Жизнь - это трагедия, если смотреть на нее крупным планом, но комедия, если смотреть на нее более крупным планом.

Это было очень известное высказывание, с которым я себя отождествлял. Эта фраза идеально описывала мою жизнь в качестве государственного служащего.

Со стороны я мог показаться гангстером с неограниченной властью. Однако при ближайшем рассмотрении я оказывался всего лишь менеджером среднего звена, на которого оказывали давление вышестоящие руководители и которого постоянно преследовали снизу. У государственных служащих действительно много власти, но если присмотреться, то можно увидеть их повсюду, как собак.

Кого волнует, что я из хорошей семьи и у меня хорошая зарплата? Есть герцоги, министры и всевозможные люди выше меня. Даже если вам повезло и вы стали государственным служащим, вы не сможете расслабиться, потому что над вами есть люди, принадлежащие к королевской семье. Отбросить королевскую семью? Это был бы прекрасный повод устроить встречу трех поколений семьи на Небесах.

Вот почему жизнь государственного служащего печальна. Высшие чины оказывают на тебя давление, люди соревнуются с тобой, чтобы подняться, а еще есть новички, которые с пугающей скоростью поднимаются по карьерной лестнице. И на фоне такой ситуации нужно было заниматься своей работой. И если ты не справлялся с ней должным образом, тебя наказывали физически. Это слишком страшно.

"Исполнительный директор, министр сказал, что если вы не придете немедленно, он вас убьет".

Даже сейчас высшие чины не возражали против угроз бедному государственному служащему.

"Скажите ему, что я возьму на себя ответственность и подам в отставку".

"Разве ты не использовал это раньше? Я вспомнил, что он бросил чернильницу. Это была не шутка".

"Это случилось в то время?"

Я смотрел в окно. Дождь, казалось, выражал мое разбитое сердце. Как странно... магия, управляющая погодой, встречается довольно редко...

"Он сердится?"

"Как обычно".

"Так он действительно зол, да?"

Мне было бы жаль его, если бы я не видел его часто. В конце концов, если он будет продолжать злиться так часто, то умрет раньше времени. Заместитель генерального директора молча кивнул. Тебе, работающему посыльным, наверное, тоже приходится нелегко.

"Тогда я пойду. Также соберите всех менеджеров".

"Надеюсь, ты вернешься живым".

"Будем надеяться".

Оставив позади заместителя генерального директора, я сделал несколько тяжелых шагов. Я не был менеджером, который должен был приходить, когда его позовут, и уходить, когда ему прикажут. Но, к сожалению, тем, кто меня вызвал, был министр. Я надеюсь, что один из них уйдет в отставку как можно скорее.

"Как вы блять справляетесь с заданной работой?!"

"Извините! Простите!"

Как только я вошел в комнату министра, я услышал крики. И я инстинктивно опустил голову.

Сегодняшний день был таким же, как и всегда.

Просто еще один дерьмовый день.

Перевод deabigail

С вас оценка 5 - С меня глава

Тут выложены все иллюстрации по дате их выхода. Большинства из этих героев в новелле ещё не было, так что могут быть спойлеры, смотреть на свой страх и риск

[[image:/storage/reader-images/303c65ac8b65997e7fda8f6dc7aa21b01beaf740.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/eb612c24a6009b3802ba23cb495c65ee3233f577.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/eb9cdec3e278439174ed0c9530be7231f6c20d75.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/660d9e03f27f0849f566048c9f1a8a057ab58297.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/eba85e91876ac10c0a390ed5cdcaaee72df6fbb0.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/894bc0fbe819a9a4e318a6411565c8bda23d3600.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/50eccbc7c019960d73791f60f2066d64fafc0cc6.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/a351ef42bae85944b136d530041179248226a940.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/290d7bd509f5ba6c4e3868a66e6f667246bb3bc4.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/04bd2fd2d4887184f9894b3e7bfca277aba36478.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/ef34fb7f92684ae2f3c183921a4275dc20f40ad7.png]]

[[image:/storage/reader-images/f48fd56acff312781fe75e12ea35e209c02a5d6f.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/43f35a4e670b9dbf23ff451f8e02422244c688bc.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/0779a1469620b39f9047225c990c91325c1cd1e3.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/23a1d85fa38b799668d1f9c44c256f76d4f38625.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/25c1079b37ff70434e89da5320dec8212a849550.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/1a035e155947e80c5ef55e68cbb1e4b7697062d9.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/d4cd497d29261a5c2ce1a2200d5d299be97c2080.jpg]]

[[image:/storage/reader-images/8041e239908a0153d78a1ed87a305ac39ddce936.jpg]]

Это было около 5 лет назад.

–К-кто ты?

–Кьяяя! Это ублюдок!

–Доктор немедленно вызывайте врача!

–Мистер, вы в порядке? Сколько пальцев я показываю?

Однажды когда я проснулся, я оказался в комнате, которую видел впервые. Во второй раз были незнакомцы, которые смотрели на меня сверху вниз. В третий раз было, когда я спросил "Кто этот человек из той компании?"

Всего за пару секунд меня ударили три раза.

И это было моё первое воспоминание о Бинге.

При воспоминании о тех моментах у меня снова начинает болеть голова. Но оно стоило того, так что мне теперь немного жаль.

Если бы старший сын упал с лошади и немного повозился бы там, некоторые из слуг и горничных взяли бы на себя ответственность и улетели бы оттуда к чёртовой матери.

–Ты точно в порядке, да?

–Всё нормально, просто у меня немного кружилась голова. Ха-ха.

К этому моменту нахлынули воспоминания владельца этого тела, было ли это желание старого владельца этого тела защищать слуг и служанок этого поместья, или это было великодушие того, кто помесьил меня в это тело.

–Разве мы не должны включить заядлого читателя?

Моя проблема была в том что я не знал какая у меня работа и что мне нужно делать.

*Барышня – это любовь...*

Это был роман с таким странным названием.

Единственное что меня беспокоило, это то, что куда делся владелец этого тела. Я этого не знал, и так я решил что он просто умер. Ха-ха.

Я наслаждался шикарной жизнью в другом мире с улыбкой.

–Благополучие моей семьи было связано с щедростью, которую мы получили от императорской семьи.

Когда мне исполнилось 17 лет, меня вызвал глава семьи. И я естественно сразу же пришёл к нему.

–Изначально в нашей семье была красная кровь, а не голубая как у других аристократов. Но 300 лет назад наша семья внесла большой вклад во вторжение Апелса. Благодаря этому я смог получить титул дворянина от Великого Императра Эманкара. Эманкар Второй сделал семью Красиус графами Империи. Как наследник семьи Красиус я никогда не забывал честь удостоенную мне.

–Да, я прекрасно знаю это, Глава.

–И так. На севере Империи идут беспорядки. Глупые люди решившие восстать против Империи, однако нельзя игнорировать масштаб беспорядков, так как хоть они и глупые, но не простые. Поэтому Его Величество выразил недовольство.

–Разве это не глупо пойти против Империи?

–Ты прав, пот почему как Имперские графы, воссали Его Величества семья Красиус намерена помочь избавиться от восстания.

–Вы собираетесь отправиться на войну?

Глава семьи спокойно кивнул. Семья Красиус носит титул Графа города Тилглехена.

–Не переживай, в моё отсутствие за всеми делами и обязанностями будет исполнять дворецкий.

Я уж начал переживать, думая что он и мне найдёт какое нибудь дело.

Как будто прочитав его мысли глава ответил.

–А ты отправишься на обучение.

–Да. А?

–Ты правильно меня услышал. Так как тебе исполнилось 17 лет, ты можешь учиться в академии или же пойти на гос.службу.

-Но если я уйду из этого города, то кто будет решать дела с бизнесом?

–Не волнуйся по этому поводу. Я же сказал что все дела возьмёт на себя дворецкий.

–Я нашёл место для тебя, если ты выберешь гос.службу, там тебя встретят и всё объяснят.

"Хм, если я выберу второй вариант и пойду на гос.службу, то разве это не будет восхитительно? Конечно со стороны империи. Они будут говорить на каждом углу то что законный наследник Графа Империи будет работать гос.служащим во благосамой Империи."

Это лучше чем академия.

–Я с радостью буду служить Императору всем сердцем.

После этих слов глава семьи улыбнулся, ему было приятно это слышать.

Так прошло 4 года.

–Черт! Я должен был пойти в эту чёртову академию...

Местом которое выбрал глава семьи было место крови и пота, боли и страданий, а не молока и мёда.

За эти 4 года из 17-ти летнего мальчика который собирался пить мёд и молоко, это "место" сделало 21-ти летнего мужчину который умолял чтобы его отправили на пенсию.

Тогда он задался вопросом.

"А академия принимает 21-ти летних?"

После разговора с Министром, который также известен как

Демон-министр, главный герой в роли Госслужащего удалось выбраться из ситуации

и вернуться.

"Я вернулся".

"С возвращением. Вы сегодня пришли раньше".

"Похоже, что у старика упала выносливость. Поэтому ему

не следует часто сердиться".

Пока я отвечал Старшему Госслужащему, четыре служащие,

сидевшие вместе с ним, начали вставать. Но я махнул рукой и велел им снова

сесть.

"Все хорошо. Нет необходимости вставать".

"Вас отругал вместо нас министр, так что это

необходимый минимум".

"Ты, сукин сын, встань".

2-й служащий провоцировал исполнительного директора, давя на

него своей властью. Это была полная неразбериха. Но, похоже, они были знакомы

друг с другом, поэтому успокоились, посмеиваясь. После того как я сел во главе

стола, 5 присутствующих отдали мне честь. Я тоже кивнул, рассматривая

присутствующих. Старший служащий, 1-й служащий, 2-й служащий, 3-й служащий, 4-й

служащий и 5-й служащий. Отлично, все в сборе.

"Хорошо, мои дорогие рабы. Я прошу прощения за то, что

вызвал вас, когда время окончания работы уже наступило".

"У меня свидание. Это срочно?"

"Только из-за того, что ты заговорил, ты будешь

дежурить".

"Твою мать."

Когда 2-й служащий, которому не следовало так много

говорить, закрыл рот, сделав подавленное выражение лица, я взял в руки листок с

документом. Причина, по которой меня вызвали в кабинет министра, и почему я

созвал руководителей прямо перед тем, как им пора было уходить с работы.

Приходя сюда, я старался сдерживать свое желание все снести.

"Вы видите это?"

"Я не уверен, что это такое, но ясно, что это от

министра".

"А какое содержание? Давно мы все здесь не

собирались".

"Это прекрасное произведение искусства, которое вы,

ребята, создали, заставило меня потратить 2 часа своего времени".

Я бросил документы. Словно олицетворяя собой мое

запутавшееся сердце, они закружились в воздухе, но в итоге упали точно в центр

стола. Руководители проверили содержание документов и переглянулись. Старший

служащий встревожился, а остальные служащие либо кашлянули, либо сделали все

возможное, чтобы не смотреть на меня прямо.

"Кто взял на себя инициативу по расследованию дела

графа Йоруна?"

Я заговорил, посмотрев на них. Похоже, я был похож на одного

из тех родителей, которые, кажется, говорят: "Если ты скажешь мне правду,

я не буду тебя наказывать".

"Э... Это был я."

Третий служащий осторожно приподнял руку. Я снисходительно

улыбнулся, глядя на виновника торжества.

"Твое наказание удариться головой о землю".

"Хорошо..."

Все знают, что я не оставлю это без внимания, даже если они

ответят на ультиматум. Но если они не осознают своей ошибки, то, вероятно, не

смогут справиться с последствиями. Третий служащий встал и ударился головой о

землю, разрываясь. Остальные служащие сделали все возможное, чтобы не попасть

под огонь.

Хотя это было делом рук третьего служащего, это не отменяло

того факта, что все принимали в этом участие. Поэтому я посмотрел на них и

вздохнул.

"Дорогие рабы. Наша работа, действительно, заключается

в том, чтобы стать охотничьей собакой. Но если вы покусаете кого-нибудь, не

подумав хорошенько, то вместо товарищей рабов мне придется вас называть: дорогие

сукины дети".

Это сектор, которым я руководил.

И этот орган отвечал за контроль над императорской казной.

На бумаге это была организация, единственными высшими должностными лицами

которой были министр финансов и император.

И, как я уже говорил, мы были как охотничьи собаки. Мы

должны были контролировать денежные потоки, следить за бюджетом империи и

пресекать незаконные действия.

Служащие были настолько важны, что невольно задумываешься, а

нормально ли, что такая организация находится под контролем министра финансов,

а не императора.

И если бы мы ошиблись с выбором цели, то получили бы критику

со всех сторон.

"В этом месяце, после того как графу Йоруну отрубили

руку, многие высшие чины тоже оказались под ударом".

"Это очень плохо".

"Из-за этого Золотой Герцог выразил свою озабоченность

министру".

"..."

Старший служащий, который до этого молчал, вздрогнул,

услышав имя Золотого Герцога. Он бросил взгляд на третьего служащего. Он

слышал, что граф пострадал из-за того, что они выбрали неправильную цель. Но

если бы он знал, что в этом замешан и Золотой Герцог, он бы остановил их до

того, как министр вызвал меня.

"Что сделал Золотой Герцог...?"

"Вы знаете, что он помешан на деньгах. Верно? Вместо

того чтобы наказывать ответственных лиц, он хочет получить денежную

компенсацию".

"У меня есть список семей, которые соперничают с

фракцией Золотого Герцога. Какому сектору я должен отдать это?"

"3-му".

После того, как я это сказал, 3-й служащий встал. Я не

смотрел на него милосердными глазами. Но что еще я могу сделать? 3-й сектор

идеально подходил для этой работы.

"Ты должен сам убирать свое дерьмо. Тебе понятно?"

"Да. Да, конечно".

"Золотой Герцог не тот, кого это волнует, пока мы можем

покрывать его убытки. Так что постарайся".

"Я не забуду, что сегодня произошло, и впредь буду

осторожнее".

"Хорошо, ты свободен".

3-й служащий быстро вышел. Несмотря на то, что он был

крупным и мускулистым, он был довольно быстрым. Мне стало интересно, не перевел

ли он все свои показатели в ловкость. Может быть, это потому, что воздух

оказывает меньшее сопротивление, так как он полый?

"Все остальные впредь тоже будьте осторожны. Если что-то

подобное повторится, вы все будете одинаково нести наказание".

После того как я взмахнул рукой, остальные служащие

наконец-то смогли выйти из комнаты. Вероятно, они собирались выместить свой

гнев на других, когда доберутся до кабинета. Но меня это не волновало. Если бы

они выполняли свою работу должным образом, ничего подобного не произошло бы.

Когда я только пришел в госсектор, я был внимателен даже к

падающим листьям. Но новенькие были слишком беспечны. Мне не нравилось, как они

выполняли свою работу...

"Сука."

"Что-то случилось?"

"Нет, просто я вспомнил прошлое".

Старший служащий, который уже собирался уходить, обернулся и

спросил. Я улыбнулся и просто сказал ему, чтобы он уходил. Меня испугало

снисходительное отношение пожилого человека.

Четыре года работы на госслужбе изрядно потрепали его...!

Ему было всего 21 года, но насколько же мрачной должна была быть его жизнь, что у

него уже появились такие мысли!

'Может, взять деньги и сбежать?'

Тогда он, безусловно, смог бы вырваться из жизни

государственного служащего, но и его жизнь была бы кончена. Даже если у него

была хорошая семья, побег служащего с деньгами был огромным преступлением.

Новая жизнь, закончившаяся казнью, была слишком плоха. Не

для того он так боролся, чтобы получить такой ужасный конец.

Я смотрел на закат из окна. Встреча закончилась быстрее, чем

ожидалось. Но я вызвал их перед самым окончанием рабочего дня. Так что время

было уже позднее.

Благодаря этому я уже 40 дней подряд успешно не возвращался

домой вовремя. С кем мне разделить это несчастье?

Может быть, потому, что в дело был вовлечен герцог, но

ситуация разрешилась быстрее, чем ожидалось. Министр сказал, что Золотой Герцог

остался доволен, увидев, как рушатся четыре конкурирующие семьи.

Я уже думал, как мне их разнести в пух и прах. Но повод

появился. Поэтому я не мог не наслаждаться, глядя на то, как их разнесли. Они

хорошо поработали, если старались. Так почему бы не сделать это с самого

начала?

"Итак... Большую часть конфискованных денег мы отдали

графу Йоруну. Мы отдали их ему после того, как пару раз отмыли их. Так что в

будущем это не вызовет никаких проблем".

Через несколько дней я хлопал в ладоши, услышав

удовлетворительный результат. Да, наши детки умеют хорошо работать, когда

стараются.

"Как и ожидалось, то, насколько хорошо 3-й служащий

справляется со своей работой, не перестает меня удивлять".

"Исполнительный служащий, Вы сказали, что хотите

прогнать его, потому что единственное, что от него светится, - это его

голова".

"Заткнись".

"Соб..."

Я быстро прервал 1-го служащего на полуслове, который

пытался разрушить доверие и дружбу между вышестоящим начальником и его

подчиненным.

1-й служащий внезапно раскрыл свои внутренние дела, 2-й

служащий засмеялся, поглаживая свои волосы, 3-й служащий молча смотрел, а 5-й

служащий смотрел в пол. Третий служащий дрожал, стиснув зубы, после того как

внезапно стал центром насмешек.

Только 1-й служащий в замешательстве наклонил голову, глядя

на 3-го. Самое неприятное в нем было то, что у него не было злых намерений.

Поскольку тема разговора перешла на отсутствие волос у

третьего служащего, я несколько раз ударил по столу.

"Хватит смеяться над парнем, который пришел сюда после

тяжелой работы".

"Но ведь говорили только исполнительный служащий и 1-й

служащий. Мы ничего не говорили".

"У тебя так много волос, что одно твое присутствие -

это как насмешка над ним".

"Я этого не знал".

"Тогда..."

Упс, я должен был остановить это.

"В любом случае, 3-й служащий, хорошая работа. Ты ведь

знаешь, что в этот раз тебе повезло?"

"Да. Все необходимые документы для выполнения плана

были уже подготовлены. Так что я смог сделать всё быстро".

"Не то чтобы. Но если у тебя будут какие-то вопросы с

каким-то герцогом, то лучше, чтобы это был Золотой Герцог".

"Ах..."

3-й служащий кивнул в знак согласия. Лучше не иметь никаких

проблем с герцогом. Но если бы это было неизбежно, то лучшим вариантом был бы

Золотой Герцог. Ведь среди пяти герцогов Империи он был единственным, кто был

близок к нормальному человеку. Во многих отношениях остальные четверо были еще

хуже.

"Если у вас возникнут проблемы с другим герцогом, я

своими руками предложу вас герцогу. Так что не волнуйтесь".

"А? Как-то тревожно..."

"Если вам не нравится, переходите в другой сектор. Если, конечно, сможете."

Я слышал, как они проклинали меня, но это было неважно.

Потому что я тоже часто проклинал этого грёбаного министра.

Конечно, я делал это в таком месте, где меня не могли

услышать. 2-й служащий, сегодня ты снова работаешь сверхурочно.

============

П/П: Я понял, что перевод анлейта странный, но я постараюсь более понятно переводить. Спасибо за внимание.

Прошла неделя с тех пор, как чуть было не произошло волнующее воссоединение с Золотым Герцогом. Еще четыре дня назад мне снилось, как взрывается 3-й служащий и Золотой Герцог приходит в офис.

Во сне я чувствовал себя беспомощным, когда меня осыпали словесными оскорблениями с его улыбающимся лицом. Позже я с досадой ударил по столу и сказал: "Надо было так ответить!". Это еще больше разозлило меня, потому что сон был настолько подробным. Неужели кто-то управляет моими снами? Как я мог видеть одно и то же четыре дня подряд?

"Вы так спокойно спите, что Вам даже приснился сон?"

"Вы спали четыре дня подряд...?"

"Вы... спали...?"

"Состояние работы достигло дна, *вздох*..."

Что не так с ними? Что вы вообще делали, не спав целую неделю?

"Исполнительный служащий, вы дали мне много работы, и я был вынужден перенести сроки. Я не мог спать, потому что разбирался с беспорядочным графиком".

"Я думаю, что не отпустить тебя было лучшим решением".

Вот это парень. Значит, даже в такой атмосфере можно было ходить на свидания. 3-й служащий с горечью посмотрел на 2-го служащего после того, как тот сказал нечто, спровоцировавшее всех холостяков. Парню ни за что не добиться успеха.

Конечно, это относилось и ко мне. Его взгляд обратился ко мне. Мы поняли, что оба оказались товарищами в одинаковой ситуации. Но я не хотел к этому привыкать.

1-й служащий, наблюдавший за этой сценой, открыл рот, почесав голову.

"Исполнительный служащий, я должен Вам кое-что сказать".

"А? Разве ты еще не закончил отчет?"

"Да. Кроме отчета, я должен Вам кое-что сказать".

"Вас искал министр. Он сказал, что после совещания Вы должны зайти к нему в кабинет".

Я напрягся, услышав, что меня ищет министр. Но вскоре я расслабился. Видя, что он попросил меня встретиться с ним после окончания совещания, наверное, ни одна бутылка с чернилами не полетит по воздуху.

Подсознательно вздрогнув при слове "министр", я почувствовал огорчение от своего положения. У меня было не так уж много высших чиновников. Но, к сожалению, тот, кто у меня был, не был нормальным человеком. Не лучше ли для моего душевного здоровья иметь десять нормальных?

"Почему этот старик всегда обращается к кому-то для передачи сообщения, а не к коммуникационному устройству? В прошлый раз он обратился к старшему служащему".

Услышав эти слова, 1-й служащий посмотрел на меня. Он как будто спрашивал, действительно ли я не знаю, почему.

"Исполнительный служащий, министр сказал, что Вы часто не отвечаете на его звонки. По его словам, из 10 звонков Вы принимаете только 3 ~ 4".

"Что плохого в том, что кто-то не принимает звонок, если ты занят чем-то важным?"

В том, что госслужащий не может ответить на звонок, нет ничего страшного. В конце концов, служащий - это не сельский охранник. Это было одно из основных ведомств империи. Так не значит ли, что, принимая все звонки министра, я ничего не делаю? Он должен радоваться, а не злиться.

Второй служащий рассмеялся над моим ответом. Он как будто сказал: "Так вот почему Вы - частый посетитель кабинета министра".

"Если бы я был министром, я бы уже воткнул ручку в голову исполнительного служащего".

"А, так вот почему он замахивается ею каждый раз, когда видит меня".

Увы, я получил ответ на один из вопросов, который всегда держал в голове.

"Хаха... В любом случае, не пора ли Вам идти? Не то чтобы он злился, но если Вы опоздаете, он наверняка на Вас рассердится".

"Я всегда вижу его в таком состоянии, так что это не имеет значения".

Сказав это, я тихо поднялся со своего места. Потому что, несмотря на то, что это было привычное для меня явление, в этот раз мне не хотелось на него смотреть. Глаза заслезились. Мне казалось, что я вот-вот сойду с ума. Министр всегда злился и реагировал по-новому.

"Если ты и дальше будешь так себя вести, я назначу тебя новым министром, когда уйду на пенсию!"

Я до сих пор не могу забыть его слова. Подумать только, он угрожал кому-то тем, чего тот боялся больше всего...

"В любом случае, обсуждать больше нечего. Так что вы свободны".

"Да~"

"Пожалуйста, возвращайтесь в целости и сохранности".

Тук-тук...

"Министр, это я. Исполнительный служащий."

"Входи."

Открыв дверь, я всерьез задумался о том, чтобы снова ее закрыть. Я увидел министра средних лет, тренирующегося с гантелями. Ах, мои глаза.

"Что Вы делаете...?"

"Почему такой молодой человек уже стал дряхлым? Я тренируюсь".

Нет, я не поэтому спросил. Почему министр тренируется в середине своего рабочего времени?

"Ах, да. Понятно."

Министр был прямо передо мной, поэтому я не мог ничего сказать.

'Лучше пусть тренируется, чем злится, так что...'

Внимательно посмотрев на меня, входящего в комнату, он бросил гантели в сторону. Пол задрожал, раздался громкий звук. Псих... Сумасшедший ублюдок...

"Чему ты так удивляешься? Ты что, даже это поднять не можешь?"

"Да? А почему Вы думаете, что я должен?"

Министр, обладавший внушительной фигурой, которая, казалось, напрашивалась на то, чтобы ее увидели, подошел ко мне. Казалось, что огромный медведь встал на дыбы и приближается ко мне.

Я почти готов был упасть на колени и молить о жизни. Я не понимал, что я сделал не так, но это была моя оплошность... Нахмурившись, он хлопнул меня по спине.

"Агх!"

"Ты, почему ты стал таким тощим? Ты потерял много мышц, потому что торчал в офисе!"

"Нет, я никогда не слышал подобного раньше....!"

Я уверен, что большинство людей кажутся Вам худыми!

Когда я сердито ответил, чувствуя боль в спине, министр ответил со смехом.

"Ты никогда не выходишь на улицу, поэтому, очевидно, никогда этого не слышал".

"Нет. Это злит меня еще больше, потому что это правда".

"В любом случае, садись. Я хочу тебе кое-что сказать".

Поскольку министр сел, я тоже был вынужден это сделать.

'Почему он стал еще больше всего за несколько недель?'

Осмотрев его с ног до головы, я заметил, что его мышцы стали еще больше. Неужели эти мышцы могут расти бесконечно? Кто позволил такому монстру свободно разгуливать по миру? Он никак не может быть человеком. Я не был уверен, что он хотя бы полуогр. Но в чем я был уверен, так это в том, что он не тот, кто должен занимать должность административного министра.

Доказательством тому служило то, что каждый раз, когда мы праздновали принятие нового члена, можно было заметить, как нервно подрагивают его глаза. Неважно, как на это смотреть. Он должен быть министром обороны. Он слишком велик, чтобы быть простым административным министром.

"О чем ты думаешь?"

"Ни о чем плохом. Просто о том, что Вы потрясающий".

Если я скажу людям, что работаю на такого человека, что подумают другие? Наверное, подумают, что я гангстер...

Выслушав мои слова о том, что он потрясающий, министр, похоже, больше не интересовался. Он откинулся на спинку стула и погладил свой подбородок.

Воу, даже кресло выглядит небольшим.

"В последнее время я не давал тебе никаких заданий. Верно?"

"В общем, да. Если я что-то делаю, то обычно по Вашему поручению. Так что Вы должны понимать. Верно?"

Мне приходилось иметь дело с большим количеством отчетов. Но у исполнительного служащего не было ни одного поручения лично для меня. Из-за инцидента с Золотым Герцогом я чуть было не был вынужден отправиться в командировку. Но, к счастью, ситуацию разрешил 3-й служащий.

"Хмм..."

"Что-то не так? Вы хотите дать мне какую-нибудь работу?

"Нет, не буду. Но."

"Почему Ваше предложение закончилось на "но"? Не заставляйте меня беспокоиться".

Значит, теперь есть работа. Я уже видел, что в моем будущем будет много работы, поэтому нахмурился. Но министру, похоже, было все равно.

'Что происходит? Это что-то серьезное?'

Он был не из тех, кто спокойно смотрит, как кто-то другой жалуется. Не было бы ничего странного, если бы в мою сторону был нанесен удар. Но он просто молчал. Всегда говорили, что отсутствие информации - самая страшная новость. Так что, похоже, это было что-то серьезное. Черт возьми, прошла всего неделя после инцидента с Золотым Герцогом. Неужели так быстро случилось еще что-то?

* * * *

С другой стороны, министр тоже погрузился в глубокую задумчивость. Случилось то, с чем ему предстояло разобраться. Инцидент был слишком крупным для исполнительного служащего. Но он был слишком мал для него лично. Конечно, он всегда мог заставить исполнительного служащего поехать. Но если происходило что-то серьезное, то была вероятность, что ему придется ехать туда в срочном порядке.

Дело в том, что в последнее время министр не мог действовать без тщательного обдумывания. Если бы это было не так, он бы поехал без колебаний.

'Как и ожидалось, я вынужден предоставить это дело этому парню'.

Карл был одним из исполнительных служащих Министерства финансов. Но, думая о Карле, который отвечал за служащих, нельзя сказать, что он был просто еще одним исполнительным служащим. Хотя он и не был таким важным, как министр, он явно занимал более высокое положение, чем другие.

"Эй."

"Да?"

"Ты сказал, что хочешь попасть в Академию. Верно?"

Лицо Карла просветлело, когда он услышал эти слова.

* * * *

Мои глаза расширились, когда я услышал его слова, и по всему моему телу пробежала энергия. Да, я действительно часто это говорил. Что я не хочу быть государственным служащим и наслаждаться жизнью в Академии. Каждый раз, когда я это говорил, министр обрушивал на меня удар и просил не говорить таких глупостей.

Он что, предлагал мне уйти с должности?

Если нет, то я не мог понять, почему он так об этом думает. Он отпускал такого талантливого человека, как я. Поэтому понятно, что он много думал об этом.

На самом деле я всегда верил в министра. Я знал, что за мускулистым телом и агрессивной манерой говорить скрывается кто-то добрый. Именно поэтому он не оставил без внимания отчаянный крик подчиненного и удовлетворил его просьбу! Хотя мы провели вместе всего 4 года, эти годы имели большее значение, чем 40.

Да, конечно.

"Министр! Я всегда Вас уважал!"

Когда я это сказал, министр посмотрел на меня, как бы спрашивая, что со мной не так. Но я не остановился. Министр прислушался к моей просьбе и стал моим кумиром.

"Мне очень жаль, что придется оставить министра и жить как студент Академии, но я никогда не забуду эти 4 года, которые казались мне 40 годами. С момента знакомства с Министром я почувствовал, что мое время стало течь иначе, чем у других. Поэтому вместо 4 лет мне кажется, что я прожил 400 лет..."

Министр проигнорировал мои рассуждения об увольнении и протянул мне какие-то документы.

"Не говори ерунды и прочти это".

"- Вот почему 4 года, которые я проработал у министра, мне показались 4000... Что это? Документы о выходном пособии?"

В этот момент я наконец-то взял в руки документы, которые дал мне министр. Обычно я брал их осторожно, как будто это был радиоактивный материал. Но министр превратился в богоподобное существо, существующее для того, чтобы навести порядок в моей жизни.

"Чего...?"

После того как я прочитал первое предложение, этот богоподобный образ начал рушиться.

[Я приказываю Карлу Красиусу, исполнительному служащему Министерства финансов, отправиться в Академию Империи в качестве экстренного инспектора.

- Министр финансов Кефеллофена]

Граф Дебер Бриад Блотхенский

Я посмотрел на министра тревожными глазами.

Министр кивнул.

"Ты хотел попасть в Академию. Поэтому для тебя я специально рассматривал этот вариант".

"Что за! Я сказал, что хочу поступить в Академию и учиться! Какой сумасшедший станет говорить, что хочет пойти туда работать?!"

Но приказ уже был отдан. Министр финансов, который действовал после получения приказа императора, приказал ему. Поэтому если он откажется без веских причин, это будет равносильно тому, что он пойдет против императора. Бросить вызов Империи.

Я должен был сделать то, что он приказал. Если я не хотел выполнять приказ, я всегда мог перейти в другой сектор. То, что я обычно делал с другими служащими, вернулось ко мне. Впрочем, об этом я узнал от министра. В конце концов, меня заставили покинуть кабинет с моим рабским документом.

"Ах ты, сукин сын..."

Министр превратился из богоподобного существа в сукина сына.

==========

П/П: Капец, конечно, анлейт. Надеюсь, я любитель-переводчик выдержу эти трудности.

[Приказываю Карлу Красиусу, исполнительному служащему Министерства финансов, отправиться в качестве экстренного инспектора в Академию империи....] В качестве экстренного инспектора в Академию Империи.

...Академия Империи...

"Лучше бы я умер".

Я вернулся в кабинет, на мгновенье пережив рай и ад из-за того, что был одурачен министром. Я положил документы в ящик стола.

Я не мог заставить себя работать. Воу, взять назад то, что отдал, - это самое худшее, что можно было сделать. Но он сделал это так, как будто ничего страшного не произошло.

Конечно, министр никогда не говорил, что позволит мне уйти в отставку.

"Я пойду первым".

"Да? Но еще не настало время уходить".

"Вы все можете идти".

"Что ж, это действительно важно - иметь гибкий график работы".

После того как я сказал им, что они могут уйти домой пораньше, служащие быстро прекратили спорить. О том, чтобы уйти с работы пораньше, они даже не мечтали. Но чтобы вдруг услышать, что они могут уйти домой раньше?

Второй служащий был особенно счастлив. Этому парню надо выспаться. Но я увидел, что он идет по странному маршруту. Я стал думать, не позвать ли его обратно, но это означало бы, что мне тоже придется остаться. Поэтому я просто отпустил его.

На следующий день после исторического дня раннего ухода.

"Поздравляем."

"Поздравляем."

"Поздравляем."

Когда я вошел в офис, то увидел, что служащие аплодируют мне.

"Что вы делаете?"

"Мы узнали новости. Ваша мечта стала реальностью, правда?"

"Что за чушь вы несете?"

Вчера эта мечта сгорела в огне.

Пока я бесстрастно смотрел на них, старший служащий подошел ко мне и похлопал по плечу. А затем указал пальцем в воздух. Я проследил за пальцем старшего служащего.

Поздравляем!

Исполнительный служащий получил подтверждение на поступление в Академию!

Ах, как мы Вам завидуем! Жизнь в Академии в двадцать с небольшим лет!

Висели два плаката.

"Вы, сукины дети..."

"Исполнительный служащий, Вы отправляетесь?"

"Хе-хе, мы узнали об этом вчера поздно вечером и быстро подготовились".

"Вы должны были сказать нам раньше, если бы случилось что-то подобное".

По порядку я посмотрел на сукина сына 2, сукина сына 1 и сукина сына 3. Когда я перевел взгляд на старшего служащего, я заметил, что он избегает зрительного контакта. Он как будто извинялся за то, что не смог их остановить. Да, скорее всего, они тебя втянули. Ты единственный, кому я могу доверять.

"Где 5-й служащий?"

"Мы сказали ему вчера, чтобы он готовился к празднику для Вас. Но потом мы не смогли с ним связаться".

"Он еще не пришел на работу. Подумать только, он не пришел в такой хороший день".

Отлично, 5-й служащий добавлен в список надежных людей. Похоже, ему не удалось убедить трех других, и он решил отказаться от взаимодействия с ними. Это был разумный выбор.

Я рассмеялся. Затем 1-й, 2-й и 3-й служащие тоже начали смеяться и аплодировать. Старший служащий тихо вышел из комнаты.

* * * *

После того, как старший служащий вышел из кабинета, послышался звук разрываемого на части предмета и звуки удара головой трех человек об пол.

"Вы закончили?"

Пятый служащий подошел к старшему служащему, который слушал крики, похожие на крики министра. Судя по тому, что он подошел так быстро, он, вероятно, наблюдал за всем с безопасного расстояния. Это было поистине прекрасное отношение служащего. Хотя было жаль, что он использовал его, чтобы уцелеть от исполнительного служащего.

"Нет. Все только начинается".

"Хм, Вы кушали?"

"Нет. Я прибежал, услышав новости".

"А, тогда пойдемте перекусим. Это займет не меньше часа".

Старший служащий кивнул, глядя на закрытую дверь. Казалось, что все это быстро не закончится.

Пока старший служащий шел вместе с пятым, они слышали крики из ада, доносившиеся сзади.

"ВЫ, ДЕБИЛЫ, КАК ВЫ МОЖЕТЕ НАЗЫВАТЬ СЕБЯ ЛЮДЬМИ?!"

Возможно, это займет не один, а два часа. Молясь о благополучии служащих, старший служащий быстро пошел прочь.

* * * *

Благодаря выходкам трех служащих сотрудники провели напряженный день. Я массировал затылок из-за того, как я выразил свои чувства после того, как был тронут их действиями.

Что должно было произойти в первую очередь? Уйду ли я в отставку? Или я упаду в обморок из-за болезни, вызванной гневом? Это действительно была напряженная гонка.

Когда я вздохнул, устройство связи передо мной начало светиться, излучая синий свет. Синий свет... Это был прямой звонок от министра. Я вздохнул. Есть поговорка, что при каждом вздохе изо рта вылетает немного удачи. Но, видимо, она у меня уже закончилась. Я не мог найти другой причины, по которой моя жизнь могла бы так испортиться. Может быть, мне пойти в церковь, чтобы получить благословение? Может быть, тогда моя жизнь наладится.

"Слушаю... Говорит исполнительный служащий".

- Ух ты, как это ты сразу ответил на звонок?

Как только я положил руки на коммуникационное устройство, на нем появилось лицо министра. Волшебная башня шагнула слишком вперед. Зачем они создали нечто, показывающее лица пользователей? Даже до этой жизни я почти не пользовался видеозвонками.

"Да. Я только что закончил выполнять задание и решил передохнуть".

Убедиться в том, что служащие знают, кто из них главный, - одна из важнейших задач исполнительного менеджера.

- Правда? Это замечательно. Приходи ко мне в офис прямо сейчас. Это срочно.

"Вы вчера устроили мне грандиозный разнос. А тут еще такое срочное дело!? Вы оставили свой гуманизм на северных территориях?"

- Это связано с тем, что я говорил тебе вчера. Так что заткнись и иди сюда.

И тут же прервал связь. Министр - бандит.

'Обычно я не проигрываю другим по рангу'.

Хотя я часто страдал из-за министра, исполнительный служащий - это человек, с которым хорошо обращаются везде, где бы он ни был. Особенно если это был исполнительный служащий одного из самых важных департаментов страны. Но, к сожалению, на этот раз противником оказался министр.

"Я скоро вернусь".

Сообщив об этом старшему служащему, я направился к кабинету министра. Мне показалось, что в последнее время меня все чаще стали вызывать в кабинет министра. Возможно, это было не мое воображение. Мне очень не нравилось, когда меня вызывали в кабинет, где был только мускулистый министр.

"О, исполнительный служащий. Давно не виделись".

Но это не означало, что я хотел бы видеть там еще кого-то.

"Министр иностранных дел? Нет, что привело Вас сюда?"

Щедрый на вид мужчина средних лет пил чай с министром. Я поклонился, когда министр иностранных дел поприветствовал меня. Затем я бросил взгляд на министра. Он должен был сказать мне, что есть кто-то еще.

Министр поставил свою чашку с чаем, сделав выражение лица, которое, казалось, говорило: "Что ты хочешь, чтобы я с этим сделал".

"Он пришел сюда, потому что ему нужно сказать тебе что-то важное, пока тебя не отправили. Он очень занят, но все же проделал этот путь ради тебя. Так что будь благодарен".

"Хаха. Исполнительный служащий идет на многое ради благополучия Империи, так что ему не за что быть благодарным".

"Не стоит говорить о нем слишком высоко. А то он станет слишком высокомерным и попытается вести себя так, будто он наравне с нами".

"Это следует из опыта? Я приму это к сведению".

Министр иностранных дел сказал, ухмыляясь. Затем он посмотрел на меня.

"Итак, исполнительный служащий, Вы были назначены экстренным инспектором, верно?"

"Да."

"До сих пор отправка служащего в Академию была достаточно хорошей. Есть причина, по которой мы решили послать исполнительного служащего. Я уверен, что Вы слышали некоторые подробности от министра финансов."

'Нет, я ничего не слышал'.

Я, естественно, посмотрел на министра финансов. Вчерашний день закончился криками этого человека, а он не сообщил мне никаких подробностей.

Похоже, министру нечего было сказать по этому поводу, и он молча потягивал чай, избегая моего взгляда. Казалось, министр иностранных дел не заметил нашего неловкого обмена мнениями. Он достал носовой платок и вытер лоб. Затем он продолжил говорить.

"По правде говоря, в этом году в Академии возникло много проблем с новыми студентами".

"Проблем? Разве количество обычных студентов увеличилось слишком сильно?"

"Это нельзя назвать лишь проблемой. Пожалуйста, посмотрите".

Сказав это, министр иностранных дел протянул мне пачку бумаг.

"Я составил список новых студентов, с которыми мы должны быть осторожны".

"И кто же они такие, чтобы Вы говорили, что мы должны быть осторожны?"

Я не мог не усомниться в словах министра иностранных дел. Академия была самым важным учебным заведением империи. Многие люди из важных семей приходили туда учиться. Даже члены императорской семьи отправлялись туда учиться. То же самое можно сказать и о пяти герцогских семьях.

За исключением особых случаев, как у меня, большинство дворян Империи учились в Академии. Был ли там кто-то настолько важный, что даже министр иностранных дел просил нас быть осторожными...?

Я быстро попытался просмотреть список, но мой взгляд тут же остановился. Все дело в том, что первое имя уже бросалось в глаза.

1. Рутис Робенс

Я удивленно посмотрел на министра иностранных дел. Я терялся в догадках.

"Это... Не он, правда?"

"Это тот самый Рутис, о котором Вы подумали".

Я нахмурился, услышав это.

"Почему принц королевства Армейн едет в Академию?"

"С чего бы нам быть такими, если бы мы знали причину? В Министерстве иностранных дел все перевернулось с ног на голову. Мы потребовали объяснений от Королевства Армеин. Но они сказали, что даже они удивлены решимостью принца".

Я досадливо почесал голову, услышав невразумительный ответ. На этом континенте Королевство Армейн было вторым по влиянию после Империи. Он был 3-м принцем этого королевства.

Хотя в Академию и приезжали иностранные студенты, но такого важного человека из другого королевства здесь еще не было.

В их странах были хорошие учебные заведения. Так зачем же ехать так далеко?

"Мне кажется, я сойду с ума".

"Еще рано так реагировать. Нужно еще почитать".

Влияние первого имени было настолько велико, что я забыл прочитать остальную часть списка. Я рассмеялся в недоумении.

2. Латер Остия

3. Танниан Энес

Судя по порядку, это были 2-й принц Объединенного Королевства Юбен и наиболее вероятный кандидат в святые Священного Королевства.

Я не мог поверить в то, что читал. Министр иностранных дел продолжал говорить осторожным голосом.

"Это касается людей из иностранных королевств. Я уверен, что Вы помните, что 3-й принц Империи в этом году поступает в Академию. Верно?"

"Да... Я знаю."

Вот почему я был готов сойти с ума. Принц Империи, принц 2-го по влиянию Королевства, принц из Соединенного Королевства и кандидат в святые из Священного Королевства - все собрались в одном месте. Если в этом месте произойдет террористическая атака, весь континент будет перевернут вверх дном.

"Ах..."

Так вот почему меня отправляют?

Министр финансов, молчавший некоторое время, кивнул. Он как будто говорил то, о чем я догадывался.

"Хотя теоретически Академия является нейтральной, она находится в центре Империи, и большинство студентов - местные жители. Поэтому охраной Академии занимаются солдаты Империи. Но все осложнилось после того, как эти трое решили поступить в Академию".

Три страны поставили под сомнение нейтралитет Академии. Невозможно, чтобы Академия парила в небе, поэтому они понимали, что она находится на территории Империи, но они сомневались в том, что безопасность полностью обеспечивается Империей. Конечно, было очевидно, что Академия, находящаяся на территории Империи, находится под ее защитой. Но с их точки зрения и положения они не могли не сомневаться в этом.

Конечно, министерства иностранных дел этих стран не могли не сомневаться в этом. Но принцы и кандидат в святые были непреклонны в своем желании учиться в Академии Империи. Поэтому, с их точки зрения, приоритет их королевской семьи имел первостепенное значение.

Сначала каждая страна заявила, что пошлет солдат в качестве подкрепления, чтобы усилить охрану Академии. Но не может быть такого, чтобы страна позволила солдатам из других стран проникнуть на свою территорию. Но министерства иностранных дел этих стран отчаянно пытались усилить безопасность своих высокопоставленных лиц.

Было проведено много переговоров. Каждая из стран предлагала многое в обмен на то, что Империя позволит некоторым охранникам сопровождать студентов, например, предоставить список персонала, отправить в отставку некоторых сотрудников охраны, кроме абсолютно необходимых.

"Уже были люди, которые жаловались, что в Академии слишком много охраны. Мы думали, под каким предлогом это сделать. Но три страны сказали, что предложат взамен деньги. Поэтому мы согласились".

"Конечно, внезапный уход с должности такого количества сотрудников вызовет бунт, и мы пытались найти решение. Но в этот период мы обычно направляем в Академию кого-нибудь из служащих. Поскольку в этом году новички слишком влиятельные, сумма, получаемая в качестве пожертвований, значительно возросла. Поэтому у нас появился повод послать кого-то из служащих".

Услышав слова министра иностранных дел и министра финансов, я не смог ничего сказать. Не имело значения, кто из государственных служащих поедет. Они не могли вести переговоры с королевскими семьями напрямую. Тогда это означало, что придется иметь дело с нижестоящими силовыми структурами. А они хотели давить на них в ранге исполнительного служащего. Я понимал необходимость этого.

Проблема заключалась в том, что именно я должен был этим заниматься.

'Была ли это работа Академии?'

Три важных человека приезжали из другой страны, чтобы поступить в Академию. И все в один и тот же год. Словно невидимая рука автора подталкивала главных героев к поступлению в Академию.

Блядь. В бесплатных главах про Академию ничего не говорилось. Я читал только те главы, которые были про детство. Так что я ничего не знал об арке Академии.

Пока я внутренне ругался, министр подошел ко мне и похлопал по спине.

"Каждый раз, когда тебе будет трудно, думай вот о чем. Если ты совершишь ошибку, может начаться война".

Воу, это действительно повышает мою мотивацию.

В общем, меня заставили готовиться к поступлению в Академию.

Раз есть одержимость, значит, нет надежды на регрессию? Я бы хотел вернуться на 4 года в прошлое.

'Если возникнет проблема и из-за этого случится война, то это будет твоя вина. Так что удачи!'

Я не мог стоять на месте и ничего не делать, услышав подобный бред. Я торопливо объяснил все старшему служащему, дал задания всем служащим и приготовился к отъезду в Академию. Я уже четыре года проработал на государственной службе, но такой ужасный приказ о командировке получил впервые.

"Насколько я слышал, за исключением необходимого персонала, большинство было переведено подальше от Академии. Если так, то кто будет моим помощником внутри..."

"Их нет".

"Хм, тогда сколько средств я получу?"

"Не получишь".

"Тогда деньги на расходы?"

"Никаких".

"Тогда что я получу?"

"Ничего".

Не знаю точно, кто сказал, что нельзя плевать в лицо улыбающемуся человеку, но после того, как я увидел улыбающегося министра иностранных дел, мне очень захотелось дать ему в морду.

"Я приношу свои извинения. Просто три страны предложили слишком много всего, поэтому официально мы были вынуждены убрать почти всех, кроме самого необходимого."

"Как я могу работать в такой атмосфере? Даже на Севере дают хоть что-то для работы!"

"Но все равно, тебе не стоит беспокоиться. Ты - исполнительный служащий, поэтому тебе не придется делать ничего, что требует помощи или денег".

Я был поставлен в ситуацию, когда у меня не было другого выхода, кроме как волноваться, а тут он говорит, что мне не стоит волноваться. Я не был уверен в его намерениях. Я вздохнул, вспомнив последний разговор с министром иностранных дел.

Мне уже стало грустно от того, что меня отправят в долгосрочную командировку. А в Академии мне казалось, что я вот-вот сойду с ума. Мало того, они не собирались оказывать мне никакой поддержки. Я был буквально брошен на произвол судьбы.

"Но во время каникул можно вернуться и отдохнуть. Это почти как если бы ты был студентом".

"Пожалуйста, заткнись".

Я стиснул зубы, слушая провокационные слова министра. Какие каникулы? Для государственного служащего слово "каникулы" не имело никакого значения. Единственное, что менялось, - это место работы.

Увидев, как министр смеется, как бы говоря: 'Ну и что ты с этим сделаешь?' У меня внутри все перевернулось.

Такой сукин сын был моим начальником.

"Я поеду. Только дайте мне приказ о командировке".

Если я не могу изменить свою судьбу - застрять в Академии, то я лучше пойду как можно скорее, потому что я чувствовал, что мое психическое здоровье ухудшается каждый раз, когда я смотрел на лицо Министра.

Министр ухмыльнулся, глядя на мое лицо, и отдал мне приказ о командировке. Он подшучивал надо мной, потому что мое выражение лица показалось ему забавным, но времени на то, чтобы держать меня здесь, было недостаточно.

"Ты студент, поэтому родители не будут тебя прикрывать, если ты что-то натворишь. Будь осторожен".

"Понял!"

Он посмеялся надо мной в последний раз.

"Служащий 1, постарайся расследовать то, что я тебе сказал".

"Да~"

"Служащий 2, не забывай правильно сортировать документы. Ты должен закончить быстро. Хорошо?"

"Да, да, конечно".

"У служащих с 3 по 5 не так много дел. Поэтому, когда что-то случается, разбирайтесь с этим как можно лучше".

"Понял."

"Я это запомню".

"Старший служащий... Удачи".

"Да, спасибо".

Я в последний раз взглянул на своих подчиненных. После моего внезапного увольнения старший служащий был тем, кого нужно было утешить. Пятый менеджер был человеком со здравым смыслом и знал, как себя вести, но будут ли остальные служащие чувствовать себя хорошо в офисе, где отсутствует их исполнительный служащий?

Может быть, взять с собой Служащего 2?

Если три служащих окажутся вместе, неизвестно, к каким инцидентам они приведут. Не эти ли ублюдки разозлили Золтого Герцога, даже когда я за ними присматривал?

Кого же они разозлят после Золтого Герцога? Герцога Железной Крови? Если они так поступят, то мне придется принести их в жертву.

"Почему Вы так смотрите на меня...? Страшно."

Второй служащий, взглянув мне в глаза, слегка вздрогнул и спросил. Казалось, что он видит параллельный мир, где его приносят в жертву.

"Нет. Ничего страшного".

Я начал думать, не стоит ли мне взять служащего 2 с собой и заставить его страдать вместе со мной, но покачал головой. Ради мира между странами я должен был идти один.

В данный момент я не мог взять служащего 2, да и не было у меня причин брать его с собой. Честно говоря, я думаю, что у меня было более чем достаточно причин для этого, но это не меняло того факта, что я все равно не мог взять его.

'Неужели я действительно могу пойти и оставить все на них?'

Я посмотрел на служащих, стоящих передо мной, которые смеялись. Будущее казалось безрадостным.

"Я прослежу, чтобы ничего не случилось. Мы не можем заставлять Вас волноваться, пока Вас отправляют куда-то далеко".

Старший служащий заметил, как изменилось выражение моего лица, и сказал это, чтобы успокоить меня. Тогда я, наконец, смог кивнуть. Да, если служащие не заслуживают доверия, давайте верить старшему.

"Хорошо, но если что-то случится, позвони мне".

"Да. Я позвоню Вам, если что-то случится".

"Хорошо..."

Тихо пошептавшись со старшим служащим, я сел в карету и поехал на юг.

"Блядь, ну почему дороги в таком состоянии?"

Оставив беспокойство позади, мое тело начало трястись вверх-вниз по мере приближения к Академии. Ритм, в котором двигалось мое тело, создавал впечатление, что я нахожусь в клубе и говорю: "Давайте начнем вечеринку...".

Насколько я помню, деньги на ремонт этой дороги выделили уже давно, но, похоже, вместо ремонта здесь занимались расширением территории. Вот ублюдки, первое, что я сделаю после того, как доберусь до места назначения, - это пойду за вами".

Когда я вписал имя неизвестного губернатора провинции в список людей, которых нужно расследовать, карета дернулась вверх-вниз, словно соглашаясь с моим решением. Тебе тоже тяжело ехать по такой дороге, да? Поскольку меня отправляли одного, я почувствовал дружеское участие со стороны кареты.

Снаружи находился человек, управлявший каретой, но из-за разницы в социальном статусе он удивлялся каждый раз, когда я с ним разговаривал. Так что можно сказать, что карета была моим единственным другом.

Хотя я не был в восторге от такого рода дружбы, что заставляло меня двигаться вверх-вниз.

"Проклятье. Как раздражает, что "телепорт" нельзя использовать".

Телепорт не был обычной магией, но в большинстве важных городов Империи были установлены магические круги телепортации. Учитывая важность Магической Академии, здесь должен быть круг телепортации. Однако из-за особенностей места, где располагалась Академия, создавать вокруг нее телепортационные магические круги было строго запрещено.

Когда Кефеллофен еще был королевством, крупнейшей страной на континенте была империя Апельс. Академия располагалась на территории, которая раньше была ее столицей.

Империя Апельс сделала Академию настолько роскошной, насколько это было возможно. Когда Кефеллофен захватил власть над Империей Апельс, они не смогли уничтожить Академию или перенести ее в другое место, поэтому решили использовать ее как есть. В те времена у них не было столько денег, поэтому приходилось экономить по мере возможности.

Академия находилась в столице вражеской страны, поэтому, если город сильно разрастется, существовала вероятность, что повстанцы из Апельса попытаются использовать его в своих целях. Именно поэтому в этом районе не был установлен магический круг телепортации, и поэтому академия не получила разрешения на создание магического круга телепортации. Поэтому людям приходилось добираться туда на карете или нанимать мага, умеющего пользоваться телепортацией.

Возможно, в те времена это было бы разумным оправданием, но с тех пор прошло уже 300 лет. Теперь уже не было необходимости так настороженно относиться к повстанцам Апельса. В конце концов, Империя уничтожила их.

Настоящая причина, по которой они не установили такой круг, заключалась в цене. Магические круги телепортации никто не мог создавать, поэтому их строительство стоило очень дорого. Вокруг Академии не было ничего важного, и в Академии было большинство необходимых объектов, так что людям не нужно было никуда выходить.

'Долбаный министр.'

Причина была очевидна, ведь несколько месяцев назад они отказались строить магический круг вокруг этого района. Если бы он знал, что его отправят в Академию, он бы позаботился о том, чтобы министр одобрил это решение. Несмотря ни на что. В конце концов, это все из-за министра.

"Исполнительный служащий, я вижу Академию."

"Ого."

Я пришел в себя, услышав голос. Поскольку разговаривать было не с кем, я погрузился в свои мысли. Вдалеке стали видны большие стены замка. Ух ты, какие высокие...

"Подумать только, даже на таком расстоянии..."

"Я уверен, что исполнительный служащий знает, но масштабы его увеличились после того, как здесь стали собираться торговцы, нацеленные на студентов и преподавателей. Мало того, когда появились купцы, обслуживающие других крупных торговцев и их семьи, он стал не просто учебным заведением, а небольшим городом".

'Академический город...'

Почему-то мне показалось, что в этом городе должен быть студент, который хорошо владеет рельсотронами.

После этого короткого разговора наступила тишина. Слышно было только дребезжание движущейся кареты. Несмотря на то, что мы наконец-то обменялись несколькими словами, отношения между нами все еще оставались какими-то неловкими. Удушающая тишина закончилась только тогда, когда мы проехали через стены замка.

"Похоже, численность охраны сильно уменьшилась".

Отложив полученный от охранника приказ о командировке, я осмотрел город. Людей и магазинов было много, но охранников не было видно.

"Хм, неужели это так? Я впервые в Академии, поэтому не уверен".

"В те времена на стенах замка дежурило не менее четырех охранников".

Мы прошли только мимо двух охранников. Когда я показал им приказ о командировке, они начали дрожать, словно телефоны в режиме вибрации. Я просто сказал им, чтобы они сделали все возможное, прежде чем войти в стены замка.

'Похоже, они действительно оставили только необходимый персонал'.

"Внутри Академии Вам никто не поможет".

"Их всех перевели, так что никто не сможет Вам помочь".

"Вы ничего не можете с этим поделать. Если Вам так не нравится, надо было стать министром".

Я вспомнил, что сказал министр иностранных дел (правда, в несколько искаженном виде). Я понял его слова, но, приехав и увидев все своими глазами, я действительно почувствовал, что мне пришлось пережить, используя свое служебное положение исполнительного служащего в месте, где я никогда раньше не был. В месте, где не было никого из моих знакомых.

'Когда же каникулы...?'

Раньше в университете это было в июне. Интересно, здесь тоже так?

Я вновь испытал ощущения студента, который с нетерпением ждет начала семестра, но не может дождаться его окончания. Войдя в главное здание Академии, моя долгая каретная жизнь наконец-то подошла к концу.

Центр Академии и ее символ. Говорят, что главное здание

Академии было построено в империи Апельс с привлечением самых известных

архитекторов той эпохи. Несмотря на то что с момента постройки прошло уже

несколько сотен лет, люди часто говорили, что это одно из самых красивых зданий

на континенте.

Поэт, взглянув на здание, нередко слагал о нем поэму. А

художник, увидев его, часто писал шедевр. Таких историй вокруг главного здания

было много. Кажется, у него было название, но это неважно. Ведь все называют

его главным зданием.

Я посмотрел на главное здание.

Совокупность архитектурных приемов и искусства? Одно из

самых красивых зданий континента и муза многих художников? Что вы от меня

хотите? Я бы с радостью вошел в главное здание, даже если бы оно напоминало

лачугу. В конце концов, важно было не то, что снаружи, а то, что внутри.

Однако, похоже, людей, посещавших это место, волновал только внешний вид, а не

внутреннее убранство. Такое мышление меня очень раздражало.

Я должен был поступить в Академию еще четыре года назад, не

обращая внимания на слова Главы. Если бы я закончил Академию, а потом стал

государственным служащим, я бы так не жил. В этом я могу быть уверен. Моя жизнь

была бы совсем другой...

"Обычно я не плачу, но тут мне хочется плакать".

Конечно, слезы не потекли из моих глаз.

Я вышел из кареты, одновременно взволнованный и раздраженный

тем, что, приехав туда, куда так хотел попасть, я оказался здесь только из-за

работы. Едва ступив на землю, я споткнулся. Вот, блять!

Восстановив равновесие, я посмотрел на кучера. К счастью,

он, похоже, ничего не заметил. Весть о том, что исполнительный служащий,

которому было около двадцати лет, даже не может нормально управлять своим

телом...

"Ты, почему ты стал таким тощим? Ты потерял много мышц,

потому что торчал в офисе!"

'Неужели это было правдой?'

Я потрогал свои ноги, вспоминая слова министра. Как странно.

Похоже, что это не так. Неужели это из-за того, что я слишком много времени

провожу в офисе? Я уже давно не ездил в карете. Может быть, мое тело еще не

привыкло к этому? В любом случае, это не похоже на хорошие новости.

'Агх, фу...'

Хотя во время поездки в карете я чувствовал себя нормально,

после спуска мне захотелось блевать. Пока я боролся с укачиванием, кучер

подошел ко мне и поклонился.

"Что ж, я отправлюсь обратно".

"А, хорошая работа. Будьте осторожны на обратном

пути".

"Да. Исполнительный служащий, желаю вам удачи".

Поклонившись еще раз, кучер уехал с невероятной скоростью.

Роль кучера заключалась в том, чтобы доставить меня сюда, поэтому для него было

лучше уехать как можно скорее. Три страны, вероятно, не стали бы поднимать шум

из-за присутствия кучера, но если он задержится здесь дольше, чем нужно, они

наверняка начнут что-то подозревать. Если кто-то, кого не должно быть в

каком-то месте, задержится там надолго, это наверняка их обеспокоит. Я знаю это

по собственному опыту.

Проследив за отъездом кареты, я перевел взгляд на главное

здание. Теперь я действительно был совсем один. В 21 год мне предстояло

работать инспектором в Академии. Это было что-то ужасное, чего не было даже в

моих кошмарах.

Я вошел в главное здание и пытался найти кабинет директора,

когда услышал, что кто-то бежит мне навстречу. Неужели кто-то пришел

поприветствовать меня?

Навстречу мне бежал человек в синем плаще, обозначавшем

преподавательский состав Академии. Он на мгновение задержал дыхание, затем

улыбнулся, глядя на меня.

"Я Раймонд, заместитель директора Академии. Вы -

исполнительный служащий?"

"Да".

"Ах, я хотел прийти и поприветствовать Вас вовремя, но

опоздал. Приношу свои извинения. Утренняя церемония длилась дольше, чем

ожидалось, и она только что закончилась".

Когда заместитель директора протянул руку, я тоже протянул.

"Церемонии никогда не заканчиваются вовремя".

"Я рад, что Вы такой понимающий. Мне было неловко

заставлять кого-то важного ждать".

"Я тоже только что приехал".

Я действительно только что приехал. Я приехал сюда после

того, как попрощался с кучером, поэтому даже если бы я приехал немного раньше,

время, когда я вошел в главное здание, было бы одинаковым. Если бы это было

возможно, я бы предпочел, чтобы это было немного позже. Мне действительно

хотелось блевать...

После того как Карл понял, что ему все равно, неловкая

улыбка заместителя директора стала более естественной. Даже инспектор, который

просто исчез, закончив работу, на которую пришел, мог бы перевернуть Академию

вверх дном, если бы был раздражен.

И не только это, но и то, что посланный на этот раз был

исполнительным служащим. Столь важного человека прислали, готовясь к

невероятному наплыву новых студентов, которые должны были поступить в Академию

в этом году. Вероятно, он пробудет здесь не менее нескольких месяцев, поэтому

сердце его сжалось, когда он понял, что опоздал поприветствовать столь важную

персону.

Немного успокоившись, заместитель директора спросил Карла.

"Я слышал, что Вас отправил министр иностранных дел.

Могу ли я узнать ваше имя, если это не слишком большая просьба?"

"А разве Вам не сказали, как меня зовут?"

"Это традиция - не говорить, кто из инспекции

приезжает, пока они не прибудут в Академию, так ведь? Ведь если бы это было

известно, можно было бы попытаться заранее установить контакт и

договориться".

"Понятно. Меня первый раз отправляют, поэтому я не

знал".

Заместитель директора, похоже, был озадачен моим ответом. Он

уже подумал, что командированный выглядит очень молодо. Мало того, он сказал,

что не знает, чем занимается командированный инспектор. Заместитель директора

не считал его каким-то необычным. В конце концов, его отправил министр

иностранных дел, но он не мог не иметь некоторых сомнений.

"Я - исполнительный служащий Карл Красиус".

"О, это большая честь для меня - встретить важного

исполнительного служащего. Похоже, что министр действительно обратил внимание

на нашу ситуацию. Я искренне благодарю Вас".

Заместитель директора хотел было отмахнуться от этого, но не

смог скрыть своего удивления. Этот сумасшедший старик выпустил в Академию

монстра.

От такой мысли заместитель директора потерял дар речи и стал

идти быстрее.

Исполнительный служащий Карл Красиус. Даже если этот человек

всю жизнь занимался образованием, он слышал это имя много раз, но это был не

тот человек, с которым он хотел бы встретиться. Если кто-то, работающий на

Империю, встречался с исполнительным служащим, это означало, что его ждет очень

неприятная ситуация.

Заместитель директора знал, что он пришел не для того, чтобы

расследовать его, и все же не мог удержаться от того, чтобы не покрыться

холодным потом. Как только он добрался до кабинета директора, то с таким видом,

будто встретил врата рая, постучал в дверь.

"Директор, я привел господина инспектора".

"Впустите его".

Услышав это, он тут же открыл дверь.

"Вы можете войти. Для меня было честью проводить Вас

сюда".

"Для меня также было честью познакомиться с Вами".

После того как заместитель директора подтвердил, что

исполнительный служащий вошел в кабинет директора, он быстро скрылся в своем

кабинете. В дальнейшем они будут встречаться чаще, но к сегодняшней встрече он

был совершенно не готов.

Пожилой мужчина с седыми волосами и длинной бородой. Он был

похож на одного из мудрецов, появлявшихся в сказках. Директор посмотрел на

молодого человека, вошедшего в его кабинет.

'Исполнительный директор пришел?'

Это был молодой человек с черными волосами и глазами. Мало

того, он был одет в характерную для инспектора черную одежду. Он был полностью

погружен в темноту.

"Давно не виделись, исполнительный служащий. Прошло уже

два года?"

Исполнительный служащий кивнул и заговорил.

"Я встретил Вас в день назначения Министра, так что

прошло примерно столько же времени. Как у Вас дела, директор?"

"Молодежь очень много работает, поэтому у этого старика

было не так много дел. Поэтому мне удалось сохранить здоровье".

"Я рад это услышать".

Исполнительный служащий, естественно, сел на стул и

посмотрел на директора. Когда на него взглянули черные как смоль глаза,

директор не смог удержаться от того, чтобы не сглотнуть. Исполнительный

служащий был тем, кого министр иностранных дел отправил в Академию, чтобы

помочь с новыми студентами, решившими поступить в учебное заведение. Но даже

если оставить это в стороне, он был человеком, занимавшим более важную

должность, чем он.

Несмотря на то, что к директору академии относились как к

исполнительному служащему департамента образования, исполнительный служащий

инспекции все же занимал более высокое положение, чем он.

Секретарь директора поставила перед ними чашки с чаем. Очень

тихое и старательное движение. Даже обычно яркий секретарь была ошеломлена его

присутствием.

'Подумать только, он одного возраста с теми студентами,

которые закончили учебу в прошлом году'.

Она не могла не рассмеяться в недоумении. Хотя их и называли

прошлогодними выпускниками, ей казалось, что он все еще видит их бегающими по

Академии и смеющимися. Но этот человек был одного с ними возраста. Она до сих

пор не могла поверить в это.

"Это чай, привезенный из Соединенного Королевства Юбен.

Данный чай славится своим уникальным ароматом. Надеюсь, чай придется по вкусу

исполнительному служащему инспекции".

Секретарь, предложивший им чай, отлично разрядила обстановку.

Исполнительный служащий сделал глоток чая и поставил чашку

на место. Он посмотрел на директора и начал говорить.

"Я приехал, узнав о трудностях Академии".

"Если не принимать во внимание, откуда они родом, я

рад, что люди приезжают из других стран, чтобы учиться. Хотя это немного

хлопотно... Я просто боюсь, что в итоге мы можем разочаровать таких жаждущих

студентов".

"Неужели?"

Исполнительный служащий прокуратуры кивнул. Он как будто

говорил: мне нечего сказать, так что говорите дальше. Проблемы были у Академии,

а не у него.

"Я чувствую облегчение от Вашего приезда. После того,

как охрана была ослаблена по сравнению с предыдущими годами, я чувствовал себя

довольно неспокойно из-за того, что сюда приезжают значимые студенты. Так что я

наконец-то чувствую облегчение".

"Вы мне слишком льстите".

"Вовсе нет. Все знают о Вашей славе. Я до сих пор

помню, как Вы наказали графа Не полгода назад и маркиза Асилона год

назад".

Исполнительный служащий смотрел на свою чашку чая, как будто

его не волновали такие достижения. Но директор все равно не остановился. В

конце концов, он пытался упомянуть о его достижениях, а затем сказать: "Я

желаю, чтобы Вы использовали эти способности для порядка в Академии".

"Особенно два года назад, в северном районе..."

При этих словах исполнительный служащий посмотрел на

директора.

'О, черт'.

Это было хуже всего. Он пытался поднять его как можно выше,

но в итоге упомянул то, что не должен был.

Увидев удивленного директора, исполнительный служащий

улыбнулся. Хотя он улыбался, было видно, что он это делает специально.

"Я совершил ошибку, исполнительный служащий. Может

быть, из-за того, что я стар, такие вещи иногда случаются".

"Все совершают ошибки. Пожалуйста, не волнуйтесь".

Он не отрицал, что это была ошибка. Директор горько

улыбнулся, услышав ответ. Исполнительный служащий встал.

"Я сделаю все, что в моих силах, так что, директор, Вам

не стоит беспокоиться".

"Я благодарю Вас за это".

"Тогда я удаляюсь".

"Хорошо, понятно. Я организую для Вас место для

проживания".

Исполнительный служащий кивнул, затем повернулся и вышел из

кабинета директора. Проводив его, директор наконец-то смог расслабиться и

откинуться на спинку кресла.

"Похоже, я действительно стар. Даже подумать страшно,

что я мог совершить такую ошибку".

Вытерев пот с лица директора, секретарь осторожно спросила.

"Про ошибку... Вы говорите о Севере?"

Поскольку у секретаря тоже были глаза и уши, она знала, на

какие слова отреагировал исполнительный служащий, но не знала, почему. Когда

директор упомянул графа и маркиза, он, похоже, не заинтересовался. Тогда почему

он отреагировал на Север?

Директор покачал головой, заметив интерес своего секретаря.

"Пожалуйста, забудьте об этом. Я уверен, что Вы могли

бы узнать, если бы поискали, но я предлагаю Вам этого не делать".

"Ах, хорошо..."

"Да. Он не хочет говорить об этом, поэтому будет

правильно, если мы не будем об этом упоминать".

То, что сказал директор, было советом не только для

секретаря, но и для него самого.

Север. Четыре года назад некоторые жители Севера подняли

восстание, и почти два года шла война. Исполнительный служащий инспекции был

одним из тех, кто оказался в центре событий.

'О, мать твою. Я чувствую, что сейчас умру".

Я быстро вышел из кабинета директора и стал искать туалет. Я

начал чувствовать это после того, как спустился из кареты. Во время разговора с

заместителем директора оно достигло опасной точки. А в разговоре с директором

оно достигло пика. Я чувствовал, что вот-вот сорвусь, но изо всех сил старался

сдержаться.

Поэтому я плохо запомнил все, что говорил директор. Обратил

внимание на то, что он говорил недолго, после того как упомянул Север.

'Этот треклятый старик'.

Хотя прошло два года, мне все еще было неловко говорить об

этом, но это не было чем-то, что я мог бы скрывать вечно. Но это было и не то,

что я должен был делать.

Поэтому я использовал это как предлог, чтобы покинуть это

место. Мне было жаль директора, но я также был удивлен. Так что будем считать,

что это ничья.

Но самое главное, где здесь этот чёртов туалет? Почему это

место такое большое?

Пока Карл размышлял, в чем проблема - в съеденной еде или в

качестве дороги, а заместитель директора обливался холодным потом, наставляя

его, студенты начали просыпаться и готовиться к занятиям в Академии.

Люди открывали свои магазины, а студенты готовились к

занятиям. В Академии начинался очередной напряженный день.

Солнечный свет, проникающий сквозь занавеску, щекотал лицо

девушки. Она попыталась укрыться от солнечных лучей, но сдалась и открыла

глаза, когда стало ясно, что это бесполезно.

Девушка поднялась с кровати и ощутила ледяной ветерок.

Прошло уже 10 дней с момента церемонии вступления. Сейчас была середина марта,

а воздух с раннего утра все еще был прохладным.

"Зевок~"

Казалось, что внезапный холодный ветерок разбудил девушку.

Она осторожно встала и потянулась. До начала занятий оставалось еще немного

времени, но если она будет бездельничать, то время пройдет быстро.

"Давайте и сегодня хорошо потрудимся~".

Позитивный настрой девушки притягивал взгляды окружающих, но

мешал приблизиться к ней.

"Хммм, хммм 𝅘𝅥𝅮

".

Девушка шла, напевая что-то, что не было похоже на песню, но

она наверняка бы настаивала, что это именно песня. Ее розовые волосы,

подпрыгивающие в такт шагам, напоминали цветущую в начале года вишню. Ее глаза

сияли голубизной, как небо в солнечный день.

Люди, которые поворачивались к ней лицом, услышав чье-то

напевание, скорее всего, кивали, соглашаясь с тем, что им это послышалось.

Потому что, в конце концов, идеальным в напевании было именно лицо.

"Луиза!"

Напевающая девушка повернула голову, услышав, что ее кто-то

зовет. Увидев, кто это, она улыбнулась.

"Ирина!"

Луиза подбежала к Ирине и схватила ее за руку, как будто они

давно не виделись. Конечно, это была не первая их встреча за долгое время, они

только вчера ужинали вместе. После того как подруги оказались вместе, скорость

их ходьбы уменьшилась вдвое, а количество людей, идущих позади них,

увеличилось.

Каждый раз, когда кто-то обращался к Луизе, она

приветствовала его и заставляла присоединиться к группе. Поэтому скорость их

движения уменьшалась, как будто на них наложили дебафф. Но среди пяти человек,

похоже, никто не беспокоился о скорости. Ведь если бы это была дружба... Разве

можно было бы опоздать?

"Эй, если ты и дальше будешь так идти, то не

опоздаешь?"

Но была подстраховка, которая не позволила ей опоздать, и

она смогла прибыть в Академию вовремя.

"А, Эрих! Доброе утро!"

"Да, доброе утро".

Эрих ухмыльнулся и принял приветствие. Когда он,

естественно, направился к Луизе, Ирина, находившаяся рядом с ней, освободила

для него место. Эрих неловко улыбнулся этому жесту, но, похоже, отказываться не

собирался. Поэтому он стал ходить рядом с Луизой.

Посмотрев на это, Ирина и остальные три девушки начали

перешептываться между собой и тихо смеяться. Несмотря на то, что их жизнь на

свидании находилась в плачевном состоянии, они говорили, что смотреть на то,

как другие люди пытаются, так же весело, как смотреть на огонь с другого берега

реки.

Несмотря на то, что Эриху приходилось больше стараться,

чтобы привлечь внимание Луизы, это их не волновало.

В итоге группа увеличилась до шести человек, но Эриху

показалось, что у него появился какой-то бонус к скорости. Количество

разговоров увеличилось, но двигались они быстрее, чем раньше.

"Эрих, у тебя седые волосы".

"Для этого время еще не наступило".

"Я пошутила. Это была всего лишь прядь".

Луиза, смеясь, вырвала прядь из головы Эриха. Ирина

отвернулась, чтобы защитить последнее чувство собственного достоинства Эриха,

лицо которого раскраснелось. Она наклонила голову, наблюдая за улетающей нитью.

"Кто этот человек?"

Все сначала посмотрели на Ирину и проследили за ее пальцем

при этих словах.

"Ты права. Он не похож ни на студента, ни на

преподавателя".

"Как странно. Он что, посторонний?"

"А разве посторонние могут входить в Академию в такое

время?"

На нем не было формы, значит, он не был студентом, но на нем

не было и синей мантии, значит, он не был членом преподавательского состава.

Окончательно успокоившись, Эрих тоже посмотрел в ту сторону, куда указывала

Ирина.

"Что...?"

Эрих растерянно произнес, увидев незнакомца. Похоже, тот

тоже увидел Эриха.

"Эрих, ты его знаешь?"

Луиза спросила Эриха, увидев, что они, похоже, знакомы.

Эрих не смог сразу ответить на вопрос Луизы. Он определенно

знал этого человека, но его не должно было быть здесь. Он был человеком,

который жаловался, что ему не хватает времени даже на возвращение домой, так

почему же этот человек проделал весь этот путь до Академии?

Пока он был в замешательстве, этот человек подошел к нему и

встал перед ним. Он сказал, глядя на Эриха.

"Давно не виделись. Как поживаешь?"

Я наконец-то смог найти уборную, как только она вышла за

пределы пика, и результат был принудительно явлен. Увидев, как я облегчился, я

понял, насколько напряжено было мое тело. Я никогда не слышал, чтобы кто-то

говорил, что я выгляжу слабым, так почему же мое тело так реагирует?

В последнее время я постоянно работал сверхурочно, не видел

солнечного света, давно не ездил на карете, и, что еще хуже, дороги были в

ужасном состоянии. И, в довершение всего, я должен был есть, находясь в таком

состоянии.

Хм, значит, у меня было достаточно причин.

Закончив с самоанализом, я вышел из главного здания и

прошелся по Академии. Нравится мне это или нет... Нет, хотя я действительно

ненавидел это место, мне придется остаться в Академии на пару месяцев. Академия

была очень большой, так что я должен был хотя бы немного изучить ее

расположение.

Неловко будет сбиться с пути, когда нужно срочно что-то

сделать. Возможно, эта новость каким-то образом дойдет до министра, и он будет

смеяться надо мной, говоря, что, несмотря на то, что я исполнительный служащий,

я не могу найти дорогу в кампусе. От одной мысли об этом меня охватила злость,

как будто я действительно это слышал.

Я направился к ближайшему зданию. Я не мог смириться с тем,

что в будущем министр будет смеяться надо мной из-за подобного, поэтому решил

как можно быстрее разобраться в структуре Академии.

'Что же мне делать?'

Он слышал, как студенты бормотали, глядя на него. Это была

очевидная реакция, учитывая, что он был чужаком. Я решил, что надо идти в

главный корпус, пока студенты входят в Академию, но тут что-то привлекло мое

внимание.

"В чем дело?"

Когда другие двигались только группами по два-три человека,

здесь была группа из шести человек, идущих вместе. Мало того, наблюдался

огромный гендерный дисбаланс: один мужчина и пять женщин. Я точно не знаю, кто

этот мужчина, но он находится в довольно завидном положении.

'Но этот кто-то - мой младший брат'.

Вот сукин сын. Несмотря на то, что его старшему брату

приходится нелегко, младший брат живет мечтой своего брата, как будто это

пустяк. Он хуже второго служащего. Ладно, пойдем, побеспокоим его.

Я легкими шагами направился к Эриху. Когда я приблизился к

нему, я увидел, что его глаза слегка дрожат. Как странно. Я никогда его не

тревожил, но в моем присутствии он всегда выглядит спокойным.

"Давно не виделись. У тебя все хорошо?"

"Да. А у тебя, брат?"

"Как обычно".

Я хотел сказать "плохо, как обычно", но вокруг нас

было еще больше ушей, и я решил этого не говорить. Не стоит жаловаться на жизнь

государственного служащего перед студентами, которых я никогда не видел.

Переведя взгляд на остальных пятерых, я увидел, что они

неловко склонили головы в мою сторону, за исключением одного.

"Привет! Вы старший брат Эриха?"

Она сказала это слишком энергично, чтобы можно было

подумать, что она спросила об этом из вежливости. Этого было достаточно, чтобы

я подумал, что если бы это была манхва, то при ее словах был бы звуковой

эффект.

Голубые глаза и розовые волосы. Она явно привлекала к себе

внимание. Она привлекала к себе внимание, куда бы она ни пошла.

...

...?

Я вижу ее впервые, но почему она кажется мне знакомой?

Розовый... Голубой...

Они что-то напомнили мне, но я не мог вспомнить, что именно.

Была ли ее фотография в списке студентов, который мне дали в

отчете?

"Да. Я Карл Красиус. Вы друг Эриха?"

Обычно люди представлялись после того, как это делал другой

человек. Если бы я услышал ее фамилию, то, по крайней мере, смог бы узнать, где

я ее раньше видел.

"Да, я подруга Эриха. Луиза Нэйрд!"

"Понятно."

'Блядство'.

Хотя мое тело кивало, голова переключилась в режим тревоги.

Услышав ее имя, я вспомнил. Луиза, из семьи барона Нэйрда.

Розовые волосы с голубыми глазами. Подобно музыканту, она была человеком,

который притягивал к себе людей. Женщина, которая получала любовь и внимание

других людей благодаря своей внешности и характеру.

'Она - главная героиня'.

Я мельком взглянул на Эриха. Несмотря на то, что его тело

затвердело, его взгляд все еще был устремлен на Луизу. Его щеки были красными.

Он был похож на собаку.

"Это было не четыре, а пять...?"

"Да?"

"Нет. Ничего особенного".

Я закончил говорить то, что должно было быть мыслью.

Я с жалостью посмотрел на Эриха. Эрих пожал плечами, но я не

мог отвести от него глаз.

'Какой жалкий парень. Значит, ты самый слабый'.

Принц Империи, два принца и кандидат на звание Святого. Хотя

между их статусами и была разница, они могли, по крайней мере, соревноваться

друг с другом. Но второй сын графской семьи, соревнующийся с такими людьми? Это

немного...

Я похлопал Эриха по плечу. Это было сделано для того, чтобы

утешить моего младшего брата, который, казалось, проиграл еще до того, как

встал на стартовую линию.

Я познакомился с главной героиней в первый день, когда меня

отправили в Академию, и она была подругой моего младшего брата.

И не только это, но и то, что она была другом моего младшего

брата, чьим самым вероятным финалом было: "Я бы хотела, чтобы мы остались

хорошими друзьями".

Встреча с братом, который поступил в Академию, чтобы познать

мир, была самой страшной. Он был ребенком, воспитывался в семье, которая любила

и заботилась о нем, а в итоге влюбился в девушку из Ада.

'Как страшно. Человеческая капибара".

Мало того, он не был тем, кто раньше интересовался

противоположным полом, так что удивление было еще сильнее. Если бы он был

кем-то, кто был озабочен девушками, я бы просто отмахнулся от него, но это было

не так, поэтому это было худшее из возможных воссоединений.

"Я рад, что ты выглядишь здоровым".

Я подумал, стоит ли мне что-то говорить, но решил не

говорить. Хотя мой младший брат участвовал в гонке с очевидным исходом, он все

равно не сказал этого сам. Сказать что-то в такой ситуации было бы плохо.

Я не считал свои отношения с Эрихом плохими, но, честно

говоря, мы не были так уж близки. Он, наверное, рассердится, если я скажу:

"Эй, у тебя ничего не получится в личной жизни".

Эрих кивнул, и я похлопал его по плечу, выглядя немного

смущенным. Ирина, наблюдавшая за происходящим со стороны, заговорила.

"Но Карл... Оппа, что привело Вас в Академию?"

Похоже, она раздумывала, как ко мне обратиться, но в

последний момент решила назвать меня оппой, и я ответил, чувствуя

удовлетворение. Ведь обычно меня называли исполнительным служащим,

"ублюдком", "сукиным сыном" и другими грубыми словами.

Поэтому, услышав что-то мягкое, вроде "оппа", я почувствовал себя

хорошо. Я старался не обращать внимания на то, что это делает меня на шаг ближе

к превращению в старика.

"Что привело меня сюда? Из-за моей работы. Я думаю, что

задержусь здесь надолго, так что если увидите меня, подойдите и

поприветствуйте".

"Работа? Вы государственный служащий?"

Ирина удивленно спросила. Если бы он был государственным

служащим, пришедшим на работу, он был бы, по крайней мере, среднего или

высокого ранга, но Карл выглядел как человек, только что приступивший к работе.

"Да. Я государственный служащий".

Я хотел сказать что-то вроде: "Вам, ребята, лучше не

становиться служащими", но в итоге закрыл рот. Это было бы проблемой, если

бы они действительно приняли мои слова к сведению и решили не становиться

государственными служащими.

Чем больше рабов я получал, тем комфортнее становилась моя

работа. Однажды все может получиться, даже если меня не будет рядом...

Пожалуйста...

"Ух ты! Я слышала, что в последнее время стало труднее

стать государственным служащим."

Капиб..., нет, глаза Луизы заблестели, когда она услышала,

что я государственный служащий. Стало труднее... Стать государственным

служащим? Это плохая новость. Это означает, что скорость появления новых рабов

будет снижаться.

"Я стал им четыре года назад, так что я не знаю, как

сейчас обстоят дела".

Луиза собиралась сказать что-то еще, но я оборвал ее слова.

Мало того, что она была главной героиней этого мира, так она еще и поглотила

Эриха. Я не был уверен, что произойдет, если я буду держать ее рядом с собой.

Конечно, она не сделала ничего плохого... Но я не могу не быть осторожным.

Была ли это зависть бедного чиновника к главной героине,

которая получает всеобщую любовь и ласку?В этом есть смысл.

"Но разве ты не собиралась на занятия? Ты же

опоздаешь".

"Мы еще..."

"Ах, да. Нам пора идти".

Казалось, Луиза хотела еще что-то сказать, но Ирина

остановила ее. Похоже, она заметила, что я хочу уйти. Какая проницательность.

Может быть, это у нее выработалось само собой после близкого знакомства с

главной героиней?

"Давайте встретимся в следующий раз, если будет

возможность".

Сказав что-то в духе "давайте в следующий раз поедим

вместе", я посмотрел на Эриха. Он был моим младшим братом, поэтому я

должен был сказать что-то еще.

"В Академии ты можешь многое сделать. Так что приложи

усилия и продвигайся".

Конечно, я не знал, что именно он может сделать, потому что

никогда не учился в Академии. Сукин ты сын.

Сказав это, я развернулся и уже собирался идти к главному

зданию, как увидел блондина в окружении последователей. Я уже познакомился с

главным героем и своим младшим братом. Если я встречусь с этим человеком

сейчас, я почувствую, что мое психическое состояние будет испорчено.

Эрих вздохнул с облегчением, увидев уходящего Карла. Он

вытер пот, стекающий по лбу. Он не знал, что встретит своего старшего брата в

Академии. К тому же, похоже, что он надолго задержится здесь.

Луиза заметила, что Эрих ведет себя странно. Выражение его

лица было напряженным, а сам он был весь в холодном поту. Одного взгляда было

достаточно, чтобы понять, что что-то не так, и было бы странно не спросить, что

его беспокоит, поэтому она обеспокоенно спросила.

"Эрих, ты в порядке? Ничего не болит?"

"А, хм. Я в порядке, не волнуйся".

Хотя он неловко улыбнулся, на самом деле ему было не по

себе. Встреча с Карлом показала ему, каково это - быть мышью перед змеей.

"Давно не виделись. Как поживаешь?"

В отличие от него, Карл был похож на их отца. У него были

черные волосы и глаза. Его низкий голос придавал его присутствию невидимое

давление, которое сильно давило на Эриха. Эрих едва успевал смотреть ему в

глаза, когда отвечал.

'Каждый раз, когда я привыкаю к нему, давление усиливается'.

Возможно, по мере роста Эриха он стал способен воспринимать

ранее незаметные части ауры. Карл был человеком, который излучал давление при

простой ходьбе. Действительно ли они были братьями, рожденными от одних и тех

же родителей?

Так было не всегда. Когда Эрих был еще ребенком, хотя они и

не были близки, у них, по крайней мере, были по-семейному теплые отношения. Они

были нормальными братьями. Карл был тихим человеком, пока в 16 лет внезапно не

потерял сознание.

В это время в доме все перевернулось вверх дном. Ведь

наследник графа потерял сознание. Атмосфера была настолько тяжелой, что,

казалось, любого, кто проявит хоть малую долю ответственности, ждет казнь. К

счастью, вскоре он пришел в себя, но с того дня Карл стал казаться совсем

другим человеком.

Карл, который раньше был тихим и робким человеком, стал

более экстравертным. Эриху это показалось странным, но ведь он очнулся после

того, как был почти мертв, так что, может быть, это и понятно, что он

изменился. Но даже если думать об этом как можно более позитивно, то после

того, как Карлу исполнилось 17 лет, его прежнего облика уже не было видно.

После возвращения домой с работы выражение лица Карла стало

суровым, а с определенного момента он вообще перестал приходить с работы. Это

было слишком долгое время, чтобы считать, что он просто занят. В последний раз,

когда он видел Карла, тот выглядел слишком уставшим.

Через два года после того, как Карл стал государственным

служащим, когда Эриху было 15 лет, он наконец вернулся в дом. В доме стало

шумно после того, как разнеслась весть о возвращении наследника. Эрих так и не

смог забыть, как он выглядел.

"Молодец. Ты - шедевр семьи Красиус".

Отец Карла и Эриха. Лорд семьи, которого Эрих считал

неудобным называть отцом. Он был верным подчиненным императора, способным

дворянином и хорошим лордом. Но он не был хорошим отцом.

На двух своих сыновей он смотрел как на предметы, которые

должны были унаследовать фамилию Красиус. Он просто думал о них как о картах,

которые будут использоваться для императора и империи. Он хорошо с ними

обращался, чтобы они выросли полезными, но не проявлял к ним никакой

привязанности или внимания. Лорд был именно таким отцом.

Но, увидев вернувшегося после долгого перерыва Карла, лорд

улыбнулся. Даже слуги, служившие господину много лет, никогда не видели его

таким, и потому выглядели удивленными. Только Карл как ни в чем не бывало

опустил голову и спокойно ответил.

"Я просто сделал то, что должно было быть

сделано".

Похоже, Лорд был очень доволен таким ответом.

Только после возвращения Лорда Эрих смог подойти к Карлу.

Даже если они не были близки, он давно не видел своего старшего брата. Понятно,

что он был бы рад его видеть, но Эрих почувствовал, что у него мурашки по коже,

когда увидел, как Карл смотрит на него.

Карл смотрел на него теми же глазами, что и Лорд. Казалось,

что он смотрит не на человека, а просто проверяет, насколько тот вырос.

Карл несколько раз похлопал Эриха по плечу и вышел.

Оставшись один, Эрих некоторое время стоял в одиночестве.

С того дня прошло два года. И снова глаза Карла выглядели

так же, как и тогда.

'Он хорошо растет'.

Увидев светловолосого мужчину, я развернулся и пошел другим

путем в сторону главного здания. Только по прошествии некоторого времени я смог

задуматься о том, насколько вырос Эрих. Прошло всего десять дней с момента

церемонии вступления, а главный герой уже поглотил его. Он выглядел немного

жалко, но, тем не менее, вырос здоровым и сильным.

Мне стало жаль Эриха. Лорд, который не ведет себя как отец.

Мать, которая либо не хотела, либо не могла поговорить с Лордом о том, как он

воспитывает своих детей. И меня, который завладел этим телом вместо

первоначального владельца. Благодаря этой триаде Эрих, по сути, рос сам по

себе.

Когда я взял под контроль это тело, Эриху было 12 лет. С

того момента Эриху, по сути, пришлось учиться самостоятельно стоять на ногах.

Первый год я мог заботиться о нем, поскольку мы жили в одном доме, но после

того, как я стал государственным служащим, это стало практически невозможно.

После того как я вернулся с Севера и увидел, как он вырос, у

меня защемило сердце. Испытывая гордость, я похлопал его по плечу и обернулся.

Похоже, он чувствовал себя неловко из-за того, что давно не видел брата. Он

стоял, не двигаясь, с напряженным выражением лица.

Сегодня я снова был тронут тем, как сильно он вырос. Я снова

положил руки ему на плечо, но он опять напрягся. Как и полагается, семья должна

жить в одном доме и часто видеться. Он чувствует себя неловко из-за своего

брата.

'Я должен воспользоваться этой возможностью и почаще

навещать Эриха'.

Если бы Эрих обнаружил эту мысль, он разрывался бы между

мыслью о том, чтобы покинуть Академию и наслаждаться школьной жизнью с Луизой.

С другой стороны, если бы Карл понял, что Эриху показалось,

что его глаза напоминают Лорда, он бы очень удивился.

У каждого из братьев был козырь, способный нанести огромный

психический ущерб другому...

Я дождался начала занятий и подошел к главному корпусу,

чтобы не встречаться со взглядами студентов. Проходя по опустевшему кампусу, я

видел через окна, как студенты идут на занятия.

Хотя мне удалось избежать встречи со студентами, я пожалел,

что не пошел в другую сторону. Так я оказался бы возле кабинета директора и

смог бы выпить чаю.

Я подумал, что, возможно, Луиза - кошка, а не капибара.

Человек, от которого я ускользнул, как только увидел его, не считая тех троих,

что приехали из других стран, был единственным человеком из Империи, с которым

мне следовало быть осторожным. Третий Императорский Принц, Айнтер Ливноман.

Надо же, как неожиданно появился третий принц Империи.

Неужели кто-то издевается надо мной?

Хотя Академия была огромной, я увидел Айнтера в месте,

которое находилось недалеко от Луизы. Я не мог не почувствовать мурашки по

коже. Айнтер и так был проблемой, но если я видел его рядом с Луизой, то была

вероятность, что я столкнусь и с остальными тремя.

Мне не хотелось оказаться здесь, где я мог бы столкнуться со

всеми важными персонажами одновременно. Если уж они хотели загнать меня в такую

ситуацию, то должны были хотя бы дать мне что-то, что позволило бы мне

успокоиться.

Я вдруг представил себе, что меня окружают четыре самых

важных человека в Академии в одном месте.

То, что не удавалось испытать даже министру иностранных дел.

Одна мысль об этом напрягала меня. Я растерянно посмотрел на

небо.

Находясь в таком состоянии в Академии, я чувствовал себя

студентом университета, ожидающим маршрутку, но в Академии не было ничего

похожего на маршрутку, а я не был студентом университета.

Я схватился за лоб. Мой четырехлетний опыт работы

госслужащим подсказывал мне, что скоро начнутся неприятности. Проблема

заключалась в том, что не было никакой возможности проследить за этим

предупреждением.

Я как будто видел, что удар летит в мою сторону, но ничего

не мог сделать, чтобы уклониться от него. Разум и инстинкт подсказывали мне,

что идти сюда - плохая идея, но я все равно был здесь, потому что не мог

ослушаться начальства. Самая страшная сила в мире - это авторитет.

В этот час вокруг не было ни одного гуляющего студента, и я

перестал изучать планировку Академии. Пощелкав языком, я встал со скамейки и

направился в ту сторону, откуда пришел.

Поскольку это было учебное заведение, в котором училось

много аристократов, здесь было много больших и экстравагантных зданий. Я иногда

переходил из одного здания в другое, а так как был перерыв, мимо проходили

студенты.

На входе на меня смотрело слишком много людей, и я

чувствовала себя как в зоопарке, но сейчас все было не так. Во-первых, я не

собирался проводить здесь время, избегая студентов.

'До завтрашнего дня я буду говорить, что я - исполнительный

служащий инспекции.'

Я не мог продолжать ходить и говорить каждому встречному:

"Привет, приятно познакомиться. Я - исполнительный служащий

инспекции".

Я продолжал бродить по Академии, запоминал ее расположение.

Потом я осмотрелся и достал устройство связи. Я закончил все, что нужно было

сделать, так что пора было заняться чем-то, пока я об этом не забыл.

Я достал устройство связи и позвонил старшему служащему.

Вскоре появилось его лицо.

- Давно не виделись, исполнительный служащий. Вы

благополучно прибыли в Академию?

"Да. Я прибыл утром, но не смог связаться с Вами

раньше, так как решал кое-какие вопросы".

- Я рад, что, кажется, все в порядке.

На самом деле, как только я приехал в Академию, возникло

множество проблем. Луиза, главная героиня, Эрих, который, казалось, должен был

быть отшит в духе "ты хороший друг", и Айнтер, который приближался

после того, как его заманивали то ли кошка, то ли капибара.

Впрочем, упоминать об этих проблемах и заставлять старшего

служащего волноваться не было никакой необходимости, поскольку он все равно

ничего не мог сделать. Я отбросил вопрос о Луизе и других.

"Что ж, да. Но во время поездки в Академию я увидел

нечто странное".

- Да, пожалуйста, расскажите.

"Я уверен, что были выделены деньги на ремонт дорог,

ведущих к Академии, но они были в ужасном состоянии".

Идите по этим следам и разберитесь с ними.

Старший служащий кивал на приказы, сказанные таким тоном,

что казалось, будто его попросили пойти и купить что-нибудь на местном рынке.

Судьба этого неизвестного провинциального начальника была предрешена.

Это был мой последний подарок той особой карете, с которой

меня связывала маленькая дружба во время пути в Академию. Я сохранил нашу

дружбу, особая карета.

- Я разберусь с этим, а потом отправлю Вам сообщение. Вам

еще что-нибудь нужно?

"Нет. Там все в порядке?"

- Да, все в порядке.

К счастью, похоже, что служащие вели себя хорошо. Мое лицо

расслабилось от чувства облегчения. Судя по тому, что старший служащий не

связывался со мной, все было в порядке. Но все же я не мог отделаться от

чувства беспокойства.

"Да, хорошая работа. И если что-то случится, свяжитесь

со мной".

- Понятно.

Поскольку мне больше нечего было сказать, я прервал

разговор. Убедившись, что старший служащий находится в офисе, я успокоился.

Если бы его не было, очевидно, что другие служащие могли бы устроить всякие

неприятные инциденты. Инспекция была бы перевернута вверх дном.

'Может, так и лучше?'

Если бы управление создавало слишком много проблем, министр

бы его распустил. Тогда, скорее всего, на меня возложат ответственность и

заставят уволиться. Конечно, был шанс, что министр создаст новую, не

существовавшую ранее должность, посадит меня туда и заставит работать.

Но мысль о том, что я могу уволиться, не давала мне покоя. Я

отложил устройство связи и снова начал двигаться.

После окончания разговора старший служащий открыл дверь и

положил в сторону коммуникатор. Он вышел из комнаты, так как там было шумно.

Обстановка была неподходящей для разговора с исполнительным служащим.

Как только он открыл дверь, перед ним развернулась

праздничная сцена.

"Шоу талантов 3-го служащего! Я собираюсь показать вам

кое-что!"

"Привет, хи-хе-хе".

"Эй! Кружка исполнительного служащего пуста!"

Среди трех сукиных сынов 2-й служащий был самым шумным. Мало

того, он наливал спиртное для исполнительного служащего, хотя того там не было.

Старший служащий повернул голову и увидел человекообразную куклу. На лице куклы

была наклеена фотография лица Карла. 2-й служащий подошел к ней, налил спиртное

в стакан, стоящий перед ней, и выплеснул содержимое стакана на портрет Карла.

"Исполнительный служащий отлично умеет пить!"

2-й служащий начал громко смеяться и снова налил спиртное.

Кукла, которую они поставили для улучшения атмосферы, в глазах 2-го служащего

превращалась в настоящего исполнительного директора.

Причина этой вечеринки была проста. Из-за гнева Карла,

увидевшего плакат и вечеринку, прощальная вечеринка была отменена.

Однако служащие инспекции не сдавались. Первый, второй и

третий служащие заявили, что если они не могут устроить прощальную вечеринку,

то могут устроить вечеринку в честь прибытия исполнительного служащего в

Академию.

В начале дня они закончили то, что нужно было сделать, и

отложили то, что не нужно, на потом, освободили свое дневное расписание и

начали готовиться к вечеринке.

"Полагаю, это приблизительно рост исполнительного

служащего?"

"Ух ты, портрет получился на славу".

Поскольку Карла там не было, вместо него была установлена

кукла с портретом его лица. Затем они собрали плакат, который Карл уничтожил, и

прикрепили его к кукле.

[Ах, как мы Вам завидуем! Жизнь в Академии в двадцать с

небольшим лет!]

Они выбросили бессмысленные буквы. Родился новый, совершенно

беспорядочный плакат.

Пока 3-й служащий танцевал, а 2-й наливал алкоголь в

портрет, 1-й служащий подошел к старшему и предложил ему стаканчик с алкоголем.

"Старший служащий, Вы тоже. Выпейте стаканчик!"

Старший служащий взял чашку, которую ему протянул 1-й

служащий, и опустошил ее. До звонка Карла он выпил уже 6 стаканов спиртного.

"Все в порядке?"

На вопрос Карла, заданный с тревогой и беспокойством,

старший служащий ответил, что ничего особенного не произошло. Можно сказать,

что он обманул своего начальника...

"От того, что они не устроили никакого инцидента, мне

становится еще тревожнее".

Подумал старший менеджер, глядя на служащих, которые еще

"не устроили никакого инцидента", сходя с ума на вечеринке. Карл не

знал, что критерии, по которым старший служащий определял, что служащие что-то

натворили, были довольно мягкими. Старшему служащему было все равно, если это

не затрагивало людей за пределами его офиса, потому что он считал, что если он

разозлится из-за того, что произошло в офисе, то люди со стороны узнают,

насколько все плохо на самом деле.

До сих пор служащие держали себя в руках из-за Карла,

поэтому об образе мышления старшего служащего никто не знал. Но, к сожалению,

Карла сейчас не было рядом.

Наблюдая за тем, как первый служащий разливает алкоголь,

старший служащий посмотрел на пятого. Тот кивнул. Хотя они и были сейчас в

таком состоянии, они протрезвеют, когда наступит полдень и пора будет работать.

Так что ничего страшного не произошло.

Так продолжалась вечеринка в честь Карла, на которой Карла

не было.

После окончания разговора со старшим служащим я увидел, что

ко мне бежит секретарь директора. Она сообщила, что проводит меня к моему жилью

на время пребывания в Академии.

"Вам, наверное, было некомфортно из-за пристальных

взглядов студентов. Простите, что не сопровождала Вас раньше".

Хотя секретарь сказала это, я чувствовал, что истинная

причина в другом. Скорее всего, многие упоминали о том, что в Академии был

обнаружен посторонний человек. Поэтому сотрудники академии, устав от постоянных

вопросов студентов, быстро направили секретаря ко мне.

"Не стоит извиняться".

После этих слов я замолчал. Судя по тому, что она пришла

искать меня в место, находящееся довольно далеко от главного здания, похоже,

что она действительно старательно искала меня. Вероятно, она не решилась

препятствовать исполнительному служащему, а также была обеспокоена тем, что

студенты спрашивают, что происходит. Мы будем чаще встречаться, может быть, я

слишком строг?

'Не слишком ли много времени я проводил с идиотами?'

Прошло четыре года с тех пор, как я стал государственным

служащим. За эти четыре года произошло много событий. В конце концов, меня

повысили до исполнительного служащего. Затем я почти на два года попал в

компанию трех идиотов.

У меня начались проблемы с общением с нормальными людьми.

Можно подать в суд на "черные" компании, но что делать, если

эксплуататором является государство?

Я вздохнул и молча пошел за секретарем к тому месту, где мне

предстояло остановиться. Может быть, потому, что это была комната, которой

раньше пользовались служащие? Она была довольно неплохой.

"Это немного потрепанный номер для служащего, но сейчас

у нас нет больших комнат. Как только одна освободится, я..."

"А, в этом нет необходимости. Мне нравится."

Я подумал, что это вполне прилично, но если я так говорю, то

что это обо мне говорит? Я отмахнулся от секретаря, которая пыталась

поклониться, и попросил ее вернуться. Ее присутствие рядом со мной только

осложнило бы ситуацию. Я был тем, кто мог перевернуть Академию вверх дном,

поэтому она, вероятно, очень нервничала.

Они боятся меня, но ведь не я хотел сюда приехать. Если они

хотят кого-то обвинить, то, надеюсь, они обвинят министра, который отправил

меня сюда в первую очередь. Впрочем, из-за того, что я оскорблял его за спиной,

он, вероятно, проживет очень долгую жизнь.

Я сел на кровати, размышляя о том, что если я скажу о нем

что-то хорошее, то случится что-то плохое. Увидев Академию и главную героиню

Луизу, я наконец-то почувствовал, что попал в Академию. Это было похоже на

первый день службы в армии.

Как бы то ни было, с завтрашнего дня мне придется жить в

Академии в качестве исполнительного служащего инспекции...

'Черт'.

При мысли о том, что мне придется здесь делать, я

почувствовал усталость. Обычная работа, которую я должен был выполнять в

качестве сотрудника, не была сложной. Всего лишь проверка нескольких

документов, так что даже если бы это заняло больше времени, недели было бы

более чем достаточно, чтобы все сделать.

Кроме того, Академия была очень важным учреждением и

находилась под очень строгим надзором, так что расследовать мне было особо

нечего.

Ходили слухи, что большинство людей тратят здесь время на

безделье, чтобы не возвращаться на свою обычную работу.

Но ко мне это не относилось.

'Луиза, Эрих, Айнтер, Рутис, Латер и Танниан'.

Хотя среди них был лишний человек, в котором текла та же

кровь, что и во мне, я должен был следить за этими шестью людьми. Проблема

заключалась в том, как это сделать.

После того как высокопоставленные лица трех стран неожиданно

объявили о своем желании поступить в Академию, их послы стали отчаянно

стучаться в дверь Министерства иностранных дел.

Некоторые доходили до того, что спрашивали, можно ли им

прислать всю армию своей страны. Империя, конечно же, ответила отказом на все

эти бредни.

Однако на кону стояла судьба членов королевских семей и

кандидата в Святые, поэтому они продолжали отчаянно пытаться. В конце концов,

Министерство иностранных дел уступило, сказав, что предоставит список личного

состава, отправит в отставку часть сил безопасности Империи и разрешит

присутствие свиты в Академии.

Список, который предоставил мне министр, был серьезно

пополнен. Там были и рыцари королевских семей, и святые рыцари, и другие. Это

была не шутка.

'Их было мало только по численности'.

Их реальная боевая мощь была значительной.

В связи с этим Империя также заменила свои войска

несколькими элитными. Империя сократила численность своих войск, как и просили

другие страны. Что они могли сделать, даже если им это не нравилось? Империя

была самой могущественной страной.

Министр иностранных дел, благодаря этому, получил много

уступок от других стран, но продали именно меня. Почему именно ублюдки из

министерства иностранных дел оказались в выигрыше?

В любом случае, важно было то, что здесь было много людей из

трех стран. Они также должны были заметить, что в инспекции сменился

представитель. Империя разместила кого-то из сотрудников на длительный срок, но

это был лишь предлог, чтобы поставить в Академию кого-то другого.

Неужели кто-то из них будет присматриваться к важным

персонам каждой страны? Ах, даже я не смогу пожаловаться. Я бы не удивился,

если бы кто-то из охраны подбежал ко мне и схватил за горло.

'Не только это, но и то, что количество людей

уменьшилось...'

Хотя с точки зрения численности сил изменения были не столь

значительными, количество людей действительно уменьшилось. Ведь даже у

сверхчеловека есть только одно тело. Неожиданности могут произойти, если только

они не смогут создать несколько копий своего тела.

Хорошо, что раньше в Академии было слишком много сил,

поэтому, даже если многие из них были переведены, все равно оставалось

приличное количество людей. Несмотря на это, я должен был быть осторожен.

"Как же хреново".

Я закончил с организацией. Как я и думал, ситуация была

ужасной.

Я не мог не вздохнуть. В Академии находились силы трех стран

и персонал Академии. Если не появится какой-нибудь сумасшедший, то ничего

особенного не произойдет. В общем, проблема была в этой чудо-шестерке.

Честно говоря, Эриху, похоже, не хватало больше всех, так

что, может быть, хватит и пяти? Хотя он был моим младшим братом, это было

правдой. Я ничего не мог с этим поделать.

Сблизиться с ними, естественно, было первостепенной задачей,

но сейчас к ним было бы невозможно подойти из-за подозрительности трех стран.

Хотя во время занятий охрана была ослаблена, я не мог воспользоваться этим,

поскольку являлся инспектором.

Преследование студента? Эй, студент, я инспектор. Могу я

проверить Ваш бумажник? Ни за что на свете я не смог бы сделать ничего

подобного.

Мне ничего не оставалось, как наблюдать со стороны и

пытаться найти удобный случай. Сделав отрицательный вывод, я прилег на кровать.

Будет ли у меня возможность подойти к ним?

Вторая неделя нового семестра. Студенты должны были выбрать

один из многочисленных кружков, в который они хотели бы вступить. Конечно,

поскольку большинство студентов были голубых кровей, а не по личным интересам,

они выбрали тот кружок, в котором лучше заводить связи.

Мало того, существовала вероятность того, что они смогут

наладить отношения с выпускниками Академии, которые входили в тот же кружок.

Таким образом, кружки в первую очередь использовались для налаживания связей.

Луизе просто нравилось быть рядом с людьми, поэтому подобные

сложные вещи ее не интересовали. Ей просто нравилась идея проводить время с

друзьями, разделяя их увлечения. После того как она случайно услышала о кружках

от своего отца, она возлагала на них очень большие надежды.

Неужели небеса пытаются устроить ей препятствия? Поняв, что

вместо того, чтобы присоединиться к кружку, можно его создать, Луиза попыталась

основать свой собственный, но натолкнулась на стену. Чтобы создать кружок,

нужно было собрать не менее трех учеников. Луиза думала, что легко справится с

этой задачей, но не смогла.

От Ирины и других студентов она узнала, что они уже вступили

в другие кружки. Хотя Луиза им нравилась, они не могли отказаться от своего

дворянского долга и налаживать связи. Если бы Луиза была действительно в

отчаянии, они бы подумали об этом, но разве это не просто кружок?

"Луиза, давай просто вступим в кружок".

Луиза грустно опустила голову, услышав предложение Эриха,

единственного, кто принял ее просьбу. Она не была бы так разочарована, если бы

никогда не знала, что может создать круг.

"Но... я хотела создать кондитерский кружок..."

В ее ясных, как небо, глазах появились слезы. Эриху стало не

по себе, но он ничего не мог с этим поделать. Но, словно говоря, что небо

достаточно поиздевалось над Луизой, оно протянуло ей молоток, способный пробить

стену.

"Мисс Луиза. Вы набрали членов для своего кружка?"

Молодой джентльмен со светлыми волосами и фиолетовыми

глазами, характерными для императорской семьи. Третий принц Империи, Айнтер

Ливноман. Человек, которого Карл изо всех сил старался избегать утром, шел к

Луизе.

"А, принц!"

"Ваше Высочество."

Когда Луиза и Эрих быстро встали, Айнтер рассмеялся и

попытался остановить их.

"Не будьте такими. В конце концов, мы все здесь, чтобы

учиться".

Действительно, на бумаге все студенты Академии были равны.

Но это не отменяло того факта, что Академия длилась всего три года, а жизнь

после Академии - гораздо дольше... Не обращая внимания на это, Айнтер

рассмеялся, прочитав, что в списке было всего два человека.

"К счастью, похоже, что с учетом меня в списке будет

всего три человека".

"Да...?"

Глаза Луизы расширились, когда она услышала это. Эрих тоже

удивленно посмотрел на Айнтера. Независимо от того, как они смотрели на него,

Айнтер написал свое имя на бумаге.

Наконец, Луиза смогла улыбнуться. Увидев ее счастливой,

Айнтер тоже удовлетворенно улыбнулся.

Так третий принц Империи стал вторым, попавшим в ловушку

кошки по имени Луиза.

Милая девушка с розовыми волосами, Луиза, с улыбкой схватила

заявление о создании кружка и побежала. Теперь ей оставалось только найти

преподавателя, который помог бы им.

'Я, наверное, быстро найду!'

К счастью, среди преподавателей было много тех, кому она

нравилась, так что, скорее всего, она быстро найдет того, кто согласится стать

их советником. Луиза твердо верила в это. Она уже чувствовала себя счастливой и

была занята мыслями о том, как угостить друзей приготовленными ею закусками.

Я лежал в постели и думал о том, как бы присмотреть за шестеркой, пока не уснул. После того как меня отправили из инспекции и я пережил поездку в карете, отдых в комнате был просто роскошью. Кровать была не столько мебелью, сколько волшебством. Так закончился мой второй день в Академии.

После пробуждения ничего не изменилось. Я по-прежнему не знал, что делать. Я даже подумывал, не пойти ли мне в каждую из трех стран и не сказать ли: "Оставьте их в покое. Они уже знают, насколько важны эти студенты, но все равно решили отправить их сюда".

'Может быть, мне нужно сойти с ума и поехать в другие страны?'

Если я так поступлю, есть вероятность, что министр иностранных дел попытается меня убить.

Я немного почесал голову, но решил пока пойти в главное здание. Может быть, по дороге в Академию мне придет в голову какая-нибудь идея. Мало того, надо хотя бы сделать вид, что я работаю. В конце концов, зачем не работающему инспектору быть в Академии?

Когда я подошел к главному зданию, в поле моего зрения попало что-то розовое.

'Почему она здесь?'

Я увидел розоволосую девушку Луизу. Занятия вот-вот должны были начаться, так почему же она здесь?

"Луиза".

Я немного колебался, но в конце концов позвал ее. Хотя в первый день я старался избегать ее, но если бы у меня были хорошие отношения с ней, все было бы проще. В конце концов, даже если я ничего не буду делать, иностранные парни наверняка будут таскаться к ней. К счастью, между мной и ею был мост под названием "брат ее друга".

Теперь, когда я думаю об этом, я не так уж и рад. Эрих, сволочь.

Казалось, Луиза вспомнила меня. Жизнерадостность вернулась на ее лицо. Она подбежала ко мне и поклонилась. Действительно, она хорошая девушка.

"Господин Карл, здравствуйте!"

Я кивнул и посмотрел на бумагу, которую она держала в руках. Хм, так вот зачем она сюда пришла? В любом случае, я заговорил так, как будто был рад ее видеть.

"Уже день прошел. Что привело Вас сюда?"

"Я собираюсь создать клужок. Я искала преподавателя, который согласился бы стать нашим советником".

"Клужок?"

Я посмотрел на бумагу, которую видел раньше. Была ли эта бумага, которую она так бережно держала, заявлением? Поняв, что я смотрю на заявление, она показала его мне, как бы говоря: "Это заявление!". В этом не было никакой необходимости.

"Можно я посмотрю?"

"Конечно!"

Если она так говорит, значит, все в порядке. Ну что ж. Мне было интересно, что за клуб сделала главная героиня. Это был кондитерский клуб. Это выглядело вполне нормально. Причина тоже была нормальной. Делать вкусную выпечку, которая могла бы оживить студентов, измотанных учебой.

Клуб состоял из лидера Луизы Нэйрд, второго члена, Эриха Красиуса, как и ожидалось, и, наконец, третьего члена...

'Неужели уже и третьего заманили?'

Третий принц Империи, Айнтер Ливноман. Я не мог поверить своим глазам. Поскольку я видел его рядом с Луизой, я думал, что у него есть какие-то дела. Но чтобы он стал третьим. Этого я не ожидал. Был ли уже четвертый номер? Наверное, нет, потому что последний участник был третьим принцем.

Я удивленно посмотрел на Луизу. Прошло всего десять дней с начала занятий. Она, наверное, даже никогда не видела третьего принца, а он уже влюбился в нее. Третий принц - человек, известный своей общительностью.

"Эхм, выглядит неплохо".

Сказать было нечего, и я вернул ей заявление. Несмотря на мое положительное мнение, Луиза ответила в грустной манере.

"Но я не могу найти никого на роль советника..."

'Очевидно'.

Никто в здравом уме не захочет возглавить кружок, в котором состоит третий принц. Если повезет, то можно произвести положительное впечатление на третьего принца. Проблема заключалась в том, что никто не знал, что произойдет, если ты допустишь хоть малейшую ошибку. Это было похоже на то, как если бы ваша жизнь была гачей с неизвестной ставкой.

Конечно, для меня это не имело никакого значения. Я уже несколько раз видел членов императорской семьи, поэтому не чувствовал себя ошеломленным третьим принцем. В конце концов, я приехал сюда, чтобы наблюдать за людьми. Я не мог испугаться тех, за кем должен был наблюдать.

'Советник...'

Мне нужен был повод, чтобы подойти к важным людям. Если бы это был клуб, созданный Луизой, другие люди, вероятно, были бы привлечены к нему. Тогда, может быть, мне стоит сосредоточиться только на управлении клужком? Я подумал, не стать ли мне советником. Надо будет потом уточнить этот вопрос у директора.

Я сказал Луизе, что она, вероятно, скоро найдет кого-нибудь, и отправил ее обратно.

Конечно, такой человек появится только тогда, когда кто-то будет выбран в качестве жертвенного агнца.

Я планировал предложить себя до того, как появится такой жертвенный агнец. Луиза смогла бы создать клуб, учителя избежали бы взрыва, а я смог бы спокойно выполнять свою работу. Разве это не лучший выбор для всех?

Директор наклонил голову, как будто я сказал что-то, чего он никак не ожидал. Я понимаю. В конце концов, я тоже не знал, что стану советником кружка в Академии.

"Можно?"

"Я не уверен. Потому что раньше ничего подобного не случалось..."

Директор погладил свою бороду с обеспокоенным выражением лица. Я бы больше удивился, если бы это случилось раньше. Какой идиот будет пытаться стать наставником в кружке, имея при этом значок инспектора?

Но директор знал, что никто из преподавателей не хочет иметь ничего общего с третьим принцем, и это было то, о чем просил исполнительный служащий инспекции, поэтому он кивнул.

"Я проверю условия. Я скажу вам, если это возможно".

"Директор, простите за такую просьбу".

"Хаха. Все в порядке."

Удивительно, но решение было найдено всего за час. Замдиректора, с которого капал холодный пот, был тем, кто нашел решение.

"Среди того, что может делать инспектор, говорится, что он может вмешиваться в то, что происходит в Академии. Вероятно, это полномочия, которые были даны на случай, если они потребуются для выполнения своих обязанностей".

Заместитель директора принес книгу и начал объяснять. Если инспектор мог вмешиваться в то, что происходит в Академии, то можно сказать, что он мог вмешиваться в работу кружка, что было одной из обязанностей преподавателей.

"Честно говоря, это удобное обоснование, но нигде не сказано, что инспектор не может вмешиваться в работу кружка".

"Мне кажется, что это слишком удобное обоснование. Это нормально?"

"Это единственный вариант".

Заместитель директора посмотрел на меня, словно говоря: 'Эй, Вы же сами хотели стать советником клуба'. Да, именно так...

В итоге мы решили поступить так, как сказал заместитель директора. Это было не совсем понятное толкование, но другого выхода не было.

Я также попросил директора спокойно наблюдать за силами трех стран в Академии. Как инспектор, я, вероятно, уже был в центре его забот, поэтому я понимал, что мое назначение советником кружка его беспокоит. Мне было жаль, что я использовал директора как старшего служащего, но все это было ради благой цели. Он, наверное, поймет.

Ответ был прост.

｢ Наше королевство уважает волю Империи. Пока оно не делает ничего, что противоречит нашим убеждениям, мы не будем вмешиваться.｣

｢ Если инспектор не будет делать ничего, выходящего за рамки его полномочий, мы оставим это на усмотрение Империи.｣

｢ Бог считает трудолюбие добродетелью.｣

Таковы были ответы Королевства Армейн, Соединенного Королевства Юбен и Священного Королевства. Инспектор в любом случае собирался остаться в Академии, так что, похоже, они старались не придавать этому большого значения. В конце концов, отказавшись, они ничего не выиграют.

Лучше сделать шаг назад, чтобы избежать проблем с Империей. Вероятно, они планировали уступить сейчас, чтобы сохранить свой политический ресурс для чего-то более важного в дальнейшем. Учитывая их информацию, они не ошиблись.

'Если бы они знали, что их высокопоставленные лица собираются вступить в клужок, они бы точно отказались'.

В настоящее время в клубе было всего три члена, все из Империи, но вскоре в него, вероятно, вступят важные персоны из Армейна, Юбена и Священного Королевства. Когда это произойдет, люди этих стран наверняка сойдут с ума.

"Печально..."

Неважно, что они говорили. Они были существами, которые должны были выполнять приказы своего начальника. Я закрыл глаза от внезапного чувства сопереживания. Мне стало не по себе от мысли, что я поставил других людей, оказавшихся в похожем со мной положении, в очень неудобное место.

Но с этим ничего не поделаешь. Сначала я должен попытаться спастись сам. И только потом думать о других.

Если у них есть возражения, они могли бы привести и того, чья душа пришла из другого мира. Правда, если она у них была.

В итоге все согласились, чтобы я стал советником "Кондитерского клуба". Примерно в обед я увидел Луизу, которая все еще искала советника. Я подошел к ней и сказал, что меня назначили главным. Ее глаза стали широко открытыми, а затем она лучезарно улыбнулась. У меня был только хмурый младший брат, поэтому, глядя на нее, я чувствовал себя так, как будто смотрю на младшую сестру.

[Карл Красиус]

[[image:/storage/reader-images/5f3f5d70828a5ff08d072d5db6a3ecd979215631.jpg]]

.

.

[Семья Красиус]

[[image:/storage/reader-images/c19f7244dc2106b26783e1a27b93983049ce4e83.png]]

.

.

[Начиная слева: 3-й служащий, 5-й служащий, Старший служащий, Карл Красиус, 4-й служащий, 1-й служащий, 2-й служащий.]

[[image:/storage/reader-images/7407ecee33ff3f907c7003e26a43504b9cc11f45.png]]

.

.

[Луиза Нэйрд]

[[image:/storage/reader-images/2bd05fb28800809b6fd99c0d610d5e2bea36d6e7.jpg]]

.

.

[А вот этих девушек я не знаю. Видимо, в будущих главах появятся.]

[[image:/storage/reader-images/c179acd8b12d037cfcf94d9a72b40f4f00820652.png]]

Я взял бомбу, которая не нужна была никому из сотрудников Академии, и обезвредил ее.

"Я Карл Красиус, советник этого клуба. Кажется, я уже встречался со всеми. Надеюсь, мы хорошо поладим".

Я посмотрел на членов кружка, за которыми я стал наблюдать под предлогом того, что являюсь их советником. Луиза ярко улыбалась, глаза Эриха дрожали, а Айнтер, как обычно, ухмылялся. Мысль о том, что вскоре к ним присоединятся еще три человека, меня обескуражила.

"Поскольку мы будем часто видеться, я хотел бы говорить более непринужденно. Есть кто-нибудь, кого это не устраивает?"

Я планировал говорить с ними без почестей. Я сказал об этом Айнтеру, но он только покачал головой. Похоже, все было в порядке. Я был доволен результатом.

"Хотя я и являюсь советником кружка, вам не стоит меня опасаться. Если что-то случится, не стесняйтесь, приходите ко мне поговорить. Относитесь ко мне комфортно".

Мне нечего было сказать, и я закончил свое выступление. Я никогда не был членом кружка, поэтому не знал, в чем заключается работа советника. Судя по тому, что сказал директор, делать было практически нечего. Просто время от времени заглядывать в кружок и убеждаться, что все в порядке.

Это было как раз то, чего я хотел. Остальные сотрудники Академии могли чувствовать себя запуганными присутствием принца, но я был совсем наоборот. Я готов был сойти с ума, потому что не мог найти предлога, чтобы подойти поближе. Мне было жаль человека, который оказался в таком положении в оригинальном романе.

Однако мне не нужно было переживать из-за того, чего не было. В конце концов, теперь в этом положении находился я. Луиза, заварившая всю эту кашу, радостно смотрела на ингредиенты и оборудование для выпечки. Ее глаза так сияли, что если бы сотрудники, принесшие припасы, услышали об этом, они бы точно были счастливы.

Эрих смотрел на Луизу теплым взглядом. Когда его глаза встретились с моими, он отвернулся. Теперь, когда я об этом думаю, я планировал почаще видеться с Эрихом с момента моего приезда в Академию. К счастью, я стал советником, а он - членом кружка. Уверен, что теперь мне удастся улучшить отношения с Эрихом. Уверен, что и он будет доволен.

Когда глаза Эриха встретились с глазами Карла, он отвернулся. Он знал, что не должен этого делать, но его тело не могло не отреагировать. Всю свою жизнь он боролся со взглядом лорда. Вполне понятно, что его тело инстинктивно будет избегать человека, чьи глаза так похожи на глаза лорда.

'Я не должен быть таким'.

Они не были близки даже в детстве, но нельзя сказать, что у них совсем не было отношений. У Эриха не было других братьев, поэтому он не мог отдалиться от своего единственного брата.

Наконец-то он смог наслаждаться жизнью клужка вместе с Луизой.

'Это прекрасная возможность быть с Луизой даже в те часы, когда у нас есть кружки'.

Кроме того, был шанс, что они смогут встречаться вне занятий, используя кружок как предлог.

Несмотря на то, что существовало третье лицо по прозвищу Императорский Принц, он не мог отказаться от этой возможности. Когда он узнал, что Карл станет советником кружка, Эриху показалось, что все рухнет, но на самом деле это была хорошая возможность для него. Если бы он не смог преодолеть свой страх перед Карлом, то не смог бы наслаждаться жизнью рядом с Луизой!

Так человек, ослепленный любовью, набрался мужества, чтобы встретиться с травмой, которая преследовала его долгие годы.

Пока Эрих выходил из темноты на свет, Айнтер чувствовал себя неуютно. Причиной его дискомфорта был Карл, который смотрел на Луизу так, словно она его впечатлила. Она собрала на столе все ингредиенты, необходимые для выпечки печенья.

'Я слышал, что он собирается приехать...'

Но он и представить себе не мог, что встретит его вот так. Глаза Айнтера слегка опустились.

Айнтер записал свое имя в кружок Луизы - это был неразумный шаг. Хотя члены императорской семьи и раньше поступали в Академию, никто из них не вступал в кружок. Причина заключалась в том, что они хотели избежать лишней нагрузки на сотрудника, который станет советником.

Среди принцев шла борьба за престолонаследие. Если принц вступал в кружок и вступал в контакт с другими дворянами, существовала вероятность того, что эти дворяне уже считались членами его фракции. Даже если это не так, есть вероятность, что другие принцы сочтут этого дворянина членом фракции принца, и его насильно сделают частью его фракции.

Поэтому, чтобы избежать подобных инцидентов, члены императорской семьи избегали вступать в какие-либо кружки, чтобы не ставить дворян в столь неудобное положение. Однако два года назад после долгих состязаний наследником престола был выбран первый принц.

Но если третий принц, живший относительно спокойно, вдруг нарушил правило и вступил в кружок? Первый принц, наверное, хотел бы сейчас повесить Айнтера на веревке.

Как и второй принц, Айнтер был сыном второй жены императора и оставался последним конкурентом.

После того как первый принц стал наследником, вторая жена императора и второй принц были отброшены в сторону. Клинки обвинителей, ранее направленные на второго принца, обратились в его сторону, и, поскольку они пользовались поддержкой первого принца, он ничего не мог им противопоставить.

"Ваше Высочество, принц очень доволен решением Вашего Высочества".

В это время, во главе инспекторов, вошедших во дворец третьего принца, был Карл Красиус. Он был тем, кто перевернул Империю вверх дном, став самым молодым человеком, занявшим пост исполнительного служащего.

"Ваше Высочество, не присоединился ко второму принцу и молчал до самого конца. Это был мудрый выбор".

Айнтер горько улыбнулся, увидев улыбку Карла. Мать кричала на него, спрашивая, чей он сын, брат от той же матери злобно смотрел на него, но Айнтер молчал. В итоге второй принц умер загадочной смертью, а вторая жена императора была отброшена в сторону. Несмотря на это, Айнтер выжил.

"Принц не хочет, чтобы в императорской семье происходили новые инциденты".

"Хотя мы и не братья от одной матери, но у нас один отец, поэтому я уверен, что мы желаем одного и того же".

"Вы, конечно, мудры".

Карл только что предупредил его. Если не хочешь умереть, заткнись. После этого короткого разговора Карл встал, надев фальшивую улыбку, как маску.

"Прошу прощения за то, что вызвал инцидент во дворце Вашего Высочества. Мы ничего не смогли найти. Похоже, что это был заговор людей против Вашего Высочества. Я собираюсь наказать их. Надеюсь, вы меня простите".

"Такое может случиться. Я понимаю".

После этого третий принц прислушался к предостережению Карла и стал вести малозаметную жизнь. При поддержке императора и первого принца инспекция заставила сторонников второго принца пасть духом. Мало того, он хранил молчание, когда часть семьи его матери, маркизы Асилонской, была уничтожена. Именно благодаря этому Айнтер остался жив и планировал жить так и в будущем.

Но жизнь Айнтера изменилась после того, как он встретил девушку. Айнтер ходил по кампусу в сопровождении последователей, которые на самом деле были людьми, поставленными следить за ним. Девушка с розовыми волосами попалась ему на глаза. Как и хотел первый принц, он планировал вести тихую жизнь в Академии. Разговор с этой девушкой был его прихотью.

"Я, я Луиза Нэйрд!"

Хотя Айнтер и не обладал реальной властью, он все же был принцем, поэтому девушка дрожала, отвечая ему. После этого Айнтер неоднократно встречался с Луизой, и благодаря их все более близкому знакомству Луиза стала чувствовать себя рядом с ним более комфортно. Айнтер стал чувствовать от нее тепло, которого не ощущал ни от кого прежде.

Все началось из-за прихоти. Их знакомство было недолгим, но чувства были настоящими. Айнтер был уверен в этом. Именно поэтому он, не задумываясь, записал свое имя, когда узнал, что Луиза ищет участников. Была вероятность, что принц захочет иметь с ним дело из-за этого инцидента. Был шанс, что Карл станет его клинком и устранит Айнтера.

Но все же Айнтер решил действовать. На этот раз он не будет молчать, успокаивал себя Айнтер, глядя на Луизу, лицо которой было покрыто мукой, и Карла, стоявшего рядом с ней.

'Хорошо ли она справляется...?'

Я начал задаваться этим вопросом после того, как увидел, что Луиза очень старается. Я никогда ничего не пек, поэтому не мог знать, но она уверенно продолжала работу, так что, думаю, у нее неплохо получалось. Кроме того, здесь был большой выбор оборудования и ингредиентов, так что, скорее всего, она ни в чем не испытывала недостатка.

Я посмотрел на маленькую печь. Поскольку сюжет был написан в стиле фэнтези, большинство предметов работало благодаря магии. Я был поражен, увидев устройство для прослушивания телефонных разговоров, маячок, камеру слежения и многие другие подобные устройства. В такой ситуации я был бы разочарован, если бы не было духовки.

Я смотрел на печь, когда мои глаза встретились с Айнтером. Он все еще улыбался, поэтому я не знал, о чем он думает. Последний раз я видел его во дворце два года назад.

'Я был слишком строг с ним'.

В этом мире человек становится взрослым в 17 лет, но когда я впервые поговорил с Айнтером, ему было всего 15 лет. Даже если это было связано с приказом первого принца, я не мог не думать, что зашел слишком далеко с 15-летним ребенком.

Два года назад инцидент на Севере завершился, и первый принц победил в борьбе за трон. В тот момент был такой дефицит кадров, что если бы ты выжил и сохранил работу в государственном секторе, тебя бы повысили. Вот так сильно Империя боролась с нехваткой кадров.

Те, кто выжил и доказал свои способности, поднялись. Мы с министром оказались в числе пострадавших. Мне кажется, что с того момента министр стал еще злее.

Нет... Даже до того, как стать министром, этот человек злился по пустякам. Я чуть не позолотил его память.

В общем, я многое пережил на Севере, мало того, я стал руководителем инспекции, так что мое психологическое состояние было ненормальным. Из-за работы я часто испытывал стресс, и в итоге стал давить на Айнтера больше, чем нужно, хотя принц выглядел довольным. Вот ведь чудак.

Я удивлялся, почему в кружке были только те, перед кем я чувствовал себя виноватым. Из-за чувства вины я посмотрел на Луизу. Заметила ли она мой пристальный взгляд? Луиза наклонила голову и посмотрела на меня, словно спрашивая, в чем дело.

Я рад, что не сделал тебе ничего такого, за что можно было бы чувствовать себя виноватым. Нет, все как раз наоборот. Это ты должна чувствовать себя виноватой.

Ведь если бы ты не была капибарой... мне бы не пришлось сюда приходить...

Приготовление печенья заняло больше времени, чем я думал. Я полагал, что нужно просто замесить тесто, придать ему форму и поставить в духовку, но, оказывается, нужно делать ещё что-то. Похоже, ожидание заняло больше времени.

— Готово!

Пока я рассеянно наблюдал, печенье было уже готово. Услышав долгожданные слова, Эрих и Айнтер тихонько подошли.

Эти двое просто наблюдали, как президент трудится, хотя сами тоже являются членами клуба. Даже если целью вступления в клуб было не кондитерское дело, это слишком очевидно, не так ли? К счастью для этих двоих, Луиза, похоже, была так увлечена самим процессом выпечки, что не обратила внимания на безбилетный проезд двух членов клуба.

«Идиот.»

Глядя на Эриха, ставшего безбилетником №1, я не мог не думать об этом. Я и так отвечаю за самого слабого, но мне нужно чаще контактировать с ним, чтобы повысить шансы на успех. Если бы он просто сделал вид, что помогает Луизе, которая без ума от выпечки, он бы сразу же получил преимущество в виде общего хобби. Но он этого не делает.

Удивительно. Даже я, видевший Луизу всего несколько раз, думаю об этом, а он, утверждающий, что влюблён в неё, вот так себя ведёт. Айнтер такой же. Неужели интеллект ухудшается, когда влюбляешься? Если у обоих деградация интеллекта, нужно будет незаметно сказать об этом Эриху. «Дурак, тебе нужно делать хоть что-то, чтобы быть конкурентоспособным».

— Пожалуйста, попробуйте все.

Слова Луизы, полные ожидания, заставили меня перевести взгляд с Эриха на печенье. Раз уж оно приготовлено, надо попробовать.

Когда я потянулся за печеньем, Луиза взяла одно и протянула мне. Уважение к старшим? Я был тронут, увидев этот восточный этикет в этом странном мире романа, где смешалось всё. Я увидел, как двое позади Луизы, которая лучезарно улыбалась, смотрели на меня с завистью. Не пытайтесь втянуть меня в ваше соперничество. И если уж ревнуете, то сначала сделайте что-нибудь полезное, а не просто катайтесь без билета.

— Спасибо.

Я взял печенье, которое протянула Луиза, и откусил кусочек. Обычно в таких произведениях кулинарные способности главного героя либо божественны, либо ужасны, но, к счастью, это печенье было вполне съедобным.

— Ах…

— Хм…

Но реакция этих двоих, которые ели после меня, была странной. Они застонали, как только откусили, и стали искоса поглядывать на Луизу. Что это с ними?

— Вкусно. Можно продавать.

Несмотря на их странную реакцию, я не обратил на это внимания и оценил вкус. Стоило похвалить её за работу, которую она сделала своими руками. На самом деле, печенье было вкусным, поэтому мне нечего было стыдиться. Луиза, обрадованная моими словами, широко улыбнулась и оглянулась на тех двоих, которые стояли позади. Они вздрёгнули и поспешно попытались скрыть свои эмоции.

— Да, для меня тоже вкусно. Хорошо получилось.

— Вкусно, леди Луиза.

Однако их бегающие глаза были честнее слов. Луиза бы тоже это заметила, если бы она не была так рада похвале. Вкусно, но почему они так реагируют? У них такой изысканный вкус, или у меня просто непритязательный? Я снова откусил печенье. Оно всё так же было вкусным.

По крайней мере, проблема не в моём вкусе. Разве что печенье — это русская рулетка, где смешаны вкусные и отвратительные кусочки. Но разве это возможно? Даже если бы она захотела сделать это специально, у неё бы не получилось.

«Избалованные.»

Первая встреча клуба на этом закончилась.

Я и не подозревал, что печенье, которое я ел вчера, станет платой за проезд в ад для моей психики.

— О, здравствуйте. Я хотел бы подать заявку на вступление в клуб.

Услышав бодрый голос, я молча посмотрел на его обладателя. Третий принц королевства Армейн, Рютис Робенс, каким-то образом узнал, что я нахожусь в комнате клуба, и пришёл, чтобы подать заявку на вступление. Он пришёл с самого утра и нарушил спокойствие кондитерского клуба, который я тихо использовал в качестве своего убежища.

— Я отвечаю за кондитерский клуб.

— Значит, я пришёл по адресу!

Этот парень, который выглядел так, будто мог с лёгкостью снести колонну здания одним ударом кулака, улыбнулся и ответил на мои слова, сказанные на всякий случай. Ладно, понятно. Ты жертва №3. Я знал, что эта неделя — неделя выбора клуба, поэтому ожидал, что скоро соберётся тройка из-за рубежа. Я принял заявку Рютиса с чувством обречённости.

— Я слышал, что заявку на вступление в кондитерский клуб нужно подавать вам.

Рютис, довольный одобрением своей заявки, кивнул и ушёл, а спустя два часа пришёл второй принц Объединённого Королевства Юбен, Латер Остия.

— …

«Эти ублюдки сговорились?»

Двое пришли один за другим в один и тот же день. Что означает этот двухчасовой интервал? Подсказка, чтобы я успел подготовиться? Какая-то странная забота. В любом случае, в отличие от Рютиса, у него худощавое телосложение. Это определённо Латер. Я кивнул Латеру, который смотрел на меня холодным взглядом, и приветствовал жертву №4, околдованную капибарой.

— Рад видеть вас, брат. Я слышал, что вы советник кондитерского клуба, поэтому пришёл сюда.

Ещё спустя два часа появилась жертва №5. Увидев Латера, я заподозрил неладное, и мои подозрения оправдались. Интересно, почему все мои положительные ожидания ошибочны, а плохие предчувствия всегда сбываются.

— Ты пришёл, чтобы вступить в клуб?

— Да, это так.

— Как тебя зовут?

— Таниан Энес из Священной империи.

Я знаю. Я спросил из вежливости.

Я молча записал имя Таниана в самый низ списка участников. Количество членов клуба удвоилось за один день. Луиза обрадуется, если узнает…

Убедившись, что Таниан с лёгкой улыбкой вышел из комнаты клуба, я откинулся на спинку стула и посмотрел на список участников. Все шестеро подозреваемых собрались всего за два дня после создания клуба. Впечатляющий результат. Теперь мне придётся следить за этими шестерыми в одиночку. Ужасное будущее.

Странно, в некоторых играх победа достигается после сбора пяти частей. Я же собрал целых шесть, перевыполнив план. Но почему же мне приходится так мучиться?

В отчаянии я поднял голову к потолку и провёл руками по лицу. Я расслабился, думая, что до конца недели ещё есть время, но, как по волшебству, меня трижды подряд ошарашили. Это просто невероятно.

«Она очаровала этих троих за один день?»

Как? Разве это физически возможно? Это то, что называют «сюжетной бронёй»? У меня до сих пор не было девушки, и ко мне липли только сумасшедшие, а почему ты…

Моя обида, которая чуть не обрушилась на Луизу, резко сменила направление и устремилась к вооружённым силам трёх королевств. Если подумать, то это их вина. Они должны были сами разобраться с этим, если видели, что важные персоны их стран влюбляются в иностранную дворянку.

Но уже слишком поздно. Тройка из трёх королевств не смогла остановить странное поведение своих важных персон, и мне пришлось подчиниться течению оригинального сюжета. Через несколько часов эти шестеро придут толпой в комнату клуба.

Я тихо закрыл глаза. Надеюсь, когда я открою их, я окажусь в отделе надзора. Просто смешно, что даже если я убегу из одного логова, я окажусь в другом.

— Как видите, у нас трое новых участников. Будьте дружны и не ссорьтесь. Пожалуйста.

Я обратился к участникам, собравшимся в комнате клуба, с таким же отчаянным чувством, с каким смотрят на детей в детском саду. Рютис, не знаю, понял ли он мои чувства, рассмеялся. Этот ублюдок, смеётся…?

— Вы слишком много беспокоитесь! Тут все могут позаботиться о себе, так что не волнуйтесь!

Я просто кивнул Рютису, который произнёс невероятно тревожные слова, и отвернулся. Я мог бы доверять самоконтролю членов королевской семьи, но из-за вмешательства оригинального сюжета уровень доверия резко упал. Моё сердце бешено колотилось от мысли, что в любой момент может прилететь удар оригинального сюжета.

— Снова видимся. Ты тоже в этом клубе?

Пока я невольно удерживал Рютиса, Латер подошёл к Луизе и поздоровался. Он притворяется, что не знал, что Луиза здесь, хотя явно пришёл сюда, зная об этом. Мерзко, принц.

— Здравствуйте! Вы, кажется, лорд Латер…?

— Можешь просто называть меня Латер.

Холодное выражение лица Латера слегка смягчилось.

«Чёрт.»

У меня нет привычки смотреть на такое выражение лица у мужчин, поэтому я отвернулся, но мой взгляд упал на лица других парней. С увеличением количества людей я стал замечать хотя бы одного из них, куда бы ни посмотрел. Ужасно. Может, мне стоит ходить с закрытыми глазами?

В любом случае, поскольку Латер сделал первый шаг, остальные участники тоже стали потихоньку подходить к Луизе. И старые участники, которые опасались новых, и новые участники, которые не знали, что сегодня будут другие новички, кроме них самих, вступили в негласное соперничество и, в конце концов, объединились.

«Что-то это мне напоминает.»

Луиза, окружённая пятью мужчинами, выглядела как политик, выступающий на рынке. Разница лишь в том, что это было сделано добровольно, а не принудительно. Я мысленно выразил соболезнования Луизе, которая растерялась, оказавшись в окружении. Иногда я злюсь на неё, думая, что она виновата в моих страданиях, но, вспоминая, что у неё нет злых намерений, я начинаю жалеть её.

Пока я думал об этом, я заметил, как кто-то мелькнул в окне со стороны коридора. Это был заместитель ректора.

Заместитель заметил мой взгляд, поклонился в знак приветствия и показал письмо, которое держал в руке. Что это? Кто-то отправил мне письмо? Глядя на шестёрку, я заметил, что они всё ещё заняты приветствиями, поэтому тихонько вышел в коридор и подошёл к заместителю ректора.

— Что привело вас сюда?

Заместитель, ставший моим личным курьером из-за отсутствия у меня занятий, протянул мне письмо, которое показывал ранее. И тихо добавил:

— Это письмо от представителей трёх королевств.

Одних этих слов было достаточно. Похоже, представители вооружённых сил трёх королевств, дислоцированных в академии, тоже заметили этот неожиданный инцидент, когда у них на глазах увели важных персон. Я поблагодарил заместителя за то, что он передал мне письмо, и проверил его содержимое. Если убрать приветствия, красивые слова и прочие мелочи, суть письма можно было свести к одному предложению.

[ Мы хотели бы встретиться с инспектором в ближайшее время. ]

«Не советник, а инспектор.»

Похоже, они подозревают, что этот инцидент — не просто случайность, произошедшая в академии, а спланированная акция империи. Было очевидно, насколько смущены представители трёх королевств.

Я украдкой взглянул на шестёрку в комнате клуба через окно. Империя… специально собрала их? Похоже, мне придётся встретиться с ними, чтобы прояснить это недоразумение. Из-за того, что шестёрка собралась раньше, чем ожидалось, разведка со стороны трёх королевств тоже началась раньше срока.

Послесловие автора

Я очень тронут вашим чрезмерным вниманием, любовью и поддержкой, дорогие читатели. Я буду продолжать усердно работать, чтобы не разочаровать вас.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Из-за зловещего заговора империи ключевые фигуры страны оказались под пристальным наблюдением коварного имперского госслужащего. Таково текущее подозрение трёх королевств.

«Чушь собачья.»

Для коварного госслужащего, оказавшегося под подозрением, это было всего лишь досадное недоразумение. Он скорее хотел бы спросить у этих трёх королевств: вы действительно думаете, что можно так легко манипулировать действиями королевской семьи и потенциального святого? Если бы я мог это сделать, я бы работал в отделе специальных операций, а не в министерстве финансов.

Конечно, он мог понять тревогу и подозрения трёх королевств. С точки зрения здравого смысла, вероятность того, что это имперский заговор, была немного выше, чем вероятность того, что кто-то влюбился в девушку и вступил в клуб. Проблема в том, что обе вероятности были крайне низкими. Тем не менее, одно из них действительно произошло.

— Передайте им, что они могут прийти в клубную комнату завтра утром.

После непродолжительного размышления он обратился к заместителю ректора. Он знал, что затягивание этого недоразумения может привести к нежелательным последствиям. Сейчас они просто подозревали империю в том, что она держит под наблюдением ключевые фигуры, но кто знает, может быть, скоро они начнут думать, что империя использует этих людей в качестве приманки для каких-то гнусных действий против трёх королевств.

Заместитель ректора также понимал важность скорейшего контакта с тремя королевствами, поэтому без возражений согласился. На самом деле, даже если бы у него были возражения, он не мог бы ослушаться приказа. Ему было немного жаль, что он постоянно использовал заместителя ректора в качестве посредника, но если бы он попытался поговорить с обычными учителями, они бы точно запаниковали.

— Да, я немедленно передам им.

— Спасибо. Я рассчитываю на вас.

Он с некоторым сожалением отпустил заместителя ректора и вернулся в клубную комнату. Луиза всё ещё была в центре внимания. Было удивительно, что, несмотря на то, что она была главной героиней оригинального романа, Луиза из баронской семьи всё ещё держалась молодцом.

В любом случае, чем дольше Луиза будет занимать внимание этих пятерых, тем лучше для неё. Может быть, у Луизы есть талант к роли танка?

— О, брат!

Как только он об этом подумал, агро переключилось на него. Взгляд Луизы переместился на него, и вслед за ней на него уставились и остальные пятеро. Нет, их взгляды были слишком пристальными. Неужели они так реагируют на слово «брат»? Что поделать, если он родился раньше них.

Луизе удалось выбраться из окружения и посмотреть на него снизу вверх.

— Где вы были? Я и не заметила, что вы ушли.

— Мне нужно было кое с кем встретиться. Ничего особенного.

Он не мог сказать ей, что несколько стран перевернулись с ног на голову из-за парней, которые влюбились в неё. Луиза кивнула на его ответ и с улыбкой направилась к полке.

— Я как раз собиралась угостить всех оставшимся печеньем. У нас новые участники, так что это будет своего рода празднованием!

Луиза открыла банку с печеньем и склонила голову набок.

— Хм? Неужели осталось только это?

Это потому, что он съел несколько печенек сегодня. После трёх последовательных шокирующих новостей он был так ошеломлён, что ему срочно понадобился сахар. Прости, он бы всё равно съел их сам.

Он неловко наблюдал за Луизой, которая делила оставшееся печенье между участниками клуба.

На следующий день, после того как трое новых участников подтвердили, что у них изысканный вкус, произошло следующее:

— Виллар Ганелли, из королевских рыцарей королевства Армейн.

Представитель трёх королевств посетил клубную комнату. Невозмутимый мужчина, с плотно сжатыми губами, похожий на закрытые ворота замка. Королевский рыцарь королевства Армейн, он был одним из высокопоставленных лиц среди представителей трёх королевств, находящихся в академии. Вероятно, он занимал 4-е или 5-е место среди всех королевских рыцарей.

— Рад встрече, сэр Виллар. Спасибо, что пришли лично.

— Это мы попросили о встрече с инспектором, так что это было само собой разумеющимся.

Он коротко поприветствовал Виллара, пожал ему руку и предложил сесть. Только один представитель от трёх королевств…

«Похоже, три королевства уже договорились о сотрудничестве.»

Он догадывался об этом, поскольку заместитель ректора передал ему только одно письмо, но тот факт, что пришёл только один человек, подтверждал его предположение. Три королевства, вероятно, решили объединить усилия и действовать сообща. В конце концов, 1:3 было немного лучше, чем 1:1:1:1 на территории империи. Вот почему представителем был выбран человек из Армейн, самого сильного из трёх королевств.

Если представитель трёх королевств был 4-м или 5-м по рангу среди королевских рыцарей, то он мог справиться с этим. В конце концов, его назначение на должность инспектора академии с титулом руководителя клуба было частично предназначено для того, чтобы он мог подавлять представителей других стран своим авторитетом. Всё-таки должность заведующего следственными отделами ему не подходила. Из-за этой должности ему пришлось пройти через столько трудностей.

— Мы будем своего рода соседями какое-то время, но, учитывая все обстоятельства, это наша первая встреча. Если бы не ваше письмо, сэр Виллар, я не знаю, когда бы мы встретились. Вы, ребята, приехали в академию, и это было так хлопотно и утомительно. Честно говоря, я бы предпочёл не встречаться с вами вообще, но вы сами попросили о встрече.

— Как гости, мы посчитали своим долгом первыми попросить о встрече. До сих пор мы не осмеливались беспокоить вас, инспектор, чтобы не мешать вашей работе. Нам тоже жаль, что мы оказались здесь. Но нам показалось, что вы, инспектор, делаете что-то странное.

Он осторожно прощупал почву, и получил довольно уклончивый ответ. Они были обеспокоены тем, что ключевые фигуры собирались в клубе, которым руководил имперский инспектор, но, похоже, у них не было других претензий. Более того, казалось, что они сами считали своё присутствие в академии проблемой.

«Типичный рыцарь.»

Для трёх королевств поступление ключевых фигур было неожиданным решением, и отправка охранников была результатом напряжённых переговоров. Поэтому у них не было времени на тщательный отбор охранников, и им было трудно найти человека, обладающего силой, рангом, красноречием и способностью к переговорам. В результате перед ним оказался этот грубоватый рыцарь. С ним было легко общаться.

Конечно, он сам не обладал всеми четырьмя качествами. Разница заключалась в том, что, будучи руководителем клуба и инспектором, он имел более широкие полномочия и был готов в любой момент переадресовать все проблемы министру. В любом случае, ему повезло. Представитель трёх королевств, с которым ему, вероятно, придётся часто встречаться, оказался приятным в общении человеком.

Он улыбнулся и заговорил. Отлично, давайте будем идти по жизни вместе.

— Спасибо за ваше понимание. Как вы и сказали, я сейчас очень занят. Особенно мне неловко из-за клубной деятельности, так как у меня нет опыта в этой области.

В глазах Виллара промелькнул огонёк. Он ожидал, что разговор зайдёт о клубе, но не думал, что это произойдет так прямолинейно. Помолчав некоторое время, Виллар, видимо, решил ответить так же прямо. Да, ему, вероятно, тоже было удобнее общаться таким образом.

— Я слышал об этом. Имперская леди создала кондитерский клуб, верно? Чтобы готовить сладости для своих однокурсников. Я не видел её лично, но понимаю, что у неё доброе сердце. Наследный принц нашей страны, похоже, тоже так подумал, раз вступил в клуб.

— Да, и есть также участники из объединённого королевства Ювен и Священной империи. Я был немного удивлён.

— Я слышал об этом. Вам, наверное, нелегко.

— Ну, это открытый клуб, так что любой может вступить. Мне просто пришлось немного понервничать, так что это не такая уж и большая проблема.

Он только что сказал, что вступление представителей трёх королевств в клуб было простой случайностью, которую он не ожидал. Виллар понял, что он решил говорить честно, не ходить вокруг да около. Но, похоже, он всё ещё не мог решить, верить ли ему или нет.

Тогда нужно было помочь ему принять решение.

— Эти уважаемые люди настолько увлечены клубной деятельностью, что я был поражён.

Если бы он попытался отменить их членство в клубе или закрыть сам клуб, кто знает, как отреагировали бы те, кто попал под чары Луизы.

— Я постоянно волнуюсь, что может случиться какой-нибудь инцидент.

Если бы что-то случилось с представителями трёх королевств, это создало бы проблемы и для него. Более того, как руководитель клуба, он мог бы стать первым, кого обвинят.

— Я бы хотел переложить эту ответственность на кого-то другого, но… Ха-ха. Это невозможно, так что я должен как-то справляться сам.

Если бы он отказался, кому-то из них пришлось бы взять на себя эту ответственность. Хотите попробовать себя в роли старосты группы?

Он мягко подтолкнул колеблющегося Виллара, и тот закрыл глаза.

«Всё прошло гладко.»

В конце концов, Виллар смирился и ушёл. Он, вероятно, уже был перегружен, управляя своими подчинёнными в академии и получая указания сверху через коммуникатор. Более того, он стал представителем не только Армейн, но и всех трёх королевств. Вероятно, в будущем ему придётся выслушивать от двух других стран упреки типа: «Почему ты сделал так мало? Это всё, на что ты способен?».

Кроме того, как он уже упоминал, отменить членство в клубе или закрыть его было невозможно. Что, если хобби высокопоставленных лиц, замаскированное под любовное гнездышко, будет разрушено из-за проделок их подчинённых? Их гнев будет невообразимым.

В конце концов, чтобы убрать имперское око с клуба, не закрывая его, ему нужно было уйти с поста руководителя. Но что тогда? Преподаватели изо всех сил старались бы избежать этой должности, и, скорее всего, она досталась бы представителям трёх королевств, которых обвинили бы в том, что они вынудили уйти имперского руководителя.

Да, если бы у него появился преемник, это, скорее всего, был бы Виллар. Вдобавок ко всему, что он уже делал, ему пришлось бы стать старостой адской группы.

По этим причинам Виллар не стал возражать против недавнего инцидента в клубе и ушёл. Похоже, он всё ещё не понимал, почему столько ключевых фигур собрались в клубе, но, похоже, он принял тот факт, что ничего нельзя было изменить. Этого было достаточно.

Честно говоря, он сам не понимал, почему пятеро из них влюбились в Луизу и вступили в клуб. Если бы он не был реинкарнированным человеком, он бы подумал, что империя затеяла ещё один заговор. Эти важные люди просто влюбились в девушку? Не смешите меня.

— Вот это жизнь.

Он проглотил печенье, которое Луиза испекла вчера. Конечно, это было печенье, которое фактически готовила только Луиза, а пятеро участников клуба могли только смотреть.

Издалека послышались шаги. Похоже, пришло время для клубных занятий.

Интересно, знают ли эти ребята, как он страдает из-за них?

Послесловие автора

У меня сегодня вечером встреча, поэтому у меня было меньше времени на написание, чем обычно. Я нервничал, что не успею закончить сегодняшнюю главу, но, к счастью, мне удалось. Я избежал катастрофы, когда мне пришлось бы извиняться перед читателями и выкладывать две главы завтра…

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Три зарубежные персоны, которых министерство иностранных дел определило как особо важных, собрались в одном клубе и познакомились с представителями вооруженных сил трёх стран. Можно с уверенностью сказать, что теперь началась полноценная академическая командировка. Кажется, я довольно часто думаю об этом с тех пор, как прибыл в академию. Каждый раз, когда я думаю, что всё начинается по-настоящему, каждый раз что-то происходит.

– Ха-ха-ха-ха-ха!

Задыхающийся от смеха голос министра доносится через коммуникатор. Он искренне рассмеялся, узнав, что важные персоны внезапно собрались в одном клубе, а я являюсь его куратором. Я невольно нахмурился и посмотрел на министра.

– Почему вы смеётесь?

– Ты рассказал мне смешную историю и просишь не смеяться?

Я нахмурился еще больше. Чёрт возьми, почему именно этот человек – министр?

Министр несколько раз рассмеялся, прежде чем, наконец, смог отдышаться и успокоиться. Наблюдать за этим в режиме реального времени было довольно болезненно. Моё несчастье – это ваша радость. Выдохнув, министр внезапно посмотрел на меня серьёзным взглядом.

– Итак, ты действительно не знаешь?

– Я же говорил. Я действительно не знаю.

Официальное объяснение того, почему важные персоны внезапно собрались в кондитерском клубе, было сформулировано как «причина неизвестна». Нет ничего, что могло бы доказать мою некомпетентность как инспектора больше, чем отчёт, в котором говорится, что я не знаю причины, но я же не могу сказать: «Розовая капибара отравила академию!»

Иногда в жизни случаются события, причины которых совершенно непонятны. Поэтому я решил рассматривать этот случай именно так.

Министр тоже задумался, поглаживая подбородок, после моих неоднократных ответов. Я, конечно, тот, кто хочет уйти в отставку, но я никогда не шутил по поводу работы. Зная это, министр не мог не считать причину действительно неизвестной.

– Мне нужно сообщить об этом во внутренний двор и министерство иностранных дел. Должно быть какое-то приемлемое объяснение.

– Может, сказать, что другие персоны, которые не знали, куда пойти, собрались в клубе, где состоит 3-й принц?

– А почему тогда 3-й принц вступил в клуб?

– На это у меня действительно нет ответа…

Айнтер, который с самого начала борьбы за престолонаследие жил, затаив дыхание, после весёлого танца с мечами наследного принца, действительно вёл себя как мертвый. Но почему Айнтер вдруг вступил в клуб?

«Как я могу сказать, что он сделал это, потому что был очарован женщиной?»

Я невольно вздохнул. Может быть, так чувствуют себя люди, которые хранят в себе важные секреты.

Министр, наблюдавший за мной, махнул рукой и сказал:

– Ладно, забудь. Можно сказать, что мы всё ещё выясняем намерения 3-го принца. Поскольку ты был куратором клуба с момента его создания, это будет хорошим оправданием.

– Да, я понимаю.

– Если коммуникатор засветится фиолетовым, знай, что это оно, – сказал он и отключился.

«Чёрт возьми, это ужасно».

Фиолетовый цвет означает сообщение от императорской семьи. Если наследный принц снова обратит внимание на 3-го принца, я могу внезапно получить сообщение от императорской семьи. Пожалуйста, пожалуйста, только не это…

Министр усмехнулся и без колебаний отключился. Лицо министра исчезло, и коммуникатор погас. В комнате, где я находился, снова воцарилась тишина. И этот день подошел к концу.

В кондитерском клубе всё было по-старому. Хотя, по правде говоря, клуб не просуществовал достаточно долго, чтобы анализировать его деятельность.

– Леди Луиза. Будьте осторожны, а то всё лицо испачкаете.

Когда наступало время клубных занятий, по сути, это было персональеое шоу Луизы, а остальные пять зрителей пытались найти повод заговорить с ней и переносили различные ингредиенты. Они не участвовали в готовке выпечки, но издалека казалось, что они что-то делают. Странная картина.

Наверное потому что они родились в верхушке общества. Кажется, они инстинктивно знают, как получить максимальную отдачу при минимальных усилиях. Конечно, если присмотреться поближе, то они просто безбилетные пассажиры, которые ничего не знают о выпечке. Они точно любят Луизу? Иногда они похожи на членов команды, которые игнорируют общий проект.

Я молча смотрел на пятерых, которые поддакивали действиям Луизы. Они бы неплохо заработали, если бы сидели в качестве зрителей. Возможно, можно купить расположение человека, но вряд ли это поможет развить романтические чувства. И среди этих неудачников все ещё был Эрих. Бедный парень.

«Мне нужно дать ему подсказку.»

Я собирался посоветовать Эриху печь вместе с Луизой, чтобы они могли разделить общее хобби, но вскоре после этого в клуб вступили три новых члена, и я не успел ничего сказать. К счастью или к сожалению, все пятеро всё ещё находятся в режиме ожидания, так что если Эрих сейчас немного продвинется вперёд, он сразу же станет лидером.

Хорошо, сначала нужно отвести Эриха в сторону.

– Мне нужен один человек, чтобы помочь перенести ингредиенты.

Я встал, привлекая к себе внимание. Конечно, никаких ингредиентов для переноски не было. К счастью, у меня есть носильщик, который каждое утро приносит недостающие ингредиенты к дверям клуба. Это просто предлог, чтобы остаться наедине с Эрихом.

– Эрих. Пойдём со мной.

Эрих вздрогнул от моего быстрого выбора и осторожно подошел ко мне. Член клуба, который послушно выполняет просьбу куратора. Этот куратор очень доволен.

Я кивнул Эриху и собирался выйти, когда Лютис поднял руку.

– Нас двоих будет достаточно? Если нужно приложить силу, я тоже могу помочь.

«Ты-то зачем вмешиваешься?»

Тот, кто должен быть увлечён Луизой, добровольно вызвался помочь. Это было странно, но я решил, что он просто активный парень. Поведение этой банды из оригинальной истории слишком сложно для моего понимания.

– Всё в порядке. Нас двоих достаточно.

– Ну, если вы так говорите.

Лютис пожал плечами и снова посмотрел на Луизу. Судя по тому, что он спросил один раз и замолчал, он сделал это из вежливости. Да, спасибо тебе за вежливость.

– Пойдём.

– А, хорошо.

Теперь пришло время хоть немного усилить этого слабака.

Как только за нами закрылась дверь, и звук наших шагов стих, Лютис украдкой посмотрел на дверь.

«Карл Красиус.»

Имя инспектора, который остался в академии, чтобы противостоять трём королевствам. Мужчина, которого он неожиданно встретил в качестве куратора клуба. Так получилось, что Лютис, ставший членом клуба под его руководством, впервые услышал его имя около двух лет назад.

Масштабные кадровые перестановки, которые произошли после того, как империя закончила войну на севере и назначила наследного принца. Для королевства Армейн, которое гордилось своей военной мощью, уступающей только империи, было естественно следить за этими изменениями в империи. Поэтому было естественно, что он узнал имя Карла Красиуса, который стал командиром в 19 лет.

Узнав об этом, руководство королевства Армейн пришло к выводу, что нехватка кадров в Империи более серьёзная, чем ожидалось. Ведь не зря же 19-летний командир появился. Но если Карл стал командиром, значит, на то была веская причина. Армейн начал расследование.

К счастью, в то время контрразведка империи была ослаблена из-за войны, борьбы за престолонаследие и масштабных чисток, и разведка Армейн смогла собрать информацию о Карле. И они отозвали своё предыдущее заключение.

«Тому, кто поймал Кагана, можно было дать и должность командира.»

Четыре года назад, объединив северные кочевые племена, он бросил вызов империи. Император кочевников, Каган. Конечно, единственная империя на континенте, Кфеллофен, не признавала титул Кагана и называла его мятежником, бросившим вызов небесному мандату империи. Но то, что империя два года страдала от этого наглого мятежника, было позором.

И после двух лет войны, в последнем сражении, Карл Красиус снёс голову Кагану. Другой человек командовал имперской армией и разгромил войска Кагана, но именно Карл снёс голову Кагану в этом сражении. Как ни странно, Империя не объявила об этом широко, но и не скрывала это полностью, поэтому разведка смогла узнать об этом.

«И такой человек – инспектор.»

Лютис чуть не рассмеялся. Неважно, почему Карл работает в министерстве финансов, но казалось, что империя демонстрирует свою готовность сразу же подавить любые попытки трёх королевств совершить что-то неподобающее в академии. У трёх королевств и важных персон была репутация, и империя получила уступки от них, поэтому размещение охраны было разрешено. Но не более того.

В случае чего, инспектор будет использовать силу. И империя окажет дополнительную поддержку, чтобы защитить талантливого человека, который поймал Кагана. Казалось, он слышал этот голос у себя в ушах. Притворяться, что они идут на уступки, и в то же время занимать выгодную позицию – это основной дипломатический метод империи.

Несмотря на жестокие намерения империи, Лютис не слишком беспокоился. Если три королевства не будут вести себя подозрительно, у империи не будет причин действовать. И он не знал, что думают Латер и Таниан, но Лютис действительно собирался просто тихо учиться в академии. Так что ему нечего было бояться.

Его только интересовало, какое влияние окажет тот факт, что этот инспектор находится в том же клубе, что и Луиза, женщина, в которую он влюбился с первого взгляда. Поэтому Лютис поднял руку, чтобы поговорить с Карлом, но, получив отказ, сразу же отказался от этой идеи. Как бы ему ни было любопытно, Луиза, которая была прямо перед ним, была важнее.

Лютис с лучезарной улыбкой смотрел на Луизу, которая разминала тесто. На то лицо, которое впервые заставило его сердце биться быстрее, когда он был заперт в скучном и унылом королевском дворце.

«Господин куратор, пожалуйста, позаботьтесь о клубе.»

Ведь чтобы видеть это лицо, клуб не должен развалиться.

– Ты точно любишь Луизу?

А в это время Карл стучал молотком по своему младшему брату, чтобы сделать его сильнее.

Послесловие автора

Карл, который нёс на своей спине королевскую семью и госслужащих, наконец, смог распрямить спину. Я очень благодарен художнику, который любезно разрешил мне использовать обложку и передал мне авторские права.

На самом деле, у меня были поводы выпить позавчера и вчера, так что я не в лучшей форме, но я не мог стать тем негодяем, который делает перерыв после смены обложки, поэтому я всё-таки закончил главу.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Карл и Эрих шли молча. Карл осматривался, ища тихое место, где можно было бы поговорить, а Эрих не решался первым заговорить с ним. С точки зрения Эриха, выражение лица Карла казалось серьёзным, что ещё больше смущало его.

«Хороший человек».

Эти два слова внезапно всплыли в голове Эриха, пока он смотрел на Карла. «Хороший человек» — слова, о которых он никогда не думал за всю свою жизнь.

Эрих никогда не встречал хороших людей. Не говоря уже об отце, главе семьи, даже мать была немного… неоднозначной. Даже если бы его спросили, хороший ли человек его брат Карл, он бы только склонил голову в раздумьях, находясь в странной неопределённости. До встречи с Луизой понятие «хороший человек» было для Эриха просто идеалом.

Причина, по которой Эрих подумал о Карле, а не о Луизе, как о хорошем человеке, была проста. Всё дело было в недавнем разговоре с Луизой.

Для Эриха время перед посещением клубной комнаты, то есть время регулярных занятий в академии, было лучшим временем, чтобы поговорить с Луизой наедине благодаря удачному стечению обстоятельств, они учились в одном классе. Поэтому они могли болтать о разных вещах, а благодаря общительности Луизы иногда всплывали неожиданные темы.

— Эрих, ты не любишь брата Карла?

Например, вот такая.

Эрих был ошеломлён внезапным вопросом Луизы и уставился на неё. Она моргала, глядя на него, будто ей действительно было любопытно и она беспокоилась. Видя это, Эрих смущённо почесал затылок. Луиза, похоже, переживала об отношениях между братьями, видя, как Эрих нервничает перед Карлом.

— Нет. Я не не люблю его. Просто немного побаиваюсь.

— Почему? Что-то случилось в детстве?

Услышав это, Эрих слегка приподнял уголки губ. Если бы его попросили выбрать период, когда его отношения с Карлом были более-менее хорошими, он бы выбрал детство.

— Ничего не случилось. Возможно, поэтому мы так неловко себя чувствуем.

Если бы что-то случилось, если бы они много разговаривали и Эрих привык бы к Карлу, возможно, он бы не боялся и не избегал его. Эрих иногда думал об этом. Хотя уже слишком поздно.

— Просто… у него немного тяжёлая аура. В отличие от меня, он уже несколько лет работает госслужащим, поэтому мы редко видимся. Вот и всё. Ничего особенного.

Он пытался улыбнуться и сменить тему, но Луиза, похоже, не поняла его ответа и склонила голову набок.

— Правда? Мне казалось, что брат Карл очень заботится о тебе.

— Брат?

Теперь настала очередь Эриха удивляться. Семью Красиус можно было бы назвать семьёй, где все предоставлены сами себе. Но Карл, который стал госслужащим и редко виделся с Эрихом, заботится о нём? Несмотря на слова Луизы, ему было трудно в это поверить.

— Ага. Он всё время смотрит на тебя.

И Луиза продолжила: во время клубных занятий он всегда смотрел на Эриха, а иногда, когда они случайно встречали Карла в академии, казалось, что его взгляд был направлен на Эриха, который стоял рядом с Луизой. Хотя он этого не показывал, казалось, что он всегда заботится об Эрихе.

— Когда я впервые увидела брата Карла, он тоже тепло с тобой разговаривал.

— Неужели…

Эрих усомнился в том, что эти грубые слова можно было назвать тёплыми. Тем не менее, он не стал возражать, во-первых, потому что это были слова Луизы, а во-вторых, потому что сам Эрих затаил слабую надежду. Что, если Карл действительно заботится о нём, как сказала Луиза?

«Он действительно думает обо мне как о брате?»

Возможно, они смогут дружить и не избегать друг друга, как другие обычные братья. Эта возможность тронула сердце Эриха, и, заметив это, Луиза хихикнула и продолжила:

— Знаешь, я часто думала о том, как было бы здорово, если бы у меня был старший брат. Поэтому, когда брат Карл стал нашим наставником, я была немного удивлена и обрадована.

— У брата появилась младшая сестра, о которой он даже не знает.

— Хи-хи, правда? Мне было бы очень грустно, если бы ты и брат Карл не ладили. Потому что мне кажется, что вы оба хорошие люди.

Эрих не мог ничего сказать, услышав эти последние слова Луизы.

«Хорошие люди».

Голос Луизы, которая говорила с улыбкой, всё ещё эхом отдавался в голове Эриха. Разве у Эриха не было надежды, чтобы Карл был хорошим человеком, чтобы они были хорошими братьями? Он просто инстинктивно избегал его, поэтому не мог приблизиться.

Но теперь всё по-другому. Когда Карл стал наставником клуба, Эрих обрёл мужество и необходимость противостоять своей травме, связанной с ним, а в разговоре с Луизой он увидел надежду на её преодоление.

«Благодаря Луизе я наконец-то смотрю правде в глаза».

В течение многих лет Эрих избегал Карла, инстинктивно боясь его. Он боялся его, даже не разговаривая с ним должным образом и не наблюдая за ним. Но теперь у него появилось желание увидеть Карла.

Заметив эту перемену в Эрихе, Карл, который шёл впереди, обернулся и посмотрел на него. Они незаметно для себя дошли до места, где не было ни души. Попробую сблизиться с братом здесь, понемногу. С этой решимостью Эрих хотел было открыть рот.

Однако Карл опередил его.

— Тебе нравится Луиза, верно?

Ах.

Это… хороший человек…?

В глазах Эриха потемнело.

«Здесь должно быть нормально».

В поисках подходящего места я пришёл туда, где редко бывают люди. Здесь можно спокойно поговорить. Обернувшись, я увидел, что Эрих пытается что-то сказать, шевеля губами, но я решил заговорить первым.

— Тебе нравится Луиза, верно?

Это слишком резкое и провокационное начало, но я надеюсь, что Эрих поймёт. Чтобы сделать его сильнее, сейчас нужна шоковая терапия. Неопределённая забота только ослабит его… Эриху нужно не поражение из-за мягкости, а победа, вызванная шоком.

Но, не понимая глубокого смысла этих слов своего брата, Эрих, похоже, собирался проигнорировать их. Не выйдет, продолжаю:

— Ты подумал, что, возможно, между вами есть какая-то глубокая связь, о которой я не знаю, но это не так.

Если бы это было так, то всё было бы хорошо. Ведь у вас были бы общие воспоминания, несравнимые с другими четырьмя. Но Эрих не попадает под это.

— Честно говоря, ты даже не выражал своих чувств.

Яркое признание может закончиться ярким отказом, но, по крайней мере, оно позволяет другому человеку увидеть тебя как потенциального партнёра. Но Эрих не попадает под это.

— Есть ли у неё неоспоримая причина выбрать тебя… Ты же знаешь? У тебя нет ничего подобного. Тебе нужно полагаться только на отношения, которые вы будете строить вместе.

Подойдя к Эриху, я положил руку ему на плечо и посмотрел ему в глаза.

— Сейчас ты в самом невыгодном положении из всех пяти претендентов.

Эрих молчал. Его взгляд помутнел, похоже, он был немного шокирован. Конечно, ему было бы не по себе, если бы его брат внезапно начал без передышки говорить о его нераскрытых любовных делах.

Но ничего не поделаешь. Разрушение — это этап перед созиданием. Этот шок станет основой для усиленного Эриха. Я верю в это. Я верю в своего брата.

— …Но ты ведь не собираешься сдаваться.

Конечно, если бы я закончил на этом, Эрих, возможно, схватил бы нож и попытался зарезать меня. Я бы не умер, но после этого нам было бы неловко видеться. Поэтому, если я шокировал его, нужно подбодрить его чем-то позитивным.

Я подошёл к Эриху и обнял его за плечи.

— Не забывай, что Луиза сама создала этот кондитерский клуб.

Услышав это, помутневшие глаза Эриха обратились ко мне. Вот как он реагирует на упоминание имени Луизы.

— Ты же знаешь, что Луиза любит выпечку? Готовь её вместе с ней. Я знаю, что ты совсем не умеешь печь, но хотя бы делай вид.

А может быть, Луиза обрадуется неумелому Эриху и поможет ему. В конце концов, опытные игроки всегда без ума от новичков.

— Готовьте вместе, а если не сможешь, спрашивай у неё. Даже совместное хобби даст тебе преимущество. Люди высокого статуса, с которыми огромная разница в положении, и одноклассники с общим хобби, с которыми разница в положении не так велика. К кому ты обратишься за помощью, если тебе понадобится? Разве это не очевидно?

С каждым моим словом в глазах Эриха появлялся блеск. Вот видишь, после шока новая информация усваивается легче. Если бы он был в ступоре без шока, такого эффекта не было бы.

— На самом деле, разница в статусе? Это может быть даже твоим преимуществом. Какая семья у Найад?

— Баронская…

— Верно. Баронская. Если просто посчитать, то это всего лишь две ступени ниже семьи Красиус.

Конечно, это если считать только по пяти основным титулам. Семья Красиус намного выше обычной баронской семьи. Не как члены королевской семьи, кандидаты в святые и те, кто выше, но тоже неплохо.

Я почувствовал, как быстро заработал мозг Эриха. После того, как он всё отпустил и начал заново, он, должно быть, увидел вещи по-новому. И я тихо добавил, что трое из четырёх иностранцы и им придётся вернуться после окончания академии.

В тот день Эрих стал сильнее.

Теперь он поднялся с уровня члена кондитерского клуба, который не умеет печь, до уровня члена, который хотя бы пытается.

Я отправил Эриха обратно в клубную комнату, который, придя в себя, неловко поглядывал на меня. Я сказал ему, что если члены клуба спросят, почему он пришёл с пустыми руками, то он должен сказать, что ингредиенты, которые должны были прийти сегодня, задержались из-за непредвиденных обстоятельств.

Что касается меня, то раз уж я вышел, то немного прогуляюсь. Я слишком много говорил, кажется, у меня поднялась температура.

— Бестолковый.

Цокнув языком, я прислонился к стене. Я не жалел советов для своего брата, но мне не нравится, что мне приходится давать такие советы. В конце концов, я не дал ему какого-то особенного совета.

Я не понимаю. Разве нет инстинктивного поведения, когда хочешь завоевать чьё-то сердце?

Более того, Луиза, которую я видел до сих пор, довольно простая девушка. Чтобы завоевать её сердце, достаточно просто помогать ей, когда у неё возникают трудности, делать то, что ей нужно, поддерживать её увлечения и хорошо реагировать на её готовую выпечку.

Но ни один из пяти не делает этого как следует. Неужели любовь действительно ослепляет и снижает интеллект?

В таком случае, кто бы ни стал избранником Луизы, его интеллект будет оставлять желать лучшего. Нужно заранее выразить ей соболезнования…

Послесловие автора

Эрих, должно быть, был тронут тем, как Карл щедро делился советами со своим младшим братом. Ах, какой замечательный брат…

Сегодня я смог выложить главу раньше, чем обычно. Хотелось бы, чтобы так было и впредь, но, поскольку я ещё неопытен, это будет непросто. В любом случае, спасибо за прочтение этой главы!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Говорят, что людей нельзя перевоспитать. Лично я согласен с этим утверждением. Вспоминая свой четырёхлетний опыт работы госслужащим, я прихожу к выводу, что людей не то что перевоспитывать — ненавидеть их нужно. Природа, прости, что на этой земле живут люди.

Однако если сейчас меня спросят, можно ли перевоспитать человека, я могу с уверенностью ответить: да, приложив усилия, вполне можно!

«Этот парень редко плачет, но сейчас у него, похоже, наворачиваются слёзы».

Несколько дней назад, благодаря моему совету, который стал для него кровью и плотью, Эрих смог измениться. С довольным видом я наблюдал, как он вместе с Луизой увлечённо занимается выпечкой.

— В таких случаях нужно делать вот так!

— О, вот оно как.

Луиза с улыбкой на лице воодушевлённо учит Эриха. Честно говоря, Эрих увлечён не столько выпечкой, сколько голосом Луизы, но я изначально дал ему совет именно для этого. Молодец, Эрих. Так держать. Завоюй Луизу.

Спустя несколько дней, когда Эрих вырвался вперёд в гонке пяти безнадёжных неудачников, остальные четверо, похоже, почувствовали угрозу и начали понемногу пытаться участвовать в выпечке. Но Эрих, впервые занявший выгодную позицию, не собирался сдаваться без боя и до сих пор ловко избегал вмешательства других.

Это немного раздражает. Этот парень, который может хорошо справиться, если постарается, почему он до сих пор…

«Ладно, теперь он должен справиться сам».

Мне было так обидно за Эриха, что я применил шоковую терапию, но изначально я не тот, кто должен давать советы по поводу отношений. Теперь, когда он преодолел это разочарование и стал сильнее, пора довериться Эриху. Я инспектор или советник, а не тот, кто манипулирует отношениями.

— Вау, Эрих теперь тоже хорош!

Посмотри, как у него уголки губ поднимаются.

Я с презрением, но и с гордостью наблюдал за ними, и вдруг наши взгляды с Луизой встретились. Она мягко улыбнулась и слегка кивнула, и я ответил ей тем же.

Спасибо тебе, что хорошо относишься к моему никчёмному брату… Хотя изначально это Луиза очаровала его, но это это было неизбежно из-за силы оригинала. С этого момента я решил думать именно так. Луиза — невинный ребёнок без единого изъяна.

Восстание самого слабого Эриха продолжалось несколько дней. Нет, я неправильно выразился. Господство сильнейшего Эриха продолжалось несколько дней. Он опережает даже членов королевской семьи и других выдающихся мужчин, наверняка глава семьи будет рад. Урожай детей в семье Красиус в этом году богатый.

— Советник. У вас есть минутка?

Когда я в хорошем настроении собирался покинуть кабинет клуба, меня почему-то остановил Латер, который остался до самого конца. Ну, я догадывался, что он заговорит. Раз у него ко мне было дело, он наверняка остался бы до конца.

— Да, что случилось?

Однако, не зная, в чём дело, я предложил Латеру сесть и достал с полки банку с печеньем. Поскольку Луиза до сих пор пекла намного больше Эриха, банка была полна её печенья.

Увидев, как я ставлю банку с печеньем, уголки губ Латера слегка дрогнули. Чем же королевский повар кормил этого парня, что у него такой привередливый вкус? Я принёс печенье на случай, если разговор затянется и ему захочется чего-нибудь перекусить, но, похоже, мне придётся есть его самому. Оно же вкусное.

Латер молча наблюдал, как я естественно достал печенье и положил его в рот. Он несколько раз постучал указательным пальцем по столу, погрузившись в раздумья. Затем, словно приняв решение, он заговорил.

— Вы, наверное, заняты, поэтому я не буду ходить вокруг да около.

На самом деле, вопреки словам Латера, моя жизнь сейчас не была такой уж напряжённой. Шестёрка, собравшаяся в клубе, на удивление вела себя тихо, так что мне не приходилось ничего улаживать. За это можно сказать спасибо.

…Нет, блин, о чём я думаю? Изначально я пришёл в академию из-за них. Это что, стокгольмский синдром? Я пытался оправдать агрессора?

Несмотря на эти ужасные и печальные мысли, я кивнул, выражая согласие, и Латер, как и обещал, сказал прямо, без обиняков.

— Это вы, советник, поддерживаете Эриха?

Я только что положил в рот второе печенье и не мог не посмотреть на Латера после этих слов. Видя, что я молчу, Латер продолжил говорить, как будто понял, что я имею в виду.

— После того, как вы, советник, несколько дней назад вышли с Эрихом, его поведение стало более активным.

Ещё бы. Я так безжалостно отчитал его словами, что если бы он не изменился, то он не человек. По крайней мере, мой брат — нормальный человек.

— И с тех пор ваш взгляд, советник, часто обращается к Эриху.

Ещё бы. Я верил, что мой брат изменился, но всё же с тревогой наблюдал за ним на случай, если мой совет не сработает. К счастью, Эрих развеял мои опасения, возглавив гонку.

— Поэтому я не мог не подумать, что Эрих начал действовать, прислушавшись к вашему совету.

И снова молчание, Латер спокойно смотрит на меня. Похоже, он хотел узнать, верны ли его предположения, или хотел, чтобы я что-то сказал. Ну, только Латер знает, что он на самом деле имел в виду. У него такое непроницаемое лицо.

— Верно. Я дал Эриху совет как старший брат.

На мой спокойный утвердительный ответ Латер тихо вздохнул. Похоже, он понял. Это реакция на известие о том, что предположение, насчёт которого надеялся, что оно неверно, оказалось правдой. Я сам много раз это испытывал.

— Совет от старшего брата, понятно.

— В чём проблема?

— Нет, всё в порядке. Просто я не ожидал, что вы, советник, вмешаетесь.

Сказав это, Латер сцепил пальцы на столе и наклонил голову набок.

— Я, конечно, и Эрих, в том числе, все пятеро, старались сдерживаться.

Я это хорошо знаю. Потому что я видел это своими глазами.

Со стороны это выглядит как напряжённое молчаливое противостояние, но это не совсем непонятное поведение. Все пятеро встретились с Луизой только после поступления, и четверо соперников, которые боролись за неё, тоже впервые увидели друг друга. Им нужно было понять, что за люди их соперники, чтобы понять, как действовать.

Короче говоря, эти высокопоставленные особы перенесли свои привычки из светского общества в академию.

— Эта ситуация противостояния рухнула, когда Эрих сделал первый шаг. Более того, он первым активно подошёл к Луизе.

Латер снова вздохнул, как будто его огорчила ситуация, которая пошатнулась из-за Эриха, и продолжил говорить.

— Бывают случаи, когда надо действовать быстро, а не тянуть время.

После этих слов, похожих на жалобы, я на мгновение потерял дар речи, несмотря на то, что Латер был членом королевской семьи.

«Что это за парень такой?»

Если он догадался, что действия Эриха — это результат моей подстрекательства, значит, у него есть базовая наблюдательность. Самая базовая, но всё же. В таком случае высока вероятность, что он уже давно знал о «важности первого шага», о которой сам только что сказал.

Действительно, пока подозреваемые в деградации интеллекта, ослеплённые любовью, совершали ошибки, Эрих вышел из молчаливого противостояния и выбрал прямой путь, добившись успеха. Как и сказал Латер, в вопросах, касающихся Луизы, быстрые и решительные действия были правильным решением.

Подумав немного, я произнёс слова, которые до сих пор держал в себе. Раз уж Латер остановил меня и так подробно всё рассказал, то, думаю, я могу быть с ним откровенным, и это не будет большой проблемой.

— И ты ничего не сделал, зная это…?

На мои слова, больше похожие на бормотание, Латер молча отвёл взгляд, как будто ему нечего было сказать.

В кабинете клуба воцарилась удушающая тишина.

Когда Латер вышел, я остался один в кабинете клуба. Я смотрел на место, где только что сидел Латер.

«Вот это оригинальный парень».

Я невольно рассмеялся. Вспоминая слова, которые Латер произнёс перед уходом, я не мог сдержать смех.

— Советник, я хотел бы, чтобы вы были простым наблюдателем.

Цель этого разговора, которую Латер, смущённый своей огромной ошибкой, озвучил спустя 10 секунд, которые показались 10 минутами. Он попросил меня не только не давать советов Эриху, но и вообще не вмешиваться в соперничество пятерых.

Он, наверное, волновался. Наверное, он пришёл к выводу, что если Эрих и дальше будет получать мою помощь, то у него не будет шансов на победу. Но сказать прямо, чтобы я не помогал Эриху, было бы слишком грубо, поэтому он расширил это до соперничества всех пятерых. В любом случае, я не собирался помогать никому, кроме Эриха, так что для меня это одно и то же.

Конечно, я собирался полностью доверить дальнейшее соперничество Эриху, поэтому я просто кивнул. Похоже, это его успокоило. Выражение лица Латера немного смягчилось, и он даже извинился за свою невежливую просьбу. Я был не в плохом настроении, поэтому принял его извинения.

— Я что, слишком недооценивал этих ребят?

Похоже, я невольно стал относиться к пятерым участникам клуба как к главным героям оригинала, ослеплённым любовью. Прошло уже 5 лет с тех пор, как я попал в этот мир. Я знал, что люди в этом мире не такие простые, как в романе, но всё же я недооценил этих пятерых.

Честно говоря, наблюдая за их напряжённым молчаливым противостоянием, трудно было не считать их просто дураками с деградировавшим интеллектом. Любой бы так подумал на моём месте. Почему они не идут по самому короткому пути к цели, а только топчутся на месте?

И всё же, как Эрих изменился благодаря моему совету, и как Латер пытался исправить невыгодную ситуацию, поведение этих пятерых разнообразно и не так уж просто. Видя это своими глазами, я почувствовал себя довольно весело. Мне пришло в голову то, что эти ребята не просто очарованы Луизой силой оригинала, а действительно влюблены в неё и стараются ради неё.

«Постарайтесь вести себя хорошо, не переходя границы».

Я напевал и снова положил в рот печенье. Как и хотел Латер, я не буду помогать кому-то одному, но если соперничество обострится в нежелательном направлении, я вмешаюсь и остановлю их.

Если подумать, то эта весёлость — это моя защитная реакция, предчувствующая страдания, которые я буду испытывать между этими пятерыми? Нужно быть в хорошем настроении, чтобы выдержать давление с обеих сторон.

Послесловие автора

Прошлой ночью этот автор заказал курицу в честь празднования невероятной и благодарной поддержки читателей. Более того, он не экономил, выбирая самое дешёвое, а заказал курицу любимого бренда…

Но, возможно, это было небесной карой за такую роскошь, потому что курица, которую я заказал без костей, пришла с костями. На мгновение у меня в голове промелькнула мысль: «Неужели сейчас курицу без костей подают с костями?», но потом я вдруг понял.

А! Это знак, что я должен писать с таким же вниманием и старанием, как если бы я отделял мясо от костей! Небеса упрекнули меня за то, что я, будучи начинающим автором, уже начал думать о роскоши!

Этот никчёмный автор смог ещё раз вспомнить о своих первоначальных намерениях и пообещал себе работать ещё усерднее…

Написав это, я понял, что это полная ерунда. Похоже, в последнее время мне не хватает сна.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Можно подумать, что когда один человек вырывается вперёд, это делает его выделяющимся, но когда начинают двигаться двое, всем приходится подтягиваться. Двое становятся тремя, трое — четырьмя, и в мгновение ока образуется огромная лидирующая группа.

Поэтому рывок Латера вслед за Эрихом полностью изменил ход гонки за Луизой.

Эрих, пытавшийся всеми силами сохранить за собой титул единственного, кто разделяет её хобби, в конечном итоге не смог остановить Латера. В конце концов, нет никаких оснований мешать членам кондитерского клуба заниматься выпечкой. На самом деле, Эрих уже превзошёл себя, препятствуя этому до сих пор. Пора довольствоваться эффектом монополии, которым он пользовался до сих пор.

После того, как Эрих и Латер заняли места по обе стороны от Луизы, оставшиеся трое, естественно, тоже присоединились к готовке выпечки. Кондитерский клуб, который не умел печь, наконец-то эволюционировал в кондитерский клуб, который печёт.

Честно говоря, сам факт того, что я об этом думаю, немного унизителен. Я рассуждал о грандиозном рывке, меняющем ход событий, об эволюции, но в итоге они просто начали делать то, что должны были делать с самого начала.

«У континента светлое будущее…»

Идиоты, и эти болваны — ключевые фигуры континента? Похоже, будущее континента будет таким же сияющим, как лысина третьего начальника, настолько, что его даже не разглядеть.

С удручённым сердцем я молча смотрел на шестёрку, как вдруг мой взгляд встретился с Латером, который поворачивался, чтобы переставить тарелку. Он неловко кивнул мне в знак приветствия, и я ответил тем же. Только после этого он взял тарелку и вернулся к Луизе. После нашего последнего разговора Латер всё время вёл себя так осторожно.

Ему, наверное, очень неловко. Он попросил не давать советов члену собственной семьи. В то время у Эриха было преимущество, и если бы эта ситуация продолжилась, было неясно, продолжится ли вообще борьба, но, честно говоря, это было некрасиво.

Латер, должно быть, не осознавал этого тогда, когда так отчаянно пытался остановить Эриха, но, успокоившись, он, вероятно, понял это позже. Свою нелепую и некрасивую выходку.

Конечно, меня это не волнует. Мне только на руку, что один из тех, за кем я должен следить, теперь ведёт себя послушно. Мир, полученный ценой тёмного прошлого противника, принёс мне большое удовлетворение.

— Ты уверен, что делаешь это впервые?

В этот момент я услышал удивлённый голос Луизы и повернулся. Она с восхищением смотрела на печенье, приготовленное Танианом. Он даже выложил его на тарелку, так что выглядело оно довольно аппетитно. Но разве печенью нужна сервировка? Разве нельзя просто сложить его в банку?

— К счастью, у меня ловкие руки. К тому же, моя сестра всё понятно объяснила, так что я быстро справился.

Несмотря на мои предположения, Таниан, казалось, был в хорошем настроении, вероятно, из-за внимания Луизы. Довольно скромное счастье для кандидата в святые, которого считают наиболее вероятным преемником.

Или нет, если подумать о том, что в учении Бога есть слова о скромности, возможно, это правильно.

Пока я размышлял над этой дилеммой, печенье остальных членов клуба одно за другим оказалось на тарелках и на столе. Глядя на них, я понял, что Таниан действительно хорошо справился. Внешне его печенье не уступало печенью Луизы. Это талант?

Судя по косым взглядам, которыми остальные смотрели на печенье Таниана, они думали так же. Выглядело это так, будто они завидовали печенью, но, похоже, они ещё не дошли до стадии ненависти друг к другу, так что я доволен этой пыткой. Главное, чтобы они не ссорились друг с другом.

— Давайте попробуем! — сказала Луиза, собирая шесть видов печенья, приготовленного шестью участниками, в одном месте. Да, вот это настоящий клуб. До сих пор это был не клуб, а Луиза и пятеро безбилетников.

Пока члены клуба собирались вокруг и тянулись к печенью, я немного отошёл и просто наблюдал. Моё печенье мирно покоилось на полке, так что мне не нужно было к ним присоединяться. У Луизы просто очень щедрая рука. Мне кажется, что печенье пополняется быстрее, чем съедается.

«Нет, вы что, серьёзно?»

И моя личная банка для печенья, которая никогда не пустовала с момента основания клуба, сегодня снова будет заполнена до краёв. Из шести видов печенья только печенье Луизы оставалось нетронутым.

Сначала я подумал, что мне показалось, но когда другие тарелки начали пустеть, я понял, что не ошибся. Это не клуб гурманов, но почему они ведут себя здесь как гурманы?

Мне стало неловко, и я украдкой взглянул на Луизу. Похоже, она ещё не заметила, разговаривая с остальными. К счастью. Я боялся, что она будет дрожать от предательства и стыда.

— Вы оставили это для меня? Спасибо за такую заботу.

Однако, если бы я оставил всё как есть, Луиза бы всё равно заметила, поэтому я подошёл и забрал тарелку. Сегодня печенья немного… много… Сегодня я, наверное, наемся одним этим.

Когда я убрал тарелку, от которой все уклонялись, пятеро посмотрели на меня так, будто я только что спас их от падения с обрыва. Луиза тоже широко улыбнулась и обрадовалась, увидев, что я вдруг забрал её печенье.

— Я сделала больше, потому что подумала, что вам понравится, брат!

Да, это заметно…

— Брат, ты такой добрый.

— С чего это ты вдруг?

Примерно в то время, когда время клуба подходило к концу, и в клубной комнате воцарилась тишина. Вслед за Латером Таниан остался и заговорил со мной. Причём он говорил странные вещи, которые не имели ко мне никакого отношения.

— Ты и сегодня проявил заботу о сестре Луизе.

Улыбающийся Таниан говорил ещё более непонятные вещи. Он не понимает, что я проявил заботу? Если он не понимает, то он идиот. Я ещё не деградировал до такого состояния.

— Если ты это понимаешь, то почему не ел вместе со всеми?

Ублюдок, хуже всего, когда ты знаешь, но не делаешь.

Пока все отворачивались, мне пришлось съесть всё печенье на тарелке, прежде чем я смог её отложить. Как я могу остановиться на полпути, когда та, кто сказала, что сделала больше, потому что ей показалось, что мне нравится, так пристально на меня смотрит?

Таниан тихо рассмеялся и опустил голову, заметив, как я нахмурился от сладкого вкуса, который всё ещё ощущался во рту.

— Простите, брат. Есть вещи, которые трудно сделать, даже если стараться. В следующий раз я буду внимательнее.

— С нетерпением жду этого.

— Ха-ха. В качестве извинения, если вы не против, я могу рассказать вам о вашем будущем?

При этих словах я невольно остановился, убирая разбросанные тарелки.

— О моём будущем?

— Если вы не против, брат.

Будущее, о котором говорил Таниан, можно сравнить с гаданием по судьбе. Однако, поскольку в этом мире существуют Бог и божественная сила, его достоверность значительно выше, чем в мире до моего переселения. До сих пор я никогда не гадал, так как это могли делать лишь немногие священники с высокой верой и божественной силой.

— Прошу.

Но будущее, предсказанное будущим святым? Это беспроигрышный вариант, даже если вместо печенья мне придётся есть сырую муку. Это шанс найти хоть какую-то зацепку в моей запутанной судьбе и плохой удаче.

Увидев, как меняется моё отношение, Таниан снова рассмеялся, а затем серьёзно посмотрел на меня. Возможно, из-за того, что он собирался предсказывать будущее, он выглядел как профессионал, преданный своему делу, что повысило моё доверие к нему. Прости, что до сих пор считал тебя льстецом.

— На самом деле, я видел ваше будущее с того момента, как впервые увидел вас, брат. Иногда бывает так, что я вижу будущее человека, просто взглянув на него.

— Понятно.

— И в таких случаях это будущее, на которое не могут повлиять даже благословения.

«…….»

Это не к добру.

От его слов у меня пробежали мурашки по спине, и я молча посмотрел на Таниана. Он пожал плечами и продолжил.

— У меня есть для вас хорошие и плохие новости. Неважно, с какой вы хотите начать, так что я расскажу вам по порядку.

— Без разницы. Я слушаю.

— Вас не ждут невозможные испытания, брат.

— Хорошие новости.

Мне и сейчас иногда трудно дышать, а если ещё и обрушатся катастрофические испытания, я могу сойти с ума. Слова Таниана подарили мне хоть немного надежды, и я почувствовал облегчение.

— Вас могут ждать испытания, близкие к невозможным.

Вот же чёрт.

Я еле сдержал ругательство, которое чуть не вырвалось у меня из-за этой отсроченной пытки надеждой. Таниан, должно быть, почувствовал себя немного виноватым за свои слова, потому что продолжил говорить, прежде чем я успел что-либо возразить.

— Я долго размышлял, говорить вам об этом или нет. Благословения всё равно не помогут, так что ничего не изменится, если вы узнаете. И вообще, будущее не точная наука. Как мы, творения, можем знать, что уготовил Бог человеку? Я молчал, потому что боялся, что вы напрасно будете переживать.

Это было правильное решение. Сейчас у меня в голове полная каша.

Таниан неловко заговорил, видя, что я не могу вымолвить ни слова. Нет, хватит. Мне уже страшно, что же я ещё услышу.

— Повторюсь, будущее не точная наука. Мы можем видеть будущее, но не можем знать, правильно ли мы его видим. В истории есть случаи, когда предсказания предыдущих пап и кардиналов оказывались неверными.

— Да?

Это действительно утешает…

После ухода Таниана я снова остался один в клубной комнате.

— Даже если вас ждут тяжёлые испытания, брат, вы сможете преодолеть их своими силами, поэтому не отчаивайтесь и двигайтесь вперёд.

Последние слова Таниана эхом отдавались в моей голове. Он добавил, что на самом деле хотел подбодрить меня, а не предсказывать будущее. Он хотел сказать это раньше, но не было возможности.

Но он же сказал, что будущее может быть неточным. Что, если испытания окажутся ещё хуже того, что он увидел, и действительно станут невозможными? Смогу ли я их преодолеть, даже если не буду отчаиваться?

Я вздохнул. Я думал, что и сегодня всё пройдёт спокойно и без происшествий, но вдруг кандидат в святые сказал мне: «Твоя судьба — дерьмо. Будет тяжело, но ничего не поделаешь. Сочувствую».

Конечно, как и сказал Таниан, будущее, которое видят люди, неточно. Можно просто считать, что, как в прошлой жизни, мне нагадали что-то неприятное. Но тогда этот гадалка — Нострадамус. Чёрт побери.

Я хотел снова вздохнуть, но сдержался и встал со своего места. Ну, разве я когда-нибудь думал, что моя судьба будет лёгкой? Мне стало немного легче, когда я подумал, что услышал то, что и должно было быть. В конце концов, разочарование приходит от ожиданий, но чего я вообще ожидал?

Успокоившись, я вернулся в свою комнату и закончил день, и

— Инспектор. Вы…

На следующий день, когда заместитель ректора пришёл в клубную комнату, я понял, что слова Таниана были предзнаменованием предстоящих проблем.

Послесловие автора

Я был удивлён, что читатели проявили такой большой интерес к моему вчерашнему послесловию… Проблема с костлявым цыплёнком была решена мирным путём после разговора с магазином, так что читатели могут не волноваться! Просветление — это просветление, а деньги — это деньги.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Проклятие Таниана, замаскированное под предсказание судьбы, крепко впечаталось в мою память. Вероятность ошибки была, да и судьба у меня не такая уж и хорошая, так что я пытался просто не зацикливаться на этом. Но где-то в уголке моего сознания это проклятие, как надоедливая муха, не давало мне покоя. Проклятие кандидата в святые — это уже конец света.

В итоге всю ночь я ворочался в постели, не в силах уснуть из-за гнетущего беспокойства. Моё сердце так сильно билось последний раз, когда я смотрел в лицо каганской и кешикской кавалерии. Таниан, мерзавец, неужели это его месть за мои советы Эриху? Вряд ли, конечно.

Как бы то ни было, из-за "подвига" Таниана я попрощался со спокойным сном, и последствия этого ощущались даже утром.

— Чёрт возьми.

Бродя по кабинету, я ударился голенью об ножку стола. Из-за этого одна из ножек начала шататься. Обычно такого не случалось, но это всё из-за Таниана. Как он посмел наложить дебафф на своего начальника!

К счастью, это был не тот стол, за которым я часто сижу, и если он шатается от удара, то, наверное, можно просто вставить ножку обратно. Я повозился с ней немного, и понял, что не стоит совать свой нос в чужую профессию.

— Не получается.

Стол с четырьмя ножками превратился в трёхногого инвалида. Чжугэ Лян говорил, что важна именно форма, поддерживаемая тремя ногами, но, может быть, это и есть его самая красивая форма?

Пока я так тупо смотрел на шаткий трёхногий стол, в окно в коридоре мелькнул заместитель ректора, а затем послышался стук в дверь. Что ему нужно с утра пораньше? Вряд ли что-то хорошее.

— Да, входите.

Положив на пол ножку стола (точнее, то, что от неё осталось), я разрешил войти. Его глаза слегка дрожали. Понятно, плохие новости. На мгновение в моей голове снова всплыло проклятие Таниана, но я постарался отогнать эту мысль.

— Не ожидал гостей с самого утра. Если бы знал, приготовил бы чай.

Несмотря на недоброе предчувствие, гость есть гость. Я улыбнулся и поприветствовал его, но завуч всё ещё не мог справиться с дрожащими глазами и вытирал пот платком. Он лишь смог выдавить из себя ответ на моё приветствие.

— Инспектор… Насчёт… Насчёт плана, который вы подали позавчера…

— Плана? Что-то не так?

Позавчера на собрании клуба Луиза предложила всем вместе выбраться за пределы академии на пикник, и я на набросал план и подал его. За пределами академии – это просто небольшой холм за стеной, до которого вполне можно дойти и вернуться.

Поскольку я сам собирался сопровождать их, то никаких проблем с подачей плана не возникло. Но раз уж заместитель пришёл с утра пораньше, значит, что-то всё-таки случилось.

Заместитель ректора на мой вопрос тихо вздохнул и с трудом произнёс:

— Рядом с местом для пикника… появилось подземелье.

— Что?

Какого чёрта оно там появилось?

Внутри академии есть артефакт, который обнаруживает появление подземелий. Конечно, это подземелье, но не такое, куда нужно заходить через врата и сражаться с монстрами за сокровища.

Когда я впервые после переселения узнал о существовании подземелий, то даже подумал, что это какая-то смесь романтики и охоты на монстров, и даже пытался в одиночестве прошептать "статус". Конечно, ничего не вышло. Постыдный момент в моей истории, но это было давно.

В любом случае, общепринятая теория в этом мире гласит, что подземелья образуются, когда мана из атмосферы скапливается в определённом месте и изменяет окружающую среду. Каждый год появляются новые статьи, в которых утверждается, что существуют и другие причины, но в основе всё равно лежит проблема маны.

Мне тоже было интересно узнать о подземельях в мире романтического фэнтези, поэтому я немного почитал об этом, но потом потерял интерес. Я не читал оригинал, так что не могу знать, зачем автор добавил этот элемент. Но услышав о подземелье в этот момент, я кое-что понял.

— Это же элемент создания кризиса.

Хотя эти подземелья считаются безопасными по сравнению с другими, они всё равно представляют собой неприятную обузу, поскольку в них обитают опасные существа, чуждые местной экосистеме. Более того, у подземелий нет никаких ограждений, так что можно спокойно идти по дороге и случайно забрести на территорию этих существ.

И вот, подземелье появилось рядом с местом, куда кондитерский клуб собирался на пикник. Это огромная ловушка, которую не отличить от обычного леса, если не знать, что это подземелье.

— Чёрт.

Заведующий, ведущий высокопоставленных лиц на пикник рядом с подземельем? Это поведение уже не просто сумасшедшего, а настоящего психа. И я сейчас как раз на пути к тому, чтобы стать таким психом.

— Разве местный правитель не должен регулярно проверять территорию на наличие подземелий? Если бы он просто рассеял скопившуюся ману, подземелье бы не появилось.

Поскольку подземелья образуются из-за скопления маны, местные правители и лорды по всей империи обязаны регулярно обходить свои владения и предотвращать их появление. Это несложно – нужно просто взмахнуть артефактом, созданным в магической Башне, и скопившаяся мана рассеется.

Заместитель ректора на мой вопрос ответил с затруднением:

— Местного правителя, ответственного за окрестности академии, недавно вызвали в столицу. Новый правитель ещё не прибыл, и подземелье появилось как раз в этот момент.

— А.

Тут я вспомнил один небольшой эпизод, который застрял где-то в уголке моего сознания.

«Найдите того, кто мухлюет с бюджетом ремонта дорог, и разберитесь с ним».

Я дал такое распоряжение своему заместителю в день своего прибытия в академию. Так вот, новый правитель ещё не назначен. Не думал, что маленький камешек, который я бросил, так вернётся ко мне.

— Тогда я сам разберусь. Спасибо, что сообщили.

Хоть я и не желал такого исхода, но раз уж я сам запустил этот процесс, то мне и исправлять ситуацию.

К счастью, до пикника ещё есть время, и поскольку это только что появившееся подземелье, то уровень опасности невысокий. Отменять пикник нельзя, так что придётся быстренько пробежаться туда и обратно. Если разобраться с опасными существами внутри, то само подземелье не будет представлять угрозы.

— Мы будем очень благодарны, если вы это сделаете. Полагаемся на вас.

Заместитель ректора, видимо, успокоился, услышав, что я сам займусь этим делом, и слегка улыбнулся, кивнув головой. Он, наверное, знает, что местный правитель был вызван в столицу из-за отдела инспекции, но я благодарен ему за то, что он не смотрит на меня с осуждением. Было бы неловко арестовывать его за неуважение к начальству.

Заместитель, будто прочитав мои мысли, посмотрел мне за спину, и я обернулся. Он смотрел на трёхногий стол. Ах, да…

— Вижу, тут что-то сломалось. Я распоряжусь, чтобы его заменили на новый.

Я не стал говорить, что сам его сломал.

Поскольку покидать клуб во время занятий было бы не очень хорошо, я решил разобраться с этим, пока ученики будут заняты на уроках. Редко встретишь такого начальника, который так заботится о своих подопечных. Интересно, они вообще ценят мои старания?

Хорошо, что у них сейчас уроки. Иногда я думаю, что было бы неплохо ввести нулевой урок и вечерние занятия, как было у меня до переселения. Тогда мне не пришлось бы так напрягаться с наблюдением и прочим. Конечно, это может привести к тому, что мне придётся выслушивать жалобы "голубой крови", но…

«Оно рядом».

Я добрался до места, которое указал заместитель, и увидел подземелье, расположенное в лесу совсем рядом с местом, выбранным для пикника. Я заметил его только потому, что знал, что это подземелье, иначе принял бы за обычный лес. Мурашки по коже пошли от мысли, что я мог бы просто так бродить здесь, ничего не подозревая.

Увидев его собственными глазами, я почувствовал глубокое раздражение, поднимающееся изнутри. Подземелья появляются крайне редко, если только у тебя не совсем плохо с удачей. И вот, пока я нахожусь в академии, появляется подземелье, и мне приходится самому идти и разбираться с ним.

Более того, это подземелье находится на территории империи, за пределами академии, так что я не могу переложить эту задачу на военных трёх королевств под предлогом безопасности важных персон. Тем более, я не могу нагружать охрану академии, у которой и так много работы.

— Что за ерунда.

Я пробормотал себе под нос, но меня никто не слышал. Начальникам моего уровня редко приходится заниматься полевой работой, а я вот тут сам бегаю по подземелью. Наверное, я первый такой в истории империи. Если не первый, то ситуация ещё хуже.

Если бы у меня был хотя бы один помощник, которого можно было бы использовать, всё было бы намного проще. Даже второй начальник пригодился бы…

… Нет, погодите, второй начальник – это плохая идея. Я, наверное, с ума схожу. Даже если небо упадёт на землю, только не он.

— Мой любимый засранец.

Вспомнив лицо второго начальника, которое заставило меня ещё раз убедиться в том, что я должен справиться с этим сам, я направился к подземелью.

Подземелье, видимо, появилось совсем недавно, потому что внутри него не было ничего особенного. Деревья стали немного гуще, животные чуть крупнее… Хотя кролик, грызущий белку, произвёл на меня впечатление.

Конечно, если этот кролик своими зубами укусит кого-нибудь из нашей шестёрки, моей карьере придёт конец, так что я сразу же с ним расправился. В следующей жизни, надеюсь, ты родишься в нормальной экосистеме, а не в подземелье.

Но я не вижу ничего по-настоящему опасного. Даже в недавно появившемся подземелье должен быть хотя бы один зверь, способный угрожать целой деревне. Вряд ли тот кролик был каким-то супер-кроликом максимального уровня, должны же быть хотя бы медведи или львы…

Будто в ответ на мои мысли, из-за кустов вышло нечто с чёрной шерстью.

— Р-р-р-р!

О.

Вот, наконец-то.

Внезапно появившийся чёрный медведь бросился ко мне, встал на задние лапы и замахнулся на меня своей огромной правой лапой.

Этот парень знает, как поздороваться. Мне понравилось.

Послесловие автора.

Сегодня послесловие будет немного длиннее, чем обычно.

Это снова произошло вчера вечером. В последнее время что-то часто случается по ночам, но, в общем, этот автор, измученный усталостью, решил немного прилечь.

И тут мне написал знакомый, который знает, что я писатель. Он сказал, что некоторые читатели задаются вопросом о тегах, которые я использую. Я проверил теги к своей работе. Пять тегов - от "фэнтези" до "переселения" - вполне обычные, но вот следующие три - не совсем.

Во-первых, "академия" - это своего рода визитная карточка этой работы, поэтому я не собираюсь его менять. Основное место действия - академия, но главный герой не ученик, поэтому я долго думал, прежде чем выбрать этот тег. Прошу отнестись к этому с пониманием.

"Госслужба" - этот тег, пожалуй, лишний, поскольку и название, и описание, и последний тег указывают на то, что главный герой - госслужащий. Его можно убрать.

И, наконец, "чужая любовь", который часто вызывает вопросы в комментариях. Я добавил его не потому, что считаю, что "любовь меча недопустима!". Этот тег означает, что главный герой наблюдает за любовными отношениями со стороны.

Если вы спросите, почему я выбрал такое расплывчатое определение, то в тот день, когда я добавлял этот тег, я был в приподнятом настроении и думал только о том, что "я еду в Норич!". Поэтому и получился такой неоднозначный тег.

До сих пор я уклонялся от ответов на вопросы о том, будут ли у главного героя любовные отношения, поскольку это было бы спойлером. Но я понял, что неправильно использовать теги, которые могут ввести читателей в заблуждение относительно дальнейшего развития сюжета.

Я до сих пор не могу однозначно сказать, будут ли у главного героя любовные отношения. Но я решил убрать тег "чужая любовь", поскольку он может быть неправильно истолкован.

Приношу свои извинения за то, что я удалил тег, который был добавлен более десяти дней назад, и это может вызвать некоторую путаницу. Но я считаю, что ещё хуже было бы оставить тег, который может быть истолкован по-разному и привести к спорам между читателями.

Послесловие получилось длиннее, чем я ожидал. Мне очень жаль, что я так много написал в послесловии, вместо того, чтобы уделить больше внимания самому произведению.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Я не мог не восхититься вежливостью чёрного медведя, который внезапно появился и хлопнул меня по голове. Как для зверя, он воспитаннее некоторых людей. Я ответил на его приветствие, и он, казалось, был в восторге. Он сразу же упал на землю и начал кататься, очевидно, тронутый моим ответом.

Бедняга, наверное, вырос без любви и ему не хватало ласки. Он сразу же показал живот только от одного прикосновения человеческой руки.

«На удивление крепкий».

Если серьёзно, то я ударил его в живот с намерением убить. Но, поскольку я давно не использовал кулаки, я, вероятно, не рассчитал силу, и в результате он не умер, а просто катался по земле. Возможно, он крепче обычного медведя, потому что обитает в подземелье.

Это немного задевает мою гордость, но, в то же время, это к лучшему. Если бы такой зверь появился в присутствии моих подчинённых, могла бы возникнуть непредвиденная ситуация. Сейчас он, конечно, лежит без сознания, но если бы он в ярости бросился на моих подчинённых, это было бы весьма проблематично.

«И довольно крупный».

Я посмотрел на свой кулак, которым ударил медведя в живот, и на медведя, который пытался подняться. Он был достаточно большим, чтобы на нём можно было ездить. Отлично, это судьба.

Когда я подошёл к медведю, он испугался, но успокоился, увидев мой кулак. Он не только крепкий, но и умный. Вот оно, чудо подземелья. Я погладил по носу медведя, который научился вести себя тихо благодаря своему развитому интеллекту, и сказал:

— Послушай, давай поработаем вместе.

Одолжи мне свою спину.

Как ни крути, человеку нужно ездовое животное, чтобы было удобно. Благодаря ему я смог быстро передвигаться по подземелью, которое было бы утомительно обходить пешком, а Миша чудесным образом находил по запаху опасных зверей, избавляя меня от лишних хлопот.

Миша – это имя, которое я дал чёрному медведю, на котором сейчас еду. Он так мне помогал, что я просто обязан был дать ему имя. Я хотел назвать его просто Медведем, но это было бы слишком, поэтому я остановился на имени Миша.

— Тебе тоже нравится, Миша?

— Хрю-хрю…

— Хороший медведь.

Похоже, ему нравится. Я погладил его по голове в знак удовлетворения, и почувствовал, как он дрожит.

Я слышал, что опасные звери в подземелье сильнее других животных, но не слышал, чтобы они были умными. Может быть, он просто исключение? Ну, неважно. Я же не учёный, изучающий экосистему подземелья.

Я катался на Мише ещё около часа, осматривая подземелье. Я должен был убедиться, что ничего не пропустил, иначе в день пикника могло бы случиться что-то ужасное. Мне действительно повезло, что я узнал о появлении подземелья заранее. Хотя, если бы мне действительно повезло, оно бы вообще не появилось.

«Чёртова местность».

Сейчас я продвигаюсь вперёд, ломая все деревья на своём пути, но, если бы я шёл по этой лесной тропе с шестёркой, мурашки бегут по коже от одной мысли об этом. Если бы хоть один из них пострадал, это было бы ужасной миссией по сопровождению, которая потрясла бы не только академию, но и весь континент, а тут ещё и местность такая неудобная. Это просто ад.

Конечно, я своими руками разрушил это адское будущее. Я вздохнул с облегчением и слез со спины Миши, и он посмотрел на меня с облегчением. Наверное, он понял, что я собираюсь уходить. Он действительно не похож на обычного медведя по интеллекту.

— Миша. Здесь больше никого не осталось, верно?

Он ничего не ответил, но я понял по его взгляду. Он как будто просил меня уйти. Я усмехнулся, глядя на него, и погладил по голове.

— Ты уверен? Кажется, здесь кто-то остался.

— Хрю-хрю?

В глазах Миши, который издал звук, похожий на непонимание, нарастала тревога. Он, наверное, гадал, не то ли это, о чём он подумал, и молился, чтобы это было не так.

— Ты остался.

С этими словами я ударил Мишу по голове. К счастью, в этот раз я правильно рассчитал силу, в отличие от удара в живот, и всё закончилось одним ударом. Мы вместе бродили по подземелью, и у меня появилась к нему некоторая привязанность, поэтому я постарался сделать так, чтобы ему было не больно. Смерть без боли – это хорошая смерть.

Глядя на падающего Мишу (или то, что от него осталось) с пробитой головой, я почувствовал необъяснимую грусть. Он был довольно умным и покладистым, и мне даже пришла в голову мысль, что, возможно, это была завязка для истории, в которой Луиза входит в подземелье и делает его своим питомцем. Хотя для питомца он немного великоват.

Его единственный грех – это то, что он родился в подземелье. Если бы я оставил его в живых, он мог бы выскочить во время пикника, чтобы устроить сюрприз, и это было бы неприятностью для всех.

«В следующей жизни переродись питомцем благородной семьи».

Я коротко помолился за упокой души Медведя и повернулся к нему спиной. Пора покинуть это проклятое подземелье.

А, это был Миша, а не Медведь? Ну, неважно. В любом случае, это имя больше никому не принадлежит.

Я закончил временную очистку подземелья и вернулся, к счастью, до начала клубного времени. Хорошо, что заместитель ректора сообщил мне об этом с утра, иначе шестёрка собралась бы в клубной комнате без меня, и это стало бы катастрофой. Даже страшно представить. Шестёрка, собранная вместе, вдали от моих глаз…

«Ужас».

Из-за обычных занятиях, где они рассеялись, у меня сердце не на месте, а что уж говорить о клубном времени, когда они все вместе? Я бы не удивился, если бы кто-нибудь из пятёрки внезапно сошёл с ума и начал вызывать всех на дуэль. Не удивился бы, но это было бы ужасно, чёрт возьми. Если кто-нибудь вздумает вызвать меня на дуэль, я сам стану его противником. И отлуплю его по-настоящему.

С такими мыслями я вошёл в клубную комнату и сел на своё обычное место, и вдруг почувствовал что-то незнакомое. Комната стала как-то чище и немного роскошнее.

Я огляделся, чтобы получше рассмотреть комнату, и сразу же заметил письмо, лежащее на ближайшем столе. Это было письмо от заместителя ректора.

«Что это?»

Зачем ему оставлять письмо, если мы виделись утром? Ну, раз прислал, надо прочитать.

[ Я заменил все столы, пользуясь случаем, когда сломался один из них. Я сделал это, пока вас не было, чтобы не беспокоить вас шумом. Надеюсь, вам понравится обновлённая клубная комната. ]

«А».

Настоящий заместитель ректора…!

Прочитав письмо без задней мысли, я не мог не растрогаться. Я был восхищён искусным поступком заместителя ректора, который сделал 10, хотя обещал сделать только 1. Вот это настоящий человек. Неудивительно, что он дослужился до заместителя ректора лучшего учебного заведения империи – академии!

Если бы хоть один из этих трёх ублюдков сделал хотя бы половину того, что делает заместитель директора, моя удовлетворённость работой взлетела бы до небес. Я бы даже носил его на спине на работу и с работы. Я бы серьёзно рассматривал его как кандидата на пост следующего заведующего отделами после моего ухода, наряду с заместителем.

Конечно, это бесполезные предположения. Чёртовы ублюдки.

— Ой? Братик, ты сменил столы?

Это были первые слова Луизы, когда она вошла в клубную комнату. Как и ожидалось от той, кто больше всего любит выпечку, она сразу заметила изменения. Похоже, остальные пятеро заметили это только после её слов. Это нормально, вы не виноваты, что у вас не такой острый ум.

— Они сломались, поэтому я их заменил. И заодно всё остальное.

— Сам? Почему ты не позвал нас на помощь?

— Не я, а заместитель ректора. Если встретите его, поблагодарите.

— Хорошо!

Луиза с сияющими голубыми глазами с энтузиазмом осмотрела клубную комнату. Конечно, ей хочется убедиться, что всё действительно изменилось. Честно говоря, я и сам не совсем понимаю, что изменилось. Всё как будто стало немного другим, но я не могу точно сказать, что именно.

Осмотрев клубную комнату вместе с остальными, Луиза, словно вспомнив что-то, повернулась ко мне.

— Кстати, братик. Куда ты ходил с утра пораньше?

— А?

Что? Откуда она знает?

Заметив вопросительный взгляд в моих глазах, Луиза смущённо заправила волосы за ухо и продолжила:

— Я видела, как ты утром выходил за ворота академии.

— Так вот как ты оправдываешь то, что не слушала урок.

Учитывая расположение здания, где Луиза должна была быть на уроке в то время, когда я вышел, она явно специально смотрела в окно.

Я посмотрел на Луизу с неодобрением, ведь она так бездарно потратила время на уроке, который я бы с удовольствием посетил, но не смог. Она, похоже, тоже почувствовала себя неловко и, хихикнув, отвела взгляд. Ладно, прощаю. Какой вообще смысл злиться на тебя…

— Так куда ты ходил? Разве тут поблизости есть куда пойти?

Рютис вмешался в наш разговор с Луизой, возможно, чтобы помешать нам общаться только вдвоём, а может быть, ему просто было интересно, что тогда произошло. Луиза неловко отвела от него взгляд и снова посмотрела на меня.

— Я ходил на место пикника, чтобы осмотреть местность.

— Зачем тебе осматривать местность для короткого пикника? Разве могут возникнуть какие-то проблемы во время пикника?

Я пристально посмотрел на шею Рютиса, который смеялся, говоря это.

Кадык, так хочется сильно ударить его по кадыку. Если бы это не вызвало дипломатический скандал, я бы ударил его, хотя бы один раз… Как он может говорить такое после того, как я только что предотвратил эту самую проблему?

В то же время, услышав слова Рютиса, моя уверенность в 99% превратилась в 100%. Если бы я не пошёл туда, мы бы точно попали в подземелье во время пикника. Его слова звучат как флаг. Чёртов болтун. Хотя я уже всё решил, но это всё равно бесит.

— Осторожность не помешает.

Я подавил желание схватить его за шею и ответил уклончиво, стараясь отвести взгляд. Если мои эмоции возьмут верх над разумом, министерство иностранных дел взбесится и придёт за мной.

— Говорят, что с того холма открывается потрясающий вид на цветущую сакуру!

Отведя взгляд от Рютиса, я посмотрел на Луизу. Сакура – это действительно подходящее растение для Луизы. Но «говорят»? Похоже, кто-то вбил Луизе в голову эту идею о пикнике именно в том месте. Кто этот ублюдок, который доставил мне столько хлопот…?

— А, ты про то, что говорила Ирина? Так это там, значит.

Благодаря словам Эриха я сразу понял, кто это был. А, Ирина… Это она.

Я молча закрыл рот, поражённый неожиданным открытием, и стал слушать Луизу, полную ожиданий. Я не мог винить Ирину.

Ирина. Лучшая подруга Луизы. Она не так опасна, как пятёрка претендентов на руку Луизы, но всё же я слежу за ней. Поэтому я время от времени проверяю, как у неё дела.

Её полное имя – Ирина Йорн. Дочь той самой семьи, на которую обрушился удар, как гром среди ясного неба, из-за ошибки отдела расследований империи.

Чёрт, начальник 3-го отдела, ублюдок. Твои косяки до сих пор аукаются.

Неожиданная встреча с живым свидетельством моей профессиональной халатности пробудила во мне чувство вины.

Послесловие автора

В дополнение: Покойся с миром, Миша (Медведь, Гл. 19 — Гл. 20). Имя ничем не отличается от Медведя.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Я попытался хоть как-то адаптировать игру слов, в оригинале было имя Унги, а не Миша (оно звучит так же, как медведь на корейском, но пишется по-другому). F Мише. Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Если отдел внутреннего надзора совершает ошибку в своей работе, причиняя вред какой-либо семье, то по традиции, этот ущерб возмещается с лихвой, дополнительно предоставляются различные льготы. Эта традиция существовала ещё до моего прихода в Отдел, так что, исторически сложилось, что время от времени некоторые семьи лишались всего из-за ошибочных действий отдела.

Конечно, красиво сказано — «возмещение ущерба с лихвой и льготы». Но с точки зрения семьи, которая жила спокойно, а затем внезапно оказалась на грани уничтожения, это звучит как издевательство. В конце концов, редкая семья способна выдержать удар отдела внутреннего надзора и дождаться момента, когда выяснится, что это была лишь ошибка. Обычно они погибают мгновенно.

В этом смысле семье графа Йорун повезло, и мне тоже. Семья графа Йорун выжила и получила компенсацию за ущерб, а я избежал клейма «того, кто уничтожил благородную семью». В прошлом заведующий отделами внутреннего надзора, по ошибке уничтоживший пять-шесть благородных семей, был казнён.

— Братик, ты в порядке? У тебя такое мрачное лицо.

— А, всё в порядке. Ничего особенного.

Голос Луизы, обеспокоенно спрашивающей меня, вывел меня из раздумий. Похоже, моё лицо помрачнело, когда я вспомнил тот случай, от которого до сих пор кружится голова.

Не зря я тогда, на глазах у всех сотрудников, приказал начальнику 3-го отдела биться головой об пол. Если бы дело пошло совсем плохо, меня бы, может, и не казнили, но тяжелое наказание я бы точно получил. Так что, представьте себе мои чувства, когда я узнал, что дочь семьи графа Йорун, пострадавшей от этого инцидента, — подруга Луизы.

«Похоже, она знает, что я заведующий отделами внутреннего надзора...»

В тот день, когда я впервые встретил Луизу. Когда я попытался незаметно уйти, Ирина остановила Луизу, которая хотела меня задержать. Сначала я подумал, что это сообразительная девочка, которая поняла, что я хочу уйти. Но потом я понял, что она просто испугалась меня и отпустила.

Конечно, начальник 3-го отдела лично посетил семью графа Йорун, извинился и выплатил компенсацию. Я тоже отправил письмо с извинениями, и дело было официально закрыто. Но с точки зрения Ирины перед ней появился заведующий отделами, который чуть не уничтожил её семью. Неудивительно, что она была в ужасе.

— Кстати, Ирина иногда спрашивала меня о тебе. Вы, случайно, не знакомы?

Вздох вырвался из моих уст, когда я увидел, как Луиза пристально смотрит на меня, ожидая ответа. Ей, должно быть, было страшно, что человек, которого она боится больше всего на свете, крутится рядом с её лучшей подругой. Наверное, она спрашивала, не встретит ли она меня случайно.

— Нет. Наверное, ей было интересно, как инспектор проводит допросы.

Не мог же я сказать ей: «Мой подчинённый чуть не уничтожил её семью». Но в глазах Луизы уже зародилось легкое подозрение. Наверное, она беспокоится, не было ли у меня каких-то проблем с её подругой. И, к сожалению, она не ошибается...

«Может, мне стоит навестить её и поговорить?»

Чёрт, тогда она, наверное, ещё больше испугается. Но, с другой стороны, если я поговорю с ней, наши отношения могут немного улучшиться.

В тот вечер, под подозрительным взглядом Луизы, я не смог произнести ни слова.

В ту ночь, когда я чувствовал на себе обиженный взгляд Луизы, мне написал Виллар по новому коммуникатору, который я купил, потому что мне было неудобно постоянно использовать коммуникатор директора.

— Лорд Виллар? Что случилось в такое позднее время?

— Прошу прощения за поздний звонок. Мне нужно было вам кое-что сообщить.

И Виллар рассказал мне душераздирающую историю о своих страданиях.

Поскольку ключевые фигуры трёх стран покинули академию из-за пикника, силы безопасности трёх империй, отвечающие за их защиту, не могли оставаться в стороне. Однако, их подопечные — это три невыносимых идиота, которые любой ценой прорвались в академию. Они категорически отказались от сопровождения, заявив, что все в порядке.

«Они что, совсем с ума сошли?»

Это была моя первая мысль, когда я услышал эту ужасную новость.

В мире не существует такой охраны, которая бы сказала: «А, ну ладно. Хи-хи, сегодня отдохнём», услышав от тех, чьи жизни они должны защищать ценой своей собственной, что сопровождение не требуется. Но поскольку охраняемые объекты постоянно отказывались от охраны, они ничего не могли поделать.

Виллар позвонил мне в такое позднее время, чтобы сообщить эту печальную новость. Этого было достаточно, чтобы схватиться за голову.

Нет, я не говорю о личной охране, а о наблюдении на расстоянии, и от этого они тоже отказываются? Неважно, сколько подземелий они очистили, сила оригинала, о которой я не знаю, может привести к чему угодно. Конечно, я планировал пикник, предполагая, что поблизости будут находиться силы безопасности трёх стран, а не то, что я буду охранять их один.

На мгновение я потерял дар речи и чуть не расплакался, увидев изможденное лицо Виллара. Когда начальство сходит с ума, страдают подчинённые. Эта истина применима не только к империи, но и ко всем трём странам.

В конце концов, я предложил спрятать силы безопасности в лесу возле холма. Он находится недалеко от места пикника, окружён равниной, что позволяет легко обнаружить приближение кого-либо, а снаружи практически не видно, есть ли там охрана.

— Это место подойдёт для того, чтобы спрятаться.

— Благодарю вас за заботу.

Мне кажется, это не та ситуация, за которую нужно благодарить. Я просто ответил ему улыбкой. Вообще, разве нормально, что охрана должна прятаться от охраняемых объектов? Кто-то может подумать, что это убийцы. Чёрт возьми.

Так мы с Вилларом тихо закончили разговор, разделив горести подчиненных.

Наступил день пикника, которого я не особо ждал. Эрих и Луиза сказали, что сами принесут еду для пикника под цветущей сакурой, так что мне нужно было только прийти. Но моя голова была полна мыслей после странного разговора прошлой ночью. Это, наверное, то, что называется «плюс на минус даёт ноль». Лучше бы вместо этого моё тело было уставшим.

Вид части сил безопасности, отправляющихся в лес с самого утра, был трогательным. Поэтому я позвонил Виллару и сказал ему, что если их обнаружат в лесу, пусть скажет, что они отправились туда по моей просьбе, чтобы очистить подземелье. В конце концов, там действительно было подземелье. Это вам секретная информация...

Когда Виллар услышал слово «подземелье», он так заволновался, словно собирался немедленно туда побежать, поэтому я добавил, что мы уже очистили его вчера. Его выражение лица стало немного странным, но он всё равно поблагодарил меня за заботу. Ну что ж, нужно помогать друг другу, бедным государственным служащим.

После этого мы с кучером молча ехали. Я не хотел разговаривать с ним, потому что боялся, что он испугается, если я заговорю с ним после того, как он расслабился. Но, возможно из-за молчания кучера, я смог услышать тихий разговор внутри кареты.

— Иногда подземелья внезапно появляются в полях или лесах.

Кто, чёрт возьми, говорит о подземелье, которое я уже очистил? Опять Лютис? Судя по голосу, похоже, что это он. В оригинале он, кажется, был известен своим «дьявольским языком».

— Разве артефакты не были созданы для предотвращения этого? В последние несколько десятилетий стало гораздо сложнее увидеть подземелье.

На этот раз Латер добил меня, отвечая на слова Лютиса. Да, подземелья теперь трудно увидеть. Я просто не мог предположить, что оно появится именно в этом районе и именно в это время.

— Я никогда не видела подземелье. Что это за место?

— Вам лучше не видеть его, леди Луиза. Монстры в подземельях очень свирепы.

Каким-то образом тема разговора переключилась на подземелья, и Луиза с Айнтером продолжили разговор о них. Им, наверное, было скучно сидеть в карете, и они не хотели упускать возможность поговорить. Если предположить, что я знаю оригинал, это просто идеальная завязка. Просто мурашки по коже.

— Даже для самого маленького подземелья требуется около 10 опытных рыцарей под командованием опытного командира, чтобы очистить его. Они намного больше и сильнее обычных животных.

— О, это конкретная информация?

— Подземелье появилось на нашей территории. Я немного шокирован, учитывая, что это произошло уже после разработки артефакта.

Я тоже слышал то, о чем говорил Эрих. Это было несколько десятилетий назад, и тогдашний глава семьи Красиус был осмеян своими друзьями. Что нужно сделать, чтобы подземелье появилось на твоей территории?

И, к всеобщему удивлению, вскоре после этого подземелье появилось и на территории его друга, который больше всех смеялся над ним. Тогда глава семьи Красиус смеялся над ним. Я до сих пор помню эту впечатляющую перепалку двух друзей.

— Ну, это для солдат. Мы бы легко очистили любое подземелье.

«Ублюдок.»

Я чуть не ворвался в карету, услышав смех Лютиса. Неважно, смогут ли они очистить его или нет, если они получат хоть царапину, у сил безопасности появятся линии отреза на шее. Малейшие действия начальства превращаются в землетрясение для подчиненных.

Вот почему те, кто родился наверху, безнадежны. Начальство не понимает сердца своих подчиненных...

В отчаянии я тихо закрыл глаза. Лучше поспать до прибытия.

— Чем больше я об этом говорю, тем больше мне хочется посмотреть на подземелье!

«…….»

Я ничего не слышал, потому что спал. Чёртов ублюдок.

Так я плакал в душе до тех пор, пока мы не добрались до места пикника.

Послесловие автора

В оригинале, если бы не было подземелья, читатели были бы смущены огромным количеством зацепок. Но не волнуйтесь, Карл позаботился об этих зацепках!

Следующая глава может выйти намного позже, чем обычно. У меня сегодня запланирована встреча, и я не могу гарантировать, в каком состоянии буду завтра после неё. Но я сделаю все возможное, чтобы придерживаться графика «одна глава в день».

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

На печенье в моей руке мягко опустился лепесток сакуры. Я слегка подул на него, и он, подхваченный ветром, закружился в воздухе. Смешиваясь с другими лепестками, он создавал впечатление розового дождя.

«Красиво».

Я уже и не помню, когда в последний раз любовался цветущей сакурой. Да и вообще я не особо любил любоваться цветами. Молча наблюдая за розовым дождем, я откусил кусочек печенья. Печенье тоже было вкусным.

Я украдкой взглянул на членов клуба. Они ели бутерброды и тосты. Видимо, это было съедобно даже для таких избалованных аристократов, судя по их спокойным лицам. Раз уж это едят, почему печенье…

Благодаря этому никто так и не притронулся к печенью Луизы, и оно естественным образом перешло ко мне. Удивительно, что эти пятеро так упорно отказываются его есть, но не менее удивительна и Луиза, которая продолжает его печь. Неужели для неё достаточно того, что хотя бы один человек ест её печенье? Невероятная целеустремлённость.

Вдруг один из лепестков, кружившихся в воздухе, упал на голову Луизе. Теперь, когда я присмотрелся, увидел, что её волосы действительно были цвета сакуры. Даже в этом мире, где яркие и необычные цвета волос были нормой, такие чистые розовые волосы были редкостью.

— Я только сейчас понял, что это не цветок, а сестра.

«Боже мой».

Я молча отвёл взгляд от Таниана, который произнёс эти слова, протягивая руку, чтобы снять лепесток с головы Луизы.

Таниан всю жизнь провёл в закрытой Священной империи. Конечно, он не мастер романтических выражений, заставляющих сердце трепетать. Но всё же он старался, и это всё, на что он был способен. Это было печально.

— Спасибо.

Луиза, смущённая таким высказыванием в лицо, неловко улыбнулась и поблагодарила его. Таниан, довольный её реакцией, кивнул. Его планка счастья была очень низкой. Неужели отсутствие желаний — это и есть ключ к счастью? Конечно, я бы так жить не хотел.

— Как для священника, у вас довольно старомодные выражения!

Рютис, смеясь, несколько раз похлопал Таниана по спине. Неужели это старомодно? Что же тогда, по-моему, старомодно?

— Рютис, не дразни его.

Я успокоился, увидев, как Айнтер с улыбкой останавливает Рютиса. Да, моё представление о старомодности всё ещё живо. Ах, какое облегчение. Наверное, из-за нервозности я не смог распознать простую шутку.

— Братец, ты уверен, что не хочешь ничего другого?

— Да. Мне этого достаточно.

Луиза, с улыбкой наблюдавшая за разговором членов клуба, вдруг обратилась ко мне. Она хотела предложить мне бутерброд, но мне действительно было достаточно. С тех пор как мы устроились под сакурой и расстелили скатерть, я без остановки ел печенье. Успею ли я съесть всё до возвращения в академию?

— У нас есть и другая вкусная еда…

— Мне больше всего нравится это, так что всё в порядке.

Так что не надо больше предлагать. Вместо одного бутерброда можно съесть шесть печений…

Я естественно отвёл взгляд в сторону, избегая взгляда Луизы. Ах, какая красивая сакура.

★★★

Я пристально смотрела на брата Карла, который отказался от бутерброда и снова откусил печенье. Сам же он, кажется, не заметил моего взгляда, любуясь цветущей сакурой.

«Наверное, невкусно».

Я не дура. Я знаю, что моё печенье не самое вкусное. Даже члены клуба, которые всегда улыбаются мне, стараются избегать его.

Конечно, я не совсем уж бездарна в выпечке. Иначе я бы не смогла учить их кондитерскому делу. Я хорошо знаю основы. Просто я хочу создать своё собственное, уникальное печенье. Поэтому я много экспериментировала, и в результате получала множество невкусных изделий.

Тем не менее, брат Карл всегда ел эти результаты моих экспериментов. Несмотря на то, что они были невкусными, он ел их каждый день без малейшего недовольства, словно подбадривая меня.

«Хороший человек».

Как я и сказала Эриху, я считаю брата Карла хорошим человеком. Ведь истинная природа человека проявляется в его поступках, какими бы холодными и отстранёнными они ни казались. Когда я впервые встретила брата, его взгляд, обращённый к Эриху, был взглядом идеального старшего брата, заботящегося о своём младшем брате.

Я подумала, что это и есть его истинная природа. Даже самый скрытный человек не может контролировать своё подсознание, а если бы он был настолько хорошим актером, чтобы такое провернуть, то он был бы более ласков с Эрихом. Человек, которому трудно выражать свои чувства — таково было моё первое впечатление о брате.

После этого я не думала о нём. Хотя он и остался в академии по служебным делам, я не думала, что это как-то связано со мной. Мы просто здоровались, когда встречались. Вот и всё, что нас связывало. До тех пор, пока я не создала клуб.

Когда мне удалось собрать минимальное количество участников — троих, но я не смогла найти руководителя, что казалось мне простым делом, и не смогла создать клуб, я не могла скрыть своего разочарования. Кондитерский клуб, о котором я мечтала ещё до поступления, был на грани исчезновения.

— Тебе больше не нужно искать. Я буду вашим руководителем.

В тот момент, когда брат Карл сказал, что станет нашим руководителем, я была так счастлива. Теперь, вспоминая об этом, мне становится стыдно за то, как широко я улыбалась и сколько раз кланялась, выражая свою благодарность. Брат похлопал меня по плечу и, повернувшись, ушёл куда-то.

С тех пор, как брат стал руководителем нашего клуба, он всегда заботился о нас. При этом он никогда не хвастался и не показывал, что ему трудно. Как будто это было чем-то само собой разумеющимся.

Для меня, привыкшей к неловкой заботе Эриха и других членов клуба, его отстранённость и наблюдение со стороны были большим утешением. Как будто у меня появился старший брат, который всегда поддержит меня.

С тех пор я начала смотреть на брата Карла как на старшего брата, на которого можно положиться. Что он делает, куда он идёт. Могу ли я чем-то отплатить ему.

— Вкусно. Можно продавать.

— Если останется, я разберусь. Положи сюда.

Но в итоге заботу получала я. Он всегда ел моё печенье, чтобы я не расстраивалась. Благодаря этому я обрела уверенность в себе и теперь могу печь неплохое печенье.

«…Н-ну, стало же лучше, чем раньше? Хотя бы немного…?»

Брат всегда говорит, что всё вкусно, поэтому я не знаю, изменился ли вкус.

В тот момент, когда я хотела неловко улыбнуться из-за благодарности и чувства вины, я вспомнила вчерашний день и слегка прикусила губу. Я вспомнила, как Ирина спрашивала о брате Карле, и как он пытался уйти от ответа. Казалось, он что-то скрывает, и в итоге так ничего и не рассказал.

Меня огорчало то, что между моей лучшей подругой и братом, на которого я могу положиться, есть какие-то отношения, о которых я не знаю, и что они не говорят мне об этом. Конечно, брат не обязан мне ничего рассказывать, но я всё равно чувствовала себя обиженной.

Когда я посмотрела на брата с недовольством, он, заметив мой взгляд, наконец-то посмотрел на меня.

— Что такое?

— Дайте мне тоже печенье!

На это брат Карл протянул мне только что взятое печенье. Я не взяла его рукой, а сразу откусила.

Увидев растерянный взгляд брата, я улыбнулась. Не знаю почему, но обида утихла, и настроение улучшилось.

★★★

Вернувшись в резиденцию инспекторов после пикника, я устало плюхнулся на кровать и вздохнул.

На пикнике я чуть не устроил дуэль 1:5. Взгляды этих пятерых, после внезапной шалости Луизы, были такими острыми. Если бы взгляды могли причинять физическую боль, мне бы не поздоровилось…

«Что на неё нашло?»

Я не ожидал, что Луиза вдруг откусит печенье из моей руки. Видя её улыбку, я подумал, что мы с ней достаточно сблизились, чтобы она могла так шутить. Это не то чтобы плохо, но, к сожалению, свидетелями были пятеро.

Я провёл руками по лицу и лег на кровать. Луиза уже не первый день удивляет меня своей энергичностью, так что нет смысла гадать о причинах. Завтра, когда мы встретимся в клубе, она, как ни в чём не бывало, будет бодро приветствовать меня.

В тот момент, когда я уже почти заснул, коммуникатор, брошенный на стол, засиял фиолетовым светом, напоминая о своём существовании.

…? Фиолетовый?

— Чёрт возьми!

Я поспешил к коммуникатору и принял вызов. На экране появилось лицо пожилого мужчины.

— Давно не виделись, заведующий инспекции. Я давно слышал, что вы находитесь в академии, но всё никак не мог связаться с вами. Вы хорошо потрудились.

— Не стоит благодарности. Я всего лишь выполняю свой долг перед империей.

— Конечно. Ваш патриотизм всегда вызывает восхищение.

Мужчина весело рассмеялся, и я неловко улыбнулся в ответ.

Этот пожилой мужчина был главой министерства двора — ведомства, занимающегося делами императорской семьи и являющегося самым важным из всех административных органов империи. Иными словами, он был вершиной имперской бюрократии. Выше него была только императорская семья.

Формально он не был моим непосредственным начальником, но его звонок означал, что мне передают волю императорской семьи. То, чего я ожидал, наконец-то произошло…

— Рад видеть, что вы в добром здравии. Его Высочество, наследный принц, был опечален вашим назначением в такую даль. Он беспокоился, не столкнётесь ли вы с трудностями в чужой стране.

— Благодеяния Его Величества распространяются на всю империю, какие трудности могут возникнуть у меня?

— Благодеяния Его Величества поистине безграничны, но разве порядок в империи не поддерживается благодаря трудам таких преданных слуг, как вы?

— Вы слишком добры.

— Ха-ха, слишком добр? Это не только моё мнение, но и мнение Его Высочества, наследного принца. Он сказал, что ваши труды на благо империи — это ваш долг, но ваша преданность поистине достойна восхищения.

Глава министерства двора говорил с добродушной улыбкой, как будто мы были старыми знакомыми, но я чувствовал, как по моей спине стекает холодный пот. Как я и ожидал, приказ наследного принца был передан мне довольно прямолинейно.

На первый взгляд, это были просто добрые слова, но их истинный смысл был таков: трудности — это действия третьего принца Айнтера, порядок в империи — это стабильность императорской семьи и права престолонаследования, а мои труды — это увлекательная чистка.

— Следите за третьим принцем и при необходимости устраните его.

«Просто отлично».

К счастью, это был не приказ о немедленном устранении, а условный. Мне дали право действовать по своему усмотрению. Похоже, у наследного принца появилось что-то вроде милосердия, раз он не заставил меня сразу проливать кровь.

— Я польщён вашими словами. Я сделаю всё возможное, чтобы оправдать доверие Его Высочества, наследного принца.

Глава министерства двора с улыбкой кивнул в ответ.

— Я обязательно передам вашу преданность Его Высочеству.

— Благодарю вас.

— Прошу прощения, что побеспокоил вас своим внезапным звонком. Отдыхайте.

Связь прервалась, и свет коммуникатора погас. Я тихо вздохнул и бросил его обратно на стол.

«И наследный принц туда же».

Теперь мне нужно следить за Айнтером не только как за участником борьбы за Луизу, но и как за третьим принцем.

Это будет проблематично. Чёрт возьми.

Послесловие автора

Этот автор, выйдя на улицу, вернулся домой в состоянии алкогольного опьянения… Я подумал, что если я сейчас засну, то не знаю, когда проснусь, и поэтому, собравшись с духом, написал главу, которую должен был выложить сегодня…

Глава, завершённая с восходом солнца, наверное, получила благословение богини рассвета. Я чувствую себя неплохо. Но, если подумать, в прошлом послесловии я написал, что сегодня глава выйдет поздно, это что, обман в послесловии?

В любом случае, этот автор сейчас пойдёт спать… Читатели, спокойной ночи или доброго утра.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Как всегда, я один в утреннем клубном помещении. Честно говоря, я бы предпочёл собраться с мыслями в своей комнате, но спустя всего ничего времени, проведённого в академии, я уже привык приходить сюда по утрам. Госслужащий чувствует себя спокойно, только если утром он куда-то идёт на работу.

Конечно, спокойно только на душе, а голова всё ещё полна мыслей.

— Легко сказать, чёртов ублюдок.

В подавленном состоянии я откинулся на спинку стула, практически зарывшись в неё, и запрокинул голову. Так вот как выглядит узор на потолке, вижу его впервые.

С трудом сдерживая непроизвольный вздох, я схватился за голову. Я догадывался об этом с того самого момента, как Айнтер вступил в клуб, но всё же надеялся, что этот момент не наступит. Момент, от которого я, в силу своего положения, не могу отказаться.

Через министра императорского двора был передан приказ наследного принца. Конечно, это не был официальный приказ, но как можно проигнорировать явное желание будущего императора? Поскольку я тоже принадлежу к фракции наследного принца, я должен хотя бы сделать вид, что выполняю его требования, какими бы безумными они ни были.

Но всё же это слишком — просить меня разобраться с принцем в случае необходимости. Конечно, это не означает, что я должен зарезать его средь бела дня, так что придётся замаскировать это под несчастный случай. Но мне уже хватило этих хлопот с 2-м принцем. В конце концов, если принц внезапно умрёт, то как бы это ни было замаскировано, всем будет понятно, что это приказ наследного принца. Даже когда я убил 2-го принца, все это знали.

— Хорошо хоть, что он не принял окончательного решения.

Если бы наследный принц принял решение, он бы приказал мне разобраться с ним немедленно, а не в случае необходимости. Но молчание, которое Айнтер демонстрировал всё это время, его непоколебимое право престолонаследования, а также возможность использовать его в качестве страховки в другой стране, заставили наследного принца проявить милосердие. Это просто удивительно. Этот отморозок и милосердие.

И всё же это к лучшему. Я и так чувствую себя виноватым перед Айнтером, а отправлять ему набор из кареты, вина и террасы мне совсем не хочется. Пока наследный принц ещё не взорвался, мне остаётся только защищать Айнтера как можно дольше.

— Чёртов ублюдок.

Сколько бы я его ни ругал, этого всё равно будет мало. Но я всё же могу понять, что он чувствует.

Конечно, он был в ужасе, когда услышал, что Айнтер, которым он всё это время не интересовался, внезапно оказался в одном клубе с принцем другой страны и кандидатом в святые. Наверное, у него перед глазами пронеслось воспоминание о том, как они с 2-м принцем схватили друг друга за грудки и одновременно ударили друг друга по яйцам, после чего оба были ошеломлены.

Но я знаю правду, и мне это совсем не нравится. Если я убью Айнтера, то просто получу ярлык того, кто без необходимости убил принца, далекого от престолонаследия. Это дело без выгоды, только с потерями, так что мне нужно этого избежать.

И если Айнтер внезапно умрёт, всем будет очевидно, что это сделал я, находясь в академии. Мне не хочется привлекать к себе столько внимания.

— Считай, это расплата за прошлые долги.

В конце концов я не выдержал и пробормотал это, сопровождая слова тяжёлым вздохом.

Считай, что тем, что я защищаю Айнтера, я искупаю свою вину за то, что два года назад я сильно на него давил. Если понадобится, мне придётся его убить, так что этого должно быть достаточно, чтобы расплатиться с долгами. Нет, это даже слишком щедро с моей стороны. Надеюсь, Айнтер оценит мои невидимые усилия.

Мне и так тяжело выполнять основное задание «Луиза и дети», а тут ещё и дополнительное задание «Решение судьбы Айнтера». Но что поделать, если этого хочет начальство? Нижний должен катиться туда, куда ему укажут. Хорошо хоть, что я могу контролировать, как именно я буду катиться.

Не сказать, что это хорошо, но всё же неплохо. Если я не буду так думать, то просто не выдержу.

Когда настало время клубных занятий, я почувствовал себя неловко по другой причине. Взгляды пятёрки были всё ещё колкими, хоть и не настолько, как вчера. Выходит, они все довольно злопамятные…

Ещё больше меня огорчало то, что в этой пятёрке был Эрих. Неужели он уже забыл все те советы, которые я давал ему, словно кровь из носу? Мне вдруг вспомнились слова о чёрноволосом звере, но я постарался их игнорировать. Я верю, что мой брат — не зверь.

— Братик, вот, попробуй. Я приготовила кое-что новое.

На самом деле, я думаю, что взгляды пятёрки всё ещё такие колкие из-за активных действий Луизы, которая постоянно пытается со мной заговорить. Сама же Луиза, похоже, почувствовала неловкость из-за вчерашней выходки, так как её щёки слегка покраснели. А зачем ты это сделала? В итоге всё превратилось в бессмысленный хаос.

В любом случае, раз уж она что-то новое приготовила, я должен это попробовать.

— Фрукты?

На тарелке лежали печенья с кусочками фруктов. Я слышал о таких печеньях, но видел их впервые. У Луизы действительно талант к выпечке. У неё достаточно навыков, чтобы создать кондитерский клуб.

Откусив кусочек, я снова остался доволен. Я кивнул головой в знак одобрения печенья Луизы, на которое можно положиться, и она радостно улыбнулась.

— Можно мне попробовать?

— Ого.

К моему удивлению, Лютис вызвался попробовать печенье Луизы. Луиза, похоже, тоже была удивлена неожиданным желающим, но, поскольку это был тот, кто всё это время её избегал, она радостно улыбнулась и протянула Лютису тарелку.

— Вот! Приятного аппетита!

Видите, Луиза так радуется, что кто-то хочет попробовать печенье, которое она так старательно готовила. Эта тупая пятёрка всё это время ходила кругами, хотя всё было так просто, но, наконец, один из них прозрел.

Немного неприятно, что это прозрение было вызвано их соперничеством со мной, но главное — результат. Болтливый рот Лютиса, который всё это время только и делал, что расставлял ненужные флаги, наконец-то нашёл своё место в этой романтической истории. Трогательный момент.

— Хмм…

Я поторопился с выводами. По лицу Лютиса, исказившемуся после первого же укуса, было видно, что ему не понравилось. Плечи Луизы тоже поникли. Он даже не пытается скрыть, что ему невкусно.

— Нечасто встретишь фрукты в выпечке. Это на любителя.

Сказав это, я забрал у него всю тарелку. Уже ничего нового, но в таких случаях я всегда забираю печенье Луизы и избавляюсь от него. В конце концов, что бы ни случилось, всё всегда заканчивается именно так.

Луиза, у которой внезапно отобрали тарелку, ошеломлённо посмотрела на меня, а затем смущённо отвернулась. Ей, наверное, неловко, что кому-то не понравилось то, что она приготовила с такой уверенностью. Я естественным образом перевёл взгляд на Лютиса.

«Я ожидал большего, раз он был так уверен в себе».

Лютис оказался просто безрассудным дураком, который сначала действует, а потом думает. Но всё же за попытку я могу добавить ему пару баллов. Жаль, что его базовая оценка бесконечно отрицательная.

Я невольно посмотрел на Лютиса с жалостью, но он ответил мне взглядом, совсем не похожим на тот, которым смотрел раньше. Это не была настороженность, скорее… благоговение? Какое благоговение можно испытывать, поедая печенье? Он что, с ума сошёл?

Я слегка нахмурился и отвернулся. За спиной Лютиса я увидел неловко стоящую четвёрку. Поначалу, когда Лютис вызвался первым, они, похоже, тоже хотели попробовать печенье, но, увидев его реакцию, передумали. Довольно жалкое зрелище. По крайней мере, у Лютиса хватило смелости попробовать.

Я молча отправил в рот ещё одно фруктовое печенье с тарелки. Сахар успокаивает.

После этого мы продолжили заниматься выпечкой как обычно. За исключением того, что Лютис, попытавшийся вырваться вперёд, но оказавшийся в итоге последним, стал вести себя очень тихо. Важно отличать уверенность в себе от безрассудства, юнец. Вообще смешно говорить о безрассудстве, когда речь идёт всего лишь о печенье.

Пока я мысленно соболезновал Лютису, который, похоже, стремился к единоличному лидерству, но в итоге остался в одиночестве на последнем месте, я почувствовал вибрацию в нагрудном кармане. Мельком взглянув, я увидел, что коммуникатор не светится. Наверное, кто-то отправил документ. Я испугался, подумав, что это снова из императорского дворца.

Возможно, это что-то важное, так что я встал, чтобы выйти и проверить. Наши взгляды с Луизой встретились. Я показал ей коммуникатор, который достал из нагрудного кармана, и она слегка кивнула, переводя взгляд на духовку. В последнее время мы с Луизой часто встречаемся взглядами.

В любом случае, я вышел из клубного помещения и, идя по безлюдному коридору, включил коммуникатор. Неужели у них есть какие-то документы, которые нужно отправлять мне, находящемуся в командировке?

[ Примчись в кабинет министра, как только это увидишь. – министр финансов ]

Моё тело застыло, когда я увидел эту фразу, читая сообщение, сохранённое в коммуникаторе. Перечитав ещё раз, я, к счастью, понял, что это сообщение было отправлено несколько недель назад. Наверное, я забыл его прочитать и удалить.

— Я уж подумал, что он совсем свихнулся.

Просить человека, находящегося в академии, примчаться в кабинет министра — это либо безумие, либо старческий маразм. К счастью, ни то, ни другое министру пока не грозит. Проигнорировав заклинание призыва, которое он использовал, я пролистал старые сообщения и открыл самое последнее.

[ Отправляю собранную по запросу заведующего отделами надзора информацию. – Начальник разведки, специальный отдел ]

А, вот оно.

— Уже отправил?

Сразу после того, как было принято решение отправить меня в академию, я, готовясь к командировке, обратился с горячей просьбой к начальнику разведки. У отдела надзора, конечно, есть свои возможности для сбора информации, но по сравнению с разведывательным отделом, который специализируется на этом, они выглядят довольно жалко.

К счастью, начальник разведки, похоже, был тронут моей горячей просьбой и, несмотря на то, что я просил довольно много информации, уже собрал и отправил её. Видимо, моя помощь ему в прошлом окупилась. Неплохо…

Я открыл длинный документ, который прибыл раньше, чем сообщение с просьбой ознакомиться с ним. Судя по названию, это была та самая информация, которую я запрашивал.

— Так вот кто нападал на них в оригинале.

Просто невероятно. Если бы я не поискал эту информацию сам, то меня бы просто избили до полусмерти.

Я быстро просмотрел информацию, отправленную начальником разведки. Информация, которую я первым делом поискал, услышав новость о том, что главные герои оригинала соберутся в академии из-за злополучной судьбы, уготованной им оригиналом.

— Сколько же здесь желающих разрушить академию.

Я собрал информацию обо всех организациях, которые, скорее всего, были причастны к созданию проблем для главных героев в оригинале.

Послесловие автора

Вчера у меня не было времени написать об этом в послесловии, но некоторые читатели интересовались: «Печенье Луизы действительно невкусное, или у Карла просто ужасный вкус?» Ответ — «и то, и другое».

Печенье, приготовленное Луизой, было по-своему невкусным, поэтому даже главные герои оригинала не могли его есть, а вкус Карла, и без того испорченный, стал ещё хуже после жизни на севере. Он ест всё, что относится к категории «еда»…

В любом случае, сегодня я опубликовал главу утром, а не днём, как обычно. Моя маленькая цель — публиковать главы в полночь, но до этого ещё далеко. Я буду стараться, чтобы время публикации было постоянным!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

Когда я только попал в этот прекрасный и чудесный мир, было две вещи, о которых я сожалел, извиваясь всем телом.

Во-первых, я когда-то читал оригинал этого мира, название которого теперь даже не помню. Не знаю, насколько безумным было существо, засунувшее меня сюда, но, по крайней мере, оно не было настолько безумным, чтобы внезапно засунуть кого-то, кто даже не знал о существовании оригинала.

Во-вторых, я прочитал только бесплатную часть оригинала. Если бы я знал, что со мной внезапно случится такое бедствие, как переселение, я бы, конечно, дочитал его до конца. Но я прочитал только бесплатную часть вебтуна и бросил.

Более того, бесплатная часть была историей о детстве, поэтому в ней не было особо полезной информации. Даже когда я впервые увидел Луизу в академии, я узнал, кто она, только после того, как услышал её имя. Для меня оригинал был как лапша быстрого приготовления с акульим плавником, в которой содержится 0,0003% акульего плавника. Это значит, что он был практически бесполезен.

«Другие разрушают оригинал и тому подобное».

Даже когда я сам барахтался в этом, я не мог понять, это оригинал или моя никчемная судьба. Переселённый, не знающий оригинала, — это невероятно бессильное существо.

Но после долгого и мучительного времени наконец-то настал момент, когда я могу увидеть свет. Даже если я не знаю содержания оригинала, сам факт его существования в этом мире позволяет мне сделать много выводов.

Если главные герои собираются в академии, то, естественно, в академии произойдёт инцидент. В произведении обязательно должны происходить инциденты и несчастные случаи, сфокусированные на главных героях. Другими словами, если я просто избавлюсь от людей или групп, которые, вероятно, будут цепляться за главных героев, я смогу пропустить кризис в оригинале, о котором даже не знаю.

Поэтому, как только было подтверждено моё назначение в академию, я сразу же побежал к начальнику разведки и попросил его поделиться информацией. К счастью, начальник разведки был тронут моей искренней просьбой и с готовностью согласился.

— Я позабочусь о том, чтобы прошлое дело было замято, так что, пожалуйста, позаботьтесь об этом.

— Хмм…

Конечно, в моей искренности была и небольшая толика лести. Нехорошо просить что-то, не предложив ничего взамен.

И вот так у меня в руках оказался этот список «тех, кто планирует разрушить академию». Неприятно, что их больше, чем я думал. От одной мысли о том, что я буду играть с ними в игру на выживание в академии, у меня кружится голова. Хорошо, что я хотя бы заранее получил список.

Сначала мне нужно вернуться в клубную комнату, прежде чем между шестью из них что-нибудь случится, поэтому я быстро проверил антиобщественные группы, которые хоть как-то связаны с шестью главными героями.

«Это не связано с Луизой и Эрихом».

Луиза — безобидная девочка, поэтому у неё нет причин, по которым на неё кто-то мог бы напасть. Если у Эриха, который только что поступил в академию, есть причины, по которым на него могут напасть, то это будет не личная вражда с Эрихом, а вражда с семьёй Красиус. Такие группы я или глава семьи уже давно бы уничтожили, так что проблем нет.

— Мне не нужно беспокоиться об Айнтере.

В настоящее время я, вероятно, представляю наибольшую угрозу для Айнтера. Но я не собираюсь сам разбираться с Айнтером, а наследный принц не станет игнорировать меня, находящегося на месте, и посылать другого убийцу. Айнтер тоже в безопасности.

— Проблема в остальных троих.

Из-за их блестящего статуса — члена королевской семьи и кандидата в святые — нельзя игнорировать возможность терактов против них. Если бы на них напали в их собственных странах, меня бы это не волновало, но если теракт произойдёт, пока они являются студентами академии, то и академия, и империя окажутся в хаосе.

Во-первых, группа, которая может быть связана с историей Лютиса, — это «Пятая империя».

Это группа агрессивных ястребов, которые утверждают, что королевство Армейн должно свергнуть империю Кфелопен и стать новой империей. Название «Пятая империя» было выбрано потому, что они хотели стать новой империей после Кфелопен, которая была четвёртой империей в истории континента.

Конечно, их игнорируют в политических кругах Армейн, потому что они несут чушь, но, как правило, именно игнорируемые сумасшедшие совершают такие безумные поступки, которые никто не может себе представить.

Есть вероятность, что они устроят теракт в академии, где находится Лютис, чтобы посеять хаос в империи и использовать смерть своего принца в качестве предлога для объявления войны империи. В конце концов, Лютис не тот принц, который унаследует трон.

Какова вероятность того, что они пойдут на безрассудный теракт, пожертвовав своим принцем, и окажутся в ещё большей опасности, если их поймают? По крайней мере, не меньше, чем вероятность того, что принц Армейн будет упорствовать и поступит в имперскую академию. Чёрт.

Следующая группа, которая может быть связана с историей Латера, — это «Пять Столпов».

Это группа, выступающая против объединения в единое государство с центром в родине Латера объединённого королевства Ювен, которое представляет собой союз пяти королевств. У них довольно много сторонников, поскольку они отстаивают традиции, поэтому они крупнее Пятой империи. Если мне не изменяет память, империя тайно поддерживает их. Конечно же анонимно.

Вместо того, чтобы пытаться сражаться с империей, убив Латера, они, скорее всего, попытаются нанести удар по родине Латера. Латер будет более лёгкой мишенью, чем другие члены королевской семьи, окружённые королевскими рыцарями и телохранителями.

Какова вероятность того, что они устроят теракт, несмотря на то, что нападение на имперскую академию неизбежно приведёт к конфликту с империей? Опять же, не меньше, чем вероятность того, что он будет упорствовать и поступит в имперскую академию. Проклятье.

И, наконец, группа, которая может быть связана с историей Таниана, — это «Культ Сумерек».

Это языческая группа, которая поклоняется не Энену, единственному богу, которому поклоняются во всей империи, а ещё в Священной империи. Это группа фанатиков, которые хотят стать новой господствующей религией, противостоя Культу Рассвета, поклоняющемуся Энену.

Это образец фанатиков и безумцев, которые уже однажды устроили грандиозный переполох в империи. 3 года назад, когда империя была сосредоточена на севере, они убили кардинала, ответственного за империю, и из-за этого империя была в ярости и пыталась уничтожить Культ Сумерек, проникший в империю. И Культу Сумерек удалось успешно сбежать и выжить до сегодняшнего дня.

Они будут охотиться за Танианом, следующим святым Культа Рассвета. Если они смогут убить Таниана, получившего фамилию Энес, что означает «сын Бога», то репутация Культа Рассвета и Священной империи будет растоптана.

Гнев империи, репутация которой также будет растоптана в процессе? Фанатики не принимают во внимание такие вещи. В конце концов, они уже убили кардинала на территории империи, так что это не новость.

Кроме того, есть группы, которые, вероятно, нацелятся на саму академию, а не на отдельных главных героев. Это республиканская террористическая группа «Красная Волна» и возродившаяся повстанческая армия Афельса «Третья Слава».

— Эти ублюдки снова возродились?

Я только что узнал, что повстанческая армия Афельса возродилась. Империя так упорно выслеживала и уничтожала повстанческие силы Афельса. И теперь они возродились? Это не слишком очевидная группа, созданная для создания кризиса в оригинале?

Начальник разведки, похоже, тоже был ошеломлён этим воскрешением, потому что внизу абзаца о Третьей Славе он оставил очень эмоциональную оценку. Он написал, что гниющий труп снова начал бродить по миру. Подходящая оценка.

В любом случае, вот пять групп, которые, вероятно, создадут кризис в оригинале. Я снова восхищаюсь способностью начальника разведки быстро собрать и отправить мне эту обширную информацию.

И я также восхищаюсь своей судьбой, которая заставляет меня останавливать эти пять групп.

…

— Чёрт.

Сложность зашкаливает. Кто регулировал сложность? Было бы приятно пройти игру на средней сложности, но это просто бардак.

Меня передёрнуло от злости. Было бы достаточно хлопотно, если бы было две или три группы злодеев, но уже пять групп, которые, вероятно, набросятся на академию. Не знаю, кто автор оригинала, но я знаю, что он серьёзно хочет разрушения академии. Может быть, в студенческие годы профессора часто его донимали…?

Я молча убрал коммуникатор в карман и прислонился спиной к стене. Как минимум 5 волн обороны — я редко сталкивался с таким даже во время работы в поле. Я и представить себе не мог, что внезапно получу такой сюрприз. Это действительно нежелательный сюрприз.

Но что поделать, одна из причин, по которой я нахожусь в академии, — это подготовка к подобным ситуациям. Конечно, даже начальство не могло представить, что так много людей будет нацелено на академию.

На самом деле, я догадался об этом только потому, что я переселённый. Кто бы мог подумать, что эти пять групп будут спокойно заниматься разрушением академии? Они бы скорее скрывались где-нибудь в тени и планировали свержение режима.

— Если бы я ушёл в отставку раньше, то избежал бы всего этого.

Моя карма за то, что я не ушёл в отставку, была глубока и обширна.

Жалкие вздохи ничего не изменят. Наоборот, вероятность того, что что-то случится в клубной комнате, пока меня нет, только увеличивается.

— Нужно исполнить это как следует.

Если я хоть немного оступлюсь и кто-то из важных персон пострадает или умрёт, я не могу гарантировать, что случится со мной и империей. Прежде всего, моя карьера полетит к чертям. Я хочу уйти в отставку без проблем, а не бесславно пасть.

Как бы то ни было, моя цель проста. Находясь в академии, я должен заранее обнаруживать и предотвращать внутренние и внешние угрозы академии. Таким образом, я смогу продержаться до тех пор, пока главные герои оригинала благополучно не закончат учёбу.

И заодно я постараюсь, чтобы у Луизы появился партнёр. Если у Луизы не появится партнёра до окончания учёбы, то ослеплённые любовью сумасшедшие могут пересечь границу даже после окончания учёбы. Если академия — это 1-я часть, то после окончания учёбы начнётся 2-я часть. Я этого не допущу.

…Если подумать, то самый простой способ — это официально попросить руки Луизы у семьи Найяд? Семье Найяд будет трудно отказаться от предложения о браке от графской семьи Красиус, а Эрих будет счастлив, обретя любовь. Главу семьи тоже не волнует, на ком женится его сын, главное, чтобы появились внуки.

Я покачал головой, отгоняя внезапно возникшее искушение. Как бы то ни было, принудительные меры — это нехорошо. Более того, это метод, который совершенно не учитывает мнение Луизы.

Наверное, у меня возникли глупые мысли из-за того, что голова была забита. Мне даже немного жаль Луизу.

Послесловие автора

Огромное количество злодеев, которые могут появиться с каждой стороны света… Конечно, они не появятся все одновременно, как будто заключили пакт о братстве.

В оригинале главные герои побеждают злых злодеев силой (неразделённой) любви, дружбы, страсти и единства! Интересно, что будет здесь… Карл, должно быть, будет усердно работать…

Кстати, сегодня я опубликовал главу утром, но, скорее всего, с завтрашнего дня они будут публиковаться во второй половине дня.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Пишите в комментариях, если нашли ошиПки в тексте. Также пишите, если хотите встать редактором на этот тайтл

По мере того, как я делал шаги, до меня всё отчётливее доносились слабые голоса. Кондитерский клуб располагался в уединённом месте, чтобы предотвратить случайные встречи бедных студентов с членами королевской или императорской семьи, поэтому, если звуки доносились до этого коридора, значит, в клубе что-то случилось.

Сколько же я отсутствовал, чтобы возникли проблемы? Может, духовка взорвалась и начался пожар?

Я поспешил в клуб и открыл дверь. К счастью, меня не встретило какое-либо бедствие, вроде пожара. Вместо этого я увидел двух принцев, которые яростно спорили, словно у них во рту был огонь.

– Большинство героев, изменивших ход истории, были рыцарями. Ты, должно быть, слышал героические истории о том, как один меч сотрясал континент?

– Тело конечно, но дух бесконечен. Именно поэтому магия, развивающая дух, является истиной.

Что эти ублюдки делают?

Я застал внезапный словесный поединок Лютиса и Латера и быстро оглянул остальных членов клуба. Луиза, хлопающая глазами, Эрих, молча наблюдающий за ними, Айнтер, спокойно улыбающийся, и Таниан, смотрящий только на духовку, в которой пеклось печенье.

Хм, похоже, мне нужно получить объяснения от Эриха.

– Эрих.

Я тихо подошел к Эриху сзади и положил руку ему на плечо. Только когда моя рука коснулась его плеча, он, кажется, заметил мое приближение. Эрих вздрогнул и обернулся. Неужели этот парень, изучающий боевые искусства, настолько нечувствителен к присутствию других людей?

– А, хён.

– Что случилось?

– Это?

С этими словами Эрих снова посмотрел на двух принцев, и в его взгляде было не скрыть переполнявших его эмоций. Жаль, что эти эмоции назывались презрением. Понятно, они спорят по совершенно бесполезной причине.

Последовавшее краткое объяснение Эриха было следующим. Отправной точкой послужила небрежно брошенная фраза Таниана, который до сих пор смотрел на духовку: «Магические инструменты очень удобны».

Латер из объединенного королевства Ювен, магической державы, был доволен дружелюбным по отношению к магии высказыванием кандидата в святые, а Лютис из королевства Армейн, королевства рыцарей, был недоволен. То, что происходило после этого, было спором между мечом и магией, который разворачивался прямо сейчас.

«Идиоты».

В конце концов, меч или магия – всё равно умрешь, если получишь хороший удар. Мне стало обидно, что до этого момента ломал голову, как защитить этих двоих. У вас настолько много свободного времени, что вы можете спорить о таких вещах...?

Тем временем я возненавидел Таниана, который разжёг огонь и не обращал на него никакого внимания. Похоже, ему, аристократу-целителю, нет дела до словесной перепалки простолюдинов-ДД. Или рыцаря следует считать танком? В любом случае, он дьявольски коварен. Сам поджёг и ушёл.

В любом случае, я узнал эту ничтожную причину, так что теперь мне нужно было их как-то успокоить. Отношения между Армейн и Ювен не очень хорошие, и одна из причин – это разделение стран на специализирующиеся на рыцарях и специализирующиеся на магии. Сейчас это просто спор, но если оставить всё как есть, это может перерасти в драку. Конечно, я сомневаюсь, что члены королевской семьи настолько безрассудны...

…Вы же не настолько безрассудны? Не настолько же?

Я собирался привлечь их внимание, постучав по столу рядом со мной, как вдруг Луиза, которая молча наблюдала за их спором, склонила голову набок и сказала:

– Разве магия не лучше меча?

При этих словах Лютис застыл, а Латер самодовольно улыбнулся. Ссора, начавшаяся так нелепо, так же нелепо и закончилась.

Кстати, Луиза предпочитает магию. Я и не знал.

Лютис, который за короткое время блестяще продемонстрировал, что «печенье Луизы невкусное» и «в отличие от Луизы, я сторонник рыцарей», резко замолчал. Честно говоря, он сам виноват, но мне его даже немного жаль, раз он так расстроился. Я тоже не знал, что Луиза предпочитает магию, не говоря уже о печенье.

Я хотел было его утешить, но потом передумал, подумав, что завтра он всё равно будет улыбаться и флиртовать. Я слишком добрый. Просто застав его жалкий вид, я на мгновение забыл о всех своих страданиях, начавшихся из-за него.

– Кажется, если у человека мягкое сердце, это очень тяжёло.

– Ты что, выпил?

Мой собеседник по ту сторону коммуникатора равнодушно отреагировал на мои жалобы. Это слишком, я ведь говорил всерьёз.

Как только клубное время закончилось, я вернулся в общежитие и сразу же связался с начальником разведки. Я хотел поблагодарить его за то, что он быстрее, чем ожидалось, прислал информацию, и заодно узнать его мнение или попросить что-нибудь еще.

Я не особо надеялся на это, поскольку он один из самых перегруженных работой среди начальников отделов. Я связался с ним только для того, чтобы у меня был предлог сказать: «Я не мог связаться с вами, поэтому оставил сообщение». Но, к моему удивлению, он ответил сразу. Может, у него как раз был перерыв?

– В любом случае, информацию, которую я собрал на данный момент, я отправил заведующему отделами надзора. Как только появится дополнительная информация, я сразу же отправлю её тебе, так что не беспокойся.

– Спасибо. Я вам очень обязан.

– Не стоит благодарности. Я просто отдаю долги. Нужно быть щепетильным в расчётах.

Ради бесперебойной подачи информации мне пришлось позаботиться об удобстве начальника разведки. Я заметил что-то неладное в семье начальника разведки, и решил это замять. В конце концов, император тоже не особо обращал на это внимания. Похоже, он больше ценил пользу от способностей начальника разведки, чем ущерб от его коррупции.

Более того, это было делом не самого начальника разведки, а членов его семьи, которые пользовались его влиянием. Начальник разведки так много работал, что у него даже не было времени что-нибудь украсть.

Начальник разведки, выглядевший усталым, повернул шею влево и вправо. Хруст был слышен даже через коммуникатор. Разведка и сегодня работает на износ.

– Вы снова будете работать всю ночь?

– Как обычно. Ничего нового.

– Как жаль.

– Наверное, лучше, чем тебе в академии.

Внезапно нападает?

Я было разозлился, но, увидев, как бледный начальник разведки усмехнулся, невольно почувствовал к нему жалость. Его лицо было бледным, а глаза покрасневшими, даже через коммуникатор было видно. Да, пусть лучше начальник разведки избавится от стресса, подшучивая надо мной, это пойдёт на пользу империи.

Это секрет, который я никому не могу рассказать, но, честно говоря, когда мне было очень тяжело, будучи заведующим отделами надзора, я смотрел на начальника разведки и успокаивался. Я думал: «По крайней мере, я не в таком положении, как он».

Конечно, это драгоценный секрет, который я никому не расскажу, потому что начальник разведки будет в ярости, если узнает.

– Кстати, о тех пяти организациях…

– А, да.

Начальник разведки, откинувший голову назад, словно о чём-то вспомнив, посмотрел прямо перед собой.

– Будь осторожен с гниющими трупами. Всё больше следов их присутствия обнаруживается в направлении академии.

– Это было предсказуемо.

– Именно из-за своей глупости они до сих пор говорят о возрождении Апелса?

Гниющие трупы, о которых говорил начальник разведки, – это Третья Слава, группа повстанцев Апелса. Академия находится на месте бывшей столицы Империи Апелс, поэтому естественно, что они будут пытаться туда проникнуть. Удивительно, насколько предсказуемо они действуют.

«Начнут ли они?»

Это практически показывает, кто из пяти организаций возьмёт на себя славную роль авангарда. Неизвестно, когда они появятся, но уже хорошо, что мы хотя бы знаем, кто это будет.

– Когда они приблизятся к академии, будет отправлен карательный отряд.

– Правда? Это обнадёживает.

Я знал, что так и будет. Империя – это не безумная страна, которая заставляет человека в одиночку противостоять организации.

Сейчас они действуют очень скрытно, и мы можем только отслеживать их передвижения, но раз уж мы знаем, что их цель – академия, нам остается только раставить ловушки и ждать. И это относится ко всем организациям злодеев, кроме Третьей Славы.

Мне нужно только спокойно ждать в академии, получать дополнительную информацию от начальника разведки и встретить войска, отправленные спецслужбами. Этого достаточно, чтобы снизить сложность защиты с адского до сложного или хотя бы нормального уровня.

Так, с более лёгким, чем обычно, сердцем, я отправился на работу…

– Леди Луиза. Вы поняли, что я сказала?

…И увидел Луизу, разговаривающую с кем-то в безлюдном месте. Нет, это был не разговор, а скорее односторонняя словесная атака.

Проблема была в том, что девушка, которая ругала Луизу, была мне знакома. Рыжие волосы до талии и веер в руке. Я не видел её лица, поэтому не был уверен, но по голосу можно было понять, кто это.

Когда я подошел к ним, Луиза, кажется, заметила меня и широко улыбнулась. Рыжеволосая девушка тоже последовала за её взглядом и обернулась.

– О, юный господин Карл. Давно не виделись?

Вот уж точно. Кажется, прошёл год.

Послесловие автора

[Повседневная жизнь радостного императорского госслужащего]

Начальник разведки: По крайней мере, я не в таком положении, как он.

Карл: По крайней мере, я не в таком положении, как он.

«????: Наверное, с завтрашнего дня вероятность того, что я буду выкладывать главы вечером, выше». – Из вчерашнего послесловия

Однако сработала не высокая, а низкая вероятность, и я выложил главу утром. Как видно, даже 1% вероятности нельзя игнорировать.

Я не специально, но сегодня глава снова вышла утром… Мне неловко, что я стал заядлым мошенником, обманывающим ожидания читателей в послесловии.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Бывают дни, когда случается слишком много совпадений. Ирина, которая всегда ходила в школу вместе с Луизой, подхватила весеннюю простуду и отправилась в медпункт, а Эрих рано утром ушёл на встречу с инструктором по фехтованию. Другие друзья тоже разбрелись по своим делам, поэтому дорога Луизы в школу, которая обычно была шумной, сегодня была непривычно тихой.

Для Луизы, которая чаще ходила в школу в компании, чем одна, это было немного непривычно, но иногда ей хотелось не спеша прогуляться в одиночестве. Ведь даже привычная дорога, пройденная в одиночестве, воспринимается по-новому.

Луиза шла лёгкой походкой, наслаждаясь утренним ветерком и любуясь цветами на клумбах. Сейчас она дойдёт до класса, и её встретит Эрих, вернувшийся со встречи. А когда Ирина вернётся из медпункта, она спросит, как та себя чувствует. Так и начнётся её день.

Если бы не незнакомый голос, окликнувший Луизу, всё так бы и было.

— Леди Луиза?

Луиза обернулась на незнакомый голос. Ученица с волнистыми рыжими волосами до пояса и тонкими, прищуренными глазами, из которых сверкали зелёные зрачки, смотрела на Луизу сверху вниз, слегка приподняв подбородок, словно привыкла стоять выше других. Она прикрывала рот красным веером.

— Луиза из дома барона Найярда, верно?

Казалось это был вопрос, но в нём звучала уверенность. Звонкий голос девушки разнёсся по округе.

— Да, верно. Меня зовут Луиза Найярд.

Несмотря на то, что незнакомка внезапно заговорила с ней, было бы невежливо игнорировать её. Луиза слегка поклонилась, представляясь, и девушка, приняв её приветствие, заговорила:

— Я Маргарита Баренти, вице-президент студенческого совета. И ваша старшая на год.

При этих словах глаза Луизы расширились. Баренти — семья железного герцога, одного из пяти герцогов Империи. А Маргарита — его младшая дочь, которую он завёл в уже зрелом возрасте. У железного герцога есть внук, который старше Маргариты, настолько поздно она родилась, и поэтому он её очень лелеет.

— Приветствую вас, леди Маргарита.

Луиза снова поклонилась, на этот раз не слегка, а от всей души. Власть герцогов в империи поистине безгранична. Конечно, таких «безграничных» целых пять, но это ничуть не умаляет их могущества.

Маргарита, глядя на кланяющуюся Луизу, слегка покачала головой и сказала:

— Не стоит, леди Луиза. В академии все равны в процессе обучения. Я всего лишь одна из ваших многочисленных старших.

— Да, да. Понимаю, старшая.

Конечно, никто всерьёз не воспринимает эти слова, ведь несколько десятков лет после выпуска из академии гораздо важнее трёх лет обучения. Луиза, окружённая членами императорской семьи, королевской семьи и кандидатом в святые, тоже это понимала. Нет, пожалуй, Маргарита перед ней внушала больше страха, чем участники её клуба.

В отличие от 3-го принца, не имеющего реальной власти, и других членов клуба, которые после выпуска вернутся в свои страны, Маргарита, любимая дочь герцогского дома, одним взмахом руки может заставить дрожать от страха любой дворянский род.

Маргарита, заметив, что Луиза начала дрожать от напряжения, слегка улыбнулась.

— Я хочу кое-что вам сказать, леди Луиза. Вы можете уделить мне немного времени?

— Да, конечно.

— Спасибо, леди.

Какая леди сможет отказать герцогине, которая смотрит так, словно готова вырвать своё, даже если у тебя ничего нет? Луиза молча последовала за Маргаритой.

Следуя за леди Маргаритой всё дальше в безлюдные места, я дрожала так сильно, что сомневалась, выдержу ли ещё. Внезапный разговор с человеком, с которым у меня нет никаких связей, человеком, который находится так высоко, что я никогда бы не встретилась с ним за пределами академии, — это страшно.

Я уже четыре раза пережила подобное с Айнтером, Лютисом, Латером и Танианом, но так и не привыкла.

«Нет, всё будет хорошо».

Сначала я нервничала при встрече с ними четырьмя, но сейчас мы друзья и вместе наслаждаемся клубной деятельностью. Значит, и сейчас я смогу спокойно всё преодолеть. Да, так и будет. Я ведь ничего не сделала, чтобы обидеть леди герцогиню.

И вот леди Маргарита остановилась и, обернувшись ко мне, произнесла всего одну фразу:

— Леди Луиза, вам следует быть осмотрительнее.

Ах, значит, было… Я, сама того не зная, сделала что-то, что не понравилось леди герцогине.

От холодного взгляда высокопоставленной особы я невольно опустила голову. Но даже опустив голову, я чувствовала на себе её холодный взгляд.

— В этом году в академии произошли беспрецедентные события. Вы ведь знаете, о чём я?

— Д-да…

Дальнейшие слова леди герцогини были просты. Беспрецедентный случай, когда важные персоны из других стран поступили в академию. В ситуации, когда следовало бы действовать осторожнее и держаться подальше от этих важных персон, я не только не держалась подальше, но и сблизилась с ними под предлогом совместной клубной деятельности.

И это было неприемлемо ни для представительницы голубой крови империи, ни для леди, которая должна вести себя достойно.

Мне показалось, что перед глазами всё немного поплыло. Мне было страшно, и даже немного обидно. Неужели так плохо, что мы вместе развлекаемся в клубе? Неужели так плохо, что я общаюсь с ребятами из других стран, у которых здесь нет друзей?

Я просто хотела смеяться вместе с этими ребятами, которые казались такими одинокими. Хотела подружиться с ними, вместе есть сладости и всё такое.

— Леди Луиза. Вы поняли, что я имею в виду?

Леди герцогиня, закончив говорить, окликнула меня, и я, сдерживая слёзы, подняла голову. Мне было страшно, но я не могла просто сдаться. Если я признаю свою вину, мне придётся расстаться с членами клуба.

Твёрдо решив это про себя, я уже собиралась открыть рот, как вдруг увидела, что к леди герцогине со спины приближается знакомая фигура.

«Брат Карл!»

Увидев брата Карла, я расслабилась и невольно широко улыбнулась. Леди герцогиня, увидев это, на мгновение нахмурилась и перевела взгляд…

— О, юный мастер Карл. Давно не виделись.

В этот момент холодное выражение лица леди герцогини, которое она носила с самой нашей встречи, словно растаяло.

★★★

Я сомневался, но это действительно была леди Маргарита. Я слышал, что она поступила в академию в прошлом году, но не ожидал встретить её здесь.

— Давно не виделись, леди Маргарита. Как ваши дела?

Я слегка поклонился, спрашивая о её делах, но Маргарита, не говоря ни слова, просто сложила веер, которым прикрывала рот, и уставилась мне в глаза. Что такое, почему молчишь?

— Леди Маргарита?

Я снова заговорил, но она продолжала молчать. Судя по всему, ей что-то не понравилось, она постукивала сложенным веером по щеке и не открывала рта.

…Ах.

— Марг. Как твои дела?

Я тихо вздохнул и заговорил, и только тогда Маргарита, наконец, улыбнулась и открыла рот. Какая же ты привередливая…

— Хорошо, юный мастер Карл. Отец рассказывал мне о вас, но я рада видеть вас в академии.

— Я тоже не мог себе представить, что увижу вас здесь. Как поживает герцог?

— С прошлого года он живёт как затворник. Похоже, он очень расстроен тем, что вы категорически отвергли его предложение.

— Печальная новость.

— Хе-хе, правда? Я бы хотела, чтобы юный мастер Карл утешил отца.

— Я навещу его с добрыми намерениями.

Она с невозмутимым лицом просила о чём-то немыслимом, и я тихо покачал головой. Какое утешение, если я действительно навещу железного герцога, он тут же отправит меня в полёт. Несмотря на то, что он самый старый из герцогов, он бодр и полон сил, как молодой парень.

Я отвёл взгляд от хихикающей Маргариты и посмотрел на Луизу. Её глаза были полны слёз, словно она вот-вот расплачется, и она натянуто улыбалась. Ох, похоже, ей изрядно досталось.

— Ты в порядке? Что она тебе сказала?

— Просто дала совет…

— Тебе нужно научиться врать.

Луиза, бегая глазами по сторонам, несколько раз открывала и закрывала рот, а потом, наконец, рассказала всё как есть. Хмммм.

«Она не так уж и неправа».

Извини, Луиза, но Маргарита не так уж и неправа. Скорее, её слова действительно были похожи на совет. Если бы Луиза не была главной героиней оригинала, единственной в своём роде, я бы тоже думал так же, как Маргарита.

Я не мог встать ни на сторону Луизы, ни на сторону Маргариты, поэтому просто тихо похлопал Луизу по плечу и протянул ей платок. Она осторожно взяла платок и вытерла слёзы, выглядя очень жалко.

Глядя на неё, я, несмотря на плотно сжатые губы, лихорадочно размышлял.

«Злодейкой она, вроде бы, не является».

На самом деле, когда я увидел, как Луиза подверглась словесной порке со стороны Маргариты, мне в голову пришла мысль: «Может, Маргарита — это злодейка?». Говорят, что в типичном любовном романе-фэнтези есть злодейка. До того, как я попал сюда, я не особо увлекался этим жанром, поэтому не знаю всех тонкостей, но я на секунду засомневался, что и в этом оригинале могло быть так же.

Однако Маргарита не соответствовала образу злодейки. Она не была влюблена в пятерку парней, очарованных Луизой, не была с ними помолвлена и не вела себя как злодейка, которая бы цеплялась к Луизе без причины. То, что она только что сделала, действительно было похоже на совет старшей и представительницы герцогского дома империи.

Да, извне академию атакуют целых пять организаций, которые хотят её разрушить, разве может быть ещё и злодейка внутри? Похоже, автор оригинала хоть немного, но заботится о логичности. Хорошо, что внутри академии будет тихо.

Когда я успокоился, Луиза робко спросила:

— Эм, брат. Ты знаком с леди герцогиней?

На что я, услышав тихое дополнение «Вы выглядели так, будто дружите», решительно покачал головой. Какие мы друзья. Мы случайно познакомились, назвать нас друзьями нельзя.

— В прошлом году у меня были с ней дела. Мы не друзья.

— Но она разрешила тебе называть её Марг… по прозвищу…

— Я и сам не знаю, почему она так делает.

Раз герцогиня настаивает, приходится соглашаться. Было бы глупо портить отношения с членом герцогского дома из-за какого-то прозвища.

На самом деле, я согласился на её настойчивые просьбы называть её по прозвищу, потому что думал, что мне никогда не придётся его использовать. После того, как я в прошлом году отверг предложение железного герцога о браке с Маргаритой, я думал, что больше никогда её не увижу.

Я думал, что наши пути разошлись, а вот, пожалуйста, снова встретились. Как говорится, не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь.

Послесловие автора

Ура! Сегодня в 3 часа! Если я буду так стараться, то когда-нибудь смогу публиковать в полночь!

Конечно, не знаешь, где найдёшь, а где потеряешь, так что завтра глава может внезапно выйти вечером…

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Всепобеждающий герцог, Рихтер Нюрен из Хаблема.

Железнокровный герцог, Оливер Баренти из Улькена.

Золотой герцог, Лафрос Осиден из Бойяра.

Демонический герцог, Беатрикс Катован из Сервета.

Мудрый герцог, Ародель Салон из Ченеса.

Пять герцогов, которые в настоящее время стоят на вершине имперской аристократии.

Пять герцогов, предки которых были первыми героями-основателями империи, на протяжении 300-летней истории империи занимали положение сразу после императора. Более того, за 300 лет многие дворянские семьи пережили взлеты, падения и даже уничтожение, но пять герцогских семейств оставались неизменными и непоколебимыми.

Не было ни новых герцогских титулов, ни утраченных. Пять герцогских семейств вместе с императорской семьей неизменно занимали свое место.

Даже императоры, которые обладали сильной властью и использовали имперскую аристократию как простых пешек, относились к пяти герцогам как к партнёрам и оказывали им высшее уважение. Конечно, до определённой степени, император всегда был выше.

Таким образом, герцоги – это те, к кому даже император не может относиться небрежно, а другие аристократы не смеют даже смотреть на них. Естественно, что влияние членов герцогской семьи, не являющихся самими герцогами, также нельзя игнорировать.

Но каково это – быть членом такой герцогской семьи, да еще и любимой младшей дочерью нынешнего герцога, и подвергнуться холодному унижению?

— Ик, ик…

— Всё в порядке, ты больше её не увидишь.

Глядя на Луизу, которая дрожит в комнате клуба и икает, можно понять, что она не в порядке. Я привёл её в комнату клуба, потому что она выглядела неважно, и, похоже, как только она оказалась в знакомом месте, напряжение спало, и она стала такой.

Было бы ужасно, если бы я отправил её на занятия в таком состоянии. Мне придется написать объяснительную записку учителю по поводу ее прогула, но это не проблема. Вот для чего пригодится власть. Хотя это довольно мелкое использование имеющейся власти.

— О, брат…

Я заварил чайные листья, которые давно хранил в комнате клуба, но так и не использовал. Слегка погладив её по спине, я поставил перед ней чашку чая, и она, всхлипывая, осторожно взяла её. Что же мне с ней делать?

Понятно, почему Луиза так себя ведет. Разница между герцогом и бароном невообразима. Немного преувеличивая, можно сказать, что она больше, чем разница между бароном и простолюдином. Нет, возможно, это и не преувеличение. У барона есть лишь ограниченные способы приструнить простолюдина, а у герцога есть бесконечное множество способов уничтожить барона.

А тут любимая дочь герцогской семьи холодно отчитывает ее? Неудивительно, что в голове Луизы промелькнула мысль об уничтожении семьи Найад. Более того, если она подумает, что причиной уничтожения семьи станут её действия, то у неё голова пойдет кругом.

Уже хорошо, что она не разрыдалась перед Маргаритой. Молодец, наш руководитель клуба.

— Она не хотела причинить тебе вреда. Она пришла поговорить с тобой наедине. Если бы она задумала что-то плохое, то сделала бы это публично.

Я сел рядом с Луизой и продолжал успокаивать её. На самом деле не похоже, что Маргарита намеренно нападала на Луизу, и, в конце концов, семья Баренти – это те, кто сначала действуют, а потом говорят, если действительно хотят кого-то уничтожить. Так что эти словесные уколы – не более чем приветствие.

Конечно, я не стал говорить об этом Луизе, иначе она бы разрыдалась.

— Н-но… что, если из-за меня, о, мой отец… моя семья…

Несмотря на мои утешения, она не успокаивалась и, плача, еле выговаривала слова. Спасибо тебе, принцесса Маргарита, которую я не видел целый год, за то, что довела до слёз ребенка…

— Даже герцогская семья не может напасть на невинную дворянскую семью. Если что-то случится, я защищу вас, так что не волнуйтесь.

На самом деле это блеф. Если герцог решит пустить в ход оружие, это будет означать, что он получил одобрение императора. Если я попытаюсь остановить герцога без поддержки императора, мне придётся сначала написать завещание.

Ну, может быть, я смогу продержаться дня три…? А потом стану «покойным Карлом Красиусом».

Мой блеф, похоже, немного утешил Луизу, и она слабо улыбнулась, но её глаза всё ещё были красными. Похоже, сегодня ей придётся остаться в комнате клуба. Если я выпущу её, и она случайно снова встретит Маргариту, то точно упадёт в обморок.

Сейчас мне хочется немного поругать Маргариту.

В итоге мне пришлось держать Луизу в комнате клуба до конца занятий. Луиза сказала, что теперь может идти, но это, конечно, ерунда. Я сказал ей никуда не ходить и оставаться здесь. У неё все еще красное лицо, куда она собралась в таком виде?

И тут я услышал приближающиеся шаги пятерых. Судя по тому, как быстро они приближаются, они практически бегут. Хорошо, что у них хватило самообладания не прийти во время урока. Это само собой разумеющееся, но я так рад.

— Леди Луиза!

Первым в комнату ворвался Айнтер. Он встретился со мной взглядом, потому что я сидел рядом с Луизой, и я слегка помахал ему рукой в знак приветствия. Да, вы, ребята, можете быть болванами, но ваши чувства к Луизе искренние.

Раз уж пришли остальные члены клуба, я слегка потряс Луизу, которая спала, уткнувшись лицом в стол. Видимо, она так устала, что в какой-то момент уснула. Я забрал пальто, которым укрывал Луизу, и встал. Немного страшно, когда пятеро парней несутся на тебя.

— Луиза, ты в порядке?

Эрих, обогнавший Айнтера, хотел броситься к Луизе, которая сонно подняла голову, но я его остановил. Она только что проснулась, не пугай её ещё больше. Я её с таким трудом успокоил.

— Она не больна, не волнуйся. У неё сегодня был небольшой шок, поэтому я дал ей отдохнуть.

Когда я остановил Эриха, четверо других, которые бежали сзади, тоже остановились, оценив ситуацию. Я обернулся и увидел, что Луиза, окончательно проснувшись, встаёт со своего места. Хм, теперь можно её отпустить.

Как только я освободил дорогу, пятеро набросились на неё. Мне показалось, что это стая львов, нападающих на зебру, или у меня проблемы со зрением?

Луиза, окружённая пятёркой, была в растерянности, но, похоже, ей было приятно, что о ней так беспокоятся, потому что она хихикнула и приветствовала членов клуба. Её настроение, омрачённое резкими словами Маргариты, должно было улучшиться благодаря тёплому отношению членов клуба.

Давайте на время забудем, что причиной нападок Маргариты были именно эти члены клуба.

— Нам нравится быть рядом с Луизой. Так что не обращай на это внимания.

— Какое значение имеет мнение других? Для нас важнее всего ваша добрая душа, сестра.

Пока я молча наблюдал, Луиза закончила свой рассказ, и эти ребята начали утешать её. Не обращай внимания, не волнуйся, если что-то случится, мы защитим тебя и будем говорить в твою защиту, и так далее. Они кидались ободряющими словами.

Ещё раз повторюсь, давайте на время забудем, что причиной нападок Маргариты были именно эти члены клуба.

— Да. Спасибо. Брат Карл тоже сказал, что защитит меня, если что-то случится.

Луиза, которая теперь улыбалась без тени грусти, упомянула меня, и взгляды пятерых обратились ко мне. Айнтер, в частности, вздохнул с облегчением.

Не знаю, о чём ты думаешь, но, боюсь, ты слишком переоцениваешь меня.

«Как госслужащий может остановить герцога?»

С маркизом еще можно как-то справиться. Бывали случаи, когда маркизские семьи понижали в статусе или уничтожали. Но герцог – это ходячее стихийное бедствие. Когда герцог начинает действовать, единственный выход – молиться.

Но я сам начал блефовать, так что это моя карма. Я слегка улыбнулся в ответ на их взгляды. Хотя, на самом деле, герцогская семья Баренти вряд ли нападет на Луизу, но я всё равно нервничаю. Вот что значит влияние атмосферы.

В общем, Луиза пришла в себя, и клубные занятия закончились.

Во время занятий я утешал Луизу, говоря, что она больше не увидит Маргариту, но это, конечно, неправда. Скорее всего, она снова придёт к Луизе. Она указала на то, что Луиза общается с важными людьми из других стран, и если принять её замечание всерьез, то единственный выход – распустить клуб.

Но Луиза не собирается распускать клуб, и у меня тоже нет таких планов. Если я его распущу, то что делать с гневом этих пятерых? И как я буду следить за ними, если они разбегутся в разные стороны? На самом деле, если Луиза скажет, что хочет распустить клуб, мне придётся встать на колени и умолять её не делать этого.

Но Маргарита не знает об этом. Клуб продолжит существование, и Луиза продолжит общаться с важными людьми. Тогда Маргарита, решив, что её совет проигнорировали, снова придет к Луизе.

«Кронпринц уже достал, а теперь ещё и принцесса присоединилась».

У меня разболелась голова. К счастью, герцогская семья вряд ли нападет, но у Маргариты есть много способов досадить Луизе, используя свою власть. Дело в том, что герцогская семья Баренти не станет нападать на Луизу, но Маргарита – это отдельная история.

«Надо будет с ней поговорить».

Что ж, выбора особо нет. Мне придется самому пойти к Маргарите, прежде чем она снова явится к Луизе с топором. Объясню ей важность клуба и скажу, что я, как куратор, постоянно слежу за ними и стараюсь предотвратить любые проблемы. Она должна понять.

Но если подумать, это немного странно. Маргарита знает, что я куратор клуба, так зачем ей было идти к Луизе и делать замечание? Может, она хотела предупредить Луизу, независимо от моего присутствия? Или она считает, что клуб лучше распустить?

Конечно, сейчас я не знаю ответа. Надо будет осторожно расспросить Маргариту об этом, когда я с ней встречусь.

— Вы появились раньше, чем я ожидала. Доброе утро, молодой господин Карл.

На следующий день, в комнате клуба, да ещё и во время занятий, Маргарита гордо вошла в комнату.

Нет, я собирался с тобой поговорить.

Но я не ожидал, что ты сама придешь.

Глядя на самодовольно улыбающуюся Маргариту, я почувствовал лёгкую неприязнь.

Послесловие автора

Благодаря вашей чрезмерной и горячей, действительно благодарной поддержке, я добиваюсь хороших показателей. Хочу ещё раз поблагодарить вас через это послесловие!

На самом деле… я недавно узнал, что мой отец знает, что я пишу новеллы. Он даже знает, какие именно. Конечно, заботясь о моём психическом здоровье и чувстве стыда, он не читает их.

В общем, мой отец знает, что благодаря вашей поддержке я добиваюсь хороших показателей, и вчера вечером мы смогли с ним приятно поужинать.

Я счастлив, что у меня такой отец, который поддерживает меня в моём писательстве и даже кормит меня!

…Так надо писать, папа?

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

На мгновение мне показалось, что сегодня выходные или уже время работы клуба. Странно, ведь сейчас точно время занятий. Почему здесь ученики? Разве вице-президент может прогуливать уроки?

Когда я посмотрел на Маргариту с вопросом и отрицанием реальности в глазах, она склонила голову набок.

— Молодой господин Карл. Вы собираетесь и дальше держать гостью стоя? Вы стали намного грубее с нашей последней встречи.

Несмотря на упрекающий тон, она не смогла скрыть улыбку в своих словах. Её преувеличенно склонённая голова и тон, её глаза, изогнутые, как полумесяц, чуть не заставили меня рассмеяться от неожиданного визита и шутки. Но, в конце концов, она всё же гостья.

— Что вы, конечно нет. Прошу, присаживайтесь. Принести вам чаю?

— Нет, спасибо. Я скоро уйду.

— Правда?

Это хорошая новость.

Кивнув на её слова, я сел напротив Маргариты. К счастью, она сказала, что скоро уйдёт, поэтому, похоже, хочет поговорить только по делу. Не знаю, почему Маргарита пришла именно в это время, но в любом случае я собирался сам её навестить. Это смущает, но не плохо.

Когда я посмотрел на Маргариту, она всё ещё улыбалась и ничего не говорила. Нет, но если ты пришла как гость, разве не должна первой сказать, зачем пришла?

— Не ожидал увидеть Марг в это время. Что-то срочное?

— Разве мы должны видеться только по срочным делам?

— Не думаю, что наши отношения настолько близки после года разлуки.

— Если речь зашла о браке, то это уже не обычные отношения.

От её внезапной атаки я вздрогнул, а Маргарита тихонько рассмеялась, сказав, что это была шутка. Для принцессы это может быть просто брошенный камень, но бедного госслужащего этот камень может убить. Хотелось бы, чтобы принцесса передо мной это поняла.

Когда я тихо вздохнул, раздался тихий смех. Когда я впервые увидел её, она была не такой, но с какого-то момента она начала шутить и дразнить меня. Я не мог игнорировать или колко отвечать на шутки принцессы, любимой дочери Железнокровного герцога.

Маргарита, наверное, не знает, с какими чувствами я отклонил предложение о браке от железнокровного герцога, когда она так надо мной издевалась. Я боялся, что улыбающаяся Маргарита вдруг переменится и задушит меня, крича: «Как ты смеешь отказать мне?!».

Мне иногда снилось, что я казнён перед герцогским замком руками разъяренного железнокровного герцога. Это было ужасно. К счастью, до сих пор ничего не случилось.

— На самом деле, я пришла, чтобы попросить вас кое о чём, молодой господин Карл.

— Я вас слушаю.

— Вы знаете, что скоро состоится выставка клубов?

Знаю. Хоть я и просто номинальный руководитель, но как-никак я являюсь руководителем клуба и в курсе расписания.

Кроме того, я уже несколько дней слушаю страстные речи Луизы о том, что она хочет сделать разные вещи и показать их на выставке, так что я никак не мог этого не знать. Кивнув, вспоминая голос Луизы, который, казалось, всё ещё звучал у меня в ушах, я позволил Маргарите продолжить.

— Выставка клубов — это не просто внутреннее мероприятие академии. Это скорее место для общения, где уже окончившие учёбу аристократы общаются с аристократами, которые учатся в академии, через клубы.

Хотя я этого и не понимаю.

Я не мог не согласиться со словами Маргариты, которая пожала плечами. Зачем лезть в клубы, если всё равно придётся провести десятки лет в обществе, сталкиваясь друг с другом? Я понимаю, что они хотят укрепить свои фракции и найти таланты на ранней стадии, но…

— Поэтому каждый год студенческому совету очень трудно готовиться к выставке клубов. Бюджет не маленький, и мы не знаем, правильно ли мы всё делаем.

— Должно быть, вам очень тяжело.

— Так что было бы здорово, если бы молодой господин Карл помог нам.

— Что?

От неожиданной просьбы Маргариты я невольно опешил. Помочь? Я?

— Вы имеете в виду меня?

— Да. В прошлом году мы потратили больше всего времени на проверку правильности распределения бюджета. Мне кажется, с вами это можно было бы сделать быстро.

— Но я не имею никакого отношения к студенческому совету.

— Но вы инспектор академии, верно?

Чем больше я слушал Маргариту, тем больше мне становилось не по себе. Она просит меня проверить, правильно ли распределены средства? Потому что я инспектор академии?

— Впервые вижу, чтобы кто-то добровольно просил себя проверить.

Это была невообразимая просьба. Это действительно очень необычно. Все стараются избегать проверок, а она сама пришла и попросила. Маргарита сохраняла улыбку, несмотря на мой недоумевающий взгляд.

— Разве есть чего бояться, если мы ничего не нарушали? Мы просто хотим, чтобы эксперт проверил, правильно ли распределяются средства. Это возможно, господин заведующий инспекции?

К сожалению для Маргариты, которая смотрела на меня с надеждой, я не стал заведующим благодаря способностям, которые она от меня хочет. И я, и министр были повышены довольно необычным способом, так что мы далеки от обычных министров финансов и заведующих инспекции.

Именно поэтому сразу после того, как я стал заведующим инспекции, я был занят тем, что резал фракцию второго принца снаружи и старую гвардию министерства финансов внутри. Мне до сих пор не по себе, когда я вспоминаю те времена.

…Нет, но Маргарита ведь должна это знать? То, что министерство финансов тогда пребывало в полном беспорядке, было настолько известно, что все члены герцогского дома слышали об этом, даже если не хотели. И зная это, она просит моей помощи?

Маргарита, должно быть, заметила, что мой взгляд полон отрицательных эмоций, потому что она с озабоченным видом приложила веер к щеке и склонила голову набок.

— Это была слишком большая просьба?

— Если моё имя будет связано с достижениями студенческого совета, это обесценит их значение.

— Жаль.

Она тихо вздохнула, когда я отказал ей, и, казалось, смирилась. Это неожиданно. Я думал, она пришла в это время, потому что была полна решимости. Хотя, если она уже делала это в прошлом году, то, возможно, ей не так уж нужна помощь.

— Ну, я не могу знать, сколько времени это займёт. Я сама не знаю, насколько сильно мне придётся в это вникать.

— Марг, я уверен, вы справитесь. Вы же справились в прошлом году.

— Но если мы будем делать это сами, у нас будет много проблем. Были случаи, когда кто-то из студенческого совета выходил подышать свежим воздухом, а потом долго гулял. Если бы с нами был молодой господин Карл, мы могли бы просто сосредоточиться на работе.

“…….”

Я молча закрыл глаза, услышав откровенные слова Маргариты.

«Она использует это как условие сделки».

Внешне она как будто говорит: «Мне так тяжело работать, помогите мне, пожалуйста, хнык-хнык», но стоит снять один слой, и сразу видно её истинные намерения.

— Мне не хочется идти к Луизе, но если ты поможешь мне, я точно не буду этого делать.

Это означало, что если я буду послушно сотрудничать, она не пойдёт искать Луизу где-нибудь в академии и критиковать её, а будет спокойно заниматься своими делами в комнате студенческого совета. Боже, какая грубая сделка. Просто восхитительно.

«И в то же время это эффективно».

Похоже, вчерашняя критика Луизы со стороны Маргариты была подготовкой к этому моменту. Она показала, что угрожает Луизе и клубу, чтобы сказать: «Если хочешь избавиться от этой угрозы, слушайся меня».

Это очевидная уловка, но если я откажусь сейчас, то простая подготовка превратится в более явную атаку на Луизу. Это будет проблематично.

Собравшись с мыслями, я слегка улыбнулся и снова открыл глаза.

— Я не могу оставаться равнодушным, слыша, что Марг тяжело. Если вы не против, я помогу вам.

— Спасибо, молодой господин Карл. Я знала, что могу на вас положиться.

— Ха-ха-ха.

Я с самого начала ввязался в битву с предрешённым исходом.

Я сказал, что помогу, но не думал, что она сразу же заберёт меня с собой. Даже если она принцесса, сейчас она ученица, так что не стоит ли ей вернуться в класс?

— Студенческий совет сейчас находится в комнате студенческого совета, потому что готовится к выставке. Я вышла только за тем, чтобы забрать вас, молодой господин Карл.

Понятно. Что ж, ничего не поделаешь. Иногда есть вещи поважнее уроков.

С ощущением продажи в рабство я последовал за Маргаритой в комнату студенческого совета. Да, лучше поскорее с этим покончить. В конце концов, если сейчас не время работы клуба, нет смысла оставаться в комнате клуба.

Добравшись до комнаты студенческого совета, Маргарита для приличия постучала в дверь несколько раз, но распахнула её, не дожидаясь ответа. А зачем тогда вообще надо стучать?

В любом случае, я заглянул внутрь и увидел, что там уже собралось шестеро человек. Значит, в студенческом совете семеро, включая Маргариту. У меня с ними не было никаких общих дел, поэтому я не обращал на них внимания, но не думал, что встречу их всех сразу. Это очень неловко.

— Вице-президент. Кто это снаружи?

Сидевший во главе стола юноша, похоже, президент, неловко посмотрел в мою сторону. Эй, ну ты чего? Что ты говоришь, когда та, кто просила о помощи, так себя ведёт? Если Маргарита, которая пошла за мной, вернулась, значит, она, конечно, пришла со мной.

— Это господин Карл Красиус, инспектор и руководитель кондитерского клуба. Я привела его, чтобы получить совет по поводу бюджета выставки.

Как только я вошёл в комнату студенческого совета, наши взгляды с президентом, сидевшим во главе стола, встретились. Только увидев моё лицо, он начал беспокойно ёрзать. Оглядевшись, я заметил, что остальные пятеро отреагировали примерно так же.

Неужели…

— Марг, а студенческий совет точно хотел выслушать мой совет?

— Нет.

Её «нет» звучало так, будто она имела в виду: «Зачем мне согласовывать свои решения?». А, вот такая она. Я на секунду забыл о своеволии дома герцога Баренти.

Я тихо перевёл взгляд на президента, который смотрел на меня так, будто ему действительно интересно, зачем я спрашиваю. Его лицо было бледным, а тело напряжённым. Для президента это, должно быть, удар грома среди ясного неба. Вице-президент, с которой и так трудно общаться, потому что она принцесса, вдруг привела инспектора. Он мог бы понять, если бы она сказала: «Ты мне не нравишься, поэтому я привела его, чтобы сместить тебя».

Но это недоразумение. До сих пор я прятался в комнате клуба, потому что думал, что моё присутствие будет угрожать ученикам. Я вёл жизнь затворника, не встречаясь ни с кем, кроме участников клуба. Если бы я знал, что это инициатива Маргариты, я бы не пришёл сюда с таким лёгким сердцем…

Чувствуя себя виноватым, я слегка кивнул, и президент зажмурился.

О чём ты думаешь? На самом деле это не так.

Я чуть не вздохнул, но сдержался. Если я сейчас ещё и вздохну, президент, наверное, тут же ударится головой об пол.

Послесловие автора

Вчера в послесловии я поблагодарил за спонсорство человека, в никнейме которого было слово «папа». В этом не было бы ничего особенного, если бы я вчера не упомянул в послесловии своего отца.

Из-за этого удивительного совпадения некоторые читатели, похоже, немного неправильно меня поняли.

Чтобы защитить честь этого человека, который вдруг обзавёлся сыном, скажу, что он был просто добропорядочным читателем, который проходил мимо… Нет, я понимаю, что с точки зрения читателей это могло показаться подозрительным совпадением, но на самом деле это не так.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Действующий президент студенческого совета имперской академии, Демиан Конер, родился третьим сыном в заурядном, ничем не примечательном баронском доме Конеров. Имея статус третьего сына барона, Демиан с детства был всего лишь обычным юношей из благородной семьи, мечтающим о карьере чиновника.

Родовое поместье должен был унаследовать старший брат, поэтому Демиану, как третьему сыну, нужно было самому выбирать свой путь. И он выбрал карьеру госслужащего и студенческий совет академии.

В отличие от клубов, которые играли роль салонов, студенческий совет по сложившейся традиции управлялся студентами, стремящимися к карьере госслужащего. Поэтому в него обычно входили студенты из семей со слабым влиянием или занимающие невысокое положение в своей семье. Благодаря этому они с головой окунались в работу, получая своего рода предварительный опыт чиновничьей жизни.

Однако Демиан не жаловался. Это был его собственный выбор, а нынешние трудности в будущем станут ценным опытом для его карьеры чиновника. Выпускники, работавшие в студенческом совете, часто становились чиновниками, поэтому в имперских министерствах к ним относились с особым уважением, давая им преимущества.

Но начиная с прошлого года, когда Демиан учился на втором курсе, у его работы в студенческом совете замаячили тревожные сигналы.

– Меня зовут Маргарита Баренти. Примите мои наилучшие пожелания, сэмпаи.

В студенческом совете, где собрались ничем не примечательные отпрыски благородных семей, появился настоящий нарушитель спокойствия. От внезапного появления принцессы у Демиана чуть не подкосились ноги, но он смог устоять на ногах благодаря силе духа, закалённой за год работы.

Однако, к несчастью для Демиана, его способности были признаны, и он, став вице-президентом, получил задание заботиться о первокурсниках, вступивших в студенческий совет. Осознав это, Демиан чуть не разрыдался.

В негодовании и отчаянии он даже повысил голос на президента, спрашивая, что происходит, но президент, с мрачным выражением лица, заставил Демиана замолчать всего одной фразой:

– Так ты хочешь, чтобы я отказал принцессе, когда она пожелала вступить в студенческий совет?

Демиан плакал в душе.

С тех пор Демиан каждый день шёл в студенческий совет с настроением солдата штрафного батальона, отправляющегося на фронт. Он горячо молился, чтобы этот день прошел спокойно, чтобы принцесса потеряла интерес к студенческому совету и сама ушла, но, к сожалению, принцесса исправно посещала все собрания.

Так прошло время, и на одной из вечеринок студенческого совета возникла атмосфера, располагающая к тому, чтобы расспросить первокурсников о причинах их вступления в совет. Атмосфера возникла спонтанно, но все присутствующие жаждали услышать ответ одного человека.

– В министерстве есть мой знакомый. Я хочу его видеть почаще, поэтому подумываю стать госслужащим.

Глядя на сияющую улыбку принцессы, Демиан подумал: «Разве нельзя просто вызвать этого человека вместо того, чтобы становиться госслужащим?»

«Кто бы он ни был, я его ненавижу…»

В тот день Демиан от всей души проклял неизвестного госслужащего из министерства.

К счастью, принцесса без проблем освоилась в студенческом совете и относилась к старшим с уважением. Конечно, для старших тот факт, что их младшая коллега – принцесса, был самым ужасным испытанием, но, в любом случае, всё было относительно спокойно.

Так прошел год, и Демиан стал президентом студенческого совета. Теперь, после выпуска, он попрощается с принцессой и с этим похожим на минное поле студенческим советом. Представляя, как он после выпуска поступает на работу в имперское правительство, Демиан упорно терпел.

Но, похоже, его терпению пришел конец.

«О, император, Энен, молю тебя! Умоляю!»

Перед глазами Демиана мужчина, бегло просматривающий документы, представленные студенческим советом – ангел смерти, которого внезапно привела принцесса. Демиан снова закрыл глаза.

Заведующий отделами инспекции министерства финансов, Карл Красиус, который в настоящее время находится в академии в качестве инспектора. Демиан, мечтающий о карьере госслужащего, не мог не знать этого имени.

Гончий пёс императора, клинок наследного принца, бешеная собака министерства финансов. Верный слуга императорского дома, который лает по команде сверху и кусает по приказу. Слава и дурная репутация, которые он заработал за два года на посту заведующего отделами инспекции, внушали ужас.

В частности, дом герцогов Эсилон, когда-то бывший могущественным покровителем второго принца и роднёй императрицы, дом, с которым не могли сравниться никакие другие, кроме императорского дома и пяти герцогских семей… Именно заведующий отделами инспекции разорвал этот дом в клочья.

Он даже вынес приговор, более унизительный, чем полное уничтожение, с точки зрения закоренелых аристократов – понижение в звании. Ходят легенды, что он насмехался над герцогом Эсилоном, который впал в отчаяние и был вынужден уйти в отставку. Говорят, после этого бывший глава дома покончил с собой от стыда.

… И этот человек сейчас проверяет мою работу.

«Хмм…»

«Мама…»

Заведующий отделами инспекции продолжал изучать документы. Демиан, как и другие члены студенческого совета, дрожали, словно преступники перед эшафотом. Только принцесса сохраняла спокойствие и улыбалась.

– Неплохо.

– Что?

Спустя целую вечность прозвучал положительный вердикт, и Демиан невольно произнес это ошеломлённым голосом. Он тут же понял свою ошибку и закрыл рот, но, к счастью, заведующий отделами инспекции, похоже, не обратил на это внимания.

– Есть некоторые небрежности, но ничего критичного. В целом хорошо. Вы можете приступить к работе прямо сейчас.

После того как заведующий отделами инспекции объявил нас невиновными, атмосфера разрядилась. Казначей и бухгалтер были готовы расплакаться от облегчения.

А Демиан смог, наконец, вздохнуть с облегчением.

– Демиан Конер, ты так сказал?

– Да, да! Именно так!

Едва он успел вздохнуть, как раздался голос, и напряжение снова вернулось. Но заведующий отделами инспекции не смотрел на Демиана, а достал из кармана визитную карточку и что-то написал на обратной стороне.

– Держи.

– А, да.

Демиан осторожно взял визитную карточку, которую протянул заведующий отделами инспекции. На обратной стороне было написано его имя и стояла подпись заведующего отделами.

– Ты говорил, что после выпуска будешь сдавать экзамен на госслужащего? Не нужно. Иди в любой отдел, который тебе нравится, и покажи им это. Тебе дадут подходящую должность.

Глаза Демиана широко распахнулись. Демиан сам вызвался работать в студенческом совете, где его пинали и шпыняли, но это было не от хорошей жизни. Неопределённое положение баронского дома, отсутствие связей – всё это вынуждало Демиана становиться госслужащим через экзамен. Студенческий совет был неизбежным выбором ради дополнительных баллов.

А теперь перед ним появилась золотая жила связей. На словах – просто подходящая должность, но с рекомендацией заведующего отделами инспекции список доступных должностей будет длиннее, чем список недоступных. Особенно в министерстве финансов.

– Благодарю вас!

Демиан низко поклонился, выражая благодарность заведующему отделами инспекции. Он понял, что точно не стоит доверять абсурдным слухам. Такой человек не может быть настолько ужасным.

– Твоей преданности империи будет достаточно, чтобы выразить благодарность.

Видите, какой он замечательный человек.

★★★

Я с сочувствием посмотрел на дрожащего президента, подающего документы, и быстро просмотрел их. Честно говоря, если бы не было следов хищений, я бы закрыл глаза на некоторые неточности. Для президента это действительно был удар судьбы из-за проделок Маргариты.

— Неплохо.

Но в этом не было необходимости. Даже если я отличаюсь от обычного начальника отдела инспекций, я все же многое повидал и услышал за два года. Я могу быстро разобраться с документами, подготовленными для отчёта. И чем больше я смотрел, тем больше мне они нравились.

Конечно, есть некоторые шероховатости, но это можно исправить, немного поработав на государственной службе. Действительно неплохо.

— Демиан Конер, ты так сказал?

Я посмотрел на президента новыми глазами. Я нашёл настоящий неогранённый алмаз. С таким человеком будет удобно работать, и он как раз хочет стать госслужащим.

Поэтому я сразу же написал ему рекомендательное письмо. Вдруг этот будущий раб, то есть алмаз, передумает и откажется от экзамена на государственную службу. Если я напишу ему рекомендательное письмо, пути назад не будет. Если он получит его и не воспользуется, это будет считаться неуважением.

– Благодарю вас!

Президент, похоже, был тронут и поклонился, выражая благодарность. Да не за что, я тебе куда больше благодарен. Чем больше таких рабов из низших сословий, как он, тем ближе моя отставка. Ради моей отставки я готов превратить свою визитную карточку в рекомендательное письмо.

«Ура! Новый государственный служащий! Это стоит куда больше, чем визитная карточка!»

Так закончилась экстренная проверка, которая удовлетворила и меня, и президента.

Я вышел из кабинета студенческого совета, оставив позади учтивого президента и взгляды других членов совета, полные какого-то желания. Я догадываюсь, чего они хотят.

Да, не один же президент готовил эти документы. Не волнуйтесь, я напишу вам рекомендательные письма, когда придёт время. Даже если вы откажетесь, я всё равно их вам дам. А если вы попытаетесь сбежать, я вас поймаю и приведу в министерство финансов.

– Спасибо вам, молодой господин Карл. Завтра тоже рассчитываю на вас.

– Простите? Завтра тоже?

– Подготовка к выставке ещё не закончена. Буду благодарна, если вы будете проверять все изменения.

Маргарита, которая вышла из кабинета студенческого совета вслед за мной, сказала это с лёгкой улыбкой. Я неохотно кивнул на её лёгкую, но твёрдую улыбку. Что поделать, если я откажусь, Маргарита побежит жаловаться Луизе, и у меня будут проблемы.

– Завтра в это же время?

– Подождите меня в кабинете клуба. Я приду.

– Какая честь.

Принцесса за мной заедет, это слишком большая честь для меня. Я тихонько рассмеялся, и Маргарита тоже хихикнула.

И тем же вечером, когда закончились обычные занятия и время клуба…

– Я слышал, что ты встретился с моей дочерью.

– Да, да, это так.

Мои колени сами собой согнулись. Голова невольно склонилась. Передо мной, в сияющем коммуникаторе, появилось лицо мужчины.

– Ты говорил, что больше не хочешь её видеть. Удивительно.

– Ха-ха…

Внезапный звонок Железного герцога оглушил меня.

«… Наверное, выпить яд будет быстрее, чем вешаться?»

Послесловие автора

Небольшое отступление, хоть и немного запоздалое: в реальной истории титул и власть не всегда были прямо пропорциональны. Бывали случаи, когда герцоги влачили жалкое существование, а бароны обладали большим влиянием. Иногда герцог, запертый на окраине империи, был слабее графа в центре. Конечно, вы, дорогие читатели, это знаете.

Но если учитывать все эти переменные, красота мира любовных романов разрушится, поэтому в этой работе титул и власть всегда прямо пропорциональны. Как бы ни были сильны бароны и виконты, при появлении графа они должны затаить дыхание, а графы и маркизы, какими бы могущественными они ни были, всё равно ниже герцогов.

Пять герцогов этого мира непоколебимы! Так что, дорогие читатели, можете быть спокойны!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Обычно в моём возрасте люди уже женаты или, по крайней мере, помолвлены. В этом мире, где 17 лет считается совершеннолетием, 21-летний аристократ находится в самом расцвете брачного возраста. По правде говоря, я уже начинаю его перерастать.

До перерождения я был слишком юн, после перерождения шла война, а после окончания войны я сам не хотел жениться, вот так всё и затянулось. Глава семьи безгранично доверял мне, поэтому не давил на меня с женитьбой.

Однако аристократы не собирались оставлять в покое такую лакомую добычу на брачном рынке. Предложения руки и сердца сыпались на мою семью без остановки, и глава семьи пересылал мне все их без исключения. Совмещать работу заведующего отделами инспекции с вежливыми отказами было нелегко.

И вот, в прошлом году, на новогоднем приёме, когда вся аристократия империи собралась в столице, разразился скандал.

— Это моя дочь.

Новогодний прием состоялся после того, как империя более-менее оправилась от войны, борьбы за престолонаследие и чистки оппозиции. В то время я, как заведующий отделами, постоянно мелькал на людях, и в ходе этого познакомился с железным герцогом. Рядом с ним была Маргарита.

После представления герцога Маргарита скромно поклонилась, и я, ошеломлённый, тоже поклонился в ответ.

— Я переживал, что у неё нет друзей её возраста, но, к счастью, ты оказался примерно её ровесником. Не составишь ей компанию, пока она будет в столице?

— Конечно, Ваша Светлость.

Кто бы отказал герцогу? Я легко согласился, рассчитывая укрепить связи с железным герцогом, но после этого события начали принимать тревожный оборот.

Маргарита постоянно наведывалась в приёмную отдела инспекции, а иногда приглашала меня в столичный особняк семьи Баренти. От такого количества встреч у меня кружилась голова, но я утешал себя тем, что осталось только пережить новогодний приём.

Однако Маргарита осталась в столице и после окончания приёма. Примерно в это же время железный герцог заговорил со мной о браке. Я, обливаясь холодным потом, кое-как выдавил из себя отказ, на что герцог нахмурился и бросил всего одну фразу, прежде чем уйти.

— Скажи об этом самой Маргарите.

Это означало, что я должен сказать юной герцогине, едва достигшей совершеннолетия: «Я не собираюсь жениться на тебе». О, этот жестокий человек…

Но что поделать. Если бы я упёрся и отказался, он бы, наверное, вспорол мне живот. Собрав волю в кулак, я, дрожа от страха, через несколько дней смог передать Маргарите свой отказ, когда она пришла в отдел инспекции.

— Ты пожалеешь об этом, юный господин Карл. Второго такого же человека, как я, ты не найдёшь.

К моему удивлению, Маргарита не пришла в ярость и не выглядела расстроенной. Она просто слегка улыбнулась и ушла. Её слова «Ты пожалеешь об этом» прозвучали для меня как «Я тебя убью», и я ещё долго трясся от страха. К счастью, после этого я больше не пересекался ни с железным герцогом, ни с Маргаритой, и остался жив.

Сейчас, оглядываясь назад, я понимаю внезапное предложение железного герцога. Ему нужно было выдать Маргариту замуж, но если искать жениха под стать её статусу, то он был бы намного старше, а если подбирать по возрасту, то не хватало статуса.

И тут появился я, набирающий силу при поддержке императорской семьи. Как зять я, конечно, не идеал, но вполне приемлемый вариант для компромисса. Герцог, наверное, не ожидал, что я откажусь. И я до сих пор благодарен ему за то, что он не проявил гнева после моего отказа.

…Да, я был ему очень благодарен, но…

— Не думал, что этот мальчишка так решительно откажется.

Железный герцог, связавшийся со мной спустя год, решил взорвать бомбу, которую заложил в прошлом.

— Ваша Светлость, тогда я был недостаточно разумен и допустил непростительную ошибку.

— Ха, хочешь сказать, что сейчас бы ты принял моё предложение?

Нет, ну зачем вы так внезапно…

Видя, как я мямлю, не в силах ответить, железный герцог усмехнулся.

— Давать второй шанс тому, кто уже упустил его, было бы слишком щедро с моей стороны.

— Да, вы совершенно правы.

— Теперь, если захочешь жениться на Маргарите, тебе придется самому прийти в мой замок, встать на колени и умолять меня.

— Буду иметь в виду…

Не понимаю, почему он считает, что я соглашусь на брак, но я не мог перечить герцогу и спорить с ним. Мне оставалось только кивать и соглашаться.

Железный герцог молча смотрел на меня, и от одного его сурового взгляда меня бросало в дрожь. Он был стариком, на целое поколение старше других герцогов, но почему он оставался таким бодрым? На вид ему можно было дать не больше сорока.

— Терпение Баренти не безгранично.

Тихий голос железного герцога прозвучал как кинжал, вонзившийся в моё сердце.

— Если ты будешь только убегать, то не заметишь, как тебя проглотят.

— Буду иметь в виду.

Железный герцог снова усмехнулся и отключился.

Ну вот, сна как не бывало. Мне опять будет сниться, как меня вешают перед воротами замка железного герцога.

На этот раз мне приснилось не повешение, а гильотина. Хорошо хоть, что во сне не умер, а только пошёл на казнь. В любом случае, это уже прогресс.

— Отец тоже хорош. Даже если юный господин Карл ему очень нравится, внезапно звонить — это невежливо.

Смех Маргариты разнёсся по комнате.

На следующий день после моего замечательного принудительного видеозвонка с железным герцогом Маргарита затащила меня в кабинет заместителя председателя студсовета. Других членов студсовета не было, поэтому я намекнул на вчерашний звонок герцога, и с тех пор она вот так и смеётся. Мне угрожали смертью, а она смеётся…?

— Вряд ли я могу нравиться герцогу.

Скорее, он меня ненавидит. Но Маргарита покачала головой и ответила:

— Как ты думаешь, скольким людям отец звонит лично?

Наверное, немногим. Проблема в том, что в моём случае это не проявленный интерес, а скорее, неприязнь. В конце концов, даже человека, который стоит первым в списке на убийство, можно назвать тем, кто привлекает чьё-то внимание.

Видя мое настороженное выражение лица, Маргарита снова рассмеялась. Как и следовало ожидать, юная леди не понимает чувств слабого госслужащего.

— Если ты боишься звонков отца, то разве женитьба на мне не решит эту проблему?

— Ваши шутки неуместны.

— Хм, неужели?

Я вздохнул и встал со стула. На сегодня я всё сделал, так что могу идти домой. Увидев, что я встаю, Маргарита тоже поднялась, видимо, чтобы проводить меня.

— Я пойду. Вы завтра придёте в это же время?

— Да, завтра я снова вас навещу.

— Хорошо.

Надеюсь, эта ярмарка, или что там у них, быстро начнётся и закончится. Мне кажется, что я хожу на работу дважды в день. Вряд ли в мире найдётся ещё один такой госслужащий, как я.

★★★

Как только Карл вышел из кабинета заместителя председателя, я рухнула на диван и закрыла лицо руками.

— Хаааа…

Наверное, если бы я посмотрела в зеркало, то увидела бы, что моё лицо покраснело. В присутствии Карла мне приходится прилагать все усилия, чтобы держать себя в руках, и как только я расслабляюсь, то сразу становлюсь вот такой.

— Тугодум.

Я с обидой пробормотала это в адрес отсутствующего человека. Какая девушка станет шутить о браке? Тем более с мужчиной, которому она уже однажды предлагала руку и сердце. Неужели он такой бесчувственный, или же он притворяется, что ничего не понимает?

Но если он на самом деле такой тугодум, то это раздражает, а если он притворяется, то задевает мою гордость. Из-за этого я не могу ни на что решиться, и моя обида на Карла только растёт. Поэтому вчера вечером я позвонила отцу и попросила его немного припугнуть Карла. Представляя, как Карл мямлил перед отцом, я чувствую, как мое настроение улучшается.

Я слегка вздохнула и подошла к окну. Говорят, что тот, кто влюбился первым, находится в невыгодном положении, но эта битва кажется слишком сложной. Как же хорошо, что мы встретились в академии.

«Я не думала, что так сильно влюблюсь».

Я впервые услышала имя Карла два года назад. Невозможно было не услышать о самом молодом заведующим отделами в истории империи. Тем более что после этого он продолжал процветать при поддержке императорской семьи. Казалось, что он был в хороших отношениях с герцогом победы.

Тогда я поняла. Если я и выйду замуж, то это будет именно он. Я знала, каким образом отец выбирает мне жениха. И этот Карл был идеальным кандидатом в зятья для герцогской семьи.

Однако встретиться с моим потенциальным женихом удалось только спустя год. И если бы не новогодний приём, то эта встреча отложилась бы ещё на неопределенный срок. Раздражённая, я нарочно чаще наведывалась к нему и поддразнивала его. Сейчас мне даже немного стыдно за свое поведение.

А потом я влюбилась. Я хотела просто подружиться с будущим мужем, но не смогла справиться со своими чувствами и влюбилась по уши. Жаль только, что это безответная любовь.

Не было ни драматических событий, ни какого-то особого повода. Я общалась с Карлом, смеялась с ним, и постепенно моя симпатия переросла в любовь. У меня было много причин любить Карла, и не было ни одной причины не любить его. За кого мне ещё выходить замуж, если не за него?

— Извини, но я пока не готов к отношениям.

Вспоминая тот день, когда я призналась Карлу в своих чувствах, я невольно прикусила губу. Я была уверена, что он примет моё предложение, но он отказал мне прямо в лицо. Я постаралась ответить как можно спокойнее и равнодушнее, а потом убежала в герцогский замок.

Я не помню, сколько подушек я промочила слезами от стыда и унижения. Меня утешали мои старшие брат и сестра, и только после этого я смогла успокоиться. Было очень стыдно, что меня утешали, как ребенка, родные братья и сестра, которые были намного старше меня.

«Это всё из-за Карла».

Я не виновата. Если бы Карл не стал ломаться, то ничего этого бы не было.

После этого первого в моей жизни любовного фиаско я заперлась в герцогском замке, но с приближением церемонии поступления в академию мне пришлось выйти в свет. Мне было всё равно на академию, но я не хотела, чтобы поползли слухи о том, что младшая дочь железного герцога заперлась дома после того, как её отверг заведующий отделами инспекции.

Когда я поступила в академию, то услышала о студенческом совете, и это можно назвать судьбой. Студенческий совет считался ступенькой к карьере госслужащего. В обычное время я бы и не взглянула на эту организацию, но теперь у меня появился повод привязаться к одному из госслужащих.

Не готов к отношениям? Тогда я буду рядом, пока ты не будешь готов. Я сдам экзамен на госслужащего и попаду в министерство финансов или в отдел инспекции.

Конечно, с рекомендацией отца я могу пропустить этот дурацкий экзамен, но в этом случае заведующий отделами может отказать мне, и меня отправят в другое место. Вряд ли кто-то осмелится отказать в просьбе железного герцога, но мой избранник уже отказал ему однажды.

«Мне повезло».

Однако мне не пришлось сдавать экзамен, потому что Карл сам пришёл в академию. Как же я обрадовалась, когда отец сообщил мне об этом! Наверное, нам суждено быть вместе. Да, были некоторые трудности, но мы снова встретились.

Теперь Карлу некуда деваться, и я могу спокойно, не торопясь, сблизиться с ним. Для начала нужно избавиться от этого безэмоционального «юный господин Карл». Он зовёт меня Марг, но сам не позволяет мне обращаться к нему просто по имени.

Хотя, если подумать о том, как я страдала, то хочется немного помучить его. Да, я сделаю так, чтобы Карл влюбился в меня по уши и сам умолял называть его просто Карлом. Я буду делать вид, что не соглашаюсь, а когда он начнёт изнывать от нетерпения, то милостиво разрешу.

Я восхищаюсь своим гениальным планом. Пока мы вместе в академии, я ни за что не упущу Карла. Он уже практически мой. Семья Баренти всегда добивается своего. Вопрос только в том, когда именно я добьюсь своего.

«О, Карл».

Пока я хихикала, из окна я увидела, как Карл выходит из здания. Я прикрыла рот веером и посмотрела вслед удаляющемуся Карлу. Вдруг он обернётся? Тогда он увидит мою счастливую улыбку.

Глядя на Карла, который направлялся к зданию кондитерского клуба, я вспомнила о юной леди с розовыми волосами. Казалось, что Карл очень заботится о ней, а она испытывает к нему симпатию. Хотя, вряд ли это романтическая симпатия.

«Неважно».

Повторюсь, семья Баренти всегда добивается своего. Карл может немного колебаться и отталкивать меня, но в конечном итоге он будет рядом со мной. Я могу позволить ему немного поблуждать, прежде чем он найдёт своё место. Такое великодушие мне по плечу.

Что бы ни случилось, в конце концов, победа будет за Маргаритой Баренти.

Послесловие автора

Маргарита считает себя гепардом.

Что же будет делать злодейка? Юная леди в академии вместе с Карлом…

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Утомляет не только то, что Маргарита таскает меня повсюду из-за должности инспектора академии, но, к сожалению, я ещё и руководитель кондитерского клуба. Утром мне нужно проверять бюджет выставки в студенческом совете, а днём – следить за тем, что кондитерский клуб будет делать на выставке.

– Совмещение должностей – это не для людей.

Даже имперское правительство, которое обращается с чиновниками как с собаками, по возможности старается избегать совмещения должностей, а я и подумать не мог, что столкнусь с этим в академии. Хоть бы выставка, или что там ещё, поскорее началась и закончилась.

Пока я сидел в оцепенении, разрываясь между здоровым телом и уставшим духом, в поле моего зрения появились вечно шумные участники клуба. Какие же вы энергичные. Было бы здорово, если бы существовало заклинание, передающее энергию другим людям. Мне кажется, я растратил все силы в подростковом возрасте, поэтому в свои двадцать я чувствую упадок сил.

Но независимо от того, насколько я измотан, шестёрка, способствующая истощению моей ментальной энергии, была поглощена подготовкой к выставке.

– Лучше всего сделать разнообразный ассортимент. Будет скучно, если мы представим только печенье.

Таниан говорил мягко, но я примерно понимал его истинные намерения. Если мы выставим только печенье, то всё внимание достанется домашнему печенью Луизы, поэтому он предлагал приготовить и другие сладости. Мне стало немного жаль Таниана, который старался говорить об этом завуалированно.

– Я могу испечь торт или хлеб.

– Луиза, мы бы хотели, чтобы ты сосредоточилась на печенье. Остальное можешь доверить нам.

Амбиции Луизы, которая хотела участвовать и в приготовлении других сладостей, были быстро пресечены Рютисом. Похоже, они скорее сами научатся готовить, чем доверят это Луизе. Эти засранцы наверное с самого начала планировали сделать из печенья расходный материал и продвигать другие сладости.

«О том, что причина в собственных вкусах, они совсем не думают.»

Вкус у них есть, но эти ребята не учитывают, что их вкусы безгранично изысканны. Но если предположить, что у некоторых студентов академии и гостей-аристократов тоже изысканный вкус, то их выбор становится понятен.

Сначала я думал, что они просто привередливые, потому что принадлежат к королевской семье, но тогда Эрих мог бы есть печенье Луизы. Может, у всех аристократов такой изысканный вкус? Я далеко не типичный аристократ, так что не знаю.

Как бы то ни было, Луиза, похоже, согласилась с упорными возражениями Рютиса и других участников клуба, и кивнула. Ведь будет лучше, если участники кондитерского клуба приготовят разные сладости, чем если глава будет делать всё сама. Несмотря на их скрытые мотивы, внешне это выглядело как прекрасное сотрудничество.

И вот наступило время выпечки, наполненной ароматом муки.

Аромат настолько сильный, что кажется, будто мука сейчас попадёт мне в нос. Будет странно, если я буду вдыхать белый порошок носом. Не разбрасывайте муку в мою сторону.

Было непривычно видеть в клубной комнате, которая раньше была заполнена только печеньем, другие сладости. Неужели эти ребята ещё недавно были участниками кондитерского клуба, которые не умели печь? Их невероятный прогресс вызывает восхищение. Хотелось бы, чтобы и их тактичность развивалась такими же темпами.

– Неплохо получилось. На выставке не будет стыдно это продавать.

Эрих отломил кусок хлеба и положил в рот. Похоже, ему это понравилось. Возможно, он дал такую снисходительную оценку, потому что сам это приготовил, но на самом деле это не имеет значения. Кто посмеет жаловаться на вкус сладостей, приготовленных членами королевской семьи и кандидатом в святые?

В таком случае, мы можем спокойно продавать на выставке печенье Луизы. Ведь никто не узнает, что это сделала Луиза, а не член королевской семьи. Если так подумать, то эти ребята, похоже, зря стараются.

Я тоже отрезал кусочек торта вилкой и попробовал. По вкусу он почти не отличается от печенья Луизы. Просто есть смысл в том, чтобы сделать разнообразное меню.

– Брат, как тебе?

Луиза, которая пробовала всё, что они приготовили, повернулась ко мне. Чтобы представить эти сладости на выставке, нужно получить одобрение руководителя, то есть меня. Я кивнул на слова Луизы. Что ж, неплохо.

– Неплохо. Можно продавать.

– Ты же попробовал только торт? Нужно попробовать и остальное.

Рютис положил передо мной кусок хлеба. Не то чтобы я был очень благодарен за эту заботу. Да ладно вам, если вы будете это продавать, то люди будут покупать даже просто муку и масло!

Но будет странно оценивать, не попробовав, поэтому я отломил кусочек и съел. Этот хлеб тоже был довольно вкусным, не хуже торта. Я снова кивнул, и передо мной поставили другую сладость.

«Чёрт возьми.»

– …Тут многовато.

Я не обращал на это внимания, но когда подумал, что мне нужно попробовать всё, что они приготовили, то количество показалось мне слишком большим. Ребята, руководитель – это не подопытный кролик для дегустации. Неужели моя должность – это не руководитель кондитерского клуба, а руководитель пыточной дегустацией?

– Поскольку это приготовили мы, нам будет сложно дать объективную оценку. Разве оценка руководителя не будет самой точной?

– Это так.

Я не мог возразить против такого логичного заявления Латера. Но разве не слишком заставлять одного человека есть то, что приготовили шестеро? Даже на дегустации я бы столько не съел.

Но под пристальными взглядами шести пар глаз я молча продолжал. Похоже, сегодня мне не придётся ужинать.

– Если подумать, разве одной дегустации достаточно?

Пока я молча ел, дьявольский рот Рютиса снова начал говорить. Эй, ты, что же ещё хочешь сказать?

– Достаточно? Чего именно?

– Если бы это было печенье, то ладно, но мы впервые готовим всё остальное. Сейчас всё получилось хорошо, но кто знает, что будет на выставке?

– Верно.

– Поэтому давай продолжим готовить. Когда мы набьём руку, то у нас всегда будет получаться хорошо.

Взгляды Рютиса и Латера обратились ко мне. Позади них Айнтер тихо засмеялся и продолжил:

– Руководителю придётся много нам помогать.

И участники клуба начали печь с такой скоростью, будто это был конвейер на фабрике. Хватит, пожалуйста, остановитесь…

– Как вам?

– Неплохо.

– А это?

– Съедобно.

– А это нормально?

– Да.

Шесть человек были поставщиками, а потребитель был только один. Мой желудок кричал от такого безумного перемещения товаров, которое повергло бы в ужас золотой шар. Даже от воды можно умереть, если выпить её так много за один раз.

Участники клуба, наблюдавшие за тем, как я с трудом запихиваю еду в рот, начали перешёптываться между собой.

– Он говорит, что всё хорошо, но кто знает, действительно ли это так.

– Если подумать, брат ест всё подряд.

– Хм, похоже, мы ошиблись с выбором дегустатора.

«Мерзавцы.»

Вы заставили меня столько всего съесть, а теперь говорите такое? Я сжигающим взглядом посмотрел на участников клуба, но не мог применить к ним силу, поэтому просто успокоил свой пылающий желудок. Хотя, кажется, я мог бы применить силу к Эриху.

Я с трудом проглотил хлеб, который был у меня во рту, постучал по столу, чтобы привлечь внимание, и сказал: «Хватит, чёртовы вы ублюдки».

– На сегодня достаточно. Продолжим завтра. А теперь все уходите.

Когда я махнул рукой, объявляя о роспуске, участники клуба начали расходиться. Кроме Луизы.

– Луиза?

Что случилось? Луиза никогда не оставалась в клубной комнате до последнего. Если она задерживалась, то эти пятеро ждали её, чтобы проводить от клубной комнаты до общежития. Кстати, Луиза что-то шептала участникам клуба. Может, она сказала им идти вперёд?

Луиза заметила мой вопросительный взгляд, достала из сумки небольшую баночку и протянула мне. Получив баночку, я увидел, как Луиза смущённо улыбнулась, накручивая волосы на палец.

– Это… Ты, брат, в последнее время выглядишь усталым. Говорят, этот чай помогает от усталости, поэтому я принесла его.

– Ого.

Я был немного тронут. Среди этих безнадёжных участников клуба, которые не знают, через что я прохожу, расцвела такая прекрасная душа.

«Если бы участники клуба были хоть наполовину похожи на главу»

Жизнь в академии и так была утомительной, а постоянные поручения Маргариты только усугубляли ситуацию. Я старался не показывать этого, но она всё равно заметила. Как и ожидалось, Луиза – безупречный ребёнок без единого изъяна. Если и есть грехи, то только у этой пятёрки.

– Спасибо. Выпью с удовольствием.

Когда я ответил с улыбкой, Луиза тоже улыбнулась.

– Брат.

– Да?

Пока я шёл к полке, чтобы поставить баночку с чаем рядом с моей банкой для печенья, сзади послышался голос Луизы.

– Если у тебя будут проблемы, обязательно расскажи мне. Я помогу тебе с чем угодно!

После этих слов она поклонилась и выбежала из клубной комнаты. Я невольно рассмеялся от её неожиданных слов.

«Неужели я выглядел настолько измученным?»

Не могу поверить, что я настолько вымотался, что ребёнок, который только-только стал совершеннолетним, утешает меня. Я даже немного принизил себя. Неужели я настолько плохо выглядел? Нет, не может такого быть.

Я немного постоял, глядя на дверь, в которую вышла Луиза, а затем перевёл взгляд. Хоть в это и сложно поверить, но что поделать, Луиза действительно увидела моё состояние. Но сейчас важнее подготовиться к встрече гостя. Ведь это важный гость, который поможет мне справиться с огромной горой сладостей.

Как только я подумал об этом, раздался стук в дверь.

– Тук-тук.

– Да, входите.

Мужчина открыл дверь, вошёл и поклонился.

– Рад вас видеть, инспектор.

– Взаимно. Надеюсь, вы здоровы, лорд Виллар?

Пришёл мой ежедневный мусорный бак.

Когда появился Виллар, я встретил его с максимально дружелюбной улыбкой. Это ведь приготовил ваш принц, так что вам тоже нужно это съесть. Разве это не правильно?

Послесловие автора

Сегодня глава вышла утром, но завтрашняя глава, скорее всего, выйдет очень поздно ночью. Конечно, я понимаю, что мои слова в послесловии не вызывают доверия, потому что я постоянно это говорю, но мне всё равно нужно было об этом сказать…

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Появление Виллара было для меня как луч света во тьме. Члены клуба, словно задумав революцию в кондитерском деле, наготовили столько всего, что я никак не смог бы съесть это в одиночку. В такой ситуации участие Виллара определённо будет большим подспорьем.

Нет ничего зазорного в том, что рыцарь подчищает за проделками своего принца, к тому же, как рыцарь, он наверняка много ест. Идеальный кандидат на роль мусорного ведра.

Конечно, я не позвал Виллара только для того, чтобы он избавил меня от излишков. Я что, с ума сошел, чтобы совершать такую бестактность? Я и так собирался встретиться с ним сегодня, просто так уж получилось, что накопилось столько угощений.

«Мне повезло».

Не знаю, повезло ли самому Виллару.

В любом случае, я предложил Виллару присесть. Разумеется, за стол, заваленный плодами стараний членов клуба. Никто из нас не уйдёт, пока всё это не будет съедено.

Виллар с недоумением посмотрел на гору сладостей, заполнившую его поле зрения. По обстановке было понятно, что это всё приготовлено для того, чтобы съесть, но он вряд ли сталкивался с таким количеством угощений сразу. Что ж, ему придётся смириться, ведь здесь изрядная доля приготовлена вашим принцем.

– Видимо, из-за приближающейся выставки энтузиазм членов клуба просто зашкаливает. Мне было бы жаль есть всё это в одиночку, поэтому я хотел бы предложить и вам.

– Я безмерно благодарен.

Виллар не мог ничего возразить, кроме как кивнуть, когда я сказал это с улыбкой. Ему сложно было отказаться от угощений, приготовленных высокопоставленными лицами.

Оставив кивающего Виллара, я направился к полке. Нужно хотя бы что-нибудь попить, чтобы съесть как можно больше. Эти негодяи из клуба заставили меня есть без капли воды. Чем больше я думаю об этом, тем больше мне кажется, что я подвергся настоящей пытке едой. Интересно, как бы мне им отомстить?

Размышляя о способах мести членам клуба, я машинально протянул руку к банке с печеньем, но внезапно остановился.

«Это моё».

Быстро передумав, я достал не чайные листья, которые дала мне Луиза, а те, что хранились у меня уже давно. Жалко отдавать другим то, что подарили мне.

– Из-за подготовки к выставке в академии сейчас очень шумно. Надеюсь, это не доставляет неудобств гостям из других стран.

Пока заваривался чай, я завёл непринужденную беседу. Для академии выставка – это грандиозный праздник, а для внешнего мира – возможность посетить её. Для вооруженных сил трех стран, постоянно находящихся в академии для охраны высокопоставленных лиц, это мероприятие – повод для повышения бдительности.

– Не стоит беспокоиться. Я и сам вспомнил свои студенческие годы и испытываю некоторое волнение.

– Это хорошо.

С лёгкой улыбкой я взял чайник и сел напротив Виллара. Когда я протянул ему чашку, он с благодарностью принял ее. Я молча наблюдал за ним.

Выставка – это просто тема для разговора, которую я затронул, заваривая чай, но в то же время это и причина моей встречи с Вилларом. Сама по себе выставка студенческих клубов не является проблемой. Проблема в том, что во время выставки академия открывает свои двери для всех.

«Должно быть, он сильно переживает».

Выставка студенческих клубов – это давняя традиция академии. Ни империя, ни академия не настаивали на отмене её проведения, и три страны были осведомлены о выставке заранее. Так что никто не может перекладывать ответственность на других.

Но как бы ты ни готовился к чему-то, столкнуться с этим лицом к лицу – это совсем другое дело. Это как с зимними тренировками: ты знаешь, что они будут, но когда приближается их время, ты отчаянно хочешь от них отказаться. Виллар только что сказал, что вспомнил свои студенческие годы и испытывает некоторое волнение.

Прилагательное можно убрать, и суть не изменится. «Волнение» – это последнее слово Виллара, наполненное его истинными чувствами.

«Конечно, он волнуется».

Академия, переполненная посетителями извне, шумная и суетливая. Виллару придётся из кожи вон лезть, чтобы никто из высокопоставленных лиц его страны не пострадал в этой толкучке. В конце концов, это обычное дело: когда начальство что-то затевает, подчинённым приходится несладко.

– Похоже, в этом году посетителей будет больше, чем обычно.

Когда я спокойно произнёс эти слова, одна бровь Виллара слегка дернулась. Ему, должно быть, интересно, действительно ли я просто сообщаю ему о возможном увеличении числа посетителей, или же это завуалированное заявление империи о намерении наращивать свою мощь, используя выставку как предлог. Конечно, это первое. Нужно избегать действий, которые могут испортить отношения, как во втором случае.

Я узнал об увеличении числа посетителей от студенческого совета. Нежелательно, чтобы аристократы являлись без предупреждения, поэтому академия заранее собирает список гостей, которые планируют посетить выставку. Это что-то вроде предварительной записи.

И когда я посмотрел на список, то увидел, что в этом году посетителей будет гораздо больше, чем в прошлом или позапрошлом. Видимо, это связано с некоторыми необычными событиями, произошедшими в этом году.

– В империи было много разных событий. Теперь, когда всё спокойно, многие хотят увидеть своими глазами тех, кто будет управлять страной в будущем.

– Правда? Даже я, постоянно находясь здесь, каждый раз вижу новых талантливых студентов, так что мне интересно, как удивятся гости извне.

– Ваши слова наполняют меня гордостью.

Выражение лица Виллара смягчилось, когда я упомянул «разные события», о которых аристократы империи предпочли бы не вспоминать. Я затронул эту неприятную тему, чтобы показать, что увеличение числа посетителей – это простое совпадение, а не чей-то злой умысел.

– На самом деле, я хотел бы попросить вас о помощи, сэр Виллар.

– Говорите.

Виллар кивнул с расслабленным выражением лица. Сейчас это выражение станет ещё более расслабленным. Я нечасто проявляю такое внимание, но Виллар – это воплощение всех тягот госслужащего, поэтому я делаю для него исключение.

– Как я уже говорил, в этом году на выставке будет очень многолюдно. Так что, скорее всего, у нашего стенда тоже будет много посетителей.

При этих словах выражение лица Виллара немного напряглось. Его задача – охранять высокопоставленных лиц среди толпы у стенда.

Он уже догадывался об этом, поскольку я упомянул о большом количестве посетителей, но одно дело – догадываться, и совсем другое – услышать в лицо: «Вас, похоже, ждёт адская работенка».

– Поэтому я хотел бы попросить вас… и, если возможно, представителей других стран, оказать нам небольшую помощь.

– Помощь?

– Да, чем больше людей будет работать на стенде, тем лучше. Это возможно?

Это возможно. Нет, даже если это невозможно, они всё равно найдут людей и придут на помощь. Если бы с этим предложением выступил не я, а представители трёх стран, им пришлось бы умолять меня на коленях, склонив головы.

В обычной ситуации вооруженные силы трёх стран должны были бы находиться вблизи стенда, чтобы охранять важных персон. И им пришлось бы вести нелепую борьбу за влияние с другими аристократами и их телохранителями. Одна мысль об этом утомляет.

Но если они примут моё предложение, то смогут находиться на стенде как участники выставки. Им не придется ни с кем бороться, а те, кого нужно охранять, будут прямо перед ними. У них будет законное основание для тщательной охраны, и было бы странно отказаться.

Видите, как загорелись глаза Виллара, которые только что были такими напряжёнными?

– Мы многим обязаны господину инспектору, как же мы можем отказать вам в такой мелочи?

– Ха-ха, спасибо. Я волновался, что мы не справимся на выставке, но теперь я спокоен.

Сделка, выгодная для обеих сторон, была заключена. Вооружённые силы трёх стран получили законное основание для охраны, не опасаясь конфликта с империей, а я – людей, которые будут следить за моими никчёмным членами клуба вместо меня. Если эти ребята будут слоняться за пределами стенда и вступят в конфликт с другими аристократами, мне придётся разбираться с последствиями. Я не могу этого допустить.

Кроме того, проявив такое великодушие, я повышаю вероятность того, что представители трёх стран пойдут мне навстречу в будущем, когда понадобится их помощь. Если я ничего не теряю, то лучше накапливать очки доброты в их глазах.

Успокоившись, Виллар взял одно из угощений со стола и положил в рот. Это было печенье Луизы.

– …Необычный вкус.

Виллар немного помолчал, прежде чем тихо произнести эти слова. Как и ожидалось от рыцаря, его реакция была сдержаннее, чем у избалованных членов клуба. Те не могли скрыть своего недовольства, если им что-то не нравилось.

Но если Виллар скажет что-то подобное, а потом услышит: «Это приготовил Лютис», то это будет настоящий удар под дых. Ему не позавидуешь.

– Да, не правда ли? Мне тоже нравится этот вкус.

Конечно, я не собираюсь говорить, кто что приготовил. Так Виллар попробует всё.

Виллар слегка улыбнулся в ответ на мою улыбку и молча доел печенье. Повторюсь, никто из нас не уйдет, пока всё это не будет съедено.

Производительность моего мусорного ведра меня удовлетворила. Рыцарь хорошо ел, видимо, у него высокий уровень метаболизма. Когда я сказал, что завтра тоже отправлю им угощения, приготовленные членами клуба, Виллар молча опустил глаза и поблагодарил меня. Наверное, он рад, что сможет поделиться вкусными угощениями со своими подчинёнными.

А если нет, то что? Хочешь работать на стенде – ешь, что дают. Мусорное ведро не имеет права привередничать.

– Есть кому это съесть, так что можете готовить сколько угодно.

Поэтому я уверенно сказал это на собрании членов клуба. Теперь, когда я нашёл способ избавиться от излишков, нет причин для колебаний. Если что-то останется, я просто отправлю это представителям трёх стран. Неужели те рты, что там собрались, не смогут справиться с угощениями, приготовленными всего шестью людьми?

– Благодарим вас за заботу, господин инспектор, но не стоит так усердствовать.

Вопреки словам, эти сумасшедшие наготовили столько всего, словно работали на фабрике.

Глаза Виллара, которые я видел через устройство связи, были очень мрачными.

Послесловие автора

Это снова я, автор, который с малой вероятностью опубликовал главу утром. Немногие авторы нарушают свои же обещания в послесловии, подрывая доверие читателей. Мне очень жаль, что я один из таких авторов…

Это стало возможным благодаря тому, что я выпил меньше, чем ожидал. Раньше я бы не смог нормально сидеть за компьютером, но, видимо, я уже закалился.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Причина, по которой рыцари трёх стран не смогли справиться с выпечкой, приготовленной всего шестью людьми, была проста. Они осмелились сначала поесть, а только потом заполнить оставшееся место в желудке сладостями. Слабаки. Нужно было заменить полноценный приём пищи выпечкой, а не с такими жалкими амбициями бросать вызов твердыне кондитерского клуба.

Конечно, это я ненормальный, раз пытаюсь заменить нормальную еду выпечкой, а три страны не бросали вызов кондитерскому клубу, а скорее попали под раздачу. Поэтому я не смог настаивать, когда Виллар мрачно посмотрел на меня и взмолился.

В конце концов, я вернулся к своей роли главного дегустатора. По крайней мере, ртов стало больше, так что это плюс. Да, этого достаточно. Я доволен, доволен.

Хотя мне приходится жевать печенье даже во время регулярных видеоотчётов министру, я доволен.

– Кстати, скоро же ярмарка.

– Вы помните об этом?

– Я, в отличие от кого-то, учился в академии.

– Чёрт.

Мы болтали о том, о сём, как вдруг министр, поглаживая подбородок, заговорил о ярмарке.

Я подумал, почему человек, который даже не собирается приходить на ярмарку, знает о ней, но зря спросил, получил только удар в свою сторону. Когда дело касается академии, я всегда в невыгодном положении. На мгновение забыл об этом.

В подавленном состоянии я взял ещё одно печенье и откусил. Министр, наблюдавший за мной, открыл рот.

– Ты же не любишь печенье?

Чего это он вдруг? Этот парень знает, что я не привередлив в еде, мы же вместе в полевых условиях были. Я кое-как пережевал и проглотил печенье. Зачем начинать разговор, когда я ем?

– Я не то чтобы не люблю. Просто намеренно его не ел.

– А тот, кто 2 года не прикасался к нему…

– Ваше превосходительство.

Министр, услышав мою реакцию, цокнул языком и махнул рукой.

– Ладно, ладно. Не смотри на меня так. Я зря это сказал.

– Нет, это я слишком остро отреагировал.

– Сам же знаешь.

На некоторое время повисла неловкая тишина. Мне было стыдно за свою резкую реакцию, а министру, должно быть, тоже было неприятно поднимать эту тему. На самом деле, мне уже не нужно так остро реагировать, но эмоции не всегда поддаются контролю.

Неловко почесав голову, я решил продолжить разговор о ярмарке. Я не мог пока рассказать о сотрудничестве с рыцарями трёх стран.

Я доложил, что мы решили пригласить часть их сил на наш стенд, и что были приняты меры по усилению охраны важных персон. Чтобы они не шатались снаружи, не навредили важным персонам или не столкнулись с имперской знатью. Министр, похоже, счёл это хорошим решением, в ответ просто кивнул несколько раз.

– Клуб из представителей разных стран, ярмарка, которую даже представить сложно.

– Иностранные студенты были и раньше. Но высокопоставленные лица приехали впервые.

– В моё время иностранцы не могли поступить в академию.

Замечательное «вот в наше время», спасибо, что послушал.

Я рассеянно кивал, пропуская мимо ушей рассказы министра о прошлом. Это было не так важно. Похоже, он сам сказал это без задней мысли.

– Тогда постарайся. На ярмарке будет много народу.

– Да, я понимаю.

– Из администрации тоже придут, так что не удивляйся.

– Что?

С этими словами министр в одностороннем порядке прервал связь. Нет, ну как можно так небрежно сообщать о самом важном в самом конце? У него что, маразм?

«Прошу, пусть он скоро внезапно умрёт».

Это моё давнее желание.

На следующий день, во время клубного собрания, состоялся второй раунд отчётов. К сожалению, мой отчёт был адресован не только министру.

– Мне кажется, что во время ярмарки нам понадобится много рук, поэтому я попросил о помощи. Придут знакомые лица, так что не волнуйтесь.

Формально мы – наставник и ученики, но на самом деле я для них как нянька, убираю за ними, поэтому должен знать обо всём, что происходит. Двойная отчётность – это ужасно.

В общем, я сообщил, что часть рыцарей трёх стран присоединится к стенду клуба, и реакция была разной. Луиза только обрадовалась увеличению рабочей силы, Эрих и Айнтер отреагировали спокойно. Проблема была в остальных трёх.

Они не возражали, потому что Луиза была рада, но выражение их лиц было мрачным. Похоже, им не нравится, что рядом будут их подчинённые, мешая их (односторонним) любовным делам. Или же они просто не хотят видеть посторонних, которые могут помешать им быть рядом с Луизой.

«В любом случае, они чокнутые».

Знают ли эти ребята, как сильно Виллар страдал до того, как согласился на моё предложение? Даже если с рождения рядом с ними как NPC или питомцы были подчинённые, я бы хотел, чтобы они относились к ним с уважением.

– Те, кто любезно согласились выполнить мою просьбу, не должны видеть, как мы ленимся. Все должны выложиться по полной во время ярмарки!

Другими словами, не высовывайтесь из стенда и сидите тихо. Мы собрали силы охраны, а если они выйдут и пострадают, я или Виллар точно сойдём с ума.

– Мы так долго ждали ярмарки, что не можем позволить себе расслабляться. Не беспокойтесь!

К счастью, они поняли, о чём я говорю, и, начиная с Лютис, члены клуба положительно отреагировали. Да, высокопоставленные лица должны понимать такие простые вещи. К счастью, они не показывают своё истинное нутро.

«Чёрт возьми».

Меня бесит, что я должен радоваться даже таким мелочам. За какие грехи я должен терпеть этих начальников даже в академии? По крайней мере, в отделах внутреннего контроля были заместитель и 5-й начальник отдела, которые помогали мне держаться.

С горьким чувством я украдкой посмотрел на Луизу. Наши взгляды встретились, и она сжала кулаки в позе удара. Да, удара…

Я тоже неловко улыбнулся и поднял руку в позе удара. Гнев, застрявший в моём сердце, бесследно исчез.

– Давайте начнём. Руки уже привыкли работать.

Со словами Эриха кондитерская фабрика снова заработала. В такие моменты я рад, что в клубе всего шесть членов. В других клубах обычно больше десяти, и тогда бы нам пришлось выбрасывать лишнюю выпечку в мусор.

«Хорошо пахнет».

К счастью, кажется, их навыки растут. Как и в любой другой области, если их гонять, они становятся лучше. Я немного обрадовался.

Даже после того, как мы отложили выпечку для рыцарей трёх стран, мне осталось съесть больше, чем обычно. Вам нужно улучшать вкус, а не количество выпечки.

Но, к счастью, появился благодетель, который разделит со мной эту ужасную гору выпечки. На этот раз я не приглашал Виллара в качестве мусорного ведра.

– Молодой господин Карл, вы любите десерты?

Маргарита, которая почему-то пришла после окончания клубного собрания, удивлённо распахнула глаза, увидев гору выпечки на столе.

– Не то чтобы. Просто жалко выбрасывать то, что приготовили члены клуба, поэтому я их ем.

Выслушав мой ответ, Маргарита кивнула и осторожно села напротив меня. На самом деле, даже заядлая сладкоежка столько не съест. Неудивительно, что Маргарита была в замешательстве.

– Но что случилось?

– Я пришла спросить, есть ли у вас время, молодой господин Карл.

Я слегка наклонил голову, глядя на улыбающуюся Маргариту.

До сих пор Маргарита приходила ко мне только по утрам. Чтобы закончить дела утром, ведь днём я занят. У меня, конечно, не было особых дел и днём, кроме клубного собрания, но Маргарита всё равно давала мне свободное время. А теперь вдруг?

«Я не против, но…»

Мне было любопытно, почему принцесса, которая всегда держит своё слово, вдруг изменила своё решение.

– Да, я свободен. Что-то случилось?

– Ярмарка уже на носу, поэтому я подумала, что мне может понадобиться ваша помощь и днём, молодой господин Карл. Это не срочно, так что можете отказаться. Молодой господин Карл и так достаточно помогает мне по утрам.

Задумавшись над словами Маргариты, я кивнул. Это не срочно, но она, наверное, хочет закончить дела пораньше. Лучше закончить всё заранее, чтобы было время на непредвиденные обстоятельства. Я её прекрасно понимаю.

– Для меня это несложно. Хорошо.

– Спасибо, молодой господин Карл.

Маргарита ответила всё с той же улыбкой. Я посмотрел на неё, а потом мой взгляд упал на гору выпечки на столе. Её присутствие невозможно игнорировать.

«Хм».

Я посмотрел на выпечку, потом на Маргариту, потом снова на выпечку. Негоже даже не угостить гостью.

– Маргарита, хотите попробовать?

– Там есть то, что готовили вы, молодой господин Карл?

– Нет.

– Жаль.

Я усмехнулся, глядя на хихикающую Маргариту. Моя роль – просто есть. Если к готовке присоединится седьмой человек, начнётся настоящий хаос.

– Тогда дайте мне то, что вам самому больше нравится, молодой господин Карл.

– Хорошо.

Я хотел взять печенье Луизы, но на мгновение засомневался. Мне оно нравится больше всего. Но, судя по реакции других дегустаторов, многим оно не понравилось. Стоит ли давать его Маргарите?

Но я недолго думал. В любом случае, оно мне нравится, и, может быть, Маргарите оно тоже понравится.

– Вот, пожалуйста.

– Спасибо.

В конце концов, печенье Луизы попало в рот Маргариты. Она ела спокойно, элегантно, без каких-либо изменений в выражении лица.

– Неплохо.

Она даже кивнула, оценивая вкус. Да, я знал, что кому-то оно тоже понравится. Обрадованный, я предложил ей ещё несколько штук, и Маргарита, не отказываясь, продолжала есть. Всё с тем же невозмутимым выражением лица.

«Вот это хорошая реакция».

Те, кто добивались любви Луизы, должны были вести себя так же. Не Маргарита, которая резко критиковала Луизу, а те пятеро безнадёжных. Всё-таки этот клуб, где собрались персонажи оригинала, ненормальный. Стоило мне отвлечься от клуба, как я почувствовал себя таким спокойным и умиротворённым.

– Извините, молодой господин Карл, я первая предложила, но, похоже, сегодня не получится.

Я так давно не чувствовал себя настолько комфортно, что, похоже, задержал Маргариту на дольшее время, чем было нужно. Она встала, съев ещё несколько печений. Ох, я что, слишком увлёкся?

– Не стоит извиняться. Похоже, это я вёл себя неподобающе.

Я был слишком рад увидеть нормального человека в логове циклопов.

★★★

Тем же вечером, в комнате Маргариты.

Маргарита лежала на кровати лицом вниз, её тело слегка подёргивалось.

– Хнык, хнык…

Вернувшись из клубной комнаты, Маргарита упала на кровать и, облив подушку слезами, разрыдалась.

Это была жадность. Жажда провести больше времени с Карлом заставила её нарушить собственное слово и под надуманным предлогом вести встречи с ним и днём. Ей было стыдно, но если бы она могла чаще встречаться с Карлом, то была готова смириться с этим стыдом.

К счастью, Карл не выглядел недовольным, он даже предложил ей выпечку, и атмосфера была дружелюбной. Всё должно было быть хорошо.

«Что же делать, ему, наверное, это не понравилось!…»

Вкус был ужасен. Она не могла отказаться, видя, как он с улыбкой предлагает ей ещё, и продолжала есть. Она боялась, что Карл разочаруется, поэтому не могла сказать, что ей невкусно, и отчаянно пыталась скрыть свои настоящие чувства.

Пока она ела, ей приходили в голову разные мысли. Может, он хотел проучить её, глупую принцессу, которая не может сдержать своё слово, жадную принцессу, которая докучает уставшему инспектору? Может, поэтому он предлагал ей это ужасное печенье, чтобы оттолкнуть её?

Её глаза наполнились слезами от плохих мыслей. Поэтому она с трудом поднялась и выбежала из клубной комнаты.

Маргарита уткнулась лицом в подушку, рыдая ещё сильнее от мысли, что из-за своей жадности она всё только испортила.

Но это недоразумение растаяло, как снег весной, когда на следующее утро Карл с улыбкой встретил робко подошедшую к нему Маргариту.

Маргарита Баренти. Принцесса с безграничной уверенностью в себе и столь же безграничной чувствительностью.

Послесловие автора

Вот и последний день отборочного тура. Когда я впервые участвовал в конкурсе, я и представить себе не мог, что получу столько внимания. Я уже много раз благодарил читателей, но эта благодарность никогда не будет лишней, поэтому благодарю вас ещё раз!

С завтрашнего дня начнётся отбор работ для основного тура, и никто не знает, какие работы пройдут. Но каков бы ни был результат, я буду продолжать радовать вас новыми главами каждый день!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Ярмарка вот-вот должна была начаться, и я, инспектор и советник, тоже был занят.

В знак извинения за то, что в прошлый раз потратил время на кормление Маргариты печеньем, я работал с ней и во второй половине дня, а также каждый раз, когда она приходила в кабинет клуба, давал ей немного печенья. Было приятно видеть, как она, хотя сначала и отказывалась, в конце концов с удовольствием его ела.

Маргарите, похоже, тоже понравилось, потому что, когда она ела печенье и выходила со мной по делам, она выглядела счастливой. Нужно будет и дальше заботиться о ней.

— Раз места для стендов клуба распределены, работа студсовета закончена.

Мы с Маргаритой обошли территорию академии, осматривая места, где будут установлены стенды клубов. Это была самая хлопотная работа, так как нужно было учитывать количество членов клуба, его особенности, доступность и предполагаемое количество посетителей. Распределение стендов оказалось сложнее, чем вопрос бюджета.

Особенно впечатлил стенд кондитерского клуба. У него было меньше всего участников, но все они были очень высокого происхождения, а часть их охраны тоже участвовала в качестве рабочей силы. Нужно было найти уединённое место, чтобы они не попали к толпе, но при этом подходящее их статусу. Кроме того, место должно было быть легкодоступным для внешних посетителей.

Учитывая все эти условия, можно было сойти с ума. Но, к счастью, президент студсовета постарался и нашёл для кондитерского клуба хорошее место.

Мне уже не терпится дождаться, когда президент закончит учёбу. Он будет усердно работать на благо империи в качестве государственного служащего. Я с нетерпением этого жду. Новые рабы всегда приветствуются.

После того, как мы проверили последний стенд, официальная работа студсовета была полностью завершена. Студсовету, которому приходится делать это каждый год, тоже было нелегко.

— Ты хорошо потрудилась, Марг.

— Вы тоже хорошо потрудились, молодой господин Карл. Благодаря вам мне было легко и весело.

— Не стоит благодарности.

На самом деле, я только просмотрел документы и сопровождал Маргапиту, когда она ходила по территории. Мне даже неловко слышать слова благодарности.

Тем не менее, я почувствовал облегчение, когда один из проектов был завершён. Теперь, если во время ярмарки не будет никаких инцидентов, всё будет идеально.

До вчерашнего дня я хотел, чтобы она началась поскорее, но теперь, когда она вот-вот начнётся, мне уже стало лень работать. Наступил первый день ярмарки.

— Наш клуб был создан в этом году, поэтому мы не рассчитываем на многое. Наша цель — продать всё и попасть в рейтинг.

— Кажется, вы рассчитываете на слишком многое.

Когда я обратился к членам клуба, собравшимся у стенда кондитерского клуба, Таниан что-то тихо пробормотал. Но ничего не поделаешь. Это действительно минимум.

Всё, что мы сделали, нужно продать. Так мне не придётся это есть. Нужно также попасть в рейтинг на ярмарке. Этот рейтинг составляется на основе продаж клуба и отзывов студентов и внешних посетителей, но на самом деле не имеет значения, попадём мы туда или нет. Но раз уж мы начали, неплохо было бы получить хороший результат.

— Вкус стал лучше благодаря вашим усилиям. Нет никаких недостатков, так что будьте уверены в себе.

Участники клуба, которые, казалось, постоянно совершенствовали свои навыки, в итоге смогли добиться неплохого вкуса. Можно верить объективному свидетельству Виллара о том, что вкус стал лучше.

В общем, я закончил выполнять свою роль советника, подбодрив и поддержав их. Честно говоря, я считаю, что уже выполнил свой долг, просто избавившись от того, что они сделали до сих пор. Где ещё найти такого советника, как я?

— Давайте все постараемся! Мы сделали всё, что могли, так что результат будет хорошим!

После меня, советника, дух подняла Луиза, глава клуба. Для них её слова, наверное, значат куда больше, чем мои.

Я молча наблюдал за этим и тихо отвёл взгляд. Я молчал, потому что боялся, что они расслабятся и выйдут за пределы стенда, но с того момента, как в критерии рейтинга были включены оценки клиентов, кондитерский клуб был обречён на первое место.

Дать плохую оценку клубу, в котором состоят члены королевских семей и кандидат в святые? Такой человек, не адаптированный к классовому обществу, не смог бы выжить. Неважно, попадём мы в рейтинг или нет, но это чудо, что мы попадаем в него, даже если будем просто дышать.

Конечно, клубам, которые действительно усердно готовились, будет обидно, но что поделать. Это тоже часть стремительного взлёта благодаря привлечению талантов.

«В конце концов, они бесполезны, кроме как в таких случаях».

Участники, которые обычно являются обузой, а проявляют активность только во время ярмарки… Я бы не взял их даже бесплатно. Я бы скорее заплатил, чтобы от них избавиться.

Я тихо вздохнул и посмотрел в сторону, где встретился взглядом с Вилларом, который как раз надевал фартук. Королевский рыцарь в фартуке, а не в доспехах… Это что-то новенькое.

Мы с Вилларом, чьи лица потемнели от унижения, обменялись взглядами и, как будто сговорившись, одновременно отвернулись. В глазах Виллара я, наверное, был заведующим инспекционных отделов, который только и делает, что пачкается мукой. Это более редкое зрелище, чем королевский рыцарь в фартуке.

Разделив печаль менеджера среднего звена с Вилларом, я почувствовал, как издалека доносится шум толпы.

«Началось».

Сама академия открыта только во время ярмарки, но в город, который образовался вокруг неё, можно приехать и до начала ярмарки. Люди, которые заранее забронировали жильё и остановились, хлынули в академию, как только открылись ворота. Похоже, ярмарка пользуется большим авторитетом, чем я думал.

— Все готовы?

— Уже всё готово. Лучше бы беспокоиться о том, сколько людей придёт.

— Мы находимся в довольно уединённом месте. Посетителям потребуется время, чтобы добраться сюда.

Участники собрались и обсуждали время открытия стенда. Академия большая, клубов много, а стенд кондитерского клуба находится в довольно уединённом месте, поэтому они, похоже, думают, что у них ещё есть время до прихода посетителей. Но это если они будут осматривать другие места.

Я молча смотрел вперёд, и вскоре увидел толпу. Да, я так и думал.

Стенд открылся раньше, чем ожидали участники. С такой скоростью можно добраться только если идти от главных ворот прямо к стенду кондитерского клуба.

Участники, похоже, немного растерялись от этой неожиданной скорости, но быстро взяли себя в руки и стали обслуживать посетителей. На самом деле, это и обслуживанием назвать нельзя. Нужно просто показать образцы для дегустации и передать товар тем, кто захочет купить. Так как из-за их статуса не будет скандальных покупателей, это довольно лёгкая раздача.

И куда бы ни направлялись покупатели, конечная точка была одна.

— О, вот и вы. Как поживаете?

— Хорошо, спасибо. Мне было жаль, что я не мог увидеться с вами из-за обстоятельств, но я рад видеть вас здесь.

Я с улыбкой ответил на приветствие дворянина. Конечная точка — это я. Я выступаю в роли тотема и конечной точки, которая привлекает этих посетителей.

— Мы виделись на новогоднем празднике в прошлом году, так что прошёл уже год?

— Вы помните? Ха-ха, для меня это большая честь.

Быстро вспоминать, кто это и когда мы встречались, — это тоже непростая задача. Но ради построения хороших отношений приходится на это идти.

Смотрите, я просто дал понять, что помню вас, и он уже рад. Общение в обществе начинается с запоминания лиц и имён.

«Сколько их здесь?»

Я пожал руку собеседнику и незаметно огляделся. Я увидел много дворян, которые пользовались услугами стенда. И сзади подходили ещё. Не знаю, кто дал им координаты, но он хорошо постарался.

Причина произошедшей ситуации проста. В высшем обществе империи меня считают чем-то вроде легендарного покемона. Типа Энтея или Райко, которых очень редко можно увидеть. Я почти не появляюсь на светских мероприятиях, кроме новогоднего праздника.

Даже на те светские мероприятия, на которых я бываю, я хожу вместе с главой семьи, чтобы познакомиться с графами империи. Кстати, легендарный покемон — это ещё и глава разведывательного управления, который не может уйти с работы. Он — Хо-ох. Не зря я успокаиваюсь, просто глядя на него.

— Давно не виделись. Как поживаете?

— Ха-ха, хорошо, спасибо.

Пока я думал о главе разведывательного управления, который не может выбраться из башни колоколов, передо мной сменился собеседник. На этот раз это был кто-то более важный.

— Я слышал, что ваш сын готовится стать госслужащим. Скоро будут хорошие новости. Умение использовать власть для смазки колёс — это тоже необходимое качество для общения в обществе.

Первый наплыв закончился.

— Вы все хорошо потрудились. Теперь, когда стало немного спокойнее, отдохните.

Я обратился к участникам, которые начали рассаживаться. Мне кажется, что больше всего устали не они, а мои голова и руки, но всё равно они потрудились. Хотя эти ребята, похоже, не понимают этого и смотрят на меня странными глазами.

Я знаю, что вёл себя так, будто проводил предвыборную кампанию, пока другие честно торговали. Но не смотрите на меня так. Это что, я позвал их сюда? Они пришли сами.

— Братик, ты тоже хорошо потрудился!

Луиза, которая раздавала воду прибывшим на подмогу представителям трёх стран и участникам клуба, протянула мне стакан воды.

— Пей сначала сама. Ты же ещё не пила.

Я слегка подтолкнул стакан, протянутый ко мне, в сторону Луизы. Почему она заботится о других, а не о себе? Ей нужно пить больше, чем здоровым мужчинам.

Но она не стала пить и снова протянула мне стакан, и тогда я молча повернул руку, и только тогда она, немного поколебавшись, выпила сама. Вот так, молодец.

— А вот девушка, которая по-настоящему наслаждается ярмаркой.

— Завидую. Если будет время, я тоже так погуляю.

В этот момент я услышал голоса Лютиса и Эриха. Я посмотрел в их сторону и увидел, как Лютис смотрит вперёд и хихикает. Что такое?

Я посмотрел туда, куда смотрела Лютис, и невольно нахмурился. Женщина с белыми волосами и красными глазами шла, держа в руках кучу еды. Она грызла куриный шашлычок и шла бодрым шагом.

В её поведении не было ничего раздражающего. Ярмарка — это своего рода праздник, поэтому могут встречаться посетители, которые наслаждаются едой. Это естественно. Проблема в том, что личность этой женщины меня очень раздражает.

«Этот первый отдел…»

Что ты здесь делаешь?

Послесловие автора

Когда на объявлении о конкурсе, которое я смотрел почти месяц, появилась надпись «Отборочный тур завершён», я стал странно себя чувствовать. Мне интересно, какие работы будут отобраны во время оценки и кто выйдет в финал.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Белоснежные волосы, чистые как слеза, развевались на ветру, а рубиновые глаза ярко блестели. Постоянная улыбка на лице тоже была своеобразной особенностью. Если спросить любого прохожего, то девяносто девять из ста скажут, что этот человек красивый.

И последним, кто не входит в эти девяносто девять, буду я. Я знаю правду, скрытую за этой оболочкой, поэтому никогда не смогу дать ей хорошую оценку.

«Что эта гнида здесь делает?»

Если бы я был на грани смерти от язвы и решил написать завещание, то обязательно упомянул бы в нём это существо – одного из троицы начальников отделов, которые своими невинными выходками доводили меня до белого каления. Здесь появился начальник 1-го отдела управления надзора, которого быть не должно.

Когда я посмотрел на неё с таким видом, будто готов был съесть живьём, начальник 1-го отдела, почувствовав мой взгляд, повернулась ко мне. Когда наши глаза встретились, она ухмыльнулась, и это ужасно раздражало.

– Заведующий отдееелами!

Она поспешно переложила еду, которую держала в руках, и подняла одну руку, энергично ею махая. При виде её сияющей улыбки я невольно вздохнул. Не кричи так громко, на нас смотрят люди, это стыдно.

– Я ненадолго отойду.

Оставив позади взгляды подчинённых, я подошёл к начальнику 1-го отдела. Я не хотел, чтобы она шла в стенд и говорила что-то при моих подчиненных, потому что не мог предугадать, что она сможет выкинуть. Самое страшное в мире создание – это непредсказуемый тролль.

– Давно не виделись, заведующий отделами! Как поживаете?

– До этого момента всё было хорошо.

Теперь, когда я тебя вижу, сомневаюсь, что всё будет хорошо.

– Хе-хе, это хорошо.

Начальник 1-го отдела продолжала глупо улыбаться, не обращая внимания на мои слова. Я терпел только потому, что боялся, что если ударю её слишком сильно, она больше не встанет. Но иногда мне очень хотелось врезать ей. Но я должен терпеть. Если начальник 1-го отдела исчезнет, будет трудно найти ей замену.

Прежде всего, мне нужно выяснить, почему она здесь. Не думаю, что она осмелился прийти сюда просто так, чтобы поболтать с заведующим отделами.

– Кстати, что ты здесь делаешь?

– А? Разве министр вам не говорил?

Начальник 1-го отдела наклонил голову в замешательстве, услышав мой вопрос. Министр? Что этот человек мог мне сказать?

«Ах.»

– Из администрации тоже придут несколько человек, так что не удивляйтесь.

Недавно во время видеоконференции министр действительно говорил что-то подобное. Чёрт, он имел в виду, что придёт эта девушка? Я думал, что он имел в виду, что несколько человек из администрации придут по светским делам, чтобы увидеть меня.

От неожиданности моё лицо исказилось, но начальник 1-го отдела, не обращая внимания, продолжила:

– Министр сказал, что у меня здесь будет работа.

– У тебя будет работа?

Немного подумав над словами начальника 1-го отдела, я примерно понял, о чём идет речь. Если у начальника 1-го отдела есть работа, то я могу догадаться, какая именно.

– Он сказал, что скоро появится труп, и что из отдела специальных операций тоже придут люди, так что мне нужно просто ждать. Но что значит, что появится труп? Он говорит о нежити?

– Я скажу тебе, когда придёт время, так что не лезь не в свое дело.

– Хнык...

Какая нежить? Уже сколько лет прошло с тех пор, как культ Рассвета пришёл к власти и нежить исчезла с континента. Я посмотрел на начальника 1-го отдела, которая надула губы, и собрался с мыслями.

«Это идеальное время, чтобы разнести академию.»

Одна из подозрительных организаций, «Возрождение Афела», «Третья Слава», благодаря эмоциям начальника разведки, получила кодовое название «Труп».

То, что скоро появится труп, означает, что «Третья Слава» планирует нападение, пользуясь суматохой во время ярмарки, а я, как и говорил начальник разведки, должен ждать подкрепления из отдела специальных операций. Я надеялся, что это не так, но они действительно выбрали время ярмарки.

«Какие же они глупые.»

Очевидная цель, очевидное время. Это настолько очевидно, что даже возникают сомнения, не является ли это ложной операцией. Хотя, если бы они были умнее, то не пытались бы восстановить страну, которая была разрушена 300 лет назад.

Пока я думал об этом, сбоку послышался голос начальника 1-го отдела:

– Кстати, заведующий отделами. Это стенд с выпечкой, верно?

– Да. А что?

– Что вкуснее, хлеб или печенье?

При этих словах мой взгляд невольно упал на еду, которую она держала в руках. Там было достаточно еды, чтобы наесться, даже слишком много, а она хочет купить ещё? Заметив мой взгляд, начальник 1-го отдела выпятила грудь и гордо заявила:

– Для десерта есть отдельный желудок!

Не могу сказать, что я её понимаю, но если она так говорит, то пусть будет так. В любом случае, что вкуснее, хлеб или печенье?

– Хлеб неплох.

– Тогда я куплю печенье.

Начальник 1-го отдела, не колеблясь, выбрала другой вариант, и я молча посмотрел на неё. Она хихикнула и показала мне язык.

– Я знаю, что у вас странный вкус, заведующий отделами, так что печенье будет лучше, чем хлеб.

Сказав это, она побежала к стенду. Этот наглый начальник отдела дошла до того, что использует заведующего отделами, потому что провела с ним много времени. Подчинённый пытается забраться на голову начальнику, это конец света.

«Посмотрим, что из этого выйдет.»

Поэтому я специально сказал, что хлеб вкуснее печенья. Малыш, тебе ещё расти и расти. Я неторопливо подошёл к стенду и увидел начальника 1-го отдела, жующую печенье с несчастным видом.

Всё-таки начальник 1-го отдела красивее, когда плачет, чем когда смеется. На душе стало так спокойно.

Игнорируя начальника 1-го отдела, которая смотрела на меня с предательством в глазах, я зашёл в стенд и вышел с фартуком.

– Ты же ничем не занята?

Начальник 1-го отдела закатила глаза и неуверенно сказала:

– Я хотела встретиться с младшими из клуба...

– Значит ты свободна.

Я надел фартук на шею начальника 1-го отдела, которая не могла использовать руки, потому что держала еду. Она пыталась сопротивляться, вертя головой, но это было бесполезно.

Я сомневался, стоит ли оставлять её в стенде, не зная, что она может разболтать, но если она приехала не просто так, а должна остаться в академии, то стоит держать её рядом и следить за ней. Лучше уж мне немного помучиться, чем позволять ей бродить по академии без моего присмотра.

– Луиза, если тебе понадобится помощь, попроси её.

– А, да, брат.

Луиза неловко посмотрела на начальника 1-го отдела, которая выглядела так, будто её поймали работорговцы и продали, а затем перевела взгляд на меня.

– Брат, а кто это?

– Моя подчинённая, можешь обращаться к ней неформально.

– Это уже слишком...

«Закрой свой рот.»

Когда я слегка сжал плечо начальника 1-го отдела, которая начала ворчать, она начала извиваться и упала на землю.

Айнтер спокойно наблюдал за тем, как Карл препирался с женщиной, которую назвал своей подчинённой.

– Учитель по пыткам, ты неожиданно неформально общаешься со своими подчинёнными.

– Да, это действительно неожиданно.

Айнтер коротко ответил на шутливый голос Лютиса и снова замолчал.

Лютис тоже сидел на корточках, глядя на хныкающую женщину, поэтому не обращал особого внимания на Айнтера. Если бы кто-то не знал, что именно происходит, то подумал бы, что это просто ворчит капризная девушка.

«Начальник 1-го отдела?»

Карл не назвал её имени, но единственная девушка с белыми волосами в его отделе – это начальник 1-го отдела. Убедившись, что это начальник 1-го отдела, Айнтер слегка нахмурился.

Отделы в надзорном управлении выполняли общие задачи, но у каждого отдела была своя специализация. 1-й отдел специализировался на допросах, а если говорить правду, то на пытках.

Ходили слухи, что попасть в 1-й отдел хуже смерти, что это фабрика по производству живых мертвецов, откуда невозможно выйти живым. Даже ходила шутка, что главная причина увольнения сотрудников 1-го отдела – это психологическая травма от постоянного наблюдения за пытками.

Нельзя сказать наверняка, насколько эта шутка соответствует действительности, но одно можно сказать точно: что бы вы себе ни представляли, 1-й отдел будет ещё хуже.

«Какой сильный контраст.»

И вот перед ним предстала девушка, которая возглавляет этот 1-й отдел. Он знал, что средний возраст сотрудников надзорного управления довольно небольшой, но не ожидал, что она будет такой легкомысленной в неформальной обстановке.

Ведьма, купающаяся в крови, или девушка, которой нравится пытать людей и слушать их крики. Таковы были слухи о начальнике 1-го отдела надзорного управления, Эржебет Масало.

Конечно, нужно было относиться к этим слухам с осторожностью, ведь о сотрудниках надзорного управления ходили самые разные странные слухи, поскольку это были очень закрытые отделы, с которыми мало кто сталкивался в обычной жизни.

– Начальник отдела! Это я купила!

– Спасибо. Неплохо иметь такого хорошего начальника отдела.

– Аааа! Не ешьте это!

– Луиза, хочешь?

– Ааааааа!

Как бы там ни было, он никак не ожидал увидеть её такой. Даже если отбросить все слухи, 1-й отдел специализировался на пытках. Десятки лет назад он даже назывался главным отделом и превосходил другие отделы.

«Может, что-то изменилось?»

Новости о надзорном управлении доходили до него с опозданием. Это были очень закрытые отделы. Честно говоря, даже если бы они перестали заниматься пытками и переключились на другие задачи, он бы не узнал об этом, если бы они сами не сказали. Особенно это касалось его, не имеющего реальной власти принца.

Пока Айнтер думал об этом, его взгляд случайно встретился с взглядом начальника 1-го отдела.

«...Нет, не изменилось.»

Ничего не изменилось.

Когда их взгляды встретились, красивые рубиновые глаза девушки превратились в кроваво-красные. Начальник 1-го отдела быстро оглядела Айнтера, словно оценивая его, и отвела взгляд, как ни в чем не бывало. Айнтер едва сдержал смешок. Ему стало смешно от того, что он подумал, будто надзорное управление изменилось. Взгляд начальника 1-го отдела был ужасен и очень знаком ему.

«Взгляд, которым оценивают, как с тобой поступить.»

Таким взглядом на него смотрел наследный принц, победивший в борьбе за престол, 2-й принц в зените своего могущества, а также Карл два года назад.

Возможно, приезд начальника 1-го отдела в академию как-то связан с ним. Придя к такому выводу, Айнтер почувствовал, как кровь стынет в жилах.

– Заведующий отделами, заведующий отделами.

– Что?

Начальник 1-го отдела, которая почти плакала, вдруг прошептала мне на ухо:

– Вы собираетесь избавиться от 3-го принца?

Услышав это, я быстро схватил её за ухо.

– Ай, больно!

– Ни в коем случае, так что не смей создавать такое впечатление.

Меня бросает в дрожь от того, что начальник 1-го отдела говорит такие вещи. Два года назад она тоже говорила: «Когда вы собираетесь избавиться от 2-го принца?», намекая на то, что хочет добраться до него.

Сначала я не обращал на это внимания, но она стала говорить об этом все чаще и чаще, и я испугался. Как же мне пришлось потрудиться, чтобы организовать убийство 2-го принца (в любом случае, свидетелей не было), прежде чем разразится грандиозный скандал с пытками принца!

– У тебя есть другие задачи, так что сиди тихо.

– Дааа...

Я отпустил её ухо, и она стала его потирать. Если бы не знал её, то мог бы подумать, что она нормальная девушка.

Мне придётся провести время ярмарки с ней? В академии, где полно людей и нет ни одного укромного уголка?

«Я сойду с ума.»

Если уж начальник отдела должен был приехать, то лучше бы это был начальник 5-го отдела, но, к сожалению, лучше всех умеет пытать начальник 1-го отдела.

Как же я скучаю по начальнику 5-го отдела...

Послесловие автора

Сегодня радостный день – я впервые опубликовал главу ровно в полночь. Надеюсь, что в будущем я смогу продолжать публиковать главы в полночь.

Также была проведена вторая редактура, касающаяся точки зрения. Подробности можно найти в объявлении!

Кстати, этот автор... зря вчера упомянул про покемонов и из-за этого получил серьёзную психологическую травму. Шок, поколение, игравшее в Pokemon Gold, уже не считается молодым.

Я даже не знал, что есть ремейк под названием Gold, поэтому нужно говорить не Gold, а Pokemon Gold. Когда они успели сделалать ремейк?

Больше всего меня шокировало то, что некоторые начали играть в покемонов с 4-го поколения. Я как раз в последний раз играл в 4-е поколение. Я же не такой старый, почему...?

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Брат Карл сказал, что я могу обращаться к его подчинённой неформально, но как я могу так поступать с незнакомым человеком? Более того, в отличие от иностранцев, которые пришли помочь по просьбе брата Карла, похоже, эту девушку просто схватили по дороге, что ещё больше смущало меня.

Поэтому я тихонько шепнула «подчинённой», то есть сестре, чтобы она спокойно отдохнула. Она, тронутая, закивала головой и достала из пакета, который держала в руках, шашлык, чтобы брат не забрал его. Её сияющий взгляд был немного обременительным.

— Хочешь съесть?

— Нет, спасибо. Я уже немного поела, пока готовила.

— Правда? А он вкусный.

— Тогда я его съем.

Внезапно появившийся позади неё брат Карл забрал не шашлык, который сестра держала в руке, а весь пакет. Честно говоря, было немного жаль смотреть на сестру, которая с растерянным выражением лица провожала взглядом пакет, уплывающий из её объятий.

— Я тебя на работу привёл, а ты чем занимаешься?

— Заведующий, я считаю, что давать указания, не связанные с работой, — это очень плохо.

— Не нравится — надо было раньше меня получить повышение.

— Хнык…

Брат не обратил внимания на подавленный вид сестры и, наоборот, схватил её за голову и начал давить. Сестра вся сжалась и задрожала, её лицо исказилось от боли.

— Ай, ай, больнооо…

— Луиза, не жалей её и давай ей задания. Если оставить её в покое, она будет везде совать свой нос.

— Хорошо, брат.

Я натянуто улыбнулась и ответила брату. Сестра, услышав мой ответ, посмотрела на меня с таким жалостливым видом, словно её предал тот, кому она доверяла. Моё сердце немного заболело.

«Мы же сегодня впервые встретились…»

Остаётся загадкой, когда между нами возникло такое доверие.

— Если тебе трудно ею командовать, я сам её использую. Ничего?

— Да, конечно. Это же человек, которого вы сами и привели.

Я смотрела вслед брату, который тащил сестру в угол. Брат, который не переставал ворчать, и сестра, поникшая плечами.

«Они кажется близки».

Между ними чувствовалась глубокая близость. Брат хмурился и ворчал, но в этом чувствовалась непринуждённости. Такой его непринуждённости я не замечала в клубе. Сестра тоже, несмотря на плаксивое лицо, казалась игривой и дружелюбной.

Я никогда не видела брата таким. В клубе он был добрым и заботливым, но всё же в нём чувствовалась некая сдержанность. Но сейчас он, кажется, снял с себя эти границы и показывает себя настоящего.

Это его истинный облик. Облик, который он мне не показывает.

«Впервые вижу».

Я слегка прикусила губу. Мысль о том, что я по-настоящему не знаю человека, которому я так благодарна, человека, которому я обязана, вызвала у меня чувство тяжести в груди.

То же самое было и при недавней встрече с принцессой. Брат дистанцировался от принцессы, но принцесса, похоже, действительно любила его. До работы в академии брат был высокопоставленным человеком, в отличие от меня, так что, наверное, он сблизился и с принцессой.

Мысль о том, что есть ещё стороны брата, которые я не знаю, вызывала во мне всё большее беспокойство. Брат — замечательный человек, ценный наставник клуба, мой…

«Ах».

Я покачала головой, отгоняя странные мысли. О чём я таком думаю? Конечно, у брата есть близкие люди. Он не обязан рассказывать мне всё.

Чтобы отплатить за доброту брата, чтобы он мог положиться на меня, я на мгновение подумала о чём-то странном.

«Это действительно… странно».

Почему-то чувство тяжести превращалось в ноющую боль. Я постаралась отвести взгляд от брата.

★★★

Даже по моим меркам я сегодня слишком сильно придираюсь к 1-му начальнику отдела, но поддержание дисциплины между вышестоящим и подчинённым — это обязанность заведующего отделами. Если учесть, как расслабились начальники отделов, пока я отсутствовал, этого даже мало.

В любом случае, эта девушка пропускает мимо ушей половину того, что я говорю. Так что, чтобы вбить ему в голову 100, нужно вложить 200.

— Эм, заведующий отделами.

— Чего опять?

Я нахмурился, отвечая на слова 1-го начальника отдела. Теперь я нервничаю, даже когда она просто зовёт меня. Недавно она говорила о 3-м принце, а что теперь?

— Кто это? Я её не помню.

Следуя взгляду 1-го начальника отдела, я обернулся и увидел Луизу, которая резала хлеб для Виллара.

— Это глава клуба.

— Я знаю. Но она слишком обычная по сравнению с другими членами клуба.

Недоумение 1-го начальника отдела, которая постоянно качала головой, было вполне объяснимым. Даже самый слабый член клуба, Эрих, — второй сын графского рода империи. Как сотрудник отдела надзора, она обязана знать хотя бы основные данные о людях.

С другой стороны, глава клуба, Луиза, — всего лишь дочь заурядного баронского рода. Даже отделу надзора трудно будет отслеживать всех дочерей баронов. Я бы сам не знал о существовании баронского рода Найад, если бы не сюжет оригинала.

— Да, она обычная. Ничего интересного, так что не обращай внимания.

— Я же не 2-й начальник отдела, зачем мне это делать?

По-моему, ты ничем не лучше этой гниды.

Но, несмотря на мой пристальный взгляд, 1-й начальник отдела продолжала поглядывать на Луизу и вздыхать.

— Вау, она правда красивая. Никогда не видела таких розовых волос.

— Да, это необычный цвет.

— …

Я молча закрыл глаза. Вот что приходит в голову этой девушке, когда она видит чужие волосы. Преодолев сложные эмоции, я снова открыл глаза и увидел, что 1-й начальник отдела все ещё смотрела на Луизу.

— Иди сюда.

Я вылил на неё не 200, а целых 400 нотаций.

Пока я занимался воспитанием 1-го начальника отдела, начался второй наплыв посетителей. Второй наплыв не сильно отличался от первого. Как и раньше, толпа гостей хлынула на ярмарку.

Единственное отличие заключалось в том, что 1-й начальник отдела стояла рядом со мной, как тотем.

— Рад видеть здесь вас.

— Ха-ха, я тоже не ожидал снова встретиться с вами в академии.

Взгляд дворянина, который пожал мне руку, упал на 1-го начальника отдела, стоявшей рядом. 1-й начальник отдела улыбалась, но молчала. Я строго-настрого приказал ей не произносить ни слова и просто стоять рядом, и она, по крайней мере, слушалась.

Я поставил 1-го начальника отдела рядом с собой в качестве предупреждения. Причина, по которой заведующий отделами надзора находится в академии, уже широко известна, так что в этом нет ничего странного. Но 1-й начальник отдела в день открытых дверей академии вместе с заведующим отделами надзора? Это явно неспроста.

Никто в высшем обществе не поверит, что присутствие заведующего отделами надзора и 1-го начальника отдела — простое совпадение. Для дворян это знак того, что что-то произойдет, и одновременно предупреждение.

«Наверное, они сами постараются быть осторожнее».

Если, и только если, третья Слава все же пробьётся в академию, дворяне, которые уже догадались о возможных событиях, усилят охрану. Это значительно уменьшит количество внимания, которое придётся уделять дворянам.

Официально объявить о том, что третья Слава приближается к академии, проблематично. Если информация просочится, третья Слава может скрыться, в академии начнётся хаос, а вдобавок ко всему, три страны могут устроить скандал. Поэтому приходится делать такие завуалированные предупреждения.

Хорошо, что 1-й начальник отдела на самом деле выпускница академии, так что есть оправдание её присутствию: она пришла не по работе, а чтобы насладиться ярмаркой. В конце концов, официально она здесь для участия в празднике, так что бояться нечего.

И это оправдание сработало на Виллара и представителей трёх стран. Я специально это не планировал, но вид 1-го начальника отдела, которая шла с кучей еды, как беззаботный ребенок, сыграл решающую роль. Он создал впечатление, что она действительно просто пришла развлечься.

«Спасибо, Виллар».

Хорошо, что ты прямолинейный рыцарь, который не склонен к сложным умозаключениям. Мне немного жаль тебя обманывать, но ничего не поделаешь. Для госслужащего естественно ставить интересы своей страны выше личных отношений.

Пока я размышлял, передо мной появился новый собеседник. Ушедший дворянин наверняка расскажет другим о прибытии 1-го начальника отдела, и эта новость быстро распространится среди дворян. У дворян самые тяжёлые на подъем, но в то же время самые лёгкие языки. В таких случаях обычно срабатывает второе.

— Ах, давно не виделись. С нашей последней встречи в парламенте.

Этот господин тоже наверняка всё расскажет, когда вернется.

Рукопожатие с улыбкой, многозначительный взгляд на 1-го начальника отдела. Проводив дворян, все из которых реагировали одинаково, я остался наедине с последним человеком.

«Кто это?»

Но это оказался совершенно незнакомый мне человек. Я не помню ни его лица, ни имени. Если бы мы не были знакомы, это не было бы проблемой, но если мы хотя бы раз обменялись приветствиями, ситуация оказалась бы очень неловкой.

Не зная о моих мыслях, он с улыбкой поздоровался первым.

— Заведующий отделами, как поживаете? Давно не виделись, с нашей последней встречи в кафе.

А, это ты.

При слове «кафе» я сразу всё вспомнил и успокоился.

— И правда, давно не виделись. Это было кафе в южной части столицы, верно? Мне там очень понравилось.

— Ха-ха, там неплохие пирожные.

— Хотелось бы зайти туда ещё раз, но, к сожалению, у меня нет времени.

— Я подстроюсь под ваше свободное время, заведующий отделами. Скажите, когда вам будет удобно.

После этого мы пожали друг другу руки и попрощались. Я смотрел вслед уходящему молодому человеку, а затем опустил взгляд на свою руку, с которой он только что поздоровался. На моей ладони лежал маленький клочок бумаги. На нём было написано несколько слов мелким почерком.

[Через час, 2-й этаж главного здания.]

Кафе, южная часть столицы, пирожные, нет времени, подстроиться под время. Это был своего рода шифр, который периодически менялся. Шифр, который использовала разведка при встрече с кем-либо.

«Долго они ещё будут этим заниматься?»

Иногда их приверженность традициям, несмотря на смену эпох, вызывает жалость. Им самим, наверное, неудобно так делать, но разведка — очень консервативная организация.

Более того, в разведке до сих пор много живых старейшин, так что даже начальник разведки не может просто так изменить традиции. Даже самые неудобные.

«Бедняга».

В любом случае, больше всех страдает начальник разведки. С сочувствием к начальнику разведки я засунул бумажку в рот и проглотил.

Конечно, контактным лицам разведки тоже приходится несладко. Если бы начальник разведки смог избавиться от этих вредных привычек, мне бы тоже не пришлось заниматься такими вещами.

«Какая же гадость на вкус».

Хоть бы бумагу получше использовали.

Послесловие автора

Вот и наступил последний день апреля. Кажется, что новый год начался совсем недавно, а уже скоро наступит май. Время летит очень быстро.

Этот апрель был для меня незабываемым. Я был очень занят, работая для конкурса, и время пролетело быстрее, чем когда-либо.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Проглотил бумагу, терпя отвратительный вкус. Я почувствовал на себе пристальный взгляд 1-го начальника, которая хлопала глазами.

— Что, хочешь что-то сказать?

— Это была разведка?

Необычайно для своего жизнерадостного характера она нахмурилась, задавая вопрос. Ах да, у неё тоже был опыт общения с разведкой.

Жертвы этой странной традиции повсюду разбросаны. Отдел внутреннего контроля не является исключением, поэтому, когда начальникам нужно связаться с разведкой, они изо всех сил пытаются сделать это в их штаб-квартире, но если обстоятельства не позволяют, агенты разведки сами приходят к ним.

Если агент приходит до того, как ты успеешь добраться до штаб-квартиры разведки, ну, приходится глотать бумагу и избавляться от улик, как я только что сделал.

— Да.

— Ух, почему они до сих пор так делают? Могли бы просто использовать коммуникатор.

— Не спрашивай их об этом напрямую. Они это ненавидят ещё больше, чем мы.

Однажды я, не выдержав, спросил их об этом, но они молча посмотрели на меня с такой печалью в глазах, что я просто развернулся и ушёл. Только бессердечный человек смог бы продолжать спорить после того, как увидели такой взгляд.

— У нас нет такой традиции, не понимаю, почему разведка до сих пор это делает.

— У нас все, кто помнил традиции, исчезли.

На её ворчание у меня вырвался смешок. Министерство финансов, включая отделы внутреннего контроля, два года назад было полностью перестроено, и большинство традиций исчезло. Говорят, что было много плохих обычаев, но раз никто их не помнит, то и ладно.

По-видимому, мои слова напомнили 1-му начальнику о тех временах, потому что она задрожала. Я её понимаю, меня тоже пробирает дрожь при мысли о том периоде. Сколько раз перед глазами мелькала верёвка... В самые тяжёлые времена я даже носил с собой фляжку с ядом. К счастью, использовать её не пришлось.

— Вам нужно идти одному, господин заведующий?

— Хочешь пойти со мной?

1-й начальник энергично замотала головой, показывая, что ей не хочется встречаться с людьми из разведки. Если бы она относилась ко мне с таким же трепетом, как к разведке, это было бы прекрасно. Хотя бы наполовину так же...

— Говорят, они только перед вами вежливые, а с нами очень строги.

— В таких случаях и заметна разница в харизме, не думаешь?

— Вау…

Её вид, когда она демонстративно отводила взгляд, был довольно раздражающим.

Поскольку человек из разведки был последним посетителем, у меня было достаточно времени, чтобы добраться до главного здания. Скорее всего, он пришёл именно в это время, рассчитывая на такое. Не стоит появляться там раньше времени и привлекать внимание своим долгим пребыванием в главном здании, лучше прийти вовремя.

— Я ненадолго отойду.

Если я выйду сейчас, то как раз успею к назначенному времени.

— Ой? Братик, что-то случилось?

Луиза, замешивавшая новое тесто, подбежала ко мне. На мгновение я подумал о том, чтобы продать ей ректора или его заместителя, но решил не связываться с ними. Если раскроется, что я продал их без причины, возникнут проблемы.

— Просто хочу проветриться. Устал от постоянных приветствий.

— Кажется, многие действительно пришли повидаться с вами.

Луиза с улыбкой кивнула на мои слова. Даже тебе кажется, что их много, да? Так много тренеров хотят заполучить легендарного покемона.

— Скоро вернусь. Не волнуйся.

— Можете не спешить.

— Все так усердно работают, не могу же я один тут отдыхать. Ах да, пригляди за ней.

— Господин заведующий, вы случайно не слышали о трудовом кодексе?

— Ахаха…

Я посмотрел на ворчащую 1-го начальника и неловко смеющуюся Луизу, а затем подошёл к Виллару. Было бы невежливо и неловко, если бы я позвал его, а потом ушёл, не сказав ни слова.

— Если что-то случится, пока меня не будет, сразу же свяжитесь со мной. Я вернусь как можно скорее.

— Хорошо. Мы сосредоточимся на решении проблем, пока вы не вернётесь.

— Благодарю вас.

Кивнув на ответ Виллара, я развернулся. На этом достаточно, пора идти в главное здание.

★★★

Виллар проводил взглядом удаляющегося инспектора, а затем отвёл глаза.

«Что-то обязательно произойдёт».

Появление женщины, которая, по словам инспектора, является его подчинённой, затем неоднозначная реакция имперской знати и, наконец, внезапный уход инспектора. Все эти обстоятельства указывают на то, что скоро произойдёт что-то серьезное.

Инспектор сказал, что его подчиненная — выпускница академии и пришла на выставку, чтобы повеселиться, но, конечно, этому нельзя верить. Высокопоставленный госслужащий, который может свободно общаться с заведующим отделами внутреннего контроля, просто пришёл в академию, чтобы развлечься? Бред какой-то.

«Это означает то, что нам не стоит вмешиваться».

В любом случае, она якобы случайно оказалась в академии, это значит, что империя не хочет, чтобы три страны вмешивались. Если выражаться более прямолинейно и грубо, это значит: «Заткнитесь и не лезьте в дела империи». Что поделать, если империя себя так ведёт, мы ничего не можем сделать.

Инспектор, должно быть, знает, что три страны не поверят ему на слово. Он также знает, что мы ничего не сможем сделать, даже если не доверяем ему. Это был просто разговор, в котором каждая сторона создавала себе алиби.

Виллар, размышлявший над словами инспектора, перевёл взгляд на белокурую женщину. Он всю свою жизнь был рыцарем, и его способности и опыт были признаны, когда он вступил в ряды королевских рыцарей. Благодаря этому он обладал небольшим талантом оценивать способности и характер других людей.

«Ужасно».

И интуиция Виллара подсказывала ему, что эта женщина, которую инспектор назвал своей подчинённой, опасна. Казалось, что от неё исходит жуткий запах крови. Даже её красные глаза были похожи на лужи, наполненные кровью. Что такого ужасного должно было произойти, раз такой человек появился в академии?

«...Впрочем, ничего нового».

Он хотел насторожиться из-за появления такого опасного человека, но потом подумал о ещё более опасном существе, и это показалось ему бессмысленным.

Взгляд Виллара устремился в то место, где исчез инспектор. Самое опасное существо находится в академии, так что не стоит беспокоиться по пустякам.

Жуткий запах крови? Лужи, наполненные кровью? По сравнению с инспектором это детские игрушки. Он — нечто гораздо более страшное. Виллар до сих пор помнил, как он был напуган при первой встрече с инспектором. Ему хотелось пожаловаться на то, что появление такого монстра в академии — это нарушение правил.

Хорошо ещё, что с ним можно нормально разговаривать. Более того, он прямолинеен и честен, что ещё лучше. Нет ничего хуже монстра, который скрывает свои истинные намерения.

«Убийца Кагана, скрывающий свои истинные намерения».

Монстр, защитивший небесный мандат империи, от которого исходит не просто запах луж крови, а запах целого моря крови. Если такой монстр будет скрывать свои намерения и обманывать три страны, то это станет настоящей катастрофой.

Виллар тихо вздохнул и отбросил эти мысли. К счастью, нынешний инспектор не являлся таким монстром. И этого достаточно. По крайней мере, его клинок не будет направлен на три страны.

★★★

Главное здание было довольно пустынным, наверное, все ушли на ярмарку. Поднимаясь на второй этаж, я не встретил ни одной души. Единственное место, где могли остаться люди, — это этажи выше второго, так что это идеальное место для тайной встречи.

Я спокойно ждал в условленном месте на втором этаже, и вскоре увидел мужчину средних лет, идущего издалека. Он выглядел совершенно не так, как молодой человек, который передал мне клочок бумаги.

«Он уже успел сменить свой облик».

Но это был тот же самый человек. Он постоянно меняет свою внешность, так что за час он вполне мог принять другой облик. В любом случае, облик молодого человека тоже был ненастоящим, так что это не имеет большого значения. Я и сам никогда не видел его истинного лица. Интересно, а видел ли его начальник разведки?

— Господин заведующий отделами внутреннего контроля. Как поживаете?

— Хорошо. Увидел тебя всего через час. Как дела у заместителя начальника разведки?

В отличие от начальника разведки, который был домоседом до мозга костей, заместитель начальника разведки был полной его противоположностью. Наряду с начальником разведки, он был ветераном-госслужащим, постоянно бьющим рекорды по сверхурочной работе.

— У меня всё как обычно.

Это значит: «Как всегда плохо».

Обычно заместитель начальника помогает начальнику в его работе и координирует деятельность отдела, но заместитель начальника разведки из-за своих способностей к шпионажу был обречён на постоянные скитания. Конечно, у него не могло быть всё хорошо. Я это знаю, но всё равно спросил из вежливости.

— У вас мало времени, поэтому буду краток.

— Хорошо. Что случилось?

— Завтра около пяти часов вечера появится труп.

Я кивнул. Я ожидал их появления, так что не был удивлен. К тому же, есть и вещи поважнее.

— Поддержка?

— Министр направил отряд «Чёрный свет».

— Ого.

Я невольно вскрикнул от удивления. Я ожидал этого, потому что слышал, что министр особого назначения лично отбирает членов отряда, но не думал, что он действительно пришлёт «Черный свет». Это довольно сильный отряд, если сравнивать с другими подразделениями министерства особого назначения, так что даже немного жаль отправлять их на такое задание.

— Министр очень заботится о вас.

— Он знает, что «Чёрный свет» идеально подходит для работы с вами. Зная это, он всё равно забрал их себе?

— Ха-ха, простите. Но ведь реорганизация прошла именно так, не так ли? Мы не можем ослушаться приказа императора.

Я усмехнулся на его шутку. Я это прекрасно понимаю. Мне самому пришлось отправить «Чёрный свет» в министерство особого назначения из-за этого неоспоримого аргумента — приказа императора.

— «Чёрный свет» свяжется с вами первым. Конечно, вы можете связаться с ними сами, если захотите. Они будут рады вашему звонку.

— Хорошо. Спасибо, что сообщил.

— Моя работа как раз и заключается в том, чтобы передавать сообщения.

Не знаю, можно ли назвать это просто передачей сообщений, учитывая, сколько всего он делает.

В любом случае, заместитель начальника разведки попрощался и исчез, а я направился обратно в павильон.

«Чёрный свет...»

Мои шаги стали легче, чем прежде. Конечно, я был рад увидеть старых знакомых, и от этого моё настроение улучшилось.

«Чёрный свет» — одно из подразделений министерства особого назначения. Если называть их так, как я привык, то это бывший 4-й отдел внутреннего контроля.

Послесловие автора

Наступил первый день мая. Я желаю всем читателям провести тёплый и приятный май.

А завтра будет объявлен список работ, прошедших в финал. Мне интересно, какие работы будут выбраны.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Сейчас 4-й отдел департамента надзора, переименованный в «Чёрный свет» и переданный в подчинение департаменту специальных операций. Из пяти отделов надзора это был самый боеспособный отдел, в котором служили министр и я. 4 года назад место, которое глава семьи подготовил для меня, тоже было в 4-м отделе. Отдел, настолько ориентированный на боевую мощь, что его даже отправляли на войну.

— С самого начала было ясно, что глава семьи не станет готовить для меня нормальное место.

Этот закоренелый сторонник императора не мог предоставить мне лёгкую и беззаботную должность. Тогда я об этом не думал. В любом случае, департамент надзора, а точнее 4-й отдел, - это начало моей карьеры госслужащего, которая запуталась самым невероятным образом. Я говорю это не из злости, а из объективности — с самого начала всё было странно запутано.

Департамент надзора с момента своего основания и до настоящего времени открыто считался «гончими псами императора». Многие задавались вопросом, почему такое подразделение находится в ведении министерства финансов, а не в подчинении департамента специальных операций, где собраны все подразделения, непосредственно подчиняющиеся императору.

Казалось бы, как такое возможно, чтобы отдел, напрямую подчиняющийся императору, был отделён от него министром департамента специальных операций, но по своей сути, департамент надзора должен был находиться не в министерстве финансов, а в департаменте специальных операций. Однако департамент надзора с самого начала пошел по неправильному пути.

Департамент надзора был основан примерно 100 лет назад. В то время, в отличие от сегодняшнего дня, императорская власть не подавляла власть духовенства. Поэтому аристократы опасались расширения департамента специальных операций, который император использовал в качестве инструмента. Император того времени спрятал своё маленькое и ценное оружие в министерстве финансов.

— В то время действительно было необходимо создать отдел, который бы контролировал бюджет.

Это было обоснованием для создания департамента надзора, и поскольку все понимали необходимость в таком отделе, департамент надзора был успешно создан. И император превратил департамент надзора в военизированное подразделение, которое не «контролировало денежные потоки», а занималось «наказаниями».

Аристократы, получившие по голове от маленького и ценного кнута императора, только тогда поняли: «Этот чертов император опять творит беспредел!», но создать новый отдел намного легче, чем упразднить уже существующий. Департамент надзора сохранился до наших дней и использовался императором в качестве оружия.

Департамент надзора был создан императором для того, чтобы расправиться с аристократами, и его деятельность была сосредоточена на боевых действиях. Поэтому, несмотря на свой статус, он считался аутсайдером в министерстве финансов. Для основной линии министерства финансов, которая занималась деньгами и считалась интеллектуальной элитой, департамент надзора казался сборищем кровожадных существ.

Поэтому для сотрудников департамента надзора было принято либо уходить на пенсию после должности заведующего отделами, либо переходить в департамент специальных операций, министерство обороны или в армию. Однако всего 2 года назад эта традиция была нарушена. Сразу после коронации наследный принц назначил заведующего отделами министром, а меня, начальника 4-го отдела, заведующим отделами.

До того момента всё было нормально. Министр тайно был рад, что сможет уйти на пенсию в более высокой должности, а я был полон решимости сбежать в армию, поэтому мои мысли уже были там. Генерал Чонсонгон обещал принять меня, как только я буду готов.

«Этот ублюдок, наследный принц».

Проблемы начались, когда наследный принц начал чистки сторонников 2-го принца. Чтобы взять под свой контроль министерство финансов и департамент надзора, наследный принц захотел расставить своих людей на ключевые посты, и этими людьми стали мы с министром. Мы оба получили повышение менее чем через две недели после предыдущего повышения.

Беспрецедентно быстрое повышение, беспрецедентный захват министерства финансов людьми из департамента надзора. Естественно, это вызвало переполох не только в министерствк финансов, но и внутри самого департамента надзора, и мне пришлось вести изнурительную борьбу как с внешними врагами в лице сторонников 2-го принца, так и с внутренними — старым министерством финансов и оппозицией внутри департамента.

В ходе этой борьбы я особенно заботился о 4-м отделе. Это был мой родной отдел, и к тому же я лично реорганизовал его после того, как он был практически уничтожен на севере, поэтому я не мог не привязаться к нему. Но этот отдел, который я так старательно восстанавливал, был отдан департаменту специальных операций. Сказали, что его боевая мощь слишком ценна, чтобы оставлять его в министерстве финансов.

«Чёрт возьми».

Вспомнив это, я не смог сдержать ругательства. Если уж забирать, то забрали бы весь департамент надзора, а не только 4-й отдел. Как же я был возмущён, когда год назад узнал, что 4-й отдел будет передан другому ведомству! Даже начальник 4-го отдела был против. Он очень уважал меня.

Как только заместитель директора разведки упомянул «Чёрный свет», меня захлестнули горькие и неприятные воспоминания. Говорят, что даже печальные воспоминания со временем становятся приятными, но, честно говоря, это были настолько тяжелые воспоминания, что я никогда не захочу назвать их приятными.

Пока я возвращалась в киоск, Виллар мне не звонил. К счастью, за это короткое время ничего не случилось.

— А, брат. Вернулся?

— Да. Ты хорошо поработал.

Когда я подошёл к киоску, увидел Эриха, который как раз проходил мимо с молоком, я похлопал его по плечу и зашёл внутрь. За то время, что мы провели вместе в клубе, мы сблизились, и теперь, в отличие от прошлого, мы могли спокойно поприветствовать друг друга.

К сожалению, пока не более того. Хотя, было бы нечестно ожидать, что после стольких лет неловкости наши отношения вдруг станут близкими.

— Заведующий вернулся, так что, может, я пойду погуляю?

— Я что, по-твоему погулять ходил?

Я схватил за губы начальника 1-го отдела, которая подкралась ко мне с этой своей чушью, и начал трясти её. Она же точно человек, а не зверолюд, так почему из её рта льётся такая ерунда? Тебе лучше бы тоже какое-то время держаться от меня на расстоянии.

— Уб-уб-уб-уб!

Она начала вырываться и бить меня по руке, которой я держал её за губы, поэтому я еще сильнее сжал её. На этот раз ей, похоже, было больно, потому что на её глазах навернулись слезы. Как и ожидалось, начальник 1-го отдела начала плакать…

— Не мучайте её так сильно. Онни, наверное, устала и хочет немного отдохнуть.

Луиза осторожно подошла к вырывающейся начальнику 1-го отдела. Начальник 1-го отдела, несмотря на то, что я держал её за губы, посмотрела на Луизу с благодарностью. Ой, кажется, я немного переборщил.

Как только я отпустил её губы, начальник 1-го отдела быстро спряталась за Луизой. При этом она смотрелась довольно жалко, выглядывая из-за её спины. 25-летняя девушка прячется за 17-летней девочкой…

Заметив мой недовольный взгляд, начальник 1-го отдела надулась.

— Вам нужно бережнее относиться к своим милым подчиненным, заведующий.

Я чуть не ляпнул «держи свой рот на замке», но сдержался, вспомнив, что Луиза стоит рядом. Начальник 1-го отдела хихикнула, увидев мою реакцию, и похлопала Луизу по спине.

— Видишь? Заведующий к тебе добр.

— Хе-хе…

Луиза смущённо почесала щеку, услышав слова начальника 1-го отдела. Извини, похоже, тебе приходится несладко из-за того, что ты оказалась между нами.

— Вылезай из-за спины младшей сестры.

— Не хочу.

— Луиза, можешь на секунду отойти?

— А, да.

— Э…?

Луиза без колебаний отошла от начальника 1-го отдела и встала рядом со мной. Начальник 1-го отдела с растерянным видом смотрела на удаляющуюся Луизу. С кем, ты думаешь, Луиза лучше ладит — с тобой или со мной? Это твоя ошибка, что ты не смогла дойти до такого простого вывода.

Подавив 3,5-минутный бунт начальника 1-го отдела, я всё же решил дать ей перерыв, вспомнив слова Луизы. Да, если я загрузил работой, нужно дать ей немного отдохнуть. Но только пусть не выходит из стенда.

— Нет ничего более бессмысленнее отдыха на месте работы.

Она ворчала, но всё же села в углу киоска и начала отдыхать. Постоянно говорить ненужные слова — это тоже своего рода талант.

— Кстати, заведующий, что сказала ворона?

Начальник 1-го отдела огляделась по сторонам и спросила это тихим голосом. Ворона — это сленговое название агентов разведки, работающих вне штаб-квартиры. Это одна из многочисленных традиций разведывательного управления. Называться вороной… Если бы меня так странно называли, я бы себе язык откусил.

— Завтра ты будешь работать вместе со мной. Говорят, что к нам придёт «Чёрный свет».

— Вау, правда?

Услышав про «Чёрный свет», начальник 1-го отдела сразу оживилась. Она, наверное, тоже рада снова увидеть 4-й отдел. Насколько я помню, она была довольно близка с начальником 4-го отдела.

— А что такого случилось, что аж «Чёрный свет» приезжает?

— Завтра в академию прибудут повстанцы Апелса.

— …Кто?

— Повстанцы Апелса.

Услышав про повстанцев Апелса, начальник 1-го отдела выглядела так, будто её научный руководитель, который обещал ей поддержку, внезапно объявил о своем уходе на пенсию. Да уж, новость и правда абсурдная. Мы с начальником разведки тоже были в шоке.

Я молча ждал, пока начальник 1-го отдела придёт в себя, и вдруг её выражение лица стало странным.

«Эта гнида снова включила режим зарабатывания достижений».

Последние действия повстанцев Апелса были как минимум 200 лет назад. Естественно, начальник 1-го отдела никогда с ними не сталкивалась и не пытала их. Новые бунтовщики, которых она ещё не пытала? Идеальная цель для её инстинкта «достижения».

— Хи-хи-хи…

Я отвёл взгляд, заметив её зловещую улыбку.

Первый день ярмарки закончился. Это был всего лишь первый день, но я чувствовал себя так, будто уже прошло 3-4 дня, от чего мне становилось грустно.

— Начальник 1-го отдела была так рада. Думаю, она снова устроит переполох.

— Но начальник 1-го отдела хорошо справляется со своей работой, разве нет?

— Если бы она не справлялась, я бы вообще держал её рядом с собой?

Сидя на кровати с коммуникатором в руке, я обменивалась новостями с начальником 4-го отдела… никак не могу привыкнуть, с начальником «Чёрного света». Как только я вернулся в свою комнату, она сразу же связалась со мной.

— С тобой было так хорошо работать, а как ты исчезла, эти чокнутые совсем распоясались. Твоё отсутствие нам очень некстати.

— Вы слишком добры ко мне.

Начальник «Чёрного света» склонила голову в ответ на мои слова. Её длинные седые волосы плавно упали вниз вслед за её склонённой головой.

— Ладно, давай завтра свяжемся. Где-то в обед подойдёт?

— Звоните, когда вам будет удобно. Я всегда готова ответить.

— Хорошо. А, начальник 1-го отдела тоже скучает по тебе, так что если будет время, свяжись с ней.

— Поняла.

Больше всех, кроме меня, по уходу начальника 4-го отдела в департамент специальных операций горевала начальник 1-го отдела. Из всех начальников департамента надзора только они двое были женщинами, поэтому они были довольно близки. Когда начальник 4-го отдела ушла, она постоянно жаловалась, что теперь она там единственная женщина.

— Тогда я откланяюсь. Для меня большая честь снова работать с вами, заведующий.

Начальник 4-го отдела снова склонила голову и отключилась. Я действительно скучаю по ней. Редко встретишь такого вежливого и почтительного человека.

Вспомнив оставшихся в департаменте надзора трёх безнадёжных идиотов — начальников 1-го, 2-го и 3-го отделов, — я невольно вздохнул. Хорошо хоть, что на троих чокнутых приходится трое нормальных.

Послесловие автора

Наконец, в 38-й главе были раскрыты некоторые подробности о департаменте надзора, а также половая принадлежность всех его начальников. Я не планировал так долго скрывать эту информацию, но так уж получилось.

Разве возможно стать заведующим уже в 19 лет?

Были разные причины, по которым многие с таким смирились, но это было шокирующее повышение, которое вызывало много споров даже в то время.

Почему окружающие так спокойно реагируют на настолько молодого заведующего?

Существала оппозиция, которая не могла с этим смириться, её больше нет (в физическом плане).

Я рад, что смог хотя бы немного пролить свет на две главные загадки, связанные с имперским мечом…

Наконец-то настал день начала основного конкурса. Результаты будут известны через 12 часов, но какими бы они ни были, я вернусь к вам завтра, дорогие читатели!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

«Третья слава» – громкое название для армии возрождения Апелса. Блокирование доступа этих мертвецов к академии – необходимая мера для обеспечения безопасности дворян, находящихся в настоящее время в академии, а также для поддержания престижа империи.

Апелес – это государство, которое было уничтожено более 300 лет назад. Империя целенаправленно уничтожила не только повстанческую армию, но и всех, кто мог бы возглавить движение за его возрождение. И вот, спустя века, армия возрождения Апелса вновь появляется?

«Какой позор».

Размер и возможности этой повстанческой армии не имеют значения. Сам факт существования тех, кто выступает против правления империи и тоскует по давно исчезнувшему государству, наносит ущерб престижу империи. Другие страны, услышав об этом, будут насмехаться. Разве не смешно, что у них появились такие предатели?

Поэтому нельзя упустить ни единого члена «Третьей славы». Условием победы в этой обороне является уничтожение или захват всех до единого. Если хотя бы один сбежит, и существование «Третьей славы» – повстанческой армии Апелса – станет известно за пределами академии, особенно если информация достигнет трёх стран, мой коммуникатор засияет ярко-фиолетовым цветом.

Этого нельзя допустить, ни в коем случае. Мне уже поступили указания от наследного принца, который ранее занимал пост министра императорского двора по делу Айнтера, и если в месте моего пребывания произойдёт что-то, что нанесет ущерб престижу империи, то мне как минимум позвонит сам наследный принц. А как максимум – кто-то ещё выше, чёрт возьми.

«С ума сойти можно».

Я слегка нахмурился от накатившего чувства дискомфорта и вздохнул.

Если бы это была любая другая организация, не нужно было бы так стискивать зубы и сохранять секретность при их уничтожении, но это повстанческая армия Апелса, новости о которой гарантированно приведут к публичному унижению. «Третья слава» или «Третий кошмар», как бы они ни назывались, если я поймаю хотя бы одного из них, я отправлю его в первый отдел на специальную программу.

Поэтому я вызвал начальника первого отдела, чтобы обсудить завтрашний план действий.

– Заведующий, вызывать подчинённых ночью – это не дело.

Я специально выждал немного, прежде чем связаться с ней, на случай, если она будет общаться с начальником четвёртого отдела, но начальник отдела не оценила моей заботы. Игнорируя её надутые губы, я развернул карту академии и окрестностей.

– Давай-ка, давно мы не планировали маршруты.

– Вааа…

Тем не менее, раз речь идёт о работе, она нехотя подошла ко мне. Бросив на неё быстрый взгляд, я перевёл взгляд на карту.

«Третья слава» появится завтра около 5 часов вечера возле академии. Эту информацию передал отдел разведки, так что она должна быть достоверной. Поэтому мы должны перехватить их до того, как они доберутся до академии, и для этого нужно заранее продумать место засады.

– Если у них есть хоть немного мозгов, они постараются незаметно пробраться, верно?

– Наверное, но раз они появятся в 5 часов вечера, когда ещё не темно, нельзя терять бдительность.

Какой нападающий станет открыто действовать средь бела дня? Я бы понял, если бы они выбрали время для нападения, когда тут собирается много людей, но какой смысл в этом, если их обнаружат ещё до нападения?

Наверное, я просто зря пытаюсь их понять. Упорство и одержимость, с которой они пытаются возродить государство, существовавшее 300 лет назад, – это квинтэссенция безумия, которую обычный человек не может понять.

Вообще, мне кажется, что они не собираются нападать всерьёз, ведь в оригинальной истории они скорее всего появились только для того, чтобы создать угрозу для главных героев. Их первое появление можно считать чем-то вроде обучающего задания. Возможно, только они такие неорганизованные. Остальные четыре организации – это ублюдки со своей историей и традициями, поэтому мне нельзя расслабляться.

– Я думаю, они пойдут этим путем.

– Точно, больше им некуда идти.

С тех пор как я стал заведующим отделами надзора, у меня не было большого опыта в оборонительных операциях. На севере я часто участвовал в них, но это было под командованием других офицеров. Поэтому я размышлял, в каком направлении нам следует ожидать «Третью славу», но если представить себя на место нападающих, ответ становится очевидным.

Если бы я состоял в «Третьей славе», я бы пошёл примерно этим путём. Нужно просто найти это место и перекрыть его. Как говорится, битый знает, где у него болит. Не то чтобы мне хотелось это знать, но так уж получилось.

Так, посовещавшись с начальником первого отдела, мы выбрали небольшой лес к северо-западу от академии. Если подождать, они обязательно сюда придут.

– Тут же можно будет встретиться с отрядом Чёрного света.

Было бы идеально встретиться заранее и спокойно понаблюдать за шествием мертвецов.

Во второй день ярмарки, около полудня, я ненадолго покинул свой стенд и направился в безлюдное место, чтобы связаться с начальником четвёртого отдела.

– Давай встретимся здесь.

Поговорив о том о сем, я поднёс карту к коммуникатору и показал начальнику четвёртого отдела выбранную нами точку встречи и засады. Она без колебаний кивнула, значит, без труда найдёт это место.

– Хорошо. Я буду там как можно скорее.

– Приходи к 4 часам. Я тоже буду там к этому времени.

– Да, заведующий.

– Отлично. Давно не виделись, буду рад снова тебя увидеть.

– Для меня это большая честь.

Начальник четвёртого отдела поклонилась и отключилась, услышав мои сказанные с улыбкой слова. Пожалуй, я был слишком фамильярен с бывшей подчинённой, которая присоединяется к нам по делу.

Но ведь есть же люди, о которых хочется позаботиться, даже если это не так уж и нужно. Для меня таким человеком является начальник четвёртого отдела, поэтому я невольно сказал лишнее. Когда отряд Чёрного света ещё был четвёртым отделом, начальник второго отдела жаловался, что я слишком благосклонен к начальнику четвёртого отдела.

Конечно, я проигнорировал его слова. Если бы это сказал заместитель или начальник пятого отдела, я бы ещё подумал, но начальник второго отдела не имеет права говорить мне такие вещи.

★★★

«У меня ещё есть время».

Расстояние от академии до места встречи не маленькое, но до 4 часов я успею добраться. Пока что я побуду на стенде, а потом незаметно уйду вместе с начальником первого отдела.

Закончив разговор с заведующим, я осторожно погладила коммуникатор. Общение с заведующим – это всегда большая честь и волнительное событие.

«Давно не виделись, буду рад снова тебя увидеть».

Уголки моих губ невольно поднялись, когда я вспомнила последние слова начальника. Он не забыл меня. Он всегда наблюдает за мной и проявляет заботу.

– Командир.

Я опустила уголки губ и обернулась на голос заместителя командира, который раздался сзади. Он отошёл на такое расстояние, чтобы не мешать моему разговору с начальником. Так и должны себя вести члены отряда Чёрного Света, бывшего четвёртого отдела, облагодетельствованные начальником.

– Что сказал заведующий?

– Мы встретимся с ним. К 4 часам отправляемся в лес А-1.

– Есть, командир.

Заместитель командира отдал честь и направился к остальным бойцам. Лес А-1 – это ближайший к академии лес, мы дали ему временное обозначение. Перед выходом все получили карту с временными обозначениями, так что они должны были всё понять.

По приказу заместителя командира бойцы начали собираться передо мной, выдвигаясь быстрее, чем обычно. Все мы давно не видели заведующего.

Мы идем на встречу с героем четвёртого отдела, человеком, который возродил наш отдел из руин и спас нас от жалкого существования. Разве в такой ситуации кто-то посмеет медлить? Если найдётся такой неблагодарный, бойцы разберутся с ним ещё до того, как он умрёт от моей руки.

– Глупые мертвецы, идущие против самой судьбы, приближаются к заведующему.

Взгляды бойцов обратились ко мне.

– Эти твари осмелились оскорбить империю, отвергнуть волю небес и обнажить свои грязные клыки перед заведующим.

В глазах бойцов загорелся тихий гнев. Гнев бойцов спецслужб, направленный против предателей, и личная ярость, направленная против тех, кто посмел угрожать их благодетелю.

– Разве есть среди вас наглые люди, которые пойдет на встречу с заведующим с пустыми руками?

Ответа не последовало. Они лишь молча отрицали это своими горящими глазами.

– Заведующему не нужно самому вступать в бой. Мы не будем преграждать им путь, а ударим с тыла. Всех возьмём живьём и доставим к заведующему.

Они пытаются запутать следы, петляя по дороге, но это всего лишь жалкая и слабая повстанческая армия. Эти ничтожества, у которых нет ни достойной цели, ни ресурсов, ни солдат. Выследить их и зайти с тыла проще простого.

Наблюдая за тем, как бойцы быстро расходятся и сворачивают временный лагерь, получив приказ о наступлении, я вспомнила слова начальника спецслужб.

– «Третья слава» – слишком громкое название для такой ничтожной организации. Конечно, их будет легко уничтожить, но у них могут быть сообщники или покровители. Постарайтесь взять их живыми.

Перед тем как отправиться на помощь заведующему, я беседовала с начальником спецслужб. Это был мужчина средних лет с лицом, покрытым бесчисленными шрамами и следами от швов, которых было так много, что их невозможно было сосчитать. Он мог бы легко избавиться от них с помощью магии или божественной силы, но оставил их, чтобы не забывать о своей слабости. Верный пёс императора.

– И не допускайте, чтобы заведующий отделами надзора лично участвовал в операции. Нам нужны пленники, которые выдадут информацию, а не разорванные трупы.

Я невольно кивнула, услышав эти слова. Если заведующий будет участвовать в операции, целью которой является захват живьём, это может создать проблемы. Конечно, даже без приказа начальника спецслужб заведующий не стал бы лично вмешиваться.

Нашему уважаемому заведующему не нужно марать руки об этих ничтожных тварей. Хотя мы и покинули его, чтобы присоединиться к спецслужбам, четвёртый отдел по-прежнему предан ему. Мы следуем за нашим благодетелем, выполняя волю заведующего, верного слуги империи, и служим империи.

– Ради нашего уважаемого заведующего.

Я тихо произнесла эти слова, чтобы ещё раз подтвердить свою решимость. Но в глубине души я произнесла слова, которые не смела произносить вслух, слова, которые могли бы поставить заведующего в неловкое положение, слова, которые не должен произносить госслужащий империи.

«Ради моего уважаемого господина».

Если мы упустим хотя бы одного члена «Третьей славы» или как их там, это будет плохо, но сама по себе операция по их уничтожению – плёвое дело. Разведка узнала об этой новой повстанческой армии совсем недавно, насколько сильными они могут быть? Даже если их будет много, они не смогут причинить вред отряду Чёрного света.

Я, начальник первого отдела и отряд Чёрного света – этого более чем достаточно, чтобы их раздавить. Говорят, что хороший полководец одерживает победу ещё до начала сражения. Может быть, мне место не в этом чёртовом отделе надзора, а в армии?

– Начальник, вот.

– Спасибо.

★★★

Я взял кинжал, который протянула мне начальник первого отдела, и осмотрел лезвие. Пока мы находимся в академии, нельзя носить бросающееся в глаза оружие, а в лесу может завязаться бой, так что удобнее будет использовать короткое оружие. Хотя этот кинжал даже слишком короткий.

– Давно вы не участвовали в полевых операциях?

– Мне приходится браться за дело только в крайних случаях.

Несмотря на то, что я заведующий отделами, я постоянно нахожусь в академии и даже в одиночку прошёл подземелье, чего от меня никто не ожидал, но я давно не участвовал в боях. Я не сумасшедший, чтобы лезть в драку без необходимости.

Тем не менее, я испытываю необычные ощущения, думая о том, что мне предстоит размяться. Если не использовать своё тело, оно может зачахнуть. Нужно сказать начальнику четвёртого отдела, чтобы она просто окружила врагов.

Послесловие автора

Я счастлив сообщить, что моя работа была выбрана в числе 50 лучших работ, прошедших в финал конкурса. Хотя предварительный отбор проводился исключительно внутри Novelpia, я осмелюсь предположить, что ваша горячая и щедрая поддержка повлияла на положительную оценку моей работы членами жюри Novelpia.

Поэтому я хотел бы ещё раз поблагодарить вас, дорогие читатели! Спасибо вам за то, что вы всегда со мной! Я сделаю все возможное, чтобы не разочаровать вас!

Также хочу выразить благодарность членам жюри, которые проделали огромную работу, изучив и оценив более 3900 работ, представленных на конкурс!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Великая и благородная золотая империя Апелос, возвышающаяся над обширным континентом и повелевающая им, прекрасная империя. Апелос, третья империя, правившая этим континентом, была поистине великой державой.

В столице Апелоса огни никогда не гасли, сюда стекались все ресурсы континента. Строгие джентльмены и прекрасные дамы прогуливались по столице, вызывая всеобщее восхищение и определяя развитие культуры. Аристократия была поистине возвышенной, это был идеальный мир, где мудрые дворяне вели за собой глупых простолюдинов.

Все государства континента склоняли головы перед Апелосом, золотой империей. Но был один грешник, который осмелился возжелать золото и поднять голову, и его проклятое, достойное презрения имя было Кфелофен.

Изменник, разрушивший золотую империю, вор, укравший небесный мандат, самопровозглашенная империя, полная лжи. Каждый, кто следует естественному порядку, обязан разрушить это лживое государство и восстановить Апелос. Мы должны возродить Третью славу, которая озаряла этот континент.

– Мы разрушим Кфелофен, построенный на обмане и лицемерии, и вернёмся к той славной эпохе!

Эти слова, сказанные командиром в день основания «Третьей славы», до сих пор отзываются в моем сердце. Разве может называться империей страна, которая два года не могла справиться с какими-то кочевниками? Только Апелос. Только Апелос – настоящая империя.

Твёрдо веря в это, я вместе с товарищами отправился в академию. В место, которое было славным наследием Апелоса, его столицей. Мы должны были отвоевать его, убить грешников Кфелофена, которые осмелились попрать наследие Апелоса, и объявить о его возрождении.

Мы можем это сделать. Мы можем своими руками возродить Апелос. Несомненно, мы сможем.

Несомненно, мы сможем…

– Энениши! Энениши! Энениши! Энениши!…

Что же, чёрт возьми, происходит?

Наши действия, направленные на великое возрождение, превратились в бегство, в отчаянные мольбы богам. Так не должно было быть. Я – герой, которому суждено возродить Апелос. Я не тот, кто будет показывать спину псам Кфелофена.

– Ааааа!

Товарищ рядом со мной был подцеплен крюком и поднят на дерево. Он кричал и извивался, но никто не мог подойти к нему. Сколько уже человек попалось на эти крюки и исчезло без следа?

Мы потеряли уже так много товарищей. Герои, которые должны были возродить Апелос, бесславно погибли. Так не должно было быть. Правда на нашей стороне, мы должны победить ради благополучия континента.

– Шустрая букашка.

Раздался леденящий душу голос прямо за моей спиной, и я упал лицом вниз. Я попытался встать, но то, что я увидел перед собой, сломило мой дух.

– Ноги тебе вроде как уже не нужны, да?

– Это уж как 1-й начальник решит.

Два человека окружили меня. В серых масках без каких-либо опознавательных знаков они разговаривали так беззаботно, словно находились на рынке. Но мой взгляд был прикован к тому, что лежало прямо передо мной.

– Аааа! Ноги!… Мои ноги!…

Запоздалая боль заставила меня дёрнуться, но меня тут же придавили к земле, лишив всякой возможности двигаться.

– Голова нужен?

– Командир в погоне.

– Значит, всё кончено.

Вскоре я увидел нашего командира, которого тащила за волосы седовласая ведьма. Он не двигался, словно был мёртв или без сознания.

Всё кончено. Наше дело бесславно провалилось.

★★★

Пришло время отправляться в лес, поэтому я отделился от 1-го начальника. Я сказал, что мне нужно ненадолго отлучиться по делам, это было правдой, но в то же время довольно слабым предлогом. Поэтому мне нужно было как можно быстрее закончить дело и вернуться.

Некоторое время я бежал, неся 1-го начальника на спине, чтобы она не отставала от меня, и вскоре мы добрались до леса, где должны были встретиться с отрядом Чёрного света.

– Мы пришли первыми.

– Да уж. Странно.

Время встречи ещё не наступило, но 4-й начальник была на удивление пунктуальной. Она зачастую приходила намного раньше назначенного времени. Я был так тронут, когда увидел, как она протирает мой стол перед совещанием в отделе надзора. Я говорил ей, что в этом нет необходимости, но она, что было для неё нехарактерно, упрямо продолжала это делать.

– Почему вы так на меня смотрите?

– Ничего особенного.

Внезапно мне пришла в голову мысль: а что, если предложить начальнику спецслужб поменять 1-го и 4-го начальников местами? Но я тут же покачал головой, отгоняя эту мысль. Как бы я ни ненавидел 1-го начальника, найти ей замену было бы невозможно.

Честно говоря, заменить доброту 4-го начальника было бы некому, но его обязанности могли бы разделить между собой 3-й и 5-й начальники, и это не создало бы большой проблемы. Конечно, отдел надзора работал лучше всего, когда был в полном составе, а не когда обязанности 4-го начальника распределялись между другими.

– Давай подождём. Она не из тех, кто опаздывает.

Мы сделали себе импровизированное сиденье из подходящего пня и я ещё раз проверил состояние кинжала, который мне дала 1-й начальник. Я только что срубил им дерево, и он оказался довольно хорошего качества. Конечно, она не стала бы носить с собой дешёвый кинжал, это и так понятно. С таким качеством он не сломается, даже если им рубить кости. Я доволен.

– Ах, заведующий. Кажется, они идут.

1-й начальник, которая непринуждённо использовала мою спину как спинку стула, указала в сторону. Я же говорил, она не из тех, кто опаздывает. Пришли очень быстро.

– Что это такое?

– Хм?

Я и 1-й начальник одновременно издали удивлённые возгласы, увидев приближающийся отряд Чёрного света. Они что-то несли на спинах или тащили за собой, держа в руках.

– Похоже на… людей?

– …

Ну да. У некоторых не хватало конечностей, но это определенно были люди. Я подумал, что, может быть, по дороге что-то случилось и у них появились раненые, но они бы не стали тащить раненых, как какой-то груз. Да и одежда на них была не от отряда Чёрного света.

Мы просто смотрели на них, пытаясь понять, что происходит, и тут 4-й начальник, шедшая впереди, подошла ко мне и отдала честь.

– Рада видеть вас, заведующий.

Остальные члены отряда бросили то, что несли на спинах и держали в руках, на землю и тоже отдали честь. Постойте, разве их можно было вот так бросать?

– И вам привет. Спасибо за труды.

Но я не мог упрекать тех, кто пришёл мне на помощь. Раз уж они притащили сюда всё это, значит, в этом была необходимость. Я встал и принял приветствие 4-го начальника, и только тогда она опустила руку.

Заметив мой взгляд, направленный на валяющихся на земле людей, 4-й начальник тут же заговорила:

– Это «Третья слава». Мы столкнулись с ними по дороге и взяли всех в плен.

– Вау…

1-й Начальник тихонько ахнула от слов 4-го начальника. А я на мгновение потерял дар речи. Взяли в плен? Всех? Я просто сидел здесь и отдыхал, а всё уже закончилось?

– Вы отлично потрудились.

Мне было любопытно, что именно произошло, но, увидев в глазах 4-го начальника, несмотря на её бесстрастное выражение лица, некую мольбу, я передумал расспрашивать её. Да ладно, пусть действия были немного странными, главное, что результат у них хороший.

Я похлопал её по плечу, выражая свою благодарность, и глаза 4-го начальника засияли. Кинжал, висевший у меня на поясе, тоже жалобно блеснул. Я его одолжил, а использовал только для того, чтобы срубить дерево. Может, в следующий раз стоит взять с собой топор?

С успешным пленением всех членов «Третьей славы» моя роль и роль отряда Чёрного света были выполнены. Я, правда, почти ничего не сделал, так что даже неловко говорить о какой-то роли.

Отряд Чёрного света, завершив работу, разбил временный лагерь в лесу, где должно было произойти сражение. Как бы ни были слабы противники, они всё равно потратили силы, поэтому им нужно было отдохнуть. Они сидели вместе, делились водой и выглядели очень дружелюбно.

– Заведующий, дайте мне тоже воды, пожалуйста.

Я бросил флягу в сторону 1-го начальника, она ловко поймала её и вылила воду кому-то в лицо. Она попросила воду не для себя, а чтобы поделиться с кем-то другим. И даже заботливо прикрыла ему лицо тканью, чтобы тот не подавился, жадно глотая воду.

– !!!

– Хе-хе, ты же хотел пить?

Командир «Третьей славы»… хотя он недостоин называться командиром… был схвачен за руки и за волосы членами отряда Чёрного света, его голова была откинута назад. Он извивался и пытался выразить благодарность за заботу 1-го начальника, но та, видимо, была так тронута этой благодарностью, что продолжила лить ему воду в лицо.

– Можешь откинуть его голову ещё сильнее?

– Да, начальник.

Член отряда Чёрного света, державший голову за волосы, потянул её еще сильнее назад, выполнив просьбу 1-го начальника. Та удовлетворенно кивнула, и я отвёл взгляд.

«Пусть делает то, что хочет».

Для того, кто обычно начинает с вырывания ногтей, это было довольно мягкое начало, но, если оставить её в покое, она вытянет из него всю информацию. Если доверить дело профессионалу и подождать, результат не заставит себя долго ждать.

Я болтал с 4-м начальником, ожидая результата, но Голова оказался крепче, чем я думал. Если бы 1-й начальник взялась за дело всерьез, тот не продержался бы и 10 минут, но этот жалкий главарь повстанцев, видимо, всё-таки был настоящийм главарём, раз так крепко держал язык за зубами.

Я подошёл к 1-му начальнику вместе с 4-м начальником, чтобы проверить, как продвигаются пытки. Руки и ноги Головы уже приняли такую форму, что их было трудно узнать. Остальное 1-й Начальник ещё не трогала.

«Что за…»

Он терпел не потому, что был таким стойким. Просто 1-й начальник работала медленнее обычного, и тот пока ещё мог терпеть. Я догадывался об этом ещё тогда, когда она услышала про «Третью славу» и у неё проснулся азарт, но, увидев это своими глазами, я разозлился.

– Почему так медленно? Давай быстрее!

– Я здесь одна, без помощников, так что, если я буду спешить, он может умереть. Мне нужно, чтобы он заговорил.

Она говорила это с улыбкой, и я не мог её винить, ведь она была права. Было бы плохо, если бы Голова умер от шока во время пыток. Здесь не было ни других членов 1-го отдела, ни специального оборудования, которое могло бы помочь 1-му начальнику.

Проблема была в том, что, если она возьмётся за пытки всерьёз, она не допустит такой глупой ошибки. А она использовала это как оправдание, чтобы не торопиться.

«Эта гнида совсем обленилась».

1-й начальник смущённо отвела взгляд, увидев моё недовольное лицо. Значит, совесть у неё ещё осталась.

– Если будешь продолжать в том же духе, я перейду к следующему. Если этого не хочешь, то начинай говорить. Ты же должен заботиться о своих товарищах.

Под моим пристальным взглядом 1-й начальник предложила странный компромисс. Если Голова поддастся на её слова и выдаст информацию, его отправят в отдел надзора, чтобы поиграть с ним позже, а если он продолжит молчать, тогда 1-й начальник начнёт пытать его по-настоящему. Идиотское у неё хобби.

Но Голова «Третьей славы» не разозлился и не проигнорировал слова 1-го Начальника, а лишь тихо рассмеялся.

– Кххх…

– Что такое? Ты и его голову трогала?

– Нет. Голову на открытом воздухе трогать опасно, так что я её не трогала.

Если 1-й начальник не врет, значит, Голова сошёл с ума от шока. Плохо, если он так быстро сломается. Пока я думал об этом, Голова, который всё это время хихикал, вдруг посмотрел на меня и злобно уставился на меня своими налитыми кровью глазами.

– Товарищи? Когда там стоит тот, кто сделал карьеру на крови своих товарищей, нести такую чушь…

– Бах!

4-й начальник не дала Голове договорить и с размаху ударила его ногой по челюсти. Голова резко откинулся назад и упал – удар был сильным.

На некоторое время повисла неловкая тишина. 4-й начальник, которая выбежала вперёд, 1-й начальник, которая наблюдала за происходящим, и члены отряда Чёрного света, которые держали Голову за руки, – все молчали и смотрели на меня, ожидая моей реакции.

– Ха.

Я раздражённо почесал голову и тихо вздохнул. До чего же всё сейчас плохо, если даже эта жалкая букашка знает об этом.

«Чёртова гнида».

Может, ну его к черту эту информацию, просто убить их всех?

Послесловие автора

Сюда стекались все ресурсы континента – они грабили не только свои провинции, но и весь континент.

Прогуливались по столице, определяя развитие культуры – правящей верхушке столицы было плевать, голодают ли люди за её пределами.

Аристократия была поистине возвышенна, это был идеальный мир, где мудрые дворяне вели за собой глупых простолюдинов – каким бы талантливым ни был простолюдин, он никогда не сможет подняться по социальной лестнице.

Вау! Великая и благородная золотая империя! Просто великолепно!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Стояла тишина, я осмотрелся. Даже если не учитывать одного, валяющегося без сознания, как будто в обмороке, отброса, у меня оставалось ещё много тех, кто мог выдать информацию. Конечно, у лидера могла быть секретная информация, известная только ему, но для меня это не имело значения. С таким количеством можно было поступиться качеством.

Даже если только лидер знал о покровителе или сообщнике Третьей славы, это не проблема. В любом случае, это ведь те, кто ополчился против империи, одержимые бредом о возрождении Апеля. Они обязательно попытались бы что-то сделать, и мне просто нужно было найти их и убить.

Да, никаких проблем.

«Даже если я их убью, проблем не будет».

Как только пришёл к такому выводу, я двинулся к отбросу. Двое членов Чёрного света, которые держали его за руки, поспешно отступили, а 1-й и 4-й начальники отделов последовали за мной.

Я схватил его за голову, чтобы привести в чувство, но что-то с ним было не так. Глаза, закатившиеся так, что были видны только белки, нижняя часть лица, раздавленная до неузнаваемости. И из его глаз, носа и рта текла кровь.

— Он уже мёртв.

При моих словах тело члена Чёрного света перед мной задрожало. Он уже был мертв. Похоже, 4-й начальник отдела слишком сильно ударила его ногой, потеряв контроль над собой.

Я посмотрел на закатившиеся глаза отброса и с силой сжал его голову, раздавив её. Это было бессмысленно, поскольку он уже был мертв, но я должен был хоть куда-то выплеснуть этот чёртов гнев.

Я стряхнул грязь со своих рук и обернулся. 4-й начальник отдела стояла в растерянности, а 1-й начальник отдела беспокойно бегала глазами.

«Что же делать?»

Были основания полагать, что 1-й начальник отдела намеренно затягивала пытки, а 4-й начальник отдела, по какой бы то ни было причине, самовольно убила главного подозреваемого. Это были действия, за которые их можно было бы отчитать.

Я посмотрел на них по очереди и слегка вздохнул. Затем я увидел, как они начали дрожать и опустили головы, мне стало немного не по себе. В обычное время это не было бы проблемой. Я ожидал, что 1-й начальник отдела увлечется новой игрушкой — армией возрождения Апелса, и знал, что 4-й начальник отдела была активна в делах, связанных со мной.

Тем не менее, это был я, который не стал сразу отчитывать 1-го начальника отдела, и это был я, который ничего не сделал, зная, что 4-й начальник отдела выскочит. И отчитывать их после произошедшего было бы немного некрасиво.

Хотя я и услышал неожиданные слова в неожиданном месте…

«Чёрт возьми».

Чем больше я думал об этом, тем больше меня это бесило. Я хотел умыться, чтобы успокоиться, но остановился, потому что мои руки всё ещё были в крови. 4-й начальник отдела, которая украдкой наблюдала за мной, осторожно протянула мне носовой платок.

— Господин заведующий, если вы не против, вот…

Её голос не изменился, но я заметил, как дрожит её рука, держащая носовой платок, и желание отчитать её полностью исчезло. Да, им просто не повезло. То, что только что произошло, было просто невезением.

— Спасибо.

Я вытер руки носовым платком 4-го начальника отдела и вернул его. И в знак того, что я успокоился, несколько раз похлопал её по плечу.

— Всё-таки, кроме Пенелопы, никто обо мне не заботится. Спасибо, что не держишь обиду на меня.

Хотя она и сделала то, с чем я должен был справиться сам, но всё же она заступилась за заведующего и разобралась с причиной его гнева. Так как это было сделано из добрых побуждений, я мог её простить.

Оставив позади 4-го начальника отдела, которая снова опустила голову, я направился к 1-му начальнику отдела. Она дрожала сильнее, чем раньше, наверное, думала, что весь гнев, предназначенный им двоим, обрушится только на неё одну. Не волнуйся, я и тебя прощаю.

— Элизабет?

— Д-да! Господин заведующий!

Мне было забавно видеть, как 1-й начальник отдела стоит по стойке смирно, полная решимости. Я усмехнулся и похлопал её по плечу, как и 4-го начальника отдела.

— То, что случилось раньше, было просто ошибкой. Верно?

— Н-нет. Мне нужно было действовать быстрее…

— Это была ошибка. Элизабет до этого момента хорошо справлялась, так что может время от времени ошибаться.

Когда я так утешил её, она перестала дрожать. Где ещё найдёшь такого заботливого вышестоящего?

— На этот раз справишься?

— Да!

Её решительный ответ, как у новобранца, немного удовлетворил меня. 1-й начальник отдела, когда была искрененей, добилась хороших результатов.

— Если подумать, то, судя по тому, что ты знаешь о северном деле, у них точно есть покровитель или сообщник.

— Я всё выясню!

— Хорошо, давай постараемся. Понятно?

Она постоянно кивала, и на этот раз казалось, что она точно справится. Ведь искренняя Элизабет добивалась хороших результатов.

— Тогда я ненадолго зайду в стенд. Мне нужно пробыть там до конца рабочего дня.

Люди, которые ждали меня, могли подумать, что что-то не так, если бы я не появился до закрытия стенда. Мне нужно было хотя бы ненадолго показаться там, а потом вернуться в лес.

★★★

Наблюдая за удаляющейся спиной заведующего, направляющегося в академию, я еле успокоила бешено колотящееся сердце. Когда начальник коснулся моего плеча, когда он назвал меня по имени, а не по должности… Могло ли мое сердце биться сильнее? Оно бешено колотилось, как сумасшедшее.

Хе-хе…

«Мы в дерьме».

Мы по-настоящему в дерьме.

Он сдерживал себя изнутри, но на самом деле он был по-настоящему взбешён.

Большинство людей, побывавших на поле боя, приобретают свои причуды. Начальник был одним из таких людей. Он никогда не называл госслужащих по имени. И на публике, и в частной обстановке, он всегда называл их именно по должности. Его причуда заключалась в том, чтобы называть людей по имени.

Потому что на севере он потерял многих людей, с которыми был близок на протяжении двух лет, он тогда называл их по имени. Потому что из карательного отряда, созданного для убийства Кагана, перевернувшего небеса, только заведующий смог вернуться в столицу живым.

Но то, что он назвал меня по имени, а не по должности, означало, что его разум и тело действовали несогласованно, настолько он был зол. Такое случается только тогда, когда он был по-настоящему взбешен.

«Гнида».

Я посмотрела на обезглавленного лидера Третьей славы. Он был моей новой игрушкой, и я относилась к нему довольно хорошо, но не ожидала, что он совершит такое злодеяние. Хорошо, что заведующий не выплеснул на нас свой гнев. Хотя нет, то, что он сдерживался и подавлял его внутри, было ещё страшнее…

— Пенелопа. Ты в порядке?

Я отвела взгляд от обезглавленной гниды и посмотрела на Пенелопу. Заведующий, который особенно любил 4-й отдел, назвал по имени и 4-го начальника отдела. Я не могла представить, насколько сильный шок испытала Пенелопа.

Даже сейчас она опустила голову и бормотала что-то себе под нос. Для Пенелопы, которая жила только ради заведующего, это должно было быть как конец света. Я слегка вздохнула и подошла к ней, чтобы утешить.

— ТолькоЗаведующийТолькоЗаведующийТолькоЗаведующийТолькоЗаведующийТолькоЗаведующий…

— А.

Похоже, я зря беспокоилась.

Оставив позади Пенелопу, которая бормотала что-то немного пугающим тоном, я направилась к другому члену Третьей славы.

Я сделала знак нескольким сотрудникам Чёрного света, которые все еще были в оцепенении, и они быстро последовали за мной. Придя в себя, они стали двигаться немного энергичнее. Похоже, они тоже были в бешенстве. Конечно, они ведь увидели сумасшедшего, который оскорбил заведующего прямо перед его лицом.

— Приведите его сюда.

— Есть.

Я указала на парня, который был без сознания, и они тут же подбежали к нему и притащили ко мне. Так как допрашивать можно было только людей в сознании, я ударила его по щекам, чтобы разбудить.

Как только он открыл рот, чтобы закричать, сотрудник Чёрного света тут же заткнул ему рот кляпом. Да, мне нравится с ними работать, потому что они довольно сообразительные.

— Я не собиралась заходить так далеко, но ваш босс очень грубо с нами обошелся. Мне жаль.

Достав кинжал из-за пазухи, я вдруг подумала, что это странно. Почему я извиняюсь перед ним? Разве не мы пострадали? Может быть, он тоже виноват в том, что не смог сдержать своего босса?

— Хотя, если подумать, мне не так уж и жаль.

Я могу делать это с лёгким сердцем.

Кивнув, я проверила лезвие кинжала и срезала немного плоти с члена Третьей славы, который был прямо передо мной.

Сколько раз ты такое выдержишь, прежде чем сломаешься? Пожалуйста, держись как можно дольше.

★★★

Мне удалось избежать того, чтобы стать плохим заведующим, который вымещает свой личный гнев на подчинённых. Похоже, с годами моё терпение стало лучше, чем раньше. Раньше я бы сразу же набросился на него, как только услышал это.

«Тот, кто сделал карьеру на крови своих товарищей».

От слов, которые продолжали крутиться у меня в голове, я невольно нахмурился. Как бы я ни был терпелив, это всё равно бесило. Что ещё хуже, я не мог отрицать правдивость этих слов. Потому что это была правда.

Стараясь стряхнуть это с себя, я прибыл в академию и увидел, как убирают стенды. Ох, немного опоздал. Я ускорил шаг и дошёл до стенда кондитерского клуба, но и там никого не было. Да, я определённо опоздал.

— Ах, брат!

Когда я уже собирался вернуться в лес, я услышал голос Луизы позади себя. Она, должно быть, сидела на корточках в углу палатки, потому что внезапно выглянула оттуда.

— Что такое? Почему ты ещё здесь?

— Я же глава клуба, мне нужно было подождать, пока ты придёшь, братик.

Я усмехнулся, глядя на Луизу, которая хихикала. Откуда ты знала, что я приду в это время, и почему тратила время на ожидание?

— А где остальные? Они ведь не собирались просто уйти.

— Их забрали те, кто приехал из трёх стран.

Луиза сказала это легко, но я чувствовал, сколько усилий Виллар приложил к этому простому делу. Должно быть, ему было трудно отправить их в общежитие, оставив Луизу в одиночку. А кто догадался забрать с собой Эриха и Айнтер? Это была инициатива иностранной троицы, которая не могла оставить их одних?

«Они хорошо сдерживают друг друга».

Никто не мог вырваться вперед, но в то же время никто не позволял никому другому вырваться вперёд. Странно сбалансированные ублюдки.

— Брат, дай мне свою руку на минутку.

— Руку?

Я машинально протянул руку, а потом спохватился. Хотя я и вытер их, от них все ещё мог исходить запах крови, что могло быть не лучшим запахом для ребенка, который видет только хорошее. Но Луиза, похоже, не обратила на это внимания и положила мне на руку маленький мешочек. Хорошо, что, похоже, запаха не осталось.

— На этот раз я сделала их очень сладкими!

— Правда?

— Говорят, что когда устаёшь, полезно есть сладкое.

От слов Луизы, сказанных с заботой, моё тело на мгновение застыло.

— Ты выглядишь очень уставшим, брат. Я надеюсь, что это хоть немного поможет.

— Хорошо.

— Э-э… Брат? Как ты и говорил раньше…

— Что если что-то случится, ты всегда можешь мне это высказать?

— Хе-хе…

Глядя на её смущённую улыбку, я посмотрел на мешочек в своей руке. Сладкое полезно, когда устаёшь — я уже много раз слышал это.

— Спасибо. Я с удовольствием это съем.

— Да!

Я слегка улыбнулся Луизе, которая ярко улыбнулась мне в ответ.

Убедившись, что Луиза вернулась в общежитие, я тоже вышел из академии, чтобы вернуться в лес.

«Сладкое полезно, когда устаёшь».

Я открыл мешочек, который дала мне Луиза, и достал оттуда печенье. Судя по аккуратной форме, Луиза очень старалась, когда делала его. Раньше я и представить себе не мог, что она сможет делать такие аккуратные вещи.

— Карл! Я принесла кое-что вкусненькое! Та-дам! Как тебе? Где еще на севере ты сможешь попробовать десерт!

— Ты хоть в зеркало смотришься? У тебя на лице усталость написана.

— Сладкое — это лучшее средство от усталости! Я даю тебе это, потому что забочусь о тебе, так что ешь!

— И не держи всё в себе, малыш. Если что-то случится, ты всегда можешь рассказать об этом своей старшей сестре!

Ах.

«Чёрт возьми».

Может быть, потому что я только что услышал нечто подобное от этого ублюдка, а может быть, потому что услышал нечто подобное от Луизы, но мне вдруг вспомнилось прошлое.

Я посмотрел на печенье Луизы и осторожно откусил кусочек.

«Вкусно».

Да, вкусно. Печенье Луизы вкусное.

Потому что печенье, которое я ел на севере, тоже было вкусным. Оно было лучшим из того, что я когда-либо ел.

Поэтому печенье Луизы тоже вкусное. Как и тогда, на севере.

Да, печенье Луизы обязательно будет вкусным. Должно быть.

Послесловие автора

Сегодня день защиты детей. Хотя наши тела уже не детские, но наши сердца хранят воспоминания о невинном детстве, так что разве мы не можем считать себя детьми? Ну, неважно.

Кстати, один из читателей кое-что мне предложил. Он спросил, могу ли я разместить описания персонажей в объявлении, и мне кажется, это неплохая идея. Мне тоже иногда трудно вспомнить полные имена, так что было бы неплохо их иметь.

Я не уверен, можно ли размещать обобщающую информацию во время конкурса, но, судя по правилам конкурса, это не должно быть проблемой, только если там не будет изображений. Я попробую обобщить не только персонажей, но и упомянутые в сюжете детали.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Я долго стоял неподвижно, держа в руках мешочек с печеньем. Это произошло уже два года назад, и ничего особенного в этом не было. Во время войны такие вещи случаются, и умереть там — обычное дело. Я пытаюсь забыть об этом, но это не так просто, как кажется.

Но когда-нибудь я смогу это сделать. Я посмотрел на мешочек с печеньем, сунул его в карман и снова пошёл в лес. Мне нужно закончить всё до наступления темноты, чтобы завтрашняя ярмарка прошла без происшествий.

Немного ускорив шаг, я добрался до леса и увидел, как разговаривают 1-й и 4-й начальники. Похоже, они закончили допрос. Как и ожидалось, если она захочет, то сможет сделать всё.

— Закончили?

— Да, мы заставили его выложить всё, что он знал.

1-й и 4-й начальники всё ещё нервничали и вели себя скованно. Это не та проблема, которую можно решить, сказав им, что я в порядке, так что просто оставлю всё как есть. Сколько людей поверит мне, если я напрямую скажу, что уже не злюсь?

Я осмотрел состояние захваченных членов Третьей славы. Все они были в плачевном состоянии. У них не хватало конечностей, а у некоторых были вырваны куски плоти. Они пытали их на открытом воздухе? Значит, полученной информации можно доверять.

— Что-нибудь необычное?

— У них был странный предмет.

— Странный предмет?

На мой вопрос вместо 1-го начальника ответила 4-й и протянула мне бумагу. Вот же засранцы.

— Это свиток взрыва.

— Да, похоже, для горных работ.

Одноразовый свиток с заклинанием взрыва. Обычно его используют при горных работах, и из-за разрушительной силы его производят только в башне магов столицы и поставляют только проверенным лицам или организациям.

Если бы этот свиток взорвался в центре академии, то последствия были бы невообразимыми. Конечно, сейчас важно не беспокоиться о том, что не произошло, а выяснить, как этот свиток попал в руки простых повстанцев.

Взрывные свитки поставляются губернаторам, лордам или начальникам шахт. Все они должны быть верны империи. Если кто-то из них передал этот свиток повстанцам, то это явное предательство.

— Он хотел покончить с собой?

— Похоже на то.

Свитки поставляются проверенным лицам или организациям, и все записи о том, кому и сколько было поставлено, сохраняются. Так что, если мы всё проверим, то сможем найти виновного. Если в записях о поставках и использовании есть несоответствия или что-то странное, то это значит, что он и есть преступник.

Неужели все предатели настолько глупые? Почему они рискуют своей жизнью ради чего-то, что так легко обнаружить?

Я почесал подбородок и кивнул. Судя по тому, что был упомянут только свиток в качестве необычного предмета, никакой другой полезной информации получить не удалось, и теперь нужно сосредоточиться на причине утечки свитка.

— Мы сделали всё, что могли. Всем спасибо за работу.

Теперь, когда на месте происшествия делать больше нечего, остаётся только передать всё в центр. С теми, кто ещё дышит, разберётся секретная служба, а утечкой свитка займётся разъярённый маг империи. Им придётся попотеть.

Конечно, как только секретная служба найдёт виновного, дело снова перейдёт в отдел инспекции. В итоге нам опять придётся пахать.

После того, как все члены Третьей славы были захвачены живьём и была получена информация, работа 1-го начальника и отряда Чёрного света была окончена. Как только 4-й начальник доложила о захвате Третьей славы Секретной службе, появились маги и телепортировали их в столицу. Телепортация — это очень удобно.

Кроме того, по указанию Секретной службы отряд Чёрного света оставался тут на случай непредвиденных обстоятельств. Было бы неплохо, если бы они остались до конца ярмарки. Но если 1-й и 4-й начальники будут разгуливать по академии, то аристократы будут в ужасе, так что, к сожалению, отряду Чёрного света придётся остаться в этом лесу.

4-й начальник, похоже, немного расстроилась, поэтому я решил навещать её каждый вечер. Я должен проявить хоть какое-то внимание к подчинённому, которого давно не видел. Нужно будет приносить ей еду.

В отличие от 4-го начальника, которая осталась в лесу, 1-й начальник решила работать со мной в стенде на следующий день.

— Заведующий, дайте мне, я понесу.

Заметно то, что она стала гораздо послушнее, чем вчера.

— Не нужно. Я сам справлюсь.

Я улыбнулся, понимая, почему она так себя ведёт. Редко можно увидеть то, как все трое начальников заискивают передо мной. Значит, у тебя всё ещё осталась совесть. Это трогательно.

Получив отказ, 1-й начальник продолжила крутиться возле меня, переводя взгляд с одного предмета на другой. По правде говоря, 1-й начальник тоже виновата в случившемся вчера. Если я продолжу игнорировать её, то она может и расплакаться.

«Хотелось бы увидеть это.»

Но не хочу быть вышестоящим, который доводит своих подчинённых до слёз. Судя по тому, как она заискивает передо мной, она не будет создавать проблем, если я немного ослаблю хватку, мы разобрались с Третьей славой, так что срочных дел нет.

— У тебя сейчас нет дел?

— Нет! Никаких! Я всё сделаю за вас, заведующий, пожалуйста, отдыхайте!

Она ответила с таким энтузиазмом, что, казалось, у неё вот-вот вырастет хвост и она начнёт им бешено вилять. Я кивнул, а затем передал 1-му начальнику вещи, которые держал в руках. Как только она приняла их, выражение её лица стало таким спокойным, словно у неё только что прошла изжога. Она не просто приняла мои вещи. Она обрела душевный покой.

— Поставь это вон туда, в угол, и можешь идти развлекаться.

— Что?

Она недоумённо склонила голову набок, и я сам снял с неё фартук. Если я заставил тебя работать, то и отпускать должен тоже я.

— Теперь, когда срочных дел нет, ты можешь находиться в пределах академии. Когда ещё ты сможешь так повеселиться?

— Э-э, вы уверены?

— Стенд будет работать и без тебя.

Я махнул рукой, показывая, что ей нужно уходить, и глаза 1-го начальника заблестели, а лицо оживилось. Она так быстро поставила вещи и убежала, словно боялась, что я передумаю. Наверное, именно так выглядел бы покемон, выпущенный на волю.

Я бросил фартук 1-го начальника, который сыграл роль моего покебола, и осмотрел стенд. Похоже, остальные сотрудники освоились с работой, а рабочие из трёх стран тоже усердно трудятся. 1-й начальник изначально была тут лишней, так что её отсутствие не проблема.

К тому же количество аристократов, подходящих ко мне, резко сократилось. Они почти все приходили в первые два дня, так что, похоже, больше никто не придёт. Теперь я могу просто расслабиться и насладиться проведённым временем. Вот это настоящая ярмарка.

— Брат.

Когда я собиралась сесть на стул в углу и отдохнуть, ко мне подошла Луиза и села рядом.

— Что? Что-то случилось?

— Нет. Просто хотела тут посидеть.

Луиза постоянно бегала по стенду, так что у неё даже не было времени присесть. Она не могла подойти к стульям, даже если не было посетителей.

— Ты себя загонишь. Не перенапрягайся.

Я сказал это, потому что мне показалось, что она слишком усердствует, но Луиза ничего не ответила и просто посмотрела мне в глаза. Она смотрела настолько пристально, что мне аж стало неловко.

— У меня что-то случилось с лицом?

Иногда мне на лицо попадает мука. Я подумал, что это может быть так и в этот раз, и провёл рукой по лицу, но Луиза молча покачала головой.

— Вы съели всё печенье, которое я вам вчера дала?

— Да, оно было вкусным.

Луиза слегка улыбнулась на мой ответ, но в её улыбке чувствовалась какая-то горечь.

— Вы можете оставить стенд на нас.

На этот раз улыбнулся я. Вчера она сказала, что я выгляжу усталым, а сегодня спросила, съел ли я всё печенье. Судя по тому, как настойчиво она уговаривала меня отдохнуть, моё состояние, похоже, было не очень хорошим.

И в прошлый раз, когда я получил чайные листья, и сейчас, обо мне беспокоится ребёнок. Если бы министр узнал об этом, он бы надо мной посмеялся.

— Всё хорошо. Руководитель всегда должен быть рядом.

— Но в других клубах всё обстоит иначе. В клубе, где состоит Ирина, руководитель находился в другом месте.

Меня раскусили.

Руководитель, по сути, должен лишь следить за тем, чтобы не возникало проблем. Он может просто иногда приходить и проверять, как идут дела, но не словно призрак постоянно сидеть в стенде, как я.

Проблема в том, что я не могу оставить этих безнадёжных членов клуба одних. И поскольку руководитель должен следить за тем, чтобы не возникало проблем, я выполняю свой долг куда лучше остальных. У меня совсем другая ситуация, не как у руководителей других клубов…

Я натянуто улыбнулся, но ничего не ответил, и Луиза, надув губы, продолжила.

— Брат, я вам очень благодарна. За всё, начиная с того, что вы стали руководителем нашего клуба, и до сегодняшнего дня.

— Да ничего особенного я и не сделал.

— Каждый ваш поступок, который вы считаете незначительным, был очень важен для меня.

На это мне было нечего ответить. «Вода по капле камень точит», как говорится. Если сложить всё, что я сделал, то получится довольно много. Хотя, наверное, это не та пословица, которую стоит использовать в этом случае.

— Мне кажется, что вы слишком много работаете, поэтому я хочу хоть немного вам помочь.

— Не забивай свою маленькую головку проблемами взрослых. Если что-то случится, ты всегда можешь рассказать об этом своему старшему брату!

«Чёрт.»

Опять то же самое. Если бы это произошло в другое время, я бы просто пропустил эти слова мимо ушей, но сейчас они постоянно напоминают мне о том дне. Этот ублюдок, зачем он сказал именно это перед своей смертью?

Я невольно вздохнул. Если бы целью Третьей славы было не разрушение академии, а разрушение моего морального состояния, то им бы это удалось. Давно мне не было так хреново.

— Б-брат…?

«О.»

Я слишком поздно вспомнил, что передо мной стоит Луиза, и поспешил привести в порядок выражение лица, но у неё уже навернулись слёзы на глазах, а плечи слегка опустились.

— Мне неловко от того, что ты так сильно обо мне беспокоишься. Может, мне стоит ненадолго отдохнуть?

Мой вздох перед ней, которая беспокоится обо мне, был равносилен словам «Не лезь не в своё дело». Это было очень невежливо с моей стороны. Мне не хочется покидать стенд, но сейчас лучше сделать так, как сказала Луиза.

Я с трудом улыбнулся, и Луиза немного успокоилась. Хорошо хоть, что я не довёл ребёнка до слёз.

«Эта гнида.»

Это всё из-за него, этого ничтожества. Нужно было разбить ему не только голову, но и всё остальное.

Вторая часть ярмарки, на которой не было никаких угроз после уничтожения Третьей славы. Ярмарка, которая должна была быть мирной, началась как-то очень странно.

Послесловие автора.

Уважаемые читатели с прекрасными детскими воспоминаниями, как вы провели день защиты детей? Я хорошо провёл этот день.

Это то, о чём я говорил во вчерашнем послесловии, но по предложению одного из читателей я думаю кратко описать персонажей и сеттинг новеллы и опубликовать это в объявлении. Но когда я начал писать, то понял, что это на самом деле не так просто.

Я думал написать обо всех персонажах, чьи имена или должности хотя бы раз упоминались, но тогда, по мере развития сюжета, объявление превратится в огромный текст, а писать только о главных героях будет как-то некрасиво.

Мне нужно ещё подумать над этим, так что сборник появится ещё не скоро.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Старший брат, который сказал, что пойдёт отдохнуть, несколько раз обернулся и неловко улыбнулся.

– Знаешь, мне как-то не по себе уходить. Ты тут точно справишься без меня?

– Справлюсь. У нас даже слишком много людей.

Изначально работа на стенде планировалась только силами участников клуба, без руководителя. К тому же, пришли люди из трёх стран по просьбе брата, так что рабочих рук у нас хватает. Я помахала брату на прощание, вкладывая этот смысл в свой жест, и он, наконец, направился туда, где располагались другие стенды.

Но он продолжал оглядываться, так что я не двигалась с места, пока он не скрылся из виду. И только тогда брат, будто спасаясь бегством, ускорил шаг. Выглядело это довольно мило. Хотя, если бы я сказала ему это в лицо, он бы, наверное, рассердился.

«В конце концов, он так и не ответил».

При мысли об этом непробиваемом брате на моём лице появилась горькая улыбка.

Я много раз говорила брату, что хочу помочь, и просила его высказаться мне, если у него есть какие-то проблемы. Но он каждый раз отвечал что-то другое, ни разу не сказав «Хорошо».

Мне казалось, что он так поступает, потому что не считает, что я могу быть ему полезной, не доверяет мне. И хотя это немного обидно, я не принимала это близко к сердцу. Брат гораздо способнее и лучше меня. Я не знала об этом, когда впервые увидела его, но как же я удивилась, узнав позже, что он госслужащий уровня заведующего отделами!

Поэтому я просто ждала, даже если брат ничего мне не говорил. Мне казалось, что торопить его – значит проявить неуважение. Но после того, что я увидела вчера, я больше не могу просто ждать.

– Брат…

Взволнованная, я позвала брата, хотя его уже и не было видно. Вчера он выглядел так, будто вот-вот взорвётся, будто упадёт, если кто-то его тронет.

Внешне это никак не проявлялось. Брат всегда был внешне невозмутим. Но именно потому, что он ничего не выражал, всё это гнило у него внутри, и никто об этом даже не догадывался. Я бы тоже этого не заметила, если бы раньше уже не видела подобное.

Вчерашнее печенье для брата я сделала с упором на сладость, отбросив все изыски, потому что хотела порадовать его, ведь он так много работает. Брат с удовольствием ест любое печенье, но всё равно, хотелось в этот раз угостить его чем-то вкусненьким.

Но то, что я не как следует не проверила ингредиенты, потому что всегда использовала их на стенде, сыграло со мной злую шутку. Только сегодня утром, в суматохе, я поняла, что перепутала сахар с солью. Эта несмешная даже в качестве шутки ошибка случилась как раз вчера.

Как бы брат ни был всеяден, давать ему солёную глыбу, сказав, что она сладкая, – это совсем другое. Я думала, он рассердится или хотя бы, рассмеявшись, скажет, что печенье слишком солёное.

– О, вкусно.

Но реакция брата была совсем никакой. И сегодня утром, когда он пришёл на стенд, он тоже никак не отреагировал. Когда я осторожно попыталась разузнать, он ответил как ни в чём не бывало. Так не должно быть. Этого просто не может быть…

– Брат всегда ел всё подряд. Даже шеф-повар в особняке говорил, что готовить для брата намного проще, чем для остальных.

Это слова Эриха, которые я слышала раньше. Но это значит не просто «ест всё подряд». Мне хотелось расспросить его подробнее, но я не хотела нагружать Эриха, который только начал налаживать отношения с братом, своими тревогами.

«Брат».

Ты точно в порядке?

Я боялась, что брат не выдержит и рухнет, что он исчезнет, никому ничего не сказав.

★★★

Я выбежал, не желая расстраивать Луизу, но, оказавшись снаружи, понял, что мне нечем заняться.

«И что же мне делать?»

Чтобы получить удовольствие, нужно знать, как. В этом мире я чувствовал себя спокойно только первый год после вселения, а потом всё пошло наперекосяк. Даже если мне вдруг скажут отдохнуть, я понятия не имею, чем мне заняться.

Мне пришла в голову мысль взять начальника 1-го отдела в качестве гида, но я тут же отбросил её. Я не знаю, где в академии может находиться начальник 1-го отдела, да и как бы я ни издевался над ней, заставлять начальника сопровождать меня, пока я развлекаюсь – это слишком.

Я сам через это прошёл, так что знаю, как это ужасно. Когда я, будучи заведующим отделами инспекции, получил свой первый отпуск, то решил прогуляться по столице, чтобы развеяться, и наткнулся на министра. Нам обоим было нечем заняться, так что в итоге мы вместе прогулялись. До сих пор с ужасом это вспоминаю. Не хочу превращать начальника 1-го отдела в очередное звено этой ужасной цепи.

Я решил, что если мне совсем нечем заняться, то я могу просто найти начальника 4-го отдела, и пошёл бродить по академии. Вдруг вдали я заметил знакомые рыжие волосы.

«Маргарита?»

Я увидел Маргариту, которая осматривала стенды, прикрывая рот своим неизменным красным веером. Точно, одной из обязанностей студсовета было следить за тем, чтобы ярмарка проходила гладко.

Мне всё равно было некуда идти, а раз уж мне всё равно будут глазеть в спину, то лучше уж гулять с Маргаритой. Со стороны это будет выглядеть так, будто член студсовета и инспектор занимаются своими обязанностями.

– Марг.

Я подошёл к ней сзади и окликнул, и Маргарита, которая уже собиралась идти к следующему стенду, повернулась ко мне.

– О, молодой господин Карл. Не ожидала вас здесь увидеть.

На холодном лице Маргариты расцвела улыбка. Конечно, она не ожидала встретить меня в таком месте. Маргарита знала, что я должен быть привязан к стенду своего клуба.

К тому же, Маргарита обещала не ходить к Луизе, так что она не должна была появляться на нашем стенде. Я думал, что увижу её только после окончания ярмарки, если не случится ничего непредвиденного. Но вот оно и случилось.

– Вы очень заняты?

– Не очень. Я занималась тем же самым в прошлом году, так что для меня это привычно.

– И всё же, делать это одной должно быть тяжело. Вам не нужен помощник?

Маргарита склонила голову набок и ответила с улыбкой в голосе:

– Я не гуляю с кем попало. Но с вами, молодой господин Карл, я бы прогулялась.

– Вот как. Я был бы рад составить вам компанию, если вы не против.

– Что?

Лицо Маргариты покраснело, и веер, которым она прикрывала только рот, поднялся до самых глаз. Но благодаря тому, что она закрыла им нижнюю часть лица, её бегающие глаза стали видны ещё отчётливее.

Иногда мне кажется, что она слишком мягкая и ранимая как для потомка железного герцога. Или, может быть, я просто плохо знаю остальных его потомков, потому что редко с ними встречаюсь?

★★★

Проверка хода ярмарки – это то же самое, что я делала в прошлом году. Членов студсовета было мало по сравнению с количеством стендов, разбросанных по всей академии, так что мне неизбежно придётся ходить в одиночку.

«Скучно».

Вообще я вступила в студсовет, чтобы стать госслужащим и встретить Карла, так что работаю без особого энтузиазма. А в этом году, когда Карл пришёл в академию, у меня стало ещё меньше желания что-либо делать. Но, как член благородного дома Баренти, я не могу пренебрегать своими обязанностями, поэтому я всё равно работаю.

– Марг.

Пока я изо всех сил старалась подавить скуку, сзади раздался знакомый голос.

– О, молодой господин Карл. Не ожидала увидеть вас здесь.

Карл, это голос Карла.

Я резко обернулась, и, конечно же, это был Карл. Хорошо, что я прикрывала рот веером. А то я от радости чуть не расплылась в глупой улыбке.

Честно говоря, я не ожидала встретить Карла во время ярмарки. Он – руководитель клуба с необычными участниками, так что он не мог отойти от стенда, а я не собиралась подходить к стенду юной леди Луизы. Поэтому я и думала, что ярмарка будет скучной, но тут я встретила Карла.

«Всё-таки наша с ним связь – это судьба».

Как бы мы ни переживали, что не сможем встретиться, мы всё равно встречаемся. Как же это романтично.

От приятных мыслей у меня поднялось настроение. Раз уж я встретила Карла, мне хочется поболтать с ним подольше, но у него, наверное, есть дела, так что будет невежливо его задерживать. Сегодня я буду довольстваться этой судьбоносной встречей.

Да, я собиралась просто довольствоваться этим, но…

– Я был бы рад составить вам компанию, если вы не против.

– Что?

От неожиданных слов Карла у меня всё перемешалось в голове.

«Со мной? Гулять?»

Со мной? Карл? Гулять? Разве у него нет других дел? Разве Карл когда-нибудь предлагал мне что-то подобное?

Я почувствовала, как мои щёки запылали, и поспешно подняла веер, чтобы скрыть лицо. Нет, он ни за что не должен увидеть меня такой.

«Сви… свидание… Свидание…! Свидание с Карлом!»

Впервые. Карл впервые предложил мне провести время вместе. Да и вообще, это моё первое свидание. Год назад Карл был настолько занят, что мы могли разве что попить чаю и поболтать, о прогулках я и мечтать не могла.

«Судьба!»

Всё-таки это судьба. Карл уже практически мой. Даже такой бесчувственный Карл сам предложил мне свидание, так что он уже мой!

– Да, хорошо. Давайте прогуляемся.

…Но, может быть, сегодня я могу согласиться? Наверное, Карл решился на это предложение не без труда. Если я откажусь, он может расстроиться.

Да, именно поэтому я соглашусь. Честно.

★★★

К счастью, Маргарита согласилась составить мне компанию. Я беспокоился, что у меня не будет причин помогать ей, ведь это не бюджетная работа, а просто проверка ситуации, но, к счастью, она согласилась.

На самом деле, ничего особенного в нашей совместной прогулке не было. Маргарита осматривала стенды, а я просто гулял рядом и смотрел. Правда, было немного жаль глав клубов, которые тряслись от страха каждый раз, когда мы подходили к их стендам.

«Я об этом не подумал».

Маргарита и сама по себе – принцесса, от которой уже мурашки по коже, а тут ещё и инспектор пришёл проверять стенд. Это ментальная атака, которая способная убить на месте. Мне стыдно, что я не предвидел такую очевидную вещь. Каким бы рассеянным я ни был, издеваться над детьми – это слишком.

– Благодаря вам, молодой господин Карл, я раньше закончила работу. Спасибо.

– Не за что.

Но время я точно скоротал. Можно сказать, для меня это хоть какое-то утешение.

– Марг, не могли бы мы погулять вместе и завтра?

Мне кажется, Луиза не оставит меня в покое, если я снова буду торчать на стенде. Наверное, она и завтра захочет меня выпроводить, так что мне нужно заранее придумать, куда идти.

Маргарита легко кивнула в ответ на моё предложение, но покрасневшие уши её выдавали.

– Спасибо, Марг.

«И прости меня».

Я мысленно извинился перед Маргаритой, зная, что она меня не услышит. Ей, наверное, тяжело из-за того, что она связалась с таким, как я.

Мне не по себе от того, что из-за моей психической нестабильности страдают ни в чём не повинные люди. Я отталкиваю её, стискиваю зубы и делаю вид, что ничего не замечаю.

Мне очень жаль.

Послесловие автора

Во время написания этой главы я случайно наткнулся взглядом на один из тегов – «Повседневность». И тег «Повседневность» прошептал мне электромагнитными волнами, что это роман с тегом «Повседневность».

Ах, конечно, дружище. Как я мог забыть о повседневности.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

После того, как Луиза от меня отказалась, а Маргарита взяла меня под своё крыло, мои дни на ярмарке стали довольно странными. Каждое утро я приходил в стенд, а затем сразу же уходил. Вилард провожал меня взглядом с немым вопросом: «Что за хрень он вообще делает?», – и мне было немного неловко, но сказать было нечего.

Я и сам не ожидал, что стану таким бродягой. Трудно что-либо возразить, когда тот, кто собрал всех для работы, первым же дезертировал. Конечно, Вилард и остальные представители сил трёх стран прибыли сюда в качестве охраны, но всё равно это выглядело так, будто я откровенно сачкую и сбегаю.

Но разве мог я, государственный служащий, проигнорировать слова Луизы, которая всего лишь гражданское лицо? Надеюсь, вы меня поймёте.

– В этом году ярмарка на удивление тихая. В прошлом году постоянно что-то случалось.

Пока я мысленно извинялся перед Вилардом, Маргарита, которая шла рядом, заговорила.

– Правда? Я не видела прошлогодней выставки, так что не знаю.

– Тогда были тайные споры из-за расположения стендов, и конкуренция за привлечение посетителей.

Вполне логично. Если бы они вообще не занимались организацией стендов, то ещё ладно, но если работа стенда приносит видимые результаты, то гордые аристократы неизбежно начнут соревеоваться. Если уж они начали, то голубая кровь многих из них закипает от желания победить.

– Хе-хе, похоже, это всё благодаря вам, молодой мастер Карл. Большое спасибо.

Я улыбнулся хихикающей Маргарите и ответил. Нельзя сказать, что моё влияние было незначительным.

Участие заведующего отделами инспекции и множество аристократов, собравшихся, чтобы увидеть меня. Даже самым энергичным и амбициозным аристократическим отпрыскам пришлось бы вести себя немного сдержаннее. Если я этим случайно помог Маргарите, то это хорошо.

– Я рад, если смог помочь. Хотите ещё?

– Да, спасибо.

Маргарита слегка покраснела и взяла несколько кукурузных зёрен из моей руки. Глядя на её румянец, я чуть не рассмеялся, вспомнив недавний случай.

Изначально я просто хотел дать Маргарите что-нибудь перекусить, потому что она, кажется, ходила без завтрака, но она отказалась, сказав, что это будет выглядеть неприлично. Ей не хотелось ходить с едой в руках.

Но и садиться есть тоже было проблематично. Если бы у неё было на это время, она бы не пропустила завтрак.

– Тогда я буду носить еду, а вы ешьте, когда захотите.

– Что?

Поэтому я купил поблизости кукурузу, оторвал несколько десятков зёрен и протянул их Маргарите. Её растерянный, дрожащий взгляд был незабываем.

– Это не вы ходите с едой, а я. Берите столько, сколько захотите.

– С-спасибо…

Маргарита немного поколебалась, а затем, опустив голову, словно откусывая, взяла кукурузу из моей руки. Я решил не вспоминать о наших выражениях лиц в тот момент. Это моя вина, что я поднёс руку слишком близко и вызвал недоразумение. Маргарита добра, раз не стала ругать меня и переступила через себя.

В общем, я решил считать именно так. Потому что, когда Маргарита увидела моё выражение лица, держащего кукурузу во рту, она выглядела так, будто вот-вот расплачется.

Вот видите, даже сейчас, стоит ей только увидеть кукурузу, она сразу краснеет.

– Если вам неудобно брать руками, можете делать это как раньше.

Маргарита забавно поморщилась и опустила голову. Я невольно улыбнулся.

Поэтому я благодарен и чувствую себя виноватым перед Маргаритой. Она по-прежнему хорошо ко мне относится, несмотря на то, что я её отвергаю. Даже после того, как я отказался от помолвки и не виделся с ней целый год, она не изменилась.

«Жить мне осталось недолго».

Мне, тому, кто её отверг, так горько, а каково же тогда железному герцогу? Кажется, я слишком многим обязан семье Барентия.

После прогулки с Маргаритой я возвращался в павильон кондитерского клуба во второй половине дня. Как бы там ни было, целый день бродить по улице утомительно, поэтому я договорился с Луизой, что буду возвращаться в павильон во второй половине дня.

Короче говоря, утром я гулял, а днём отдыхал. Звучит так, будто я никчёмный взрослый.

– Брат, садись поудобнее.

– Брат, наблюдать за пытками со стороны тоже тяжко.

Участники клуба, видимо, заметили мой взгляд из угла и сказали по паре слов, проходя мимо. Возможно, они хотели, чтобы я отдохнул, но…

«Я для них новичок что ли?»

Как ни крути, это похоже на то, как новичка оставляют одного. Офицеры проходят мимо и говорят ему отдыхать. Забота и внимание становятся ядом и вызывают чувство ничтожности.

Я посмотрел на Луизу, и она, почувствовав мой взгляд, повернулась ко мне, но лишь молча покачала головой с улыбкой. Это означало, что я должен сидеть тихо и не думать о работе.

Я очень ценю её заботу, но всё равно тяжело просто сидеть, когда все остальные работают.

– Когда ещё отдыхать, как не сейчас? Отдыхайте спокойно.

Как будто прочитав мои мысли, рядом раздался голос. Я повернулся и увидел улыбающегося Лютиса, поправляющего свои рыжие волосы.

«Чем больше смотрю, тем больше удивляюсь».

Меня удивлял не рыжий цвет волос Лютиса. Я просто вспомнил разноцветные волосы всех участников кондитерского клуба.

У Луизы розовые, у Эриха чёрные, у Айнтера золотые. Лютис, Латер и Таниан обладали красными, синими и белыми волосами соответственно. Какова вероятность того, что у шестерых случайных людей будут настолько разные цвета волос? Может быть, в оригинальной истории это было прописано для различения персонажей?

– Хм? Почему вы так смотрите?

– Нет, ничего.

Я запечатал в глубине души фразу «Когда ты стоишь рядом с Латером, вы похожи на светофор».

– Ну, если ничего…

Лютис усмехнулся, сел рядом со мной и протянул мне одну из двух чашек кофе, которые держал в руках.

– Аромат довольно приятный. Не хотите ли выпить?

– Я, пожалуй, пас.

Я посмотрел на него с вопросом: «Я-то ладно, а ты разве можешь просто так сидеть?», – и Лютис рассмеялся.

– Ха-ха. Теперь все привыкли к работе, и мы по очереди отдыхаем. Как раз настала моя очередь.

Конечно, если есть возможность отдохнуть, то лучше ей воспользоваться. Я кивнул и сделал глоток кофе, который дал мне Лютис, но не был уверен, что аромат такой уж приятный, как он сказал.

– Это Эрих сварил. Он сказал, что волнуется за вас, заваривал старательно.

– В самом деле?

Если подумать, то, возможно, и правда неплохо. Зная, что это кофе Эриха, я продолжал пить. Не знаю насчёт аромата, но в нём точно есть семейная любовь.

– Вы не ранены?

Лютис хихикнул над моим видом и тихо спросил. Его неожиданный вопрос заставил меня посмотреть на него.

– О чём ты?

– Вы правда думали, что никто не заметит?

– Ха.

Я тихо вздохнул.

Да, признаков было много. Внезапно к нам присоединилась начальник 1-го отдела, а недавно мы с ней вместе исчезли и не появлялись до закрытия стенда. Если бы они не заподозрили неладное после таких признаков, то не были бы членами королевских семей.

Если подумать, то это немного раздражает. Почему эти ребята, которые в вопросах любви ведут себя как идиоты, в такие моменты думают как нормальные люди? Если Лютис в курсе, то и Айнтер, Латер и Таниан тоже знают. Судя по их беспокойству, Эрих тоже.

– Конечно, мы не знаем, что произошло. Просто поняли, что кое-что случилось.

– Не стоит беспокоиться. Всё в порядке.

– Правда?

Наступило молчание, которое первым нарушил Лютис.

– Спасибо вам, руководитель.

Моя рука, тянувшаяся за кофе, замерла. Членам королевской семьи не пристало говорить людям «спасибо» или «извините». Они правят страной, поэтому не должны легко выражать свои эмоции. Это традиция, которая идёт из далёкого прошлого.

…Конечно, судя по их поведению в клубе, это, похоже, не имеет большого значения, но всё же в ситуации, когда мы разговариваем наедине, такие слова не говорят просто так.

– За что мне спасибо?

– А как же? Вы больше всех страдаете из-за нас.

Знают же, гадёныши.

Я с трудом проглотил слова, которые готовы были сорваться с языка, и молча посмотрел на Лютиса. Независимо от моих чувств, если член королевской семьи так открыто выражает свои эмоции, значит, он настроен серьёзно.

Ещё раз повторю, что я не учитываю их позорное поведение в клубе.

– Мы очень благодарны вам. Не только я, но и другие участники клуба рады, что могут спокойно учиться в академии.

– Ясно.

– И мы знаем, что вы, руководитель, прилагаете для этого усилия, как и в этот раз.

– Понятно.

Я неловко отвечал на неожиданные слова Лютиса. У нас не плохие отношения, но и не близкие, так что мне было неловко слышать такие слова.

Лютис, видимо, чувствовал то же самое, потому что он несколько раз почесал голову и вздохнул.

– Говорить обходными путями – это не моё.

– Похоже на то.

– Я хотел сказать, что многие благодарны вам, руководитель. Нас больше, чем тех, кто вас не любит.

– Хм.

Говорил Лютис, а почему-то краснел я.

– Что бы ни случилось, какие бы у вас ни были проблемы, найдётся много людей, которые будут благодарны вам и в случае чего помогут.

– …

– …Так сказала Луиза.

Лютис рассмеялся, разрушив серьёзную атмосферу, и я тоже невольно улыбнулся. Вот паршивец, получил от Луизы задание доставить сообщение.

Я посмотрел в сторону Луизы, и она, заметив мой взгляд, вздрогнула и неловко улыбнулась. Конечно, я не собирался злиться, поэтому просто махнул ей рукой, показывая, что всё в порядке.

– Боже, как же усердно Луиза меня просила. Боюсь, ты скоро начнёшь с нами соперничать.

– А что, хочет отправить меня куда-нибудь, прежде чем начнём соперничать?

– Разве вас так просто прогнать?

Его смех был таким заразительным, что я сам невольно рассмеялся. Говорят, смех заразителен, и, глядя на него, я начинал в это верить.

– Если придётся соперничать, будет непросто, но я буду стараться.

– Неожиданно.

– Мы уже впятером соперничаем, так что какая разница, если нас будет шестеро? И у меня нет причин мешать Луизе, ведь она не вещь.

Я думал, что этот член королевской семьи, запавший на баронессу, будет действовать любыми средствами, но он говорит на удивление здраво. Это действительно неожиданно.

– Почему вы так говорите? Думали, я скажу что-то вроде: «Если я не получу Луизу, то всё разрушу»?

«Если бы я хотел так поступить, то использовал бы свою власть, чтобы получить Луизу», – добавил Лютис, и я молча кивнул. Действительно, эти ребята, несмотря на свой статус, вели борьбу за Луизу на удивление скромно. Настолько, что у стороннего наблюдателя опускались руки.

– Честно сражаться и честно признавать поражение. Таковы рыцари Армейна.

– Насчёт честности я бы поспорил, учитывая, как много было подлянок.

– Ха-ха-ха! Это тоже часть соперничества.

Лютис допил свой кофе и встал.

– Поэтому, если я проиграю, я должен буду признать это. Но лучше бы этого не случилось.

Думаю, остальные четверо думают так же.

Сказав это, Лютис направился к остальным участникам клуба, чтобы вернуться к работе, но вдруг обернулся.

– Ах да, я говорил «спасибо» искренне. Если бы я не думал так на самом деле, то не стал бы выполнять просьбу Луизы.

«Ха».

Глядя на удаляющуюся спину Лютиса, я задумался. Если бы он вёл себя так же в отношениях с Луизой, то давно бы добился прогресса. В такие моменты он точно ведёт себя как член королевской семьи, но почему он не может быть таким в самые важные для него моменты?

Немного пересмотрев своё мнение о Лютисе, я вдруг почувствовал смущение.

«Неужели всё было настолько плохо?»

Насколько же я был жалок в глазах Луизы, что она даже Лютиса подключила? Я и сам понимаю, что вёл себя не так, как обычно, но неужели всё было настолько серьёзно? Но что поделать. Нельзя просто взять и избавиться от того, что не смог отпустить за 2 года.

И сейчас это не так просто сделать. Если бы это было возможно, я бы уже давно это сделал. Но всё же мне стыдно, что я заставил младшую по возрасту так волноваться.

Послесловие автора

Сегодня день родителей. Я вчера заранее встретился с бабушкой и дедушкой и хорошо провёл время с семьёй. Надеюсь, что и вы, дорогие читатели, хорошо проведёте день родителей.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Чудес, когда после переживаний мгновенно приходишь в себя, не бывает, но хотя бы попытаться развеять мрачную атмосферу можно. Честно говоря, то, что меня утешил один из этих болванов, Лютис, было немного унизительно.

Пусть он и всего лишь передавал слова Луизы, но всё же это были слова Лютиса. Если Луиза хотела использовать Лютиса для шоковой терапии, то это был действительно мудрый выбор. Я почувствовал себя настолько жалким из-за того, что меня утешает такой парень, что сразу пришёл в себя.

«Спасибо, конечно».

Конечно, я благодарен и Луизе, и Лютису. Благодарен, но чувство такое, будто я сидел в переулке на корточках, а проходящий мимо пятилетний ребёнок пожалел меня и дал леденец.

Но что поделать. Это я сам создал такую ситуацию, так что винить некого.

– Так что можешь прекратить.

– Хе-хе…

Луиза неловко засмеялась и отвела взгляд, когда я посмотрел на неё уставшими глазами. Задание Луизы было дано не только Лютису, но и всему клубу. Вы бы знали, как я был поражён, когда Латер и Таниан один за другим подошли ко мне, пока я обдумывал слова Лютиса.

Я не мог не восхищаться агрессивным поведением «акционерного общества» «Луиза». Наша Луиза, хорошо разбирается в распределении инвестиций. Как и подобает главной героине романа, она разбирается в бизнесе.

Троица придурков, которые один за другим садились рядом со мной, и Вильяр, который каждый раз смотрел на меня с жалостью. Следующим, похоже, был Айнтер, поэтому я поспешил к Луизе. Как бы там ни было, я не мог смириться с тем, чтобы меня утешали те, кого я разгромил.

– Простите меняяя…

– За что извиняться?

Луиза опустила голову и протянула слова, но всё же украдкой посмотрела на меня и хихикнула. В итоге я тоже рассмеялся.

Похоже, она поняла, что я не злюсь. Вот почему Луиза, которая сжималась от каждого моего вздоха, сейчас улыбается.

– Если понадобится помощь, я скажу.

– Да, брат!

– И больше так не делай.

– Да!

Только после того, как я дал Луизе желаемый ответ, я смог остановить эстафету пятёрки. Конечно, это было лишь пустое обещание, ведь я никогда не окажусь в настолько отчаянном положении, чтобы просить помощи у Луизы.

Как бы там ни было, я не могу просить помощи у ребёнка, который только в этом году прошёл церемонию совершеннолетия. Это просто вопрос гордости и самоуважения.

Наступил последний день работы стенда.

Кажется, 1-й начальник всё это время отрывалась по полной, потому что я ни разу не столкнулся с ней, даже когда гулял с Маргаритой, и видел её только тогда, когда ходил в лес, чтобы проведать 4-го начальника. Она точно где-то в академии, но где вообще бродит? Может, она была Райко не для меня, а для 1-го начальника?

– Я пойду.

И я всё ещё был вынужден уходить каждое утро. Несмотря на моё пустое обещание, запрет Луизы на мою работу оставался в силе. Думаю, она могла бы немного ослабить его к концу, но…

– До свидания.

Глядя на Луизу, которая с улыбкой провожала меня, я понял, что это невозможно. Если 1-я в иерархии кондитерского клуба не хочет ничего менять, то ничего не поделаешь. Кажется, я там где-то на 7-м месте.

Выходя, я украдкой посмотрел на витрину и увидел, что печенья Луизы было меньше, чем других сладостей. До сих пор печенье плохо продавалось, поэтому его осталось много. Наверное, поэтому решили выставить его в меньшем количестве. К счастью, Луиза, похоже, не особо переживает о том, продаётся ли то, что она сделала.

– Объявление результатов завтра, да?

– Да. Подсчёт занимает много времени, поэтому завтра.

– Хотелось бы, чтобы в последний день всё продалось.

Пусть я и не могу участвовать в работе, но как руководитель я всё же оставил напутствие и пошёл дальше.

И по пути к главным воротам академии, убедившись, что никого нет рядом, я тихо достал коммуникатор. Я вчера предупреждал, так что могу попросить его сейчас.

★★★

В последнее время брат стал выглядеть немного лучше.

«Слава богу».

Похоже, он ещё не совсем отпустил это, но я такого и ожидала. Если бы это можно было решить парой слов, брат бы уже справился. Я просто хотела, чтобы брату стало хоть немного легче. И я довольна результатом.

На самом деле я не знаю, что у брата на душе и как долго он это носит в себе. В такой ситуации резкие действия могут только навредить ему.

И всё же я подошла к брату, потому что тогда дело было не в возможной опасности. Яд не яд, но нужно было срочно что-то сделать, иначе могло случиться что-то ужасное. К счастью, брат улыбнулся и всё обошлось, но я так боялась, что он разозлится.

– Это будет нелегко. Оковы, которые сам себе надел, может снять только он сам.

Мне показалось, что я не справлюсь одна, поэтому я попросила членов клуба утешить брата, и Латер дал мне серьёзный совет. Он сказал, что только сам брат может снять эти непонятные оковы.

– Но если кто-то поможет, он сможет снять их быстрее.

Тем не менее, Латер добавил ободряющие слова и выполнил мою безрассудную просьбу.

«Если кто-то поможет…»

Если помочь брату, сможет ли он снять оковы быстрее? Неужели он снова сломается, как раньше…

Нет, нет. Брат стал выглядеть хоть немного лучше. Не нужно думать о плохом. Брат справится, сколько бы времени это ни заняло. Да, он обязательно справится.

Пока я так думала, я вдалеке увидела приближающегося клиента. Это заместитель ректора.

«Он приходил и вчера».

Похоже, ему понравилось то, что мы выпекали, это хорошо. Так, сейчас время работы, так что соберись. Нельзя отвлекаться на мрачные мысли и забывать о своих обязанностях. Да, соберись.

Я собралась с духом, поприветствовала заместителя ректора, который подошёл к стенду, с улыбкой, и…

– Печенье, кажется, хорошо подходит для лёгкого перекуса.

Заместитель ректора купил всё печенье, которое я сделала.

…Э?

★★”

К сожалению, сегодня было собрание студенческого совета, поэтому я не смог пойти с Маргаритой. Человек, который отвечал за моё утреннее расписание, исчез, и мой график остался пустым. Как грустно.

В итоге мне некуда было идти, и я отправился в лес, где располагался отряд «Чёрный свет», и там как раз находилась 1-й начальник. Они сегодня собирались уезжать, так что это хорошо. Раз все собрались в одном месте, можно здесь с ними попрощаться.

И пока мы коротали время до полудня, зашла речь о моей просьбе к заместителю ректора, когда я уходил от стенда.

– Заведующий, это же нечестно.

– В любом случае, кто-нибудь же должен был его купить.

– Нет, дело не в этом…

– Заведующий прав.

– Все против моего мнения.

Подколка 1-го начальника и поддержка 4-го. Знакомая картина, от которой на душе становится спокойно.

То, что 1-й начальник назвала нечестным, это пустяки. Меня беспокоило, что печенье Луизы всегда остаётся, поэтому я связался с заместителем ректора и попросил его купить его всё. Раз уж это последний день работы стенда, будет здорово, если всё продастся, и это останется в их памяти.

Конечно, я сказал, что компенсирую ему деньги, которые он потратит на печенье, когда буду забирать его. Похоже, печенье Луизы ему не по вкусу. Тогда мне придётся съесть его самому.

– Где это видано, чтобы руководитель скупал всё с клубного стенда?

– Всё? Я купил только печенье.

– Если купили его, то значит и купили всё. В конце оставалось только печенье.

Это правда.

Я промолчал, не найдя, что возразить, и 1-й начальник уставилась на меня взглядом.

– Не слишком ли вы добры по отношению к Луизе? Кажется, вы любите её больше, чем Фенеллию.

4-й начальник вздрогнула от этих слов и посмотрела на меня каким-то тоскливым взглядом. Эта девушка зря сказала такие странные вещи, только расстроила 4-го начальника.

– Мои ребята так старались…

– Твои подопечные? Они бы всё равно проиграли.

К сожалению, даже если бы я не купил печенье Луизы, кондитерский клуб всё равно бы победил. Вряд ли в каком другом клубе есть такой состав, который смог бы обойти членов королевских семей и кандидата в святые. Но 1-й начальник, несмотря на мои реалистичные слова, только злилась и пыхтела.

– Мои подопечные не склонятся перед несправедливостью!

– Не знаю насчёт несправедливости, но приспосабливаться к обществу они в этот раз научились.

★★★

Не понимаю, почему он так привязан к своим подопечным, которых почти и не видел. Как только он вернётся в отдел надзора, он даже не вспомнит их лица. Что ж, ничего не поделаешь, если это его способ развлечься.

Мы ещё немного поспорили, и когда прошло достаточно времени, я встала.

– Всем удачи. Надеюсь, в следующий раз мы увидимся не в академии, а в отделе надзора.

★★★

– Вы скучаете по тем местам, где мы бывали?

Я имел в виду не то, что скучаю по местам, где бывают начальники, а то, что надеюсь, что больше не будет случаев, когда 1-й начальник и отряд «Чёрный свет» будут отправлены в академию. Конечно, это пустая надежда, учитывая, что у нас есть ещё четыре организации, помимо третьей славы. Насчёт 1-го начальника не знаю, но с отрядом «Чёрный свет» мы точно ещё увидимся.

В общем, я молча потянул за губы 1-го начальника, которая несла всякую чушь, и она начала брыкаться и размахивать руками. Интересно, когда она чему-нибудь научится.

Вернувшись к стенду, я увидел радостную Луизу, которая бежала ко мне. Я посмотрел на витрину – там ничего не осталось, значит, заместитель ректора уже приходил. Как и ожидалось от него. Сразу же выполнил мою просьбу.

– Б-брат!

– Что такое? Что-то случилось?

Я сделал вид, что ничего не знаю, и Луиза, размахивая руками, взволнованно рассказала мне о том, как всё продалось. Каким бы равнодушным ни было её отношение к тому, что её печенье всегда остаётся, всё равно приятно, когда на твоих глазах всё раскупают.

– Конечно, ведь оно вкусное.

Я, усмехнувшись, ответил, и Луиза широко улыбнулась.

Спасибо, заместитель ректора. Давайте сохраним этот секрет до конца жизни.

Послесловие автора

Вчера был важный день – день родителей и день рождения Будды. Надеюсь, вы, читатели, провели этот день с пользой.

У меня от алкоголя два дня подряд болит живот. Но, к счастью, я всё же смог выпустить сегодняшнюю главу. Кажется, я стал чаще пить в последнее время, нужно быть осторожнее.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Последний день работы стенда завершился полным аншлагом. Для клуба, созданного в этом году, это не что иное, как блистательное и легендарное достижение. Луиза тоже каждый раз, когда наши взгляды пересекались, сияла от счастья, похоже, она была очень рада. Если бы я знал, что ей это так понравится, я бы просил покупать её печенье каждый день.

— Спасибо, что выполнили мою личную просьбу.

— Зная, как вы, господин инспектор, усердно трудитесь, я могу выполнить для вас любую подобную просьбу.

— Но вы должны взять деньги. Госслужащему нельзя нарушать чёткие денежные сделки с гражданскими лицами.

— Ха-ха. Неужели?

Я встретился с заместителем ректора перед общежитием инспектора, чтобы забрать печенье, и с трудом заставил его взять деньги, когда он отказывался. В любом случае, я действительно побеспокоил заместителя ректора своей личной просьбой, и я действительно заставил его потратить деньги.

И хотя заместитель, похоже, воспринял это как шутку, если госслужащий действительно обманет гражданские лица в денежном вопросе, у меня будут проблемы. Быть схваченным и заключённым в тюрьму этими ребятами из министерства наказаний — не очень хорошая перспектива. Я сам не хочу с ними связываться, они какие-то…

— Господин инспектор, вы, похоже, очень любите членов своего клуба.

— Я рад, что вы так думаете.

Улыбаясь, ответил я заместителю ректора, который говорил со мной с улыбкой. Значит, по крайней мере, по мнению заместителя, я выгляжу как обычный наставник. Я доволен, потому что, похоже, я смог сформировать правильный образ за всё то время, что я работал.

И я наблюдал, как заместитель ректора уходит, пока он не скрылся из виду, а затем посмотрел на размер пакета с печеньем, который держал в руке.

«Количество явно небольшое».

К счастью, это не тот уровень массового производства, с которым я столкнулся в клубе. В последний день Луиза приготовила немного, думая, что большинство из него выбросят. Этого количества достаточно, чтобы один человек мог перекусить.

К тому же завтра у меня нет никаких планов, кроме объявления рейтинга в актовом зале и вечернего банкета. Объявление будет в полдень, так что я могу не спешить. Нет необходимости уходить с самого утра.

Понятно, что первое место займет кондитерский клуб, поэтому нет смысла идти и смотреть, но я всё же должен показаться, так как я наставник. Это хлопотно, но что я могу сделать? Мне дали визитку, так что я должен соответствовать ей.

До сих пор я ни разу не был в актовом зале академии. Я разве что заметил его внешний вид, когда прогуливался по академии. Я никогда не видел его интерьер, потому что мне не приходилось туда заходить, но с виду это было довольно большое здание.

«Большое».

И интерьер был не менее величественным. Это была конструкция с просторным первым этажом и вторым этажом, с которого можно было наблюдать за первым. Если бы он был заполнен сиденьями, его можно было бы принять за концертный зал.

— На первом этаже будет много народу, может быть, вам лучше остаться на втором?

— Благодарю за вашу заботу.

Когда я осматривал ещё пустой актовый зал, заместитель, стоявший рядом, осторожно предложил мне перейти на второй этаж. Я согласился, так как подумал, что там будет лучше. На первом этаже соберутся все студенты и преподаватели, и мне не хочется быть среди них. Мне будет комфортнее наблюдать сверху, со второго этажа.

Когда я поднялся наверх, сцена показалась мне не такой уж и далёкой. Я думаю, что смогу хорошо увидеть, как Луиза получает награду.

«Если я буду хлопать здесь, это услышат на сцене».

Я невольно кивнул от удовлетворения. Я выбрал хорошее место и спокойно ждал, когда студенты начнут собираться на первом этаже. До полдня оставалось еще немного времени, но они были очень пунктуальны. Хотя я не должен так думать, потому что пришёл первым.

Первый этаж быстро заполнился людьми, а на второй этаж поднялись лишь несколько преподавателей и студенческий совет. Было неловко находиться на втором этаже, где было мало людей, но я представлял, каково было бы находиться среди толпы на первом. Вместо сегодняшней суеты, вероятно, воцарилась бы неловкая тишина.

«Её нет».

Повсюду на втором этаже были члены студенческого совета, поэтому я, естественно, искал Маргариту, но, к сожалению, её не было видно. Я не вижу и президента, значит, они, должно быть, вдвоём будут выдавать награды.

Церемония награждения вместе с герцогиней. Я немного беспокоюсь о психическом здоровье президента. Но он, вероятно, выработал некоторую устойчивость, занимаясь студенческим самоуправлением. Я верю, что как будущий госслужащий он сможет это выдержать.

В полдень началось объявление рейтинга. Вопреки моим ожиданиям, награждали не Маргарита и президент, а президент и ректор, которые выступали в роли ведущего и награждающего соответственно. Где же Маргарита? У неё есть срочное дело?

«Но тогда они не были бы здесь».

Если не считать президента на сцене и отсутствующую Маргариту, все члены студенческого совета были на втором этаже. Если бы у Маргариты оставалось какое-то дело, кто-нибудь из них вызвался бы помочь. Конечно, это внутреннее дело студенческого совета, так что меня, как постороннего, это не должно волновать. У меня есть и свои дела.

Когда я повернул голову, услышав звук приближающихся шагов, я увидел, что ко мне идёт девушка с каштановыми волосами. Она не из студенческого совета и не из подружек Луизы, которых я случайно встретил в первый день своего назначения. Это студентка, которую я вижу впервые, я её не помню.

Когда я посмотрел на неё, она просто улыбнулась, не останавливаясь.

— Здравствуйте. Как поживаете?

Дойдя до меня, она слегка склонила голову и поприветствовала, но я же не знаю её. Мне неловко, ведь она делает вид, что знает меня.

— Я хотела встретиться с вами в кафе, но рада встретить вас и здесь.

Ах.

Услышав это, я тихо вздохнул и протянул руку. Девушка пожала мне руку. Я почувствовал шероховатость кусочка бумаги в своей руке.

Это снова помощник начальника разведывательной службы. Я думал, что она уехала вместе с начальником 1-го отдела и Муквандой, даже несмотря на то, что она была расквартирована в академии на случай непредвиденных обстоятельств.

— Ты всё ещё здесь?

— Я недавно вернулась. Появилось дело, о котором нужно сообщить лично вам, так что у меня не было выбора.

Спрашивал я, проглотив бумажку, на которой ничего не было написано, а помощник начальника разведывательной службы пожала плечами и беззаботно ответила. Но в каждом её движении чувствовалась глубокая усталость. Если интерпретировать, это означает: «Я вернулась сюда, потому что у меня есть важная информация, которую нельзя передавать по коммуникатору».

И я, и помощник начальника разведывательной службы, которая вернулась в академию, чтобы передать эту важную информацию, выглядели жалко.

— Захоронение тел завершено. Я думала, что это были неопознанные тела, но, к счастью, мы нашли родственников.

— Хорошие новости. Их было много?

— Около трёх? Меньше, чем я думала.

Я молча кивнул в ответ на слова помощника начальника разведывательной службы.

«Три семьи предателей».

Родственники. Имелись ввиду семьи, связанные с «Третьей Славой», которую теперь чаще называют «трупы». Это означает, что было целых три семьи предателей, которые контактировали с этими повстанцами.

Конечно, как и сказал помощник начальника разведывательной службы, их было немного, учитывая громкие разговоры о «Возрождении Апелса», но «Третья Слава» была небрежной организацией, больше похожей на неумелых новичков. Можно даже сказать, что три семьи для них — это много.

— Я говорю о чём-то скучном? Давайте лучше посмотрим церемонию награждения.

— Давайте.

Я и помощник начальника разведывательной службы, смотрящие друг на друга, одновременно перевели взгляд на первый этаж. Затем помощник начальника разведывательной службы достала из-за пазухи небольшой свиток, быстро разорвала его, слабая пелена окружила нас и исчезла.

— В течение пяти минут снаружи не будет слышно наших голосов.

— А как насчёт внешнего вида?

— Наш внешний вид останется прежним, так что будем действовать по упрощённой схеме.

Покашляв, помощник начальника разведывательной службы заговорила серьёзным голосом, не свойственным её маскировке.

— Заведующий инспекционными отделами Карл Красиус, прими указ монарха.

При словах «указ монарха» я слегка склонил голову. Вообще-то нужно было бы встать на колени и низко поклониться, но из-за упрощённой схемы я ограничился поклоном головой.

Когда я склонил голову, помощник начальника разведывательной службы, теперь уже благородный посланник императора, продолжила:

— Император Эйманка Великий, получив зов небес, восстановил небесный мандат, и весь континент восхвалял Великого Императора, очистившего небесный мандат от лицемерия и алчности. И достопочтенный потомок Великого Императора, Ливноман, защищает небесный мандат и поддерживает порядок, и нет места, которое не достигает его величие.

Довольно длинная тирада. Судя по упоминанию Великого Императора и небесного мандата, император сейчас явно в ярости.

— Но осмеливаются те, кто скрывается во тьме, презирать законного защитника небесного мандата, и разве это не прискорбно? Великий Император покровительствует, и множество верных слуг наказали бесчинствующих, но прискорбно, что ещё остались те, кто во тьме не почитает Ливномана.

Указ монарха приближался к концу. В такой ситуации понятно, какие указания последуют. Это было очевидно с самого первого предложения, пропитанного гневом императора.

— Посему единственный и законный правитель империи Крфеллофен, Корвус Эйманка Ливноман Крфеллофенский, повелевает: заведующий инспекционными отделами Карл Красиус, прими указ монарха и, искоренив предателей, пытающихся поколебать небесный мандат, приведи империю к спокойствию.

— Я исполню указ монарха.

Вот и всё. Всего несколько слов решили судьбу трёх дворянских семей.

Только сейчас помощник начальника разведывательной службы перестала говорить официальным тоном, вытерла холодный пот со лба и вздохнула.

— Разве не слишком жестоко, что вы, помощник начальника, передаёте монарший указ?

— Что поделать? Значит, Его Величеству это крайне важно.

Не каждый может передать указ монарха, тем более в упрощённой форме. Для этого госслужащий должен быть как минимум уровня министра. Но помощник начальника разведывательной службы — это всего лишь помощник начальника, а не начальник отдела, передала указ монарха в упрощённой форме. Наверное, внутри ей хотелось плакать.

Но что поделать? Похоже, император не хочет тратить время на то, чтобы отправить в академию госслужащего уровня министра.

«Услышав слово «Апелс», он пришел в ярость».

Возрождение страны, уничтоженной 300 лет назад, именно в его правление? Не удивился бы, если бы он от гнева швырнул императорскую печать. А учитывая, что есть дворянские семьи, которые контактировали с этими проклятыми повстанцами, ему, должно быть, очень хочется их истребить.

— Я передала информацию и заместителю заведующего инспекционного отдела, но мы пока не знаем, насколько тесно связаны эти три семьи. Может, они просто торговали с повстанцами «Третьей Славы», не зная, кто они, а может, и активно участвовали в предательстве.

— Это так важно?

На мой короткий вопрос помощник начальника разведывательной службы, помолчав немного, пожала плечами.

— Не очень.

Да, неважно. Была ли это просто торговля или активное участие. Нельзя отрицать то, что они замешаны в измене. Факт контакта с «Третьей Славой» остаётся неизменным.

«Тот, кто сделал карьеру на крови своих товарищей».

Я тихо закрыл глаза, вспоминая эту фразу. Он ушёл слишком легко. Но те, кто помогал ему, ещё остались в живых.

Когда я открыл глаза, помощник начальника разведывательной службы уже исчезла, а церемония награждения подходила к концу. Луиза получала трофей из рук ректора. Когда раздались аплодисменты, она подняла трофей, и было видно, что она очень радовалась награде.

Луиза огляделась и, заметив меня на втором этаже, широко улыбнулась, я улыбнулся ей в ответ. Поздравляю, Луиза.

«Хорошо».

Луиза создала для меня незабываемые воспоминания.

«Очень хорошо».

Но ещё остались те, кого нужно убить.

Я начал хлопать, сейчас чувствовал себя особенно довольным.

Сегодня хрустальный шар в моём кармане казался особенно тяжёлым.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Рабочий день заместителя заведующего отделами инспекции, Дэйраса Кротона, был неизменно одинаков. Он, единственный из руководства отдела, кто отвечал за бумажную работу, постоянно утопал в документах, разрываясь между заведующим, не особо сильным в административных делах, и подчинёнными, которым до этой самой работы не было никакого дела.

Внутри Министерства финансов отдел заместителя заведующего, состоявший из Дэйраса и его помощников, в открытую называли «нулевым отделом» инспекции, настолько велика была его значимость. Конечно, работа «нулевого отдела» заключалась исключительно в бумажной волоките и всякой рутине, а не в оперативной деятельности.

Поэтому даже с учётом затянувшейся командировки заведующего отдел инспекции работал без особых проблем. В конце концов, бумажную работу почти всегда вёл Дэйрас, а когда заведующий уехал в академию, он передал Дэйрасу свои полномочия, так что большинство решений принимал именно Дэйрас.

Единственное, что вызывало опасения, так это возможные выходки троицы начальников отделов, которые могли распоясаться из-за отсутствия главного. Но, как ни странно, до сих пор всё было тихо. Особенно первый начальник отдела, которая после поездки в академию вела себя тише воды, ниже травы. Странно, конечно, но ничего плохого в этом не было, так что Дэйрас решил не вмешиваться.

Так Дэйрас и исполнял обязанности заведующего, и, к его удивлению, всё было довольно спокойно.

По крайней мере, было спокойно до этого момента.

«Заведующий?»

Коммуникатор Дэйраса, стоявший в углу стола, засветился синим. Они регулярно созванивались, чтобы справиться о делах друг друга, но обычно в это время заведующий не звонил.

— Да, заведующий.

— Поступил приказ императора.

Дэйрас выпрямился, услышав прямолинейную речь заведующего.

— Говорят, есть материалы от разведывательного управления?

— Да. Материалы о семьях, замеченных в контакте с «Третьей Славой». Получил сегодня утром.

— Его Величество усомнился в преданности этих трёх семей.

Дэйрас молча кивнул. Семьи, контактировавшие с организацией, которая твердит о возрождении Афелса. Вполне естественно, что император сомневается в их преданности и лишает их привилегий.

— Поэтому отдел инспекции, исполняя волю императора, уничтожит предателей.

— Понял. Каков будет масштаб операции?

— Без исключений.

У Дэйраса, ожидавшего ответа заведующего, слегка дёрнулся глаз.

— Понял.

Но волнение было недолгим. Быстро совладав с замешательством, Дэйрас подчинился приказу заведующего.

— Я бы и сам хотел этим заняться, но, к сожалению, не могу покинуть свой пост.

— Мы сами справимся. Не беспокойтесь.

— Хорошо. Я верю в тебя, заместитель. Уверен, ты всё сделаешь чисто.

— Не разочарую вас.

Заведующий кивнул и отключился, коммуникатор погас. Дэйрас посмотрел на коммуникатор, лежавший на столе, откинулся на спинку кресла и потёр лоб.

«Вот же дерьмо началось».

Он спросил о масштабах операции, а в ответ получил приказ не делать исключений. Убить всех членов семей, объявленных предателями, независимо от пола и возраста, а также избавиться от их слуг.

Конечно, формально так и должно быть. Предателей нужно истреблять под корень, а тех, кто им служил, — казнить, чтобы не осталось никого, кто мог бы отомстить. Но этот принцип действовал во времена, когда власть церкви была так сильна, что приходилось цепляться к любой мелочи, чтобы уничтожить неугодных.

Теперь же, когда власть императора безгранична, принято казнить только главарей, а остальных обращать в рабов. В конце концов, какая-то там дворянская семья, даже если не уничтожить её род, не сможет угрожать императорской власти. Сейчас достаточно казнить главарей заговора и тем самым продемонстрировать милосердие императора.

«Что-то тут не так».

Конечно, если обычаи противоречат принципам, можно действовать по принципам. В конце концов, отдел инспекции, меч императора, не может быть наказан за то, что уничтожил род предателей, угрожавших императору. Император наверняка будет доволен верностью отдела.

Просто странно, что заведующий, который всегда действовал по обычаям, вдруг решил вспомнить о принципах. Явно что-то случилось. Что-то, чего я не знаю.

Придя к такому выводу, Дэйрас потянулся к коммуникатору. Приказ заведующего получен, нужно действовать.

Он ещё раз пересмотрел материалы, переданные разведывательным управлением, и поднял голову, услышав стук в дверь.

— Войдите.

Дверь в кабинет заместителя заведующего открылась, и внутрь вошли четыре человека. Видимо, они встретились по дороге, потому что все начальники отделов пришли одновременно.

— Что случилось? Давно ты не собирал совещаний.

Второй начальник отдела подошёл, шаркая ногами, и, выбрав место, сел. Остальные трое последовали за ним и уставились на Дэйраса. Только второй начальник отдела озвучил вопрос вслух, но всем остальным внезапный сбор тоже показался странным.

— Первый начальник отдела.

Но прежде чем ответить, Дэйрас посмотрел на первого начальника отдела. Та, видимо, не ожидала, что её назовут, и, моргнув, удивлённо склонила голову.

— Что произошло в академии?

Судя по тому, как у него дёрнулся глаз, что-то явно случилось.

— В академии? Разве мы там не просто поймали каких-то членов «Третьей Славы»?

Второй начальник отдела зевнул и произнёс это с безразличием, но Дэйрас всё ещё смотрел на первого начальника. Конечно, он слышал доклад первого начальника о захвате «Третьей Славы», но явно было что-то ещё, о чём та умолчала.

Первый начальник отдела, чувствуя на себе пристальный взгляд, переводила глаза с одного предмета на другой, а потом тихо заговорила.

— «Третья Слава» при заведующем упомянула Север.

Второй начальник отдела, который до этого зевал, застыл с открытым ртом.

— И даже о Шести Мечах.

После слов первого начальника в кабинете, где царили усталость и скука, воцарилась жуткая тишина.

Долгое молчание нарушил третий начальник отдела.

— И почему ты только сейчас об этом говоришь?

— А если бы я сказала раньше? Разве мы могли бы что-то сделать?

— Ну, не то чтобы…

Третий начальник отдела безнадёжно вздохнул, а пятый начальник отдела обратился к первому с вопросом.

— И как на это отреагировал заведующий?

— Как? Сделал вид, что ничего особенного не произошло.

— Значит, он решил разобраться с этим сегодня.

Начальники отделов снова уставились на Дэйраса, когда он произнёс эти слова, а он положил материалы разведывательного управления на середину стола и тихо заговорил.

— Выявлены семьи, контактировавшие с «Третьей Славой». Виконт Горфу, барон Вендель, барон Досил.

— Все они — мелкие сошки.

— Точно. Видимо, им нечего было терять, вот они и пошли на это.

— Заведующий приказал казнить все три семьи без исключений.

Начальники отделов снова замолчали, переглядываясь. Такое, чтобы казнили без исключений, в последний раз было два года назад во время Великой чистки, и то тогда это коснулось лишь нескольких семей. Даже из семьи Эшиллон, на которую заведующий точил зуб, не убили никого, кроме главы и наследника.

— Если мы не сделаем всё как надо, то следующими будем мы, не так ли?

— Он сказал, что уверен, что мы всё сделаем чисто.

— Чёрт, лучше бы он просто обматерил нас.

Второй начальник отдела вздрогнул, а третий начальник отдела беспрестанно вытирал пот со лба платком. Сейчас гнев заведующего направлен на эти три семьи, но если хоть что-то в их уничтожении пойдёт не так, то понятно, на кого он обратит свой гнев.

Говорит, что не может приехать в отдел инспекции, потому что занят делами в академии? Ну, если заведующий окончательно слетит с катушек, то будет ли ему до этого дело? Несмотря на слова наследного принца, который утверждал, что не нужно убивать главу рода Эшиллон, именно заведующий убил его, представив всё как самоубийство.

Да ещё и перед смертью всячески издевался над ним. В итоге глава рода Эшиллон вошёл в историю как аристократ, покончивший с собой не от чужих рук, а от стыда. Как глупый аристократ, который не смог пережить минутного позора и сам свёл счёты с жизнью.

— Наказание этих трёх семей — воля императора.

Дэйрас заговорил, пытаясь унять пульсирующую боль в висках. Да, это воля императора. Приказ разгневанного заведующего, который одновременно является и священным императорским указом. Даже если бы заведующий ничего не сказал, это дело всё равно нужно было выполнить безукоризненно. Просто теперь масштаб немного больше.

— Третий начальник отдела, Леонард Ходела, и пятый начальник отдела, Марсилио Виаго. Возглавьте свои отделы и уничтожьте предателей.

— Понял.

— Да.

Третий отдел, отвечающий за силовые операции инспекции, и пятый отдел, который устраняет тех, кого не смогли устранить другие. Если они возьмутся за дело, то быстро разделаются с тремя мелкими аристократическими семьями.

— Первый начальник отдела, Эржебет Масалло, и второй начальник отдела, Лафайет Барон, перед казнью слуг проведите допрос.

— Да.

— Сделаем.

Давно все отделы инспекции не работали одновременно. Но что поделать? Это не просто какое-то там мошенничество, а дело, связанное с государственной изменой, да ещё и вот-вот рванёт бомба, которая всё время маячила перед глазами. Если хоть немного оплошать, то в ярости будут как минимум два человека.

— Повторяю. Никаких исключений. Никаких задержек. Я запрошу помощи у отдела специальных операций, так что выдвигайтесь как можно быстрее.

Если идти пешком, то поиски трёх семей займут много времени, и пока они будут разбираться с одной семьёй, две другие могут узнать обо всём и сбежать. Перемещение с помощью телепортации неизбежно. Неприятно просить о помощи отдел специальных операций, но раз дело касается государственной измены, то они, скорее всего, согласятся помочь.

Дэйрас вздохнул, глядя на начальников отделов, которые быстро расходились. Шесть Мечей? Он что, посмел при начальнике заговорить о Шести Мечах?

«Сумасшедший ублюдок».

Он затронул не только Север, но и их самих. Если он хотел умереть, то добился своего. Лучше бы он мать заведующего обругал, тогда хоть шанс остаться в живых был бы. Хотя, вряд ли от него вообще что-то останется.

★

Нельзя было отдавать приказы заместителю на глазах у всех. Поэтому я незаметно вышел из зала и приказал заместителю начать операцию, а затем, раз уж оказался на улице, присел на скамейку, чтобы немного подышать свежим воздухом.

«Надеюсь, они справятся».

Жаль, конечно, что не могу заняться этим лично, но я не могу покинуть свой пост просто так. Нельзя ставить личные дела выше служебных. Если бы император отдал приказ не заведующему отделами инспекции Карлу Красиусу, а просто Карлу Красиусу, я бы не раздумывая бросился туда.

«Как жаль».

Но я верю в своих ребят. Если посмотреть на них внутри отдела, то это просто сборище каких-то придурков, но когда дело доходит до внешней работы, они никогда не подводят. Конечно, бывают и казусы вроде стрельбы по своим у третьего начальника отдела, но если цель чётко обозначена, то они не могут ошибиться.

Просто обидно. То, что приходится поручать это другим, очень обидно.

Но ладно, не будем об этом. Сегодня хороший день. Будем надеяться, что из отдела инспекции придут ещё хорошие новости.

— Брат!

Я смотрел на небо, когда ко мне подбежала Луиза, обнимая свой трофей. За ней тянулся целый хвост из членов её кружка.

— Упадёшь. Осторожнее.

Я усмехнулся и встал со скамейки.

Ладно, не будем жаловаться. Сегодня хороший день, будем считать, что и из отдела инспекции придёт ещё одна хорошая новость.

Послесловие автора:

Заместитель заведующего отделами появился ещё в прологе, начальники отделов — со второй главы, но только на сорок седьмой главе были раскрыты имена всего руководящего состава отдела инспекции.

Заведующий отделами инспекции Карл Красиус: Красавчик/Оружие/Цепной пёс.

Заместитель заведующего отделами Дэйрас Кротон: Бумажная работа/Прочая рутина.

Первый начальник отдела Эржебет Масалло: Допросы.

Второй начальник отдела Лафайет Барон: Разведка.

Третий начальник отдела Леонард Ходела: Исполнение приговоров.

Бывший четвёртый начальник отдела Пенелия Юс: Уничтожение.

Пятый начальник отдела Марсилио Виаго: Убийства.

Мне жаль, что пришлось так долго держать вас в неведении, поэтому для удобства я написал имена и специализацию каждого отдела!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

П/П Надеюсь читатели не закидают меня какашками за долгое отсутствие и другой перевод слов. Придётся привыкать, он стал более точным. Хотите главы раз в день, как раньше ?

Дворянин должен царствовать с достоинством. Наставлять глупых и бездарных простолюдинов, вести их к праведности, пользуясь всеобщим уважением. Таково предназначение дворянства. Только дворяне способны управлять миром.

Но что стало с Империей ныне? Те, кто обязан преклонять головы и следовать указаниям благородной голубой крови, осмеливаются поднимать взор и претендовать на равенство. Даже звери помнят добро, так отчего же эти невежды забывают о милостях, оказанных им дворянством? Почему смеют ставить себя на одну ступень с дворянами?

И уж тем более недопустимо, чтобы презренная красная кровь становилась голубой. Голубая кровь избрана небесами, разве может красная кровь обратиться в голубую?

— Куда катится Империя?

Меня всегда переполняло негодование. Оставшись один, я не раз вздыхал, сокрушаясь о судьбе Империи и престола, ибо сердце моё, как истинного дворянина, пылало патриотизмом.

Дворяне правят, простолюдины покорно следуют — таков порядок. Этот дивный порядок и есть залог благоденствия Империи. Аффельс погряз в разложении, алчности и гордыне, но хотя бы этот порядок оставался незыблемым — вот что позволяло ему зваться Империей.

Что уж говорить о Кфеллофене, что велик настолько, что Аффельс и в сравнение с ним не идёт. Если и в Кфеллофене воцарится порядок, сколь могуществен он станет?

— Порядок, запечатлённый в крови, нерушим во веки веков.

Потому-то беседа с человеком, представившимся главой торгового дома "Рийер", пришлась мне по душе. Он знал своё место, знал истину. Хоть и простолюдин, но смышлён не по званию. Пусть простолюдины глупы и бездарны, но, покуда они знают своё место, с ними можно иметь дело.

С тех пор мы с главой торгового дома встречались часто. Благодаря этому простолюдину удалось провернуть неплохие сделки.

— Недавно обнаружили рудник, но с разработкой возникли трудности.

Поэтому я и передал ему взрывной свиток. Я немало нажил благодаря главе торгового дома, и, передав ему этот свиток, получу немалую выгоду. Передавать его третьим лицам нежелательно, но, если он пойдёт исключительно на разработку рудника, проблем не возникнет. Да, никаких проблем.

— …Ваша Честь…

Никаких проблем не должно было быть.

— Господин барон!

Сзади раздался крик дворецкого. Я обернулся и увидел его, смертельно бледного, сидящего на полу. До чего же неподобающе ведёт себя дворецкий баронского дома Бендель. Как смеет он кричать на своего господина? И не только дворецкий — все слуги в доме вели себя так же.

Впрочем, винить их не за что. Я и сам был не лучше.

Словно насмехаясь над нами, люди в чёрной униформе окружили меня и слуг. Двери особняка распахнулись, и внутрь вошёл здоровенный мужчина.

— Вот уж не ожидал. Я-то думал, вы окажете сопротивление.

Услышав эти слова, я опустил голову. Об участи дворянских родов Горфу и Досил уже доложили в Инспекционный департамент. Они попытались дать отпор, мобилизовав личную гвардию, но та была мгновенно уничтожена, а сами дворянские семьи казнены. Прямо на пороге их пылающих особняков.

Сопротивление бесполезно. Уж лучше покориться. Тогда, возможно, меня пощадят. Пусть сам я не избегу смерти, но, может, хоть дети уцелеют. Род не прервётся.

— Связать его.

По приказу мужчины двое инспекторов связали мне руки за спиной и вставили в рот кляп. Затем меня повалили на пол, прижав голову к земле. Теперь я даже не увижу того, кто пришёл лишить меня жизни.

— Слушай, изменник, пренебрёгший Императорским домом и Империей, Иоганн Бендель оф Камора.

В словах мужчины послышалось что-то зловещее. Пренебрежение Императорским домом? Изменник? Странно. Тон его речи был необычен. Не похоже, чтобы они пришли лишь из-за каких-то моих прегрешений.

— Преступник был обязан верно служить благородному Императорскому дому и заботиться о подданных. Он имел право чтить Императорский дом, защитника судеб людских, и служить единственной Империи на этом континенте. Но преступник осмелился затаить чёрные помыслы, пренебрегая славным долгом и правом, чем навлёк на себя великий гнев.

Дело не в провинностях. Это не тот случай, когда смертью одного всё кончается.

«Мятеж!»

Инспекционный департамент явился карать мятеж. Вот почему дворянские роды Горфу и Досил, оказав бессмысленное сопротивление, навлекли на себя беду.

Я попытался возразить, но кляп во рту не дал произнести ни слова. Хотел поднять голову, но руки инспекторов не позволили этого сделать. Несмотря на мои попытки освободиться, мужчина продолжил:

— Посему законный и единственный правитель Империи Кфеллофен, Его Императорское Величество, лишает преступника всех прав и отныне не ждёт от него исполнения долга.

Нет, всё не так. Как я мог осмелиться пренебречь Императорским домом? Как мог поднять руку на Империю?!

— Баронство Камора отныне принадлежит Его Императорскому Величеству, а род Бендель сгинет вместе с его гнусными стремлениями. Преступник Иоганн лишён права на оправдание, посему пусть не оскверняет Императорский дом и Империю лживыми речами, не усугубляя свою вину, и смиренно примет решение Его Императорского Величества. Ибо такова последняя милость Его Величества.

Всё не так, это какая-то чудовищная ошибка! Моя преданность непоколебима. Преданность Его Императорскому Величеству неизменна…

★

Начальник 3-го отдела вытер кровь с топора и передал его старшему бригадиру.

Глава баронского дома Бендель и барон Каморы, Иоганн. Теперь он просто изменник, ставший обезглавленным трупом.

— Убрать всё.

По его приказу весь 3-й отдел принялся обыскивать особняк.

— Слуг взять живьём и передать 1-му и 2-му отделам, а всех членов баронского дома Бендель обезглавить и выставить головы на всеобщее обозрение. Так же, как поступили с дворянскими родами Горфу и Досил.

«И этот не тот».

Сначала он вёл себя смирно, но, едва почуяв неладное, стал извиваться как уж на сковороде. Видимо, он не был активным участником, а лишь вёл дела с повстанцами, не зная об "Армии возрождения Аффельса".

Но это не имеет значения. Его Императорское Величество и шеф пожелали истребить три дворянских рода. Как бы то ни было, факт остаётся фактом: они сотрудничали с изменниками, жаждущими возрождения Аффельса. Нечего было, как идиоты, поставлять им ценные ресурсы, не зная, с кем имеешь дело.

Начальник 3-го отдела наблюдал, как выводят слуг или выносят отрубленные головы, а затем покинул особняк. Теперь оставалось лишь вывесить головы и сжечь дом. К счастью, гнев шефа не обрушился на наши головы.

«Пронесло».

Нам удалось предотвратить вмешательство шефа.

Выйдя из особняка, начальник 3-го отдела убедился, что члены (уже бывшего) баронского дома Бендель казнены.

«Глава, есть. Жена, есть. Наследник, есть».

На такие случаи лица стараются не трогать. Нужно убедиться, что преступники казнены должным образом. К счастью, самых важных персон точно казнили.

Проверив все выставленные головы, начальник 3-го отдела остановился на последней. Лицо было сильно изуродовано, опознать его не представлялось возможным.

— Кто это притащил?

Он обратился к старшему бригадиру, и тот вскоре привёл одного из инспекторов. Тот виновато опустил голову — похоже, осознаёт свою оплошность.

— Что случилось?

— Преступник бежал и при падении ударился лицом. Сильно изуродовано. Прошу прощения, что не устранил его быстро.

— Вот как.

Начальник 3-го отдела, переводя взгляд с головы на инспектора, кивнул.

— Кстати, что-то я не припомню тебя.

— Да. Меня перевели в 3-й отдел.

— Это твоё первое задание?

— Да. Так точно.

— Ну, молодец. Ступай.

Новичок-инспектор ещё раз поклонился и быстро ретировался. Когда тот отошёл подальше, старший бригадир спросил:

— Что с ним делать?

— Устранить.

— Слушаюсь.

Старший бригадир направился туда, куда ушёл новичок, а начальник 3-го отдела достал переговорное устройство.

«Скоро должны связаться».

И точно, не прошло и минуты, как переговорное устройство засветилось.

— Алло. Начальник 5-го отдела. Добрался до вас?

— Да. Ловко он сюда сбежал.

— Извини. Он такой мелкий, что мы упустили его.

— Будь осторожен. Из-за него наши головы могли полететь.

После разговора с начальником 5-го отдела, спустя некоторое время, сильно изуродованную голову сняли и заменили другой.

В отчёте о подавлении баронского дома Бендель, который начальник 3-го отдела представил заместителю шефа, значилось, что один из инспекторов 3-го отдела погиб при исполнении. Прискорбно.

Подавление трёх дворянских родов, осмелившихся примкнуть к мятежникам, увенчалось успехом. Теперь оставалось лишь передать наверх доказательства, собранные в ходе операции, и на этом всё.

— Что-то у тебя совсем плохо с памятью.

В подвале Инспекционного департамента начальник 1-го отдела озадаченно склонила голову.

Слуг, захваченных в ходе подавления, отправили в 1-й отдел. Чтобы те подтвердили сотрудничество своих господ с "Армией возрождения Аффельса". Но, к сожалению, слуга, стоящий перед ним, не помнил недавних событий. Видимо, он растерялся, оказавшись в незнакомой обстановке.

— Ты же был ближе всех к изменнику. Должен был видеть, как он якшается с мятежниками.

— Н-не знаю, н-ничего не знаю… Н-не видел…

Слуга дрожал всем телом и заикался. Весьма прискорбно. Как можно иметь плохую память, будучи дворецким?

Начальник 1-го отдела вздохнула и откинулась на спинку стула. Бесполезно допрашивать того, кто ничего не помнит.

— У тебя же сын служит в учениках у дворецкого? Он тоже часто прислуживал изменнику?

— Д-да.

— Погоди-ка, пусть он и сын дворецкого, но всё же ученик. Значит, ему сильно доверяли. Тогда он должен многое знать. Верно?

Глаза слуги, то есть дворецкого, забегали.

— Раз ты ничего не помнишь, ничего не поделаешь. Спрошу у твоего сына. Можешь отдохнуть.

— В-вспомнил! Я всё, всё вспомнил!

Ага, вот и всё. Этот метод всегда отлично помогает вернуть память.

— И-изменник и раньше был недоволен Е-его Императорским В-величеством… Говорил, что Аффельс должен воспрянуть…

— Какой ужасный образ мыслей.

Получив все необходимые показания, начальник 1-го отдела завершила допрос и покинула комнату.

— О, закончила?

Снаружи его встретил начальник 2-го отдела, жующий вяленое мясо. Всех слуг забрал 1-й отдел, поэтому 2-му отделу нечем было заняться.

— Да. Все показания получены. Какие же они всё-таки гнусные изменники.

— Гнусные, как есть.

С отчётом 1-го отдела операция Инспекционного департамента была официально завершена.

Отчёты, собранные со всех отделов, заместитель шефа обобщил и окончательно оформил. Затем отчёт заместителя шефа, минуя министра финансов, лёг на стол Императору, ибо таков был прямой приказ Императора главе Инспекционного департамента.

Император, довольный тем, что Инспекционный департамент управился всего за несколько часов, выразил ему своё расположение.

— Все мятежники без исключения казнены. Его Императорское Величество весьма доволен.

— Молодец. Не подвёл.

И некто из Академии тоже остался доволен отчётом заместителя шефа.

Никто не усомнится в ходе операции, и результат её был безупречен.

Операция завершена безукоризненно.

Послесловие автора

Инспекционный департамент: из-за сильного стресса на работе отношения между начальниками отделов простые и непринуждённые. Но порученную работу выполняют на совесть.

Теперь тег "Повседневная жизнь, где перешёптываются с помощью электромагнитных волн", снова оживёт. Как будто кто-то мог забыть про повседневность.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Рапорт от адъютанта поступил быстро.

— Все мятежники без исключения казнены. Его Императорское Величество крайне удовлетворён.

Всего за несколько часов доклад достиг императора. Как и ожидалось от адъютанта. Даже когда я отсутствую, инспекционный департамент работает без нареканий, беспокоит лишь возможное безрассудство трио начальников отделов. Впрочем, начальники отделов тоже должным образом выполняют свои обязанности, когда им поступают приказы.

— Молодец. Как всегда, не разочаровываешь.

Поручение, данное в полдень, было выполнено и доложено ещё до захода солнца. Если управляющий не доволен такой оперативностью, то у него не всё в порядке с головой. У меня с головой всё в порядке, поэтому я кивнул, одобряя действия адъютанта, а тот, склонив голову, коротко поблагодарил.

— Передай начальникам отделов, что они тоже потрудились на славу.

Они будут рады услышать похвалу от шефа.

Надеюсь, что так.

Я с лёгкой улыбкой прервал связь. Наконец-то всё кончено. Не только третья слава, но и все мятежники, контактировавшие с повстанцами, были уничтожены. Все до единого.

«Слава богу».

Я избавился от тех, кто посмел оскорбить вас. И от мятежников, которые могли болтать об этом отродье. Пусть не моими руками, но мои подчинённые действовали по моему приказу, так что и моя заслуга в этом тоже есть.

Я не мог отрицать, что сделал карьеру благодаря вашей жертве. Вы не вернулись, а я, лишь потому, что выжил, оказался на этом месте. Я мог стерпеть оскорбления в свой адрес.

Но тот ублюдок не постеснялся оскорбить и вас. Посмел сказать, что я сделал карьеру на вашей крови. Но ваша жизнь не была дешёвкой. Ваша жертва не была настолько ничтожной, чтобы закончиться только карьерным ростом одного человека.

«Какая нищета».

Чувствуя подступающее отвращение к самому себе, я присел на кровать. Даже сам понимаю, насколько это абсурдно. Я не отрицаю, что сделал карьеру благодаря вашей жертве, но прихожу в ярость от слов, что ваша смерть обернулась лишь моим повышением. Словно ребёнок, которому не хочется признавать очевидное.

Но что поделать? Из семерых выжил только я. Пока я жив, это клеймо никуда не денется. Единственное, что я могу, — это уничтожать тварей, которые ворошат прошлое.

И теперь, когда это единственное дело завершено, я почувствовал некоторое облегчение. Скоро начнётся банкет, и, к счастью, я смогу пойти туда с лёгким сердцем.

Тук-тук

«Кто бы это мог быть?»

Я хотел было прилечь перед банкетом, но, стоило мне устроиться поудобнее, как кто-то постучал в дверь. Кто мог прийти ко мне не в клубную комнату, а прямо в жилую?

— Молодой господин Карл. Это я.

— Марг?

Посетитель оказался ещё более неожиданным. Если бы это был директор или Виллар, но чтобы пришла Маргарита? На мгновение я задумался, откуда она знает, где я живу, но потом вспомнил, что это жильё для инспекторов, которые периодически сюда приезжают. Маргарита, как член студсовета, наверняка знала об этом.

— Сейчас выйду.

В любом случае, я поднялся с кровати и направился к двери. Раз уж она пришла сюда, значит, дело срочное.

— Марг. Что привело тебя...

Открыв дверь, я запнулся. Вид Маргариты был совершенно неожиданным.

— Молодой господин Карл. Не составите ли мне компанию на банкете?

Передо мной стояла Маргарита, одетая не в привычную школьную форму, а в роскошное красное платье, и мило улыбалась.

★

Вечером того же дня, когда проходила церемония награждения, устраивался банкет. За время ярмарки все знакомились с дворянами из других регионов, а теперь пришло время укрепить дружеские связи с однокурсниками, с которыми соревновались в честной борьбе.

Впрочем, повод не так уж важен. Для аристократов банкеты и светские рауты — это обыденность. Если есть хоть какой-то повод, они тут же его используют. Таковы уж аристократические банкеты.

В прошлом году я тоже присутствовала на банкете по случаю закрытия ярмарки, но быстро сбежала, едва показавшись на глаза. Пусть я и вступила в студсовет ради встречи с Карлом, но я так устала от непривычной работы, связанной с ярмаркой. Я не видела смысла терпеть усталость ради участия в банкете.

«Но в этом году всё пройдёт иначе».

В этом году здесь будет Карл. К тому же, он наставник победившего клуба, так что точно не пропустит. Я даже благодарна юной госпоже Луизе за то, что она обеспечила присутствие Карла. Если на банкете будет Карл, я пойду туда, даже если буду не просто уставшей, а со сломанной ногой.

Карл редко появляется на светских мероприятиях, за исключением новогоднего приёма и собраний императорской семьи. Это поистине судьбоносный шанс, посланный небесами.

— Вот незадача...

Но из-за неожиданности момента я не успела как следует подготовиться. В прошлом году я собиралась лишь показаться и уйти, поэтому выбрала простенькое платье, которое сразу же сняла и забросила в дальний угол шкафа.

И вспомнила я об этом только сейчас. Результатом стало невзрачное платье, висящее передо мной. Я не могу позволить себе появиться в таком виде перед Карлом. Даже если всё остальное будет идеально, этого допустить нельзя.

— Няня!

— Юная госпожа? Что случилось в такой час?

Извинившись перед няней, я тут же связалась с ней. К счастью, ещё только утро. Мне не нужно присутствовать на церемонии награждения, так что до банкета ещё есть время.

— Мне, мне нужно то платье! То самое платье!

То самое платье. Купленное в прошлом году, после первой встречи с Карлом, в надежде пойти с ним на банкет, но так и не надетое из-за его занятости. То самое, которое я хотела надеть на помолвку и которое потом много раз сжимала в объятиях, рыдая, когда Карл отказал мне.

...Не самые приятные воспоминания связаны с этим платьем, но я собиралась надеть его в решающий момент, а значит, оно лучшее из всех моих платьев.

То самое платье? Ах, да. Почему вдруг...

— Я смогу пойти с Карлом на банкет!

В этот момент взгляд няни резко изменился.

Няня и горничные, прислуживавшие мне в особняке, мигом оказались в моей комнате с платьем и сундуками, набитыми всевозможными украшениями. По словам няни, отец, пусть и нахмурившись, приставил ко мне мага телепортации.

«Спасибо, отец».

Сегодня вечером обязательно скажу отцу, что люблю его.

— Юная госпожа. Сначала надеваем платье.

Пока я мысленно благодарила и признавалась в любви отцу, няня с пугающей скоростью потащила меня за собой. Ай, больно, няня...

— Юная госпожа, вытяните руки в стороны, пожалуйста.

— Хорошо.

Но я не могла капризничать перед няней, которая примчалась в академию по моей просьбе. Я покорно отдалась в её руки, и она быстро одела меня в платье. Каждый раз поражаюсь. Платье не так-то просто надеть, но у няни это почему-то получается.

— Спасибо, няня!

Если бы я пошла в прошлогоднем платье, мне бы было очень стыдно. Мне было бы стыдно не только за себя, но и за Карла, которому пришлось бы стоять рядом со мной. Каким бы невозмутимым ни был Карл, ему бы точно не понравилось, если бы спутница рядом с ним выглядела неопрятно. Да, наверняка так и было бы.

Поэтому я искренне поблагодарила няню, а та, улыбнувшись, усадила меня перед туалетным столиком.

— Осталось ещё много работы, так что благодарности приму позже.

— А.

Ах... ах...

Глядя на руки няни и горничных, я молча закрыла глаза.

Да, макияж был самым трудным. Мне казалось, что всё в порядке, но няня была недовольна и начинала всё заново. Сосредоточившись на платье, я совсем забыла об этом.

Но нужно потерпеть. Я должна выглядеть идеально. Няня опытна и обладает безупречным вкусом. Если потерплю, результат меня не разочарует.

— Вы прекрасны, юная госпожа!

— Вы великолепны! Увидев вас, молодой господин Карл потеряет дар речи!

После мучительного ожидания руки няни наконец остановились, и я услышала восторженные похвалы горничных. Осторожно открыв глаза, я увидела няню, удовлетворённо кивающую головой.

— Взгляните сами. Вам нравится?

Няня слегка отодвинулась, чтобы дать мне возможность посмотреть в зеркало. Она спросила, нравится ли мне, но по её лицу было видно, что она уверена – мне непременно понравится.

— Да. Мне нравится.

И уверенность няни была небезосновательной. Моё отражение в зеркале было прекрасным. Неловко говорить такое о себе, но что поделать, если это правда. Няня просто великолепна.

— Няня, большое спасиб…

— Осталось подобрать украшения.

— Ох.

Сборы завершились, когда до банкета оставалось совсем немного времени. Результат был очевиден. Ещё бы, после стольких усилий.

— Всем спасибо…

В итоге я выбилась из сил ещё до начала банкета. Но я горжусь собой, что всё же собралась с духом и пошла к Карлу.

Каким бы идеальным ни был наряд, со временем он всё равно понемногу теряет вид. Сразу после сборов ты выглядишь лучше всего. И я хотела показать свой лучший вид тому, кому хотела понравиться больше всего. Ради этого можно найти в себе силы, даже если их совсем не осталось.

Поэтому, подбадриваемая няней и горничными, я направилась к комнате Карла и…

— Марг. Что привело тебя…

Увидев удивлённого Карла, я осталась очень довольна.

Сегодня вечером я дважды скажу отцу, что люблю его. И няне тоже.

Каково это, когда в неожиданном месте неожиданный человек появляется в неожиданном виде? Не то чтобы мне хотелось это знать, но теперь я знаю.

★

— Молодой господин Карл?

Видя, что я молчу, Маргарита, склонив голову, снова окликнула меня. Ах, да.

— Прошу прощения. Я ненадолго задумался.

— Ничего страшного. Я ведь пришла без предупреждения.

Я неловко улыбнулся, глядя на Маргариту, которая продолжала лучезарно улыбаться. В последнее время я не видел её такой, да и за год знакомства она не была столь оживлённой. Я был немного озадачен.

Честно говоря, даже я, человек, далёкий от макияжа и украшений, понимал, что она приложила немало усилий. Причём, всё было подобрано в меру, со вкусом. Если уж даже я, профан, это заметил, то что говорить о других.

— Вы говорили, что хотите пойти со мной на банкет?

— Да. Вы не против?

— Конечно нет.

Она широко улыбнулась и обрадовалась. И правда, от Железного Герцога в ней разве что цвет волос. Я не видел мать Маргариты, но теперь точно знаю, что её гены сыграли решающую роль.

— Вы сегодня особенно прекрасны. Я был поражён.

— Что, что?

Я просто смотрел на Маргариту и вдруг выпалил это. Она смутилась от неожиданности и забормотала что-то невнятное. Её лицо покраснело.

Она поспешно прикрыла лицо своим фирменным веером, но я уже всё увидел, так что смысла в этом не было. Впрочем, если ей так будет спокойнее, то пусть.

Я слегка улыбнулся. Я прекрасно понимал, для кого Маргарита так нарядилась, и был по-настоящему поражён её видом. Было бы невежливо не сделать ей комплимент.

Если кто-то, глядя на Маргариту сейчас, не назовёт её прекрасной, значит, у него нет сердца. Я, по крайней мере, не такой.

Послесловие автора:

Вот и подошёл к концу последний день основного этапа. Я рад, что смог завершить его повседневной главой. Повседневность… она ещё жива…

Завтра начнётся семидневный этап оценки основного этапа. Никто не знает, каким будет результат, но, каким бы он ни был, я буду приходить к вам каждый день!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Маргарита, смущённая моими внезапными словами, никак не могла успокоиться. По крайней мере, её лицо вернуло обычный цвет, но уши всё ещё пылали. Не ожидал, что она так обрадуется короткой похвале. Мне даже стало неловко за то, что я был так скуп на похвалы всё это время.

Может, теперь стоит начать хвалить её без умолку? Хотя, боюсь, это будет похоже на пустые надежды для Маргариты. Как мне вести себя с ней? Это действительно сложный и мучительный вопрос.

— Тог… Тогда, может, пойдём?

Маргарита робко протянула мне руку. Я ждал, что она заговорит первой, чтобы не смутить её ещё больше, и, к счастью, она, похоже, уже успела взять себя в руки.

— Да, идёмте.

Я улыбнулся и пожал руку Маргариты. Обычно партнёры берутся за руки только при входе в зал, но было бы грубо отказывать ей в такой мелочи. Тем более, игнорировать леди, которая первой протягивает руку, - это уже за гранью добра и зла.

— Боюсь, что мой наряд слишком невзрачен по сравнению с такой прекрасной леди. Как бы Марг не осмеяли из-за меня.

Сравнивая её платье и свой костюм, я невольно забеспокоился. Я весь в чёрном, а она - в ярко-алом. У меня, увы, нет другой одежды для официальных мероприятий, кроме формы инспекционного департамента.

— Ну что вы, кто посмеет насмехаться над нами?

— Кто знает, что у них на уме.

— Мне всё равно. Пусть думают как хотят. В моих глазах Карл — лучше всех.

Маргарита гордо вздёрнула подбородок, но щёки её снова залились румянцем. Я невольно улыбнулся. Увидев мою улыбку, она смутилась ещё больше и опустила голову. Я слегка прикусил губу, сдерживая смех. Если рассмеюсь сильнее, она точно убежит.

«И зачем она так?»

Если она так смущается от малейшего внимания, зачем так уверенно говорит? Похоже, Маргарита - человек порыва, но вот с выдержкой у неё проблемы.

Как бы там ни было, я решил поддержать смущённую Маргариту. Если ей неловко от своих слов, то, может, неловкость партнёра поможет ей прийти в себя?

— Что ж, тогда ничья. В моих глазах Марг сейчас тоже прекраснее всех.

— А-а-а-ай!

Она попыталась вырвать руку и убежать, но я крепко её держал. До самого зала Маргарита больше не проронила ни слова, не отрывая взгляда от земли.

Маргарита Баренти… Сильна в атаке, слаба в защите… Надо запомнить.

Хотя, если подумать, в атаке она тоже не особо сильна. Как печально.

Здание, в котором проходил бал, было не просто частью какого-то строения - это было отдельное здание, специально предназначенное для балов. Неудивительно, ведь оно было построено в эпоху Афельса, эпоху роскоши и излишеств. Хоть какая-то сдержанность тут проявляется в том, что оно не больше главного корпуса.

По мере того, как мы приближались к огромному зданию бального зала, стали появляться студенты. Кто-то шёл в одиночку, кто-то парами, а кто-то целыми компаниями. Все разодетые в пух и прах - не скажешь, что мы в академии, того и гляди подумаешь, что попал на улицы столицы.

Хотя, стоп, я же и столицу толком не видел. Из-за работы в инспекционном департаменте у меня не так много возможностей выбраться за его пределы.

— И всё-таки Карл лучше всех.

Пока я, погружённый в свои мысли, осматривался по сторонам, Маргарита тихо прошептала мне эти слова. И ещё крепче сжала мою руку, словно боясь отпустить.

— Я до сих пор считаю так же, как и минуту назад.

На этот раз Маргарита не стала убегать, а лишь кивнула. Наверное, решила вести себя уверенно, раз на нас все смотрят.

Я вдруг почувствовал облегчение. Как хорошо, что инспекционный департамент успешно завершил дело, и я смог хоть немного выпустить пар. Наверное, поэтому я сейчас так реагирую на поведение Маргреты.

А что, если бы бал был на день раньше? Я бы точно не смог так отреагировать на смелые поступки Маргариты. Она бы, конечно, всё равно улыбалась. Но что творилось бы у неё на душе, одному богу известно.

— Погода сегодня просто создана для бала.

— Хе-хе, правда?

Маргарита с улыбкой поддержала мой внезапный комментарий. Да, сегодня действительно прекрасный день. И я им доволен.

Вон, вдалеке идёт Луиза, её розовые волосы развеваются на ветру, словно лепестки сакуры в небе. Как будто она почувствовала, что сейчас на душе у палача, которого вчера терзали сомнения, сегодня мне стало намного легче, и решила лично поздравить и поддержать его.

…Розовые волосы?

— Луиза?

А почему одна?

Где остальные?

Я был уверен, что она придёт с членами своего клуба.

— Брат!

Луиза тоже меня заметила. Она приподняла подол платья и побежала ко мне. Эй, ты чего, нельзя же так бегать в этом платье! Да и туфли на тебе не те, что обычно.

В голове сразу нарисовалась статья в газете академии: «Луиза Найаред, наследница баронского рода, опозорилась, упав перед входом на бал…».

— Марг, я на минутку.

Представив это ужасное будущее, я отпустил руку Маргариты и побежал к Луизе. Как я и думал, она споткнулась и начала падать вперёд. От неожиданности она даже не выпустила подол платья из рук. Если упадёт, сильно ушибётся.

— Не хватало тебе ещё в лазарете лежать, пока все веселятся.

— Я, я…

К счастью, я успел подхватить Луизу, и она не упала. Хорошо, что я был рядом, а то кто знает, что могло бы случиться. Хотя, если бы меня не было, она бы так и не побежала.

Луиза, смущённо бегая глазами, хихикнула и, вырвавшись из моих объятий, встала ровно. Её лицо пылало, как у Маргариты, когда та стояла у меня в покоях.

То ли ей было стыдно, что она чуть не упала на глазах у всех, то ли от того, что оказалась в объятиях мужчины, пусть даже он и поймал её. А может, и то, и другое. Для благородной девицы и то, и другое - позор.

— Спасибо, брат.

— Зачем ты бегаешь в таких туфлях?

— П-прости…

Несмотря на благодарность Луизы, я нахмурился. Она сразу поникла и опустила голову, но я решил, что нужно её как следует отчитать. Она чуть не покалечилась, нельзя такое спускать на тормозах. Не хватало ещё, чтобы глава клуба пострадала, когда я рядом.

— Но ведь благодаря тебе я не ушиблась, так что всё хорошо?

— Хочешь, чтобы я отчитал тебя прямо перед входом на бал?

— Простииии…

Она несла какую-то чушь, поэтому я хотел было ущипнуть её за губу, как сделал с первым начальником, но передумал. Не стоит так строго её наказывать за первую оплошность.

В итоге я просто сказал ей быть осторожнее в следующий раз. Она ведь обычно не допускает таких ошибок. Наверное, сегодня разволновалась из-за победы на ярмарке, вот и потеряла бдительность.

— Кстати, а почему ты одна? Я думал, ты придёшь с членами клуба.

— Я боялась, что из-за меня все будут ждать слишком долго. Поэтому я пустила их вперёд.

Да, девушкам обычно нужно больше времени на сборы, чем парням. А Луиза ещё и в таком платье, которое, небось, надевала целую вечность.

— Красивое платье. Тебе очень идёт розовый.

Я кивнул, глядя на розовое платье - визитную карточку Луизы. До перерождения я не встречал людей, которым бы настолько шёл розовый цвет.

— Карл?

Пока я любовался сияющей от похвалы Луизой, сзади раздался голос Маргариты.

«Вот чёрт».

Я совсем забыл про свою спутницу. Я поспешно обернулся и увидел Маргрету, которая, прищурившись, смотрела то на меня, то на Луизу.

★

Увидев Луизу в объятиях Карла, я чуть не бросилась к ним.

«Я… Я ведь ещё ни разу не была в его объятиях…!»

Но я сдержалась. Баренти превыше всего ценят справедливость. Нужно чётко разделять заслуги и провинности.

Победа кондитерского клуба, благодаря которой Карл попал на бал, - это заслуга. То, что Луиза оказалась в его объятиях, - провинность. Чаша весов колебалась, но я вспомнила, что Карл приложил все усилия, чтобы помочь клубу, и чаша склонилась в сторону заслуги. Да, Карл действовал в интересах клуба. Он просто слишком добрый, вот так всё и вышло.

Когда я, наконец, решила, что заслуги Луизы перевешивают её провинность, я смогла успокоиться. Но всё равно было немного обидно, что Карл оставил меня ради разговора с ней.

— Карл?

С укором в голосе я позвала Карла. Он смущённо обернулся.

«Значит, понимает, что виноват».

Тогда ладно. Если человек признаёт свою вину, его легко простить. Карл действовал в интересах клуба, но всё равно считает меня важнее. Это главное.

— Рада снова вас видеть, Луиза. Ах да, я слышала новость. Поздравляю с победой.

— Спасибо, сэмпай.

Я перевела взгляд с Луизы, которая с поклоном меня поприветствовала, на Карла. Он неловко улыбался. Приятно видеть, что Карл чувствует себя виноватым передо мной.

Я протянула ему руку, и он подошёл и снова взял меня за руку. Я была этим очень довольна.

— Луиза, вы пришли одна?

— Да. Я боялась, что буду слишком долго собираться, поэтому пустила всех вперёд.

— Понятно.

Я украдкой взглянула на Карла. Он с беспокойством смотрел на Луизу. Наверное, переживает за главу своего клуба, которая только что чуть не упала. Вдруг она всё-таки подвернула ногу?

— Тогда, может, пойдём вместе?

— Что?

— Марг?

Они явно не ожидали такого предложения. Ещё бы.

«Нужно смотреть в будущее».

Карл уже у меня в руках, так что не стоит перегибать палку. Он связан со мной узами академии. Это судьба, и никуда от неё не деться.

А вот если я буду вести себя слишком навязчиво, ревновать и устраивать сцены, Карл может меня возненавидеть. Этого нельзя допустить. Я не могу потерять драгоценные очки из-за какой-то мелочи, ведь мы с Карлом проведём вместе всю жизнь.

«Нужно быть великодушной».

Карл переживает за Луизу, но при этом чувствует себя виноватым передо мной. И тут я сама предлагаю помощь Луизе. Да, это точно растопит сердце Карла. Он точно оценит.

Я не только прощаю его минутную слабость, но и сама решаю проблему, не доставляя ему неудобств. И всё это с лёгкостью и изяществом.

«Идеально!»

Я смогла унять гнев и придумать лучший выход из ситуации за считанные секунды. Я собой горжусь.

— Марг, ты уверена?

— Конечно. Вдруг Луиза всё-таки ушиблась?

— Сэ… Сэмпай…

Я ещё и проявила заботу о младшей. Карл точно был поражён. Да и Луиза, похоже, растрогалась, её глаза заблестели.

— Хе-хе, если хочешь отблагодарить… Может, потанцуем на балу?

— Если этого достаточно, то с радостью.

И я, между прочим, обеспечила себе танец с Карлом.

«Хе-хе-хе…»

Всё просто идеально.

Послесловие автора

Тот, кто уверен в своей победе, всегда спокоен и великодушен.

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Я успел поймать Луизу прежде, чем она упала, но она пошатнулась на высоких каблуках, и я не мог не беспокоиться за её лодыжку. Кто вообще бегает на шпильках? Как будто специально ищет приключений на свою голову.

Сейчас вроде бы всё в порядке, но боль может нагрянуть позже. Если бы рядом были другие члены клуба, они бы позаботились о Луизе, но, как назло, никого нет. Бездари.

С другой стороны, я не могу опекать Луизу, ведь у меня есть партнёрша — Маргарита. Было бы крайне невежливо находиться с кем-то другим, когда у тебя уже есть партнёр. Это даже более неловко, чем отказать кому-то в просьбе стать партнёром.

— Прошу прощения. Я должна была выполнять роль партнёрши, но…

— Всё в порядке. Я тоже переживаю, оставляя свою кохай одну.

Я был тронут её ответом. Похоже, Маргарита действительно заботится о Луизе, как тогда, когда она приходила ко мне, чтобы дать совет. Или же это просто забота о младшей. В любом случае, для благородной леди у неё на удивление доброе сердце.

— Луиза, будьте осторожнее в следующий раз. Вам повезло, что Карл вас поймал, а ведь вы могли серьёзно пострадать.

— Да, сэмпай. Большое вам спасибо!

Луиза, похоже, тоже была тронута добротой Маргариты. Её глаза сияли, и она непрерывно кивала. Кажется, она преодолела свой страх, хотя ещё совсем недавно хныкала в комнате клуба после того, как Маргарита отчитала её. Пусть они редко встречаются, но хорошо, что первое впечатление удалось исправить.

Итак, я вошёл в зал, ведя под руку Маргариту слева и Луизу справа. Когда количество людей в нашей компании увеличилось с двух до трёх, окружающие бросали на нас вопросительные взгляды, но вскоре все отвернулись. Такова уж добродетель голубых кровей — не обращать внимания на то, что не принесёт тебе выгоды.

— Ого.

— Вау, как красиво.

Величие и роскошь зала ослепили меня на мгновение. Мало того, что всё здание целиком было отведено под банкетный зал, так ещё и внутреннее убранство кричало о том, что на него потратили целое состояние. Единственной, кто не выказал удивления, была Маргарита, которая, вероятно, видела всё это в прошлом году.

— Брат, посмотри туда — прошептала Луиза, указывая глазами на потолок.

— Ага, я уже смотрю.

«Они что, совсем сумасшедшие?..»

Повсюду висели огромные люстры, и было страшно представить, сколько денег на них угрохали. Золото, усыпанное драгоценными камнями…

— Если собрать все люстры в академии, можно было бы залатать дыры в бюджете.

— Вы что, пили с утра? О чём вы говорите, когда я прошу выделить больше средств?

— Тот, кто ограничился домашним образованием, всё равно не поверит.

— Эй, ты чего, решила меня учёностью уколоть?

Два года назад, когда в казне министерства финансов образовалась огромная дыра, министр пробормотал нечто подобное. Тогда я списал это на старческий маразм. Даже если люстры академии помогут лишь временно, речь всё равно идёт об огромной сумме, способной повлиять на такой гигант, как министерство финансов.

И что, эту сумму можно получить, просто обчистив академию? Я думал, он просто шутит, как шутят над деревенщиной, говоря, что в метро нужно разуваться.

«А ведь он не врал».

Министр говорил правду. Афельс — сумасшедшая страна, полная невероятных историй. И они потратили столько денег на какой-то банкетный зал? Теперь понятно, почему во время вторжения в Афельс другие страны отвернулись от него. Должно быть, они решили, что Креппелофен — меньшее из двух зол.

Пока я поражался тому, как Креппелофен обрёл своё могущество, подчинённые, которых Луиза отправила вперёд, нашли нас и подошли.

— Веселитесь с одноклубниками.

Я легонько подтолкнул Луизу в спину. Не дело двадцатиоднолетнему торчать среди семнадцатилетних. К тому же, я заметил Виллара, притаившегося в углу, и мне стало спокойнее. Раз Виллар здесь, мне не обязательно опекать её.

— Брат, тебе тоже хорошо провести время. И вам, сэмпай.

— Конечно, Луиза. И тебе хорошо провести время.

Луиза хотела было что-то сказать, но, переведя взгляд на Маргариту, послушно отпустила меня. Должно быть, она не решилась меня задерживать, раз уж я пришёл в качестве партнёра Маргариты. До этого момента я был с Луизой, потому что о ней некому было позаботиться, но теперь, когда вокруг неё собралось целых пять человек, всё в порядке.

Я взял Маргариту под руку, и мы отошли в сторону. Теперь нужно просто найти место и подождать, пока не начнётся танец.

— Как раз вовремя, брат. Не хотите ли отпраздновать нашу победу? Разумеется, с вашей партнёршей.

Я не ожидал, что Таниан подойдёт ко мне.

— Вы трудились, вам и праздновать. Не беспокойтесь обо мне.

— Радость клуба должен разделить и его наставник, разве нет?

Почему он начал говорить разумные вещи именно сейчас? Было бы проще, если бы он всегда вёл себя как идиот. Каждый раз удивляюсь.

— Он прав. Давайте так и сделаем, Карл.

— Марг?

Я не успел придумать, как отмазаться, а Маргарита уже согласилась.

— Нехорошо, когда наставник бросает своих подопечных, верно? Мне будет достаточно и того, что мы потанцуем вместе.

— Мне неловко, что вы так обо мне заботитесь.

— Но я не уступлю вам танец. Имейте это в виду.

— Разумеется.

Было бы неправильно отказывать человеку, который постоянно идёт на уступки, в единственной просьбе. Тем более, что танцевать не так уж и сложно...

«Хотя, пожалуй, сложно».

У меня почти не было поводов танцевать. Я редко бывал на светских мероприятиях, а если и бывал, то в основном общался с пожилыми людьми.

Я с запозданием осознал это и осторожно посмотрел на ноги Маргариты. Маленькие ступни, изящно устроившиеся в алых туфельках на каблуках. От мысли, что я могу наступить на эти хрупкие ножки во время танца, у меня закружилась голова.

«Если наступлю, точно сломаю».

Маргарита удивлённо наклонила голову, заметив, что я смотрю вниз, а меня охватило беспокойство.

★

Брат и леди Маргарита, взявшись за руки, направились к центру зала. Другие ученики расступались, давая им дорогу, но это выглядело не странно, а естественно, словно так и должно быть.

— Похоже, никто из нас не собирается танцевать.

— Что, скучно? Если хочешь, я могу составить тебе компанию, даже если мы оба парни.

— Ха-ха, благодарю, но я, пожалуй, откажусь.

— Фух, а я уж испугался, что ты согласишься.

Я слушала, как Айнтер и Лютис обмениваются шутками, и смотрела вслед Брату и его спутнице. Возможно, я тоже могла бы сейчас танцевать с кем-то из членов клуба. Брат наверняка заскучал бы, танцуя в одиночку, поэтому мы решили, что кто-то из нас составит ему компанию.

Но танцуют обычно парень с девушкой. А я единственная девушка в кондитерском клубе, и мне пришлось бы выбирать одного из пятерых. Все они — мои хорошие друзья. Если бы я выбрала кого-то одного, остальные четверо могли бы обидеться. Отношения могут как укрепиться, так и разрушиться из-за любого пустяка.

— Танцы? Луизе нужно беречь лодыжку после растяжения. Но если вы хотите потанцевать, я не буду вас останавливать.

Словно прочитав мои мысли, Брат помог мне. Хотя я была бы не против, ведь если быть осторожной, то танцевать вполне можно.

Но, увидев, как Брат заступился за меня, и заметив, как он украдкой кивнул мне, я не смогла сказать им, что всё в порядке. Члены клуба тоже не стали выражать сожаление, а наоборот, забеспокоились о моей лодыжке.

«Простите меня».

Я закусила губу, чувствуя вину за то, что даже не могу извиниться. Я была бы рада потанцевать со всеми пятерыми, но выбрать одного — выше моих сил.

Опустив взгляд, я невольно посмотрела на свои ноги. И на туфли на каблуках, из-за которых я так неловко упала перед Братом.

«Какой позор...»

Я зажмурилась, вспомнив о недавнем происшествии. Мне было ужасно стыдно. Если бы я могла повернуть время вспять, я бы остановила себя, бегущую к Брату.

«Ох...»

Мне хотелось провалиться сквозь землю от стыда за то, что я оказалась в объятиях Брата. Если бы я упала прямо здесь, члены клуба наверняка бы заволновались, поэтому мне оставалось лишь кусать губы. Ну почему я такая неуклюжая?!

К тому же, позади Брата стояла леди Маргарита. Я думала, что она будет ругаться, ведь она наверняка пришла как партнёрша Брата, а я так опозорилась у неё на глазах. В нашу первую встречу она подчёркивала, как важен этикет для благородной леди. А я повела себя совсем неподобающе.

— Может, пойдём вместе?

— А вдруг Луиза и правда ушиблась?

Но леди Маргарита, к моему удивлению, не только не рассердилась, но и проявила заботу. Она беспокоилась обо мне, хотя я чуть не упала на пол.

Я была так тронута, что мне стало стыдно за то, что я боялась её. Да, Брат говорил, что она не хотела меня обидеть. Как же он был прав! Леди Маргарита великодушно простила мне мою неловкость.

И, судя по тому, как хорошо Брат знал характер леди Маргариты, они, должно быть, очень близки.

«Он выглядит счастливым».

Находясь рядом с леди Маргаритой, Брат выглядел намного счастливее, чем вчера. Похоже, общение с ней помогло ему больше, чем мои попытки его утешить.

«Я такая бесполезная...»

Я радовалась тому, что Брат пришёл в себя, но в то же время чувствовала укол ревности, понимая, что моя роль в этом ничтожна. Но это и понятно. Леди Маргарита намного ближе к Брату, чем я.

«Слава богу».

И всё же, я рада, что у Брата есть близкий человек, который может его поддержать. Ведь я не способна на такое. Да, сейчас они так красиво танцуют вмест... Что?

Я несколько раз моргнула, глядя на Брата и леди Маргариту. Что-то тут не так.

«Брат?»

Сколько раз вы уже наступили на ногу леди Маргарите?

«Леди Маргарита?»

Кажется, сейчас он наступил сильнее обычного. Вы в порядке?

Я застыла, наблюдая за ними, и вскоре они закончили танец и направились к нам.

Лицо Брата застыло, и он смотрел в пол, а леди Маргарита слегка покраснела, но на её губах играла лёгкая улыбка.

«Леди Маргарита...»

В уголках её глаз поблёскивали слёзы. Я всё прекрасно видела, но ради леди Маргариты сделаю вид, что ничего не заметила. Ведь она выглядит такой счастливой.

Послесловие автора

Он выглядел счастливее, чем вчера. = Отчёт отдела кадров гласил: «Шеф остался вами доволен».

Вчера в полночь на странице конкурса появилось объявление «Основной этап завершён». Ощущения немного отличаются от тех, что были во время предварительного этапа. Чувствуется, что наше 50-дневное путешествие подходит к концу.

Когда я говорю «конец», кажется, будто я исчезну вместе с завершением конкурса. Но не волнуйтесь, я продолжу радовать вас и после объявления результатов!

Жду ваши спасибы под главами и оценки тайтлу!

Банкет, венчавший программу выставки, завершился без особых происшествий.

— Мар, мне правда очень жаль. Я не нарочно…

— Ничего страшного. Господин Карл ведь выполнил мою просьбу?

За исключением изрядно оттоптанных ног Маргареты. Я так старался быть осторожным, но всё равно умудрился наступить ей на ногу несколько раз. Сколько же я намучился, перенося вес назад, чтобы хоть не наступать изо всех сил.

Если бы я хоть раз наступил как следует, случилась бы катастрофа. Маргарета сломала бы ногу, а слухи о том, что Начальник Отдела надзора избил герцогиню, перевернули бы всё светское общество. За этим последовала бы череда визитов разъярённого Железнокровного герцога и маячащих позади представителей Министерства наказаний.

— В следующий раз я буду внимательнее, чтобы такого не повторилось.

— Ох, неужели это уже заявка на следующую партнёршу?

— Если Мар будет не против меня.

Я с облегчением посмотрел на Маргарету, которая улыбнулась, словно ей это понравилось. К счастью, она, похоже, не сильно рассердилась. Хотя, поскольку виноват был исключительно я, мне пришлось бы смиренно принять её гнев.

Из чувства вины я хотел проводить Маргарету до её комнат, но она, как ни странно, категорически отказалась. Это был не тот случай, когда отказываются пару раз из вежливости, а искренний отказ, настолько, что я даже растерялся.

— Хочу пройтись одна, не спеша.

Раз так говорит, что поделаешь. Я хотел проводить её из чувства вины, но насильно тащить того, кто не хочет, было бы ещё страннее.

— Сегодня я доставил вам много неудобств.

— Мне было весело. Надеюсь, господину Карлу тоже понравилось.

— Мне тоже было весело.

Я смотрел вслед уходящей Маргарете, которая слегка поклонилась на прощание, как вдруг стоявшая позади Луиза быстро направилась к ней.

'Да не беги ты, говорил же'.

Она, конечно, не бежала, но чем это отличалось от бега? Впрочем, на этот раз она, похоже, наловчилась и благополучно дошла до Маргареты, что-то прошептав ей. Я видел только их спины, так что не разобрал, о чём они говорили.

Казалось, они коротко переговорили, а затем разошлись, поклонившись друг другу. Похоже, разговор был неплохим. Выражение лица вернувшейся Луизы тоже не было мрачным.

— Что-то случилось?

— Мне нужно было кое-что сказать старшей.

Видя, как она хихикает, я понял, что она не собирается рассказывать подробности. Маргарета тоже не выглядела расстроенной, так что, вероятно, ничего плохого Луиза не сказала. Уж это она способна различить.

— Пойдём и мы. Все хорошо потрудились.

Когда Маргарета скрылась из виду, я обратился к членам клуба, столпившимся позади. Наконец-то одно большое дело — выставка — полностью завершилось, и голова словно прояснилась.

Скоро начнутся экзамены, но это меня не касается. Советнику ведь не нужно сдавать экзамены, так что какое-то время можно будет пожить спокойно.

Я смогла пройти достаточно далеко, чтобы Карл меня уже не видел, стараясь выглядеть как можно естественнее.

— Ай-яй-яй…

Убедившись, что вокруг никого нет, я почувствовала, как ноги сами собой подкосились. Я держалась из последних сил. Как же было досадно, что именно в такой момент Карл предложил меня проводить. Я была не уверена, что смогу дотерпеть до своих комнат, поэтому, сдерживая слёзы, отказалась.

Сняв туфли на высоком каблуке, я увидела распухшие, покрасневшие ноги. От боли, накатывавшей от ступней, слёзы готовы были навернуться на глаза, но при воспоминании о событиях в банкетном зале вырвался смешок.

Когда Карл впервые наступил мне на ногу, я подумала: «Надо же, и Карл, оказывается, совершает ошибки», — и мне стало забавно. Но когда это повторилось дважды, трижды, стало совсем не смешно. Я вспомнила то, что случайно услышала когда-то.

Рассказывали, что некоторые молодые господа, танцуя, нарочно наступают партнёрше на ногу, делая вид, что это случайность, если она им не нравится. Когда я впервые это услышала, то подумала: «Да где это видано, чтобы аристократ был таким недостойным? И насколько же должна быть несовершенна юная госпожа, чтобы с ней так поступили?» — и забыла об этом.

Но когда эта нелепая история произошла со мной, я не знала, куда деться от растерянности и обиды. Я была так счастлива просто танцевать с Карлом, я ждала этого момента, терпела боль. Неужели радовалась только я? Неужели Карл меня так ненавидит?

От таких мыслей у меня чуть не потекли слёзы, но, увидев выражение лица Карла, я не смогла удержаться от улыбки. Потому что Карл тоже был явно растерян, его взгляд метался, и он не знал, что делать. Потому что было видно, как он старается, чтобы мне было хоть немного менее больно.

'Он просто не умеет'.

Это были просто ошибки новичка, который никогда раньше не танцевал. Я была так рада, что Карл меня не ненавидит, и что, похоже, это был его первый танец.

'Я — первая у Карла'.

Первая партнёрша. Я — та, с кем Карл танцевал свой первый танец. Не кто-нибудь, а я, Маргарета Валенти — первая.

Фу-фу-фу…

— Хи-хи-хи… Ах.

Задумавшись, я издала недостойный смешок. Хоть никто и не видел, мне стало неловко, я кашлянула и посмотрела на маленький флакончик в руке.

«Если нанесёте на больное место, станет легче».

Это было лекарство, которое только что дала мне госпожа Луиза. В углу банкетного зала на всякий случай дежурил медперсонал, похоже, она взяла его там.

«Вообще-то, это брат принёс, но ему было неловко отдавать самому, поэтому он попросил передать меня».

'Ложь'.

Я всё время наблюдала за тем, где находится Карл и куда он идёт. У него совершенно не было времени, чтобы принести лекарство. Но я промолчала и приняла его. Я сделала вид, что не заметила, тронутая добротой младшей.

Вероятно, она беспокоилась, что я обиделась на Карла за то, что он постоянно наступал мне на ноги, или просто сочувствовала моей боли. Меня даже удивила её тактичность: она подошла и передала лекарство так, чтобы никто другой не видел. Мне также понравилось, что она приписала заслугу Карлу, а не себе.

Да, именно такой и должна быть. Юная госпожа, о которой Карл заботится с такой заботой и старанием, должна вести себя именно так.

'Пожалуй, сегодняшнее происшествие можно простить, госпожа Луиза'.

Думаю, можно простить ей то, что она оказалась в объятиях Карла. Ведь я всё равно проведу всю жизнь в его объятиях. Такое великодушие я могу себе позволить.

…Для начала нужно нанести лекарство. Сегодня я была счастлива, но это было слишком больно. Хотя мне всё равно понравилось.

Очередной регулярный отчёт.

— Если однажды на улице тебе к горлу приставят нож, просто прими это как должное.

— …

Так уж вышло, что я рассказал и о катастрофе в банкетном зале, и мне было нечего возразить на реакцию министра. По правде говоря, я и сам так думал.

— Сначала хладнокровно бросаешь драгоценную младшую дочь, которую так бережно растили, а теперь ещё и ноги ей топчешь? Герцогиня хоть на ногах-то стоит? Да даже если Железнокровный герцог тебя убьёт, Министерство юстиции вынесет оправдательный приговор.

— Я всё-таки старался наступать осторожно…

— Если бы старался, вообще бы не наступал. Тебя называют психом, так ты что, и впрямь спятил?

Это была сущая правда, так что и на этот раз я не смог возразить. Если бы Маргарета тогда пролила хоть слезинку, рыцари Железнокровного герцога уже были бы в Академии. Ужасно.

— Так что там с сегодняшним делом?

Видя моё молчание, министр сменил тему. Под «сегодняшним делом» он, конечно, имел в виду то самое.

— Согласно императорскому указу, я истребил предателей.

— Думаешь, я этого не знаю и спрашиваю? Ты нормально работал, потом вдруг выдумал какой-то нелепый обычай и упёрся в него, а теперь вдруг вспомнил о принципах. Почему ты вдруг напираешь на принципы?

— Его Величество Император желал этого. В императорском указе упоминались Небесный Мандат, Великая Чистка, зачистка — как я мог сопротивляться?

— Ага, как же.

Министр отреагировал так, будто услышал полнейшую чушь. Но и на этот раз я не смог возразить.

— Я тебе точно говорил. Отдел надзора должен строго следовать принципам, чтобы не было проблем потом. Что если ты из ложной жалости создашь странный обычай, то только себе проблем наживёшь.

Зачем было создавать обычай, который ты сам же нарушишь, не продержавшись и двух лет?

Эти добавленные министром слова стали кинжалом, вонзившимся мне в грудь.

— Говорю на всякий случай: я не виню тебя за то, что ты сейчас последовал принципам. Для Отдела надзора это естественно. Я виню тебя за то, что ты вообще создал обычай, который потом сам же по своей прихоти и нарушил.

— Прошу прощения.

— Чёртов паршивец, только извиняться и научился быстро.

Раздражённо вздохнув, министр посмотрел на меня в упор и сказал:

— Его Величество Император тоже остался весьма доволен тем, как всё было сделано. В Отделе надзора тоже удивились внезапному возвращению к принципам, но возражений почти не было.

— Это хорошо.

— Это было бы так, если бы ты после долгих раздумий решил вернуться к принципам. Но, судя по реакции руководства, это не так.

При этих словах я молча опустил голову. Ведь министр уже всё знает и просто выводит меня на чистую воду.

— Если ты действуешь под предлогом заботы о них, то подумай, что они скажут, увидев твои поступки.

— …Я учту.

— Никчёмный.

На этом регулярный отчёт закончился.

Вскоре мне позвонил и Министр Дворцовых дел. На этот раз — чтобы передать слова императора.

Ничего особенного он не сказал. Слова императора можно было свести к следующему: «Ты занимался неподобающими вещами, но, похоже, снова взялся за ум, и я доволен». Да уж, похоже, он был очень доволен. Ведь меч, который, как он опасался, затупился, снова выполнил свою роль.

— Только тот меч, что служит долго — истинно знаменитый меч. Рад, что Начальник Отдела надзора, похоже, это понимает.

Замечание Министра Дворцовых дел перед тем, как прервать связь, тоже было откровенным и простым. То есть: «Хорошо, что ты вернулся к своей роли».

Я лёг на кровать, голова шла кругом. Я думал, что это единственное, что я могу сделать. Я думал, раз я сам создал этот обычай, то не будет проблемой, если я на время его проигнорирую. Я думал, что почувствовал облегчение, потому что действовал решительно.

— Если ты действуешь под предлогом заботы о них, то подумай, что они скажут, увидев твои поступки.

Видимо, это было не так.

Судя по тому, что слова министра до сих пор звенят у меня в ушах, это было не так.

'Чёрт'.

Похоже, я всё ещё сопляк.

«Тебе так трудно называть меня нуной? Раз так стесняешься, значит, ты ещё совсем ребёнок!»

«Хватит нести чушь, выходи. Тебя ищет начальник секции».

Стоило ли тогда до последнего отказываться, когда Геката просила называть её нуной?

Слово автора (Послесловие автора)

С Днём Учителя прошла половина мая. Время летит очень быстро.

Спасибо, что прочли и эту главу!

Временный штаб имперской армии на Северном карательном фронте. На территории временного штаба повсюду были разбиты юрты, которые имперская армия тоже время от времени использовала, признав их удобство в установке и демонтаже.

— Ух ты, и этот ублюдок теперь старший командир группы?

— Конец света. Престиж Четвёртого отдела упал ниже плинтуса.

В одной из юрт собрались семеро — мужчины и женщины. Их чёрная форма была покрыта пылью, лица выражали усталость, но они всё равно хихикали, будто что-то их очень забавляло.

— Закономерный результат.

Уверенно заявил черноволосый мужчина в центре группы. Ему удалось заполучить доселе вакантную должность старшего командира группы, поэтому на его лице было написано презрение и насмешка над остальными командирами.

— С этими вонючими командиришками за один стол не сядешь.

— Что будем с этим гадом делать?

— Сначала уложим его.

При этих словах шестеро командиров тут же набросились на старшего командира, повалили его на пол и принялись колотить всем, что под руку попадётся.

— Чёрт! Это неподчинение!

— Какая ещё иерархия между командирами групп?

— Думаешь, раз ты старший, то выше нас? Эй, ты просто отвечаешь за всю грязную работу!

Через несколько минут и избитый старший командир, и шестеро командиров, с упоением его лупивших, поднялись с места, как ни в чём не бывало.

— Вот ради этого я и служу в Четвёртом. Где ещё можно отлупить наследника имперского графа?

— Грязная красная кровь.

— Ещё раз уложить?

И всё же на лицах всех семерых сияли улыбки. Такие шутки были у них в порядке вещей.

— Но всё равно удивительно. А всё-таки старшего командира назначили, надо же?

— До сих пор командиры слишком быстро погибали. Какой смысл назначать, если он всё равно скоро отправится на тот свет?

— И то верно.

Средняя продолжительность жизни командира группы Четвёртого отдела была невелика. Особенно после начала войны на севере. Поэтому старшего командира намеренно не назначали, но нынешние командиры продержались намного дольше среднего, и наконец старший был назначен.

— Давайте продержимся так до конца войны.

— Как только война закончится, брошу к чертям эту собачью службу в Отделе надзора.

— А я… призна́юсь в любви девушке из родного города…

— Совсем с ума сошёл.

Даже командир, у которого и близко не было никакой девушки в родном городе, поддавшись атмосфере, ляпнул какую-то чушь. Конец войны, что он будет делать после войны… В пьесе это было бы предзнаменованием печального конца. Но семерых это не волновало.

Ведь мы обязательно вернёмся в столицу живыми. Думая так, семеро не испытывали никаких сомнений.

Я открыл глаза, когда утренний солнечный свет, пробивающийся сквозь шторы, пощекотал лицо.

— Ах.

Чёртов сон.

Тихо вздохнув, я поднялся. В последнее время я слишком много слышал о тех ребятах, и вот они явились мне даже во сне. Но всё же хорошо. Хорошо хоть, что приснилось не самое плохое воспоминание.

'И чего я тогда так радовался?'

В то время я был втайне рад назначению старшим командиром группы. Нелепость, да и только. Сейчас бы я зубами вцепился в возможность избежать любой работы, сопряжённой хоть с малейшей ответственностью. Но тогда я был просто счастлив, чувствуя, что меня признали лучше остальных. Забавно.

Хотя по-настоящему забавно то, что те, кто тогда были начальником Четвёртого отдела и старшим командиром группы Четвёртого отдела, теперь занимают посты министра и начальника отдела соответственно.

Разминая затёкшую шею, я спустился с кровати. И вдруг в голову пришли слова о том, чтобы бросить службу в Отделе надзора после войны. Во время обычного обмена шутками тот парень вдруг выпалил это со всей серьёзностью.

Из-за этой внезапной игры в правду и остальные ребята начали говорить не о девушках из родного города и прочей ерунде, а о своих настоящих желаниях. Но никто и представить не мог, что именно желание бросить Отдел надзора окажется самым трудноосуществимым. Ни я, ни тот парень, никто.

При этой мысли у меня вырвался смешок.

Придя в клубную комнату, я сразу открыл банку с печеньем, но она была пуста. Видимо, за время выставки поступлений в банку не было, и она впервые показала дно.

— Вот же ж.

Я невольно высказал своё сожаление.

Моя личная маленькая банка с печеньем опустела. Сидеть в пустой клубной комнате и в одиночестве есть печенье было моим ритуалом, а теперь он нарушен. Сегодня нужно будет попросить Луизу испечь побольше.

Оставив банку с печеньем, я сел на свой обычный стул и оглядел клубную комнату. Здесь много ингредиентов и достаточно инструментов, так что иногда, вот так в одиночестве разглядывая всё это, я задумываюсь: может, мне тоже заняться кондитерским делом? Одно дело — просидеть в одиночестве до начала занятий клуба день-другой. Но я тут торчу уже который месяц.

'Опять странные мысли'.

Нужно пережить этот соблазн. Я прекрасно знаю свои кулинарные способности. Однажды мне довелось готовить еду для руководства. Результат, конечно, был плачевным.

Это было естественно, ведь я никогда в жизни и не думал готовить сам. Но тогда сложилась ситуация, когда пришлось это сделать.

'Может, принести сюда книг?'

Я избегал оставлять здесь что-либо, кроме кухонной утвари, опасаясь, что оно может испачкаться в муке. Но что ещё делать, коротая время в одиночестве? Сегодня мне особенно не хватает клубных занятий.

И вот, после нескольких часов ожидания в одиночестве, я наконец встретил членов нашего клуба, которые оказались более добросовестными, чем я думал.

— Похоже, какое-то время придётся только учиться.

— Вот как?

На слова Луизы я внешне невозмутимо кивнул. Действительно, скоро экзамены. Не знаю, кто составлял расписание в Академии, но умение сначала поднять всем настроение выставкой, а потом придавить экзаменами — просто виртуозно.

— Это мои первые экзамены после поступления, так что я буду стараться!

Видя, как она решительно сжимает кулачки, я не мог вымолвить и слова. Сказать такому целеустремлённому президенту клуба: «Да брось ты это, лучше испеки печенья, а то у меня голова кружится» — на такое даже самый пропащий взрослый не решится.

Судя по тому, какой я видел Луизу до сих пор, она бы выполнила просьбу, если бы я попросил, но всё же становиться взрослым, который не то что не помогает ребёнку проложить путь в будущее, а ещё и мешает ему — это уж слишком.

— Да, старайся. Приложишь усилия — будет хороший результат.

— Да!

В итоге я не мог сделать ничего, кроме как подбодрить её банальными словами. Завтра придётся действительно с самого утра заглянуть в библиотеку.

— Хотя здесь даже лучше учиться. Кроме нас никого нет, тихо.

— Можно разговаривать друг с другом, так что лучше, чем в библиотеке.

— А, точно. В библиотеке приходится оглядываться на библиотекаря.

Разговор Эриха и Латера, доносившийся сбоку, окончательно добил меня. Какое-то время в клубной комнате будет пахнуть не печеньем, а бумагой и чернилами.

На самом деле, для аристократов, составляющих большинство студентов Академии, оценки не имеют большого значения. После окончания Академии они не собираются поступать в высшие учебные заведения или устраиваться на работу, так зачем им высокие оценки?

Конечно, некоторые после выпуска идут в администрацию или армию, но для этого смотрят не на оценки за время учёбы, а проводят отдельный экзамен. К тому же, рекомендация всё ещё полезнее экзамена. В этом мире рекомендация пока что имеет больший вес, чем экзамен.

Тем не менее, причина, по которой аристократы сосредоточены на экзаменах, проста. Это видимый показатель, по которому можно соревноваться. Для гордой голубой крови это самая важная причина. Простолюдины же прилагают отчаянные усилия, ведь хорошие оценки — это шанс хоть раз попасться на глаза знати. На кону их жизнь.

— Довольно много экзаменационных предметов, да?

— Что? Говорят, их наоборот сократили по сравнению с прошлым?

Я бросил взгляд на учебники, которые Луиза выкладывала один за другим, и буркнул это, но в ответ получил удивлённую реакцию. И это называется «сократили»? Похоже на максимальную нагрузку в университете, раньше что, был уровень старшей школы?

Я тупо уставился на учебники, а Луиза, склонившая голову набок, вдруг сделала лицо «ой» и неловко улыбнулась.

— Но, как вы и сказали, брат, их всё равно много.

Заметив лёгкую дрожь в зрачках Луизы, я слегка кивнул, пропуская это мимо ушей. Она ответила не подумав, а потом спохватилась.

'Что я — взрослый без образования'.

Первая реакция Луизы означала не что иное, как: «Разве вы, брат, не изучали больше в свои школьные годы?». Мол, раньше было ещё хуже, так почему ты, выпускник тех времён, так реагируешь?

Но я не знаю того «раньше». Я не то что не окончил Академию, я даже не поступал туда. К счастью, Луиза догадалась прежде, чем я успел сказать это вслух, так что крайне неловкого момента удалось избежать.

Уши Луизы, смущённо опустившей взгляд на учебник, слегка покраснели. Она чуть не ляпнула «Талуллу» (прим.: Талулла — корейский интернет-мем, описывающий ситуацию, когда человек случайно оскорбляет близкого, критикуя что-то, не зная, что это относится и к нему) на тему образования, вот и растерялась. Да, я понимаю. Я ведь особенный случай.

— Ах, советник ведь не учился в Академии?

А ты не поймёшь, Талулла ты эдакий.

Слова Рютиса внезапно ударили под дых, я на мгновение застыл, а Луиза осторожно покосилась на меня. Я видел, как даже Эрих в дальнем конце комнаты вздрогнул и посмотрел в мою сторону.

— …Да, верно.

— Ух ты, а я ведь тоже долго сомневался, поступать ли в Академию. Диплом ведь не так уж и необходим, правда? Как здорово найти дело по душе раньше других!

'Заткнись'.

Если бы это сказал начальник Второй секции, я бы уже ему врезал. Бесит ещё больше то, что это было сказано с искренним восхищением, а не со злым умыслом или насмешкой. Сложно ведь злиться на слова: «Поразительно, что вы так рано нашли своё призвание и начали работать!».

— Тебе бы тоже не стоило идти в Академию, а поискать другой путь.

— Ну не знаю, разве я не встретил здесь хороших людей? Не приди я сюда, точно бы жалел.

Глядя на рассмеявшегося Рютиса, я усмехнулся совсем по другой причине. 'Если бы ты не пришёл, то число безнадёжных случаев сократилось бы с пяти до четырёх, что было бы неплохо'.

— Б-брат? Брат, хоть ты и не окончил Академию, ты ведь уже и так выдающийся человек. По-моему, это даже круче.

Луиза, поняв, что Рютис сказал это без злого умысла, из чистого восхищения, попыталась меня поддержать, но, к сожалению, её слова не особо утешали. Меня бесит не сам факт отсутствия диплома Академии. Меня сводит с ума то, что путь, который я выбрал, отказавшись от Академии, оказался вот таким.

Конечно, как и сказал Рютис, выбрав этот путь, я тоже встретил разных людей. Однако тот факт, что я, одурманенный главой семьи, собственными руками выбрал этот тернистый путь, постоянно заявляет о себе с безумной силой где-то в глубине души.

— Спасибо.

Помолчав немного, я наконец смог выдавить ответ.

Слово автора (Послесловие автора)

После «инцидента с Ччупю-ччупю» и «инцидента с Pokemon Gold» (прим.: отсылки к специфичным событиям в корейском интернет-сообществе/игровой среде) сложилась ситуация, когда мой возраст оценивают как более высокий, чем он есть на самом деле. Выбирая этот подзаголовок, я немного колебался.

Но в итоге последовал зову сердца. Герои учёбой не занимаются…

Спасибо, что прочли и эту главу!

Огненный удар «бамбуковым копьем», нанесенный Рютисом, пришелся прямо в солнечное сплетение и ненадолго повесил на меня эффект «оглушения», но не более того. В конце концов, я не настолько псих, чтобы биться в припадке от безобидных слов. Будь я таким, я бы перевернул кабинет директора вверх дном еще в первый день своего назначения.

К тому же, если отбросить разговоры о Севере, я и сам часто шучу над тем, что выбрал путь госслужащего. Для меня госслужба — это что-то сродни поступлению в аспирантуру. Просто мой разум на мгновение покинул тело из-за того, что я получил удар по больному месту — своему образованию — от того, от кого меньше всего ожидал, да еще и в самый неподходящий момент.

«Если бы он только не был членом королевской семьи…»

Не будь он королевской крови, я бы уже давно и с удовольствием врезал ему по кадыку. Но, как назло, Рютис — принц Армейна, страны, уступающей по мощи лишь Империи, так что от меня требовалось дьявольское терпение. Это просто сводило с ума.

Если бы существовала возможность законно избить Рютиса, я бы заплатил за это вплоть до пяти золотых. Заткнитесь и возьмите мои деньги.

— Глядя на вас, я начинаю думать, что не ходить в Академию было не таким уж плохим выбором.

Отбросив эти мысли, я решил первым разрядить обстановку, заметив, как несколько человек с опаской поглядывают на меня. Ваш куратор не разозлился.

Увидев, как расслабились лица Луизы и Эриха, словно у них гора с плеч свалилась, я даже немного расчувствовался: хоть кто-то здесь переживает о моем душевном состоянии. По остальным троим ничего не скажешь — у них эмоциональный диапазон как у камня. О Рютисе и говорить нечего. Сукин сын.

— Мы заболтались. Не обращайте на меня внимания, продолжайте заниматься.

Опасаясь, что если Рютис продолжит открывать рот, оттуда вылетит еще что-нибудь страшное, я сменил тему. Глядя на членов клуба, снова погрузившихся в учебу, я невольно вспомнил не самые приятные моменты.

«Место я присмотрел. Тебе нужно только прийти, а что делать — там объяснят».

Возможно, из-за разговоров об Академии, из глубин памяти всплыл корень всех зол. Величайшая ложь, сказанная главой рода четыре года назад. Место присмотрел? Только прийти?

«И я, кретин, поверил».

Место оказалось VIP-билетом в один конец прямиком в ад, а начальник команды, который должен был объяснить мне суть работы, умер вскоре после моего прихода. Даже опытные сотрудники, считавшиеся костяком, дружно уволились, и отдел превратился в настоящий хаос. А еще большим хаосом стало то, что меня назначили начальником команды просто потому, что статус моей семьи был самым высоким.

Даже сейчас, вспоминая об этом, я чувствую головную боль и тихо прикрываю глаза. Не успев толком научиться работе, я был вынужден взять на себя тяжелую ответственность по разгребанию бардака в отделе, потерявшем руководство.

Разумеется, у «цыпленка», только ставшего госслужащим, не было способностей справиться с такой задачей. К счастью, министр, который тогда был начальником отдела, активно помогал мне. Тогда я был просто благодарен, но сейчас… блять.

«Стоило один раз странно повыситься, и всё пошло наперекосяк».

После того как я стал из рядового сотрудника начальником команды, меня повысили до начальника 4-го отдела, а оттуда — до главы Департамента инспекции. Из трех повышений ни одно не было нормальным. Я уж молчу о событиях, происходивших в промежутках. Если уж карьера не задалась, то не задалась по-крупному.

С тяжелым сердцем я посмотрел на членов клуба, чье будущее еще не было определено. Большинству из этих высокопоставленных особ и не нужно искать работу, но если вдруг придется — надеюсь, вы найдете нормальное место.

Спустя какое-то время мое внимание привлекла довольно необычная сцена.

— Так со смертью Мятежника твердо закрепился тезис о том, что индивидуум не может победить коллектив. Каким бы сильным ни был отдельный человек, проявляющий себя в бою, история пополнилась примером того, что в войне побеждает коллектив, именуемый государством.

— Вот, значит, какой в этом был смысл.

Латер объяснял с необычайно мягким выражением лица, а Луиза кивала, слушая с интересом. Принц Объединенного Королевства Юбен преподавал имперской аристократке историю Империи Кфеллопен. Кажется, они даже вышли за рамки экзаменационной программы. Докуда он собирается объяснять?

«А это вообще нормально?»

Обычно должно быть наоборот, разве нет? Пусть история Империи и входит в обязательную программу для дворян всего континента, но местные аристократы должны знать ее лучше. На мгновение меня охватило странное чувство, но, увидев серьезное лицо Луизы, я решил не вмешиваться.

Ну да, это случилось два года назад, так что они могут не знать деталей. Имперская история фокусируется скорее на последствиях событий, чем на их ходе, так что, если копать глубоко, можно найти много сложностей. Империя ставит во главу угла суждения императорского двора, поэтому событие двухлетней давности уже запихнули в учебники с нужной трактовкой.

— Хм?

Пока я наблюдал за этой своеобразной лекцией, Латер, объяснявший без запинки, впервые запнулся.

— «Шесть Клинков»? Впервые вижу это.

А.

— Это материал из пересмотренного издания этого года. Если ты читал прошлогодние книги, мог и не знать.

— Вот как? Какое облегчение. Я уж испугался, что зря учил.

Я ответил на вопрос Латера вместо книги. До сих пор Империя не раскрывала информацию о них широко, но я прекрасно знал об этом нововведении, так как оно упоминалось впервые. В конце концов, это касается и меня, так что из Министерства образования со мной связывались.

Для меня это не было плохой новостью. Имена, которые два года назад были скрыты в силу неизбежных обстоятельств, наконец-то выходят на свет. Учитывая, сколько имен кануло в Лету навсегда, два года ожидания — это вполне приемлемо.

— Это важная часть, советую изучить внимательно.

Имя, которое запомнит принц другой страны. Думаю, это можно назвать успехом.

Взгляд Латера оторвался от Карла и вернулся к учебнику.

«Шесть Клинков, значит».

В учебнике об этом не было написано много. Всего несколько строк, но это короткое содержание невозможно было игнорировать.

Шесть Клинков. Шесть героев, которые пожертвовали собой в последней битве Великой Северной войны — или, как ее называет Империя, Великой Карательной войны — и внесли вклад в уничтожение Мятежника.

«Странно».

В Объединенном Королевстве Юбен тоже пристально следили за Мятежником, Каганом. Как он и объяснял Луизе, смерть Кагана стала очередным доказательством того, что личность не может победить систему.

Пока Империя не убила Кагана, среди государств континента ходили тревожные слухи о том, что сверхчеловек, не скованный рамками государства, способен потрясти основы стран. К счастью, эти разговоры утихли, когда Империя устранила Кагана, но момент был действительно пугающим.

Латер гордился тем, что информации о Кагане у них было достаточно — соразмерно той угрозе, которую он представлял.

«Но ведь Кагана определенно убил Куратор».

Имперской армией в последней битве командовал Герцог Победы, а Кагана убил Карл. Из этого Империя официально заявила лишь то, что в битве, где пал Каган, войсками командовал Герцог Победы, что и привело к триумфу Империи.

Империя не то чтобы совсем стерла достижения Карла, но действительно умолчала о них, чтобы еще больше возвеличить подвиг Герцога. Фактически, даже внутри Империи среди низшего дворянства и простолюдинов весть об убийце Кагана не получила широкого распространения.

И в такой ситуации вдруг вытаскивают на свет существование неких «Шести Клинков»? Когда даже о живом убийце Кагана толком не объявили? Можно было подумать, что Карл входит в число этих Шести Клинков, но и это не так.

«Здесь что-то кроется».

Теперь, спустя время, упоминаются Шесть Клинков, способные размыть достижения Герцога Победы. А сам убийца Кагана в их число не входит. Очевидно, что за этим что-то стоит, но истинные намерения Империи пока не ясны. Точнее, намерения нынешнего Императора.

Латер не ожидал, что в пересмотренном учебнике этого года будет спрятана такая бомба. В его стране тоже считали переиздания имперских учебников рутиной и, вероятно, не проверили их должным образом.

— Латер? Что с тобой?

— Задумался на секунду. Продолжим.

Голос Луизы вырвал его из раздумий. Неожиданная информация, похоже, немного сбила его с толку.

«Я ничего не могу с этим поделать».

В ограниченном пространстве Академии возможности для сбора информации лимитированы. Эффективнее будет сообщить об этом на родину и предоставить дело им.

Взгляд Латера устремился на Карла, смотревшего в окно. Гончая Императора, о которой известно, что она в близких отношениях с Герцогом Победы. Карл, возможно, знает что-то об этом непонятном событии. Будь его воля, он бы спросил напрямую.

Я чувствую на себе пристальный взгляд Латера. Наверняка сейчас усиленно шевелит мозгами. Думает, что в этом пересмотре учебников есть какой-то скрытый умысел.

«И он действительно есть».

Это пересмотр, пропитанный желаниями больного человека, который с каждым днем все страшнее одержим императорской властью. Нынешний Император настолько зациклен на власти, что без колебаний устраняет даже родственников со стороны жен. Видимо, он решил, что пора начинать подрезать крылья и Герцогу Победы, тестю кронпринца.

Если история о Шести Клинках распространится, начнут всплывать подробности убийства Кагана, что приведет к некоторому ослаблению авторитета Герцога Победы, главного героя войны. Слава, которой Герцог владел единолично, начнет перераспределяться.

«В любом случае, это хлопотно».

У каждого шага политиков есть скрытый смысл, от чего голова идет кругом. Я доволен, что те ребята, не видевшие света два года, выходят из тени, но единственное, что меня беспокоит — это ущерб, который понесет Герцог.

Впрочем, Император лишь слегка его сдерживает, так что все должно быть в порядке. Если бы он действительно решил расправиться с Герцогом, он бы не стал кидать такие мелкие проверочные шары. Этот выпад — не более чем вежливое предупреждение: «Я слежу за тобой, веди себя тише».

Зная обычные методы Императора, это действительно очень простая и тихая мера сдерживания. Латер тоже сможет догадаться об этом, если немного пораскинет мозгами. И все же, когда увижу Герцога в следующий раз, надо будет передать привет. Я слишком многим ему обязан.

Время во время экзаменов летит быстро — это неизменная особенность всех миров. Кажется, только позавчера я видел членов клуба, собравшихся в клубной комнате за учебой, а теоретические экзамены уже закончились.

Да, именно «теоретические».

— Не знаю, насколько нам спокойнее от того, что вы здесь.

— А мы, в свою очередь, всегда благодарны Куратору за заботу.

На следующий день после окончания теории. Я вызвал Виллара в клубную комнату для обсуждения важного вопроса.

— Академия тоже рада сотрудничеству трех стран. Было бы неприятно, если бы столь важные персоны пострадали.

Что начинается после теоретических экзаменов? Разумеется, практические. А в этой Академии практика означает суровые спарринги с применением мечей и магии.

К счастью, с помощью магии и божественной силы можно быстро залечить почти любые раны. Искусные маги или жрецы могут прирастить отрубленные конечности и вытащить с того света, если в теле еще теплится хоть капля жизни. Знаю по своему опыту.

Но какой безумец скажет члену королевской семьи: «Не волнуйтесь, если вам отрубят руку, мы ее пришьем обратно!»? Сначала отрубят голову такому умнику.

— Я буду обходить тренировочные площадки и проверять обстановку.

— Да, понятно.

Поэтому мы здесь. Начиная со следующего дня, когда стартуют практические экзамены, мы будем дежурить на площадках, чтобы предотвратить возможные травмы.

На самом деле, это не так уж сложно. Наблюдать за боем и предотвращать увечья — обычное дело для тех, кто послужил в рыцарских орденах или магических корпусах. Просто напряжение зашкаливает из-за того, что в спаррингах участвуют особы королевской крови.

— Вот уж действительно, жаль того студента, который станет их противником.

По-настоящему сложно придется безымянному студенту, которому нужно будет махать мечом или швырять магию в королевскую особу. Глядя на турнирную таблицу, они, наверное, рыдают.

Но что поделать. Удача с жеребьевкой — это тоже своего рода навык. Как в окне характеристик игрового персонажа есть параметр LUK (Удача), так и в жизни удача — один из критериев оценки.

В общем, так оно и есть. Этому студенту будет легче, если он будет думать именно так.

Студенты Академии считаются равными на всё время обучения. Вне зависимости от того, принадлежат ли они к императорской фамилии, королевскому роду, дворянству или простонародью, они получают образование на равных условиях, куют узы товарищества и не ведают предрассудков. Это место, где не существует иерархических отношений — лишь различие между учителями и учениками. Таково железное правило Императорской академии.

К синонимам этого правила относятся выражения: «Я задержусь поработать, а ты иди», или «Я не злюсь, просто скажи правду». На словах это звучит именно так, но если копнуть глубже, всё оказывается с точностью до наоборот. Вообще, даже присматриваться не нужно — ложь очевидна с первого взгляда.

«По крайней мере, Аинтер — исключение».

В Академии есть ровно четыре человека, способных заставить своих противников по спаррингу слезно капитулировать. Аинтер, которому может и не хватать реальной силы, но который всё же принадлежит к императорской фамилии; Рютис и Латер, обладающие щитом королевского статуса, который не посмеет пробить ни один рядовой дворянин; и Таниан, которого доктрина именует сыном Божьим.

Из этой четверки Аинтер вообще не посещает практические занятия. Он из тех, кто фокусируется на чистой науке, а не на фехтовании, магии или божественной силе. К тому же, когда Кронпринц уже вовсю отплясывает с головой дракона в руках, наращивать военную мощь для Аинтера было бы не отвагой, а безрассудством.

«Таниан тоже не станет проблемой».

Пусть за ним и закреплен статус кандидата, божественная сила Таниана как фактически следующего Святого дарована самим Богом. Согласно доктрине Церкви Рассвета, никто не смеет оценивать дарованную Господом мощь Таниана, так что он получает зачет по практическим экзаменам автоматом. Остаются Рютис и Латер.

Виллар и остальные Королевские рыцари Армейна разместятся на тренировочной площадке Рютиса, а Королевские рыцари и Магический корпус Юбена аналогично присмотрят за площадкой Латера. Силы Государства Святой Церкви, пребывающие в расслабленном состоянии из-за автозачета Таниана, также будут стратегически распределены.

Поскольку у нас более чем достаточно сил, превосходящих обоих принцев в мастерстве, вероятность инцидента крайне мала. Как ни посмотри, главными жертвами этого практического экзамена станут лишь несчастные агнцы, которым выпадет роль противников для спарринга с принцами. Это прискорбно, но ничего не поделаешь. Если пострадают лишь эти двое, все остальные будут счастливы.

«И всё же, удача, что всё закончится за день».

Я издал вздох облегчения, сверяясь с графиком спаррингов, полученным от Ректора Академии. Студентов, сдающих практику, не так уж много, а тренировочных площадок предостаточно, так что процесс пойдет быстро. Если мы сохраним бдительность в течение дня, всё должно пройти без происшествий.

Студенты, сдающие практический экзамен, делятся на тех, кто относится к нему легко, как к общеобразовательному требованию, и тех, кто скрежещет зубами и выкладывается на полную. И, естественно, присматривать мне нужно именно за вторыми. Первые в любом случае позаботятся о себе сами, так что о них беспокоиться не стоит.

Вот почему я обхожу каждую тренировочную площадку вместе с Ректором Академии, готовясь к любой возможной ситуации. Хотя внешне Ректор кажется дряхлым стариком, внутри он — могущественный маг даже в масштабах континента, а не только Империи. Маги становятся тем страшнее, чем больше лет им стукнет.

— Будущее Империи выглядит многообещающе.

— Я тоже так думаю. Каждый год к нам поступают такие выдающиеся дети, что даже мое сердце начинает биться чаще.

И раз уж я лишь наблюдал за безопасностью, то не ожидал многого от навыков студентов, но они оказались лучше, чем я думал.

Кто-то играл со своими противниками с помощью техники, кто-то подавлял их физической мощью, а кто-то вырывал победу на чистом упрямстве и решимости. Я видел разные подходы, но общей чертой было то, что вне зависимости от хода спарринга, в конце они побеждали.

«Неплохо».

Поскольку они всё еще студенты, то, естественно, пока не достигли зрелости. И всё же, при правильном использовании, они станут полезной силой. Как Президент Студенческого совета.

...Как Президент Студенческого совета?

«О».

Внезапная мысль пронзила мой разум, и я поспешно вытащил блокнот из-под плаща.

......

— Будущее Империи выглядит многообещающе.

Бернхард Мурш, Ректор Императорской академии, кивнул на слова Директора Департамента инспекции. Империя была обширна, а таланты — многочисленны. Каждый год исключительные дети поступали и удивляли его, заставляя сердце старого мага трепетать.

— Я тоже так считаю. Каждый год приходят столь великолепные дети, что это будоражит кровь.

Эти дети вырастут и станут столпами, поддерживающими Империю. Когда-то он бок о бок с Железнокровным герцогом рыскал по полям сражений, посвящая себя служению Империи, но теперь он состарился. Однако если это дряхлое тело может поспособствовать взращиванию новых столпов, как мог он не радоваться?

Бернхард наблюдал за студентами с довольным видом, но, услышав сбоку шуршание, не смог удержаться и не повернуть головы.

Директор Департамента инспекции уже что-то строчил в своем блокноте. Само по себе это не вызывало беспокойства, но настораживало другое: теперь Директор смотрел на студентов, которыми только что любовался с такой теплотой, острым, пронзительным взглядом хищника.

— Господин Директор инспекции?

— Ах, приношу свои извинения.

Директор Департамента инспекции закрыл блокнот, но Бернхард не мог избавиться от чувства тревоги. С тех пор как Директор инспекции прибыл в Академию, он безусловно трудился на её благо и никогда не причинял вреда.

Однако если лидер этой Инспекции смотрит на его драгоценных студентов глазами хищника, выслеживающего добычу, ему необходимо знать причину. В этом заключался его долг как педагога и как старца, служащего фундаментом для будущих поколений.

— Извиняться не за что. Однако я обнаружил, что с возрастом растет лишь любопытство. Могу ли я узнать, что вы записывали?

— Ничего особенного.

Взгляд Директора Департамента инспекции оставался прикован к студентам, пока он прятал блокнот под плащ.

— Я подмечал таланты, которые будут служить Империи.

Директор инспекции, чьи губы тронула едва заметная усмешка, выглядел вполне довольным.

— Великолепно. Будущее Империи и впрямь сияет ярко.

При этих словах Бернхард задумался, какой ответ ему следует дать. Безусловно, это был бы радостный повод, попади студенты на глаза высокопоставленному чиновнику и получи они рекомендательные письма. Но взор этого чиновника был далек от обычного, что заставляло старика терзаться сомнениями.

Но раздумья его были краткими. Несмотря на свою печально известную репутацию, Директор Департамента инспекции славился непоколебимым патриотизмом. Он не стал бы делать ничего дурного по отношению к студентам, мечтающим о карьере чиновников или солдат.

— Да, я с нетерпением буду ждать того дня, когда эти дети возмужают.

Этих детей наверняка ждет светлое будущее.

......

Мысль вспыхнула в его голове. Верно, Президент Студенческого совета. Он обнаружил бриллиант, как Президент Студенческого совета, и заполучил его быстрее всех. Академия была учебным полигоном, где собрались неограненные алмазы. А драгоценные камни принадлежат тому, кто первым их найдет и заявит свои права.

Любых подходящих кандидатов можно было протолкнуть в Третий или Пятый отделы. Если не туда, то он мог порекомендовать их Министерству специальных дел или Военному департаменту. Те вечно ворчали на нехватку кадров, так что отправка им таких перспективных госслужащих принесет ему ответные услуги и облегчит жизнь, когда ему самому понадобится о чем-то попросить.

«Это настоящая золотая жила».

С каждым примечательным спаррингом, который он заносил в блокнот, его удовлетворение росло. Неужели именно это чувствовали профессора, когда выискивали перспективных аспирантов? Как бы то ни было, если он сможет переманить отсюда человек десять, его будущее станет гораздо проще. Троих он отдаст другим ведомствам, и те будут в неописуемом восторге.

Так его личная пополняемая энциклопедия покемонов росла без перерыва, пока Ректор не окликнул его.

«Нужно будет проверить ребят и во время следующего экзамена».

Тогда могут появиться новые самородки. И будущее Империи, и его собственное будущее казались невероятно светлыми.

Наконец, на тренировочной площадке фехтования начался спарринг Рютиса. Он чувствовал, как изменилась атмосфера среди притаившихся повсюду Королевских рыцарей Армейна.

— Я... я сдаюсь...

И вскоре всё закончилось предсказуемо и без происшествий. Даже несмотря на то, что это был лишь учебный бой, никто не мог набраться смелости, чтобы замахнуться мечом на особу королевской крови. Разве что какой-нибудь безумный фанатик-республиканец.

Если бы Латер выбрал путь рыцаря, его могли бы поставить против Рютиса, но этот мерзавец просто обязан был стать магом. Всегда совершенно бесполезные типы.

— Это был приятный поединок!

Приятный только для тебя одного, я уверен.

Его сочувствие к противнику Рютиса возросло, пока он наблюдал, как принц сердечно хохочет и протягивает руку для рукопожатия. Оппонент вовсе не выглядел неумехой, но его противником был принц. Воистину несчастное стечение обстоятельств.

«А парень-то неплох».

Он погладил подбородок, наблюдая за партнером по спаррингу, чье тело лишь склонило голову, но чье сердце, должно быть, согнулось под прямым углом. Сдаться сразу в начале матча было бы слишком очевидно, и при этом, стараясь не задеть королевское тело, можно было навлечь на себя недовольство принца. Так что противник стойко терпел изнурительный бой, принимая на себя удары Рютиса.

То, как он подставлял под удары наименее болезненные зоны, пока его колотили, тыкали и рубили со всех сторон, было по-настоящему примечательно. Добиться убедительного поражения, которого противник не заметит, куда сложнее, чем сражаться в полную силу ради победы.

«Столько талантов».

Я занес противника Рютиса в свою память. Был ли этот учебный год в Академии урожаем «золотого поколения» или же подобный уровень был средним, я сказать не мог. Как бы то ни было, для того, кто занимается рекрутингом, это была добрая весть.

— Ох. Какое совпадение. Кажется, спарринг студента Эриха тоже вот-вот начнется.

— Эриха, говорите?

Наблюдая, как студент Кайзер Созе ковыляет прочь с площадки Рютиса, прежде чем вернуться к нормальной походке, я услышал голос Ректора, осматривавшего соседние полигоны.

— Хотите посмотреть?

— Не уверен, есть ли у нас на это время.

— Спарринг студента Рютиса завершен, к чему спешка? До боев на Магическом факультете еще далеко, так что времени предостаточно.

Я кивнул на заботливость Директора Академии, предоставившего столь идеальный повод. Сказать по правде, мне было любопытно увидеть, насколько выросло мастерство Эриха.

— В таком случае, я не против.

— Я слышал, способности студента Эриха улучшаются с каждым днем. Мне и самому не терпится впервые увидеть это воочию.

— Слышать такое от вас — предмет особой гордости.

— Это не пустая лесть, так что гордитесь в свое удовольствие.

Мы обменялись любезностями, переходя на другую тренировочную площадку, где увидели Эриха, только что вступившего на помост.

В тот миг, когда мы появились, Эрих — который до этого казался столь спокойным — внезапно начал излучать боевой дух с пугающей интенсивностью. Настолько, что замешательство его противника было видно невооруженным глазом.

В ту секунду, когда начался матч, Эрих рванулся вперед, словно одержимый яростью, и его выступление было впечатляющим. Его навыки были тем, на что я мог смотреть с гордостью и удовлетворением.

«Всё отлично».

Действительно отлично.

Но почему кажется, что он внезапно стиснул челюсть и начал атаку именно в тот момент, когда увидел меня?

Мне лишь показалось? Но будь это так, его взгляд определенно не был бы прикован ко мне.

Я думал, мы сближаемся, но неужели моё присутствие до сих пор служит для Эриха тотемом ярости?

Семья Красиус — один из самых престижных боевых домов Империи. И пусть её не всегда называют абсолютно лучшей среди воинских династий, это непоколебимый столп, который ни разу не был исключен из обсуждений великих родов за всю трехсотлетнюю историю Империи.

Один из Имперских графов, служащий прямым вассалом Императора, и член Имперского совета — такова семья Красиус, и таков вес имени, легшего на плечи Эриха. Разумеется, поскольку он не наследник, бремя ощущается несколько легче.

Тем не менее статус второго сына прославленного боевого дома оказал огромное влияние на жизненный путь Эриха; он получал семейное образование еще до поступления в Академию. Благодаря этому ему трудно найти достойного противника даже среди старшекурсников, не говоря уже о первогодках. Разве что принц Рютис мог бы стать исключением. Статус, возможности обучения и навыки обычно идут рука об руку.

«Сетка тоже неплохая».

У Эриха не было намерения проигрывать кому бы то ни было, а его текущий оппонент обладал призрачными шансами стать помехой. Казалось, он обеспечит себе высокий балл за практику без особых хлопот.

«Жаль, что Луизы здесь нет».

Даже наблюдая за своим нервничающим противником, он не чувствовал особого азарта. Было немного неловко, но победа казалась слишком очевидной. Если бы Луиза смотрела, он мог бы проявить больше рвения, но она была на Магическом факультете, поглощенная подготовкой к собственному спаррингу. Досадно.

«Ничего не поделаешь».

Придется довольствоваться тем, что он будет неистово болеть за неё во время её матча.

С этой мыслью он стиснул эфес меча, и в то же мгновение его взору предстала знакомая фигура, входящая на территорию тренировочной площадки.

— Брат?

Слово сорвалось с губ в замешательстве. К счастью, вокруг было достаточно шумно, так что противник ничего не услышал и лишнего внимания это не привлекло, но взор Эриха уже замер на Карле, стоящем позади оппонента.

Человек, чьего появления здесь он никак не ожидал, всё же пришел. Эрих лишь с опозданием заметил, что рядом с Карлом стоит Ректор. Что, черт возьми, привело его сюда?

«Это просто сводит с ума».

При виде Карла, стоящего со скрещенными на груди руками и смотрящего в его сторону, Эрих прикусил губу. Они успели привыкнуть друг к другу за последнее время. Время, проведенное вместе с момента прибытия Карла в Академию, на деле оказалось дольше, чем все их встречи в период между назначением Карла чиновником и поступлением Эриха.

Он достиг той точки, когда больше не цепенел от взгляда или жестов брата. Они вернулись к тем отношениям, когда могли естественно обменяться приветствиями при встрече глазами. В конце концов, у них никогда не было веской причины для вражды. Просто время породило неловкость.

Но именно сейчас, когда его рука сжала меч, взгляд Карла нашел его. Эти угольно-черные глаза, точь-в-точь как у Главы семьи, давили на него. Эрих определенно стоял выше, находясь на помосте, и всё же чувствовал себя тем, на кого смотрят сверху вниз.

«Как жалко».

Он обнаружил, что сжал рукоять еще сильнее. Трепетать перед тем, кто даже слова не сказал, лишь наблюдая — и чтобы этим человеком был твой родственник — было настолько унизительно, что он никому не мог бы в этом признаться.

«Долго еще я буду так жить».

«Будь ты хоть вполовину так же хорош, как твой брат, ты стал бы исключительным». Эту фразу Эрих часто слышал в светском обществе. Но его никогда не задевала эта оценка. Когда пропасть между тобой и объектом сравнения столь астрономически велика, ты не чувствуешь ни ревности, ни ненависти к себе.

К тому же та похвала предназначалась способностям Карла, а не для того, чтобы принизить Эриха. В то время Эрих еще даже не поступил в Академию.

Но теперь всё изменилось. Он был полноправным взрослым по имперским законам и постепенно сблизился со своим единственным братом, который когда-то казался столь далеким. Он не хотел проводить остаток жизни как младший брат, живущий в чьей-то тени. Он не хотел быть слабым братишкой, который съеживается под простым взглядом. Как гордый дворянин и как член семьи Красиус.

«На самом деле это шанс».

Эти глаза, столь похожие на глаза Главы семьи, внезапно стали желанными. Если он сможет заслужить признание кровного родственника с таким взором, это будет равносильно признанию от самого отца.

Глаза Эриха наполнились не смятением, а боевым духом. Намерение пройти спарринг вполсилы трансформировалось в яростную решимость преодолеть стену и добиться признания. Он заставит Карла, смотрящего на него как на инструмент, преисполниться восхищения и удовлетворения.

Он чувствовал, как его противник начинает теряться, но — увы — теперь у Эриха была причина взяться за дело всерьез. Если тот получит серьезные травмы, он извинится как следует позже.

И в тот день Эрих смог увидеть, как Карл кивнул, а его губы тронула довольная усмешка.

......

Я что, тотем ярости для Эриха? Мысль промелькнула на мгновение, но это не имело значения. Я был удовлетворен до тех пор, пока мог хоть как-то помочь младшему брату. Где еще в мире можно найти столь чудесного старшего брата?

Как бы то ни было, Эрих, чья аура полностью преобразилась, в одностороннем порядке подавил противника и быстро одержал победу. Эрих и до этого казался более искусным, но с добавлением яростного боевого духа у его оппонента не осталось ни единого шанса. И всё же я был удивлен тем, что способности Эриха оказались выше моих ожиданий.

«Он много тренировался».

Это выступление было достойно имени Красиус. С другой стороны, Глава семьи ни за что бы не позволил сыну бить баклуши, так что это вполне естественно. И всё же среди сверстников найдется крайне мало тех, кто сможет с ним сравниться. Это определенно заслуживало похвалы.

Рассудив, что аплодисменты будут слишком жестокими по отношению к поверженному противнику, я просто кивнул Эриху, который смотрел в мою сторону. Судя по его широкой ухмылке, он поймал мой настрой.

— Как и ожидалось от семьи Красиус. Оба брата одинаково исключительны; яблоко от яблони.

Как раз когда я раздумывал, не показать ли ему для верности большой палец, рядом раздался голос Ректора. Нюанс фразы намекал на нечто большее, чем просто любезность — похоже, у него были какие-то связи с Главой семьи.

— Вы знакомы с моим отцом?

— Конечно. Когда я только уходил в отставку из армии, этот малый как раз только поступил на службу.

Поглаживая длинную бороду, Ректор, казалось, погрузился в воспоминания о тех днях. Но что-то здесь не сходилось. Если он был на пороге отставки, когда отец только призвался, это означало, что он уже тогда достиг пика своей военной карьеры. И теперь, спустя двадцать с лишним лет, он служит Ректором Академии?

«Он здесь пожизненно».

Старожил, который даже перекачал прогрессию своего вторичного класса. Как и ожидалось, маги с возрастом становятся только опаснее.

— Он был молчаливым малым, не умеющим выражать чувства. Но у него было развито чувство ответственности и, как ни странно, он был заботливым.

— Заботливым? Я в этом не уверен.

— Разве он не оберегает своих людей? По крайней мере, среди сверстников и подчиненных Вильгельма я не видел никого, кому бы он не нравился.

Если под «заботливостью» подразумевалось тщательное поддержание своей базы власти, тогда я мог это понять. В конце концов, вассалы семьи Красиус славились довольно высокой преданностью. Господин, который строго разделяет личное и общественное, придерживаясь четкой системы наград и наказаний, безусловно, считается одним из лучших.

После того как финальный поединок на мечах завершился, мы переместились туда, где должен был пройти магический спарринг. Поскольку в магических боях вовсю лютуют «рдд», использование той же площадки, что и для фехтования, часто не соответствовало технике безопасности.

Хотя мы могли бы проводить бои на мечах и магические дуэли одновременно, так как места различались, целителей на всех не хватало, поэтому процесс шел последовательно. Было бы хаотично, если бы фехтовальщику пришивали ногу, пока у кого-то из магического сектора догорает рука.

И прямо сейчас перед моими глазами предстала жалкая жертва, рухнувшая после того, как в неё вонзилась сосулька, запущенная Латером.

«Этот мерзавец использует магию льда».

Похоже, он выбрал навык, идеально подходящий к цвету его волос.

— Ох, это быстро закончилось.

— Разве можно выстоять, когда в тебя палят с дистанции в одни ворота?

Рютис и Эрих, закончившие свои бои на мечах, тоже присутствовали здесь. Видимо, им нечего было делать, кроме как смотреть магический спарринг. Хотя их истинной целью, вероятно, была Луиза.

Я огляделся: вокруг нас будто воздвигли невидимый барьер — люди даже близко не подходили. Присутствие Директора инспекции и Ректора уже само по себе тяготило, а теперь сюда добавились и королевские особы.

— Брат, сюда.

— Это было великолепно, Латер.

А теперь, когда Таниан и Аинтер приветствовали Латера, барьер стал еще мощнее. Эти парни, которые даже носа не качали на фехтовальные полигоны, незаметно подтянулись. В любом случае студенты панически избегали этой зоны, боясь ненароком наступить на чью-то тень, околачиваясь рядом с таким устрашающим составом.

— Теперь нам остается только ждать боя Луизы!

На словах Рютиса я невольно посмотрел на него. Перед глазами всплыл тот идиотский инцидент со спором на мечах между Рютисом и Латером.

«Что, черт возьми, не так с этим придурком».

Рютис тогда распинался о превосходстве клинка в фехтовании, хотя Луиза на самом деле изучала магию. В то время я не знал, какой предмет для практики выбрала Луиза, поэтому пропустил это мимо ушей, но что за дела?

Знал ли он, что Луиза учит магию, и всё равно так вел себя, или он даже не знал, какие уроки посещает предмет его обожания — в любом случае это проблема. Первый вариант сделал бы его невероятно толстокожим, а второй — полным кретином.

«Должно быть, всё же первый вариант, верно?»

Давайте спишем это на минутный порыв принца Армейна, рыцарской державы. Ради остатков чести Рютиса я остановлюсь на такой интерпретации.

И было даже жутковато, как эти парни, до этого часами болтавшие ни о чем, одновременно уставились на арену в ту секунду, когда начался матч Луизы.

— Луиза! Ты определенно победишь!

— Постарайся, Луиза!

Психи безумные, прекратите.

Со смешанными чувствами я немного отошел от «Пятерки идиотов». Выкрики двух самых громких из них отчетливо отдавались эхом, но и остальные трое так активно шевелили губами, что любой мог понять — они тоже болеют за неё.

И чем громче они кричали, тем сильнее лицо противника Луизы искажалось гримасой просветления. Кто, черт возьми, сможет без колебаний швырять заклинания в того, кого поддерживают члены императорской семьи, принцы и будущий Святой? Даже я бы не смог.

«Бедолага».

Даже лицо Луизы покраснело, видимо, она была немного смущена столь громкой поддержкой. Тем не менее, вероятно из благодарности, она неловко помахала рукой, что заставило пятерых придурков орать еще громче, так что она помахала снова...

«Матч, полный страданий».

Истинно печально.

Поединки Рютиса и Латера, за которыми я наблюдал наиболее внимательно, закончились без проблем, не считая разбитых сердец двух несчастных агнцев. К слову, был и приятный результат — я отметил для себя студентов с выдающимися способностями как гарантированных будущих подчиненных, так что я был доволен.

Я даже воочию убедился в росте Эриха. Практический экзамен не принес никаких хлопот, одни лишь хорошие вести. Как только бой Луизы закончится, я смогу с гордостью сказать, что день прошел не зря. Так я думал.

Это было предзнаменование.

— Ха-а...

— Ого.

Стон Ректора, близкий к вздоху, и моё тихое восклицание, похожее на хрип смертника.

Что за чертовщина. Какого дьявола? Что это вообще было?

Нет, серьезно, какого хрена.

— Я... я сдаюсь!

Противник, который отчаянно защищался, пока его в одну калитку молотила магия Луизы, поспешно объявил о капитуляции. Даже сейчас, сдавшись, он выглядел совершенно ошарашенным.

Я его понимал. Магия, которую выпустила Луиза, была воистину причудливой. Определенно было произнесено лишь одно заклинание, и лишь один сгусток магии летел в цель. Но внезапно заклинание расщепилось на три части — одна продолжила лететь прямо, а две другие обрушились с разных направлений. Оппонент был настолько впечатлен этим внезапным «событием тройного удара», что едва не лишился рассудка.

— Это... что же это такое...

На голос Ректора, всё еще застывшего в шоке, я перевел взгляд; он тоже смотрел на меня.

— Директор Департамента инспекции. Это то самое?

— Да, это так.

Когда я мрачно кивнул в ответ на вопрос Ректора — надеявшегося на опровержение — тот прижал ладонь ко лбу. Не будь я тем, кто видит то, что видит, я бы уже рванул обратно в общежитие, не оглядываясь, и включил устройство связи.

«Проклятье...»

Какого черта Луиза использует Уникальную магию Герцога Сокрушителя Демонов?

В глазах потемнело от осознания масштабности инцидента, разразившегося в самом финале.

Пусть она и зовется велеречиво «Уникальной магией», на деле в ней нет ничего сверхъестественного. Когда любой маг создает заклинание, которого ранее не существовало, которое активируется лишь его специфическим методом манипуляции маной и которое — с огромным трудом — могут повторить лишь те, кого он обучал лично, это и называют Уникальной магией.

Верно, ничего особенного. Это просто, мать его, всё. Особенно если речь идет об Уникальной магии Герцога Сокрушителя Демонов — её ценность невозможно даже вообразить. Прознай прославленные маги континента, что они могут обучиться техникам Сокрушителя Демонов — и многие поползут к Магической башне на четвереньках.

Ректор, стоящий рядом со мной, сдерживался лишь потому, что прожил достаточно долго, чтобы овладеть искусством самоконтроля. Будь он хоть чуточку моложе, он бы немедленно бросился к Луизе.

«Это сводит меня с ума».

И по реакции Ректора я мог сказать наверняка. Тот факт, что Луиза владеет Уникальной магией Герцога Сокрушителя Демонов, был секретом даже для него — человека, возглавляющего Академию. Секрет Луизы, о котором не знал никто в этом мире. Ну, кроме самой Беатрис Катобан, разумеется.

«Герцог Сокрушитель Демонов лично обучала её».

Уникальную магию, созданную другими, невозможно легко скопировать. Если, по чистой случайности, кто-то создаст нечто подобное благодаря схожей идее, магия всё равно будет проявляться иначе, в зависимости от метода манипуляции маной конкретного разработчика.

Но магия, которую только что продемонстрировала Луиза, была безошибочно узнаваемой техникой Сокрушителя Демонов. Сколько раз я был свидетелем её применения? Я даже перепроверил это по реакции Ректора, так что сомнений нет. Это определенно Уникальная магия Герцога Сокрушителя Демонов. Я бы поставил на это своё заявление об увольнении.

— У вас есть время?

— Идемте немедленно. Похоже, разговор будет долгим.

Когда я вскользь обратился к нему, он сразу же кивнул с крайне обеспокоенным видом. Нам нужно было это обсудить.

Прежде чем развернуться и направиться в кабинет Ректора, я встретился взглядом с Луизой, которая всё еще стояла на полигоне. Она лучезарно улыбнулась и помахала рукой, и я ответил ей тем же. Да, поздравляю с победой.

Хотя было бы куда лучше, победи ты с помощью любого другого заклинания.

В кабинете Ректора нас было только двое — он и я. Даже секретарь удалилась сразу после того, как подала чай. Любая информация, касающаяся Герцога, даже самая тривиальная, не должна просочиться наружу.

— По крайней мере, нам повезло, что магия, использованная студенткой Луизой, не имеет широкой известности.

— Луч света среди невзгод.

Герцог Сокрушитель Демонов благодаря своему безумному таланту владеет множеством Уникальных магических техник. К величайшему счастью, магия, примененная Луизой в этот раз, была наименее узнаваемой из арсенала Герцога. Будь это хоть немного более известное заклинание, тренировочная площадка взорвалась бы от хаоса.

И всё же я не мог сдержать тяжелого вздоха. Это был лишь «луч света» — сама ситуация оставалась катастрофической. Тот факт, что Луиза, которую я считал просто безобидной капибарой, связана с Герцогом.

«Проклятое везение».

С моей точки зрения, Герцог куда страшнее, чем какой-то там лишенный власти Принц или те двое, что превратятся в обычных аристократов сразу после выпуска. Потому что каждый Герцог, в разных смыслах, не является человеком.

— Как минимум, нам необходимо выяснить характер отношений между Герцогом Сокрушителем Демонов и Луизой.

— Не лучше ли будет уточнить это у самой заинтересованной стороны?

Под «стороной» Ректор, разумеется, подразумевал Луизу. Ни у меня, ни у него не хватало смелости напрямую спрашивать о чем-либо саму Беатрис Катобан. Кто знает, в какой ад мы попадем, явись мы к ней по собственной воле.

— Я уверен, что у Герцога Сокрушителя Демонов нет ни детей, ни учеников.

Пока мы хранили обоюдное молчание, Ректор пробормотал это так, словно сокрушался. По правде говоря, само наличие ученика у Герцога не было проблемой. В конце концов, Маргета, которую Железнокровный герцог обожает до беспамятства, преспокойно учится в Академии, да и нынешняя Кронпринцесса, дочь Герцога Победы, тоже выпускница этого заведения.

Проблема заключалась в том, что мы получили удар под дых, ничего не зная заранее. Знай я с самого начала о связи Луизы с Герцогом, шок не был бы столь велик. Особенно учитывая, что речь о Сокрушителе Демонов — женщине, которая, как мы надеялись, не имеет и не будет иметь абсолютно никаких связей с Академией.

В итоге наша встреча с Директором закончилась лишь взаимными соболезнованиями.

«В конечном счете, спрашивать придется мне».

И задача выведать у Луизы подробности её отношений с Герцогом Сокрушителем Демонов также легла на мои плечи. Это произошло настолько естественно, что я заметил подвох только покинув кабинет. Сбагривание ответственности, столь же естественное, как дыхание. Неужели это... мудрость опыта?

Чем ближе я подходил к клубной комнате, тем шумнее там становилось — похоже, все уже были в сборе. По крайней мере, мне не придется искать Луизу.

— О, куратор! Вы уже здесь?

Было несколько прискорбно, что первым меня поприветствовал именно Рютис.

— Да. Все собрались, я вижу.

— Мы как раз собирались устроить небольшую вечеринку в узком кругу. Хотели уже идти искать вас, но вы пришли в самый раз!

При этих словах я окинул взглядом комнату и увидел, что печь уже работает вовсю. Сами готовят еду для своей афтепати — они были усердны в самых странных вещах.

— Вы все отлично потрудились. Не видел ваших письменных работ, так что судить не могу, но, по крайней мере, на практике вы показали себя превосходно.

Я ответил дежурными словами одобрения и занял своё место. Они действительно натерпелись и от сегодняшних потрясений, и от самих экзаменов. Разумеется, больше всех пострадали два «Агнца» и внеплановая третья жертва, попавшая под горячую руку Уникальной магии.

— Ха-ха, спасибо. Но Луиза впечатлила всех куда больше нас.

— Верно. Она буквально зажала оппонента в угол магией, которую мы никогда раньше не видели.

Вероятно, из-за того, что упомянули магию, Латер подхватил слова Рютиса. Ну еще бы вы её видели раньше. Будь она достаточно известной, чтобы вы её узнали, это обернулось бы истинной катастрофой.

— Впечатляюще, это правда.

И всё же разговор, плавно перетекший к магии Луизы, дал мне естественный повод. Я не мог просто выпалить: «Ты что, в доле с Сокрушителем Демонов?», но мог прозондировать почву косвенно.

— Я не эксперт в магии, но это было необычно. Мне любопытно, где ты этому научилась.

Я прощупал почву легким вопросом. Раз уж она скрывала Уникальную магию до этого момента, она могла продолжить хранить молчание и о связи с Герцогом. Но сегодня она явила этот секрет миру. А значит, могла раскрыть и источник. Ответ должен был показать, какую позицию она займет.

— Я научилась этому у одного мага, когда была маленькой. Он сказал, что он странник — я встретила его случайно неподалеку от нашего поместья.

Странник. Это оправдание, которое Герцог Сокрушитель Демонов часто использует, когда уклоняется от обязанностей ради своих скитаний. Маги Башни, когда ищут следы пропавшей Беатрис, якобы слышат слово «странник» десятки раз.

— У него были синие волосы, как у Латера. Все синеволосые люди так хороши в магии?

— Интересная гипотеза.

Луиза хихикнула, а Латер бодро ответил, что ему нравится эта идея. Но я не мог улыбаться.

«У Герцога Сокрушителя Демонов белые волосы».

Если волосы были синими, а не белыми, значит, она контактировала с Луизой под личиной. Что, в свою очередь, означало — Луиза даже не знает, кто именно её обучал.

«Проклятье».

Суть сброшенного на меня квеста только что изменилась. Вместо того чтобы спрашивать Луизу об отношениях с Герцогом Сокрушителем Демонов, я теперь должен был спросить у самого Герцога, какого черта она обучала Луизу магии.

Тот факт, что в Академии находился неизвестный ученик Герцога — проблема, но решаемая. Но факт того, что Сокрушитель Демонов растила ученика, скрывая свою личность? На это нельзя было закрыть глаза.

Маг — боевая единица особого класса, и не абы какая, а натренированная самой Беатрис Катобан — был взращен в абсолютной секретности. Нет никакой гарантии, что это единичный случай. Это могло значить, что неизвестные Империи спецы особого назначения разбросаны повсюду.

«И я должен спросить её об этом?»

От ужасающей перспективы в голове помутилось. Контакт с Герцогом уже заставлял мое сердце колотиться, но теперь я должен был инициировать его сам? И сказать что-то вроде: «Госпожа, кажется, вы тут темными делишками промышляете»? Какого черта уровень сложности зашкаливает?

«Может, сбросить это на Министерство специальных дел?»

Эта мысль всерьез закрепилась в моем сознании.

И чем дольше я её обдумывал, тем лучше она казалась. Вопросы, касающиеся магов особого класса — это прямая обязанность Минспецдел. Грубо говоря, это дело входит в их юрисдикцию.

Верно, я из Министерства финансов. Государственный служащий должен заниматься своими обязанностями, а не лезть в чужие дела. Специалисты существуют не просто так.

Звонок, который я спустя долгое время совершил Директору Информационного отдела, обернулся катастрофой.

[— Ты окончательно лишился рассудка?]

— Это ведь вопрос, связанный с магами, верно?

[— Нет, это должно классифицироваться как вопрос, связанный с Герцогом, а не с магом. Не пытайся спихнуть это мне, вешая какие-то левые ярлыки.]

Директор Информотдела, поначалу отвечавший спокойно, выказал яростное отторжение, как только узнал, что дело касается «Инцидента с Сокрушителем Демонов». Информационный отдел и так был перегружен работой без всяких просьб со стороны — они уж точно не хотели взваливать на себя еще и такую бомбу замедленного действия, как Герцог.

Но что я мог сделать? Мне это тоже было не в радость. Неужели он думал, что у меня полно лишнего времени?

— Мы не можем просто взять м проигнорировать это дело. Ученики Герцога Сокрушителя Демонов могут быть где угодно.

[— Я понимаю серьезность ситуации. Но почему ты спрашиваешь об этом Информационный отдел?]

— У вас совсем нет соответствующих данных?

[— Ха.]

Директор Информотдела издал пустой смешок, будто от сильного изумления, и мне стало немного неловко. Честно говоря, я догадывался, что данных у них нет. «Пять Столпов» — дворяне превыше дворян, верные сподвижники и партнеры Императора. Какой бы способной ни была разведка, сбор информации о Герцоге без прямого указа Императора невозможен.

И всё же я спросил на удачу — вдруг Император отдавал какие-то распоряжения касательно Беатрис Катобан. Видимо, нет.

После еще нескольких препирательств Директор Информационного отдела тихо вздохнул и кивнул.

[— Я понимаю позицию Директора Департамента инспекции. Вы и так присматриваете за ключевыми фигурами в Академии, а теперь еще и Сокрушитель Демонов вмешалась — у вас, должно быть, совсем нет продыху.]

— Благодарю за понимание.

[— У Информационного отдела тоже нет продыху. Уверен, Директор инспекции это прекрасно знает.]

— Разумеется.

[— Как бы то ни было, раз уж я нахожусь в Имперской столице, я постараюсь что-нибудь разузнать. Нельзя же полагаться на Директора инспекции, застрявшего в провинции.]

Цокнув языком, Директор Информационного отдела наконец внял моей искренней просьбе. Как и ожидалось — на него можно положиться.

И моё доверие к Директору Информационного отдела разлетелось вдребезги на следующее же утро, стоило мне проверить сообщение в магическом кристалле связи.

[Сделал всё, что мог, но не вышло. Мои соболезнования.] — Директор Информационного отдела Минспецдел.

Поначалу я не понял, что это значит, но следующее сообщение расставило всё по местам.

[Дитя. Свяжись со мной, как только увидишь это.]

Короткое послание, даже без указания отправителя. Но учитывая обстоятельства и этот характерный стиль речи, это мог быть лишь один человек.

«Сукин сын из Информотдела...»

Он ведь сказал, что «постарается что-нибудь разузнать».

И его решением было дать Герцогу Сокрушителю Демонов мои прямые контактные данные?

В памяти всплыли образы из жизни до попадания. Горько-сладкое воспоминание о том, как я случайно нажал на сообщение, которое сознательно избегал из-за неприятного содержания; как наблюдал, замирая, за исчезновением цифры «1» рядом с текстом и осознавал, что теперь обязан ответить. Жалкое воспоминание о мучительных раздумьях — существует ли хоть какой-то способ вернуть эту «единичку» обратно.

«Если я её разобью, вся эта ситуация исчезнет?»

Я подавил желание швырнуть сферу связи в стену, предаваясь тщетным фантазиям. Сказать, что я собирался выйти на связь, но сфера разбилась, сделав это невозможным? Но подобный поступок наверняка аукнется мне еще болезненнее.

«Этот сукин сын, Директор Информационного отдела».

Как ни посмотри, виноват был именно Директор Информационного отдела. Как он мог так поступить со мной? Сколько раз я закрывал глаза на то, чем промышляла его семейка?

С опустошенным сердцем я зажмурился, прежде чем осторожно активировать сферу связи. Если я затяну и Герцог Сокрушитель Демонов свяжется со мной первой, это расценят как преступную дерзость. От одной этой мысли становилось страшно.

Я послал сигнал на сферу связи Герцога Сокрушителя Демонов и с горечью уставился на мигающее устройство. Пусть бы она не ответила, и я бы просто оставил сообщение. Пожалуйста, не бери трубку, не бери трубку, не бери...

[— Дитя? Давно не виделись.]

Она ответила.

— Наследник семьи Красиус, Директор Департамента инспекции Министерства финансов Карл Красиус, приветствует достопочтенного Герцога Сокрушителя Демонов...

[— Достаточно. Нет нужды в этих утомительных приветствиях.]

— Понял.

Я слегка склонил голову перед Герцогом Сокрушителем Демонов, а она едва заметно качнула головой, прерывая меня. Герцог Сокрушитель Демонов находила громоздкие процедуры и церемонии раздражающими, безжалостно обрывая их, если приветствие обещало затянуться. Разумеется, любой, кто посмел бы сократить ритуал без её дозволения, обнаружил бы, что его язык тоже стал короче, так что следовало соблюдать предельную осторожность.

[— Моё дитя, ты стал весьма смелым с нашей последней встречи.]

— Прошу прощения, но я не совсем понимаю, о чем вы...

[— Я слышала. Тебя заинтересовала частная жизнь одной юной леди?]

Этот сукин сын из Информационного отдела. Он действительно выложил ей всё... Спасибо, ценю, что ты избавил меня от нужды говорить это самому.

Пока мысль о том, чтобы снова устроить проверку семье Директора Информационного отдела, копошилась в моей голове, Герцог Сокрушитель Демонов безмолвно взирала на меня своими белыми глазами. Я никак не мог привыкнуть к этому взору. Было трудно отличить радужку от белка, из-за чего я невольно вздрагивал.

И всё же, поскольку обладательницей этих глаз была красивая женщина, они казались скорее таинственными, нежели пугающими. Возможно, дело было в том, что радужка по цвету была ближе к серебру, чем к чистой белизне, и даже зрачки отливали белым. Затем Герцог Сокрушитель Демонов, словно обдумывая что-то, заговорила снова.

[— Я прибуду в Департамент инспекции, так что жди меня.]

— Прошу прощения?

Мне не послышалось?

Хотя я совершил оплошность, поставив под сомнение слова знатного Герцога, заявление Беатрис Катобан было чересчур ошеломляющим. В Департамент инспекции? Герцог Сокрушитель Демонов явится лично? Нет, стойте — я ведь вообще в Академии.

— В данный момент я нахожусь в командировке в Академии, поэтому, к прискорбию, не могу принять Ваше Превосходительство должным образом.

[— И?]

На мои жалкие попытки выкрутиться Герцог Сокрушитель Демонов навострила длинные уши и наклонила голову. Словно наткнулась на неожиданное препятствие.

[— Тогда я просто явлюсь в Академию?]

— Но раз уж Ваше Превосходительство изволит прибыть лично, разве не будет моим долгом явиться в Департамент инспекции, дабы встретить вас со всем почтением?

[— О. Как и ожидалось, дитя сильно заботится обо мне.]

— Вы слишком добры ко мне.

Так мои трепыхания и закончились — простыми трепыханиями. Уловив её иносказательное веление прекратить оправдания и нестись во весь опор, я покорно склонил голову. Пристальный взгляд Герцога, спрашивающий, зачем я вообще дергаюсь, если всё равно подчинюсь, был весьма пронзительным. Как трагично.

[— Я пришлю мага в главный корпус, так что добирайся с комфортом.]

— Благодарю за вашу заботу.

Иными словами, она отправит мага телепортации прямо сейчас, чтобы перехватить меня прежде, чем я успею ускользнуть куда-нибудь не туда. Я был так тронут этой весомой заботой, что слезы едва не навернулись на глаза.

Невозможно сопротивляться призыву Герцога, столь возвышенного, что на него едва ли смеешь поднять взор. Тем более когда она милостиво предоставляет мага телепортации, чтобы свести к минимуму перерывы в моей работе — что я мог сделать? Я поспешно связался с Ректором, проректором и Вилларом, чтобы сообщить им о своем временном отсутствии. По крайней мере, эти трое должны были знать о моем уходе, чтобы отреагировать в случае чрезвычайной ситуации.

И вот я стоял в главном корпусе, ожидая мага, когда один из них внезапно возник из воздуха прямо передо мной. Быстрее, чем я ожидал. С другой стороны, с его точки зрения это тоже был внезапный приказ Герцога — у бедолаги под пятками тоже наверняка горела земля. Мы обменялись краткими взглядами, понимая незавидное положение друг друга.

— Директор. Я прибыл за вами.

— Верно.

Но мы не тратили слов попусту. Когда соратники встречаются по делу, лучше всего просто решить вопрос и разойтись.

Видите? В тот самый миг, когда маг доставил меня к зданию Министерства финансов, он просто склонил голову и немедленно исчез. Отличный государственный служащий — это тот, кто испаряется, как только его работа выполнена.

«И вот я снова здесь».

Оставшись один, я молча поднял взор на здание Министерства финансов. Когда я уезжал в Академию, я мечтал поскорее вернуться — но вовсе не таким образом. Кто-то подарил мне обезьянью лапку или типа того? Моё желание сбылось, но процесс оказался слегка через задницу.

Я испустил вздох и уже собирался войти в здание Министерства, когда моя сфера связи внезапно вспыхнула ярким светом. Проклятье, что на этот раз?

[— Директор! У нас кризис!]

Стоило мне ответить, как появилось лицо Начальника Второго отдела, вопящего без обиняков. Кризис? Из уст Начальника Второго отдела — и «кризис»?

— Ты, кусок дерьма! Что ты натворил на этот раз!

Я выругался инстинктивно. Одно масштабное событие — визит Герцога Сокрушителя Демонов — уже стояло в моем расписании, и теперь к нему добавился инцидент, который даже Начальник Второго отдела признал «кризисом». А судя по тому, что этот рапорт миновал заместителя директора, дело действительно было срочным.

[— Нет, я ничего не делал! Герцог Сокрушитель Демонов внезапно объявила о визите! Мы и понятия об этом не имели!]

С обиженным видом, корча из себя невинную овечку и выглядя так, будто он вот-вот сойдет с ума, Начальник Второго отдела выпалил эти слова, и я осекся. Ах, они не наслоились друг на друга. Это всё из-за меня.

[— Мы лихорадочно готовим прием, но справимся ли мы сами? Не могли бы вы приехать, Директор?]

— Я уже здесь.

[— Что?]

— Я сказал, что уже на месте.

После секундного молчания Начальник Второго отдела, должно быть, сам докопался до истины, потому что заорал снова:

[— Что, черт возьми, вы там натворили!]

Это был первый раз за весь год, когда я не нашел чем возразить Начальнику Второго отдела. Простите, мне очень жаль... Проклятье, я тоже не знал, что этот гад из Информационного отдела выкинет такой финт.

Герцог Сокрушитель Демонов, Беатрис Катобан из Сербета. Один из пяти Столпов Империи.

Титул Сокрушителя Демонов, который носит нынешний герцог Сербет, означает достижение предела в познании магии. Это имя другие маги не смеют даже произносить всуе, но Беатрис Катобан более чем достойна его. Даже маги Объединенного Королевства Юбен, магической сверхдержавы, и в подметки ей не годятся.

По сути, сравнивать других магов с Герцогом Сокрушителем Демонов просто несправедливо. Потому что она — не человек. И это не метафора — она действительно не является представителем человеческой расы.

— Моё дитя. Заставлять леди ждать — не поступок джентльмена.

— Приношу свои извинения, Ваше Превосходительство.

Два уха торчали среди белоснежных волос, настолько длинных, что они волочились по полу. В герцогском доме Катобан течет эльфийская кровь, и Герцог Сокрушитель Демонов — полуэльф. Среди Герцогов, которые во многих смыслах не являются «людьми», Сокрушитель Демонов — единственная, кто не человек в буквальном, биологическом смысле. Разумеется, дело не только в происхождении — её способности и характер также далеки от человеческих.

Хотя называть её «леди» кажется странным, когда, будучи полуэльфом, она настолько стара, что больше походит на мудрую старейшину. Даже Железнокровный герцог, старейший среди пяти Столпов, носит этот титул лишь потому, что нечеловеческая Беатрис Катобан не принимается в расчет...

— Садись, дитя.

— Слушаюсь.

Я послушно занял место по слову Герцога Сокрушителя Демонов, прерывая ход своих мыслей. Хотя формально Беатрис была гостьей, а я — хозяином, принимающим её, статуса Герцога более чем достаточно, чтобы перевернуть подобные мелочи с ног на голову.

Вид Беатрис Катобан, прихлебывающей чай, который заместитель директора подал перед тем как позорно бежать, казался чересчур безмятежным. Хотелось бы, чтобы она хоть краем глаза заметила, что чувствует бедный чиновник, сидящий перед ней. А может, и нет? Наверное, ей комфортнее просто молча пить чай.

— Дитя.

— Слушаю, Ваше Превосходительство.

Герцог Сокрушитель Демонов, наслаждавшаяся ароматом с закрытыми глазами, снова распахнула белые веки, вперив в меня взор. Она поставила чашку и сплела пальцы — похоже, она переходила к делу.

— С каких это пор Департамент инспекции проявляет интерес к частной жизни Герцога?

«Проклятье».

Я готовился к худшему, но она сразу начала с атаки на поражение. Не найдя слов в ответ на этот «фастбол», летящий прямо под дых, Герцог Сокрушитель Демонов опустила уши и заговорила с обидой в голосе.

— Я думала, нас с моим дитя связывают особые отношения, но, похоже, моя привязанность была односторонней. Это разбивает мне сердце.

— Как мог я не знать о вашем ко мне расположении, Ваше Превосходительство? Я просто не совладал с любопытством и допустил вопиющую бестактность.

— Подойди ближе, дитя.

Когда я осторожно приблизился к Беатрис, повинуясь жесту её пальца, она указала вниз. Примерно поняв, чего она хочет, я склонил голову, и ладонь Герцога Сокрушителя Демонов опустилась мне на макушку. Это еще что? Намёк, что она испепелит меня магией молнии прямо сейчас?

— Больше всего меня ранило то, что я узнала новости о своем дитя от Директора Информационного отдела. Ты понимаешь?

— Да-да. Разумеется.

— Хорошо. Будь впредь осторожнее.

Слова её были мягкими, она говорила так, словно была просто обижена, но каждая фраза била в цель. Прикрыто и так, и эдак, но в конечном счете её задели подковерные попытки разнюхать личную информацию через разведку.

Тем не менее, всё закончилось легким поглаживанием по голове, а не магической аннигиляцией. На миг я почувствовал себя псом, но это была удача. Похоже, у неё пока не было намерения распылять подопытного кролика на атомы. Никогда прежде я не был так благодарен за сотрудничество в экспериментах Беатрис Катобан, как сегодня.

— Ты видел ребенка, использующего мою уникальную магию?

— Всё верно.

И Герцог Сокрушитель Демонов, в великом милосердии своем, казалось, была склонна не только простить, но и разрешить мои сомнения. Сегодня... мне определенно везет...

— Случайно не девочка с розовыми волосами и голубыми глазами?

— Да, именно так.

Поскольку она лично обучала эту девочку своей уникальной магии, внешность она помнила отчетливо. Значит, это всё-таки был намеренно взращенный ученик? И сколько еще таких случаев, как с Луизой?

— Вообще-то, это дочь, которую я со слезами на глазах отдала на удочерение. Она так прекрасно выросла, это по-настоящему трогательно.

— ...Прошу прощения?

Что, простите?

Тело одеревенело от этого невообразимого откровения о её происхождении. Нет, одно дело — ученица, это еще куда ни шло, но дочь...?

Наблюдая за моей реакцией, Герцог Сокрушитель Демонов едва заметно кивнула и продолжила:

— Ты выглядел напряженным, поэтому я решила немного пошутить. Было смешно?

Ах.

— Чувство юмора Вашего Превосходительства неизменно вызывает восхищение.

— Хо-хо, не так ли?

При виде её довольной улыбки я выдавил из себя неловкий смешок.

Я на миг позабыл, что эта почтенная старейшина питает слабость к дурацким шуткам.

Я и сам ношу звание директора, но вынужденно выслушивать эти «директорские» плоские шутки — форменная пытка. Почти вопиющая несправедливость. Порой я героически прикусываю язык, когда чешется желание выдать нечто подобное, но у этой статусной притеснительницы тормозов нет и в помине.

«Должно быть, всё дело в почтенном возрасте».

Стоило почувствовать себя ущемленным, как мысли о прожитых годах Герцога Сокрушителя Демонов сменили гнев на милость. Сердце наполнялось жалостью к существу, которое прожило столь долгую жизнь, так и не связав себя узами брака и не познав радости материнства; если она находит утешение в подобных каламбурах, я обязан стойко их переносить. Таков долг юнца перед старшими.

— Дитя? О чем ты задумался?

Но, вероятно, моя жалость к Герцогу Сокрушителю Демонов отразилась во взгляде, потому что рука, всё еще поглаживающая меня по голове, надавила сильнее.

— Я подумал, что обладай я вашим чувством юмора, подчиненные следовали бы за мной охотнее.

— Ох, дитя, должно быть, тебе приходится нелегко. Время и для тебя всё расставит по местам.

«Избавьте меня от этого».

Герцог Сокрушитель Демонов только что наложила на меня ужасающее проклятие: «к старости ты станешь таким же, как я». Говорят, когда маг достигает подобных высот, даже его слова обретают силу — это начинает пугать.

И вопреки моим внутренним терзаниям, Герцог Сокрушитель Демонов, казалось, осталась довольна ответом, и её улыбка стала чуточку шире.

— Я встретила ребенка, о котором ты спрашиваешь, восемь лет назад. То был единственный раз, когда я передала кому-либо свои знания.

— Вот как?

Обнадеживающие вести. Если Луиза — единственная, кому она передала магию, это означает, что по всему миру не разбросаны тайные адепты Сокрушителя Демонов. Множество учеников стали бы проблемой, но одного можно списать на прихоть или хобби Герцога.

Даже подозрительность Императора не распространяется на столь незначительные детали личной жизни. А ведь я переживал, не падет ли тень сомнения на саму Беатрис Катобан. С другой стороны, она — Герцог, и наверняка предусмотрела все риски, которые могут прийти в мою голову.

Как бы то ни было, восемь лет назад Луизе было около девяти.

«Какое совпадение — промах всего в один год».

Бесплатные главы ранобэ охватывали период до восьми лет. Подумать только, платный контент начался в точности с её встречи с Герцогом и обучения магии — это что, маркетинговая стратегия?

— И всё же сама девочка даже не догадывается, что её наставником были вы, Ваше Превосходительство. Мне кажется прискорбным, что она не осознает, какую великую удачу обрела.

— Я была в странствии и не хотела лишнего шума.

Последняя загадка решена. Она скрыла свою личность просто потому, что это была сиюминутная прихоть во время путешествия. Разумеется, головная боль от огласки во время поездки, предназначенной для отдыха, ей была ни к чему.

Теперь я почувствовал облегчение. Пусть внезапная аудиенция с Герцогом Сокрушителем Демонов и выбила меня из колеи, я смог узнать правду из первых уст. Герцог в любом случае не из тех, кто станет лгать о подобных вещах.

— Как поживает дитя?

— Ах, да. Она в добром здравии.

Герцог, в какой-то момент убравшая руку с моей головы, поинтересовалась делами Луизы. Пусть это и была прихоть, ей наверняка любопытно узнать о судьбе той, кого она обучала.

— Когда я впервые увидела её, у малютки был довольно мрачный вид. Рада слышать, что всё наладилось.

Я молча кивнул.

Правда, открытая Герцогом, в конечном счете оказалась обычной историей героини романа в жанре любовного фэнтези, получившей «рояль в кустах». По сравнению с серьезными дебатами у Ректора, результат вышел предсказуемым. Конечно, осознание того, что за этим не кроется ничего серьезного, успокаивало куда больше, чем необходимость разгребать последствия крупного инцидента.

Поскольку дела с Герцогом завершились на спокойной ноте, мне оставалось лишь вернуться в Академию.

— Дитя, налей мне еще чашку.

— Слушаюсь, Ваше Превосходительство.

Но почему старейшина не уходит?

Силой подавив слова, готовые сорваться с языка, я осторожно наполнил чашку, которую протянула Беатрис.

Герцог явно притащила меня за шиворот в Департамент инспекции из-за вмешательства в её частную жизнь. Я получил прощение, мы закончили обсуждать Луизу, и говорить было больше не о чем. Тем не менее, Герцог не выказывала ни малейшего намерения покинуть кабинет.

— Хорошо ли к тебе относятся в Академии?

На мгновение возникло чувство, будто бабушка спрашивает внука: «Как там в школе?», но поскольку эти слова никогда не должны были покинуть мои уста, я запер их в сердце.

— Да, со временем я привык к обстановке.

— Понимаю. Ты не представляешь, как я забавлялась, когда услышала, что ты отправляешься в Академию.

— Ха-ха.

Значит, мои страдания стали для вас развлечением, Ваше Превосходительство.

— Когда я училась...

Герцог Сокрушитель Демонов, погрузившаяся в воспоминания о школьных годах, неловко замолчала и поднесла чашку к губам. При этом зрелище я тихо опустил взор.

Нежелание Герцога Сокрушителя Демонов упоминать свой возраст было секретом Полишинеля — слишком известным фактом, чтобы зваться тайной. Пусть эльфы якобы безразличны к прожитым летам, Беатрис была лишь полукровкой. Более того, живя среди людей, она переняла человеческие ценности.

Как бы её разум ни принимал реальность своего запредельного возраста, человеческое сердце яростно отвергало этот факт. Она поспешно умолкла, осознав, что дальнейшие рассказы о студенчестве неизбежно выдадут количество прошедших веков. Хотя большинство и так прекрасно знало, сколько лет Сокрушителю Демонов.

«Выпускница столетней давности, не так ли?»

Но и это я категорически не мог произнести вслух, поэтому оставил мысли при себе. Это была та самая Беатрис Катобан, которая выказывала недовольство даже тогда, когда Железнокровный герцог проявлял к ней высшее почтение в прошлом. Неизвестно, как бы она отреагировала, подними тему её возраста простой наследник графского рода.

— Я слышала, Академия сильно изменилась за последнее время. Хотелось бы нанести визит, если представится случай.

— Ректор будет в восторге от вашего прибытия.

— Думаешь? Интересно, не найдется ли там вакансии преподавателя.

Нет, пожалуйста, не надо.

Мои глаза дрогнули от её внезапного замечания, но Герцог Сокрушитель Демонов легко качнула головой и добавила:

— Но я слишком занята обязанностями Мастера Башни, так что это будет сложно. Хотя это был бы отличный шанс побыть рядом с моим дитя.

— Разделяю ваше сожаление.

Герцог Сокрушитель Демонов мягко улыбнулась, поставила чашку и, наконец, поднялась с кресла. Её взгляд остановился на моей руке, когда я встал, чтобы проводить её.

— Тебе нужно немного?

— Нет, всё в порядке. У меня еще много осталось.

Когда я потянулся закатать рукав, Герцог жестом остановила меня. В этом был смысл — она забирала кровь прямо перед моей командировкой, так что запасов должно было хватить. Даже до моего попадания цикл донорства составлял два-три месяца, верно? Снова забирать кровь сейчас было бы уже на грани.

— Скоро я жду хороших результатов, так что предвкушай.

— Рад, что моя кровь представляет ценность.

— Приятно, что ты так считаешь. Загляни позже в Магическую башню. И доброй тебе дороги обратно.

— Благодарю за вашу заботу.

С этими словами Герцог Сокрушитель Демонов покинула Департамент инспекции. Вид этих ослепительно белых волос, искрящихся в лучах солнца и тянущихся по полу, всегда впечатлял. Говорили, она наложила на них заклятие, чтобы они не пачкались, сколько бы ни волочились за ней.

«Робот-пылесос...»

Видя, как дорожка, по которой прошла Герцог, сияла чистотой без единой пылинки, магический эффект был определенно примечательным. Она действительно напоминала живое очистное устройство.

Я снова сел, предаваясь этим кощунственным мыслям. К слову, она сказала, что хорошие результаты будут скоро.

«Быстрее, чем я ожидал».

Во время войны в Северном регионе я обнаружил в себе физические характеристики, о которых не подозревал. Жизненная сила, столь цепкая, что становилось тошно, и способность к регенерации, не поддающаяся логике. Благодаря этому я потерял счет количеству случаев, когда спасал свою шкуру на севере, и Герцог Сокрушитель Демонов обратила внимание на моё аномальное тело.

Я был ошарашен, когда Герцог внезапно явилась в Департамент инспекции с просьбой продать ей кровь для экспериментов. Впрочем, имея опыт обмена крови на два «Чокопая» в прошлом, я согласился без особого сопротивления. Не было причин отказывать, когда она предлагала справедливую компенсацию, а не принуждала силой.

«Но каков стандарт её "скоро“?»

Понятие «скоро» для стодвадцатилетнего полуэльфа... Вероятно, оно сильно отличалось от общепринятого определения.

Вскоре после ухода Герцога раздался стук.

— Всё закончилось. Входите.

Стоило мне ответить, как кабинет заполонили руководители. Ровно пять человек. Казалось, они все собрались вместе, и никто не ушел по делам. Или же их экстренно созвали, едва прознав о визите Сокрушителя Демонов.

— С вами всё в порядке?

— Да, никаких проблем.

Я кивнул заместителю директора, спросившему от лица всех присутствующих. Беседа действительно завершилась без каких-либо эксцессов. Для личного визита Герцога это был мирный исход, и Дейрас Кротон тоже вздохнул с облегчением.

— Директор, она ведь пришла, потому что соскучилась по нашему старому месту, верно? Вы действительно не умеете быть честным с собой.

Поняв, что ситуация не критическая, Начальник Первого отдела тут же начала пороть чепуху. То, как она подскочила ко мне, когда я поманил её пальцем, глубоко раздражало.

— М-мм-ф-ф!!

— Не волнуйтесь, это было личное дело, а не рабочее. Просто продолжайте трудиться как обычно.

Я объяснил ситуацию остальным, попутно оттягивая губы Начальника Первого отдела. В отличие от случая с Золотым герцогом, когда «дружественный огонь» велся из-за работы, в этот раз катастрофа произошла сугубо по моему недосмотру в личных делах. При мысли об этом я снова вскипел — чертов ублюдок из Информационного отдела.

— И всё же, что могло заставить Герцога Сокрушителя Демонов явиться сюда лично? Её редко видят за пределами Магической башни.

На слова Начальника Второго отдела я погладил подбородок, прежде чем ответить. Поскольку это было личное дело Герцога, я подумывал промолчать, но раз уж она открыла это мне, значит, Инспекция может быть в курсе.

— Нашелся аристократ, обучавшийся её уникальной магии. Когда я попытался разузнать подробности, Её Превосходительство явилась объясниться сама.

— Уникальная магия? Не знаю, кто это, но он сорвал джекпот. Как за учеником Сокрушителя Демонов за ним в очередь выстроятся, даже если он просто дышать будет.

— Это Луиза.

Начальник Второго отдела тут же прикусил губу, его лицо исказилось в гримасе. То, что Луиза — глава клуба, находящегося под моим надзором, уже было общеизвестным фактом. Я не знал, смеяться ли над чудесной иронией того, что курируемая мной юная леди — ученица Беатрис Катобан, восхищаться или выражать соболезнования.

— Какое поразительное стечение обстоятельств.

Тихо оброненные слова заместителя директора выражали чувства каждого.

— М-мм-ф-ф... м-м-бр-рф.

— Ах, точно.

Как раз когда я собирался вздохнуть, я услышал жалкое мычание под боком. Я продолжал держать её за губы, хотя собирался лишь проучить на мгновение.

— Вы сразу отправитесь назад?

— У меня всё равно нет дел этим утром. Раз уж я здесь, немного передохну перед дорогой.

— Понял.

Встреча с Герцогом Сокрушителем Демонов — та самая причина, по которой я не хотел возвращаться в Департамент — была позади. Я уже уведомил Ректора, проректора и Виллара о возможной задержке. К тому же время клуба еще не скоро. Я мог перевести дух, прежде чем вернуться. Маленькая награда в виде полудня отдыха после всех мучений.

Пока я отдыхал, сфера связи ярко вспыхнула.

— Ах.

Слухи, должно быть, уже разлетелись, хотя я только что вернулся.

Надо было сразу ехать назад — на какую славу я надеялся, решив остаться?

Как бы ты ни привык к новому посту, старое место работы всегда кажется уютнее — тут ничего не поделаешь. Весьма странно, что сравнивать приходится не дом с работой, а два рабочих места. К сожалению, в Департаменте инспекции я провел больше времени, чем в собственном поместье, так что удивляться нечему.

Именно поэтому я планировал с комфортом передохнуть, пока я здесь. В Академии есть несколько высокопоставленных лиц, с которыми мне приходится считаться, но в Департаменте инспекции надо мной нет никого. В худшем случае мне приходится беспокоиться лишь о Министре, с которым мы делим здание ведомства.

Именно об этом я и размышлял.

«Слухи уже разлетелись».

Вид настойчиво сияющей сферы связи заставил мое сердце упасть. Как государственному служащему, мне стоило бы волноваться лишь о Министре. Верно, Императорская семья стоит превыше всех, но, по крайней мере, они не связываются со мной по пустякам. К счастью, в ближайшее время вестей от монархов не предвидится.

Однако прежде чем стать чиновником, я всё же остаюсь имперским дворянином. Число людей, стоящих выше меня по происхождению, намного превосходит число моих начальников на службе. Будем откровенны: я даже не титулован — всего лишь наследник. Если брать в расчет одних только Герцогов, у меня уже пять непосредственных начальников.

— Директор Департамента инспекции Карл Красиус у аппарата.

[— Карл, мальчик мой. Это я.]

Я не мог заставлять вышестоящее лицо ждать, поэтому ответил на вызов. Появился мужчина с аккуратной бородой и мягкой улыбкой.

— Карл Красиус, наследник семьи Красиус и Директор Департамента инспекции Министерства финансов, приветствует достопочтенного Герцога Победы. Вы были в добром здравии?

[— Вполне. Что может случиться со стариком, который просто удерживает свой пост?]

Как только я понял, кто звонит, я поспешно склонил голову. Собеседником был не кто иной, как Герцог Победы, один из Пяти Столпов. Сначала Сокрушитель Демонов, теперь Герцог Победы — что это за день такой?

[— Я слышал от Беатрис, что ты сейчас в Имперской столице?]

— Да, Ваше Превосходительство. Прибыл ненадолго по делам.

Значит, Герцог Сокрушитель Демонов сработала мегафоном, разнося сплетни. У вас слишком длинный язык, старейшина. Хотя это также походит на жест заботы: мол, повидайся с друзьями перед возвращением в Академию.

[— Мне было жаль, что я не смог проводить тебя перед отъездом. У тебя найдется время?]

— Разумеется. Даже если бы не было, я бы его нашел.

[— Ха-ха, спасибо. Я всегда на одном и том же месте, так что приходи, когда будет удобно.]

— Слушаюсь.

Я убедился, что свет сферы связи погас, прежде чем убрать её обратно в карман.

«Нужно пойти засвидетельствовать почтение».

Этого не было в моих планах, но раз он лично обратился ко мне, какой был выбор? Где вы найдете аристократа, настолько безумного, чтобы отвергнуть приглашение Герцога?

Мне нужно было вернуться до начала времени клуба, так что времени оставалось в обрез. Удобно это или нет, но мне придется выдвигаться немедленно, если я хочу попасть обратно в Академию без опозданий.

Здание Генерального штаба Имперской армии. Оплот Герцогов Победы, занимавшего посты заместителя командующего и главнокомандующего армией, фактически возглавляя её вместо Императора — номинального верховного главнокомандующего. Поскольку даже Военный министр — тесть Кронпринца — не смел посягать на контроль над Герцогом Победы, именно здесь пребывал неоспоримый лидер вооруженных сил.

«Мне становится грустно всякий раз, когда я вижу это место».

Именно здесь я должен был работать. Герцог Победы обещал мне хорошую должность в Генштабе, если я переведусь в армию, но благодаря фееричному удару в спину от Кронпринца я даже близко не подобрался к этой цели. Сложилась бы моя жизнь иначе, если бы меня тогда не подставили?

Я невольно задался вопросом, какой пост я бы занимал сейчас, проведи я два года в Генеральном штабе под покровительством Герцога Победы. По крайней мере, я бы вряд ли взлетел до столь причудливой должности, как Директор департамента инспекции.

С горечью на сердце я вошел в здание; стража отдала честь и поприветствовала меня. До командировки в Академию я захаживал сюда так часто, что теперь ко мне относились не как к постороннему, а скорее как к «своему человеку» из военного ведомства. Похоже, это был результат затянувшейся привязанности в моей душе из-за провала попытки сбежать в Генштаб.

— Продолжайте в том же духе.

Я ответил на салюты и направился к кабинету заместителя командующего, но обмен приветствиями с каждым встречным на пути уже сам по себе был тяжелым трудом. Два года назад я был уверен, что переведусь в Генштаб, поэтому часто бывал здесь и заранее завел знакомства.

«Чертов Кронпринц, серьезно».

Даже спустя два года внутри вскипала ярость. Сразу после моего назначения Директором инспекции штабные офицеры поздравляли меня с повышением, глядя при этом глазами, которые говорили: «Что за чертовщину этот парень творит?». Это имело смысл — с их точки зрения, человек, чьё продвижение по службе уже было предрешено, пудрил им мозги россказнями о вступлении в армию.

Но я был невиновен. Я узнал о своем повышении только в момент получения указа. Обычно о кадровых перестановках такого уровня сообщают заранее, но этот подонок Кронпринц совершил вопиющее безобразие, повысив и Министра, и меня внезапно.

«Пришел».

Пока я мысленно проклинал наследника престола, показался кабинет заместителя командующего. Поистине, ничто так не помогает скоротать время, как поношение высокопоставленных чиновников там, где тебя никто не слышит.

Тук-тук—

— Ваше Превосходительство, это Карл Красиус.

— О, ты быстро. Входи.

Открыв дверь, я увидел, как Герцог Победы встает из-за стола и направляется ко мне. Нет, пожалуйста, сидите.

— Добро пожаловать, Карл. Давненько не виделись.

Я склонил голову перед Герцогом Победы, который с улыбкой похлопал меня по плечу. Если оставить в стороне его титул, я был слишком многим обязан этому человеку.

— Рад видеть вас в добром здравии, Ваше Превосходительство.

— Почему ты справляешься о моем самочувствии уже дважды? Подумать только, уехал ни слова не сказав, хотя так сильно пекся о моем благополучии — я был весьма уязвлен.

— Прошу прощения. Это было столь срочное дело...

— Ха-ха! Шучу. Конечно же, я всё понимаю.

Тем не менее, я почувствовал себя совершенно сконфуженным, когда он приобнял меня за плечи, повел за собой и лично усадил в кресло. Затем, когда он направился к чаю в углу, я поспешно вскочил, но он жестом велел мне оставаться на месте. Подобная искренняя забота — всегда самое трудное испытание.

— Ты уже пил чай с Сокрушителем Демонов, но выпей чашечку и со мной. Не возражаешь?

— Это большая честь для меня.

Я безучастно смотрел в спину Герцога Победы, который с теплой улыбкой готовил чай. С тех пор как я однажды попытался вскочить и сделать всё сам, и был буквально вдавлен обратно в кресло грубой физической силой, заведено было именно так. Ого, чай, приготовленный лично Герцогом. Какая невообразимая честь...

— Мне сегодня снились хорошие сны — должно быть, это был знак, что меня навестит дорогой гость.

— Значит, вы тоже придаете значение снам, Ваше Превосходительство. Неожиданно.

— Полагаю, это из-за того, что я старею. Ах, но это замечание — наш секрет от Беатрис Катобан.

— Ха-ха. Разумеется.

Я тихо рассмеялся на слова Рихтера Нюрена, принесшего чай. Среди посвященных был хорошо известен факт: в последние годы Сокрушитель Демонов увлеклась толкованием сновидений. Узнай она, что Герцог Победы связал интерес к снам со старостью — Беатрис явилась бы за ним в тот же миг.

И не важно, что под «старостью» Рихтер подразумевал себя. В любом случае это был выпад в сторону её возраста. На самом деле никому нет дела до того, что Сокрушителю Демонов перевалило за сто двадцать, но раз она сама так чувствительна к этой теме, все остальные тоже вынуждены о ней помнить. Не это ли называют падением в яму, которую сам же и вырыл?

— Я слышал, в Академии собралось немало людей «Голубой крови».

— Да, это так.

— Тебе, должно быть, приходится тяжело. Мне больно от того, что я не могу предложить тебе никакой помощи.

— Как мог я просить вашего содействия в делах, которые взял на себя сам? Одних ваших слов уже достаточно, я вам благодарен.

С этими словами мы с Герцогом одновременно поднесли чашки к губам. После краткого молчания Рихтер Нюрен вновь заговорил первым.

— Впрочем, я уверен, что ты справишься, Карл. Его Высочество Кронпринц также выразил тебе свое полное доверие.

— Я искренне благодарен.

Так вот зачем он внезапно меня вызвал — вовсе не ради одного чая.

«Значит, сохранение статус-кво».

«Голубая кровь» в Академии. Хотя эти слова относятся к Рютису, Латеру и Таниану, с позиции Империи на ум первым неизбежно приходит Аинтер.

То, что сказал Герцог Победы, было просто: хоть ему и жаль, что я страдаю из-за приказа Кронпринца следить за Аинтером, он не может изменить волю Его Высочества. Однако у Кронпринца нет намерения заходить дальше, так что мне следует продолжать приглядывать за Аинтером на свое усмотрение, как я и делал.

По крайней мере, это облегчение. Я переживал, когда же Кронпринц лишится рассудка и прикажет мне устранить Аинтера, но Герцог Победы сумел зацементировать статус-кво. Вместо того чтобы в одностороннем порядке занять сторону зятя, он проявил сочувствие к моему положению. Я действительно благодарен ему.

— Вовсе нет. Это стало возможным лишь благодаря тому, что ты сам выстроил, Карл.

На мою благодарность Герцог ответил легкой улыбкой. Я тоже едва заметно приподнял уголки губ. И всё же, когда подобные долги накапливаются, я не могу сказать, что чувствую себя в полной безмятежности.

За исключением упоминания о том, что Кронпринц решил сохранить текущее положение дел, Герцог Победы не сделал никаких иных заявлений по работе. Впрочем, возникни вопросы, требующие личного вмешательства Герцога — это стало бы куда большей проблемой.

Пока мы прихлебывали чай и обменивались светскими фразами, я внезапно вспомнил кое о чем и осторожно заговорил.

— Как поживают остальные господа?

— Вероятно, неплохо. Кроме меня и Беатрис, они не покидают свои владения, так откуда мне знать, в добром ли они здравии?

Какое облегчение. Я волновался, не вызовут ли меня и другие Столпы, но раз их нет в столице — беспокоиться не о чем. Если подумать, это Герцог Победы и Сокрушитель Демонов ведут себя необычно, имея дела в столице — остальные Столпы обычно сидят по домам и спешат в центр только по зову Императора.

Железнокровный герцог фактически на покое, Золотой герцог погружен в бизнес, Мудрый герцог, похоже, играет в градостроительный симулятор в своем владение. Я и сам прекрасно знаю, что Герцогов редко видят в столице, но подтверждение того, что их здесь нет, приносит душе покой.

Я кивнул, ощущая, как уходит напряжение, и тогда Герцог Победы, слегка улыбнувшись, произнес:

— Скорее, это мне стоило бы спрашивать у тебя новости о Железнокровном герцоге, не так ли?

— Прошу прощения? Что вы имеете в виду?

— Ох, старею, язык мой — враг мой. Забудь то, что я сказал.

По тому, как он рассмеялся, было ясно: замечание было намеренным.

«Как далеко это уже разнеслось?»

Я мог примерно догадаться, к чему клонит Рихтер, поэтому неловко рассмеялся в ответ. Маргета наверняка рассказала Железнокровному герцогу о банкете, а тот пересказал это Герцогу Победы. Должно быть, было весьма любопытно услышать, что я — человек, который никогда раньше не танцевал — вдруг пустился в пляс с Маргетой.

«Это обременяет».

Герцог Победы был одним из тех, кто знал, почему я продолжал уклоняться от женитьбы — и даже от помолвки. Именно поэтому он списал всё на случайную оговорку, но он явно прощупывал почву, как бы невзначай упоминая Маргету.

Я знал, что его слова исходили из искренней заботы обо мне, без каких-либо задних мыслей. И всё же то, как он поднимал эту тему каждый раз, стоило мне о ней подзабыть, начинало пугать. Будто он был не дальним родственником, а родней, которую навещают по праздникам.

Определенно, на меня не давил так даже собственный Глава семьи. При таком раскладе люди могут подумать, что я сын Герцога Победы.

Враждебность власть имущих — штука страшная, но и их чрезмерная благосклонность обременяет не меньше. К счастью, мне еще не доводилось сталкиваться с поистине ужасающей враждой, зато сейчас я вовсю ощущаю на себе тягостное расположение стоящего передо мной герцога. Герцог, размышляющий о моих перспективах в браке, — где еще в мире можно встретить нечто подобное?

Если уж на то пошло, Золотой герцог, который ведет дела сугубо прагматично и расстается сразу после завершения сделки, — самый удобный собеседник. Этот человек до предела предсказуем: подай на вход «А» — и получишь «Б». С остальными же герцогами я и представить не могу, какой результат выдаст система при вводе тех же данных.

— Я слышал, сейчас в моде поздние браки.

— Да, кажется, я тоже слышал нечто подобное.

«Впервые об этом слышу».

— Моя дочь вышла замуж ровно в твоем возрасте, Карл.

— Я помню; новость об этом в свое время сильно меня удивила.

— Ха-ха, представь, каково было мне как отцу.

Герцог Победы тонко упомянул Кронпринцессу, косвенно подталкивая меня к мысли: «Твой возраст — еще не поздно, так что хотя бы призадумайся». По крайней мере, ему хватает милосердия не давить сильнее.

Но разве брак Кронпринцессы не был слишком исключительным случаем для сравнения? Кронпринцесса стала участницей настоящего чуда: она вышла за 1-го принца по любви, а не по политическому расчету, причем в те времена, когда тот еще даже не стал наследником и подвергался травле со стороны фракции 2-го принца.

Тот неожиданный союз полностью перевернул спор о престолонаследии, в котором победа 2-го принца казалась предрешенной, и заставил акции 1-го принца взлететь до небес. А затем, словно по какому-то злому умыслу, вспыхнула война в Северном регионе. Если бы Герцог Победы пал тогда на севере, титул кронпринца достался бы 2-му принцу.

— Ох, я заставил занятого человека проторчать здесь слишком долго.

— Вовсе нет, для меня честь провести время с Вашим Превосходительством.

Голос Герцога Победы прорвался сквозь мои мысли о параллельном мире, где 2-й принц стал кронпринцем — сценарий, от которого хочется прикусить язык и сдохнуть. За всеми этими делами времени утекло гораздо больше, чем я предполагал.

— Ах, Ваше Превосходительство. У меня кое-что есть для вас.

— Хм? Для меня? Боже мой, ты ведь прибыл в такой спешке — когда ты успел подготовить подарок?

Тон его слов намекал: «Зачем вообще было утруждаться», но выглядел герцог, естественно, весьма довольным. Нежданные дары всегда радуют сердце.

Я достал из нагрудного кармана блокнот, вырвал страницу, плотно исписанную именами, и протянул Герцогу Победы. Пусть внешне это выглядело скудно, но Герцог Победы наверняка оценит подобный презент.

— В Академии полно выдающихся студентов. Будущее Империи поистине сияет, это наверняка плоды милости Его Величества Императора.

— Это и впрямь добрые вести.

Услышав мои слова, Герцог Победы с удовлетворением принял бумагу. Это был список перспективных гражданских служащих, который я составил за день до эффектного предательства начальника Информационного отдела. Из их числа я отдельно пометил имена тех, кто, по моему мнению, отлично проявил бы себя на военном поприще.

Хотя рекомендация давалась без ведома самих кандидатов, я не сомневался: эти студенты останутся довольны. В конце концов, это прямая рекомендация самому Герцогу Победы, главе армии. Подобный шанс выпадает раз в жизни, да и то не каждому.

— Спасибо, Карл. Сердце замирает от мысли о том, что ряды Имперской армии пополнят такие увлеченные ребята.

— Мое тоже.

Если я буду время от времени направлять подходящих людей в армию, военные в ответ могут направить талантливые кадры в мой Департамент инспекции. Взаимовыручка — прекрасная вещь.

— Теперь я откланяюсь. Желаю вам здравствовать.

Вручив подарок Герцогу Победы, пришло время уходить. Задержись я дольше — и опоздаю с возвращением в Академию.

— Карл. Скажу тебе напоследок.

— Слушаю вас.

Я обернулся на голос, остановивший меня у самой двери, и увидел на губах Герцога Победы легкую улыбку.

— Тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я лишь возвращаю истинному владельцу то, чем мне изначально не следовало обладать.

— ...Благодарю вас, Ваше Превосходительство.

— Пустяки. Счастливого пути. Заходи навестить, когда снова окажешься в столице.

Вопрос о Шестом мече — тема, которую я так и не решился затронуть в лицо Герцогу Победы. Независимо от моей личной радости, возвышение Шестого меча неизбежно било по престижу Герцога Победы. Поэтому я до последнего держал рот на замке, но он заговорил первым. Дал понять, что он в порядке.

Я склонил голову и покинул кабинет заместителя главнокомандующего. Я-то думал, что сегодня смогу погасить хотя бы крохотную часть долга, подарив ему будущих рабов, но долг лишь вырос. С такими темпами я обанкрочусь, даже не успев выплатить проценты.

......

После визита к благодетелю, которому я, кажется, не в силах выплатить даже проценты, меня встретили сукины дети, с которых мне самому хотелось бы содрать три шкуры.

[ Ах! Цветочная академическая жизнь в двадцать лет! ]

Стоило мне открыть дверь директорского кабинета, как в глаза бросился этот оборванный плакат. От него исходила настолько безумная аура, что даже когда я силой отводил взгляд, ноги сами вели меня обратно.

«Эта дрянь все еще здесь?»

Я же точно разорвал его и выбросил. Эти приставучие ублюдки наверняка выудили обрывки из мусора и воскресили плакат. Стоило сжечь его, а не просто порвать.

— О, Директор! Вы вернулись?

Пока я тупо пялился на плакат, раздался голос Начальника Первого отдела. Обернувшись, я увидел её: в каждой руке по бутылке спиртного, рот до ушей. Ухмыляешься? Тебе это кажется забавным?

— Мы так расстроились, что прошлая вечеринка прошла без вас, что решили повторить!

— Без меня...

Насколько я помню, я вообще разогнал ту попойку. Эти мерзавцы, видать, все равно ее устроили, пока я отсутствовал. Для кого этот праздник? Главного гостя не было на месте, сумасшедшие вы идиоты.

— Та-да! Для вас, Директор, мы приготовили не бокал, а целую бутылку!

Я опустил взгляд на руку Начальника Первого отдела, которая радостно протягивала мне выпивку. Затем молча перевел взор на её макушку. Если я разобью бутылку о её голову, она умрет? Смогу ли я рассчитать силу удара так, чтобы оставить её в живых?

— Если уйдете сейчас, кто знает, когда вернетесь? Осушите бутылочку на дорожку.

Появился Начальник Второго отдела, заходясь в наглом смехе. Если я пырну этого выродка осколком в живот, он подохнет? Как изловчиться, чтобы не убить его наповал...

— Ну же! Пьем!

Начальник Второго отдела с криком выставил вперед свой стакан, а начальники Первоого и Третьего отделов предсказуемо присоединились — все они выглядели слишком уж счастливыми. Скользнув взглядом по углу комнаты, я заметил Замдиректора и Начальника Пятого отдела: они прижимали к себе стаканы и сидели тише воды, ниже травы, боясь даже вздохнуть. Кажется, они — единственное, что осталось от совести в Департаменте инспекции. Не будь их здесь, я бы точно потерял рассудок.

— ...Ладно.

Я силой подавил желание разнести всё к чертям прямо здесь и сейчас. Устрой я сцену, это лишь отсрочит возвращение в академию. Если они сделали это намеренно — они сукины дети; если случайно — они кретины. Кто же из них мои люди на самом деле?

Размышляя об истинной природе своих подчиненных, я вяло чокнулся с ними стаканом и поспешил улизнуть. Останься я дольше — и, чую, рухнул бы от скачка давления. Даже когда я уходил, они продолжали хлестать без передышки. Как ни посмотри, им просто хотелось нажраться, а мое присутствие в Имперской столице стало удобным поводом для сборища.

«Они из тех, кто готов пить по любому случаю».

Департамент инспекции — подразделение, где разрешено употребление алкоголя в рабочее время. Поскольку отдел постоянно вступает в стычки с дворянами и размахивает мечами, стресс здесь запредельный — отсюда и это послабление, которое на деле сомнительное благо. Подтекст ясен: на трезвую голову такое не вынести, так что хоть пейте во время работы.

Разумеется, Департамент инспекции полон личностей, которые и по трезвяку не в своем уме, так что мера эта была лишней. Они бы прекрасно справились и без выпивки.

Перед самым возвращением в академию пришла одна хорошая новость и одна плохая.

Хорошая новость заключалась в том, что вызова от Императорской семьи не последовало. После встреч с двумя герцогами подряд я опасался, что и Кронпринц может меня призвать. К счастью, Его Высочество тоже завален делами, так что времени на меня у него не нашлось. Я ощутил легкий укол самоненависти от того, что радуюсь подобным вещам.

Плохой новостью стало исчезновение начальника Информационного отдела. Раз уж я притащился в Имперскую столицу из-за одного конкретного человека, я решил подать жалобу лично, а не по связи. Но мне ответили, что его нет на месте. Этот сукин сын учуял неладное и дал дёру.

— Я сопровожу вас в Академию.

В итоге я отправился в Магическую башню с пустыми руками, где меня встретил маг телепортации. Видимо, Герцог Сокрушитель Демонов уже обо всём договорилась. Я смог быстро переместиться в Академию без лишних поисков. Если бы я воспользовался этим путем при первой отправке, не мучился бы от морской болезни. Но в то время Магическая башня была слишком занята.

— Директор. Герцог Сокрушитель Демонов просила передать послание.

— Какое же?

— Она сказала, вы поймете, если я передам: «Я не буду вмешиваться, так что поступайте по своему усмотрению».

Это были последние слова мага, прежде чем он вернулся в Магическую башню. Я вздрогнул, услышав, что весточка от Беатрис Катобан, но, вопреки моим опасениям, это оказалось обычное сообщение.

Пусть она и взяла Луизу в ученицы, обучала она её инкогнито, но и просто проигнорировать ту, в чьё обучение вложила время, она не может. В этой ситуации, поскольку я являюсь куратором клуба, в котором состоит Луиза, она просит меня присмотреть за ней. Просьба несложная. К тому же за Луизой я и так присматриваю.

Ну, по крайней мере, она не примчалась в Академию с воплями о желании лично опекать свою единственную ученицу. Когда она заикнулась о должности преподавателя в Академии, у меня сердце в пятки ушло. С Сокрушителем Демонов трудно понять, где она шутит, а где говорит всерьез. Брошенная вскользь фраза «как-нибудь поужинаем» может обернуться вполне реальной назначенной встречей.

«Почему этот день такой длинный?»

Я потер затылок и вздохнул. По ощущениям, каждый герцог сожрал энергию, эквивалентную трем рабочим дням, а солнце еще даже не зашло. Тело было в порядке, но ментальные силы иссякли полностью.

Теперь я даже начал забывать, какого черта меня вообще приволокли в Имперскую столицу. Луиза, использующая уникальную магию Сокрушителя Демонов? Вообще-то, это не такая уж большая проблема — может, мы с Ректором просто подняли шум из ничего? Главная героиня любовного фэнтези вполне может использовать могущественную магию. Видимо, мне не хватает чуткости к законам жанра ромфанта.

«Черт».

Сами эти странные мысли доказывали, как сильно я вымотался. Пожалуй, стоит вздремнуть в клубной комнате. Членам клуба наверняка будет плевать, чем я занят.

Пока не забыл, я достал коммуникатор и связался с Ректором Академии. Нужно доложить о возвращении и обрисовать ситуацию. Он наверняка всё это время изводил себя переживаниями о том, какая связь может быть между Луизой и Сокрушителем Демонов.

«Я истощен».

Хочу отдохнуть. Сегодня особенно сильно хочу просто отдохнуть.

Я провел в Академии не так много времени, но впервые застал Ректора в столь безмятежном расположении духа. То было выражение лица мудреца, сбросившего с плеч все мирские тяготы. Возможно, именно так выглядел бы старый мастер, стоящий на пороге вознесения к бессмертию.

Разумеется, я вполне мог его понять. Любой имперский маг — а особенно Ректор с военным прошлым — неизбежно и часто сталкивался с Герцогом Сокрушителем Демонов. Если даже я ощущал подобное спустя всего несколько лет знакомства с ней, то его чувства после десятилетий страданий наверняка были поистине сокрушительными.

Когда он уже решил, что на посту Ректора Академии сможет наконец вырваться из тени Герцога Сокрушителя Демонов, интуитивное осознание ее уникальной магии должно было стать для него крушением мира. Голову наверняка наводнили самые разные мысли. Неужели Луиза — любимая ученица Герцога Сокрушителя Демонов? Станет ли она использовать это как предлог, чтобы постоянно наведываться в Академию?

— Ее Светлость Герцог Сокрушитель Демонов просила меня хорошенько присмотреть за Луизой.

[— Понимаю. Раз Ее Светлость доверила вам свою ученицу... что ж, отрадно, что Директор Департамента инспекции заслужил столь высокое доверие.]

Но после моих слов тревога Ректора улетучилась. Тот факт, что Беатрис Катобан перепоручила Луизу мне, означал, что вероятность её личного визита в Академию стремилась к минимуму. И для меня это тоже было благой вестью. Принимать герцога в Академии?

«Один лишь вид этой картины приводит в ужас».

Если бы мне пришлось вдобавок к принцу, принцу и будущему святому опекать еще и герцога, я бы немедленно сбросил все мирские оковы и обязательства, дезертировал с поста и потребовал бы оправдательного приговора. Если у Министерства юстиции есть совесть, именно так всё и должно закончиться. Выдержали бы они сами, если бы герцог поселился прямо в кабинете министра?

Я коротко мотнул головой, отгоняя внезапно нахлынувшие горькие думы, и намеренно перекрыл их приятными воспоминаниями.

[— Вы, должно быть, вернулись в спешке? Инспектор, если во время вашего отсутствия что-то случится, мы разберемся своими силами, так что, пожалуйста, не торопитесь. Рад, что всё, судя по всему, закончилось благополучно.]

Закончив связь с Директором, я также отправил весточку о своем возвращении проректору и Виллару. И их реакция была по-настоящему трогательной. Как же меня порадовали эти мелкие жесты заботы и вопросы о самочувствии.

Старшая, которая, кажется, готова была применить магию, если разговор пойдет не туда. Высокопоставленные чины, при всей моей благодарности к ним, заставлявшие переживать, не совершил ли я ошибку. После общения с такими людьми я испытывал истинное удовлетворение от возможности вести нормальный диалог.

«Вот каким должно быть нормальное рабочее место».

В Департаменте инспекции меня постоянно пинали со всех сторон. Половина моих так называемых подчиненных — сукины дети, за которых было бы стыдно в любом приличном обществе. Честное слово, чем бы они занимались, если бы я их не воспитал?

Напротив, в Академии надо мной нет явного начальства, включая даже Ректора. Есть несколько отпрысков благородных семей, за которыми нужно приглядывать, но со статусом Куратора и настроем в духе «после выпуска они всё равно станут вашими принцами», я могу жить относительно спокойно. К тому же здесь есть нормальные коллеги, вроде Замдиректора и Виллара.

«О том, что это была весна, узнаешь лишь когда она пройдет».

Когда я был в Академии, я хотел закончить все дела и вернуться в Департамент инспекции, но стоило провести в Департаменте всего несколько часов, как Академия обернулась прекрасной феей. Прости за все проклятия, Академия. Я и не знал, что такая теплая весна была прямо под боком.

Наслаждаясь весной, в которой с небес спустилась танцующая фея, я пришел в клубную комнату и обнаружил там того, кого в этот час здесь быть не должно.

— Старший, вы вернулись?

......

Почувствовав чье-то присутствие в комнате клуба, я поспешил внутрь, думая, что пришел гость, но обнаружил лишь Луизу: она прижимала к себе миску, взбивая сливки, и приветствовала меня яркой улыбкой. Я на миг задумался, не пришел ли я позже клубных часов, но нет. Будь сейчас время клуба, Луиза не сидела бы здесь в одиночестве.

Осматривая интерьер комнаты на предмет возможных проблем, я встретился взглядом с Эрихом, который стоял перед духовкой. А, Эрих тоже здесь. Должно быть, услышав приветствие Луизы, он отвлекся от созерцания духовки и заметил мое появление.

— О, ты вернулся?

— Да. Но почему вы двое уже здесь?

Неожиданная ситуация немного сбила с толку. Конечно, с точки зрения Эриха, пребывание наедине с Луизой наверняка было чистым блаженством, но для меня как для руководителя клуба любое отклонение от графика вызывало головокружение.

— У преподавателя что-то случилось, так что занятия закончились раньше. Идти нам было некуда, вот и пришли сюда заранее. Хотя не ожидали, что тебя не будет.

— И Луиза тоже?

— Мы в одном классе.

А, точно. Я на мгновение забыл, что они учатся вместе и расходятся только на практических экзаменах.

— А куда вы ходили, старший?

Я небрежно кивнул на слова Эриха, и тут Луиза, всё еще обнимая свою миску, склонила голову и задала вопрос. Мое отсутствие, как «духа земли» этой клубной комнаты, явно вызывало недоумение. Эриху, похоже, тоже было любопытно.

— Нужно было уладить кое-какие дела. С самого утра был в разъездах.

— Что? Но я не видела, как вы уходили.

— Я же говорил тебе сосредоточиться на уроках.

На миг я задумался, что она имеет в виду, но всё было как во время зачистки подземелья — она не слушала учителя, а просто пялилась в окно. Раз она единственная ученица Герцога Сокрушителя Демонов, её будущее — это титановое скоростное шоссе, верно, но неужели она не понимает, кто её наставник? Не лучше ли сейчас налегать на учебу?

Возможно, из-за того, что я только что вернулся от Начальника Первооо отдела, руки у меня так и чесались. Если бы я дал волю рукам, это стало бы катастрофой. Начальник Первого отдела достаточно крепка, чтобы выдержать это, но сделай я так с Луизой — она могла бы и вправду разрыдаться.

— У тебя были дела за пределами Академии?

— В Имперской столице.

— А-а.

Вместо Луизы, которая отвела взгляд, словно смутившись моей критики, разговор продолжил Эрих. Он сразу всё понял и потерял интерес при одном упоминании «Имперской столицы».

Как человек, у которого Глава семьи служит в Имперском совете, а брат является госслужащим, Эрих понимает: для тех, кто ест государственный хлеб, вызовы в Имперскую столицу — дело обычное. Чиновники подчиняются, когда сверху велят подчиняться. Даже если работа кипит, они обязаны мчаться по первому зову.

Прискорбно лишь то, что меня вызвали не по рабочим вопросам, а практически приволокли из-за крупного инцидента с вторжением в частную жизнь Герцога. Поскольку упоминать об этом неловко, я прикушу язык.

«Если он понимает всё с одного слова "столица", значит, сам уже наполовину чиновник».

Мне вдруг стало любопытно, какое будущее ждет Эриха. Он более чем квалифицирован — даже избыточно — для того, чтобы стать «будущим рабом», но есть ли нужда передавать мою профессию младшему брату? К тому же сомнительно, чтобы Эрих, выросший на глазах у меня и Главы семьи, добровольно сунулся в этот мир.

— Брат?

А, неужели я слишком долго на него пялился?

Если я честно скажу Эриху: «Я раздумывал, не затащить ли тебя в рабство», — отношения, которые мы едва начали налаживать, снова дадут трещину. Даже я бы оборвал все связи, если бы мой брат только и думал о том, как бы сбыть меня в рабство.

К счастью, у меня есть отличный предлог, так что я жестом подозвал Эриха поближе. Ну, это не столько предлог, сколько то, что меня уже какое-то время любопытствовало. И всё же, мне нравится, что он подходит без особого сопротивления. Наконец-то мы начинаем походить на типичных братьев.

— Вы двое оказались наедине, так почему ты не ведешь себя решительнее?

— Я собирался, но теперь нас здесь трое.

Когда я зашептал, Эрих тоже понизил голос в ответ. Черта с два он собирался. Я видел достаточно, чтобы понять: это полная чушь.

— У Луизы лицо в креме — неужели это не наталкивает тебя ни на какие мысли?

— А, это? Я хотел сказать ей, когда она доделает взбитые сливки.

— ......

Не будь он моим младшим братом, я бы обложил его матом, спросив, не застряла ли у него в голове стрела.

— Иди и вытри.

Сказав это, я слегка подтолкнул Эриха в спину к Луизе. Он обернулся в замешательстве, поэтому я дернул подбородком, мол, «давай уже», и только тогда он сдвинулся с места.

«Безнадежный дурак».

Даже если бы он использовал все доступные средства и методы, этого было бы мало. И всё же он умудряется провалить даже эту ниспосланную небесами возможность сблизиться — как же это раздражает. Мне немного жаль Латера, который просил меня сохранять нейтралитет, но в любом случае — всё в порядке, пока меня не поймали за руку.

Эрих, которого подтолкнули к Луизе, испытывал смутную тревогу из-за странного чувства диссонанса. Что-то определенно изменилось, что-то было не так, но он не мог облечь это в слова.

«Разве так было всегда?»

Когда он оглянулся, Карл снова дернул подбородком. Его рот был плотно сжат, но глаза, казалось, матерились, требуя ответа: какого черта он медлит. Эрих поспешно отвернулся, но ощущение диссонанса лишь усилилось.

Давящая аура, которую он всегда ощущал, глядя на Карла. Та атмосфера, что заставляла его инстинктивно съеживаться. Как ни странно, сейчас она не казалась такой тяжелой. Она не исчезла совсем, но, по крайней мере, была на том уровне, который он мог вынести.

Тому была причина. Во время вчерашнего спарринга он жаждал признания от своего единственного брата и действительно сумел добиться удовлетворенного ответа. Он обрел нечто гораздо более важное, чем оценки в Академии. Словно сбросил слой старой чешуи.

«Но ощущается это как-то иначе».

Он стал немного ближе к человеку, чьего признания искал. Он решил двигаться вперед уверенно, не давая себя сломить. Вполне естественно, что давящая аура должна была ослабнуть — так думал Эрих. Но дело было не только в этом. Вмешалось что-то еще.

«Старший дворецкий?»

Если нужно было найти сходство, то это было чувство, которое он иногда испытывал рядом со старшим дворецким. Щемящая жалость, возникающая при взгляде на человека, который выглядит измотанным, осунувшимся, изношенным работой. Именно это он чувствовал сейчас со стороны Карла.

Но это не было похоже на простое утомление от избытка дел. Эрих и раньше знал, что у Карла много забот. Глава семьи, будучи одновременно Имперским графом и членом Совета, имел массу обязанностей. Это не было сочувствием к человеку, страдающему от переработок — здесь наслаивалось что-то еще.

Ощущение диссонанса и раздражение, словно потерялся кусочек пазла. Но сколько бы он ни размышлял, недостающая деталь не желала всплывать в памяти.

«Просто не могу понять».

К счастью, дело было не срочное. Его страх перед Карлом не усилился, так что он мог не спеша обдумать это. Похоже, его восприятие собственного брата наконец-то стало в какой-то мере нормальным.

— Луиза, у тебя крем на щеке.

— А-а?

Когда он вытащил платок и вытер щеку Луизы, то увидел, как покраснели её уши. И впрямь... даже такое простое действие имеет эффект.

Он всё оборачивался, так что я запереживал, не решит ли он просто развернуться и уйти. Но мой младший брат не такой уж кретин.

«Почему меня это так радует?»

Ничего особенного, но я чувствую странное удовлетворение. Словно наблюдаю за ребенком, который не знал даже «А», а тут вдруг выдал весь алфавит. Конечно, всё еще удручает, что он пока только на уровне алфавита.

К тому же меня уже какое-то время клонит в сон. Я планировал вздремнуть, как только доберусь до клубной комнаты, так что, пожалуй, прилягу прямо сейчас. Попрошу остальных разбудить меня, когда придут.

Возможно, это стала карой за нарушение обещания, данного Латеру, и за совет Эриху, но, как ни странно, сон не шел, сколько бы я ни пытался сомкнуть веки. Казалось, я отключусь в ту же секунду, как прикрою глаза, но не проклятие ли это Латера? В итоге, когда настало время клуба и появились остальные четверо, я так и не сумел уснуть.

— Леди Луиза, господин Эрих. Вы уже здесь.

Аинтер, вошедший во главе группы, вздрогнул, увидев только Луизу и Эриха, но тут же облегченно выдохнул, заметив меня в углу. Должно быть, решил, что раз нас трое, а не двое, ничего предосудительного случиться не могло.

К несчастью для Аинтера, было время, когда эти двое оставались наедине в мое отсутствие. Но, что удивительно, даже вдвоем у них ничего не произошло. Поразительно.

«Успеет ли всё решиться до выпуска?»

Соперничество за Луизу должно как-то закончиться до того, как эти ребята закончат учебу. Как минимум им нужно признать поражение и вернуться в свои страны. Если вражда затянется, они могут застрять в Империи и после выпуска. Одна мысль об этом наполняет меня «радостью». Невероятной радостью.

Впрочем, если дело дойдет до «овертайма», мне хотя бы не придется лично приглядывать за этими кадрами. По крайней мере, я на это надеюсь.

— Ох, неужели здесь были только вы трое? Знай я об этом, ушел бы с уроков пораньше, чтобы поиграть.

На слова Рютиса, который без зазрения совести рассуждал о прогулах, я лишь молча опустил взгляд в пол. Никакой «Второй части» после выпуска точно не будет. Даже если в оригинальной истории были вторая и третья части, я твердо намерен завершить этот сюжет на первой, академической.

Ради собственного психического здоровья я обязан костьми лечь, но добиться этого.

......

Прошлой ночью я получила известие, что Карл внезапно отправился в Имперскую столицу.

[— Сокрушитель Демонов нашла этого парня.]

— Отец.

[— ...Да, она нашла Карла.]

Пусть отец и недолюбливает Карла за отказ от предложения о браке, по-своему он к нему расположен и всё еще рассматривает как кандидата в зятья. Именно поэтому, даже когда он высказывается о Карле резковато, он прислушивается, если я прошу его сменить тон. Отец тоже не слишком честен в своих чувствах.

В любом случае, эта внезапная поездка Карла в столицу... К счастью, днем он вернулся, но меня беспокоило то, что Герцог Сокрушитель Демонов лично его разыскала. Герцог Сокрушитель Демонов — она, ну... если честно, личность весьма тревожная. Вот почему с самого утра я направляюсь в Кондитерский клуб.

«Конечно, нет. Этого не может быть».

В памяти всплывает облик Сокрушителя Демонов, затем мысли перескакивают на её возраст и, наконец, на то, что в её жилах течет не человеческая, а эльфийская кровь. Столько мыслей проносится за столь короткое время. Если, лишь допустим, мои догадки верны...

«Что если она тоже положила глаз на Карла?»

Я прикусила губу при виде этой совершенно неожиданной переменной. Я-то думала, что я единственная. Верила, что только я, Маргета Баренти, достойна стоять рядом с Карлом. Но что, если вмешалась Герцог Сокрушитель Демонов?

«Нет, не бывать этому».

Я с силой тряхнула головой, отгоняя тревожные мысли. Она прожила в одиночестве более ста лет. С чего бы ей вдруг менять свое мнение? Это наверняка было служебное дело. Так и есть, должно быть так.

Верно, я просто иду повидать Карла, которого не видела какое-то время. Я и так планировала зайти сегодня, а новости прошлой ночью услышала по чистой случайности. Я вовсе не волнуюсь. Если я буду игнорировать Карла слишком долго, он может почувствовать себя обиженным, так ведь? Да, в этом всё дело.

Успокоив себя таким образом несколько раз, я подошла к двери клуба и, поправив платье, осторожно постучала.

— Сэр Карл. Вы там?

Но ответа не последовало. Странно, в это время он точно должен быть здесь.

«Неужели снова?»

Неужели Герцог Сокрушитель Демонов забирает его второй день подряд? Это смешно. Кто так пользуется своей властью? Как же это мелочно. Я тоже так хочу, но не могу.

Кое-как подавив поднимающееся из глубин души чувство несправедливости, я открыла дверь. Если Карла здесь нет, я подожду. Даже если он отлучился, в итоге он вернется в комнату клуба. Карлу станет неловко от того, что я его ждала.

— ...сэр Карл?

И зрелище, представшее передо мной, оказалось весьма неожиданным. Карл всё-таки был здесь. Разница с привычным образом заключалась лишь в том, что он спал, приткнувшись лицом к столу. Вот почему он не отвечал.

Заинтригованная этим невиданным ранее зрелищем, я тихонько подошла к Карлу. Я впервые видела Карла спящим и никак не ожидала застать его в таком виде. Думала, что увижу такое лишь после того, как мы станем мужем и женой и заживем в одном поместье.

«Он красив, как и всегда».

Глядя на лицо Карла, я удовлетворенно кивнула. Насколько прекрасным будет ребенок, рожденный у нас с ним? Черные волосы и зеленые глаза? Или рыжие волосы и черные глаза? Быть может, дочь, которая точь-в-точь пойдет в Карла, или сын, похожий на меня.

Любой вариант был бы хорош. Черный и красный отлично сочетаются, так что всё будет красиво. Хе-хе, хе-хе-хе...

«...Белый...»

При мысли, внезапно пришедшей на ум, я снова прикусила губу. Черный и белый — что это за сочетание? Оно ему совершенно не подходит.

Вид Карла, мирно спящего в полном отрыве от моего кипящего нутра, вызвал у меня легкую досаду. Я мучаюсь тревогами со вчерашней ночи, пока кто-то другой спит с таким комфортом. Пусть это и Карл, но сейчас я на него злилась.

Даже если Карл фактически уже мой, даже если я могу терпеливо ждать, пока он придет ко мне, я всё равно не могу не беспокоиться каждый раз, когда он куда-то уходит.

«Мой?»

Мой взгляд скользнул к губам Карла. Мой — тот, кто сейчас блуждает то тут, то там. В таком случае... не нужно ли клеймо владельца?

Словно одержимая, я наклонилась к лицу Карла, но в последний момент спохватилась и в спешке отпрянула назад. Нет, я не могу так бессмысленно потратить наш первый раз. Какой смысл в «первом разе», если сам Карл его даже не запомнит?

Сгорая от смущения, я отвернулась и обмахнулась веером, пытаясь остудить лицо. Как бы сильно я ни волновалась... постойте, о чем это я? Как бы виновато я ни чувствовала себя из-за того, что обделяла Карла вниманием всё это время, я чуть было не перешла границы в такой спешке.

— Мар? Когда вы пришли?

Вскоре после этого голос Карла достиг моих ушей.

Э-это было близко...

......

Сон, который не желал приходить вчера, накрыл меня, стоило мне добраться до клубной комнаты. А когда я снова открыл глаза, то увидел Маргету, выглядевшую крайне растерянной.

«Чуть не обернулось катастрофой, открой я глаза раньше».

Честно говоря, проснулся я гораздо раньше. Я не был уверен насчет звука открывающейся двери, но когда Маргета подошла вплотную, одного её присутствия хватило, чтобы я пришел в себя. Я пытался заставить свое уставшее тело подняться и поприветствовать её, но инстинкты меня удержали.

Дело было не просто в её приближении — дыхание Маргеты подобралось так близко, что я почти кожей его ощутил. С закрытыми глазами я не мог точно сказать, что происходит, но одно было ясно: открой я веки сейчас — и возникнет настолько неловкая ситуация, что мы с Маргетой еще долго не смогли бы встретиться взглядами.

Поэтому, едва почувствовав, что Маргета отстранилась, я немедленно открыл глаза и сел. К счастью, мне, похоже, удалось избежать того кошмарного смущения, о котором предупреждало чутье.

— Ах, сэр Карл. Вы проснулись?

Маргета поздоровалась так, будто ничего не произошло, с абсолютным хладнокровием, но лицо её было настолько багровым, что его трудно было отличить от волос. Погодите, какой смысл делать вид, что ничего не заметил, когда сам объект воздыханий до сих пор ведет себя так?

— Прошу прощения, Мар. Я встретил гостью сонным лицом.

— Ничего страшного. Это ведь я зашла внезапно, не так ли?

То, как она прикрывала рот веером, улыбаясь одними глазами... Всего одна фраза, но я чувствовал, как отчаянно она подыгрывает моей попытке увести разговор в другое русло. Бедняжка. Открой я глаза хоть мгновением раньше — и наверняка стал бы свидетелем того, как Маргета в слезах убегает прочь.

Пусть я и не видел с закрытыми глазами, что именно она пыталась сделать, я прекрасно об этом догадывался. Честное слово, не сообрази я — был бы дураком. Я всё-таки не Эрих.

— Я признателен за эти слова.

— Фу-фу, «признателен», надо же.

Я горько усмехнулся на выражение лица Маргеты. В голову промелькнула мысль: имею ли я вообще право называть Эриха дураком? В каком-то смысле я был еще более отпетым негодяем, чем он.

— Ах, я заставил вас стоять всё это время. Прошу, присаживайтесь. Не желаете ли чаю?

До меня вдруг дошло, что я даже не предложил Маргете сесть. Мы оба были так заняты своими мыслями, что до сих находились в своих положениях. На мое запоздалое приглашение Маргета слегка качнула головой в знак отказа.

— Не стоит. Меня больше беспокоите вы, сэр Карл. Вы выглядите очень уставшим.

— Это не так. Просто тело кажется немного тяжелым.

— Это и значит быть уставшим.

Маргета склонила голову, оглядела комнату клуба и заговорила снова.

— Если вы устали, вам стоит остаться в кабинете Вице-президента. Там есть где прилечь.

Я уже знал об этом, бывая там во время подготовки к выставке. Диван там был вполне достаточного размера, чтобы на нем мог разлечься взрослый человек.

— Всё в порядке. Я не могу так обременять вас, Мар.

— Правда? Я не считаю это обременением, так что приходите в любое время.

Её лучезарная улыбка, казалось, твердо заявляла, что отказы не принимаются. Конечно, скажи я: «Кстати, Мар, а что ты делала, пока я спал?», — я бы мог мгновенно отвадить её, но...

«Хотя, это было бы неудобно».

Клубная комната в лучшем случае предлагала сон лицом в стол. Попытка отдохнуть лишь накопила бы еще больше усталости — противоречивая ситуация. В конце концов, было бы странно, если бы в офисном помещении для кондитерского клуба было предусмотрено спальное место.

При этом торчать в общежитии казалось слишком похожим на поведение «зарплатного вора», что кололо совесть. К тому же расстояние, которое пришлось бы преодолеть, случись в Академии что-то важное, пока я в общежитии, делало всё еще более хлопотным.

— В таком случае, ничего, если я воспользуюсь вашим гостеприимством?

— Разумеется.

Было ощущение, что я становлюсь альфонсом на содержании, но так тому и быть.

Если бы в комнате клуба страдало мое тело, то в кабинете Вице-президента страдала моя душа.

— Ох, сэр Карл. Можете поспать еще, если хотите.

— Со мной всё в порядке. Этого вполне достаточно.

Она велела мне прилечь на диван, и я так и сделал — но сама Маргета села за свой стол и принялась за работу. Юная леди, которая младше меня на три года, работает прямо рядом со мной, пока я, взрослый мужчина, с комфортом дремлю? Даже тот, чья совесть стерта в пыль, почувствовал бы боль от подобного конфуза.

Поэтому я встрепенулся, но Маргета молча уставилась на меня, заставляя лечь обратно. Благодаря этому я и вправду уснул. Усталость испарилась, но зато заныло сердце. Какое лицо скорчит Железнокровный герцог, прознай он об этом?

— Если когда-нибудь устанете, заходите в любое время. Я правда не против.

К сожалению, я-то против.

То, что поначалу доставляет дискомфорт, благодаря повторению со временем становится привычным. Не зря ведь говорят, что углы треугольника в сердце со временем неизбежно притупляются.

— Мар. Я здесь.

— Добро пожаловать, сэр Карл. С добрым утром.

И это именно то состояние, в котором я сейчас нахожусь. Сколько бы усилий ни прикладывала Академия при создании комнаты Кондитерского клуба, она фундаментально не предназначена для долгого в ней пребывания. Это всего лишь место, которое посещают на короткое время ради выпечки.

В сложившейся ситуации я сполна вкусил комфорта кабинета Вице-президента, к тому же мне всё равно было скучно подолгу сидеть одному в клубной комнате. Я уже раздумывал, не притащить ли мне туда каких-нибудь книг для чтения, но проводить время с кем-то в компании оказалось на удивление приятным занятием.

Маргета тоже выглядела искренне довольной моим ежедневным визитам, так что я позволил себе вольность заглядывать к ней каждый день.

— Сегодня я тоже кое-что принес.

— Спасибо, как и всегда. Вам правда не стоит ничего приносить.

— Как я могу прийти с пустыми руками?

Разумеется, было бы обременительно постоянно носить статус «бесполезного взрослого, прохлаждающегося, пока юная леди прилежно работает». Но, в отличие от периода подготовки к выставке, помогать Маргете с делами мне трудно, поскольку это не входит в сферу моей компетенции.

Поэтому после долгих раздумий я решил каждое утро приносить перекусы. Это единственное, что я могу сделать на данный момент. Восполнение уровня сахара в крови при помощи сладостей, пока она напрягает мозги, должно помочь. К тому же печенье удобно есть.

Но Маргета поначалу отказывалась даже от этого.

— Я в порядке. Ваших визитов даже без подарков мне более чем достаточно.

— Если я не сделаю хотя бы этого, мне будет не по себе. Мне станет слишком стыдно сюда заходить.

— Ну, если вы так это ставите...

И только после моих искренних уговоров она наконец начала принимать печенье. Даже живя в дешевом общежитии, приходится платить — так что занимать такую высококлассную комнату, ничего не предлагая взамен, кажется неправильным. Радует душу то, что Маргета, которая сначала колебалась, теперь ест его совершенно естественно.

«Мог бы приносить и побольше».

Сегодня я тоже попросил Луизу напечь больше обычного.

......

Карл и сегодня принес печенье.

«Ему правда не стоит беспокоиться о визитах с пустыми руками».

Признаться честно, когда Карл впервые принес печенье, в моей памяти всплыли неприятные воспоминания. Тот инцидент в клубной комнате перед выставкой. Я познала и ужасающий вкус — нечто, с чем я никогда в жизни не сталкивалась, — и страх, что Карл, возможно, пытается меня оттолкнуть.

К счастью, тогда я осознала, что он угостил меня из лучших побуждений, и почувствовала облегчение, но тот вкус, который я больше никогда не хотела бы ощущать, всё еще преследовал меня. Вот почему поначалу я твердо отказывалась, но потом Карлу вздумалось заявить, что он не придет, если я не приму его подношение.

Есть это кошмарное печенье и быть с Карлом, или защитить свои вкусовые рецепторы и остаться в одиночестве. Выбирая из двух зол, я, естественно, выбрала первое. Я была готова вытерпеть миг страданий ради последующего счастья, поэтому и согласилась. И стоило мне откусить кусочек, как я поняла, что мои опасения были напрасными.

«Почему так вкусно?»

Сегодня я снова достала одно из печений, которые Карл принес на этот раз, и откусила его. Вкусно. Я до сих пор не понимаю почему, но это и впрямь вкусно. И это не «относительно съедобно» только потому, что я готовилась к падению на самое дно, а действительно вкусно даже в сравнении с другими сластями.

В первый день, когда я получила подарок, я приготовилась к тому же уровню, что ела в клубе, но десерт оказался восхитительным. И я в одиночестве гадала: если у него было такое нормальное печенье, зачем он дал мне то, другое? Неужели он действительно пытался меня прогнать, а на следующий день передумал и стал дружелюбным?

Когда голова кружилась от крайнего замешательства, я услышала слова Карла, которые до сих пор не могу забыть.

— Раз Мар они понравились, я принес побольше.

Его заявление, что он принес то самое печенье, искренне полагая, что оно мне доставило удовольствие. Судя по выражению его лица, это не было шуткой.

Решил, что мне понравилось — это еще можно понять. Я изо всех сил старалась держать лицо перед Карлом. Но думать, что мне понравилось, принося печенье, которое явно отличалось по вкусу? Назвать это простой ошибкой нельзя, ведь это длилось не день и не два.

Я украдкой скользнула взглядом по Карлу, лежащему на диване. Я знаю, что люди, прошедшие войну, иногда демонстрируют странные симптомы. Будучи членом герцогского дома Баренти, я слышала о многом. И я вижу, что у Карла сейчас проявляется один из таких симптомов.

«Что же мне делать...»

Это разбивает мне сердце. Мне хочется прямо сейчас обнять Карла и утешить его. Но когда сам человек ведет себя так, будто всё в порядке, и ни о чем не просит — имею ли я на это право? Что, если я подступлюсь неумело, и Карл замкнется в себе еще сильнее?

В итоге, с первого дня и до сего момента, я лишь терзаюсь тревогами, не в силах действовать. Но возможность наверняка представится. Со временем Карл покажет свои раны, и я смогу их залечить. Да, так оно и будет. И чтобы когда-нибудь он смог довериться мне, я всегда буду здесь, рядом с ним.

«...И всё же, почему это так вкусно?»

Я понимаю, почему Карл принес другое печенье, нежели раньше, но я всё еще не понимаю, как те прежние ужасные сладости вообще вышли из клубной комнаты. Карл, должно быть, принес то, что всегда ел сам, так почему же вкус так разительно отличается?

......

Ближе к концу клубного времени Луиза наполнила мою банку печеньем до краев и вручила её мне.

— Вот! Я сделала больше, чем обычно!

— Спасибо. Мар они тоже очень понравились.

— Хе-хе, я так рада!

Луиза просияла, явно довольная тем, что кто-то помимо меня ест её стряпню. Я искренне благодарен ей за то, что даже после нескольких дней просьб о массовом производстве она не выказала и тени недовольства. Разумеется, когда я впервые попросил её приготовить вдвое больше, она опешила.

[«В два раза больше — это слишком много, разве нет? Вы не сможете съесть столько за день».]

[«Я угощу их Мар».]

При этих словах её глаза преобразились. Она убрала тесто, с которым работала, и начала всё заново. Я сказал ей, что не стоит так усердствовать, но она была настолько решительна, что я не посмел её останавливать. Если считать это «духом ремесленника», то такое рвение вызывало уважение.

Печенье, в которое Луиза вложила всю свою страсть, Маргета ест с величайшим удовлетворением. Раз ей и раньше нравилась выпечка, а теперь она сделана с еще большим тщанием, это вполне естественно.

— Завтра снова попрошу тебя об этом.

— Слушаюсь!

Иметь такого превосходного исполнителя под началом — одно удовольствие. Я, как Куратор, чрезвычайно доволен.

Поскольку кабинет Вице-президента примыкает к залу Студенческого совета, проход через совет неизбежен. Укрепив связь с президентом благодаря своему «проездному госслужащего», я не видел проблем в пересечении зала, но сегодня атмосфера там была странной.

Стоило мне с легким сердцем открыть дверь в зал Студенческого совета, как взгляды всех семерых членов совета разом впились в меня. Это еще что? Почему они все собрались вместе, хотя обычно разбредаются кто куда?

— А, Инспектор.

Президент, до этого хмурившийся, расслабился при виде меня. Он уже собрался было встать с места, но я жестом велел ему сидеть.

— Я зашел в неподходящее время? Прошу прощения.

— Вовсе нет. Мы как раз закончили наше собрание.

— Это удачно.

«Закончили они, как же». Любой бы понял, что я ввалился в самый разгар совещания.

Однако я решил не придавать этому значения, так как в глазах президента читалось хорошо знакомое мне выражение: «Собрание зашло в тупик, сказать друг другу нечего, но и повода разойтись нет, и тут является вышестоящее лицо, давая нам легальную причину закруглиться ради встречи гостя». Глядя на его повадки, могу сказать: он рожден с задатками отличного чиновника.

— Вице-президент, пожалуйста, займитесь Инспектором.

— Поняла.

И вот так он естественным образом свел меня с Маргетой, моей изначальной целью. Всего через год такой пацан станет госслужащим. Будущее Империи поистине сияет.

— Простите, сэр Карл. У нас было важное дело, так что я поприветствовала вас довольно сухо.

— Это я вас прервал, так что, если на то пошло, извиняться должен я.

— Хе-хе, спасибо, что так говорите.

Когда мы вошли в кабинет вице-президента, Маргета извинилась первой, а я лишь качнул головой. Случившееся было моей виной, так что и извинения за мной.

— Но, Мар, о чем было то собрание?

— Ах, вы об этом?

На мой вопрос Маргета тихо вздохнула и присела. Если бы собрание Студсовета было запланировано на утро, Маргета сказала бы мне заранее. К тому же сейчас, когда экзамены позади, не было никаких проблем, требующих созыва совета. А значит, произошло нечто непредвиденное.

— Изначально расписание Академии в это время должно было быть свободным.

— Да, я в курсе.

Сразу после выставки и экзаменов в Академии не намечалось никаких особых событий. Это была поблажка для студентов, чтобы те восстановили силы после того, как вымотали и тело, и дух. По крайней мере, так было до прошлого года.

— Тогда вы, вероятно, тоже слышали, что с этого года вводятся школьные поездки?

— Разумеется.

Я знал. Как только была решена моя отправка в Академию, я первым делом проверил учебный план. Я не мог поверить своим глазам, когда увидел в расписании эти слова — «учебная поездка», — которых до прошлого года там точно не значилось.

Школьная поездка? Какая еще школьная поездка в декорациях фэнтези по типу Европы? Даже если это любовный роман для главных героев, это уже чересчур. Всё это буквально кричит о том, что должно что-то случиться.

— Поскольку это первая подобная поездка, было много споров о месте её проведения. Изначально, раз это первый раз, мы думали отправиться в какое-нибудь подходящее ближайшее поместье, но...

Маргета внезапно бросила на меня осторожный взгляд, не договорив. Это еще что? Что именно она пытается сказать?

— Ну, в процессе кое-что произошло. Так что было решено, что мы едем в Бояр.

— Прошу прощения?

Мой мозг на мгновение завис от осторожно произнесенных слов Маргеты. Бояр? Тот самый Бояр, который я знаю? Или погодите, может, мест с таким названием несколько?

— Когда ты говоришь «Бояр»...

Я спросил, цепляясь за последнюю нить надежды, что это не то, о чем я подумал, но Маргета ответила твердо, хоть и отвела взгляд.

— Это тот Бояр, о котором вы думаете, сэр Карл.

«Твою то...».

После этого сокрушительного подтверждения я невольно закрыл глаза. Ну конечно, с чего бы вдруг существовало несколько мест под названием Бояр. Не только в Империи Кфеллофен, но и на всём континенте было лишь одно место, именуемое Бояром.

Это было феноменально. Всего за один день я попался Сокрушителю Демонов, а затем встретил Герцога Победы. Это было всего несколько дней назад. Я-то думал, что наконец оправляюсь от потрясения после встречи с этим герцогским дуэтом.

«И теперь на очереди Золотой герцог?»

Я собрал полное трио. Бояр — официально герцогство Бояр. Земли, где властвует герцог Бояр, известный как Золотой герцог.

Только я осознал, что Академия — это Фея, и вот я не только покидаю её, но и еду в Бояр на учебную прогулку? Это была злая шутка. К сожалению, Маргета, судя по всему, была безупречна во всём, кроме обладания чувством юмора.

Пожалуйста, пусть это окажется просто шуткой. Это была уже не завязка-развитие-кульминация — я просто проживал один кризис за другим.

Стоит повториться: каждый без исключения герцог, появлявшийся на протяжении трехсотлетней истории Империи, был личностью экстраординарной. Либо их личные способности были запредельными, либо подвластные им силы — безумными, либо и то, и другое сразу. И нынешняя Пятерка столпов целиком подпадает под последнюю категорию. Будущее Империи и впрямь сияет.

А поскольку я был директором Департамента инспекции — фактически подразделения, подчиненного напрямую Императору, — я сталкивался с этими состоявшимися герцогами неизмеримо чаще других чиновников. Возможно, дело в нашей общей черте — нас всех Император впахивал до изнеможения? Моя карьерная удача воистину черна.

В любом случае, ситуация была беспрецедентной. Меня не просто вызывали к герцогу в Имперскую столицу — мне предстояло отправиться прямиком в его логово, в само герцогское владение. Внезапная переменная даже с точки зрения Студенческого совета, включая Маргету.

— Это документ, присланный из герцогства Бояр.

— Позволите взглянуть?

— Разумеется.

Раз она дала добро, я с благодарностью изучил бумагу. Документ из Бояра — или, точнее говоря, послание, насквозь пропитанное волей Золотого герцога.

«Почти восхитительно, насколько он последователен».

Чтение этого документа на самом деле меня успокоило. Как и подобает носителю титула «Золотой герцог», этот джентльмен властвует над деньгами и одержим ими. Даже поговорка есть: если Золотой герцог улыбается — значит, он сорвал большой куш, а если он делает шаг — значит, ради прибыли.

В этом смысле причина, по которой местом школьной поездки выбрали герцогство Бояр, была проста. Никаких тайных заговоров здесь не крылось: судя по всему, в Бояре отгрохали новый курорт. Герцог нажал на нужные рычаги, чтобы прорекламировать свежевыстроенный комплекс и оживить местную экономику за счет благородных студентов.

— Это именно тот Золотой герцог, которого я знаю.

— Верно? Аж на душе спокойнее от того, как он неизменен.

Золотой герцог просто поступил в своем духе. Одно дело, если бы он использовал мощь герцогства, чтобы затащить студентов в какую-нибудь глухомань, но Бояр и без того славился как курорт и один из экономических центров. Это было место, которое студентам, скорее всего, очень понравится.

— Мы пытались выбрать вариант поближе, но увы.

В голосе Маргеты, пытавшейся звучать бодро, улавливалось едва заметное утомление.

У этой поездки были две жертвы. Первая — я, надеявшийся как можно реже пересекаться с герцогами. Вторая — Студенческий совет, которому предстояло проработать маршрут для сотен людей, включая учащихся и преподавателей, до самой южной окраины Империи. С точки зрения Студсовета, планировавшего выезд в ближайшее поместье, это стало громом среди ясного неба.

Более того, учитывая характер Золотого герцога, он бы не стал ограничиваться небрежной просьбой. Он наверняка тонко «подтолкнул» Академию, поставив Студенческий совет в положение, когда тем придется отрабатывать свой хлеб по полной. Какой бы стойкой ни была Вице-президент, ей не выстоять, когда на поле боя выходит сам герцог.

— Если я смогу чем-то помочь, я помогу.

— Хе-хе, спасибо. Я позову вас в любое время, так что будьте готовы, хорошо?

В её глазах, сияющих улыбкой, на миг мелькнул знакомый азарт. Взгляд жалкого чиновника, который пытался действовать по плану, но сбился с курса из-за прихоти высокого начальства.

«Княжна-госслужащая».

Я ощутил одновременно и новизну момента, и жалость. Княжна, которой надлежало жить отрешенно от мирских забот, терпела лишения, коих знать не должна. Окажись в такой ситуации кто-то из моих начальников отделов, я бы как минимум похлопал их по плечу.

Маргета склонила голову, заметив мой пристальный взгляд; сегодня она выглядела особенно жалко.

......

Похоже, сегодня о месте назначения учебной поездки объявили официально.

— Я впервые увижу океан!

— Вот как?

Я рассеянно кивнул Луизе, которая так и искрилась восторгом. Глядя на то, как она радуется простой возможности увидеть море, она казалась совсем невинной, хотя, учитывая просторы Империи, её можно было понять. Земли здесь отвратительно обширны, а средства передвижения ограничены каретами да лошадьми.

Разумеется, была еще такая переменная, как телепортация, но это не то средство, что доступно каждому встречному. В итоге, если человек не прилагал к этому целенаправленных усилий, живущие в глубине материка могли ни разу в жизни не увидеть океан.

— Если нет веской причины для поездки, добраться до побережья непросто. Я тоже там ни разу не был.

Эрих тоже был из тех, кто обычно не покидал родовое поместье. Изредка он куда-то выбирался ради отдыха, но и те места находились внутри континента. Что касается Аинтера, который хранил молчание — с его-то двумя старшими братьями, вечно твердящими о самосовершенствовании и опоре на собственные силы, он дальше Императорского дворца и не выходил, так что обсуждать тут было нечего.

— Значит, никто из вас там не бывал?

— Я бывал. Правда, ездил туда утешать жителей районов, пострадавших от цунами.

— Считается ли поездка по работе? Я ездил один раз на заседание Союзного совета.

— Мне тоже доводилось бывать там по многим поводам.

Оба принца и будущий Святой, похоже, немало помотались по свету из-за различных служебных обязанностей. Порой легко забыть, что они и сами — высокопоставленные лица, так что внешняя деятельность для них неизбежна. Скорее, Аинтер, неспособный покинуть дворец, — случай исключительный.

Выслушав Рютиса, Латера и Таниана, Луиза продолжала кивать, после чего перевела взгляд на меня.

— Я тоже бывал там исключительно по рабочим вопросам.

Я нанес упреждающий удар, зная, какой вопрос она собирается задать. Океан? Я там был. Бывал не раз по делам службы, но самым запоминающимся инцидентом стал случай, когда сукины дети, провозившие контрабандой запрещенные товары, пытались бежать за границу, и я преследовал их до самой воды. Та азартная игра в салки через всю Империю до сих пор не идет у меня из головы.

В конечном счете я не смог помешать им подняться на корабль, так что пустил судно ко дну вместе с ними. Как же прискорбно было смотреть, как товары тонут в пучине. Конечно, контрабандисты заслуживали смерти. Даже захвати я их живыми, их всё равно бы казнили.

— Получается, это первый раз, когда мы все вместе отправляемся куда-то ради веселья?

Затем Луиза порылась в сумке и что-то достала. Тонкая брошюра в голубой обложке предстала перед нами.

— Та-да! Это буклет герцогства Бояр!

«С чего бы это вдруг?»

Откуда он здесь взялся?

Пока я испытывал неловкость от внезапного столкновения с незнакомой книжицей, Эрих удовлетворил мое любопытство.

— Буклет? Где ты его взяла?

— Мы с Ириной видели их в библиотеке на прошлой неделе. Там их было навалом.

Как ни посмотри, их намеренно засунули в библиотеку Академии как раз к сезону поездок. Умысел был ясен: проследить, чтобы студенты знали, что и где находится в Бояре, еще до приезда, и заставить их заранее спланировать, где они потратят свои деньги. Золотой герцог, ты беспощадный человек...

Когда к нему хлынут сотни знатных гостей, он не захочет упускать ни единой возможности. Я серьезно — этот человек, Золотой герцог, настроен решительно.

— О, неужели они там были?

— Неплохо бы разузнать о месте побольше перед путешествием.

Как только «Пятерка» нашла повод подобраться к Луизе поближе, они тут же слетелись как призраки — на это было почти жалко смотреть. Но не перебор ли — шесть человек, столпившихся вокруг одной маленькой брошюрки?

— Герцогство Бояр расположено на южном побережье Империи и является центром морской торговли, процветающим еще со времен Апельса...

Только я собрался велеть им прекратить этот жалкий аттракцион и отойти, как зазвучал голос Луизы. Я ничего не мог поделать с тем, что она сама начала читать вслух.

Понаблюдав мгновение за сеансом чтения, я кое-что осознал — этих ублюдков содержание вообще не интересовало. Даже Виллар ответил бы так же, спроси я его. Плевать им было на текст; они слишком откровенно пялились только на лицо Луизы.

— Начиная с времен герцога Бояра, правившего два поколения назад, начали развиваться курортные зоны и...

Хотя это было не совсем справедливое впечатление от столь искреннего чтения, ситуация выглядела так, будто воспитательница Луиза из кондитерского детского сада читает сказку пятерым несмышленым детям. Те хоть засыпают, когда им читают, — а эти-то что творят?

Тихо наблюдая за этой сценой, я поймал взглядом радостное лицо Эриха. Ты счастлив? Патетичный дурак — он должен был хотя бы сам читать или додуматься принести из библиотеки еще экземпляров.

«Где-то прячется шестой?»

В последнее время меня не покидал этот фундаментальный вопрос. Их уже пятеро, и ни один не добился реального прогресса — правильно ли это? Неужели должен выскочить шестой, чтобы эти парни почуяли кризис и хоть как-то зашевелились? Но еще один претендент здесь станет настоящей головной болью.

Пока я в одиночестве предавался столь серьезным размышлениям, этот чудесный сеанс чтения — где был рассказчик, но фактически не было слушателей — на миг прервался.

— Лучшее казино континента?

Само понятие казино показалось нашей непорочно воспитанной леди чем-то совершенно чуждым. Она несколько раз моргнула, затем перевела взгляд на меня, стоявшего поодаль, — она выглядела немного растерянной.

— Это курорт, так что там собирается всякая знать. Если открыть одно толковое казино, доход будет весьма приличным.

— Вот как?

Она неловко рассмеялась — хе-хе, — видимо, ощущая некое предубеждение перед словом «казино».

«Она и впрямь воспитывалась в чистоте».

Возможно, потому что автор оригинальной истории был современным человеком, несмотря на сеттинг средневековой Европы, к азартным играм в этом мире относились без восторга. Благодаря этому даже среди знати попадались такие наивные дети.

А на деле казино в Бояре вовсе не было предметом гордости. По сути, это был «банкомат» Императорской семьи.

«Я и сам им пользовался».

Иногда госслужащие, проезжающие через регион Бояр по делам, пополняли чрезвычайный бюджет в виде выигрышей в казино, но в основе своей казино были устроены так, что в выигрыше всегда оставалось заведение, а не гости.

Так что дворяне, верные Императору, шли туда, проигрывали разумную сумму, и эти деньги стекались к Императору. Затем часть этих денег выделялась Минспецделу или Департаменту инспекции под видом спецбюджетов, а другая часть становилась моей зарплатой, и я нес эту зарплату обратно в казино и проигрывал...

Черт, что это за бред? Круговорот денег в природе кажется каким-то неправильным. То ли я проигрывал собственные деньги в казино, то ли просто распоряжался суммами, которые мне изначально не принадлежали, и возвращал их обратно? Странно это всё и запутанно.

— Всё же там полно и других развлечений, так что не переживай об этом.

Я поспешно добавил это, опасаясь, как бы эти ребята тоже не угодили в тот причудливый цикл, в который вляпался я. Я-то хотя бы получал зарплату и бюджеты — а для них проигрыш в казино станет концом.

— Да, я планирую отдыхать на пляже.

— Если уж ехать на море, то только ради пляжа.

— Верно? Я так этого жду.

Судя по их реакции, волноваться было не о чем. Куда больше меня бесил Эрих — чего это он запел «только ради пляжа», если сам моря в глаза не видел?

— Ого, говорят, там еще и полно необычных фруктов?

......

Когда Луиза возобновила чтение, я незаметно нащупал коммуникатор в кармане. Студенты могут предвкушать поездку с чистым сердцем, но взрослым, обремененным обстоятельствами, нужно многое подготовить заранее.

Первое, что пришло на ум — силам Трех Королевств придется отправить ключевой персонал до самой южной оконечности Империи, прочь от окрестностей Академии. При таком расстоянии нам придется запрашивать разрешение на въезд представителей Трех Королевств в Бояр.

«Мир за пределами Академии — суровое место».

Сама идея выезда куда-либо была порочной с самого начала. Не стоило ли нам вообще избегать отправки студентов в столь опасный мир?

Кто станет самой большой жертвой этого провала с учебной поездкой? Я, умудрившийся в этом году пройтись «дружественным огнем» по вассальным семьям Золотого герцога и теперь вынужденный ехать прямо в его владения? Или Студенческий совет, который изначально планировал не спеша выбрать какое-нибудь подходящее поместье? К сожалению, ни те, ни другие. Настоящие жертвы — совсем другие люди.

— Я слышал, выбор пал на герцогство Бояр.

— Да. Так уж сложилось.

Речь о силах Трех Королевств, которые каждый божий день молят небеса, чтобы с их подопечными ничего не случилось. И, к несчастью, боги этого мира не слишком охотно отвечают на призывы. Если ты пошел в «олл-ин» через мета-молитвы — тебе крышка, если только ты не кто-то вроде Таниана.

— О герцогстве Бояр я тоже наслышан. Говорят, море там неописуемой красоты? Для студентов, что жили в стенах Академии посреди материка, это станет особенным опытом.

— Согласен.

Виллар говорил спокойно, но на деле это был отчаянный вопль: «Какого черта мы тащимся из центра континента в прибрежный Бояр?!». Я его понимал. Будь Бояр внутренним решением Академии, я бы направил ситуацию в другое русло. Но этого возжелал Золотой герцог. Против лома нет приема.

— Раз это первая подобная поездка, многие следят за ней с огромным интересом. В будущем это станет главным событием Академии, так что ситуация весьма интригующая.

= «Это выше моих сил. Попробую настоять на своем — и меня просто раздавят».

— Могу только посочувствовать. В конце концов, путешествие, нарушающее монотонную рутину, — это всегда приятно. Я лишь обеспокоен тем, что в первый раз может возникнуть немало досадных накладок.

= «Я понимаю, зачем нужна поездка. Но неужели Бояр — лучший вариант? Разве нельзя выбрать другое место?»

— Ха-ха, у меня тоже было много опасений, но Академия приложила поистине колоссальные усилия. Думаю, поездка выйдет приятной.

= «Без шансов. Едем в Бояр, и точка».

Пусть мы и обменивались словами с лучезарными улыбками, истинные чувства были далеки от приятных. Это был не тот диалог, где я мог повернуть всё в нужную мне сторону — это была встреча, где я должен был уведомить другую сторону о том, чего не хотел бы и сам. Прости, Виллар. Все в Академии сейчас в одинаковом положении — перед фактом, поставленным Золотым герцогом.

— Говорят, море в Бояре обладает особым шармом. В одних местах оно изумрудное, в других — как сапфир. Надеюсь, господин Виллар тоже сможет расслабиться и насладиться этой возможностью.

— От одних ваших слов сердце начинает биться чаще. Благодарю.

Лицо Виллара, потемневшее от этого нежданного бедствия, наконец немного прояснилось. Из моей фразы он получил подтверждение: гвардия Трех Королевств — или, как минимум, сам Виллар — получит разрешение на въезд в герцогство Бояр.

Будь местом поездки поместье неподалеку от Академии, как планировалось, подобных забот бы не возникло. Силы Трех Королевств могли бы ждать в Академии и выехать в случае опасности или использовать нелепое оправдание: «проезжали мимо по просьбе преподавателей».

Но Бояр, на самом южном краю? Ждать в Академии нет смысла, а отговорки в тех краях не сработают. Даже с ближайшей территорией пришлось бы попотеть, а про Бояр и говорить нечего. В такой ситуации он, должно быть, испытал облегчение от того, что я использую свое влияние для помощи.

«Без вас мне тоже крышка».

Даже во время выставки внутри Академии я протаскивал гвардию Трех Королевств к павильонам, чтобы избежать лишних переменных. Но в этот раз мы выходим за стены — прямиком на курорт, который будет кипеть от толп народа. У меня нет ни малейшей уверенности, что я смогу в одиночку уследить за клубом.

Проблема в том, что я еще не получил официального разрешения от Золотого герцога на ввод иностранных сил. Впрочем, Золотой герцог не из тех, кто пропускает слова мимо ушей. Если я подам это как необходимость для охраны высокопоставленных иностранных лиц, он должен понять.

Беда лишь в том, что для получения разрешения мне нужно связаться с ним лично. А после инцидента с графом Йоруном отношения между мной и Золотым герцогом стали, скажем так, натянутыми.

— Надеюсь, вы тоже сможете отдохнуть во время этой поездки, Инспектор.

— Благодарю за добрые слова.

После того как я на миг замолчал, Виллар заговорил непринужденно. Пожелав мне «отдохнуть», он дал понять, что постарается свести к минимуму ситуации, требующие моего вмешательства. Получая такую заботу каждый раз, он, вероятно, хочет ответить тем же.

К сожалению, учитывая ограниченные полномочия Виллара, лучшее, что он может сделать, — это избавить меня от лишней головной боли. Но и это хлеб, верно? По крайней мере, он не просто принимает услуги как должное.

«Просто уезжайте уже скорее домой».

Честно говоря, если он действительно хочет мне помочь, ничего другого не нужно. Пожалуйста, просто забирай своего принца и возвращайся восвояси как можно скорее.

Вернувшись в общежитие, я долго вертел в руках коммуникатор. Логика подсказывала, что лучше связаться с ним быстро и так же быстро изложить суть дела. Вот только сердце за разумом не поспевало.

«Чувствую, он заставит меня что-то сделать».

Предчувствие. Стойкое ощущение, что стоит мне попросить об одолжении, как я получу в нагрузку какую-нибудь задачу. В прошлый раз, с инцидентом Йоруна, мне удалось всё уладить благодаря тому, что Начальник Третьего отдела чуть ли не лоб расшиб в слезных поклонах, но факт того, что я избил графский дом из свиты герцога до полусмерти, никуда не делся. Он наверняка припомнит это и невзначай подкинет мне квест.

Разумеется, Золотой герцог щепетилен в вопросах «услуга за услугу». Сколько бы он ни навязывал мне принудительных заданий, упоминая прошлое, награды в случае успеха всегда были весомыми. И всё же, разве не бывает времен, когда лучше ничего не делать и ничего не получать, чем ввязываться в занудную работу за деньги? Сейчас именно такой момент.

«Хотя герцогу не откажешь».

После долгих колебаний я наконец вздохнул и связался с Золотым герцогом. Тебе может сойти с рук дерзость с министром — в конце концов, ты и сам можешь им стать, — но разозли герцога, и лучше сразу прикуси язык и сдохни. Что поделать? Если ты родился со статусом ниже герцогского, приходится жить по правилам.

[— Директор Департамента инспекции. Я ждал.]

Вскоре появилось лицо Золотого герцога. Мужчина средних лет с аккуратно уложенными волосами с благородной проседью отложил сигару. Судя по стопке документов у его подбородка, я прервал его за работой.

Только я собрался склонить голову в положенном приветствии, как Золотой герцог заговорил первым.

[— Давай сразу к делу. Я понимаю, что присутствуют силы охраны Трех Королевств.]

— Да, это верно.

[— Они могут приехать. Можешь брать хоть всех, просто сообщи мне численность.]

— Слушаюсь, Ваше Превосходительство. Благодарю вас.

[— Это ведь ради верного вассала Империи, так что подобная уступка вполне естественна, не так ли?]

Он небрежно рассмеялся — живое воплощение репутации Золотого герцога как человека, ведущего честные дела. Он исполнил мое желание еще до того, как я успел его озвучить.

[— Ах да, у меня тут есть личная просьба.]

И, как я и ожидал, пришло время обязательного квеста от Золотого герцога. Личная просьба герцога? Называться-то она может «просьбой», но кто в здравом уме сможет отказать?

— Пожалуйста, говорите. Я слушаю.

[— Хм.]

Нетипично для себя Золотой герцог на мгновение замолк, подперев подбородок рукой. Хотя он порой и ходил вокруг да около в зависимости от ситуации, я редко видел, чтобы он медлил с подбором самих слов. Дурной знак.

[— Ты слышал о Кракене?]

— Да, я слышал...

«Только не говорите, что...»

— ...о нем.

[— Хорошо. Теперь у тебя появится возможность увидеть его воочию.]

«Сукин ты сын».

Что это за новости такие, которые подаются как повод для праздника?

Кракен — гигантский кальмар, бороздящий моря и крушащий военные корабли, словно крекеры. Зрелище не из частых, да и видеть его — сомнительное удовольствие, а уж встречаться с ним и вовсе не стоит. И теперь мне выпала «возможность» узреть его лично? Черта с два.

Скажи мне такое коллега уровня директора, я бы немедленно разразился всеми проклятиями, что знал. Но перед лицом Золотого герцога я лишился дара речи. Возможно, почувствовав некоторую неловкость, герцог издал легкий смешок. Ладно, значит, крупица совести у тебя всё же осталась.

[— Выяснилось, что логово Кракена находится неподалеку от недавно достроенного курорта.]

Или нет? Совесть испарилась?

[— Не пойми превратно. Мы начали строительство только после того, как убедились в безопасности. Тварь затаилась так глубоко, что мы заметили её лишь тогда, когда всё уже было построено.]

— У меня есть сомнения, действительно ли это место подходит для курорта.

[— Мы полностью зачистили логово. Все взрослые особи Кракены также были уничтожены.]

Проблема в том, что один детеныш сбежал, добавил Золотой герцог. Я на миг потер подбородок. Если Золотой герцог использовал слово «сбежал», значит, единственному выжившему мальку удалось провернуть слезливую историю о побеге. По крайней мере, вопрос безопасности курорта был решен.

[— Но этот детеныш необычайно хитер. Возможно, из-за того, что он видел истребление своих сородичей, он крайне осторожен. Даже когда нам с трудом удается найти его укрытие, он отказывается всплывать на поверхность. Нам приходится бить магией молнии по воде, чтобы он показался хоть на мгновение.]

— Звучит хлопотно.

Обычно Кракены прекрасно осознают, что они в разы крупнее и сильнее людей, поэтому нагло выплывают к проходящим мимо кораблям.

Конечно, они не ожидали, что на том корабле окажется элитный Магический корпус герцогства. Стоило им всплыть, как их тут же избивали, заставляя эволюционировать в вареного кальмара. Кстати, эволюция это или деградация? Ну, с точки зрения вкуса — пожалуй, эволюция.

Так или иначе, детеныш, видевший судьбу родителей в прямом эфире, теперь, должно быть, стискивает зубы и держится глубоко под водой. Насколько же глубоко он забился, если даже после ударов током он лишь на миг показывается, прежде чем снова уйти на дно?

[— Поэтому мне нужен кто-то, кто сможет сокрушить Кракена в тот короткий миг, когда он окажется на поверхности.]

Когда Золотой герцог закончил, я понял, почему он так непривычно медлил.

«Да черт его знает, когда эту тварь вообще вычислят».

Тот факт, что он обратился с этой просьбой ко мне, едущему в учебную поездку, наводил на мысль, что он хотя бы определил примерный район появления монстра. Он не настолько бестактен, чтобы вешать задачу без каких-либо сроков. Проблема в том, что нет никакой гарантии, сколько времени я проторчу на корабле, прочесывая всю эту акваторию.

В худшем случае я могу застрять в море на всё время поездки и поймать его лишь в последний день. Крайне нежелательный расклад.

[— Поскольку я прошу об этом занятого Директора Департамента инспекции, я могу предложить хотя бы это.]

С этими словами Золотой герцог поднял три пальца. Он предлагал увеличить обычное финансирование Департамента инспекции на 30%.

Хм-м-м.

— Эту тварь необходимо уничтожить ради безопасности подданных и студентов.

После недолгого раздумья я твердо кивнул.

Конечно, это именно Золотой герцог внезапно разворотил логово семьи Кракенов, которые жили себе тихо и мирно, пока курорт не достроили, и перебил их всех. Но что поделаешь? Если тебя это задевает — в следующий раз реинкарнируй человеком. Хороший монстр — мертвый монстр.

[— Как и ожидалось, патриотизм Директора Департамента инспекции поистине исключителен. Герцог запомнит старания Директора ради блага подданных.]

— Для меня это честь, Ваше Превосходительство.

На этом разговор закончился ко всеобщему удовлетворению.

Подумать только, какой-то Кракен притаился в море, где должны плескаться студенты, — абсолютно недопустимо. Отправлю-ка я этого нечестивого Кракена к его мамочке и папочке.

Переговоры с Золотым герцогом завершились куда более удовлетворительно, чем я опасался.

Во-первых, согласно просьбе почтенного Золотого герцога, мне предстоит разобраться с неким Крошкой Кракеном. К счастью, я могу взять с собой всю гвардию Трех Королевств, так что оставлю охрану на них, а сам отправлюсь наслаждаться морской прогулкой. Награда в виде дополнительных 30 процентов от герцога? Разве я мог устоять? Тот, кто способен противиться подобному, наверняка какой-нибудь идейный психопат.

Как ни посмотри, я чувствую себя так, будто расправляюсь с жертвой, чей дом разрушили люди, вторгшись в экосистему, но это не так важно. Важно для меня не чтение драмы «Слезы Кракена», а ивент с 30-процентным баффом под названием «Сияющее Золотое Рвение».

В самом деле, разве Крошка Кракен не предпочел бы воссоединиться с родителями, а не влачить существование в этом мире, полном боли? Я лишь помогаю ему достичь этого финала чуть быстрее. Много ли в мире столь же заботливых людей, как я?

[— Первым делом загляни в казино. Там мы обсудим детали.]

И теперь у меня появилось место, куда нужно поспешить сразу по прибытии в Бояр. Несколько неожиданно, что он хочет встретиться в казино, а не в герцогском дворце, но это пустяки. Я слышал, встречи в VIP-залах казино — обычное дело.

В любом случае, я рад, что завтра смогу сообщить Виллару добрые вести. Он придет в восторг, узнав, что все силы охраны Трех Королевств могут отправиться в Бояр.

«Стоит заодно упомянуть и о моем временном отсутствии».

Виллар с самого начала говорил, что постарается минимизировать мое вмешательство. В ситуации, когда я приношу благие вести, он точно не станет возражать против моего отлучения. Напротив, он может даже вручить мне надувной круг и велеть как следует отдохнуть.

Ах, раз уж на то пошло, мне нужно печенье, чтобы угостить Виллара. Сегодня я съел больше обычного, так что запасы подходят к концу. Нужно попросить Луизу добавить.

......

Старший сегодня снова попросил испечь печенье. Задача несложная, но объем слишком велик, даже учитывая аппетиты Княжны. Разве остатки не отсыреют, потеряв свой вкус?

— Придет господин Виллар. Вчерашнего количества оказалось недостаточно.

— Ах, неужели?

— Прости. Ему так понравилось, что я захотел приготовить для него побольше.

— Хе-хе, всё в порядке.

Я слегка улыбнулась в ответ на извинения старшего и открыла духовку.

Господин Виллар. Рыцарь из Армейна, соотечественник Рютиса. Он часто видится со старшим, и мы многим обязаны ему за помощь на выставке, так что лицо его мне хорошо знакомо. Раз он рыцарь, то наверняка любит плотно поесть. Значит, можно печь от души.

«Все едят с таким аппетитом».

Печенье, которое я пекла в последнее время, было самым обычным, совсем не таким, как то, что я обычно готовлю для старшего. Если печенье, которым он угощает гостей, окажется ужасным на вкус, это ударит по его репутации.

И всё же, это немного досадно. Я добавляла в выпечку для вечно уставшего старшего всевозможные полезные ингредиенты, но в последнее время мне не до того — просто нет времени о нем позаботиться. По крайней мере, я завариваю ему чай, который должен быть полезен для здоровья, но я даже не уверена, насколько он эффективен.

Когда я украдкой взглянула на цвет лица старшего, то, как и всегда, заметила едва различимые темные круги под глазами. Неужели мои старания совсем не помогают? Хотя в остальном он не выглядит изнуренным.

«Нужно было продолжать печь, как раньше».

Во время выставки я узнала, что чувство вкуса у старшего притупилось, и после этого я пичкала печенье ингредиентами, нацеленными скорее на пользу для здоровья, нежели на вкус. Как ни прискорбно, это было возможно только потому, что он всё равно не ощущал вкуса.

Если бы те полезные добавки улучшили здоровье старшего настолько, что к нему вернулся бы вкус, он бы понял, что мое печенье странное — но тогда я могла бы просто извиниться и сказать, что рецепт не задался. Старший бы просто рассмеялся в ответ. Мне казалось, что это неплохой план.

Но попади мое «целебное печенье» в чужой рот — случится конфуз, поэтому в последнее время я совсем его не готовила. Какой прок от хорошего плана, если я не могу его осуществить?

«Может, приготовить что-то другое?»

Я ломала голову, перебирая в уме десерты. Что-то, что нельзя просто так отдать в подарок, как печенье. Что-то, что по правилам приличия старший вынужден будет съесть сам.

Что же это может быть... А, торт? Попробовать испечь огромный торт?

......

Чем ближе был день учебной поездки, тем сильнее осунулся Президент и тем реже улыбалась Маргета. Было жаль этих детей, которым в их возрасте полагалось бы только расти и радоваться.

К сожалению, помочь делом я не мог, так что оставалось лишь быть собеседником для Маргеты. Впрочем, ей, кажется, помогало и это — она изливала душу, рассказывая о работе.

Беда была в том, что со временем в голосе Маргеты начала проскальзывать едва уловимая дрожь. Столь тонкая, что не заметишь, если не прислушиваться.

— Нам нужно раздобыть кареты для сотен людей, утвердить маршрут... Найти по пути города, где можно отдохнуть, и подобрать жилье, соответствующее их статусу...

— Вы правда трудитесь не покладая рук.

Чем больше я слушал, тем сильнее росло мое отвращение. Описания Маргеты напоминали планирование военного марша. Неудивительно, что Студенческий совет мечтал о ближайшем поместье.

— Мар, вы в последнее время хоть спите нормально?

— Сплю, как только выдается минутка. Не беспокойтесь.

Я не мог не почувствовать жалости при виде её лучезарной улыбки. Сон — это не то, что впихивают в расписание при наличии «минутки», это необходимость, особенно когда времени нет совсем. Эта Княжна, вкусившая жизнь госслужащего, уже приобрела искаженный образ мышления.

На днях, когда я зашел в кабинет вице-президента, она спала, уткнувшись лицом в стол. Казалось, она проснется от малейшего прикосновения, поэтому вместо того, чтобы переносить её на диван, я просто накрыл её своим пальто и стал ждать. Вскоре она проснулась сама. Понимая одновременно и свое желание дать ей поспать подольше, и суровую реальность — чем дольше она спит, тем выше гора работы, — я так ничего и не сказал.

Я сделал вид, будто не заметил, как Маргета, смотревшая на меня заспанными глазами, вздрогнула от неожиданности. Я также притворился, будто не заметил, что пальто, которое она выронила на пол и обещала постирать перед возвращением, вернулось ко мне совершенно новым.

— И всё же, вы не представляете, каким утешением служит мне сэр Карл.

— Рад это слышать.

Я слегка кивнул в ответ на её улыбку и незаметно пододвинул печенье Луизы. Она тут же схватила одно и съела — зрелище, ставшее слишком привычным.

«Мой Замдиректора вел себя точно так же».

Этот взгляд человека, запихивающего в себя еду не ради вкуса, а сугубо ради поддержания жизнедеятельности. Но почему я вижу этот взгляд у Маргеты? Это вообще Княжна? Она в моем представлении не должна быть такой жалкой.

— Надеюсь, в следующем году вы поедете куда-нибудь поближе.

Я сказал это ради утешения, надеясь, что следующий год дастся легче, но челюсти Маргеты замерли, будто она о чем-то вспомнила. Молча проглотив кусок, она заговорила с осторожностью.

— ...Думаю, отныне местом школьной поездки всегда будет Бояр.

— Ах.

Золотой герцог, очевидно, не собирался превращать этот туристический бум в разовую акцию. Теперь Бояр стал местным эквивалентом Чеджу или Кёнджу.

Глядя на то, как Маргета с еще более удрученным видом тянется за вторым печеньем, я вспомнил «ту рыжеволосую женщину», сбежавшую из Студсовета.

«Бедняжка».

Я молча налил чаю в чашку Маргеты. Оставалось только надеяться, что её дух не сломится и она всё выдержит.

......

Настал день учебной поездки — день, построенный на чьем-то смехе на южной окраине Империи и на чьих-то вздохах в Академии.

«И ведь правда всех собрали».

Грудь распирало от величественного вида — более сотни карет выстроились в ровные ряды. Раз путешествовать предстояло всем трем курсам и преподавателям, такое количество было необходимо.

Но теперь, когда я об этом задумался, ситуация казалась странной. Что это за школьная поездка, куда едут все курсы сразу? Конечно, с точки зрения Студсовета проще собрать всех скопом, чем планировать три разных маршрута.

— Сэр Карл. Если передумаете, скажите мне в любое время.

— Ха-ха, я понял.

Маргета подошла ко мне со спины, пока я любовался кавалькадой. Видя, как она упорствует до самого конца, я понимал её разочарование, но надеялся на её понимание — у меня ведь тоже обстоятельства.

Суть в том, что каждой четырехместной карете назначили либо троих, либо четверых пассажиров. У Маргеты в экипаже было трое, и она со вчерашнего дня приглашала меня присоединиться к ним. Однако у меня была другая цель.

«Мне будет спокойнее рядом с Луизой».

К счастью, в карете Луизы тоже было вакантное четвертое место, так что я смог туда втиснуться. Сама поездка была событием, но инциденты могли вспыхнуть и в пути. Учитывая это, я предпочел держаться к ней поближе ради собственного спокойствия.

Была лишь одна крохотная заминка — один из попутчиков Луизы вызывал у меня сильное беспокойство, но деваться некуда. Это служебная необходимость.

— Что, брат, ты тоже в этой карете?

— Так уж получилось.

Расставшись с Маргетой и направившись к экипажу Луизы, я встретил приветствие Эриха. Прости, брат, не будь меня здесь, ты был бы единственным мужчиной в этой компании. По пути ты мог бы продвинуться в отношениях с Луизой...

«Хотя, забудьте».

Продвинуться? О чем я. На миг я слишком переоценил способности этого парня.

Отогнав абсурдную мысль, я залез в карету, где не обнаружил никого, кроме Эриха. В чем дело? Почему он здесь один?

— Разве тут не должно быть еще двоих?

— Скоро придут. Сказали, что пойдут немного поболтать с другими девчонками.

— Понимаю.

Как и ожидалось от Розовой капибары — центра всеобщего внимания. Даже в такой миг она умудрялась укреплять узы дружбы.

Вскоре снаружи кареты послышался шум, и дверь распахнулась. В проеме показалась розовая макушка — судя по виду, она торопилась.

— Простите! Я так опо... А? Старший?

— Я тоже решил поехать с вами.

Я слегка помахал рукой Луизе, чьи глаза расширились от удивления, а по лицу начала расползаться сонная, но счастливая улыбка. Я был благодарен ей за то, что она, кажется, рада.

«Пришла не одна».

Я перевел взгляд за спину сияющей Луизы и увидел мелькнувшие золотистые волосы. Тело пряталось за Луизой, виднелись лишь пряди — девчушка явно пыталась скрыться от моего взора, что, конечно, не возымело успеха.

— Привет. Давно не виделись.

— А-а... Д-да, здравствуйте.

Всё же, раз нам предстояло ехать в одной карете, я решил поздороваться, на что получил дрожащий ответ, заставивший меня почувствовать за собой вину.

— Ирина? Что такое? Тебе нехорошо?

— Всё в порядке, правда.

На обеспокоенный вопрос Луизы Ирина ответила неловкой улыбкой. Прости меня — я и сам бы предпочел, чтобы всё сложилось иначе.

Видя затаившийся в её голубых глазах страх, я невольно захотел вздохнуть.

Это случилось в ту пору, когда я жила в Академии, готовясь к церемонии поступления. Отец, который каждый божий день выходил со мной на связь через коммуникационную сферу, вдруг перестал отвечать. Лишь спустя долгое время он наконец прислал краткое сообщение.

Хотя это показалось мне странным, я отбросила сомнения, решив, что он просто завален делами. В конце концов, отец возглавлял графский дом и отвечал за многочисленные коммерческие предприятия. Несмотря на то, что он принимал мои звонки ежедневно, говоря, что после моего поступления в Академию долго не увидит дочь, у него вполне могло внезапно закончиться время.

Отец действительно был занят, как я и думала. Проблема заключалась в том, что его занятость приняла совершенно неверное направление.

[— Ирина. Ни о чем не беспокойся. Это лишь временное недоразумение.]

— Б-брат. Всё ведь правда будет хорошо? А что с папой?

[— С ним всё будет в порядке.]

Примерно в то же время, когда отец перестал присылать даже короткие записки, со мной связался брат, чей вид был бледным и изнуренным. Вести, которые я тогда от него услышала, прогремели подобно грому. Наша семья стала целью Департамента инспекции.

Департамент инспекции. Охотничьи псы Императора, которые карали нелояльных дворян по указу Его Величества или обладали властью сначала действовать, а потом докладывать, опираясь на собственное суждение. И участь семей, попавших в когти Департамента инспекции, в девяноста девяти случаях из ста означала аннигиляцию.

Это не имело смысла. Почему мы? Отец был искреннее и честнее кого бы то ни было. Он всегда проявлял доброту и теплоту даже к простолюдинам. Конечно, он изрядно любил деньги, но это не было преступлением, требующим вмешательства Департамента инспекции.

[— Тут какая-то ошибка, наверняка ошибка. Так что не вешай нос и береги себя. Поняла?]

— Брат...

[— Я изо всех сил пытался успеть к церемонии поступления, но, похоже, не выйдет. Прости.]

Брат горько улыбнулся и на этих словах завершил связь. Я стояла как вкопанная, а затем вцепилась в магическую сферу и долго рыдала. Катастрофа, ударившая из ниоткуда; беспомощность от невозможности что-либо предпринять; страх за судьбу родных. Я, жившая предвкушением начала учебы, в одно мгновение почувствовала себя низвергнутой в ад.

Последовавшие новости оказались еще хуже. Я узнала, что мама в конце концов слегла. Мои еще совсем маленькие младшие братья и сестры плакали каждый день, звав отца, которого увезли, и маму, что потеряла сознание. Если бы только я была в поместье, если бы только я была рядом со своей семьей.

И тогда случилось чудо.

[— Ирина, ты в порядке?]

— О-отец?

В то время как я жила подобно тени, отец связался со мной. Хотя при виде его облика — казалось, он постарел еще на десять лет за этот срок — из глаз хлынули слезы, в сердце также вскипела радость. Отец был цел. Наша семья была в безопасности.

[— Всё разрешилось. Не волнуйся и сосредоточься на учебе.]

— ...да, да... Я-я буду.

Мне пришлось несколько раз икнуть, прежде чем я смогла наконец ответить.

Когда отец объяснил произошедшее, я узнала, что эта проверка была вызвана ошибкой со стороны Департамента инспекции. Начальник отдела, руководивший операцией, лично посетил особняк, чтобы принести извинения и выплатить компенсацию, а дело завершилось тем, что Директор Департамента инспекции прислал беспрецедентное письмо с извинениями, признавая просчет ведомства.

Хотя катастрофу спровоцировала ошибка Департамента инспекции, я не могла таить на них обиду, даже если это казалось несправедливым. Перед лицом стихийного бедствия оставалось лишь пасть ниц и молить, чтобы оно миновало. Вот чем был Департамент инспекции в масштабах Империи. Никто из моей семьи не погиб во время их расследования, и мы даже получили компенсацию. Это действительно было чудо.

В первые дни в Академии, когда я не находила себе места от беспокойства за дела семьи, я встретила замечательную подругу, которая помогла мне быстро прийти в себя.

— Привет! Ты ведь Ирина Йорун, верно?

Поначалу я без всякой причины злилась на эту бесконечно жизнерадостную девушку. Я так страдала — чему она так радуется? Это приводило меня в ярость. Глядя назад, мне стыдно за саму себя.

— Хочешь пообедать вместе?

— Нет, спасибо.

Розововолосая девушка, которая была добра и внимательна ко всем. Хотя поначалу я холодно её отталкивала, в её компании мое сердце почему-то успокаивалось.

— Ирина, что ты об этом думаешь? Разве не прелесть? Я принесла её, потому что она под цвет твоих волос!

— Да, симпатично. Спасибо.

Когда я опомнилась, мы с ней как-то стали ближайшими подругами. Возможно, помогло то, что примерно в это же время невиновность моей семьи была доказана, и я наконец смогла расслабиться.

Так я начала проводить время с розововолосой Луизой. Благодаря ей у меня появилось много друзей, которых я бы никогда не завела сама. В процессе я даже познакомилась с младшим братом Директора Департамента инспекции, но Эрих не нес вины за свое родство. Эрих, казалось, и сам странным образом избегал разговоров о старшем брате, так что я намеренно обходила эту тему стороной.

Случилась та ужасная ситуация, когда Директор Департамента инспекции был внезапно откомандирован в Академию, но, к счастью, у меня не было повода с ним встречаться, и я могла продолжать жить в покое. Пока я забывала о былом бедствии и наслаждалась жизнью, дата учебной поездки становилась всё ближе.

— Время летит так быстро.

— Верно? Кажется, выставка была только вчера.

До прошлого года в расписании Академии никогда не значилось школьных поездок. Поэтому я поступала, будучи готовой проводить в стенах учебного заведения всё время, кроме каникул, и не считала это чем-то особенно тяжким.

В конце концов, в Академии были почти все необходимые удобства. Скорее уж, выход наружу казался делом хлопотным? Поэтому когда я услышала, что с первого курса нас отправляют в учебную поездку, честно говоря, я сочла это лишь досадным дополнением к графику.

— Ты ведь тоже впервые увидишь океан, Ирина?

— Да, я тоже никогда там не была.

Но местом назначения поездки оказалось герцогство Бояр. О нем говорят как о главном курорте континента, не ограничиваясь одной Империей, и всё же мне ни разу не выпадал шанс там побывать. Это было слишком далеко, и я не могла позволить себе нанять мага телепортации ради личной прогулки, не связанной с делами семьи.

Но Академия отправляла нас туда? Всё, что мне нужно было сделать — собрать вещи? Мое нежелание испарилось, сменившись восторгом. Даже блуждать по магазинам с Луизой на выходных в поисках купальников было так весело.

Я день за днем ждала начала поездки. Когда я в шутку сказала подруге из Студенческого совета, что хочу уехать прямо завтра, она посмотрела на меня со слезами на глазах. Прости, но я правда ждала этого с нетерпением.

— Ирина! Эрих едет в той же карете!

Даже случайный подбор пассажиров для карет обернулся удачей. Хотя «случайность» распространялась только на наш класс, мы всё равно оказались в группе друзей. Отличные попутчики, отличное место назначения. Эта поездка обещала стать по-настоящему приятной.

— А? Старший?

Та приятная поездка сделала резкий кворот прямо в день отправления, начавшись со слов Луизы, когда та забиралась в карету.

«Старший?»

Прошиб холодный пот. Если бы я посмотрела в зеркало, то наверняка увидела бы, как дрожат мои зрачки. В Академии был только один человек, которого Луиза звала «Старшим» — по крайней мере, единственный, о ком я знала.

«Почему, почему?..»

Я знала, что он старший брат Эриха. Знала, что он близок с Луизой. Но я думала, раз он не студент, то будет в другой карете — так почему сейчас? Я не видела его ни разу с нашей первой встречи. Я полагала, что буду в безопасности, если просто стану его избегать.

Я поспешно спряталась за спину Луизы и сжалась. Я понимала, что это бессмысленно, но без этого колени, казалось, вот-вот подогнутся. И словно в насмешку, до моих ушей долетел голос, который я меньше всего хотела слышать.

— Привет. Давно не виделись.

«Он меня увидел».

Как раз в тот миг, когда желание броситься наутек едва не прорвалось наружу, он обратился ко мне напрямую и поздоровался — дальнейшее игнорирование было бы верхом грубости. Я проглотила подступающие слезы и открыла рот, но так и не смогла унять дрожь во всём теле.

Рядом со мной Луиза смотрела на меня с вопросительной тревогой. Я не рассказывала ей об инциденте с Директором Департамента инспекции. Я не хотела её беспокоить и боялась, что Директор, близкий к Луизе, может как-то спровоцироваться на мою жалобу.

Осторожно подняв голову, я увидела темноволосого мужчину, сидевшего напротив Эриха — Директора Департамента инспекции. Его руки были скрещены на груди, а спина покоилась на сиденье так непринужденно, будто он просто вышел прогуляться, но когда эти угольно-черные глаза посмотрели на меня, сердце бешено заколотилось.

— Не стойте в дверях, заходите. Ноги ведь затекут.

— Д-да! Благодарю вас!

— Не за что меня благодарить.

Торопливо следуя за Луизой в карету, я столкнулась с новой дилеммой. Эрих и Директор сидели друг напротив друга. Пустые места были либо рядом с Эрихом, либо рядом с Директором.

«Куда... мне сесть?»

Луиза, что мне делать? Мне слишком неловко перед Эрихом, чтобы садиться рядом с ним. Но садиться на другую сторону слишком страшно.

Пока я колебалась, не в силах озвучить эту дилемму, Директор жестом указал на место рядом с собой.

— Присаживайся.

— Да...

Мама, папа... я так по вам скучаю... Я ведь смогу увидеть вас на каникулах, верно?

......

Раз уж я действовал, исходя из цели свести Эриха и Луизу, как ни крути, такая рассадка была лучшим вариантом.

Но лучшим он был лишь с моей точки зрения — для Ирины он стал худшим. Даже сейчас я чувствовал, как сидящая рядом девушка едва заметно дрожит. И всё же я решился на это после долгих раздумий.

«С ума сойти можно».

Я чувствовал себя паршиво, но этого ублюдка Эриха нужно было посадить с Луизой именно в такие моменты. Посади я Луизу напротив него — Ирине пришлось бы сидеть лицом ко мне. Лучше уж ей быть сбоку, где она не видит моего лица, чем заставлять её весь долгий путь пялиться на меня. У меня не было бы оправданий, если бы Ирина упала в обморок по дороге.

Справедливости ради, прошлый инцидент я уладил полюбовно. Я сполна возместил ущерб и даже отправил письмо с извинениями в духе: «Если это не дойдет до государственной измены, я один раз закрою глаза на любую вашу выходку». Но подобные аристократические сделки «ты мне, я тебе» существовали отдельно от перепуганного девичьего сердца в пору самого расцвета юности.

— Ирина, ты правда уверена, что с тобой всё в порядке?

Луиза, болтавшая с Эрихом о том о сем, взглянула на Ирину и спросила с беспокойством. Проблем по части физического состояния Луизы быть не должно. Сейчас Ирина не была истощена телесно — она была раздавлена ментально.

— М-м-м, я же говорила, что со мной всё хорошо. Ты же знаешь, какая я крепкая, Луиза.

Зрелище семнадцатилетней леди, выдавливающей из себя яркую улыбку, было невыносимо жалким. Поистине прискорбно думать, какой же нечестивый подонок так напугал эту бедную девушку. Черт, сукин ты сын, Начальник Третьего отдела. Твоя совесть и порядочность выпали вместе с твоими волосами?

Пока я смотрел на Ирину со смешанными чувствами, наши глаза встретились. Её губы задрожали, и она поспешно опустила голову. Тот факт, что её глаза были голубыми, как у Эриха и Луизы, лишь заставлял чувство вины вскипать с новой силой.

— Я немного вздремну. Разбудите, когда остановимся в каком-нибудь городе.

— Понял, брат.

В итоге я совершил аварийное бегство в сон. По крайней мере, спящее «чудовище» под боком будет лучше для её психики, чем бодрствующее.

Так карета и покатилась в сторону Бояра, везя одну предвкушающую поездку леди, одного дурака, млеющего от простого сидения рядом с безответной любовью, и еще двоих, объятых — один удушающей неловкостью, а другая — липким ужасом.

Само путешествие до Бояра пролетело без сучка и задоринки. Маршрут был скрупулезно отобран Студенческим советом с учетом того, что по нему поедут сотни людей, а лорды территорий по пути из кожи вон лезли, обеспечивая общественную безопасность, — они до смерти боялись малейшего пятнышка на репутации академической процессии.

Травма студента Академии на их землях была бы равносильна полномасштабной катастрофе. И речь не просто о детях знати — среди них были члены Императорской семьи, королевской крови и даже будущий Святой. Стоило бы хоть одному из них обронить: «Скверные места в том поместье», — и это устелило бы дальнейший жизненный путь лорда адским пламенем.

Как я узнал в самый последний момент, даже этого оказалось мало — Золотой герцог дополнительно «простимулировал» местных правителей. Случись авария по пути в Бояр, люди запомнили бы не точное место происшествия, а лишь факт, что «несчастье произошло на дороге в Бояр». Должно быть, они следили за порядком с горящими глазами.

«Знай я об этом, не стал бы ввязываться сам».

Простите, я действительно не ожидал, что Золотой герцог зайдет так далеко.

Я тоже раздал завуалированные предупреждения лордам вдоль маршрута, переживая, как бы по дороге в Бояр не случилось какой-нибудь нудятины вроде камнепадов, оползней или бандитов. Трудно даже вообразить, что почувствовали несчастные владельцы земель, оказавшись между молотом и наковальней в лице Золотого герцога и Директора Департамента инспекции. Мне правда жаль. Но разве не чудесно, что все так дружно сосредоточились на безопасности?

— Я немного осмотрюсь в округе. Мы отправляемся через тридцать минут, верно?

— Да. Желаю хорошо провести время.

И вот, преодолев путь без происшествий, мы остановились в городе для короткой передышки. По сути, это была последняя остановка перед въездом на «платный терминал», после которой нам придется безвылазно сидеть в карете до самого Бояра. Воздух в кабине стал бы удушающим, так что мне стоило проветриться.

К сожалению, у единственного человека, которому меньше всего следовало со мной сталкиваться, возникла точно такая же мысль.

— Ирина?

— А-а, здравствуйте-е...

Ирина заскрипела, словно сломанная заводная кукла. Я наткнулся на эту девчушку, когда та в одиночестве бродила по улице. Встреться мы во время прогулки, я бы легко свернул на другую тропу, но это случилось по дороге обратно к карете. Путь был единственным, и бежать мне было некуда.

Я намеренно вернулся пораньше, предвидя подобное, но, похоже, Ирине пришла в голову та же идея. Мы на редкость синхронны... хотя подобная телепатия меня совсем не радовала.

На миг я всерьез задумался: рвануть ли мимо неё спринтом или развернуться, притворившись, будто что-то забыл, но если уж мы столкнулись лицом к лицу — столь явное бегство сделает ситуацию еще более неловкой.

«А может, так было бы даже лучше?»

Если подумать, наши отношения и так не могли стать еще более натянутыми, чем сейчас. Этот вариант казался куда предпочтительнее, чем пребывание наедине с Ириной.

Глядя на стоящую рядом Ирину, я видел, как жалко она дрожит. В глазах скопились слезы, а губы были плотно сжаты, словно она силой сдерживала рыдания.

«С ума сойти можно».

Начальник Третьего отдела, истинный виновник этого кошмара, после извинений даже не встречался с семьей графа Йоруна, зато я — тот, кого Министр распекал, а я даже не знал за что — до сих пор разгребаю последствия. Будь Ирина искушенной дворянкой, я бы хоть откупился чем-нибудь для сглаживания углов, но она всё еще невинная юная леди.

Карма Департамента инспекции поистине неисчерпаема.

......

Я едва сдержала крик. Энен, должно быть, меня по-настоящему ненавидит. Я ведь молюсь каждое божье утро и исправно приношу подношения. Это так несправедливо...

«Надо было оставаться в карете».

Я мысленно кричала от запоздалого сожаления. Удушающее чувство от пребывания в тесном пространстве с Директором Департамента инспекции; тревога от незнания того, когда он может внезапно на тебя наброситься; страх, что даже если спать лучше, чем бодрствовать, я могу как-то потревожить спящего Директора и разгневать его. Терзаемая всеми этими чувствами, я сбежала под предлогом прогулки.

Я знала, что Директор вышел из кареты раньше меня, но каковы были шансы встретить его в таком огромном городе? И всё же на всякий случай я постаралась побыстрее вернуться, но всё равно вышло вот так. Я вышла, чтобы успокоить трепещущее сердце, а сделала только хуже.

По крайней мере в карете были Луиза и Эрих — двое людей, способных защитить меня в случае опасности. К тому же Директор почти всё время спал, так что мне даже не приходилось встречаться с ним взглядом. Но я зачем-то вышла и в итоге оказалась с ним с глазу на глаз.

«Может, убежать?»

Но как? Мы встретились на узкой тропинке — куда мне идти? К тому же, можно ли показывать ему, что я явно его избегаю? Что если Директор из-за этого расстроится?

Я знаю, что невиновность нашей семьи была доказана, и мы получили извинения от Департамента инспекции. Но это ведь не значит, что ничего не было, верно? Подобно тому как на нас внезапно обрушилось то испытание, нет никакой гарантии, что оно не повторится.

Возможно, чтобы загладить свою ошибку, они планируют снова найти в нас изъян и окончательно уничтожить нашу семью. Давным-давно бывали случаи, когда Департамент инспекции фабриковал несуществующие преступления и вырезал целые роды. Если я сделаю хоть малейшую оплошность, которую они смогут использовать, за нами придут немедленно.

Что же мне делать? Как поступить?

— Ирина.

— Д-да!

Мое тело рефлекторно вздрогнуло от голоса Директора Департамента инспекции. Я никогда не стояла перед судьей, но не такое ли чувство испытываешь, когда он тебя окликает?

— Ступай вперед. Я кое-что забыл.

— А, да.

Я тупо уставилась в спину уходящему Директору, который развернулся и зашагал обратно. Забыл что-то? Из багажа у него была только маленькая сумка. И ту он оставил в карете.

Но это не моё дело. Верно, он, должно быть, купил что-то в городе. Что бы это ни было, я была искренне благодарна судьбе за то, что он это забыл. Благодаря этому я смогла спастись бегством.

— Фух...

Напряжение оставило мои ноги, и я опустилась на землю. На душе было паршиво, будто Департамент инспекции до сих пор меня терзал, а на глаза даже набежали слезы. Но я заставила себя встать и поспешила к карете. Будет худо, если Директор быстро вернется, и нам снова придется идти бок о бок.

— О, Ирина. Ты уже вернулась?

— Ага. Просто подышала свежим воздухом.

Когда я вошла в карету, Луиза тепло меня поприветствовала. Глядя на неё, я ощутила необъяснимую волну чувств и бросилась ей в объятия. Что со мной? Кажется, я сейчас снова разплачусь.

— Хе-хе, щекотно.

Она так сказала, но я была безумно благодарна ей за то, что она не оттолкнула меня — вместо этого она улыбнулась и обняла в ответ. Так тепло... Кажется, мое сердце понемногу успокаивается...

Эрих наблюдал за мной со стороны со странным выражением лица, но я на время его проигнорировала. Пожалуйста, пойми — мне было правда страшно из-за твоего родственника.

— Хорошо, что я не опоздал.

Вскоре прибыл и Директор Департамента инспекции.

«С пустыми руками?»

Вопреки его словам о забытой вещи, Директор вернулся точно в таком же виде, в каком я встретила его ранее. Неужели это была ложь? Но зачем? Почему? Неужели... он хотел уйти от меня?

«...Зачем?»

В замешательстве я обнаружила, что тупо пялюсь на руки Директора. Похоже, именно так чувствуешь себя, когда видишь, как кто-то плюет на улице, а потом подбирает мусор. Это вроде бы проявление заботы или доброе дело, но сам человек при этом кажется странным.

......

Да какого черта я мог там забыть? Это была просто отговорка, выдуманная наспех — я решил, что лучше разделиться, пока у Ирины не случился припадок. В итоге я совершил незапланированную лишнюю прогулку и вернулся к карете в самый последний момент. Едва не опоздал.

Когда я открыл дверь экипажа, то увидел Ирину, которая забилась в объятия Луизы и что-то всхлипывала. Если этого достаточно, чтобы успокоить её душу — что ж, и славно. Сиди так.

— Теперь мы едем прямиком в Бояр, верно? Ну и дикая же там глушь.

— И не говори.

Я дал дежурный ответ на жалобу Эриха. Бояр располагался на самой южной окраине и без того необъятной территории Империи. Если мерить от столицы — это было самое дальнее из Пяти герцогств. Даже я всегда брал с собой мага телепортации, когда у меня были дела в Бояре.

Трястись в карете до Бояра — это как в моей прошлой жизни отправиться в командировку на остров Чеджу на лодке вместо самолета. Будь это отпуск, я бы с удовольствием насладился поездкой. Но делать такое по работе? Нужно быть совсем поехавшим ублюдком.

Впрочем, сейчас важно не ворчание Эриха и не расстояние до Бояра, а совсем другая проблема.

«Почему она так себя ведет?»

Когда мы встретились на дороге, она дрожала, отчаянно пытаясь убраться подальше. А теперь она то и дело бросает на меня косые взгляды. Конечно, она не пялится в открытую, но в таком тесном пространстве я не могу этого не замечать. Если бы я не мог почувствовать даже взгляд простой студентки, мои четыре года службы пошли бы прахом.

Но стоило мне перевести внимание на Ирину или пошевелить рукой, на которой она особенно зациклилась, как она тут же сжималась и начинала мелко дрожать. Её реакция напоминала ребенка, который до смерти боится получить затрещину от взрослого, и это заставляло меня чувствовать себя не в своей тарелке.

«Её и впрямь нехило приложили».

Пусть я не бил её физически, её семья была основательно растерзана на государственном уровне — так что если это и была порка, то знатная. Чем больше я об этом думаю, тем больше убеждаюсь, что Начальник Третьего отдела — сукин сын. Нанести такую травму юной леди, которой полагалось бы расти жизнерадостной и светлой...

Так что я решил молча сносить необъяснимые взгляды Ирины. Учитывая удар, который Департамент инспекции нанес по дому графа Йоруна, я могу стерпеть этот легкий дискомфорт.

Стоило нам пересечь границу Бояра, как дорога до центра земель пошла быстро. Золотой герцог, в конце концов, был человеком, который посвящал себя строительству дорог с упорством ремесленника, вытачивающего идеальную форму — и всё ради процветания торговли.

— Как величественно...

На слова Луизы, глядящей в окно, и Эрих, и Ирина согласно кивнули. Величественно — не то слово. Будучи одним из главных экономических узлов Империи, регион поражал уровнем развития.

Конечная точка всех дорог, пронзающих Бояр; исполинский порт, где швартуются корабли со всей Империи и континента; Золотой город, где обитает Золотой герцог — сам властелин золота. Можно было бы задаться вопросом, уместно ли столь громкое звание «Золотого города» для любого другого места, кроме столицы, но...

Так или иначе, мы прибыли в Пукопе — сердце герцогства Бояр и один из Десяти Великих Городов Империи.

«Долго же мы добирались».

Наконец-то я смогу сбежать от этой удушающей тишины в компании Ирины.

Я бросил мимолетный взгляд на Ирину: она, как и Луиза, приникла к окну, с изумлением любуясь пейзажами Пукопе. Рад, что она выглядит счастливой. По крайней мере, во время этой поездки я постараюсь лишний раз не попадаться тебе на глаза.

Зрелище из более чем сотни карет, одновременно стягивающихся к одному курорту, впечатляло само по себе, но тот факт, что один комплекс смог вместить весь этот караван, сохранив уйму свободного места, поражал еще сильнее. На строительство этой махины явно не поскупились. Теперь понятно, почему они стерли логово Кракена с лица земли сразу же, как только его обнаружили.

«Школьные поездки отныне точно будут проходить только в Бояре».

Маргета говорила, что это лишь вероятно, но при таком размахе слово «вероятно» излишне — это свершившийся факт. Даже тот, кто умеет печатать деньги, не станет возводить нечто столь грандиозное ради разовой акции.

Так или иначе, роскошь здесь царила неописуемая. Хотя я не мог гарантировать, как долго мне позволят здесь пробыть.

«Интересно, будет ли жизнь на корабле сносной?»

У меня была миссия: воссоединить Крошку Кракена, неспособного выжить в одиночку в этом суровом мире, с его родителями. Ради этой цели мне предстояла морская игра в салки. Пока я не поймаю тварь, о курорте можно забыть — я даже не знал, когда снова ступлю на твердую землю.

И всё же, раз Кракен затаился в прибрежных водах, его уничтожение было единственно верным решением. Оставь мы его в покое, и высунься он на пляже, где плещутся студенты, — худшей катастрофы и не придумаешь.

— Старший! Идем внутрь!

— Да, иду.

Луиза, входившая в здание вместе с нашей группой, жестом позвала меня, пока я плелся позади. За мной закрепили номер, так что стоит бросить вещи и поскорее убираться в казино.

Отправиться в игорный дом сразу по прибытии на курорт... Без контекста, судя лишь по внешним признакам, я выглядел бы как законченный дегенерат. Но, по удачному стечению обстоятельств, пришло время внести очередной вклад в Имперский банкомат, так что мне в любом случае нужно было перекинуться в картишки.

«Я и впрямь пропащий человек».

Первое, что я делаю на курорте — иду играть; от осознания этого стыд сжимал мне грудь.

В отличие от студентов, мне выделили одноместный номер. Хотя я понятия не имел, когда смогу им воспользоваться. Несмотря на статус «одноместного», номер оказался просторным и роскошным. Разумеется, я всё еще не знал, доведется ли мне здесь поспать.

— Мой номер неподалеку. Пожалуйста, помните об этом, сэр Карл.

— Я запомню.

Среди всей этой суеты Маргета, провожавшая меня до дверей, также сообщила, где расположились её покои. Страшно даже представить, на что именно она рассчитывала, делясь этой информацией, но я принял её к сведению. Раз я пообещал зайти, когда выкрою время, сама она вряд ли явится ко мне первой.

Едва я успел мало-мальски разобрать вещи и направить стопы к казино, как меня встретили гвардейцы, словно караулившие у входа. Казалось, задержись я хоть на минуту — и меня бы потащили туда силой.

— Добро пожаловать. Его Превосходительство дожидается вас.

— Уже? Стало быть, я припозднился.

— Его Превосходительство занят делами в казино с самого утра, так что он прибыл заблаговременно. Пожалуйста, не беспокойтесь об этом.

То, что у герцога могут быть дела в казино, звучало странно, но я решил не вникать. Вероятно, он согласился сделать взнос в «банкомат» в обмен на получение контрактов на инженерные проекты от Императора. Чтобы просадить всю оговоренную сумму, ему пришлось бы торчать здесь с рассвета.

Следуя за стражником, я миновал залы казино — хаотичное сплетение безумия, восторженных воплей и отчаянных стонов — и направился в VIP-ложу. Сколько бы раз я ни бывал в подобных местах, привыкнуть к этой атмосфере было невозможно.

— Он внутри. Хорошо провести время.

— Благодарю за службу.

То, как стражник удалился, не оглянувшись, стоило нам дойти до дверей, выдавало безупречную выучку. Впрочем, он охранял место, где за считанные мгновения из рук в руки переходили сотни золотых — было бы странно, если бы подготовка хромала.

Тук-ту—

— Ваше Превосходительство, это Директор Департамента инспекции.

— Ты здесь? Заходи.

С позволения Золотого герцога я открыл дверь и застал троих игроков и одного дилера. Золотой герцог с его благородной проседью и неизменной сигарой, и Командир Магического корпуса герцогства Бояр, крутивший в руках карты, пока его посох покоился у кресла.

«А это еще кто?»

Последний человек был мне незнаком. Судя по обстановке, он имел прямое отношение к уничтожению Кракена.

— Присаживайся.

— Благодарю, Ваше Превосходительство.

Стоило мне занять место, как дилер раздал карты. Я проверил руку — это был не просто плохой расклад, это был сущий мусор.

— Каков начальный взнос?

— Одна Большая серебряная монета.

— Понял.

Я и так планировал сегодня «сделать вклад», но при виде жестокой настойчивости Золотого герцога начать с Большого серебра (каждое стоимостью в сотню обычных монет) я невольно скрипнул зубами. Неужели нельзя было начать с обычного серебра?

С тяжелым сердцем я выложил на стол пятьдесят Больших серебряных монет и тут же подвинул одну в качестве анте. Пятьдесят Больших серебряных... пять золотых... сегодня кровопускание будет болезненным.

— Ах, сейчас сообразил: вы ведь раньше не встречались.

Золотой герцог скользнул взглядом по Большим серебряным монетам, служившим фишками, и заговорил непринужденно.

— Это Командующий 2-м флотом. В последнее время он занят больше всех.

Так вот кто этот человек — тот самый, что бороздил моря с Магическим корпусом, прочесывая каждую пядь воды в поисках Кракена. Это объясняло его присутствие. Я слегка кивнул в знак приветствия, и Командующий ответил мне улыбкой.

— Нам предстоит совместная работа, так почему бы не познакомиться поближе? Карты чудесным образом сближают людей.

— Верно. Ценю вашу заботу, Ваше Превосходительство.

Обычно чем больше карт сдают в азартной игре, тем сильнее портятся отношения, но собравшиеся здесь не гнались за выигрышем. Казалось, встречу назначили лишь для того, чтобы обсудить дела в неформальной обстановке перед началом операции.

— Зона его активности постепенно расширяется.

Пока мы вели быструю партию, небрежно бросая фишки на стол, Золотой герцог затронул суть дела. Расширение территории — плохие вести. Тварь и без того была неуловима.

— И он проводит всё меньше времени на поверхности. Кажется, он научился терпеть под водой.

— Удивительно. Кракены обычно спят и видят, как бы всплыть, стоит им завидеть людей.

— Должно быть, он перенес тяжелую травму. Ошибкой было не прикончить его одним ударом вместе со всеми.

Для морского существа тактика «жди врага у себя» была естественной, но Кракены — эти исполинские задиры — обладали почти инстинктивной тягой вырываться на поверхность, атаковать корабли и людей, а затем неспешно исчезать. И чтобы такой Кракен, стиснув зубы, отсиживался в глубине, попутно захватывая новые земли?

«Хитрый мелкий выродок».

Казалось, интеллектом он не уступает Гоми из подземелья. Или Онги? Что-то с «нг», короче.

— Нанести Кракену решающий удар и раньше было непросто — теперь же задача усложнилась в разы.

Я молча кивнул. У Магического корпуса герцогства хватило бы огневой мощи, чтобы раздавить не одного Кракена. Проблема в том, что врага нужно видеть, а он, как постоянно подчеркивал Золотой герцог, не желал выходить на свет божий. Даже когда его находили и заставляли всплыть, он тут же погружался обратно, не давая времени на полноценную атаку.

Вот почему Золотой герцог нанял именно меня. Я был единственным, кто способен нанести смертельный урон в то ничтожно короткое мгновение, когда цель оказывается на виду. Конечно, если поискать, нашлись бы и другие, но раз я по удачному стечению обстоятельств приехал в Бояр, он счел это идеальным моментом.

— Вы не представляете, какое облегчение я испытал, узнав о твоем приезде. Слава богу, моим подданным больше не придется страдать.

Золотой герцог звучно рассмеялся, являя собой образ благодетельного правителя, но его рука, беспощадно поднимавшая ставку, была по-настоящему свирепой. Уж не так ли он намекал, что свою часть договора он озвучил, а теперь мне пора раскошелиться и проваливать? Сукин сын.

— Забота Вашего Превосходительства о подданных столь велика, что я могу лишь гадать, как счастливы жители Бояра.

Я с легким смешком выставил всё оставшееся Большое серебро. В конце концов, Золотой герцог и впрямь заботился о своих людях.

Незначительная заминка заключалась в том, что его милосердие к каждому конкретному человеку рождалось не из искреннего сострадания, а из прагматичного расчета убытков — суммы компенсаций, которые пришлось бы выплачивать семьям, если кто-то погибнет на стройке или в бою.

И всё же, лорд, для которого выплата пособий семьям погибших была делом само собой разумеющимся, входил в топ 1% лучших правителей.

Я в один миг спустил все пятьдесят монет и покинул ложу. До самого финала он сдавал мне исключительно мусорные руки. Черт побери, дай мне хоть раз выиграть.

«Завтра в полдень».

Истребление Кракена начнется завтра, так что мне велели сегодня как следует отдохнуть, а завтра к двенадцати прибыть в порт. Ого, мне хотя бы удастся разок поспать в курортном номере.

Только я собрался выйти из казино со странным чувством, будто обрел удачу в несчастье, как взгляд наткнулся на знакомую фигуру.

«Какого...»

Разум твердил, что это определенно тот самый человек, но сердце отказывалось в это верить. Нет, стойте — ему вообще позволено здесь находиться?

Я осторожно направился к беловласому юноше, который заметно выделялся в толпе, собравшейся у рулетки. Чем ближе я подходил, тем сильнее крепла уверенность — это он.

— Таниан.

— Ах, Брат?

Ты-то что здесь забыл?

— Как неожиданно. Никогда бы не подумал, что встречу вас здесь, Брат.

— Это...

Зачем ты говоришь мои слова?

Будь он обычным священником, я бы подразнил его на тему того, пристало ли клирикам ошиваться в притонах, но он не был обычным священником — он был Кандидатом в Святые. Это заставляло меня взвешивать каждое слово. Один неверный шаг — и я попаду в черный список Государства Святой Церкви и закончу свои дни в отлучении.

Но серьезно, какого черта?

— Ах, полагаю, мое присутствие вызывает у вас больше любопытства, нежели ваше у меня, Брат.

Таниан, должно быть, заметил мой вопросительный взгляд, так как ответил со слабой улыбкой. Хотя лучше бы он завязывал с этим «Брат», хотя бы сейчас. Слышать такое в казино — серьезный когнитивный диссонанс.

— Господь наш учил нас не отворачиваться даже от самых мрачных мест. Будучи слугой, следующим воле Энена, я не вправе выбирать лишь удобные и приятные обители.

Говоря это, Таниан сложил ладони в жесте почтения, который поистине подобал Святому. Если не брать в расчет вращающееся на фоне колесо рулетки.

— Даже в местах, где скапливаются всевозможные порочные желания, есть те, кто достоин Господних наставлений и милосердия. В этом мире нет уголка, не заслуживающего Его благодати.

— Ясно.

Короче говоря, посыл был таков: в казино собираются люди, люди достойны следовать воле Энена, стало быть, его присутствию здесь ничто не мешает.

...Ну, раз он так говорит, то и ладно. Если вдуматься, в этом есть определенная логика. Я бы, пожалуй, только зря измотал себя переживаниями на этот счет.

И тут у рулетки раздались радостные возгласы и крики. Мы с Танианом одновременно перевели взгляд на стол.

— Ох, какая жалость.

— ........

Я молча закрыл глаза на разочарованный шепот Таниана.

Этот ублюдок не просто смотрит — он на самом деле делает ставки.

Король рулетки Таниан и не думал останавливаться. А не останавливаться в его случае означало лишь то, что он не достиг той степени удовлетворения, когда пора обналичивать выигрыш и уходить. Только на моей памяти он прокрутил колесо раза четыре — сколько же он уже успел спустить?

Я начал всерьез беспокоиться. Если я застал четыре раунда, то страшно представить, сколько он сыграл до моего прихода. Самым печальным было то, что даже при всём этом сумма, которую просадил Таниан, не составляла и десяти процентов от того, что я только что отдал Императорской семье.

— Хватит уже. Священнику не к лицу заниматься подобным.

— Всё в порядке. Я лишь слегка развлекаюсь.

«Слегка»? Неужели я всё это время неправильно понимал значение этого слова?

— Брат. Азартные игры презирают именно за то, что они заставляют ставить всё на кон ради сомнительного шанса.

— Если ты это знаешь, почему не бросишь?

То, что этот ублюдок всё понимал, но продолжал ставить, делало ситуацию только хуже.

Однако на мой выпад Таниан лишь мягко улыбнулся и покачал головой.

— Я ставлю не на шансы. Я лишь плачу деньги, чтобы насладиться этой мимолетной надеждой на мгновенное обогащение и азартом игры.

— Что за...

«...бред собачий».

Тот факт, что я не договорил эту фразу, был последней крупицей благоразумия, удерживавшей меня от отлучения от церкви.

— Разве вы не тратитесь, когда ходите в театр или кафе? Я просто потратил деньги на игру ради краткого мига удовольствия.

Не обращая внимания на мои мысли, Таниан завершил свою безумную тираду и пожал плечами. Я тупо уставился на него. Не знай я, что этот тип — Кандидат в Святые из Государства Святой Церкви, я бы принял его за проповедника какого-нибудь нового культа. Этот парень — будущий Святой?

Нет, может, он просто безумец, который вошел в «режим наслаждения»? Впрочем, если вдуматься, его слова в чем-то имели смысл.

Словно одержимый, я подошел к столу и умудрился сжечь еще 5 Больших серебряных монет, прежде чем вернуться на курорт вместе с Танианом. Мне нужно было оставить в кассе пятьдесят, но я оплатил еще и дополнительный «налог». Я и не ждал выигрыша, но и представить не мог, что пролечу абсолютно по всем ставкам.

— Брат, кажется, удача к вам тоже не особо благоволит.

— И не говори.

Будь я везунчиком, я бы в принципе не торчал в Академии с вами всеми.

Стоило нам войти в здание, как на глаза попались студенты, снующие туда-сюда. Курорт был настолько велик, что они, скорее всего, просто изучали интерьер. Даже в вестибюле хватало зон для отдыха и кафе — страшно представить, какими были специально спроектированные развлекательные площадки.

— О, неожиданное сочетание.

Услышав голос Таниана, я проследил за его взглядом и увидел Луизу и Маргету, сидящих вместе. Действительно, сочетание необычное.

Лица обеих девушек лучились радостью. Учитывая, как недавно Луиза всхлипывала после основательной «взбучки» от Маргеты, это было ничем иным, как драматичным восстановлением отношений. Хотя, если честно, Маргета никогда не питала к Луизе вражды, да и Луиза не испытывала к ней неприязни — она её просто до смерти боялась.

— Ах, старший! Таниан!

Заметив нас, Луиза позвала к столу, а Маргета слабо улыбнулась и помахала рукой.

— Подойдем?

— Идем.

Я кивнул на слова Таниана. Спешных дел у нас всё равно не было, так что бежать не было смысла. Я на всякий случай огляделся — Ирины поблизости не было. Можно смело присоединяться.

Когда мы подошли, Луиза и Маргета подвинулись, освобождая место. Я тактично сел рядом с Маргетой, а Таниан с довольным видом пристроился подле Луизы. Я услышал тихий смешок Маргеты. Быть может, это и есть то самое величайшее счастье для величайшего числа людей?

Затем Луиза, переводившая взгляд с меня на Таниана и обратно, склонила голову и заговорила.

— Кажется, я впервые вижу вас двоих вместе.

Подобно тому, как мне показался любопытным дуэт Луизы и Маргеты, Луизе наш с Танианом союз тоже был в новинку. Справедливости ради, я редко ходил куда-то наедине с Танианом — да и вообще с кем-либо из членов клуба по отдельности.

— Мы случайно столкнулись снаружи. Мы не собирались выходить вдвоем.

— Правда? Если там так интересно, что даже Таниан немедля туда отправился, должно быть, это веселое место!

«Ах».

Черт.

При звуках голоса Луизы, исполненного невинного восторга и предвкушения, в моей памяти всплыл недавний разговор.

[«Лучшее казино континента?»]

[«Всё же там полно и других развлечений, так что не переживай об этом».]

Это проблема. Тогда я и не подозревал, что сам рвану в казино в первый же день поездки.

Я невольно покосился на Таниана: он улыбнулся и кивнул. Верно, тебе тоже не улыбается засаживать в голову Луизы образ чудаковатого священника, пропадающего в игорных домах. Надеюсь, ты меня прикроешь.

— Я был в казино. Там же я встретил Брата.

«Нет, черт возьми, я посмотрел на тебя не ради того, чтобы ты это выпалил».

Луиза вздрогнула и посмотрела на меня с натянутой улыбкой, а я ощутил на себе прожигающий взгляд Маргеты сбоку. По затылку пробежал холодок.

— У меня там была назначена встреча. К тому же там безопаснее, чем во многих других местах.

Казино кишело охраной, которая оберегала поглощаемые средства и пресекала выходки клиентов, не сумевших смириться с резкой потерей капитала. Уровень защиты и безопасности там был поистине колоссальным. Не зря ведь Золотой герцог предложил встретиться в VIP-зале.

Так что моя единственная вина — в том, что я пришел, когда позвали. Когда я посмотрел на неё взглядом, полным невинности, Луиза, кажется, успокоилась.

— Таниан, ты тоже ходил на встречу?

— А, я пошел, потому что слышал, что это место знаменито.

Его вопиюще честное признание, казалось, лишило Луизу дара речи. Когда кто-то говорит с такой уверенностью, мозг принимает это как: «ну, в теории такое возможно». В конце концов, со мной было точно так же.

— Как может слуга, следующий воле Господней, выбирать, куда ему идти? В том месте тоже собираются Его дети.

Когда он начал тараторить ту же ахинею, что втирал мне, лицо Луизы приняло отсутствующее выражение, и она лишь кивала. Это звучало как откровенная отмазка, но обладало странной убедительностью именно потому, что это говорил Кандидат в Святые.

— К тому же там было весело. Я так увлекся, что проиграл порядочную сумму.

Беда лишь в том, что он сам же растоптал свою убедительность, добавив лишние детали. На это непринужденное заявление о гэмблинге Луиза и Маргета ответили неловким смехом и покашливанием.

— Я-ясно... Это, должно быть, было тяжело.

Луиза выдала двусмысленный ответ, неуверенно оглядываясь. Она явно мучилась, не зная, как реагировать на такое признание.

Сказать: «В следующий раз повезет»? Значит подтолкнуть его снова идти в казино. Сказать: «Бывает, не переживай слишком сильно»? Священник, наслаждающийся азартными играми, — это не то, что «просто бывает». Мне оставалось только посочувствовать Луизе, угодившей в этот капкан неловкости.

— На самом деле, Брату тоже несладко. Он проиграл не меньше моего.

— А?

— Чего?

«Ах ты ж ублюдок».

Благие намерения Таниана обернулись против меня, и две пары глаз впились в мое лицо. В их взглядах читалось сомнение и чувство предательства: разве я только что не плел про служебную встречу?

— Младший. Не мог бы ты уточнить, сколько спустил сэр Карл?

— Если не ошибаюсь, пять Больших серебряных монет.

Услышав о сумме, которую я выложил сверх «налога», Маргета на миг замолчала, а затем всем телом развернулась ко мне.

— Сэр Карл. Нам нужно серьезно поговорить.

— А, да.

Взгляд Маргеты заметно посуровел.

......

Это серьезно. Такого я никак не ожидала.

«Я планировала доверить финансы Карлу после нашей свадьбы».

Будущее, которое я считала незыблемым, начало давать трещину. Ведь это Карл — человек, работавший в Министерстве финансов и даже в Департаменте инспекции. Я была уверена, что в вопросах управления деньгами он смыслит куда больше моего.

«Что же мне делать!..»

Я знаю, никто не идеален. Я понимала, что у Карла могут быть изъяны, которых я еще не видела, и твердо решила с улыбкой принять любой его недостаток. Но из всего на свете — азартные игры... Это чересчур. Его единственный изъян оказался непомерно велик.

Разумеется, я слышала, что Карл скопил приличное состояние, да и графский дом Красиус, который он унаследует, был почтенным родом воинов с землями близ столицы. О герцогстве Баренти и говорить нечего. Немного гэмблинга... с ресурсами Баренти мы могли бы скупить хоть десяток казино и подарить их Карлу.

Но я не могу так поступить. Если Карл станет отцом с игровой зависимостью, это ударит по нашим детям. Они могут начать презирать собственного папу. Такого нельзя допустить. Категорически.

— Сэр Карл.

— Да, Мар.

То, как Карл ответил, едва подняв глаза, ранило мне сердце, но в этом вопросе я не могла пойти на компромисс. Ради нашего с Карлом счастливого будущего, ради будущего наших детей, я обязана проявить твердость. Сейчас не имело значения, просадил ли он несколько серебряных или золотых, но кто знает, что будет дальше.

— То, что сказал мой младший соученик — правда?

— Да...

Я крепче сжала веер. Это был последний шанс отшутиться или всё опровергнуть, но он признался. Что ж, я ценю его честность, за то, что он не стал лгать...

Нет, стойте. Всё не так.

— Сэр Карл. Дворянин обязан блюсти достоинство. Даже в трудные времена нужно идти по пути добродетели, а не уповать на удачу.

Я прекрасно знала, какое безумие творится в казино. Знала, какой сброд там собирается. Гнусное, низкое место, недостойное аристократии. Было странно уже то, что столь исполинское казино столь нагло высится в городе, где живет Золотой герцог. Он ведь был по-настоящему благородным человеком.

Но если Золотой герцог принимает сомнительные решения, это не значит, что и Карлу следует сбиваться с пути. Несмотря на окружение, двигаться вперед твердо и величественно — становясь примером для всех. Вот что значит быть дворянином.

— Я верю, что сэр Карл — безупречный дворянин.

— Ваши слова льстят мне.

— И вы останетесь таким и впредь.

Я осторожно протянула свой мизинец к Карлу. Только так я смогу успокоиться.

— Мое мнение о вас никогда не изменится, но не мог бы сэр Карл пообещать мне одну вещь?

Обещание больше туда не ходить.

......

Я опешил, глядя на протянутый мизинец Маргеты и её губы, плотно сжатые от напряжения. Нет у меня никакой зависимости от игр или чего-то подобного. Только что я просто попался на провокацию и потерял голову.

Но каковы бы ни были обстоятельства, фактом оставалось то, что сегодня я крутил рулетку. Даже я понимал: слова вроде «это было только один раз» прозвучат как жалкое оправдание конченого игромана.

«Но я не могу туда не ходить».

Прости, Маргета, но у меня не было выбора — казино придется посещать и впредь. Там мне выдадут награду за успешное уничтожение Кракена, да и потом придется заглядывать, чтобы внести или забрать средства.

Объясни я ситуацию Маргеты, она бы наверняка поняла, но то, что казино Бояра — это Имперский банкомат, было не просто секретом полишинеля, а секретной информацией государственной важности.

В казино стекаются туристы со всего континента. Если поползет слух, мол, «ваши проигрыши укрепляют военную мощь Империи» — казино тут же прогорит, а Император лично выследит и прикончит того, кто распустил язык.

— Сэр Карл?..

Пока я колебался, голос Маргеты дрогнул. Её глаза увлажнились, и она стала похожа на брошенную женщину, которая только что узнала, что её возлюбленный — безнадежный азартный игрок.

«С ума сойти можно».

Делать нечего. Просто буду впредь осторожнее, чтобы не попасться.

Когда я наконец тихонько сцепил свой мизинец с её, Маргета просияла. Сидящая напротив Луиза с облегчением выдохнула, а Таниан негромко захлопал, радуясь благополучному исходу.

Неужели честность считается добродетелью у священников Церкви Рассвета? Вот же сукин сын. Сделай он подлянку со злым умыслом, я бы его хоть в море искупал, но ведь он сделал это без тени задней мысли.

Казалось, в голове Маргеты вот-вот начнутся титры какой-нибудь драмы «Карл: Апокалипсис азарта». Сцену удалось остановить в самый последний миг, буквально на грани.

Когда я осторожно сцепил свой мизинец с её, она сжала его изо всех сил. Должно быть, подумала, что я могу передумать и снова отстраниться.

«Надо же было попасться именно на этом».

Сердце ныло от этого ужасного недоразумения. Неужели то же самое чувствовали чиновники, когда их назначали тайными ревизорами, и они были вынуждены покидать столицу, не имея права обмолвиться и словом даже родным? Проблема бы решилась, расскажи я ей секрет казино, но об этом мне было строжайше запрещено говорить.

Если она снова застукает меня в казино, её будет трясти от чувства предательства. Я бы не удивился, увидев, как Маргета в слезах пытается отсечь мне голову.

— Таниан, ты тоже никуда не уходи — будь с нами. Тут, говорят, много отличных мест.

— Разумеется. Я зашел в казино лишь мельком глянуть. Не похоже, что это место стоит посещать дважды.

Я слышал, как Луиза и главный виновник беседуют рядом. До сих пор я полагал, что «дьявольским языком» обладает Рютис, но, возможно, я поспешил с выводами. Похоже, в клубе все с «сюрпризом», просто я еще не всех успел раскусить.

Никогда не угадаешь, есть ли у человека жало в языке, пока не испытаешь это на своей шкуре. Как тот кот Шрёдингера, чей статус не подтвержден до момента наблюдения, или принц в ларце...

Я попытался было покоситься на Таниана, но Маргета предупреждающе кашлянула, и я послушно уставился перед собой.

— Завтра мы планируем пойти на пляж. Вы пойдете с нами, сэр Карл?

— Ах, приношу свои извинения. Со завтрашнего дня я буду занят делами, которые заставят меня отлучиться.

Лицо Маргеты, только-только расплывшееся в улыбке, снова окаменело. Время для заявления я выбрал хуже некуда. Стоило сказать об отъезде пораньше.

Успокаивать Маргету, которую колотило от мысли, что я возвращаюсь за игорный стол, оказалось труднее, чем я предполагал.

......

На следующий день я завершил все приготовления к этой морской прогулке с неопределенным сроком возвращения.

[— Буду молиться о вашем благополучном возвращении.]

Виллару я тоже сообщил, что с сегодняшнего дня буду отсутствовать. Я объяснил это служебной необходимостью, так что расспрашивать он не стал. К тому же он еще до приезда в Бояр хвастался, что всё уладит сам, лишь бы я не вмешивался — это дарило мне покой. Было бы в мире десять Вилларов...

Членам клуба я тоже велел обращаться к нему, случись какая беда, так что ничего запутаться не должно.

«Ведь так?»

Вряд ли они забудут об этом или проигнорируют, раз уж я назвал его имя прямо. Пожалуйста, будем надеяться, что сам Виллар не убредет куда-нибудь, не поставив никого в известность.

Рютис, дальний начальник Виллара, всё еще вызывал у меня опасения, но сейчас мне оставалось лишь доверять. Я не фанат молитв, которые полагаются сугубо на удачу, но какой у меня выбор?

— Вы прибыли?

В порту меня тепло встретил Командир Магического корпуса. Каравелла, видневшаяся за его спиной, судя по всему, была тем самым военным судном, на которое мне предстояло полагаться. Каравеллы идеально подходили для быстрых перемещений с минимальным экипажем. И их здесь было целых три.

— Мы готовы к отплытию. Вам нужно лишь взойти на борт.

— Капитан, должно быть, начал подготовку заранее.

— Он сказал, раз на борту будет Директор, он обязан выложиться на полную.

Я негромко рассмеялся на полушутливое замечание Командира и поднялся на борт флагмана. Тот, кто привык командовать галеоном, внезапно возглавив каравеллу, явно прибыл пораньше, чтобы освоиться.

— Мы подготовили то, что вы просили.

— Ах, благодарю.

— Пустяки. Но этого действительно будет достаточно?

Я кивнул на его обеспокоенный вопрос. Поймать нечто, что выныривает лишь на миг, а затем снова исчезает в пучине, мечом или кулаками было бы трудно. Мне нужно было прикончить тварь в то самое мгновение, как она покажется.

— Да, этого хватит.

Оказавшись на борту, я заметил три копья, прислоненных к поручням среди магов, занявших свои посты. Идеальная форма для метания — то, что нужно. Я специально попросил с запасом на случай промаха.

— Главное — когда мы его обнаружим.

Вопрос стоял не в том, поймаем мы его или нет. Вопрос был во времени.

— Возможно, он почуял прибытие того, кто способен его убить, и забился еще глубже.

— Ха-ха, если он настолько умен, нам остается только смириться.

Я рассмеялся, отвечая на шутку Командира корпуса. Так он выразил надежду на слаженную работу. И впрямь, обладай монстр подобным самосознанием и интеллектом, затяжные прятки стали бы неизбежны.

Если вдуматься, это та самая тварь, которая ушла на дно, едва завидев, как её родителя превращают в вареного кальмара. Интеллект — не интеллект, а инстинкт самосохранения у неё железный.

«Надеюсь, я не накаркал».

Это было бы скверно.

......

Есть такое место — Изумрудный пляж. Его прозвали так, потому что море там сияет подобно изумруду; название простое и незамысловатое, но, кажется, более подходящего не найти.

Сотрудник курорта сказал, что это место из разряда тех, что обязан посетить каждый в Бояре, так что мы решили отправиться туда. Изначально с нами должна была пойти и Княжна, но старший был занят... Даже Ирина в итоге не пришла. Я хотела посмотреть на океан вместе с ней, раз уж она тоже его никогда не видела.

— Без Куратора как-то пустовато.

— Никогда бы не подумал, что он будет впахивать даже здесь.

Когда Латер пробормотал это, Эрих, стоявший рядом, согласился. В самом деле, я не ожидала, что старший будет носиться туда-сюда по делам даже в Бояре. И всё же это учебная поездка — не лучше ли было бы ему отдохнуть в кои-то веки?

— Будем считать, что мы ведем разведку боем. Он сказал, что может закончить пораньше, тогда-то мы его сюда и приведем, верно?

Я неосознанно кивнула на слова Рютиса. Во время прошлого пикника старший проверил место заранее, так что давайте на этот раз это сделаем мы. Вряд ли он проведет всю поездку вне курорта.

Оставив сожаления позади, мы направились к Изумрудному пляжу. Верно, если место окажется разочаровывающим, мы лишь зря потратим драгоценное время старшего. Посмотрим сами, и если оно того стоит — приведем его. Так будет лучше для всех.

— Как красиво. Словно дар небес.

— Да, дух захватывает...

И когда мы прибыли на берег, перед нами раскинулся вид столь прекрасный, что даже обычно молчаливый Таниан воскликнул от восхищения. До приезда я думала, что море будет просто зеленым, но увидев его вживую, я поняла — в нем есть нечто особенное. Оно определенно отливало зеленью, но было в нем и нечто большее.

Даже три корабля, проходившие вдалеке, казалось, сияли, гармонируя с этим пейзажем, напоминавшим картину. Поистине красиво...

Я непременно хочу показать это старшему. Уверена, ему понравится. Раз нам было так хорошо вместе любоваться вишневым цветом, то и такое море должно его порадовать. Когда этот миг настанет, надеюсь, Ирина и Княжна тоже смогут пойти с нами.

......

Это чертово море, цветущее водорослями, раздражает меня тем сильнее, чем дольше я на него пялюсь.

Отчалив в полдень, мы на приличной скорости прочесывали зону обнаружения Кракена, но результата пока не было. Разумеется, я и не чаял найти его в первый же день, но болтаться без дела в открытом море тоже было сомнительным развлечением.

Командир Магического корпуса, живший в море еще до моего приезда в Бояр, уже выдохся и валялся на палубе, пытаясь перевести дух. Это вообще можно назвать отдыхом? С виду он больше походил на бездыханное тело.

— Есть ли какие пожелания, Ваше Превосходительство?

— А, Капитан.

Пока я разглядывал Командира, смахивавшего на труп, подошел капитан, чтобы справиться о моем самочувствии. Поскольку навигатор и рулевой справлялись сами, он выкроил минутку для беседы. Я как раз подумывал, что еще не поприветствовал его как следует, так что момент был идеальным.

— О каких пожеланиях речь? Я так засмотрелся на пейзаж, что ни о чем другом и не помышлял.

— Вот как? Рад слышать. Командир всегда доходит до такого состояния, едва ступит на палубу, так что я начал было беспокоиться, не заржавело ли мое искусство управления судном.

— Магу трудно подстроиться под уклад морских волков.

— Ха-ха-ха! Истинная правда!

Капитан удовлетворенно кивнул на мои слова, которые по сути значили «он просто слабак». Его наверняка подтачивала мысль, что, считая себя лучшим рулевым, он доводит пассажиров до столь плачевного вида. Мое признание, что его вины в этом нет, явно подняло ему настроение.

Должно быть, мой «рейтинг одобрения» немного подрос после того, как я подыграл моряку, потому что капитан, облокотившись на перила рядом со мной, тоже уставился на зеленое море.

— Это гордость Бояра. В наших краях найдется немало тех, кто готов жизнь отдать за это море.

— Вот как? Оно безусловно красиво, тут не поспоришь.

Хотя я бы не торопился отдавать за него жизнь. Может, я слишком сухопутный для таких тонких материй?

— Оно не просто красиво. Буду честен — уловы здесь колоссальные. Благодаря этому, как говорят, с древнейших времен многие уходили в это море, полагаясь лишь на хрупкие лодчонки.

А, в таком случае — мое почтение. С точки зрения прибрежного жителя, рыбное место, гарантирующее сытость, вполне стоит того, чтобы назвать его смыслом жизни. Хотя современный Бояр выживает отнюдь не одной только рыбной ловлей.

Я глянул на капитана: он смотрел на воду подернутым дымкой взглядом. Хотя преданность жителей Бояра рыбалке — дело далекого прошлого, похоже, у него были предки, положившие жизни в те стародавние времена.

— И жизни тех людей забирало вовсе не небо и не шторм. Это был Кракен.

Так вот к чему он клонит.

— Тогда Кракен был непреодолимым бедствием.

— Слышал. В свое время его даже почитали как морское божество, не так ли?

— Ха-ха, хотя «божество бедствий» подошло бы больше.

После краткого молчания капитан перевел взгляд на далекую береговую линию.

— Сегодня Кракен — не более чем досадный монстр. Но для обычных жителей это всё еще напасть, способная разрушить их повседневный быт.

— Его Превосходительство Золотой герцог был глубоко обеспокоен тем, что покой подданных может быть нарушен.

— Да, он поистине замечательный человек. Раз озаботился даже жизнями тех, кто находится на самом низу.

Словно вспомнив о чем-то, капитан сменил мечтательный взгляд на смесь пустоты и ярости. Похоже, тот, кто отдал жизнь морю, был не каким-то далеким пращуром, а близким кровным родственником. И случилось это не по его воле.

— И когда я узнал, что вы, Директор, приняли просьбу Его Превосходительства, я, признаться, был счастлив.

— Не стоит благодарности. За эту работу полагается достойная награда.

На это капитан лишь хмыкнул и покачал головой, будто материальное было вторично.

— Для тех, чей покой охраняется, это не имеет значения. Важен результат.

— Надеюсь, многие жители смогут насладиться этим результатом.

— Это будет несложно.

С этими словами капитан указал в сторону побережья. На зеленой глади моря проступила черная тень, постепенно становясь темнее и плотнее.

О, а он легок на помине.

— К тому же, Директор, там есть кое-кто, кому вы очень нужны.

При этих словах я присмотрелся к берегу внимательнее и заметил крохотную точку, похожую на человека, сидящего на песке. Надо же было выбрать момент.

Постойте... или раз эта тварь показывается только после ударов магией по воде, тот человек на берегу — приманка?

Я негромко цокнул языком, и капитан протянул мне одно из копий, прислоненных к поручню.

— Полагаюсь на вас.

— Разумеется.

Мне бы тоже не хотелось допустить жертв из-за подобной чепухи.

(ПП. Небольшое изменение, может не будет критичным. Раньше воспоминания обозначал так: [«текст»], но теперь буду так (-), через короткий дефис)

Я и не ожидала, что в конечном итоге буду бродить здесь в полном одиночестве, проделав такой долгий путь. Впрочем, я сама в этом виновата.

- Разве мы не можем пойти вместе? Говорят, там очень красиво...

- Прости. Я слишком долго тряслась в карете и до сих пор неважно себя чувствую.

- О-о-о, тогда, может, погуляем вместе, когда тебе станет получше?

Вчера за обедом я спровадила Луизу, сославшись на то, что мне вряд ли станет лучше в ближайшее время.

Даже простой отказ Луизе оставил горький осадок в душе. Видя её поникшее лицо, мне хотелось немедля согласиться, но мысль о том, что рядом с Луизой я неизбежно наткнусь на Директора Департамента инспекции, мигом убила этот порыв.

Если Директор будет поблизости, даже Изумрудный пляж наверняка покажется мне берегом, залитым кровью. Прости, мне правда очень жаль, Луиза. Я тоже хочу быть с тобой, но здесь это кажется невозможным.

Поэтому сегодня, узнав, что Луиза ушла, я в одиночку отправилась в другое место. Было бы расточительством проделать такой путь и просто сидеть взаперти.

«Здесь и впрямь красиво».

Я издала тихий вздох восхищения, чувствуя себя так, будто взираю на гигантский изумруд. К счастью, море было бескрайним, поэтому зоны, относящиеся к Изумрудному пляжу, растянулись на многие мили. Пока я избегала мест, куда пошла Луиза, шансов встретить Директора не было. Я намеренно выбрала уголок, куда редко заглядывали люди.

«Было бы славно увидеть это вместе».

Пейзаж естественным образом вызывал восторг, но вместе с тем накатила и горечь от того, что я созерцаю его одна. И во всём виноват Директор Департамента инспекции. Я ведь точно планировала мирно наслаждаться этим с Луизой, наблюдая за забавными перепалками парней, которым она нравилась. Из-за одного-единственного человека я оказалась в положении беженки.

Чувствуя себя опустошенной, я немного окунула ноги в море и присела прямо тут, на берегу. Я даже купила и надела новый купальник, но какой в этом прок, если я брожу тут одна?

«Это он во всём виноват».

Я надулась, ковыряя рукой ни в чем не повинный песок. Когда он был прямо передо мной, меня поглощал страх, но стоило ему скрыться из виду, как во мне вскипели обида и возмущение. Наша семья была пострадавшей стороной, с нашей семьей обошлись несправедливо — так почему же это я должна вот так его избегать?

Хотя был в этом и один положительный момент. У нас не было выбора, кроме как ехать в одной карете, но с момента прибытия на курорт я не видела его ни разу. Похоже, у него не было намерения меня разыскивать.

- Ступай вперед. Я кое-что забыл.

Казалось даже, что он проявляет какую-то странную заботу.

Я обхватила колени руками и спрятала голову. Мысли были в полном беспорядке. Это определенно была забота; как ни крути, это должно было быть вниманием ко мне.

«Директор Департамента инспекции... проявляет заботу?»

Этот свирепый предводитель ищеек? Заботится обо мне? Как ни старайся, самая вероятная причина была и самой неправдоподобной — совершенно безумная ситуация. Легче было представить, как Луиза матерится и машет кулаками.

Не знаю, ничего больше не знаю. Просто не появляйся передо мной. Не сбивай меня с толку.

«Из-за такой ерунды».

Не позволяй себе колебаться. Что в этом такого значимого — он просто разошелся со мной путями.

Возможно, то были лишь беспочвенные надежды — вера в то, что он хороший человек, потому что близок с Луизой и является братом Эриха. Возможно, то было бегство от реальности — желание видеть в нем добряка, лишь бы не дрожать от ужаса при каждой встрече. А возможно, он и впрямь был по-настоящему достойным человеком.

Но что, если он и вправду хороший? Что, если я смогла бы смеяться и ладить с Директором Департамента инспекции? А как же моя семья? Как же отец, которого несправедливо уволокли? Как же мама, потерявшая сознание от шока? Как же брат, который взвалил на себя всё бремя и страдал? Как же мои младшие, что плакали, ничего не понимая в силу возраста?

[- Не беспокойся больше об этом, дорогая. Это была просто полоса невезения. Лишь несчастный случай.]

Так сказал отец. Поэтому отбрось эти мысли и не зацикливайся. Это был лучший способ иметь дело с Департаментом инспекции. Потому что мы ничего не могли поделать со своими обидами или затянувшимися привязанностями.

— Ненавижу его...

Но раз меня никто не слышал, я пробормотала это тихо, с горечью. Забота или что-то еще — неважно, какую его сторону я видела, это было единственное, что я могла чувствовать. Я просто хотела, чтобы он оставался далеко, там, где я не смогу его увидеть.

Я подняла голову и тупо уставилась на свои ноги. Это должна была быть учебная поездка ради удовольствия, но, кажется, мои тревоги только множились...

«А?»

Внезапно на меня легла тень, сопровождаемая неистовым грохотом бурлящей воды. Что?

Когда я медленно подняла голову, мое тело оцепенело. Перед моими глазами предстало невообразимо огромное чудовище. Тварь размером с приличное здание — кальмар, размахивающий своими десятью конечностями и взирающий на меня сверху вниз.

—Кю-ру-ру-ру-ру-ру!

Услышав этот гротескный вой, я даже не могла помыслить о бегстве. Тело попросту отказывалось слушаться — оставалось лишь мелко дрожать.

«Почему? За что?»

Зачем такому монстру появляться на курорте? Было ли это карой? Неужели меня действительно наказывают? За то, что солгала Луизе, за безумную иллюзию, будто человек, ставший злейшим врагом моей семьи, может быть хорошим?

Но это уже чересчур. Пусть я и мечтала, чтобы Директор Департамента инспекции оставался так далеко, чтобы я его не видела, я не имела в виду, что хочу уйти туда, откуда уже никогда не вернусь!

—Кю-ру-у-у-у-у-ук!

— Кья-а-а-а-а!

Я обхватила голову руками, когда монстр замахнулся массивным щупальцем. Нет, я не хочу так умирать! Если я погибну сейчас, моим последним словом Луизе будет ложь, а последним, о ком я подумала — этот человек!

И я не хочу подыхать от лап какого-то кальмара! Похороны, где причиной смерти указан кальмар — это слишком несправедливо, я даже глаз сомкнуть не смогу на том свете!

Запредельный ужас перед лицом приближающейся смерти смешался с унизительной мыслью «Причина смерти: кальмар», и мое тело окончательно вышло из-под контроля. Дело было не в том, что я не могла пошевелиться — казалось, мозг больше не способен посылать команды.

«Нет, папа, мама, брат...»

БА-БАХ—!

Внезапно раздался оглушительный взрыв, и что-то тяжелое посыпалось градом прямо мне на голову.

«Ч-что... это?»

Только не говорите, что явилось еще одно чудище?..

— Ирина, ты не ранена?

Когда я осторожно подняла голову, человек, которого я меньше всего хотела видеть, стоял прямо передо мной.

— А, а-а-а...

Позади него Кракен — теперь уже лишенный головы — рухнул в морскую пучину.

Я... жива? Должна ли я радоваться, что жива? Я спаслась от Кракена лишь для того, чтобы передо мной предстал кто-то еще более опасный. К тому же он сжимал по копью в каждой руке.

— Ирина?

— Ик...

Все силы мгновенно покинули мое тело.

......

Движение было простым. Он сжал древко копья правой рукой и развернулся в талии. Правая рука отвелась назад, правая нога последовала за ней, фиксируя стойку. Ничего особенного — совершенно обыденное движение. То, на что способен каждый, то, что можно увидеть повсюду. Именно так Капитан оценил позу Директора Департамента инспекции.

Матросы, метающие гарпуны при каждом удобном случае во время плавания, выглядели точь-в-точь так же. Разница была лишь в том, что Директор перед ним готовился нанести удар не по обычной рыбине, а по Кракену.

Замысел был ясен — сперва привлечь внимание твари. Если повезет, спровоцированный монстр приблизится к кораблю, и в этот миг маги смогут обрушить на него скоординированную атаку. Даже если он снова сбежит, по крайней мере, они не дадут ему напасть на гражданских.

— Сейчас немного тряхнет.

— Прошу прощения?

Пока Капитан легонько толкал ногой Командира Магического корпуса — лежавшего пластом подобно трупу, — чтобы тот проснулся, Директор внезапно бросил эту фразу. Было трудно понять, что он имеет в виду, но в понимании не было нужды.

БА-БАХ—!

Тело осознало это раньше, чем успел разум.

— Ч-что? Этот выродок напал первым?

Командир Магического корпуса, зашевелившийся под пинками Капитана, в ужасе подскочил, когда корабль накренился под громоподобный рев.

— Он всё-таки показался.

— Эта тварь всё это время удирала — неужели свихнулась? Где она?

Когда Капитан молча указал в сторону побережья, Командир опустил посох и тупо уставился в ту же точку, напрочь позабыв о заклинании.

— ...А где Кракен?

— До этого момента он был там.

— Ха, ну надо же.

Командир издал пустой, недоверчивый смешок и перевел взгляд с Кракена — вернее, того, что от него осталось — куда-то в сторону.

— Так вот как это выглядит под водой.

— Я тоже впервые вижу подобное. Хотя кое-что замечал во время погружений.

Капитан кивнул на слова Командира. Обыденный бросок копья — но результат был каким угодно, только не обыденным.

Удар от броска заставил военный корабль содрогнуться. Это судно было усилено магическими чарами — оно едва шелохнулось бы даже под полным залпом орудий. И всё же каравелла накренилась от простого метания копья.

Море между кораблем и берегом на мгновение разверзлось. Кракен? Теперь, когда сами воды расступились, кому какое дело до какого-то кальмара? Кракен был мертв уже давно, его голова взорвалась в ту же секунду, как Директор выпустил копье из рук.

— К счастью, я не промахнулся.

На будничное замечание Директора Капитан рефлекторно оглянулся на пляж, где появился Кракен. Звук лопающейся головы определенно не уступал взрыву. Если бы копье отклонилось хоть на волос и вместо монстра угодило в утес позади песчаного берега...

— Командир Магического корпуса. Давайте на берег.

— Ах, да.

Директор, уже забрав два оставшихся копья с перил, обратился к Командиру. То, как последний покосился на копья в руках Директора, говорило о том, что он до сих пор не может поверить в случившееся.

- Трех штук будет достаточно? Я знаю, что вы сильны, Инспектор, но бой на суше и на море — вещи разные.

Командир высказывал опасения вплоть до самого отплытия, глядя на те копья, что затребовал Директор. И всё же вместо трех штук тот управился всего одним. Командир вполне мог почувствовать укол самобичевания за всё то время, что он провел в бесплодных скитаниях по морю до сего момента.

Зная, сколько лишений вынес Командир, пытаясь изловить Кракена, Капитану стало даже немного его жаль.

......

Я попросил три копья на всякий случай, так как давно не практиковался, но, к счастью, прикончил его с первого раза. Справедливости ради — было бы нелепо, не сумей я мгновенно прибить такую мелочь, как Кракен. Скоро день памяти Шести мечей, мне нужно отдать дань уважения, так что лишние слухи, выставляющие меня на посмешище, мне ни к чему.

Даже этот ублюдок Каган, горящий где-нибудь в аду, мог бы надо мной посмеяться. Одна мысль об этом заставляла кровь кипеть.

Впрочем, на всякий случай я отправился на берег вместе с Командиром, чтобы подтвердить гибель Кракена и проверить жертву, едва не пострадавшую от этого внезапного бедствия. И тут я увидел того, кого никак не ожидал.

«Ирина?»

Ирина сидела, дрожа всем телом в окружении ошметков Кракена. Я-то думал, она будет с Луизой — почему она здесь одна? Я ведь еще вчера сказал Луизе, что меня не будет, неужели новость дошла слишком поздно?

— Ирина, ты не ранена?

— А, а-а...

Скорее всего, она бродила здесь в одиночестве, пытаясь избежать встречи со мной, и в итоге угодила в этот переплет. Я спросил с беспокойством, чувствуя вину, но Ирина даже не могла ответить толком. Неужели она так сильно перепугалась?

— Ирина?

— Ик...

Ирина, содрогавшаяся от озноба, внезапно разрыдалась и плотно прижала ноги друг к другу. Она только что пережила смертельную угрозу, так что слезы были понятны... Постойте?

Я поспешно закрыл глаза Командиру Магического корпуса, который как раз изучал тушу кракена.

— Директор? В чём дело?

— Можешь идти вперед. Я вернусь вместе с ребенком.

Хотя Командир и удивился моей внезапной просьбе, он послушался и направился обратно. Ему было любопытно, почему я вдруг прикрыл ему глаза, но это был абсолютный секрет, которое я не мог доверить никому.

— Ик, у-ух...

— Э-э-эм, Ирина?

— Уа-а-а-а-а-а-а!

Ирина отчаянно пыталась сдержать всхлипы, её плечи ходили ходуном, но в итоге она разразилась рыданиями и воплями, в которых смешались и ужас, и жгучий стыд.

К несчастью, слезы Ирины лились не только из глаз. Видимо, осознавая это, она плакала еще горше и надрывнее.

Прости. Правда, мне очень жаль.

Теперь я понимал, почему тварь, оставляющую после себя столь чудовищное проклятие даже в момент смерти, некогда величали богом. Морское божество, как же... капитан был прав: это и впрямь Божество бедствий.

— Уа-а-а-а-а! Ик, хнык... уа-а-а-а!

Стоило плотине прорваться, как Ирина заголосила, напрочь забыв о достоинстве. Она рыдала так громко, будто сам мир вот-вот рухнет; я был искренне благодарен судьбе за то, что поскорее спровадил Командира Магического корпуса.

В процессе я уяснил: когда человек по-настоящему убит горем или раздавлен, он издает такие надрывные вопли, что на него больно смотреть. Тихие всхлипы и культурные слезки — это роскошь, доступная лишь тем, кто еще не до конца лишился рассудка и печется о приличиях.

Разумеется, это была информация, которую я не жаждал знать, и уроки, которые мне не следовало усваивать.

«Может, и мне стоило уйти?»

Глядя на то, как жалко плачет Ирина, заставляя даже случайного зрителя чувствовать себя паршиво, мне, пожалуй, стоило откланяться. Но я не мог просто бросить ребенка, рыдающего посреди ошметков Кракена. Особенно ребенка, который плакал... не только слезами.

Я невольно скользнул взглядом вниз, туда, где пролился тот самый ручеек, и тут же вскинул взор к небу. Если Ирина заметит, что я увидел эту «кристаллизацию позора», она может сбежать в открытое море и больше не вернуться.

«И что мне с этим делать?»

Серьезно, как поступить? Как её утешить?

Сказать, что мне плевать, и чтобы она не беспокоилась? Как будто она перестанет переживать, опозорившись перед человеком, который для её семьи едва ли не смертельный враг. Сказать, что я ничего не видел? Ну да, конечно. Сама эта фраза станет прямым подтверждением того, что я всё прекрасно видел.

Что, черт возьми, я могу сделать, чтобы унять боль в сердце семнадцатилетней девушки, по самолюбию которой нанесли прямой удар? Это была задача запредельной сложности.

— Ирина, одну минуту.

— Ик?

Я осторожно поднял Ирину, чей голос уже охрип от рыданий. Мне было не по себе от того, что я касаюсь ребенка, который до смерти боится находиться со мной рядом, но это было единственное решение, пришедшее мне в голову. Иначе она просто упадет в обморок от обезвоживания.

Её тело одеревянело, когда она уставилась на меня заплаканным лицом. Я намеренно отвел взгляд и вошел в море достаточно глубоко, чтобы вымочить нас обоих с головы до ног.

— На тебя попала жидкость монстра, так что это на всякий случай. Ополоснемся — и всё будет в порядке.

На самом деле всё было бы в порядке и без купания. Кракены опасны, пока живы и шевелятся, а жидкости, что вытекают из них в момент смерти, не стоят и капли беспокойства.

Но я не мог оставить Ирину в таком виде, да и разве не менее неловко будет, если мы оба будем мокрыми до нитки, а не только она одна? Знаю, логика абсурдная, но это был максимум, на который сподобился мой мозг в этой ситуации. Проклятый Кракен. Если уж подыхаешь, делай это чисто.

— Давай вернемся. Ты, должно быть, до смерти перепугалась, тебе нужно отдохнуть.

— ...Да...

Тихий ответ подсказал, что она хотя бы немного успокоилась. Должно быть, она оторопела, когда я без спроса подхватил её и потащил в волны, но это дало ей повод прервать бурю слез. В конце концов, абсурдные ситуации имеют свойство сбивать эмоциональный накал.

«И как мне теперь смотреть ей в глаза?»

Я лишь справился с сиюминутным кризисом, но события сегодняшнего дня никуда не делись. Я больше никогда не смогу спокойно встретиться с ней взглядом. Будь я на её месте, я бы стиснул зубы и избегал этого человека любой ценой.

......

Если тот, кто обещал отсутствовать, возвращается, не пробыв в отъезде и дня, это кажется странным многим. Тем более если он возвращается насквозь промокшим, да еще и под руку с той, кто к его делам отношения не имеет.

— Старший? Ирина?

Словно в подтверждение моих опасений, у входа нам попалась Луиза. Её глаза округлились при виде нас, а взгляд заметался от меня к Ирине в полном недоумении.

— Я вернулся. Дела закончились раньше, чем предполагалось.

— Это хорошо. Было бы грустно, проезди ты по делам всё время, что мы здесь.

Я и сам этого боялся, но управился за сутки. Хотя цена, которую я заплатил, была довольно жуткой.

Когда я подтвердил её слова легким кивком, Луиза подбежала и осмотрела меня с ног до головы.

— Но почему вы оба мокрые? Вы куда-то свалились?

— Волны сегодня были довольно сильными. Одну такую встретил по пути.

— Вам следует быть осторожнее...

В отличие от Ирины, которая была в купальнике, я полез в воду в обычной одежде. Тем не менее я счел это достойной жертвой, раз уж слезы одной юной леди наконец высохли.

— Ирина, а ты когда ушла? Тебе стало лучше?

— У-угу. Немного лучше.

— Я так рада! Я правда очень волновалась.

Луиза с лучезарной улыбкой взяла Ирину за руку, отчего та уткнулась взглядом в землю. Ведь она симулировала болезнь. И теперь, видя радость Луизы вместо подозрений, она наверняка чувствовала себя еще паршивее.

— Мы столкнулись на обратном пути и пришли вместе. Она выглядит уставшей, так что дай ей отдохнуть.

— О-ой, точно!

Будет лучше оставить её с Луизой, чем торчать рядом самому, поэтому я откланялся. Раз я велел дать ей покой, Луиза точно о ней позаботится.

— П-постойте... С-старший.

Когда я уже собирался пройти мимо Луизы, сзади донесся голос Ирины. Она впервые назвала меня «старшим» с первого дня моей командировки, когда еще не знала, что я Директор Департамента инспекции.

Я обернулся и увидел, как нерешительная Ирина поклонилась. Бога ради, не стоило так усердствовать.

— Б-благодарю вас...

— Пустяки. Не за что.

Было довольно неловко принимать благодарность именно от представителя семьи графа Йоруна.

......

Казалось, небо рухнуло на землю. Я показала себя с той стороны, которую нельзя открывать ни семье, ни даже лучшей подруге — и показала именно тому человеку, который никогда не должен был этого видеть.

Всё кончено. Моя жизнь кончена... И как женщины, и как человека — мне конец... Знай я, что всё так обернется, лучше бы дала тому кальмару себя сожрать.

Потом я и впрямь долго рыдала. Ревела во всё горло, так громко, как только могла. Достоинство? Оно уже покоилось на дне океана, о каком достоинстве речь? С моей репутацией и так покончено — даже скажи Директор сейчас: «Раз уж это вышло из твоего тела, значит, оно того же цвета, что и твои волосы», — я бы и слова не нашла в оправдание.

- Ирина, одну минуту.

И всё же я не ожидала, что Директор вдруг подхватит меня на руки. И уж тем более не ожидала, что он потащит меня прямиком в океан.

«О-он хочет меня утопить?»

Чем глубже он заходил в воду, чем сильнее погружалось мое тело, тем чаще мелькала эта мысль. Неужели он решил избавиться от меня вот так, заявив: «Раз ты обмочилась передо мной, значит, семья Йорунов всё-таки виновна!»? Я хотела было запоздало начать вырываться, но тело оцепенело и не слушалось.

Но Директор прошел лишь столько, чтобы вымочить. Он вовсе не собирался меня бросать, наоборот — держал крепко, не давая даже качнуться на волнах.

- На тебя попала жидкость монстра, так что это на всякий случай. Ополоснемся — и всё будет в порядке.

Услышав это, я тупо уставилась на Директора Департамента инспекции.

«Зачем?»

Только сейчас я смогла по-настоящему рассмотреть его лицо. Он держал меня на руках, и во взгляде его не было ни раздражения, ни презрения, ни насмешки. Даже безразличия там не было.

Это была неловкость от сложившейся ситуации и... чувство вины. Его выражение лица явно выдавало эти эмоции.

«Почему?..»

Зачем ты делаешь такое лицо? Почему ты, враг моей семьи, так ко мне относишься? Когда я так старательно тебя избегаю, когда я так тебя боюсь — зачем ты сам ко мне подходишь? Почему продолжаешь заботиться?

Ты должен был просто проигнорировать меня. Тогда я смогла бы списать это на полосу неудач, на столкновение со стихийным бедствием по имени «Департамент инспекции». Но зачем ты раз за разом показываешь мне эти свои странные стороны, проявляешь это нелепое сострадание?

Зачем ты вызываешь во мне эти непонятные чувства?

«Да почему же так?»

Ненавижу тебя, по-настоящему ненавижу.

- Давай вернемся. Ты, должно быть, до смерти перепугалась, тебе нужно отдохнуть.

Но больше всего я ненавижу...

- ...Д-да...

Саму себя за то, что мое сердце замирает из-за кого-то вроде тебя.

Я до боли прикусила губу и опустила голову. Весь путь до общежития я не проронила ни слова. На душе было слишком муторно. Я не могла даже распознать, что это за эмоция.

Поэтому когда я встретила в коридоре Луизу и она поняла, что я выходила, я не смогла ничего толком объяснить. И всё равно мне было совестно перед ней — ведь она верила мне и так за меня переживала. Прости меня, знай я, что так выйдет, я бы никогда не стала тебе лгать.

Пока я стояла, уставившись в ноги, послышались шаги на лестнице.

«Ах».

Уходит первым. После того как в одиночку трусливо переворошил мне всю душу.

— П-постойте... С-старший.

Едва окликнув его в спешке, я тут же об этом пожалела. Старший? Нашла время его так называть... После того как его избегала, что он теперь подумает, если я вдруг стану набиваться в близкие... Хотя нет, это слово — слишком большая честь для него.

Но всё-таки, раз он спас меня от верной гибели, разве не естественно назвать его старшим? Верно, я ведь звала его так при первой встрече. Вот именно. Всё в порядке, ничего странного.

— Б-благодарю вас...

Я просто выражаю признательность. Каким бы врагом семьи он ни был, как бы он мне ни не нравился, поблагодарить спасителя — простейший долг порядочного человека.

— Пустяки. Не за что.

На спокойный ответ старшего я лишь зажмурилась.

Он и впрямь трус. Перевернуть мне всё сердце парой слов... Настоящий трус.

......

Капитан лично наблюдал за уничтожением Кракена, а Командир Магического корпуса подтвердил наличие туши. Раз уж они отправились вперед, Золотой герцог тоже наверняка получил весточку.

[— Ты отлично справился. Не ожидал, что управишься меньше чем за день.]

Правда, я не думал, что он свяжется со мной в ту же секунду, как я войду в номер. Ах, точно — курорт принадлежит Золотому герцогу. Персонал, видать, уже доложил.

— Мне просто повезло.

[— Не стоит быть столь скромным. А как же мои подданные, которые мучились всё это время?]

— На самом деле, я довольно способный.

[— Да, на такую уверенность всегда приятно смотреть.]

Я сказал это, потому что такая реакция явно была ему по душе, но я никогда до конца не пойму ход мыслей Золотого герцога. Что такого великого в уверенности? Как и ожидалось, все герцоги со своими причудами.

[— Ах да, по поводу награды. Мне нужно внести небольшие правки.]

— Прошу прощения?

Этот тип решил меня кинуть?

Нет, вряд ли. Даже если всё закончилось в тот же день, вопреки ожиданиям, Золотой герцог не из тех, кто опустится до такой мелочности.

[— В отличие от момента нашего уговора, зона активности твари расширилась, не так ли? Это не было оговорено в соглашении, так что это нужно учесть.]

— Ах, да.

[— К тому же ты предотвратил жертвы. Мы чуть не получили удар по туристическому сектору. Это тоже необходимо включить в расчет.]

С этими словами Золотой герцог поднял пять пальцев.

[— Полагаю, этого будет достаточно.]

— Благодарю вас, Ваше Превосходительство.

Надбавка подскочила с 30% до 50%.

Да, Золотой герцог всегда был справедлив и беспристрастен.

Я знал, что на него можно положиться — на Золотого герцога честных сделок.

Многоуважаемый и справедливо почитаемый Золотой герцог, справедливый, беспристрастный и достойный всяческого уважения, объявил, что финансирование, выделяемое Департаменту инспекции, увеличится на пятьдесят процентов.

«Пятьдесят процентов за один бросок копья».

На мимолетное мгновение в моей голове промелькнул чудесный расчет: если бы я метнул все три копья, доходность составила бы сто пятьдесят процентов. Разумеется, озвучь я эту мысль вслух, подозрения в скудоумии Директора Департамента инспекции перевернули бы всё высшее общество.

В любом случае, это была колоссальная награда по сравнению с затраченными усилиями. Ради компенсации такого уровня я готов был безвылазно торчать на корабле на протяжении всей поездки, а мы управились меньше чем за сутки. Не иначе как дар небес за все мои страдания.

В процессе сердце одной студентки получило глубокую рану, но, по крайней мере, её тело не пострадало.

[— Рад, что тебе это по душе.]

— Я могу лишь выразить глубокую признательность за столь щедрую заботу.

Громогласный хохот Золотого герцога воистину воплощал в себе величие благородного мужа и милосердие добродетельного человека. Как и ожидалось, в тяжелые и смутные времена финансовая терапия — лучшее лекарство. Мир заиграл совершенно иными красками.

[— Заходи в казино, когда освободишься. Пересылать всё в Минфин слишком хлопотно, так что часть забери лично.]

«Ах».

Услышав приказ явиться за деньгами в казино, я с опозданием осознал свою ошибку. Сюрприз в виде пятидесятипроцентной надбавки заставил меня напрочь позабыть о по-настоящему важных вещах.

- Не мог бы сэр Карл пообещать мне одну вещь?

Маргета, которая осторожно протягивала мне мизинец, глядя увлажнившимися глазами... Давая то обещание, я твердо намеревался не попадаться, но теперь, если призадуматься, просто «не попадаться» будет проблематично.

Безумная вероятность того, что Ирина окажется на том самом диком пляже, уже материализовалась, так что на свою удачу я больше не полагался. Да и сомневаюсь я, что все студенты Академии — прилежные дети, которые и шага не сделают в сторону казино. Всегда есть шанс, что новость о моем визите в игорный дом дойдет до ушей Маргеты через сарафанное радио.

Маргета наверняка рассердится, но в конечном итоге простит меня. И всё же мне не хотелось её разочаровывать. Это было бы похоже на эксплуатацию её добрых чувств.

— Ваше Превосходительство, если позволите наглость, не могли бы вы отправить всю сумму целиком напрямую Департаменту инспекции?

[— Сумма не маленькая, так что в обход казино перевод займет немало времени. Тебя это устроит?]

— Если это не затруднит Ваше Превосходительство, я бы хотел настоять на этой просьбе.

На эти слова Золотой герцог ненадолго замолчал, а затем издал негромкий смешок.

[— Парень, да как же тебя угораздило в таком возрасте уже оказаться под каблуком? Вы ведь еще даже не помолвлены.]

Моя челюсть захлопнулась от этой небрежно брошенной фразы. Мозг на мгновение завис от столь резкой смены темы.

«И что я вообще должен на это ответить?»

Если подумать, обещание Маргете я давал в вестибюле курорта. Учитывая, что глаза и уши Золотого герцога раскиданы повсюду, у него было более чем достаточно возможностей разузнать об этом.

[— Гармония в отношениях супругов важна. Но и под полным контролем находиться хлопотно. Даже у женатых людей должна быть гарантированная автономия, разве нет?]

— Я приму это к сведению.

Услышав подобное от человека, у которого двенадцать жен, я ощутил, как его слова приобретают странную и пугающую убедительность.

[— Что ж, раз такова ситуация, ничего не поделаешь. Если передумаешь в процессе — дай знать.]

— Премного благодарен за ваше понимание, Ваше Превосходительство.

В итоге Золотой герцог согласился взять на себя лишние хлопоты и отправить всё финансирование Департаменту инспекции официально. Тот факт, что он пошел навстречу даже в такой мелочи, намекал: после истребления Кракена у него в карманах еще осталась сдача.

Я отложил замолчавшую магическую сферу и повалился на кровать. Ладно, мне просто нужно перетерпеть это разок. Раньше я бывал в казино бессчетное количество раз, и только сейчас Маргета что-то заподозрила.

Да и в этот раз всё случилось лишь потому, что мы оказались в Бояре вместе, и из-за той непредсказуемой переменной по имени Таниан. В следующий мой визит мне не придется так дергаться. Нет ни одной причины, по которой я снова приеду в Бояр с Маргетой. И уж тем более с этим ублюдком Танианом.

«Наконец-то отдых».

Истребление Кракена, моя единственная реальная задача, завершено, вопрос с наградой улажен. Что касается непредсказуемых членов клуба — силы Трех Королевств под началом Виллара будут следить за ними в оба глаза.

Боже, как давно я не мог вот так просто расслабиться? Когда я только услышал, что еду в Бояр, думал, что свихнусь, но теперь, оказавшись здесь, я понял — лучше места не найти.

......

Человеку, который правит целым клубом, суждено обрести покой в душе, но не в теле. Печальная участь.

Оглянувшись, я увидел Луизу: она только что вышла из кареты и теперь приближалась ко мне с лучезарной улыбкой.

— Это лес, спроектированный как лабиринт. Говорят, цветы там высажены по сезонам, так что там необычайно красиво!

— Звучит интригующе. Ты нашла отличное место.

— Хе-хе, мне сотрудники курорта подсказали!

Чуть позже вечером в дверь постучали — это пришла Луиза. Пока я отсутствовал, она искала места, которые мы могли бы посетить вместе. Видя, как искрятся её глаза, когда она уверяла, что выбрала самое лучшее и я точно останусь доволен, я не смог ей отказать.

Я никогда не был женат, не говоря уже о детях, но представил, что именно так выглядит ребенок, с нетерпением ждущий похода в парк аттракционов с отцом в День защиты детей. Насколько же сильно она расстроится, если я откажу? Я не хотел превращаться в того жалкого Куратора, который так погряз в делах, что перестал замечать самих членов клуба.

Верно, раз уж мы всё равно притащились в Бояр, не грех и по сторонам поглазеть. Про «Лабиринтный лес» я тоже раньше не слышал. Его недавно построили?

— Говорят, люди там иногда не могут найти выход!

— Какое жуткое место.

Насколько же серьезно его спроектировали, раз люди там застревают и не могут выбраться?

К счастью, перед входом в лес вместе с картой выдают сигнальную ракету, и если её выпустить — прибудет спасательная команда... «К счастью»? Если бы мне пришлось звать спасателей только потому, что я не смог выйти из какого-то леса, это было бы довольно унизительно.

— Я знал лишь, что это место славится морем, но тут, оказывается, чего только нет.

Эрих, вышедший из кареты следом за Луизой, подошел ближе. Парень только-только развалился в номере, набив живот, но стоило Луизе предложить прогулку — и он примчался в мгновение ока. Впрочем, как и остальные четверо.

— Герцогство огромное, в конце концов. Внутренние земли тоже обширны, так что туристических достопримечательностей помимо пляжа полно.

Настолько, что даже вино, славящееся как самое дорогое в Империи, производят именно в Бояре. Это одна из местных диковинок. Хотя, честно говоря, даже не умей Золотой герцог делать вино, он из тех, кто впарит морскую воду под лозунгом: «Это изумрудная влага!».

Так или иначе, я немного подвинулся, освобождая место рядом с Луизой, и Эрих тут же его занял. Когда наши глаза встретились, он кивнул. А ты стал довольно проницательным. Пожалуйста, расти хотя бы в пять раз быстрее. Глядя на твою нерасторопность, я схожу с ума.

— Дни длинные, но если не поспешим — стемнеет.

Дьявольское жало — нет, Таниан — окинул взглядом окрестности и заговорил. И впрямь, лето на носу, солнце задерживается, но если мы будем развлекаться слишком неистово, то и стемнеть успеет. Блуждать по лабиринту среди ночи — это уже перебор.

— Раз уж мы проделали такой путь, разве не стоит нам всё как следует осмотреть?

— Это ведь туристический объект. Он должен быть рассчитан на вменяемую экскурсию. Если почувствуем неладное, тогда и прибавим темп.

Рютис и Аинтер высказались за неспешную прогулку. Так они могли бы оставаться подле Луизы хоть чуточку дольше. Им и дня показалось мало, всё никак не напитаются её обществом.

— Это правда. Похоже, я зря заговорил об этом.

Даже Таниан быстро отказался от своих слов и поддержал идею затянувшейся экскурсии. Похоже, возвращаться на курорт мы будем под аккомпанемент звездного неба.

А тем временем, пока Луиза с любопытством вертела в руках сигнальную ракету, изучая её со всех сторон, карта перекочевала в руки Латера. Он заявил, что найдет оптимальный маршрут и проведет нас, так что — ладно, пускай справляется.

— Маги ведь умные, в конце концов! — бодро воскликнул Рютис. Но разве чтение карт — это не то, что под силу любому, независимо от способностей к магии?

«Не стоит об этом задумываться».

Раздумья были краткими, вывод — скорым. Верно, карты — штука на удивление сложная. Поскольку Рютис был человеком действия, он вполне мог пасовать перед топографией. Хотя для карты туристического лабиринта вряд ли требовались навыки высшей картографии. Как бы то ни было.

Естественно, солнце село быстро. Сама прогулка и так началась после ужина, а при наличии пятерых людей, твердо намеренных тянуть время, сдержать тьму было невозможно.

«Безнадежные дураки».

У них была сверхъестественная способность объединяться в самых странных вещах. Несмотря на то, что они постоянно следили друг за другом, почему они всегда пели в унисон в подобные моменты?

— Здесь так свежо и здорово!

Я проследил за звуком легких шагов и увидел Луизу, бродящую туда-сюда. Она ничуть не боялась темного леса; напротив, казалась еще энергичнее. Неужели капибары — ночные животные? Хотя в лесу действительно стало приятнее после захода солнца.

— Жаль только, цветов почти не видно.

Единственным огорчением было то, что цветы, которыми так гордился Лабиринтный лес, во тьме было почти не разглядеть.

— Всё в порядке. Я и так постоянно вижу цветы.

— Тогда зачем ты вообще сюда пришла?

На её бодрый ответ я невольно усмехнулся. Что ж, это Луиза, которая вечно пропадает на академических клумбах. Если только в этом лесу не были рассыпаны цветы, отлитые из чистого золота, здешний пейзаж вряд ли был ей в новинку. Ей просто было искренне в радость бродить здесь в такой компании.

— Такая атмосфера... идеальна для появления призраков.

— Призраки, говорите? Пока здесь будущий Святой, они и носа не покажут, даже если существуют.

— Ха-ха, а я бы хотел увидеть одного. Мне никогда не доводилось встречать призраков.

То ли темный лес всколыхнул чувства этих горячих подростков, то ли еще что, но начался какой-то странный треп. Предоставленные сами себе, они начали выуживать страшилки, которые слышали там и сям, явно намереваясь снять здесь «хоррор-спецвыпуск» прямо сейчас.

— ...И говорят, единственный выход — нанести сокрушительный удар грубой физической силой, прежде чем проклятие успеет активироваться.

— В самом деле, весьма поучительно.

«Да что вы вообще несете, ребята?»

— .......

— Луиза?

Наблюдая, как члены клуба воссоздают истинную атмосферу школьной поездки, травя байки глубокой ночью, я заметил, что Луиза тихонько прижалась к моему боку.

А, её лицо так и застыло. Она слаба перед такими разговорами.

— Латер, а ты разве ничего не знаешь?

— Давайте по очереди. Мы решим, чья история самая лучшая.

Как бы то ни было, следующей целью помешанных на страшилках подростков стал Латер. Он всё это время шел молча, не отрывая глаз от карты.

— Личный опыт подойдет?

— О, так еще лучше.

Только тогда Латер поднял взгляд от карты и произнес тихим голосом:

— Хорошо. Мы потерялись.

— ...что?

— Мы уже черт знает сколько времени ходим кругами по одному и тому же месту. Я без понятия, где мы находимся.

Лицо Луизы побледнело еще сильнее. Даже при наличии спасателей в резерве, мысль о том, что она застряла в кромешной тьме леса, да еще и под гнётом страшилок, явно вызвала у неё головокружение.

Воцарилась звенящая тишина, и Латер удовлетворенно кивнул.

— Шутка.

— ...Ты победил.

Звание лучшей страшилки единогласно присудили Латеру.

А Луиза принципиально не смотрела в его сторону до самого возвращения на курорт.

Прошло уже несколько дней с тех пор, как мы прибыли в Бояр. Еда была превосходной, условия проживания — великолепными. Популярность Бояра как знаменитого курорта не требовала лишних слов.

«Он сказал, что придет».

Тем не менее по совершенно иным причинам мое настроение оставалось паршивым, и я ловила себя на том, что с негодованием сверлю взглядом дверь. Почему она не открывается? Я даже сказала ему, в каком номере остановилась — мне потребовалось немало мужества, чтобы признаться в этом. Он обещал зайти.

«И времени у него тоже предостаточно».

Растущее чувство предательства заставило меня еще крепче сжать в объятиях подушку.

Будь Карл занят, я бы, конечно, все поняла. Я не настолько мелочна, чтобы не осознавать подобных вещей.

Однако, не считая первого и второго дня, Карл все время оставался на курорте. Помимо редких посещений близлежащих достопримечательностей с Кондитерским клубом, я почти не видела, чтобы он покидал свою комнату.

Он ясно дал понять, что заглянет, как только освободится, и я ждала, поверив этим словам, но от него до сих пор не было ни весточки.

«Это уже слишком».

Как жестоко — заставить кого-то ждать, тешась надеждами, только чтобы потом вот так бросить. По крайней мере, он, кажется, сдержал обещание не ходить в казино, и это радовало, но почему же он не сдержал это? Следовало тогда заставить его поклясться на мизинчиках. Обещаниям действительно нужны доказательства.

«Может, мне и вправду стоит пойти к нему первой?»

Я энергично замотала головой, отгоняя внезапно всплывшую мысль.

Желание первым делом наведаться в комнату Карла возникало уже не раз. Но мне следовало сопротивляться. Даме не подобало самой идти к нему. Важно было играть в «тяни-толкай», не выдавая своего отчаяния.

Да, это действительно важно. И не только я так считала — мои старшие сестры и няня твердили то же самое. Определенно, только так и следовало поступить.

Тук-тук—

И мое бесконечное терпение наконец принесло плоды. Карл все-таки пришел первым. Похоже, он пытался выстоять против меня какое-то время, но куда там. Как и ожидалось, у него не осталось иного выбора, кроме как явиться ко мне.

Обида и горечь мгновенно испарились, а грудь наполнило удовлетворение.

— Да, пожалуйста, войдите.

— Старшая. Это я.

И так же быстро радость улетучилась. Человеком, открывшим дверь, оказался вовсе не Карл, а леди Луиза.

— О, леди Луиза.

Я была разочарована, но не подала виду. Она была гостьей, пришедшей ко мне по делу, к тому же леди Луиза была вполне приличной младшей.

— Проходи. Что привело тебя сюда в такую рань?

— Мы планируем вместе отправиться на Сапфировый пляж, и если вы свободны, не желаете ли присоединиться к нам, старшая?

Услышав осторожный вопрос Луизы, я тут же начала соображать. Сказав «мы», она имела в виду Кондитерский клуб, а в него, естественно, входил и Карл.

И местом был тот самый пляж, который нам не удалось посетить на второй день. Имелось лишь незначительное отличие — Сапфировый пляж вместо Изумрудного, но это было сущим пустяком и не имело никакого значения.

— Старший тоже сказал, что расстроился из-за того, что мы не смогли пойти вместе раньше, и он бы очень хотел, чтобы вы пошли с нами.

При этих словах на моем лице расцвела улыбка. Я сомневалась, что вечно невозмутимый Карл мог произнести нечто подобное, но это послужило подтверждением того, что Карл тоже будет на пляже. И мне весьма понравилось то, как Луиза приписала эту заслугу Карлу.

— Звучит неплохо. Давайте пойдем вместе.

Наконец-то представилась возможность надеть купальник, который я купила, но так и не успела обновить.

Он сказал, что в платье я прекрасна. Этот наряд ему тоже понравится. Я в этом уверена.

......

Луиза вырвала меня из объятий сна. На этот раз она захотела отправиться к морю.

— Старшая Маргета тоже согласилась пойти. Думаю, старший был бы рад, если бы она присоединилась...

Я собирался отказаться, так как тащиться к морю казалось делом довольно утомительным, но участие Маргеты сделало отказ невозможным. Мне и так было неловко из-за того, что я отклонил ее приглашение из-за подавления Кракена, так что пропустить и этот раз было бы перебором.

Один раз можно списать на неудачное время, но если это повторится дважды, она может превратно понять меня и решить, будто я ее избегаю. Зная удивительно нежное сердце Маргеты, подобное было вполне вероятно. К счастью, мы направлялись в другое место, а не к тому заросшему водорослями морю, от которого меня уже тошнило во время поисков Кракена.

Место под названием Сапфировый пляж, прозванное так потому, что оно сияло синевой, подобно сапфиру. Но разве море обычно не синее в любом случае?

«По крайней мере, лучше, чем зеленое».

Ну и какая разница, как оно называется? Лишь бы море выглядело хорошо, этого достаточно.

— Здесь кажется уютнее, не так ли?

— ...

— Изумрудный пляж больше напоминал произведение искусства, чем само море. Синий цвет действительно лучше передает это освежающее чувство.

И в самом деле, как только мы прибыли на Сапфировый пляж, реакция остальных оказалась весьма положительной. Даже море необычного цвета кажется в новинку лишь при первой встрече — в конце концов, всегда возвращаешься к привычной синеве.

— Оно столь же великолепно, как и гласит молва. Вам оно по вкусу, сэр Карл?

Наблюдая за тем, как члены клуба перешептываются между собой, прежде чем швырнуть Аинтера в море, я услышал за спиной слегка дрожащий голос. Голос, пытавшийся звучать спокойно, но скрывавший едва уловимое напряжение.

Обернувшись, я увидел Маргету; на ее лице застыла привычная уверенная улыбка, хотя сама она выглядела какой-то натянутой.

«Она здесь смущается больше всех».

При виде этого зрелища на моих губах заиграла легкая усмешка. Как я и заметил во время банкета на выставке, Маргета часто смущалась даже тех вещей, которые делала по собственной воле. И все же ее мужество идти напролом, несмотря ни на что, искренне восхищало.

— Да, мне очень нравится.

— Хи-хи, я рада. Синева довольно прелестна, не правда ли?

— Я сказал, что мне нравится красный.

— Че-го?..

Красный купальник, идеально сочетавшийся с волосами Маргеты. И даже более того — бикини, весьма дерзкий выбор, учитывая привычный образ Княжны, оберегающей достоинство.

Когда я без тени сомнения похвалил Маргету, увидев ее наряд, ее лицо мгновенно вспыхнуло пунцовым, а с губ сорвались лишь нечленораздельные звуки. Она, должно быть, сильно удивилась, решив, что я говорю о море, как вдруг комментарий оказался направлен прямиком в ее адрес.

— Вы действительно прекрасны, Мар.

— Э-э... эт-то...

— Я бы пожалел, если бы не увидел этого.

Я понял, почему существует выражение «готовый лопнуть, если ткнуть пальцем». Лицо Маргеты покраснело так сильно, что я задался вопросом, может ли оно стать еще краснее, и после того как ее рот несколько раз открылся и закрылся, она низко опустила голову. Ее беззащитность перед столь прямыми выпадами оставалась прискорбно неизменной.

— П-правда? Раз уж я впервые иду на пляж с Карлом, я приложила особые усилия.

Но вскоре она подняла голову и улыбнулась как ни в чем не бывало. Не поддаться атаке, а контратаковать в ответ — это уже отличалось от того, что было раньше.

— Вот как? Рад, что вы надели его специально. Он слишком ценен, чтобы показывать его кому-то другому.

— Д-да... сп-спасибо...

К несчастью, похоже, она все еще не могла выдержать второй раунд. Тем не менее продержаться целых два раунда — замечательный прогресс; Маргета, должно быть, тренировалась по-своему.

Пока Маргета ушла в «режим тишины», к нам приблизилась Луиза, которая до этого была в воде. Все ее тело было эффектно пропитано влагой, словно за это время в нее угодила водяная бомба. Наверняка те безумцы не решились на зверство и не стали швырять и Луизу — должно быть, она просто приняла волну на себя.

«Розовый, ха».

Я подметил это еще тогда, когда она носила платья, но розовый действительно очень шел Луизе. Возможно, подбирать цвет под волосы было просто безопаснее.

— Ой? Вы еще не переоделись?

В отличие от Маргеты, я все еще был в обычной одежде, что заставило Луизу любопытно склонить голову.

— Ничего. Утром немного прохладно.

— Ах, простите. Нам, наверное, следовало прийти в полдень.

— Все хорошо. Мне все равно не особо нравится лезть в воду. Мне достаточно просто смотреть.

Хоть я и сказал так, погода не была особенно холодной, и я не испытывал неприязни к водным процедурам. Это могло звучать как избитое оправдание, но у меня были обстоятельства, которые делали обнажение торса несколько проблематичным.

- Я принесу тебя в жертву Вечному Синему Небу!

Этот голос, ставший воплощением ужаса и громоподобно эхом отдававшийся в ушах, всплыл в памяти, и я едва не поморщился по привычке. Каган, этот ублюдок напоследок решил мне подгадить.

«Если собрался сдыхать, то делай это изящно».

Последний удар этого мерзавца изрядно искромсал мое тело. Я тогда действительно думал, что умру. Что бы он ни сотворил с тем мечом, рана от последнего разреза упрямо отказывалась заживать.

Даже с помощью магии и божественной силы, способной исцелять оторванные конечности, мы едва смогли остановить кровотечение и стянуть плоть. Благодаря этому, несмотря на то что я не считал шрам на спине чем-то позорным, через всю верхнюю часть моего тела протянулся длинный след.

И все же, думая об этом сейчас, мне повезло, что я не лишился ни одной конечности. С тем, как плохо все заживало, я едва не оставил руку в новой эре и чуть не стал «Карлом Красная Нога».

- По крайней мере, лицо в порядке... кроме него у меня ничего и нет.

- Ты что, головой ударился? Из всего, что можно было сказать, ляпнул именно это.

Верно, как и говорила Геката, мне следовало быть благодарным за то, что удар не пришелся по лицу. Будь лицо изувечено, мне пришлось бы повсюду носить маску. Как бы я жил с такой духотой?

Он лишь полоснул по туловищу — не по конечностям и не по лицу. Учитывая, что пятеро из семерых пали от рук Кагана прямо на месте, это была на удивление легкая травма, с которой удалось уйти.

— Тогда побудь здесь со мной. Я собиралась немного передохнуть, прежде чем снова войти в воду.

— Самое время. Я все равно планировала вернуться позже, так что мы можем остаться втроем.

Пока мысли блуждали где-то далеко, голоса Луизы и Маргеты вернули меня в настоящее.

Я осторожно провел рукой через одежду по месту, где был шрам. Раньше оно жалило при малейшем прикосновении ткани, но в последнее время это меня совсем не беспокоило — какое облегчение. Похоже, даже у проклятия Кагана был срок годности около двух лет. Хотя эта чертова штука держалась вечность.

— Вот, я даже расстелила коврик!

— Спасибо.

Я коротко кивнул Луизе, которая с энтузиазмом похлопала ладонями по подстилке. Раз уж мы пришли сюда отдыхать, мне стоит перестать зацикливаться на неприятных воспоминаниях.

- Разве это странно, что жена беспокоится о лице мужа?

- Жена, кончай пороть чушь. У меня шрам ноет, это сводит с ума.

...Верно, на этом и закончим.

С приближением их дня памяти в голову лезут самые разные мысли. Не то чтобы я когда-нибудь забывал посещать их могилы.

Война, шедшая второй год, в реальном времени разъедала престиж и государственную мощь Империи. Верховное командование Северной армии подавления изо всех сил сдерживало желание скрежетать зубами, мучаясь от ситуации, которая, казалось, затягивала их в трясину всё глубже с каждым днем затянувшегося конфликта.

Никогда прежде северные кочевые племена не объединялись в единую силу. Именно поэтому они оставались для Империи лишь целями для зачистки, которых можно было растоптать в любое удобное время — однако реальность такова, что Империя уже два полных года получала сокрушительные удары в самое чрево от этих самых «целей». Хуже того, человек, бывший простым кочевником, наголову разбил хваленую элитную армию Империи в прямом столкновении, продемонстрировав свою ужасающую мощь.

Насколько запредельно силен был Каган, насколько пугающими были кавалерийские атаки объединенных кочевников — все это не имело значения. «Империя, которая не смогла одолеть даже простых кочевников». Только это и запомнит континент.

— Если мы проиграем здесь, Империи конец.

Единственное заявление Герцога Победы. Для слов того, кто вел за собой Имперскую армию по приказу Императора, их можно было счесть вероломными и разрушительными — и все же никто не осмелился возразить. Да, если мы проиграем эту войну, Империи конец. Кфеллофен, возможно, и уцелеет, но Империя падет.

Если мы не сможем остановить того, кто смеет именовать себя Каганом, пока истинная Империя еще стоит, Империя утратит свое право безраздельно властвовать над другими странами континента. Если мы не совладаем с обычными кочевниками и допустим рождение новой империи, мощь нашего государства окажется под вопросом.

Разумеется, другие нации знали о чудовищности Кагана, но какое это имело значение? Империя, что возвышалась над ними, оказалась на грани краха — и они уже готовились разорвать ее на части.

— В последней битве Восставший Против Небес также получил ранение.

Несколько дней назад произошло сражение с Каганом, и в той битве им удалось нанести ему значительный урон. Ценой стало то, что ключевой персонал, включая Начальника Четвёртого отдела, пришлось отправить в имперскую столицу для длительного лечения из-за тяжелейших ран. Тем не менее они хотя бы остались живы.

— Карл Красиус.

— Слушаю, ваше превосходительство.

— Ты справишься?

— Я добьюсь исполнения во что бы то ни стало.

Герцог Победы не упустил эту возможность. Нет — он просто не мог ее упустить. Впервые за два года всегда неуязвимый Каган получил рану. Если упустить этот шанс, когда выпадет следующий? По крайней мере, не раньше, чем Империя окончательно рухнет.

Поэтому действовать нужно сейчас. Развернуть все силы, которые Имперская армия может немедленно мобилизовать против Кагана, и захватить его. И этими силами был я и другие руководители групп Четвёртого отдела. Опыт научил нас, что тактика заваливания трупами бессмысленна против Кагана.

— Свитки телепортации. Герцог Сокрушитель Демонов приложила немало усилий, чтобы создать их.

Использовать эти свитки, чтобы отправить Кагана туда, где ждет отряд смертников. Конечно, это будет непросто, но все же легче, чем убить Кагана на месте. Стоит нам каким-то образом добраться до него — и телепортировать его прочь будет делом техники.

— Судьба Империи покоится на твоих плечах.

К счастью, другому отряду спецназа удалось поразить свитком Кагана, возглавлявшего свою армию, и отсечь его от основных сил. И нам также удалось убить Кагана после того, как он приземлился там, где его ждали руководители групп Четвёртого отдела.

Хотя пятеро из семи пали и больше никогда не поднимутся, честно говоря, то, что выжили хотя бы двое, было ничем иным, как чудом.

Но, возможно, чудо предназначалось только для одного, а не для двоих.

— Прости, Карл.

Геката последовала за пятью товарищами в последнем пути обратно в столицу.

В итоге из всех членов отряда смертников, убивших Кагана, я оказался единственным, кто вернулся в столицу живым.

......

И это лишь малая часть воспоминаний. Они продолжают нахлынивать нескончаемым потоком.

«И я даже не могу их стереть».

К несчастью, память неподвластна воле. Вещи, которые хочется забыть, внезапно всплывают на поверхность, и даже если пытаешься их отбросить, они наотрез отказываются уходить в небытие.

То ли потому, что я без нужды рабередил старые раны, то ли из-за того, что разум среагировал на приближение дня памяти, я не мог перестать предаваться воспоминаниям, сидя на пляже.

По крайней мере, судя по тому, что ни одна из сидевших рядом девушек не спросила, в порядке ли я, моя мрачность не была очевидной. Похоже, прошло достаточно времени, чтобы я перестал выставлять ее напоказ так открыто, как раньше.

— Было так здорово!

Луиза просияла, забираясь в экипаж, направлявшийся обратно на курорт. Она говорила, что немного отдохнет и вернется в воду, но в итоге так и не покинула коврик до самого конца. Благодаря ей члены клуба один за другим постепенно выбирались из моря, пока подстилка не оказалась забита битком.

Луиза хотя бы зашла в воду и вышла, а Маргета даже ног не замочила. Хотя, похоже, ее это ничуть не беспокоило. В любом случае, я подобающе кивнул в ответ на слова Луизы.

— Да. Ты действительно насладилась отдыхом по полной.

Луиза — да, в отличие от меня. Хотя официальный график учебной поездки рассчитан до завтрашнего дня, мы отправимся прямиком в Академию сразу после завтрака, так что сегодня, по сути, был последний день. И она действительно провела его с максимальной пользой.

— Как думаете, мы сможем приехать сюда в следующем году?

— Вероятно. Было бы досадно делать такую поездку разовой акцией.

При этих словах Маргета, сидевшая рядом, кажется, слегка вздрогнула, но я намеренно не стал оборачиваться. Печальная истина учебных поездок такова: пока одни веселятся, другие страдают.

— Возможно, в следующем году мы отправимся в другое герцогство. Или, может быть, в столицу.

Латер произнес это с легким смешком, будто в шутку, и ответ в целом был положительным. Отправиться куда-то в новое место, а не дважды в одно и то же, было бы тоже неплохо. Тем более что процветание столицы не поддается описанию.

Мне оставалось лишь посочувствовать Маргете, которая молча склонила голову, возможно, представляя, как она в будущем планирует поездку в столицу. При таком раскладе я могу воочию увидеть ее дезертирство из студсовета в следующем году.

«Даже я не хочу ехать в столицу».

Отправиться на отдых в место, которое было твоим постоянным местом работы, пока ты в командировке — что за безумная затея? Если бы кто-то предложил мне такое, я бы мог и пощечину влепить. Латеру прощается, он все-таки королевской крови.

И вот экипаж прибыл к курорту, неся в себе людей с совершенно противоположными мыслями на одну и ту же тему. Мне стоит отдохнуть в номере до ужина.

— Директор.

Если бы только сотрудник на стойке регистрации внезапно не окликнул меня, я бы уже отдыхал.

Услышав неожиданный зов, я отправил детей наверх, а сам направился к стойке, где сотрудник вежливо поклонился и поставил на контр коробку.

— Это вещь, которую прислал Его Светлость.

— Его Светлость?

— Да. Он сказал, что это то, что вам необходимо, директор.

Что этому человеку могло понадобиться присылать мне? Я просил его отправлять любые деньги в Департамент инспекции, так что больше ничего быть не должно. И все же, раз он сказал, что это мне нужно, вряд ли он прислал бы какую-то ерунду под видом секретного приказа.

«А».

Открыв коробку, я обнаружил шесть бутылок вина знакомой марки. Боярское вино, один из флагманских продуктов Бояра.

Ого, он вспомнил об этом.

— Пожалуйста, передайте Его Светлости мою благодарность.

— Да, слушаюсь.

Я снова закрыл крышку и осторожно взял коробку. Я уже получил более чем достаточно в качестве награды за подавление, а теперь еще и это. Это действительно трогательно.

«Его умение работать с людьми — нечто запредельное».

Есть веская причина, по которой фракция Золотого герцога так сильно разрослась.

Раз уж я получил нечто неожиданное из неожиданного источника, был человек, которого мне следовало проинформировать.

[— Ну и ну, неужели это тот самый человек, что бездельничает на пляже, не зная забот?]

— После всей той тяжелой работы, которую я проделал, мне наверняка позволено немного расслабиться.

Я связался с Министром в рамках регулярного отчета. Судя по тому, как быстро он ответил, он, должно быть, тоже отдыхал.

— Мне удалось раздобыть вино, сэр. Вам не нужно покупать его отдельно.

Я поднес вино, которое мне дал Золотой герцог, к коммуникационному устройству. Министр изначально планировал достать его сам, но раз уж я его заполучил...

Однако Министр на мгновение замолчал, прежде чем поднять корзину в поле зрения устройства связи.

— А.

[— Я тоже сегодня купил.]

Шесть бутылок вина аккуратно уложены в корзину. То самое Боярское вино, что прислал мне Золотой герцог.

[— А я ведь приложил столько усилий, чтобы достать его.]

— Ну, разве две бутылки на человека не лучше?

[— Если ты впоишь им столько, они опьянеют и не смогут вернуться на небеса. Ты вообще сколько планируешь заставить их выпить?]

На смешливое замечание Министра я неловко повертел в руках бутылку вина. Поскольку оно было довольно дорогим, я думал, что хорошо, если Министру не придется тратиться, но время было выбрано крайне неудачно.

[— Кстати, где ты его взял?]

— Его Светлость Золотой герцог передал его мне.

[— Хм. Значит, он вспомнил прошлогоднее дело.]

Я молча кивнул. Похоже на то.

Примерно в это же время в прошлом году я тоже пытался раздобыть Боярское вино. Но тогда из-за различных обстоятельств производство было низким, и все запасы, выброшенные на рынок, были сметены подчистую, не оставив ни единого шанса его достать.

В итоге, получив отказ у Министра, я в качестве последней надежды связался с Золотым герцогом. Поначалу даже Золотой герцог колебался, но...

- Вино для посещения могил? Тебе следовало сказать об этом первым же делом, парень.

Когда я объяснил ситуацию, он отдал его мне не задумываясь. Но я не ожидал, что он все еще помнит об этом и приготовит его для меня и в этом году.

Все-таки удача на моей стороне. По крайней мере, мне не придется в последний момент носиться в поисках, как в прошлом году.

— И не говорите.

[— Тот ублюдок, который твердил, что справится сам, и велел мне оставить это ему, в итоге так и не смог его достать до самого конца. Ну и посмешище это было.]

Внезапное упоминание этой темной главы истории заставило меня потерять дар речи. Я и не знал, что Боярское вино настолько ценно... я просто считал его дорогим алкоголем.

[— Я пришлю мага к главному зданию, так что не забудь.]

— Не беспокойтесь. Об амнезии стоит волноваться вам, а не мне, ваше превосходительство.

[— Ах ты, сукин сын.]

Мы обменивались уколами так же естественно, как дышали, прежде чем завершить звонок.

«Он пришлет мага».

Я сам собирался запросить одного, но, похоже, он уже забронировал место. Как удобно.

Я уставился на погасший коммуникационный кристалл, прежде чем осторожно поставить вино, которое держал. Каждая бутылка была драгоценна, поэтому мне следовало обращаться с ними бережно.

- Говорят, Боярское вино безумно вкусное. Хочу попробовать его, когда попаду в столицу.

- Один бокал будет стоить примерно столько же, сколько твое годовое жалованье. Что это за бахвальство? Чувствуешь с ним какое-то родство, потому что вы оба красные — ты ведь из Алой крови?

- Ах ты, сукин сын.

Я и представить не мог, что тот случайный разговор в юрте приведет ко всему этому. Будь он проклят. Он мог бы просто надраться любым старым пойлом, но нет — ему подавай Боярское вино, заставляя меня проходить через все эти трудности.

Благодаря тебе я в день вашей памяти занимаюсь всем этим. Интересно, ты хоть знаешь, сколько хлопот мне доставил.

Джерард, пьяница ты недоделанный. Если твоя душа еще где-то бродит, хотя бы явись мне во сне. Я приложил столько усилий, чтобы достать его, а теперь даже выпить с тобой толком не могу.

Путь обратно в Академию с коробкой, милостиво пожалованной Его Светлостью Золотым герцогом, выдался чрезвычайно приятным.

Учебная поездка, в которую я отправлялся с тревогой и раздражением, завершилась весьма приличным уловом. Скрытое 50-процентное увеличение фондов поддержки плюс шесть бутылок Боярского вина — этого хватило бы, чтобы пересечь всю Империю, ни в чем не нуждаясь. Раз мне удалось уладить все дела, просто съездив в Бояр, я бы назвал это крайне удовлетворительным результатом.

— Вам, должно быть, неудобно. Пожалуйста, позвольте мне подержать ее. Я буду беречь ее.

— Все в порядке. Тебе тоже будет неудобно.

— Я сижу с краю, так что у меня больше места. Ну же, отдайте ее мне.

Если и было что-то удивительное, так это то, что Ирина — которую, как я думал, я больше никогда не увижу, не говоря уже о разговорах, — воспринимала все на редкость спокойно. Если уж на то пошло, она казалась даже более умиротворенной, чем по дороге в Бояр.

Когда я взошел в экипаж, Ирина, уже сидевшая внутри, похлопала по сиденью рядом с собой, приглашая меня сесть. А теперь она просила отдать ей коробку, которую я держал.

«Неужели инцидент с Кракеном возымел такой сильный эффект?»

Похоже, она ценила спасение от потенциального вреда больше, чем то, что ее застали в слезах. Она относилась ко мне как к благодетелю, несмотря на то что я происходил из семьи, которая была ее заклятым врагом — той самой, с которой у нее было полное право разорвать все связи. Мне следовало быть благодарным.

Хотя, по правде говоря, настоящим врагом был не я, а Начальник Третьего отдела. И все же подчиненный и начальник делят общую судьбу, так что тут поделаешь? Если достижения этого мерзавца — мои, то и его карма тоже моя. Печальная реальность.

В любом случае, я осторожно передал коробку Ирине, которая протянула обе руки, глядя мне прямо в глаза. Похоже, она бы не отступила, пока я не сдался.

— Вы двое, кажется, довольно сильно сблизились.

На замечание Эриха я машинально кивнул. Я не был уверен насчет «сблизились», но наши отношения определенно значительно улучшились по сравнению с тем, что было раньше. Если наша близость поднялась с -80 до +20, то это был колоссальный скачок в 100 баллов.

Хотя если брать за стандарт ноль, то это было всего на 20 баллов выше нейтрального уровня. Именно такими и были отношения между мной и Ириной.

— Совместная поездка в экипаже действительно сближает людей.

— Я рад. Мне казалось, что Ирина немного тебя побаивалась, брат.

Ну, я подозреваю, что это было не просто «немного».

— Старший — хороший человек, так что я уверена, вы отлично поладите, если станете друзьями!

— Э-э, ну...

При этих словах уши Ирины покраснели, и она опустила голову. «Хороший человек», «отлично поладите» — как ни крути, принять такие смущающе теплые слова без какой-либо реакции было бы трудно. Какая-то обида все еще должна была остаться.

— Как только я почувствую себя комфортно, мы сможем стать друзьями.

Я вставил эти слова с подтекстом: если она не сможет отбросить свои предубеждения, я не стану заставлять ее чувствовать себя неловко. Верно, разговор о дружбе стоило отложить до тех пор, пока Ирина не почувствует себя непринужденно. Это было не то, что я мог навязать или оспаривать.

— Тогда это не займет много времени.

Я коротко рассмеялся в ответ на слова Луизы, произнесенные с веселой ухмылкой. Что ж, Луиза могла говорить подобные вещи, потому что не знала всей ситуации.

Взгляд Луизы был на удивление точным. Была ли это сила главной героини оригинальной истории?

......

— Мне было неловко приходить с пустыми руками...

После того как учебная поездка закончилась и в академии возобновилась повседневная жизнь, во время занятий клуба пришла гостья.

— Это боярышник. Цветы распустились красивые, так что я решила его принести.

— Ого, как красиво!

Ирина, заглянувшая в комнату клуба с маленьким цветочным горшком в руках, передала его Луизе. Саженец боярышника с распустившимися белыми цветами. Я не слишком разбирался в видах деревьев, но выглядело оно весьма симпатично.

— Спасибо! Я буду хорошо за ним ухаживать!

— Просто поливайте его вовремя.

Луиза, поставившая горшок на место с хорошим солнечным освещением, казалось, влюбилась в цветы, рассматривая их снова и снова. Если бы растения могли чувствовать взгляды, как люди, оно бы уже завяло от такого давления.

Ирина, наблюдавшая за Луизой, перевела взгляд на меня и слегка склонила голову.

— Здравствуй, старший.

— Да, привет.

Но ты уверена, что тебе стоит здесь находиться? Как насчет твоего клуба?

— Сегодняшнее заседание клуба отменили, поэтому я решила зайти. Надеюсь, я не помешала?

Почувствовав мой вопрос, Ирина первым делом объяснила ситуацию. Значит, ей некуда было пойти, и она забрела сюда. Что ж, в таком случае ничего не поделаешь.

— Помешала? Вовсе нет. Чувствуй себя как дома.

— Спасибо.

Ирина снова склонила голову в знак приветствия. Она такой вежливый ребенок, и все это время она была так напугана...

— А? Ирина, разве ты не в Клубе садоводства?

— Да, именно так.

— Сегодня ведь в Клубе садоводства нет выход—

Эрих, замешивавший тесто и поглядывавший на лицо Ирины, на мгновение замолчал, после чего неловко продолжил:

— Ах, прости. Я перепутал тебя с другим клубом.

— Все в порядке. Такое случается.

Я проводил взглядом спину Ирины, которая издала тихий смешок, а затем намеренно отвел взгляд. Хотя я не видел выражения ее лица, так как она стояла спиной, но почему-то я посчитал это удачей.

......

Я несколько раз вздрагивала перед дверью комнаты Кондитерского клуба. Все, что мне нужно было сделать — это постучать. Просто закрыть глаза и сделать это.

«Все ли будет в порядке?»

Я все это время избегала этого места — нормально ли просто зайти, будто ничего не случилось? Не буду ли я в тягость? Не сочтут ли они меня странной?

Нет, нет. Я просто пришла навестить друга. К тому же я даже не вручила старшему подарок в благодарность за свое спасение. Да, этого вполне достаточно для визита.

«Все зависит от меня».

Карл определенно сказал, что мы сможем сблизиться, когда я почувствую себя комфортно. Я не забыла о тех неприятностях, что случились раньше, но я не могу вечно закрывать свое сердце от своего благодетеля. Это не подобает благородному сословию.

Собрав волю в кулак и войдя в клубную комнату, я встретила теплый прием Луизы и старшего. К счастью, мой внезапный визит, кажется, их не смутил. Похоже, подарок им тоже понравился.

- На языке цветов боярышник означает либо терпимость, либо прощение.

Я долго мучилась вопросом, что принести в подарок, и попросила совета у старшего в своем клубе. И услышала об идеальном языке цветов.

Терпимость, прощение. Идеально. Было бы немного неловко произнести это прямо, и Карлу наверняка было бы неудобно это слышать, но в такой мягкой форме проблем возникнуть не должно. Карл наверняка будет впечатлен моей предусмотрительностью, когда поймет...

Нет, нет. Впечатлен он или нет, какая разница? Это просто подарок. Да, в нем нет никакого глубокого смысла. Просто ни к чему не обязывающий первый подношение.

— А? Ирина, разве ты не в Клубе садоводства?

Как только я обосновала причину своего нахождения здесь, придумав оправдание, что сегодня заседание клуба отменили, ко мне обратился Эрих. Неужели он понял, что это ложь? Неужели у Эриха есть в Клубе садоводства другой друг, кроме меня?

— Сегодня ведь в Клубе садоводства нет выход—

Когда я молча уставилась на Эриха, который собирался ляпнуть лишнего, он прикусил язык, словно мои истинные чувства дошли до него.

— Ах, прости. Я перепутал тебя с другим клубом.

— Все в порядке. Такое случается.

Эрих действительно добрый. Он понимает чувства друга и позволяет маленькой лжи остаться незамеченной.

Я провела некоторое время в комнате Кондитерского клуба, прежде чем уйти. Пугающие высокопоставленные чины оказались милее, чем я ожидала, так что неловкости не возникло, к тому же старший сказал, что можно ходить куда угодно во время занятий клуба, если я вернусь к их окончанию.

— Заходи к нам когда захочешь, не стесняйся!

— Это действительно нормально?

— Да! Все ведь в порядке, верно?

— Конечно. Нам нечего скрывать.

По крайней мере, я получила разрешение возвращаться в любое время. Повода для разочарования нет.

— Старший, я вернулась.

— А, Ирина.

Когда я вернулась в комнату Клуба садоводства, меня встретил старший, рассказавший мне о языке цветов боярышника.

— Ты случайно еще не подарила боярышник?

— А? С чего вдруг такой вопрос?

— А, ну, у этого цветка есть и другое значение.

Мои мысли полностью испарились при последующих словах старшего, который почесал щеку.

— Я слышал, что «Единственная любовь» — это тоже одно из его значений. Вообще-то, оно даже более известно, чем Терпимость.

— А.

А.

А...

А-а-а-а-а-а-а!

«Нет, нет, нет!»

Ч-что же мне делать, что мне делать!

Я... я никогда не собиралась заходить так далеко с самого начала! Я просто хотела сказать, что теперь все в порядке, только и всего..!

— Ирина?

— С-старший, это... это правда самое известное значение?

— ...Ты уже подарила его.

Когда я, оцепенев от неописуемого замешательства, едва сумела кивнуть, старший обреченно вздохнул.

— Если тот, кто его получил, не знает языка цветов, с тобой все будет в порядке.

— А что если... он знает...?

— ......

— Старший?

Он не ответил, но это молчание тяготило меня больше всего на свете.

Пожалуйста, пусть Карл не знает языка цветов. Мне правда все равно, если он не узнает о моей предусмотрительности, мягкости или чем-то еще, только бы не это!

......

С появлением цветочного горшка в клубной комнате пространство словно немного оживилось. Всего одна мелочь, но все же растение есть растение. Выглядело и правда мило.

— Можно даже просыпать на него муку, и этого не будет видно.

Рютис, со своим извращенным чувством прекрасного, высказался с явным удовлетворением. Этот ярко-алый мерзавец смотрит на цветы и говорит только такое. Ты бы мог и сам облиться острым соусом, и этого бы тоже никто не заметил.

— Белый цвет действительно смотрится довольно неплохо, верно? Я всегда думала, что цветам нужны краски, чтобы быть красивыми.

— Даже то, что не имеет цвета, может быть прекрасным.

Позади них Эрих и Аинтер обменивались более адекватными впечатлениями. По крайней мере, не все обладали теми же наклонностями, что и «Мистер Острый Соус» — и это радовало.

Тут Луиза, протиравшая горшок тряпкой, внезапно обернулась.

— Что бы подарить ей в ответ?

Ах, ответный подарок.

— Если ты будешь раздувать из этого событие, она лишь почувствует себя обязанной. Просто приноси сладости, когда она будет заходить — этого достаточно.

— Вот как?

Будь это обычный подарок, ответный жест был бы уместен. Но когда она вручала горшок Луизе, она постоянно косилась в мою сторону. Как ни крути, это подарок в знак благодарности за инцидент с Кракеном.

Это подарок за спасение, и благодетель должен делать ответный подарок? Тогда Ирине пришлось бы делать подарок за ответный подарок. Какая-то странная цепочка.

— Раз Ирине нравятся макаруны, тогда я приготовлю макаруны.

То, как она решительно кивнула, подсказывало, что сегодня начнется массовое производство макарунов. Ого, она даже это умеет готовить...

— Ирина будет рада. Постарайся.

— Есть!

Оставив Луизу, переполненную мотивацией, я посмотрел на горшок, подаренный Ириной. Как оно там называлось? Кизил? Нет, вроде боярышник?

«Никогда о нем не слышал».

Некоторые люди заучивают значения цветов вплоть до оттенка, но я в этом ничего не смыслю. Я даже толком не знаю, какие цветы в какое время года цветут. Достаточно знать, что сакура цветет весной.

И все же, смотреть на него приятно. Когда в месте, где пахнет только мукой, появляется растение, даже воздух кажется свежее. Когда увижу ее в следующий раз, нужно будет еще раз поблагодарить.

Я решил ответить на подарок в виде саженца боярышника соответствующим количеством макарунов, учитывая то чувство долга, которое могла испытывать Ирина.

— Она говорит, что слишком занята, чтобы прийти.

Однако макаруны Луизы так и не добрались до желудка Ирины. Оставив свой благодарственный подарок и исчезнув, Ирина больше не показывалась, словно все это было лишь сном.

— Ну, в таком случае ничего не поделаешь.

Луиза произнесла это упавшим голосом, но на самом деле все было вполне закономерно. Ирина упоминала, что смогла зайти на днях только потому, что занятия ее клуба были отменены. Если только она не решит прогулять свои клубные часы, ей будет трудно заглянуть к нам снова.

Благодаря этому приготовленные Луизой макаруны были поделены и сожраны членами клуба, подобными стае гиен. Эти мелкие засранцы — они же раньше их и в грош не ставили, так почему именно сейчас?

— О, старший. Ирина спрашивала, понравился ли вам подарок.

— Подарок? Понравился. Разве я не просил тебя передать ей это?

Поскольку шансы увидеть Ирину в клубной комнате были невелики, я попросил Луизу передать мою благодарность. Она ведь не из тех, кто забывает просьбы, озвученные только вчера?

— Я передала, но она интересовалась, не хотите ли вы сказать что-нибудь еще.

— В самом деле?

Разве слов благодарности за подарок недостаточно? Тот факт, что она спрашивает так настойчиво, намекает на нечто большее.

«Может, она что-то спрятала в цветочном горшке?»

Такое порой случается. Случаи, когда важные предметы прячут внутри горшков, маскируя их под обычные подношения для перевозки. Будь то деньги или документы — внутрь можно запихнуть все что угодно, в зависимости от размера емкости; этот метод используется довольно часто.

Но пойдет ли Ирина действительно на такое? Конечно, вероятность мала, но повторный вопрос о подарке заставляет задуматься.

«Может, это прислала семья?»

Если рассматривать это как нечто, отправленное семьей графа Йоруна, а не Ириной лично, версия становится правдоподобнее. Пожалуй, стоит проверить, когда останусь один.

И на следующее утро я осторожно пересадил саженец, снова наполнив пустой горшок землей. Наш драгоценный боярышник — если повредить хотя бы корни, он тут же завянет и погибнет.

«Я совсем лишился рассудка».

Проблема заключалась в попытке измерить сердце цветущей семнадцатилетней девушки циничным взглядом видавшего виды взрослого. Стоило мне прийти в клубную комнату, как я досконально вытряхнул все содержимое цветочного горшка для проверки, и, разумеется, там ничего не оказалось.

Самоотвращение, которое я ощутил при виде пустого горшка и несчастного боярышника с выставленными на всеобщее обозрение корнями, было подавляющим. Я превратил прекрасный подарок в мусор, распотрошив его в приступе параноидального бреда. Прости, искренне прошу прощения, Ирина...

Я переживал, с каким лицом мне придется встречать Ирину, если она нагрянет, пока я восстанавливаю горшок, но, к счастью, мое везение не было настолько катастрофическим, чтобы она явилась именно в этот момент.

— Он прелестен.

Я произнес это, восхищаясь его прекрасной формой. Хотя на самом деле мною двигало по большей части чувство вины.

Мне удалось бережно восстановить разоренный горшок. Эти чистейшие белые лепестки, казалось, укоряли мое очерствевшее сердце, заставляя меня сгорать от стыда. Верно, оставить растение в покое — лучшее решение. Прятать что-то внутри? Что за нелепая затея.

Ирина, должно быть, тщательно выбирала это растение, так что ее вопрос был вызван лишь желанием услышать детальную похвалу. Другого умысла и быть не могло. Разумеется.

«Черт».

Сердце болит.

......

В Академии воцарилось относительное затишье после череды крупных событий вроде Выставки клубов, экзаменов и учебной поездки. Пришло время думать только об отпуске, ведь впереди не осталось ничего, кроме финальных тестов. Более того, в отличие от промежуточных, итоговые экзамены не включали практическую часть, так что они могли пройти спокойно. Теперь впереди действительно только каникулы!

Но от осознания того, что первый семестр первого курса уже пролетел, на душе было не слишком весело. Как мне прикажете терпеть до второго семестра третьего курса? Не могут ли они бросить учебу на полпути и вернуться домой или типа того?

— Каникулы уже близко.

— Да, время действительно летит незаметно.

Человек передо мной, Виллар, вероятно, возносил не менее пылкие молитвы об отчислении. Хотя на него возложили важную обязанность по охране монарших особ, а повышение после завершения миссии было гарантировано, получать чины за столь изнурительную и долгую службу было менее приятно, чем не делать ничего и не повышаться вовсе.

К тому же, такая миссия как повод для продвижения? Тогда при возникновении подобных ситуаций в будущем тебя первого схватят за шкирку. С паршивым аргументом в духе: «Ты уже делал это однажды, значит, справишься хорошо». Твою мать, а почему тогда меня схватили в первый раз? Я ведь до этого ничего подобного не делал.

— Инспектор?

— Ах, приношу свои извинения. Я на мгновение погрузился в свои мысли.

Пока я хранил молчание из-за внезапно нахлынувшего ПТСР, Виллар заговорил со мной с озадаченным видом. С моей стороны было грубо вести себя так в присутствии гостя.

— Такое бывает. Я и сам постоянно отвлекаюсь на мысли о скором возвращении домой.

— Понимаю. Будет весьма прискорбно не видеть господина Виллара какое-то время.

Я улыбнулся в ответ на слова Виллара, когда он плавно замял неловкий момент.

«Прискорбно», ага, как же. Независимо от нашего личного взаимопонимания, мы находимся в таких отношениях, когда обоим лучше не видеть лиц друг друга. В идеале мы бы жили с комфортом в своих странах и изредка предавались воспоминаниям: «О, был там один такой парень».

К сожалению, это невозможно.

— Вот как? Тем не менее мы снова встретимся осенью, так что, пожалуйста, не волнуйтесь слишком сильно.

= «В следующем семестре за главного тоже буду я».

— Ха-ха, полагаю, мне стоит подыскать подарок для господина Виллара на время перерыва.

= «Серьезно? Что ж, я тоже остаюсь».

Хотя на поверхности мы лучезарно улыбались, в наших глазах застыла мрачная тень. Мы до последнего надеялись на смену состава, но в итоге были вынуждены признать реальность, произнеся это вслух. Нам торчать здесь еще два с половиной года.

Три Королевства планируют реорганизовать силы охраны во время каникул, когда их люди вернутся домой. Разумеется, они также согласились представить Империи обновленный список личного состава.

«Они и правда прибыли в спешке».

Зачисление ключевых фигур из Трех Королевств в Академию стало внезапным как для них самих, так и для Империи. Учитывая, что перемещения высокопоставленных лиц и сопутствующий протокол обычно планируются минимум за месяц, ситуация выглядела еще паршивее.

Так что силы Трех Королевств, размещенные в Академии сейчас, представляли собой спешно соскребенных и брошенных в пекло людей, которых удалось мобилизовать немедленно. Проще говоря, у них не было роскоши тщательно подбирать охрану, так что это была временная мера, чтобы потушить пожар. Вот почему возникла необходимость в нормальной реорганизации во время перерыва.

Конечно, как я уже упоминал, Виллар — исключение. Виллар не просто часть охраны — он связующее звено, представляющее Три Королевства в диалоге с Империей. Смена этого канала сейчас лишь прибавила бы головной боли. Благодаря этому Виллар оказался в положении человека, вынужденного просто наблюдать за тем, как его товарищам удается совершить побег.

«Кто я такой, чтобы беспокоиться о ком-то еще?»

Я сохраняю за собой титул Инспектора Академии по той же причине, что и Виллар. Недавно я прозондировал почву у Министра с призрачной надеждой, но тот велел мне прекращать эти несмешные шутки и продолжать работу. Сукин сын, я ведь был серьезен.

Если исчезнет Виллар, мне придется заново выстраивать отношения с Тремя Королевствами. Если исчезну я, Виллару придется заново налаживать контакты с Империей. Если исчезнем мы оба, отношения сторон полностью обнулятся и взлетят на воздух. Это чертов выбор без выбора, который фактически говорит нам просто продолжать пахать.

— Не желаете ли еще чашечку?

— Это было бы чудесно. Пожалуйста.

Атмосфера буквально требовала того, чтобы мы опрокидывали чистый спирт стопку за стопкой, но на деле мы пили обычный чай. Мы не можем устроить попойку в образовательном учреждении.

— Полагаю, принцы будут еще сильнее дорожить родной землей, ступив на нее спустя столько времени.

= «Не могут ли ваши принцы просто уехать домой и остаться там?»

— Они настолько волевые личности, что трудно сказать. Третий принц в особенности любит родину, и его стальная воля под стать этому чувству.

= «Прикалываешься? Родина, тоска по дому? Он и глазом не моргнул, когда зачислялся».

— Как восхитительно. Как и ожидалось, люди благородной крови обладают исключительными качествами.

= «Упертые как бараны, скорее уж».

Я молча поднес чашку к губам. Глядя на то, как Виллар отвечает с таким видом, будто сама идея абсурдна, я почувствовал, как в животе все скрутило. Зря я поднял эту тему — только внутренние повреждения заработал. Сукины дети, им стоило бы просто остаться в своей чертовой стране, а не изматывать людей своим бессмысленным упрямством.

......

Осушив еще несколько чашек чая, мы с Вилларом наконец смогли разойтись. Что ж, по крайней мере, во время отпуска они скроются с глаз — и то хлеб.

Как только взошло солнце, я подхватил коробку, подаренную Золотым герцогом, и направился к главному зданию. Я уже уведомил Ректора, что ненадолго отлучусь, так что мне просто нужно было быстро смотаться. Чувствую себя так, будто взял отгул на утро.

— Директор. Я прибыл для сопровождения.

— Хорошо. Полагаюсь на тебя.

Я спокойно ждал, и вскоре с глухим звуком из ниоткуда материализовался маг. У этих парней что, есть справочник по назначениям для телепортации? Каждый раз, когда я их вижу, они произносят одно и то же слово в слово.

В любом случае, мы в мгновение ока оказались у здания Министерства финансов, и маг хладнокровно удалился. Возможно, слишком хладнокровно, но если воспринимать их как водителей-курьеров, развозящих людей, то у них есть причины для спешки. Интересно, у них вообще остается время на еду?

— Ты уже здесь?

— Ваше превосходительство? Когда вы прибыли?

Пока я размышлял о тяжелых условиях труда магов-телепортеров, сзади меня окликнул Министр. Погодите, солнце едва встало — этот человек всегда приходит так рано?

— Я проснулся ни свет ни заря, вот и пришел пораньше.

— Говорят, с возрастом сон пропадает.

— А ты — какого черта ты подскочил в такую рань, хотя еще не старик?

Я заговорил из сочувствия к стареющему начальнику, но Министр ответил резко. Даже не понимает, когда за него беспокоятся. Когда человек постоянно раздражен, у него, должно быть, даже уши перекашиваются.

— До посещения могил еще есть время. Заходи. Департамент инспекции еще не собрался.

— Слушаюсь.

Я бы предпочел отправиться туда первым, будь такая возможность, но нам приходится двигаться группой, тут ничего не поделаешь.

День их поминовения также совпадает с Днем перемирия в Великой войне за подавление. Конечно, поскольку «победа Империи над кочевниками была естественным делом», отдельной церемонии перемирия не проводится, но люди собираются на Национальном кладбище для минуты молчания.

Коллективное мероприятие все равно заканчивается быстро. Мне просто нужно подождать до тех пор, а после я смогу пойти к их могилам.

— О, и еще — среди тех, кто прибудет от Совета, будет граф Тейлглехен.

— Простите?

Это было неожиданно. Он из тех, кто почти не проявлял активности в обществе с тех пор, как закончилась война.

Хотя для главы семьи, который со времён войны почти не проявлял общественной активности, участие в поминальной службе выглядело неожиданным, он, скорее всего, явился просто потому, что Имперский совет велел своему представителю прибыть. В конце концов, титул члена Совета прилагается к статусу имперского графа по умолчанию.

Как бы блистательно ни звучал титул «члена Совета», по своей сути это всё та же должность государственного служащего. Если я — чиновник административный, то глава семьи — чиновник законодательный… когда тебе велят что-то сделать, ты это делаешь. Какой тут выбор? К тому же, имперская столица находится не так уж далеко от графства Тейлглехен.

— О, уже здесь?

— Пришли всё-таки.