Существо из плоти authorHSA Этот кто-то возник буквально ниоткуда. Сперва он был безобидным: маленький, везде сующий нос, почти вызывающий жалость. Однако с каждой следующей стадией он теряет остатки прежнего облика и превращается во всё более жуткую сущность. ==================== Том 1 Глава 1 Воздух здесь был тяжелым и сырым. Он пах землей, старой пылью и еще чем-то кислым, отчего першило в горле. Стены подземелья уходили высоко вверх, теряясь в темноте, но кое-где от пола до потолка тянулись толстые каменные колонны. Они были шершавыми, покрытыми пятнами лишайника и глубокими трещинами. Кое-где в этих трещинах светился бледно-зеленый мох. Света от него было мало, но глаза постепенно привыкали, и становилось видно, что происходит вокруг. Пол под ногами был неровным. Везде валялись камни, обломки и то, что когда-то было живым. Прямо перед взглядом открылась страшная картина. Огромное пространство между колоннами было завалено костями. Они лежали грудами, словно кто-то сгребал их сюда веками. Тут были ребра, похожие на большие изогнутые сабли, черепа с рогами и без, длинные кости ног и мелкие позвонки, рассыпавшиеся как горох. Кости покрывал толстый слой пыли. Некоторые кучи возвышались так высоко, что напоминали небольшие холмы. Среди этих холмов можно было разглядеть останки разных существ. В одном месте валялся череп, очень похожий на человеческий, только с двумя большими дырами надо лбом, словно там росли рога. Рядом торчала кисть руки, но пальцев на ней было шесть, и все они заканчивались острыми, загнутыми когтями. Глаз зацепился за длинный позвоночник, который принадлежал какому-то зверю, размером не меньше лошади. Кости монстров и людей перемешались здесь в одну огромную, страшную свалку смерти. Количество этих останков не поддавалось счету. Но среди всего этого ужаса было то, что приковывало взгляд сильнее всего. В самом центре, прямо на голом камне, стоял на коленях скелет. Он был не такой старый, как остальные кости. Кое-где на ребрах еще держались кусочки сухой, темной кожи. Череп был опущен вниз, словно смотрел в пол. Самое странное было в его руках — тонких, пожелтевших костях. Они были сложены вместе, ладонь к ладони, пальцы вытянуты, как у человека, который молится. Он стоял на коленях перед этими горами мертвецов. Одинокий, молчаливый скелет в позе молитвы. Было в этом что-то неправильное и жуткое. Казалось, что даже после смерти он не мог уйти и продолжал просить о чем-то эти бесконечные груды костей. Тишина в подземелье стояла такая, что в ушах начинало звенеть. Только редкие капли воды падали где-то далеко в темноте, и этот звук разносился гулким эхом между колоннами и костяными холмами. Тишина треснула. Сначала далеко в темноте послышался звук. Топот. Частый и быстрый, словно кто-то маленький бежал по камням. Звук приближения становился громче. И вдруг из темноты вылетело существо. Оно было маленьким, размером с кошку, но двигалось резкими, дергаными прыжками. Тело покрывала серая скользкая кожа. Две пары глаз горели мутным желтым светом. Оно оттолкнулось от камня и прыгнуло прямо на молящийся скелет. Удар пришелся по голове. Сухожилия, которые еще держали череп, не выдержали. Голова скелета с глухим стуком покатилась по костям и замерла где-то внизу. А маленький монстр уже не сидел на месте. Он отпрыгнул от обезглавленного тела и быстрыми, цепкими прыжками понесся вверх по груде костей. Лапы хватались за черепа, отталкивались от ребер, скользили по позвонкам. Он лез все выше и выше, пока не забрался на самую вершину костяного холма. Там он на секунду замер, оглянулся и поскакал дальше, в темноту, быстро исчезнув из виду. Тишина после его ухода продержалась недолго. Снова раздался топот. Но теперь совсем другой. Тяжелый. Гулкий. От него дрожали мелкие камешки на полу. Из той же темноты, откуда выбежал маленький монстр, появилось нечто огромное. Оно не пролезало между костями — оно просто перло напролом. Шестилапое чудовище с мощным туловищем и толстой шкурой, на которой запеклись старые шрамы. Каждая лапа заканчивалась длинным когтем, царапающим камень. Существо даже не думало обходить груды трупов. Оно врезалось в них своим телом, и кости с жутким хрустом и треском разлетались в стороны. Черепа катились под ноги, ребра ломались, как сухие ветки. Монстр развалил гору на две части, проложив в ней широкую борозду. Из его пасти вырвался низкий, вибрирующий рык, который эхом заметался между колоннами подземелья. Не останавливаясь, чудовище побежало дальше, по следу маленького монстра. Тяжелый топот стал удаляться, пока совсем не стих в глубине подземелья. А молящийся скелет остался стоять на коленях. Только теперь без головы. Голова катилась по костям, пока не ударилась о камень и не замерла. Череп лежал на боку, пустыми глазницами глядя в темноту. Сначала ничего не происходило. А потом челюсть скелета дернулась. Она задвигалась медленно, словно примеряясь. Сухие зубы стучали друг о друга. Из раскрытого рта полился звук. Это был шепот, тихий и шипящий, на языке, которого никто не смог бы понять. Звук был похож на ветер в сухой траве или на то, как шуршат старые кости. Шепот становился громче. Слова, если это были слова, звучали все отчетливее. Они наполняли подземелье, отскакивали от стен, множились. Гул становился невыносимым, давил на уши, проникал в голову. И внезапно — тишина. Резко, словно звук оборвали ножом. Из правой глазницы черепа потекла кровь. Алая, густая, она не капала, а лилась непрерывной струей. Кровь ударилась о каменный пол и потекла дальше, растекаясь во все стороны. Она текла быстро, словно живая, словно знала, куда ей нужно. Красная река покрывала камни, затекала между костями, обтекала черепа и ребра. Кровь залила все вокруг. Пол подземелья превратился в огромную красную лужу. И в этой луже горы трупов начали тонуть. Медленно, без всплесков, кости погружались в кровь. Сначала ушли мелкие кости, потом черепа, потом целые скелеты монстров. Красная гладь смыкалась над ними, и через минуту от огромных костяных холмов не осталось ничего. Только ровная кровавая поверхность. Как только последняя кость скрылась, поток из глазницы прекратился. Стало тихо. А потом подул ветер. Холодный, пронизывающий до костей, он пришел из ниоткуда. Ветер ударил в молящийся скелет, который так и стоял на коленях без головы. Тело рассыпалось в одно мгновение. Кости превратились в серую пыль и унеслись прочь. Череп, лежащий на полу, тоже пошел трещинами и разлетелся мелким прахом. Ветер стих так же внезапно, как и начался. Кровавое озеро на полу подземелья начало быстро высыхать, впитываться в камень, исчезать. И когда последняя капля ушла, на том месте, где только что был череп, осталось лежать что-то маленькое. Существо из красной плоти. Оно было крошечным, размером с ладонь. Тело переливалось влажным блеском, без шерсти, без чешуи, без глаз. Оно лежало неподвижно, лишь слегка подрагивая, словно дышало. Комок сырой, только что рожденной плоти посреди пустого холодного подземелья. ---------- Том 1 Глава 2 За стенами подземелья раскинулась туманная равнина. Туман стелился низко, по самой земле, белыми клочьями цеплялся за траву. Он был густой, молочный, и видно сквозь него было плохо. Ноги утопали во влажной почве. Тишина стояла звенящая, только редкие птицы кричали где-то далеко, и их крики тонули в белой пелене. По этой равнине шел человек. Он был в полной экипировке наемника. Потертая кожаная броня с металлическими пластинами на груди и плечах. На поясе ножны с мечом, рукоять потертая, удобная для руки. За спиной вещевой мешок, видавший виды. Лицо закрывала легкая ткань от тумана, но глаза смотрели внимательно, цепко. Он шел уверенно, нога ставилась твердо, словно он много раз ходил по таким дорогам. Туман начал редеть. Впереди показались очертания домов. Деревня была небольшая. Десятка два домов, крытых соломой, пара сараев, колодец в центре. Улица пустая, ни души. Но наемник чувствовал взгляды. Он прошел мимо первого дома. В окне мелькнуло лицо - старуха смотрела прямо на него. Он повернул голову, встретился с ней взглядом. Старуха тут же отвернулась и задернула грязную занавеску. Дальше у забора стоял мужик с вилами. Стоял и смотрел, как приближается наемник. Глаза настороженные, руки сжимают черенок. Наемник прошел мимо. Мужик проводил его взглядом, но как только путник обернулся, сразу уставился в землю. Так было с каждым. Люди выглядывали из дверей, из-за углов, из сараев. Смотрели. И отворачивались, стоило только встретиться глазами. Наемник прошел всю деревню, не сказав ни слова. Остановился он только у одного здания. Двухэтажный дом из потемневшего дерева стоял чуть на отшибе. Над входом висела старая вывеска с выцветшими буквами. На ней было написано: "Таверна Старой Крови". Изнутри доносился шум. Гул голосов, звон кружек, чей-то пьяный смех, женский визг. Настоящий праздничный гам. Свет из мутных окон пробивался сквозь щели в ставнях. Наемник шагнул к двери, потянулся к ручке. И в этот момент дверь распахнулась наружу с такой силой, что едва не слетела с петель. Из таверны вылетели два мужика. Они катились по земле, вцепившись друг в друга мертвой хваткой. Один был здоровый, бородатый, в рваной рубахе. Второй - пониже, но злой, с разбитой губой. Они катались по пыльной дороге, молотя друг друга кулаками, пинаясь, рыча, как собаки, которые грызутся за кость. Следом из дверей высыпала толпа. Человек десять, с кружками в руках, с красными пьяными лицами. Они окружили дерущихся, кричали, размахивали руками, подбадривали. - Давай, Берт, врежь ему!- Заешь его, Томас, заешь! Никто не обращал внимания на наемника. А он и не ждал. Он просто шагнул прямо в толпу, плечом раздвинул двух мужиков, перешагнул через чью-то ногу, прошел мимо дерущихся, которые так и катались у крыльца. Толпа расступилась на секунду и тут же сомкнулась за его спиной, продолжая орать. Наемник зашел внутрь. Внутри таверна гудела, как растревоженный улей. Воздух был тяжелый, горячий и влажный. Пахло так, что с непривычки могло замутить. Кислый запах дешевого эля мешался с жирным духом жареного мяса. Где-то на кухне шипело сало на сковороде. Пахло потом, табачным дымом и еще чем-то сладковатым, приторным. Глаза разбегались. В центре зала горел большой камин, бросая оранжевые блики на стены. Вдоль стен стояли тяжелые деревянные столы, залитые напитками, усыпанные объедками. За ними сидели люди. Много людей. Мужики в простой одежде, несколько баб в ярких платках, какой-то тощий старик в углу, пара здоровенных парней, похожих на наемников или головорезов. Все пили. Все ели. Все орали. Кто-то стучал кружкой по столу в такт песне, которую орали в другом конце зала. Кто-то играл в кости, швыряя их прямо в жирную лужу на столе. Две женщины в низких вырезах сидели на коленях у мужиков и громко смеялись. На полу валялись кости, объедки, опрокинутая кружка, из которой еще текла лужа пива. Над всем этим стоял оглушительный шум. Голоса сливались в сплошной гул, в котором нельзя было разобрать ни одного слова. Наемник остановился у входа, оглядывая зал. Его лица никто не заметил. Слишком всем было весело, слишком все были пьяны. Он сделал шаг вперед, и дверь за ним захлопнулась, отрезая звуки дерущихся снаружи. Теперь остался только этот шум. Праздник. Таверна "Старая Кровь" жила своей жизнью. Наемник осмотрелся и уверенно направился к барной стойке. Он прошел мимо нескольких столов, лавируя между пьяными телами и выставленными ногами. До стойки оставалось шагов пять, когда в него кто-то врезался. Здоровенный мужик, толстый и широкий, как бочка, качнулся и налетел прямо на наемника. От него разило перегаром так, что могло выжечь глаза. Рубаха грязная, на груди пятна от жира, лицо красное, глаза мутные. Мужик устоял на ногах, хотя качнулся назад. Он уперся мутными глазами в наемника и сразу же начал быковать. - Ты че творишь, а? — заорал он, брызгая слюной. — Смотреть надо, куда прешь! Новенький, что ли? Я тебя тут раньше не видел! Он наклонился, вглядываясь в лицо наемника. Потом его взгляд опустился ниже, скользнул по одежде, по поясу и остановился на ножнах. Глаза у мужика прояснились. Он удивленно моргнул, узнавая материал. - Наемник, что ли? — спросил он уже другим тоном, чуть тише. На его лице появилась пьяная улыбка. - А я Торвальд буду! Приятно познакомиться... Он не договорил. Наемник смотрел на него спокойно, без тени страха или уважения. Голос у него был ровный, тихий, но в нем чувствовалась сила, от которой мужик сразу замолчал. - С чего это ты взял, что я наемник? — спросил наемник. - Я охотник. Мужик открыл рот, чтобы что-то ответить, но ноги у него подкосились. Он рухнул на пол, как мешок с картошкой. Тяжелое тело грохнулось так, что затрясся пол и звякнула посуда на столах. В таверне стало тихо. Все, кто сидел рядом, обернулись. Взгляды уперлись в лежащего мужика, а потом поднялись на того, кто стоял над ним. Несколько человек за соседними столами медленно опустили руки под стол. Кто-то потянулся к поясу. Скрежет металла — из-за столов начали появляться ножи. Кто-то достал короткий меч. Человек пять-шесть встали со своих мест, сжимая оружие. Они переглядывались, примерялись, искали момент, чтобы наброситься. Но тут мужик на полу зашевелился. Он открыл глаза, часто заморгал, приходя в себя. Увидел над собой наемника — охотника — и дернулся. А потом увидел своих друзей с оружием в руках. Лицо мужика перекосило от ужаса. Он заорал так, что перекрыл весь гул таверны: - Стоять! Не сметь! Даже не пробуйте двинуться с места! Все замерли. Руки с оружием застыли в воздухе. Мужик с трудом поднялся на четвереньки, потом встал, держась за стол. Он тяжело дышал и вытирал пот с лица. - Перед вами... — он сглотнул, - перед вами охотник на монстров. В таверне повисла мертвая тишина. Слышно было только, как трещит огонь в камине и капает пиво с опрокинутой кружки. Но один не унимался. Тощий парень с ножом в руке, стоявший у ближнего стола, спросил с вызовом: - Почему ты ему веришь? Вдруг он обманывает нас? Мужик, которого назвали Торвальдом, аж побагровел от злости. Он вытянул дрожащую руку и ткнул пальцем в сторону охотника. - Глаза разуй, дурень! Посмотри на его ножны! — заорал он. - Они сделаны из шкуры монстра! Все, у кого ножны из шкуры монстра, — охотники! Я пьяный был, не заметил сразу! А ты смотри и запоминай! Тощий парень уставился на ножны. Прищурился. Побледнел. Нож и правда были необычные. Темная, грубая кожа с каким-то странным отливом, неровная, с заметными шрамами от старых ран. Такую шкуру не снять с обычного зверя. Парень опустил нож. Сглотнул. Спрятал оружие за пояс. Остальные тоже зашевелились. Лезвия исчезли так же быстро, как появились. Кто-то сел на место, кто-то отвернулся и уткнулся в свою кружку. Торвальд выдохнул и снова вытер лицо. - Хорошо, что все живы остались, — пробормотал он тихо. ---------- Том 1 Глава 3 Меня зовут Геральд. Я хозяин этой таверны. "Старая Кровь" — мое заведение, моя жизнь, мое все. И я старший брат того самого придурка Торвальда, который сейчас стоит красный как рак и вытирает пот со лба. Я смотрел на эту сцену из-за стойки. Смотрел, как мой брат врезается в незнакомца. Смотрел, как он начинает быковать, как обычно это бывает, когда он напьется до чертиков. Сердце у меня ушло в пятки, когда я увидел ножны незнакомца. Я сразу понял, кто перед нами. Охотник. Из-за одного такого человека моя семья стоит на краю пропасти. Из-за одного неверного слова, одного косого взгляда, одной глупой выходки моего брата. Охотники на монстров... Это не просто люди, которые машут мечом. Это страшные люди. Они убивают тварей, которых обычный человек даже увидеть боится. Я слышал про них разное. Говорят, они едят мясо монстров. Закаляют себя так, делают свое тело сильнее, выносливее. Фу. Одна мысль об этом вызывала у меня тошноту. Хотя... был в моей жизни один случай. Года два назад заезжали ко мне странствующие торговцы. Привезли с собой товар особый. Мясо монстра. Сказали, что редкая вещь, что охотники такое едят, что силу дает небывалую. Закупка этого мяса обошлась мне очень дорого. Я отдал почти всю выручку за месяц, поверив их сладким речам. Думал, может, и правда что-то особенное. Может, гостям понравится, может, прославится моя таверна на всю округу, если я буду кормить людей таким деликатесом. Зря. Мясо это было отвратительное на вкус. Просто несъедобное. Я сам попробовал маленький кусочек — и меня вырвало в ту же секунду. Прямо за стойку, при всех. Позорище. Пришлось выкинуть все остатки, а деньги назад никто не вернул. Торговцы те исчезли, как и не было. С тех пор я зарекся связываться с такой едой. Но кусок того мяса, самый маленький, самый жалкий, я все же оставил. Лежал он у меня в леднике, в самом дальнем углу. Сам не знаю зачем. Наверное, чтобы не забывать, как я глупость совершил. И вот сейчас этот кусок может меня спасти. Охотников везде приветствуют. Их любят. Их уважают. Их боятся. А те, кто относится к охотнику плохо... про таких говорят, что их ждет либо смерть, либо учесть пострашнее. Мой брат едва не навлек эту участь на всю нашу семью. Я вышел из-за стойки, когда шум утих. Торвальд стоял, вжав голову в плечи, и боялся даже дышать в сторону охотника. Люди за столами сидели тихо, как мыши, и только краем глаза поглядывали на незнакомца. Я подошел к охотнику и поклонился. Низко, как только мог. - Господин охотник, — сказал я, стараясь, чтобы голос не дрожал. - Примите мои извинения за брата. Он дурак и пьяница, но он не хотел вас оскорбить. Прошу вас, будьте нашим гостем. Я махнул рукой своим парням. Они знали свое дело. Через минуту на отдельном столе, самом лучшем в зале, у самого камина, появилась чистая скатерть. На нее полетели самые дорогие блюда, какие только были у меня в запасе. Жареный кабан, запеченные овощи, свежий хлеб, сыры, фрукты, кувшины с лучшим элем. И в самом центре стола я поставил небольшое блюдо. На нем лежал темный, почти черный кусок мяса. Тот самый. Мясо монстра, которое я хранил два года. Я надеялся, что этого хватит. Надеялся, что охотник оценит мой подарок. Надеялся, что моя семья переживет эту ночь. Охотник посмотрел на стол. Потом перевел взгляд на меня. Глаза у него были спокойные, холодные, ничего не выражающие. - Садись — сказал он. - Составишь мне компанию. И я сел. А что мне оставалось делать? Охотник сидел напротив Геральда и спокойно ел мясо монстра. Он отрезал небольшие кусочки, жевал медленно, без всякого выражения на лице. Ни отвращения, ни удовольствия. Просто ел, словно это был обычный хлеб или кусок кабана. Геральд смотрел на него и не мог отвести взгляд. Его немного передернуло, когда он вспомнил тот вкус. Рожа сама собой скривилась, будто он снова попробовал эту гадость. - Ты думаешь, мясо монстра — это противно, — вдруг сказал охотник, не поднимая глаз. Геральд вздрогнул. Сердце пропустило удар. Он что, мысли читает? Откуда он знает? Геральд занервничал так, что вспотела спина. Охотник поднял глаза и усмехнулся. Уголки губ чуть дрогнули. - Не бойся, мысли я не читаю. У тебя на лице все написано. Кривишься, как будто лимон съел. Геральд выдохнул. Легче не стало. - Как мне к тебе обращаться? — спросил охотник, отрезая очередной кусок мяса. - Геральд, — быстро ответил хозяин таверны. - Просто Геральд. - Значит, так, Геральд, — охотник отложил нож и посмотрел прямо в глаза. — Успокойся. Я ничего вам не сделаю. Ни тебе, ни твоему брату, никому в этой таверне. Ты думаешь, мы, охотники, какие-то варвары, которые режут всех подряд? Геральд замотал головой так быстро, что чуть шею не свернул. - Нет, нет, что вы, господин охотник, я ничего такого не думал, я просто... Он замолчал, потому что не знал, что говорить. Язык заплетался. Он попытался сменить тему и спросил то, что вертелось на языке с самого начала: - А что... что вы тут делаете? В нашей деревне? Зачем охотник пришел в такую глушь? Охотник доел последний кусок мяса. Вытер губы тыльной стороной ладони. Посмотрел на Геральда внимательно, изучающе. - Разве не из вашей таверны поступило задание? Геральд замер. А потом его лицо изменилось. Он хлопнул себя по лбу, чуть не опрокинув кружку. - А! Вы об этом! — воскликнул он. - Но мы отправляли задание наемникам! Обычным наемникам! Мы никак не могли заказать охотника, у нас денег не хватило бы, чтобы оплатить такой заказ. Это ошибка какая-то... Охотник покачал головой. - Если ты про деньги, то наемники передали это задание нам. Охотникам. Геральд моргнул. Не понял. - Как это? Зачем? Охотник откинулся на спинку стула. Он смотрел куда-то в сторону, на огонь в камине. - Ваша деревня находится недалеко от Монолитов. Это наша территория. Наемники туда не суются, если могут. Поэтому у них правило: если задание кажется странным, опасным или просто пахнет монстрами, они передают его нам. За процент, конечно. Он перевел взгляд на Геральда. - Мне бы хотелось поговорить об этом задании. Наедине. Геральд понял. Он медленно поднялся, обвел взглядом зал. Все, кто был в таверне, сидели тихо. Но все смотрели на их стол. Торвальд в углу таращился, разинув рот. За соседним столом замерли трое мужиков с кружками у губ, но никто не пил. Даже женщины наверху высунулись из-за перил и глазели вниз. Геральд прокашлялся. Набрал побольше воздуха в грудь. И гаркнул так, что задрожали стены: - Так! На сегодня все! Таверна закрывается! Приходите завтра! В зале повисла тишина. Люди переглядывались. Никто не возразил. Никто не сказал ни слова. Мужики начали подниматься из-за столов. Кто-то допил пиво наскока, кто-то просто бросил недопитую кружку. Торвальд поплелся к двери, опустив голову и не глядя в сторону брата. Женщины зашуршали юбками на лестнице. Посетители тихо, почти без слов, выходили на улицу. Через несколько минут в таверне остались только двое: Геральд и охотник. Да потрескивал огонь в камине. Да капало пиво с опрокинутой кружки, которую никто не убрал. Геральд сел обратно за стол. - Я слушаю, господин охотник. ----------