Рику и Чизе: Разносчик газет и принцесса (LN) (Новелла) Mizuki Nomura История о девочке, которая так и не научилась плакать, и мальчике, который разучился смеяться. Чизе оказалась раздавлена новостью о разводе родителей. Она изо всех сил цеплялась за свою лучезарную улыбку, пытаясь удержать семью, что висела на волоске. Но было бы куда честнее просто разрыдаться и признаться, что она хочет видеть их вместе. Рику подрабатывал разносчиком газет. Мать вечно отсутствовала, так что деньги на жизнь приходилось зарабатывать самому. Его единственной мечтой было рисовать, но и она не сбылась. Он не держал зла на мир и не испытывал отвращения, просто уже не мог вспомнить, когда в последний раз улыбался — и улыбался ли вообще. Их дороги пересеклись в этой истории об одном разрывающем сердце и очень хрупком лете. ==================== ПРОЛОГ ПРОЛОГ Этим летом ты многому меня научила. Как красив цвет вечернего солнца, когда оно садится между горами на западе. Каким страстным может быть аромат зеленой травы в цветущее лето. Как ослепительны нежные краски звездной ночи. Я вообще ничего не знал, пока не наступило это лето. Я даже не знал, что в деревне, где я вырос, есть такое прекрасное место. Мир такой яркий, и все в нем кажется мне таким трогательным, но в этих глазах все это время я видел только твое одинокое "я". В течение этого лета мы всегда были вместе, как Вега и Альтаир*, такие непорочные, такие полные счастья. * Из китайской легенды (популярной в Японии) о любви двух звезд: дочери Небесного царя – Веги и Альтаира- пастуха, водившего звёздные стада по заоблачным равнинам. С давних времен и по сей день их разделяет великая небесная река, именуемая млечным путём, однако, так было не всегда, когда-то они были неразлучны.. * И даже, несмотря на то, что воспоминания в моем сердце останутся навсегда, лето вот-вот подойдет к концу. Таким образом – Мы должны попрощаться. ---------- Одинокие летние каникулы В один момент белая лента сверкала в ослепительном свете заката, а в другой - соломенная шляпа Чизе развевалась на летнем ветерке. Белая лента соломенной шляпы мягко танцевала в оранжевом небе, как пуховая пелерина, и наконец приземлилась на кончик ветки большого дерева. (Что же мне теперь делать...) Дерево, окрашенное закатом в красный цвет, было похоже на нахального мальчишку, высоко поднявшего руку. Чизе могла только с тревогой смотреть на свою шляпу. Прошло около часа, когда она сказала Андоу-сан, экономке: "Я пойду прогуляюсь", и вышла из дома. Здесь были не бетонные и асфальтированные дороги, а простые грунтовые тропинки, и всё для Чизе было в новинку, будь то пышная зелень или то, что ручей был настолько чистым, что были видны камни на дне. По мере того как она шла, её глаза становились всё шире и шире, пока внезапный порыв ветра не взъерошил её соломенную шляпу и не унёс на ветку. Ручей уходил в сияние заката. На обочине было много зелени, а большое дерево, за которое зацепилась соломенная шляпа, было грубым и страшным на вид. Чизе потрогала его, и кожа на её ладони содралась. Она выросла в городе и никогда не была особенно хороша в спорте, не говоря уже о лазании по деревьям. Более того, она была одета в летнюю одежду - белое цельное платье и модные сандалии. Волосы длиной до пояса тоже мешали бы при попытке забраться на дерево. Вода в ручье медленно уходила вдаль, журчание было единственным звуком, который можно было услышать. Как вдруг... велосипед, направлявшийся прямо по дорожке, засиял в оранжевых лучах солнца. На нём ехал мальчик, на вид чуть старше Чизе, возможно, не более чем ученик старшей школы. Он был одет просто, в пропитанную потом рубашку и выцветшие джинсы, тонкие руки и напряженное лицо были обнажены, чтобы испечься под солнцем. Он посмотрел в сторону Чизе, и девушка напряглась от его отстранённого выражения лица. Его губы скривились, и он медленно приблизился на велосипеде. Чизе решила, что он уедет, но неожиданно он припарковался рядом с ней. И что ещё более удивительно, этот отстранённый мальчик вдруг поднял голову. Прямо на соломенную шляпу Чизе с ниспадающей белой лентой. Загорелые руки потянулись к веткам, ноги уперлись в кору, и он быстро вскарабкался на дерево. Затем он протянул руку, чтобы подтолкнуть соломенную шляпу, которая упала прямо на Чизе. Её глаза расширились, когда она поймала её обеими руками. Как только мальчик увидел, что Чизе поймала шляпу, он спрыгнул вниз с середины дерева и приземлился на траву. Земля слегка дрогнула. Стройные плечи девочки последовали её примеру. Оранжевое небо тем временем окрасилось в алый цвет, отчего мир стал немного темнее, а предметы стало труднее разглядеть. Мальчик, довольный выполненным заданием, вскочил на велосипед и поехал в сторону заходящего солнца. ─ Эм... Чизе хотела окликнуть его, но всё, что было видно, это его худую спину, которая становилась всё меньше и меньше на её глазах. Она осталась стоять на месте, держась обеими руками за соломенную шляпу. (Он любезно помог мне... но я не поблагодарила его). Она опустила плечи, разочарованная тем, насколько медленной была её реакция. (Но я должно быть смогу увидеть его снова... ведь эти летние каникулы я проведу здесь). Конечно, она обязательно поблагодарит его, когда они снова встретятся. Она отвесила глубокий поклон в сторону, куда ушёл мальчик. Когда Чизе вернулась на виллу, солнце уже совсем село, и домоправительница вышла поприветствовать её. ─ Уже поздно. Я беспокоилась, что вы потерялись. ─ Простите. Андоу-сан была пожилой женщиной лет 50-ти, приятной на вид и доброй. Когда Чизе увидела её в первый раз, Андоу-сан любезно приветствовала её улыбкой и словами: "Ну, добро пожаловать". Девушка сразу же прониклась к ней симпатией, поэтому ей было очень стыдно за то, что она заставила пожилую даму волноваться. ─ Здесь всё по-другому по сравнению с городом. Ночью на улице темно, и ничего не видно. Людей на улице тоже не так много. Убедитесь, что вернётесь до наступления темноты. Родители Чизе никогда не проявляли такой заботы, поэтому она была одновременно немного ошеломлена и обрадована. ─ Я понимаю. Я буду осторожна. Честный ответ Чизе заставил лицо Андоу-сан расслабиться. ─ Чего бы вы хотели сначала, ужин или принять ванну? ─ Ах, ужин, пожалуйста. ─ Хорошо, я займусь его приготовлением. ─ Тогда я оставляю это на вас. Чизе опустила голову в знак благодарности. Это заставило Андоу-сан сузить глаза. ─ Вы действительно вежливы, Чизе-сан. Редко встретишь такую учтивую и вежливую принцессу, как вы. Я полагаю, это ваше благородство проистекает из того, что вы воспитывались в частной школе для девочек в Токио с детского сада, не так ли?" ─ сказала она, судя по голосу, впечатлённая. Чизе покраснела и пробормотала: "Эээ... это не так... я... я обычная", ─ после чего поспешно удалилась в туалетную комнату. Ей было непривычно, что её хвалят, и она не знала, что ответить. В школе она была добродушной, но заурядной девочкой. "Ты опять зависаешь, Чизе-тян", ─ так над ней часто подшучивали. Ни разу её не называли классной. Подобная похвала заставила её почувствовать себя слишком смущенной, и даже после того, как она умылась в туалете, её щеки все ещё были красными. Закончив умываться, она отправилась есть ужин, приготовленный для неё Андоу-сан. Ужин состоял из множества летних овощей в ризотто с консоме*, жареного в травах цыпленка и грейпфрутового желе. Она больше обычного следила за своим этикетом и использованием ножа и вилки. *концентрированный прозрачный бульон из мяса, иногда из овощей* Каждое блюдо было восхитительным на вкус. "Очень вкусно", ─ застенчиво заметила она, и Андоу-сан радостно сузила глаза. ─ Приятно знать, что это соответствует вашим вкусам. Есть ли что-нибудь, что вы не можете есть? ─ Эм... Чизе на мгновение растерялась, что, похоже, немного удивило Андоу-сан. ─ Не волнуйтесь. Пожалуйста, скажите, если есть что-то такое", ─ мягко попросила женщина. Чизе заикалась, ─ Я-я... н-не могу есть зеленый перец. Андоу-сан ещё больше засияла, её глаза снова сузились. ─ Моя младшая дочь не желала есть зелёный перец, пока не закончила начальную школу. Сейчас она до сих пор звонит и спрашивает, как заставить своего сына-младшеклассника есть их. ─ В таком случае, что мне следует делать, чтобы я смогла их есть? ─ Ну, это я пока оставлю в секрете. Если я раскрою ответ сейчас, Чизе-сан, вы будете в замешательстве и продолжите гадать, где же спрятан зеленый перец в каждом блюде. ─ Вовсе нет. И-и дело не в том, что я вообще не могу их есть. Пожалуйста, подавайте их как обычно. ─ Нет, нет. Пожалуйста, предоставьте это мне. Есть ли что-нибудь, что вы ненавидите, кроме зеленого перца? ─ Больше ни с чем проблем нет. Чизе покраснела, и, увидев это, Андоу-сан просияла. Кисло-сладкое холодное грейпфрутовое желе было покрыто сладким молочным соусом. Чизе подцепила его серебряной ложечкой и попробовала. Это было очень вкусно. Пока она ела, Андоу-сан задала вопрос: ─ Как вам на улице? Ну-у... ─ Может быть, на улице не так уж и много всего, но пейзаж красивый. Вы учитесь в третьем классе средней школы и хорошо сдали вступительные экзамены, не так ли, Чизе-сан? Ах, но ведь в вашей школе не требуется сдавать вступительные экзамены, не так ли? Ах да, если вы поедете на автобусе в центр города, там есть кинотеатр и торговый центр. И затем она продолжала радостно болтать на протяжении всей трапезы. Чизе только кивала головой с некоторой опаской то тут, то там, время от времени добавляя странный вопрос тоненьким голоском. Внезапно она вспомнила того отстраненного мальчика. Она подумала о том, как он помог ей достать соломенную шляпу, и её сердце начало бешено колотиться. Она начала беспокоиться, заметит ли Андоу-сан, что она ведет себя по-другому... ─ Было бы здорово, если бы ваши родители смогли закончить работу пораньше и приехать сюда поскорее... Беззаботные слова Андоу-сан укололи Чизе иглой в самое сердце. Но девушка сразу же ответила: "Да, безусловно, это было бы замечательно", ─ и улыбнулась. ─ Спасибо за еду. Было очень вкусно. ---------- Одинокие летние каникулы После ужина Чизе намеревалась убрать столовые приборы, но: "Спасибо, но это моя работа", ─ её твердо остановила Андоу-сан. ─ Э-э-э, тогда, пожалуйста, позвольте мне хотя бы отнести их на кухню. ─ В самом деле, вы заставляете меня усомниться в том, кого именно здесь наняли на работу, - ответила женщина, отмахнувшись от помощи девушки шуткой, ─ вы очень послушны для ученицы средней школы. Ваши родители, несомненно, должны быть рады, что вы у них есть. Комплимент был произнесен мягко, но все равно эти слова глубоко ранили Чизе. Снова. И да, от этого ей также стало неловко. Поэтому девочка поспешно собрала столовые приборы, отнесла их на кухню к раковине и поднялась на второй этаж. Комната Чизе, где она собиралась провести летние каникулы, представляла собой пустое помещение, выходящее окнами во двор. Кровать, стол и стул уже были аккуратно расставлены, все они были старые, но крепкие и сделаны из дерева, от которого исходило ощущение тепла. Занавески были нежного травянисто-зеленого цвета с белыми кружевами, напоминающими облака. Все это было очень красиво. Войдя внутрь, девушка прислонилась спиной к двери орехового цвета и опустила голову. Длинные волосы ниспадали на щеки, скрывая выражение ее лица. Здесь не было никого, кроме нее. ─ ... Так она стояла, застыв в этой позе, долгое время, пока, наконец, краешек ее губ не оживился. Даже не глядя в зеркало, она без сомнения знала, какое выражение украшает ее лицо. Слабая улыбка. Она хотела быть искренне "счастливой". Так, чтобы она могла улыбаться более счастливой улыбкой, чем эта. В конце концов, она села на стул напротив письменного стола и достала набор для письма, который привезла из Токио. На конвертах и открытках были изображены рыбы, облака, арбузы и фейерверки, создавая идеальное летнее настроение. Один только взгляд на них наполнял ее радостью. Она положила цветные ручки на стол, размышляя, какие цвета использовать для тех или иных открыток. Чем больше она думала об этом, тем счастливее себя чувствовала. В конце концов, она выбрала темно-синюю ручку и открытку с изображением синей рыбы и начала писать своим закадычным друзьям. «Сегодня я приехала на виллу. Еще перед летними каникулами мы говорили о дальней родственнице моего отца по имени Шиори-сан, которая жила в этом доме одна. Я представляла его ветхим, с привидениями. Однако теперь, когда я смотрю на него воочию, это милый деревянный коттедж, похожий на хижину, встречающуюся на иностранных иллюстрациях. По стенам карабкаются виноградные лозы, листья которых имеют форму сердца. В саду есть участок, где можно собирать огурцы и помидоры. Сбоку от двери есть даже красный почтовый ящик. Он очень милый. Рядом протекает ручей, и я вижу гряды ферм, поля и виноградник. Воздух освежает. Мне комфортно здесь жить.» Один за другим Чиз начала вспоминать все чудесные вещи, которые она видела глазами, слышала ушами и чувствовала кожей в этот день. Возможно, то, что она написала об этом своим друзьям, взволновало ее больше, чем ожидалось, потому что потом она выбрала небесно-голубую открытку, оранжевую ручку и начала писать письмо своим родителям. «Андоу-сан рассказала мне, что предыдущим владельцем этого дома была дальняя родственница отца, Шиори-сан.» «Она приезжала два раза в неделю, но только для того, чтобы помочь по хозяйству, и почти не разговаривала с Шиори-сан. Она упоминала, что госпожа Шиори была очень добрым человеком, с мягким тоном, и все в деревне называли ее мудрецом. Я также слышала, что в молодости она была самой красивой в деревне.» «Я слышала, что стол, стул и кровать, которыми я сейчас пользуюсь, принадлежали госпоже Шиори. Я нашла стихи, написанные Шиори-сан в ящике стола, но не на бумаге, а на самом ящике, написанные ручкой. Интересно, сколько лет было госпоже Шиори, когда она их написала? Почерк очень красивый и элегантный.» «Когда вы приедете, я покажу их вам.» На этом месте Чизе перестала писать, уставилась на текст и зачеркнула слова ручкой. Затем она замазала все корректором и написала кое-что другое. «Я люблю этот дом, эту деревню с того момента, как приехала. Какие прекрасные пейзажи я увижу завтра? Я с нетерпением жду этого. Я еще напишу вам, папа, мама.» "Было бы здорово, если бы ваши родители смогли закончить работу пораньше и приехать сюда поскорее...", ─ так сказала Андоу-сан. Ее отец был занят работой, а мать - еще более занята общением. У них обоих вряд ли было время, но Чизе прекрасно знала, почему они не приходят. Оба они были дома, в Токио, и обсуждали развод. Поэтому они договорились, что Чизе приедет в этот дом и проведет здесь свое 15-е лето. Этот дом когда-то принадлежал дальней родственнице ее отца, и так случилось, что она умерла этой весной. Возможно, они сделали это из соображений, думая, что она не захочет слушать их споры. Однако, сколько Чизе себя помнила, отношения между ее родителями всегда были холодными. Даже когда они ели втроем за одним столом, они никогда не улыбались, и атмосфера между взрослыми всегда была напряженной. Наверняка сейчас они говорили друг другу гадости, хмурясь. Чизе легко могла себе это представить, и от этой мысли ее сердце превратилось в глыбу льда. Рука, державшая оранжевую ручку, снова остановилась. (Я не могу думать об этом). Чем больше она думала об этом, тем тяжелее и холоднее становилось ее сердце и тело. Вместо этого, возможно, ей стоит найти какую-нибудь радость, чудесную вещь и рассказать о ней родителям. Наверняка это сделает их счастливее и, может быть, даже побудит их приехать к ней. Да, папа и мама наверняка пришли бы тогда, улыбаясь и любя друг друга. «Здесь тихо.» «Воздух успокаивает меня.» Чизе заполнила словами небесно-голубую открытку. Оранжевые чернила выглядели на бумаге очень теплыми, почти как цвет заката. Она вспомнила развевающуюся белую ленту и мальчика, передающего соломенную шляпу. Вспомнила его худое лицо. Тонкие губы, окрашенные в оранжевый цвет. Отстраненные глаза. Мокрая от пота рубашка. Велосипед, который уехал прежде, чем Чизе успела произнести слова благодарности. Силуэт спины мальчика. Ее замерзшее сердце медленно таяло, и губы расплылись в естественной улыбке. Да. Это была чудесная, удивительная вещь. Чизе всегда училась в школе для девочек, и у нее никогда не было нормального разговора с мальчиком того же возраста. Когда она ехала на поезде в школу и обратно, мальчики всегда были вместе, громко болтали, что всегда пугало ее. Мальчик, который достал для нее соломенную шляпу, мог выглядеть мрачным, но он также выглядел серьезным, и от него исходило спокойствие, как от утреннего неба. ─ Будет здорово... увидеть его снова... ─ прошептала Чизе, чувствуя, как слегка запылали ее щеки. В первый же день пребывания Чизе на вилле она встретила мальчика, и эта встреча обещала прекрасное начало ее летних каникул. От одной мысли об этом у нее заколотилось сердце. Она медленно открыла ящик стола. И тут же перед ее глазами появился изящный почерк. Кто он? Почему он вздохнул? Эти слова, вероятно, написала предыдущая хозяйка дома, госпожа Шиори. Они также очень подходили к личности Чизе, и девушка была заворожена ими. (Как зовут этого мальчика? Если бы мы только могли встретиться снова). Ее улыбка стала мечтательной. ◇◇◇ ____________ Здравствуйте, кто-нибудь знает как сделать шрифт жирным? Кнопка на ранобэлибе не работает😢 Вот я в печали ----------