– Альтстелла Линдси Руфус.

Губы правильной формы двигаются медленно. Говорят размерено и спокойно, как в замедленной съёмке. Интересно, так чувствую только я.

– Вы меня разочаровали. Я отменяю помолвку.

Человек, который назвал мое имя и сообщил мне об этом, был Эллейн Вальдорф фон Нейтфил, второй принц Королевства Нейтфил. До недавнего времени я была его невестой. Аметистовые глаза на аккуратном лице пронзают меня насквозь.

Нежная юная леди, которая прижимается к нему – дочь барона Анны Роделай. Мой жених... Она любовница моего жениха. Я посмотрела вниз, делая вид, что не замечаю, что она на мгновение одарила меня снисходительной кривый улыбкой.

– Ваше Высочество, могу я спросить, почему?

– Ты лучше всех знаешь причину. Эти барышни признались, что все эти гнусные домогательства к мисс Анне были под вашим руководством.

Три бледных барышни, мои самые близкие друзья, стоят позади Его Высочества и старательно скрывают лица. Я отчётливо увидела улыбку на лице одной из них.

Я знала, что они что-то тайно замышляют, но такое надуманное...

Мне удалось взять себя в руки от наплыва эмоций и оглядеть зал, где смешались злоба и любопытство. Все неподвижно ждут продолжения наших слов.

Честно говоря, я всего несколько раз разговаривала с мисс Анной, да и то только приветствия. Правда это или нет, здесь уже никого не волнует.

– Понятно, Ваше Высочество. Я приму любое наказание. Однако это не имеет ничего общего с моей семьей и герцогом Руфусом. Если это возможно, пожалуйста, дайте мне мягкое наказание.

— Ах, я в долгу перед герцогом Руфусом. Спасибо вам за всё. Всего вам хорошего.

С улыбкой на лице я вышла из бального зала после того, как исполнила свой последний публичный поклон в качестве дочери герцога.

Возможно, моё приветствие прозвучало иронично, но взгляд Его Высочества стал до смешного устрашающим, но это уже ни при чём.

Моя жизнь как Альтстеллы Линдси Руфус закончилась в тот день.

На самом деле это неправда.

Единственным наказанием, данным мне, было исключение из Королевской академии и бессрочное изгнание из общества. Семья герцога не пострадала.

Я была встревожена тем, как легко было вызвать гнев второго принца, но, если хорошенько подумать, единственными преступлениями, которые можно приписать ко мне – приставания к девушкам в академии, которые не понимали разницу между небом и землей.

Среди них была мисс Анна, кто-то столкнул её с лестницы и она получила небольшие ранения. Свидетелей тому не было, а те кто там был не могли ничего сообразить.

Другими словами, я взяла на себя смелость винить мисс Анну в том, что она поднимает шум, и девушка обвинила в этом меня.

Жестоко наказывать дочь герцога, ведущего аристократа, защищая дочь простого барона, хоть она и любовница принца.

Напротив, Его величество даже извинился за ситуацию с наказанием после той шумихи, когда принц завёл любовницу будучи помолвленным. Это имело сильное политическое значение.

И перед кем? Моим разгневанным отцом, герцогом Руфусом.

Что касается меня, то меня полдня отчитывали за то, что так легко попалась в такую простую ловушку и создала такую сложную ситуацию, пренебрегая компромиссом. Меня спас младший брат, который пришёл утихомирить отца. Я ему бесконечно благодарна.

Гнев моего отца утих, но через два дня меня отправили на одну их наших территорий, как только принц утвердил разрыв помолвки, так что тряска в карете мне обеспечена.

Младший брат каким-то способом уговорил отца отпустить его со мной.

– Но сестра, почему ты не возражала? У тебя ведь было преимущество в этой ситуации.

– Потому что, Лихтен. Это было хлопотно. Кроме того, я не хочу быть королевой, и я думала, что если бы Его Высочества, ненавидящего меня, была бы возможность быть с тем, кого он любит, то я бы освободилась от аристократического общества... И это ещё не все хорошие вещи.

– Сестра… Что ты… Я предполагал, что всё так и будет, сколько усилий мы с отцом приложили к этому… Пожалуйста, верни мне те часы, что я провёл без сна.

– Хи-хи, прости. Спасибо тебе, мой дорогой Альтенлихт. У нас ещё есть несколько дней, пока мы не достигнем территории. Сестрёнка крепко обнимет тебя и пожелает спокойной ночи.

Когда я сказала это своему милому младшему брату, он пискнул, его уши покраснели и он отодвинулся от меня.

– Пожалуйста остановись. Хватит относится ко мне как к ребёнку! Я всего на два года младше, но уже выше тебя!

– О, вот как? Если подумать, может быть и так.

– Вот так!

Благодаря Лихтену наше пятидневное путешествие в карете, которое было отнюдь не быстрым, доставило мне удовольствие.

Через три месяца после того, что можно было бы назвать домашним арестом в сельской местности на севере, внезапно разразилась буря.

Старый особняк, принадлежащий герцогу Руфусу, управляется парой дворецких, одним поваром, одной служанкой и одним слугой, но они любезно приняли меня.

Я не знаю, что буду делать, если останусь одна, но в этой резиденции очень тихо, не считая моего брата Лихтена, который постоянно мотается туда-сюда между этим особняком и столицей, учась у нашего отца, герцога.

Это было шумное утро в особняке.

Когда я спустилась в вестибюль, задаваясь вопросом, не разбила ли снова слегка неуклюжая Мари тарелку, я не могла не издать голос удивления в адрес присутствующих там девушек.

– Ну, Альтенлихт Натан Руфус, как дела?

– Давно не виделись, мисс Флоренс. Из-за чего же вы, дочь маркиза Мейтлаба, без предупреждения ворвались в особняк герцога?

– Особняк герцога? Боже мой, как скромно. Я думала, что это склад.

Видимо, они не заметили, как я спряталась в тени лестницы, и, оттолкнув бегающих туда-сюда слуг, втроём встали перед Альтенлихтом.

– О! Вы господин Альтенлихт? До меня дошли слухи! Приятно познакомиться, я Аиша Петтигри. Многие юные леди сетуют на то, что в последнее время вы часто пропускаете занятия.

– Приятно познакомиться с вами, мисс Аиша Петтигри. Меня зовут Альтенлихт Натан Руфус. Причина, по которой я не хожу в школу, связана с обстоятельствами семьи Руфус... Ну, в основном я был занят своей сестрой. О, вы ведь с сестрой одноклассницы… Извините, бывшие одноклассницы.

Не знаю, какое выражение лица было у Лихтена, так как он стоит ко мне спиной, но когда лицо Аиши слегка дернулось, я подумала, что это плохо, и выбежала в холл.

Возможно это только моё воображение, но у Лихтена, вероятно, была очень отвратительная и хитрая улыбка на лице.

Когда ты начала делать такое лицо? Ах, ты был таким милым, как ангел...

– Лихтен. Что случилось?

– Старшая сестра…

– О, добрый день, Стелла. Давно не виделись.

Длинные золотистые вьющиеся волосы наклонились вперед, оттолкнув нахмурившегося Лихтена.

– Привет, Флора. Ну, меня исключили из школы.

– О, верно. Говоря о твоём глупом лице тогда… это был шедевр. Разве ты не хочешь услышать весёлую историю Его Высочества, который бросил тебя?

– Мисс Флоренс!

– Какая прекрасная ночь, Стелла. Интересно, здесь нет приличных слуг? У тебя нет ни телохранителей, ни рыцарей, ни горничных. Похоже вы пали в семье Руфус…

– Не оскорбляй сестру.

Лихтен, который проскальзывает между мной и Флорой и пугает девушку, определённо стал выше и сильнее, чем раньше. И его голос стал ниже. Я смотрю на Лихтена в ярости и не могу понять куда делся мой ангелочек. Кажется, что брат хочет поквитаться с Флорой, а та лишь горделиво вскидывает подбородок, ещё больше провоцируя его, как истинная злодейка.

Я хотела было сказать брату, что аристократы не должны демонстрировать так открыто свои эмоции, но похоже время сейчас неподходящее.

– Лихтен, всё в порядке, спасибо.

– Но сестра!

– Флора, ты перестанешь провоцировать моего милого Лихтена? Аиша, Елена, хватит наслаждаться ситуацией, сделайте что-нибудь с Флорой.

– Просто я никогда бы не подумала, что маленький Альтенлихт так быстро вырастет. Ничего страшного, если я с ним немного поиграю. Не скупись.

– Нет.

– Стелла! Я скучала по тебе! Никогда бы не подумала, что ты уедешь так далеко!

Сказав это, рыжеволосая девушка с улыбкой на веснушчатом лице бросилась ко мне.

– Мне никто ничего не сказал. Я ничего не знала. Что же вы, ребята, сделали?

Я вспомнила трясущуюся фигуру за спиной принца, которая не могла произнести и слова. Я ничего не могу сказать Лихтену.

– Добрый день, Стелла. Ты злишься?

– Здравствуй, Елена. Да, конечно. Елена, я думала, что ты единственная, кто может что-то сделать с буйством этих двоих, но вместе вы сделали что-то вроде этого…

– Но я рада, что у тебя, Стелла, все хорошо.

Флора пожала плечами вместо Елены, которая уныло опустила глаза.

Лихтен, зажатый между ними, кажется, давно в замешательстве.

– Хорошо, но что бы вы сделали, если вас тоже бы наказали?

– А?!

Удивленно вскрикнул мой брат.

– Подожди минутку, сестра. Разве ты не была обременена преступлением из-за того, что эти люди подставили тебя?

– О, так ты осведомлен, Альтенлихт.

Лицо Лихтена исказилось перед Флорой, которая всё ещё властно ухмылялась, но я ей прощу, она изначально была такой.

– Если так, то почему…

Флора и Аиша засмеялись, когда Лихтен начал что-то бормотать о нашем радостном воссоединении.

С глубоким вздохом я сказал, что пока покажу им комнату для гостей.

*****

– Что вы имели ввиду? Чтобы разорвать помолвку между сестрой и принцем Эллейном, вы втроём изо всех сил использовали любовницу его высочества, преследовали её, а потом переложили все свои грехи на мою сестру в тот день.

– Да, это всё верно.

– Хватит! Не сердись, Стелла.

– Я не злюсь. Но ты знаешь, на что способна королевская семья? Если ты будешь плохо себя вести, то они изгонят тебя из родительского дома и отправят в монастырь.

– Я всё сделала правильно. Я уверена. Или, скорее, то, что мы сделали, было тривиальным, верно? Я была саркастична, насадили ей на голову жуков и однажды пролили вино на платье. Просто эта бессовестная идиотка подняла из-за этого большой шум.

– Тем не менее, если его высочество по-прежнему так думает, так оно и будет.

– И Аиша! Ты улыбалась в тот день, не так ли? Если ты собираешься это сделать, ты должна была удостовериться, что тебя никто не видит, а если и видели, то могут и к тебе обвинения выдвинуть.

– Это правда. Но я волновалась.

Флора вздохнула, глядя куда-то вдаль, словно вспомнила тот день. Если у вас было такое тяжёлое время, вы должны были остановиться с самого начала.

– Эй, подожди минутку. Зачем ты пошла на такой риск?

– Потому что я не могла смотреть на это. Прошло три года с тех пор, как было официально объявлено о помолвке между Стеллой и его высочеством Эллейном, и на её лице была эта приклеенная улыбка.

Лихтен широко раскрыл глаза и оглянулся на слова Флоры.

Так ли это было? Я пытаюсь вспомнить, но у меня нет такого воспоминания.

Тем не менее, мне не нравился способ стать королевой, которая становилась всё ближе и ближе день ото дня.

– Легко представить, какого уровня должно быть образование кандидата в невесты, когда оно влияет на что-то для своевременной королевы… и давление окружающих, которые не могут показать её шансы. Я уверена, что мы можем понять это, потому что мы все выросли как кандидаты в невесты.

Слёзы навернулись на слова Елены, которая медленно говорила вслед за Флорой, поэтому я выпила чай, как бы обманывая её.

– Ну, это были действительно адские десять лет.

– А разве не на год меньше.

Возразила Флора, но Аиша лишь покачала головой.

Другими словами, десять лет, когда я встретила их, много работала, чтобы быть кандидаткой, а когда с невестой определились, то они провели три года в академии. Так что они дружат уже тринадцать лет и я глубоко тронута такой долгой дружбой.

Когда мне было три года, родители отвели меня на чаепитие в королевский замок, где меня познакомили с двумя дочерями маркиза.

После этого мы втроём почти каждый день поднимались в королевский замок и, сами не зная зачем, втроём просто учились и погружались в уроки.

– Кажется, все нас называют кандидатами в невесты.

– Что? Так вот почему мы делаем всё это?

– Стелла, ты не знала?

– Да? Невеста?.. О, но это мог сказать и мой отец.

– Его высочество Эллейн, Великий Принц.

– Как так?

– Тебя не интересует, Стелла?

– Флора и Елена заинтересованы.

– Нет.

Однажды, когда у меня был разговор с Флорой и Еленой, мне стало немного жаль второго принца, которого я ещё не видела.

Через год к нам присоединилась Аиша от маркиза Петтигри…

Она была на год моложе меня, и хотя доставляла много хлопот, мы втроём любили её, как младшую сестру (Флора была довольно спартанской).

До сегодняшнего дня происходило много всего, но давайте пока оставим это.

– Вас ни за что не наказали?

Это самое главное.

Я не могу не бояться услышать, какое наказание они получили за то, что рисковали и делали ужасные вещи для меня.

Однако я сказала им, что не хочу быть королевой или что было бы неплохо, если бы Его Высочество был с кем-то, кого он любит.

Я не могу сказать, что не хочу это слышать.

Флора вздохнула, а Елена сделала глоток чая.

Аиша, как обычно, целеустремлённо улыбалась и смотрела на Лихтена так, будто видела что-то странное.

– Мы тоже не безупречны… И были должным образом наказаны.

– Мы же связались с ангелочком Его Высочества!

– Нам дали три месяца домашнего ареста.

– И это всё?

Невероятно простое наказание для тех, кто вызвал недовольство Его Высочества.

Это правда, что иметь дело с тремя дочерями маркиза, и бывшими кандидатами в невесты, может быть тяжёлым бременем для Его Высочества… Но что скрывать, даже если они считаются исполнителями так называемых подлых домогательств.

– Вот и всё. Кроме того, Стелла, никаких контактов с тобой.

– Э?! Вот как?

По какой-то причине именно Аиша встала и от удивления повысила голос. Разве она не спрашивала Флору и Елену?

– Тогда, если кто-то узнает что вы были здесь...

– Это может доставить много хлопот. Об этом никто не должен узнать.

Странно, потому что, когда я вижу Флору, задорно смеющуюся, мне почему-то начинает казаться, что всё в порядке. Нет, нет, это не нормально.

– Однако я думаю, что мы не сможем легко видеться после окончания школы.

– Это так?!

– Аиша, не могла бы ты немного помолчать?

– Ха-а-а-а…

Аиша, получившая выговор, а Елена одарила её редкой нежной улыбкой, побледнела и промолчала.

Да-да. В отличие от Флоры, которая прямо выражает свои эмоции, нежная Елена, страшнее, когда злится.

Совершила ли я ошибку, потому что мне нравился способ воспитания Аиши?

Судя по всему, я слаба против симпатичных молодых людей, таких как Лихтен и Аиша. Я не знала.

– Вот почему мы пришли к тебе сегодня, отчасти чтобы попрощаться.

– Да, и я действительно хотела тебя кое о чем спросить.

Флора продолжает, взгляд смягчается прекрасной Елены, которая улыбается.

– Альтстелла, теперь ты счастлива?

Они в курсе, что проигнорировали чувства Стеллы и поступили эгоистично?

Однако я терпеть не могу чрезмерного отношения Его Высочества.

Да, я знаю. Просто самоудовлетворение.

Я вернула улыбку Флоре, которая продолжала горько улыбаться.

– Конечно, я очень счастлива. Спасибо вам, девочки.

Да, это было хорошо... Даже уголки глаз Флоры наполнились слезами, и мы вчетвером немного поплакали после этого.

Выпив ещё одну чашку теплого чая от Трейси, они вышли из дома.

Лихтенг, который взял на себя роль сопровождающего, вежливо проводил их до экипажа с улыбкой джентльмена, поэтому теперь я решила составить компанию, беспокоясь о том, что Айше, которая легко влюбляется, понравится Лихтен.

Проведя такое насыщенное утро, я была готова к тому, что Лихтен засыплет меня вопросами об происходящем. Он был несколько разочарован, но взял себя в руки и направился по срочным делам.

Вот почему я здесь так бесполезна. В данный момент.

Вариант выйти замуж как обычная дочь аристократа также был бы труден для меня сейчас. В конце концов, у меня репутация злой дочери герцога, которую отправили в отдаленный район из-за гнева королевской семьи.

Вот почему мне нужно как-то обеспечить себе место для проживания.

С тех пор, как я приехала сюда, я мало-помалу узнавал от дворецкого Клода и его жены Трейси, главная горничная, узнавала о разных вещах, необходимых для жизни и работы по дому.

Было нелегко убедить этих двоих, которые не сдавались, говоря, что им не позволят поступить так с леди, но каким-то образом теперь мне разрешено вести себя обычно девушкой.

О, и бывают случаи, когда я учусь готовить у повара Вэнса, но беспокойный Лихтен запретил мне входить на кухню только потому, что я однажды порезала себе палец ножом. Лучше бы он этого не узнавал…

– Клод, можно войти?

– Доброе утро, юная леди.

Как только я постучал в дверь простого кабинета, дверь открылась изнутри, и пожилой джентльмен уважительно поклонился.

Я также слегка приподнимаю подол платья и возвращаю джентльмену свой утренний привет.

– Дамы, маркиза Мейтлаба, маркиза Петтигри и маркиза Родетт вернулись домой.

– Да, Клод, ты знал.

Я не видела Клода и Трейси во время утренней суматохи.

Если есть злоумышленник, первым, кто ответит, будет управляющий этим особняком, Клод, который в настоящее время действует как лорд.

Несмотря на это, волновались только служанка Мари и слуга Трейси.

Не знаю почему, но этот старый джентльмен, кажется, знает всё.

Я догадалась, что это он привел их троих в особняк, и когда я посмотрела на него, он улыбнулся.

Страшно, иногда даже кажется, что он читает мои мысли.

– Клод, спасибо.

– А, о чём это вы?

С нежной улыбкой я улыбнулась Клоду и села около стола.

– Теперь давайте продолжим со вчерашнего дня. Пожалуйста, ознакомьтесь с этим документом и примите решение. Я проверю, когда всё будет готово.

– Да, я понимаю, с нетерпением жду возможности поработать с вами сегодня.

Мне очень нравится моя жизнь сейчас. Я хотела бы поблагодарить их от всего сердца.

Все трое сказали мне написать письмо тайком, когда всё успокоится. Я буду с нетерпением ждать этого

С того дня, как дочь маркиза ворвалась сюда, в особняке вновь наступило спокойствие. Лихтен тоже уехал, и я не видела его уже месяц.

Это новый рекорд, что он месяц отсутствовал в этой резиденции.

Лихтен вернулся, когда я забеспокоилась, что что-то случилось за три дня безостановочной езды.

– Мисс Альтстелла! Господин Альтенрих вернулся!

Когда меня учили, как испечь масляный пирог на кухне, Мари вскочила и рассыпала муку своей инерцией.

– Эй! Мари! Сколько раз тебе говорить не бегать по особняку!

– Ой-ой, мистер Вэнс, мне больно!

– А? Твоя работа – увеличивать мою работу?! А?

Вэнс схватил Мари за воротник формы и потряс с нехорошим видом.

Что он делал раньше со своим перетренированным для повара телом и старыми ранами, виднеющимися сквозь дыры в одежде? Я как-то спросила Клода, но Вэнс издевается над своим телом в качестве хобби. С тех пор я решила не беспокоиться об этом.

– Ребята! Что вы делаете! Пожалуйста, быстро идите в парадную. Если Альтенлихт найдёт вас на кухне, это будет ещё одна длинная проповедь, переданная вам лордом. Давай поторопись. Нам есть о чем поговорить после того, как вы уберётесь здесь!

Трейси вышвырнула меня из кухни с холодным взглядом в глазах и быстро говоря.

Вэнс, покосившийся в сторону, смотрел на Мари с пугающим выражением лица, и бедняжка дрожала.

Мне жаль их обоих...

*****

Когда я вбежала в вестибюль, Лихтен снимал перчатки, передавая своё пальто Клоду.

– Лихтен! С возвращением.

Его глаза, более тёмно-синие, чем мои, взгляд стал мягче, когда ловят меня, но я вижу на лице некоторую усталость.

Интересно, что-то случилось?

– Сестра, я только что вернулся домой. Были ли у тебя проблемы во время моего отсутствия?

– Ну! Ты говоришь прям как отец. Не волнуйся, всё было хорошо.

Лихтен взял меня за руку и поцеловал её, как послушный рыцарь.

Он слишком беспокоится обо мне.

В прошлом месяце я встретила Торнео, который ухаживал за садом, Торнео порезал плечо веткой дерева. Мужчина побледнел и упал, так что после этого было трудно следить за всем.

После обучения у Мари я смогла носить повседневное платье, которое не было таким громоздким, и после этого я наконец получила проходной балл от Трейси за стирку и мытье посуды.

Я никогда не смогу рассказать об этом Лихтену или отцу…

– Сестра, у тебя что-то на волосах... Это пудра?

– О-хо-хо, наверное.

– Сестра, ты не пользуешься косметикой, не так ли?

– Да, я тренировалась.

Это точно мука застряла у меня в волосах.

Лихтен прошептал: «А, это так?» и посмотрел на меня с подозрением, пока я поглаживала свои серебристые волосы, совсем как у матери.

Если он узнает, что я бывала на кухне, то от проповеди мне не сбежать.

Лихтенштейн, которому сейчас четырнадцать лет, необычайно силён, несмотря на свой возраст.

Это может быть из-за его стройных и красивых черт лица, а может быть из-за его тёмно-синих холодных глаз, но в основном это, вероятно, результат воспитания его отца.

Честно говоря, хоть он и мой младший брат, это ужасно.

– В любом случае, Лихтен, что случилось?

– Я был в замке вместе с отцом. Он сказал, что это нужно для учёбы. А также обвинил в том, что я слишком много времени отрывался от учёбы, поэтому мне пришлось вернуться в академию.

– Так вот что произошло. Наверное, тебе было тяжело. Прости, что доставила тебе неприятности, Лихтен.

Образование Лихтена в качестве следующего герцога стало более напряженным из-за аннулирования моей помолвки. Отец стыдится нашего имени, которое было задето по моей вине.

Лихтен, такой добрый и заботливый, беспокоится обо мне, даже если я не посещаю академию.

Наверное, он слушает длинные проповеди отца покорно склонив голову.

– Нет! Не за что извиняться, сестра. Просто с этого момента мне будет трудно приходить сюда так же часто, как сейчас…

Лихтен с опущенными бровями и взглядом вниз был ангельским младшим братом, которого я знала, и когда я инстинктивно обняла его с огромным желанием защитить, он оттолкнул меня своим красным лицом.

– Всё нормально, немного. Ты скряга.

Я чуть не выпалила фразу, которую где-то слышала, но вспомнила о Флоре, и мне показалось, что я ничего не могу сказать.

– В любом случае! Я не могу заботиться о тебе, как раньше! Ты должна взять себя в руки!

За мной присматривал Лихтен? Первый джентльмен струсил, глядя на Клода с вопросительным выражением лица.

Клод, что, чёрт возьми, ты имеешь в виду?

– Господин Альтенлихт, Вы выглядите уставшим, может мне приготовить чай для Вас.

– Спасибо, Клод. Сегодня светит солнце и дует тихий ветер, не могли бы Вы приготовить чай на террасе?

– Да, сэр.

Клод почтительно поклонился и вышел из зала.

Проводив Клода, Лихтен пошёл прогуляться и я проследовала за ним, как Лихтен внезапно заговорил, как будто что-то вспомнил.

Я подошла к Лихтену, который медленно оглянулся и посмотрела на глубокую синеву его глаз.

Теперь я тоже заметила. Лихтен и правда теперь намного выше меня.

– Кстати, сестра…

– А? Что?

– Когда я был в столице… До меня дошли некоторые интересные слухи, особенно в академии.

– Интересные слухи?

– Да. Говорят, что твой бывший жених, Его Высочество Эллейн – негодяй. Кажется, об этом говорят в академии.

Лихтен подчеркнул, что это мой бывший жених, сказал это недоразумение с лёгкой улыбкой. Он сказал, что я правильно поступила отказавшись от него.

Эллейн Вальдорф фон Нейтфил.

Второй принц королевства Нейтфил и моя бывший жених.

Слова "мерзавец" недостаточно, чтобы описать его.

После встречи с баронессой Роделай я не могу отделаться от ощущения, что он немного похож на неё, но всё же я считаю его в лучшем случае слепым.

По крайней мере, в моём понимании.

Я была ошеломлена, и единственные слова, которые я смогла придумать, были:

– Ну, это новая интерпретация.

Это было всё.

На мой пустой взгляд Лихтен попросил прощения, что ему пришлось использовать нецензурные выражения, когда он услышал слухи. Что он был введен в заблуждение.

– Чтобы продолжить, я выпью чашку чая, который приготовила для меня Мари… Мари, это ты приготовила этот чай?

– Да, это я! Господин Альтенлих!

Мари, которая вошла на террасу и поклонилась у накрытого стола, ответила, выпятив грудь.

Когда она увидела его в первый раз, её щёки дёрнулись при виде его счастливой улыбки.

– Лихтен, всё в порядке. За последний месяц Мари стала искуснее.

Мари редко готовила чай в поместье, где лорд так долго отсутствовал.

Вэнс готовит чай во время трапезы в маленьком доме, и нет ничего, что не мог бы сделать Клод, исполняющий обязанности дворецкого.

Вдобавок ко всему, она была немного неуклюжей.

Поэтому месяц назад чай, который она готовила, был на вкус как загадка, как будто она не знала, какой вкус ему придать.

Она много практиковалась, чтобы научится делать вкусный чай и действительно стала лучше в этом.

Вэнс признаёт это, и в наши дни он пьет его, не говоря ни слова.

Лихтен с улыбкой посмотрел на Мари, потом фыркнул один раз и, кажется, остался доволен.

Я присела и сделала глоток, а потом сказала Лихтену, что это очень вкусно.

Место, куда я спешу – это, конечно, заведение Вэнса.

Интересно, закончилась ли проповедь Трейси, если ещё не закончилась, судя по её виду, она её забыла?

– Мари, мне так жаль...

– Итак, сестрёнка, ты хочешь услышать продолжение истории?

– Да, пожалуйста.

На мгновение я подумала: что, продолжение истории? Я уверена, что они не знают...

Он говорил о Его Высочестве Эллейне.

– Репутация Его Высочества Эллейна сейчас упала до основания. Он всё ещё в академии и в замке, но, похоже, слухи распространяются и на всю королевскую столицу.

– Подожди-ка, Лихтен. Его Высочество, которое я знала, не стал бы распускать такие слухи.

– Да, я тоже так думал. Поначалу я не мог поверить своим ушам. Мне казалось, что он изменился после встречи с баронессой Роделай, и я возмущался его поведением, но это была политическая связь с моей сестрой, и я думал, что это неизбежно.

– Я согласна с тобой. Его Высочество не любил меня. Мне всегда было жаль его.

Лихтен хотел было ещё что-то сказать, но его глаза смущённо заплясали и откашлявшись он продолжил.

– Тебе не стоит об этом беспокоиться, сестра! Это скорее она пострадала. К тому же, после разрыва помолвки Его Высочество действительно стал просто мерзавцем, и это уже не оправдание.