотя бы посмотрю. Правильный ответ. Деон не стал отвечать, поднялся, отпил чай и прокрутил в голове слова Короля демонов. Мир людей, похоже, решил сражаться насмерть. Рвече делится продовольствием. И выводом стало… «Король Рвече впечатляет». …Это было невероятно спокойное чувство. Если бы Рвече использовало запасы только для себя, оно могло бы продержаться дольше, разместив войска в замках, через которые врагу пришлось бы пройти, вместо того чтобы цепляться за один. Король принял очень серьёзное решение. Рвече равномерно поделилось накопленными войсками с союзниками, которым не хватало военной силы. Героев, которых они с трудом собирали, отдали как команду для поимки героя, а продовольствие, и так скудное из-за долгой засухи, разделили с союзниками. Пусть это был неизбежный шаг ради защиты мира людей, решение было по-настоящему смелым. «Только Горное королевство и Империя смогли перевести дух». Вдобавок к долгой засухе они страдали без подходящего торгового дома. Теперь, должно быть, оживились. В любом случае вопрос задан, надо ответить. Даже если подумать ещё раз, вопрос бесполезен. Деон снова двинул рукой и продолжил резать бумагу. — Армия Короля демонов уже вторгалась в мир людей и без героя. Король демонов мягко приподнял уголки губ, услышав столь очевидный ответ. — Но ни разу не преуспела. — Поэтому мы и мобилизуем все корпуса необычным способом. Противником «героя» изначально был командир корпуса. Герой сражается с дьяволом, а герой — с командиром корпуса. — Достаточно будет разместить по четыре корпуса на каждый замок. — В замке по четыре героя, а у некоторых корпусов нет командиров. — Эту часть… Хрусь. На мгновение повисла холодная тишина. Король демонов, замерев, тихо посмотрел на пальцы Деона. Деон тоже опустил взгляд на боль в кончике пальца. …Палец был рассечён пополам. — А. — Что значит «а»… Бен, будто прибежал сразу, постучал снаружи, но тут же повернул назад, почувствовав, что сигнал прекратился. Король демонов забрал ножницы из руки Деона и осмотрел только что заживший палец. Не обращая внимания на то, что другой трогает его руку, Деон сидел неподвижно и думал. К счастью, ему кое-что пришло на ум. Магический предмет, который Эд когда-то показывал, чтобы поднять ему настроение. «Да, был же жезл-снежинка». ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (2) Не обязательно приставлять командира корпуса к каждому герою. Деон собирался заставить командиров корпусов самим закрывать пробелы, но теперь, кажется, в этом не было необходимости. «Если подумать, при нехватке людей можно сделать климат своим союзником». Деон вспомнил жезл, которым однажды пользовался сам. Если срезать конец, содержимое вылетало, как фейерверк, и заставляло падать снег. Говорили, что его разработали для военного применения. И правда, несмотря на название, похожее на детскую игрушку, сила была весьма впечатляющей. …Тогда он порезал себе половину пальца, срезая конец жезла. «Почему я об этом забыл?» Предмет был полезен во многих смыслах. Взрывная сила, способная рассеять снег в широком радиусе, и сильнейший холод, не позволяющий снегу растаять и превратиться в дождь, сработали бы даже при прямом выстреле по врагу. Деон опустил взгляд. Король демонов нажимал и растирал место, где была рана. — Быть героем удобно. Зажило без следа… — Король демонов. — А? Только тогда Король демонов оторвался от его пальцев и поднял голову. Деон вытащил руку из его хватки и спросил: — Ты знаешь, сколько у нас жезлов-снежинок в запасе? — Снежинок… А, давно я не слышал этого названия. Сначала он выглядел так, будто услышал незнакомое слово, а потом издал возглас понимания. Если бы предмет активно производили и складировали, такой реакции не было бы. Брови Деона чуть сошлись, когда он увидел, что собеседник будто совсем забыл о нём. — Неужели производство остановили? — Скорее не остановили… Изначально это был пробный проект. В духе: «А что, если сделать вот так?» Его разработали просто потому, что захотелось, так что массово не производили. Если бы это был официальный продукт, его бы не назвали чем-то подобным. Честно говоря, название было слишком грубым даже для вида. И всё же, хотя это был опытный образец, Деон думал, что с учётом эффективности его скоро запустят в производство. — При изготовлении приходилось очень тонко обрабатывать магический камень, поэтому работы было много. Разве подходит для массового производства? В итоге от него отказались. — А… — Но, вероятно, кое-какие остатки есть. Где-то здесь должен быть связанный реестр… Он поднялся и подошёл к книжному шкафу. Провёл пальцами по ряду сложенных реестров, остановился в одном месте и вытащил нужный. Полистав страницы и изучив записи, Король демонов поднял голову, словно нашёл искомое. — Осталось два обычных жезла-снежинки и один жезл кровавого снега. — …Жаль. Меньше, чем Деон ожидал. Прямо по врагу стрелять не получится. Он тихо цокнул языком. «И всё же надо радоваться, что минимальное число есть». Можно начать с того, чтобы выпустить по одному над каждым замком. Словно уловив мысли Деона, Король демонов, вернув реестр на место, медленно приподнял уголок губ. Его мягкий голос лёг поверх звука шагов, возвращающихся к месту. — Использовать их, чтобы вытащить тех, кто заперся внутри? — Да. Если точно нацелить в небо над замком и применить, урожай, который они собрали, замёрзнет или испортится. Тогда они не смогут продержаться из-за нехватки еды… — В крайнем случае им придётся атаковать в лоб. С их стороны это будет бой на голодный желудок. А раз они уже проигрывают, психологически будут подавлены и не смогут показать всю силу. Такая ситуация в некоторой степени компенсирует нехватку командиров корпусов на нашей стороне… Неплохо. Один из них — жезл кровавого снега, но для нужного эффекта это не проблема. Точно. Деон кивнул. Раз так, лучше применить его там, где отдача будет максимальной. В какой стране выгоднее использовать жезл кровавого снега? Ответ пришёл быстро. — Жезл кровавого снега я планирую использовать в Горном королевстве. — Почему именно там? Должна быть особая причина. — Горное королевство находится на юге, где много шаманов. Они будут особенно чувствительны к суевериям, так что это усилит тревогу населения внутри замка. Деон видел, насколько страшны суеверия, в книге с записями прошлого. Люди без всякого основания толковали происходящее как гнев небес и, обвиняя короля в пороках, убивали его. Во имя умиротворения природы они приносили в жертву людей и даже ели детей, веря в безосновательный миф, что это сделает их здоровыми. Так что если с неба пойдёт кровавый снег, народное чувство станет тревожным. Уродливая масса не сможет преодолеть собственный страх и захочет поскорее объяснить зловещее явление, придумав несуществующую причину. В каком-то смысле естественно, что всё придёт к суеверию. — Хорошее решение. Король демонов рассмеялся. — Отдельные люди могут быть умны, но толпа глупа. В войне основа — трогать «народные настроения» другой страны. Один-два вьюна всегда мутят воду. Когда люди опомнятся, даже умные окажутся втянуты в бессмысленные споры с глупцами и потащены за ними, не сумев придумать решения. Или, даже придя в себя и попытавшись действовать правильно, они будут сметены большинством, которое уже увлеклось. Вероятно, начнутся внутренние раздоры. Справиться с этим будет сложнее именно потому, что это не вооружённый мятеж, а распря на основе общественного мнения. — Потому что дрожь народных настроений означает дрожь королевской власти. Для Горного королевства, фанатично верящего в своего правителя, это станет особенно сильным ударом. — …Да, вероятно. И в этот раз он понял верно. Деон посмотрел на Короля демонов, выглядевшего особенно довольным, и отвёл взгляд. Как дворянин и почётный граф, он хорошо знал устройство верхов. Пошатнувшаяся власть короля приведёт к проверкам и сдерживанию со стороны знати. Что бы он ни пытался сделать, перед ним неизбежно возникнут препятствия. — Жадные дворяне даже в такой ситуации будут стремиться урвать больше, так что появятся проблемы с системой командования. Противостояние и взаимные проверки ради того, чтобы вырвать себе больше власти. Одного этого достаточно. Деон расслабил тело, которое непроизвольно напряглось от размышлений, и снова перекатился на диване. Король демонов, некоторое время смотревший на него, задал ещё один вопрос: — Когда собираешься использовать жезлы? — Я видел раньше: хотя снег шёл недолго, холод, снижающий температуру, держался довольно долго. Пока холод остаётся, даже обычный дождь превратится в снег. Значит, вреда от предварительного применения не будет… — Планируешь тайно отправить людей, чтобы использовать их? — Нет. Тогда есть вероятность, что они снова добудут продовольствие. Нужны войска, чтобы этому помешать. Лучше отправить их как передовой отряд. Поэтому Деон встал и посмотрел Королю демонов прямо в глаза. Его взгляд крепко осел, словно это была главная мысль. — Можем провести совещание командиров корпусов прямо сейчас? Голос был таким же твёрдым, как взгляд. Король демонов не ответил сразу. Он молча поднялся, обошёл стол, разделявший пространство, медленно подошёл к Деону и приложил тыльную сторону ладони к его лбу. Между ними прошла короткая тишина. Затем мягкий вопрос прозвучал почти шёпотом: — Прямо сейчас? — Да. — У тебя всё ещё жар. Тёплота ощущалась на тыльной стороне руки. Король демонов посмотрел Деону прямо в глаза, приподнял уголки губ и мягко спросил: — Куда такая спешка? — … — На один только сегодняшний день уже достаточно и даже с избытком. Как насчёт немного отдохнуть? — … — А, верно. Можно было бы после короткого сна. Тебе, должно быть, тяжело держаться в эти дни, раз ты даже лекарства не принимаешь. В какой-то момент Деон перестал принимать лекарства. И только ли это? Начиная со смерти Дана, бесполезные привычки исчезали, и теперь остались лишь базовые привычки из детства. Можно ли считать это положительным? «…Нет, появилась новая привычка». Молчаливо смотреть на собственные руки всякий раз, когда появляется время. Если это считать привычкой, то да… но он всё время казался человеком, который вот-вот рухнет. А теперь ещё и не спит — будто это нормально. С отчётливым чувством дискомфорта Король демонов смотрел на Деона, будто наблюдал за ним. — …Не лезь. Деон, исказив лицо от недовольства словами и действиями Короля демонов, грубо оттолкнул руку, всё ещё касавшуюся его лба. — Это не жар. Это базовая температура тела. — …Да, раз она уже ниже не опускается, назвать её «базовой» не совсем неправильно. Разумеется, это совершенно точно была не «нормальная» температура тела. От добавленного замечания уголок губ Деона дёрнулся, будто ему стало смешно. — И что, если одна из причин этого стоит передо мной и говорит такие вещи? Причина жара — стресс. А самый большой кусок этого стресса занимал дьявол прямо перед ним. Резкий голос продолжил: — Разве с недавними событиями не так же? — Если ты о Дане, он просто сделал то, что хотел. Я ничего не делал. — В тот момент, если бы Дан первым не решил взять грех на себя, ты предложил бы принести его в жертву. Король демонов посмотрел на Деона с молчаливым подтверждением, будто слегка тронутый такой краткой формулировкой. Отрицать он не собирался, поэтому пока держал рот закрытым… Но почему это всплыло здесь? Ответ прозвучал в следующих словах. — Так что я говорю не о «деле Дана», а о твоих действиях, когда ты защищаешь меня. Король демонов всегда окружал Деона Харта. Сам Деон знал это лучше кого-либо. «Причина очевидна». Ради собственных целей. Он защищает меня ради своей цели и безжалостно выбрасывает всё, кроме «Деона Харта», ради неё. Как я могу принять это без боли? По обстоятельствам бросать окружающих против своей воли — по-настоящему ужасно, но абсолютная защита действительно успокаивает. — Возможно, ты знал, какое влияние это оказывает на меня. Деон впился взглядом в Короля демонов. Проницательный Король демонов должен был знать, что для Деона Харта это значительный стресс. — И всё равно прикрываешь, лечишь и заботишься. Вражеский ублюдок беспокоится о моём теле. Он не просто не дал мне задохнуться, но заботился и о психике. Разбирался с последствиями моих аварий, лечил, когда я ранился, пытался уложить спать, когда я отказывался спать, и учил своим увлечениям. Это было не просто источником стресса — от этого казалось, что я действительно схожу с ума. — Впрочем, теперь это не имеет значения. — … Он внезапно вспыхнул и столь же внезапно остыл, будто ничего не было. …Теперь Король демонов наконец понял природу дискомфорта. Принимая искривлённые эмоции, граничащие с любовью и ненавистью, он тихо улыбнулся. Деон Харт не восстановился нормально. — Песок из разбитого стекла ранит меньше, чем небрежно сломанные осколки. — … — Ты хотел немедленно провести совещание командиров корпусов, верно? Если хочешь. Делай как вздумается. ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (3) Несмотря на внезапный созыв, командиры корпусов собрались быстро. Они знали, что Деон не станет отдавать приказ о сборе без причины, и потому следили за его движениями не с недовольством, а с вопросом в глазах. Деон спокойно прошёл по комнате, остановился и внезапно открыл рот: — Пришло время закончить эту проклятую войну. Короткий отдых завершён. В глазах командиров корпусов появилось предвкушение. — Мы мобилизуем все корпуса и завершим всё в короткий срок. Поэтому сейчас нет необходимости охранять границу или охотиться на монстров. Война закончится раньше, чем образовавшаяся брешь станет настоящей брешью. Уверенный голос продолжал. Под всеобщими взглядами Деон Харт сказал, что использует жезлы-снежинки, вновь объяснив причины, которые ранее обсуждал с Королём демонов. Он добавил, что в качестве передового отряда в каждую страну будет отправлен корпус вместе с командиром. — Передовой отряд, прибыв на место, может сразу использовать жезл-снежинку и до прибытия второго эшелона вести умеренный бой, накапливая усталость противника. Полномасштабное сражение начнётся после подхода всех поздних войск. — … — Разумеется, если можно давить на врага и накапливать усталость без боя, сражаться не обязательно. Важны «психологическое давление» и «усталость». Кто-то из молчаливо слушавших задал вопрос: — Кого вы собираетесь отправить? — Для начала Первый корпус пойдёт в Империю, которая ослабла, но всё ещё сохраняет символическое значение представителя мира людей. — Вы хотите отправить Первый корпус в Империю? — Да. Разве это не соответствует уровню? При упоминании Первого корпуса Джейкар поднял глаза. Деон встретился с ним взглядом и, не получив возражений, счёл это согласием. Затем повернул голову и продолжил: — А в Рвече, которое сейчас обладает сильнейшей военной мощью среди трёх стран, пойдёт Третий корпус… — Простите, Деон. Однако фразу пришлось оборвать, прежде чем он успел закончить. Среди безмолвного изумления и острых взглядов командир Третьего корпуса Ашильд заговорил спокойно: — Третий корпус — личная гвардия. Моя основная обязанность — защищать Короля демонов и Замок Короля демонов, поэтому я не могу просто оставить свой пост. — …Даже если я завершу войну раньше, чем эта короткая брешь станет уязвимостью? — Нельзя пренебрегать неожиданностями. — Я не против. Король демонов, наблюдавший за происходящим, подперев подбородок, вдруг бросил эти слова. Ашильд на мгновение вздрогнул, словно не ожидал такого, но вскоре сделал строгое лицо, будто ничего не случилось. — Разумеется, я понимаю, что моих ничтожных навыков недостаточно, чтобы защитить Короля демонов. Но разве не нелепо оставлять Короля демонов и Замок Короля демонов без защиты? По крайней мере, если я буду здесь, мелочь отсеется, и господину дьяволу будет меньше забот— — Правда? На этот раз речь Ашильда оборвал Деон. Красные глаза засветились зловещей энергией. Пока Ашильд невольно замялся, Деон усмехнулся. — Значит, ты говоришь, что можешь остаться в Замке Короля демонов и действовать «только Третьим корпусом»? — Что? — Ты сказал: «По крайней мере, я буду здесь». Конечно, это не значит, что я оставлю тебя совсем одного. Я оставлю разумное число бойцов Третьего корпуса. Как насчёт того, чтобы остальных, кроме них, использовать в войне? Улыбка почему-то давила. …В первую очередь не существовало силы, достойной отправки войск к Замку Короля демонов. Даже если появятся нарушители, их будет немного, и оставшихся хватит, чтобы подавить их. Значит, это давление точно исходило не от ситуации. Ашильд поколебался и медленно кивнул. Деон, довольный, постучал указательным пальцем по столу. — Тогда, помимо половины Третьего корпуса… нужен командир, который сможет ими управлять. Противник — Рвече. Одной половины корпуса недостаточно. Командира тоже нет. Лучше отправить ещё один корпус вместе с командиром. Пока Деон раздумывал, какой корпус отправить из тех, где есть командир, кто-то поднял руку. — Можно мне? — …Иделия? — Да. Пусть так не выглядит, но я хорошо понимаю силу Третьего корпуса. Уверена, что смогу использовать Третий корпус лучше любого из присутствующих. Третий и Четвёртый корпуса… Деон, вспомнив недавний случай, слегка помрачнел. — Насколько я понимаю, Четвёртый корпус… не в лучших отношениях с Третьим. — Именно поэтому мы лучше знаем их силу. Знать силу врага — основа основ. — Но разве Четвёртый корпус не занимается обработкой информации? — Если ты демон, особенно если ты командир корпуса или боец корпуса, бой — основа, так что беспокоиться не о чем. — …Что ж, ладно. Если Ашильд позволит. Разговор внезапно перескочил на него. Ашильд моргнул и кивнул. — Я не против. — Тогда половину Третьего корпуса оставим Иделии. Возьми их и Четвёртый корпус и иди в Рвече. — Предоставьте это мне. Иделия взмахнула веером, глаза её изогнулись. …Её реакция немного тревожила, но она не из тех, кто будет устраивать ненужные шутки в важной ситуации, так что всё будет нормально. Ашильд смотрел на неё со сложным выражением, а Деон, не интересуясь дальнейшим, сразу отвёл взгляд. — И я думаю отправить Девятый корпус в Горное королевство… Красные глаза оглядели Тровера сверху вниз. Всё его тело будто покрывали трещины — видимо, последствия боя с О. Л. всё ещё оставались. После короткой паузы Деон тихо спросил: — Справишься? Это было не так уж важно, но слова тонко задели нервы Тровера, и его челюсть напряглась. — Разве не естественно, что справлюсь? Никаких проблем! — Настрой хороший. Тогда пусть Девятый корпус идёт в Горное королевство. — Да! Тровер дрожал от воодушевления, будто был готов уйти в любой момент. Деону нравилась его простота. Он усмехнулся и поднялся. — Тогда на этом совещание закончим. Остальное я передам приказами. Командиры корпусов, направляющиеся в передовой отряд, выступят, как только будут готовы. * * * После этого состоялась тренировка Деона Харта и Джейкара. Деон собирался зайти к нему или вызвать его перед отъездом, но всё вышло удачно. Не зря он командир Первого корпуса — догадлив. Ради того, кто последовал за ним под предлогом спарринга, Деон Харт охотно поднял меч. Среди бесчисленных ударов Деон праздно подумал: «Я уже привык к его фехтованию». Хотя они тренировались не так много раз. Это было трудно из-за необычного, свободного и своеобразного стиля: он не только обращался с мечом с яростной силой, но и держал длинный меч обратным хватом, а иногда смело бросал его. И всё же теперь Деон достаточно привык, чтобы даже подражать. Несколько раз отразив удары мечом, Деон отбросил бесполезные мысли и медленно заговорил: — У меня есть дополнительная просьба. — Слушаю. — Если вы победите там и захватите замок… Он на мгновение запнулся, но лишь на мгновение. Возвращаться уже не имело смысла, а оставшийся путь вёл только прямо. После короткой тишины Деон мягко приподнял уголки губ. — Обязательно убей всех остальных демонов. — … Острие меча Джейкара, наносившего удар, на миг дрогнуло. Он быстро отвёл меч, словно пытаясь скрыть волнение, отступил и тихо посмотрел на Деона. Слишком прямой взгляд вгляделся в неподвижные красные глаза. Их взгляды на фоне тишины на мгновение встретились. Затем Джейкар вложил меч в ножны, будто объявляя конец спарринга, и коротко спросил: — Даже командиров корпусов? — Ха-ха. Ответ проще, чем Деон ожидал. Он рассмеялся. — Командиры — в приоритете. * * * После возвращения Джейкара перед Деоном, приводившим в порядок оружие, появился Король демонов. Он подошёл внезапно и непонятно, как всегда, будто слышал их разговор, а может, и нет, и заговорил легко, словно предлагал еду герою, который смотрел настороженно: — Наконец-то я научу тебя технике щита. — … Он сказал «наконец-то». Значит, он тоже знает, что конец близок. Деон безмолвно посмотрел на него. «…Такой разговор произошёл прямо перед совещанием, а у тебя такое бесстыдное отношение». Но неприятных чувств не было. Деон отвёл взгляд и грубо кивнул. — Конечно. Как он сказал тогда, теперь это уже не имеет значения. …Голос, которым он ответил, оказался суше, чем ожидалось. * * * Сообщили, что демоны покинули границу. Услышав новости, равносильные объявлению начала второй войны, три страны немедленно переместили заранее подготовленных героев в район решающего поля боя. То же касалось и рыцарей Примиро, но их разместили так, чтобы они сравнительно легко попались врагу на глаза. Причина была очевидна. «Рыцари Примиро должны быть видны врагам до выхода Деона Харта». Потому что они были своего рода приманкой. Сведения о них должны были достичь ушей рыцарей-убийц до ухода Деона Харта. Нужно было задеть тех, кто среди демонов чувствовал бессилие, и подтолкнуть их последовать за Деоном Хартом. «После выхода Деона Харта придётся раскрыть героев». Герой не пройдёт мимо места, где собралось так много героев. Если они сделают вид, что не знают, а те отправятся поддерживать другой замок, ситуация станет плохой. Оставлять так нельзя. Послать кого-то ещё — катастрофа. Ради сохранения сил Деон Харт сам вынужден войти в ловушку. — Вопрос в том, последует ли он туда, куда мы хотим… — Последует. Там была установлена магическая формация, подавляющая тех, кто войдёт в радиус. Разумеется, все силы, предназначенные для борьбы с ним, имели амулеты, позволяющие свободно действовать в пределах формации. Вопрос был в том, рискнёт ли Деон Харт потерями и согласится ли пройти именно туда, даже если выйдет ради героев. На тревожное бормотание королевы Горного королевства император Империи ответил твёрдо: — Не стоит беспокоиться. Он сам войдёт, зная это. — Как вы можете быть уверены? Линделл Райнер, наблюдавший за разговором со стороны, спросил с любопытством. Алетея широко улыбнулась. — Интуиция. — … Даже по ту сторону камня связи как будто стало тихо. Единственным, кто сохранил спокойствие в ошеломлённой тишине, был император Эльпидиус. Он кивнул, словно это очевидно. — Тогда я спокоен. Интуиция Алетеи довольно хороша. — Это… ничем не обосновано… — Именно её интуиция предсказала предательство Деона Харта. Ей можно доверять. — … Тишина снова опустилась. Алетея слегка пожала плечами и спокойно заговорила: — Тогда мне пора уходить. Если я не присоединюсь быстро, существование и местоположение героев могут раскрыться раньше, чем планировалось. — …Кажется, я слышал, что император стал героем… Лицо Эльпидиуса застыло, а король Рвече произнёс дрожащим голосом: — Но есть ли необходимость стоять в первых рядах? Разве вы не единственная наследница Империи? Вам тоже нужно думать о своей жизни. — Нам нужен хотя бы ещё один герой. Было бы трудно уклониться только потому, что я императрица. Нет, именно потому что она императрица, она не должна отступать. Солдаты, граждане Империи, сражаются снаружи, хотя они обычные люди, а императрица-герой будет прятаться в безопасном месте? Это нелепо. «Поэтому, когда брат впервые узнал, что я стала героем, он, вероятно, пытался скрыть этот факт». Потому что это вопрос её убеждений. Алетея, не колеблясь раскрывшая всем, что стала героем, легко улыбнулась. ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (4) Закончив связь и приготовившись к уходу, Алетея почувствовала тревожный взгляд за спиной и оглянулась. Столкнувшись с выражением почти отчаянным, она на миг остановилась, затем улыбнулась и подошла к брату на шаг. — Брат. — … Линделл Райнер давно покинул комнату сразу после окончания связи. В пространстве, где остались только они двое, Алетея смело взяла лицо императора в ладони и чуть приподняла. Сильный человек, который ещё со времён наследного принца был добр и мягок, который даже в гневе не показывал слабости, смотрел на неё так, будто вот-вот умрёт. Она прошептала мягко, словно успокаивая: — Я обязательно добьюсь успеха. — Это твоя интуиция? — Нет. Но… Губы изогнулись красивой дугой и произнесли знакомую фразу: — Если не получается, нужно сделать так, чтобы получилось. Это были слова, которые часто говорил их дядя, бывший император. Ах, правда… с семьёй не справиться. Эльпидиус рассмеялся так, словно рушился. — Вот как… да. — Если не получается, нужно сделать так, чтобы получилось. Алетея повернулась. Оставив лишь короткое прощание, она отправилась в путь, который мог стать последним, ни разу не оглянувшись. И всё же Эльпидиус не смог её удержать. Не смог остановить. Не потому, что был императором, не из-за политических обстоятельств или чего-то подобного. Он просто не смог сломить волю Алетеи. «Почему именно этот ребёнок стал героем?» Лучше бы это был я. С одной стороны, он обвинял небеса, а с другой — не мог не понимать, почему именно она стала героем, и оттого отчаяние росло. Потому что сейчас она по-настоящему вела себя как «герой». — Всё-таки императором должна была стать ты. В пустом пространстве Эльпидиус тихо пробормотал. * * * Решающая битва была уже близко, и весь мир людей заволокло военными тучами. «…Нет, раз демоны выступили, война уже началась». Королева Горного королевства, отключив связь, оглянулась на Сэрин, стоявшую в стороне. Напряжение приближающейся войны повисло между ними. Ёнхва некоторое время смотрела на неё, затем спокойно заговорила: — После войны… вместо того чтобы сразу уходить, как насчёт осмотреть страну вместе с Гвейн? — … — У нас много красивых пейзажей. Увидишь сама — останешься довольна. Это было слишком надеждой наполненное заявление. Но Сэрин поняла, что оно сказано, чтобы ослабить напряжение, и, как та и хотела, расслабила застывшее выражение и озорно улыбнулась. — Вы не пытаетесь манипулировать мной, чтобы я помогла разгребать последствия войны? — Попалась? * * * Король Рвече тихо погрузился во тьму. Вторая партия… Последний шанс силой довести до конца то, что изначально должно было завершиться в первой партии, собрав всю мощь. Он смотрел в пустоту, будто рисовал будущее, и на мгновение смутно пробормотал, словно шептал: — Мы можем проиграть. Это была война, в которой вероятность поражения высока. Судьба побеждённой страны всегда жалка, а если противник — не люди, а мир демонов, она будет ещё хуже. Но он не жалел. Другого пути всё равно не осталось. — Если мы не можем защитить нынешнее поколение, правильно защитить будущие. Это было лучшее, что мог сделать король страны. Если убить нынешнего героя, когда-нибудь, пусть и не сразу, родится другой. Через это будущие поколения получат ещё один шанс. Поэтому они охотно отдали выращенные войска, героев, которых с трудом собрали, и даже продовольствие. «Никакой любви к человечеству здесь нет. Если бы падение других стран не означало падение Рвече, мы бы не помогали им». Для короля Рвече, у которого не осталось семьи, люди делились на две категории: жители Рвече и все остальные. Свои граждане выше чужаков. Если бы не нынешняя особая ситуация, с какой стати поддерживать другую страну? Накормить собственный народ во время долгой засухи и то было непосильно. Мир людей не был важен. Король должен был защищать мир людей только ради своей страны. Вот и всё. * * * И затем. В замках каждой страны преждевременно выпал первый снег. От тёплого климата Горного королевства до среднего королевства, расположенного к северу от Рвече, — всё произошло одновременно. * * * Возможно, потому что ситуация была военной, Девелания исправно приносила сведения. Поэтому в последнее время Деон часто видел её здесь и там, и она казалась очень занятой. Деон просмотрел полученные документы и равнодушно сказал: — В последнее время ты много ходишь. Девелания, уже направлявшаяся к двери, остановилась и оглянулась с улыбкой. — Мне нужно добывать сведения. — Встречаясь с другими командирами корпусов? — Сведения о наших войсках тоже важны. — Вот как? Шурх. В отличие от напряжённой атмосферы, бумаги перелистывались легко. Деон не отрывал глаз от документов и бросил слова, даже не глядя на Девеланию: — Раз ты так говоришь, видимо, так и есть. — Ухожу. Воздух вокруг него был странно мягким и беспечным. О чём он думает? Девелания, прищурившись, изучала Деона, но ждать долго не могла и вышла, кивнув. Даже без этого она была занята — сегодня нужно встретиться с людьми. «Посмотрим, назначенное время через десять минут». К счастью, она успеет как раз вовремя. Хотелось побыть рядом с Деоном ещё немного, но жаль. Часть содержимого документов, переданных Деону, она намеренно раскрыла, но реакции так и не увидела. Девелания, глядя в конец шумного коридора, словно реакция уже приближалась, оставила сожаление позади и оттолкнулась от пола. Перед тем как столкнуться с виновниками шума, тень на одной стороне коридора стремительно исчезла, словно остаточный образ. Девелания, пользуясь ловким и гибким телом, добралась до места назначения незамеченной и остановилась перед дверью заброшенного склада. Сколько людей собралось? С лёгким любопытством она положила руку на ручку двери. Когда открыла её, все внутри повернули головы в её сторону. «Один, два… хорошо. Все собрались». Закрыв за собой дверь и войдя, она сузила глаза. — Вы решились? — … — Что ж, раз вы пришли сюда, значит, решились. Вы понимаете, что, дойдя до этого места, назад дороги нет? Она вынула из кармана карту и развернула на полу. — Тогда приму это как согласие и объясню. Слушайте внимательно. * * * Деон не заботился о том, ушла Девелания или нет, и сосредоточился только на чтении документов. Там говорилось, что другие королевства, примкнувшие к миру демонов, находятся под плотным наблюдением. Даже если это лишь подозрение без материальных доказательств, под таким наблюдением их, вероятно, уже нельзя использовать. «Достаточно того, что их заставляют тратить войска на наблюдение…» Собственная военная сила не настолько мала, чтобы обязательно пользоваться ими. Деон легко подумал об этом и перевернул следующую страницу. И застыл, зацепившись взглядом за слово в первом же абзаце. [Рыцари Примиро размещены рядом с местом, где предположительно находятся герои.] Рыцари Примиро. Разве это не элитный рыцарский орден, которым руководил Стигма Примиро? След, оставленный его старшим в Империи, и доказательство его способностей. «О чём они вообще думают?» Какими бы элитными они ни были, им не сравниться с героями. Ставить обычных людей в битву между героями и героем — почти то же, что приговаривать их к смерти. Эльпидиус, который, похоже, это сделал, или монархи, которые просто смотрели… Деон вздохнул, сомневаясь, в своём ли они уме. «Мне и так тяжело от одних героев, а теперь ещё и твои рыцари…» Он опустил взгляд и увидел, как немного выше талии струится кровь. …Если помимо героев он убьёт тех, кто принадлежал к рыцарскому ордену старшего, как далеко это зайдёт? Сможет ли он, виновник всего происходящего на поле боя, где множество жизней исчезают мимолётно, не быть поглощённым этим? «…Я должен вернуться в Замок Короля демонов живым». Как он дошёл до этого места? Нельзя умереть от галлюцинаций или чего-то подобного до достижения цели. «Безопаснее не убивать рыцарей Примиро, но…» Каждый командир корпуса и каждый корпус должны атаковать замки трёх стран, так что свободной силы нет. Оттягивать часть сюда — трата, а поскольку изначально он собирался идти к героям один, он не предусмотрел эту ситуацию и не мог сразу придумать решение. «Будет немного раздражающе». Выбрать из армии Короля демонов обычные войска и взять с собой? Тогда сколько людей будет достаточно?.. «…Это не так важно. Подумаю позже». Приблизительно разобравшись в мыслях, Деон опустил руку, которой нажимал на межбровье, и взял документ. В тот момент, когда он собирался перейти к следующей странице, дверь распахнулась под грубый стук. Внутрь ворвался шум. — Командир! — Великий эго!! — Э? Что? Что это. Среди шума Клетер, удобно расположившийся посередине, тихо разложил на полу принесённое одеяло. Люди, вставшие на него, посмотрели на Деона с решимостью в глазах. …Что это вообще? — Почему нас исключили из плана?! — А? — Мы не участвуем в этой войне! — Командир тоже участвует в войне! Что, они уже знают? Новости приходят быстрее, чем ожидалось…? Мысль, которая должна была закончиться восхищением их отличным слухом вместо усталого подозрения, резко повернула из-за последующей реплики. — Мы слышали, что рыцари Примиро раздражают командира? — …От кого вы это услышали? Лицо Деона застыло. Это явно кто-то передал намеренно. Чтобы заставить этих парней участвовать в войне! Если толковать иначе, значит, кто-то хочет убить бешеных псов. «Почему?» Деон сжал кулаки. Чтобы причинить ему душевную боль, вовлекая их в войну? Чтобы уменьшить его силу? Или, хотя вероятность ниже, бешеные псы могли вызвать у кого-то обиду. Бешеные псы, понятия не имевшие, что происходит, быстро сменили тему, будто проболтались. — Не в этом дело! Мы будем сражаться! — Как можно отправить все войска Замка Короля демонов на войну и оставить только нас одних! — Даже думать стыдно — оставаться с Королём демонов в Замке Короля демонов, где почти нет демонов! Как и спрашивал Деон Харт, они не «услышали» это от кого-то. В общежитии лежала записка вместе с некоторыми документами. Там говорилось, что есть рыцари Примиро и что высока вероятность, что Деон отправится туда один. Похоже, после боя с ними он сразу сразится с героями, и если так, то сильно устанет, что может быть опасно. — Позвольте нам разобраться хотя бы с рыцарями Примиро! — Мы сразимся с ними и сразу вернёмся! — Даже если будем в бою, увидим героя — сразу отскочим! — Вы… Рыцари Лофти, любившие своего командира, легли на пол. Именно для этого Клетер и постелил одеяло. Движение было очень намеренным. Деон, нахмурившись, вздохнул и тихо выругался: — Поднимайтесь, ублюдки. — Позвольте нам участвовать в войне! — Пожалуйста! — Рыцари Примиро — элита. Более низкий голос опустил шум. Рыцари Лофти, уловив настроение, остановились и посмотрели на Деона. Тот смотрел на всё ещё лежавших людей с растерянным выражением. — Вам будет трудно столкнуться с ними в лоб. Сражаться с парнями вроде рыцарей Примиро, которых стоит убивать, если уж убивать, определённо утомительно и раздражающе. Но это не значит, что нужно вместо него отправлять этих людей. Однако бешеные псы не знают всей ситуации. — …Мы тоже по-своему элита! — В глазах командира мы, может, и выглядим недостаточными, но даже с таким видом накопили кое-какой опыт. Я уверен, что хотя бы выжить смогу. — Я знаю. Как я могу не знать, что вы элита? Эти люди больше десяти лет сражались и выживали. Кто осмелится уверенно отрицать, что они элита? Но. — Просто я не хочу вас потерять. ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (5) — Ты сказал, что не бросишь меня. Рыцари Лофти умолкли, словно лишились слов. Хотя тон и взгляд Деона были спокойны, вопреки содержанию сказанного, они не смогли продолжить упрямиться. Деон, наблюдавший за ними, почему-то рассмеялся и поднялся, словно только сейчас заметил, насколько опасно выглядел. — Я настолько не заслуживаю доверия? — Не в этом дело. — Тогда всё. Клетер, убирая с пола одеяла, слегка нахмурился. — Но мы ведь не поэтому изначально настаивали на участии, верно? Вы всё знаете. — Да, я сказал так, потому что вам стыдно оставаться с Королём демонов в Замке Короля демонов, где почти нет демонов. — Да не может такого быть! Вы и дальше будете так, командир?! Разумеется, они прибежали не по такой причине. И не потому, что не доверяли силе «героя» Деона Харта. И уж точно не потому, что просто поверили записке неизвестного отправителя. Из содержимого сообщения, отбросив личные домыслы отправителя, они выбрали надёжное, сопоставив его с новостями, приходившими в суете Замка Короля демонов, и сами пришли к выводам. «По крайней мере, правда, что командир лично участвует в войне». О рыцарях Примиро они узнают при встрече с командиром. Рыцари, которые всего лишь хотели уменьшить количество крови на руках своего командира, пришли к Деону Харту с единственной просьбой, в которой, как им казалось, могли помочь. [Мы слышали, что рыцари Примиро раздражают командира?] […От кого вы это услышали?] И убедились. Раз информация оказалась правдой, дальнейшие действия были решены. [Позвольте нам разобраться хотя бы с рыцарями Примиро!] Деон Харт с очень юного возраста пачкал руки кровью. Это значит, что ребёнка, который должен был расти, просто питаясь, играя и учась под защитой взрослых, бросили на поле боя, где ему приходилось делать всё, чтобы выжить. В возрасте, когда он должен был крепнуть душой и готовиться к взлётам и падениям взрослой жизни, его незрелая психика начала истощаться. В каком он состоянии сейчас? «Во время Восьмилетней войны мы были бессильны и вынуждены полагаться на него, но теперь всё иначе». В сущности, убийство человека требует такой крепости духа, которую не всегда выдержит даже обученный генерал. «Предел наступил давно». Деон Харт тихо сошёл с ума, и рыцари Лофти внимательно наблюдали за каждым его изменением. В такой ситуации они не могли спокойно сидеть сложа руки, когда появилась возможность помочь. «Даже сейчас состояние командира нехорошее». Раньше казалось, что он, независимо от настроения, упорно идёт к концу. Теперь же ощущалось, будто пункт назначения уже прямо перед ним. Проблема в том, что этот пункт назначения напоминал обрыв. Отстранённая аура, появлявшаяся время от времени, и ледяной страх, бегущий по спине при каждой встрече с ним. Рыцари инстинктивно искали способ замедлить его шаг, и нынешняя ситуация стала результатом. — Командир… — Это война, где придётся убивать людей. — … — Почему вы настаиваете на участии в войне, от которой вам нет пользы? — Тогда что насчёт командира? Милан, до этого молчавший, редким спокойным голосом ответил. Как сказал командир, это война, где нужно убивать людей. Не может быть, чтобы его самого это не касалось. — Командир, почему вы сами продолжаете участвовать в войне, которая вам не на пользу? …Деону Харту нужно убить хотя бы на одного человека меньше. Особенно потому, что они не знают, как остановить командира. Их настойчивость держалась лишь на молчаливом разрешении Деона Харта. Как бы они ни старались, если Деон Харт решит надавить, им придётся отступить. В такой ситуации всё, что могли сделать рыцари, — хоть немного облегчить груз на его плечах и надеяться, что направление его шагов изменится или хотя бы замедлится. «Если вес ноши станет легче, желание поскорее отдохнуть тоже уменьшится». А если желание отдохнуть уменьшится, у него будет больше времени осмотреться. Если в глаза попадёт окружающий пейзаж, может, он повернёт от зловещего пункта назначения, неизвестно куда ведущего? Если среди бесчисленных тяжестей на плечах молодого человека они смогут хотя бы уменьшить вес, связанный с убийствами… смогут ли они тогда увидеть надежду? Даже зная, что от того, что вычерпнешь чашку воды из моря, ничего не изменится, они с тщетной надеждой смотрели на Деона Харта. Красные глаза, молчавшие после резкого вопроса Милана, скользнули в сторону, словно избегая взгляда. Клетер, тихо наблюдавший за Деоном, едва слышно вздохнул. — …Мы не знаем цели командира. Вы не сказали её первым, и мы не станем спрашивать. — … — Но если командир чего-то хочет… если он сможет этого добиться и почувствовать себя спокойнее… он должен добиться. — Клетер! Милан окликнул его за эту косвенную фразу. Но Клетер в любом случае усмехнулся Деону. — Я хочу приложить к этому руку. Вы всё равно меня остановите? Я просто пытаюсь избавить командира от лишних забот о крови на руках. — Если вы правда хотите помочь мне так сильно. Только тогда молчавший Деон заговорил. Эти люди пришли сюда, думая только о нём, и ответственность за них лежит на нём. Он не мог сказать, что они его не знают. По крайней мере, до конца нужно всё прояснить. Естественно закрыв окно и убедившись, что дверь за ними плотно закрыта, он понизил голос. — После того как все, включая меня, выйдут на войну, в подходящий момент отправляйтесь в мир людей под предлогом, что беспокоитесь обо мне. — И? — Мы сможем прийти помочь командиру? — Нет. Красные глаза, хранившие тепло весны, мягко изогнулись. — Просто спрячьтесь. — Что? — Больше не ищите меня. Живите так, чтобы я не чувствовал лишней вины, и не втягивайтесь в ещё более ужасные вещи. Вы ведь обычные люди. — Что вы говорите… Рыцари Лофти застыли от откровенных слов. Они открыли рты, готовые возразить, но Деон заговорил первым и заставил их умолкнуть. — И не возвращайтесь в мир демонов. Меня всё равно там не будет. Даже если бы они не хотели понимать эти слова, не понять было невозможно. Заявление вытаскивало перед глазами догадки, близкие к правде, которые они до сих пор грубо закапывали и надеялись, что они ложны. Когда истина, которую они игнорировали и хотели считать неправдой, была произнесена явно, лица рыцарей похолодели. Кто-то выдохнул полным отчаяния голосом: — Командир… — Нет, ведь нет? Ведь этот «обрыв» не обязательно должен быть настоящим обрывом. Деон Харт не ответил на их отчаянные взгляды. Он лишь на мгновение отвёл глаза, а затем решил, что продолжать нынешнюю тему будет тяжело, и спокойно сменил её, будто спрашивал о пустяке. — Но откуда вы получили сведения? — … — Не знаю насчёт прочего, но о рыцарях Примиро вы знать не могли. Как они узнали новости, которые даже он только что получил? Ответ был очевиден. В молчании честных людей Деон злобно рассмеялся. — Девелания. Знакомое имя вырвалось так, словно его разжевали. В первую очередь документ с новостью о рыцарях Примиро доставила Девелания. И именно Девелания открыто насторожена и подозрительна к нему. Раз она единственная могла так действовать, лицо Деона исказилось. — Раздражаешь… — …Командир, сейчас важно не это… Тук. Разговор почти вернулся к тяжёлой теме, но, будто доказывая, что ими нельзя пренебрегать, в дверь постучали. Замолчавшие люди одновременно посмотрели в одну сторону. За дверью прозвучал спокойный голос: — Это Дерниван. — Входи. Он пришёл как раз вовремя. Деон перебрал бумаги на столе, положил сверху другой лист и оглянулся на бешеных псов. — Выходите. — Увидимся позже, командир. Бешеные псы до самого конца стояли с недовольными лицами, но дольше держаться не смогли и понуро вышли. Дерниван вошёл. Словно почувствовав необычную атмосферу, он безэмоционально скользнул взглядом по спинам бешеных псов, а затем посмотрел на Деона. Под его настойчивым взглядом Деон спокойно взял перо и что-то написал на документе. Заговорил он только после того, как дверь полностью закрылась. — Я как раз собирался вызвать тебя. Всё хорошо совпало. — … — Ты пришёл из-за командира Девятого корпуса, верно? Командир Девятого корпуса, которого Дерниван должен был убить собственными руками, ушёл первым как передовой отряд. Война неслась к концу, и он наверняка был раздражён и нетерпелив: когда же появится возможность? Деон как раз собирался дать ему эту возможность. Продолжая писать приказ, он сказал: — Я поставлю тебя туда же, где будет командир Девятого корпуса. — Пока захватишь замок, можешь убивать сколько захочешь. Это означало: можно всадить стрелу в затылок тому, кто обрадуется захвату. Дерниван быстро понял смысл, и его глаза загорелись. Деон тихо изучал его лицо, будто наблюдал. …Он сказал это, но, когда дело действительно случится, Дерниван поймёт: это будет не просто бой между «командиром Пятого корпуса» и «командиром Девятого корпуса», а сражение «Пятого корпуса» против «Девятого корпуса», то есть крупный внутренний конфликт. И всё же по его виду было ясно: ему всё равно. Этот парень по-настоящему одержим убийством Тровера. Убедившись в этом, Деон открыл рот: — Взамен я хочу кое о чём попросить. — Говорите. На ответ без колебаний Деон приподнял уголки губ. — Если получится, я хочу, чтобы ты убил и других командиров корпусов там. Недаром он сказал то же Джейкару, которому тогда не до конца доверял. Во что он верил, без колебаний сообщая командиру Первого корпуса, что убийство демонов — приоритет для командира корпуса? Теперь, что бы кто ни говорил, верящие последуют за ним, а неверящие — нет. Можно сказать, ситуация уже разделила невидимые фракции. Не явно, но едва уловимо — видно и не видно одновременно. «И я говорю это не только Джейкару, так что не важно». Разве он не говорит то же самое Дернивану прямо сейчас? Даже не объясняя, что никаких «союзников» нет. Дерниван, некоторое время молчавший в раздумье, посмотрел на Деона. — Можно приступить после захвата замка? — Разумеется. — Понял. Других дел у меня нет. — Нет. — Можешь идти. В итоге за постобработку на стороне Империи отвечал командир Первого корпуса, а за постобработку Горного королевства — командир Пятого корпуса. Если отложить вопрос, столкнутся ли они между собой, остаётся только Рвече… Деон на мгновение остановил приказ, который писал, постучал кончиком пера по бумаге и окликнул Дернивана, уже положившего руку на дверную ручку: — По пути позови Лиринель. Тайно, чтобы никто не заметил. — Понял. Ей можно отдать такой же приказ. Отличие от предыдущих двоих только в том, что есть ещё одно условие, которое нужно исполнить. Деон языком провёл по горькой внутренней стороне рта. Вспомнив разговор с ней, он на миг остановился, чтобы замедлиться и перевести дыхание. Теперь пришло время произнести обещание, которое он получил через свою прежнюю просьбу и мольбу… ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (6) Ожидая Лиринель, Деон закончил писать приказ. Движения пера не колебались: приблизительное распределение войск уже сложилось в голове. «Раз крупная сила Первого корпуса ушла в Империю, туда же без сомнений можно отправить оставшиеся Десятый и Двенадцатый корпуса». А учитывая возможность, что Джейкар, Дерниван и Лиринель столкнутся с другими командирами корпусов, командир Седьмого корпуса так же силён, как безумен. Его тоже лучше отправить в Империю, чтобы Джейкар встретил его. На свободном листе аккуратно появились мелкие буквы. [Империя — Первый корпус, Седьмой корпус, Десятый корпус, Двенадцатый корпус] В Горном королевстве уже есть Девятый корпус, и Деон пообещал Дернивану отправить его туда же, значит, можно направить и Пятый корпус. Трудно предугадать, сколько сил Дерниван потратит на командира Девятого корпуса, поэтому к ним спокойно можно добавить Восьмой корпус без командира — с запасом. «Даже раненого командира Девятого корпуса будет трудно одолеть, потому что он грозный противник. Нет смысла посылать полноценную армию командиров корпусов в страну, которая не является сильной». Теперь оставались пустые места… Скрип. Перо двигалось быстро. [Империя — Первый корпус, Седьмой корпус, Десятый корпус, Двенадцатый корпус] [Горное королевство — Пятый корпус, Восьмой корпус, Девятый корпус] [Рвече — Третий корпус, Четвёртый корпус] После того как он записал части Третьего и Четвёртого корпусов, ушедшие в Рвече передовым отрядом, оставалось три позиции. Второй корпус, Шестой корпус и… Одиннадцатый корпус. Раз Джейкар и Дерниван уже в Империи и Горном королевстве, Лиринель он собирался отправить в Рвече. Она точно послушает всё, что он скажет, так что можно было вписать заранее. Под звук пера, царапающего бумагу, Одиннадцатый корпус был добавлен к Рвече. «Наверное, правильно будет уравновесить оставшиеся корпуса, добавив по одному в Горное королевство и Рвече…» Второй корпус. И Шестой корпус. Если Шестой корпус ещё ладно, то Второй — по-настоящему неприятные ребята. Особенно командир корпуса, Девелания, была несравнимо сложнее остальных командиров. Куда лучше её отправить? Красный взгляд уставился на бумагу так, будто мог прожечь её. «…Если смотреть на сами войска, Второй корпус слаб, а силы, отправленные в Горное королевство, сейчас немного сильнее. Если отправить их туда, баланс выровняется…» Надо смотреть не на «корпус», а на «командира корпуса». Иногда всё наоборот. Из-за отсутствия командира Третьего корпуса сторона Горного королевства подавляет по качеству «командиров корпусов». Но, как уже вспоминалось, если не учитывать силу самого корпуса, командир Второго корпуса — очень трудный противник. Дерниван, который изо всех сил будет разбираться с командиром Девятого корпуса, не должен получить рядом ужасного командира корпуса, который будет грызть ему нервы во многих смыслах. «Иначе, если ошибиться, он может умереть, ничего не добившись». Убить командира Девятого корпуса и других демонов, включая командиров корпусов. Какая потеря будет, если всё провалится, а он умрёт? «Если смотреть только на командиров корпусов, сторона Рвече, где есть только командир Четвёртого корпуса, самая слабая. Значит, добавить туда командира Второго корпуса не страшно». Он верил, что Лиринель разберётся. Вывод был сделан. Он двинул перо и вписал номера корпусов в пустые места. [Империя — Первый корпус, Седьмой корпус, Десятый корпус, Двенадцатый корпус] [Горное королевство — Пятый корпус, Восьмой корпус, Девятый корпус, Шестой корпус] [Рвече — Третий корпус, Четвёртый корпус, Одиннадцатый корпус, Второй корпус] Что ж, можно отправлять так. Когда он завершал приказ на этой основе, раздался стук по оконной раме. Подняв глаза, Деон увидел за окном Лиринель, ярко улыбающуюся, будто просившую разрешения. Деон несколько секунд безмолвно смотрел на неё, затем кивнул. Прочитав разрешение, она быстро вошла. Как только Деон остался с ней наедине, она закрыла окно, которое он оставил открытым, и направила на него прозрачные глаза. — Я слышала, вы звали меня. — Да. Во рту было неприятно. Возможно, его мутило от жуткого запаха крови, и Деон тихо поднял руку, мягко прикрыв нос и рот. Тем не менее он ровно произнёс дело. Голос прозвучал ниже обычного. — Пора. — Ах. Пора умереть. Вспомнив прошлый разговор и обещание, Лиринель на мгновение расширила глаза, а затем ярко улыбнулась. — Похоже, эта война станет сценой. — Да. В отличие от неё, беспечно улыбающейся так, будто говорящий и слушатель поменялись местами, лицо Деона бледнело и умирало всё сильнее по мере разговора. Словно пытаясь снять его напряжение, Лиринель оживлённо сказала: — Похоже, вы хотите чего-то большего, чем просто моя смерть. В таком случае лучше не ставить меня рядом с безумными… рыцарями Лофти. — …Причина? — Вы знаете. Мне всё равно, куда идти, но ради максимальной эффективности лучше так. Привязывать полезную карту под названием магия — потеря. Деон замер на добавленных словах. — Ты знала. — Я лучше всех в Замке Короля демонов обращаюсь с магической силой. Ах, конечно, если не считать Короля демонов. — Понятно… Деон устало вытер лицо. В эполеты на плечах бешеных псов вложены амулеты. Неожиданный удар тем, что она знала и молчала, оказался довольно болезненным. Задержав дыхание на мгновение, он продолжил, будто больше не собирался колебаться: — Я отправлю тебя в Рвече. Когда захватишь там замок… Убей всех остальных демонов и умри. Не показывай мне свою смерть. Не показывай, как бежишь ко мне. Просто тихо исполни свою задачу и исчезни незаметно. Не становись причиной моего колебания. — …Каков ответ? На острый вопрос, требующий ответа, Лиринель, смотревшая на Деона мёртвыми глазами, будто заглядывая ему в сердце, широко улыбнулась и кивнула. — Предоставьте это мне. Это была по-настоящему чистая улыбка. И через несколько дней. Приказы были доставлены командирам корпусов. Так начался крупномасштабный поход, беспрецедентный в истории армии Короля демонов. * * * В день, когда арьергард выступал согласно приказу главнокомандующего, Лиринель, завершив все приготовления, на мгновение села и стала играть с портретом Деона вместо того, чтобы сразу выйти. В рамке был мужчина, выглядевший точно как он в жизни. Единственное, что отличалось от реальности, — длина волос. «…Говорили, что Король демонов нарисовал его сам». Это был подарок от человека, которого теперь уже нет в мире. Она тогда сказала, что очень счастлива и благодарна. [Если в будущем вам понадобится помощь, пожалуйста, скажите! Я помогу всем, чем смогу!] …Если бы она знала, что всё так обернётся, надо было относиться к нему лучше. Последующих просьб о помощи не было. Лиринель не была настолько далёким демоном, чтобы не думать об этом, даже если просьбы не последовало. Ей было неприятно, будто она бесконечно вытирала рот после полученного большого подарка. «Как тяжело было простому человеку выживать в Замке Короля демонов?» На губах появилась горькая улыбка. Через мгновение Лиринель легко поцеловала лоб человека на портрете и поднялась. В сердце всё ещё звучал голос, желающий жадно держаться за жизнь, но он был не настолько силён, чтобы его нельзя было игнорировать. «Потому что мою преданность не должна пачкать личная жадность». Благодаря Деону было весело. Она создала культ демонов, ела красивое печенье, неявное тепло казалось сладким, и ей было достаточно счастья просто смотреть на его лицо. Без него в её жизни были бы вещи, которые она никогда не испытала бы. Теперь очередь Деона быть счастливым. Поэтому она не запятнает это чувство, оправдывая личную жадность любовью. Чего бы он ни захотел, она сделает это без вопросов. Она щёлкнула пальцами. Портрет сразу загорелся, и картина начала плавиться, используя деревянную раму как топливо. Поскольку магия сжигала только цель, огонь не мог распространиться. Оставалось просто уйти. И всё же Лиринель долго смотрела на пламя, словно зачарованная, и обернулась только тогда, когда снаружи за дверью раздался голос, торопящий её. …Кто-то в сердце спросил: «Разве ты не хочешь жить?» Вместо ответа Лиринель произнесла лишь одну фразу. Прекрасный. Сильный. «…Ради моего доброго Бога». * * * Деон готовился выйти один. Даже если быстро продвигаться по делам, во время неизбежных промежутков приходилось сталкиваться с утомительными людьми: учиться технике щита у Короля демонов или разбираться с Девеланией, приносящей сведения. От этого душа уставала, но тело, за которым теперь некому было ухаживать, приходилось заставлять двигаться ровно. Внешние приготовления он оставил адъютанту Эду, а личное должен был сделать сам. И всё же Деон, задумавшись и вертя в руках одежду, которую Эд приготовил для него, по привычке открыл рот: — Но в этот раз я надену «те» эполеты. Где мой эполет, который я велел хранить с амулетом… Ах. Губы, произнёсшие имя человека, который не ответит, быстро сомкнулись. Это был бессознательный зов. Амулет первым достал Дан, и Дану было приказано вложить его в эполет. — … Немного помолчав, Деон развернулся и сам начал искать в шкафу. Как он и ожидал, эполет был спрятан не слишком глубоко — лежал сбоку, притворяясь запасной вещью. Разумеется, была вероятность ошибки, но чувства героя говорили, что это он, значит, вероятно, так и есть. Держа наплечный ремень, он ненадолго задумался. «Трудно надеть самому, когда уже одет… Я не уверен, что смогу сделать это нормально». «Пожалуй, можно пойти к бешеным псам и попросить их». До самого конца придётся выслушивать липкие просьбы и ворчание, но это лучше, чем отдать эполет в руки демонов. В тот миг, когда Деон, пристально смотревший на наплечный ремень, примерно сделал вывод и повернул голову, послышался свежий голос: — Мне сделать? Он поспешно перевёл взгляд и увидел Короля демонов, ярко улыбающегося и опирающегося верхней частью тела на оконную раму, будто тот только что вошёл. — Оставишь окно открытым — теперь всякая собака или корова… — А? — Нет, ничего. Деон проглотил половину истинных чувств и спросил с поражённым выражением: — Ты входишь через окно? — Лучше, чем обходить и мешать, разве нет? Так меньше внимания. — … — Похоже, самому будет трудно. Мне сделать? — Нор… Не дав ему закончить, Король демонов большими шагами сократил расстояние, взял эполет из его руки и остановился — только глаза сдвинулись, чтобы посмотреть на Деона. Через мгновение он как ни в чём не бывало коснулся эполета и положил его на плечо Деона. Движения были чистыми и ровными, без малейшей неловкости. — Обязательно возвращайся целым и без ран. Тук-тук. Мягкая рука пару раз похлопала по плечу, будто подбадривая. Красные глаза проследили за рукой и поднялись к лицу дьявола. Как всегда, Король демонов без колебаний широко улыбнулся, встречая кроваво-красный взгляд, в котором негативно горела смесь самых разных эмоций. — О будущем тоже нужно думать. Береги себя. — Я здесь в порядке. Мои конечности целы, но ведь, чтобы ими воспользоваться, тебе придётся пострадать? Это была по-настоящему последовательная улыбка. ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (7) После ухода Короля демонов Деон вышел из комнаты и направился к комнате Девелании. К счастью, она ещё не ушла: когда он постучал, изнутри донёсся голос, велевший войти. Он без колебаний открыл дверь и вошёл. Девелания, явно не ожидавшая визита столь неожиданного человека, смотрела на него широко раскрытыми глазами. — Господин Деон…? Что вы здесь делаете? — Мне нужно тебе кое-что сказать. Они не в хороших отношениях, и он не собирался тянуть время пустыми вопросами о делах, прежде чем перейти к сути. Он сразу вынул из кармана карту, изображающую строение замка Рвече, и развернул её на ближайшем столе. Под загадочным взглядом юной демонессы белый палец указал на области, отмеченные красными чернилами. — Всё, что отмечено здесь, — основные силы магической формации, существующей в этом замке. — …! — Рядом записаны дополнительные пояснения, так что с местоположением не запутаешься. Я не знаю, это тип, который рассыпается при разрушении одного узла, или тип, чья сила слабеет по мере разрушения каждого узла, поэтому ломай по ситуации. Если формация рассыпается, достаточно уничтожить один. Если она лишь слабеет, нужно разрушить все. Девелания изучала чертёж с серьёзным лицом, но на нём появилось недоумение: она не понимала, почему он рассказывает это ей. Деон усмехнулся. — Проникновение — твоя специальность, верно? Если начать с разрушения формации, всё станет проще. — Да. Вы пришли по адресу. Девелания некоторое время смотрела на него, затем улыбнулась. — Спасибо за ценную информацию. Доверьтесь нам и оставьте это нам. — Что ж… ладно. Даже без этого захват замка всё равно состоялся бы, просто с небольшой разницей во времени. Так что провал не особо важен, но хорошая вещь остаётся хорошей. Деон повернулся спиной. Девелания, спрятав карту за пазуху, заговорила с ним, когда он уже собирался вернуться: — Сейчас в мире людей нет ничего особенно тревожного, значит, это будет последняя битва. — Полагаю. Деон, остановленный бессмысленным разговором вместо обмена полезной информацией, оглянулся. Перед глазами возникла улыбающаяся фигура с непонятным выражением. Сузились ли глаза Деона или нет, Девелания широко улыбалась, разглядывая его длинные волосы. — Но можно ли идти на поле боя в таком виде? Волосы могут мешать. — Я взял ленту, так что всё нормально. В первую очередь это не то, о чём тебе стоит заботиться. — Мне завязать? — Что? Пусть это было давно, но разве они не зашли слишком далеко, чтобы теперь так вести себя? Взгляд, полный явного недоумения, был направлен на Девеланию. Она сказала без колебаний, словно ожидала такой реакции: — Это ведь последний раз. — Прошу, садитесь сюда. …Да, слово «последний» — очень удобный предлог и оружие. Проверим, что у неё на уме. Деон послушно сел на предложенный Девеланией стул, повернувшись спиной. Он почувствовал незнакомую руку, расчёсывающую волосы. — Лента? — Здесь. Когда она увидела красную ленту, её глаза, кажется, чуть расширились, а затем округлились улыбкой. Деон не пропустил, как рука, касавшаяся его головы, на миг остановилась. — Я подарила её вам. — На ней не будет видно крови. — Кажется, я уже говорила, но я правда рада, что она вам нравится. Деон думал об этом в прошлый раз, но не помнил, чтобы говорил, что она ему нравится. Он вздохнул и опустил голову. Пока чувства обострялись, он ощущал, как тонкие руки собирают волосы. Благодаря неожиданной ловкости Девелании причёска была готова быстро, но Деон не поднялся со стула. Не двигая головой, он опустил красные глаза, снова посмотрел прямо перед собой и спокойно заговорил: — Я всё думал, каково твоё намерение… Вот оно? — Пытаешься меня убить? Каждый раз, когда он произносил слова, кадык двигался, создавая похожую на порез рану. Перед шеей Деона Харта едва виднелась тонкая острая нить, отражавшая свет. Деон наклонил голову в сторону, словно ему было всё равно, отсекут её или нет. — Сейчас будет трудно. Потекла кровь. Натянутая нить чуть ослабла. Что ж. Если она не полная идиотка, не станет устраивать аварию здесь. Он с гордостью усмехнулся. — Это угроза или предупреждение? Разумеется, не просьба. — Может быть предупреждением. — Смело. Интересно, связано ли это с тем, как занята ты была в последнее время. — … Вместо ответа Девелания собрала нить, вышла из-за его спины и встала перед Деоном. Когда она опустила взгляд, увидела место, где была рана. Всё полностью зажило; только пятна крови на коже показывали, что там был порез. Она протянула руку и провела по нему, словно стирая кровь. Деон поднял глаза и молча посмотрел на неё из-за естественного давления на шею. — Знаете, Деон, но я вам не доверяю. Глаза, ставшие ещё пустее прежнего, теперь ещё больше походили на драгоценные камни. Она смотрела в гладкие каменные глаза, именуемые рубином, а затем аккуратно убрала руку. — …Нет, на самом деле я обрела уверенность. Поэтому и бегала занятая. Перед глазами Девелании всплывали лица тех, кто сжимал кулаки и скрежетал зубами от чувства предательства. Теперь все они в одной лодке. Девелания сделала шаг назад, встречая красный взгляд, следовавший за ней, словно пытаясь заглянуть внутрь. — Так что можете ждать с нетерпением. Я быстро разрушу человеческую крепость и вернусь к вам. …Совершенно очевидно, что там что-то есть, но, вероятно, это не важно. Потому что Деон тоже ей не доверяет. В такие моменты плохо, когда раны быстро заживают. Если бы его тело было прежним, до превращения в героя, он мог бы разобраться с Девеланией, используя явный шрам как доказательство. «Правда, даже в том состоянии, с войной на пороге, я бы сейчас просто пропустил это». Войска уже распределены, а если убить её здесь, использовать их не получится. Деон усмехнулся и легко провёл большим пальцем по раненому месту. — Ладно. Не знаю, что ещё ты скрываешь, но… — … — Попробуй. * * * Когда Деон вышел, он увидел бешеных псов, пришедших проводить его, будто впереди оставалось последнее препятствие. На самом деле было очевидно: они не просто пришли попрощаться, а пытаются как-то изменить его решение. Деон, вспомнив, как они долго мучили его, рефлекторно остановился, затем горько улыбнулся и снова пошёл. «До самого конца будут липкими, как жвачка, и шуметь». Они снова собираются за ним пойти? Когда расстояние сократилось, те, кто слонялся вокруг, подняли головы и посмотрели на него. В отличие от всегда шумной реакции, в этот раз прозвучал несколько пассивный зов: — Командир… — … Это были не те бешеные псы, которых он знал. Деон, резкий в своей несвойственной им мягкости, остановился. Независимо от его реакции, Милан широкими шагами подошёл и встал перед ним, заговорив непривычно спокойным голосом: — В этот раз мы пришли не цепляться за вас. Мы пришли проводить. — … — Вместо этого… мы не станем настаивать, чтобы идти следом, поэтому можете пообещать одну вещь? — Какую? — Как мы обещали раньше, мы не оставим командира… Его голос дрогнул, будто он предчувствовал ответ ещё до того, как закончил вопрос. — Командир, пожалуйста, не бросайте нас. — … Он сказал, что не будет настаивать на следовании. Но в конце концов разницы нет. Это просьба не умирать, и одновременно просьба отменить прежний приказ. Поэтому Деон не смог ответить. Он смотрел на людей, молча ожидавших ответа, и прошептал, притворяясь, будто не понимает: — Вы помните мой приказ, верно? Это был приказ, из-за которого они всё время преследовали его, и одновременно приказ, приведший к нынешнему разговору. Обе стороны лучше всех знали: забыть его невозможно. И всё же упоминание об этом… Рыцари Лофти, почувствовавшие дурное, побледнели как мёртвые. — Это мой последний приказ, так что обязательно выполните его. — …Вы жестоки, командир. Приказ выйти в мир людей и спрятаться. Приказ никогда больше не искать Деона Харта и не возвращаться в мир демонов. В конце концов каждый член ордена либо вытер лицо, либо закрыл глаза, когда он сказал, что уйдёт. Вид их бледных лиц был жалок, но, поскольку Деон не мог отказаться от упрямства, ему оставалось только стать ещё бесстыднее. Поэтому он сломал атмосферу и шутливо сказал: — Тогда кто тут командир? — …И я спрятал травы фей у вас в комнате. Обязательно найдите их и используйте осторожно. Я также записал свойства каждой травы и способ применения, так что проблем не будет. — Когда ты успел? Больше того… — Больше того? Это был не голос командира. Голос был несколько чужим. Вздрогнувшие парни быстро отступили. Король демонов внезапно появился без всяких следов и, будто развлекаясь, ухмылялся среди них. — Я знал, но похоже, человеческие рыцари «точно» не идут на эту войну. — Есть проблема? — Какая проблема? Я просто вышел проводить. Если речь о проводах, Деон помнил, что они уже были закончены в комнате немного раньше. Он сузил глаза, не понимая поведения. Король демонов сделал вид, что не замечает, и, как обычно улыбаясь, пожелал хорошей дороги. В его поведении было полно дискомфорта. Возможно, поэтому Деону стало настолько неприятно, что он не мог сразу уйти и замешкался. Но Король демонов с гладким лицом естественно спросил: — Не уходишь? — … — Я хорошо присмотрю за человеческими рыцарями, так что не беспокойся. — Присматривать не нужно, но… Теперь он понял, зачем дьявол снова пришёл под предлогом проводов, которые уже закончил. Целью был не он, а бешеные псы. …Что ты собираешься сделать? В его глазах внезапно вспыхнула убийственная воля. Несмотря на ярко-красный взгляд, предупреждавший не трогать их, Король демонов сделал вид, что не замечает, спокойно закрыл глаза и махнул рукой. Не сумев сказать ничего больше, Деон оглянулся на бешеных псов. — Не ослушайтесь меня. Он хотел бы взять их в мир людей, а затем отпустить, но ради сокращения времени перемещение осуществлялось крупномасштабной магией Одиннадцатого корпуса. Если они уйдут вместе, вытащить их по дороге будет трудно. Поэтому, оставив твёрдый совет, звучавший как предупреждение, он повернул голову, подозрительно уставился на Короля демонов и неохотно кивнул. — Тогда я вернусь. — Да. Король демонов, как всегда, лениво принял эти слова. * * * Одиннадцатый корпус разом применил магию. Магическая сила каждого переплелась у ног, словно сеть, расширяя область. Наконец, когда область охватила всех в пространстве, яркий свет поглотил каждого, кто стоял над ней. Внезапно опустевшее пространство стало тихим. Король демонов неторопливо осмотрел место, где они стояли. …Так много людей исчезло в один миг. Число присутствий в Замке Короля демонов резко уменьшилось, и он стал похож на мёртвый замок. Что ж… рано или поздно этот замок тоже станет пережитком прошлого, так что, пожалуй, это не совсем неправильно. «Тогда пора начинать подготовку». …Но прежде. Король демонов оставил непривычные чувства позади и обернулся. Перед ним были бешеные псы, с широко раскрытыми глазами глядевшие на место, где стояли исчезнувшие люди… нет, рыцари Лофти. Он широко распахнул глаза и спросил: — Вам правда нормально просто оставаться здесь? — Что? — Деон может оказаться в опасности. Разве не лучше последовать за ним? Знаете ли вы? По природе Король демонов не из тех, кто послушно терпит обращение. Поскольку его цель совпадала с действиями Деона, он закрывал глаза на его своеволие, но из-за этого потерял немало командиров корпусов. В любом случае это огромная потеря. «Разве не несправедливо, если теряю только я?» На губах появилась озорная улыбка. Оставим в стороне то, что командиры корпусов или что-либо ещё скоро станет бессмысленной силой. Односторонне терпеть издевательства неинтересно. Всё весело только тогда, когда есть подходящий ответный удар. «Значит, будет справедливо, если ты, Деон, потеряешь хотя бы войска, о которых заботишься?» ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (8) Я отниму у тебя рыцарей Лофти. Раз конец приближается, такая шутка допустима. Всё это время Король демонов вёл себя необычно тихо, пытаясь беречь душевное состояние другого. Притворяясь добрым, он смотрел на рыцарей Лофти, изогнув глаза так, чтобы скрыть странное выражение в них. — …Что вы имеете в виду? Несмотря на слова и поведение дьявола, вызывавшие тревогу, рыцари Лофти сохраняли спокойствие. — Не могли бы вы объяснить подробнее? — Командир ведь герой, так что большой опасности быть не должно… Глаза дрожали от беспокойства, но вера оставалась крепкой. Увидев их довольно решительное отношение, Король демонов, чьи глаза сверкнули в прищуре, вскоре пожал плечами. — Неужели вы не знали? Деон проклят. — Что? — Похоже, не знали. — Что значит… начали с одного, а теперь проклятие? Герой и проклятие… Наш командир не персонаж сказки. — Если его поцеловать, проклятие спадёт. — Кто на такое пойдёт? Хотя на мгновение они растерялись, разговор быстро ушёл куда-то в сторону. Пока Король демонов, не успевавший за течением беседы, смущённо молчал, Клетер, тихо слушавший, нахмурился. Среди рыцарей он был самым нормальным. — Разве в такой момент не положено искать командиру невесту? Небольшое отклонение, как доказательство, что он «хотя бы» нормальный. — Искать невесту долго не придётся. Лучше кому-нибудь пожертвовать собой. — Пожертвовать? — Потому что тот, кто поцелует, точно умрёт от рук командира и остальных. Не говоря уже о самом командире, остальные рыцари покарают такого как бессовестного вора и безнадёжного извращенца. Конечно, шансов выжить в руках командира нет. — В первую очередь, если у командира такое лицо, разве найти невесту сложно? — Ты серьёзно… Даже если он предатель человечества и всё такое, ему простят и закроют глаза, просто посмотрев на лицо? — Может, выставить лицо командира на показ, чтобы спасти невесту?.. — Это не такое проклятие. Не могло это быть проклятием, которое легко снять, как в сказках. Король демонов, едва придя в себя, поспешно вернул разговор в нужное русло. Не дав им возможности заговорить, он сказал прямо: — Это проклятие, при котором он видит галлюцинацию: кровь поднимается из-под ног. И не только зрение. Осязание и запах тоже полностью воспроизводятся. Если кровь поднимется до конца, он, вероятно, умрёт, не сумев дышать. — … Лица тех, кто осознал серьёзность ситуации, застыли. Почему на ребёнка, которому и так тяжело, наваливаются такие испытания? После тяжёлой тишины кто-то спросил, словно пережёвывая слова: — Почему? — Я тоже не знаю. Но знаю, что уровень повышается каждый раз, когда он кого-то убивает. На самом деле посредником была вина. Король демонов говорил естественно. — Поэтому Деон будет стараться никого не убивать. С героями ничего не поделаешь, но в случае рыцарей Примиро он, вероятно, попытается не убивать их, даже если ради этого придётся получить ранения самому. Потому что он не может умереть от галлюцинаций до возвращения к «Королю демонов». — Значит, он потратит много нервов на рыцарей Примиро, и эта душевная усталость повлияет на последующую битву с героями. — …Как мы можем вам верить? — Если хотите, я поклянусь своим положением Короля демонов. Ему было всё равно, если придётся выбросить должность, которая всё равно скоро станет бесполезной. К тому же в его словах почти не было лжи. Лица рыцарей Лофти, не способных понять, что задумал дьявол, исказились. — …За кого вы нас принимаете? Голос прозвучал жалко. Кто он такой, чтобы беспокоиться, когда сам ещё молод? Клетер куда-то побежал. Голоса оставшихся были низкими, переполненными тяжёлыми чувствами. — Он ведь не успел далеко уйти? — Не знаю. Раз переместились магией, возможно, уже прибыл. — Чёрт. — Следи за языком при детях… Ладно, ничего. — Если сейчас погнаться… Сколько ни скачи, магию не догнать. Высока вероятность, что к их прибытию битва уже закончится. И всё же страх, что уже поздно, и ощущение, что нельзя тратить время на колебания, заставили их немедленно побежать к конюшне, даже не думая. Будто запоздало вспомнив о Короле демонов, чей-то голос донёсся издалека: — Одолжите нам лошадей! Король демонов тихо рассмеялся. Ответ, который уже не мог до них дойти, прозвучал негромко: — Конечно. Нужно заранее предупредить слуг, чтобы не растерялись. И стражу у ворот замка тоже. Он взял камень связи. Даже занимаясь настройкой, он не мог сдержать радость, и в конце концов вырвался насмешливый монолог: — Если бы просто подождали, Деон вернулся бы живым и с целыми конечностями. Глупцы. * * * Люди верхом на демонических конях мчались по равнине. — Даже погода паршивая. Говорили, засуха, так почему идёт дождь? — Вот именно… Кстати, Клетер, куда ты бегал? — За травами, которые командир оставил. — Ах, точно. Они же были. — Маршрут решили? — Конечно, кратчайший. Видите карту? Здесь будет драться командир, значит, от нашего места нужно ехать прямо вот сюда. — …Посередине река. — Значит, переправимся. О, вон она. — Дождь льёт и ветер… — Не отправимся ли мы на дорогу в Хванчхон, пока будем её пересекать? — Не знаю, чёрт. Если переправимся, увидим командира. Если провалимся, встретимся с покойной бабушкой. — Интересно, выдержит ли конь… — Это конь из мира демонов. Такое он должен выдержать. Верно? Фырр! Фрр! Хрусь-скрежет! — Слышали? Он так и говорит. — А я услышал скрежет зубов… — Тогда хочешь ехать в обход? Наш командир может быть в опасности. — Чёрт, да. Едем. — Если твою лошадь унесёт течением, просто перескакивай на другую. Понял? Ты уже делал так несколько раз, когда падал с лошади. — В воде впервые… но почему бы не попробовать? — Тогда вперёд. И не умирайте как идиоты. * * * Главные силы армии Короля демонов прибыли туда, где прежде был только передовой отряд. Началась полномасштабная война. Несмотря на то, что армия Короля демонов стояла прямо перед ними, стучась в ворота замка, монархи каждой страны не эвакуировались. Потому что отступать было уже некуда. Здесь были сосредоточены основные войска. Было ясно: если уйти в другой замок, его мгновенно прорвут, а голову снимут. И прежде всего… — Как я могу прятаться, когда моя младшая сестра сама выходит на поле боя и сражается? Император Империи Эльпидиус горько пробормотал, проводя ладонью по лицу. Тяжело запавший золотой глаз пусто смотрел вниз, а затем уловил человека, стоявшего в стороне. Линделл Райнер, старший брат, потерявший младшего от руки Деона Харта, спокойно стоял с документами. — …Вы сами не собираетесь участвовать в войне? — Я изначально далёк от боя. Это не то, куда я могу осмелиться вступить. Он не только плохо сражался; Деон Харт сказал, что не посмотрит на него второй раз. Если они встретятся снова, он точно умрёт. Его взгляд говорил, что это не пустые слова, так что лучше не принимать их за ложь и не делать глупостей. Линделл, выслушавший тогда все причины, по которым его брат должен был умереть, и не имевший причин рисковать жизнью, ступая в этот хаос, опустил глаза и сказал: — Разве живым не нужно жить? — …Я бы так не смог. На губах Эльпидиуса появилась слабая улыбка. — Вы сильный человек. — Спасибо за такие слова. — Тогда… Атмосфера стала слишком тяжёлой. Словно меняя тему, золотой глаз коснулся документов в руках Линделла. — Там ведь не количество замёрзшей еды, а сведения о битве за крепость? — Да. Что касается финансовых вопросов вроде продовольствия, премьер-министр… — Если Его Величество об этом, то вот. Премьер-министр, сидевший за столом в стороне и тихо работавший с документами так, будто его здесь не было, протянул короткий отчёт, словно ждал. Эльпидиус взял его, пробежал глазами и тяжело вздохнул. На лице появилась растерянность. — …Рвече даже стыдиться нечего. Похоже, они выбрасывают всю еду, которую получили. Сезон снега ещё не наступил, но внезапно пошёл снег, и температура резко упала. Для Империи это стало бедствием: склады были забиты едой, и часть пришлось временно вынести наружу из-за нехватки места. Зерно, попав под снег, набрало воду и замёрзло. Часть скота, которого и так было мало, замёрзла насмерть или стала непригодной. Премьер-министр взглянул на лицо молодого императора и добавил, будто утешая: — До предела ещё не дошло… — Скоро испортится. Если съесть сейчас, вреда не будет, но вкус станет плохим, и через короткое время всё начнёт гнить. Выбрасывать жаль, значит, нужно использовать как можно быстрее. — Продукты, которые уже пострадали, следует приготовить прежде, чем они сгниют и станут бесполезны. — Вы собираетесь кормить этим солдат? — Вы с ума сошли? Чем эта страна кормит тех, кто сражается за будущее мира людей? — Тех, кто выходит сражаться, нужно кормить нормальной едой. А такие продукты пусть едят те, кто сидит в тылу и прячется. — Дворяне взбунтуются. — Она не испорчена, и даже император будет её есть. Почему бы им протестовать? Или вы не хотите есть, премьер-министр? Канцлер, без выражения смотревший на Эльпидиуса, мягко улыбнулся. — Разве такое возможно? Прекрасное решение. Эльпидиус на мгновение застыл от неожиданной улыбки человека, с которым сталкивался с тех пор, как стал императором. Затем сделал вид, что ничего не произошло, и повернулся к Линделлу. — Тогда продолжим. Докладывайте, господин Линделл. Благородный молодой человек, бросив взгляд между премьер-министром и императором, кивнул и открыл рот: — Первую атаку армии Короля демонов перед воротами замка мы отбили засадой. — Засадой? — Снег отрицательно влияет на хранение пищи, но хорошо помогает стратегии. — А, это. Падающий снег скрывал тех, кто двигался под покровом ночи, и аккуратно заметал следы засады. Поэтому армия Короля демонов, ничего не зная, бросилась вперёд и потерпела сильное поражение. — После этого мы сосредоточились на обороне крепости. На тех, кто лез по лестницам, сбрасывали горящие брёвна или пускали стрелы, а по осадным башням били камнями из катапульт. Но поскольку приближалась зима и нужно экономить дрова, вместо брёвен для лестниц используем камни. Стрелы — как прежде. — Но в этом замке изначально не так уж много камней… — Мы постарались запастись, так что некоторое время продержимся. Была попытка рыть туннель, но с этим проще. Достаточно найти нужное место и залить туда кипящее масло. Если масла не будет, можно вскипятить воду и лить её. — Поэтому мы намеренно пытаемся выглядеть слабыми против туннелей. В процессе, думаю, нам неизбежно придётся впустить в замок нескольких врагов. Вы не против? — Чтобы враг сосредоточил атаки на туннелях? — Делайте как считаете нужным. Но подготовьтесь на случай, если враг окажется сильнее или многочисленнее ожидаемого. — Мы планируем вырыть глубокий ров вдоль крепостной стены, примерно в трёх метрах от внутренней стороны. Так, даже если враг войдёт, мы сможем получить преимущество и атаковать. Враг будет изолирован враждебной средой и ничего не сможет сделать. В конце концов принцесса не зря взяла его в штаб. Эльпидиус охотно кивнул. ---------- Совершить грех больший, чем кто-либо (9) Падал мокрый снег. Джейкар, командир Первого корпуса, наблюдавший за демонами, рвущимися через стены Империи, и за имперской армией, из последних сил пытавшейся их остановить, поднял голову. Назначение жезла кровавого снега — только рассеивать снег. Значит, дождь, смешавшийся со снегом, был уже не его действием. Проще говоря, это был естественный дождь. Вероятно, холодный остаток от жезлов, использованных над замком, заставлял его превращаться в мокрый снег. Внутри крепости должен идти снег, а если отойти подальше от неё, можно попасть уже под дождь. — Говорили же, что засуха. С точки зрения мира людей, дождя ждали давно. Правда, пока сохранялось влияние жезла кровавого снега, ничего хорошего в этом всё равно не было. ...Впрочем, важнее другое. — Ситуация затягивается дольше, чем ожидалось. Вопреки ожиданиям, всё шло слишком ровно. Адъютант рядом с ним вздрогнул, словно уловил в сухом замечании что-то зловещее. Джейкар холодно окинул взглядом крепостную стену и бросил как бы между прочим: — Похоже, все слишком расслабились. Когда вернусь, придётся повысить интенсивность тренировок. Адъютант поспешно поднял магический камень с выгравированным на нём заклинанием усиления голоса. — Первый корпус... если не хотите столкнуться с усиленными тренировками, постарайтесь как следует перебраться через стену. — Повышение интенсивности тренировок уже утверждено. — ... На самом деле возвращаться и тренироваться было уже не нужно. Джейкар прекрасно понимал намерение Деона Харта, поручившего ему это дело. Он давно понял, чего тот хочет. «Так что это просто ложь и шутка для поднятия боевого духа корпуса». Он на мгновение беззвучно улыбнулся, глядя на бойцов своего корпуса, которые с ещё большим остервенением полезли на стену, и на потерявшего дар речи адъютанта. Затем, будто ничего и не было, вновь устремил взгляд на замок. *** Погода была жестокой: снег и дождь утяжеляли одежду сражающихся. В отличие от Рвече и Империи, где снегопад был относительно обычным, если не считать неподходящего времени года, Горное королевство столкнулось с куда более тревожным явлением. Кровавый снег — такого в истории ещё не было. Что, чёрт возьми, создали эти демоны? «Не думала, что они запустят подобное и в небо над нами». Запах крови тянулся со всех сторон, и в замке кипела тревога. Настроения людей мутнели, а взгляды, обращённые к королеве, становились всё острее, словно они требовали ответа. Ёнхва, королева Горного королевства, заметила эти взгляды — блуждающие между страхом и нетерпением, ищущие, кого бы обвинить. Она на мгновение перестала обдумывать ситуацию и невольно усмехнулась от абсурда. «Какая мерзость». Эти глаза были настолько отвратительны, что терпеть их было невозможно. Она прекрасно знала: «слабый» не значит «добрый». Но стоило ей хоть раз похвалить их, как при первой же беде они тут же пытались переложить вину на неё. Это было смешно. Поэтому, что случалось редко, она без возражений согласилась с предложением стратега — нужно показать пример, убив одного. В итоге головы дворян, посмевших бороться за власть во время войны, слетели с плеч. Причина была проста: они ослепли от мелочных интересов и поставили под угрозу судьбу страны. Когда голову дворянина бросили перед всеми, шумные голоса стихли. Однако это было лишь временно; за кулисами ропот должен был стать только громче. Сэрин, прекрасно это понимавшая, не упустила момент и успокоила народ. [Исследователи королевского дворца подтвердили: кровавый снег не оказывает вредного влияния на человеческое тело. Если и есть эффект, то он лишь создаёт ощущение, будто человек покрыт кровью, и вызывает неприятные чувства. Однако дворянин, который обязан был сохранять наибольшее спокойствие и рассудительность, увлёкся бесполезными суевериями и нарушил порядок.] Иными словами: именно это вы сами только что и делали. Слова должны были уколоть. Должны были напугать тех, кто громче всех кричал о дурном знамении. [И это ещё не всё. Его поступки помешали Её Величеству обдумывать способ изгнать демонов. Возможно, выход был бы найден уже давно, но из-за него на преодоление ситуации потребовалось больше времени. На кону судьба Горного королевства.] Пользуясь тем, что мёртвые не говорят, она свалила вину на уже казнённого дворянина и сосредоточила гнев толпы в одном месте. [Её Величество день и ночь тревожится о вашей защите. Она пытается выдержать и преодолеть эту ситуацию. Каково ей будет, если в ответ она получит лишь недоверие? Нам нужна ваша помощь, чтобы Её Величество могла сосредоточиться только на войне с демонами.] И завершение было безупречно гладким. Проще говоря: не смейте не доверять. Тем, кто верит, будет спасение. Звучало как речь человека, управляющего псевдорелигией. Наблюдая за этим, Ёнхва подумала лишь одно: «Самое смешное, что это снова работает». Даже если дворян убедить не удалось, народ она всё же склонила, а значит, почти добилась успеха. Общественные настроения были одним из видов оружия, позволявших дворянам дерзить королеве. — Ха? — Ваше Величество! — А. ...Похоже, она слишком погрузилась в мысли. В какой-то момент, стоило ей схватиться за перо, уже пачкавшее бумагу чёрными чернилами, прямо перед ней прозвучал вопросительный голос. — О чём вы задумались, Ваше Величество? — Думаю, у Гвейн был весьма способный стратег. Ёнхва подняла голову. Когда её глаза встретились с глазами Сэрин, мышцы лица расслабились почти сами собой. Она тут же добавила причину: — Благодаря тебе я выиграла время, пока не будет найден верный способ. — Ах, я лишь сделала то, что должна была. Не знаю даже, что ответить на такую похвалу. — Чрезмерная скромность мешает другим признавать твои заслуги. — Признавать заслуги — добродетель монарха. В этом смысле Её Величество — мудрая королева. — Мудрая королева... Можно ли назвать мудрой королевой того, кто едва держится под атаками демонов и с трудом ищет подходящий ход? Лесть у неё получалась гладко. Отложив горечь, Ёнхва посмотрела на Сэрин. — Кстати, ты узнала, что случилось с едой? Я слышала, во временном складе протечка. Основной продовольственный склад был полон, поэтому остаток перенесли во временный. И словно доказывая, что временное — оно и есть временное, вскоре пришла весть о протечке. Слово «вода» звучало слишком мягко: на еду попал растаявший кровавый снег. Будь это обычная вода, её хотя бы можно было бы выпить до порчи, пусть вкус и ухудшился бы. Как и ожидалось, лицо Сэрин немного застыло: ситуация была плохой. — Еда во временном складе... не подлежит восстановлению. — Я так и думала. — К счастью, часть, куда кровь не просочилась, удалось как-то спасти. Но мы слишком поздно поняли, что вода протекает... К тому времени на полу уже собралась неглубокая лужа крови. Из-за этого почти всё продовольствие, кроме верхних слоёв, пришлось выбросить. — Ничего не поделаешь. Иных мер, кроме наказания ответственного за склад, предпринять было нельзя. Раз удалось сохранить хотя бы немного еды, лучше считать это удачей и двигаться дальше. Опустив глаза, словно это была её вина, Ёнхва лёгким, почти шутливым голосом попыталась успокоить Сэрин: — Если еды будет не хватать, нам останется только выживать из чистого упрямства. — ... — В этом смысле лучше решить дело до того, как продовольствие станет дефицитом. Лучшим вариантом было изгнать демонов или убить героя до того, как закончится еда. Со вторым они ничего сделать не могли — оставалось только терпеть и надеяться на успех. Зато первое полностью лежало на их ответственности. Ёнхва спокойно встретила взгляд Сэрин, поднявшей голову, будто понявшей её намерение. — Нет ли у тебя острого хода? Она знала, что план не рождается за одну ночь, и что полностью выгнать демонов — это жадность. Её устроил бы хотя бы один удар. Сэрин, сидевшая в обременительном положении перед королевой, которая велела ей не чувствовать давления, какое-то время смотрела молча, а затем медленно открыла рот. Голос её был твёрдым, будто она уже всё обдумала. — Я хочу устроить засаду. — Засаду...? — Если вести только оборону, этому не будет конца. Они не стучатся в ворота целые сутки, так что времени подготовиться хватает. Ёнхва кивнула, предлагая продолжать. Сэрин заговорила дальше: — Засада — тактика, известная всем. Она столько раз упоминается в хрониках и используется до сих пор. Знаете почему? — Потому что враги всё ещё на неё попадаются. — Да. Чем сильнее хочешь закончить всё побыстрее, тем легче попасться. Вместо того чтобы смотреть по сторонам, они начинают торопиться, думая, что всё идёт хорошо. Так поступают даже генералы — что уж говорить об обычных солдатах? Даже если генерал заметит странность, солдаты к моменту приказа уже убегут далеко вперёд. Просто побежать быстрее, чем услышать голос генерала, понять его и выполнить приказ. — Даже генерал, почувствовав что-то неладное, скорее поверит в силу и пойдёт вперёд, чем бессмысленно отступит из-за неясных подозрений и получит клеймо труса. Если отступить, а засады не окажется, ты трус. Если засада есть, но ты не примешь основного боя, это всё равно потеря. Особенно демоны, с их идеологией силы, будут чувствительны к слову «трус», а потому попытаются продавить, полагаясь на прочные тела и силу своей расы. Значит, они неизбежно попадут в засаду. — Если мы продержимся ещё немного, они отступят за пределы досягаемости наших стрел для краткой передышки. Они отойдут довольно далеко, чтобы оказаться вне досягаемости оружия героя, так что этого промежутка хватит для перемещения. К тому же... Сэрин повернула голову к окну. Белый снег валил так густо, словно собирался полностью накрыть замок, запятнанный зловещей жидкостью. — ...Небо на нашей стороне. Снег скроет наши движения. Раз уж сама обстановка сложилась так, правильно будет нанести им удар. Сэрин слабо улыбнулась, произнося обнадёживающие слова с совершенно безнадёжным лицом. — Рельеф Горного королевства выгоден для засады. Жаль только, что нам приходится защищаться вокруг замка. — Такова неизбежная ситуация. В любом случае, займись этим. План предложила ты, значит, тебе и отвечать за управление войсками. *** Целый день стучавшиеся в крепостные ворота демоны, когда стемнело, отошли далеко назад, провели короткое приведение в порядок и с рассветом снова двинулись к замку. Путаться было не в чем: это была уже протоптанная во время боёв дорога. Дерниван, шедший впереди без колебаний, вдруг остановился, словно что-то почувствовал. Волчьи уши на его голове настороженно поднялись. Он внезапно застыл, и шедший позади командир Девятого корпуса Тровер нахмурился. — Почему не идёшь? — Разве не странно? — Что? — У меня дурное предчувствие. Командир Шестого корпуса Белитан высунул голову, огляделся и склонил голову набок, словно ничего не понимал. — Да?.. Не знаю... — И что с того, что у тебя дурное предчувствие? Если собираешься тормозить, отойди. Девятый корпус пойдёт впереди. — Подожди. Здесь лучше поставить впереди Восьмой корпус, щитоносцев... — Трус. Командир Девятого корпуса Тровер прошёл мимо, грубо задев Дернивана плечом. Белитан тихо охнул и посмотрел на Дернивана, будто ожидал его реакции. Недаром того называли похожим на труп: Дерниван, как обычно, молчал с бесстрастным лицом. Однако... — Ха. Едва заметный убийственный взгляд следил за затылком. Тровер, почувствовав, что он направлен именно на него, а не на кого-то ещё, обернулся. Встретившись с взглядом Дернивана, он тут же рассмеялся от абсурда. «Если всё пойдёт хорошо, как только эта война закончится, он ударит меня в спину». ---------- Вторая битва началась, ребята (1) Король Рвече молча смотрел на падающий снег и в уме подсчитывал потерянные войска и оставшееся продовольствие. Ответ был прост. «Я ещё смогу продержаться». На самом деле это был заранее заданный ответ. Даже если удержаться невозможно, он обязан был как-то держаться до тех пор, пока Деон Харт не будет убит. Раз он противник Короля демонов, жизнь героя тоже довольно длинна. Если сидеть и ждать его естественной смерти, трудно даже представить, сколько поколений пройдёт. Было ясно: прежде чем нынешний герой умрёт своей смертью, мир людей будет растоптан так, что восстановиться уже не сможет. Смерть Деона Харта — единственная надежда. И в тот момент, когда все монархи были сосредоточены лишь на одном, загорелся камень связи у каждого из них. Это был не тот камень связи, которым они обычно пользовались для переговоров между собой. Это были камни героев, отправленных разбираться с подготовившимся Деоном Хартом. И это значило... Да. Герои и Деон Харт встретились. *** [Деон, дальше наши пути расходятся...] [Хорошо, вы справились. ...А, перед уходом оставь здесь часть солдат.] [Солдат?] [Да. Элитная боевая сила не нужна, достаточно обычных солдат.] Деон, расставшись с Лиринель и другими корпусами, уже собирался снова двинуться дальше с увеличившимся числом подчинённых войск... но поднял голову, почувствовав жидкость, упавшую ему на щёку. Слухи о сильной засухе, похоже, были ложью: с неба начинал капать дождь. Он посмотрел вверх на дождь, мгновенно усиливающийся, и демоны поблизости на миг отказались закрываться от него, а вместо этого обернулись к бойцам Нулевого корпуса. Войска под его командованием смотрели на него без колебаний, будто просили приказа. — Смотрите внимательно. Деон развернул карту. — Я, вероятно, буду сражаться здесь. — Значит, держите расстояние вокруг этого места... Палец указал на одну точку и провёл довольно длинную линию. Он ушёл так далеко, что указанная точка уже была не видна невооружённым глазом. Затем был очерчен большой круг, и сухой голос завершил приказ: — Встаньте по периметру и не пускайте никого внутрь. — Никого... значит... — Даже наших союзников. — Они будут только мешать. — Понял. Незнакомый голос. Деон на мгновение посмотрел на того, кто ответил за него. Лицо было знакомым, но имени он даже не знал. Тот смотрел на него растерянно. — Хотите сказать что-то ещё...? — ... ...Изначально здесь должен был быть Эд, а не этот незнакомец. Но Эд не последовал за ним. Особой причины не было. Деон Харт не позвал его, а Эд сам не пришёл сказать, что пойдёт. Раз Эд не пошёл, один из бойцов Нулевого корпуса занял его место. — Господин Деон? — Нет. Ничего. Деон отвернулся. *** — Тихо, хорошо, правда? В этот раз все ушли на войну, так что весь замок затих. Я подумал, это идеально для выпивки. — Тихо... но мрачно. — Сядь и не неси чушь. Давай выпьем. — ...Ты не жалеешь, что не пошёл за Деоном? — Будет полезнее, если я не пойду. Сейчас, если я пойду, я только помешаю. — Понятно... — Кстати, мне кое-что любопытно насчёт прошлого. Когда я спросил, на чьей стороне ты будешь, если Король демонов и Деон вступят в конфликт... [А если?] [Если Король демонов и Деон окажутся в конфликте, чью сторону ты займёшь?] — Ты уже тогда всё знал? — ... — Ответь. — Ладно. Чёрт. *** Учитывая дорогу к месту битвы, Деон расставил бойцов Нулевого корпуса вокруг, а сам направился к героям с обычными солдатами-демонами. Следовавшие за ним солдаты недоумённо склоняли головы: он шёл без колебаний, будто заранее знал всё. Но Деон не обращал на это внимания и смотрел лишь в одну сторону. Вдалеке отчётливо виднелись собравшиеся герои — достаточно, чтобы признать их именно «героями». Когда они подошли чуть ближе, за спиной раздались тихие возгласы: демоны тоже начали их различать. Деон, не обращая внимания на восхищённые взгляды за спиной, остановился, когда встретился глазами с героями. — Деон? Почему ты остановился? — ...Ничего. Там точно что-то есть. Даже встретившись с ним взглядом, они оставались на месте вместо того, чтобы подойти навстречу. Что это? Теперь, когда он задумался, рыцари Примиро вопреки докладам ещё не появлялись. Может, это с ними связано? Деон только сделал шаг, размышляя об этом, как резко пошатнулся, будто на мгновение подкосились колени. И тут, словно только этого и ждали, последовала внезапная атака. — Господин Деон?! — ... Их лидер, сердцевина этой войны, оказался в опасности. Демоны, без колебаний бросившиеся его защищать, не смогли приспособиться к внезапному давлению на тела и рухнули либо опустились на одно колено. Деон, оставшийся перед мечом без защиты, за это короткое мгновение осмотрел лица врагов и усмехнулся. «Вот оно». Он думал, куда подевались рыцари Примиро, а они были здесь. Попытки удержать равновесие он оставил и расслабил тело. Меч прошёл впритирку над резко пригнувшейся головой. Деон скрутил корпус, поставил ногу на землю и ударил противника в солнечное сплетение. «...По расчёту я должен был нормально удержать позу». Рука, ещё не рассчитавшая вес давления, не смогла вытолкнуть тело и беспомощно согнулась. Деон быстро перекатился по земле, поднялся и вышел из зоны возможной атаки. Выглядело немного неловко, но он всё равно оттолкнул врага и выжил. Тут же вынув кинжал, он заблокировал последующую атаку и легко спросил: — Это магическая формация? Ответа, естественно, не было. Он знал, что магические формации бывают разными... но не думал, что существует и такая. По виду это была формация, действующая на область, но раз те, кто находился в той же зоне, не подвергались влиянию, значит, они использовали какую-то уловку. «Хорошо бы это было что-то вроде амулета». Такое можно украсть. Острое лезвие кольнуло кожу. Деон легко пожал плечами и, глядя на знакомые лица, открыл рот: — Давно не виделись. — Куда ты дел старших? О, выражение лица стоило посмотреть. Разумеется, он спрашивал, уже зная ответ. Ему нужно было кое-что проверить. Только что бой пролетел слишком быстро, и ему требовалось ещё немного времени. Деон поднял руку и почесал щёку, наблюдая за лицом противника, который всё ещё не отвечал. — Я не хотел по возможности трогать ваш рыцарский орден... — ... — Но, похоже, хорошо, что их здесь нет. ...Ладно, вот это давление. Он привык. Времени было мало, но он получил многое. За это время Деон приспособился к давлению, прижимавшему тело, примерно рассчитал его вес по ощущениям, когда поднимал руку, и уловил разницу между намерением и реальным движением. Затем он с усмешкой проследил за взглядами тех, чьи глаза беспокойно метались. — Судя по тому, как вы шарите глазами, вы что-то настойчиво ищете. — Наших бешеных псов... Ищете рыцарей Лофти? Ах, название «рыцари-убийцы» вам, похоже, знакомо. Это длилось лишь мгновение, но Деон ясно увидел: демоны, ещё не привыкшие к давлению, с трудом дрались тяжёлыми телами. Сам бой складывался в их пользу, значит, ситуация была не проблемой. Проблема была в том, что вместо нужных гостей пришёл не тот человек. Уголки его губ криво поднялись. — Я почему-то не взял их с собой. — ... Это было пугающе точное предположение. Командир рыцарей Примиро выровнял сбившееся выражение лица. Их изначальная роль заключалась в том, чтобы задержать рыцарей-убийц и сделать их полезными заложниками в битве героев. Хоть для того, чтобы отвлечь Деона Харта, хоть чтобы схватить его за поводок — в конечном итоге это должно было помочь убить Деона Харта. — Но вам не стыдно? Вы используете всевозможные грязные приёмы, лишь бы меня убить. ...Как рыцарь, он честно считал это трусостью, пусть даже всего на мгновение. Но какое значение имеют средства и методы, когда нужно защитить мир людей? Против мерзавца, пытающегося уничтожить человечество, справедливость соблюдать не обязательно. Поэтому он открыл наконец молчавший рот и задал встречный вопрос: — А вам не стыдно, будучи героем, нападать на мир людей вместо того, чтобы его защищать? — Хм. Деон на мгновение расширил глаза, будто не ожидал вопроса вместо ответа, а затем улыбнулся. — Совсем не стыдно? Он сделал остановившийся шаг. Под давлением, ставшим уже привычным, как повседневность, он прошёлся по зоне словно на прогулке, игнорируя настороженные взгляды, затем повернул голову к ожидавшему рядом демону. — А магическую силу использовать можно? — Невозможно. Можно, если выйти за пределы этой области, но... — Бесполезно. Даже если создать магию снаружи, она будет отменена, как только войдёт в область. Даже если снаружи создать огненный шар и бросить его, он исчезнет в зоне действия формации подавления магии. Деон небрежно потёр подбородок. — Ну... я ожидал. Если подумать, это и так ясно по тому, как пользователи магии беспомощно умирают. Кроме того, враг не мог не предусмотреть подобную ситуацию. Будь он на их месте, он, конечно, учёл бы возможность привести демонов и установил формацию подавления магии. Нынешние монархи стран не идиоты; к тому же, объединившись, они сложили головы вместе, так что не включить это в расчёт было бы бессмысленно. — Что же делать... Деон тихо посмотрел на кровь, будто подступавшую к горлу. Быстрый взгляд показал: когда некоторые демоны выходили за пределы этой проклятой формации, где давление ослабевало, их не преследовали. Скорее наоборот — демоны, снова вступая в бой, вынуждены были снова входить в область формации и проходить период адаптации. «Смогут ли они справиться только теми демонами, что есть сейчас?» В конце концов, похоже, ему придётся самому пролить здесь кровь. Даже погружённый в короткие мысли, он услышал голос, на мгновение вытащивший его сознание наружу. — Мы разберёмся с ними. Деон поднял взгляд. — Сможете? — Вам нужно заниматься героями, господин Деон. Мы справимся. Дайте нам немного времени, и мы быстро привыкнем к этому странному давлению. Мы не настолько слабы, чтобы не выдержать даже такого короткого момента. Пусть они и выглядели слабыми, в конце концов они были демонами; пусть обычными солдатами, но всё равно одной из сил Короля демонов. Уверенные глаза были направлены на Деона Харта, словно просили поверить и оставить дело им. Некоторое время встретившись с тяжёлым взглядом, Деон медленно кивнул. — Тогда оставляю это вам. — Спасибо. Спасибо?.. Вместо бессмысленного ответа этот демон развернулся и крикнул сражавшимся демонам. Голос прозвучал мощно, не хуже, чем у любого генерала. — Наша задача — устранить и убрать всё, что мешает Деону! Это миссия, которую Деон доверил вам, так что будьте безупречны! Сделаем так, чтобы никто не посмел преградить Деону путь! — О-о-о! — Убить! Воодушевлённые демоны яростно бросились вперёд. В ответ земля содрогнулась от грубого голоса: — Рыцари Примиро, мы элита! Покажите им, почему мы были символом страха на Юге! — Смерть врагу! Две группы сцепились. Грубые шаги взметали грязную воду, кровь брызгала в воздух. Деон, на мгновение остановившись и оценив ситуацию, медленно прошёл между ними и направился к приближавшимся героям. Иногда кто-то пытался атаковать его, но прежде чем достать до него, их останавливали солдаты-демоны. — Мм? И тут Деон заметил среди приближающихся героев нечто. Его глаза расширились. Вместо того чтобы снова идти как прежде, он медленно двинулся вперёд, не отрывая взгляда от неожиданного противника. — Вот уж неожиданно. — ... — Интересно, что благородная принцесса делает здесь. ---------- Вторая битва началась, ребята (2) Даже под проливным дождём и пасмурным небом золотые волосы отчётливо заявляли о себе. Этот цвет невозможно было спутать. Это не иллюзия. С какой стати член императорской семьи пришёл в такое опасное место? Красные глаза пристально смотрели на неё, словно пытались выкопать её намерения. Она лишь встретилась с ним взглядом и заговорила, но, похоже, уже одно это показалось остальным угрозой: несколько героев шагнули вперёд, будто желая прикрыть её собой. — Всё в порядке, отойдите. — Но... — Думаете, я пришла сюда, чтобы получать помощь как член императорской семьи? — ... Алетея прошла мимо них. Не отключая камень связи, который держала в одной руке, она спрятала его за пазуху, спокойно подняла голову и встретилась взглядом с Деоном. — Давно не виделись. Так давно, что я даже не знаю, что сказать первым... — ... — Для начала отвечу на вопрос, зачем я пришла. Как член императорской семьи Империи и как герой, я пришла туда, куда должна была прийти. Я просто пришла, и хотела бы спросить: разве в этом есть проблема? Это проклятое «положение обязывает»? Нет, важнее другое... В её словах было одно слово, раздражавшее слух. Деон криво наклонил голову. — Герой? — Твой герой. Ха. Почему член императорской семьи стал героем именно в этот период? Время странное. Что это за шутка такая? Деон поправил выражение абсурдного недоумения на лице и язвительно открыл рот: — В любом случае, это не слишком безрассудно? Ваше Королевское Высочество, война — не игрушка. — Я не могла прийти так далеко, не понимая этого. И ты уже какое-то время называешь меня неправильно. Не принцесса, а император. Он и так знал. Соответствующие сведения они получили давно, и раз наследный принц стал императором, легко было догадаться, что принцесса, единственная наследница, тоже стала императором. Это была просто провокация. Деон усмехнулся. — Я был груб. В его манере было больше достоинства, чем при их прошлой встрече. Алетея на мгновение нахмурилась: её ещё сильнее задело то, что он продолжает обращаться к ней с уважением, будто она всё ещё дворянка Империи. Разумеется, это длилось лишь миг, и её лицо быстро вернулось к прежнему выражению, словно ничего и не было. Не только он умеет расшатывать чужое сознание. Она легко приняла извинение пустым «ничего страшного» и с гладкой улыбкой спросила: — С тобой правда всё в порядке? — ... — Я слышала новости о последней битве. Говорят, растение-монстр пожертвовало собой ради тебя. Довольно жалкое зрелище, как мне передали... А. Всплыла тема, которая ему совершенно не нравилась. Деон на миг замолчал: воспоминания о том времени нахлынули на него. Голос Алетеи продолжился, будто заполняя образовавшуюся паузу: — Сожалею, что ты так потерял своего возлюбленного. — Что? Что он только что услышал? — Твои вкусы стали очень необычными. Сначала мужеложство, теперь влечение к чему-то совсем не человеческому. Со всеми, кто долго живёт в мире демонов, такое происходит?.. Даже добавленное себе под нос бормотание было идеально. Глаза Деона дрогнули от ошеломляющей чуши. — Что за бред ты несёшь? Слова вылетели сами, отбрасывая всё — включая вежливость. Кроме части о том, что монстр пожертвовал собой, всё остальное было полной бессмыслицей от начала до конца, до такой степени, что он на миг не поверил собственным ушам. И странное растение тоже, но особенно прошлое замечание о мужеложстве... — ...Разве Эльпидиус Дезерт не сказал, что это было недоразумение? — Всё хорошо, я уважаю твой вкус. Не надо меня уважать. — ... Лицо Алетеи, до того лёгкое и насмешливое, внезапно застыло. Из золота вытекла игривость, её место занял холодный гнев. И в тот же миг. Чааанг! Звук заставил всех напрячься. Деон, заблокировавший резкую атаку, посмотрел на всё ещё звенящий кинжал, затем перевёл взгляд на Алетею. Она с бесстрастным лицом отвела меч и холодно произнесла тому, кто посмел упомянуть имя императора: — Это «Его Величество Император». Следи за словами. — Ха-ха. Похоже, она пыталась встряхнуть его разум завораживающим замечанием, но разве такая реакция не стала бы для него шансом прийти в себя? Что делать, если тот, кто начал провокацию, сам оказался задет брошенной с его стороны фразой? Если она эмоционально дрогнула, значит, дрогнула. Он знал: если сражаться сейчас, можно начать бой в чуть более выгодном положении. Но Деон не спешил направлять кинжал. Появилось кое-что, над чем хотелось ещё немного поязвить. Если удастся, одного героя по имени Алетея можно будет легко вывести из строя. — Эльпидиус Дезерт — «император»? Он открыл рот без колебаний. — Сила, дух, политическое чутьё и даже чувство ответственности. Император, который ничем не лучше прежнего и не имеет ничего достойного императора? — Я сказала тебе следить за словами. Алетея зарычала резко, словно он попал в больное место. Не слишком ли сильная реакция? В тот миг, когда Деон слегка расширил глаза, удивившись реакции сильнее ожидаемой, из её груди донёсся тихий голос. — Алетея, успокойся. Он не ошибается. Когда эмоции усиливаются, в движениях появляются бреши. Если она сейчас сорвётся и бросится на него, вероятность умереть от одного удара будет велика. Изначально Эльпидиус, слушавший их разговор через камень связи у Алетеи за пазухой, не собирался говорить, но потерять младшую сестру он не мог. В тихой комнате он открыл рот. Словно показывая, что с ним всё в порядке, он улыбнулся и тихо ответил — тому, кто мог его услышать, или, возможно, не мог. — Да, я не император. — Поэтому я и могу без колебаний склонить голову. Из камня связи вернулась тишина. Он не отключился, но слышен был только канал, соединённый с Алетеей. Впрочем, это с самого начала было ближе к разговору с самим собой. Эльпидиус закончил фразу, не обращая внимания. — Благодаря этому я смог заключить союз с такими великими людьми и получить второй шанс. Он назвал их «великими людьми», чтобы никто не чувствовал себя обойдённым, но все понимали: на самом деле он имел в виду Рвече. Рвече предоставило второй шанс, выставив собранных героев, а до того Эльпидиус лично принёс Рвече извинения, сделав возможным воссоединение. Король Рвече молчал. Тем временем Алетея, немного успокоившая эмоции благодаря шёпоту Эльпидиуса, посмотрела на Деона Харта. Его красота, промокшая под дождём и выглядевшая жалко, но вовсе не мёртвой, ударила ей в глаза. ...Остатки гнева исчезли. «...Если бы я тогда как-то довела дело до брака с ним...» Ситуации вроде нынешней не возникло бы. Замолчав на миг, вспоминая бессмысленные семейные обстоятельства, она вдруг едва слышно вздохнула. — Как верный герой Империи дошёл до такого?.. Деон Харт молчал, словно пока хотел слушать. Глядя прямо в неподвижные красные глаза, Алетея слабо улыбнулась и сделала последнее предложение, которое больше никогда не повторится. — Я хочу спросить кое-что. — ... — Если я предложу стереть все грехи, которые ты совершил до сих пор... сможешь ли ты снова стать героем Империи? Рядом послышалось, как один из героев резко втянул воздух. Она не обратила на это внимания и сосредоточилась на Деоне Харте. В любом случае это была последняя борьба людей. Крайне слабая и отчаянная попытка убить хотя бы героя и спасти следующее поколение, даже если сами они погибнут. И потому, если даже ничтожная вероятность того, что Деон Харт передумает и снова перейдёт на их сторону, станет реальностью, это принесёт огромную пользу. Тогда выживание мира людей будет подтверждено. Если повезёт, можно будет даже убить Короля демонов. «Конечно, грех Деона Харта велик и тяжёл настолько, что войдёт в историю, но...» Когда на кону «выживание мира людей», это не то, что нельзя уничтожить. Нет, скорее, чтобы удержать его, грех пришлось бы стереть — вот почему, рискуя осуждением, она спросила. — Нет. Ответ был решительным. Деон Харт сухо сказал, будто спрашивал, неужели она называет это предложением: — Уже слишком поздно поворачивать назад. Остановиться — тоже. Ты ведь знаешь. Тот, кто видел императора Эдоардо Дезерта, должен примерно понимать ситуацию. Как и ожидалось, глаза Алетеи изменились, и Деон горько улыбнулся. Трупы, словно следы пройденного пути, громоздились позади. Их масса была похожа на настоящую гору. Если он остановится здесь, его раздавит обрушившаяся лавиной груда трупов. Если обернётся назад — собственными глазами увидит и переживёт весь путь, по которому оказался заперт в греховной карме. Нет причины терпеть, не достигнув цели. У него не было уверенности, что он выдержит. — Понятно... Она ожидала этого. Алетея приняла ответ без особого разочарования и вскоре улыбнулась самой красивой улыбкой, какую знала. — Даже если я предложу тебе место рядом со следующим императором? — Я против этого брака. Брат, помолчи. Сколько бы ты ни шептал, всё это время ты просто слушал, так почему именно сейчас открыл рот? Недовольно постучав по месту, где находился камень связи, она услышала, как Деон Харт, молча наблюдавший за ней, ярко улыбнулся. — Не стоит. — ... — Как насчёт того, чтобы Ваше Высочество перешла на мою сторону? Странно... Почему казалось, будто светит солнце, хотя вокруг было мрачно и шёл дождь? Всё вокруг будто странно посветлело. Алетея растерянно моргнула. Хотя это была редкая по степени чушь, она не отвергла её сразу, и из-за пазухи с тревогой раздался тихий голос: — Алетея?.. Увидев это, Деон тихо рассмеялся. После встречи с Лиринель он уже испытал, что любая чушь может обрести смысл, если фоном служит это лицо... но он не думал, что это сработает и здесь. Разумеется, она быстро пришла в себя. Алетея нахмурилась, словно спрашивала, когда это её успели околдовать. — Говори что-нибудь осмысленное. — Конечно, я шучу. Кстати, камень связи у тебя в кармане. Он проигнорировал резкий ответ и мягко улыбнулся. — Он соединён с твоим братом? — Не думаю, что обязана отвечать. — Можешь не отвечать. Это всего лишь проверка. Камни связи у героев по обе стороны от Вашего Величества, вероятно, соединены с королями Рвече и Горного королевства соответственно. — ... — Как раз удачно вышло. Как верный герой Империи дошёл до такого? Те, кто знает, и так примерно знают, так что перейдём дальше... По крайней мере наследный принц — нет, Эльпидиус, унаследовавший всё после бывшего императора, вероятно, знает хотя бы в общих чертах. — Вопрос похожий, но более фундаментальный. Вы знаете, почему всё дошло до этого? Это был вопрос к монархам, которые должны были слушать. Разумеется, в ответ вернулась лишь тишина. Не получив ответа, Деон спокойно продолжил: — Наверное, вы хотите ответить, что причина — я. — ... — Да, я не стану отрицать. Всё это произошло из-за упрямства ребёнка, закатившего истерику, потому что реальность оказалась тяжёлой. Слишком жёстко говорить так о себе, но это было правдой. Слишком много невиновных погибло, чтобы называть это местью. Это уже то же самое, что потерять направление. Назвав эту войну истерикой сопляка, Деон улыбнулся монархам, надеявшимся, что у безнадёжной войны есть хоть какая-то понятная причина. — Если бы то же самое случилось не со мной, а с кем-то другим, это похоронили бы как одно несчастное происшествие одного человека. Поэтому, если сказать короче... — Вы просто связались не с тем человеком. Вам просто не повезло. ---------- Вторая битва началась, ребята (3) — ... Вернулась знакомая тишина. Ах, как прохладно. Деон откинул голову и тихо рассмеялся. Дождевая вода стекала по щеке и капала с подбородка, мокрая одежда липла к телу и мешала двигаться, но настроение было на удивление приятным. — Знаете, что ещё жалче? — ... — Именно поэтому Король демонов начал войну. В первую очередь эта война не случилась бы без разрешения Короля демонов. Улыбка на губах постепенно исчезла. Красные глаза, только что сиявшие каким-то возбуждением, стали тёмными и глубокими. С уже сухим лицом Деон заговорил чуть ниже: — Поверили бы вы, если бы я сказал, что всё это произошло, чтобы убить чью-то скуку? — ... — Здесь нет ни благородной причины, ни отчаянного желания. Иными словами, не было никакой искренней причины, которой можно было бы оправдать войну, доведшую их до этого момента. В застывшей тишине Деон провёл языком по горькой внутренней стороне рта. По мере приближения конца мысли снова начали возвращаться. «Ради чего я горю?» Они действительно прошли долгий путь, и оставалось совсем немного. Раз он держался за цель, которой ещё не достиг, усталость была неизбежна. ...Впрочем, это всё равно не важно. — Поэтому. Оттолкнув пустоту, он свирепо изогнул уголки губ. Деон Харт резко сказал героям, включая потрясённую Алетею, поправлявшую оружие, и монархам, слушавшим всё это: — Второй раунд начинается, ублюдки. Давайте уже сражаться. Проливной дождь обладал крайним эффектом: либо охлаждал безумие поля боя, либо, наоборот, усиливал его. Похоже, сейчас было второе, и это было хорошо. Бросив взгляд на солдат-демонов и рыцарей Примиро, сражавшихся в безумной схватке немного поодаль, Деон рванул к врагу, с сияющими красными глазами и привычным оружием в руке. Полномасштабная битва между обезумевшим героем и героями, пришедшими его остановить, началась. *** Рыцари Лофти ползком перебрались через разлившуюся реку. Разумеется... — Эй... эй! Очнись. — Чёрт, нельзя просто так валяться здесь! Не все перешли благополучно. Говорили, что даже конь мира демонов, хоть и лишённый силы, был унесён течением. Поскольку они специализировались на выживании, они быстро бросали своих коней и прыгали на коней товарищей... — Я воды нахлебался. — За такой короткий промежуток? Ты решил сделать этому ублюдку обед из воды?.. — Если голоден, еду ешь, тупица... — Я не бегемот, который три дня голодал. Если упал в воду, задержи дыхание и выныривай, будто только этого и ждал. В каком сумасшедшем районе её пьют? — Он ещё и вдохнул её трахеей, не пищеводом... Похоже, набить желудок водой ему было мало, он решил запасти её ещё и в лёгких. — Будто его на месяц высадили на необитаемый остров без воды. Некоторые всё же опоздали и упали в воду. Можно ли считать удачей, что никто не «потерялся», потому что кого-то успели поднять до того, как его мгновенно унесло? Разумеется, независимо от того, мог он «дышать» или нет. Здоровые ребята быстро давили на грудь и хлопали по спине тех, кто не мог дышать. Если казалось, что человек не очнётся, били по щеке. Тогда, с живучестью тараканов, они вскакивали и начинали ругаться вместе с водой: почему сломали мне рёбра, почему били по щекам. Но были и те, кто не делал даже этого. — ...Только один человек. Хорошо спаслись. — Знаю. Если смотреть только по числу, это было правдой. Милан опустил взгляд на холодное тело перед собой. — Но... Если учесть, что они были товарищами, почти семьёй, больше десяти лет, это было не «только». Хотя времени на это не было, воздух стал тяжёлым. Разговор, которым пытались хоть как-то поддерживать лёгкую атмосферу, оказался бесполезным. Милан, просто смотревший на тело бесстрастным лицом, вдруг краем глаза заметил, как Клетер что-то роется. — ...Клетер, что ты делаешь? — Думаю, среди трав, которые дал капитан, может быть что-то полезное. Это были травы фей. Возможно, что-то сможет помочь. Его глаза читали записку с объяснениями, не оставляя надежды, и остановились на одном месте. Зрачки, в которых уже таилось слабое чувство неизбежного смирения, расширились и вскоре наполнились радостью. — Милан! Клетер тут же поднял голову. — Немедленно затолкай это ему в горло! — Что? Эй, каким бы тупым он ни был, издеваться над трупом... — Что за бред ты несёшь? Ты забыл, что это трава фей? Это чтобы спасти жизнь, так что сначала затолкай ему это в горло. — Неважно, в трахею или пищевод. В любом случае, если попадёт внутрь, подействует. В записке было написано: если попадёт в дыхательные пути, вода тут же вытянется наружу; если в пищевод — сразу растворится и впитается, вызвав рвоту, которая удалит холодную воду из лёгких. В процессе также лечатся нагрузка и раны на теле. [Внимание: если дать здоровому человеку, лёгкие могут высохнуть, сморщиться или вовсе разорваться. Не используйте без необходимости.] Хм... Увидев в конце лечебный эффект, он подумал, что траву можно применять и в других случаях, но, похоже, нет. В любом случае главное — сейчас с её помощью можно спасти товарища. Услышав объяснение, Милан оживился. Он быстро взял траву, разжал челюсть товарища и, ухмыляясь, безжалостно запихнул её ему в горло. — Как приказано. ...Выглядело довольно жутко. Был ли у него сумасшедший товарищ? Ах, они и так были сумасшедшей группой. — Понимаю, ты рад, что его можно спасти, но запихивай так, чтобы не ранить. И следи, чтобы язык не застрял. — Конечно. Верь мне. Совсем не внушает доверия. В этот момент он увидел, как рука товарища, который был мёртв... или на грани смерти, дрогнула. ...Показалось? Или трупное окоченение пришло поздно? Может, дух, разгневанный грубыми действиями, вернулся. В тот миг, когда Клетер прищурился. — Угх... кха! Постой... уэ-э! — О. — Кхе-кхе... Что творит этот псих?! Решил кого-то убить? Труп поднялся и схватил Милана за ворот! Лицо Милана просветлело, даже несмотря на то что товарищ плевался водой и ругался. Он обнял оживший труп... нет, товарища. — Ты жив! Труп ожил! — Кто труп?! Мне и так плохо, а ты давишь... уэээк. — О. Плечи и спина Милана покрылись тёплой жидкостью. ...К счастью, он выплюнул только воду. Может, ощущалось неприятно, но... «Ну, это не я». Клетер, как обычно, проигнорировал ситуацию и осторожно достал из мешочка с травами ещё одну. Спасти — это не всё. Нужно разобраться и с последствиями вроде падения температуры тела. То же относилось и к остальным, кто упал в воду. С травой в одной руке он хлопнул по мокрой спине товарища рядом, привлекая внимание. — Все, кто падал в воду, ко мне. — ... — Быстрее, времени нет. Нужно быстро восстановиться и идти помогать капитану. Сразу после этих слов перед ним выстроилась очередь. *** В Рвече есть общественная баня. Понимаете, что это значит? Такие чистоплотные люди не стали бы бездумно сливать грязную воду внутри замка. Значит, есть отдельное место, куда уходит использованная вода. «Проникновение через воду — моя специализация». Командир Второго корпуса Девелания, в основном отвечавшая за дела, связанные с проникновением, легко провела рукой по жабрам за ушами и ухмыльнулась. Перепонки между пальцами отчётливо выдавали своё присутствие. «Не хочу лезть туда, потому что это сточная вода, но...» Только разрушив формацию, можно значительно склонить чашу этой затянувшейся войны. Что поделаешь? Проверив вещи, она подавила отвращение и вошла в воду. В руках у неё были камень связи, карта и другие мелочи, но каменному камню связи вода изначально не страшна, карта водостойкая, так что проблем не было. Остальные мелочи тоже не были уязвимы к воде. К счастью, водный проход был достаточно широким, чтобы через него прошёл один человек. «Ну, если сделать его слишком маленьким и он забьётся, решить проблему будет невозможно». Вместо того чтобы неэффективно переделывать всё с нуля, лучше сделать такой размер, чтобы люди могли проходить, регулярно чистить и проверять, даже если это создаёт риск неожиданного проникновения. Девелания, бездумно плывшая против течения, остановилась, заметив железную решётку, преградившую путь. «Как и ожидалось, свою защиту они подготовили». К счастью, был замок, так что достаточно его вскрыть. Куда денутся навыки проникновения командира корпуса? Не паникуя, она порылась в сумке и достала тонкий стержень. От слегка изогнутых концов до змеевидных. Подержав разные отмычки и некоторое время посмотрев на замочную скважину, она приняла решение и выбрала одну. После первого замка всё пошло легко. Рвече проявило удивительную беспечность, используя повсюду один и тот же тип решёток. Иными словами, все они были с замками. Иногда срабатывали ловушки, но опасными они не были. На таком уровне даже мелькнула мысль: а не использовать ли это как входной путь? «Был бы полезный канал атаки, если бы не тот факт, что кроме меня другие не продержатся долго в воде». И правда жаль, что демонов, способных долго плыть против течения в проходе, где вода до самой головы и нельзя вдохнуть, было мало. Добравшись до конца прохода и раскрыв карту, Девелания остановилась, заметив капли, падающие на пол. «Угх...» Если двигаться, пока с тебя течёт вода, останется след. Было бы хорошо воспользоваться хотя бы магией, но в замке, где стояла формация, магия была запрещена. Поэтому она просто выжала одежду и волосы настолько, чтобы вода не капала, и снова посмотрела на карту. Чудовищно неприятное ощущение от осознания, что тело вымочено в сточной воде, она попыталась игнорировать. «Итак... идём. Начало отсюда». Хорошо, что опорных узлов не так много. Она быстро проверила заранее намеченный маршрут, чтобы не ходить туда-сюда, и сорвалась с места. С большой вероятностью у опорных узлов стояли войска охраны, но это не было проблемой. Убийство — одна из задач, связанных с проникновением. Проблема — время. «Максимум пятнадцать минут с первого убийства внутри замка». Ясно, что в тот момент, когда они обнаружат мёртвых солдат у одного опорного узла, первым делом отправят подкрепление к каждому узлу формации. Нужно закончить всё до этого. Конечно, было бы хорошо, если бы вся структура рухнула от разрушения одного опорного узла, но такая важная вещь не могла быть настолько непрочной. Лучше действовать, исходя из необходимости уничтожить всё. Её ловкое тело двигалось быстрее обычного. *** Магическая формация подавления исчезла. Похоже, командир Второго корпуса справилась как надо. Командир Одиннадцатого корпуса Лиринель тут же отдала приказ бойцам, смотревшим на неё: — Двигаться! Сразу же Одиннадцатый корпус сотворил магию. Затем все демоны, включая Третий и Четвёртый корпуса, а также бойцов Второго корпуса, оставленных Девеланией, исчезли перед замком. Люди перед крепостью, внезапно затихшей, почувствовали это как нечто непривычное и неприятное. Наблюдавшие широко раскрыли глаза. Вопросы, вырвавшиеся рефлекторно, наполнили крепость. — Исчезли. — Куда они делись? — Это магия? Здесь же нельзя использовать магию. Атмосфера стала низкой и гулкой. Эти вопросы и волнение вскоре сменились ужасом от шума внутри замка. Ситуацию было легко понять. Демоны. Вошли в замок. ---------- Вторая битва началась, ребята (4) Сколько бы еды ни было сложено горами и сколько бы стрел ни хранилось в запасе, всё это бесполезно без формации, подавляющей магию. «То же самое даже при наличии героя». Если герои не соберутся здесь, ничего не изменится. Она не знала, как Деон узнал расположение опорных узлов, но раз узнал, поражение Рвече почти неизбежно. Вместо солдат, всё ещё оцепеневших от шокирующей ситуации, Девелания натянутой нитью заблокировала атаку героя, стоявшего впереди. Обвив нитью оружие противника, она ухмыльнулась и дёрнула. — Ри?.. — ... Противник тут же бросил оружие и отступил. Вероятно, решив, что длинное оружие вроде копья в таком положении невыгодно, он поднял лежавший рядом меч. Девелания отпрыгнула с траектории взмаха и проверила нить, установленную между ними. — Почему ты так стараешься? Всё равно умрёшь. — Рвече проиграло. Ты ведь знаешь? Твоя линия жизни исчезла. Здесь даже Одиннадцатый корпус, специализирующийся на магии. Дальше сражаться — бессмысленное сопротивление. На мгновение меч в руке противника медленно опустился, будто силы покинули его. Но тут же в его глазах появилась решимость, а рука, сжимавшая оружие, вновь окрепла. — Тогда будет менее обидно, если я заберу хотя бы жизнь командира корпуса. — Настрой неплох. Похоже, несколько бойцов корпуса наконец поняли местоположение своей начальницы и двинулись сюда. Девелания, играя нитью в руке и даже не глядя на них, приказала: — Найдите короля. Не нужно возиться — принесите голову. В воздухе её взгляд переплёлся со взглядом героя. — Он будет мешать бою, так что держитесь подальше. — Поняли. Бойцы корпуса исчезли. Движение героя, попытавшегося их остановить, перехватила Девелания. Преградив ему путь и тайно установив ещё одну нить, она мягко улыбнулась. Её глаза сияли жестоко, словно она смотрела на добычу, попавшую в паутину. — Мне задевает гордость, что ты отворачиваешься от меня. — ... — Хм, герои правда такие молчаливые? Я уверена, что встречала немало героев, но всегда кажется, будто говорю только я. Вот и сейчас. — Естественно. Если обмениваться словами с врагом, получишь только потери. Говоривший медленно осматривался. Судя по тому, что он в основном смотрел вокруг места, где была установлена печать, как герой, он почувствовал что-то странное. «Сколько ни смотри, в большинстве случаев ничего не увидишь». Поиграем. В любом случае до вести о взятии головы короля ещё должно было оставаться немного времени. Девелания тихо рассмеялась и бросилась на противника. Схватка, на первый взгляд казавшаяся напряжённой, со временем быстро склонилась в одну сторону: едва заметная разница во второй половине стала огромным разрывом. Атаки командира Второго корпуса почти не были видны глазу. Герой, отступивший на шаг из-за невидимой угрозы, вздрогнул и резко остановился. Тело качнулось от внезапной остановки, но это было неважно. Вместо того чтобы уклониться назад, он опустил голову, избегая опасности, и посмотрел вниз. Невидимая нить, неизвестно когда установленная, впивалась в ахиллово сухожилие. Демон Девелания увидела это и рассмеялась. — Жаль. Если бы ты отступил ещё чуть дальше, тебя бы разрезало. — ... — Всё-таки герои раздражают. У них хорошее чутьё. Вот и всё. Раз определив местоположение, они второй раз уже не попадутся. Видимо, мозг тоже входит в сферу «таланта». Поистине хлопотный противник. «Что делать?» Поиграть ещё или закончить здесь? Пока она водила глазами, размышляя, со стороны камня связи пришёл отклик. Девелания одной рукой достала камень связи, и, не упустив возможности, наступила на конец натянутой нити, потянула её до упора, блокируя летящую атаку. — Да. Говори. — Мы нашли короля. Но... Хлоп. Раз король найден, дело почти закончено. Больше слушать нечего. Быстро увернувшись от меча, рассёкшего воздух снизу по диагонали, она убрала сломанный камень связи обратно в карман и посмотрела на героя. — Пожалуй, пора заканчивать. Сколько времени нужно отсюда до места, где сражается Деон Харт? Кажется, не так уж далеко. Думая об этом с неуместным для ситуации безразличием, она дёрнула нить, обмотанную вокруг левого мизинца. Раскинутые повсюду нити внезапно проявили себя и связали героя. Твёрдые красные линии легли не только на конечности, но и на щёку и шею, словно их порезало чем-то острым. Если слишком сильно дёрнуться, где-нибудь на теле почти наверняка что-то отрежет. — ... Словно почувствовав смерть, герой чуть ослабил хватку на мече. Девелания, удивлённо глянув на него — он выглядел так, будто вот-вот выпустит оружие, но всё ещё держал его, — сразу поправила нить, соединённую с шеей противника, и взялась за неё. — Может, потому что героев собирали в спешке... Качество героев явно ниже прежнего... — ... — Ну, всё равно было весело. Силу духа она признает. Она потянула нить. Голова героя упала на пол, и вокруг поднялся великий переполох. — ... Солдаты, колебавшиеся после поражения героя, на которого полагались, обменялись взглядами и атаковали. Вместо того чтобы убежать, они напали, хотя знали, что шансов у них нет: часть уже погибла, попав под бой между героем и ней. Военная мощь Рвече, похоже, действительно выросла. Такой уровень силы духа можно сравнить с имперской армией времён её расцвета. «Но важнее...» Девелания небрежно сметала врагов и подняла голову. В небе Лиринель с помощью магии выбирала и убивала врагов. Посмотрим... «В каждом замке по четыре героя. Одного я убила». Человек, распростёртый у ног Лиринель, похож на героя, значит, осталось двое? А, вдалеке видно, как Иделия убивает героя. Остался один. Она подняла камень связи. — Иделия. — Я занята. Что? — Можешь заняться оставшимся героем? Остался только один. — Сама не пойдёшь? — У меня есть дело. Через расстояние они встретились взглядами. Иделия некоторое время пристально смотрела на неё, будто пытаясь понять намерение, но затем отвернулась. Отражая налетевшего врага, она ответила грубо: — Ну... ладно. — Я не знаю, где он... — Во дворце. — Как и ожидалось, ты знаешь. Нет причин, чтобы столь ценная боевая сила, герой, отсутствовала рядом с королём. Оставшийся должен быть там. Связь оборвалась, и Иделия сразу двинулась. Девелания, некоторое время смотревшая ей вслед, вскоре потеряла её из виду и просто перевела взгляд вверх. Палец с нитью шевельнулся, и Лиринель быстро создала магический щит. Кагаак! — ... Звук скрежета по щиту эхом прокатился по воздуху. — Что...! Она на миг почувствовала дурное предчувствие и подняла щит, но это была не стрела и не кинжал. Что-то невидимое пыталось причинить ей вред. Значит, атака не со стороны людей. Лиринель, какое-то время не способная принять ситуацию и пусто смотревшая на царапину на щите, повернула голову к Девелании. Милое лицо яростно исказилось, столкнувшись со спокойным и слабым выражением. — Что ты сейчас делаешь? — Что делаю? Девелания ухмыльнулась и гордо щёлкнула пальцами. — Наказываю приспешницу предателя. *** Девелания решила. Деон Харт, убивающий командиров корпусов, виновен. И Король демонов, который знал это, но проигнорировал и прикрыл, тоже виновен. Поэтому после долгих размышлений она определила врагами и Деона Харта, и Короля демонов. Но что она могла сделать одна против них двоих? Не только Король демонов, существо неприкосновенное для демонов, но даже Деон Харт был героем. Одной с ними не справиться. Поэтому она стала искать тех, кто мог быть недоволен и Королём демонов, и Деоном Хартом. «Восьмой и Десятый корпуса потеряли своих командиров из-за Деона Харта, а командир Двенадцатого корпуса потерял адъютанта». Естественно, они должны были плохо относиться к Деону Харту, убившему их начальника или адъютанта, и к Королю демонов, который просто замял это. И всё же они должны были сдерживаться, потому что противник — «Король демонов». Девелания коснулась этих чувств. Добиться реакции было нетрудно. [Вы приняли решение?] [...] [Что ж, раз пришли сюда, значит, приняли. Вы знаете, что после этого назад дороги нет?] Они пришли точно к назначенному времени, когда им было сказано явиться на склад, если у них есть мысли. [Тогда я приму это как согласие и объясню. Слушайте внимательно.] План слушали молча. Цель была очень простой. «Убить Короля демонов и героя». Тот, кто пришёл от имени Восьмого корпуса, тревожно спросил: — Простите, но действительно ли возможно убить Короля демонов? Для нас Король демонов — это... — Он как бог. Но сейчас это возможно. В любом случае он был настроен негативно, весь в бывшего командира корпуса. Этому парню нужен был определённый ответ. Девелания сказала твёрдо: — Вы знали, что Король демонов недавно начал скрывать свою магическую силу? — Теперь, когда вы сказали... — Верно. Не должна ли быть причина, по которой тот, кто с момента моей памяти никогда подобного не делал, внезапно начал делать то, чего раньше не делал? Очевидно, причина есть. Неужели. — ...Нехватка...? — Правильно. Обычно Король демонов имел привычку чрезмерно использовать магическую силу, но даже потратив девяносто процентов своей магии на спасение Деона Харта, он не смог отказаться от этой привычки. Почти наверняка её начало не хватать. Как бы он ни был Королём демонов, его магия не бесконечна. И одна из причин, по которой его почитают, — подавляющее количество магии, ощущаемое уже при встрече с ним. — Попробовать стоит. Король демонов без магии в мире людей сравним с тигром без зубов. Успокоив их, Девелания оглядела собравшихся, будто хотела перейти к сути. — Те, кто больше всего мешает атаковать Короля демонов и Деона Харта, — командиры корпусов. Они по-настоящему верны Королю демонов и Деону Харту. Если с Королём демонов всё понятно, почему они верны Деону Харту? На миг Девелания нахмурилась, вспомнив Лиринель, затем легко провела пальцами по каждому замку на карте. — Впрочем... приоритет всё равно уничтожение мира людей, значит, начнём с захвата замков. Это не будет трудно. Это не займёт много времени. По сути, мы добиваем уже рухнувший замок. — ...Откуда такая уверенность? — Если там размещено много героев, большинство из них будет заниматься Деоном Хартом здесь. Логичнее считать, что основные силы трёх стран направлены не на защиту замков, а на убийство Деона Харта. Разрыв таков, что они обязаны победить; если даже этого не смогут, им нечего ныть. Представители Восьмого и Десятого корпусов, словно договорившись, посмотрели на неё, а затем перевели взгляд на место, которое она только что указала. Командир Двенадцатого корпуса Майерс, взглядом измерявший расстояние от каждого замка до этого места, тихо открыл рот: — Расстояния от обоих замков примерно одинаковые... — Именно. Поэтому это удобно. Вы же не знаете, к какому замку нас назначат? Мы выбираем это место как точку сбора. В любом случае, чтобы убить Деона Харта, нужно прийти сюда. — Тогда... можно нам захватить замок и сразу собраться здесь? Соберёмся и разберёмся с командирами корпусов, прежде чем столкнуться с Деоном Хартом. — Нет. Обязательно убейте остальных командиров корпусов перед перемещением. Сразу после взятия замка они будут наиболее расслаблены. Сбор — следующий шаг. ---------- Вторая битва началась, ребята (5) Итак, нужно лишь убить остальных командиров корпусов и собраться здесь. Разумеется, странно назначать место встречи там, где предстоит встретиться с Деоном Хартом... Скорее всего, все и так соберутся как получится, но всё же. Девелания постучала по месту рядом с точкой, где Деону Харту предстояло сражаться. Взгляды собравшихся сосредоточились на её пальцах, когда она ясно обозначила точку сбора. — Но каким бы беспечным ни был командир корпуса, он всё равно командир корпуса. Чем дольше затянется бой, тем труднее будет. В таком случае просто игнорируйте его и идите к месту встречи. Уже само сокращение числа командиров корпусов в замке — хорошее достижение. Если не сможете убить — не беда, так что не переусердствуйте. — Ничего, если я приведу хвост? — Называть это хвостом немного странно, но... да. Возможно, кто-то уже придёт разобраться с ним, а если сюда же отступят демоны, которых оттеснили в бою, мы сможем объединиться и справиться вместе. В последнем случае обе стороны будут оттеснены врагом и побегут сюда. Даже объединившись, они столкнутся с увеличившимся числом врагов. Представитель Десятого корпуса слегка нахмурился, словно не слишком доверял такому плану. И всё же Девелания была уверена. Война не следует математическим формулам. Война — это когда один плюс один может стать двумя, четырьмя, нулём или даже минусом. — Поэтому потренируем совместные действия в бою. Если синергия сработает, вы получите силу, превосходящую простую сумму. Я бы хотела привлечь к тренировке всю армию, но это привлечёт слишком много внимания. Так что хотя бы мы, собравшиеся здесь, потренируемся объединять силы. Не говоря уже о Майерсе, командире корпуса, двое других были представителями своих корпусов, а значит, в бою они точно будут хороши. Если собравшиеся здесь сработаются, половина дела будет сделана. — Я найду подходящее место. Хотелось бы выдать это за лёгкий спарринг между командиром Первого корпуса и Деоном Хартом и сделать открыто, но обычно мы не устраиваем спарринги один на один. Небольшие столкновения один на один между командирами корпусов случались, но спарринг втроём и больше — редкость. Это привлечёт внимание во многих смыслах. Найти подходящее место — одно, а выбраться и собраться незаметно — другое. ...Может быть немного хлопотно. Девелания легко провела рукой по волосам. — Основной план — случайно разделиться на команды и провести спарринг два на два. Затем вам троим придётся действовать вместе, поэтому проведём и три на один. Разумеется, тому одному придётся немного пострадать. — Что мы вчетвером будем отрабатывать? — Хм... Думаю, придётся примерно прикинуть основные направления атаки и позиции, а затем ожидать, что трое по очереди потренируют совместные атаки. И... Она перевела взгляд, перебирая в уме информацию. Второй корпус использует нити и ловушки, Восьмой — щиты, Десятый — кавалерию, Двенадцатый — копья. — ...Есть ещё что согласовать. По меньшей мере нельзя допустить глупости, когда свои же попадутся в нити Второго корпуса. Она не сможет закрыть глаза на позор, если союзники запутаются и сами себя уничтожат. — Все знают особенности своих корпусов, верно? Во время боя мы хотя бы словесно согласуем командование и совместные атаки, чтобы избежать помех. — Прежде чем продолжим. Командир Двенадцатого корпуса Майерс, молча слушавший до этого, открыл рот. После потери адъютанта его аура стала чрезмерно тяжёлой. Он медленно заговорил, глядя прямо на Девеланию из-под опущенных век: — Есть ли вероятность, что мы столкнёмся с Деоном Хартом до полной готовности? Как он и сказал, им нужно не только разобраться с командирами корпусов: если они соберутся рядом с местом боя Деона Харта, есть шанс, что тот закончит битву раньше и столкнётся с ними ещё до того, как они успеют уничтожить всех остальных командиров и собрать войска. Тогда всё пойдёт прахом. — Ну. Хотя его непреклонный взгляд, не допускающий ни малейшего отклонения, мог давить, Девелания легко пожала плечами. — Захватить замок и добраться туда будет быстрее, чем Деону Харту справиться с таким числом героев. В отличие от осады, бои между командирами корпусов будут идти без перерывов, так что слишком долго не займут. Вероятно, когда он выйдет, все сражения уже закончатся. Мир людей, похоже, полностью подготовился к борьбе с «героем», но так быстро это не закончится. Она дерзнула быть уверенной. — Поэтому хватит тревожиться и сосредоточимся на цели. Убить командиров корпусов, мешающих цели, убить Деона Харта, который должен ослабнуть после битвы с героями, и сохранёнными силами убить Короля демонов. Уже одного сосредоточения на этом было более чем достаточно. *** Теперь Девелания объявила Лиринель главной целью и атаковала её. Она легко огляделась. Командир Четвёртого корпуса Иделия, которая с наибольшей вероятностью могла стать препятствием, по её просьбе ушла убрать героя. Третий и Четвёртый корпуса, оставшиеся без командира, были растеряны неожиданной ситуацией и не могли ничего сделать. Ситуация превратилась в полный конфликт между Вторым и Одиннадцатым корпусами. «Будет чисто, если так разобраться с Лиринель и Иделией». По жестам Девелании невидимые нити вышивали воздух. Лиринель, инстинктивно почувствовав опасность, переместилась магией. Девелания, подняв взгляд на неё, применяющую атакующую магию сверху, быстро отступила и тихо цокнула языком. Камень размером с человеческую голову рухнул на место, где она стояла мгновение назад. «Всё-таки уничтожение формации подавления магии обернулось потерей». Только посмотрите на эту безумную. Отвратительно видеть, как она парит в воздухе, избегая ближнего боя. «Хорошо, что есть план на воздушный бой». Иначе что бы она делала? Похоже, из-за чрезмерной сосредоточенности на одном её поле зрения тоже сузилось. С недовольным выражением она щёлкнула пальцами. Нить протянулась, и магическая сила внутри неё пришла в гармонию. В воздух воткнулся прозрачный кол из магии, вокруг которого обвилась нить. Магия и щупальца Лиринель, интуитивно почувствовавшей, что противница делает бесполезную, но опасную уловку, хотя и не видели её, яростно обрушились вниз, стараясь сдержать. Однако Девелания уворачивалась и блокировала всё, шаг за шагом создавая ловушку. «Главная проблема — перемещение с помощью магии». Нужно сделать опасным любое место, куда она переместится. Тогда, если она придёт сюда, в единственное безопасное пространство, это тоже хорошо: с ней будет проще разобраться. Чем больше двигались пальцы Девелании, тем сильнее ограничивались перемещения Лиринель. Лиринель, часть волос которой уже срезала нить, захватившая пространство над головой, водила глазами в поисках безопасного места. «Куда двигаться?» Вверх? Или рискнуть и пойти рядом с Девеланией? Двигаться вверх безопаснее, но нет причин полагать, что такая тщательная демоница установила только один слой нитей над головой. Если перемещаться, лучше выше. Если ошибиться, какая-нибудь часть тела может отвалиться. Проблема в том, что в небе всё ещё сохраняется действие жезлов кровавого снега. Сможет ли она достаточно защитить тело, чтобы сражаться против такого сильного холода? «...Мой противник не только Девелания». Сильное согревающее заклинание решило бы проблему, но тратить здесь магическую энергию было бы трудно. В бою с Девеланией она уже расходовала больше магии, чем рассчитывала. ...Решено. Лиринель свирепо посмотрела на Девеланию. В тот миг, когда она исчезла в воздухе и появилась в одном шаге от Девелании... Фа-ба-бак! На них двоих посыпались мелкие, похожие на иглы клинки. — Что это...! Девелания, уже взмахнувшая нитью, будто ждала этого — скорость была слишком опасной, чтобы оставить её без внимания, — и Лиринель, собиравшаяся вонзить в противницу острые щупальца сразу после перемещения, не давая ей шанса, одновременно остановили действия и отступили. Нити, которые Девелания так старательно устанавливала, давно ослабли, когда хозяйка, удерживавшая конец, отошла. — Тц. Девелания, забрав нить, посмотрела туда, откуда прилетели клинки. — Могла бы прийти чуть медленнее. — Очень извиняюсь. Похоже, мне следовало двигаться так, как ты хочешь. Звонкий голос рассёк наполненный напряжением воздух. Иделия, прибывшая раньше ожидаемого, ярко улыбалась. Похоже, Третий и Четвёртый корпуса, пребывавшие в замешательстве из-за столкновения двух командиров корпусов, наконец связались со своей командиршей. На эту неприятную ситуацию в форме вопроса, почти как спор, был брошен довольно резкий голос: — Разобралась с героем? — Да. Получив вызов, я перестаралась и убила его. — Зачем ты так сделала? Могла прийти спокойно. — Кому бы это понравилось? Под улыбками, притворяющимися непринуждёнными, обменивались острые слова, полные напряжения. Девелания, смотревшая на улыбающуюся Иделию, гордо прищурила глаза. — Не мешай. Я всего лишь хочу наказать предательницу, поставившую Деона Харта выше Короля демонов. — Я-то думала, почему всё внезапно так произошло... Значит, вот почему? Лиринель, слушавшая их, слегка поморщилась. То, что она следует господину Деону, не новость. Проблема в том, что на неё напали так открыто, а причиной назвали то, что «она ставит Деона Харта выше Короля демонов». Даже если Девелания давно тревожилась, она не стала бы действовать так без уверенности. Похоже, откуда-то она получила подтверждение... «...Неужели дошёл «приказ», отданный господином Деоном?» Убить командиров корпусов... Как только выражение Лиринель стало серьёзнеть, раздался слегка насмешливый голос. — Ты ловко придумываешь оправдания. Но красивая упаковка — ещё не всё. — Разве это ложь? — Да. Наверное, не ложь. Не слишком благосклонный взгляд скользнул по Лиринель. Затем Иделия снова повернула голову и усмехнулась, глядя на Девеланию. — Если Лиринель предательница, то ты — предательница тоже. — Я знала, что ты однажды ударишь. — Ха. Ха-ха-ха-ха! Смех распространился по хаотичному небу. Когда все взгляды сосредоточились на внезапном смехе, смех Девелании опустился до дрожи плеч, но затем оборвался, и она подняла голову. Холодные глаза сверкнули на Иделию. — Вот поэтому те, кто работает с информацией, раздражают. Не обязательно быть догадливой именно в таких местах. *** Этот сумасшедший ублюдок натворил дел. Именно такая мысль пришла Иделии в голову сразу, как она, поспешившая вперёд после вести о конфликте Лиринель и Девелании, увидела ситуацию своими глазами. Развёрнутый веер прикрыл нижнюю часть лица, будто скрывая смятение эмоций. «Я ожидала этого». Как бы она ни выглядела, она командир корпуса, работающего с информацией, а значит, догадлива. Поэтому она знала. Знала, что Девелания враждебна к Королю демонов и что та суетится, будто что-то замышляет. Намерение было очевидным даже без глубоких раскопок. Наверняка она собирается наказать и Деона Харта, и Короля демонов. «Глупость». Нет способа восстать против Короля демонов и выжить. Иделия знала, что для Короля демонов магическая сила — не всё. Она отлично понимала: нельзя недооценивать всё, чему Король демонов научился за долгие годы. Атаки тигра — это не только укус зубами, но и удары передними лапами. Его когти остры, передние лапы сильны; как можно смотреть на него свысока только потому, что он не может пользоваться зубами? К тому же, в ситуации, где даже невозможно точно сказать, насколько уменьшилась магическая сила Короля демонов, разве разумно восставать лишь потому, что он «скрыл магическую силу»? «Лучше было бы выбрать сторону — героя или Короля демонов». Из них следовало выбрать того, кто меньше противен, и под его защитой враждовать с другим. Поэтому Иделия решила встать на сторону Короля демонов. ---------- Вторая битва началась, ребята (6) С самого начала отношение Короля демонов не изменилось. Единственное отличие было в том, что другой стороной оказался герой, как она когда-то и предполагала, но он просто терпел это, как делал всегда. Поэтому Иделия, определив Деона Харта как врага, сочла таковыми не только Лиринель, но и Девеланию, которая, казалось, стояла во главе мятежа против Короля демонов. Так что... — Иделия... ты не собираешься меня остановить? — А. Щёлк. Она сложила веер. Последний оставшийся герой был не рядом с королём, а снаружи дворца, так что, не случись беды, Иделия прибыла бы лишь после того, как замок был бы разорён. Разумеется, ради сокращения времени ей пришлось сражаться с героем слишком жёстко. На случай, если кто-то окажется не героем, ей хотелось оставить немного сил. Игнорируя боль в запястье, которое всё ещё ныло, она взмахнула веером, нажав на одну точку возле рукояти. Маленькое скрытое оружие, похожее на иглы в лезвиях веера, устремилось к двум столкнувшимся противницам. И теперь. Она услышала, что её назвали предателем, и поражённо подумала: «А? Что?» Пока Лиринель держалась в стороне, взгляды командиров Второго и Четвёртого корпусов встретились в воздухе. В отличие от её свирепого убийственного духа, Девелания, командир Второго корпуса, прищурилась так, будто давно присматривалась к Иделии, и первой ослабила напряжение. — Иделия, как насчёт прямо сейчас перейти ко мне? Ты ведь понимаешь причину. — Тебе не кажется, что я не иду именно потому, что понимаю причину? — Почему? Ты ведь, вероятно, не хочешь умирать. Вот именно. Командир Четвёртого корпуса Иделия фыркнула. — Твои действия лишь ещё сильнее сокращают твою жизнь. — Но если просто лежать пластом, как ты, я смогу лишь немного продлить ближайшее будущее. Даже если отложить смерть, надолго ли? Лучше двигаться смело, пусть даже с риском. Над Деоном Хартом стоит Король демонов, а над Королём демонов — моя жизнь. По крайней мере для Девелании это было так. Поэтому она убрала улыбку и редким для себя серьёзным лицом посмотрела прямо на Иделию. — Королю демонов, Иделия, нет дела до «наших» жизней. Кто бы нас ни убил, он и глазом не моргнёт. — Он всегда был таким. — Проблема в том, что это распространяется даже на «врага», на «героя». Пусть у нас закон сильнейшего, но позволять такое герою, естественному врагу Короля демонов, — бессмыслица, верно? Я не хочу умирать. — Если проблема в том, что ты сказала, разве её не решит простое убийство «героя»? — И как ты предотвратишь повторение того же в будущем? Тебе не противно отношение Короля демонов, который терпит попытки героя убить нас? Это значит, что наша ценность была лишь настолько мала. Нет, не «лишь». — Она вообще ничего не значила! Неважно, сколько муравьёв умрёт. Для Короля демонов демоны, даже командиры корпусов, были такими же. Его не волнует, кто, где и как умрёт, пока это не имеет отношения к нему. Даже если он проявит интерес, то лишь из необходимости; сама смерть демона причиной не станет. Какой смысл в верности такому существу? По сути, тот, кому она адресована, даже не вспомнит её. Ярко сияющие глаза впились в молчавшую противницу. — Я буду жить. Ради этого я пытаюсь убить их обоих. Герой пытается убить меня, а Король демонов просто смотрит с улыбкой. Выбор того, кого загнали к краю обрыва, — броситься на противника, решившись на жизнь или смерть. — Ха... Иделия вздохнула, встретившись с её твёрдыми глазами. Что бы ни говорила другая сторона, она уже решила стоять на стороне Короля демонов, так что её ответ был очевиден. — Король демонов всегда был таким. Сейчас в этом нет ничего нового. — Жаль. Я думала, ты перейдёшь сюда, потому что умна. — А я думала, ты умеешь пользоваться головой и вести себя прилично. Не ожидала, что нападёшь настолько по-глупому. — Другого хода не осталось. Времени мало. Что ещё можно сделать, кроме как броситься вперёд? Девелания ярко улыбнулась, затем с суровым лицом открыла рот: — Второй корпус. Кроме нас, все демоны здесь — враги. — ... — Убейте их. Нить развернулась без звука. Иделия, почувствовав линии, вышивающие небо и врезающиеся в землю, тут же отреагировала. — Четвёртый корпус и Третий корпус. Мы корпуса, верные Королю демонов. Все здесь, кроме нас, — предатели. Убейте их. — ...Одиннадцатый корпус! Вы видите, что они пытаются убить нас? Кроме нас, все остальные демоны — враги. Убейте их! Не желая уступать, Лиринель поспешно выкрикнула приказ. Третий корпус ринулся вперёд с двуручными мечами, Четвёртый поддерживал сзади. Одиннадцатый корпус развернул щит, а когда было произнесено атакующее заклинание, Второй корпус вмешался. Когда Второй корпус расстилал нити, будто ставя ловушку, Третий корпус взмахами двуручных мечей определял их расположение, а Четвёртый по памяти целился в Одиннадцатый корпус в воздухе. Разверзся полный хаос. *** Топ-топ. Послышались торопливые шаги. Смутно доносился и голос, приказывавший искать. Вероятно, это принадлежало врагу. Все во дворце давно были эвакуированы. Король Рвече, оставшийся один в необычно тихом и пустынном дворце, спокойно вертел в руках камень связи. — Думаю, это конец Рвече. — Сила, подавлявшая магию, рухнула. Демоны вошли в замок и проникли во дворец. Скоро моя жизнь закончится. Это было предрешено, потому что оборона, жизненная линия этой защитной битвы, рухнула. Едва услышав новость, что формация разрушена и демоны вошли в замок, король принял решение, похожее на то, что когда-то принял другой человек, и горько улыбнулся. — Надеюсь, герои преуспеют и убьют Деона Харта. А я отправлюсь первым. Скрип. Он отодвинул стул и встал. Вероятно, он не знал, что после этой связи больше не придётся говорить с ними, но улыбнулся тем, кто молчал до конца, и спокойно произнёс последнее прощание: — Удачи. — ...Подож... Щёлк. Хрусь. Камень связи, упавший на пол, был раздавлен чьей-то ногой. Перед разрушением оттуда донёсся чей-то зов, но король Рвече всё равно пошёл вперёд, зная, что из-за неизвестной причины это бессмысленный зов. Шаги от кабинета до тронного зала были удивительно лёгкими для такой ситуации. «Тихо». Чтобы дойти до этого, пришлось немало потрудиться. Как только он услышал о проникновении демонов, ему пришлось с трудом отбиваться от солдат, пытавшихся эвакуировать его. Даже настойчивость героя оказалась на уровне героя, так что король вспотел, хотя времени не было. «Все прекрасно знают, что эвакуироваться некуда». Усмехнувшись, он взял фонарь, освещавший коридор, и открыл дверь тронного зала. Судя по всему, последний приказ был выполнен должным образом: по мере продвижения по проходу запах масла, тянувшийся со всех сторон, становился всё сильнее. Он на мгновение остановился и заглянул внутрь. — Идеально. Окно, обычно показывавшее вид снаружи, было наглухо закрыто, создавая неприятное ощущение, но король без колебаний прошёл и сел на трон. Вскоре звук шагов приблизился, и полураскрытая дверь тронного зала распахнулась. Он встретился взглядом с кем-то нечеловеческим. — Он здесь! За громким криком последовали демоны, входившие, словно только ждали сигнала. Король лишь улыбнулся. Он не знал, о чём думал бывший император Империи, когда поступал так, но одно знал наверняка. — Добро пожаловать. Иного способа достичь такой эффективности против демонов, вторгшихся в замок, не было. Он отпустил всех из дворца и велел перед уходом разлить масло по всему дворцу. Особенно тщательно — в тронном зале. Те, кто понял намерение, побледнев, просили пересмотреть приказ, но король был непреклонен. Если одной жизнью можно убить множество демонов, какой метод эффективнее? — Командир корпуса... — Похоже, он не пришёл. Немного жаль, но ничего не поделаешь. Фонарь опасно висел между его пальцами. Король сделал зловещую паузу, а затем медленно обратился к приближавшимся демонам: — Идите со мной. Дзынь! Фонарь упал на пол и разбился. Маленькая искра коснулась масла, и пламя мгновенно вспыхнуло. — Что за...! Король спокойно прошёл через толпу паникующих демонов и запер дверь тронного зала. Перед тем как закрыть её, он заметил огонь, уже перекинувшийся в коридор, и слабо улыбнулся. Даже если во дворце были другие демоны, кроме этих, они скоро выйдут наружу, спасаясь от распространяющегося огня. Солдаты и герои, которых он с непривычным упрямством выгнал, ожидали неподалёку от дворца. Так что даже если демоны выберутся живыми, они умрут от их рук. Вот и всё. «Я сделал достаточно». Он осел у двери. Говорят, магия демонов не всемогуща: чем сильнее нарушаются правила, тем больше магической силы используется. Дальнее перемещение в пространстве требует огромного расхода магии. В лучшем случае для обычных бойцов корпуса побег отсюда означал бы переместиться сразу за пределы здания или разбить закрытое окно и выпрыгнуть. С этим справятся герои и солдаты, ожидающие снаружи. «Это огонь по маслу, так что лить воду будет только вредно». Похоже, у них и духа не было создать воду магией. Он закрыл глаза, наблюдая, как демоны борются за выживание в удушающем жаре и дыме. «Говорят, когда обычный человек вот-вот умрёт, перед глазами вспыхивают воспоминания». Смешно, но в мутнеющем сознании ничего не всплыло. ...Ничего. *** Связь с Рвече потеряна. Вероятно, король мёртв. Однако монархи Горного королевства и Империи не могли выразить никаких чувств. Точнее, у них даже не было времени на сентиментальность. Скорее, им самим впору было снова встретиться с ним и попрощаться. Ситуация в Горном королевстве и Империи тоже была плохой. «Даже держаться — уже слишком». Королева Горного королевства тихо коснулась лба. Стрелы Пятого корпуса достигали верхней части крепостной стены, а стрелы с их стороны блокировались щитами Восьмого корпуса и не достигали цели. Даже Девятый корпус, который оказался на острие засады Сэрин, каким-то образом выжил и теперь бил по крепостной стене кулаками. Ещё сильнее болела голова от того, что стена снова ломалась. Какое тело нужно иметь, чтобы пробивать крепостную стену ударом кулака? Она расслабилась, потому что у них не было катапульт, но кто мог предположить, что здесь найдётся человеческая... нет, демоническая катапульта? — Командир Девятого корпуса... Она стиснула зубы, вспоминая, что именно он стоял на переднем крае засады и теперь усерднее всех разрушал стену голым телом. — Интересно, сможем ли мы продержаться, пока Деон Харт не умрёт. Поражение в обороне крепости ожидали все. Важно лишь то, сколько времени удастся протянуть. Когда замок падёт, войска, нападавшие, чтобы захватить его, развернутся и пойдут поддерживать Деона Харта. Нужно было продержаться хотя бы ради того, чтобы не допустить этого. ...Но раз одно место уже рухнуло, пользы от этого мало. «Но пока нужно держаться как можно дольше». Ёнхва, стерев жалкие эмоции из глаз, спросила в камень связи, соединённый с Империей: — Что на стороне Империи? ---------- Вторая битва началась, ребята (7) — Даже из вежливости не могу сказать, что ситуация хорошая. Эльпидиус ответил спокойно. — Прежде всего, после предложения Рвече мы усилили защиту опорных узлов магической формации, но, похоже, демоны собираются пробиться в лоб. Несколько раз пытаясь рыть тоннели, они получили серьёзный удар и теперь давили всей силой. Осада, основанная на чистой мощи, без каких-либо хитростей. От этого справляться с ними становилось ещё труднее, и он тихо сжал кулаки. — Похоже, скоро они либо перелезут через стену, либо прорвут её. Надеюсь, вы не удивитесь и не смутитесь, если связь оборвётся в любой момент. В первую очередь Первый корпус был слишком силён. Эльпидиус болезненно понял, почему они не двигались бездумно. Более того, в и без того тяжёлой ситуации вид бойцов, взбирающихся на крепостную стену голыми руками, с глазами, сияющими так ярко, что это походило на безумие, будто они услышали какой-то приказ, напоминал злых духов, поднимающихся из ада. Солдаты, которым следовало их останавливать, отступали в испуге. Они потеряли боевой дух. — Раз там Первый корпус... должно быть тяжело. — Если бы проблема была только в Первом корпусе, надежда ещё оставалась бы. А Седьмой корпус? Эти кинжальщики использовали стиль боя, которым раньше пользовались Деон Харт и его рыцари, чтобы снизить мораль. Для них, и без того терявших позиции и стремительно падавших духом, это было тяжело. И не только они. Чтобы стряхнуть тех, кто лезет на стену, нужно высунуть верхнюю часть тела и колоть вниз копьём, но время от времени летящие метательные копья Двенадцатого корпуса сдерживали и это действие... — Если бы Эсперанес помог, ситуация была бы немного лучше. С губ сорвалась жалоба. — Они отказали, так что ничего не поделаешь. Империя, а по сути все три союзника, не смогли добиться поддержки наёмников Эсперанеса. Эсперанес не только отказал, но и отозвал наёмников, которые добровольно служили Империи до начала полномасштабной второй войны. Даже просьба продлить срок была отклонена. «Битва, в которой поражение предрешено. Это понятно». Эсперанес ставит безопасность своей страны превыше всего. Головой он это понимал. Да, понимал, но... — Если мы падём, они будут в безопасности? Из уст сорвался язвительный сарказм. Хотя он был готов, столкнувшись с отчаянной ситуацией лицом к лицу, не мог не почувствовать обиды. Эльпидиус, которому стало противно от самого себя — будто он обвинял удобного стороннего наблюдателя, хотя виновник был совсем другой, — больше ничего не сказал и закрыл рот. Из камня связи, словно пытаясь сменить тему, донёсся спокойный голос: — Кстати, связь с героями оборвалась. У вас всё в порядке? Золотой глаз повернулся к камню связи, лежащему в стороне. Всё ещё соединён. — ...С этой стороны всё нормально. — Значит, погиб только герой, у которого был камень связи. Видимо, камень сломался в тот момент... Могу спросить о ситуации у героев? — Ситуация всё ещё кажется напряжённой. — Вот как... Пожалуй, стоит радоваться хотя бы тому, что их не оттеснили и не победили. Проблема была в том, что Алетея стояла на переднем крае этой напряжённой ситуации. Один промах — и она умрёт. В обстановке, где её смерть в любой момент не была бы удивительной, Эльпидиус молча опустил взгляд. Его крепко сжатый кулак слегка дрожал. «Алетея, пожалуйста». Невысказанная мольба сжимала сердце. Если бы она просто улыбалась позади, никто бы ничего не сказал. Нет, сам факт, что член императорской семьи пришёл в такое опасное место, уже заслужил бы похвалу. Так почему она атакует первой? Противник — герой. Уже то, что она дожила до этого момента, было почти чудом. «Ты уже сделала достаточно». Он несколько раз шептал в камень связи: хватит, отступай, оставь остальное другим. Не могла она не слышать, но Алетея даже не отвечала. Она молча продолжала своё упрямство. Опасаясь, что дальнейшие слова помешают битве, Эльпидиус мог лишь молчать и слушать происходящее. — Скорее бы пришла новость, что Деон Харт убит. — Верно. Какой смысл в плане, завершённом ценой смерти младшей сестры? Сейчас младшая сестра была для него важнее будущего поколения, которое быстро забудет усилия и жертвы прежнего поколения и растратит настоящее. Молодой император, прекрасно понимающий, что не должен показывать истинные чувства, лишь сухо согласился со словами чужого монарха, не имеющего отношения к его сестре. *** Так же как люди, стиснув зубы, сдерживали наступление демонов, демоны тоже были отравлены непроницаемым замком. Помимо обычных дальних атак, герои время от времени выскакивали из ворот и сеяли хаос в дружественном лагере. Каждый раз, когда добавлялся и выполнялся новый хитроумный план, демоны колебались. Злость была неизбежна. — Я слышал, Рвече разрушило формацию и вошло с помощью магии. Мы тоже так не можем? — Верно! Разве нам не стоит сделать так же? Несправедливо, что только там всё прошло легко! В конце концов командиры Шестого и Седьмого корпусов не выдержали и закричали в камень связи. Похоже, накопившееся за всё время боя раздражение вместе с постоянным мокрым снегом наконец взорвалось. Их можно было понять. Поскольку главнокомандующий Деон Харт вступил в бой, командир Первого корпуса Джейкар, временно принявший эту роль, спокойно слушал камень связи. — Им повезло. — Уверен, нам так не повезёт...! — Прежде всего хочу отметить: в замке существует не один опорный узел силы, подавляющей магию. Чтобы выяснить все, нужна помощь шаманки. Ещё нужен тот, кто сможет незаметно обойти весь замок изнутри. Шаманка, конечно, человек, и тот, кто сможет перемещаться внутри замка, не будучи обнаруженным, тоже должен быть человеком. — Сейчас, когда война в полном разгаре, нет никого, кто помог бы миру демонов. Кроме того, нет причин думать, что сторона замка, который мы пытаемся взять, не слышала о Рвече. Значит, сам замок находится на высшем уровне готовности. Особенно всё, что связано с опорными узлами. Даже если мы как-то узнаем их расположение, у нас нет таланта, способного проникнуть туда и пройти все границы. Это стало возможным только потому, что на стороне Рвече была Девелания, «командир корпуса». Если бы у них был такой же, ворота уже открыли бы. — Выполнить все эти условия практически невозможно. И самое главное — сейчас нет времени на такой план. Он взялся за рукоять меча, временно повешенного на пояс ради связи. — Лучше атакуйте, пока у вас есть время думать о бесполезном. — Да, да. — ...Тц. Хотя оба командира корпусов были недовольны, похоже, они отступили, ворча. Джейкар сразу убрал камень связи за пазуху, оттолкнулся от земли и побежал вперёд. Каанг! Оружие столкнулось с оружием героев, вышедших в внезапную атаку. — ...Какая сила...! Оружие героя медленно оттеснялось назад, голос тоже дрожал. Не обращая внимания на слова, вырвавшиеся сквозь зубы, Джейкар отдал приказ Силуа, командиру Седьмого корпуса, которая вдалеке с недовольством возилась с камнем связи. — Ворота открыты! Входите, пока они не закрылись! Чтобы войска вышли и напали на этот лагерь, ворота неизбежно должны были открыться. Та сторона, вероятно, знала, что это слабость, и использовала метод внезапных вылазок с атакой, избегая командиров корпусов. Но, испытав это несколько раз, невозможно не привыкнуть. Он ждал именно этого момента. Как только герой вышел, Джейкар рванул вперёд и связал ему ноги, сверкнув глазами. — Поиграешь со мной. — Закройте чёртовы ворота! Быстро! Говорят, войска блокируют дверь, пока они снаружи, но если демоны ворвутся так, им будет трудно удержаться. Герой быстро повернул голову... и тут же резко отдёрнул тело. Он пытался уклониться, но почувствовал острую боль в шее, словно его порезали. Похоже, разрез оказался глубже ожидаемого; пока он прижимал руку, чтобы остановить текущую кровь, прозвучал насмешливый голос: — Слишком хитро отворачиваться. — Знаю. Я сам дурак, что отвёл глаза от командира Первого корпуса. И всё же он проверил ситуацию у ворот. Надежды там было немного. Демоны во главе с ловким Седьмым корпусом протискивались в щель между закрывающимися воротами. Последнее, что он увидел перед тем, как отвернуться, — ещё один герой блокировал дверь, а командир Седьмого корпуса мчалась к нему. — ... Рука, прижимавшая рану, стала мокрой, словно пропитанной кровью. Герой знал: эта отчаянная битва была обречена с самого начала. Правда и то, что всё это лишь отсрочка поражения. Хотя он знал это, горько было видеть, как этот момент приближается. Изменится ли что-нибудь, если он пожертвует здесь жизнью? Словно кровь уже подходила к концу, он напряг глаза, чтобы различать плывущее зрение, и медленно поднял уголки губ. — Может, потому что ты демон, раны у тебя точно заживают медленно. Каанг! — Куда собрался? Я здесь. Он взмахнул оружием по тому, кто, похоже, собирался поддержать Седьмой корпус и проходил мимо, игнорируя его. Командир Первого корпуса, небрежно поднявший меч и заблокировавший удар, оглянулся. Герой взмахнул оружием, будто показывая себя. — Давай закончим быстро, пока я не истёк здесь кровью. — ...С тобой в твоём состоянии... Джейкар снова отвернулся, будто удивлялся, зачем вообще оглядывался, и спокойно продолжил путь. За спиной героя, бросившегося на него с искажённым от откровенного пренебрежения лицом, возникла тень. Низкий шёпот продолжил: — Достаточно моего адъютанта. — Тц! — Мне правильнее пойти поддержать Седьмой корпус. Через щель ворот было видно, как командир Седьмого корпуса Силуа сражается с героем. Если ворота закроются неправильно, она может попасть внутрь; скорость закрытия уже замедлили, чтобы позволить командиру Седьмого корпуса пройти. Джейкар, увидев, что там появился ещё один герой, пошёл к ним. За спиной послышался лязг оружия, и вскоре свежая кровь брызнула ему на пятки. Без оглядки было ясно, кому она принадлежала. «...Почему они так отчаянны?» Да, они сражались за свою страну и мир людей. Но это мимолётная смерть, которую не запишут в историю и никто не запомнит. После всего её просто объединят с числом павших солдат и запишут цифрой. Даже если ты герой, разницы нет. Сейчас время, когда существует множество героев и многие из них умирают. Он оттолкнулся от земли. Джейкар искривил губы, грубо отбросив героя-поддержку, который собирался атаковать Силуа. — Оставь их обоих здесь, а ты входи и открой ворота. — Да-да. Поняла. Силуа бросилась в замок. Герой, не способный проигнорировать это, попытался быстро броситься за ней, но Джейкар остановил его, взмахнув мечом у затылка. Один из двух героев рассмеялся при этом действии, ясно подтверждавшем: «ваш противник — я». — Собираешься справиться с нами двумя в одиночку? — Не думаю, что это невозможно. И кто сказал, что я один? — ... Глаза Джейкара поднялись вверх, словно следуя за чьим-то движением. Герой, инстинктивно почувствовав опасность, быстро скрутил тело, и копьё рухнуло прямо рядом. — ...Командир Двенадцатого корпуса. — Фух. Майерс, командир Двенадцатого корпуса, немного опоздал, потому что приводил в порядок линию боя, нарушенную внезапной атакой героя, и передавал командование адъютанту командира Первого корпуса. Он вытащил копьё, воткнувшееся в пол. ---------- Вторая битва началась, ребята (8) Дерниван, командир Пятого корпуса, сумел перебраться через стены Горного королевства. Вместо того чтобы доверять бесполезным подчинённым войскам или другим командирам корпусов, он решил двигаться лично. Он взбирался по крепостной стене, стреляя стрелами с крюками. Солдаты Горного королевства заметили это и пытались всеми способами сбросить его, так что посреди подъёма он сорвался. Но ещё до падения на землю выпустил новую стрелу с крюком и повис, избежав травмы. Волчье тело было сильным и ловким, так что взбираться по стене для него не составляло проблемы. Опираясь на предыдущий опыт, он, прежде чем атаки сосредоточивались на одной стороне, снова и снова бросал тело в сторону стены и поднимался дальше с помощью очередной стрелы-крюка. Наблюдавший за этим командир Шестого корпуса Белитан тихо восхитился: — Он что, демон-паук какой-то? Сначала Дерниван спотыкался и падал, но это длилось лишь мгновение. Через некоторое время он быстро приспособился и вскоре уже свободно перемещался по стене вдоль и поперёк, как по ровной поверхности, будто с самого начала был демоном, специализирующимся на таком. Когда люди на стене начали метаться из-за одного лишь этого парня, их движения спутались, а сдерживание с их стороны заметно ослабло. Это определённо было выгодно. «Ну, благодаря этому атаковать стало проще». По совпадению, он тоже перелез через крепостную стену. Едва Дерниван ступил на неё, с одной стороны раздался громкий шум. — Это ещё что... Глаза, проследившие за звуком, расширились от удивления. Тровер, командир Девятого корпуса, сумел пробить в крепостной стене дыру, достаточно большую, чтобы через неё входил и выходил человек. Достиг он этого голыми руками. — Хм... Тровер сжал и разжал кулаки, проверяя состояние тела, и ухмыльнулся растерянным лицам за дырой. — Это месть за вашу чёртову засаду, ублюдки! Хотя состояние у него было не очень хорошее, из-за полученного урона оно стало ещё хуже. Всё тело всё ещё ныло, и в глазах Дернивана мелькнули раздражение и неловкость. Он стиснул зубы и отдал приказ бойцам своего корпуса: — Что стоите? Путь есть. Вперёд! — Ура-а-а!! За этим последовал бодрый рывок, словно весь накопленный за прошлое время гнев наконец выплеснулся. Среди солдат, с трудом державшихся за пробитой стеной, появился герой. Он встал, будто затыкая дыру, и безжалостно рубил тех, кто подходил на определённое расстояние. Демоны, входившие внутрь, начали колебаться. Как раз когда Тровер собирался двинуться, над его головой возникла большая тень. — Хм? ...Ого! Бум! Командир Шестого корпуса Белитан, более всех уставший от затянувшегося боя, приземлился прямо перед Тровером и обрушил топор на голову героя. Рука героя, едва поднявшего меч, чтобы заблокировать удар крупного и сильного демона, была беспомощно оттеснена. — Тц! Если так продолжится, меч проклянут. Герой отказался удерживать позицию и тут же отступил. Уродливый наконечник топора едва рассёк край одежды у него на груди. Сзади послышался крик другого командира корпуса: — Белитан! Ты чуть меня не раздавил! — Похоже, он даже точку приземления рассчитать не может. Два командира корпусов... Когда подойдёт поддержка? Герой срочно обвёл взглядом окрестности. Из оставшихся в замке героев один должен быть на стене, сражаясь с командиром Пятого корпуса, а один — охранять Его Величество. Но даже так должен оставаться ещё один, верно? Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: здесь ситуация критичнее. «Где ты шляешься... А. Идёт». Число солдат, блокировавших дыру в стене, стало больше, чем раньше. Кроме того, за двумя всё ещё препирающимися командирами корпусов появился товарищ-герой, похоже, собираясь нанести внезапный удар. В пространстве, полном шума и напряжения, продолжались голоса командиров корпусов. — Думаю, разговор лучше оставить на этом. Всё-таки мы на войне, верно? Даже если почти победили, терять бдительность трудно. — Разве не так? Ещё и крысу сзади нужно разобрать. — ... Подкрадывавшийся сзади герой быстро отступил. Страшный кулак прошёл у самого кончика его носа, раскалывая место, где он стоял мгновение назад. Какой же силой нужно обладать, чтобы даже давление воздуха было таким? Тровер слегка расширил глаза и, похоже, истолковал взгляд героя по-своему. Он ухмыльнулся и похвастался: — Удивлён? Это магия обнаружения присутствия. — Чёртов магический трюк... В любом случае. Белитан покачал головой и перехватил большой топор. Тровер, кажется, собирался заняться той стороной, значит, он займётся этой. Желая поскорее закончить скучную осаду, он сказал сильно напрягшемуся противнику: — Давай быстро закончим. *** — Фух... готово! Командир Седьмого корпуса Силуа, активировавшая устройство и открывшая крепостные ворота, подняла обе руки и бодро крикнула. Этот крик совершенно не подходил фону — телу героя у её ног и трупам человеческих солдат, заполнившим всё вокруг, — но её это не волновало. Вместо этого она мельком посмотрела на тело героя, о которое спотыкалась каждый раз, когда двигалась, и тихо пробормотала: — Я думала, последний оставшийся герой будет рядом с императором... неожиданно. Неважно. Оттолкнув тело ногой, она достала из кармана камень связи. — Это командир Седьмого корпуса. Ворота только что открыты. Герой охранял устройство, так что я немного задержалась, разбираясь с ним. — Это командир Первого корпуса. Я только что вместе с командиром Двенадцатого корпуса разобрался с двумя героями. — Тогда оставшиеся герои... — Их нет. Одного я убил до этого. Остаётся только найти и убить императора. Раз героев нет, достаточно поручить это солдатам под командованием. Всё кончено! Постепенно осознавая, что завоевание мира людей близко, Силуа слегка подняла уголки губ, приказала бойцам корпуса найти императора и пошла прочь. Она собиралась присоединиться к другим командирам корпусов, но... Лёгкие шаги остановились, когда она обнаружила других главных участников падения замка. — ... Голова Силуа склонилась набок в непонимании. — Там... Меч и копьё обменивались яростными атаками. Те, кто попадал под этот бой, будь то люди или демоны, умирали впустую, а воздух был наполнен онемляющим ощущением смерти. Это был настоящий бой, не спарринг и не шутка. Поморгав какое-то время, глядя на убийственные атаки, направленные друг на друга, она тихо спросила: — Что это ещё за ситуация? Два командира корпусов — Джейкар из Первого и Майерс из Двенадцатого, которые ещё недавно вместе сражались с героями, теперь дрались друг с другом. *** Ворота Империи были открыты, герой погиб. Ситуация стала такой, что командирам корпусов уже не нужно было выступать лично. То же самое и в Горном королевстве. Стоит преодолеть крепостную стену — конец уже очевиден, активно вмешается командир корпуса или нет. Когда конец стал виден, взгляды нескольких командиров корпусов обратились к другим командирам, ещё мгновение назад бывшим союзниками. На краю этих взглядов смутно мелькала жажда убийства. Дерниван, вонзивший стрелу между глаз героя, преграждавшего путь на горной стене, опустил взгляд. В поле зрения попали Тровер и Белитан, только что победившие двух героев. ...Если так, в замке остался только один герой. С этим он справится и сам. Как только решение было принято, тело сразу двинулось. Медленные шаги направились к Троверу. Тровер, похоже, тоже почувствовал это и, притворяясь, что ничего не замечает, тихо сжал кулаки. В момент, когда расстояние постепенно сокращалось, со стороны находившегося рядом Восьмого корпуса посыпалась атака, нацеленная на Дернивана. Именно Восьмого корпуса, не Девятого. Дерниван ловко уклонился от атаки и спросил, будто не понимал: — Почему? Джейкар, вошедший через ворота Империи, почувствовал приближение конца, но двинулся, чтобы свести переменные к минимуму. ...Точнее, попытался двинуться. Он собирался лично поймать императора. Командир Двенадцатого корпуса Майерс начал атаку. Словно это было сигналом, Двенадцатый и Десятый корпуса одновременно напали на Первый. Джейкар и сам собирался убить другого командира корпуса после завершения дела, но они не могли знать этого. Значит, была другая причина... Отбив острое копьё, Джейкар выплюнул вопрос: — Почему? *** Командир Двенадцатого корпуса Майерс был верен Королю демонов. Если не считать робкого характера, он всегда добросовестно выполнял приказы Короля демонов, а его адъютант Дахар, даже ворча, всеми силами поддерживал его. Однако. Если ценой стала смерть поддерживавшего его адъютанта. По какой причине ему следовать Королю демонов? То же относилось к Восьмому и Десятому корпусам, потерявшим командиров. Смерть вернулась наградой за верность. Наша верность была предана. Поэтому они охотно согласились на шёпот командира Второго корпуса. *** Дождь лил как безумный, а давление магической формации всё ещё оставалось. Кровь — неясно, настоящая или галлюзорная — цепко хватала каждый шаг, ускоряя накопление усталости. Деон Харт стёр влагу, закрывавшую обзор, и убрал прилипшую ко лбу чёлку. Волосы, аккуратно завязанные раньше, за долгую битву давно распустились и прилипли к затылку. Пока Алетея и другие герои на мгновение остановились из-за внезапно открывшегося лица, он перевёл дыхание и подумал: «Я быстро приспособился к разнице между намерением и реальным движением...» Но это всего лишь адаптация. Изначальную скорость увеличить нельзя, так что бой не приносил освежения. Было ощущение, будто сражаешься с мешками песка, привязанными ко всему телу. Как бы быстро он ни пытался двигаться, он не дотягивал даже до своей обычной скорости атаки. «Сила... должно быть, упала наполовину». Уклоняясь и блокируя вновь начавшиеся атаки, он вздохнул. Уже по тому, что он не мог нормально одолеть Алетею Дезерт, которая сейчас сражалась впереди как ключевой боец, было легко понять, насколько его сила снизилась. «...Хотя отчасти и потому, что Алетея Дезерт не простой герой». Да, Дезерт. Член императорской семьи, благородное существо, называемое императором, сейчас находилась в самом опасном месте всего мира людей. Если бы всё ограничивалось этим, он бы посмеялся над глупым детским поступком. Но сейчас она изменилась настолько, что сравнивать её с прежней было бы грубо. Возможно, она не изменилась, а просто скрывала эту сторону себя. — Ха. Острый меч быстро рассёк место, где он только что находился. Деон, рефлекторно отступив от мощного удара, напомнившего ему императора Эдоардо, расхохотался. — Зачем ты так стараешься? — Его Величество уже сделал достаточно. Алетея подняла бровь, словно спрашивала, что за бессмысленные вопросы. — Я ведь сказала тебе. Я стала героем. Нужна ли причина больше этой? — Кроме того, если ты принцесса, нет смысла скрывать, что стала героем. — Чтобы убить героя, нужно сделать всё возможное ради хотя бы крошечной вероятности. Разве есть смысл скрывать, что я стала героем, когда нам не хватает всей силы? — ... — И я сказала: не принцесса, а император. Деон, уклонявшийся от атаки другого героя сзади, на мгновение остановился, когда стрела попала ему в плечо. Алетея не упустила шанс и взмахнула мечом, нацелившись в сердце. — А главное... благодаря тому, что я пришла лично, у меня есть возможность собственными глазами увидеть, как упадёт голова врага, верно? — Ха, чёрт. Глубоко. ---------- На чьей ты стороне? (1) Раздражает. Деон, отдав плечо стреле, чтобы принять на кончик меча удар противника, оттолкнул его будто пинком и провёл рукой по лицу. В месте, куда вошёл меч, словно пылала жгучая боль, но рана быстро зажила без следа. Он легко провёл по этому месту, будто стирая кровь, и схватился за древко стрелы. — Хлопотно... Они действительно очень старались, чтобы поймать героя. Не только формация, но даже эта стрела была не обычной. Будь наконечник нормальным, он вышел бы как обычно, но когда Деон сильно потянул, вместе с ним оторвалась и окружающая плоть. Вскоре показался злобный крюк, похожий на тот, что используют для ловли рыбы. — Серьёзно. Он усмехнулся и бросил его на пол. Даже в боевых сапогах герой остановился, будто не хотел наступать на него. — Страшными наконечниками пользуетесь. — Не думаю, что это стоит говорить тому, кто показывает чудовищную живучесть. Место, из которого вырвали стрелу, уже зажило. Алетея цокнула языком, глядя на чистую кожу сквозь изодранную одежду. — Глядя на такое, начинаешь сомневаться, можно ли подобных людей считать людьми. — Именно поэтому в истории было немало движений за убийство героев, выполнивших свой долг. — ... Деон приподнял уголок губ, глядя на замолчавшую её, будто она не была членом императорской семьи. Во время разговора напор атак ослабевал. Поскольку единственное время, когда он мог восстановить выносливость в бою, — такие разговоры, он небрежно сменил тему и бросил: — Противно, что вы давите меня так упорно, даже поспать не даёте. — ...А как насчёт того, кто всё это выдерживает? Какой ещё сон? Они давили на него день и ночь, не давая даже сесть и отдохнуть. Их сторона заранее разделилась на группы и продолжала бой, по очереди отдыхая. Что это за монстр вообще? Алетея без колебаний показала усталое лицо. Деон легко пожал плечами. — Идёт дождь. Чем сильнее становился дождь, тем ниже падала точность атак дальнобойных героев. Конечно, стрелы всё равно снова и снова отклонялись и меняли направление, но если бы день был ясным, траектория изначально не уходила бы так. Не считая неприятных ощущений от промокшего тела и холода, он был рад дождю. Именно благодаря этой короткой паузе держаться было легче. «Нужно что-то сделать с этой проклятой формацией...» Он бросил взгляд вниз. Повсюду лежали тела. Если поискать среди них, он, наверное, найдёт амулет или что-то, что освободит его от этой проклятой зоны... «Но они не будут просто стоять и смотреть». Он подпрыгнул, уклонился от атаки, наступил на клинок, снова прыгнул и сбил летящую стрелу. Под его телом, зависшим в воздухе, пронеслись кинжалы. А затем копьё, не упустившее момент, ударило с намерением насадить его. Он едва избежал удара, скрутив талию в сторону, положил копьё под бок и, используя его как ось, провернулся и ударил противника ногой. Удар пришёлся прямо в голову, и противник на мгновение выпустил оружие и отшатнулся. Деон ловко перехватил копьё и вонзил его прямо в сердце владельца, любезно возвращая оружие. — Интересно, сколько мы уже сократили благодаря этому... Из-за проклятой формации оружие не доставало дальних героев как следует, так что главным образом они разбирались с бойцами ближнего боя. Но, кажется, их число уже прилично уменьшилось. ...Он надеялся на это. «Я постепенно устаю». Тело в порядке, но ощущение было такое, будто ментальная усталость дошла до предела. Невозможно бесконечно концентрироваться на бою без единого перерыва. Деон, раздражённый этой во многих смыслах удушающей ситуацией, отступил, избегая длинного горизонтального удара Алетеи спереди... но, заметив низкий удар по ногам сзади, перепрыгнул через плечо противника. В зоне приземления уже стоял ещё один герой, будто ждал его. Деон легко усмехнулся и приготовился контратаковать с кинжалом в руке, но, похоже, слишком сосредоточился на этом. «А». Нужно было лучше распределять внимание. Стрела была направлена ему в голову. Словно доказывая, что её выпустил герой, красные глаза резко расширились, когда он заметил летящую в воздухе с необычной скоростью стрелу на шаг слишком поздно. «...Это может немного болеть». Шшух! С жутким звуком голова Деона откинулась назад, а тело в воздухе сильно качнулось. Красная жидкость брызнула в дождь. *** Пятый и Восьмой корпуса столкнулись друг с другом. Для любого это произошло внезапно и неожиданно. «Почему?» Командир Шестого корпуса Белитан водил глазами, ничего не понимая. Почему вдруг, когда война почти закончена? Была ли у них причина сражаться? Обычно споры между корпусами исходят от командиров, но у Восьмого корпуса даже командира не было. Тровер слегка повернул голову, чтобы понять причину. Он увидел командира Девятого корпуса с широко раскрытыми глазами — такими же, как у него, если не шире, — и дрожащими от растерянности зрачками. — Похоже, ты не знаешь, почему они это делают. — Откуда мне знать? Тровер, резко ответивший, потому что напряжение военного времени ещё не спало, нахмурившись посмотрел на Дернивана в разгаре боя. Тот, похоже, тоже разбирался с Восьмым корпусом, слегка сведя брови, словно не понимал происходящего. Хотя он выглядел как жертва, втянутая в неприятность, Тровер знал. «...Он точно целился в меня». Он помнил, как Дерниван смотрел в его сторону глазами, полными жажды убийства. И шаги, направленные к нему, тоже. Если бы Восьмой корпус не вмешался, Дерниван определённо напал бы на него. ...Эм, значит, нужно поблагодарить Восьмой корпус? Пока он всерьёз размышлял над этим, Белитан ткнул его локтем. — Это... думаю, надо остановить. — Зачем? Пусть дерутся и умирают. Слова прозвучали внезапно холодно. Он почувствовал, как несколько взглядов уставились на него, ошарашенные мгновенным ответом без капли сомнения, но Тровер был уверен. После короткого молчания Белитан вздохнул. — Да, тебя тоже надо остановить. Я тоже человек настроения, но когда рядом сумасшедший человек настроения, начинаешь чувствовать себя нормальным. Если бы зачистка Горного королевства была полностью завершена, он бы просто оставил всё как есть. Белитан покачал головой и сделал шаг вперёд. Глаза Дернивана и временного командира Восьмого корпуса, обострённые боем, тут же упали на него. Столкнувшись с убийственным и зловещим взглядом, Белитан нерешительно положил руку на топор. — Эй... Грохот. — ... — Ха? Послышался растерянный вздох Тровера. Белитан пусто моргал, глядя, как бойцы Восьмого корпуса быстро отступают. Что сейчас произошло? То есть... он начал говорить, но не успел закончить фразу: временный командир Восьмого корпуса посмотрел на его лицо и на руку на топоре, затем жестом приказал своим бойцам. И они все разом отскочили. — ...Что это такое?! Вырвался абсурдный крик. Может, они убежали, потому что боялись, что он тоже нападёт? Наверное, нет? Если это правда, то на каком основании они вообще сделали такой вывод? «Пожалуй, стоит сказать, что это удача — я смог остановить его намерение...» Что вообще происходит? Голова, и так плохо работавшая, стала ещё тяжелее и совсем не хотела соображать. Пока он ворчал, пытаясь разобраться в ситуации, Дерниван, спокойно закинувший лук за спину, открыл рот: — Похоже, что-то удерживает нас. Думаю, лучше поймать его и спросить. — Зачистка Горного королевства ещё не завершена... — Именно поэтому проблема серьёзнее. Это можно истолковать и как препятствие завоеванию мира людей, верно? Возможно, тут связь с миром людей. — Понятно... В его словах был некоторый скачок логики, но факт оставался фактом: он вызвал внутренний конфликт, когда война ещё не закончилась. Белитан, глубоко задумавшись, кивнул. — Тогда сначала надо его преследовать. Я закончу зачистку Горного... — Я сделаю это. Дерниван бросил взгляд на Тровера и спокойно сказал. Потому что лучше держать обещания до конца. В голове мелькнула фраза о том, чтобы попросить капитана рыцарей Лофти, а затем слова Деона Харта: убить Тровера и других командиров корпусов «после захвата замка». Когда Белитан спросил, всё ли с ним в порядке, он вернулся к реальности и бесстрастно кивнул. — Нужно лишь убить оставшихся героев и взять голову короля, так что проблем нет. На этом разговор закончился. Больше говорить было нечего. Он развернулся и начал приводить бойцов корпуса в порядок. За спиной продолжился голос Белитана: — Ладно. Тогда я пойду за Восьмым корпусом. Тровер, а ты? — Я тоже за ним. — Правда? Хотя только что говорил, пусть дерутся и умирают. Взгляд, полный откровенного смысла, был направлен на Тровера, словно тот потерял дар речи. Тровер отвернулся, притворившись, что не заметил. «Если мы останемся здесь с Пятым корпусом, один из нас может умереть». Если останутся только они двое, Дерниван точно двинется без колебаний. Да, Тровер из тех, кто любит драки, но сейчас он не в лучшей форме и не хочет рисковать жизнью в дополнительном бою. Игнорируя колющий взгляд, он повернулся и приказал бойцам корпуса готовиться. Глаза Дернивана, казалось, скользнули по затылку Тровера. Девятый и Шестой корпуса погнались за Восьмым корпусом и исчезли. Дерниван приказал оставшимся бойцам разобраться с мелочью, а сам направился во дворец. Похоже, он шёл верным путём: чем ближе подходил к месту, где вероятнее всего находился король, тем сильнее становилось сопротивление. Однако противник — командир корпуса. Отчаянные атаки обычных солдат, пытавшихся хоть как-то остановить его движение, заканчивались впустую, не способные даже как следует задержать его за лодыжку. — Это здесь? Уворачиваясь и отбиваясь от раздражающих атак, Дерниван остановился перед огромной дверью. Стоило открыть её и шагнуть внутрь, как на него напали, словно только этого и ждали. Атака резко отличалась качеством от прежних. Он тут же взмахнул луком за спиной и отбил её. Как и ожидалось, в его напряжённых острых глазах отразился отступивший герой. — Значит, ты здесь, как я и думал. — ... Человек, загнанный в угол, не мог остановиться после одной атаки. Дерниван готовился к последующему удару, который должен был немедленно последовать, но парень, к удивлению, на мгновение остановился и посмотрел на его лицо. Внимательно, словно проверяя личность. Затем сказал: — Я слышал, остальные корпуса, кроме Пятого, ушли. Система связи должна была рухнуть, потому что в замке царил хаос, но новость пришла быстро. Вместо ответа Дерниван тихо огляделся. Люди здесь... герой перед ним, король, сидящий в стороне вместо того, чтобы бежать, и человеческая женщина, похожая на хитрую советницу? Даже для короля удивительно, что остались такие интриганы. Они не боевые силы, и у них не должно было быть чувства долга оставаться. В этот момент кончик меча был направлен к нему, словно приказывая сосредоточиться. — Если я убью тебя, единственного командира корпуса, оставшегося в этом замке, Его Величество какое-то время будет в безопасности. Это помещение. Оно просторное и с высоким потолком, но снаружи куда больше места. Лук и стрелы здесь будут не лучшим оружием. Отбросив последний остаток героической решимости, он закинул лук за спину и изменил руку. Острые когти хвастались зловещим величием. В разгар усилившегося напряжения Дерниван первым нарушил противостояние, казавшееся вечным, и двинулся. Каанг! Он молниеносно взмахнул рукой, отбил меч и сразу же бросился к герою, словно в внезапной атаке. ---------- На чьей ты стороне? (2) Когда демоны перемахнули через крепостные стены, солдаты и герои Горного королевства попытались вывести королеву из замка. Но... — Эвакуация. Вместо того чтобы согласиться с верными подданными, Ёнхва лишь тихо рассмеялась. Её слабый голос задержался между ними. — Куда нам эвакуироваться? Идти было некуда. Даже если они благополучно выберутся из этой крепости, что останется дальше? Жизнь беглецов, которые каждую минуту ждут смерти и не знают, когда их настигнут? Разве это можно назвать жизнью? По сравнению с бесчестьем королевы, бросившей свой народ и сбежавшей ради собственного спасения, единственная выгода бегства заключалась в том, что смерть откладывалась ненадолго. Поэтому Ёнхва не видела смысла бежать. Она так и не поднялась со своего места, сколько бы её ни торопили. — Благодарю за заботу, но я изначально собиралась разделить судьбу этой крепости. Так что вам лучше уйти. — Ваше Величество... Как вы можете такое говорить... — Почему вы считаете, что мне непременно нужно произнести приказ, чтобы вы ему последовали? Солдаты замялись. Их взгляды обратились к одному герою. Тот, кто должен был оставаться рядом с королевой и защищать её до конца, с помрачневшим лицом смотрел на неё с явным недовольством. — Наш долг — защищать Ваше Величество. — Если так, — Ёнхва вздохнула, видя его решимость не отступать даже перед прямым приказом королевы, и с неохотой поджала губы. — Тогда пусть останешься только ты. — Если это максимум, который Ваше Величество может позволить. Больше она не уступит. Герой понял это, помрачнел ещё сильнее, но всё же согласился. Когда обычных людей вывели, в помещении осталось всего трое. В тяжёлой, подавленной тишине Ёнхва какое-то время молча смотрела в окно, а затем повернулась к единственному обычному человеку, который ещё находился здесь. Словно ожидая этого, талантливая тактик встретилась с ней взглядом. — Сэрин. Сэрин, прочитав смысл короткого обращения, мягко улыбнулась. — Я останусь. — Думаешь, я позволю? — Я вот-вот умру. Разве разрешение королевы важнее моего упрямства? В этом была правда. Ёнхва горько улыбнулась. «Когда погиб герцог, она хотела мести, а когда пришло время умереть мне, хочет умереть вместе со мной». Как ей следовало это понимать? На лице Ёнхвы мелькнуло странное выражение, но она тут же его спрятала и легко спросила: — Не собираешься мстить за меня? — Нет никого, у кого хватило бы сил на месть. Куда идти за ней, если всё рушится? Я тоже разделю вашу судьбу здесь. Такой итог наступил из-за некомпетентности управляющего, так что остаться и взять ответственность на себя будет не худшим вариантом. — Это так... романтично. Значит, если бы обстоятельства позволяли, она всё же отомстила бы. Почти честь. Ёнхва улыбалась с непонятным чувством, но вдруг стёрла выражение с лица. Её взгляд, обращённый к Сэрин, медленно опустился. Тяжёлый голос прозвучал почти как бормотание, будто она не могла поднять глаза из-за вины. — Из-за меня ты тоже умрёшь. — Я ещё не умерла. Не хорони живого человека заранее. Сэрин ответила твёрдо. И именно в этот момент командир корпуса демонов, наконец убивший героя, выдохнул, будто пытаясь перевести дыхание. Он был ранен в битве с героем, но, похоже, двигаться ему это не мешало. Сэрин посмотрела на кончики его острых когтей, с которых капала кровь, и вдруг вспомнила один давний день. Беззвучный пустой смех сорвался с её губ. «...Даже когда смерть так близко, я всё ещё думаю о герцоге. Какая же я больная». Когда она сжигала его тело, она осмелилась несколько раз произнести его имя. Это была маленькая жадность простолюдинки: назвать имя, которое при жизни ей нельзя было произнести, зная, что после смерти уже не будет случая позвать его. И тут она перестала смеяться. «Когда умру я... найдётся ли кто-нибудь, кто назовёт моё имя?» Кто выкрикнет его, будет скорбеть, будет скучать. «Нет, вспомнит ли вообще кто-нибудь, что я существовала?» Скорее всего, нет. Единственный человек, у которого был такой шанс, тоже скоро умрёт здесь. Когда мир сходит с ума, лучше не ждать ничего. Сэрин хорошо знала своё место. Поэтому, потеряв надежду на месть, она смогла оставаться спокойной перед смертью, которая подошла совсем близко. Кап. Кап. Звук падающей крови был отчётлив. Под спокойным лицом она бросила взгляд на свою королеву, которая с покорными глазами молча смотрела на врага, словно ждала казни, и быстро шагнула вперёд. Взгляд Дернивана, который с того момента, как она засмеялась, был направлен на неё, сузился. В его безжизненных глазах отразился жалкий человек, изо всех сил пытавшийся подавить дрожь. «...Не понимаю, зачем вставать между нами в такой момент, но...» Если так хочешь умереть, отказать нетрудно. Демон взмахнул острыми когтями, убирая надоедливое препятствие. Сэрин закрыла глаза. Перед тем как сознание погасло, ей показалось, что в последний раз она смутно видит того, о ком тосковала. Фиолетовые волосы, от одного вида которых сердце начинало биться быстрее. И... Шух! Королева увидела, как человек, ещё мгновение назад живой, прямо перед ней стал трупом. Горячая жидкость брызнула ей в лицо и медленно потекла вниз. Ощутив жуткое прикосновение, Ёнхва тихо закрыла глаза. Кончики её пальцев слегка дрожали. Смерть не пугала. Она давно была к ней готова. Но... на её плечи легло нечто слишком тяжёлое. «Следующая — я, но даже смертью я не смогу взять на себя ещё одну ответственность». Понимая, что не сможет отвечать за это до конца, королева задрожала от вины и ненависти к себе. Дерниван недолго смотрел на неё, а затем махнул рукой. Жуткий звук рассёк воздух, и через мгновение пришла страшная боль. Словно ослабевшее тело рушилось, взгляд опустился. Увидев тело Сэрин, она снова подумала: «Всё-таки... из-за меня ты тоже умерла». На этот раз возразить было некому. * * * — Зачистка Горного королевства завершена. * * * Кто бы мог подумать, что разрушение опорного узла магической формации в итоге сдавит ей горло? Чем дольше продолжалась битва, тем хуже становилось положение, и Девелания скрипнула зубами. Она окинула взглядом Лиринель, которая с убийственным лицом носилась как сорвавшийся с поводьев жеребёнок. Если уж она потратила столько магической силы, было бы ещё труднее, ведь, обладая талантом к магии, эта девчонка выжимала максимум эффективности из минимума магической энергии. Если бы противником была только она, положение ещё можно было бы поправить... но сейчас врагом был не только Одиннадцатый корпус. — Чёрт! Девелания выругалась, глядя на командира Четвёртого корпуса, которая постоянно следила за распусканием нитей. Сражаться со всеми сразу было неэффективно. Лучше соединиться с остальными и уже тогда разобраться. — ...Второй корпус! К месту, о котором мы говорили заранее! Стоило ей принять решение, как она тут же потратила драгоценную магическую силу и наложила заклинание. Даже так переносить весь корпус к месту встречи за один раз было бы расточительством: магической силы не хватало. У бойцов корпуса тоже не было достаточно магической энергии, чтобы самостоятельно преодолеть такое расстояние с помощью магии. Чтобы выиграть себе хоть миг передышки, она переместила всех бойцов примерно на десять метров от этого места, тут же развернулась и побежала. Бойцы корпуса, заранее получившие инструкции перед походом, тоже действовали быстро. — Что...? — А? Они сейчас убегают...? Иделия, командир Четвёртого корпуса, с ошеломлением смотрела на Девеланию и Второй корпус, поспешно удаляющихся вслед за ней, а затем перевела взгляд на Лиринель. Та, словно тоже смотрела сюда, тут же встретилась с ней глазами. Даже будучи врагами, в этот момент они ясно поняли мысли друг друга. «Приоритет — преследовать беглецов». Если упустить их, последствия точно будут плохими. — ...Третий корпус, Четвёртый корпус. Преследовать бегущий Второй корпус! Остерегайтесь атак с тыла! Разумеется, это не означало, что они на одной стороне, так что стоило остерегаться нападения Одиннадцатого корпуса во время погони. Приказ Иделии прозвучал, и Лиринель, похоже, тоже это учла: она приказала преследовать Второй корпус, сохраняя осторожность перед атаками Третьего и Четвёртого. Иделия тихо отвела взгляд и спрятала руки за спину. Её пальцы, ослабевшие после новой битвы при уже потраченных силах в бою с героем, слегка дрожали. «На этом уровне хорошо уже то, что я не уронила веер...» ...Выносливость восстановится, если дать себе передышку от боя. Ситуация была на грани, но реакционеров нельзя было просто отпустить. Ускоряя погоню за Вторым корпусом, Иделия взглянула назад на Лиринель, которая выглядела рассеянной. По крайней мере во время преследования Второго корпуса сражения, похоже, не будет, если только их сторона не нападёт первой. Уже хорошо. «Даже если она притворяется, что это не так, она тревожится... Видимо, чувствует, куда идёт Второй корпус». Цель Девелании — убить и Деона Харта, и Короля демонов. Лиринель не глупа, так что наверняка поняла это из разговора между Иделией и Девеланией, а также из того, что Девелания атаковала и Одиннадцатый корпус, следующий за Деоном, и Третий с Четвёртым, следующие за Королём демонов. Нетрудно было догадаться, кого из двоих Девелания попытается убить первым. «...Думаю, бой Деона Харта уже закончился». Удобный план: он вышел в мир людей сражаться с героями, там первым убить Деона Харта, потерявшего большую часть сил, а затем вернуться в мир демонов и убить Короля демонов. Человек, желавший навредить Деону Харту, бежал в его сторону — естественно, Лиринель нервничала. * * * — ...Вы все с недавних пор игнорируете мои слова. Первый корпус обменивался ударами с Десятым и Двенадцатым. Джейкар, командир Первого корпуса, сражался с Майерсом, командиром Двенадцатого корпуса. Несмотря на то что Силуа, командир Седьмого корпуса, несколько раз спрашивала, что происходит, ответа она не получила и теперь низко зарычала, будто была оскорблена. — Вкусно? — ... — В мире полно еды. Так почему вы жуёте именно мои слова? Раздражённые фразы сыпались одна за другой. Джейкар, будто ему это мешало, мягко толкнул в сторону копьё Майерса, летевшее к нему. Острое остриё оказалось направлено на Силуа. Чэ-эн! Силуа отбила его кинжалом и подняла вертикальные зрачки. — Это... драка? Ответа не последовало. Она ухмыльнулась, прочитав подтверждение и в молчании Джейкара, и в том, как Майерс слегка отступил, но не стал отрицать. Растерянность исчезла, а глаза наполнились жутким убийственным блеском. — Похоже, вы пытаетесь не просто подраться, а убить друг друга... Всё равно я давно хотела хотя бы раз убить командира корпуса, так что это к лучшему... А? На мгновение лицо Силуа опустело. ...Она правильно увидела? Даже моргнув, она увидела ту же картину, и ошеломлённый голос вырвался сам собой. — Почему вы убегаете? Командир Двенадцатого корпуса сбежал. Забрал своих бойцов и Десятый корпус! В одно мгновение враг исчез. Бойцы Первого корпуса, только что сражавшиеся с ними, тоже переглянулись, не понимая ситуации, и посмотрели на Джейкара в поисках ответа. Но прежде чем Джейкар успел отдать новый приказ, ему пришлось наклонить голову, уклоняясь от стремительного натиска. Силуа, на миг замершая от абсурда, улыбнулась, будто всё в порядке, и продолжила атаку. — Жаль, но хотя бы ты, командир Первого корпуса, должен стать моим противником. Ты ведь не собираешься первым тронуть меня, а потом вот так отступить? Сражаться можно, раз уж всё равно придётся убить её, но терять командира Двенадцатого корпуса проблематично. Сторона Империи ещё не была полностью разобрана. Постоянно блокируя и отбивая атаки, Джейкар бросил взгляд в сторону, куда исчезли беглецы, и на императорский дворец вдали. «Сначала... надо разобраться с Империей». Убийство командиров корпусов — потом. Приняв решение, Джейкар оттолкнул Силуа, повернулся и сделал шаг вперёд... но остановился. В императорском дворце стоял странный шум. Он был вызван не демонами. Это странное волнение... — Мятеж? — А? Точно. Враги вошли в замок, а они не могут объединиться и устраивают внутреннюю грызню. Люди и правда глупы. Если бы репутация императора была прежней, вспыхнул бы мятеж в такой опасной ситуации? Или именно хаос и стал причиной мятежа. «В любом случае, если оставить как есть, император умрёт». Убедиться было бы полезно, но упустить командира Двенадцатого корпуса нельзя. Джейкар гибко изменил решение по обстоятельствам, повернулся и приказал своим бойцам: — Первый корпус. С этого момента преследуем сбежавшие Десятый и Двенадцатый корпуса. — ...Ты собираешься убежать от боя со мной? — Игнорировать Седьмой корпус. — Ха. Вот как? Тогда она сделает так, что игнорировать её не выйдет. Силуа с яркими глазами сказала, глядя вслед бегущему Первому корпусу: — Седьмой корпус, вы поняли? — ... — Немедленно за ними. ---------- На чьей ты стороне? (3) Почувствовав, что положение складывается не в их пользу, демоны, покинувшие поле боя, собрались в заранее условленном месте. Командиры корпусов, сражавшиеся с ними, бросились в погоню. Место встречи находилось совсем рядом с тем, где сражался Деон Харт. В одной точке должны были сойтись и те, кто объявил его врагом, и те, кто следовал за ним. Первыми прибыли те, кто отвечал за крепость Рвече. Девелания нахмурилась, поняв, что, хотя она бежала сюда изо всех сил, здесь ещё никого не было. Преследователи приближались, а кроме смены места ничего не изменилось. Обожжённая битвой голова скрипнула, перебирая худший вариант. «Может, поэтому просто ворваться туда, где Деон Харт?» Неплохо было бы броситься в битву Деона Харта с прилипшими к ней пиявками и превратить всё в полный хаос. Мысль возникла из злости, но оказалась интереснее, чем ожидалось, и глаза Девелании блеснули. «Да. Если нельзя полностью контролировать доску и ситуация неблагоприятна, можно разнести её так, чтобы ничего нельзя было предсказать». Придётся положиться на удачу, но если никто не сможет играть доской, это будет честнее всего. Раздумья длились недолго. Девелания без колебаний шагнула вперёд, привлечённая очарованием проклятой текущей ситуации и неизвестности, которая развернётся, если она врежется в битву. Её целью было место, где находился Деон Харт. Однако вскоре ей пришлось остановиться. — Прошу прощения, командир Второго корпуса. Господин Деон приказал никого не впускать. — Даже союзников? — Да. Он сказал, что это будет мешать. Хм. Её прищуренный, полный недовольства взгляд скользнул по бойцам Нулевого корпуса, преградившим путь. Скоро прибудут Одиннадцатый корпус, а затем Третий и Четвёртый. Битва возобновится, и они поймут, что она враг. «...Может, просто убить их, пока они настороже?» Свободно опущенные кончики пальцев дрогнули почти незаметно. ...Но если бой задержит её, преследователи быстро нагонят. Здесь ей нужно было сотрудничество Нулевого корпуса. Девелания скрыла нетерпение и легко пожала плечами. — Если это союзник, разве не нормально впустить его по здравому смыслу? Господин Деон сказал, что мы будем помехой, но Второй корпус — не какие-нибудь идиоты. Мы не можем стать помехой. — ... — Сейчас Деон сражается один против множества героев. — Не один. — Да, он, вероятно, взял с собой обычных солдат. Но они не герои, а обычные люди, да и рыцари Примиро занимаются рыцарями. В итоге всеми героями Деон занимается один. Разумеется, сведения, которые она только что произнесла, она добыла сама. Слова командира Второго корпуса, отвечавшего за сбор информации, не могли быть ошибочными. Глаза бойцов Нулевого корпуса слегка дрогнули. — ...Но это приказ господина Деона. — Как же вы бесите. Вы не понимаете, что будет лучше для Деона? Вам станет легче, если всё дойдёт до точки невозврата, и потом придётся сожалеть? От нервного голоса их плечи сжались. Выражение Девелании немного смягчилось, и она прошептала более мягким тоном. Голос звучал так, будто она успокаивала ребёнка, но смысл был острым. — Если боитесь, что вас отругают, всё в порядке. Деон о вас не заботится и забудет, когда всё закончится. В первую очередь и люди, и демоны, которых следовало бы отругать, должны были умереть, так что ругать будет уже некого. Она проглотила эти слова с насмешкой и уставилась на них, будто требуя ответа. — ... Деон Харт не интересовался бойцами Нулевого корпуса. Единственный объект его внимания — рыцари Лофти. Они не могли не знать этого, но когда это прозвучало прямо перед ними, их глаза опустились, словно раненые. Через мгновение бойцы собрались с духом, снова подняли глаза и посмотрели на собеседницу. Удивительно твёрдые взгляды дерзнули встретиться с глазами командира корпуса. — Мы просто выполняем приказ. Даже если Деон о них не заботится. Даже если потом забудет этот приказ. Всё равно они должны исполнить свой долг. Потому что Нулевой корпус — корпус, следующий за Деоном Хартом, а не за Девеланией. Следовательно, приказ Деона Харта важнее её слов. — Господину Деону очень повезло. Смешно — благословение, о котором знают только они сами. Девелания, прочитав в их глазах неизменную решимость, рассмеялась. — Почему вы вообще так следуете за Деоном? Он ведь человек, которому на вас плевать. — ... — Что ж... ладно. Похоже, вы собираетесь остановить меня, даже если придётся драться. Ничего не поделаешь. Она сделала вид, что отступает, и напряжение бойцов Нулевого корпуса немного ослабло. Не упустив момент, Девелания шевельнула пальцами. — Тогда умрите. Острые нити взмахнули у их шей. Кагак! В воздухе вспыхнули искры. — Вот как. Уже прибыли? Прозрачный щит, заблокировавший удар, исчез, словно растаял. Бойцы Нулевого корпуса, осознав, что едва не умерли, побледнели, но приготовились к бою. Девелания скользнула по ним взглядом и без колебаний повернула голову, словно и не собиралась только что их убивать. На конце её взгляда стояли Одиннадцатый корпус, а также Третий и Четвёртый. Подняв глаза чуть выше, она встретилась взглядом с Лиринель. — Жаль. Хотелось бы, чтобы вы пришли немного позже. — Что ты сейчас... сделала? — Что сделала? Если у тебя есть глаза, ты и сама знаешь. — Девелания... Низкий голос назвал её имя — то ли с грустью, то ли со злостью. Лиринель, на лице которой смешались непонятные эмоции, вскоре посмотрела на Девеланию с каменным выражением. — Они подчинённые Деона. Я не позволю тебе трогать их. Её решительный взгляд скользнул к Иделии рядом. — И её тоже. — Милая угроза. Иделия, наблюдавшая за ситуацией с интересом, прищурилась. Раскрытый веер скрыл нижнюю часть лица. — Но справишься ли ты одна? Похоже, приближаются ещё. Земля загудела, и с одной стороны понеслись демоны. Затем с других направлений начали стекаться новые отряды. Иделия слегка нахмурилась, увидев во главе групп Восьмой и Двенадцатый корпуса. — Одни уходили в горы, другие — к Империи. Кто враг, а кто друг... Там тоже, похоже, неясно, где союзники и враги. Прибывшие демоны заметили тех, кто ходил к другой крепости, остановились и образовали странное противостояние. Силуа, командир Седьмого корпуса, прибывшая вслед за Первым корпусом, который преследовал Двенадцатый, окинула ситуацию взглядом и наклонила голову. — Что это? Там тоже драка? Кто на чьей стороне? — Вот именно. Кто на чьей стороне? Раз уж все собрались, пора выяснить. Первой заговорила командир Четвёртого корпуса. Она указала на Силуа кончиком сложенного веера. — Начнём с тебя. Силуа, на чьей ты стороне? Короля демонов? Деона Харта? Или... тех, кто считает врагами обоих? — Разумеется, Короля демонов. А что за последний вариант, если уж на стороне Деона ещё понятно? — Здесь есть тот, кто относится к последней группе. — ... Все демоны здесь ясно увидели, как Иделия обернулась к командиру Второго корпуса Девелании. Движение было таким откровенным, что не заметить его было невозможно. Командиры корпусов быстро уловили ситуацию. «Сейчас есть сторона Деона, сторона Короля демонов и третья сила. Седьмой корпус — на стороне Короля демонов, Второй — третья сила». А по словам Иделии, назвавшей Деона «Деон Харт», те, кто отнёс Четвёртый корпус к стороне Короля демонов, уже мысленно разделили присутствующих на врагов и союзников. На неё, непривычную «третью силу», обрушилось столько взглядов, что это ощущалось тяжестью, но Девелания лишь улыбнулась. — Нам действительно нужно знать, кто на чьей стороне? Наша сторона уже знает всё, так что выгоднее просто сражаться как есть. — Нет. Девелания, тебе придётся сотрудничать. Я знаю, какие корпуса входят в «третью силу». Если я укажу их здесь, разве их естественно не исключат первыми? Если среди тех, кто непонятно враг или союзник, есть точно известные враги, естественно атаковать их первыми. — ...Откуда ты можешь быть уверена, кто третья сила? Если ошибёшься, неприятностей будет немало. Иделия неторопливо улыбнулась. — Тогда сказать? Честно говоря, думаю, все и без меня понимают. Так же как и ты, Восьмой, Десятый и Двенадцатый корпуса, которые пришли сюда, вероятно, на той же стороне. — ... — Очевидно же, что вы собрались здесь по какой-то договорённости. Когда Девелания заявила, что знает своих, она хорошо справилась с контролем взгляда, но до этого оставила слишком много подсказок. — Что ж. Она стала общим врагом. Хотя это должно было тревожить, Девелания сохранила самообладание и улыбнулась многозначительно. — Возможно, корпусов больше, чем ты назвала. — Ух! Она бросила зерно подозрения и тут же рванула на Иделию, не дав той продолжить. Иделия подпрыгнула в воздух, уклоняясь от низко и быстро ползущей нити, похожей на змею, и рассыпала скрытые метательные клинки из веера. «Сторона Короля демонов, сторона Деона Харта и третья сила — идеальные враги без пространства для союза». Для Короля демонов обе стороны — предатели. Судя по недавним поступкам Деона Харта, для тех, кто следует за ним, все демоны сами по себе враги. Цель третьей силы с самого начала — убить и Короля демонов, и героя. Иными словами, это идеальная ситуация «один против одного против одного». «Сначала нужно понять, кто союзники». Иделия быстро перебрала в голове возможных союзников. Третий корпус, разумеется, на стороне Короля демонов; значит, их сторона — Третий и Седьмой. Если добавить её Четвёртый корпус, получится Третий, Четвёртый и Седьмой. Если отбросить тех, чьи фракции примерно понятны, самыми неясными остаются... — ...Белитан! Тровер! Она позвала командиров Шестого и Девятого корпусов, которые всё ещё выглядели растерянными. — На чьей вы стороне?! — Конечно, Короля демонов. Разве не очевидно? — А ты, Тровер? — Я тоже, конечно... Тровер собирался вслед за Белитаном ответить «Короля демонов», будто это само собой разумелось, но остановился. Именно сейчас контракт, о котором он совершенно забыл, дал о себе знать. — ... — Тровер? — Я... [Нет, кроме этого... Я хотел потребовать награду за тот спор и потому позвал Тровера, рискуя показаться грубым.] [Чего ты хочешь? Если попросишь вынуть тебя...] [Пожалуйста, будь на стороне Деона Харта.] Разговор, состоявшийся с Даном в прошлом, быстро пронёсся в голове. Тровер прекрасно помнил, что тогда ответил. [...Хорошо! Я непременно буду на стороне Деона!] Контракт послал сигнал исполнить обещание. Небрежное слово, данное в прошлом, стало кандалами и встряхнуло сердце, будто в любой момент могло вырвать магию, составляющую его тело. ...Проклятье! Тровер стиснул зубы. — ...На стороне Деона. ---------- На чьей ты стороне? (4) Белитан, вздрогнув, сразу увеличил дистанцию. Да, это было естественно: теперь они враги. Раз такое прозвучало перед всеми, пути назад нет. С самого начала было обещано «обязательно» быть на стороне Деона, так что отказаться невозможно. Тровер выругался себе под нос. «Дан, чёртов ублюдок». Неужели он с самого начала это имел в виду? Будь он жив, Тровер схватил бы его за ворот и как следует встряхнул. Он скрипнул зубами, думая, что нужно найти способ ещё раз убить уже мёртвого парня. «Нет, прежде всего, есть ли на стороне Деона Харта кто-то, кроме Лиринель?» Похоже, всё пропало. Тровер тихо сжал кулаки. Девелания, наблюдавшая за его мрачным и странно подавленным видом, улыбнулась, будто поняла ситуацию. «Вот почему нельзя бездумно давать обещания». Сначала он собирался сказать, что на стороне Короля демонов, а потом изменил ответ. Судя по его недовольному лицу, что-то его вынуждает, и не нужно даже спрашивать, чтобы понять, что именно. «Думаю, Иделия тоже заметила». Вон какое ошеломлённое выражение. Она вспомнила, как Тровер проиграл пари Дану, обладателю желания. Дан тоже втайне избегал использовать свою силу желания публично. Было вполне предсказуемо, что человек, который был настолько верен, что умер за грехи Деона Харта, пожелает чего-то у Тровера. «Итак, лагерь Короля демонов — Третий, Четвёртый, Шестой и Седьмой корпуса?» Изначально командир Первого корпуса тоже должен был быть в этом списке, но, учитывая, что он в последнее время часто спарринговал с Деоном Хартом, он тоже был объектом настороженности. Поэтому Иделия не стала делать поспешных выводов и посмотрела на Джейкара с осторожностью. На конце её взгляда стоял демон, который с нечитаемым выражением тихо осматривал ситуацию. — Что это? И голос тоже прозвучал с лёгким потрясением. При появлении нового голоса все демоны, напряжённо следившие друг за другом, повернулись туда, откуда он донёсся. Похоже, он прибыл поздно. С одной стороны стоял Дерниван, командир Пятого корпуса, и дрожал от смятения. На чьей он стороне? Раз Тровер, убивший Оэля, оказался в лагере Деона Харта, кажется, Дерниван туда не входит. Осторожные взгляды следили за каждым его движением. — Только что... Дерниван заговорил, не обращая внимания на окружение. У него не было возможности следить за тем, что происходит вокруг. Слова, услышанные им сразу после прибытия, были слишком шокирующими. — Командир Девятого корпуса... вы сказали, что он на стороне Деона? * * * Деон едва уклонился, но стрела всё же рассекла ему лоб. Из-за необычного наконечника рана получилась довольно широкой. Нет, правильнее было бы сказать, что кожу содрало. Боль оказалась мимолётной, рана мгновенно затянулась, но потёкшая кровь закрывала обзор. Деон вытер неприглядно мокрое от крови и дождя лицо. Герои, наблюдавшие за ним, снова вздрогнули от его вида. Деон без особой причины огляделся во время короткой паузы и на мгновение опустил взгляд. На фоне горькой крови ему бросилась в глаза красная от крови рука. Его ладони слегка дрожали, будто умственная усталость достигла предела. Тело вроде бы было в порядке, но из-за странной слабости он машинально нахмурился. — Я подумал. Голос прозвучал чуть хрипло. — Я сражался слишком мягко. Как бы он ни пытался сосредоточиться, спокойствие, въевшееся в него как в героя, в конце концов не исчезало. Потому что угрозы жизни он не чувствовал. Сейчас он один сражался против множества героев, но никакого кризиса не ощущал. Скорее всего, потому что большинство ран тут же восстанавливались на месте. — Если бы это было раньше, я подавлял бы их, а теперь просто нахожу лазейки и скольжу взглядом. Поэтому в его руках оставалась лишняя свобода. Когда он отчаянно пытался выжить, враги были настолько придавлены яростной силой, что не могли даже встретиться с ним глазами. Вместо того чтобы смотреть ему в лицо и пытаться читать выражение, они сжимались, избегая взгляда, и молились, чтобы следующим он выбрал не их. Его спокойствие дало спокойствие и врагам. Деон понял это слишком поздно. — Я зажрался. Сейчас он находился в ситуации, где из-за магической формации не мог полностью проявить способности героя, и всё же позволял себе неторопливость. Честно говоря, качество нынешних героев было низковатым, поэтому бывали моменты, когда он терял бдительность. «Официальные герои» Империи времён бывшего императора, особенно признанные во время Восьмилетней войны, были совсем другого уровня по духу. «К тому же после того, как я увидел старшего Стигму Примиро, мои глаза стали требовательнее...» В любом случае сейчас качество ниже, потому что собрали всех, кто только сказал, что обладает осколком героя. На фоне прежних героев они неизбежно выглядели смешно. Нужно отказаться от этой расслабленности. Доверяя телу героя, он чрезмерно использовал техники, выходящие за пределы тела, из-за чего оно снова и снова повреждалось и восстанавливалось, расходуя массу психической силы. Как бы быстро он ни исцелялся, боль всё равно приходила, а значит, стресс накапливался. Он уже не мог сосредоточиться настолько, что позволил рассечь себе лоб. — ...Кстати. Тут Деон поднял голову, словно внезапно вспомнил вопрос. Здесь был только один человек, к которому Деон Харт обращался вежливо. Алетея сразу встретила его взгляд. — Ваше Величество, как вы замечаете и уклоняетесь от «той техники»? Он явно доверял телу героя и злоупотреблял техниками за пределами человеческого тела. Даже бывший император Эдоардо Дезерт не мог уклониться или заблокировать его до того, как он стал героем, а Алетея Дезерт всё ещё была жива. Всё потому, что в подходящий момент уходила за спины других героев. Поняв, о чём речь, Алетея ярко улыбнулась. — Чутьё. У Алетеи Дезерт было хорошее чутьё. Она сама прекрасно знала, что её чувства остры. Поэтому никогда не игнорировала сигналы, которые они время от времени посылали, а во время боя были моменты, когда это чутьё предупреждало её изо всех сил. Зловещее ощущение мгновенно проходило по всему телу. Каждый раз после этого Деон Харт двигался и атаковал с такой скоростью, что невооружённым глазом за ним нельзя было уследить, будто на миг давление магической формации переставало на него влиять. — ...Понятно. Тогда закончим шутки. Услышав про интуицию принцессы, Деон быстро потерял интерес и вернулся к главному. Ярко-красные глаза один раз обвели оставшихся героев, словно оценивая их количество, и снова остановились на Алетее. — Раз уж я понял, что отступил, теперь буду сражаться всерьёз. Если нет душевных сил сохранять концентрацию, можно просто отпустить себя. Он уже знал, как меньшинство может одолеть большинство. «Пора вернуться к основам». Деон Харт вытащил наружу юного Деона времён Восьмилетней войны. Отстранённая атмосфера, окружавшая его всё это время, исчезла, и вокруг легла жуткая тяжесть. Безумие наполнило пустые красные глаза, засияло кровью и наконец перелилось через край. Герои дрогнули и отступили перед необычным давлением. — Это... — Лучше по возможности избегать ближнего боя и сосредоточиться на дальних атаках. Ближним героям не стоит лезть слишком яростно — только удерживайте его на месте, чтобы дальние могли спокойно атаковать. И... У неё было плохое предчувствие. Алетея сглотнула и крепче сжала меч. — Разумеется, выживание — прежде всего. Сколько бы времени ни заняло, пока вы живы, можно пробовать что угодно. Под напряжёнными взглядами Деон Харт молча покрутил кинжал. Глаза блестели убийством, уголки губ поднялись. «Разума достаточно, чтобы отличать врагов от своих». Юный голос прошептал: «Бойся врагов». Будь одержим ими и сходи с ума по крови. Потому что только так я смогу жить. Передышка закончилась. Деон ударил ногой по земле, словно первым хотел перейти в наступление. Чэ-эн! Звук столкнувшихся клинков снова наполнил пространство. * * * Для Дернивана командир Девятого корпуса Тровер — враг, которого надо убить. Деон Харт тоже это позволил. Так оно и было... «Он на стороне Деона Харта?» Разве это не значит, что они союзники? — Ответьте. Вы сказали, что командир Девятого корпуса на стороне Деона? — Сказали. Дерниван, а ты на чьей стороне? — Я... Ситуация не дала ему времени растеряться. Едва он собрался ответить на полный осторожности вопрос, как с одной стороны поднялась суматоха. Земля задрожала, и все, включая Дернивана, повернули взгляды туда. Кто-то мчался верхом, гоня коней как безумный. Учитывая, что это со стороны мира демонов, сначала должны были прибыть именно эти, но неужели сюда придут ещё? Короткий вопрос вскоре разрешился. — Если смотреть по карте, где-то здесь... но где именно? — Командир! Где вы? — Великий эго!! — О-о. Все словно пообещали друг другу и выдали единый возглас при этом непонятном крике. Безумные... нет, рыцари Лофти. Как парни, которых Деон Харт держал крепко, оказались в таком опасном месте? Они что, сбежали? «...Эти могли». Стоило кивнуть в понимании, как громкие голоса продолжились — похоже, они тоже заметили эту сторону. — Там командиры! — Все собрались? Что-то случилось? — Разве не потому, что капитан здесь? Похоже, мы пришли правильно. Шумные голоса становились всё ближе и яснее. Наконец, когда расстояние сократилось настолько, что лица можно было разглядеть, Милан, мчавшийся впереди, широко раскрыл глаза и крикнул: — Командир! Где капитан?! — А? Наверное, в той стороне... — Спасибо! — Нет, подождите...! Дудудуду! Группа быстро пронеслась мимо демонов и без колебаний помчалась в одном направлении. Тровер, рефлекторно ответивший на энергичный вопрос, слишком поздно окликнул их, словно осознав промах... но разве их теперь остановишь? Иделия и Девелания, опомнившиеся на шаг позже, одновременно закричали, словно избивая его за пустое выражение лица и скорость, которая совсем не уменьшилась. — Ты что, ворон считаешь? Убейте этих парней! — Что тупите? Сначала убейте этих парней. — ...Пятый корпус! Следующим пришёл в себя Дерниван, командир Пятого корпуса. Неважно, на чьей стороне командир Девятого корпуса: Деон Харт разрешил убить его. Значит, это вопрос его собственных возможностей. Но сейчас приоритет — разобраться с этой нелепой ситуацией. Быстро подавив замешательство, он крикнул Пятому корпусу: — Прикрыть рыцарей Лофти! Это заявление означало, что Пятый корпус на стороне Деона Харта. Дерниван на той же стороне? Всё пропало. Тровер покачал головой с недовольным видом. — Проклятый Девятый корпус! Защитить этих безумных жеребят, которые бегут куда попало! — Одиннадцатый корпус, вы поняли? Защитить рыцарей Лофти! Нулевому корпусу тоже не дать погибнуть! — Первый корпус, защищайте рыцарей Лофти. Тут же стало ясно, кто на чьей стороне. Странное противостояние разрушилось с появлением любимцев Деона Харта. Лагерь Короля демонов и третья сила двинулись, чтобы убить их, а лагерь Деона — чтобы не позволить этому случиться. Благодаря этому врагов и союзников стало легче различить. «Первый, Пятый, Девятый и Одиннадцатый корпуса — на стороне Деона Харта». Сторона Короля демонов — Третий, Четвёртый, Шестой и Седьмой корпуса, значит, третья сила, как сказала Иделия, — Второй, Восьмой, Десятый и Двенадцатый. Определив врагов и союзников по уже имеющейся информации, все начали двигаться без колебаний. А бойцы рыцарей Лофти, смотревшие только вперёд и не обращавшие внимания на происходящее вокруг... — Дальше нельзя. — С дороги! ...столкнулись с бойцами Нулевого корпуса. ---------- На чьей ты стороне? (5) Прежде всего все они служили одному и тому же «Деону Харту», поэтому рыцари Лофти, изо всех сил сдерживавшие эмоции, велели им отойти. Бойцы Нулевого корпуса ответили отказом. На этом умеренный разговор закончился. Рыцари Лофти, достигшие предела своего короткого терпения, сразу показали зубы. — С дороги. Их обычно лёгкое и буйное поведение стало свирепым, будто они готовы были в любую секунду броситься куда угодно. Но даже если это звучало как рык дикого зверя, бойцы Нулевого корпуса не моргнули. Они просто преградили путь, положили руки на оружие и деловым голосом произнесли: — Это приказ Деона. Он велел не впускать сюда даже союзников. Время от времени прилетали магические атаки, и Одиннадцатый корпус их блокировал. Корпуса, рвущиеся в эту сторону, тоже сдерживали те, кто следовал за Деоном Хартом. Глядя на рыцарей Лофти, которые в центре хаоса были в большей безопасности, чем кто-либо, словно в глазу тайфуна, бойцы Нулевого корпуса тихо сжали кулаки. — Даже если вы пользуетесь расположением господина Деона, наш приказ не меняется. Исключений нет. Если они не впустили даже командира корпуса, с чего бы им делать исключение для людей перед ними? Они быстро огляделись. Казалось, о существовании Нулевого корпуса давно забыли, а все взгляды были сосредоточены только на рыцарях Лофти. Почему-то это показалось бойцам Нулевого корпуса настолько смешным, что они рассмеялись неуместно для ситуации. «Да, оно того стоит». Рыцари Лофти — единственные, кому Деон Харт отдал сердце. Скорее удивляло, что Лиринель, помня об этом, приказала не забывать и о них, а также защищать жизни бойцов Нулевого корпуса. ...Они знали, что Деон благоволит им не так, как людям перед ними. Лучше кого-либо знали, что Нулевого корпуса нет у него в мыслях. Но всё же. «Мы принадлежим Деону Харту». Что бы кто ни говорил, как бы ситуация, откровенно вращавшаяся вокруг рыцарей Лофти, ни напоминала им о новой истине, итог оставался прежним: роль, статус и миссия Нулевого корпуса не изменились. Не было причин пересматривать то, что они и так знали. — Так что хватит нести чушь и уходите. Они должны просто следовать за Деоном, словно тень. Он привёл их сюда, потому что это было нужно, и отдал приказ, потому что это было необходимо. В таком случае естественно быть верными этому приказу. — Чушь несёшь ты. Какое это имеет отношение к нынешней ситуации? С дороги! — Если подойдёте ближе, мы подавим вас силой. — Чёрт! Если сражаться здесь, они потеряют драгоценное время и силы. Перед ними были явно союзники, следующие за тем же Деоном Хартом. Почему же всё дошло до такого? Милан скрипнул зубами. — Отойдите! Если дело в драке, я потом сделаю что угодно! — Мы просто выполняем приказ Деона. — Да чтоб вас! Я говорю, мы собираемся облегчить Деону усталость, а вы нас блокируете? Если из-за этого наш капитан окажется в опасности, вы возьмёте ответственность?! — Вы не доверяете своему начальнику. — Вы слишком обожествляете капитана! Он что, всемогущий герой из сказки? Наш капитан тоже человек. Милан вынул оружие. Остальные, прочитав намерение, тоже вытащили клинки. Он прожёг преграду взглядом и процедил: — Раз уж так, прорвусь силой. — Думаете, мы это позволим? — Я заставлю вас отойти, ублюдки! Каган! Внезапно вспыхнул вооружённый конфликт. Те, кто принадлежал к лагерю Деона, остановились, когда две группы, обе подчинённые Деону Харту, начали сражаться между собой. Лиринель, рефлекторно прикрывшись временным щитом от атак с обеих сторон, заикаясь пробормотала, будто не могла справиться с растерянностью: — Э... почему Нулевой корпус и рыцари Лофти... Мало того что им следовало бы объединиться, так они ещё и дерутся, будучи на одной стороне?! Нужно защитить любимых Деоном рыцарей Лофти и не дать умереть Нулевому корпусу Деона. Но что делать, если обе группы, которые надо защищать, атакуют друг друга?! Бойцы корпуса тоже смотрели на неё, ожидая ответа. Несмотря на желание в замешательстве выдрать себе волосы, Лиринель ровно отдала приказ. — Пока... кроме их атак друг на друга, блокируйте все остальные. Оставить конфликт между ними и сосредоточиться на защите обеих групп от других корпусов. Неплохое решение. Другие командиры корпусов на стороне Деона, застывшие от смущения, тоже поспешно отдали такие же приказы. Вопреки опасениям, столкновение Нулевого корпуса с рыцарями Лофти закончилось быстрее, чем ожидалось. — Прохожу! — И здесь тоже! — Чёрт! Изначально это не был бой на убийство, а столкновение тех, кто хотел пройти, с теми, кто хотел удержать. Если бы улица была узкой, блокировать проходящих было бы возможно, но в открытом пространстве без углов сделать это трудно. Будь противником кто-то другой, им удалось бы выиграть время, хватая за ноги, но рыцари Лофти активно использовали свою фирменную суматоху и уловки, основанные на слаженных движениях. «Они сказали, что заставят нас отойти». Кто знал, что вот так? С одной стороны создавали шум, отвлекали внимание, а с другой находили зазор и проходили. Когда оглядываешься, чтобы понять, что случилось, тот, кто только что шумел, уже спокойно проходит мимо. Метод был настолько мирным и при этом раздражающим. «...Гнаться за ними?» Даже подумав об этом, боец Нулевого корпуса, временно командовавший остальными, остановил шаг. Он также окликнул товарищей, уже собиравшихся броситься в погоню. Потому что здесь оставались ещё те, кто пытался пройти. На вопросительные взгляды он указал подбородком на другие корпуса, спутавшиеся в бою. Те, увидев враждебные корпуса, явно пытающиеся преследовать Лофти, поняли. Последовал приказ с объяснением: — Во-первых, к счастью среди несчастий, рыцари Лофти, которых мы упустили, союзники. Если не считать проваленной миссии, вреда господину они, скорее всего, не принесут. Проблема — другие корпуса, которые пытаются идти по их следам. — ... — Мы не можем повторить ту же ошибку. Верно? Впустить союзников и впустить врагов — совершенно разные вещи. Даже если перед ними враги, позже будет меньше стыда, если они ясно их остановят. Бойцы атаковали и задерживали членов других корпусов, пытавшихся пройти за Лофти, и говорили спокойно: — На этот раз остановим хотя бы врага. Словно эти слова стали сигналом и обещанием, бойцы Нулевого корпуса разом собрали волю. Они следили за движениями вражеских корпусов решительными глазами и тут же атаковали, когда те пытались пересечь установленную линию. Легионы оказались связаны невидимой чертой. В напряжённой ситуации кто-то крикнул: — Что вы делаете? Быстрее, пробивайте! Вражеские корпуса атаковали так, будто пытались вытолкнуть или вырвать Нулевой корпус, который стоял строго и сражался. Корпуса Деона пересекли линию, чтобы блокировать опасные атаки и прикрыть вошедших внутрь рыцарей Лофти. После того как одного союзника уже пропустили, было бы глупо блокировать другого, а сдерживать только враждебные силы и так было почти выше их возможностей. Благодаря смелому решению Нулевого корпуса не возникло лишнего конфликта. К тому же они не могли неблагодарно остановить тех, кто их защищал. — Ах... И всё же выдерживать атаки нескольких корпусов оказалось слишком тяжело. Один участок был прорван. Враги, словно ждали этого, рванули внутрь. В первую очередь было нелепо думать, что один корпус сможет выстоять против нескольких... но всё равно. «Я думал, мы хотя бы выиграем время, ведь они дерутся между собой». Пытаясь прорвать Нулевой корпус, сторона Короля демонов и третья сила продолжали атаковать друг друга. И всё же они не смогли как следует задержать их. От ощущения собственной беспомощности вырвался отчаянный стон... но существовала ситуация ещё безнадёжнее. — Ха-ха. Помимо Пятого корпуса, который ушёл первым прикрывать рыцарей Лофти, внутрь направился и Одиннадцатый корпус — похоже, они беспокоились о Лофти, когда враги прорвались. Это был корпус, который стоял посередине, смотрел и в сторону движения рыцарей, и обеспечивал сильную защиту. Единственными оставшимися союзниками были Первый и Девятый корпуса. Они умели давить противника силой, но не защищать. К тому же в ситуации, где они в меньшинстве, они вряд ли будут пытаться защищать Нулевой корпус. «Мы умрём». Почему-то он сам рассмеялся. — Но разве будет менее обидно, если перед смертью мы уничтожим хотя бы один вражеский корпус? Так они смогут хотя бы сохранить лицо бойцов Нулевого корпуса. Умирать в одиночку они не собирались. Скомпрометировавшись с реальностью, бойцы Нулевого корпуса поправили оружие и укрепили единственную оставшуюся гордость. * * * Чтобы защищать цель, было бы удобнее, если бы она находилась в одном месте, но корпуса Деона не блокировали и не задерживали путь рыцарей Лофти. Рыцари, прекрасно это понимая, лишь молча отражали входящие атаки и радостно выкрикивали слова благодарности тем, кто их прикрывал. «Не знаю, как долго вы собираетесь нас прикрывать, но... за помощь спасибо!» Насколько далеко давать прикрытие, волновало и Лиринель, и Дернивана. Преследующие вражеские корпуса — Второй и Четвёртый. Как и подобает тем, кто пользуется головой, они не сдавались легко, зная, что рыцари Лофти — группа, способная схватить дух Деона Харта и пошатнуть его. «Лучше бы привести их к Деону... Нет, нет. Там полно героев, они могут только помешать». Если пустить их туда без причины, они станут помехой, как только окажутся в опасности. И наоборот, это может сломать Деона. Лиринель, летевшая по воздуху и тревожно смотревшая на рыцарей, покачала головой. Сколько они уже прошли? В конце пути они пересекли какую-то невидимую область. Споткнулась. — А? Под странным давлением тело, парившее в воздухе, начало беспомощно падать. — Э...? Э-э?! Она быстро попыталась снова подняться, но магия не сработала. Лиринель знала это чувство. «Магическая формация подавления!» И помимо неё, давление на тело было необычным, будто установили и другие силы. Даже бойцы корпуса, которые попытались подхватить начальницу, рухнули под давлением, и Лиринель, упавшая на них, словно придавив, тут же отлетела и выбралась за пределы формации. Едва вернув самообладание, она увидела, как другие безрассудно шагали в область формации, а затем в ужасе отступали. «Вот чувство, которое точно не хочется пережить снова». Лиринель, вновь парящая с вернувшейся магией, посмотрела на рыцарей Лофти. Те остановились прямо перед границей формации — возможно, благодаря звериному чутью — и тупо смотрели на неё, будто спрашивая, что случилось. На мгновение её охватил абсурд, но она тут же вспомнила, что сейчас не время, и открыла рот. — ...Похоже, прикрытие заканчивается здесь. — Остальные корпуса, кажется, тоже не намерены переходить сюда, так что дальше вам придётся справляться самим. Дерниван тоже развернулся, явно не собираясь снова ступать в формацию. Вдали виднелись легионы, приближавшиеся всё ближе и ближе, продолжая сражаться: то ли пытаясь объединиться, то ли просто превосходя числом. Судя по всему, здесь станет местом новой дополнительной битвы. Лиринель, словно предупреждая, в последний раз сказала рыцарям Лофти: — Вы из тех, кто, если давить на вас, создаст ещё большие проблемы, поэтому я пока помогла. Но не умирайте на глазах Деона. Если раните Деона, я вас не прощу. — Спасибо! В ответ прозвучало не согласие, а благодарность. Лиринель слегка нахмурилась и попыталась сказать что-то ещё, но рыцари Лофти, не дав ей времени, вошли в пределы магической формации. ---------- На чьей ты стороне? (6) И конь споткнулся. Один даже рухнул на землю — настолько, что его было стыдно называть конём мира демонов. Магическая формация, оказывавшая давление, изначально была установлена миром людей для охоты на героев. Разумеется, в бою могло случиться несчастье: амулет, освобождающий союзника от влияния формации, могли повредить или вовсе потерять, поэтому её не сделали настолько сильной, чтобы человек умирал. Но обычный человек, входящий туда с голым телом, всё равно был, можно сказать, самоубийцей. Давление достигало такого уровня. Милан, почти распластавшийся на коне, словно его давила безумная тяжесть, стиснул зубы и поднял голову. Сосуды в белках глаз выступили так, будто он приложил огромные усилия. — Что это за мерзкое давление?! — Думаю, эта чертовски тяжёлая атмосфера — магическая формация... Скрежет. К словам остальных примешивался звук сжатых зубов: все как-то держались. — ...Если смотреть на это, похоже, её установили для битвы с капитаном, верно? — Тогда, если разрушить её, это поможет. Хотя тела стали такими тяжёлыми, что почти не давали дышать, не было смысла ронять боевой дух, озвучивая мрачную реальность. Поэтому рыцари Лофти действовали легко, как всегда. Голос, ничем не отличавшийся от обычного, рассёк воздух, ставший в несколько раз тяжелее. — С капитаном всё будет в порядке, да? — Конечно. Сначала избавимся от этой проклятой формации и найдём командира. В нынешнем состоянии, даже встретив врага, я нормально драться не смогу. — Хорошо. Все слышали? Ломайте всё, что похоже на опорные узлы формации! Дерево, в которое воткнута каменная башенка, дерево с прикреплённой бумагой... Просто разрушайте всё подозрительное! — Ломать — наша специализация! — ...Всем остановиться. Они уже возбуждённо собирались рвануть кто куда без плана. Клетер, поспешно окликнувший этих безголовых товарищей, нахмурился. — Мы на вражеской территории и уже внутри формации, верно? Она не похожа на ту, что заставляет заблудиться или запирает в определённом пространстве, но здесь можно столкнуться с врагами. Так что воздержитесь от самостоятельных движений. — О, точно. Тогда разделимся на подходящие группы и обойдём вокруг. Обязательно кричите, если встретите врага. — Думаешь, твой голос до меня долетит? — Хм... Милан оглянулся на Клетера. Опять... Клетер прочитал в его взгляде просьбу найти решение, как уже бывало несколько раз раньше, когда они натыкались на проблему. Бровь недовольно дрогнула. «...Каждый раз, как что-то застревает, они первым делом смотрят на меня». Но что поделать? В этой безнадёжной организации только он был подготовленным и умным. В конце концов он вздохнул и дал им ответ, которого они хотели. — Есть два камня связи, которые я украл, когда собирал травы перед выходом, верно? Если добавить те, что были у нас изначально, получится три. Держите их соединёнными и двигайтесь. Мы уже зарегистрировали друг друга. — Отлично! Тогда идеально разделимся на три команды! Милан попытался примерно посчитать людей на пальцах, но понял, что из-за давления рука нормально не поднимается. Не желая зря тратить силы, он разделил людей, называя имена. Затем крепко взял поводья и кивнул. — Тогда увидимся позже! Клетер подумал, нормально ли делать всё так грубо... но, наверное, сойдёт. Он уже слишком устал, чтобы ловить каждого безрассудного товарища, поэтому просто поехал вперёд, не заботясь ни о чём лишнем. Большинство подозрительных вещей можно было уничтожать, не слезая с коня. Да и место, по которому проходило копыто, не могло остаться целым. Иными словами, даже разбираясь со всем подозрительным под воздействием формации, они двигались быстро. Возможно поэтому, с течением времени и с каждым разрушенным предметом давление, придавливавшее всё тело, будто постепенно слабело. «Может, я просто привык. Но какая разница». Нет ничего плохого в позитивном мышлении. С такой мыслью он повернул голову в поисках ещё чего-нибудь подозрительного — — Ах... Тело вдруг стало легче. Ощущение свободы перехватило дыхание. Магическая формация исчезла. Клетер на мгновение замер, привыкая к внезапной лёгкости, словно мог взлететь, но повернул голову, услышав голос из-за пазухи. — Это Милан. Во время боя с рыцарями Примиро мы обнаружили каменную башню и смогли её снести. Похоже, это был ключ. — Что? Помимо того, что они разрушили формацию, — рыцари Примиро? Лицо Клетера, хорошо знавшего их навыки и дух, застыло. — Мы разрушили ядро формации. Давление исчезло, верно? Они говорили что-то про клин, который удерживает опорный узел от разрушения, и бормотали, что он не мог так легко рухнуть. Похоже, были ещё вещи, защищавшие это ядро, но, пока мы рыскали вокруг, мы их все сломали. — Нет, не это... Он переспросил не из-за этого. Глаза дрогнули от смятения, но Клетер быстро взял себя в руки и спросил снова: — Вам нужна поддержка? — Нет. Их изначально не так много. И состояние у них не очень. Думаю, они уже дрались до встречи с нами. — Но на всякий случай я пойду первым. Это северо-запад от исходной точки, верно? — Верно. Тогда ладно. Щёлк. Связь оборвалась так, будто возражений не предусматривалось. Милан, глядя на затихший камень связи, смущённо почесал голову. — Правда же не нужно приходить... Перед ним стояли рыцари Примиро. Точнее, раненые и не в лучшем состоянии. Они были такими не из-за боя с Лофти — такими их встретили с самого начала. Судя по трупам демонических солдат вокруг, бой они уже пережили. «Они победили, но... победили с большими потерями». Даже при поддержке условий магической формации противник, похоже, был довольно силён или сражался с ожесточением. И в такой ситуации появились они — сравнительно свежие. На первый взгляд рыцари Примиро находились в невыгодном положении, но в их глазах всё ещё горел живой блеск, не похожий на рыцарей, когда-то правивших югом. В начале у той стороны были средства избежать влияния формации, а эта сторона была придавлена и не могла действовать свободно, так что у них ещё мог быть шанс... Но во время короткой стычки они обнаружили каменную башню, и рыцари Примиро внезапно бросили оружие. ...Милан не смог дотянуться, поэтому просто проехал и сбил её. В процессе снова вспыхнул бой, и немного времени было потеряно, но в любом случае цель была достигнута. «Сложно было только найти. А когда формация рухнула, победа стала нашей». Если оставить в стороне тот факт, что она тихо скрывалась в тени далёкого угла и без инстинктивного взгляда туда её бы не нашли... в любом случае, совпадение это или навык, итог — поражение рыцарей Примиро. Было понятно, что им стоило склонить голову, чтобы избежать полного уничтожения, но даже так их глаза ярко горели. Милан, стараясь игнорировать смертельное покалывание на коже, открыл рот с поражённым выражением. — Вы... собираетесь продолжать? Если решите закончить здесь, я просто пройду дальше. Их капитан важнее рыцарей Примиро, которые сейчас не представляли большой угрозы. Если закрыть на них глаза, обе стороны выиграют: они выживут, а Лофти не потратят время на бесполезное. Но разве в этом мире хоть что-то идёт хорошо? — Как бы там ни было, нас уже низвели до позорного положения. — ... — Между смертью в бою и жизнью после поражения здесь нет разницы. Рыцарь Примиро легко усмехнулся и отбросил протянутую руку. Когда Стигма Примиро покинул Империю, оставив рыцарей, они потеряли принадлежность. Их положение в нынешней Империи стало неоднозначным. Они не были столь сильны, как «герои», и числом не выделялись. Орден рыцарей, «бросивший Империю», сопровождали подозрения и надзор. Естественно, их превратили в карту, которую можно использовать грубо и выбросить. «Если бы силы были целы — другое дело». Многие уже погибли в бою с демонами. Даже если вернуться живыми, ничего не останется. Тогда лучше умереть здесь сражаясь. — Похоже, поддержка скоро прибудет. Закончим до этого. Ради хоть какой-то чести рыцари Примиро снова взялись за оружие. * * * Деон Харт времён Восьмилетней войны снова появился на поле боя. Его красные глаза, сияющие безумием, ярко блестели и разрубали врагов на части. Губы, поднятые в глубокой дуге, выпускали явный смех, совершенно не подходивший ситуации. Атаки других людей, пытавшихся спасти несчастного союзника, были тщетны. Словно он нацелился только на одного человека, он уклонялся от всего и рубил свою цель. Лишь когда то, что некогда было живым человеком, уже нельзя было узнать, он отбросил тело и повернул голову в поисках новой добычи. — Ух... Страх пополз по спине. Они слышали кое-что о Деоне Харте времён Восьмилетней войны, но кто мог знать, что всё настолько плохо? Герои ближнего боя отступили, увидев товарища, чьё лицо стало неузнаваемым и кто перед смертью, казалось, испытал всю боль, которую только возможно испытать. Как бы они ни были готовы умереть, никто не хотел умереть так. «...Это опасно». Алетея, наблюдавшая за ними, глубоко вздохнула, ведь их парализованный страх был виден каждому. Несмотря на то что она спокойно оценивала ситуацию, рука, проведшая по лицу, явно дрожала. «Надо было сказать ему по возможности воздерживаться от атак по лицу». Может, хозяин разозлился, когда тронули лицо этого национального сокровища. ...Даже шутка, сказанная самой себе, не смогла прогнать страх. Она направила мысли в другое русло. «Раз герои ближнего боя застыли, остаётся довериться дальним». Однако этот бой изначально строился на том, что герои ближнего боя выполнят свою роль. Пусть им не обязательно убивать его напрямую, но они хотя бы должны сковывать ноги Деона Харта. Теперь же движения ближних героев стали пассивными: каждый гадал, не станет ли следующей целью. В такой ситуации дальние атаки, направленные на Деона Харта, были не более и не менее чем немного раздражающими. Кагаган! Отбив летящее оружие, Деон на мгновение остановился и огляделся. — ... — Такое ощущение, что с недавних пор атакуют только издалека... — Что вы делаете, если не подходите? В слегка изогнутых глазах отразилась расслабленность дикого зверя. Сражаться стало куда легче. Даже понимая, что атаки со всех сторон опасны, прежде ему приходилось продолжать прыгать вверх, чтобы уклоняться, и он почти не мог поставить ноги на землю. А теперь ему дали время отдохнуть. «Надо было сделать так раньше». Это полезно, даже если способ боя ему не по душе. Вокруг воцарилась тишина. Все будто боялись издать звук, чтобы эти ярко-красные глаза не остановились именно на них. Даже дыхание заглушили, и в пространстве остались только шум дождя и шорох листьев на ветру. Но... Почувствовав странность, Деон повернул голову в одну сторону. Битва между рыцарями Примиро и демоническими солдатами давно закончилась. Почти взаимоуничтожением. Он знал это точно, потому что несколько раз проверял в паузах. Значит, всё должно было быть тихо... «Что за шум?» Деон уловил далёкую суматоху. Крайне знакомый голос и крик, спрашивающий что-то о капитане. Красные глаза растерянно моргнули, когда он мгновенно понял, кому принадлежит голос. «...Бешеные псы...?» Что? Почему наши здесь? Они вообще не слушали, что я сказал? Я не знаю, зачем и с каким настроем они пришли в место смерти. Проклятые. Гнев поднялся на основе тревоги. В тот миг, когда Деон нахмурился... — Ах. Крайнее давление, давившее на тело, исчезло. ---------- На чьей ты стороне? (7) Ощущение было такое, будто мешки с песком, привязанные к телу, разом упали. Деон, на мгновение пошатнувшийся, быстро восстановил равновесие и рассеянно сжал и разжал кулаки, чувствуя свободу, от которой перехватывало дыхание. Нежданная выгода. «Это... они сделали?» Похоже, где-то в суматохе они задели опорный узел магической формации. Помогло, конечно... но радости всё равно не было. В любом случае факт оставался фактом: они проигнорировали его предупреждение и вошли в опасное место. «Раз формация рухнула, задерживать их больше нечему. Значит, они будут искать меня и дойдут сюда...» Герои точно не проигнорируют появление идеальных заложников. Поэтому, даже если он собирался отчитать их, сначала лучше быстро закончить эту ситуацию. Оковы исчезли, но цепляться за прежний способ боя незачем. Было достаточно контролировать и расшатывать атмосферу, а дух, который он намеренно прогнал, вернулся в тот миг, когда он осознал присутствие бешеных псов. Деон, будто вернувший себе силы и самообладание, скользнул взглядом по героям. Безумие в его глазах уже осело. Он усмехнулся. — Похоже, наши ублюдки скоро будут здесь, так что закончим до их прихода. ...Отстранённая атмосфера начала боя вернулась. А «наши ублюдки» могли означать только один орден убийц-рыцарей. Почему? Слабость приближается. Алетея нахмурилась от необъяснимого зловещего чувства. — Не может быть. Его особая расслабленность, уверенная манера прямо объявлять, что те, кто станут слабостью, вот-вот придут. Он ещё и заявил, что успеет закончить до их прибытия. Это указывало только на одно. Она быстро достала амулет из кармана и отбросила. Герои вокруг были потрясены, но ей было всё равно. — Как и ожидалось... Отчаяние поднялось до макушки. — Формация разрушена. — ... — Можете выбросить амулеты. В нынешней ситуации это просто бесполезные бумажки. — Тогда... Даже когда магическая формация была цела, бой не решался легко и тянулся без прогресса. А теперь оковы, подавлявшие движения героя, исчезли. Герои оцепенели. ...Оцепенение вскоре стало отчаянием, а отчаяние — смирением. Алетея исказила лицо, читая заметно упавший дух. — ...Очнитесь. Даже если умрёте, хотя бы сопротивляйтесь. Почему люди, последняя надежда человечества, так слабы? Какой бы безнадёжной ни была ситуация, нельзя просто подставить шею. Хотя на самом деле рука, державшая меч, дрожала от напряжения, она всё же заговорила ровным голосом. — Кто знает? Может, нам удастся умереть вместе с Деоном Хартом. — ... — От выживания отказываемся. Если нападёте — всё равно умрёте, если побежите — тоже умрёте. Что бы мы ни сделали, мы умрём. Так что, если возможно, умрём вместе с Деоном Хартом. Так что держите оружие как следует. Из-за пазухи послышался крик: «Нет». Отчаянный вопль прозвучал так, будто небо рухнуло, а земля исчезла. Алетея, уже решившаяся, на миг замерла — впервые она слышала голос брата таким. Но затем спокойно вынула камень связи и раздавила его. Она направила меч на Деона Харта, который с интересом наблюдал. — Ты правда худший человек в истории. Даже если умрёшь, покоя не получишь, а если не умрёшь здесь — закончишь несчастьем. Тебя настигнет кара. — ...Я хотел бы сказать, что упоминание загробной жизни и небесной кары — это ментальная победа проигравших... Деон ухмыльнулся. — Но я хотя бы не стану отрицать, что я худший человек в истории. * * * Когда формация была разрушена и больше не осталось заложников, сдерживающих его, исход стал мгновенным. Даже в полностью подготовленном состоянии этого было бы мало. Как остановить героя, если вы уже потратили столько сил в предыдущем бою? «Чёрт...» Все герои ближнего боя погибли. Точнее, все, кроме самой Алетеи. С переломанными ногами и оторванной рукой она могла лишь беспомощно наблюдать, как Деон Харт поднимает оружие у трупов ближних героев и неторопливо расправляется с дальними. «Не знаю, почему он не убивает меня и оставляет...» Наверное, планирует убить последней, потому что она — член королевской семьи. Её глаза, утратившие интерес и словно умершие, тихо следили за движениями Деона Харта. Наконец Деон Харт, разобравшись со всеми героями, повернулся к ней. Он приставил кончик меча к её горлу, и его нечитаемые красные глаза блеснули. — По мере того как всё развивалось, мне внезапно кое-что пришло в голову. Тон был лёгким, будто он просто любопытствовал. — Я знаю, у Вашего Высочества хорошее чутьё. Разве у вас не было предчувствия, что вы умрёте в этой битве? — Как же не было. Алетея рассмеялась. Чутьё явно предупреждало. Предупреждало сильнее, чем когда-либо. Оно велело немедленно отказаться от этого выбора, потому что она умрёт. Деон Харт выглядел так, будто не понимал. — ...И всё же вы пришли только потому, что стали «героем»? — Да. Так что хватит повторять бессмысленные вопросы и ответы. Алетея остро усмехнулась. — Просто убей меня. — ...Есть последние слова? — Мне нечего оставить, но есть кое-что, что я хотела сказать. Я хотела сказать это всё время, пока смотрела на тебя... — ... — Ты меня раздражаешь, так что прекрати говорить вежливо. Когда раньше ты говорил грубо, почему сейчас вдруг вежливость? ...Вот такие последние слова. Кончик меча, который едва заметно дрогнул с того момента, как она выругалась, теперь явно качнулся от острого замечания. На мгновение её глаза расширились от неожиданного зрелища, которое она видела впервые в жизни. — Тогда. Деон взмахнул мечом. Брызнула кровь. Кровь, которая медленно поднималась каждый раз, когда умирали герои — он уже не знал, галлюцинация это или реальность, — вдруг поднялась ещё выше. ...Знаете ли вы? Алетея Дезерт, сидевшая на месте, казалась погружённой в кровь с головы до ног. Снова осознав, что сошёл с ума, Деон тихо посмотрел вниз на кровь, поглотившую часть его рёбер прямо под грудью. В это время шум вдалеке становился всё ближе. — Вон он! Командир!! — Вы в порядке?! Наконец нашли! Рыцари Лофти, победившие рыцарей Примиро быстрее, чем ожидалось, благодаря объединению разделённых групп, быстро добрались до Деона Харта. Радостные и тревожные крики достигли Деона, который находился в несколько оцепеневшем состоянии. Только тогда он пришёл в себя и обернулся на тех, кто звал его. Его глаза похолодели, скользнув по знакомым лицам. — Вы. — Капитан! Мы пришли! — Почему пришли? Голос был холоден, как и взгляд. Те, кто приближались, на миг замерли. Но Деон всё равно отчитал подчинённых, пришедших без разрешения. — Я ведь отдал «приказ». Почему вы пришли? — ... — Это неповиновение. Даже лошадью это не назовёшь. Почему вы решили, что раз это «последний приказ», его можно не исполнять? Если бы время хотя бы немного не совпало или по дороге всё пошло чуть иначе, они, скорее всего, погибли бы. Он знал, что они пришли из-за тревоги о нём, но всё равно злился. «Кто о ком заботится?» Им следовало знать своё место. Гнев был сильнее ожидаемого, и Деон никак не мог говорить мягко, даже ясно видя, как улыбки исчезают с лиц бешеных псов. — Теперь вы меня смешите, да? — Капитан... Те, кто молча смотрел на ярость, которая, казалось, в любую секунду вышвырнет их отсюда, тихо открыли рот. Они проигнорировали все сказанные до этого слова и задали только один вопрос. — Вы в порядке? — Мы знаем, что даже если вы ранены, вы быстро восстановитесь, но боль ведь всё равно та же... Вы не слишком пострадали? — Ух... Кровь хлынула так, словно готова была поглотить его. Лицо Деона дрогнуло, когда он услышал осторожные вопросы подчинённых, стоявших посреди моря крови. — Почему вы вообще пришли?.. Голос был уже другим, влажным. Тук. Оружие выпало из его руки. Рыцари, смотревшие на него, замершего словно статуя, заметили, что настроение ухудшилось, и медленно приблизились. — Мы слышали, что вас прокляли. Не нужно было спрашивать, от кого. — Дьявол. Этот ублюдок растрепал. Сказал лишнее. Наверное, без особой причины. У ребёнка ведь нет причины ловить стрекозу и отрывать ей крылья. Скорее всего, это был просто импульс. Проклятый. Деон, получивший новую цель для гнева, ожесточил лицо и стиснул зубы. — Со мной всё в порядке. Если бы это стало проблемой, что-то уже случилось бы давным-давно. — Не может быть, чтобы всё было в порядке. Не врите. — Я сказал, всё в порядке. И почему вы вообще так беспокоитесь о герое? — Ну, капитан... не персонаж из сказки. Деон застыл на месте, услышав плачущий голос. — В отличие от героя из сказки, хороший конец вам не гарантирован... Когда рыцари Лофти услышали от Короля демонов о его проклятии, они в шутку сравнили капитана с персонажем сказки. Но вопреки лёгкой и игривой фразе на самом деле они надеялись, что капитан и правда герой из сказки. «Потому что у сказок обычно счастливый конец». Даже если он проклят, даже если весь мир осуждает и ругает его, они хотели, чтобы финал капитана был счастливым. Рыцари Лофти силой подняли дрожащие уголки губ. — Если человек в порядке, несмотря на проклятие, почему это вообще проклятие? Тогда его бы так не называли. — ... — Поэтому. Голос снова стал острым. — Что вы можете для меня сделать? — Снять проклятие? Невозможно. — Может, мы сможем уменьшить кровь на руках капитана. — ... — Хотим хоть немного помочь. Нельзя? Проклятье. Они знали детали и условия проклятия. Дьявол рассказал всё. Длинноязыкий ублюдок. Деон выругался про себя, и новая суматоха приблизилась. — Там Деон Харт! — И рыцари Лофти тоже! — Похоже, бой уже окончен, хорошо. Убейте их всех! — Защитить Деона и его рыцарей! Демоны прибыли. И прежде чем Деон успел повернуть голову в ту сторону, вспыхнул свет. * * * Снаружи области формации каждый корпус сражался со своим противником. Они уже однажды ступили в пределы формации и испытали крайнее давление и худшую среду, где магия не работала, поэтому даже в горячке никто не приближался к ней. Все держались на расстоянии, опасаясь случайно переступить границу. То, что формация исчезла, выяснилось чисто случайно. Во время боя магическая атака, направленная неверно, вошла в область формации и ударила в землю. Те, кто увидел отчётливую воронку, замерли. «А...?» Перед неожиданной картиной застывший разум начал запоздало работать, пытаясь понять ситуацию. Если бы формация была цела, магия не проникла бы так глубоко, а исчезла бы сразу на границе. Значит... — Магическая формация исчезла...? Нужна уверенность. Дерниван кивнул одному из подчинённых, приказывая войти. Тот помедлил, явно не желая второй раз переживать то же ощущение, но приказ есть приказ, и он шагнул внутрь. — Э...? — Всё нормально. Иделия, внимательно изучавшая растерянное лицо бойца, повернулась, будто приняла решение, и крикнула подчинённым: — ...Преследовать рыцарей Лофти! — Остановить их! Лиринель рефлекторно закричала, а чуть позже остальные командиры корпусов тоже отдали свои приказы. Хаос вспыхнул снова. ---------- На чьей ты стороне? (8) — ... Если это не дождь, то что ещё, кроме молнии, может дать вспышку в пасмурный день? Магия. К тому моменту, когда Деон почувствовал искусственный свет и резко повернул голову к источнику, было уже поздно. Магия мчалась к бешеным псам. Атака была необычайно мощной, словно кто-то специально подгадал, чтобы цели собрались вместе. Сгусток энергии вспахал траву на земле и понёсся прямо на них, пробив тонкий щит, который Лиринель рефлекторно поставила, словно крошку печенья, и продолжил движение к бешеным псам. Объяснять долго, но всё случилось мгновенно. Может, проще сказать так: почти сразу после «вспышки» прозвучало «тррк». Сознание опустело. «Нет, нет...!» Он протянул руку так быстро, как позволяла реакция героя. Даже будучи героем, он понимал: сломанное тело восстановить невозможно, и если так сделать, руку отсечёт. Но он герой. Потеря одной руки не станет большим препятствием. ...На самом деле тело среагировало раньше мысли. Но это сработает только если он успеет дотянуться. Если бы у него было чуть больше времени подготовиться, если бы он стоял очень близко к бешеным псам, как обычно, если бы ему дали хотя бы мгновение броситься к ним, он смог бы закрыть их своим проклято крепким телом. — Пожалуйста...! Скрежет. Зубы сомкнулись, и из горла вырвался звук, который он сам не понял — крик или стон. Когда свет наконец прошёл мимо, Деон опустил целую руку и крепко зажмурился. Он не хотел видеть то, что последует. Даже закрытые глаза были бесполезны — они не могли перекрыть присутствие этого ужасного света. В одно мгновение луч исчез, и под веками вернулась темнота. Опустилась странная тишина, будто выпущенная магия разорвала даже звук. Каков итог? Ему нужно было понять ситуацию. Он не мог вечно держать глаза закрытыми в месте, кишащем врагами. Деон коротко и глубоко вдохнул и открыл глаза. И перед ним было... — Вы...? — Да? — А? — Да? Почему... вы целы? Перед ним стояли вполне живые рыцари Лофти. Тишина только что была от смущения? Деон, тупо глядевший на них, глазами осмотрел их тела и, запинаясь, открыл рот. — Вы... вы в порядке? — А? Какого чёрта мы живы?! Магия точно пролетела! Они заикались, словно только теперь осознали ситуацию. Деон облегчённо выдохнул, наблюдая, как они щипают друг друга за щёки, проверяя, не сон ли это, и посмотрел на Лиринель. Она молча покачала головой. «Лиринель не остановила...» Да, её тонкий защитный щит быстро разбился. Он сам это видел. Тогда что? Деон прищурился и какое-то время смотрел на них. Когда красные глаза коснулись эполетов на их плечах, в них вспыхнуло понимание. «Точно. В эполете был амулет». Он приготовил это на случай непредвиденного. Помнил, что один амулет должен был сработать в случае столкновения с демонами в мире демонов, накладывая на противника такие же ограничения, как при переходе в мир людей через границу, а другой подавлял магию противника. В нынешнем случае, похоже, подействовал второй. «Слава богу». Деон тихо сжал едва дрожащие кончики пальцев. Немедленное облегчение было, но сердце похолодело. «Нужно отправить их обратно. Прямо сейчас». Отправить, пока не стало поздно. После случившегося он был уверен. «Противник — командиры корпусов». Командиры корпусов пришли сюда. Он не знал всех деталей, но, судя по крикам и хаосу, когда они прибыли, те, похоже, признали его врагом. «Деон Харт» находился в отчаянной ситуации, где эти люди, его слабость и одновременно враги, должны быть убиты. Как раньше, может случиться внезапная атака, которую он не сумеет предотвратить. На этот раз это была магия, и амулет спас их, но если в следующий раз внезапно прилетит не магия, а скрытый клинок, они умрут, не успев ничего сделать. Он никогда не хотел это увидеть. Поэтому Деон назвал имя того, кто мог убрать их с поля боя. — Лиринель. — Да, Деон. — ...У меня просьба. Он знал, что каждая крупица магической силы сейчас драгоценна, но ему нужна была просьба. Не верилось, что он просит ещё, когда уже попросил её о самом большом. Понимая, насколько бесстыдно звучит, он опустил взгляд, не встречаясь с ней глазами. В ответ прозвучал лёгкий голос, словно она просила не беспокоиться. — Просто скажи. — ... Деон повернулся к рыцарям Лофти, словно собирался показать просьбу действиями. «...Радиус действия амулета — два-три метра». Он знал: используя этих парней, можно временно развернуть поле подавления магии против командиров корпусов. Но если сделать это, они точно умрут. Поэтому... — Я отдаю приказ. — Говорите! Деон приказал твёрдо: — Снимите эполеты. — Командир? — Снимите эполеты. Я сказал, это приказ. — ... Рыцари Лофти, видя потрясённого Деона и слыша, что это именно приказ, молча сняли эполеты. Они упали на землю с глухим стуком, и теперь взгляды ждали следующего распоряжения. Деон посмотрел на Лиринель, которая находилась рядом и наблюдала за ситуацией. Слова вышли смазанно, с трудом, сквозь сжатые зубы. — Пожалуйста. — Просто оставь это мне. Ей не нужно было переспрашивать, чтобы понять, о чём он просит. Лиринель, разобравшая его желание по ситуации, тут же кивнула и протянула руку к рыцарям Лофти. Амулет действует, только пока находится при владельце. У ног рыцарей, снявших эполеты, сформировался странный магический круг. Их лица побледнели при виде знакомой картины. — Нет, капитан! Это! Такой же круг топтали демоны, когда выходили из мира демонов с помощью магии пространственного перемещения. Значит, сейчас капитан и командир Одиннадцатого корпуса пытаются отправить их куда-то ещё! В безопасное место, далеко от поля боя! — Тут столько врагов, что вы делаете?! — Спасибо за всё, что вы сделали. Деон заставил уголки губ подняться в улыбке, глядя на протестующих рыцарей. У него не было времени говорить долго, и он не хотел тратить лишние эмоции на длинные слова. Он просто произнёс короткое прощание: — Давайте больше никогда не встретимся. — Что за бред! — Мы сюда как добрались— Вспышка. Они исчезли вместе со светом. Лиринель тихо смотрела на Деона, который глядел только на место, где они пропали. Она стояла рядом и слышала последние слова, произнесённые им перед их исчезновением. [Вы должны выжить.] Это было проклятие. Самое сладкое и самое жестокое проклятие в мире. Они, вероятно, тоже услышали. Именно поэтому прямо перед перемещением их лица стали растерянными. «Деон тоже очень жесток». Он разбивает сердца всего несколькими словами. — ...Ты отправила их далеко? — В тихое место в мире людей. Даже если они сразу снова выйдут, добираться сюда будут не меньше недели. — Хорошая работа. И... Тёмные, глубоко запавшие глаза с необычным блеском повернулись к Лиринель. ...Из-за незапланированной просьбы командир корпуса, специализирующегося на магии, переместила группу под названием «рыцари» Лофти, используя только собственную магическую силу. Да ещё на расстояние, путь откуда займёт не меньше недели. Он не демон и плохо разбирается в магии, но понимал: магической силы ушло очень много. Поэтому он должен был сказать: — Спасибо. Её широко раскрытые глаза, словно она услышала нечто неожиданное, вскоре изогнулись в яркую улыбку. — Всегда пожалуйста! — ... Деон повернул голову. Те, кто ещё недавно смотрели на него убийственными глазами, будто искали брешь, при встрече взглядов расслабили глаза и сделали вид, что ничего не видят. Были и те, кто ярко улыбался. Он посмотрел на лица командиров корпусов, пересчитал их в голове и тихо сказал: — Ещё никто не умер. Хотя число бойцов корпусов значительно уменьшилось. — ... — В любом случае раз вы пришли сюда, значит, крепости захвачены. Нулевой корпус наверняка не пустил бы их просто так. То, что они пришли, означает, что те мертвы? Нет, может, с ними разобрались умеренно, а те отступили, притворившись, будто не могут победить. Может, бросили имя своего жалкого начальника и сбежали. В любом случае неважно. Он изначально многого не ожидал. И всё же он открыл рот, чтобы подтвердить: — Нулевой корпус должен был охранять проход. — Конечно, я убила их всех. Похоже, они не собирались пропускать меня, пока их не убьют. Девелания ответила так, будто ждала этих слов. — Они были настолько сильны, что мне захотелось спросить, как ты их тренировал. Видишь, насколько уменьшилось число наших бойцов? Это всё из-за тех ублюдков. — ... ...В итоге они умерли. Могли бы действовать умеренно и сбежать, но что, в конце концов, значил мой приказ? Кровь продолжала течь без остановки. Деон тихо смотрел вниз, и, заметив его тревожное состояние, Лиринель поспешно, чуть запоздало, доложила итоги. — Как Деон и предполагал, завоевание Рвече завершено. Король поджёг дворец и погиб вместе с ним, поэтому доказательств нет, но ворота были открыты, демоны вошли и перевернули всё вверх дном. Можно считать, что всё закончено. Едва слова Лиринель завершились, Дерниван и Джейкар тоже доложили: — Завоевание Горного королевства также завершено. Я не смог взять голову королевы, потому что это мешало бы быстрому перемещению, но я сам её отрубил, так что проблем нет. — Империя открыла ворота. Что-то случилось, и я пришёл сюда, не успев полностью всё зачистить, но перед уходом видел мятеж, так что волноваться не о чем. Умрёт император в мятеже или нет, Империя не сможет возродиться, если последние ворота открыты и внутри поднялся бунт. Даже если возродится, на это уйдёт значительное время, так что фактически её можно считать разрушенной. Этого достаточно. Деон кивнул. Сколько людей погибло, пытаясь перебраться через стену, и сколько ещё умерло после перехода. Каждый отчёт заставлял кровь подниматься безумно, но он не обращал внимания. Вместо этого спокойным взглядом посмотрел на трёх командиров корпусов. — У меня есть место, куда нужно идти, так что зачистку здесь я оставлю вам. — Разве это не была моя роль с самого начала? — Пожалуйста, оставь это мне! Джейкар ответил спокойно, Лиринель — с энтузиазмом. Дерниван молча кивнул, а Тровер, командир Девятого корпуса, стоявший поблизости в нерешительности, сказал: — Если это приказ... Что, он на моей стороне? Деон наклонил голову. — Почему ты? Не помню, чтобы мы обсуждали подобное. — Если говорить об особом разговоре... он был с Даном. При имени Дана зубы Деона стиснулись. Судя по виду, он не оказался вовлечён по хорошей причине... Заключил контракт или что-то подобное? Теперь, когда он подумал, на прошлой пирушке он видел, как Дан играл в карты... вроде азартной игры против командиров корпусов. Он также слышал разговоры о ставке с правом на желание. [Я выиграл. На кону этого пари было право желания?] [...Чёрт.] Но вскоре после этого Дан был заключён в темницу и умер, так что времени использовать право желания вроде бы не было... «А». Внезапно Деон вспомнил Короля демонов, который спустил командира Девятого корпуса в темницу, где находился Дан. «Тогда». В тот момент он был не в себе и просто пропустил это, но теперь, подумав, понял: это было странно. Король демонов не стал бы без причины сопровождать командира Девятого корпуса. Тем более командир Девятого корпуса не имел никакой связи с происшествием того времени. Там наверняка было влияние Дана. Право желания, которому иначе не было применения, должно было быть использовано здесь. — Дан. Он всё похоронил, но оно снова вышло наружу вот так. Что мне делать с тобой? Деон давно не произносил это имя. ---------- На чьей ты стороне? (9) Несмотря на наступление демонов, крепостные ворота открылись. Хорошо ли, что сразу после этого среди них вспыхнула внутренняя грызня? Те, кто, казалось, вот-вот ворвутся во дворец, вдруг начали драться между собой, из-за чего их приход к дворцу задержался, а в итоге они просто отступили. «Оно того стоило». Любой увидел бы, что падение Империи неизбежно. Возможно, они даже не сочли нужным удостовериться в смерти цели. Скорее приоритетом было разобраться с угрожающими союзниками, ставшими врагами. «Потому что... в Империи поднялся мятеж». Как только ворота открылись, вспыхнул бунт. В какой-то степени это было ожидаемо. Эльпидиус Дезерт действовал ещё более догматично и упрямо, чем его дядя, называвший себя тираном. Победила бы Империя или проиграла эту войну — мятеж был неизбежен. Нынешний император Империи и последний оставшийся представитель кровной линии тихо налил алкоголь в бокал и усмехнулся. «Если возникал конфликт мнений, дядя хотя бы спорил с нами, чтобы заставить согласиться. Я же не говорил даже этого». Противостояние дворян игнорировалось. Даже тех, кто не выдерживал и приходил к нему лично, он давил авторитетом императора. Из-за особенностей войны предел терпения должен был наступить. Теперь, когда победа и поражение определились, они очнутся и скажут, что даже если умрут, перережут горло некомпетентному тирану. И всё же если спросить, почему он так спокойно сидит здесь... [Ваше Величество, вы должны уйти!] [...Хватит. Вы можете уйти сами.] Можно было сказать, что пришли люди, желавшие эвакуировать императора, пока он держал сломанный камень связи. Если бы Алетея вышла на связь хотя бы на несколько минут раньше, пока была жива, он попытался бы куда-то эвакуироваться. Теперь же ему было всё равно, подходят ли предатели к самым дверям или демоны открыли ворота замка. Он отодвинул не отвечающий камень связи с глаз и медленно покачал бокал. — Премьер-министр. Его опущенные глаза, вопреки спокойному виду, были красными и налитыми кровью. — Знаете, почему люди боятся смерти? Он обращался к премьер-министру, стоящему перед ним, но на самом деле это был монолог. Слова текли с чрезмерным спокойствием, не требующим ответа. — Потому что это неизведанная территория. Если копнуть глубже, можно сказать: смерть означает вечную разлуку со всем дорогим. Потому что они ничего не знают. Поскольку не знают, есть ли загробная жизнь, они думают о возможности «вечной разлуки» и боятся её. — Поэтому люди боятся не только собственной смерти, но и смерти близких. Чувство утраты, когда больше никогда не сможешь встретиться, тяжелее, чем кажется. — ... — Но в сердцах у людей обычно есть что-то ещё. Человек или убеждение. Обычно этого достаточно, чтобы компенсировать утрату, о которой я говорил, но... ...Премьер-министр. Держа бокал, он повернул голову и посмотрел на Ардала. Его взгляд встретился с глазами мужчины, в которых смешались сложные чувства. — ... — У меня было только одно желание. «Быть с семьёй». — ... — Неужели это было так трудно? Голос, вырвавшийся с трудом, содержал сухое смирение вместо влаги. Потеряв дядю, он выжил, заполнив пустоту младшей сестрой. А теперь, когда он потерял и младшую сестру, за что ему держаться? Ничто не могло восполнить эту утрату. Более того, у Эльпидиуса не было уверенности, что он сможет жить с этим чувством потери. «Смерть дяди и смерть Алетеи — всё из-за меня». Поскольку вина не отпускала, он не смог как следует остановиться. Все ошибки прошлого, которые нельзя исправить, вспыхнули в памяти. Он спокойно выпил содержимое бокала, пока вина накрывала его приливной волной. Холодная жидкость потекла по горлу. Наконец Эльпидиус поставил пустой бокал на стол, откинулся на спинку и произнёс оставшиеся слова: — Оставляю эту страну тебе. Можешь играть моей головой. — ...И бывший император, и Ваше Величество одинаковы в том, что после смерти не жалеют тело. — Правда? Рад это слышать. Хлынула кровь. Взгляд премьер-министра, ещё мгновение назад смотревший на пустой бокал, который правильнее было бы назвать чашей с ядом, тут же упал на уголок рта Эльпидиуса. Слабый юноша несколько раз вытер его тыльной стороной руки, понял, что это бесполезно, и раздражённо закрыл глаза. В короткой тишине голос, заметно более тихий, чем прежде, прозвучал шёпотом. — Неважно, унаследуешь ли ты страну или полностью разрушишь её и создашь новую. Просто оставь имя дяди в истории. Как уродливый племянник, разрушивший страну, я считаю своим долгом искупить вину хотя бы так. Эдоардо Дезерт говорил, что ему ужасно даже думать о том, что он будет полностью забыт и исчезнет на задворках истории, не оставив ни следа имени. Его определённо нельзя забыть напрасно. Поэтому... — Даже если забудут меня... Первый император империи, павшей из-за плохих поколений, и монарх, приведший её к расцвету. Пусть хотя бы это запомнят. Премьер-министр, всё это время молча слушавший, наконец открыл рот. — ...Искупать вы должны сами. Вы эгоистичны до самого конца, раз пытаетесь искупить вину через другого. — ... — Ваше Величество? — ...Ваше Величество. Ответа не было. ...В отличие от предыдущего императора, который страдал яростнее всех, этот император, похоже, уходил тише всех. В этом они отличались от прошлого поколения? «...Я наблюдал за одной семьёй от начала до конца, так что в каком-то смысле можно сказать, что они одинаковы». Королевская семья вся упряма. ...Во рту стало горько. Премьер-министр наконец закрыл глаза. Позади раздался стук, дверь открылась, но он не повернулся. Лишь опустил взгляд и низко пробормотал: — Это Ваше Величество сказали, что можно играть вашей головой. Линделл Райнер, вошедший в этот момент, вздрогнул от шокирующих слов, ударивших по ушам. — Я исполню вашу волю. — Простите, премьер-министр, что вы сейчас сказали... — ...Ваше Величество покончил с собой. — Такое... Он ожидал этого с того момента, как тот схватил мёртвый камень связи и набросился на солдат. Император сидел с закрытыми глазами, пустым бокалом на столе и спокойным выражением лица. Увидев кровь в уголке его рта, Линделл с растерянным видом помрачнел. Когда его спросили, не должны ли живые жить, он вспомнил юношу, ответившего выражением лица, будто это невозможно. И Линделл понял контекст фразы, которую услышал сразу при входе. — ...Ваше Величество велел использовать вашу голову, чтобы подавить мятеж. — Да. Возможно, в этом также подразумевалось использование её для получения власти. Он доверил мне эту страну. Эльпидиус Дезерт был худшим императором, но не худшим человеком. Он мог стать святым. Так было бы, если бы он занял должность обычным путём. Честно говоря, это отклонение нельзя было полностью не понять. Когда он стал императором, ему было немного за двадцать. «Дело не в сравнении с предыдущим императором. Он слишком молод для императора». Он взошёл на трон «поспешно», «в крайне юном возрасте», «в самый хаотичный период». Даже столица была перенесена, а главные фигуры каждой силы погибли, из-за чего известная им информация стала бесполезной. «Было бы хорошо, будь у него чуть больше пространства». Канцлер Ардал вздохнул, вспоминая блестящего юношу, каким Эльпидиус был наследным принцем. Линделл Райнер, наблюдавший за ним, спросил: — Вы собираетесь стать императором? Взять власть, используя голову императора, означало стать новым монархом. — ...Насчёт «императора» не знаю, но пока я хочу хоть как-то сохранить эту страну. — Страна называется «Империя», но вы хотите сохранить её, не зная об «императоре». Собираетесь искать другую ветвь рода? — Этого не будет. Сейчас не осталось ни следа королевской крови. Даже если с трудом найти боковую ветвь, настолько разбавленную, что она ничем не отличается от любого другого человека, ей будет трудно пережить нынешний хаос без должного воспитания. — Мы построим страну, которая унаследует Империю. — А, вы хотите стать «королём». — Даже если человек, кровно связанный с «Дезертами», назовёт себя императором, павшую страну атакуют с вопросом: какая ещё империя? Если же человек, не являющийся «Дезертом», опрометчиво назовёт себя императором, он лишь привлечёт сосредоточенные удары. Почти все страны, кроме Эсперанеса, пали. Возможно, потому что завоевание мира людей было уже близко, маленькие королевства, примкнувшие к миру демонов, были брошены. Основных войск, включая командиров корпусов, там не было, потому что они целились в Три королевства, а другие демонические солдаты воспользовались хаосом и растоптали их. — Новая страна будет основана вокруг нового человека, и начнётся захват земель. — Да. Я знаю. Бесчисленные страны будут создаваться и рушиться, сливаться и снова разделяться. Мир людей вернулся ко времени, когда государства только начинали возникать. В такой ситуации, назови он себя императором Империи, на него немедленно набросятся все силы. Для Ардала, намеренного по воле Эльпидиуса сохранить страну и оставить имя Эдоардо в истории, это был нежелательный вариант. ...Ну, до этого война между демонами в мире людей должна закончиться удачно. «Похоже, у них внутренний раскол. Пусть бы просто уничтожили друг друга». Иначе мир демонов поглотит мир людей, и придётся начинать борьбу в другом направлении. Абсурдно, что они дерутся между собой на чужой земле, но ничего плохого в этом всё равно нет. Вспоминая последний доклад о том, что часть демонов, сражавшихся между собой, направилась к месту встречи героя с Деоном Хартом, а остальные последовали за ними, Ардал усмехнулся, предполагая, что там развернётся вторая битва. «Поскольку у нас нет силы, приходится переживать всякий абсурд». Если собираетесь драться, дрались бы в мире демонов. Благодаря этому он снова осознал: главный элемент для сохранения страны и защиты мира — сила. Или военная мощь. Пока он обдумывал способы увеличить военную мощь, Линделл осторожно открыл рот. — Но... похоже, вы собираетесь действовать, опираясь на эту страну. Однако даже если вы отрежете голову императора, неужели дворяне действительно последуют за вами? Я знаю, это грубо, но премьер-министр... — Простолюдин. Но премьер-министр. Я стабильно управлял этой страной даже во время Восьмилетней войны. Если использовать это, народ Империи и часть дворян, желающих стабильности, поддержат меня. В любом случае, если возвращаться к началу, все первые короли и императоры были простолюдинами. Некомпетентные последующие поколения просто обожествили достижения первого поколения, переложив их в кровь, чтобы сохранить своё положение. — ... Это не было неправдой, но рассказы о «голубой крови» дворян появились не просто так. Не может быть, чтобы дворяне с застывшим восприятием приняли это так легко... — Господин Линделл. Ардал протянул руку Линделлу Райнеру, чьё лицо всё ещё было обеспокоено. — Поможете мне? — Надеюсь, вы восполните мои недостатки. Линделл Райнер — наследник ортодоксального дворянского рода. Скоро он должен был унаследовать положение, и его поддержка была бы огромной помощью. Признать свои недостатки и попросить поддержки. На величайшем перекрёстке своей жизни Линделл некоторое время смотрел на протянутую руку непонятным взглядом. — ...С радостью. Линделл пожал её. Ардал слегка сжал его руку и мягко открыл глаза. — Рад, что вы приняли. Спасибо. — Живые должны жить. Рядом с премьер-министром шансов выжить больше, чем рядом с другими некомпетентными людьми, так с чего мне отказываться? ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (1) Будущее в общих чертах прояснилось, но сейчас важно настоящее. Люди, которые с оружием двигались к императорскому дворцу, из-за смятения и возбуждения, кажется, не понимали: демоны уже давно ушли из-за внутренней грызни. Значит, больше ни о чём беспокоиться не нужно — только подавить мятеж. Способ заключался в словах, которые Эльпидиус Дезерт произнёс перед тем, как выпить яд... — Но. Линделл осторожно спросил: — Вы точно хотите это сделать? — ...А что, по-твоему, означал весь наш разговор до сих пор? Их разговор строился на том, что это будет сделано. Неужели он теперь спрашивает, правда ли? Ардал посмотрел на него с недоумением, будто спрашивая, что тот слушал всё это время. — Нет, вопрос был неправильный. Позвольте спросить иначе. Вы... сможете? Пауза. ...Он понял, что тот имеет в виду. Ардал видел Эльпидиуса Дезерта ещё с тех пор, когда тот был наследным принцем. После того как он стал императором, он делал всё по-своему, и Ардал, пытавшийся остановить его, немного отдалился, но разве привязанность могла куда-то исчезнуть? Он собственными глазами видел его смерть. Ситуация была горькой. Даже если император дал разрешение, разве так легко отрезать ему голову и использовать её? — Я должен это сделать. Но сделать нужно. Он произнёс это ещё раз, словно давал обещание самому себе. — Сделаю. — ... — Если не так, придётся обходить слишком далеко. К тому же он сам дал разрешение. Даже если бы тот был преступником, Ардал не стал бы так осквернять тело умершего, если только преступление не было бы тяжким... Он использовал оправдание «он разрешил» как щит, крепко закрыл глаза и отвернулся от уродливой картины. Линделл, наблюдавший за ним, поднял меч, который подобрал на всякий случай. — ...Тогда я сделаю. — Нет. — Я сделаю. — Да...? Меч он изучал, чтобы защищать себя. Нельзя сказать всё до последнего подтверждения, а потом притвориться чистым. В глазах Линделла был вопрос, но Ардал не ответил. Он подошёл и выхватил меч из его руки. Длинная тень легла перед телом Эльпидиуса. Мятеж быстро стих, когда стало известно, что его цель — император — мёртв. Люди, на мгновение оцепеневшие из-за того, что цель у них отняли, успокоились и начали обращать внимание на того, кто отрубил голову императору. — Премьер-министр...? Так начался постимперский Ардал. * * * Эмоции дрогнули от имени Дана, всплывшего в неожиданном месте, но времени погрузиться в чувства ему не дали. Враждебные командиры корпусов, заметив смятение Деона Харта, оживили глаза, как будто увидели шанс. Особенно командир Двенадцатого корпуса Майерс, готовившийся использовать магическую силу для мощного заклинания, отказался от сожаления из-за провала и повёл потемневшими глазами. Плотно сомкнутые губы тихо прошептали: — Копьё. Сообразительный подчинённый подал ему метательное копьё. Он поднял его и вытянул руку как можно дальше... но тут же поспешно развернул, окутав магической силой, и сбил летевшую в него магию. — Думал, я просто буду смотреть? Пусть один раз он упустил удар, второй такой атаки Лиринель не допустит. Командир Одиннадцатого корпуса свирепо уставилась на него. — Если хочешь атаковать Деона, сначала убей меня. — ... Майерс крепко сжал копьё, и будто эта атака стала сигналом — каждый корпус снова сплёлся в бою. Деон, вернувшийся к реальности, бросил взгляд на Лиринель. ...Атака не попала по нему, но благодаря этому он пришёл в себя. В месте, полном врагов, нельзя просто стоять. Он оглядел командиров корпусов на своей стороне и сказал так, будто вбивал гвоздь: — Тогда прошу вас. Это значило: раз у него есть место, куда нужно идти, он оставляет зачистку им. С этими словами он сделал шаг вперёд. В направлении, куда ему нужно было идти, разворачивалась битва, и это было похоже на вход прямо в центр поля боя. Но благодаря командирам корпусов на его стороне, которые бросились вперёд и начали действовать сразу после его слов, особых трудностей не возникло. — Умри! — Куда? Развернулся микрокосм апокалипсиса. Каждый раз, когда Деон Харт продвигался, командиры корпусов атаковали, и командиры корпусов блокировали. В этом хаосе Деон спокойно пересекал поле боя, двигаясь не быстро и не медленно. Топор Шестого корпуса не смог пробить щит Восьмого и вместо этого был раздавлен. Лиринель, которая собиралась разобраться с Майерсом, командиром Двенадцатого корпуса, бросившимся на неё, быстро подняла щит в ответ на внезапную атаку командира Второго корпуса Девелании. Кагагак! Звук прозрачных нитей, скребущих по невидимой стене, жутко отозвался в воздухе. — Это что, позорные двое на одного? — Прости, но твоя магия довольно раздражает. Думаю, будет проще, если убить тебя как можно быстрее. — Я этого не позволю. Не стоит ждать и смотреть, как враг сражается на выгодных для себя условиях. Командир Одиннадцатого корпуса Лиринель — союзник. Дерниван, командир Пятого корпуса, ворвался в их противостояние и атаковал Майерса. Он ударил по древку копья когтями, острыми как клинки, и тут же отскочил назад. Затем достал неизвестно откуда лук и стрелы и натянул тетиву. На землю обрушился дождь стрел. — Цк, ничего не поделаешь. Как и ожидалось, всё быстро стало именно таким. Девелания покачала головой, позволив нитям свисать между пальцами, и взглянула на Майерса. — Майерс, оставляю ту на тебя. — Сколько угодно. Тем временем Силуа, командир Седьмого корпуса, которую командир Первого корпуса Джейкар отбросил вдаль, когда она бросилась к Деону Харту для боя, поднялась и в ярости налетела на него. — Ты бесишь меня ещё с того момента, как я сюда пришла! — ... Бесило, что он напал первым и теперь игнорировал её. Бесило, что мешал снова увидеть «те» боевые навыки Деона. Силуа вспомнила жуткую картину, однажды увиденную ею: как под белым лунным светом врага кромсали на части, и кровь брызгала вокруг. Она прикусила губу, встретилась взглядом со спокойным Джейкаром и нахмурилась. — Лучше уйди с дороги, пока я говорю по-хорошему. Она влюбилась в это жуткое и прекрасное зрелище с первого взгляда, но, находясь на охране границы, так и не получила шанса увидеть его снова и всегда жалела. И вот шанс появился, следы знакомого стиля боя виднелись на телах некоторых героев, и она ждала продолжения. Как тут не злиться, когда драгоценные секунды тратятся впустую? В конце концов зазубренные вертикальные зрачки наполнились смертельной угрозой. — Ничего не поделаешь. Нужно просто убить его как можно быстрее. — Обычно бой с Джейкаром тоже неплох, я бы насладилась... но сейчас передо мной есть нечто куда более аппетитное. Так что умри. Зрачки раскрылись. Тело Джейкара на миг застыло, когда он встретился с резко поднятыми глазами. Это была не область эмоций. «Её уникальная способность?» Силуа не упустила момент и бросилась на него, но застывшее тело уже расслабилось, и он с небольшой задержкой двинулся в ответ. Блокировать мечом было поздно, поэтому он поспешно отступил, будто толкнув лежащее рядом тело вперёд. Тело, вытолкнутое перед ним, споткнулось о ногу противницы и сбило траекторию кинжала. Шух! Даже отступив, он всё же запоздал: кинжал прошёл по его лицу. От щеки — ровно через глаз — до лба. На коже будто осталась чёткая красная линия, и затем потекла кровь. — Хороший ход, но всё равно не сработало... Похоже, ты не зря командир Первого корпуса. — ... Щёлкнула ли противница языком от сожаления или нет, Джейкар закрыл раненый глаз и поднял свободную от меча руку, чтобы стереть кровь. Ладонь покрылась красной жидкостью. ...Он оказался застигнут врасплох, потому что никогда прежде по-настоящему не скрещивал мечи с командиром Седьмого корпуса. Особенно потому, что сегодня впервые столкнулся с её уникальной способностью. «Теперь понимаю». Один глаз — дешёвая цена. Он не знал, повреждён ли глаз или всему виной кровь, но когда медленно открыл его, в зрении отражался только тусклый красный цвет. Джейкар выпрямил стойку, морщась от нарушенного чувства расстояния. — Прости, но я тоже хочу закончить быстро. За спиной слышалось, как множество существ сталкиваются друг с другом. Вероятно, большинство командиров корпусов приказали своим бойцам сначала разобраться здесь. После прорыва через Нулевой корпус число бойцов, враждебных Деону Харту, значительно уменьшилось. Но даже если Первый корпус элитен, неизвестно, сколько он выдержит, если на него нападёт такая масса... — Судя по ситуации, думаю, мне стоит заняться тобой, верно? ...Командир Девятого корпуса Тровер вступил в их бой. Пусть это был всего один человек, краем глаза было видно: он, как и подобает командиру корпуса, разворачивает ситуацию, которая до этого шла в обороне. Благодаря этому беспокойства стало меньше. Джейкар, слегка отдышавшись, уже собирался сосредоточиться на битве перед собой. Бум! — О чём ты говоришь? Здесь буду я. — Почему бы тебе не пойти туда и не спасти своих бойцов, которых дети Восьмого корпуса избивают? Они почти все умерли. — Нет причин спасать тех, кто умирает из-за слабости! — Верно! Белитан, командир Шестого корпуса, выступил его противником, и бой начался. ...Лучше закончить как можно быстрее и разобраться с остальными. — Закончим быстро. Джейкар поднял меч, игнорируя кровь, капающую с подбородка. С другой стороны, Иделия, командир Четвёртого корпуса, приказавшая бойцам Третьего и Четвёртого корпусов сначала разобраться с Первым корпусом, а когда будет время — атаковать командира Первого корпуса, стояла перед Десятым корпусом, помахивая веером. — Вы будете сражаться со мной. Скорее следовало сказать «я вас зачистю», а не «буду сражаться». За их суровыми лицами виднелись бойцы Третьего и Четвёртого корпусов, отправленные к Первому корпусу и другим корпусам. Они уже почти полностью заняли преимущество, но из-за появления командира Девятого корпуса их начали оттеснять. К счастью, ситуацию остановил командир Шестого корпуса, вмешавшийся вскоре после... Увидев, как двое командиров корпусов плотно сражаются друг с другом, а командир Первого корпуса замахивается мечом с заметно иным духом, словно намерен быстро закончить и помочь ей, Иделия после короткой неловкой паузы добавила: — Лучше закончить как можно быстрее. * * * Деон Харт шёл не останавливаясь. Даже мокрое тело, замерзающее под холодным зимним дождём, и тела бойцов Нулевого корпуса не остановили его шаги. Каждый раз, когда слышался звон оружия или чья-то смерть, кровь поднималась понемногу. Так было, когда ранили знакомого, и так же, когда знакомые люди, когда-то следовавшие за ним, разделились и встали друг против друга. От рёбер под грудью, выше пупка, до груди, где она иногда поднималась на палец или два. Хотя он просто шёл вперёд, Деон не мог не слышать звуки множества смертей, и потому двигался через кровь, которая постепенно поднималась. Попытки преследовать его тут же блокировали другие, поэтому, даже не торопясь, он быстро покинул поле боя. И когда снежинки упали с неба и коснулись уголков его глаз, Деон наконец остановился и поднял голову. — Ах... На фоне знакомого места падал ужасный снег. Это граница, где погиб его брат и где он смог соединить воспоминания. Место далеко от любой крепости и поля боя; значит, жезл кровавого снега не мог повлиять на него. Этот снег, скорее всего, настоящий. Сколько прошло с начала войны? Вторая полноценная битва только началась, но если учитывать, что до этого они отправляли корпуса по одному использовать жезлы кровавого снега, времени должно было пройти больше, чем казалось. Сколько дней они сражались с героями? Деон, считавший в голове, сколько раз поднималось и садилось солнце за время боя, вдруг понял одну вещь и широко открыл глаза. — Сегодня... Красные глаза опасно дрогнули, наполнившись смятением среди белого, летящего снега. — ...годовщина смерти брата. ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (2) Третье января. Нет сомнений, что он правильно считал дни, проведённые в пути сюда. Значит, ровно через месяц будет день рождения брата. Деон, шедший по течению мыслей, вскоре рассмеялся. «Что нового в годовщинах смерти и днях рождения — темах, на которые я раньше почти не обращал внимания?» Сколько годовщин и дней рождения он уже пропустил? Он не собирался бесстыдно пользоваться тем, что просто сидел в комнате, притворяясь, будто ничего не происходит. Он даже не думал о жалких оправданиях вроде «шла война». Лишь смотрел вверх этими кошмарными глазами. «Я не собираюсь идти к могиле сейчас». С каким лицом ему туда идти? Они сказали последнее прощание, когда строили могилу, так что, наверное, брат примет это. И даже если не примет, неважно. Если этот грех добавится к тем, что он несёт, его всё равно почти не будет видно. Он думал, что всё в порядке, но теперь, глядя на снег, падающий здесь, прошлое всё больше возвращалось, а голова болела так, будто вот-вот взорвётся. Деон нахмурился, но всё же твёрдо пробормотал в воздух: — И всё же... дни рождения, может, и трудно, но эту годовщину я намерен отметить. Надеюсь, ты сочтёшь это достаточным. Было бы хорошо дожить до дня рождения, но он не мог гарантировать, что будет жив к тому времени. Хорошо, что срок ещё не прошёл. Так подумал Деон и слабо улыбнулся. — Подарка в виде головы дьявола будет достаточно, верно? Он должен закончить всю месть до конца сегодняшнего дня. Солнце ещё стоит в небе; если поспешить, это возможно. Его нерешительные шаги ускорились. Деон снова пошёл по знакомой дороге, глядя прямо перед собой. Он знал, что могила Круэля находится где-то неподалёку от границы, но именно потому, что знал, не смотрел в ту сторону. Затем, когда у подножия горы показался вход, он рефлекторно остановился. Красные глаза расширились, словно он столкнулся с неожиданным. — ... В конце его взгляда стоял мужчина с зелёными волосами и опрятной одеждой. Он держал за шею какого-то изрядно помятого человека. Что это за ситуация? — Старший? Зов прозвучал тихо, почти как бормотание, но мужчина сразу повернул голову. Затем, глядя прямо на Деона, с невозмутимым лицом, будто просто прогуливался, он подошёл, волоча другого человека за собой. Его спокойные голос и тон совершенно не подходили происходящему. — Снег идёт. В войне это худшее, но выглядит неплохо, правда? Почему? Деон Харт знал этого человека, которого больше не называли «вторым героем Империи», а звали «странствующим героем континента». Но причин встретить его здесь не было. Почему он пришёл? Деон взглянул на человека в его руке, но лицо было незнакомым. От непонятной ситуации глаза Деона беспощадно дрожали. — Младший? — Я ненавижу снег. — Вот как. Жаль. Тогда поговорим о другом. У него не было времени стоять здесь. Нужно быстро выяснить цель и идти в мир демонов. Но... — Ты перевернул мир людей вверх дном. — Эм... — Где-нибудь ранен? Деон на мгновение замолчал. — Нет, я в порядке. Вы же знаете. — Верно. Но я рад. — Старший... Почему вы пришли сюда? Они давно не виделись, так что тем для разговора, конечно, много, но сейчас у него не было времени на спокойную беседу. Деон позвал его, словно подгоняя, наполненный сожалением и нервозностью. Тот не мог не заметить вопрос, заключённый в обращении. И всё же Стигма Примиро спокойно продолжил, притворившись, что не понял. — Судя по тем ублюдкам... нет, похоже, рыцари Лофти не с тобой. Ты оставил их? Хотя, кажется, ты что-то предпринял, ведь они не из тех, кто просто оставит тебя одного... — Я отправил их в безопасное место. Оно далеко, так что они не успеют вернуться, пока всё не закончится. — Похоже, использовали магию. Они наверняка сильно сопротивлялись. Если так, я мог бы просто забрать их с собой... — Они видят только меня и следуют за мной. Нужно хотя бы их жизни сохранить. По крайней мере нужно сделать так, чтобы никто не был втянут в это дело и не погиб. — Да, с младшим не поспоришь. Он отмахнулся от темы, словно вопрос был лёгким, и протянул человека, которого держал. Красные глаза, наполненные безымянными эмоциями, с подозрением проследили за его рукой. — Это подарок. Или, лучше сказать, извинение. Я немного опоздал, когда ловил этого парня, но хорошо, что встретил тебя до того, как он пересёк границу. — Что это... — Этого зовут Сензер... А, младший, ты не знаешь. Причина смерти Круэля Харта. — ... Смысл этих слов дошёл мгновенно. Деон что-то понял и быстро сосредоточился на человеке, на которого указал Стигма. Пока он смотрел на него, будто спрашивая, возможно ли это, голос Стигмы продолжал, словно подтверждая догадку. — Он предал Круэля Харта и перешёл на сторону герцога. Из-за этого твой старший брат, который пытался защитить тебя, был схвачен и умер. — ... — Я собираюсь сделать то, за что должен буду извиниться перед младшим, так что принёс его как извинение заранее. — Для начала спасибо. Он точно перестанет дышать. Я всё ещё мало знал о тебе. Даже при всей сложности ситуации жизнь на мгновение вспыхнула в его глазах, словно искра. Деон посмотрел на мужчину по имени Сензер и протянул руку. Словно обменяв предмет, они поменялись тем, кто держит мужчину за шею, и вскоре тело Сензера было брошено на землю. — Но. Деон, только что наступивший на кость его руки и раздробивший её, поднял взгляд. Карие глаза встретились с его красными, и вопрос, отложенный из-за «для начала», прозвучал чуть позже: — Ты сказал, что собираешься извиниться? — Да. С чего бы начать объяснение... Долго говорить было нехорошо. Даже пока Деон прилежно мучил врага, его взгляд редко уходил от Стигмы. Тот, встретившись с ним глазами, улыбнулся и медленно открыл рот — словно понимал: если не расскажет, младший будет смотреть до конца. — Ты, наверное, знаешь, что я за последнее время получил довольно большую славу? — Да, если речь о том, что среди простолюдинов слово «герой» стало означать старшего. Стигма Примиро прославился, странствуя и побеждая чудовищ. В отличие от других носителей осколков героя, сосредоточенных только на войне, он занимался насущными бедами и стал знаменит среди простолюдинов, превратившись в синоним «героя». Деон хорошо знал, что его называют истинным героем континента, но какое это имеет отношение к нему? — Слава быстро становится просто славой. Но если подумать, разве всё это обычно не исчезает, когда умирает человек, о котором говорят? — Верно. Если только это не великий вклад, который войдёт в историю... Ах. Неужели. Стигма молча улыбнулся Деону, на лице которого появилось ошеломление. — Как и ожидалось от младшего. Именно. Память людей вероломна: разговоры о ком-то могут быть забыты и похоронены в одно мгновение. Сейчас его хвалят как истинного героя, но стоит ему на время прекратить деятельность, и о его существовании скоро забудут. Остаются только записи. — Есть выражение: мёртвый не проигрывает. Честь — всё, что он создал. Деньги можно передать, но слава так не работает. Стигма не хотел, чтобы всё исчезло напрасно, и наконец решился. — Старший... вы пришли, чтобы я убил вас. — Да. Чтобы оставить долговечную славу, возможно даже вечную, он должен быть записан в истории. Достаточно умереть в одиночной битве против бедствия, поставившего мир людей на грань уничтожения. Поэтому он и сказал, что заранее извиняется. Деон с растерянным лицом провёл рукой по лицу. — ...Вы не собираетесь убивать меня? — Как я, простой герой, могу победить настоящего героя? — Тогда можете просто жить? Есть ведь другие способы, верно? И... ему снова придётся убить. Причём противник — один из немногих дружеских уз, оставшихся в мире людей. Деон стиснул зубы перед ужасной ситуацией, вставшей перед ним. Хотя он старался быть спокойным, голос всё равно прозвучал почти умоляюще. — У вас ведь много времени, старший. Вы ещё молоды. — Странно слышать это от тебя. Но если отвечать... придётся сказать, что я не уверен. У него не было уверенности, что он сможет продолжать жить, создавая или удерживая репутацию. А что, если она, наоборот, упадёт? — Как ты знаешь, война создаёт героев. В будущем появится много героев, и среди них будет нелегко сохранить «меня». Лучше закончить всё чисто сейчас, чем выйти вперёд с половинчатой уверенностью и в итоге разрушить всё. — Звучит слабо. Не похоже на старшего. — Я просто говорю то, что считаю лучшим. Лучше быть единственным, чем одним из многих. Чем жить без причины и снижать свою ценность, лучше умереть сейчас. — Думаю, сейчас я поднял себя настолько высоко, насколько мог. Я собираюсь прибить это в истории, пока не стало ниже. Даже обладатели осколков героя жертвуют смертью ради одного подвига, которого иначе нелегко достичь. Это станет клином. — ... Деон понял, что твёрдого Стигму не убедить, и снова, снова провёл сухой ладонью по лицу. В горле поднялся вопрос: неужели ему всё равно, что именно Деону придётся убить его? Но он сдержался. Как бы добр и мягок ни был к нему этот человек, времени вместе они провели не так много, и их отношения не были такими, чтобы он мог вести себя настолько глупо. Вместо этого он смирился с полученным «извинением» и выплюнул вопросы, крутившиеся в голове. — Тогда... разве не лучше сражаться перед множеством людей? Почему в таком месте, где никто не смотрит... — Я и так достаточно тебя беспокою. Не могу же я из-за личной жадности превратить тебя в клоуна для всех. И не понимаю, почему ты говоришь, что никто не смотрит. Один есть. — Давно не виделись. С одной стороны, словно дожидаясь этого, появился Ремембер. Именно его присутствие Деон чувствовал всё это время. Он слышал от него в разговоре перед тем, как построить могилу и расстаться, что тот собирается составить историческую хронику. Поэтому, увидев его, сразу понял ситуацию. — И правда давно, Ремембер. Похоже, вы пришли сюда ради исторической хроники. — Да. Думаю, сначала я говорил об этом легко, но если всё продолжится так, настоящие хроники сотрутся. Что ещё остаётся мне, старому человеку? — В этом смысле наши интересы с Ремембером совпали идеально. Ремембер, чья цель — записывать историю, и Стигма Примиро, чья цель — быть записанным в истории. Где ещё найти столь подходящие отношения? Поэтому, пообещав, что его финал будет записан, Стигма странствовал по континенту, защищая Ремембера и помогая фиксировать историю. — Что ж... хорошо. Не знаю, почему именно сегодня... Раз будущее решено, больше говорить нечего. Деон просто кивнул. Даже если попросить его просто уйти, тот не уйдёт. Времени не хватает, но сопротивляться бессмысленно. С его точки зрения, это последний шанс. Чтобы закончить быстрее, Деон вытащил кинжал, самый привычный для него, и прокрутил его в пальцах. — Могу показать, насколько твой младший вырос за это время? — Достаточно. — Тогда вместо этого. Наконец легко вонзив кинжал в шею Сензера, Деон медленно поднялся. — Раз это последний раз и я тоже кое-что услышал от старшего... Слова Стигмы обнажали его истинное лицо. Голое лицо, которое он показывал, при этом до конца играя благородного человека. Он появился как ни в чём не бывало и легко объяснил, но Деон понимал, насколько это важно для него. Он в другом смысле отдал свою «жизнь». Значит, и эта сторона должна что-то заплатить. — Я тоже расскажу тебе свою историю. ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (3) Красные глаза смотрели прямо в серебристо-голубые, будто сказанное предназначалось именно Ремемберу. — Запишите и это тоже. — В сведениях, которые известны сейчас, наверняка немало пробелов. Наверняка были и места, вызывавшие сомнения. Я расскажу всё сам — как человек, которого это касается напрямую. Ты ведь говорил, что напишешь книгу, где главным героем буду я. Ремембер, вспомнив тот давний разговор, улыбнулся, словно не смог удержаться от этой шутливой нотки. — Я выслушаю. Но на это уйдёт довольно много времени. Ты уверен? Ты выглядишь занятым. — Ничего. Мне тоже есть выгода: я услышу историю младшего. Правда, сражаться всё равно придётся. Двое взрослых, умевших смотреть внимательнее других, вспомнили ребёнка, который, казалось, всё время куда-то спешил. Мне жаль задерживать тебя, когда ты и так торопишься, но причина, по которой мы тратим здесь ещё время… — …мы ведь изначально не в том положении, чтобы стоять на месте и разговаривать. — То есть… ты собираешься говорить во время боя? — А что-то не так? Слова Деона звучали почти как пренебрежение к Стигме. Он будто говорил, что сможет сражаться и одновременно рассказывать свою историю, не отдавая битве всё внимание. Но Стигма, умеющий трезво оценивать себя, не рассердился и спокойно покачал головой. — Нет. Младший, ты герой. Для тебя естественно иметь настолько большой запас сил. — … — У тебя лицо человека, который спрашивает, почему я не злюсь. Разве я не говорил тебе раньше? Если младший подавляюще силён, никто ничего не скажет, даже если ты начнёшь качаться на люстре в банкетном зале. Даже если это будет императорский дворец. Даже если ты высоко поднимешь голову перед самим императором — никто не скажет ни слова. — А теперь, младший, ты стал героем и сильнейшим, что никто уже не сможет отрицать. Так что у меня нет причин злиться. — … — Но разговор получится довольно односторонним. Прости, если во время боя я не смогу отвечать на твои слова. Сказав всё, что хотел, Стигма обнажил меч. Деон не сразу встал напротив него — он замер на месте и тихо повёл глазами. В его красных глазах мелькнули растерянность и абсурд. «Что это… за бредовый закон джунглей?» Они хуже демонов. В прошлом, когда он слышал подобные советы, он был измучен и напуган, и ему казалось, что это страшная, странная мысль. Теперь же, услышав это снова, он почувствовал лишь безумие. До такой степени, что невольно хотелось спросить, не очеловечили ли дикого зверя. Он бы, наверное, лучше всех прижился в мире демонов. Если бы времена, когда Деон мотался между миром демонов и миром людей как шпион, были хоть немного спокойнее, он, возможно, даже посоветовал бы ему переселиться туда. В этот момент перед его носом оказался меч. — Думать о постороннем, когда перед тобой человек с мечом, — плохая привычка. — … — Конечно, для тебя сейчас этот совет уже бесполезен, но… — …Нет. Спасибо за совет. Деон поправил хватку кинжала и принял стойку. И всё же, несмотря на то что сам его вид говорил о готовности к бою, он остановился и бросил взгляд на Ремембера. Ремембер понял смысл этого взгляда и улыбнулся. — Тогда этот старик отойдёт подальше. — Не уверен, что так вы услышите. — Пусть я и выгляжу так, но слух у меня хороший, не беспокойся. Я встану на разумном расстоянии, с которого смогу слышать. Это был бой между героем и героем. Как бы ни был хорош слух, Ремембер не был героем, и если он окажется достаточно близко, чтобы слышать голос, до него доберутся и последствия боя. Было очевидно, что его может задеть, поэтому Деон колебался и не мог начать сражение. Стигма, заметив это, добавил: — Он эсперанесец, так что о себе позаботиться сумеет. Я ходил с тобой и видел его навыки. Ручаюсь за него, можешь не волноваться. — Тогда. Кровь потекла, словно объявляя начало боя. Два оружия столкнулись, будто Деон только и ждал, когда займёт стойку. После нескольких дней боёв с осколками героя он думал, что уже привык к сражениям такого рода, но, похоже, ошибался. Сила и скорость, превзошедшие ожидания, заставили Деона вздрогнуть. «…Он определённо на другом уровне по сравнению с героями, с которыми я сталкивался до сих пор». Стигма Примиро был героем Восьмилетней войны, причём его заслуги не ограничивались тем, что он просто выжил. Естественно, он отличался от поспешно собранных обломков. Даже среди «официальных героев» Империи он славился особой силой. Император того времени, Эдоардо, был необычайно силён — настолько, что до появления героя его самого подозревали в геройстве. Если не учитывать этого исключения, Стигма был следующим по силе. И, похоже, не только Деон что-то почувствовал в противнике. После нескольких обменов ударами Стигма нахмурился. — …Странно. Он легко провёл мечом по горизонтали, будто проверяя. Деон поднял кинжал и заблокировал удар. Не дав ему передышки, Стигма сразу врезался вперёд и нанёс укол под подбородок. Увидев, как Деон отступил и ушёл от атаки, он подозрительно сузил глаза. — Младший, ты плохо себя чувствуешь? — …Что вы имеете в виду? — Движения странно скованные, будто ты под водой. Видимых ран нет… Карие глаза тщательно осмотрели тело, словно пытались разобрать противника на части. Деон на мгновение замер, но тут же отбросил оборонительную манеру и атаковал. Хлопок! Порывистая атака была поймана опытным героем. Стигма, удерживая запястье рукой без меча, воткнул меч в землю и поднял другую руку. Воспользовавшись тем, что противник дрогнул из-за движения, не похожего на атаку, он коснулся его лба. — …У тебя жар. — … — Не похоже, чтобы температура была настолько высокой, что из-за неё движения стали бы такими неловкими. Но она держится давно? — Недостаточно, чтобы мешать. Не дожидаясь ответа, Деон отбил его руку и резко взмахнул кинжалом. Стигма послушно отступил, использовав меч так, чтобы оттолкнуть противника, и его лицо стало недовольным. Было ясно, что он хочет что-то сказать, поэтому Деон продолжил наступать, заставляя его замолчать, и поспешно очистил голову, уводя мысли в сторону. Тема была, конечно же, той самой историей Деона Харта, которую он обещал рассказать. «Я сказал, что расскажу всё, значит, начать надо с самого начала…» Но насколько далеко назад следует вернуться? «…Наверное, лучше начать с пари герцога и Короля демонов. Изначально я был жертвой и игровой фигурой в этом пари». После короткого размышления он открыл рот. — Вы знаете, что герцог Старбе Иллюстер заключил контракт с Королём демонов? — Что? Остриё меча дрогнуло. Вступление и правда было шокирующим; раздражение Стигмы мгновенно исчезло, сменившись потрясением. Деон усмехнулся ему. — Думаю, история будет довольно интересной. Деон начал говорить. И чем длиннее становился его рассказ, тем медленнее шёл обмен ударами. А когда Стигма наконец выслушал всё до конца, он рассмеялся и опустил меч. — Ты говорил, что это будет интересно. — Это ужасная история. История, от начала до конца построенная под влиянием других людей. Довольно ужасная история, которая пошла неправильно с самого начала; расхождения порождали новые расхождения, те — трещины, и в конце концов всё обрушилось. Теперь он понял, почему Деон захотел уничтожить мир людей. Возможно, это была его месть миру и один из немногих «путей, которые он выбрал сам». — Я уважаю тебя за то, что ты продержался до сих пор. То ли потому, что он столкнулся с искажённой реальностью слишком рано, то ли потому, что настоящее было самым тяжёлым и прошлое уже не будило чувств… Стигма смотрел на Деона, который равнодушно раскрывал своё прошлое. Он встретился взглядом с ребёнком, прошедшим путь куда более тяжёлый, чем он думал, и улыбнулся с сожалением и горечью. — Думаю, сначала мне следует извиниться. — … — Обычно было бы правильно, если бы я сам вышел вперёд и предложил помочь тебе убить Короля демонов. Но я не могу этого сделать. — Я понимаю. Он выслушал историю Стигмы до боя и узнал, что за человек стоит перед ним, поэтому, конечно, понимал. «Бесчестье, полученное за помощь герою, предавшему мир людей, будет больше, чем честь, полученная за убийство Короля демонов». К тому же если он погибнет в бою с Королём демонов, его запомнят лишь как одного из множества героев, умерших, помогая герою. А если выживет, всё внимание почти целиком достанется герою. Во втором случае он даже упустит единственный подходящий момент для достойной смерти. С точки зрения Стигмы, сражаться с Королём демонов — умереть или выжить — означало только потерять и ничего не получить. Поэтому Деон кивнул без колебаний. — Я и не говорил, что хочу этого. — Знаю. Мне просто неприятно. Замедлившиеся атаки и защиты снова начали набирать скорость. За ними последовал короткий, но тяжёлый вопрос. — Больше сказать нечего? — …Да. — Хорошо. Тогда нет причин тратить здесь ещё время. Пожалуй, закончу. Нужно было изо всех сил задержать младшего. Ветер ударил, как тайфун, деревья вокруг срезало, словно солому. Стигма, яростно атакующий так, будто в последний раз выливает всё, что у него осталось, в какой-то момент опустил меч и сам подставил жизненно важную точку под летящий кинжал. Глухо. Раздался жуткий звук, и тело Деона застыло. «Как и ожидалось…» Хорошо. Стигма рассмеялся. Пронзён был он сам. Но посмотрите на это бледное лицо, будто ударили именно Деона. Если смотреть только на лица, можно было бы перепутать ситуацию с прямо противоположной. «Почему он выглядит так, хотя не сам намеренно меня заколол?» Есть разница между тем, чтобы убить человека, двигаясь самому, и тем, чтобы противник сам бросился на твой клинок. Сейчас было второе, но, глядя на это выражение, невольно задаёшься вопросом, каково было бы в первом случае. Чувствуя облегчение от того, что хотя бы немного смог снять с него вину, Стигма медленно открыл рот. — Услышав твою историю, я в одном убедился. Ты силён и снаружи, и внутри. — … — Значит, ты, наверное, выживешь, даже если я добавлюсь к этой тернистой дороге. Возможно, потому что он был героем, жизнь не покидала его легко даже после удара в жизненно важное место. В иной ситуации это было бы адом, но сейчас — к счастью. Неважно, рушилось ли его собственное тело. Стигма мягко улыбнулся и протянул руку, чтобы погладить мокрую щёку. Ему хотелось сказать: «Ты хорошо держался», но у него не было права говорить это, ведь он добавлял новые страдания. — Прости. Я добавил ещё один шип на твою тернистую дорогу. — Прости, что оставляю тебе дурные воспоминания. Выходили лишь извинения. — Надеюсь, это будет невидимый шип. — … — Почему ты плачешь, когда должен злиться? Из широко раскрытых глаз, будто не способных принять ситуацию, падали слёзы. Деон, похоже, даже не понял, что плачет, и коснулся области вокруг глаз. Обнаружив влагу, он растерянно посмотрел на пальцы. — Почему… Вопрос прозвучал так, будто он сам не знал, к кому обращён. Стигма лишь тихо закашлялся, выплюнул кровь и той же рукой, что вытирала слёзы, коснулся его растрёпанных волос. Даже этот маленький жест был полон извинения. Иначе быть не могло. — В конце концов я поставил себя на первое место. Честь вышла за пределы доказательства ценности имени Стигма Примиро и стала самим Стигмой. Но это лишь оправдание; в конечном счёте он поставил собственный эгоизм выше боли, которую получит Деон Харт. Поэтому Стигма уже собирался снова извиниться, но закрыл рот, решив, что лишнее извинение может стать насилием. Вместо этого он посмотрел на Ремембера, который подошёл ближе. — Не думаете, что эта часть — бесполезная сцена для исторической хроники? — История не записывается по принципу полезности или бесполезности. Но. Ремембер понял, чего хочет Стигма, и улыбнулся. — В неё не должно вмешиваться чужое мнение. — Что это значит? — То, что герой отдал свою жизнь герою, — догадка этого старика. А то, что он был пронзён клинком героя, — правда. Поэтому, будь это книга в жанре «романа», я бы включил только «событие». — Спасибо. Лишь тогда Стигма будто немного успокоился и закрыл глаза. Его и без того слабое дыхание постепенно истончалось и в какой-то момент остановилось. В удушающей тишине прозрачная капля упала на грудь, которая уже больше не поднималась и не опускалась. …Кровь бешено неслась вперёд. ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (4) Похоже, все последние добрые связи, оставшиеся у меня в этом мире, оборвутся. Ощущение того, как я пронзил человека, хотя думал, что уже привык к подобному, всё ещё оставалось в кончиках пальцев и терзало разум. Деон просто тихо ронял слёзы, не обращая внимания на то, как опасно грохочет океан крови, накрывший вокруг него мир. Он опустил голову к груди Стигмы, будто проверяя его дыхание, и оставил на ней мокрый след. Вдруг ему пришла мысль. — Если бы я был для него важнее всего… — … — Если бы так было… ничего подобного не случилось бы. …Нет. Ремембер не ответил, но вывод пришёл быстро. На пути, которым он шёл, будто следами, лежали тела тех, кто умер именно потому, что ставил его превыше всего. Что за нелепое предположение? Он умер, потому что ставил меня на первое место, и он умер, потому что не поставил меня на первое место. В любом случае он умер. «Они умерли просто потому, что связались со мной». Даже если бы Стигма Примиро поставил его выше чести, он всё равно умер бы. Наверное, погиб бы, пытаясь помочь ему. Деон Харт. Проклятый человек. Отчаяние поднялось до самой макушки. «Мне надо было просто умереть, когда меня впервые забрали на поле боя». Зачем он так упорно выжил, чтобы потом вернуться и стать проклятием для стольких людей? В чём вина тех, кто оказался рядом с ним? Когда конец уже был близок, успокоившийся разум получил неожиданный удар и помутился. Но, помимо этого, выражение его лица было удивительно спокойным. — … Ремембер смотрел в красные глаза, дрожащие так, будто вот-вот разобьются. И одновременно видел лицо, до ужаса спокойное в противоположность этим глазам. Будто Деон, давно не видевший собственных слёз, даже забыл, что всё ещё плачет. При виде жалкого ребёнка, который без единого звука проливал слёзы, погрузившись в мысли, в груди поднялась горечь. Она стала ещё сильнее, когда взгляд упал на тело Стигмы Примиро. «Я знал и был готов, но…» Столкнувшись с этим сейчас, он почувствовал себя куда беспокойнее, чем ожидал. Но позволить себе увязнуть в дурных чувствах рядом с опасным противником он не мог. Ремембер тихо открыл рот, чтобы отвести мысли ребёнка, который, оставаясь взрослым, явно сам сталкивал себя в бездну. — Тебе ещё что-то нужно сделать? Времени терять здесь нет. — Верно. Голос вышел хриплым и некрасивым. Лишь тогда Деон Харт понял своё состояние, тихо прочистил горло и поднялся. Взгляд, брошенный на Ремембера, содержал вопрос и понукание: есть ли ещё что сказать? В сравнении с тем, каким он был перед Стигмой, глаза его были чуть мягче. Ведь цель Ремембера не заключалась в том, чтобы сражаться с Деоном Хартом или умереть от его руки. Напротив, ему нужно было жить, а значит, ненужного столкновения не будет. — Я скоро принесу тебе историческую хронику. Как и ожидалось, Ремембер сказал нечто совершенно не связанное с боем. Его голос продолжил звучать на фоне слегка притихшей атмосферы. — Сведения, которые ты дал, очень помогли. Благодаря тебе, думаю, я смогу закончить её раньше, чем ожидал… — … — Надеюсь, ты получишь её лично. Кажется, я понимаю, на что ты надеешься, но… нельзя давать точный ответ на то, в чём не уверен. Деон повернулся, не ответив. Его никто не стал торопить. Вместо этого, когда он направился к знакомой горе, за спиной прозвучал спокойный голос — будто ничего особенного не происходило. — Путь очищен, так что до цели ты доберёшься быстро. Стоп. Тон был обычным, но содержание — совсем не лёгким. Деон оглянулся. Красные глаза, полные вопросов и сомнений, посмотрели прямо в серебристо-голубые, и за ними последовал вопрос, в котором недоверие было ясно, как день. — …К Замку Короля демонов? — К Замку Короля демонов. — Как я и думал, вы знали и позаботились обо всех вещах, которые я брал с собой, когда раньше ходил в мир демонов. Разное печенье, карманные часы, белые перчатки и даже семена из мира людей. Впрочем, семена были слишком откровенно подозрительными. Их не положили бы в мой багаж, если бы не знали, что среди моих связей в мире демонов есть садовник. Когда я тогда спросил об этом, он всё отрицал. На его мрачный взгляд Ремембер усмехнулся. — В Эсперанесе высокое происхождение часто служит ключом к связям с очень способными людьми. Проникнуть в Замок Короля демонов трудно, не говоря уже о большом городе мира демонов, связанном с Королём демонов, но не невозможно. В то время было бы неловко, если бы Деон Харт, к которому и так было приковано внимание, таким образом раскрыл свою личность, поэтому пришлось сделать вид, что он ничего не знает. Однако Ремембер даже не стал оправдываться. В конце концов первым уступил Деон. — …Во всяком случае, благодарю за заботу. — Не за что. Надеюсь увидеть тебя снова. Старик проводил отвернувшегося юношу одиноким, почти безнадёжным прощанием. * * * — Почему вы сражаетесь в мире людей?! Командир Девятого корпуса Тровер, с глубоким порезом на спине и царапиной от топора на шее, не выдержал раздражения и закричал. — Разве нельзя просто сражаться в мире демонов?! Ограничения мира людей давили так, что он не мог биться в полную силу и уже не понимал, чем вообще занимается. Командир Шестого корпуса Белитан спокойно ответил, вновь взмахнув на него топором. — Нет гарантии, что после перемирия бой не потянется до самого мира демонов. К тому же если мы будем сражаться там, мир демонов будет разорён. В мире демонов нет ограничений. Разве не лучше разнести мир людей, даже если это уменьшит масштаб ущерба? Говорят, мир людей скоро станет нашей территорией, но из-за ограничений мы всё равно не сможем разрушить его настолько, как могли бы. — И главное. Белитан указал остриём топора на командира Одиннадцатого корпуса Лиринель, которая в этот момент сражалась с командиром Второго корпуса. — Мир людей лучше, потому что в этой среде такие магические чудовища не могут проявить всю свою силу. — Вот потому это ещё большая проблема! Для Белитана это могло быть выгодно как для врага, но для Тровера командир Одиннадцатого корпуса была союзницей. Если она не может нормально использовать силу, это, естественно, потери. Тровер скрипнул зубами от досады, отступая от топора и прижимая окровавленный бок, словно пытаясь остановить кровь. — Проклятый мир людей!! Проклятый мир людей… мир людей… люди… Громкий голос раскатился по шумному полю боя. И голос у него хороший. Командир Четвёртого корпуса Иделия, завершая зачистку почти полностью уничтоженного Десятого корпуса, бросила взгляд в сторону, откуда донёсся голос, и подумала про себя: «И всё же Лиринель… похоже, у тебя сильно иссякла магия». Учитывая, что она много колдовала во время битвы и даже переместила рыцарей Лофти в далёкое место, было бы странно, если бы магия не закончилась. Шесть глаз одновременно покатились в разные стороны, выискивая бегущих бойцов Десятого корпуса. Каждый взмах веера выпускал скрытое оружие, которое пронзало жизненно важные точки. Один из глаз посмотрел на Лиринель. «Так и есть. Её запас уменьшился настолько, что я могу примерно оценить его». Шесть глаз Иделии были полезны для одновременной обработки множества сведений. Поэтому, ведя собственный бой, она могла следить за общей картиной. Поняв, что самый неприятный враг потерял силу, она перевела взгляд на следующего — командира Двенадцатого корпуса, который сражался с командиром Пятого. «Похоже, у Майерса тоже почти не осталось магии». На таком уровне он едва избегал положения командира Девятого корпуса. Его магии изначально было не так уж много, и казалось, что всё он вложил в нападение на рыцарей Лофти. При таком запасе он уже не сможет использовать даже пустяковую магию… О. «Конец». Сердце командира Двенадцатого корпуса было пронзено рукой командира Пятого корпуса. Иделия мягко пробормотала, оставляя позади полностью зачищенный Десятый корпус и направляясь на помощь бойцам, атаковавшим Первый корпус. — Всё окажется проще, чем я думала. Почти все корпуса сосредоточили атаки на Первом корпусе как на главной цели, и его численность сильно сократилась. Достаточно добавить немного усилий — и с зачисткой будет легко. Шаги её были лёгкими. Тем временем командир Пятого корпуса Дерниван вытащил руку из сердца врага и схватился за копьё, пробившее плечо. Копьё вышло с жутким звуком. Боль была сильной, но его это почти не волновало. Ран было слишком много, чтобы беспокоиться только об этой. Сейчас на груди длинный разрез, из которого льётся кровь, так что велика ли беда — дыра в плече? Как и подобает командирам корпусов, их битва была яростной. Дерниван — командир корпуса с телом, выгодным в ближнем бою, но основным его оружием были дальнобойные средства. Иными словами, он мог сражаться на уровне командира корпуса и выше в любой ситуации — и на близкой, и на дальней дистанции. С точки зрения противника, это не могло не быть трудным. Он ловко отступал и натягивал тетиву, но в какой-то момент врывался вперёд и взмахивал острыми когтями. В такие мгновения Майерс не уступал: он отбрасывал в ответ камни или оружие, лежавшее на земле, при помощи копья. А затем, взяв копьё в руки, атаковал врага, будто только и ждал, когда тот приблизится. Так как целью было убить друг друга, в ход шли любые приёмы: скрести копьём по земле и бросать песок в глаза, использовать ближайших вражеских бойцов корпуса как щиты. Битва долго продолжалась, не склоняясь ни в одну сторону, но решилась в одно мгновение. Дерниван слышал, что, как ни странно, у него всё больше ран появляется на руках, и, похоже, это было намеренно. Иначе он не смог бы отреагировать так, словно ждал именно этого. Это случилось, когда Майерс вонзил копьё в плечо противника. Глубоко. […Ах.] Несмотря на большую рану, копьё не вышло. Майерс понял, что из-за крови на ладони древко всё время скользит, быстро принял решение — бросить копьё и отступить. На всё это явно ушло меньше секунды, но к тому моменту было уже поздно. Резко. Рука взобралась по древку и схватила его запястье. Острые ногти впились в плоть, не позволяя легко вырваться, и сразу же другая рука пронзила сердце. Всё произошло за миг. [Кх…] Кровь хлынула обратно. Вид руки, пробившей грудь, совсем не казался реальным. Возможно, потому, что отчаяние пришло раньше боли. …Он рассмеялся. [Вот почему Дахар так злился…] Конечно, ему было за что злиться: перед ним был никчёмный начальник, который не смог даже отомстить за своего адъютанта. Дерниван поднял взгляд на непонятное бормотание. Спокойные глаза умирающего и невозмутимый взгляд убивающего встретились. […Но.] Дерниван открыл рот. [Разве обычно ты не говорил вежливо?] […Мой адъютант кое-что сказал.] Была одна вещь, которая очень долго не давала ему покоя. Господин Майерс говорил ему не использовать почтительный тон из-за неуверенности, ведь он ничем не хуже других командиров корпусов. Он возразил, что есть командиры корпусов, которые всё же говорят почтительно, и получил критику: мол, те так не делают, потому что боятся. [Не знаю, почему ты следуешь за Деоном Хартом, но… ты, скорее всего, пожалеешь.] […] [Нет. Ты точно пожалеешь.] […Это проклятие?] [Нет. Это уверенность.] Ни Деону Харту, ни Королю демонов нельзя доверять. [Тогда ты ошибаешься.] […?] Сузившиеся от сомнения глаза вскоре расширились, словно прочитали что-то во взгляде Дернивана. Голос задрожал, будто Майерс не мог поверить. [Не может быть…] Даже зная это… Дерниван не ответил и вытащил руку. Кровь брызнула вслед за ней, и тело, утратившее силу, рухнуло. ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (5) Дерниван вернулся мыслями в настоящее, стряхнул кровь с рук и огляделся. Пока все сражались, он увидел, как Первый корпус беспомощно гибнет от рук командира Четвёртого корпуса. От этой односторонней бойни он невольно нахмурился. Среди всех элитных корпусов Первый выделялся сильнее всего, так что было понятно, почему его сдерживали как главную цель. Но действительно ли нужно, чтобы даже командир корпуса вмешивалась и добивала тех, кого и так атакуют почти все корпуса? «К тому же ясно… Первый корпус — наш союзник». …Теперь у меня есть причина им помочь. Из-за ран он был не в лучшем состоянии, но это неважно. Нельзя просто стоять посреди поля боя без дела. Дерниван тут же выбрал новую цель и бросился к ней. Командир Четвёртого корпуса Иделия, заметив появление помехи, раздражённо сжала веер. Командир Пятого корпуса Дерниван был настолько же трудным противником, как и командир Второго корпуса. То, что его основное оружие — лук, было широко известно, поэтому это можно опустить. Но ещё до того, как стать командиром корпуса, он оттачивал своё тело, изначально выгодное для ближнего боя, не только компенсируя слабости дальнобойного оружия, но и часто спаррингуя с командиром Девятого корпуса Тровером. Чтобы подчеркнуть ещё раз: он «часто спарринговал» с «командиром Девятого корпуса Тровером». С Тровером, которого можно назвать самым ярким представителем ближнего боя среди командиров корпусов! Прекрасно, когда боец не ограничивается одним основным оружейным навыком, но… «Проблема в том, что теперь он мой враг». Среди всех командиров корпусов, находившихся здесь, у этого, казалось, не было слабостей, и именно с ним ей пришлось столкнуться. Чтобы избежать ближнего боя, в котором она была уязвима, Иделия расправила веер, рассыпала скрытое оружие и сделала шаг назад. Как и подобает командиру корпуса, использующему лук как основное оружие, стрела полетела прямо в неё, но упала, столкнувшись с брошенным ею клинком. Вместо того чтобы преследовать её и взмахивать острыми когтями, Дерниван остался на месте, пристально глядя на неё, и проверил лук и стрелы. Иделия не упустила короткую паузу, от которой по коже бежали мурашки: зверь выбирал добычу. — Есть причина сдерживать именно меня? Даже если я буду связана здесь, Первый корпус всё равно умрёт. Вмешается она в их бой или нет — если всё продолжится так, смерть Первого корпуса почти неизбежна. — Как им выдержать атаку стольких корпусов? Вместо того чтобы долго мучиться и умереть от истощения, лучше умереть быстро и без боли, пока силы не иссякли. — Я не согласен с этим мнением. Дерниван, выпустив стрелу, натянул тетиву. Он прищурился, будто закрыв один глаз, и прицелился в Иделию. Когда пальцы отпустили тетиву, стрела полетела со скоростью, за которой глаз не поспевал. За ней последовал тихий голос: — Они могут и не умереть. — Ну, это невозможно… Иделия, ударившая по стреле сложенным веером, на мгновение замерла. В поле зрения попала сцена. — Чёрт. Командир Первого корпуса, убивший краем взгляда командира Седьмого корпуса, прыгнул в бой, чтобы поддержать Первый корпус. И рядом не было другого командира корпуса, который мог бы его сдержать. Лицо Иделии невольно застыло. Командир Первого корпуса Джейкар с бесстрастным лицом смотрел вниз на командира Седьмого корпуса Силуа, чьё дыхание уже остановилось. Перед ним неподвижно лежала демонесса, всё ещё сохраняя привычное гордое выражение. Глядя на неё, он вспомнил, что она сказала перед смертью. [Если уж мне было суждено умереть, я хотела умереть от руки Деона… Ну, думаю, командир Первого корпуса тоже не так плох.] […] [Пусть это и не так захватывающе, как с Деоном, но твой способ боя по-своему интересен.] Не в мире демонов, а в мире людей. Даже несмотря на то что битва проходила в полном хаосе, в этих словах не было сожаления — только освежающая прямота. Наверное, это и правда было очень похоже на неё. В любом случае бой с ней закончился. Джейкар оборвал мысли и посмотрел на себя, проверяя состояние тела. Его пронзили и порезали во многих местах, но не настолько, чтобы это влияло на движения. «Проблема в том…» Он медленно открыл один глаз. Всё, что он видел им, по-прежнему было тускло-красным. «…В этой битве этим глазом, пожалуй, придётся пожертвовать». Хорошо, что он уже привык к плохому ощущению расстояния. Быстро приняв решение, он огляделся. Теперь он видел, как мало осталось от Первого корпуса. Если они слишком слабы, чтобы выбраться из ситуации, в которую попали, значит, естественно, что они умрут. Их жизни его не заботили. Но если другие корпуса, нацелившиеся на них, достигнут цели и освободятся, это создаст проблемы. Поэтому Джейкар пошёл прямо к ним. Из-за особой силы и происхождения он привлёк внимание Короля демонов и занял должность командира Первого корпуса. Он уничтожил бойцов враждебных корпусов, собравшихся вокруг демонов. Оттолкнул надоедливый Первый корпус с глаз долой и двигался самостоятельно, даже не обращая внимания на то, поддержат они его или нет. И даже когда Восьмой корпус, сумевший после боя с Шестым корпусом прийти на помощь теснимым, добровольно вмешался, ситуация не показывала признаков замедления. Иделия, осознавшая происходящее всеми шестью глазами, на мгновение почувствовала, как холодеет кровь. Подобно Первому корпусу — нет, на самом деле ещё более приоритетная цель, которую следовало сдерживать раньше них, — осталась свободной без всякого контроля. «Безумие». Если так продолжится, все умрут. Она попыталась найти другого командира корпуса, который смог бы его сдержать, но все были слишком заняты, чтобы смотреть по сторонам. Иделия, пробегая глазами по каждому командиру, вернулась к началу и сосредоточилась на одном. В отличие от неё, следующей за Королём демонов, он находился в абсурдном положении третьей силы, но… «Ничего не поделаешь, сейчас у нас общий враг». Он достаточно умён, так что, возможно, найдёт иной путь, чем она. Иделия повысила голос, не сводя взгляда с командира Второго корпуса Девелании, которая сражалась с командиром Одиннадцатого корпуса. — Что вы все делаете?! Самый опасный враг остался свободен! — Чёрт. Девелания, с того момента как взгляд Иделии стал настолько настойчивым, что почти колол кожу, осознавала его. Смысл крика дошёл до неё чуть поздно, и она выругалась. Командир Первого корпуса Джейкар остался свободен: к нему не был привязан ни один командир корпуса. Благодаря сдерживанию Второго корпуса союз корпусов пока держался, но если так пойдёт дальше, их всех быстро перебьют. — Куда смотришь? Словно почувствовав, как её глаза забегали, Лиринель тут же атаковала. — Я не дам тебе заниматься лишним. — … Девелания закрепила в воздухе колышек из магии и, повиснув на нити, ушла в сторону. Даже не взглянув на сгусток энергии, упавший туда, где она только что была, она поспешно осмотрела других командиров. Командир Первого корпуса был на стороне Деона Харта. Поэтому, если среди сражающихся найдутся те, где наш лагерь и лагерь Короля демонов противостоят друг другу, можно попытаться подтолкнуть их к временной коалиции, но… «…Таких нет. Когда все успели умереть?» Если исключить погибших и смотреть только на выживших командиров корпусов, командир Шестого корпуса и Иделия, стоящие на стороне Короля демонов, сражались соответственно с командиром Девятого и командиром Пятого корпусов, стоящими на стороне Деона Харта. А она сама была захвачена боем с командиром Одиннадцатого корпуса Лиринель, тоже на стороне Деона Харта. Они не упустят выгодную ситуацию. Что бы она ни сказала, Лиринель, вероятно, не отпустит её… а? «Что?» — Что… почему ты так на меня смотришь? Зловеще. Почему я рассматривала только убеждение? Достаточно заставить их предать Деона Харта, даже не пытаясь уговаривать. «Всё равно Деон Харт — человек откровенно подозрительный. Если немного задеть, подозрения сами появятся». Ей нужно было лишь выиграть время, так что попытка ничего не стоила. Девелания, пристально глядя на Лиринель, открыла рот. Голос прозвучал громко, будто был направлен ко всем командирам корпусов лагеря Деона Харта, находившимся на этом поле боя. — Вот чего я не понимаю: почему вы следуете за Деоном Хартом? — … — Деон Харт хочет смерти не только нам. Он хочет смерти и вам. — Что?! Среди молчавших командиров откликнулся только командир Девятого корпуса. И это было понятно: изначально его заставили встать на сторону Деона Харта, не объяснив причин. «Но…» Даже если Лиринель такова, было немного удивительно, что Дерниван и Джейкар никак не отреагировали. Судя по тому, как Лиринель смотрела на них, она тоже не ожидала, что намерения Деона Харта им известны. Пока командир Девятого корпуса Тровер в одиночку требовал объяснений, командир Пятого корпуса Дерниван спокойно открыл рот, вытаскивая скрытые клинки, засевшие в разных частях тела. — Я знаю. — Что?! — Я понял это в тот момент, когда он не сообщил, что у него есть другие союзники. — Ты не знал?! Что за чушь! Крик Тровера эхом пронёсся по воздуху. А Дерниван тем временем посмотрел на Джейкара. Как всегда, их взгляды встретились с непонятным чувством. «…Похоже, он тоже знал». Значительных жестов не было, но именно это делало уверенность сильнее. Джейкар тоже знал. Наверное, пришёл к тому же выводу. [Деон Харт не сообщил мне о существовании других союзников.] Деон Харт велел мне убить остальных командиров корпусов. Причина, по которой он не сообщил о союзниках, вероятно, была проста: он буквально хотел, чтобы умерли все. Те, кто не знает союзников, будут пытаться убить друг друга. — Но это не важно. — Важно! — … Никто не отвечает, но он всё равно не умолкает. Дерниван на мгновение закрыл рот и посмотрел на Тровера, который не переставал возмущаться. Лиринель, не упустив тишины, возникшей, пока его взгляд был прикован к Троверу, который всё спрашивал: «Что, почему, что?», открыла рот. — Верно, это не важно. — … — Я хочу, чтобы Деон был счастлив! Это была не его причина; он просто не испытывал сожалений, убив командира Девятого корпуса… но в любом случае это не имело значения, и Дерниван промолчал. Вопрос о связи между счастьем Деона Харта и этим событием он тоже тихо отложил в сторону. — Я думала, ты скажешь что-то подобное. Девелания посмотрела на Лиринель, чьи глаза гордо сияли. — Немного жаль, что единственным, кого удалось зацепить, оказался командир Девятого корпуса, который даже предать не может. — У Деона прекрасная проницательность! — Ну… не думаю. Разве не просто удача Деона Харта разыгралась? Судя по всему, именно Деон Харт первым подошёл к другой стороне, а не заранее взял инициативу и привлёк кого-то. Так или иначе, она выиграла немного времени и нашла главное святилище. Девелания сосредоточилась на ощущении нитей, свисающих с кончиков пальцев, и спросила бабочку, которая хлопала крыльями, не замечая, что попала в плотную паутину: — Ты ведь теперь не передумаешь? — Конечно. — Да… пожалуй. Горько, ведь до всего этого у командиров корпусов не было хороших отношений, но ничего не поделаешь. Лиринель почувствовала дурное предзнаменование и потянула нить раньше, чем та успела что-либо сделать. — Тогда прощай. — … Резко. ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (6) Свисающие повсюду нити натянулись, и тело Лиринель отделилось от головы. Девелания посмотрела на голову, катящуюся по полу, с непонятным выражением лица, а затем тихо открыла рот. — …Командир Одиннадцатого корпуса, неспособная использовать магию, в мире людей ничем не отличается от ребёнка. Крайне слабая и бесполезная. Даже если она выживет, в битве против этих чудовищ не сможет помочь ни рукой. — Поэтому командир Одиннадцатого корпуса мертва. Она отвернулась без всяких сожалений. Когда Девелания подняла руку, чтобы прикрыть рот, внутренние повреждения, нанесённые магией Лиринель, наконец вырвались наружу. Возможно, это была реакция на то, что она всё это время подавляла, но наружу вышел лишь короткий кашель. — Кх. Выплюнув кровь, скопившуюся во рту, она вытерла губы тыльной стороной ладони и огляделась. Похоже, все остальные всё ещё были связаны боями с командирами корпусов на стороне Деона Харта. Она вздохнула. «…В конце концов, я единственный командир корпуса, который может сдержать Джейкара». Хотелось бы немного отдохнуть, но поле боя этого не позволяет. Она щёлкнула пальцами. Колышек из магической силы вбился в самое эффективное место, неважно — в пространство или в землю, и невидимая нить свободно повисла, взяв Джейкара в центр. На деле это было крайне полезно для бесшумных атак. К тому моменту, когда противник замечает что-то странное, обычно уже поздно. Тем более нынешняя атака была внезапным ударом командира Второго корпуса, и когда командир Первого корпуса Джейкар, заканчивавший разбираться со всеми корпусами, почувствовал дурное предзнаменование, уже было поздно. — Готово. — … Шух! …Прежде чем говорить о силе, существует ещё и совместимость. Именно по этой причине большинство командиров корпусов неохотно вступали в бой с Девеланией. Внезапная атака, способная отрезать даже руку командира Первого корпуса. Да, рука Джейкара отлетела. «…Изначально я целилась во все четыре конечности». На всякий случай она попыталась разрезать его на мелкие куски, но он избежал всего, и удалось забрать только одну руку? Она думала, что его тело немного заржавело из-за постоянного пребывания в Замке Короля демонов, но, похоже, после спарринга с Деоном Хартом и настоящего боя оно снова пришло в форму. Раздражает. Девелания выглядела скучающей. — Что ж, в любом случае… Взгляд Джейкара повернулся к ней. Смотря ему прямо в глаза, она усмехнулась. — Если передо мной командир Первого корпуса, потерявший глаз и руку, разве уже не стоит попробовать сразиться с ним лицом к лицу? — … Это была провокационная шутка, но не совсем неверная. Потеря глаза нарушила ощущение расстояния, а потеря руки — равновесие. Если бы у него было время привыкнуть, возможно, всё было бы иначе, но в текущей ситуации естественно, что у командира корпуса Девелании, сохранившей все четыре конечности, будет преимущество. — Сражаются не ртом. Вместо того чтобы реагировать на явную провокацию, Джейкар молча поправил меч. Тем временем командир Девятого корпуса Тровер всё ещё яростно бился с командиром Шестого корпуса. — Да чёрт побери! Что вообще происходит?! Он изо всех сил размахивал кулаками и ругался. Деон — нет, Деон Харт — хочет смерти демонов на своей стороне. Что за бред?! Он надеялся, что это просто попытка Девелании внести раскол, но даже остальные знали. Значит, это не ложь. — Проклятье! Грохот! Словно доказывая его смятение, звук столкновения топора с кулаком прозвучал жутко. Неприятно, что сказанное не ложь; неприятно и то, что он единственный этого не знал. Он раздражённо махал кулаком, и Белитан, не сводивший с него взгляда во время боя, вдруг заговорил. — Если ты так зол, не лучше ли перейти сюда? — Что? — Если перейдёшь сюда, сможешь разобраться с Деоном Хартом, верно? — Что это значит? Для Девелании ведь то же самое, разве нет? — Разве можно убить героя без поддержки? Послышался слабый смешок, будто само предположение было смешным. Так или иначе, раз начался разговор, бой немного ослаб. Белитан не упустил возможности и продолжил, словно пытаясь убедить. — В такой ситуации Король демонов выступит сам. Как Король демонов, Он не сможет оставить вражеского героя без внимания. — … — То есть Он двинется, даже если будет зол не из-за нас. Если ты просто встанешь на нашу сторону, месть сама придёт к тебе. — Так как насчёт того, чтобы перейти к нам? Тровер не подтвердил и не отрицал. Вместо этого тихо выругался. — Чувствую себя дерьмово. Я и сам хочу так сделать. — …Что это значит? — Не могу. Я связан контрактом. — Ну… нет, подожди. Неужели… — Я ошибся. Когда он тогда услышал условия контракта, они показались ему выгодными, и он подписал его без каких-либо исключений, опасаясь, что другая сторона передумает. Из-за этого там не было пункта вроде: «Исключение будет сделано, если Деон Харт попытается убить Тровера». Даже конкретной платы за нарушение пари не было установлено: когда в начале он поставил право на желание, цена, обещанная за ответ, осталась как есть. Поскольку он пообещал «всю свою магическую силу», при нарушении контракта он потеряет всю демоническую энергию, из которой состоит тело. А это означает смерть. — Ты… идиот? — Это была ошибка! — Я зря тратил рот. Нет, надо сказать — хорошо, что я не привлёк такого идиота. Даже став союзником, ты принёс бы только головную боль. — Умереть хочешь? Бой снова стал ожесточённее. И всё же с лица Белитана не сходило абсурдное выражение. Тровер, глядя на него так, словно видел самого тупого ублюдка на свете, зарычал и стал бить только по одной части треснувшего топора. — Даже если я придумаю другой план, сначала подумаю, как убить тебя. — Твоей головой ничего не придумаешь…! Крах! Топор сломался. Белитан рефлекторно схватил самый большой из острых обломков, разлетевшихся во все стороны, и громко застонал, когда рука ухватила его за шею и вдавила в землю. Две жестокие руки сжали шею, вкладывая силу так, будто намеревались её сломать. Смутно донёсся нервный голос. — Я тоже крупный, но ты такой здоровый, что это уже лишнее. — Кх… — Ты точно не чудовище хотя бы по виду? Если на одну шею приходится тратить обе руки… Белитан не стал слушать бессмысленное бормотание. Он внезапно взмахнул обломком лезвия. За мгновение до того, как тот ударил бы по виску, Тровер перехватил его запястье, но Белитан на этом не остановился: пнул противника так, будто отталкивал, и перебросил через себя. — Хеок, кх-кх! — Ты видел чудовище, с которым можно разговаривать? И ещё… это дискриминация демонов. Если ты демон, тебя должны честно распределять по классам по логике силы, независимо от внешности. Ладони щипало: он получил довольно глубокую рану, крепко сжав острый обломок без рукояти. Но шея Белитана, похоже, болела сильнее. Сделав ещё несколько вдохов, он снова бросился на Тровера. Тровер смахнул угрожающие осколки движением запястья. Впрочем, Белитан и так не смог бы удержать их: из-за силы, с которой Тровер сжал его руку, запястье было повреждено, и даже простой удар заставил бы пальцы разжаться. Игнорируя пульсирующую боль в запястье, будто оно треснуло, он ударил кулаком. Бах! Грохот!! Раздался звук, в который трудно поверить, если знать, что это был всего лишь удар кулаком. Командиры корпусов на миг оглянулись и подумали: «Сила против силы». «Мощь против мощи». Они обменивались ударами один за другим грубо, без особой техники, и именно это делало зрелище ещё более пугающим. На мгновение их взгляды задержались на схватке двух зверей, но, вспомнив, что сами находятся посреди боя, они снова сосредоточились на врагах перед собой. Тем временем Тровер, обмениваясь ударами, почувствовал, что кулаки противника теряют силу, и глаза его загорелись. Инстинкт подсказывал: шансы теперь на его стороне. «Конечно». Белитан — тот, кто полагается на оружие, а я чистый рукопашник! Когда самообладание вернулось, язык зачесался. Он усмехнулся противнику. — Хочешь, покажу фокус? — Что за бред… — Фокус, благодаря которому я выиграю! Собрав все оставшиеся силы, он внезапно ударил в подбородок. Как и ожидалось, Белитан, не сумев толком защититься, пошатнулся, словно был уже довольно слаб. Тровер не упустил шанс, бросился вперёд и снова вцепился ему в горло. Шея была слишком толстой, чтобы легко сломать её, а подходящего оружия поблизости не было, так что оставался только этот способ. Белитан притворялся целым, но на деле его выносливость подошла к критической черте. Если не убить его сейчас, он может убить меня. Тровер стиснул зубы и сжал руки. — Прошу! Умри…!! Противник был так же отчаян, и, сопротивляясь, изо всех сил замахнулся кулаком. Раздался угрожающий свист воздуха, кулак приближался. И. Хруст. Как только под пальцами прозвучал звук ломающихся костей, кулак остановился прямо у лица. В вечности, наполненной тишиной, он медленно потерял силу и вскоре упал. Только тогда Тровер смог отпустить шею противника и сесть. — Ха… думал, умру. Он грубо вытер выступивший холодный пот. Ветер, ударивший в лицо, когда Белитан бросил кулак, был необычным. Попади этот удар — он, скорее всего, вырубился бы, а что случилось бы дальше, предсказать было бы трудно. Начался бой ещё хуже прежнего, и всё вокруг погрузилось в хаос. …В любом случае. «Теперь врагов не осталось…» Он отвёл взгляд от завершившейся схватки и огляделся. Пропустил Дернивана, который успешно бился с командиром Четвёртого корпуса, и взгляд зацепился за бой командиров Первого и Второго корпусов. — Что? Вопрос вырвался рефлекторно. — Что произошло, пока я дрался? Что должно было случиться, чтобы командир Первого корпуса оказался в таком состоянии? Если немного преувеличить, хотелось спросить: куда делся командир Первого корпуса и что это за тряпка вместо него? Почему с глазом всё так, и где он продал одну руку? И всё же, глядя, как он на таком фоне держит напряжённый бой с командиром Второго корпуса, становилось понятно: там тоже всё очень серьёзно. «В любом случае… командир Первого корпуса был союзником». Деон Харт пытается убить нас, но враги в текущей ситуации ясны. Будем ли мы снова сражаться с теми, кто был союзником, — об этом следует думать после устранения ближайшего врага. Такие, как командир Второго корпуса, которые устраивают тонкие внезапные атаки и управляют нитями, уязвимы перед такими, как я, кто прорывается силой. «Я тоже в критическом состоянии… но если просто посмотреть, мне куда лучше, чем демону, потерявшему глаз и руку». Лучше выйти вперёд и сначала разобраться с командиром Второго корпуса, чем ждать, терять время и потерять командира Первого корпуса. С характером командира Первого корпуса он вернётся в бой, как только физическое состояние хоть немного восстановится, так что не нужно побеждать — достаточно продержаться. Даже до смены он сможет поддержать в опасный момент. Поэтому, чтобы закончить этот утомительный бой, Тровер, несмотря на разбитое тело, вмешался в их схватку. — Девелания! Как насчёт дать больному отдохнуть и подраться со мной? Девелания попыталась сохранить строгое лицо при появлении нежеланного гостя. — Здесь есть хоть один демон не больной? Ты тоже больной. — Не все больные одинаковы. Я знал, что ты скользкая, но не думал, что настолько трусливая — хватать полумёртвого и драться с ним. — Он не с самого начала был полумёртвым. И где в сражении трусость? — Хватит шуметь, давай драться! — Невежественный ублюдок…! Лицо Девелании исказилось. Выражение Джейкара тоже было не слишком хорошим. — Я справлюсь. — Кто что сказал? Я буду драться только пока ты восстановишься. Я сам не в лучшем состоянии, долго не протяну. — Оставлю это тебе. Честно говоря, он был на пределе, так что Джейкар не стал упорствовать. Вместо этого вложил меч в ножны на поясе и грубо прислонился к ближайшему камню, прикрывая плечо, с которого время от времени всё ещё капала кровь. Девелания, поочерёдно глядя на Джейкара и Тровера, неизбежно стиснула зубы. — Собираетесь сражаться по очереди? Трусливо… — Где в сражении трусость? Ну же, нападай. Тровер усмехнулся. ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (7) Если говорить итогом — убить Девеланию оказалось легко. Сам не заметил, когда командир Пятого корпуса Дерниван, убивший командира Четвёртого корпуса, стал поддерживать меня луком издалека. Впрочем, сказать, что её убили, не совсем верно. Когда полетела стрела Дернивана, Девелания, осознав, что среди выживших командиров корпусов, кроме неё самой, остались только силы стороны Деона Харта, застыла, расхохоталась и обвила нить вокруг собственной шеи. — В начале на нашу сторону не было особых надежд: слишком много корпусов остались без командиров… Но у Короля демонов были свои силы, и я никак не ожидала, что выживут только командиры на стороне Деона Харта. — Мы тоже не в идеальном состоянии. Стоило бегло оглядеться, и становилось ясно: здесь не было ни одного целого, а Лиринель и вовсе мертва. — Пожалуй. Лучше умереть здесь, чем выжить и увидеть эту ужасную ситуацию. Не добавив ничего к бормотанию Тровера, Девелания улыбнулась и потянула нить. Голова упала, и жизнь командира корпуса оборвалась. Наступила тишина. Когда ситуация, казалось, более-менее улеглась, командир Первого корпуса Джейкар прислонился к камню. Командир Девятого корпуса Тровер, почесав затылок, словно неловкая тишина его смущала, открыл рот. — Ну… теперь-то всё правда закончилось? — Кто знает. Джейкар поднял опущенные глаза. Равнодушный и спокойный взгляд скользнул дальше и остановился над плечом Тровера. — По крайней мере, для тебя, похоже, нет. — … Тровер, почувствовав неладное ещё до того, как понял смысл слов, резко обернулся. В тот же миг острые когти разодрали ему плечо. Если бы он не скрутил тело, ему, скорее всего, разорвали бы шею. Холод пробежал по позвоночнику, и он свирепо посмотрел на напавшего. Перед ним стоял волк с глазами, сияющими жаждой убийства. — …Дерниван. Теперь, когда стало ясно, что напал Дерниван, больше понимать было нечего. Из-за его упрямой обиды Тровер мог только скрипнуть зубами. — Ах ты ублюдок! Не было нужды спрашивать, почему это происходит. О боже! Подумаешь, убил того ничтожного командира корпуса! — Это разве нельзя просто забыть?! — Если бы мог, я бы давно забыл. Если бы это было возможно, такого вообще бы не случилось. Дерниван спокойно проверил своё состояние. Физическое состояние худшее, стрелы давно закончились. К тому же плечо, пробитое копьём командира Двенадцатого корпуса, мешало натягивать тетиву, а упавшие стрелы он уже давно подбирал и использовал повторно. Он огляделся: полезных стрел вокруг больше не было. «Не проблема». Нужно просто игнорировать боль и создавать стрелы магией. Магические стрелы — нелепая трата, но он демон, который не может смотреть сквозь пальцы даже на одну цель. Он решил сосредоточить всё на настоящем, не думая о будущем. Пока у тела хватает сил, он может сражаться и вблизи, и издалека. Дерниван сказал, поглаживая лук, который раньше принадлежал Орелю, а теперь стал его. — Это всё равно должно было случиться. Ты знал, что это лишь отсрочка. — Не обязательно сейчас! — Я почувствовал, что если не сейчас, шанса больше не будет. Назвать ли это звериным чутьём? Дерниван смутно понимал: эту возможность нельзя упустить. Сейчас не осталось никого, кто вмешался бы, и уже никого не удивит, кто кого убьёт. «Если говорить о “помехе”, остаётся командир Первого корпуса, но…» Он оглянулся на Джейкара, сидевшего на месте. Их взгляды встретились. Тот медленно моргнул несколько раз, а затем полностью закрыл глаза, будто не хотел вмешиваться. Дерниван снова перевёл взгляд на Тровера. — Теперь время свести старые счёты. — Ха, ладно. Умрёшь ты или умру я — попробуем. Тровер, окончательно убедившись, что сражения не избежать с того самого момента, как Джейкар закрыл глаза, вздохнул и принял стойку. Битва на взаимное убийство выглядела довольно уродливо. Бросать землю в глаза и бить по раненым местам стало основой, а когда становилось совсем тяжело, они даже отбрасывали достоинство командиров корпусов и без колебаний катались по земле. Дерниван не обращал внимания на кровь, текущую из разных мест, в том числе из пробитого плеча, и сосредоточился только на том, чтобы дрожащая рука могла устойчиво натянуть тетиву. Тровер же, хотя его тело трескалось и вокруг старых повреждений расходились новые трещины, всё равно размахивал кулаком изо всех сил, не проявляя осторожности. Иначе было нельзя. Проиграешь — умрёшь. Если этот ублюдок умрёт и тот ублюдок умрёт, остаётся только сражаться с мыслью: убью этого ублюдка и умру сам. Битва, от одного вида которой становилось жестоко, стала напряжённой. Дерниван схватил лук и тетиву, попытался натянуть — но как только остановился, его перекосило в сторону. Тровер почувствовал, что что-то не так, тут же сократил дистанцию и усмехнулся. — Что, руки больше не двигаются? — … Нужно было поднять лук и натянуть тетиву, но рука лишь дрожала и больше не поднималась. Лук, такой лёгкий раньше, казался камнем, а тетива, которую можно было натянуть малым усилием, стала твёрдой, будто стальной. Но беспокоиться об этом времени не было. …Сначала нужно сократить дистанцию и разобраться с приближающимся врагом. Дерниван поспешно снова изменил руку и взмахнул ею. — Цк! Тровер легко отбил удар и схватил противника за шею. Он посмотрел на мелкие, но глубокие раны, вырезанные по всему телу Дернивана, и бросил насмешку. — Теперь, когда думаю об этом, ты ведь дрался с Иделией? Её скрытое оружие лучше было бы запомнить. — … Глаза Дернивана слегка дрогнули, когда он запоздало понял причину. — Похоже, тебя задело не раз и не два, а довольно много раз. Ты не знал, что её скрытые клинки ядовиты? Ответа не было, но выражение лица говорило за него. Знал, но забыл. Видимо, забыл, потому что сосредоточился на битве и игнорировал физическое состояние. Что ж, благодаря тебе я выиграл этот бой. — Немного раздражало, но было весело. — Только что с этим делать? Тровер приподнял уголок губ. — Я не хочу убивать тебя красиво. Честно говоря, так и было. Он задавался вопросом, совершил ли настолько большую ошибку, что на него стиснув зубы набросились с такой яростью. Его тело было сильно повреждено после боя с Орелем, а новый командир Пятого корпуса с горящими глазами искал возможность забрать его жизнь — естественно, он нервничал. Поэтому такой уровень злости и мести был понятен. — Не надо так напрягаться. Столько времени прошло, да и выносливости у меня не осталось, чтобы пытать. Просто слушай, что я скажу, и я отправлю тебя чисто. — … — В глазах у тебя дерзость, но не забывай: как с тобой поступить, решаю я. Когда он слегка сжал руку, свистящее дыхание стало громче, наружу вырвался короткий кашель. Тровер не обратил внимания: он не давил настолько, чтобы убить сразу, и просто перебирал варианты. Какой приказ сможет оскорбить и унизить этого парня? Он даже не думал о возможности, что тот согласится. Конечно, он восстанет. Самого приказа достаточно, чтобы унизить, неважно, примет он его или нет. И вдруг в глаза бросилось сухое выражение Дернивана. — О, точно. Раз уж ты всё равно умрёшь, как насчёт напоследок показать что-нибудь свежее и весёлое? Например… Мягко говоря, это демон без эмоций и мимики — настолько, что ходили слухи, будто у него и правда нет чувств. Даже когда Орель умер, лицо его было спокойным. Вспомнив, что его выражение ни разу не изменилось, Тровер усмехнулся, держа Дернивана за горло. — Попробуй улыбнуться. — … — Или попробуй заплакать. Может, он нахмурится от такого неприятного приказа. Что угодно подойдёт, лишь бы изменилось это скучное выражение. — … И, наверное, это было естественно. Ожидания Тровера провалились: ответ был таким же ровным и скучным. Дерниван молча поднял взгляд и встретился с ним глазами. Полное отсутствие реакции на унизительные слова — ни злости, ни стыда, ни даже желания выжить. Хотя он знал, что Тровер при желании легко сломает ему шею, лицо оставалось бесстрастным. Тровер на мгновение закрыл рот, словно изучая реакцию этого сухого взгляда, а потом приподнял уголок губ. — Ну… ладно. Я знал, что ты отреагируешь именно так. — Кх. — И всё же просто убивать — жалко… Взгляд Джейкара достиг его, будто спрашивая, сколько он ещё собирается валять дурака. Тровер не хотел умереть раньше, чем успеет убить Дернивана: он знал, что его тело, испорченное боем с Дерниваном, закончится от одного взмаха меча. Поэтому он тут же изменил направление разговора. — Тогда есть ли у тебя последние мысли о жизни? — … — Честно, разве этого мало? Думаю, я уступил достаточно. Я собираюсь продолжать, пока что-нибудь не получу. Он, играя, то сжимал, то ослаблял хватку на шее и смеялся. Но глаза его были решительными: отступать он не собирался. Дерниван, сухо глядя на него, медленно склонил голову набок. Плотно сжатые губы раскрылись, и прозвучал сухой голос. — Гав. — … На миг лицо Тровера стало пустым. — Ты… Лаял? Этот Дерниван? Как собака? Когда его спросили, что он думает о жизни, ответом стал собачий лай. Тровер представлял множество ответов и реакций, но такого, выходящего за пределы всего возможного, не ожидал. Он посмотрел на Дернивина широко раскрытыми глазами, будто забыл, что сказать, и медленно поднял свободную руку, прикрывая лицо. — Пф. Уголок губ, не скрытый ладонью, поднялся так, словно порвался. — Фухахаха! Ахахахаха!! Кто бы знал, что этот унылый тип окажется таким забавным. Жаль, что придётся умереть здесь. — Пуххх… Ох, правда… Он смеялся как безумный, и, похоже, рука сама собой сжалась сильнее. Тровер ярко улыбнулся, встретившись взглядом с Дерниваном, чьи глаза налились кровью от удушья. И сказал: — Ты лучший, Дерниван. Вместо того чтобы ослабить хватку на шее, он сжал её всё сильнее, словно сошёл с ума от веселья. Хруст. Тело больше не двигалось, будто исчерпало все силы. Возможно, если немного отдохнуть, он смог бы снова пошевелиться… но тот парень не оставит его в покое до тех пор. Тровер, глядя на безжизненное тело Дернивана перед собой, скосил глаза в сторону. Он увидел чью-то тень, медленно приближающуюся. — Теперь моя очередь умирать? Тень остановилась. — Да. — … Он не почувствовал себя преданным снова. Уже стало известно, что Деон Харт хочет их смерти, он узнал о тех, кто знал это и молчал, и понимал: сражение не закончится даже после этой битвы. Было нетрудно предсказать, что даже если останется только «союзник», они попытаются убить друг друга ради идеального финала. Не утруждая себя тем, чтобы обернуться, он заговорил с тенью за спиной. — Немного жаль. Если бы тело хоть двигалось, я бы хотя бы сопротивлялся. И всё же он чувствовал облегчение от того, что убил надоедливого парня, пытавшегося забрать его жизнь. Пожалуй, этим стоит удовлетвориться. — В любом случае… что ты собираешься делать после того, как убьёшь меня? — В мире демонов инвалидность смертельна. Один глаз и одна рука. Среди командиров корпусов Джейкар получил необратимые раны, сражаясь с особенно сильной командиром Седьмого корпуса и особенно сложной командиром Второго. Даже по сравнению с уже погибшими командирами корпусов тот, кто ещё жив, был более изорван, так что серьёзность не нуждалась в объяснениях. — Ага. Тровер тихо рассмеялся. — Собираешься покончить с собой? ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (8) Идеально. Именно такой конец понравился бы Деону Харту. Как всё могло сложиться настолько точно по воле человека? Он отвернулся с кривым лицом. Звук крови, капающей с обнажённого плеча, был отчётлив, но в краю зрения появилась тень — стояла прямо, с мечом в одной руке, словно это ей совсем не мешало. Тровер тихо усмехнулся, будто прислушиваясь. — Немного жаль. Не хочу возвращаться к желаниям этого человека. — … — Ну… проигравший всё равно ничего не выбирает, так что не мне это говорить. — Тогда убей меня сейчас. Больше сказать было нечего. По сути, раз он всё ещё хотел жить, сожаление неизбежно было. Но он ничего не говорил об этом, потому что ясно понимал ситуацию. Другой уже принял решение, а его тело больше не двигалось. Сколько ни говори, ничего не изменится. Он лишь произнёс: — Ты потратил достаточно времени. — Ладно. Джейкар взмахнул мечом. Всё закончилось. Перед безжизненным телом Джейкар на мгновение пошатнулся, затем воткнул меч в землю и сел, опираясь на него как на трость. Напряжённому телу было трудно удерживать равновесие. На мгновение воцарилась тишина. — Тогда теперь… Он медленно шевельнул губами, чтобы прогнать молчание. Джейкар медленно моргнул. Не дрогнувшие глаза объявили конец быстрее, чем рот успел договорить. — Моя очередь умирать. Как он сказал Троверу, жить он не собирался. У Джейкара не было ни того, что он хотел сделать, ни того, что обязан был сделать. Что бы он ни попытался предпринять, тяжесть ран только помешает. Он полностью стряхнул с себя сожаления, которых изначально и не было. — Лучше умереть, чем выжить и скатиться на дно мира демонов. Мир демонов возвращается к логике силы. В таком месте увечье будет смертельным, а падение уважаемого командира Первого корпуса станет прекрасной добычей для всех демонов. Даже если рядом окажутся другие демоны в таком же положении, именно его будут топтать сильнее. Даже если он умрёт, проходить через подобное он не намерен. — Так что не переживай за Лиринель и просто расслабься. Он говорил телу командира Одиннадцатого корпуса, чья голова была отделена от шеи. — Я точно собираюсь умереть. Как и Дерниван, Джейкар не дрогнул, хотя знал, что Деон Харт хочет смерти «всех» командиров корпусов, включая его самого. Он не сожалел. Когда Деон Харт спросил о причине сотрудничества, он упомянул своего близнеца, рождённого с ним в одном помёте и ставшего главой расы, но это была всего лишь уловка. Он пришёл в Замок Короля демонов с мыслью, что будет удовлетворён, если умрёт в бою, и потому неважно, какую причину он назвал. В конце концов, он жил согласно собственной жадности. С трудом подняв одно колено, он удержал равновесие и вытащил меч. — Тогда я пойду первым. Джейкар без колебаний развернул острие меча и направил его на себя. В тихое пространство добавился ещё один жуткий звук. — … В снова наступившей ужасной тишине пространство вокруг места, где лежало тело Лиринель, начало слегка дрожать. Рябь была настолько слабой, что в общей схватке никто бы её не заметил. Однако её радиус охватывал всё поле боя. Если бы другой демон увидел это, он разинул бы рот и сказал, что это бессмысленная магия. После короткого, почти мгновенного дрожания Лиринель, чьи тело и голова были разделены, будто совершенно целая, поднялась. Она спокойно отряхнула помятую одежду и пробормотала: — …Должна ли я назвать его командиром Первого корпуса? Великолепно, что он заметил магию иллюзии. Вопреки тому, что думали остальные, Лиринель была жива. Это поняли только командир Второго корпуса Девелания и командир Первого корпуса Джейкар. Последняя атака Девелании не была безопасной. На самом деле всё было наоборот. Если бы Лиринель думала и двигалась как обычно, она, скорее всего, умерла бы. «Но в этот раз». Поскольку она не могла умереть, пока не выполнит приказ Деона идеально, в тот короткий миг Лиринель приняла смелое решение и двинулась. Когда Девелания потянула нить и отрезала ей волосы, напомненная миссия заставила её жить, говоря: она должна стать последним оставшимся командиром корпуса. Именно так она подумала тогда. «Я не могу умереть, сражаясь с Девеланией». Но если бы она осталась живой на виду, Девелания продолжала бы атаковать, пока одна из них не умрёт. Поэтому Лиринель наложила масштабное заклинание галлюцинации. Нельзя было по одному наложить иллюзию на стольких людей, значит — по области. Всё пространство, называемое полем боя, она превратила в сцену для галлюцинации. Затем создала иллюзорную Лиринель на своём месте, сама на время ушла магией, а как только атака закончилась, вернулась и дополнила иллюзию. В процессе вся магическая энергия была израсходована, и осталась лишь базовая магическая энергия, из которой состоит тело. Это усилило правдоподобие иллюзии. …Хотя Девеланию она не обманула. [Командир Одиннадцатого корпуса, неспособная использовать магию, в мире людей ничем не отличается от ребёнка.] [Поэтому командир Одиннадцатого корпуса мертва.] Было удивительно, что та закрыла на это глаза. Как и сказала Девелания, возможно, потому что без магии Лиринель почти ничего не могла сделать. Ведь командир Одиннадцатого корпуса Лиринель сражалась магией, а не телом. — И всё же, если иметь дело с раненым командиром корпуса, который не может двигаться, внезапная атака может сработать. Вполне возможно взять маленькое оружие и ударить. Можно даже атаковать щупальцами без оружия. Лиринель поняла, что Девелания на миг не учла этого и что это было последним снисхождением к маленькому командиру корпуса, с которой она когда-то была знакома. Она глухо вздохнула и огляделась. На сентиментальность времени не было. «Определённо всё закончено». Единственный оставшийся демон — она сама. Наконец желания Деона исполнились. Не прямо сейчас, но скоро это случится. Было бы хорошо сообщить ему. Если это даст ему уверенность и позволит двигаться спокойно — ещё лучше. — Камень связи… Лиринель, поискавшая в одежде, остановилась. Она потеряла всё в хаосе. Камень, должно быть, упал где-то посреди поля боя, был затоптан и уже превратился в пыль. Она повела глазами. «А у других командиров корпусов…» …кажется, нет смысла обыскивать их вещи. Все были проколоты и порезаны, одежда изодрана — где им хранить камень связи? Командиры корпусов даже обменивались кулаками, так что если камни и оставались у них за пазухой, они всё равно разбились бы. «Будь у меня магия, я бы связалась через неё… но магии не осталось». …Нет, нет. Есть как раз подходящая сила. Магия, которую она может использовать, потому что всё равно должна умереть. Без колебаний Лиринель использовала магическую силу собственного тела, чтобы установить односторонний контакт с разумом Деона Харта. — Деон, все командиры, кроме меня, мертвы. Обычно демоны не могут легко использовать магическую силу, из которой состоят их тела, даже когда смерть неизбежна. Это вызывает страх более первобытный, чем лишение себя жизни. Страх, будто на кон поставлены всё — душа, сама сущность. Но мысль о том, что нельзя оставить Деона Харта в тревоге, оказалась важнее таких вещей, и на губах Лиринель лежала спокойная улыбка. — Я тоже скоро умру. Этот контакт — магия, использующая силу, из которой состоит моё тело. Всё прошло согласно желаниям Деона. — Поэтому. Она чувствовала, как тело медленно распадается. Лиринель не обращала на это внимания и улыбнулась ярко — улыбкой, которая никогда не достигнет места, где никто не смотрит. Самый чистый голос породил для некоторых самые жестокие слова. — Будь счастлив. Деон Харт услышал это ужасное проклятие. Кровь, казалось, уже не способная подняться выше, снова зашевелилась и начала повышать уровень. Жидкость, поглотившая его до ключиц, давила на грудь удушающим грузом. Он сделал вид, что всё в порядке, и медленно пошёл вниз по горной тропе, на которую когда-то вошёл словно убегая. Фон падающего снега был поистине ужасен. Он брёл сквозь кровь, пересёк границу, вошёл в мир демонов и пошёл по чистой, свободной от препятствий дороге. Неустанно двигаясь к последней оставшейся цели, он думал: «Мир людей рухнул, а командиры корпусов умерли». В результате возможность того, что мир демонов воспользуется ослабленным миром людей и поглотит его, значительно снизилась. Командир корпуса, который мог стать центром, исчез. «Можно спросить, нужно ли было убивать их всех, но…» Разве в истории мира людей не было тех, кто невольно играл ведущую роль в мятеже? Есть люди, которых сажают на трон чужой волей, даже если они сами этого не хотели. Быть центром — часто не то, чего нужно желать. Как командиры корпусов, даже если Король демонов умрёт, они сыграли бы огромную роль в качестве новых центров. Демоны собрались бы вокруг командиров, а затем, скорее всего, потянулись бы к миру людей, который теперь стал удобной добычей. «От демонов ничего хорошего не увидишь». Как он когда-то думал, Деон Харт никогда не допустит, чтобы те, кто рождён врагами, получили преимущество. Мир людей был разрушен, чтобы разрушить мир, а не ради демонов. Поэтому силу демонов нужно было сократить настолько же, насколько силу мира людей. «Конечно, другие демоны могут объединиться вокруг нового центра, но это не страшно». Нет тигров и нет волков. Даже если в таком месте править начнёт лиса, она всё равно останется лисой. Мир людей сможет выжить сам, без помощи с этой стороны. …Честно говоря, если меры приняты до такой степени, разве они не должны выдержать сами? Как человек, напавший на мир людей, он решил, что выполнил последний долг совести, перестал думать об этом и просто продолжил идти. Пройдя по чистой дороге без монстров, он увидел Замок Короля демонов. * * * Однажды Король демонов задумался. Герои рождаются, чтобы убить Короля демонов. Король демонов рождается, чтобы убивать героев. Так что произойдёт, если герой и Король демонов окажутся на одной стороне? * * * «…Такого не может быть». Это абсурдная мысль. Как мир мог бы сделать такую глупость? Король демонов тихо усмехнулся. Мир знал. Однажды Деон Харт направит меч на Короля демонов. И Король демонов, прекрасно понимающий, что мир одержим желанием убить его и даже хочет разорвать связь между героем и Королём демонов, убедился в этом в тот момент, когда Деон Харт стал героем. «Когда-нибудь он попытается меня убить». Поэтому теперь Король демонов ждал. Он влил в демонических солдат последние крохи магической силы и отправил их усмирять уцелевшие человеческие королевства, надеясь, что герой с острым мечом придёт и убьёт его. — …Ты выглядишь довольным. — Разве? Король фей, сидевший напротив за столом, сузил глаза, словно его раздражала беспечность собеседника. Королю демонов было всё равно. Он неторопливо провёл пальцами по чашке и окинул взглядом глав разных рас, сидевших вокруг стола. По какой-то причине после отправки войск на решающую битву эти бесстыжие лица приходили каждый день и устраивали чаепитие. Беспрецедентная ситуация могла бы смущать, но он оставался невозмутимым. Потому что, кажется, понимал их цель. — Может, потому что каждый день приходить сюда и уходить почти ни с чем — весело. — … Они ждали, когда герой придёт сюда. Точнее, ждали, когда он придёт «убить Короля демонов». «Нахальные создания». Король демонов сузил глаза. ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (9) Глава племени фей, которому попали прямо в больное место, молча держал чашку с чаем, а глава племени русалок отвёл взгляд. Похоже, неловкая атмосфера стала беспокоить вождя дворфов; он прочистил горло и сменил тему. — Тогда ты хорошо этим пользуешься? Тем, ради чего внезапно пришёл ко мне с просьбой и практически заставил меня изготовить замену. — … Ожерелье, скрывающее магическую силу. Король демонов легко провёл пальцами по одежде у груди, где должно было находиться ожерелье, и улыбнулся. — Конечно. Оно очень полезно. — Вот и хорошо! — Скоро оно станет бесполезным. — … Не «перестанет быть нужным», а «станет бесполезным»? На лице вождя дворфов проступило сомнение. «Не похоже, что оно сломается…» Вещь, созданная «вождём дворфов», не могла так легко потерять функцию. И, похоже, ожерелье не передано кому-то другому, а им пользуется сам Король демонов. Значит… — Так. Звук поставленной чашки оборвал мысли. Вождь дворфов пришёл в себя и посмотрел туда, откуда донёсся звук. Король демонов улыбался в его сторону. Это явно была улыбка-предупреждение. Как и ожидалось. — Иногда знание слишком многого становится короткой дорогой к сокращению жизни. — Кроваво звучит. Получив ясное предупреждение, вождь дворфов покачал головой и стер из сознания предположения, которые успел составить. Ладно, я понимаю, для чего это. Всё остальное — бесполезное любопытство. Изначально это смешное предположение. «Что бы ни случилось, магическая сила Короля демонов не может иссякнуть». В конце концов, перед ними «Король демонов». …Так или иначе, благодаря этому удалось уйти от неприятной темы. Почему-то в ситуации, где всем было слегка неловко, именно он, сменив разговор, стал чувствовать себя куда неудобнее, но неважно. К счастью, прежняя тема, похоже, была брошена просто так. Король демонов слегка наклонил чашку и поднял глаза к Королю фей. В его взгляде смешались интерес и игривость — будто ему вдруг что-то пришло в голову. — Кстати… не знаю, знаешь ли ты. — … — О, думаю, естественно, что не знаешь. Всё-таки это дело демонов. — Что ты хочешь сказать? Глава племени фей слегка нахмурился, почувствовав приближение дурного предзнаменования. В противоположность этому, глаза, наполненные злобной радостью, ярко изогнулись. Зловеще. — Командир Первого корпуса умрёт. — А может, уже умер. Дзынь. Раздался звук трещины. В тот же миг взгляды всех присутствующих глав собрались в одном месте. Глава племени фей, смотревший на осколки в центре внимания тех, кто никогда не мог стать союзниками, коротко выдохнул «а», будто с опозданием осознал их взгляды. Затем медленно поднял глаза и встретился с Королём демонов. — Я ошибся. Несмотря на несвойственную ему ошибку, лицо его оставалось бесстрастным, почти таким же, как обычно. Наверняка он хотел спросить многое, но не произнёс этого вслух. Было очевидно, что как глава расы он старается не показать волнения, и Король демонов, приподняв уголки губ, притворился великодушным. — Пустяки. Я прекрасно знаю, что ты не извинишься перед источником грязной расы даже под страхом смерти, так что можешь не говорить. — … — Лучше задай вопрос о командире Первого корпуса. Разве у тебя не много вопросов? — Смешно. Он быстро справился с потрясением. Будто только что вовсе не дрогнул, он гордо фыркнул и вернул себе надменность главы благородной расы, читающего течение мира. То, что его брат-близнец, занимавший пост командира Первого корпуса, умер, было немного удивительно, но только и всего. — Нет нужды спрашивать. Он с начала и до конца делал что хотел. Среди слов, которыми шаманы мира людей описывали судьбы, было одно, подходившее его брату. Звезда убийства. Они были близнецами, и, возможно, что-то пошло не так, но ещё до того, как он стал демоном, его тянуло к резне. Возможно, для того, кто чувствителен к потоку мира, это звучит неподходяще, но, может быть, стать демоном было его судьбой. Даже если бы тот стал демоном, он не собирался покидать брата и был готов поддерживать его рядом, даже ценой преодоления любого сопротивления. Но тот направился в мир демонов так, словно только этого и ждал. Это был поступок, полностью проигнорировавший слова брата, который должен был остаться один. Поэтому. — И в этот раз он, наверное, прожил так, как хотел. Вероятно, так и было. Иначе не было бы смысла бросать брата. Урод. Грязный ублюдок. Позор расы. Король фей говорил спокойно, пытаясь сдержать неприятные чувства внутри. — Почему я должен задавать вопросы о таком парне? — Для человека, который это говорит, ты сейчас сжал кулак. — … — Впрочем, ты не совсем неправ. Попробуем сделать уже болезненное чуть болезненнее. Да и без того ему было скучно, поэтому он просто устроил истерику. Ему хотелось раскачать этого надменного и неудачливого типа. Как отреагирует Король фей, услышав это? Король демонов подпёр подбородок и повёл глазами. — Он и правда был своевольным. Он предал меня. — Что? — С какого-то дня он начал часто навещать Деона Харта. Встал на сторону героя, а не Короля демонов. — …Ты сделал такой вывод только по этой причине? Это похоже на большой скачок. Верно. Скачок. Но что в этом плохого? Пока цель разговора — убить время и пошатнуть собеседника, это не так уж важно. — Разве монарх не должен, взглянув в глаза, понимать, на его стороне человек или нет? — … — Шучу. Я ведь «Король демонов». Владыка десяти тысяч демонов. Пусть мы не можем следить за всеми демонами мира демонов, движения крупных демонов — таких как командиры корпусов — всегда у нас на виду. Особенно если это происходит внутри Замка Короля демонов. Конечно, это ложь. Зачем мне следить за движениями муравьёв? Кто бы ни был на чьей стороне, они всё равно муравьи. Он просто видел то, что мог видеть, а опыт позволял прочитать остальное. — В этом смысле мой верный командир Первого корпуса определённо встал на сторону героя. Что ещё забавнее — причина. Хочешь угадать? — Будто ты не слышал, что я сказал минуту назад. Уверен, спрашивать тут нечего… — Но всё равно лучше знать, правда? Это связано с тобой. — Сказать ответ? Дальше шли полная выдумка и предположения. Хотя ничто не было точно, бесстыдный Король демонов беспечно улыбнулся мужчине, который не мог задавать вопросы из-за собственной гордости. — Потому что «тогда» ты хотел спасти героя. — Мне не нужно объяснять когда, ты и сам знаешь, верно? …Когда глава вампиров ворвалась в Замок Короля демонов, чтобы убить Деона Харта. На собрании всех командиров корпусов Король фей ясно остановил её. Иными словами, причина — я. Голос демона пролился на того, кто застыл, будто его ударили ножом. — Зная твой характер, он должен был решить, что ты не станешь спасать кого-то не из своей расы без причины. Он подумал, что у тебя должна быть цель, и в итоге дошёл до мысли: твоя цель будет достигнута только если герой выживет и выполнит свою роль. — … — Думаю, он встал на сторону героя, чтобы сохранить его жизнь до тех пор, пока тот исполнит роль, и сократить время до достижения твоей «цели». — …Почему это связано со смертью Джейкара? — Потому что герой желает смерти «всех» командиров корпусов. Раз он сотрудничал с этим парнем, разве не должен он умереть после завершения дела? — Смешно. До такой степени абсурдно, что почти лишает слов. В отличие от слов, опущенные глаза без острых эмоций медленно ушли вниз. Глядя в стол, Король фей тихо пробормотал: — Он использует меня как оправдание. Лицемерный ублюдок. — В конце концов, всё равно верно: он жил так, как хотел, до самого конца. — Интересно, почему ты так говоришь. — Будь это ради меня или ради клана, его целью в итоге было сражаться и умереть. Это была не догадка, а уверенность. Он ненавидел признавать это, но Король фей хорошо знал своего брата-близнеца. Тот был именно таким. — Так что здесь не о чем беспокоиться. — … — Скажу тебе сейчас: не пытайся раскачать меня бесполезными словами, демон. Это всё равно только трата времени. Я не настолько свободен, чтобы заботиться о тех, кто даже не из моего клана. Вместо ответа Король демонов гордо улыбнулся. Затем его лицо внезапно смягчилось, и он повернул голову. Несколько мгновений он смотрел в пустое пространство так, словно что-то видел, а потом чрезвычайно лёгким тоном произнёс слова, которых все главы ждали. — Гость прибыл. — … Здесь не было никого, кто не понял бы смысла этих слов. Коротко обменявшись взглядами с главой племени русалок, глава племени фей толкнул стул и поднялся. — Тогда, пожалуй, мне пора. — Мне тоже нужно кое-что подготовить. — Судя по атмосфере, чаепитие на этом заканчивается. Я тоже вернусь. — … Глава вампиров, всё это время сидевшая с равнодушным лицом, странно посмотрела на Короля демонов и ушла, не сказав ни слова. Вождь дворфов тоже покинул место, а глава фей, казалось, желавший что-то сказать, остановился и вернулся на свою территорию. Вернулся. Глава племени русалок, находившийся в маленьком пруду с одной стороны, на мгновение оглянулся на Короля демонов. Губы, почти не произнесшие слов, вскоре сложились в фразу. — …Надеюсь, ты достигнешь того, чего желаешь. — … Ага. Теперь понятно, что не смог сказать Король фей. Король демонов откровенно усмехнулся. — Чтобы твой вид получил выгоду? — … — Постарайся не выражать благодарности за удачу, которую я тебе подарил. А теперь уходи. * * * Деон спокойно миновал привратников, охранявших ворота Замка Короля демонов, и пошёл дальше, напевая себе под нос. Было забавно видеть, как демоны ведут себя преданно, но при этом сомневаются из-за того, что он пришёл один, словно ещё не слышали новостей. Однако он не стал раскрывать правду, потому что это было очевидно выгодно. «Сначала переодеться». Мокрая одежда, липнущая к телу, по-настоящему раздражала. Скорее всего, она будет мешать движениям. Поскольку с самого начала он не мог идти против Короля демонов — да и против кого-либо ещё — без потерь, Деон быстро направлялся в свою комнату во внутреннем замке, чтобы сменить одежду, когда краем зрения заметил знакомое лицо. Лицо было настолько знакомым, что не требовало вспоминать, кому принадлежит. «…Бен. Эд». Деон остановился на месте сразу, как встретился с ними глазами. Глаза демона, бывшего лечащим врачом, и демона, бывшего помощником, повернулись к нему. Судя по атмосфере, они не просто вышли встретить его как обычно. Похоже, они что-то знали. Или хотя бы предчувствовали. И всё же их дрожащие глаза, будто они не могли решить, как поступить, были довольно опасны. Деон встретил их взгляд, словно размышляя, подходить ли прямо сейчас, но затем отвернулся, сделав вид, что не заметил. Эд нерешительно открыл рот, обращаясь к бывшему начальнику, который спокойно проходил мимо. — Де… — Господин Деон. Его снова заставил замолчать командир Третьего корпуса, преградивший путь примерно с половиной Третьего корпуса, оставшейся в Замке Короля демонов. Даже не взглянув на Эда, Деон поднял глаза на Ашильда. В отличие от обычного, Ашильд не стал пытаться уловить смысл взгляда и заговорил с суровым выражением лица. ---------- Пока не прошёл сегодняшний день (10) — Куда ты идёшь? — В свою комнату. Хочу переодеться. Красные глаза, прочитавшие предупреждение во взгляде собеседника, сузились с едва заметным убийственным оттенком. Но внешне Деон лишь равнодушно встряхнул одежду, пропитанную кровью и дождевой водой. Взгляд Ашильда упал на колыхнувшийся воротник, и на мгновение позже прозвучал твёрдый голос, словно он не собирался отпускать его. — Ты пришёл один? — И что? Есть проблема? — Уже прошло некоторое время с тех пор, как поступили новости о победе у каждого замка, но с остальными командирами корпусов связаться не удалось. Могу я спросить, почему ты пришёл один? — Нет. О боже. Эд, которого Бен уводил за руку, выглядел потрясённым. То же самое было и с Беном, едва сохранявшим спокойствие. «О чём, чёрт возьми, ты думал, Деон, давая такой ответ…!» Как кто-то мог не понять, когда он сказал это настолько открыто и криво? Все демоны здесь наверняка заметили: Деон Харт дурным образом связан с потерей связи с командирами корпусов. «Не может быть». «Деон…?» Как и ожидалось, окружающие демоны заметили необычную ситуацию и отступили. В острой атмосфере между героем и командиром Третьего корпуса обменялись настороженными взглядами. Ашильд заговорил с суровым лицом, положив одну руку на оружие. — Прошу, ответь. Это очень важный вопрос. — Почему? От этого одного ответа зависит, враг я или союзник? — …Иделия кое-что сказала. Перед уходом она тайно пришла к нему и сказала одну вещь. — Она велела насторожиться, если Деон вернётся один или приведёт с собой только силы, крайне ему преданные. Это основывалось на возможности, что Деон Харт — враг. Нет, она почти была уверена. [Я говорю это потому, что ты единственный оставшийся в Замке Короля демонов: если Деон вернётся один или приведёт только крайне дружелюбные ему силы — например, командира Одиннадцатого корпуса, — лучше быть настороже. Вероятность девять из десяти, что они собираются убить Короля демонов.] […Что?] [Королевская гвардия ведь не собирается позволить врагу добраться до Короля демонов без препятствий, верно?] [Нет, подожди…] В тот момент Ашильд внезапно онемел от шокирующей информации. А вскоре прочитал в ней ещё более потрясающий смысл и застыл. [Тогда ты, Иделия…] Если иначе истолковать два предположения, которые она назвала, это означало: Деон Харт возвращается живым один или только с крайне преданными ему силами. А что тогда с Иделией, которая следует за Королём демонов так же тщательно, как он сам? Ашильд хорошо знал её, ведь они долго сражались. Чтобы не попасться на её хитрые уловки, он должен был понимать её как можно яснее. Поэтому он без сомнения знал, что Иделия на стороне Короля демонов, и был уверен: сказанное ею — не пустой бред. «Она не тот демон, который будет нести чушь в таком месте». К тому же она не из тех, кто тайно придёт к врагу, командиру корпуса, ради такой серьёзной шутки. — Поэтому спрашиваю ещё раз. Несмотря на то что он ясно слышал последний вопрос о её безопасности, перед глазами всплыл образ того, как она отворачивается и не отвечает. Ашильд крепко сжал рукоять двуручного меча и медленно открыл рот. — Деон… ты враг? — … Вместо того чтобы сразу ответить, Деон какое-то время смотрел на собеседника. Иделия. Знакомое имя, прозвучавшее из чужих уст, пробудило спящие воспоминания. Она была одним из проницательных командиров корпусов, которые настороженно относились к нему. Неудивительно, что она оставила такую подготовку. «И… это она велела Дану вырвать язык». Подумав об этом, он понял: она была тем, кто делал вид, будто нет, но раздражал во многих смыслах. Конечно, теперь она мертва. Надеюсь, смерть не была мирной. Мысли упорядочились быстро. Будто объявляя конец короткой тишины, красные глаза, удерживавшие Ашильда, стали ещё красивее. — Зачем спрашивать, если ты уже уверен? — Тогда, полагаю, ты собираешься идти атаковать Короля демонов. — Верно. — Третий корпус исполняет роль личной гвардии, защищающей Короля демонов. — … — Поэтому ты не пройдёшь. В какой-то момент его природа изменилась, и он стал скорее атакующим, чем защитником, но в основе Третьего корпуса всё равно лежала «охрана». Поэтому Ашильд обнажил оружие против героя, хотя знал, что умрёт. Двуручный меч, внушавший ужасающую мощь, был направлен на Деона Харта. — Как командир Третьего корпуса отдаю приказ. С этого момента мы признаём Деона Харта, стремящегося навредить Королю демонов, нашим врагом. — … — Пусть все демоны в замке узнают об этом и не дадут ему добраться до Короля демонов. Среди тех, кто застыл, ошеломлённый разворачивающейся сценой, кто-то поспешно достал камень связи. Деон, спокойно наблюдавший за этим, повернулся к бойцам Третьего корпуса и Ашильду, направившим на него оружие. Его глаза скользнули по каждому лицу, затем снова остановились на Ашильде, и прозвучал расслабленный голос, совершенно не подходящий ситуации. — Так вот почему ты раньше хотел спарринг со мной. Тогда было действительно трудно. Он собрал смелость и отказался, но тот решил, что Деон отказался из страха случайно убить его, и сказал, что доведёт навыки до уровня, при котором не умрёт так легко, а потом снова попросит о спарринге. — Похоже, момент настал. — … — Ты усердно развивал навыки? Чтобы не быть убитым героем, навыков потребуется немало. Здесь даже есть карты, способные повернуть ситуацию в твою пользу. Деон легко коснулся эполет на плечах, будто проверяя их, и насмешливо приподнял уголки губ. Ашильд не ответил и оглянулся на подчинённых. — Отойдите и окружите Деона Харта. — Есть. — Лучше держаться достаточно далеко, чтобы не попасть под бой. Сражаться буду я. Вы лишь готовьтесь к непредвиденному. Он лучше всех понимал: даже будучи командиром корпуса, он не ровня герою. Однако если бы он собирался отступить только из-за этого, он с самого начала не стал бы «командиром Третьего корпуса». Возможно, из-за давления от того, что противник — герой, тело слегка отяжелело, как тогда, при переходе в мир людей. Но сейчас было слишком много всего, чтобы сосредоточиться только на Деоне Харте, и Ашильд без колебаний взмахнул двуручным мечом. В эполетах Деона Харта был амулет. Амулет, накладывающий ограничения на демонов-противников, когда они пересекают границу и входят в мир людей. Изначально он был создан, чтобы спутникам героя было легче справляться с демонами, а конечная цель состояла в том, чтобы герою было проще добраться до Короля демонов без помех. Командир корпуса — одно из препятствий на пути к Королю демонов — никак не смог бы выдержать героя, обладающего таким амулетом. Ашильд продержался недолго и быстро рухнул. Одной из причин скорого поражения было то, что Деон, проверив положение луны во время боя, усилил давление. «Вот бардак». Переведя дыхание и подняв голову, он увидел полностью опустошённые окрестности, хотя битва проходила под ограничениями. Ну как здесь оставаться целым, если этот двуручный меч взмахивали с такой силой, что он мог разрезать даже пространство? Честно говоря, в этом беспорядке Деон ничего не ломал. Всё разрушил Ашильд. Когда двуручный меч, от которого Деон точно уклонился, смёл товары с лавки, он даже подумал, что это было специально. Была ли у него какая-то обида на Замок Короля демонов…? «Если Король демонов увидит, мне станет немного не по себе». Нет, можно просто проигнорировать и сказать, что это неважно. «В любом случае меня это не касается». Он отбросил мысли и вытащил кинжал, застрявший в сердце противника. Тот до самого конца не выпустил двуручный меч. Слова вырвались сами собой. — …Ядовитый ублюдок. Даже в ситуации, где победа была неизбежна, бой вышел очень тяжёлым. Сложными были не оружие и не стиль, а упорство и яд. В итоге Деон получил мелкие раны по всему телу. Они остались мелкими благодаря тому, что он настороженно относился к командиру корпуса; иначе некоторые могли бы быть опасны. …Он посмотрел вниз на рану, которая всё ещё кровоточила. «Похоже, двуручный меч наполнен магией…» Или это уникальная способность. Раны заживали медленно. Стоило ли внимательнее следить за травмами? Но тогда было бы трудно сократить время, значит, лучше удовлетвориться этим. На самом деле, если вспомнить, как он двигался, не думая о теле, во время боёв с героями, одно лишь внимание к ранам уже означало крайнюю осторожность. Даже вернись он назад, ничего не изменилось бы. «Как и слышал, он оказался неприятным». По правде говоря, оружие и стиль Ашильда были простыми, но его настойчивые атаки с готовностью умереть вместе… Поток мыслей оборвался. Красные глаза Деона скользнули в сторону, и, едва заметив нечто, он тут же откинул верх тела назад. Следом большой меч прошёл прямо перед его шеей. — Деон Харт…! На него обрушивался гнев бойцов корпуса, потерявших начальника. Деон, гибко уходя с места и максимально отводя корпус, бросил взгляд на небо, встретил взгляды тех, кто свирепо на него смотрел, и произнёс с потрясённым выражением: — Если вы не нападёте, я готов просто пройти мимо. — Чушь собачья! — Ничего не поделаешь. В конце концов, придётся убить их всех. Он понимал их чувства, но они не могли быть важнее его положения. Кинжал закружился в море крови. …Кровь поднялась до шеи. Деон опустил взгляд. Сколько здесь настоящего, а сколько фальшивого? На миг в голове мелькнул бесполезный вопрос. «Теперь, наверное, уже не важно». Он снова пошёл, заполняя тихое пространство напевом. Многочисленные тела демонов ударялись о его ноги, но он не обращал внимания. Глупцов, бросавшихся на него, было много, и он убивал их снова и снова. Из-за этого среди окружающих демонов выживших не осталось… — Господин Деон… …Выжившие были. Он повернул голову, притворившись, что не видит Бена, осторожно приближающегося с врачебной сумкой, и Эда, нервно переминающегося рядом с тревожным лицом. Два демона, смутно уловившие смысл этого жеста, остановились. Бен задержал взгляд на ране. — Что бы ни случилось, лучше было бы сначала обработать раны и только потом идти… Он знал, что сейчас нет ничего хорошего в том, чтобы быть связанным с Деоном Хартом. Поэтому даже теперь говорил не прямо, а бормотал словно себе под нос. Если хотя бы заговорить с ним, тебя сочтут его сторонником и убьют те, кто следует за Королём демонов. Даже если не разговаривать, стоит Деону Харту посмотреть в эту сторону и пройти мимо — и может показаться, будто ты на его стороне. Как Деон Харт, он не сможет остановить угрозу, направленную на них, так что лучше всего просто пройти мимо и сделать вид, что не видит. Да, он понимал смысл. Но всё же. — Рана нанесена магией командира, так что восстановление будет медленным… — … — Лечение… — … Он снова и снова порывался броситься вперёд, подчиняясь убеждениям врача, но останавливался из-за воли Деона. И тогда услышал низкий голос, будто шёпот. — Всё в порядке. — … Шёпот был таким тихим, что можно было принять его за слуховую галлюцинацию. Но, судя по реакции Эда, он не ослышался. Бен резко поднял голову, увидев, как тот в потрясении вскинул лицо, но Деон уже ушёл. ---------- Последний герой и последний Король демонов (1) Деон, ушедший быстрее прежнего, не направился сразу к Королю демонов, как говорил в разговоре с Ашильдом, а зашёл в свою комнату. Он ожидал, что по пути вспыхнет вооружённое столкновение, но, к удивлению, никто не преградил дорогу до самой комнаты. Он без колебаний вошёл в здание и прошёл по коридорам, но не встретил ни одного демона. Правда, он точно сталкивался взглядами со слугами и солдатами, охранявшими важные места тут и там. Деон не упустил того, как дрожали их плечи, когда они поспешно отводили глаза. «Похоже, они знают, что я враг…» Если с системой связи не случилось проблем, новость давно должна была дойти, так что это естественно. Здесь тоже проявлялось уважение к сильному? Если не трогать их первыми, они, кажется, просто пропустят, а нападать бессмысленно — они не противники. Поэтому делают вид, что не видят. «Ну, никто не хочет умирать». В такие моменты мир демонов удобен. Разве привычка пригибаться, чтобы сильный не растоптал тебя, не проявляется и здесь? Деон спокойно открыл знакомую дверь. И, уже собираясь шагнуть внутрь, остановился. — … Он не мог легко войти и какое-то время смотрел на комнату с неохотой. В красных глазах отражалась комната, окрашенная алым. Деон спокойно вошёл и прикрыл дверь, оставив щель шириной с палец. Затем убедился, что окно открыто, и, как собирался, снял одежду. Крупные демоны, прежде бродившие возле его комнаты, знали, что их не оставили в замке демонов, поэтому не обращали внимания на слегка приоткрытую дверь. Вскоре Деон переоделся и встал перед зеркалом. Зеркало, которое он увидел спустя долгое время, показывало юношу, аккуратно одетого в чёрное, с непонятным выражением лица. Юноша неловко поднял руку и отряхнул «опрятную» одежду. — Всё в порядке. Пуговицы не перепутаны, одежда не помята. Может, потому что рядом больше нет людей, которые принимали бы этот ребяческий беспорядок? От рыцарей Лофти до Эда, Дана и слуг графа — неловкий навык одевания, постоянно заставлявший занятыми столько чужих рук, будто испарился куда-то. От этого было немного непривычно, но зеркало показывало аккуратный, опрятный вид, к которому особенно не придраться. Взгляд, легко осмотревший всё тело, остановился на плече. «Эполеты… я всё же прикрепил их». Не думаю, что от них будет особая польза. В них находится амулет, накладывающий «ограничения при входе в мир людей через границу». Но Король демонов, который в принципе не может пройти в мир людей через границу, изначально не входит в рамки этого предположения. На всякий случай он надел эполет с «амулетом, подавляющим использование магии противника», который Дан, кажется, подготовил на всякий случай, но и от него не будет толку. Даже тщательно установленная сила подавления магии бесполезна перед самим Королём демонов — чем поможет упрощённый кусок амулета? «На битву героя и Короля демонов такой инструмент повлиять не может». Если бы мог, это была бы битва, опирающаяся на всевозможные инструменты и снаряжение. Прошлые герои не были дураками, которые по невежеству сталкивались с врагом голыми телами. Деон повернулся. «Скоро пойду… ах». Он уже собирался выйти, но вдруг заметил краем зрения белые волосы, распавшиеся здесь и там, и остановился. В обычной ситуации ему было бы всё равно, но в этот раз противником был Король демонов. Подумав, что волосы, отросшие уже до лопаток, будут мешать в бою, Деон перебрал концы волос и нашёл ленту. Герой остановился на тренировочном полигоне, взял разное оружие, пробудил чувства и направился туда, где ощущал заклятого врага. Место было… «Центральный сад?» * * * [Герой и Король демонов — доказательство незрелости этого мира.] В этом смысле мир, выбравший неправильного героя, похоже, переживал тяжёлые боли роста. Впрочем, всё это — последствия его собственных действий. Король демонов лениво взял чай, вспоминая последнюю фразу книги, которую когда-то написал. Следы прихода и ухода гостей убрали, а напротив него поставили чашку для нового гостя. «Он идёт». Врожденное чувство, позволяющее распознавать присутствие давнего врага, сообщало, что тот направляется сюда. Даже без этого чувства он ощущал жажду смерти издалека, и на лице Короля демонов появилась почти невидимая улыбка. «Жизнь у него уникальна». Не знаю, как можно жить с отрешённостью. Разве эти две энергии не противоречат друг другу? Приближавшаяся энергия на мгновение остановилась у входа в центральный сад, затем дверь открылась. Однажды аромат крови, который невозможно стереть, хлынул в оранжерею, которую Король демонов наполнил цветами из мира людей ради душевного здоровья Деона Харта. — Учитель наконец прибыл. Прошло действительно много времени. Король демонов спокойно поставил чашку и поднял взгляд. Перед ним стоял герой, оснащённый длинным мечом и множеством видов оружия, которым он когда-то его обучал. Когда он увидел человека, всем телом кричавшего, что собирается его убить, глаза Короля демонов расширились от весёлого интереса. — Ты принёс много оружия. — … — Если бы я видел только тень, подумал бы, что мёртвая командир Восьмого корпуса ожила. Командир Восьмого корпуса… Деон вспомнил Хель, наивную командиршу корпуса, которую он устранил, использовав Стигму Примиро. Её адъютант тоже умер там. Лёгкий голос отогнал короткие мысли. — В любом случае, добро пожаловать. Возможно, мы видимся так в последний раз, так что как насчёт немного поговорить? Король демонов указал на место напротив, будто предлагая сесть. Конечно, Деон не сел. Его взгляд, следивший за настороженно стоящим героем, заметил рану на щеке и скользнул ниже, осматривая всё. Обнаружив рану, которую не скрывала одежда, Король демонов медленно поднялся и подошёл. Движения были неторопливыми, словно показывали: вредить он не собирается. Деон стоял неподвижно, будто решил выждать, и глазами следил за каждым движением. Рука протянулась к его лицу. — Это от командира Третьего корпуса? Касание было невинным, но никогда нельзя знать, когда противник изменится. Стоило ему почувствовать что-то странное, и все мышцы тела напряглись бы, чтобы вонзить кинжал в горло. Хотя ситуация, где ярко-красные глаза без моргания следили за движением, могла бы давить, Король демонов спокойно использовал магическую силу и открыл рот. — Глядя на тебя, вижу, ты получил несколько мелких ран… — … — Слава богу. К счастью, у меня ещё есть возможность исцелить тебя. Пока он ждал героя, Король демонов израсходовал почти всю свою магическую силу, оставив лишь горсть энергии. Он поставил всё на этого героя, и только ради этого мгновения. «Каким бы героем он ни был, невозможно, чтобы на пути убить Короля демонов он не получил хотя бы царапины». Для лечения героя. По воле Короля демонов последняя оставшаяся магическая энергия двинулась с намерением восстановления. Она прошлась по телу цели с головы до ног и залечила раны. Деон долго ждал, не чувствуя опасности, и смотрел, намереваясь понять, что тот делает, но остановился, когда почувствовал, что рана заживает. Подсознание поняло ситуацию и выплюнуло искренность. — Ты сошёл с ума? — Ни в коем случае. Так вся магическая сила была израсходована. Король демонов усмехнулся, похлопал по эполету на плече Деона, будто знал всё, затем отступил, снял ожерелье, которое носил всё это время, и выбросил. — Теперь, с этим, у меня не осталось магической силы. Возможно, он станет первым Королём демонов без магии. Чувствовал он себя от этого не так уж плохо. — Ты восстановился после ран, а я потерял магию. Как тебе? Разве этого недостаточно, чтобы уделить мне немного времени? — …Что за бред. — Хиен, подойди. Садовник, который, будто пришёл ухаживать за растениями, издалека увидел эту сцену и уже тихо разворачивался, остановился. Расстояние было довольно большим, но вокруг стояла такая тишина, что не услышать зов было невозможно. Инкуб с заплаканным лицом медленно подошёл к Королю демонов. Лицо, побледневшее от напряжения, вскоре исказилось потрясением, когда он оказался ближе. — В-ваше Величество Король демонов…! — Задам только один вопрос. Как ты думаешь, сколько магической энергии у меня осталось? — Она… кажется совершенно пустой… Что вообще произошло… — Хватит. Этого достаточно. Иди и позови Эда. — Д-да…! Хиен быстро исчез. Реакция Эда, которого затем позвали, мало отличалась от реакции Хиена. Тот же вопрос прозвучал перед ним, чьи зрачки тихо дрожали от шока. — Задам только один вопрос. Как ты думаешь, сколько магической энергии у меня осталось? — Это… Эд на мгновение взглянул на Деона, затем быстро опустил глаза и ответил: — Трудно оценить, потому что её слишком мало… но кажется, почти пусто. — Понятно. Иди. Эд исчез, и Король демонов повернулся к Деону, словно говоря: видел? — Ты всё ещё думаешь, что я несу бред? — … …Это точно была реакция человека, который не верит собственным глазам. Выражение было слишком живым, чтобы быть подделкой. Особенно учитывая, что Эд — нейтральный человек, не выбравший никого, у него не было причин лгать перед ними обоими. После короткого молчания Деон проверил положение луны, провёл рукой по месту, полностью исцелённому лечением Короля демонов, и сел в кресло. Король демонов, прочитав безмолвное требование по тому, как тот откинулся на спинку, скрестив руки и даже не коснувшись приготовленного чая, тихо усмехнулся. — Прежде всего… нужно спросить, в порядке ли ты. — Если я правильно помню, ты сам только что это вылечил. — Не об этом. У тебя ведь хроническая болезнь? Он криво склонил голову и пальцем указал на лоб. Лёгкая температура. Лицо Деона похолодело. — Разве это то, о чём тебе стоит беспокоиться? — Не то чтобы ты неправ, но… ты с самого начала говоришь коротко. — Потому что теперь всё кончено. В любом случае их отношения с самого начала были такими, где оба знали и притворялись, что не знают. Даже если сейчас он покажет обнажённое лицо, это не будет чем-то новым. Король демонов легко пожал плечами, словно соглашаясь, и сменил тему. Бессмысленная тема всплыла так, будто он хотел разрядить одностороннюю атмосферу. — Я слышал новости о победе. Вы правда атаковали три страны одновременно. С другими королевствами ещё ладно, но когда пришла новость о падении Империи, я почувствовал себя довольно странно. Всё же когда-то это была страна, которой эта сторона опасалась больше всего. Империя действительно появилась как комета и рухнула как метеор. В первом поколении она превзошла другие страны с длинной историей и стала государством, которого мир демонов опасался больше всего, но сразу же во втором поколении рухнула. «Первый император и правда был впечатляющим». Это был первый случай в истории, когда мир демонов настороженно относился к новому государству. И первый случай, когда они особенно опасались не осколков героев из давних королевств, а «официальных героев» Империи. Настолько способным императором был Эдоардо Дезерт. Даже собственная сила его была необычной, и вряд ли в одну эпоху снова увидишь такого человека. — Ну, всё это в прошлом. И всё же я хотел похвалить тебя за то, что ты обрушил Империю. Обычно, чтобы утратить часть влияния расцвета, нужно дожить хотя бы до третьего поколения, верно? Это можно понять уже по тому, что слова солдат Империи не изменились даже после смены первого императора вторым. Они велят растоптать всех? Велят показать цену за то, что кто-то «посмел» задеть их? Разве они не остаются бесконечно высокомерными, словно даже поражение их не волнует? Это видно и по тому, что в отличие от лозунгов других стран — «ради» страны, короля, собственной безопасности или чего-то дорогого — лозунг Империи призывает принести славу их стране. Высокомерный крик, возможный только с позиции хищника. Если присмотреться, Деон, который обрушил этих людей… — Меня это не интересует. Деон твёрдо оборвал разговор. Его не интересовала такая пустая болтовня. Похоже, Король демонов просто хотел вести последнюю беседу, даже не переходя к главному, но если уж слушать бесполезную информацию, лучше затронуть то, что нужно затронуть здесь, и решить вопросы или чувства. Поэтому на этот раз Деон первым поднял другую тему. — Ты наговорил нашим ребятам бесполезного. ---------- Последний герой и последний Король демонов (2) — Я? — Если бы не они, подувшие тебе в спину, они бы ни за что не ослушались моего приказа и не пришли сюда. Какими бы своевольными ни были бешеные псы, они умеют различать, когда приказ нужно выполнять, а когда его можно нарушить. Тогда он сказал достаточно, и без причины они не смогли бы ослушаться. А поскольку он знал, что на нём проклятие, и знал его подробности, было очевидно, кто виновник и кто им это рассказал. — Думаю, я и без вопросов понимаю причину, но… Король демонов усмехнулся, словно отвечая на уверенное бормотание. — Ну… если подумать, верно, да? Я потерял командиров корпусов, значит, справедливо, чтобы ты тоже потерял их эквивалент. …Ты знал с самого начала. Деон коротко вздохнул. Судя по времени прибытия бешеных псов, трюк Короля демонов был осуществлён сразу после того, как командиры корпусов отправились. Поэтому он и приводил «потерю командиров корпусов» как причину. Значит, с самого начала был уверен в их смерти. «Но…» Как ни крути, это всё ещё правда. Он говорит о «справедливости», а не о «мести»? — Это не игра. — Разве? Король демонов легко пожал плечами. Деон, уловив лёгкое отрицание в этом незначительном вопросе, нахмурился. По крайней мере ему самому казалось, что для Короля демонов всё это было очень интересной и весёлой игрой, и это было довольно неприятно. Невольно прозвучал недовольный голос. — Расчёт был неверным с самого начала. Командиры корпусов для них не важны. — Важны. — …Я плохо подобрал слова. Не поправляй меня. Они не «дороги». — Верно. Король демонов уже однажды говорил об этом. «Демоны» не являются одной расой. «Король демонов» обозначает отдельную расу и сравнивает «демонов» с испражнениями. Люди ведь не считают экскременты своими сородичами только потому, что они вышли из их живота. — Но между дорогим и важным не такая уж большая разница. — Нет, это совершенно разное. Дорогое имеет ценность, потому что дорого, а важное важно, потому что имеет ценность. Это ещё и разница между ущербом владельцу и просто ущербом. Ты не ломаешься душевно только потому, что потерял командира корпуса. Это можно было понять и так: Деон Харт сломается душевно, если потеряет рыцарей Лофти. Король демонов слегка склонил голову, удивившись слабости, которую не скрыли, а показали. — Можно раскрывать это вот так? — Всё равно последний раз. Что ты теперь сделаешь? — Но. Если всё так, как ты говоришь… Глаза с перевёрнутым зрачком слегка прищурились. — Разве тогда расчёт не становится ещё точнее? Ценность самих рыцарей Лофти ничтожна по сравнению с командирами корпусов, так что мы можем уравнять это только позаимствовав твою ценность. — Сама предпосылка неверна. Он думал, что тот должен хорошо разбираться в эмоциях, раз прожил так долго, но, похоже, со временем стал ещё более бесчувственным к ним. Раз даже эмоции учитываются, неизбежно, что он не поймёт. Деон постучал кончиками пальцев по столу, будто забивал гвоздь. — Я ясно сказал: если они умрут, я буду разрушен. Значит, поверх ценности рыцарей Лофти нужно положить всю мою ценность. — Даже если бы рыцари Лофти умерли к этому моменту, твои действия не изменились бы? Звяк. Король демонов поставил пустую чашку и взял чай, стоявший перед Деоном. Он поднёс нетронутую чашку к губам, будто демонстрируя это, и ярко улыбнулся в красные глаза. Ты говорил, что сама предпосылка неверна? Тогда я укажу: Деон Харт сам не учёл фон. — Живы рыцари Лофти или мертвы, ты всё равно оказался бы здесь. Разве нет? Вместо того чтобы смотреть только на ценность командира корпуса и рыцарей Лофти, нужно расширить взгляд. Нельзя бросить дело, о котором ты говорил, что из-за него душевно сломан, когда вершина уже совсем рядом. Если Деон ломался душевно не раз, вероятнее всего, он сломается после завершения цели — хотя бы потому, что ему будет обидно за время, которое он выдержал, преодолев множество испытаний. На пути, которым он шёл, ради него было принесено слишком много жертв, чтобы он мог сесть сейчас. Так что нет нужды класть на весы всю ценность Деона Харта. Король демонов был уверен, что его расчёты верны. Деон, пристально смотревший на него, медленно шевельнул губами. — Это всего лишь предположение, так что ничего определённого. Сейчас это бесполезная тема, поэтому оставим её. Он упомянул вопрос рыцарей Лофти только потому, что считал необходимым хотя бы раз коснуться его. Он не пытался судить о ценности, правоте или ошибке, поэтому было бы смешно втягиваться дальше и тратить время на бесполезный спор. Король демонов, похоже, ткнул в это место, думая, что гнев будет ему на пользу, но Деон не собирался делать то, чего тот хочет. Следуя намерению уйти от нынешней бессмысленной темы, поток мыслей повернул в другую сторону. — Меня больше интересует другое. Пока они говорили, у него возникло сомнение. Король демонов встретился с ним глазами, словно предлагая говорить. Цветы за его спиной напоминали о себе, но Деон, не обращая внимания на бессмысленно яркий фон, задал вопрос. — Всё же эти «важные» командиры корпусов напрасно идут к смерти. Почему ты просто смотрел? — Хм? Не думаю, что ты снова спрашиваешь то, что уже знаешь… — Я знаю, что демоны не являются твоей расой и ты не испытываешь к ним особой привязанности. Меня интересует не это, а ответ на вопрос: как ты внезапно отпустил всё, что делал как тот, кто отвечает за демонов? — … Ага. Об этом действительно стоило задуматься. Король демонов плавно поднял уголки губ. На фоне яркого цветочного поля на его лице появилась мягкая улыбка, похожая на лунный свет. — Я вид, который всё равно исчезнет, если я умру. Ответ, предполагающий собственную смерть. Деон без слов повёл глазами. Взгляд бесцельно сдвинулся и остановился на жёлтой форзиции. — …И зачем ты специально ждал здесь? Фон совсем не подходил. Судя по его отношению, он должен был знать, что Деон ищет его, так почему выбрал именно это место? Вместо немедленного ответа Король демонов вытянул руку, будто показывая вокруг. — Здесь не так холодно, хотя зима, верно? И для оранжереи не так жарко. — Температура здесь установлена примерно как в середине марта. По датам мира людей… это было бы около пятнадцатого марта. Но цветы довольно разнообразные и красивые, не так ли? Что ты хочешь сказать? Когда в красных глазах появилось смешение сомнения, настороженности и скуки, Король демонов повёл глазами и улыбнулся. — Если я умру в таком месте, разве это не будет похоже на смерть в мире людей? — Что? — Я беспокоюсь, что хотя ты человек, ты не сможешь умереть в мире людей. …Это тоже был ответ, предполагающий смерть «Деона Харта». Каким бы изорванным он ни был, в конце этого боя один обязательно выживет. Тогда почему Король демонов так уверен одновременно в смерти «Короля демонов» и смерти «Деона Харта»? Деон нахмурился, увидев, что Король демонов лишь улыбается, будто не собирается отвечать, и склонил голову набок скорее из вопроса, чем из недовольства. — Не знаю. Я не люблю закрытые пространства. Как бы красивы ни были цветы, они выглядели пропитанными кровью. Какое положительное чувство можно от этого получить? Даже сейчас он видел здесь только это. — Ах, пожалуй, так. — Проклятие сильно накопилось. Король демонов опустил взгляд с лица Деона. Его глаза остановились точно на шее, где собралась кровь. Даже не видя, он чувствовал это как владелец и источник магии. Скоро проклятие поглотит Деона Харта. — Нужно закончить всё быстро, пока оно не перекрыло тебе дыхание. Теперь время сражаться. Он неохотно двинулся и поднялся с места. — Ради героя, который принёс столько оружия, думаю, мне лучше встретить его оружием, подходящим ему… Что выбрать? Он взял маленький мешочек, лежавший рядом со стулом, и порылся в нём. — В конце концов, горячий финал будет лучше, верно? В его руке оказался свирепого вида двуручный меч. Деон спокойно посмотрел на него. Его не удивило, что большой меч появился из маленького мешочка. С тех пор как он впервые пришёл в Замок Короля демонов, он уже не раз с пользой применял зачарованный мешочек, так что удивляться теперь было бы странно. Просто в медленных движениях Короля демонов ощущалась странная заминка. — Мне любопытно, почему ты тратил время на бессмысленный разговор. Он открыл рот. — Конечно… — Думаю, дело не только в том, что это последний раз? — Глядя на тебя, кажется, ты колеблешься даже сейчас. Почему? Уголки губ поднялись в явной насмешке. — Ты что, теперь испугался? Король демонов не ответил. Выражение лица, на котором всегда была улыбка, исчезло. Полностью открытый глаз, наполненный нечитаемым светом, повернулся к Деону Харту, а затем опустился к двуручному мечу в его руке. После короткой тишины пространство наполнил медленный голос. — …Во-первых, потому что я впечатлён твоим ростом, но… не могу сказать, что ты совсем неправ. Да, я немного боюсь. — Что? Лицо Деона исказилось, будто он не понял. Хотя он сам сказал это, подразумевалась насмешка, а цель была — выяснить причину колебания. Но тот правда боится? Почему? — …Ты боишься умереть? Король демонов боится смерти? — Да, я боюсь умереть. Я боюсь, что убью Деона Харта. Боюсь, что если выиграю и убью героя по имени Деон Харт, мне снова придётся жить долгим, неопределённым временем. То, что он поставил всё, не было ложью. Король демонов сильнее кого-либо надеялся, что его история закончится здесь. Ради удобства это можно назвать надеждой, но это было желание настолько отчаянное, глубокое и тяжёлое, что слово «надежда» не могло вместить его полностью. Так что если он победит в этом бою… — Что. Деон на мгновение увидел на лице Короля демонов опасное выражение. В нём ясно светилось саморазрушение. Но когда Король демонов снова поднял голову, на его лице лежала улыбка — такая аккуратная и лживая, что прежнее выражение могло показаться иллюзией. — В любом случае, Деон, ты отлично справился. — Добраться сюда было непросто. Он поднял грубый двуручный меч так, будто держал веточку, и направил его на Деона. За этим последовал спокойный и добрый голос. В нём звучал лёгкий смех, словно он мог в любой миг улететь с ветерком. — Ты хорошо держался до сих пор, так что финал будет для тебя идеальным. Давай сразимся чистой силой, без магии. Ответа не было. Вместо этого Деон молча снял со спины копьё и направил его на него. На мгновение воздух осел, и напряжение потекло на фоне тишины. — Прежде чем начать. Король демонов повёл глазами, огляделся и сдвинул меч влево. — Разве это место не слишком неподходящее для боя? Острие меча двинулось вправо, словно проводя в воздухе прямую линию. Самый базовый горизонтальный разрез — движение простое и не настолько быстрое, чтобы обычный человек не успел проследить его глазами. В тот миг, когда красные глаза, следившие за движением меча и пытавшиеся понять намерение, вернулись к Королю демонов… — Дзынь!! Стекло, покрывавшее оранжерею, разлетелось сразу всё. Под тремя лунами, начавшими накладываться друг на друга, посыпались ровно разбитые осколки — среди них не было крупных кусков, и каждый отражал белый лунный свет. Красный и чёрный взгляды пересеклись среди сверкающего стеклянного дождя. Ни герой, ни Король демонов не пострадали бы от таких мелких осколков, поэтому никто не уклонился. — …Теперь похоже, что вокруг всё прибрано. Словно договорившись, они одновременно сделали шаг. Деон открыл рот, в голове прикидывая, сколько лет прожил Король демонов. Король демонов пробормотал про себя, вспоминая время собственной жизни. — Тебе… Мне. — Я расскажу о смерти. Научи меня смерти. ---------- Последний герой и последний Король демонов (3) Деон сорвал с плеч эполеты, ставшие бесполезными, и отбросил их прочь. Он больше не принадлежал ни Замку Короля демонов, ни чему-либо ещё. Если даже амулет оказался бесполезен, носить подобное не имело смысла. Герой сделал шаг вперёд. Осколки стекла хрустели под ногами, но он не останавливался. Когда расстояние между ними сократилось, Король демонов вдруг сменил выражение лица и улыбнулся. Это была деловая улыбка, совершенно не похожая на все прежние. Будто актёр на сцене, он заговорил нарочито торжественным тоном: — Искренне приветствую тебя здесь, герой. Я бы с радостью немедленно ответил на твой вызов, но прежде позволь задать один вопрос. Как твоё имя? Сколько всего уже произошло, а он спрашивает об имени. Деон, недоумённо глядевший на него, словно услышал нечто странное, вскоре вспомнил, что у Короля демонов больше нет магической силы, и ответил: — Деон Харт. — ...Да, Деон Харт. Услышав знакомое имя, Король демонов слегка смягчился. На его лице, начиная от мягко изогнувшихся глаз, расцвела улыбка, тёплая, как весенний солнечный свет. — Ты даже не представляешь, насколько ты особенный. — ... — Из всех героев, что приходили ко мне, ты единственный помнишь своё имя. Прежние герои были настолько поглощены целью убить Короля демонов, что забывали даже себя. А ты, одержимый желанием убить меня, всё же не забыл, кто ты. Поэтому я возлагаю на тебя большие надежды. Король демонов проглотил оставшиеся слова и тихо рассмеялся. Деон, некоторое время смотревший на его улыбку, негромко спросил: — ...А твоё имя? — Моё имя — Кабер. Ты думал, я забыл его, потому что меня всегда называли просто «дьяволом»? Это имя я придумал сам, чтобы отличаться от прежних Королей демонов и не стать лишь одним из одноразовых инструментов, которыми размахивает мир. Чтобы не забыть себя, Король демонов Кабер легко произнёс имя, которое столько раз повторял в темноте. Он продолжил с улыбкой, словно находя дерзкий вопрос забавным: — Твой повелитель, твой начальник и твой заклятый враг. Герой пригнулся. Мышцы напряглись, а Король демонов неспешно поправил хват на двуручном мече. Пока разговор тянулся, смех постепенно исчезал из его голоса. Наконец он тихо прошептал: — Тот, кому ты должен отомстить, — сильнейший Король демонов всех времён. Гро-о-охот! Копьё и двуручный меч столкнулись. * * * Осколки стекла на полу смело давлением ветра. Прекрасные цветы легли к земле или были вырваны с корнями, даже деревья накренились, обнажив корни. Зона ударной волны оказалась шире, чем ожидалось: Эд, хотя и стоял далеко, вынужден был поднять обе руки, прикрывая лицо, и удерживаться на месте. Затем он вздрогнул, широко распахнул глаза и резко дёрнул назад Хиена, стоявшего на три-четыре шага впереди. Шух! В то место, где только что был Хиен, вонзился деревянный столб. — Что ты здесь делаешь?! Этот проклятый инкуб едва не погиб прямо у него на глазах. От потрясения голос Эда сам собой повысился. Тот, кто едва не умер, оставался спокоен. Хиен мельком взглянул на Эда, затем снова повернул голову к герою и Королю демонов, сцепившимся в ожесточённом бою. — Такова традиция. Все демоны в Замке Короля демонов должны наблюдать битву героя и Короля демонов. Почти все демоны ушли на поле боя; битва началась без официального уведомления обитателей замка и тем более без каких-либо формальностей, так что зрителей среди демонов не было. Но традиция оставалась традицией. Кроме того... — Этот герой особенно необычен. За ним стоит наблюдать. Это была битва Деона Харта и Короля демонов — не кого-то другого. Хиен не мог точно сказать, за кого болеет. Не зная даже этого, он решил просто смотреть и принять любой исход. Вероятно, с Эдом было то же самое. — Разве не поэтому Эд тоже здесь? — Но только после того, как мы отошли на безопасное расстояние...! — Я просто не думал, что ударная волна дотянется так далеко. А ты чего ожидал, Эд? Эд не ответил. Держа Хиена за спину, он повернул голову и увидел подошедшего Бена. Инкуб внезапно возник перед лечащим врачом, который с тревогой наблюдал за столкновением героя и Короля демонов. — Ты ведь уже защищал этого парня? Посмотри, не ранен ли он, и займись им. — Что за чушь ты несёшь? Ты не знаешь, что я высококлассный специалист? — Раз уж спас кому-то жизнь, придётся нести ответственность. Когда-то Эд пытался убить Хиена, но Бен остановил его. Причина была в том, что Деон по-своему заботился об инкубе, но так или иначе спасителем оказался Бен. Значит, и отвечать ему. Эд сделал бесстыдное лицо. Бен, уже готовый взорваться от раздражения, остановился, перевёл взгляд с места битвы на Эда и обратно, а затем вздохнул. — Давай его сюда. Даже без лишних поводов тревоги хватало: его непосредственный начальник сражался с Королём демонов. Не стоило добавлять новые заботы. На этот раз лучше просто уступить. Бен покрутил перед собой Хиена, стоявшего с угрюмым лицом. — На первый взгляд ран нет... — Да... да. Нет. — Тогда пойдём туда и будем смотреть. Эд, не стой столбом и не попадись под что-нибудь. — ...Столбом? Кто сказал «столбом»? Эд ворчал, но двинулся туда, куда указал Бен. Бен бросил взгляд на Хиена, велел ему следовать, и тоже пошёл. Место, куда они пришли, оказалось подходящим холмом: отсюда можно было без помех наблюдать битву двух существ. Хиен, молча усевшийся и смотревший на схватку двух разумных созданий, тихо пробормотал: — Битва сильнейших в мире... — Это не так уж неверно. Почему-то фраза показалась странной. Эд на мгновение скривился, затем из-за слабого давления ветра застыл и посмотрел в сторону. Тем временем Деон Харт размахивал укороченным копьём, будто древко отсекли двуручным мечом. Нет, это было мгновение назад. Теперь у него был лук. ...Нет, кинжал. «...Оружие постоянно меняется». Стоило моргнуть — и оружие уже другое. Без всякого предварительного движения, едва приходишь в себя, герой держит в руках новую вещь. «Но Король демонов, который отражает и отвечает на это, тоже поразителен». Эд думал, сможет ли тот вообще соперничать без магической силы, но, похоже, эта мысль была бесполезной. Оглянувшись на прошлое, он вспомнил: в прошлый раз, когда Король демонов встречался с героем, он тоже вовсе не пользовался магией. Удивительно. Нельзя игнорировать время, прожитое им до сих пор. Было бы нелепо думать, что за все эти годы он не посвятил ни мгновения оружию. «Как демон Замка Короля демонов, я должен радоваться, но...» Он не мог. Эд смотрел на бой со сложным выражением — не счастливым и не печальным. * * * Положение было напряжённым. Деон Харт двигался без колебаний, потому что давно привык к крови, мешающей движению. Приёмы, выходящие за пределы возможностей тела, требовали примерно секунду восстановления после использования, поэтому он тщательно выбирал момент, но особо их не жалел. Он отступил, уклоняясь от взмаха двуручного меча, и ткнул в промежуток копьём, держа его за самый конец древка. Король демонов уклонился и быстро потянулся, чтобы перехватить оружие... но движение, которым он якобы собирался схватить копьё, оказалось ложным. Как только Король демонов изменил направление двуручного меча и рассёк древко, герой метнул часть без наконечника, словно копьё-дротик, и шагнул вперёд. Использовав мгновение, когда Король демонов отбивал древко, он подхватил наконечник, не дав ему упасть, и ударил снизу вверх. Король демонов повернул голову, уклоняясь от атаки. Герой без малейшего сожаления отпустил обрубленное копьё, уже успел отступить и натягивал стрелу на тетиву. — Ха. На фоне короткого смешка — то ли восхищённого, то ли радостного — в Короля демонов одновременно полетели три стрелы. Левой рукой он подхватил короткое копьё, которое отпустил герой, взмахнул им и сбил стрелы. Затем вытянул левую руку и отправил бесполезное оружие обратно в героя. Тело у него было обычного сложения, почти не отличимое от человеческого, но сила и скорость оказались поистине разрушительными, как и подобает Королю демонов. Фух! Почти в тот же миг, когда копьё сорвалось с руки, оно вонзилось в место, где стоял герой. Но героя там уже не было. Следом один за другим полетели четыре кинжала. «...Это и правда...» Лучшее. Кага-гак! Хотя это был всего лишь бросок, а не прямой удар, по тяжести двуручного меча, сбившего кинжалы, ощущался его вес. Король демонов, удерживая ноющее оружие, громко рассмеялся. «Копьё, которому я учил, и стрельба из лука, которой я учил». Человек, достигший вершины боевых искусств, в точности следовал тому, чему его учили, и использовал это, чтобы убить учителя. Этот факт был настолько смешон и радостен, что смех не прекращался. Сделав несколько шагов, Король демонов отложил двуручный меч, поднял лежащий на земле кинжал и метнул его под углом, даже не выпрямляя корпус. Герой, вместо того чтобы замедлиться, продолжал стремительно сокращать дистанцию; он достал из-за спины щит и рванул вперёд. «Щиту я тоже учил». Король демонов отступил, чтобы не попасть под острый край щита. При этом не забыл вернуть двуручный меч, вонзённый в землю. Меч обрушился на щит сверху справа вниз налево — чтобы ударить по нему или хотя бы опустить. Грохот! Чудовищная сила мгновенно выбила щит из нужного положения. Вместо того чтобы насильно поднимать отброшенный вниз щит, герой аккуратно отпустил его, выхватил с пояса длинный меч и рубанул. Хотя Король демонов отклонил верхнюю часть тела, чтобы увернуться, он немного опоздал: на его подбородке появилась отчётливая красная линия. «Это... похоже на странную смесь с фехтованием Джейкара». Не полностью Джейкар. В основе лежал совершенно иной стиль меча. Похоже, Деон оттачивал своё фехтование, спаррингуя с Джейкаром поверх уже имеющихся навыков. ...Впрочем, это неважно. «Хорошо не привязываться к оружию, но слишком легко бросать его тоже опасно». Разве он этому не учил? Король демонов схватил щит, который герой оставил, оттолкнул его меч и взмахнул двуручным. Противник, откидывая корпус назад, ушёл от удара, упёрся ногой в землю, пнул его в подбородок, чтобы сдержать, немного увеличил дистанцию и, прежде чем успел выровнять сбившуюся стойку после оборота, вложил силу в согнутую ногу и отскочил ещё дальше, словно пружина. Двуручный меч едва пронёсся по месту, где он был. Ещё более белые волосы героя дрогнули под белым лунным светом. — ... Срезанная лента для волос упала. Распущенные пряди из-за резких движений метались туда-сюда, закрывая обзор. До сих пор он смотрел, рассчитывал и отвечал на ситуацию, не моргая, но герой, на миг лишившись видимости, рефлекторно затормозил. Король демонов не мог упустить этот краткий миг. Он взмахнул оружием, преследуя героя, который отступил на шаг слишком поздно. Герой едва избежал первого удара, но его щёку рассекло. По крайней мере это он видел. Проблемой стал кинжал, который Король демонов во время атаки пнул и отправил в полёт. «Вот почему нельзя разбрасывать оружие по полу». Красные глаза широко раскрылись: Деон заметил кинжал, уже летящий прямо перед ним, слишком поздно. Остановить его было невозможно, и он резко повернул голову, чтобы уклониться, но... Чвак! Деон быстро прикрыл шею. Сначала казалось, что всё в порядке, но вскоре между пальцами просочилась кровь. — Чёрт. От шеи, мимо подбородка, до виска. Рана оказалась глубже, чем он думал. ---------- Последний герой и последний Король демонов (4) Рука, прижимавшая рану так, словно пыталась остановить кровь, раздражала. Обычный человек, оставь его в таком состоянии, умер бы от потери крови. Король демонов, которому приходилось изо всех сил сражаться с героем, без колебаний двинулся для следующей атаки и подумал: «Хорошо, что я израсходовал всю магическую силу до начала этой битвы». Раз противник — «герой», а он сам — «Король демонов», раны, нанесённые ему, неизбежно заживали медленнее. Но это было ничто по сравнению с ранами от магической атаки. Пусть сейчас медленно, но рана затягивалась прямо на глазах. Канг! Двуручный меч, обрушенный с яростной силой, был остановлен кинжалом. Герой, держа кинжал обратным хватом и давя им на меч, будто в состязании силы, взглянул на небо. Король демонов медленно приподнял бровь: жест был похож на проверку времени. — У тебя, похоже, срочная встреча? Благодаря тому, что он «сражался всерьёз» и «ранил героя», у него появилась возможность хотя бы разговаривать во время битвы. Он проследил за взглядом героя и тоже посмотрел на небо. В поле зрения попали три луны, почти наложившиеся друг на друга. Когда они совпадут полностью и станут казаться одной, наступит полночь. Иными словами, день скоро закончится. ...Потому его движения и становились всё нетерпеливее. — Теперь, когда я подумал, сегодня ведь тот день, когда тебя, совершенно сломанного, забрали в мир демонов. — ... Ответа не было, но догадаться было нетрудно. Король демонов, отказавшись от прежней борьбы, перехватил длинный меч, чуть повернул корпус, уклоняясь от оружия героя, и рубанул двуручным по диагонали. А вместе с неизменно сильной атакой продолжил голос, полный смешка: — Хочешь преподнести мою голову мёртвым до того, как закончится этот день? — Ага. Может, одной головы мне и не хватит. Грохот! Бах! Герой словно отказался от техники и начал давить силой. В отличие от прямолинейного противника, Король демонов действовал гибко: принимал то, что мог принять, и отпускал то, что нужно было отпустить. Его необузданный язык не переставал поддевать. — День вот-вот закончится. Тебе этого хватит? — ... Герой молча сузил глаза. Если так продолжится, времени уйдёт слишком много. Проклятие, Король демонов слишком силён даже без магии. «Тогда...» Красные глаза метнулись в сторону. Не прекращая атаки, он посмотрел на Короля демонов, будто что-то обдумывал, и снова бросил взгляд на небо. В его глазах мелькнул блеск — он словно собирался внести в эту затянувшуюся битву новую переменную. Герой слегка согнул ноги и резко отступил. — Хм? Движение было настолько быстрым, что Король демонов не успевал уследить. Его взгляд последовал за героем на полудара позже: даже герой оставил после себя остаточный образ, который не исчезал сразу. Но сперва нужно было убрать предмет, перекрывавший обзор. Свист! Кинжал полетел с силой и скоростью, несравнимыми с прежними. Даже для героя это был уровень, которого нелегко достичь. Блокировать было поздно; без полной готовности остановить его казалось невозможным, поэтому Король демонов решил уклониться. Он повернул голову — и вздрогнул. Ещё один кинжал оказался прямо перед носом, будто заранее знал, куда он двинется. Будь это всё, можно было бы откинуть голову назад и отделаться царапиной. Но ещё один кинжал летел в грудь. — Тц...! Король демонов согнул колени, наклонил голову и корпус. Одновременно, заранее вычислив скорость и положение, он взмахнул двуручным мечом и точно ударил по кинжалу, летевшему в грудь. Кинжал прошёл над лицом, раздался звон столкнувшихся клинков... Ка-а-анг! Чвак! — ...Ха? Он был уверен, что отбил его. Звук столкновения был слышен, вибрация передалась в двуручный меч. Если это означало, что он точно попал, тогда что вонзилось ему в плечо? Прежде чем Король демонов успел принять и понять происходящее, герой ворвался в образовавшуюся паузу. И снова это было похоже на перемещение в пространстве, будто он применил тот же безумный приём. Пусть лишь на мгновение, но это было взрывное движение, превосходящее даже мерки героя. Пфух! Герой мгновенно оказался на краю его зрения и ударил мечом, целясь в сердце. — ... Он почувствовал, как жизнь уходит из тела. Король демонов Кабер с недоверчивым выражением опустил взгляд на меч, пронзивший его грудь. — Всё кончено. «Битва героя и дьявола» закончилась. Доказательством было то, что ограничение, заставлявшее его изо всех сил убить героя с момента начала боя, исчезло. — И правда кончено. Так или иначе, один из двоих одержал победу, нанеся атаку, которая должна была оборвать дыхание другого. Одна из целей, данных миром, была достигнута — убил ли он противника или был убит сам. В завершённой битве у Короля демонов больше не осталось долга. «Всегда всё заканчивалось моей победой». Даже в таком состоянии он мог бы попытаться убить героя. Но сила, заставлявшая его двигаться, исчезла. Какая причина оставалась? Кабер не собирался позволять миру получить желаемое. Он не держал зла на Деона Харта — скорее был ему благодарен. ...Это и правда конец. — Ах-ха-ха. Лишь придя в себя и оглянувшись на атаку, которая принесла конец, он запоздало понял. — Ты бросил кинжалы один за другим. За одним кинжалом был спрятан второй. — Один с обычной скоростью, другой — с той странной техникой. Хотя «обычная» скорость была обычной только по меркам героя, Деон Харт легко бросил первый кинжал и позволил его сбить. Если бы тот представлял настоящую угрозу, Король демонов уклонился бы или хотя бы получил удар в жизненно важную точку. Показав, что «техника» уже была использована прямо перед этим, он заставил подумать, что снова применить её не сможет, и ослабил бдительность. Сразу после этого Деон использовал «тот» приём и метнул кинжал. Если бы время чуть-чуть не совпало, он догнал бы кинжал, брошенный раньше, столкнулся с ним, и план рухнул бы. Но расчёт оказался точным, а решение — смелым. — Это был приём, чтобы мгновенно увеличить дистанцию назад, а затем ворваться и атаковать? Мгновенное преодоление пределов тела. Не знал, что ты можешь использовать его подряд. — Я тоже не знал, что могу. Он уже применил технику один раз и вынужден был снова выжимать силу, прежде чем повреждённое тело успело восстановиться. Поэтому всё его тело всё ещё было в лохмотьях. Он даже руку толком поднять не мог — этим всё сказано. Если бы он мог поднять кинжал, нынешнего разговора не было бы. Король демонов, словно зная, что у него внутри, произнёс предельно лёгким тоном: — Тебе стоит благодарить судьбу за то, что ты герой. Телу пришлось бы очень тяжело. — ... Он признавал это. Руки были перенапряжены из-за броска кинжала с силой, превысившей предел, ноги — из-за чудовищно быстрого рывка. Он не просто использовал приём раз, а повторил его до полного восстановления. Лишь безумное восстановление героя позволяло ему сейчас двигаться; иначе он уже ползал бы по полу. Деон пошевелил восстановившимся телом и достал кинжал. Кабер, молча наблюдавший за ним, сел на пол и указал напротив. — Даже если ты этого не сделаешь, я всё равно умру. Уже сейчас чувствую, как жизнь покидает тело. Потому что он был «Королём демонов», скорость смерти лишь немного замедлилась. Но он точно умирал. Незнакомое чувство — когда силы уходят из тела. Это и есть смерть? — Так как насчёт поговорить, пока я не умру? Я расскажу тебе старую историю. Древнюю, забытую историю, которую теперь знаю только я. Кинжал поднялся, будто Деону это было безразлично. Кабер ухмыльнулся без малейшей спешки. Мягкий голос, похожий на шёпот змеи, заполнил тихое пространство. — Тебе не любопытно, как родились первый герой и первый Король демонов, и как началась их узда? — Узда? — Герои рождаются, чтобы убить Короля демонов, верно? Но ты когда-нибудь думал вот о чём? Почему Короли демонов продолжают рождаться? Кинжал, казалось готовый обрушиться в любую секунду, застыл в воздухе. Глаза Кабера изогнулись от смеха. — Король демонов, как и герой, рождается снова, даже если умирает. Можно сказать, что герои рождаются из-за дьявола. Но почему тогда продолжают рождаться Короли демонов? Разве это не странно? Как и герой, дьявол и «узда» рождаются снова и снова. Деон понял, что тот пытается сказать. Он тихо убрал кинжал и сел на некотором расстоянии. Кабер тихо рассмеялся, словно знал, что так и будет, поднял одно колено, опёрся локтем и подпер подбородок ладонью. Он вёл себя так, будто меч, торчащий из груди, его не касался. — Что ж, к этому моменту ты, возможно, уже кое-что понял: Король демонов рождается, чтобы убивать героев. В итоге герой рождается, чтобы убить дьявола, а дьявол — чтобы убить героя. — Зачем вообще? Не спросить он не мог. Как тот сам говорил, смысла в этом нет. Если всё должно было обернуться так, не стоило начинать с самого начала. Деон нахмурился от непонятных правил. Кабер, глядя в красные глаза, мягко заговорил, словно объяснял ребёнку: — Герой и Король демонов — ошибки мира. Так из его уст начала медленно течь история древнее любых старых книг. — Для начала... надо вернуться ко времени, когда мир только родился. — ... — Когда мир впервые возник и правил ещё не существовало, он начал устанавливать маятники, которые должны были стать центром равновесия: от самых основных законов к более подробным. Если выбрать несколько базовых правил, это были бы вроде «все предметы падают сверху вниз» или «всё живое обязано сохранять свой вид». — Рука мира, постепенно доходившая до деталей и создававшая правила, наконец коснулась живых существ — людей. В то время мир создавал всевозможные формы жизни и определял их средние стандарты. И вот здесь возникла проблема. — ... — «Каков должен быть размер человеческого таланта?» Это вид с невероятным разумом. Он должен был стать одной из ключевых рас, составляющих мир, поэтому малейший перекос нарушил бы равновесие. Миру пришлось принимать решение осторожно. — Как ты знаешь, правила и всё остальное редко устанавливаются сразу, верно? Ведь правила, законы и готовые вещи появляются через бесчисленные пробы и ошибки. — Чтобы найти подходящий уровень таланта, который не нарушит «равновесие», мир начал создавать людей разных стандартов. Конечно, среди множества вариантов были и те, кто превосходил всех во всём. — Это был герой. — Верно. Среди всех проб и ошибок мира человек стал самой большой ошибкой. Таков первый герой. Тогда мир ещё занимался балансом других рас, поэтому отложил вопрос на потом. Когда всё в какой-то мере устоялось, люди, не вписывавшиеся в стандарты, начали раздражать мир. Существо, выходящее слишком далеко за пределы уже установленной средней меры таланта и тем самым расшатывающее равновесие мира. Человек, чья продолжительность жизни превышала норму и который мог умереть неизвестно когда. — Тогда Король демонов... — Существо, поспешно созданное, чтобы убить такого героя. Нельзя было просто ждать, пока человек, одним существованием нарушавший равновесие, умрёт естественной смертью. Поэтому мир создал существо, которое должно было убить его. Создать новую расу на основе уже существующей значило породить переменные через размножение, поэтому он создал совершенно новый вид, не способный размножаться и предназначенный для одноразового использования. Так появился первый Король демонов. ---------- Последний герой и последний Король демонов (5) — Значит, Король демонов изначально родился, чтобы убить героя. — Да. Но даже тогда Король демонов не ступил в мир людей, чтобы собственноручно убить героя. В этом не было нужды, да и сделать он этого не мог. Мир, уже ставший чувствительным к «переменным» из-за героев, чрезмерно сдерживал семена новых отклонений. Вероятно, именно поэтому Король демонов был рождён в Бездне, а не в мире людей; и хотя мир открыл границу между миром людей и Бездной, он предпочёл привести героя к Королю демонов, а не отправить Короля демонов в мир людей. Поэтому даже теперь Король демонов не может войти в мир людей через границу. «Но нет нужды объяснять и это». Бесполезная болтовня. И всё же нельзя было оставить это загадочное лицо без ответа. Кабер ухмыльнулся и предложил другую причину. — Мир торжественно объявил о рождении Короля демонов, окрасив небо мира людей в чёрный цвет. И люди сами отправили своего героя. Великое рождение и зловещее знамение. Люди, не сомневавшиеся, что родился могущественный враг, не выдержали тревоги и подтолкнули в спину сильнейшего из своих соплеменников — героя. В итоге герой встал перед ним, чтобы убить Короля демонов по воле мира. — Благодаря этому Король демонов убил героя, как и задумал мир, а затем ему оставалось лишь сидеть в Бездне и ждать конца своей жизни. Граница закрылась, достигнув цели. Так Бездна и мир людей снова оказались разъединены, и больше не было риска, что переменные повлияют на мир людей — место, требовавшее наибольшей осторожности. Чтобы убить героя, было создано равное ему существо, поэтому срок жизни Короля демонов, сделанного по образцу героя, тоже был сопоставим с героическим. Но, в отличие от героя, Король демонов не мог размножаться. Шанса на появление новой переменной не оставалось. С точки зрения мира, всё должно было быть идеально. — ...Но сейчас граница всё ещё существует. — Появилась переменная. — Верно. И, похоже, весьма крупная. Одна жизнь, созданная в спешке, породила совершенно иной новый вид. Скорее было бы странно, если бы ошибок не случилось. Смешно для того, кто так настороженно относится к переменным. — Есть несколько мелких личных переменных Короля демонов вроде магической силы, не учтённой при рождении, так что я пропущу их и перейду к важному... Из-за того, что Король демонов был чрезмерно сосредоточен на цели убить героя, он стал бессмертным. — Что? — Точнее, условно бессмертным. Изначальная цель, кажется, состояла в том, чтобы Король демонов не умер до убийства героя. Но конечной цели было придано слишком много силы, и даже когда цель существования уже нельзя было выполнить убийством героя, смерть оказалась запрещена. Так возникла ситуация, в которой Король демонов вынужден бесконечно ждать появления следующего героя. Более того, из силы Короля демонов, тайно вытекавшей наружу, начали рождаться «демоны» и «монстры». Это стало результатом столкновения намерения «использовать одноразово» с главным правилом «всё живое обязано сохранять вид». Победило последнее, как правило более высокого порядка. К счастью, «обычные» демоны, рождённые из этих «ошибок», не смогли размножаться: намерение одноразовости применилось к ним запоздало. Но «ошибочные» монстры, рождённые из ошибок, как полная ошибка, полностью проигнорировали волю мира и получили возможность размножаться. — «Бессмертие» и «размножение» у расы, не входившей в расчёты. Даже на слух это должно вызывать у мира головную боль, не так ли? Новая раса начала укореняться вопреки замыслу. Демоны к тому же обладали «магической силой», позволяющей им использовать магию, — одной из ошибок Короля демонов. Поэтому мир, похоже, отчаянно пытался любым способом избавиться от этого. — Так мир снова родил существо, способное убить Короля демонов. Но раз нельзя создавать ещё одну переменную, он выбрал уже существующую расу, расу, у которой уже был прецедент, сопоставимый с Королём демонов... — Людей. — Да. Так герой родился снова. Создать что-то впервые трудно, но повторить уже легче. Вместо того чтобы пробовать новое, мир выбрал существующие данные и переработал их. Так он связал таланты первого героя в форму силы и передал их человеку, выбранному убить Короля демонов. Разумеется, не забыл привязать силу к жизни и наложить ограничения, чтобы она не наследовалась через размножение и не передавалась напрямую другому. — Кстати, при тех же условиях, что у первого героя, убить Короля демонов было бы трудно, поэтому начиная со второго героя, которому мир стал напрямую даровать силу, он сделал так, чтобы данная сила становилась сильнее «только при столкновении с Королём демонов». — ...Тот герой убил Короля демонов? — Убил. Убил его и занял его место как заноза в боку мира. Значит, дьявол снова родился, чтобы убить героя. Деон понял, как началась «узда»... но были и другие непонятные части. Он нахмурился. — Почему мир не отрегулировал срок жизни героев и Королей демонов? В первый раз он мог не знать, но перед вторым рождением мог исправить. Он ведь смог наложить ограничения и немного подправить выдачу силы героя. — Хм... Как объяснить проще? Кабер некоторое время постукивал по колену, словно собирая мысли, затем улыбнулся. — Если ограничения и мелкую корректировку сравнить с тем, как яблоко натирают до блеска и выгодно подсвечивают, то вмешательство в таланты вроде продолжительности жизни ближе к выведению нового сорта яблока — крупнее и с большим содержанием сахара. — А... — Для улучшения сорта нужно много проб и ошибок. Мир, и без того страдающий от последствий проб и ошибок, не выбрал бы этот путь, верно? Сколько переменных пришлось бы создать, чтобы сократить срок жизни? — Тогда почему бы ему не убить их самому? — Мир не может напрямую трогать живых существ, которые уже родились и существуют. Сравнение немного странное, но... легко занести микробы в тело, однако трудно выгнать их и полностью излечиться, не так ли? — Занятно. И всё же продолжать этот бессмысленный круг должно быть вредно для мира. Он просто смотрел, боясь, что новое вмешательство увеличит число переменных? Информация была интересной, а старая история — нереальной. Если бы дьявол не напомнил, что это настоящая история, Деон принял бы её за вымысел. Но. — Почему ты рассказываешь это сейчас? Пусть разговор начался как способ скоротать время до последнего вздоха, он не думал, что всё сказанное лишено смысла. Красные глаза подозрительно осмотрели Короля демонов. Хотя недоверие было отчётливо видно, Кабер лишь закрыл глаза и загадочно улыбнулся. — Я просто хочу сказать тебе, что определение «последний» в отношении героев и Королей демонов совершенно бесполезно. Так или иначе, новые поколения героев и Королей демонов появятся в соответствии с уздой. Деон нахмурился, будто не был уверен в ответе. Но вместо прямого объяснения он услышал другую, вроде бы не связанную с его вопросом историю. — ...Обычно у героев сильное желание жить. Это инстинкт героя — не умереть до встречи с Королём демонов. А после убийства Короля демонов в этом играет роль и чувство вознаграждения за перенесённые страдания. — ... — На самом деле я сказал «обычно», но все герои, существовавшие до сих пор, были такими. Они цеплялись за жизнь и никогда не сдавались. Перевёрнутые глаза встретились с красными. — А ты, Деон? Он не станет собирать последние остатки совести и говорить спасибо. Даже услышать благодарность от того, кого убил ради мести, было бы лишь раздражающе. Вместо этого он заговорил, не отводя взгляда. — Для Короля демонов победа всегда была очередным началом. Интересно, как у героя. — ... — Я ведь говорил, да? Для героев и Королей демонов определение «последний» бесполезно. Сказав это, Кабер слегка наклонил голову. Вместо того чтобы пытаться управлять ослабшим телом, он посмотрел в глаза Деону, который всё ещё хмурился, и едва заметно улыбнулся. — Поздравляю с убийством последнего Короля демонов, последний герой. — ... ...Давно у меня не было такого хорошего боя. Тело запоздало расслабилось, но было весело, а цель достигнута, так что сожалений нет. Дыхание замедлилось. Кабер опустил веки, ясно чувствуя, как смерть подбирается к телу. В мире, становившемся тихим, он смутно услышал голос: — Твою могилу украсят очень богато. Тебя ведь устроит тело твоего врага? Такой ответ подразумевал согласие с последней репликой Кабера. * * * Победа и поражение были решены. Король демонов проиграл. Когда длинный меч пронзил грудь Короля демонов, Бен удержал пошатнувшегося Эда, велел Хиену крепче держаться и сосредоточился на происходящем. Король демонов, сидевший на полу, указал на место напротив. Деон Харт легко проигнорировал жест и, казалось, уже поднял кинжал, но затем остановился, будто услышал что-то от Короля демонов. Он убрал кинжал и сел. Хотя слов слышно не было, похоже, между ними начался довольно долгий разговор. Затем, когда Бен уже наклонил голову, задаваясь вопросом, как долго это будет продолжаться, Король демонов перестал двигаться. ...Он мёртв. Это было понятно инстинктивно. Деон Харт поднялся, посмотрел на Короля демонов и снова достал кинжал. Трое демонов, затаив дыхание наблюдавшие, не собирается ли он тронуть тело, вздрогнули, увидев, что острое лезвие направлено внутрь, а не наружу. Деон Харт собирался умереть. — Э... э... чёрт! — Тише. — Ты...! Пусти! Деон, что ты делаешь?! Теперь роли поменялись. Эд удерживал Бена, который рвался вперёд, будто собирался сорваться в любой момент, велел Хиену держаться и впился взглядом в стаю ворон, начавшую собираться в пугающе огромном количестве. Это выглядело слишком странно, чтобы быть естественным явлением. — Подожди. Тут что-то не так. И, словно подтверждая его подозрения, из места, где собралась стая ворон, вышло существо. — Это... Зловещее чувство, слишком знакомое демонам, которые постоянно сражаются и убивают, заполнило пространство. Всё живое вокруг — и растения, и звери — затаило дыхание, словно боялось попасться ему на глаза. Когда это существо наконец встало перед Деоном Хартом, Эд отпустил Бена и бросился к Деону. — Господин Деон! Энергия, которую оно излучало, походила на саму «смерть». * * * [Поздравляю с убийством последнего Короля демонов, последний герой.] Король демонов знал, как он поступит после. Тот всегда вёл себя так, будто знает всё, и на деле действительно знал, так что ничего нового. Деон горько улыбнулся. — И правда всё кончено. Когда смерть Короля демонов подтвердилась, уровень крови поднялся. Деон посмотрел на сгусток, расползшийся по шее и под подбородком, и в итоге рассмеялся вслух. Он говорил себе, что это его вина, но, честно говоря, не мог не смеяться: кровь проявилась даже после смерти Короля демонов. Жидкость давила на горло и грудь, мешая дышать, но ему было всё равно. «Всё равно я собираюсь умереть». Он дал себе обещание, когда узнал правду и пробудился как герой. После убийства Короля демонов он убьёт себя. В конце этой долгой мести стоял сам Деон Харт. Возможно, именно поэтому мир, желавший разорвать эту бессмысленную узду, злился на его действия, но не мог удержать свои благословения. — Теперь... время последней мести? Как говорят: жить без сожалений и мстить без сожалений. Теперь пришло время умереть без сожалений. Даже если Круэль Харт не желал моей смерти, он тоже умер по собственному выбору. И раз он не пытается остановить меня напрямую, причины не делать этого нет. Три луны ещё не слились окончательно, значит, день ещё не прошёл. — Я так рад, что успел завершить месть до истечения срока. Правда ведь, брат? ---------- Идеальный финал (1) С того момента, как я узнал правду, не было ни единого мига, когда я не ненавидел себя. Я просто пытался прожить как можно дольше, уважая волю брата, пожертвовавшего собой ради моего спасения. Но Деон Харт был готов убить меня в любой момент. Годы, в течение которых смерть откладывалась под именем мести. Теперь, когда цель, ради которой он продлевал жизнь, была достигнута, Деон поднял голову и приставил кинжал к своей шее. На губах появилась мягкая улыбка. — Что ты делаешь, Деон? Казалось, откуда-то доносится крик, обращённый к нему, но, наверное, это просто показалось. Какой демон станет тревожиться и останавливать того, кто убил Короля демонов? И не только демоны. Идиот, убивший свою семью. Дурак, потерявший даже брата. Герой, отвернувшийся от человечества. Командир Нулевого корпуса, предавший мир демонов. Бедствие, перевернувшее всё вверх дном — и в мире людей, и в мире демонов... Все определения сводились к одному: его никто не ждал и не приветствовал. Поэтому его смерть принесёт всем радость. Возможно, устроят праздник. «Так что ни один глупец не станет печалиться из-за моей смерти». ...На краю зрения он заметил мечущегося Бена. Деон сделал вид, что не видит, отвёл взгляд — и теперь увидел тело дьявола. При виде сердца, пронзённого мечом, в глазах Деона мелькнула радость, и он просто закрыл глаза. Ему стало мерзко. «...Я никогда не смогу стать чьим-то спасением». Даже Дан, который сам подошёл к нему и выбрал следовать за ним, видел в Деоне Харте не спасение, а бедствие. Но знаете, как смотрел на него дьявол? — Ты не сказал «спасибо» вслух, но сказал всё глазами. Он смотрел на него как на спасение. Глаза были необычайно тёплыми и радостными, словно за простым счастьем видели что-то бесконечно дорогое и прекрасное. Возможно, потому что это был последний раз, благодарность в них была особенно ясной. — Трус до самого конца. Его раздражал Король демонов, не скрывавший такого взгляда, и он ненавидел себя за то, что «не понял», чего тот хотел больше всего. В конце концов, он был трусливым глупцом, который устал от жизни, ничего не довёл до конца и отказался даже от самой важной мести. «...И всё же хорошо, что я смог совершить последнюю месть». Он тихо усмехнулся и двинул рукой. Кинжал, по его воле, опустился, чтобы оборвать это дыхание. Некоторое время назад вокруг него необычайно густо собирались вороны, но он не обращал на них внимания. Эта жизнь всё равно вот-вот закончится. ...Так бы и случилось, если бы перед ним не встал незнакомец, вышедший из стаи ворон. — Господин Деон! Кар! Кар! Хлопанье крыльев! Сквозь крики ворон и шум крыльев смутно слышался голос Эда. Похоже, тот не только позвал его, но и бросился к нему, однако завеса из ворон не давала приблизиться. Деон замер из-за странного явления и тихо поднял глаза. По позвоночнику пробежал холод. Источник ужасной энергии, которую он чувствовал на поле боя, оказался совсем рядом. Существо, принявшее человеческий облик, но не являющееся человеком. Вид, который, даже ощущая его, невозможно представить существующим на этой земле. Деон, не сумев победить любопытство перед этим крайне странным ощущением, наклонил голову, даже забыв о кинжале, слегка врезавшемся в шею. — Кто ты? Кап. Кровь медленно потекла по шее. Мужчина, бросивший взгляд на неё, встретился с красными глазами. Деон на мгновение был подавлен, но тут же взгляд его ожесточился, а низкий голос ответил: — Что ж... думаю, ты уже примерно догадался. — ... — Существо, отнимающее дыхание у живых и останавливающее их движение. Посланник всех миров. Люди с благоговением называют меня «Смертью». — Что? — Я хотел поговорить с существом, которое воплотило меня, но ты позвал меня, поэтому я пришёл сразу после воплощения. Его палец указал на кинжал, всё ещё слегка вонзавшийся в горло Деона. Только тогда Деон опустил оружие. Внезапный поворот событий было трудно понять. — «Смерть»? Та самая? Судя по ощущаемой энергии, он ожидал чего-то связанного со смертью. Какого-нибудь жнеца или нечто подобное. Но никак не саму «Смерть». Разве смерть изначально не была бесформенным явлением? «А, точно». Он назвал его существом, заставившим его проявиться. Значит, прежде Смерть действительно была бесформенной. Даже на пороге смерти разум Деона быстро заработал и ухватился за беспокоящую часть слов. — Ты сказал, что это я заставил тебя проявиться. Думаю, нужно объяснение. — Ничего особенного. Всё из-за массовой резни, которую ты устроил. — Резни... — Да, резни. Если слишком много жизней гибнет за короткое время, смерть накапливается на земле и принимает форму вида, совершившего такую резню. Кровь текла повсюду. Континент был пропитан кровью. Мир стал настолько лёгким, что люди выкрикивали имена, на которые уже никто не ответит, и даже ставили собственные жизни на весы ради цели. Он говорил, что смерть, не в силах покинуть землю, просочилась в неё, сгущалась и в конце концов воплотилась. ...Неужели в тот миг он был подавлен потому, что перед ним стояла сама «смерть»? Деон нахмурился и потёр рану на шее, которая уже затянулась. — То, что я тебя позвал... — Связано с тем, что ты собирался сделать мгновение назад. Понять это было легко. Оборвать чью-то жизнь, в том числе собственную, стало чем-то вроде приглашения воплощённой смерти. В любом случае терять было нечего. «Смерть» не могла запретить ему лишить себя жизни. Можно было бы проигнорировать стоящего перед ним и сразу покончить с собой... Но Деон посмотрел на собеседника. — Ты сказал, что пришёл поговорить со мной? — Да. — Тогда ответишь, если я задам вопрос? — В особенности. — Тогда... Упускать редчайшую возможность поговорить со «Смертью» всё же было жалко. Деон, хотя ему разрешили спрашивать, немного помедлил, а затем наконец выразил вопрос, который не давал покоя с момента, когда он узнал правду. — Что происходит с людьми... после смерти? — ... Смерть на мгновение закрыла рот и посмотрела на Деона сверху вниз. Необъяснимые выражения и взгляды пересеклись. После короткой тишины ответ прозвучал с лёгким запозданием. — Помнишь самую известную народную песню на этом континенте? В такой момент могла внезапно упоминаться только одна песня. Даже нечеловеческий Король демонов знал её... — ...«Совет Смерти»? — Да. Настоящий совет, который я дал в другом месте, дошёл сюда и стал песней. — Значит... Лицо Деона стало странным. Смерть продолжила объяснение, будто выражение простого человека её не интересовало. — Большие и малые грехи, которые совершают люди, накапливаются как карма. После смерти, если их карма ниже среднего, им даруется свобода; если выше среднего — они перерождаются в жалкой жизни. — ...Реинкарнация — наказание? — Что для тебя болезненнее — жить или умереть? Он понял сразу. Деон, молча вертевший в пальцах окровавленный кинжал, вдруг вспомнил второй куплет песни и спросил: — Тогда что означает второй куплет? — «Если мне не остаётся ничего, кроме как осудить. Соверши грех больший, чем кто-либо. И в миг смерти твоя душа разрушится и исчезнет, чтобы ты навсегда избежал наказания за грехи». Это максимальное снисхождение, которое я могу дать. — Изначально карма грехов, совершённых при жизни, делится между телом и душой. Когда тело умирает, душа несёт её одна. Обычно основную тяжесть кармы несёт тело, поэтому в таком случае душа, не выдержав веса, начинает разрушаться. — ...Значит, в первом куплете говорится, что чем больше грех, тем быстрее идёт процесс перерождения. — Да. Обычно душа разрушается очень быстро, поэтому часто перерождается прежде, чем исчезнет полностью... Но в крайне редких случаях, если карма превышает среднее значение слишком сильно, душа ломается и исчезает одновременно со смертью. Старбе Иллюстер почти избежал наказания именно так. Старбе Иллюстер... Герцог? «Почему здесь всплывает герцог?» Лицо Деона исказилось от неожиданного имени. Конечно, герцог, вероятно, знал забытый второй куплет широко известной народной песни... Но при жизни он умер без сожалений, оставив после себя отвратительное чувство, а после смерти ещё и избежал бы наказания? Деон едва не разрыдался от злости, но разум удержался и нашёл в словах лазейку. — «Почти избежал» значит, что он не смог? — Он заключил контракт с Королём демонов, получил магическую силу и использовал магию — это было верно. Проблемой стало то, что способом было «проклятие». Герцог собрал остатки магической энергии и использовал их, чтобы проклясть Деона Харта. — Проклятия, направленные на других, неизбежно возвращаются к тебе. Магия — серьёзный грех, самовольно нарушающий правила, лежащие в основе мира. Обычно душа использовавшего магию существа ломается при смерти. Но в случае герцога Старбе Иллюстера сыграли роль две особенности: он был не демоном, а «человеком»-контрактором, и магия, названная «проклятием», была не совсем магией, лишь заимствовавшей её форму. — Отдача проклятия связала его разбитую душу и отправила в перерождение. Должно быть, жизнь у него будет довольно ужасной. — Вот и хорошо. Исчезновение слишком легко. Он даже представить не мог, насколько больно, когда душа ломается, но если она уничтожается мгновенно, быстрее, чем успевает переродиться, то исчезает раньше, чем боль будет осознана. Если бы он не знал этого, Деон не хотел бы слышать, что герцог избежал наказания таким образом. — Ладно. Я ясно понял, что цена греха — перерождение. Но... — «Свобода» даётся тем, у кого нет грехов? Если значение кармы ниже среднего, значит, человек прожил довольно хорошую жизнь. И награда за это — «свобода»... Смерть приподняла уголки губ, словно велела не смотреть на неё смешно. — Да, свобода. Можно наблюдать за миром живых из удобного пространства и спать до подходящего времени. Можно вмешиваться в мир живых, переродиться на хороших условиях или выбрать исчезновение, если всё наскучит и потеряет смысл. Для справки: исчезновение проще понять как глубокий сон, из которого никогда не просыпаются. Никакой боли там нет. — ...Подожди. Мне показалось, ты сказал, что можно вмешиваться в мир живых. — Да. Но чем больше вмешиваешься, тем больше накапливаешь кармы, так что нужно быть осторожным. — ... На ум пришли цветы, распустившиеся на могиле Круэля Харта. Сообщение, которое они передавали; белый свет, разбудивший его от кошмара; человек во сне, изо всех сил защищавший его от проклятия, накатившего, словно прилив. Очевидно, вмешательство в мир живых входило в область «свободы». Раз «свобода» — награда для проживших хорошо, значит... — Кстати, вмешиваться в мир живых могут и грешники, ожидающие перерождения. Обычно они не могут даже подумать об этом из-за боли, дробящей душу. — ... — По крайней мере ты совершил столько грехов, что будешь перерождаться снова и снова. Не говоря уж о вмешательстве в мир живых, ты переродишься сразу, даже не увидев посмертия. Ты будешь жить жизнью, полной боли, пока вся накопленная карма не сотрётся. — Я не спрашивал потому, что мне было любопытно. Ему было неинтересно, что стало с герцогом после смерти, и что случится с ним самим. С момента подтверждения смерти герцога Деон был к нему равнодушен, а что произойдёт после собственной смерти — не волновало. Просто. Его интересовало другое. — ...Ты сказал, что при вмешательстве в мир живых накапливается карма. Что будет, если из-за этого она превысит среднее значение? — Тогда придётся пройти процесс перерождения. С душой, уже начавшей ломаться, ты встанешь на раскалённую железную плиту, где грешники ждут очереди на перерождение. — Значит... тогда что с Круэлем? Деон спросил с бледным лицом. Вопрос, который он всё это время хотел задать, но боялся, наконец стал словами. Брат. Круэль в порядке? ---------- Идеальный финал (2) — Если речь о Круэле Харте, он тоже должен будет переродиться. — Нет... — При жизни он накопил много кармы, а после смерти продолжил копить её, вмешиваясь в мир живых. Обычно из-за боли он не смог бы позволить себе вмешиваться, но этот человек упорно наблюдал за младшим братом. Более того, он умело и расчётливо накапливал карму ровно до такой степени, чтобы младший брат не переродился прежде, чем проживёт жизнь до конца. Это был результат расчёта: чем больше накапливается кармы, тем сильнее тянутся нити. Если так посмотреть, ум у него был хороший. Но почему он использовал его, чтобы накапливать убытки для себя? Слабо дрожащий голос вырвал Смерть из мыслей. Её взгляд рефлекторно опустился — и встретил потерявшего краски Деона Харта. Смерть, на мгновение замершая, чтобы понять вопрос, истолковала его по-своему, а затем наклонила голову, словно искренне не понимала. — Уже по одному тому, что Круэль Харт вошёл в зал, где сидели только внёсшие значимый вклад в Восьмилетнюю войну, всё ясно. — ... — А герцог обычно приказывал ему кого-нибудь убивать. По мере того как Смерть говорила, лицо Деона становилось всё трагичнее — хотя казалось, хуже уже некуда. Смерть, словно вбивая клин в его отчаяние, смотрела на лицо, из которого ушла вся кровь, будто его самого только что пронзили. — Грехи, накопленные тем, кто вошёл в это место, не участвуя в войне, и грехи, накопленные под контролем герцога. Разве не естественно ожидать, что их масштаб окажется недостаточно мал, чтобы избежать посмертного стандарта грешника? А потом ещё вмешательство в мир живых... — Нет. Наконец вырвался сухой, отчаянный голос. Иначе и быть не могло. Это была не просто вина Круэля Харта. Почему он захотел стать официальным героем? Почему совершал преступления, оставаясь под властью герцога? Почему даже после смерти вмешивался в мир живых и накапливал карму? — Все эти грехи он совершил из-за меня... Разве всё это не из-за Деона Харта? Как всегда, и на этот раз виновник — я. В итоге его грех начался с меня. — Почему... почему мой брат должен быть наказан? — ... Круэль Харт должен наслаждаться спокойным посмертием. Даже при жизни он был несчастен из-за него, так разве имело смысл, чтобы и после смерти он страдал? Деон почти вцепился в край одеяния Смерти. Казалось, он совершенно забыл страх, который любое живое существо испытывало бы перед ней. Глаза, осмелившиеся встретиться со взглядом Смерти, были полны мольбы и дрожали, будто вот-вот разобьются. — Есть способ, чтобы я принял это вместо него? — ... — Он грешил из-за меня. Должен же быть способ. Да? Я заплачу что угодно. Пожалуйста. Отчаянный голос, казалось, постепенно истончался, но вдруг оборвался. Красные глаза, упорно смотревшие в глаза Смерти, внезапно опустились. Смерть, с тех пор как Деон схватил край её одежды, смотревшая на него странным взглядом, сузила глаза. Ответ прозвучал медленно. — ...Способ действительно есть. — ... — Изначально моя роль — лишь забирать жизнь, я не распоряжаюсь тем, что происходит после. Но... если есть тот, кто добровольно выходит вперёд и говорит, что заплатит за чужие грехи... Такой уровень обмана вполне возможен. — Ты можешь взять его карму на себя. — Тогда...! — Но. Я ещё не закончила. Она заставила умолкнуть глупца, который собирался принять решение немедленно, даже не подумав. — Это не просто действие, а сделка. Цена будет высокой. — Мне всё равно, что ты попросишь, если это у меня есть. — В таком случае... Даже услышав это, человек всё ещё будет готов заключить сделку? — Пожалуй, ты можешь отдать мне свои глаза. — Что? — Оба, разумеется. — Э... Деон сделал ошарашенное лицо. Это не было отказом или колебанием. Напротив. Как бы сказать — цена оказалась легче, чем он ожидал. — И всё? Потому что это было слишком мало. Тело всё равно скоро умрёт. Даже если он потеряет глаза здесь, большого значения это не будет. «Подозрительно выгодно». Если подумать о его грехах: когда к накопленной им карме добавится карма брата, есть вероятность, что душа сломается, и он избежит наказания. Впрочем, даже если нет, это тоже неважно. Больше волноваться не о чем. Деон улыбнулся и легко ответил: — Отдам. — Я говорю это особо, потому что ты — человек, воплотивший меня в этом мире. Смерть, молча глядевшая на него, открыла рот. — Советую тебе не забывать, что я только что упоминала твоё перерождение. — ... — Если подумать о грехах, совершённых тобой до сих пор, твоя душа должна была бы сломаться сразу после смерти. Знаешь, почему я рассказала тебе о твоём посмертии и перерождении? ...Он не знал всего остального, но теперь знал, что следующая жизнь у него будет. Он совершил беспрецедентное деяние, заставлявшее сомневаться, есть ли преступление хуже перерождения, и всё же — перерождение... Голова Деона слегка склонилась от сомнения. Объяснение Смерти продолжилось, словно отвечая на вопрос. — По сути, твой выбор можно назвать мудрым. Всё равно под весом кармы ты исчез бы сразу после смерти. Было бы незаметно, отдал ли ты глаза как цену сделки или взял на себя чужие грехи. — ... — Но это только при условии, что ты не проклинаешь самого себя. — О. Деон, поняв, к чему идёт речь, перестал смеяться. Герцог, проклявший чужую душу, был связан отдачей, хотя его душа уже сломалась, и переродился. А что с душой Деона Харта, который всеми силами проклинал сам себя? — Ни убийца, убивший сотню, ни герой, убивший тысячу, ни монарх, приказавший убить десять тысяч, не прокляты так сильно. Это последняя линия обороны души, которая инстинктивно пытается защитить себя. Но твоя душа не просто отказалась от защиты — она направила проклятие на себя. — ... Он вспомнил, что говорила старая шаманка при их новой встрече. Она велела перестать проклинать себя. Сказала, что он и так страдает от огромной кармы и множества больших и малых проклятий; что будет, если душа, которая должна защищать, снова нападёт на него? Если он хочет хоть немного замедлить течение крови, сначала ему нужно прекратить это. «Конечно, я не прекратил». Деон смотрел на Смерть спокойными глазами, будто слушал историю о ком-то другом. — Масштаб достаточен, чтобы опутать твою душу, которая должна была бы сломаться. Скорее всего, твоё проклятие свяжет её обломки и позволит тебе жить в следующей жизни. — ...И что ты хочешь сказать? — Сейчас эта сделка для тебя глупа. — Я уже сказал, что мне всё равно. Сколько раз нужно это повторить, чтобы поняли? Когда они поймут, что, что бы ни сказали, его решение не изменится? Деон Харт давно отказался от себя. Если бы не отказался, не проклинал бы себя. Смерть слегка нахмурилась от ответа без колебаний. — ...Ты знаешь, что означает сделка с частями тела у Смерти, если у тебя есть следующая жизнь? — Разве это не значит, что в следующей жизни мне тоже придётся жить без этой части тела? — Не только в «следующей жизни». Это значит, что неизвестно сколько будущих жизней ты проживёшь, не имея тела, отданного Смерти. Ты можешь родиться без него сразу; если повезёт — родишься с ним, но даже тогда неизбежно потеряешь, когда срок твоей жизни станет намного больше уже прожитого времени. Иными словами, потеряет он это сравнительно молодым. Жить оставшуюся долгую жизнь без такой части тела будет весьма болезненно. — Если ты перерождаешься, чтобы искупить карму, способную даже сломать душу, твоя жизнь будет худшей. Мир тоже не смотрит на тебя благосклонно, так что это будет ужасная жизнь. — ... Смерть, вероятно, пыталась дать ему как можно больше честной информации, чтобы подтолкнуть к осторожному выбору. Может, это была милость и внимание к человеку, который воплотил её. Возможно, поэтому Деон, получив время подумать, вдруг вспомнил слова, сказанные главам стран прямо перед финальной битвой с героями за уничтожение мира людей. [Вы просто тронули не того человека.] Да, они тронули не того человека. Не стоило изначально связываться с ним. Ему просто не повезло. В этом смысле Круэль Харт, связанный с Деоном Хартом с самого рождения, был по-настоящему невезучим. Поэтому. — ...Круэль пожертвовал жизнью, которую мог прожить дольше, ради такого, как я. Он умер, не дожив до тридцати. Даже жизнь, которую он успел прожить, не была нормальной из-за меня. А теперь я в положении, где готов потратить на брата жизнь, всё равно обречённую на смерть. — ... — Если считать только нынешнюю жизнь, баланс не сходится. Отдать свою жизнь и судьбу — и отдать жизнь и тело, которые всё равно умрут. В глазах любого это несправедливо. Деон ухмыльнулся молчавшей Смерти. — Было бы неплохо добавить немного веса на мою сторону, верно? — ...Ты точно пожалеешь. — Ничего нового. — ... Перед его непоколебимой улыбкой Смерть молчала. Слова, прозвучавшие после долгой тишины, означали согласие на сделку, но вместе с тем затрагивали немного другую тему. — Хорошо. Если такова твоя воля, я приму. Но перед этим хочу сказать одно. Честно говоря, она была удивлена. Может, это было чистое восхищение неизменной волей, а может — горечь перед тем, кто в итоге сделал глупый выбор. Но стоило признать: ни одна из сторон ни разу не дрогнула и не поколебалась. Смерть, решив уважить волю человека перед собой, позволила себе немного милосердия. ...Нет ничего мучительнее, чем жить, проклиная себя. — Как насчёт перестать проклинать себя и немного отдохнуть перед смертью? — Сейчас, возможно, единственный шанс отдохнуть хоть немного. Несмотря на её внимание, Деон не послушался. — А я всё думал, что ты собираешься сказать. Бесполезная забота. На губах появилась едва заметная насмешка. Красные глаза прямо посмотрели в глаза Смерти, а затем изогнулись дугой. Деон улыбнулся. Кажется, ты не понимаешь, насколько я презираю себя. — Скажу вслух. Я проклинаю себя. — Да. Поэтому... — Я желаю, чтобы путь, по которому я иду, был тернистым, и отчаянно молюсь, чтобы счастье не заметило меня даже после смерти. — ... — Будет понятнее, если я скажу, что проклинаю себя, отказавшись от всего времени, которое прожил, и от моей души, скоро обречённой рассыпаться? Каждый день меня давит ужасная реальность: жизнь, из которой невозможно вырваться к смерти, нельзя назвать жизнью. Каждый раз, когда двигалось горло, кровь под подбородком дрожала вместе с ним. Чьё это проклятие — герцога или моё? На самом деле герцогу тогда, наверное, и не нужно было проклинать меня. Даже без него я всё равно оказался бы в том же положении, что и сейчас. ...Как проклятый Деон Харт. ---------- Идеальный финал (3) — То есть... Человек, заставивший Смерть проявиться, очевидно, не мог быть нормальным, так что удивляться было нечему. Но этот человек, похоже, был безумен каким-то по-настоящему особенным образом. Смерть на мгновение моргнула от совершенно неожиданного ответа, затем её взгляд потемнел. — Перед лицом Смерти такими словами не разбрасываются. — Если бы я бросил это только потому, что послушал тебя, я бы уже давно бросил. Разве ты не с самого начала сказала это, зная, что я не остановлюсь? Конечно. Смерть кивнула. Она в какой-то степени ожидала подобного. Даже если бы он принял совет и остановился, ничего бы не изменилось, кроме того, что самому ему стало бы чуть легче: он был проклят слишком долго. Поэтому она и смогла сказать это. — По-своему это было милосердие и забота. — Мне это не нужно, так что забирай мои глаза. Давай скорее заключим сделку и покончим с этим. У него мелькнула догадка: возможно, именно об этом когда-то предупреждала шаманка, велевшая беречь глаза. Но теперь смешно было обращать на это внимание. Сосредоточенный на настоящем Деон поднял голову и распахнул глаза, словно предлагая взять их. Красные глаза, похожие то ли на кровь, то ли на драгоценные камни, поймали взгляд Смерти, но она не протянула руку. — Кстати, я не сказала тебе. Это не я должна их забрать. Ты должен сделать это сам. Движение остановилось. Широко раскрытые глаза моргнули с непонятным чувством. — Если страшно, можешь отказаться... — Нет, не в этом дело. Я просто вдруг подумал, что брат может вмешиваться в мир живых и в будущем. Раз уж сделка всё равно состоится, разве не лучше выжать из неё максимальную пользу? Деон ухмыльнулся, глядя на Смерть, лицо которой выглядело уставшим. — Я хочу, чтобы он передал мне не только нынешнюю карму, но и всю, которую накопит в будущем. Это возможно? Пусть он вмешивается в мир живых, когда захочет. Раз он за жизнь не сделал ничего правильного и только причинял вред, хотя бы это он должен сделать. Деон посмотрел на Смерть с гордым лицом. — Это ужасно. Смерть вдруг произнесла это с восхищением. И правда ужасно. Как бы ни хотелось отплатить за добро, как человек может делать такое ради другого? Разве люди не та раса, которая легко забывает полученное? Круэль Харт приносил жертвы, не получая ничего взамен. Даже после смерти заботился только о младшем брате. «Дело в окружении или крови?..» Или что-то было в самой сущности души? Смерть мысленно цокнула языком, думая о ядовитой привязанности братьев, но Деон Харт взглянул на небо и нетерпеливо спросил: — Так возможно или нет? Мне отдать что-то кроме глаз? — Если заслугу в разрыве узды между героем и дьяволом зачесть не как прощение грехов, а в счёт этого, возможно. Я исполню твоё желание. Круэль Харт не станет безрассудно вмешиваться в мир живых, не думая о карме, которая ляжет на младшего брата. В лучшем случае он вмешается только когда перерождённый брат окажется в опасности, так что проблемы нет. Есть вероятность, что он сам выберет перерождение, но для той стороны это будет потеря, а для этой — выгода. Да и в первую очередь невозможно, чтобы он отбросил свободу, которую младший брат дал ему такой ценой. Услышав положительный ответ, Деон ярко улыбнулся. — Спасибо. И затем поднял кинжал. — Нужно вырезать полностью? — Нет, достаточно пронзить. Главная цель этой цены не в том, чтобы «Смерть получила глаза партнёра сделки», а в том, чтобы «партнёр сделки лишился глаз». — Вот как? Хорошее лезвие отражало лунный свет и словно красовалось. Деон некоторое время смотрел на него, затем снова поднял взгляд на Смерть и шевельнул губами. — Но... Он несколько раз начинал и замолкал, не решаясь произнести вопрос, который медленно проявился после того, как вопрос о Круэле был решён. — ...Что стало с сэром Лиен? Если Круэль может переродиться, значит, остальные знакомые ему люди тоже наверняка переродятся, и вопросов нет. «Среднее» значение кармы, похоже, считалось с учётом эпохи, поэтому в это военное время его родители и люди графского рода Хартов, которые никого не убивали и тем более не учили убивать, должны были получить «свободу». Оставалась лишь одна неясная фигура — сэр Лиен. «Я не собирался спрашивать, но...» В любом случае, оплатить грехи брата — уже слишком много для него. Даже если она пошла путём перерождения, он ничего не сможет сделать. И всё же. Голос Смерти опустился ему на плечи, скованные непонятным напряжением. — Как думаешь, что после смерти получает честный рыцарь, который в одиночку, не герой, а обычный человек, пытается не дать катастрофе сбиться с пути? — Ха-ха... Вот как... — Слава богу. Теперь сожалений действительно не осталось. Сбросив с себя последний груз, Деон улыбнулся ярко и искренне. На его лице появилась ослепительно красивая улыбка. — Как и ожидалось, мне везёт. На этом всё закончилось. Деон без колебаний опустил кинжал. Под белым лунным светом брызнула красная кровь. Смерть некоторое время молча смотрела на него, а затем тихо, почти шёпотом, произнесла: — Это был удовлетворительный разговор. Как и ожидалось от воплощения смерти, он её не разочаровал. — Пожалуй, я тебя никогда не забуду. Если в будущем ты придёшь ко мне и попросишь о сделке, как сейчас, я, возможно, приму. — Правда? Тогда жди. Деон, будто не обращая внимания на боль, изменил положение кинжала и нацелил его снова, отвечая игриво, не стирая с лица светлой улыбки. — В следующий раз я попрошу «бессмертие». — ... — Лучше закончить всё одной жизнью, чем платить за грехи, перерождаясь снова и снова. Разве нет? — Может выйти не так, как ты хочешь. Но что ж... буду ждать с интересом. Как и ожидалось, его слова не разочаровали. Смерть низко рассмеялась. Деон тоже тихо усмехнулся, словно присоединяясь к смеху. Возможно, из-за неожиданного дара — сделки со Смертью — он почувствовал, будто тяжёлый груз наконец сняли с плеч. Некоторые сочли бы его безумцем, но это было неважно. Деон, увидев, как три луны слились в одну прямо перед тем, как мир погрузился во тьму, выглядел предельно довольным, когда ещё раз полоснул себя кинжалом. — Идеальный финал. В годовщину смерти брата он завершил месть и даровал ему полную свободу. Теперь тот сможет спокойно наслаждаться посмертием, не беспокоясь о принудительном перерождении в будущем, вмешательстве в мир живых или чём-либо ещё. Возможно, это немного эгоистично, но на душе стало хоть немного легче. Поэтому — идеальный финал. «На этот раз отдыхай спокойно, брат». Он воспользуется этим кратким мгновением дыхания, чтобы немного отдохнуть. В тускнеющем сознании он упрямо вонзил кинжал себе в сердце, а затем лёг на спину. На фоне тьмы он чувствовал, как силы стремительно уходят из тела, но Деон только улыбался. «Честно говоря, было тяжело». Это была трудная жизнь. Услышь это кто-нибудь, он мог бы упрекнуть: в этом мире так много людей, которым тяжело, так почему ты, грешник, ведёшь себя так, будто взвалил на себя все несчастья мира? Но боль и несчастье субъективны, поэтому он, эгоист, не мог сказать, что ему было не тяжело. «Но это была не худшая жизнь». И всё же причина, по которой он не называл её худшей, наверное, заключалась в том, что многие отдавали что-то ради него. Люди охотно жертвовали собой, становясь маленькими камнями-подставками, потому что считали его драгоценным, пока он пробирался через всё усиливающийся поток, чтобы перейти реку, которую не должен был переходить. Думая о тех, кто дал ему что-то, хотя знал, что скоро будет поглощён поднявшейся водой и смыт без следа, он не мог назвать свою жизнь худшей. «Я не сожалею». С этой же точки зрения он, наверное, не стал бы сожалеть. Даже думая о бесчисленных телах людей, лежавших вдоль пути, которым он шёл. Нет, на самом деле он не мог сожалеть — хотя бы ради самого себя. Император Эдоардо тоже, наверное, говорил, что ни о чём не жалеет именно так? Он искренне рассмеялся, думая о бессмысленных вещах. «Так что не ругай меня. Я сдержал обещание». Он не жил изо всех сил, но умер изо всех сил. Пусть он не смог двинуться к будущему, зато упорно смотрел назад, в прошлое. Он прошёл путь без сожалений и в конце сделал выбор без сожалений. Если честно, он считал, что такая смерть для него даже слишком хороша. Ему повезло. [Будь счастлив.] ...Да. Я был счастлив. Голос, что всё время кричал, как проклятие, в уголке головы, наконец перестал причинять боль. Это было одностороннее и ничем не обещанное обещание, данное почти случайно, но он был очень рад, что смог выполнить его. Теперь он сможет быть честнее с Лиринель. «...Смерть ушла?» Поток мыслей вернулся к реальности, и в голову пришёл бесполезный вопрос. Нет, он не знал, реальность ли это вообще. Может, он уже умер. Пока он блуждал по ту сторону сознания во тьме, до носа донёсся смутный цветочный аромат. Деон, поняв, что это «забота дьявола», слабо улыбнулся. Оранжерея была разбита, цветы, наполнявшие её, сметены, растоптаны и уничтожены в битве, но их запах всё ещё оставался. «Я не любил зиму». Благодаря тебе я умираю весной. — Эй. — ... — Деон Харт. — ... Сознание оборвалось. Ему показалось, что в последний раз он услышал голос Смерти, которая, как он думал, уже ушла, но больше никаких мыслей не возникло. Кажется, он всё же ответил, но... — Мир хочет, чтобы я передала тебе: «Человек, несущий невыносимую карму, карма ходит кругами. То, что ты совершил, однажды снова сомкнётся на твоей шее, и даже после смерти тебе не будет покоя». Что он ответил? * * * Душа рассмеялась. Пусть слова почти походили на проклятие, он лишь смеялся. Не раздавленный энергией Смерти, он несколько раз расхохотался и широко усмехнулся. Ответ вернулся с облегчённой улыбкой, будто тяжесть действительно сняли. «Да пошёл ты». — ... Смерть молча отпустила его душу. Наступила захватывающая дух тишина. В невероятно тихом пространстве она повернула голову и запоздало осмотрела окрестности. Лишь увидев разбросанные тут и там лепестки и цветы, растоптанные в кашу, но всё ещё испускавшие сильный аромат, она окончательно убедилась. — Должно быть, это и правда был идеальный финал. Зима отняла Круэля Харта и всех, кто был связан с Деоном Хартом; весна вернула целое тело Круэля Харта и передала его послание. Для Деона Харта не только ситуация, но и окружение, в котором он умер, окутанный запахом весны, должно было быть идеальным. — Впрочем. Завеса ворон, всё это время преграждавшая путь, расступилась. — Господин Деон! — Немедленно отойди оттуда! Бен и Эд бросились вперёд, словно только этого и ждали. Казалось, Эд в любой момент применит свою особую способность на максимальной силе, но, бросив взгляд на тела Короля демонов и героя, он стиснул зубы и ударил кулаком. Смерть уклонилась от атаки, мельком посмотрела на Бена, сидевшего перед телом Деона Харта, и тут же исчезла. Некоторое время Эд искал пропавшего взглядом, а затем быстро приблизился к павшему герою и Королю демонов. Небесно-голубые глаза растерянно метались между двумя телами, и вскоре из них закапал дождь. — Почему... почему... — ... — Я не хотел такого исхода... Смерть, наблюдавшая за этой сценой издалека, отвела взгляд. Теперь, когда связь между героем и дьяволом разорвана, многое изменится. Мир, когда-то предпринявший шаги, чтобы порвать оковы, теперь должен будет принять меры, чтобы прибраться после всего. Учитывая, сколько всего оставил после себя Деон Харт, перемены, которые последуют, можно назвать выходом из-под привычного порядка мира. Поэтому важнее проверить не их, а это. ...Как и ожидалось. «Уже началось». Почти все проходы, соединявшие мир людей и Бездну, медленно закрывались. Видны были и расы Бездны, переходившие границу и переселявшиеся в мир людей. «Феи, русалки, дворфы... Вампиров нет». После того как они так жаждали солнца, эти расы, похоже, переселялись в момент, когда мир людей занят собой, а сам мир — уборкой последствий; никто не успевает беспокоиться о чём-либо ещё. Что ж... у них нет опасных идей или целей, и это не настолько угрожающие виды, чтобы истребить людей. Так что большой проблемы нет. «Многое изменится». Люди снова повторят историю: начнут с нуля, нарастят силы, создадут страны, объединятся или разделятся, будут искать стабильность. Расы Бездны воспользуются хаосом, проникнут в мир людей и укоренятся там. Узда между героем и Королём демонов закончилась. И поскольку мир людей и Бездна — «один мир», большинство границ, облегчавших перемещение между двумя частями, закроются, хотя полного разрыва не будет. После этого развернётся совершенно иной мир. Смерть ухмыльнулась и пробормотала тем, кто выжил: — Поздравляю с началом новой эпохи. ---------- После всего (1) Мир демонов не стал занимать мир людей. Они прорвали все крепости, которые три великих государства мира людей держали как последние оплоты, но затем отступили, не оставив ни одного отряда. Человечество, затаившееся и приготовившееся к обороне в непонятной ситуации, медленно подняло головы, когда время шло, а ничего не происходило. Вскоре люди поняли причину. Внутренний конфликт. — Командиров корпусов перебили пачками, да? — Ага. Говорят, раны были такими, что от битвы с людьми они точно не могли появиться. — Даже у демонов бывают распри. Удивительно. Двое, сидевшие у дерева неподалёку от бара, болтали, прикладываясь к бутылкам. Их закуской стали мировые события, мир демонов и Деон Харт. Пока они увлечённо пережёвывали эту «закуску» и разговаривали, один, наклонивший бутылку, вдруг остановился и нахмурился. В тот же миг глаза сидевшего рядом повернулись к нему. — Уже допил? — Тц... Ага. — Я же говорил, пей умеренно. Надо прийти в себя, когда домой пойдём. — Трудно оставаться в себе в этом безумном мире. Хватит ворчать, я принесу ещё выпивки, жди. Если бы они пили в баре, не пришлось бы таскаться туда-сюда... Раздражённое бормотание было смешано с пьянством. Его друг с тоской покосился на бар. Тот, кто ещё не допил свою долю, глухо вздохнул и покачал головой. — Ничего не поделаешь, там всё забито людьми. — Вот именно! В этом и проблема — всё забито! Ни одного пустого бара! В какой-то момент бары стали переполнены. Дело было не в том, что именно этот бар чем-то выделялся. Все остальные тоже были полны. Поэтому им пришлось купить алкоголь и пить дома или поблизости на улице. Но и подходящего места снаружи не нашлось: все удобные точки уже заняли. Что ещё объяснять, если даже дерево, под которым они сейчас сидели, досталось после долгих усилий? Тот, кто поднял голос, явно пьяный, внезапно выкрикнул: — Почему все столько пьют? — Ну... наверное, по той же причине, что и ты. — Протрезвел, что ли? — Ага. Незадолго до этого он уверенно объяснял другу, советовавшему пить поменьше, почему ищет алкоголь. Утверждал, что оставаться трезвым в этом сумасшедшем мире — себе дороже. Людские сердца похожи, так что и те, кто заполняет бары, вероятно, пьют по той же причине. Вместе со вздохом вырвались едва остывшая злость и глубокая покорность. — Проклятая война... Не знаю, когда она закончится. Нет, вообще закончится ли при моей жизни. — Знаю. Многие устали от войн, следовавших одна за другой. Чтобы устать от войны, не обязательно лично участвовать в ней. Тревога за семью и друзей, ушедших сражаться, и страх не знать, когда последствия войны дотянутся сюда, тоже истощали. Оставаться настороже день-два ещё можно, но чем дольше длится такое время, тем сильнее люди выдыхаются. В такой ситуации на что ещё опереться, кроме алкоголя? — Всё из-за Деона Харта. Общая закуска для выпивки снова стала горячей темой. Он встал на сторону мира демонов и напал на мир людей, перевернув весь человеческий мир с ног на голову. А даже после того, как мир демонов отступил, мир так и не восстановился — началась новая война. Произнеся имя, бесконечно ненавистное человечеству, мужчина ужасно скривился, будто сказал что-то грязное. — Ему и ада мало. — Ну, этот парень тоже проблема, но... герцог ещё хуже. Если бы эта мразь не пожадничала с самого начала, ничего бы не случилось. Стоило упомянуть Деона Харта, как на поверхность всплыл и человек, тесно с ним связанный. Тот, кто превратился из редкого образца верности в редчайший кусок мусора. Старбе Иллюстер. Сказавший его имя тоже прополоскал рот алкоголем и скривился, будто во рту стало грязно. — Из-за этого ублюдка Деон Харт попал в мир демонов, и всё дошло до такого. — Да, герцог тоже мусор, но зачем ты защищаешь Деона Харта такими бесполезными предположениями? Всё, что он сделал после того, как ушёл в мир демонов, было выбором Деона Харта. Он не ребёнок, а взрослый человек. Должен был понимать, что творит неправильно, и остановиться. Почему ты его прикрываешь? — Я же не прикрываю. Я сказал, что он тоже проблема. — Ладно, ладно. Считай, они оба мусор. Безумные ублюдки, которых больше не должно быть в истории. Хе-хе. Мужчина, выплюнувший эти слова с раздражением, пошёл за алкоголем, шатаясь. Оставшийся встряхнул бутылку, оценивая, сколько осталось, и проследил за ним взглядом. В глазах отчётливо читались тревога и недоверие. «Как ни посмотри, он напился как следует...» Может, просто вырубить его и оттащить домой? Пьяная походка была неровной и опасно качалась. Казалось, он вот-вот врежется в кого-нибудь. Тук. Опасение сбылось. Человек, в которого он врезался, на мгновение пошатнулся, а книга без названия упала на землю. Мужчина, переведший взгляд на того, кого задел его глупый друг, рефлекторно поднял руку и прикрыл глаза. Вырвался глубокий вздох. «Да ещё и в старика...» Что делать, если с тем что-то случится? Старик, кажется, удержался на ногах... но всё же лучше не вмешиваться, чтобы не попасть в неприятности. Вспомнив старика по соседству, который сломал кость, просто упав на ягодицы, он отвёл взгляд в сторону. «Сделаю вид, что не знаю». Раз уж они друзья, стоит использовать дружбу максимально выгодно и притвориться, что он тут ни при чём. Глупый друг, поняв, что столкнулся со стариком, поспешно поднял книгу и протянул её, смущённый и немного протрезвевший. Запоздало посыпались отчаянные извинения. — Простите, старик. Вы нигде не ушиблись? — Нет. Всё в порядке. — Точно? Вы ведь из-за меня не умрёте, да?.. ...Судя по тому, что наружу вылезли внутренние мысли, которые не следовало произносить, пьянство ещё не полностью прошло. Ладно, в этот момент они были совершенно незнакомыми людьми. Мужчина отвернулся. Однако вопреки ожиданию старик, в котором чувствовались достоинство и культура, не рассердился на небрежное упоминание смерти. Вместо этого он мягко повёл серебристо-голубыми глазами и успокоил пьяницу. — Да, всё правда в порядке. Я не упал, и книга цела. Не волнуйтесь. * * * Оставив позади извиняющегося пьяного мужчину, Ремембер вышел из деревни и тихо пошёл по дороге, размышляя о голосах людей, ругавших Деона Харта и Старбе Иллюстера. Точнее, он отметил чувство дискомфорта в их словах. «...Ни одного ругательства в адрес Круэля Харта». Странно, что о Круэле Харте не было сказано ни слова. Да. Они проклинали страну, героев, не сумевших защитить Деона Харта, Старбе Иллюстера и их самих, но имя Круэля Харта ни разу не прозвучало в их устах. «Никто не знает, что именно Круэль Харт отправил Деона Харта в мир демонов». Когда-то Дан гордо объявил об этом перед экраном, показанным всему миру людей, так что не знать они не могли. Если человек не дурак, он должен понимать, что именно так родился герой, вставший на сторону мира демонов. Было немного странно, что никто не проклинал Круэля Харта, которого можно было считать ещё одним виновником: люди ведь ругают даже богов, когда хотят. «Но... да. В любом случае это хорошо». Однако Ремембер решил сделать вид, что не заметил, и похоронить это. Пусть он не знал столько, сколько сам Деон Харт или Круэль Харт, но в какой-то степени понимал его положение. Разве не жаль, если человека, прожившего такую несчастную жизнь, будут ругать даже после смерти? «Достаточно того, что жаль Деона Харта». Пока он размышлял, дорога закончилась, и впереди появилась знакомая гора. Для другого старика подъём, возможно, был бы тяжёлым, но Ремембер без труда начал подниматься. Пройдя по знакомой местности, он увидел две могилы, расположенные рядом. А ещё — демона с волосами, похожими на солнечный свет, стоявшего перед ними. — ... — ... Словно почувствовав присутствие, демон обернулся. Глаза, похожие на небо, встретились с серебристо-голубыми. — А... Знакомые взгляды пересеклись без тени удивления. Демон, привыкший строить только вертикальные отношения или отношения взаимного оскорбления, замялся, будто не знал, что сказать. Ремембер, проявляя внимание, спокойно поприветствовал его первым. — Здравствуй. Как ты? — Нормально. — Выдёргивал сорняки? — Да. У людей есть обычай после смерти создавать могилы. Эд, учитывая, что Деон Харт был человеком, устроил его могилу; но раз нельзя было позаботиться только о герое, он в другом месте сделал и могилу Короля демонов. Так, словно само собой, он стал хранителем могил последнего героя и последнего Короля демонов. Ремембер, часто заходивший сюда, не удивился, увидев, как демон снова ухаживает за могилой. — Привык к работе? — Это было нетрудно. Даже если бы задача была тяжёлой и мучительной, Эд никогда бы не пожаловался. Он стал хранителем могил по собственной воле, а не потому, что кто-то приказал. «Можно считать это искуплением того, кто не смог выбрать ни одну сторону». Сколько он плакал тогда? Причина, по которой он не смог встать ни на чью сторону, заключалась не в том, что он хотел потерять обоих, а в том, что не хотел потерять ни одного. Он правда... не представлял, что всё обернётся так. Эд горько улыбнулся, легко проводя рукой по аккуратно подстриженной траве на могиле. «Тогда я был настолько не в себе, что даже не подумал о могиле». Благодаря этому старцу всё удалось устроить без лишней путаницы. Он был поражён, когда Хиен внезапно появился с проводником и сказал, что есть подходящее место для могилы Деона Харта. В то время Бен, кажется, не мог осознать, что пациент, за которого он отвечал, мёртв; он держался за тело и говорил, что будет лечить, с видом человека, потерявшего рассудок. Если бы не старик, им понадобилось бы больше времени, чтобы прийти в себя и забрать тело. — Но. Глаза, осматривавшие могилу, переместились на Ремембера. — Что это за книга? — Доказательство того, что мы выполнили обещание мёртвому. Книга без названия, зажатая у него сбоку. Она не выглядела особенно интересной, и вместо того чтобы продолжать тему, Эд спросил в другом направлении: — Какому мёртвому? — На этот раз — Деону Харту. Могила Деона Харта была построена прямо рядом с могилой Круэля Харта. Ремембер указал на новую могилу перед Эдом и мягко улыбнулся, словно прося понять. — Не мог бы ты ненадолго оставить меня одного? — Хорошо. Эд послушно отошёл. Оставшись один, Ремембер тихо посмотрел на могилу Деона. После узкой полосы тишины голос, чуть ниже обычного, медленно потёк к тому, кого здесь не было. — Я сдержал обещание. Я надеялся, что смогу вручить её тебе лично, но в итоге приходится оставлять так. Он горько пробормотал и положил книгу перед надгробием. — Это книга в форме романа, содержащая записи прошлого. Разумеется, ты — главный герой. Кроме неё, до настоящего момента составлены и настоящие исторические хроники, и мы собираемся продолжать дополнять их в будущем, но... думаю, тебя это не заинтересует. Ремембер тихо рассмеялся. На лице появилась улыбка, мутная, как туман, будто она могла рассеяться в любой миг. Он сел перед могилой. — Вместо этого я расскажу тебе, что произошло после твоего ухода. Думаю, тебе это будет довольно интересно: изменилось очень многое. ---------- После всего (2) С чего бы начать? Времени всё равно достаточно, спешить не нужно. Ремембер примерно упорядочил мысли и начал говорить. — ...Прежде всего, границы закрылись. В какой-то момент границы одна за другой начали исчезать. Конечно, человечество подняло шум. Люди тревожились из-за непонятного явления и обсуждали его повсюду. Однако, поняв, что серьёзных потерь нет, кроме временного сбоя в поставках магических камней, они быстро вернули устойчивость. Даже неловко было вспоминать, какой подняли переполох. Более того, нашлись и те, кто обрадовался: со временем страх перед нападениями монстров уменьшался. — Закрылись не полностью... но почти все границы исчезли. Насколько мне известно, единственная оставшаяся граница — здесь. Он взглянул на совсем маленькую границу неподалёку. ...Когда строилась могила Круэля Харта, Деон Харт всё ещё переходил между миром людей и миром демонов. Тогда Ремембер устроил могилу рядом с границей, чтобы Круэль Харт мог наблюдать за ним, где бы тот ни находился. Это место сохранилось. «Она и тогда была небольшой». Теперь она стала настолько мала, что через неё едва мог пройти один человек. Крупный человек уже не пролез бы. Ремембер, знавший, что Эд переходит через эту границу, чтобы навещать могилу Короля демонов, с тревогой посмотрел на неё, не станет ли она ещё меньше, а затем снова перевёл взгляд на надгробие. — ...Разумеется, если поискать, наверняка найдутся и другие. Но я не собираюсь их искать. Исследовать то, что уже отжило своё, бессмысленно: только нервы портит, а коснуться этого всё равно невозможно. В такой ситуации уместна пословица «меньше знаешь — крепче спишь». Кроме того, разве он единственный, кто способен этим заняться? — Эсперанесы всё равно заметят и будут искать. Это уже не дело старика. Ремембер хорошо знал, насколько широка разведывательная сеть Эсперанеса, раскинутая по континенту. Раз он знал, они, вероятно, уже заметили. Они сами займутся остальным, и ему не о чем тревожиться. — Ах, кстати. Разведывательная организация Эсперанеса воспользовалась нынешним хаосом и взяла под контроль преступный мир. Они не просто работают с информацией, но и через неё должным образом сдерживают силы закоулков, пытающиеся расшириться. Так что в их способностях сомневаться не нужно. Они умели пользоваться оружием информации и за счёт результатов ещё сильнее оттачивали это оружие. К тому же Эсперанесу присущи нейтральность и невмешательство; они не будут стремиться к власти сверх минимума, нужного для поддержания баланса и самозащиты. Так что лучше них никто не подходит для поиска границ и мер по ним. — А ещё... В обратном порядке всплыли простолюдины, сумевшие выжить благодаря тому, что подполье оказалось намного стабильнее ожиданий, и люди, имевшие достаточно денег, чтобы искать алкоголь в деревне, через которую он проходил по дороге сюда. Мысль вернулась к началу и указала на «смуту», виновницу всего. Да, при словах «нынешние смутные времена» на ум приходило ещё кое-что. Ремембер тихо вздохнул. — «Иные расы» закрепились в мире людей. Совершенно чужие виды, прежде появлявшиеся только в книгах, внезапно заняли подходящие места на континенте. Кажется, это были феи, русалки и дворфы. К счастью, они расположились в лесах и местах, куда люди редко доходят... но всё равно это было неприятно. Если сравнить, это похоже на семейную ссору из-за раздела имущества, во время которой посторонний незаметно вмешался и забрал часть собственности. Хорошо ещё, что часть оказалась не слишком ценной. В войне за ничейную землю кусок был объявлен их территорией. — То, как естественно и быстро это произошло, выглядело так, будто они готовились заранее. Но люди не могли действовать опрометчиво. Силу этих рас ещё не успели оценить; кроме того, они уже ясно дали понять, что будут спокойны, если их не трогать первыми, и не станут жаждать большей территории. Занятые ими земли и так стояли в самом низу списка важности для людей, поэтому нападать на них, рискуя собственной мощью, было трудно. Нельзя было просто создать союз и атаковать лишь потому, что люди принадлежат к одному виду: разделение и конфликт между человеческими силами уже слишком углубились. — Будто... они именно этого момента и ждали. Даже появилась поговорка: «Лучше пусть землю займут иные расы, чем эти чужие щенки». Этим всё сказано. Разумеется, будь противниками демоны, вспыхнули бы крайнее отторжение и враждебность. Между различными человеческими силами возникли бы союзы. Но нынешние иные расы — настолько незнакомые, что люди их никогда не видели и тем более не сталкивались с ними, — не вызывали настоящей ненависти. — Стоит ли считать удачей, что вампиры не пришли? Ремембер чувствовал: в будущем на этой земле будут жить разные расы. ...Кроме вампиров. — Ах, ты, наверное, удивляешься, откуда я знаю о существовании вампиров. Он сказал это... но если душа действительно существует и не сразу покидает тело после смерти, Деон мог уже знать. — Я видел их лидера. Это случилось, когда они забирали тело Деона Харта. Лидер расы вампиров, казалось, просто пришла проверить тело: ни особых слов, ни действий. Но Ремембер впервые видел главу иной расы так близко и не мог не запомнить. * * * Когда Деон Харт вернулся, чтобы забрать голову Короля демонов, главы каждой расы, услышав новость о его возвращении, завершили чаепитие с Королём демонов и разошлись по местам, готовясь к переходу в мир людей. Те, кто перешёл на территорию дворфов, суетливо разглядывали карту мира людей и перепроверяли данные друг другу обещания. Тем временем лидер вампиров тихо повела глазами. «...Я ждала этой ситуации». Раньше она не понимала, зачем они пытаются спасти Деона Харта, рискуя потерять Чака и её саму. Теперь понимала. «Король демонов ясно назвал возвращение Деона Харта словами: “прибыл гость”». Обычно возвращающихся союзников не называют гостями. Иными словами, Деон Харт пришёл как враг, а Король демонов с радостью его принял. Не потому, что рад вновь убить героя; вероятно, он ожидал обратного. Да, если прожить так долго, желание умереть уже не кажется странным. «Определённо... для тех, кто ищет возможность переселиться в мир людей, это идеальное время». Если Деон Харт перевернёт мир людей и убьёт Короля демонов, препятствий к переходу в мир людей не останется. Для тех, кто способен заглядывать в будущее, это был естественный выбор. Она спокойно смотрела на остальных, пока те говорили. Король фей почувствовал её взгляд и обернулся. — Скоро почти все границы закроются. Переходить между миром людей и миром демонов станет трудно. Ты точно не идёшь? — Да, мы останемся. Я ведь говорила: наш вид не в лучших отношениях с солнцем. Бездна и мир людей не будут полностью разделены. Если однажды им надоест Бездна, можно будет уйти и подумать об этом тогда. Нет нужды насильно переселяться сейчас, когда желания нет. Получив твёрдый ответ, Король фей пожал плечами, будто больше спрашивать не будет, и вернулся на свою территорию. Глава племени русалок тоже ушла, завершив дела: ей нужно было лишь перепроверить уже существующие планы и обещания. Лидер вампиров некоторое время размышляла, игнорируя взгляд вождя дворфов, словно спрашивавший, собирается ли она идти. «Немного жаль возвращаться сразу... пожалуй, посмотрю на битву Короля демонов и героя». Их бой не позволял быть уверенным ни в чём — ни в процессе, ни в исходе, ни во времени, нужном до развязки. Возможно, он уже закончился, но редчайшая возможность проверить тело дьявола стоила визита. «Если они не дерутся в центральном саду, я не попадусь в битву, так что всё будет нормально». Если только они не сошли с ума, они не станут сражаться в оранжерее. Она вернулась в центральный сад Замка Короля демонов. И, прибыв, лидер вампиров обнаружила не одно, а два тела. Тела безумцев. Без сомнений, тела Короля демонов и героя. На мгновение по спине пробежал холод: приди она чуть раньше — могла бы попасть под бой этих двоих. — Вот оно как. Как лидер вампиров, видящая настоящее, она поняла ситуацию и тихо пробормотала. Старый человек спросил, кто она такая, а демон настороженно спросил, зачем она пришла, но она легко проигнорировала их. — Поэтому я просто сосредоточилась на переселении и ни о чём больше не беспокоилась. Если герой жив, то даже после перехода в мир людей остаётся тревожный фактор. Но, кажется, беспокоиться не о чем. Герою тоже было суждено умереть. Поскольку Король демонов не мог покончить с собой, по обстоятельствам выходило: герой, убивший Короля демонов, сам совершил самоубийство. Оставался вопрос, что случилось с глазами героя, но прежнее предположение, вероятно, верно. Причины она не знала, и это было немного жаль. «Если не считать того, что он был определён как кусок хаоса, которого нужно убить, мне нравилось, как он жил настоящим». Говорят, дьявола трудно забыть, потому что он дьявол, но впервые человек оставил настолько сильное впечатление. Поэтому конец того, кто отказался от настоящего, казался довольно печальным. Так или иначе, смерть хаоса подтверждена, и беспокоиться больше не о чем. Теперь, когда пришло время снова сосредоточиться на своей расе, она тихо посмотрела вниз на тело Деона Харта и бесшумно ушла. * * * — Вот так. Особых событий больше нет, так что и рассказывать особенно нечего. Вместо этого расскажу другую историю. Возможно, это тоже будет для тебя незнакомой информацией. Ремембер естественно сменил тему. — Появилась страна под названием Республика. Государство с совершенно иной политической системой, чем прежние королевства и империи. Страна заявила, что суверенитет принадлежит народу. Для простолюдинов и учёных это, должно быть, звучало очень сладко. Правда ли это на деле — другой вопрос. * * * Сколько времени прошло с тех пор, как революционная армия ушла в подполье? Временный лидер Ирам, готовивший разные вещи и заново изучавший мысли и учение первого лидера Даниэля и второго лидера Пола, понял: пришло время явить себя миру. Теперь не было ничего странного в том, что создаётся страна или образуется организация. Поэтому он смело вышел к миру и официально провозгласил основание государства под именем «Республика». Имя Ирама, естественно, стало широко известно. — Изначально так быть не должно... — Да? Что вы сказали? — ...Вообще моё имя не должно было стать известным. Точнее, имена всех, кто в будущем станет во главе этой республики, не должны быть известны. — Что вы имеете в виду... Ну, привыкшим к монархии людям это было понятно. Ирам щёлкнул ручкой и добавил объяснение. — Эта страна — республика. Государство, где суверенитет принадлежит народу. Думаешь, нормально, если народ такой страны знает имя правителя? — ... — Это означает, что дела идут нехорошо. Изначально говорили, что самое мирное время для страны — когда народ не интересуется королём. Особенно в этой «республике» сам факт, что люди знают имя лидера, означает: что-то пошло ужасно не так. — Особенно моё имя, как временного лидера, не должно остаться в истории... Она вздохнула. — Но ситуация такова, что ничего не поделаешь. — ... — Не принимай близко к сердцу. Я просто жалуюсь, потому что не вижу будущего. — А... Имя Ирама уже знали как имя основателя республики. Более того, чтобы защитить страну в эти трудные времена, им нужна была власть, способная объединять мнения. — Разумеется, это исключение должно длиться только до конца войны. Иначе нельзя: страна, которую они построили, может быть потеряна. Если он хочет стать безымянным лидером, нужно как следует воспитать преемственность. Подходящего преемника пока нет, но она молча укрепила волю, и её глаза заблестели. ---------- После всего (3) Не вдаваясь в подробности, Ремембер понял Республику, едва взглянув на неё. Республика проповедует свободу и равенство, говорит, что суверенитет принадлежит народу, но хранит противоречие: на деле власть удерживает лидер. Утверждая, что иначе нельзя — ради защиты страны и равного распределения всего между вами, — лидер ничем не отличался от королей других государств... нет, скорее держал в руках ещё большую власть. — Впрочем. Это не то, о чём ему стоило беспокоиться. Что думает и планирует глава той стороны — к нему отношения не имеет. Вместо продолжения объяснений о Республике Ремембер упомянул другую страну. — Республика не единственная страна, достойная внимания. Ведь рассказать ещё многое. — Империя рухнула, и на её месте появилось королевство Ардал. Как ты, наверное, догадался по названию, это королевство основал «тот самый» канцлер Ардал. На поверхности оно казалось отдельным от Империи государством, но если присмотреться внимательнее, было видно: это королевство продолжает Империю. Похоже, они скрыли это из-за обстоятельств. * * * Никто конкретно не начал этот слух, но в какой-то момент по миру стали распространяться разговоры, что Деон Харт умер. Услышав об этом, Линделл Райнер тихо подумал о младшей сестре. О честном рыцаре, большую часть взрослой жизни называвшемся «сэр Лиен». И вместе с тем он вспомнил Деона Харта: человека, который однажды пытался убить его, но в итоге не смог и спас. — Деон Харт мёртв... Он горько усмехнулся и замолчал. В тот раз тот будто увидел в нём Лиен: вонзил оружие в землю рядом с его шеей и произнёс её имя с лицом, на котором вот-вот должны были появиться слёзы. Тогда Линделлу было не до размышлений, но теперь он понял, насколько сильным было это впечатление. «...Это хорошая новость». Он должен радоваться. Но в итоге радоваться не получалось. Осознав сложность собственного состояния, Линделл горько улыбнулся. Когда трудноописуемая тишина затянулась, Ардал, писавший что-то на листе, медленно поднял голову и посмотрел на него. — У тебя сложные мысли на лице. Ты в порядке? — Всё нормально. Не могло быть нормально. Так или иначе, умер человек, убивший его сестру. Да, его чувства усложнялись из-за того, что искажённое лицо Деона тогда ясно показывало: тот по-своему заботился о младшей сестре и любил её. Но это одно, а другое — другое. ...Однако Линделл не хотел продолжать эту тему и сменил разговор. — Лучше скажи: ты правда собираешься унаследовать Империю? Не чище ли просто стать первым королём нового королевства? Канцлер... нет, король Ардал заявил, что сделает своё королевство государством, продолжающим Империю. Честно говоря, Линделл не понимал такого выбора. Если бы Империя была страной, поддерживаемой народом, одно дело. Но конец Империи — восстание. Народные настроения были на самом дне. Зачем делать то, что лишь принесёт потери? Однако Ардал спокойно ответил, переворачивая страницу документа, заполненную чёрными буквами. — Единственная просьба последнего императора, который добровольно попросил использовать его тело, состояла в том, чтобы оставить в истории хотя бы запись об Эдоардо Дезерте. — Ради такого не обязательно продолжать страну...! — По сравнению с собственной историей, история других стран ценится заметно меньше. — ... — Особенно сейчас, когда множество исторических хроник сгорит в пламени войны. Кто будет заботиться о записях истории чужой страны? Даже продолжая говорить, он не останавливал руку, заполнявшую чистую бумагу. На фоне молчания Линделла Ардал спокойно изложил свою позицию. — Поскольку королевство Ардал — страна, продолжающая Империю, мы позаботимся о том, чтобы записи о первом императоре, Эдоардо Дезерте, не были забыты и не исчезли. Хотя его об этом не просили, он оставит запись и об Эльпидиусе Дезерте, втором и последнем императоре Империи. Этого будет достаточно как назидательного примера: в записи ясно отразится путь человека, который мог стать святым, но пал до тирана и погиб. — Разумеется, я знаю, что если открыто объявлю о продолжении Империи, встречу сопротивление. Поэтому официально это не провозглашалось. — ... — Мы примем меры, чтобы об этом знали только ключевые фигуры — например, королевская семья. Больше возражений не последовало: похоже, Линделл согласился. Ардал просто листал документ, полный записей. Шорох — страница снова перевернулась. [В результате исследования выяснилось, что первая запись об Империи Ардал была написана самим первым королём Ардалом.] [Ниже приводится часть оригинальной записи.] [Ардал — страна, соединяющая «Империю» с «королевством». Поэтому эта запись начинается не с «Ардала», а с «Империи».] [Глава первая. — Эдоардо Дезерт —] [В самом конце был император, который один встретил бедствие.] * * * — ...А это, думаю, то, о чём тебе, вероятно, было любопытнее всего. На лице Ремембера расплылась нежная улыбка, словно он вспоминал знакомых людей. Голос, мягкий как весенний свет, продолжил: — Рыцари Лофти живут как отряд наёмников. Они даже действуют под именем «наёмники Лофти». * * * Когда в мире людей по-настоящему разгорелась война, ремесло наёмников тоже оживилось. Раньше, пока эта профессия не вышла на первый план, они брались в основном за лёгкие задания — поручения, охрану, уничтожение монстров. Теперь же главными стали крупные миссии, включая участие в битвах. В гильдию наёмников, всегда полную людей, каждый из которых искал свои заказы, кто-то вошёл. Скрип — старая дверь осторожно открылась. — Простите. Мягкий голос, совсем не похожий на голос опытного наёмника. У старых наёмников обычно грубые голоса, значит, это клиент. К тому же наёмник вряд ли сказал бы «простите». С появлением нового заказчика те, кто сидел в гильдии в поисках дорогих и удобных заявок, тут же повернулись к голосу. Как и ожидалось, они увидели болезненного старика, не имеющего, казалось, никакого отношения к битвам. Рядом к его ноге прижимался ребёнок лет трёх-четырёх. «Ребёнок?» Когда глаза всех окрасились любопытством, старик, оглядевшись, нерешительно открыл рот. — Я пришёл, потому что хотел попросить об одолжении... — Простите, господин, но это гильдия наёмников. Вместо «одолжения» здесь нужно оставить «заказ», поставив деньги... — Ах... Я отдам всё своё состояние, если вы выполните мою просьбу. — ... Всё состояние! Лицо старика было плохим, будто он умирал, но ребёнок рядом с ним выглядел здоровым, и оба были одеты чисто. Его осанка была странно изящной, словно он жил без недостатка. Если речь о всём состоянии, сумма могла оказаться немалой. Взгляды наёмников изменились. Некоторые даже оторвались от спинок стульев и сосредоточились на старике. Сотрудник, на мгновение растерявшийся, понял, что перед ним ценный клиент, вышел из-за стойки и подошёл с деловой улыбкой. — Если вы платите, это заказ. Что именно вы хотите поручить? Если вам трудно говорить об этом при всех, я провожу вас в комнату... — О нет. До этого не нужно. Единственное, о чём я хочу попросить... Затягивать не стоило: силы уходили с каждой минутой. Старик опустил взгляд на ребёнка, стоявшего у его ноги и державшегося за край одежды. В его глазах, смотревших в невинные детские глаза, были горечь и отчаяние. — Я хочу, чтобы вы вырастили этого ребёнка... до взрослого возраста. — Что? — Потом, когда ребёнок станет взрослым, можете отпустить его. Можете с самого начала растить как наёмника или использовать как работника. Я хочу доверить ребёнка этой «гильдии наёмников» до совершеннолетия. Если бы он был здоров, не пришлось бы просить о ребёнке. Но ничего не поделаешь. Старик, бывший дворцовый лекарь, чувствовал, что его срок подходит к концу. «Я старик и прожил достаточно, чтобы не сожалеть о смерти, но...» Ребёнок, который останется один, когда он умрёт. «Кто позаботится об этом бедном ребёнке?» Некому. Доверить его обычному человеку — всё равно что добавить бремя к и без того тяжёлой жизни, к тому же такой человек не защитит от огня войны, который может вспыхнуть в любой момент. Если думать о будущем мира, лучшим опекуном станет тот, кто достаточно силён, чтобы не погибнуть легко и защитить ребёнка. Единственное, что было у старика, — деньги, заработанные службой в императорском дворце. После долгих раздумий он нашёл гильдию наёмников. ...Но, похоже, и это не сработает. На лице сотрудника мелькнуло затруднение. Старик не упустил этого и тут же смирился. «Ну... растить ребёнка — не то, на что можно легко согласиться, просто подумав». Ребёнок всегда требует внимания и множества хлопот. Он просил не присмотреть за ним месяц-два, а вырастить до взрослого возраста, так что отказ был естественным. Зал наполнился смехом наёмников. — Старик совсем выжил из ума! Даже если оставить ребёнка негде, зачем идти в гильдию наёмников? — Эй, старик! Ты сказал — всё состояние. Сколько это? В зависимости от суммы я могу присмотреть за ним! — Что? Ты серьёзно? Ребёнок — обуза! Не сможешь свободно брать задания. — И что? Если сумма такая, что работать не придётся, это выгода! А если окажется не так уж хорошо, можно просто взять и бросить... — Де-дедушка... Ребёнок, встревоженный необычной атмосферой, внезапно расплакался. Пока старик поспешно пытался успокоить его, вокруг посыпались насмешки: ребёнок шумный, ребёнок мешает. И когда уровень слов, казалось, перешёл черту... — Магия молчания. — А? Кх! — Тишина. Внезапно появившийся мужчина ударил по кадыку того, чей голос был громче всех. Пока все оцепенели от нелепости происходящего, другие люди, похоже его товарищи, начали наказывать тех, кто бросал оскорбления. — Магия сна. Спи! — Физическая магия. Покаяние. Это был очень... своеобразный способ. Это же просто удар по затылку, от которого человек валится без сознания. И почему схватить за голову и впечатать лицом в стол считается покаянием? Они ещё и называют это физической магией. По залу быстро пробежали шёпоты, полные абсурдного чувства. Но всё стихло, когда закончившие «уборку» люди окинули помещение быстрым взглядом. Наступила тишина. — Кх! Что за сумасшедший ублюд... ик! — Сумасшедший здесь ты, сволочь. Тот, кто запоздало понял, кто ударил его по горлу, испуганно опустил глаза. Безжизненные глаза и злобно рычащий голос напрочь стёрли его браваду, будто её и не было. Хотя в гильдии наёмников случился огромный переполох, никто не вышел вперёд. Это было естественно. Потому что перед ними были безумцы. «Бешеный пёс...» «Это отряд Бешеного Пса...» Официальное название — «отряд наёмников Лофти». Они прославились тем, что переворачивали всё вверх дном и вгрызались хоть в деньги, хоть во что угодно. Навыки у них тоже были не просто так: те, кто нападал на них всем скопом, превращались в месиво. А если кто-то тайно заказывал их убийство, на следующий день они появлялись целыми и невредимыми. Более того, говорили, что затем исчезали сами заказчики, так что никто больше не подавал подобных заявок. — Хм! Теперь стало немного тише! Окинув довольно притихший зал взглядом, они подошли к старику, над которым ещё мгновение назад смеялись. Милан, глава отряда наёмников, остановился перед стариком, который держал плачущего ребёнка и настороженно смотрел на него. В зале слышался только громкий детский плач. — Старик, можно нам вырастить этого ребёнка? — Что это значит... — Я уверен, что смогу вырастить его в безопасности. Мы никогда не бросим его и будем растить с любовью, пока он не станет взрослым. — Точно! Лицо знакомое, так что даже захотим — не сможем бросить, верно? Во что можно верить, если ещё мгновение назад эти люди выглядели совершенно безумными? Старик не мог забыть странную и жестокую картину. Может, они тоже соблазнились словами «всё состояние»? Похлопывая ребёнка по спине, старик посмотрел осторожно, но остро. — Могу ли я спросить почему? Ответил заместитель командира Клетер, стоявший на полшага позади. — Мы потеряли дорогого сына. — Пустота слишком велика... хочется вырастить нового ребёнка. Потому что мы должны жить. — Нам нужна радость в жизни. ---------- После всего (4) Перед тем как командир Одиннадцатого корпуса отправила нас прочь, он сказал последнее: [Вы должны жить.] Эти слова, прошептанные тем, кто чувствовал, что больше никогда не увидится с ним, стали ласковым проклятием. Они вонзились кинжалом в сердца рыцарей Лофти и обвили их поводки. Капитан, наверное, даже не представлял, какой удар мы получим. Он был груб и непонятен, но в конце концов мы приняли это... Только как нам было залечить разбитые сердца? «Командир». Изначально рядом с Деоном Хартом остались те, кому было нечего терять. Это было собрание людей, сражавшихся насмерть и державшихся за последнее сожаление. «Деон Харт». Он был нашим последним сожалением. Молодой человек, едва ставший взрослым, попал в глаза тем, кто потерял волю к жизни: Восьмилетняя война закончилась, но возвращаться им было некуда. На поле боя он показывал строгую и жестокую сторону, но в то же время использовал все возможные средства, чтобы спасти не только себя, но и подчинённых. А вне боя вёл себя неуклюже, словно выставляя свой возраст напоказ, и поневоле заставлял протягивать к нему руки. Ребёнок, зацепившийся за взгляд. «Малыш». Поэтому они остались и охотно последовали за ним в мир демонов. Они прибежали туда лишь ради того, чтобы видеть его, — так что им было делать, когда он просто бросил проклятие и ушёл навсегда? — ...Если вы беспокоитесь, что они делают это ради денег, можете не отдавать их. Мы просто хотим вырастить этого ребёнка. Они не могли умереть. Капитан хотел и приказал им жить, значит, они должны были жить. Поэтому они собрались и подумали. [Когда наша жизнь была самой напряжённой?] [...Когда мы сражались не на жизнь, а на смерть.] [Тогда этим и займёмся.] Наёмники. Самая напряжённая работа и вместе с тем работа, где проще всего умереть. Есть ли занятие, лучше подходящее тем, кто хочет умереть, но обязан изо всех сил выживать? Рыцари Лофти стали наёмниками Лофти. Однако жить, лишь шлёпая по щекам ослабшего духом товарища, невозможно бесконечно. Все они были взрослыми, старыми и зрелыми людьми, которые могли справляться сами. Обнимая друг друга, они не могли получить друг от друга мотивацию прожить оставшееся время. Честно говоря, какую волю к жизни можно обрести, глядя на лицо старого, почерневшего от битв мужчины? Скорее думаешь: хотя бы без меня они справятся. Уже хорошо, если мы вместе не покончим с собой. Человек не может жить одним кнутом. Нужна была радость. — Мы не собираемся накладывать на этого ребёнка образ потерянного сына. С самого начала они совсем разные. Клетер кивком указал на ребёнка, которого Милан внезапно держал на руках свободно и осторожно. У ребёнка не было белых волос и красных глаз. Кожа не была бледной до прозрачности, взгляд не был острым, и он не был святым. — Я просто сказал то, что пришло на ум... Но если вас что-то ещё тревожит, говорите. Я выслушаю. — ... Старик, всю жизнь проживший при императорском дворце и встречавшийся лишь с ограниченным кругом людей, был несколько наивен и туповат в отношении жестокого мира. Но это не значило, что он не умел видеть людей. Напротив, во дворце люди обычно носили маски, поэтому способность видеть насквозь и распознавать ложь у него была натренирована. Благодаря проницательности, накопленной опытом и возрастом, старик понял: слова собеседника правдивы. В какой-то момент он оглянулся на наёмников, утешавших плачущего ребёнка. — Тише-тише! Если будешь столько плакать, заболеешь! Ты ведь хороший? Давай! — Если слишком много плакать, нас ведь отругают? Так что хватит плакать! Ку-ку! — Буа-а-а! — Ай! Мои уши! — Он ещё сильнее плачет из-за твоей мерзкой рожи! Убери лицо! Быстро! Это было смешно и неуклюже, но в их поведении чувствовалось: они стараются изо всех сил. Большинство детей не любят, когда с ними обращаются как с маленькими; если утешать их по-детски, они, скорее всего, только сильнее расстроятся и заплачут... но эти люди этого не знали. Глядя на их старания, старик медленно улыбнулся. — Как вас зовут? — ...Теперь, когда подумал, я ведь не представился. Я Клетер, заместитель командира наёмников Лофти. А тот, кто держит ребёнка, — Милан, главный управляющий. Название «Лофти» заставило его на мгновение замереть. — Вот как. Старик кивнул. Он решил. Так или иначе, в нынешней ситуации трудно найти более подходящих опекунов, чем эти люди. Поскольку сил оставалось мало, он тяжёлыми шагами подошёл к ребёнку. Мужчина по имени Милан опустился, встретился с ребёнком глазами и заговорил с безграничной нежностью: — Сынок, эти люди теперь будут заботиться о тебе. — ... — Я ведь уже говорил, да? Дедушка болен и должен отправиться в долгое путешествие один. Тебе будет слишком скучно и одиноко одному в это время, поэтому эти люди останутся с тобой. — Не хочу... — Милый... — Не хочу!! Детская интуиция оказалась острее ожиданий: хотя он не понимал полностью смысла смерти, он осознавал, что больше никогда не увидит дедушку. Ребёнок отчаянно вцепился в старика. Сквозь рыдания полились слова: — Почему я не могу пойти с тобой? Я тоже хочу... Возьми меня... — Малыш... — Не бросай меня...!! Шмыг. Возможно, с возрастом они стали чувствительнее: жалкие товарищи, наблюдавшие сбоку, вытирали слёзы. Что они делают? Нужно утешать и успокаивать ребёнка. Разве они не знают, что дети тревожатся, когда их опекуны плачут? Клетер, бросив на них жалкий взгляд, подошёл к ребёнку и медленно протянул руку. — ...Ты так вырос. Он хотел улыбнуться ярко, но вышла тусклая улыбка. И всё же этого хватило, чтобы привлечь внимание ребёнка. Малыш, нервно отстранявшийся от его прикосновения, поднял на него широко раскрытые глаза. — Ты... меня знаешь? — Конечно. Мы встретили тебя даже раньше дедушки. — Правда? — Правда. Кончики пальцев медленно приблизились и стёрли слёзы, намочившие щеки. Пока ребёнок моргал от неожиданно мягкого и ласкового жеста, наёмники Лофти вмешались, словно решили, что пора. — Ты нас не помнишь? Может, хоть что-то кажется знакомым? — Ум-м... — Жаль, что не помнишь, но ничего не поделаешь. Можешь звать нас дядями! — Дядями? — Да, дядями! Хочешь, дядя подбросит тебя повыше? Похоже, их отчаянные усилия на этот раз дали плоды. Не успели они оглянуться, как ребёнок уже взлетал вверх и смеялся. Голоса взрослых, будто они радовались сильнее ребёнка, громко звенели сквозь чистый и свежий детский смех. Они, казалось, совершенно забыли о людях в гильдии наёмников, которые всё ещё наблюдали, затаив дыхание. — Помните, как он громко плакал? Наш ребёнок прославится на весь мир! — Он будет умнее всех! — А может, и драться будет хорошо? — Этому можно научить! Можно сделать так, что кто угодно победит! — Почему бы сразу не вырастить короля наёмников? — О, точно. Кстати, у меня есть кубики и головоломки. Думаете, помогут развить мозг? Хорошо, что они оживлённо общались и ладили... Старик, который с тревогой косился на них, передавая Клетеру деньги и сообщая имя ребёнка и прочие важные сведения, сделал странное выражение лица, слыша каждое новое слово. Но. «...Хватит. Если я скажу здесь что-то ещё, это будет лишнее вмешательство». Правда ли, что они знали ребёнка раньше него? Теперь он уже не был опекуном, поэтому вместо разговора о нестабильной политике воспитания, явно просматривавшейся в их общении, сосредоточился на другом. — Я хотел бы спросить о том, что вы встретили ребёнка до меня. Это возможно? — ...А, это. Клетер почесал голову. — Это ложь. Я хотел успокоить ребёнка. — Понятно. В его поведении, когда он говорил это, явно не было лжи — вероятно, потому что он действительно произносил правду. Старик не стал допытываться и послушно кивнул. Будто собираясь покинуть комнату, он продолжил словами, завершавшими разговор: — Этот ребёнок никогда даже не болел по мелочам. Кожа у него тоже крепкая, не как у обычного ребёнка: он редко ранится, а если и ранится, быстро заживает. Я думаю, это может быть благословение родителей, которые покинули его раньше меня из-за неизбежных обстоятельств, так что хотя бы в этом он не доставит хлопот. Сам ребёнок тоже добрый. Поэтому... — Пожалуйста, позаботьтесь о нём. ...У него доброе сердце. Клетер, который, принимая деньги и сведения, откровенно поглядывал на товарищей, чтобы те не устроили какую-нибудь аварию, тихо усмехнулся. — Заранее прошу прощения. — Да? — Простите, но мы собираемся вырастить этого ребёнка очень дерзким. Он, вероятно, не станет тем идеальным хорошим ребёнком, о котором обычно думают люди. Видеть землетрясение в зрачках старика было немного совестно, но Клетер не собирался забирать слова обратно. Когда они решили растить ребёнка, они вовсе не собирались делать из него послушного и примерного малыша. На самом деле — наоборот. В этом все были согласны. — Этот ребёнок вырастет таким, что в любой момент поставит собственную жизнь на первое место. Если нужно быть бесстыдным — пусть будет бесстыдным. Если хочется винить себя — пусть винит других. Пусть выживет, даже если для этого придётся топтать чужие трупы. Все поклялись вырастить его именно так. — Ах... Глаза старика расширились. Клетер молча отвернул голову. В этот момент сбоку донеслись голоса товарищей. — Это была просто шутка. Тебе нужно расти нормально. — Было бы здорово, если ты станешь достаточно сильным, чтобы выжить, что бы ни бросила в тебя эта проклятая эпоха... Но если не хочешь — можешь быть обычным. Потому что мы защитим тебя. — Не волнуйся, наше отношение не изменится, даже когда ты станешь взрослым. Если чего-то не сможешь, от больших вещей вроде боя до мелочей вроде складывания одежды, мы сделаем за тебя... Мы просто хотим, чтобы ты вырос счастливым. Настолько счастливым, чтобы тебе даже не пришлось думать о таких плохих вещах, как лекарства. Искренность, выраженная шёпотом неизвестно кому, прозвучала пронзительно. Клетер тихо закрыл глаза: эти слова были болезненны для каждого, кто их слышал. — ... Старик, похоже, понял, как они потеряли своего «сына». В ситуации, где невозможно было не заметить, он сделал вид, что ничего не понял, и повернулся. Он уже собирался молча уйти, но, словно что-то вспомнив, остановился и оглянулся на Клетера. После колебания прозвучал вопрос. — Когда-то я работал в императорском дворце. Поэтому знаю имя «Лофти», но... — ... — Есть ли особая причина использовать его как есть, хотя это может быть опасно? — ...Потому что у нас не было выбора. Горькая улыбка вернулась. — Это единственный след, который у нас остался. Они лучше всех знали, что это опасно. За ними постоянно следит чей-то взгляд; не заметить это невозможно. Однако «Лофти» принадлежит Деону Харту. Это одна из немногих нитей, связывающих его с ними. — Не волнуйтесь. Мы защитим нашего ребёнка, даже если придётся умереть. Опасности не будет. «Лофти» не могли отказаться от этого имени. Глаза старика расширились, словно он что-то понял по его словам и отношению. — Неужели... Тот «сын», которого вы потеряли... — В любом случае идите. Иначе ребёнок заметит и снова вцепится. — ... Старик, молчавший после очевидного распоряжения проводить гостя, тихо посмотрел на ребёнка и послушно ушёл. Клетер, проводив его взглядом, подошёл к тем, кто поднял шум перед ребёнком. — Почему вы такие громкие? — Он даже бегать толком не умеет! Разве это не потрясающе? — Действительно потрясающе. Кажется, ещё вчера он учился ходить. — Но что нам теперь делать, раз у нас ребёнок? Опасные задания бездумно брать нельзя. — Хм... Тогда, наверное, сосредоточимся на простых поручениях? — Вот именно. Клетер поднял ребёнка на руки. — Деньги мы получили, так что о расходах на жизнь пока можно не волноваться. Давайте просто сосредоточимся на воспитании. — Некоторое время будет спокойно. — О, тогда как насчёт сходить туда? — Туда? ---------- После всего (5) — Почему, говорят, в Эсперанесе есть дерево, исполняющее желания? Думаю, было бы неплохо помолиться там о безопасности ребёнка. В какой-то момент начали расползаться слухи о дереве, которое исполняет желания. Конечно, велика вероятность, что это всего лишь суеверие, но разве родители отказываются от чего-то только потому, что знают, что это суеверие? Всё это — искренность и сердце. А раз горячая искренность порой творит чудеса, вреда от этого не будет. — К тому же Эсперанес — самое безопасное место среди всех областей мира людей, верно? Для воспитания ребёнка оно подойдёт идеально. — Ты... — Почему? Почему? Что я сделал не так? Вздрогнув от взгляда Клетера, уставившегося на него, боец медленно отступил на шаг. Клетер проводил его глазами и пробормотал так, будто был по-настоящему поражён: — У тебя вообще не было никаких мыслей? — Что ты несёшь, ублюдок?! Ты всё это время смотрел на меня именно так?! Боец взбесился, но никто не обратил на него внимания. Внимание остальных уже было приковано к Клетеру, который продолжил: — Сделаем, как он сказал. Он знал, что под «ребёнком» тот подразумевал не только младенца, который сейчас был с ними. И поскольку в его словах не было ошибки, причин не последовать им тоже не было. — Эсперанес и правда безопасен. Поэтому многие рискуют жизнью, пытаясь пересечь горный хребет. Ходят слухи, что даже если им удаётся перебраться, их больше не принимают, потому что людей и так уже слишком много... Это не проблема. Клетер ухмыльнулся и оглядел товарищей. — Мы ведь можем просто пробраться туда тайком, верно? — Да! — Выдвигаемся немедленно!! Незаконно проникнуть в страну — дело нехитрое. Наёмники Лофти двинулись в путь. *** Полубезумные рыцари Лофти задумались об этом вскоре после того, как их силой разлучили с Деоном Хартом. «Почему нас вообще смогли перенести?» Они изначально были людьми, которые ни о чём толком не заботились и часто теряли вещи, но когда командир Одиннадцатого корпуса переместила их силой, у каждого точно был амулет, подаренный Деоном Хартом. Как они могли обращаться с ним небрежно, если капитан заботился об их безопасности? У каждого, без сомнения, был такой. «Почему?» Они не могли понять. Разве это не амулет, блокирующий магию? Странно, ведь до того они сами видели, что магия на них не действует. «...Если подумать, когда капитан дал нам эти амулеты, он не говорил, что они блокируют магию». Когда они постепенно стали вспоминать прошлое, сомнения понемногу рассеялись. [Капитан, что это?] [Талисман, который делает условия боя между вами и демонами хоть немного похожими.] Это был другой тип талисмана. И правда, когда они сражались с демонами в мире демонов, казалось, что справляться с ними стало легче, чем раньше. А перед тем как приказать командиру Одиннадцатого корпуса переместить их, капитан велел снять эполеты... «...В эполетах был амулет». Амулет, который не позволял магии воздействовать на них, находился именно в эполетах. Смешно, но первой мыслью, когда они это поняли, было: «Какое облегчение». Это не значило, что он сказал им: «Распускаю отряд» или «На этом наши отношения закончены». Конечно, даже если бы он сказал это именно так, ничего бы не изменилось. — Это то самое дерево? — От него и правда веет чем-то странным. — Значит, теперь надо загадать желание... Но как это делать? Можно лечь? — Разве не надо сложить ладони? — Разве не надо склонить голову? — Заткнитесь. Важно сердце, так что делайте что хотите — ложитесь, кланяйтесь, как угодно. ...Малыш, тебе ничего делать не надо, просто ешь печенье и подожди. ...Они одновременно радовались и грустили от того, что он осознанно и неосознанно принял меры, чтобы обеспечить их безопасность. И потому наёмники Лофти, сумевшие пробраться в Эсперанес и вставшие перед деревом из слухов, помолились искренне. Если желание действительно исполнится... Благослови ребёнка, который жив и которому ещё предстоит жить. А постыдному ребёнку, ушедшему первым... даруй покой. *** — Думаю, ты можешь немного переживать. Рыцари Лофти. Наёмники Лофти. Название «Лофти» не особенно известно широкой публике, ведь обычно их называли Орденом демонов-убийц. Так что его использование ещё можно понять, но для нового старта это всё же не самое подходящее решение. Даже если простые люди не знают, некоторые властные лица наверняка в курсе. Но Ремембер спокойно сказал: — И всё же у власть имущих нет возможности связываться с ними, так что слишком беспокоиться не нужно. У них и без того слишком много забот, чтобы трогать тех, кто тихо живёт как отряд наёмников. К тому же есть кое-кто, кто тайно защищает меня из-за их спин. Этот старик ручается. Затем Ремембер на мгновение умолк. Возможно, потому что речь зашла о знакомых людях, он вспомнил ещё одного знакомого. Нехарактерно для себя, старик замялся, а потом осторожно заговорил: — Я спрашиваю просто из любопытства. Перед глазами всплыл ребёнок, который ловко пробрался в особняк, всё вынюхивал и старался научиться всему, чему только мог. Юноша, настолько проницательный и настолько естественно привязчивый, что его даже называли следующим дворецким. Ремембер задал вопрос, хотя знал, что в итоге ответа не будет. — Дана... ты встретил? Как он? Беспокойство было ещё сильнее оттого, что не осталось ни тела, ни могилы. Словно вспоминая лицо ребёнка, который был ему почти ещё одним внуком, Ремембер слегка сощурился, у глаз легли мелкие морщины, а затем на губах появилась горькая улыбка — будто она всегда там и была. — Не знаю, помнишь ли ты торговый дом Дана, который он создал. Ты знаешь, что означает это название? Возможно, ты воспринял его лишь как «логово», предназначенное поддерживать путь бедствия. Конечно, это тоже не ошибка. Более того, поначалу оно наверняка так и подразумевалось. Но. — Если смотреть на само слово, оно также означает уютное убежище, где можно спокойно отдохнуть. Ремембер, который долго наблюдал за Деоном Хартом и узнавал Дана, обучая его, понимал. Чем чаще Дан отправлялся в мир демонов и проводил время с Деоном Хартом, тем сильнее для него менялся смысл «торгового дома Дана». Как можно ещё сильнее толкать человека, который висит на краю обрыва и едва держится за жизнь? Было ясно видно, что он лишь пытается оставаться живым, пока не завершит незаконченное дело. Поэтому Дан, должно быть, дрогнул перед опасностью. — Если бы он уделил этому чуть больше внимания, можно было бы направить торговый дом в ту сторону, но, возможно, потому что ушёл, так и не научившись всему, он не смог. У меня много сожалений. Хорошо иметь движущую силу, поддерживающую действия Деона Харта, но больше всего в тот момент ему нужно было место, где он мог бы хоть ненадолго отдохнуть. Торговый дом Дана мог стать убежищем для Деона Харта, который не смог бы легко попасть в мир людей никаким способом, кроме вторжения. Но Дан умел использовать всё только в наступательном направлении и потому не представлял, как действовать иначе. — И всё же... я хотел, чтобы ты знал: он тоже что-то сделал для тебя. Хотя «безопасное убежище» создать не удалось, «путь к бегству» он всё же подготовил. Ремембер несколько раз попытался продолжить, затем сдался и опустил взгляд, вспоминая торговый дом, где он пытался многое изменить. — Среди того, что сделал торговый дом, есть вещи, предназначенные поддержать тебя, если ты захочешь всё бросить и сбежать. Он вёл себя так, будто никогда не потерпит подобного, но всё же готовился ко всему. Конечно, всё это рассыпалось, как песочный замок, по приказу Деона Харта, который использовал торговый дом как инструмент и выбросил его. Спокойный голос, в котором невозможно было прочитать эмоции, произнёс цель всей этой речи: — Так что, если встретишь его, надеюсь, ты не будешь слишком сильно его ругать. Пусть он был немного эгоистичным и ненавистным, в конце концов он отдал тебе своё сердце. — На этом всё. Ремембер поднялся. — Не знаю, когда вернусь. Зато скажу, куда направляюсь: я возвращаюсь в Эсперанес. Ходят слухи, что там есть дерево желаний, и я подумал, что было бы неплохо впервые за долгое время навестить родину и самому проверить. На самом деле, он думал, что молитва за упокой ушедших молодых людей принесёт ему облегчение. Ремембер слабо улыбнулся и тут же повернулся спиной. *** Тем временем Эд, покинувший это место, стоял неподвижно и встретил Хиена, пришедшего с цветами. Словно эта ситуация была уже не новой, Эд привычно оглядел собеседника и окрестности и слегка нахмурился. Его резкий голос продолжил: — ...А где Эйга? Он думал, что они были вместе. — Пошёл к могиле Короля демонов. — Ах... я ведь говорил, что не обязательно... — Могила Короля демонов находится в мире демонов. Ходить туда и обратно — работа, так что он, должно быть, хотел помочь. — Кей. Наверное, он хочет облегчить мою ношу. Эду вспомнился инкуб, который под именем «друга» пытался помогать самыми разными способами. Уже представляя, как тот улыбается озорно и машет руками, Эд покачал головой. — В любом случае... Его взгляд слегка опустился и остановился на маленьком букете цветов. — Когда делали могилу, ты принёс цветы. И сейчас снова принёс цветы. — О, на этот раз другие. Раз это не похороны, я подумал, что хризантемы приносить не обязательно. Честно говоря, тогда я почти умер... — Ну, ты и правда пришёл весь в ранах. Говорят, у людей есть обычай оставлять на похоронах белые хризантемы, и его поймали, когда он искал цветы в мире людей. К тому же тогда враждебность к демонам была на крайне высоком уровне, так что неудивительно, что люди изо всех сил пытались его убить. В действительности он вернулся почти мёртвым. — Говорю сейчас, но если бы тогда не Бен, ты бы точно умер. — Поэтому вместо того чтобы заходить глубоко в мир людей, я принёс другой цветок... — ...Обычно в таких случаях не разгуливают, а тихо прячутся... Нет, ладно. Сколько ни говори, только рот болит. Этот инкуб весьма упрям и слушать всё равно не станет. Собственно, ещё когда он был следующим командиром корпуса, он смотрел мне прямо в глаза и говорил то, что хотел сказать. Что тут ещё добавишь? «Как и ожидалось, этот парень тоже не в своём уме». Эд глубоко вздохнул. Он вспомнил день, когда они построили могилу Деона. Точнее — Хиена в тот день. ...Самым шокирующим было то, что даже в таком состоянии тот умудрился удержать цветы в руках без единого повреждения. Не только Бен, но даже Эд, который всегда язвил над ним, тогда потерял дар речи. Когда он вспоминал тот момент, сердце невольно смягчалось, и голос становился спокойнее. — Что это за цветок? — Он называется шиповник. — Вот как? — На языке цветов он означает... секунду. Похоже, он просто сорвал цветы, которые увидел... Даже без вопроса Хиен уже листал книгу, которую принёс с собой. Перебирая страницы энциклопедии растений мира людей, найденной на складе Оэль, бывшего командира Пятого корпуса, он заговорил с яркой улыбкой, будто нашёл нужное: — Одиночество и тоска по семье. Эм... можно ли дарить такое... — Думаю, здесь, кроме диких роз, смешаны и другие виды роз. — Ах, это цветок, который Деон любил при жизни. Тот же вид, что цвёл у могилы Круэля Харта. Эд помнил: на языке цветов он, кажется, означал «юность без сожалений». — Ладно. Неважно, что это, но сейчас у нас посетитель, так что подождём немного... — Я вышел. Эд уловил присутствие и оглянулся. Серебристо-голубые глаза встретились с его взглядом. — Закончили свои дела? — Да. Благодарю за внимание. — Это естественно, так что благодарить не нужно. — Рад, что вы так сказали. А следующий... о. Глаза Ремембера смягчились, когда он увидел Хиена. — Давно не виделись. ---------- После всего (6) — Понимаю. Давно не виделись. Хиен тоже мягко улыбнулся. — Тогда я был благодарен, что вы охотно проводили меня. — Не стоит. Разве он мог отказаться, когда тот сказал такое с самого начала? Хиен вспомнил свою первую встречу со стариком перед ним. Разговор со стариком с невероятной смелостью, который спокойно вошёл в Замок Короля демонов и непринуждённо говорил с демонами. *** Когда стая неизвестных ворон ударила по шатру, Хиен почувствовал смерть Деона Харта и ушёл. На самом деле в его действиях не было колебаний, потому что он хотел уйти с того самого момента, как Деон приставил клинок к его шее. У него не было ни уверенности, что он сможет остановить его смерть, ни уверенности, что сумеет смотреть на неё открытыми глазами. Эд и Бен, которые на мгновение наблюдали, не остановят ли его два высокопоставленных демона, были заблокированы стаей ворон. Их главной задачей было приблизиться к Деону Харту, поэтому, хотя они и знали, что Хиен тихо уходит, они его проигнорировали. И место, куда Хиен направился после побега из этого неуютного пространства, было не чем иным, как складом бывшего командира Пятого корпуса Оэль. «...Я почти ничего не знаю о человеческой культуре». Когда в прошлом он подарил Деону цветы, распустившиеся на «могиле», Эд отдельно сделал ему замечание. Только тогда Хиен узнал об этом. О смерти своих людей и о человеческой культуре обращения с телом. «Деон — человек». Значит, и его тело нужно отправить согласно человеческим обычаям. Оэль, отличавшаяся большим любопытством, всегда проявляла живой интерес к миру людей. Возможно, где-то на складе найдутся хотя бы какие-то материалы об этом. Искренне поблагодарив Дернивана за то, что тот полностью сохранил склад бывшего командира корпуса, Хиен торопливо принялся искать. Затем он заметил книгу, привлёкшую внимание, и протянул руку. — Это... ...Иллюстрированная книга с информацией о растениях мира людей. Надо взять её с собой. По совпадению рядом лежала книга, связанная с похоронной культурой мира людей. Хиен, зажав книгу о растениях под боком, поднял и её. В этот момент сзади раздался голос. — Это удивительно. Не думал, что найдётся демон, интересующийся такой областью. — ...! — Простите за грубость. Должно быть, я сильно вас напугал. Бесконечно вежливые голос и поведение. Это ведь Замок Короля демонов. Когда Хиен обернулся, он с удивлением увидел, что там стоит «человек». Хиен тихо сжал кулаки и открыл рот, словно ничего не произошло: — Кто вы...? — Этого старика зовут Ремембер. Я пришёл забрать тело дорогого мне человека. В его горько пробормотанном голосе чувствовалась слабая печаль. Он слишком привязан, чтобы притвориться, будто не знает. Поскольку тот не казался врагом, Хиен расслабил напряжённое тело, оставив лишь минимальную настороженность. — Если он дорог вам...? — Думаю, вы наверняка хорошо его знаете. Разве не поэтому вы нашли здесь такую книгу? — ...Ох, неужели. Деон Харт. — Для его могилы есть подходящее место. — ... — Не могли бы вы проводить меня туда, где находится тело? *** Благодаря ему они смогли построить могилу Деона. Хиен ярко улыбнулся. — Скорее это мы должны благодарить. Благодаря вам мы смогли построить могилу в самом подходящем для Деона месте. — Спасибо, что говорите так. Ремембер мягко улыбнулся искренним словам. На мгновение его взгляд скользнул куда-то в сторону. — Кто-то ещё идёт... Все увидели Бена, который шёл издалека, заметил Ремембера и остановился. Им тоже нужно будет поговорить наедине, поэтому на этот раз стоит уступить место. Ремембер, замедлившись лишь на мгновение, шагнул назад. — Если этот старик останется, он будет только мешать, так что я пойду. Он прошёл мимо Бена, легко поприветствовав его, и спустился с горы. Эд, наблюдавший, как его спина мгновенно исчезает из виду, перевёл взгляд на Бена. — Итак, как там эти безумные... ребята из Лофти? Основной работой Бена стало присматривать за рыцарями Лофти. Каждый раз, когда он уходил, он отправлялся проверять их, и, вероятно, в этот раз было так же. Как и ожидалось, ответ прозвучал спокойно: — Не могу быть уверен, потому что наблюдал только издали, но они выглядели здоровыми. Теперь они растят ребёнка. — Слава богу. Но почему... ты собираешь вещи? — Они сказали, что идут в Эсперанес. Не знаю, смогу ли догнать их, но сначала нужно хотя бы попробовать. Бен бормотал это, записывая на листе бумаги, что нужно подготовить для пересечения горного хребта. Эсперанес — место с особенно строгой охраной из-за своего рельефа, поэтому что бы он ни попытался сделать, для демона это будет трудно и хлопотно. Он прекрасно это знал, но отступать не собирался. Они были неизбежным исключением для Деона, который старался ничего не дорожить и ни к чему не привязывать сожалений. Как некомпетентный врач, потерявший подопечного пациента, он должен был позаботиться о «Лофти». — Похоже, довольно долго мы не увидимся. — Конечно. Но как бы трудно это ни было и как бы долго они ни не виделись, Эд не станет его останавливать. Заботиться о Лофти, словно хранитель могилы, — единственное искупление, которое Бен может предложить. Как только он услышал новости о наёмниках «Лофти», он отправился их искать. А после лечащий врач, который периодически покидал это место, молча готовился к уходу, имея в виду наблюдение со стороны. — Не только из-за того, что они используют имя «Лофти». Они слишком хорошо наживают врагов, и если оставить их без присмотра, мне будет тревожно. Ничего не поделаешь. На самом деле он не мог не быть уверенным, ведь уже лично блокировал несколько подрывных действий против них. Бен покачал головой, будто у него разболелась голова. Эд, наблюдавший за этой картиной со слабой улыбкой, тихо открыл рот и ответил с запозданием: — Ладно. Меня не касается, что ты будешь делать, но надеюсь, ты останешься жив и мы снова увидимся. — ...Вы думаете, я иду в какое-то преддверие смерти? Он ворчал, но, понимая, о чём думал Эд, не мог возразить искренне. Они уже потеряли слишком многих и, вероятно, не хотели потерять даже Бена — одну из немногих связей с этими дружественными демонами. Поэтому Бен несколько раз шевельнул губами, но вместо продолжения отвернулся. ...Ну, наверное, всё в порядке: ведь есть парень, который пришёл в мир людей, преследуя одного только Эда. — Я пришёл. — Эйга. В день, когда границы закрывались одна за другой, инкуб, словно что-то почувствовавший, прибежал в Замок Короля демонов и вместе с ними перешёл в мир людей, улыбаясь и размахивая рукой. Увидев его, лицо Эда немного смягчилось. — Слышал, ты ходил к могиле Короля демонов. — Там мне нечего делать. — Вот именно. Советую найти другое занятие. — Но я хочу помочь тебе. — ... Хиен, наблюдавший за ситуацией, включился в разговор: — Я думаю выращивать цветы вокруг этой могилы. Как насчёт заняться этим вместе? Ты часто приходил в Замок Короля демонов помощником садовника, так что, думаю, справишься. — Ладно. Так будет лучше. — Правда? Тогда почему бы и нет? Короткое разногласие быстро разрешилось. Тем временем Бен, сунув подготовленный список припасов за пазуху, поднялся. Они ведь расставались не навсегда и не были настолько чужими, чтобы требовалось большое прощание, поэтому он сразу повернулся и без колебаний пошёл прочь. «Наверное, можно просто собрать вещи и отправляться». Цель есть, и трудности уже ясны, так что интересно, найдётся ли какая-нибудь полезная информация. Что он знал об Эсперанесе? Ах да. Хотя это бесполезно, есть одна любопытная вещь. Бен усмехнулся, вспомнив совершенно непрактичные сведения. «Слышал, в Эсперанесе есть дерево, исполняющее желания». ...Хотя бы помолимся о здоровье Лофти. *** Старая шаманка, некогда умелая, жила в мучениях с тех пор, как Деон Харт и Дан в последний раз посетили деревню. [Ты та, кто сделал меня таким.] ...Она всегда слышала голоса. Закрывать уши было бесполезно, потому что голос звучал внутри головы. Самая большая ошибка старой женщины, впавшей в старческое слабоумие после того, как она увидела потрясающую информацию. Голос словно не уставал и каждое мгновение повторял проклятия. [Я тебя не убью. Ты должна жить и увидеть, как я исполню твоё пророчество.] Иногда ей казалось, что у неё даже галлюцинации. Она видела юношу, притворяющегося дружелюбным, который закатывал глаза и выпускал острый голос. Обычная жизнь стала невозможна. Сами слова душили, но она не могла выбросить из головы его глаза. [Так что живи всю жизнь в чувстве вины.] В конце концов старая женщина, жившая по его проклятию и увидевшая, как пророчество сбылось, лишилась жизни под тяжестью вины только после того, как увидела конец. Причиной смерти стало самоубийство. *** [В Эсперанесе есть дерево, исполняющее желания.] «Смерть» шагнула вперёд, обдумывая слухи, которые уже некоторое время распространялись. Она знала истинную природу дерева. Она знала того, кто его посадил, и того, кто распространил слухи. Если оставить первый случай в стороне и посмотреть на последние два, это был один и тот же человек. «Человек, прочитавший волю мира и действовавший согласно ей». Смерть, которая давно хотела хотя бы раз поговорить с ним лицом к лицу, поняла, что кто-то рядом с этим человеком зовёт её, и сразу направилась к нему. Одного шага хватило, чтобы пространство изменилось. Она спокойно вышла из середины стаи ворон в совершенно ином месте и встретилась глазами с женщиной, державшей на руках мёртвую старуху. На фоне напряжённой тишины взгляды обменялись, и взгляд Смерти на мгновение опустился, остановившись на той, кто уже перестала дышать. — ...Умелая шаманка умерла. Глаза снова поднялись и посмотрели на женщину так, будто собирались разорвать её на части. — Осталась умелая шаманка. Даже без особого намерения её взгляд и голос были поистине жуткими. Это было тревожное чувство страха, которого живое существо не может не ощутить. Шаманка Ран терпеливо выдержала его и открыла рот, обращаясь к Смерти: — Вы пришли забрать душу моей бабушки? — Пока что да. Ей ещё сильнее хотелось поговорить с этим человеком, но и это было не совсем неверно. Смерть, игнорируя настороженный взгляд, быстро приблизилась и забрала душу старухи так, будто специально это показывала. Вопреки ожиданию, что Ран попытается остановить её или выиграть время, шаманка решила не идти против провидения и лишь наблюдала горьким взглядом. Наступившая вновь тишина исчезла, когда Смерть заговорила: — Я хочу кое о чём спросить. — Прошу, говорите. — Ты знала истинную природу «этого»? Хотя она примерно знала ответ, ей всё равно хотелось спросить напрямую. Как и ожидалось, ответ прозвучал сразу: — Да, в некоторой степени. Она знала, что саженец «дерева желаний» — устройство, подготовленное миром для рождения бога. Мир, ставший зрелым и стабильным, рождает бога. В прошлом мир, близкий к завершению, дал семя феям. Вскоре оно перешло к демону-садовнику, от демона-садовника — к Деону Харту, а затем, став саженцем, осело в Эсперанесе руками шаманки. Смерть кивнула. — ...Ну, наверное, поэтому они и распустили такие «слухи». Человеческая вера становится удобрением и основой для рождения Бога. Слух о «дереве желаний» станет великолепным фундаментом. Чем же она надеялась угодить миру? Смерть сузила глаза и изучила её, но из спокойного выражения лица ничего нельзя было извлечь. В итоге, хотя ей ещё нужно было посетить другие места, пришлось повернуться без особой пользы. После. Родилась шаманка, получившая значительную власть от мира. Её умения были таковы, что она могла обмануть взор Смерти и спрятаться. Это стало началом ужасной игры в догонялки. *** Существо ступило в усыпальницу, где не было никого — ни Ремембера, ни Эда, ни Бена, ни Хиена, ни даже Эйгара. Двигаясь беззвучно, фигура протянула руку и подняла книгу без названия, лежавшую перед надгробием Деона Харта. Казалось, она листала книгу, но вскоре пространство наполнилось фырканьем и смехом. — Жалко. Возможно, потому что писал её не сам Деон Харт, там было множество выдумок и пробелов, призванных сделать всё убедительнее. Да и содержание тяжёлое от начала до конца... — Кто будет читать такое? Смерть коснулась пальцем обложки книги. — Ну... «Деон Харт» для меня особенный человек, так что только на этот раз я попробую это исправить. У её пальцев появилось перо. Поскольку правкой занималось существо, знавшее жизни всех живых созданий на этой земле, перо, коснувшееся книги, двигалось без задержки. — В начале лучше сделать легче. Поскольку почти вся жизнь главного героя состоит из трагедии, единственная часть, которую можно написать легко, — самое начало. Стоит изменить её так, чтобы книгу можно было взять в руки без тяжести и лишнего бремени. — И название лучше выбрать лёгкое. В конце концов, это книга в форме «новеллы». А если это новелла, у неё должно быть название, цепляющее внимание. Что толку, если у неё даже названия нет? Лёгкое название и начальное содержание должны подтолкнуть людей, которые уже пролистали первую главу, продолжить читать следующую. Смерть ещё несколько раз провела пером, а затем с удовлетворённым видом положила книгу обратно, будто закончила правку. По пространству разнёсся более лёгкий голос: — Так кто-нибудь запомнит тебя без искажений. Этого должно быть достаточно как возмещение душе, которая до конца впечатляла её. — Тогда я с нетерпением жду нашей новой встречи когда-нибудь. Смерть повернулась спиной и ушла без сожалений. В вновь затихшем пространстве осталась только одна книга. На обложке, с автором и названием, которых прежде не было, было написано: [Я не такой талант] [Автор: Ре-мем-бер] ---------- Побочная история — рассказ, добавленный Смертью (1) [Сын, какой бы выбор ты ни сделал, мы поддержим этот выбор.] *** В ночь, когда Деон Харт вернулся героем после восьми долгих лет войны, глава графского рода Хартов сел перед женой с бутылкой вина. Время только для них двоих, без кого-либо ещё и без Круэля. После долгих колебаний в спокойном и тихом пространстве, на фоне молчания супруги, которая терпеливо ждала, пока он заговорит первым, граф ровно открыл рот: — Уверен, ты слышала новость, что Деон... этот ребёнок вернулся живым. Бокал графини наполнился алкоголем. Если бы это увидели другие, они, вероятно, решили бы, что это напиток в честь того, что сын стал героем. Какая нелепость. На губах графа появилась горькая улыбка. — Вероятно... он обвиняет нас. — ... — Нет, думаю, можно сказать наверняка: он ненавидит меня. Ведь он жив, но домой не возвращается. Разве алкоголь пьют только когда счастливы? Красно-фиолетовая жидкость, наполнившая бокал, безжалостно дрогнула. На первый взгляд, его голос тоже казался дрожащим. ...Он не смог вернуть ребёнка. Не смог вытащить его. Невозможно было даже заменить его здоровым и умелым мечником. Словно нечто сверхъестественное намеренно вмешивалось в ситуацию, все попытки вернуть Деона всегда срывались. Даже в этот самый момент, когда они собирались действовать, ребёнок, должно быть, пересекал границу между жизнью и смертью. Казалось, он сходит с ума. — Странно слышать это только сейчас. Бутылка вина выскользнула из руки графа. Графиня аккуратно налила напиток в бокал, вытерла брызнувшую вокруг жидкость платком и бросила платок в камин. В тот миг, когда взгляд графа задержался на горящем платке, прекрасная рука протянулась, обхватила его щёку и повернула лицом к себе. — Я полностью ожидала этого. Какие сведения ты услышал? — ... Выражение лица хозяйки рода, всегда твёрдое, рассыпалось перед строгим и в то же время обеспокоенным лицом супруга. — Этот ребёнок... Отец, обнаживший свою слабую сторону, произнёс с таким лицом, словно его ударили ножом: — Он попросил у Его Величества личной аудиенции на выставке. — Ах... Обычно принято говорить о своём желании публично. Нет причины делать иначе, если только желание не должно оставаться неизвестным. Лицо графини, словно она уже ожидала чего-то подобного, затуманилось печалью. — Наш род может оказаться в опасности. — Именно. В худшем случае погибнут все члены рода. — Похоже, он сильно нас возненавидел. — Потому что его против воли утащили в ад. Раз этот слабый ребёнок вернулся из ада живым, неудивительно, что в нём осталась только злоба. За восемь лет кровавой бойни всё остальное должно было стереться. — Дорогая. Граф позвал жену дрожащим голосом. — Я хочу принять любой выбор, который он сделает. Он не смог спасти ребёнка из-за собственной некомпетентности. Он хотел искупить вину, но здесь не было способа сделать это первым. Если ребёнок даст ему возможность, потому что хочет отомстить, он даже будет рад. Поэтому он готов принять всё, даже если нож окажется у его горла. Однако почти наверняка ненависть ребёнка направлена не только на «главу рода», но и на весь «род». — Поэтому... инсценируй свою смерть и уезжай с Круэлем. Не в силах привлечь других членов семьи, граф накрыл тыльную сторону руки жены своей и прижал губы к её ладони, будто умоляя. — Достаточно будет несчастного случая с каретой. Ребёнок тоже будет удовлетворён, если я, глава рода, и моя семья понесём удар... — Дорогой. — Он «наш» ребёнок. Слово было «удар», но граф готовился к худшему предположению — «смерти». Графиня с суровым выражением лица отняла руку. — Я тоже та, кто не смогла защитить своего ребёнка. Почему ты пытаешься исключить меня? — ... — Но... мне всё же нравится, что ты попытался вывести Круэля. Этому ребёнку не за что отвечать. Когда Деона забрали на поле боя, Круэль тоже не был ребёнком. Но даже если он был взрослым, он не был главой рода и не был родителем, родившим Деона. Поэтому было бы несправедливо платить за грехи ту же цену. Так, по крайней мере, думала мать, любящая своего ребёнка. Граф тяжело вздохнул. — ...К этому нельзя относиться легкомысленно. Ты можешь умереть. Слова, которые он не смог произнести, задержались во рту. Графиня, видя, как он умолк после краткой фразы, будто боялся, что задуманное сбудется, если произнести вслух, мягко улыбнулась. — Я знаю. — Похоже, я не могу победить тебя. Граф горько усмехнулся. — Ребёнок сказал, что снова отправится в путь как спутник героя. Вероятно, то, чего он попросил, было чрезмерным, и к этому добавили условия. Желание настолько «чрезмерное», что нынешний император, ценящий талантливых людей, добавил условия. Граф, кажется, уже понимал, что это могло быть. — Учитывая характер Его Величества, он, вероятно, исполнит обещание, как только Деон вернётся после выполнения цели. — Тогда нам придётся понемногу сокращать число людей до возвращения ребёнка. Потому что они не хотят, чтобы кто-либо проливал кровь. Чтобы их не раскрыли, нужно оставить минимальное число слуг, но всё же лучше уменьшить ущерб настолько, насколько возможно. Конечно, они понимали, что в большинстве случаев он не станет трогать слуг. И всё же графиня, решившая подготовиться к любым неожиданностям, снова устремила взгляд на графа. Граф прочитал в нём требование и рассмеялся. — Да. И в день, когда ребёнок вернётся, я отправлю Круэля куда-нибудь ещё. — Мудрое решение. Даже если попытаться эвакуировать его, инсценировав смерть, очевидно, что упрямый Круэль откажется, как только поймёт ситуацию. В таком случае лучше с самого начала естественно отправить его куда-нибудь, ничего не объясняя. — Может возникнуть ситуация, в которой его обвинят в измене, так что я подготовлю и смену личности. Чтобы ребёнок мог изменить своё положение, если захочет. — Идеально. Графиня прищурилась. Граф долго смотрел на её улыбку, затем протянул руку и взял её ладонь. Его губы мягко коснулись тыльной стороны её руки. И наружу потекли извинения. — Прости. Из-за моей некомпетентности тебе тоже придётся страдать. Каждый раз, когда его губы двигались, они едва касались кожи и щекотали тыльную сторону её руки. Графиня, наблюдавшая за ним, свободной рукой обхватила его щёку и поцеловала в губы. Чрезвычайно нежный голос прошептал с любовью: — Если ты говоришь так, мне тоже придётся заговорить о своей некомпетентности. Можешь сказать что-нибудь другое? — Люблю тебя. — И я тебя. *** Граф и его жена, подготовившиеся ко всевозможным ситуациям, на мгновение остолбенели, когда столкнулись с Деоном, пришедшим лично убить их. Кроваво-красные глаза и удушающее намерение убивать. Ребёнок, стоявший перед ними весь в крови после того, как своими жестокими руками убил работников, был худее прежнего и таил в себе безумие, которого прежде никогда не было. В тот миг они вынуждены были осознать. «Ты запятнан безумием войны». Этот ребёнок сошёл с ума. Если бы он не чувствовал себя преданным семьёй, если бы держался только за мысль вернуться к родным, всё не зашло бы так далеко. Родительское чувство говорило им: этот ребёнок был настолько опечален предательством, что сошёл с ума. Поэтому, когда они увидели сына, стоящего перед ними с оружием и собирающегося собственными руками убить родителей, им стало скорее грустно, чем страшно или шокирующе. ...Им было жаль. — Круэля нет. — Круэль отлучился по делу. Когда он вернулся после Восьмилетней войны, даже носа не показал, а теперь явился. Значит, ты ищешь брата? — Кто мой брат? Юноша с незнакомой атмосферой смотрел на него незнакомым выражением лица. Хотя от этой жестокости тело могло задрожать, это, несомненно, был его ребёнок. Поэтому граф спокойно посмотрел на Деона и открыл рот: — Позволь задать лишь один вопрос. — ... — Всё это время... ты нигде не был ранен? — Ха. Цинизм заморозил воздух. — Почему бы мне не быть раненым? Ран было много. — ... — Ну разве не хорошо, что я сумел купить себе жизнь и вернулся живым? ...Нет, наверное, для них это «удача». Граф и его жена были готовы принять всё — будь то сарказм или гнев, — поэтому они даже не моргнули перед непривычным отношением. Он улыбнулся неопределённо, словно просто радовался, и покорно закрыл глаза. Граф почувствовал, как ребёнок перед ним замер из-за отсутствия сопротивления. ...Слова, которые пришлось проглотить ради ребёнка, крутились в крепко закрытом рту. «Сын, какой бы выбор ты ни сделал, мы поддержим этот выбор». Потому что это единственное искупление, которое они могут предложить. Но. «Ты ведь нашёл Круэля?» Он хотел, чтобы все эти выборы касались только их. Если, на случай, ты когда-нибудь хоть как-то пожалеешь, Круэль сможет быть рядом, утешить тебя и защитить от любой опасности. Круэль — их подготовленная мера. «Надеюсь, убив нас, ты хотя бы немного остудишь гнев к Круэлю». Кинжал пронзил жизненно важную точку, и через удар сердца пришла острая боль. Кажется, хорошие навыки всё же могут помочь Круэлю, если всё сложится удачно. Мечтая о будущем, где два брата будут опираться друг на друга, граф и его жена не стали цепляться за угасающее сознание и послушно позволили ему опуститься вниз. Наконец послышались тихие шаги. Никто не должен был прийти... — Брат. *** В день, когда Деон Харт вернулся с телом героя, Круэль получил приказ от отца. Ему сказали, что в бухгалтерской книге управления виллой, построенной на острове, есть пробел, и велели лично съездить и проверить. Это был приказ, отданный во имя подготовки следующего главы рода. Но. «Почему именно сегодня?» У Круэля возник вопрос. Почему в день, когда возвращается Деон? Разве это не похоже на то, будто его торопят уехать немедленно, словно пытаясь не дать ему и Деону столкнуться? Поскольку он уже отправился выполнять приказ, обычно он бы просто остановился на этом вопросе и поспешил закончить дело и вернуться как можно быстрее. Но сегодня необъяснимое дурное предчувствие поползло по позвоночнику. Поэтому вместо того, чтобы подгонять коня, он удержался за вопрос и стал копать глубже. «...После возвращения с Восьмилетней войны Деон попросил у императора личного договора во время службы?» И сразу после этого стал спутником героя и отправился в путь. Нет причин слабому телом ребёнку и генералу, который восемь лет сражался на войне и был изношен битвами, снова возвращаться на поле боя. Должна быть причина. «То, чего попросил Деон, было слишком чрезмерным, поэтому добавили дополнительные условия?» Его выдающийся ум работал быстро. Круэль немного замедлил движение и нахмурился. «Что за просьба может быть настолько чрезмерной, что к ней добавили условия?» Нет, прежде всего, о чём Деон мог просить через «личную молитву»? Чего Деон хочет сейчас? «Неужели...» Деона Харта против воли утащили на поле боя. Сколько бы он ни стал героем и ни вернулся, шок и предательство того времени не могли просто исчезнуть. Напротив, если на поле боя были взращены обида и ненависть... «Нет». Зелёный глаз, осознавший кое-что, потрясённо дрогнул, будто вот-вот разобьётся. Он искренне надеялся, что это не так, но Круэль не мог просто отмахнуться и молиться. Он тут же изменил решение. Цель — особняк Хартов, где находятся мать и отец. Он мчался как безумный и кусал губу. Даже пока разум застыл от шока, он вывел ещё одну правду. «Они оба знали». Узнав, эвакуировали только его. Он понял, что они задумали. Не мог не понять. Снова и снова подгоняя коня, Круэль преодолел расстояние в кратчайший срок и пересёк неохраняемый вход в особняк. То, что он нашёл в комнате родителей, пройдя через залитый кровью коридор, было... — Старший брат. ...Деон, который обернулся и вытащил кинжал из сердца их отца. ---------- Побочная история — рассказ, добавленный Смертью (2) Когда Деона Харта приняли в армию Короля демонов, у некоторых демонов возникли сомнения. «Безусловно, то, что он остановил самоуничтожение героя, поглотив его своим телом, впечатляет. Но правда ли этого достаточно, чтобы ради него создавать несуществующую должность командира Нулевого корпуса?» Поскольку он появился, убив командира корпуса, никто не возражал против того, чтобы дать ему должность командира корпуса. Даже если считать строго, он был примерно на этом уровне. Но разве нельзя было предложить ему место командира Тринадцатого корпуса, а не командира Нулевого? Неужели этот человек действительно обладает навыками и ценностью, чтобы сидеть выше командира Первого корпуса? Вопрос быстро разрешился. *** В честь нового командира корпуса, «Демона Арута», устроили приветственный банкет. Поскольку банкет по обычаю сопровождался алкоголем, Король демонов, учитывая, что Деон не привык к напиткам мира демонов, ограбил склад командира Пятого корпуса Оэль и принёс алкоголь из мира людей. Улыбаясь, он предложил ему выпить. С одной стороны Оэль с хмурым лицом подняла шум, а её адъютант Дерниван утешал её, но, разумеется, никто не обращал на них внимания. — Пей. — О, благодарю. Он принял бокал, но, возможно, это тот тип напитка, который доставит людям проблемы. Деон подозрительно посмотрел на алкоголь. Хотя ему объяснили, что это напиток из мира людей, он был не настолько наивен, чтобы верить словам как есть. Изучив цвет, а затем и запах спиртного, чтобы понять, знаком ли ему этот напиток, он убедился, что это привычный алкоголь, и сделал глоток. «О». Он уже не знал, сколько времени прошло с тех пор, как он пил это в последний раз. И без того демоны были повсюду, сердце сжималось всё сильнее, казалось, он вот-вот умрёт, а тут ему как раз дали этот алкоголь. И он знал, что это алкоголь мира людей. Причин не пить не было. Деон был настолько подавлен, что снова и снова пил, словно убегая от реальности, чтобы не осознавать окружение. — Ты хорошо пьёшь. Хочешь ещё? — ...Да. В какой-то момент сознание оборвалось. — Так он «подумал». «Очевидно, мой предел алкоголя...» ...Не настолько низок, чтобы опьянеть от этого. Деон наклонил бокал с бесстрастным лицом. Стена, разделяющая воспоминания, выстроенная алкоголем и наркотиками, снова ослабла. Иными словами, сейчас это были просто два набора воспоминаний, смешавшиеся через ослабленную стену. Деон Харт, который «помнил всё», спокойно отделял в уме то, что должен запомнить позже, от того, чего помнить не должен, и снова уставился на жидкость, наполняющую пустой бокал. — ... Словно почувствовав перемену в атмосфере, Король демонов, наливавший ему напитки, остановился. Заметив это, ярко-красные глаза медленно скользнули в сторону и сузились, встретившись с глазами Короля демонов. В его смехе промелькнул оттенок нежелания. «Не волнуйся». Глаза с жутким блеском безмолвно говорили. «Я не собираюсь с тобой драться». Нет причины сражаться, если уверен, что умрёшь, а от боя ничего не получишь. К тому же он ведь всё равно оказался в армии Короля демонов. Он демонстративно взмахнул бокалом перед Королём демонов, который осторожно наблюдал за ним, притворяясь, что это не так. «Я просто хочу тихо пить, так что надеюсь, ты не будешь вмешиваться». — ... Глаза Короля демонов сузились с интересом. Деон отвернулся, притворяясь, что не заметил, и тихо отпил. Он знал, что если так продолжится, скоро превысит свой предел, но в этот раз его это не волновало. Потому что рядом Король демонов. Похоже, тот уже в какой-то степени понял, и даже если не сможет постоянно находиться рядом, то не упустит его из виду. Если что-то случится, он сделает всё, чтобы предотвратить это и свести ущерб к минимуму. ...Определённо не потому, что Деон был рад выпить алкоголь после долгого времени. — Демон, хочешь ещё? — Скоро будет больше пяти бутылок... если это вас не смущает. Притворяется обеспокоенным, хотя глаза сверкают интересом. Король демонов поднялся со своего места, словно хотел оглядеться, сказал ему наслаждаться и отошёл. Как и ожидалось, Деон, который следил за ним глазами, пока тот двигался только в пределах его видимости, скользнул взглядом к вновь наполненному бокалу. «Это уже пятая бутылка?» В любом случае, какая разница? Он без колебаний осушил бокал. ...На этот раз он действительно потерял память. *** Деон Харт должен был жить. Именно на поле боя первыми умирают молодые и слабые. В пространстве, где нужно убивать или быть убитым, он всегда терял себя и, цепляясь за минимальные остатки рассудка, изо всех сил старался отличать союзников от врагов и атаковать их. Так он думал и действовал все восемь лет. «Кто враг?» Поэтому. — Ты враг? В нынешней ситуации, когда разум помутнел, как тогда, привычка пытаться отличить врага от не-врага была естественной. *** — Ты враг? Новый командир корпуса пьян и спрашивает, враг ли он. — Значит... ты...? — ... Даже если ему отвечали «нет», спустя мгновение он, кажется, всё забывал и снова задавал тот же вопрос. Отвечая на это снова и снова, невозможно было не раздражаться. Однако противник был командиром корпуса, и демоны понимали, что проиграют, если начнут бой. Поэтому сколько бы раз он ни спрашивал, им оставалось лишь покорно давать один и тот же ответ. — Я же сказал, нет. — Да...? Проблемой стали другие командиры корпусов. Хотя его называли командиром Нулевого корпуса, в конце концов он был таким же командиром корпуса. Не было причины склоняться перед ним. Не как командир Первого корпуса Джейкар, который лично давил на других своими навыками, но один командир корпуса с коротким терпением, особенно недовольный его вступлением, в итоге сорвался. — Ох, да прекрати уже! — Ты враг? — Чёрт... Как ни крути, это приветственный банкет в честь вступления «Демона Арута» в армию Короля демонов. Если столкнуться с главным героем такого банкета, потери понесём мы. Он понимал это и потому сдерживался... но теперь достиг предела. Стоило ли удивляться, что у командира корпуса, который изначально жил как хотел, терпения оказалось мало? Он нервно отмахнулся от рук, тянувшихся со всех сторон, будто пытавшихся его остановить, и ответил собеседнику с максимально возможным сарказмом: — Ладно! Я враг! И что ты сделаешь?! — Вот как? Жутко. На миг зловещее чувство спустилось по позвоночнику. ...Атмосфера резко изменилась. Его ярко-красные глаза, словно затуманенные опьянением, уставились на него с безумием и жаждой убийства. Как только он понял это, он отступил, следуя предупреждению инстинктов... но к тому времени уже было поздно. Пхух! — Кх... «Демон Арут» мгновенно сократил дистанцию и ударил кинжалом, который неизвестно когда достал, в жизненно важную точку. «Что он только что сделал...» Движение было настолько быстрым, что большинство демонов, присутствовавших здесь, на мгновение его упустили, хотя были уверены в собственных боевых способностях. Деон, бросивший весь вес на противника во время рывка, поднял уголки губ и вытащил кинжал. Даже пьяный, инстинкт подсказал ему, что со всех сторон есть нечто, чего стоит остерегаться, и каков уровень силы противника перед ним. Поэтому в нынешней ситуации он выбрал лучший способ подавить основу. Началась рубка. Кинжал снова и снова вонзался в того, кто уже не мог двигаться, словно даже малейшая мораль была отброшена. Даже демоны, наблюдавшие за этим, побледнели: он без разбора бил в лицо, шею и грудь. В пространстве, ставшем настолько тихим, что можно было услышать даже шелест одежды, рука протянулась, чтобы остановить его с опозданием. Шурх! ...Нет, протянулась и снова отдёрнулась. Король демонов, посмотрев на длинный разрез на рукаве, опустил заинтересованный взгляд на Деона. Не успел он заметить, как Деон уже сидел на месте и направлял кинжал на Короля демонов. Ярко-красные глаза, окрашенные жаждой жизни и убийства, жутко блестели. — Ты враг? — Конечно нет. — Ты враг? — Нет. — Тогда не мешай. Он предупредил ясным голосом и снова поднял оружие над уже мёртвым телом. Король демонов некоторое время наблюдал за этим, затем мельком посмотрел на ноги Деона и открыл рот с ясным намерением: — Похоже, на этом приветственный банкет пока стоит закончить. В следующий раз придётся попробовать снова, но без алкоголя. Те, кто понял, что он имеет в виду, начали уходить один за другим. Ушли все, даже слуги, которым нужно было убирать. Король демонов, молча дождавшись, пока все покинут зал, только когда они остались вдвоём, снова протянул руку к Деону. Деон взмахнул кинжалом, но размах удара в сидячем положении был ограничен. Король демонов легко перехватил кинжал и отбросил его, затем схватил Деона за руку и поднял, словно поддерживая. — Как и ожидалось... Прозвучал сухой голос. — У тебя сломана нога. Не зря ему удалось достичь скорости, невозможной для человека. Была использована «та» техника. Техника, применяемая в опасности, даже на поле боя, чтобы мгновенно превзойти пределы тела, игнорируя перегрузку. Удивительно увидеть её собственными глазами. Кажется, это сработало бы даже против него, если бы он немного занервничал. — Ты и правда хорошо скрываешь раны. В отличие от ужасающего состояния ног, то, как он смотрел в эту сторону, будто вовсе не чувствовал боли, было весьма впечатляющим. Кстати, сразу после применения техники он естественно сел на противника и не показал, что повредил ногу. Вероятно, никто кроме Короля демонов этого не заметил. Ещё забавно, что он не сопротивляется по-настоящему. Если бы он действительно определил эту сторону как врага, он бы бушевал, пытаясь вырваться любой ценой, но посмотрите — он только смотрит. По иронии, подсознание уже определило, враг перед ним или нет. Возможно, если бы этот уже мёртвый парень не проявил «враждебность», а окружающие не смотрели на него подозрительно, он не стал бы отчаянно нападать и использовать такую технику. Инстинкт, приспособленный к выживанию, выбрал лучший способ выжить в Замке Короля демонов. — Для начала... надо бы тебя вылечить, верно? Нельзя же смотреть, как портится полученная игрушка. Король демонов щёлкнул пальцами и призвал Бена. Бен, сжимавший в обеих руках траву, словно только что занимался лекарственными растениями, растерянно огляделся и подпрыгнул от испуга, заметив его. — Король демонов?! Вы ранены? — Нет, не я. Ранен новый командир Нулевого корпуса. — Да...? Но почему ко мне... Лицо Бена на мгновение стало пустым. — Я лечащий врач Короля демонов. У командира корпуса ведь должен быть отдельный врач... — Знаю. Король демонов заговорил, без труда удерживая Деона. — Он пострадал из-за меня, так что я решил: будет лучше, если лечить его станешь ты. Гораздо лучше, если будет известно, что он получил рану в столкновении с Королём демонов, а не из-за собственной техники. Это мир демонов, который уважает сильных. Король демонов, создавший среду, в которой игрушка не умрёт слишком легко, удерживал Деона и наблюдал, как Бен лечит его ногу. Затем он улыбнулся. — Можешь просто стать личным врачом Демона. — Да? — Я всё равно не получаю ран. А вот Демону, думаю, в будущем врач будет нужен часто. — Да?? — Разве тебе не было скучно, когда некоторое время не было работы? Теперь ты будешь очень занят, Бен. *** «Что?» После того как он потерял память на приветственном банкете, демоны начали его избегать. Почему? Он напился и устроил аварию? Нет, нет. Нет причин не убить человека, который был врагом и ещё устроил неприятности. Если бы он действительно что-то натворил, его убили бы сразу. «Тогда почему...» Тук-тук. — Демон, это Бен. — Эм... заходи. — Как вы сегодня себя чувствуете? — Кажется, нормально, но... Да, на самом деле это тоже странно. Почему ты стал моим личным врачом? Почему Король демонов вообще поручил моё лечение своему драгоценному врачу? Что-то... что-то очень важное и тесно связанное со мной... происходит без моего ведома. Странностей больше одной. «Что же это такое?» Деон склонил голову. Так началась жизнь в Замке Короля демонов. Послесловие автора Здравствуйте, я автор Денпи. Наконец-то всё действительно закончилось. У меня новые чувства. Раньше, если бы мне дали шанс вернуться в прошлое, я бы без колебаний согласился, но теперь не думаю, что смог бы. Когда я представил, что снова пишу эту новеллу с самого начала, пусть даже гипотетически, моё будущее потемнело. Прежде всего я хочу поблагодарить читателей, которые дошли со мной до этого места. Меня правда удивило и обрадовало, что эта новелла понравилась большему числу людей, чем я ожидал. Это было похоже на сон. Ведь «Я не такой талант» — произведение, полное авторской жадности, поскольку это моя первая работа. Я писал то, что хотел писать, и думал, что симпатии и антипатии окажутся очень сильными. Поэтому, честно говоря, даже сейчас, когда всё завершено, я всё ещё ошеломлён. Как работа, в которую вложено много жадности, «Я не такой талант» — это новелла, где персонажи, изначально предназначавшиеся главными героями других произведений или равными им важными второстепенными персонажами, были превращены в лишних второстепенных героев, потраченных впустую. Автор был настолько решительно настроен вылить всё в одно произведение, что заполнил свои заметки. Из-за этого даже персонажи, имевшие мало отношения к главному герою, получили собственные истории и мысли, а мировоззрение стало огромным. Главному герою не оставалось места, чтобы выделиться, потому что среди персонажей не было простых. Пока я писал, я рвал на себе волосы. И всё же я ни о чём не жалею, потому что написал то, что хотел написать. Благодаря всем, кто полюбил мою работу, я смог не сожалеть. Спасибо. Конечно, некоторые сожаления есть. Они не могли не остаться. Если выбрать лишь несколько, одно из них — неспособность как следует раскрыть очарование монархов каждой страны. По первоначальному плану три королевства должны были рушиться последовательно, а не все сразу, поэтому было пространство, чтобы показать присутствие монархов и их секретарей. Но я подумал, что это растянет текст и утомит меня, поэтому изменил план на середине. Из-за этого персонажи, у которых, казалось, было что-то своё, ощущались в некоторой степени потраченными впустую. Также было очень жаль, что присутствие «второго поколения» оказалось погребено. Присутствие «первого поколения» — и императора Империи, и главы революционной армии — настолько сильно, что последующие поколения кажутся относительно скрытыми. Помимо этого, у меня много сожалений: о политической части, боевых сценах и многом другом... Но я сделал всё, что мог, и сжёг себя дотла. Надеюсь, у читателей останется больше воспоминаний о радости чтения, чем о разочаровавших моментах. Я всегда внимательно читал комментарии. Вы можете не верить, но я действительно видел всё. Благодаря всем вам, кто плакал, смеялся и погружался в произведение, писать было весело. Спасибо. Я хочу сказать «люблю вас» всем, кто читал мою историю, и тем, кто дошёл до конца. Надеюсь, вы всегда будете здоровы, а удача будет сопровождать каждый ваш шаг! ----------