Реинкарнация в виде внука короля (Новелла) AidenAgnor Судьба распорядилась жестоко: пожилой историк Дэвид погиб в автокатастрофе, сгорев в собственном автомобиле, и возродился в клубке придворных интриг Англии XIV века. Он занял место внука короля и вынужден прокладывать путь сквозь ложь и борьбу за власть, имея при себе мудрость прошедших столетий и ещё один мощный дар. Встреча истории и предопределения превращает его странствие в рассказ о второй попытке и бесконечном танце рока. ==================== Трансмиграция В тихой обстановке лекционного зала раздался голос пожилого человека: «Итак, я хотел бы закончить лекцию». Дэвид, несмотря на свои шестьдесят лет, обладал поразительной прядью черных волос, которая контрастировала с его серыми глазами. Тщательно складывая свои исследовательские работы, он обнаружил, что к нему подошел один из его студентов. «Профессор Дэвид», — обратился к нему молодой человек, лет двадцати с небольшим. Дэвид поднял голову, его внимание было захвачено. — Да, Астер. Астер с несколько задумчивым выражением лица спросил: «В своей лекции вы упомянули, что принц Томас предал своего старшего брата, Эдуарда II, но вы также подчеркнули, что Эдвард был тем, кто даровал ему графство Норфолк». Дэвид утвердительно кивнул. — Да, верно. Брови Астера нахмурились, когда он выразил свое замешательство. — Я не понимаю этого. Почему Томас предал своего старшего брата, когда ему особо нечего было получить? Он даже не был следующим в очереди на трон. Губы Дэвида изогнулись в задумчивой улыбке. — Астер, сложности средневековья сродни лабиринту интриг. Хотя исторические записи той эпохи ограничены по сравнению с более поздними временами, я, безусловно, могу пролить свет на ваш вопрос. Заинтригованный, Астер наклонился, побуждая Дэвида рассказать подробности. — Пожалуйста продолжайте. Глаза Дэвида загорелись энтузиазмом настоящего историка. — Для начала важно понять, что Эдуард II на самом деле не был старшим братом Томаса; он был его сводным братом. Видите ли, мать Томаса была королевского происхождения… — О, теперь я понял, — вмешался Астер, собирая картину воедино. Невозмутимо продолжил Дэвид, его слова создавали замысловатый узор истории. — Уникальное происхождение Томаса выделяло его среди других. Кроме того, важно учитывать, что отец Томаса, Эдвард I, изначально намеревался унаследовать пышные и плодородные земли Корнуолла. Однако после смерти Эдварда I Эдвард II отдал предпочтение Пирсу Гавестону и даровал ему желанный Корнуолл. Тем временем Томас получил сравнительно скромное графство Норфолк. Глаза Астера расширились, и наступило понимание. — Ах, это проясняет дело… — пробормотал он, его взгляд сосредоточился на Дэвиде. Профессор кивнул. — Я рад слышать, что тебе становится яснее, Астер. — Спасибо, профессор, — выразил благодарность Астер, и его черты просветлели от понимания. Кивнув в знак признательности, Астер покинул класс, а Дэвид вернулся к занятиям после лекции, убирая остатки своих учебных материалов. Запихивая свои исследовательские работы в сумку, Дэвид думал о несчастной смерти ребенка, который мог бы добиться большого успеха. Достигнув своей машины, он скользнул на водительское сиденье, погруженный в свои мысли. Выехав из кампуса, он слился с потоком машин. Погода в Уорике в тот день обещала приличную, облака не выглядели слишком зловещими, хотя прогнозы говорили о надвигающемся сильном дожде. Хотя солнце оставалось скрытым, серость облаков утратила свою обычную интенсивность. Дом Дэвида находился в 25 километрах от его работы в Уорикском университете. Последние три-четыре десятилетия он проработал профессором истории, и его непреходящая страсть к Средневековью подпитывала его увлечение их конфликтами. Именно этот интерес сформировал его карьеру, позволив ему направить свой энтузиазм на средства к существованию. Пока он размышлял, облака на небе отражали его мысли. Нога Дэвида нажала на педаль газа, подгоняемая пустынной дорогой и надвигающейся угрозой дождя. Расположенный на окраине города, он боялся грязных последствий, которые дождь неизбежно принесет в его окрестности. Мыть машину из-за дождя ему не нравилось. Нажав на педаль газа, Дэвид разогнался до скорости 100-120 км/ч. В нем росла уверенность; он был убежден, что доберется до дома невредимым до того, как начнется дождь. Однако дороги на окраинах имели свои собственные планы, представляя собой вызов, перед которым он не хотел сдаваться. Не испугавшись, он воздержался от замедления и продолжил ускоряться на пересеченной грунтовой местности. Затем зловещий звук нарушил гул двигателя. — Кшшш! — Одно из колес получило удар, его целостность была нарушена неровной дорогой. Управление автомобилем ухудшилось, но нога Дэвида продолжала решительно нажимать на педаль газа. С нарастающим напряжением он понял, что не может контролировать скорость машины, и его мысли начала охватывать паника. Машина заскользила, ее сцепление с землей исчезло, как угасающий сон. — Тшшшш! — Впереди маячила грозная структура склада, путь столкновения, от которого невозможно было уклониться. Удар был жестоким, и Дэвид, не застегнувший ремень безопасности, принял на себя основной удар. Его голова с грохотом ударилась о землю, боль и дезориентация закружились внутри него, словно буря. Он инстинктивно потянулся вверх, пальцы покрылись красными пятнами. Кровь — его кровь — размазала кончики пальцев, краснея на бледной коже. Поток был стремительным, затмив его зрение малиновой дымкой. Шли секунды, и его жизнь разворачивалась перед его глазами, словно осколки разбитого зеркала. Появились воспоминания — хроника жизни. Дэвид родился единственным ребенком в семье среднего класса в Холте, торговом городке недалеко от Норфолка. Годы становления Дэвида прошли в то время, когда мир был зациклен на космической гонке. Однако его увлечение сместилось в сторону истории. Постепенно его путь привел его к академической деятельности, кульминацией которой стала степень бакалавра и магистра истории. Приближаясь к тридцати годам, он вступил в роль доцента, и его путешествием руководила неутолимая жажда знаний. В его мыслях проносились разговоры: несколько партнеров в его юности, их присутствие мимолетно. Тяжесть времени подорвала его жажду романтики, его интерес угас, как угасающий тлеющий уголек. Уорвик манил возможностью трудоустройства, новой главой в его жизни. Тем не менее, последующие десятилетия прошли в одиночестве. Сожаление, которое нарастало внутри него, пещеристая пустота общения, было ощутимым. Кончина его родителей ознаменовала ход времени, и он оказался плывущим по морю знакомств, лишенным глубоких уз дружбы. Когда сознание потускнело, тьма выползла наружу, бархатный занавес опустился на сцену его существования. Вздох сорвался с его губ, слова прошептали в пустоту: «Это было не так больно, как я думал». Внезапный прилив тепла окутал его, неожиданные объятия комфорта. Слабые звуки шагов достигли его ушей, выдернув его из бездны бессознательного состояния. Стиснув зубы, Дэвид изо всех сил пытался открыть веки. Перед ним стояла молодая женщина, одетая в простой наряд горничной. Вздох изумления сорвался с ее губ, глаза расширились, когда она увидела его. Вздрогнув, она побежала прочь, ее голос эхом отозвался: «Молодой господин жив!» В недоумении, в голове Дэвида отозвался единственный вопрос: «Молодой господин?» ---------- Единственный сын Среди развернувшейся суматохи в сознание Дэвида обрушилась приливная волна воспоминаний. Натиск боли был жестоким, мимолетным, но жгучим испытанием, которое утихло прежде, чем воздух смог пронзить единственный крик. Постепенно эти волны тоски отступили, оставив после себя осадок острых ощущений. Разум Дэвида стал холстом, на котором был нарисован образ 11-летнего мальчика. Пробираясь сквозь эти яркие воспоминания, его охватило всепоглощающее недоверие. По иронии судьбы Дэвид перевоплотился в Эдварда, фигуру, окутанную тенями Средневековья – судьба, отягощенная несчастьями и завуалированной значимостью. Среди множества Эдвардов той эпохи он был менее известен, но его повествование было столь же сложным, как и любое другое. Этот Эдвард, происходивший из благородного рода Платагенетов, занимал уникальное положение как единственный сын принца Томаса, 1-го графа Норфолка, и внук покойного короля Эдуарда I — родословная, имеющая историческое значение. Проходя через полотно жизни Эдварда, Дэвид столкнулся с приводящей в замешательство реальностью. Тот самый мальчик, о котором он размышлял, отправляясь в свое роковое путешествие, стал его телом в этом новом существовании – существовании, переплетенном с транспортным средством смертности. Глядя в зеркало Эдварда, пугающе хрупкого и явно юного, прозрение Дэвида становилось острее. Решительным шагом он отважился от своей кровати к ожидающему его чашу с водой, сосуду, принесенному загадочной служанкой, назначение которого окутано тайной. Когда его голова склонилась над раковиной, на него уставилось ясное отражение — образ, определяемый волосами цвета воронова крыла, ниспадающими до средней длины, и лазурными глазами, которые создавали поразительный контраст. Сильная линия подбородка бросала вызов общепринятому представлению о европейском дворянстве, характеризующемся более слабыми чертами лица. Среди этих наблюдений зародилось невысказанное предвкушение, предвидя будущее, в котором его внешность превратится в красоту. Однако такие перспективы оставались завуалированными в песках времени. Среди этих размышлений эхо приближающихся шагов достигло ушей Дэвида с такой настойчивостью, что у него участился пульс. Дверь в его покои, пространство, превосходящее стандарты среднего дворянина, привлекла его внимание. Имея впечатляющую высоту десять футов, комната занимала обширную площадь — царство, где доминировала двуспальная кровать, одинокий круглый стол, готовый для уединенных трапез, шкаф для его вещей и коллекция произведений искусства, которые можно было бы сойти за ничем не примечательный по современным меркам. Сама кровать могла похвастаться роскошью: она была украшена перьевым матрасом, покрыта мехом и прочным покрывалом, предназначенным для защиты от холода даже в самые холодные месяцы. Острая наблюдательность Дэвида распространилась на герб, украшавший различные углы комнаты — знакомую эмблему, принадлежащую прославленному роду Плантагенетов, свидетельство его благородного происхождения. Однако, прежде чем его размышления смогли полностью раскрыться, дверь с грохотом распахнулась. Движение его мыслей резко остановилось, когда его колеблющийся разум снова сосредоточился на вторжении, порог которого теперь был преодолен невидимой силой. — Эдвард! — проревел высокий мужчина, фигура размером около 6 футов 1 или 2 дюймов. Его одежда — рубашка с круглым вырезом, доходившая до бедер, скрепленная бюстгальтером на талии, — была дополнена туникой длиной до колен. В соответствии со сдержанной модой Англии XIV века одежда имела минимум украшений. Короткие черные волосы украшали его голову, повторяя волосы Эдварда, а борода средней длины подчеркивала его строгое лицо. Собрав воедино эти визуальные сигналы, Дэвид, теперь принявший мантию «Эдварда», понял, что это был не кто иной, как его отец, граф Томас Норфолк, ключевая фигура в королевстве как принц Англии и один из главных советников короля. . — Да, отец, — ответил Эдвард, размеренный ответ на зов отца. Томас быстрыми шагами сократил расстояние, его глаза оценивали сына с головы до пят, на его лице отразилась смесь беспокойства и облегчения. — Т-ты в порядке? — спросил он, его голос дрожал. — Насколько я могу судить, мое тело не повреждено, — ответил Эдвард, его тон был пронизан неуверенностью. В словах Томаса прокатилась волна благодарности. — Слава богам. Тебе что-нибудь нужно? — Отдых пойдет мне на пользу, и, возможно, выбор книг займет мое время, — попросил Эдвард. — Очень хорошо. Я поручу библиотекарю позаботиться о твоих нуждах. И позабочусь, чтобы ты присоединился ко мне сегодня вечером за ужином, — приказал Томас. Когда Томас вышел из комнаты, Эдвард был ошеломлен. Репутация Томаса как Плантагенета предшествовала ему, однако эта встреча открыла ранее невиданную грань — нежность, присущую его единственному сыну. Сидя на краю кровати, Эдвард пытался вспомнить подробности о человеке, который теперь считал своим отцом, и о своем прошлом. Он знал, что Томас занимал важную должность под названием граф-маршал, которую давали могущественным графам. Но их жизнь сложилась совсем иначе. Его собственная история была загадкой: он был известен как Эдвард Норфолкский и должен был умереть в 1334 году по причинам, которые никто не понимал. Чувствуя любопытство, Эдвард встал и начал искать где-нибудь календарь. Он не нашел ни одного. Итак, он пошел в коридор и спросил слугу: «Эй, какое сегодня число?» Слуга ответил: «Это 10 августа 1334 года, с того времени, как родился Иисус, милорд». Эдвард был потрясен. — Вчера должно было быть 9 августа, — подумал он. — «День, когда молодой Эдвард должен был умереть. Но я здесь, живой». Он закрыл дверь и вернулся в свою комнату, глубоко задумавшись. Он задавался вопросом, почему он оказался в теле ребенка. Он рассматривал разные причины, но ни одна из них не имела смысла. Он понял, что индуисты и буддисты, возможно, были правы относительно реинкарнации или перерождения. Как бы это ни называлось, это не помогало ему понять его ситуацию. В дверь раздался стук, а затем голос: «Помощник библиотекаря, милорд». — Пожалуйста, входите, — ответил Эдвард. Вошел молодой человек с каштановыми волосами и сел на стул возле стола. «Сэр библиотекарь послал меня записать ваши запросы на книги», - объяснил он. — Конечно. Мне нужны книги по английской истории, пэрству, Плантагенетам и экономике, — попросил Эдвард. Быстрыми взмахами пера мужчина записал требования на лист бумаги и быстро удалился. Вскоре после этого в комнату Эдварда прибыла коллекция книг. Он углубился в чтение (привычка, перенесенная из его предыдущей жизни), посвятив пять часов поиску знаний. Со страниц Эдвард впитал в себя панораму идей. Прежде всего, он осознал, что живет во времена обманчивой стабильности. Хотя на бумаге английский трон казался прочным, в королевстве царил хаос. Королева-мать Изабелла Французская организовала восстание против своего мужа Эдуарда II, который приходился Эдварду дядей. Роджер Мортимер, любовник Изабеллы, и его собственный отец, граф Томас, поддержали восстание. В 1327 году восстание увенчалось успехом, что привело к свержению Эдуарда II и последующей казни. Его двоюродный брат Эдуард III был коронован королем, однако Изабелла и Роджер фактически правили от его имени в качестве регентов в течение трех лет. Кроме того, сам Эдвард был помолвлен с дочерью Роджера, Беатрис Мортимер, которая была на четыре года старше его. 1330 год ознаменовал решающий сдвиг: успешный государственный переворот сверг регентство Роджера. Эдуард III укрепил свою власть и учредил консультативный совет, чтобы успокоить влиятельных графов. Отец Эдварда был его членом, хотя король часто отдавал предпочтение другим советникам по очевидным причинам. Теперь королевство окружено сетью соперничающих претендентов на трон — принцессы Джоан, принцессы Элеоноры, графа Томаса, самого Эдварда, графа Джона и многих других. Хаос казался неизбежным. Эдвард также освежил свое понимание преобладающей структуры пэров в Англии: король > граф > барон > рыцари. Примечательно отсутствие таких титулов, как герцог, маркиз или виконт. Эрлз в тот момент обладал мантией власти. Когда приближался час ужина, Эдвард привел в порядок свой стол, сформировав стопку книг, которую принес слуга. Он вышел из комнаты и направился в холл, где был накрыт длинный стол для семейного вечернего обеда. Осматривая сцену, он заметил трех человек, сидевших по бокам, а в центре человека, в котором он узнал Томаса, — своего отца и главу поместья. ---------- Статус «Присаживайся», — приказал Томас. Эдвард, получив разрешение отца, сел за обеденный стол. Он взглянул на своих сестер и мачеху, которые смотрели на него обеспокоенными глазами. Вскоре заговорила его мать. — Эдд, ты в порядке? — спросила Мэри. Мэри была мачехой Эдварда и происходила из скромной семьи. Ее отец, сэр Питер де Брюес, был рыцарем в первом поколении, вышедшим из простолюдинов. Томас женился на Марии после смерти своей первой жены Алисы в 1326 году. Элис Хейлз была матерью Эдварда и дочерью известного английского рыцаря по имени сэр Роджер Хейлз. — Да, мама. Теперь я чувствую себя лучше, — успокоил Эдвард. — Но тебе все равно следует отдыхать. Я позабочусь о том, чтобы врач регулярно приходил к тебе, — предложила Мэри. — Все в порядке, мама. На самом деле я чувствую себя вполне хорошо. Но если ты считаешь, что так лучше, тогда ладно, — ответил Эдвард. Мэри кивнула, и затем семья начала молитву, которая длилась около минуты. Эдвард, ранее известный как Дэвид, на самом деле не имел сильной веры в Бога. Он читал о различных религиях в разные времена и пришел к выводу, что наиболее популярными религиями часто были те, которым следовали самые могущественные люди, такие как греки, римляне, арабы, итальянцы и многие другие. Однако, несмотря на то, что Эдвард не особо верил, он все равно делал вид, что молится, поскольку нарушение религиозных убеждений в средние века могло иметь серьезные последствия. — Эдвард, — позвал Томас. — Да, отец, — ответил Эдвард. — Я вернусь в столицу в следующем месяце. Я приехал, потому что сказали, что ты серьезно болен. Но теперь, когда ты выздоровел, я вернусь к своей роли графа-маршала и главного советника в Лондоне примерно через два недели. Есть ли что-нибудь, чего ты желаешь? — спросил Томас. — Ну, я бы хотел возобновить свое образование, — ответил Эдвард. Томас, Мэри, Маргарет и маленькая Алиса (младшая сестра Эдварда) были озадачены этой просьбой. Хотя Эдвард родился дворянином и наследником графства Норфолк, он не смог завершить формальное образование по состоянию здоровья. Дворяне обычно начинали базовое образование в 7 или 8 лет, а углубленное обучение начинали примерно в 12. Но Эдвард еще не освоил даже основы. — Ты уверен? — спросил Томас со слабой улыбкой на лице. — Да, я хочу закончить базовое образование, — подтвердил Эдвард. — Очень хорошо. Я позабочусь о том, чтобы несколько репетиторов начали учить тебя завтра. Будь готов, — объявил Томас. — Я не опозорю нашу семью, отец. После ужина Эдвард почувствовал, как внутри него зародилось любопытство. Желая познакомиться с новым окружением, он отправился на экскурсию по замку. Его первой остановкой был большой зал, место, где он только что ужинал. Это было важное помещение, служившее центром деятельности замка. Здесь устраивались пиры, посвященные как радостным событиям, так и важным встречам. Зал также предназначался для официальных собраний и мероприятий, требующих присутствия жителей замка. Отправившись дальше, Эдвард исследовал кулинарное сердце замка — кухню и прилегающие к ней помещения. Однако эти функциональные помещения располагались в отдельном здании, стратегически расположенном отдельно от основного строения замка. Эта мера предосторожности была направлена ​​на минимизацию риска пожаров, угрозы, которая могла бы разрушить весь замок, если бы ее не остановить. Продолжая экскурсию, Эдвард наткнулся на часовню среднего размера, расположенную в стенах замка. Это священное место имело значение как место проведения религиозных служб, на которых присутствовал граф и его семья. Это было место, где возносились молитвы и искали утешения среди средневекового образа жизни. Обратив внимание на жилую часть замка, Эдвард обнаружил множество комнат и апартаментов. Главной среди них была палата лорда, самое величественное жилище в пределах замка. Наряду с этим у членов семьи были свои собственные покои — хотя и менее богатые, чем покои лорда, но украшенные тканями и мебелью, говорящие об их благородном происхождении. Любопытство вызвало разговоры, когда Эдвард узнал о размещении гостей. Эти палаты были на ступеньку выше обычных помещений и предлагали большие кровати, более изысканный текстиль и превосходную мебель. Созданные для приема важных гостей, они отражали гостеприимный характер жителей замка. Любопытно, что в одном углу замка были спрятаны помещения для многочисленных слуг, которые неустанно служили в его стенах. Конфиденциальность была концепцией, которая казалась здесь чуждой, поскольку общественные туалеты, известные как уборные, удовлетворяли потребности рабочих. Эти уборные были оборудованы каменными сиденьями с центральными отверстиями, через которые отходы сбрасывались в специальную яму или желоб, встроенный в стену. Задача уборки и обслуживания этих помещений легла на плечи слуг замка, которые следили за соблюдением стандартов гигиены. Обратив взгляд наружу, Эдвард изучил внешнюю структуру замка. Крепкие каменные стены окружали замок, укрепленный защитными элементами, такими как зубцы, широко известные как зубцы, и бойницы. Эти стены были первой линией обороны, защищавшей от потенциальных атак, преследовавших средневековую эпоху. Главный вход, отмеченный сторожкой, манил к дальнейшему исследованию. Сторожка часто оснащалась подъемным мостом, который можно было поднять, чтобы ограничить вход, и дополнительными защитными механизмами, такими как решетки и ямы для убийств. Эти меры подчеркнули важность защиты жителей замка. Квадратные башни стратегически подчеркивали стены, предлагая лучникам и стражам выгодные позиции. Эти возвышенные позиции позволяли вести бдительное наблюдение и сдерживать потенциальные угрозы. Проходы на стенах были окружены зубцами, обеспечивая защитникам безопасный путь для патрулирования и наблюдения. Получив полное представление о планировке замка и оборонительной архитектуре, Эдвард завершил сегодняшнюю экскурсию. Он удалился в свою комнату, размышляя о многогранном мире, в котором теперь жил, готовый принять ожидавший его ночной отдых. Задув лампу, Эдвард открыл окно, приглашая лунный свет наполнить его комнату. Этот день ознаменовал начало путешествия, которое он никогда не мог предвидеть в своей предыдущей жизни. Он решительно поставил перед собой цель: завершить базовое образование в течение следующих 10–12 дней. Его цель была ясна — продемонстрировать отцу, что он способен взять на себя роль регента во время его отсутствия. Пока мысли о новых обязанностях крутились в его голове, Эдвард в конце концов заснул. В течение 7 непрерывных часов он отдыхал, пока в 6 утра его осторожно не разбудил слуга. ...Когда прошел второй час его пробуждения, Эдвард получил вызов от отца, чтобы тот присоединился к нему на тренировочной площадке. Там он заметил заметно высокого мужчину, ростом более 5 футов 10 дюймов. Этот человек стоял рядом с Томасом, создавая заметный контраст роста, который подчеркивал относительно низкий рост Эдварда. — Отец, ты вызвал меня, — сказал Эдвард. — Да, действительно. Позвольте мне познакомить тебя с твоим первым наставником, — ответил Томас, его взгляд переместился на высокую фигуру. Предвкушение Эдварда росло, когда он подумал: «Итак, это начало», — его голова кивнула в знак признания. — Здесь стоит сир Уолтер Мэнни, уважаемый хранитель королевских борзых. Его исключительные таланты позволили ему выполнить уникальную роль — обучать тебя способам ведения войны и рыцарства, — объявил Томас весомым тоном. Сир Уолтер Мэнни проявил смирение: «Ваша щедрость делает мне честь, милорд». Эдварда охватила волна узнавания. — «Подождите, это тот самый Уолтер Мэнни, знаменитый барон и адмирал Северного моря?» — взволнованно спросил он. Восстановив самообладание, Эдвард выразил свою благодарность: «Я с нетерпением жду возможности учиться под вашим руководством, сир Мэнни». Уолтер ответил кивком, обозначая начало их учебного путешествия. После того, как Томас ушел выполнять свои обязанности графа, обучение Эдварда началось под руководством сира Уолтера Мэнни. Вначале Уолтер продемонстрировал серию быстрых маневров своим длинным мечом, заложив основу для обучения Эдварда. Быстро перейдя, он вручил Эдварду фальшион, оружие, которое чаще всего ассоциируется с простым народом из-за его доступности и универсальности, выходящей за рамки боевых действий. С тщательной тщательностью Уолтер заложил основу для обучения Эдварда захватам, стойке, ударам и парированию — фундаментальной основе для овладения техниками владения мечом. Эдвард быстро усвоил принципы, воплотив их в плавные движения. «Эти инструкции вполне выполнимы для человека моего возраста, и это бонус, что мой IQ выше среднего не уменьшился с моим переходом», — размышлял Эдвард, его мысли переплетались с чувством уверенности в себе. Он вспомнил, что в юности его интеллект измерялся на уровне 140–145, и этот факт он гордился. Внезапно в его голове раздался звук, похожий на «динь», и перед ним появился почти прозрачный синий экран! +1 к Мастерству! Положение дел: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 11 Титул - Наследник Норфолка Мастерство - 3 Дипломатия - 1 Интеллект - 2 Репутация - Д Богатство - 2100 фунтов стерлингов. Навыки - Оценка (Ур. 1) Уровень - 4 [98/400] Эдвард был ошеломлен внезапным появлением перед ним кучи английских слов. Кажется, он помнил несколько моментов из своей прошлой жизни, когда один из учеников заставил его сыграть в онлайн-игру, в которой появился похожий экран. Он быстро отбросил свои мысли, увидев, что Уолтер с любопытством смотрит на него, почему он внезапно перестал тренироваться. Эдвард заметил красный крестик на краю экрана и попытался нажать на него. Экран погас, и Эдвард снова начал тренироваться. Вскоре Уолтер просто расценил свой поступок как детскую игру и позволил мальчику продолжить практику. Уолтер, ошеломленный быстрым прогрессом своего ученика, не мог не ощутить невероятный успех как выдающийся инструктор. Однако, несмотря на очевидное понимание Эдвардом техник, реальность оставалась такова, что он еще не мог применить это мастерство на реальном поле боя. Его физическая форма накладывала ограничения: он был ростом не выше 5 футов 2 дюймов, его телосложение было слаборазвитым и лишено мускулов. Несмотря на то, что он находился в стадии роста, его телосложение не соответствовало его возрасту. Осознав это несоответствие, Уолтер решил разработать для Эдварда новый режим, призванный постепенно улучшать его физические возможности. Новый распорядок дня начался с километровой пробежки, сопровождавшейся 5 отжиманиями и 15 приседаниями в течение первых нескольких дней — фундамент, который будет постепенно наращиваться в будущем. Когда его двухчасовое обучение закончилось, Эдвард вернулся в свою комнату и попросил слугу принести ему воды. Его разум снова вернулся к экрану, и он попытался вспомнить термин, который использовали для него его ученики. — Это было что-то вроде «Системы»? Синий прозрачный экран появился снова! Положение дел: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 11 Титул - Наследник Норфолка Мастерство - 3 Дипломатия - 1 Интеллект - 2 Репутация - Д Богатство - 2100 фунтов стерлингов. Навыки - Оценка (Ур. 1) Уровень - 4 [122/400] «Теперь я понял». Обдумывая детали около 5 минут, Эдвард узнал о большинстве вещей, которые мог ему предоставить этот экран. «Во-первых, основные элементы статуса были совершенно ясны: Имя, Возраст, Звание, Мастерство, Дипломатия, Интеллект, Репутация, Богатство, Навыки. При нажатии на один элемент экран статуса расширяется». Например: Имя - Эдвард Плантагенет Династия — Плантагенет Филиал - Норфолк Отец — граф Томас Плантагенет. Мать — покойная графиня Элис Хейлз. — Аналогично, для боевых искусств он будет показывать уровень навыков, который в настоящее время является «Базовым», сражения и дуэли — нулевым, а обучение — «мастерством фехтования». — Для дипломатии уровень навыка «Базовый». Да, вот и все. Статус кажется несколько предвзятым, не так ли? — Для интеллекта IQ равен 142, а образование имеет «постоянные основы». — Для репутации общественное восприятие «несколько негативно». — По титулу, королевство — графство Норфолк, баронство — 17, рыцари — 159, солдаты — 854». — Для богатства, собственный капитал — 2,1 тысячи фунтов стерлингов, валюта в 2023 году — 1,287 миллиона фунтов стерлингов, источники — зарплата, подарки, сельскохозяйственные доходы и имущество — охотничий домик (Сеграв), 72 акра сельскохозяйственных угодий». — Для навыков появится список только с одним элементом, «Оценка», который будет расширяться и показывать уровень навыка 1, «Описание» — «Оценка информации о человеке» и «Опыт — 0/100». — Единственным нерасширяемым элементом был элемент «Уровень», и это тоже выглядело совершенно нормально, потому что расширять до индикатора выполнения особо было нечего». Эдвард также заметил, что когда он во второй раз открыл свой статус, то увидел, что опыт увеличился. Он предположил, что это должно быть из-за того, что он тренировался. — Вода, милорд. — Войдите. Пока слуга держал стакан на столе, Эдварду в голову пришла идея. Он подумал о том, чтобы использовать Оценку на слуге, и внезапно перед его глазами появился другой экран. Положение дел: Имя - Григорий Возраст - 27 Должность - Помощник Батлера Мастерство - 4 Дипломатия - 10 Интеллект - 7 Репутация - Е Богатство - £11 Навыки - Организация (Ур. 5), Благоразумие (Ур. 3) Уровень - 9 [45/900] Вся информация о слуге была легко доступна. Несмотря на то, что слуга ушел, экран статуса не исчез вместе с ним. Когда Эдвард взглянул на экран статуса слуги, он узнал о нем много подробностей. Он узнал его имя, которого не знал. Даже его работа была написана вместе с заглавным элементом, а также его навыками и богатством. Он заметил, что этот человек был выше его во всех аспектах, кроме репутации и богатства, что должно быть совершенно очевидно. Он также имел более высокий уровень, что должно быть связано с возрастом. Он закрыл экран и задумался о прогрессе, которого он мог бы добиться с помощью этого своего экрана состояния. Бог знает, кто создал этот шедевр, но, боже мой, он проделал отличную работу. ---------- Продвижение Я встал с кровати и пошел в холл, где меня ждал следующий наставник. У него были седые волосы, свидетельствующие о его преклонном возрасте, длинная борода такого же цвета и он держал в руках толстую книгу под названием «История: Основы». Историк внутри Эдварда, настоящий Дэвид, поднялся, когда он взглянул на книгу. Эдвард быстро преодолел расстояние между ним и стариком и поприветствовал его поклоном. Старик решил поприветствовать его в ответ и сказал: «Меня зовут Педро Фронза, я ждал тебя, маленький Эд». — Извиняюсь за опоздание, потому что я устал от физической подготовки, — извиняющимся тоном сказал Эдвард. — Ах, это веская причина. — Педро усмехнулся. — А теперь пойдем в твою комнату, — добавил он. Эдвард отвел старика в его комнату, и они оба сели на стулья возле круглого стола. Урок начался и продолжался час. Подводя итог всему этому, Эдвард узнал о Римской империи, их прибытии и уходе на Британские острова, о влиянии, которое они оставили, прибытии саксов и вторжении викингов. Точно так же в течение следующих 5 часов Эдвард изучал политику, язык и арифметику. Все это было для Эдварда пустяком, поскольку он смог пересмотреть все из своего предыдущего, что было туманно со времен реинкарнации, а также понимал мнения сегодняшнего времени, но больше всего его внимание привлек экран статуса в конце урока. Положение дел: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 11 Титул - Наследник Норфолка Мастерство - 3 Дипломатия - 2 Интеллект - 28 Репутация - Д Богатство - 2100 фунтов стерлингов. Навыки - Оценка (Ур. 2) Уровень - 5 [389/500] Запасные очки - 2 Его интеллект вырос буквально на 26 баллов, что вдвое больше, чем у его собственного учителя истории, у которого было около 15. Кажется, что, когда воспоминания его предыдущей жизни прояснились, он смог получить больше очков за прошлые знания. Он также повысил свой уровень благодаря внезапному росту интеллекта и умению проводить многочисленные оценки в течение дня. Он также получил 2 дополнительных очка, которые он мог инвестировать в другие атрибуты. «Мой интеллект уже выше, чем у лучших ученых, поэтому мне следует вложить немного в боевые искусства. Мое тело уже настолько слабое, насколько это возможно из-за того, что я пережил опасную для жизни болезнь». Эдвард вложил оба своих очка в мастерство и довел его до 5. Его тело внезапно начало чувствовать себя энергичным и намного лучше, чем обычно. Он заметил, что его впалые щеки немного увеличились, и он стал выглядеть лучше. «Это в значительной степени читерство, не так ли? Если я продолжу это делать, то вскоре смогу выздороветь и стремиться к власти. В конце концов, кому не нравится иметь свое имя в анналах истории? Вскоре день прошел, он вздремнул после обеда, а после этого сразу пошел в библиотеку. Он начал читать книгу о происхождении своей династии. Позже этому его учитель истории наверняка будет учить, но ему не терпелось удовлетворить свое любопытство. Он читал об англосаксонских королях Англии, среди них ярко блистал Альфред Великий. Он спас Уэссекс, а также саксов от вымирания под властью датчан. Он также пересмотрел свои знания о Вильгельме Завоевателе, от которого он мог проследить свою родословную. Его собственный отец был принцем Англии, поскольку был пятым сыном Эдуарда I и в течение 5 лет был также наследником королевства, поэтому на его гербе над оригинальным знаменем Плантагенетов изображен трехконечный серебряный знак. Трехконечный серебряный знак предоставляется только наследникам престола, и даже после рождения Эдуарда III Томас не отказался от старого знамени графа. Сам Эдвард был внуком бывшего короля, что давало ему довольно сильные права на трон, и в настоящее время был четвертым в линии наследования после сына нынешнего короля, брата короля и его собственного отца. Вскоре слуга пригласил его прийти на ужин, и он согласился, поскольку у него были кое-какие планы на сегодняшний вечер. Как только он добрался до обеденного стола, он взглянул на отца, чтобы оценить его статус, и перед его глазами появилось следующее. Положение дел: Имя - Томас Плантагенет Возраст - 34 Титул - Граф Норфолк Мастерство - 15 Дипломатия - 11 Интеллект - 10 Репутация - Б Богатство - £457,891 Навыки - Организация (14 ур.), Этикет (12 ур.), Финансовая грамотность (10 ур.), Лидерство (8 ур.) Уровень - 19 [1176/1900] Статистика графа была на уровне мастерства или приближалась к нему, его богатство было поразительным, в валюте будущего оно оценивалось в 280 834 440 фунтов стерлингов, и его навыки были излишними. Эдвард быстро сел на назначенный ему стул и начал ужин после мессы со своей семьей, чтобы не вызвать подозрений. Оценив множество людей в течение дня, он пришел к выводу, что средний взрослый человек в возрасте 30 лет имеет уровень от Ур. 10 до Ур. 15 и атрибуты либо делились поровну, что было редкостью, либо один из атрибутов имел преимущество перед двумя другими. Статистики от 0 до 3 означали некомпетентность или молодой возраст, от 4 до 7 означали умеренный контроль над атрибутом, от 8 до 11 определяли, что пользователь является ветераном, связанным с атрибутом, и владеет им, а 12 или выше показывают мастерство атрибута. чего лишь немногие могли достичь за всю жизнь. То же самое касается и навыков. — Как прошло ваше общение с преподавателями? — спросил Томас, в его тоне звучал намек на серьезность. — Они продемонстрировали компетентность в своих областях, что оказалось весьма полезным, — ответил Эдвард. Томас пристально посмотрел на Эдварда, побуждая его продолжить. — Отец, у меня есть просьба, — рискнул Эдвард. Любопытство Томаса было задето. — Слушаю. — Я хотел бы пройти тест на завершение базового образования на следующей неделе, — сообщил Эдвард. Это заявление чуть не заставило Томаса подавиться едой. Ребенок, который до недавнего времени казался вялым, теперь хотел пройти тест, чтобы завершить свое образование всего за неделю. — Похоже, ты претерпел значительную трансформацию, — пробормотал Томас со смесью удивления и смирения в тоне. — Что ж, если ты настроен решительно, я не буду стоять у тебя на пути, — признал Томас, кривая улыбка тронула его губы. — Возможно, вкус вызова преподнесет ценный урок, — подумал он вслух. Вскоре Эдвард ушел, закончив ужин, и снова заснул в своей комнате. —---------------- Неделя пролетела как один миг… Наступил день экзамена. Оценка была разделена на два отдельных сегмента: физический тест и письменный тест. Физический тест был разработан, чтобы оценить его мастерство владения мечом, оценить его силу и выносливость. Между тем, письменный тест включал 60 комплексных вопросов, охватывающих четыре предмета: историю, политику, язык и арифметику. Физический тест проводил не кто иной, как сам Уолтер Мэнни. Эдвард, оценивавший его всего неделю назад, был ошеломлен цифрой «17», указанной в боевой категории — наивысшим показателем, с которым он когда-либо сталкивался. Испытание включало в себя дуэль в одиночку против сира Уолтера, который заверил Эдварда, что проявит сдержанность, хотя еще неизвестно, сбудется ли это обещание. Столкновение началось со шквала движений, со звоном стали в воздухе, когда их клинки встретились. Несмотря на обещание Уолтера сдерживаться, его мастерство проявлялось в каждом точном ударе и расчетливом парировании. Эдвард, однако, отказался отступить. Он встретил атаки Уолтера с решимостью, которая противоречила его возрасту. Для ребенка всего 11 лет Эдвард проявил невероятную силу и ловкость. Его движения не были такими отточенными, как у Уолтера, но его грубая энергия и рвение компенсировали недостаток опыта. Зрители, в том числе его семья и другие зрители, затаив дыхание, наблюдали за разворачивающейся дуэлью. Эдварду удалось заблокировать несколько атак Уолтера, каждый звон металла эхом разносился по тренировочной площадке. Ему даже удалось нанести несколько контрударов, которые продемонстрировали его развивающиеся навыки. Решимость в его глазах была безошибочной — это было испытание не только физической силы, но и его решимости проявить себя. Однако по ходу дуэли стало ясно, что опыт и мастерство Уолтера были на лигу выше, чем у Эдварда. Быстрым движением Уолтер обезоружил Эдварда, отправив его оружие с грохотом на землю. Дуэль закончилась, и стало ясно, что Уолтер вышел победителем. Несмотря на поражение, в воздухе витало чувство выполненного долга. Эдвард продемонстрировал уровень храбрости и мастерства, которого никто не ожидал от ребенка его возраста. Аплодисменты, разразившиеся среди зрителей, были адресованы не только победителю, но и отважным усилиям, предпринятым Эдвардом. Уолтер протянул руку, чтобы помочь Эдварду подняться, на его лице было выражение одобрения и уважения. — У тебя есть потенциал, парень. Со временем и тренировками ты сможешь стать настоящим фехтовальщиком, — сказал он с намеком на поддержку в голосе. Эдвард кивнул, его грудь вздымалась от напряжения, а на лице появилась торжествующая улыбка. Возможно, он и не выиграл дуэль, но он выиграл нечто не менее ценное — признание своих способностей и обещание прогресса, что косвенно означало прохождение им испытания. Томас был ошеломлен проявлением мастерства своего сына, его изумление быстро сменилось восторгом. Он почувствовал себя счастливым, осознав, что Эдвард не хвастался пустыми словами, когда через неделю попросил пройти тест. После победы в первом туре Эдвард отправился в большой зал, чтобы сдать письменный тест. Отведенное время в три часа показалось довольно скудным для теста, включающего 60 комплексных вопросов. Возможно, это объясняет, почему проходной порог был установлен на уровне 150 из 300. Вопросы были легкими для такого современного человека, как он сам, но Эдвард старался не раскрывать информацию о будущем и не писать что-то спорное, поскольку не хотел спровоцировать проблемы из-за одной статьи. Через 3 часа лист ответов был собран, и все четверо преподавателей сели на свои стулья, чтобы проанализировать ответы. В течение получаса каждый из них закончил свою работу и был в равной степени шокирован. Оценка Эдварда была следующей: История - 70/75 Политика - 62/75 Язык - 67/75 Арифметика - 75/75 Итого - 274/300 Получение 274 баллов на базовом письменном экзамене было достижением, предназначенным для интеллектуально выдающихся людей. Запросы, касающиеся истории и политики, представляли собой серьезные проблемы, однако ответы Эдварда были особенно проницательными, предлагая ясные и проницательные объяснения. Этот экзамен стал кульминацией его фундаментального обучения, открыв ему путь к более продвинутому образованию, подобающему дворянину. Хотя обычно обучение проводится в возрасте 13 или 14 лет, ускоренное завершение предыдущей учебной программы Эдвардом дало ему возможность раньше начать углубленное обучение. Продвинутое обучение охватывало широкий спектр предметов, включая верховую езду, соколиную охоту, охоту, боевую подготовку, рыцарство, латынь, литературу, музыку, искусство, философию, теологию и многие другие. Этот этап образования обычно длился пять лет. За последнюю неделю и после теста статус Эдварда немного вырос. Положение дел: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 11 Титул - Наследник Норфолка Мастерство - 6 Дипломатия - 5 Интеллект - 28 Репутация - С Богатство - 2116 фунтов стерлингов. Навыки - Оценка (Ур. 3) Уровень - 6 [219/600] Запасные очки - 1 Его заметным источником удовлетворения стало повышение его репутации с D до C, что означает переход от «Скорее отрицательного» к «Нейтральному». Кроме того, он заметил, что после уровня 5 каждое последующее повышение уровня будет давать одно запасное очко, а не два, как раньше. Томас подошел к Эдварду и заметил: «Должен признаться, твой прогресс застал меня врасплох. Еще на прошлой неделе ты был на грани смерти, а теперь ты сумел заставить меня безмерно гордиться своими достижениями». — Это большая честь для меня, отец. С удовлетворенной улыбкой Томас ласково похлопал сына по спине и попросил Эдварда взять отпуск на предстоящую неделю, поскольку его высшее образование должно было начаться на следующей неделе. ---------- Графство Хотя следующая неделя была для Эдварда периодом отдыха, особой необходимости в отдыхе после всего лишь недели работы не было. Томас тоже собирался вскоре уехать, поэтому перед отъездом в столицу он должен заверить его о своем преображении. Насколько понимал Эдвард, жизнь его отца оборвалась в 1338 году, когда он умер от серьезных ранений на поле боя. Учитывая, что сам Эдвард безвременно скончался в первоначальной временной шкале, мантия графства и роль графа Маршала перейдут к его старшей сестре Маргарет. Однако ее правление в качестве женщины-правительницы оказалось сопряжено с трудностями, что привело к тяжелому путешествию, омраченному различными трудностями. К сожалению, ее семейная жизнь тоже не сложилась счастливо. Тем не менее, история уже отклонилась от своего курса, поскольку сам Эдвард бросил вызов смерти, оставаясь законным наследником графства. В течение недели отдыха Эдвард продолжал следить за своим физическим здоровьем, постоянно улучшая свои тренировки. Каждый день он постепенно увеличивал свой режим. Утро начиналось с пробежки на 1500 метров, что задавало тон его физическим нагрузкам. За этим последовали десять отжиманий и 25 приседаний, образующих структурированную последовательность. Эдвард одинаково внимательно относился к своей диете, сознательно включая в нее продукты, богатые белком. Мясо, рыба, яйца и молочные продукты предпочитались его обычной пище, чтобы восполнить любой дефицит белка в организме. Его усилия дали очевидные результаты, превратив его некогда хрупкое телосложение в более крепкое. Его живот, когда-то изогнутый внутрь, теперь лежал плоско, а щеки, когда-то впавшие, теперь приобрели здоровую пухлость. В ранние часы седьмого дня отдыха, когда он отправился на утреннюю пробежку, деятельность Эдварда привлекла внимание Томаса. Улыбка тронула губы Томаса, когда он подумал: «И вот я подумывал о том, чтобы создать еще одного наследника или воспитать Маргарет для этой роли, но, похоже, Эдвард прокладывает свой собственный путь». Удовлетворенный трансформацией своего сына, Томас решил сделать так, чтобы этот прогресс не встретил препятствий даже после его собственного ухода. С решимостью он дал указание каждому слуге и рыцарю, находящимся на его службе, беспрекословно подчиняться приказам Эдварда. После ежедневных упражнений Эдвард решил открыть окно статуса. Положение дел: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 11 Титул - Наследник Норфолка Мастерство - 6 Дипломатия - 6 Интеллект - 28 Репутация - С Богатство - £2,129 Навыки - Оценка (Ур. 3) Уровень - 7 [3/700] Запасные очки - 0 Он также заметил, что максимальное количество навыков, которые может получить один человек, равно четырем. У его отец - самый высокий из всех, кого он заметил, и у других в основном было два навыка, а у некоторых - три. Он чувствовал, что, хотя количество очков опыта, необходимых для повышения уровня, не сильно увеличивается после каждого уровня, сложность, безусловно, увеличивается. Он больше не мог получать те легкие очки, которые получал, просто читая книги или тренируясь с деревянным мечом. Ему пришлось приложить вдвое больше усилий, чтобы набрать половину очков, которые он имел пару уровней раньше. «Итак, это причина, по которой большинство взрослых застряли между уровнями 10 и 15». — он думал. Остаток дня он провел, наблюдая за обороной замка и его стратегическим положением. Оборонительные меры замка были достаточны, чтобы около недели противостоять армии в две-три тысячи человек. Однако более крупные силы потенциально могут прорвать оборону в течение первых 48 часов. Хотя у Эдварда было несколько идей, перед ним стояла задача воплотить их в жизнь из-за его опыта историка, а не инженера. Что касается местоположения замка, то он служил естественной крепостью. Расположенный на вершине холма, он был окружен защитным рвом. С этой возвышенной точки обзора открывался потрясающий вид на окружающий ландшафт, что позволяло защитникам обнаруживать приближающихся врагов издалека. Во время ужина Томас обратился к Эдварду со словами: «Я назначил под твое командование 8 новичков и 2 опытных рыцарей. Когда меня больше не будет здесь, убедитесь, что ты наблюдаешь за их действиями. Это долг дворянина — присматривать за своими подданными. Томас добавил: «И я также рассчитываю на твой вклад в управление королевством, сотрудничая с моими советниками. Это даст тебе ценный опыт». — Я позабочусь об этом, отец, — сказал Эдвард. — Похоже, наш юный Эдд вырос, — с усмешкой заметила Мэри. Маргарет и юная Элис присоединились к нам, тихо хихикая. Когда рассвело и солнце показалось из-за горизонта, Томас отправился в путешествие в Лондон в сопровождении тридцати рыцарей. Эдвард и его семья прощались с графом. День Эдварда был полон дел, поскольку вот-вот должно было начаться его высшее образование. Несмотря на его зрелый ум и шестидесятилетний опыт, ему все еще не хватало определенных навыков, таких как верховая езда и средневековый светский этикет. Таким образом, этот этап его образования, возможно, не завершится так быстро, как его основы. Большинство инструкторов Эдварда были новыми, за одним исключением: сир Уолтер Мэнни. Он отвечал за преподавание предметов, связанных с боевыми искусствами, такими как верховая езда, соколиная охота, боевая подготовка, рыцарство и многое другое. Занимаясь различными искусствами, он заметил, что, хотя его атрибуты не увеличились, опыт, который он получил, был вполне приличным. После завершения обширного семичасового учебного занятия он решил отправиться на прогулку и исследовать город Норидж, расположенный под величественным замком. Норидж, город с богатой историей, уходит корнями в римские времена. В римскую эпоху он был известен как «Вента Иценорум» и служил процветающим торговым городом. С уходом римлян власть захватили англосаксы, и поселение продолжало процветать. К 11 веку Норидж зарекомендовал себя как крупный городской центр Восточной Англии. В средневековый период Норидж стал известен своей торговлей шерстью. Процветание города росло за счет ткачества и торговли шерстяными тканями, что сделало его одним из самых богатых городов Англии. Величие Нориджского собора и потрясающая архитектура его церквей отражали экономическое развитие города. Когда Эдвард приехал в город, он оказался в потоке средневековой жизни. По мощеным дорожкам разносился ритмичный стук деревянных тележек и оживленная болтовня торговцев, продающих свой товар. Из пекарен доносился аромат свежеиспеченного хлеба, смешиваясь с ароматами трав и специй с рыночных прилавков. Пока он шел, его взгляд был обращен на сложную архитектуру, которая окружала его, хотя и бледнела на фоне работ будущего, но все же представляла собой зрелище. Дома с деревянными каркасами склонялись над узкими улочками, их соломенные крыши образовывали лоскутное одеяло на фоне неба. Некоторые здания имели признаки мастерства, богато украшенную резьбу и красочные фрески, изображающие сцены повседневной жизни. Сердце города, рыночная площадь, представляло собой яркую мозаику цветов и звуков. Торговцы со всех уголков королевства демонстрировали свои товары — мерцающие ткани, экзотические специи, блестящие изделия из металла и многое другое. Из кузнечной мастерской раздавался звон молота, ударяющегося о наковальню, а нежное воркование голубей смешивалось с болтовней играющих детей. Неподалеку возвышались шпили Нориджского собора, достигающие небес. Каменный фасад собора олицетворял сильную духовную приверженность города, создавая разительный контраст с окружающими его деревянными зданиями. Среди городского шума Эдвард почувствовал связь с прошлым. Он представил себе бесчисленные души, гулявшие по этим улицам до него, каждая из которых оставила свой след в истории города. Неподалеку отсюда находился родной город его прошлой жизни, но сейчас он мог видеть только обширные зеленые поля. После исследования города Эдвард вернулся в замок и направился в кабинет своего отца. Среди стопок документов он приступил к поиску отчета о доходах за предыдущий месяц. После короткой минуты поисков он успешно нашел искомый документ. Присев, он внимательно просмотрел документ. Источники доходов графа отличались поразительным разнообразием. После быстрого изучения он сделал следующие выводы: -Усадебная арендная плата - 31% -Налоги и сборы - 27% -Рыночные и справедливые сборы - 15% -Таможенные и импортные пошлины - 10% -Горное дело и ресурсы - 9% -Прибыль от ремесел и промышленности - 6% -Штрафы и неустойки - 1% -Другие - 1% Изучив отчеты и за другие месяцы, он пришел к выводу, что доход графа колеблется от 800 до 1000 фунтов стерлингов в месяц, учитывая, что одного фунта было достаточно для выплаты дневной заработной платы пятидесяти квалифицированным рабочим. Вскоре после этого Эдвард углубился в отчеты о расходах и сделал следующие выводы: -Свита и военные - 28% -Праздники и развлечения - 22% -Содержание поместья - 20% -Благотворительная деятельность - 15% -Путешествия и дипломатия – 11% -Образование и обучение - 7% -Налоги и обязательства - 5% -Инвестиции - 1% -Другие - 1% Он был ошеломлен значительными расходами, выделенными на «Праздники и развлечения». Было очевидно, что дворянство того времени решительно отстаивало свое социальное положение, даже если это означало выделение значительной части своего богатства на такую ​​​​расточительную деятельность. Когда Эдвард взглянул на цифру чистой прибыли, он был ошеломлен. В казне графа осталось всего 50–100 фунтов стерлингов. Значительное богатство, отображаемое на экране статуса графа, вероятно, было результатом его положения принца Англии и наследства, переданного ему от отца, бывшего короля. Большая часть богатства, вероятно, была связана в форме земли, а не валюты, что затрудняло инвестирование в развитие графства. «Необходимо принять меры, иначе графство будет продолжать отставать на долгие годы», — подумал Эдвард с растущим чувством безотлагательности. ---------- Уровень 10! «Хотя я задумал несколько реформ в экономическом секторе, моих нынешних полномочий недостаточно для их реализации. Власть принадлежит графине Мэри, регенту графства, а советники не решаются поддержать меня из-за моей молодости. и ощущение отсутствия опыта», — размышлял Эдвард. В этот момент искра вдохновения озарила мысли Эдварда. Он осознавал, что проведение масштабных реформ является сложной задачей из-за их высоких затрат и длительного периода времени, необходимого для значительных изменений. Более того, членам совета не хватало предвидения, которым он обладал, поскольку он пришел из будущего, что заставило их отклонить такие предложения. Таким образом, он задумал вместо этого предложить реконструкцию городских дорог. Улучшение дорог было ощутимым, немедленным и имело явные преимущества, что сделало их стратегической отправной точкой. Запрос был одобрен всего через полдня. В мэрии было сделано предложение о работе по контракту о найме 100 временных рабочих сроком на 1 месяц с дневной заработной платой 3 пенса в день. Всего за несколько часов все свободные места для рабочих уже были заняты. Это подчеркнуло глубокое отчаяние в поисках работы в городе Норидж. Эдвард вздохнул, наблюдая за этой ситуацией. Он также обратился к советникам с просьбой назначить его руководителем проекта реконструкции. Однако идея поручить одиннадцатилетнему подростку такую ​​руководящую роль казалась совершенно неправдоподобной. Тем не менее, учитывая его положение наследника графства, ему предоставили чисто почетное звание помощника руководителя проекта. Это назначение позволяло ему контролировать рабочих и давать указания в отсутствие фактического руководителя проекта. Наблюдая за многочисленными препятствиями, которые ему приходилось преодолевать, и понимая, что на каждый шаг ему приходится запрашивать разрешение у советников, Эдвард все больше убеждался в том, что ему придется официально унаследовать территорию, чтобы обладать ее полной властью. Однако до кончины нынешнего графа оставалось еще четыре года. Эдвард тщательно изучил карту города, определив стратегические места, требующие определенных типов дорог. Он представлял себе величественную римскую дорогу, тянущуюся от входа в замок до выхода из города и обеспечивающую величественную дорогу. Кроме того, осознавая важность торговли, он спланировал специальный торговый маршрут, соединяющий Норидж и столицу Лондон, открывая двери для расширения деловых перспектив. Несколько дней спустя, когда Эдвард усердно наблюдал за рабочими, его зоркий взгляд поймал взгляд человека, который казался неуместным среди строительной суеты. В глазах мужчины, одетого в поношенную одежду, читались смесь любопытства и трепета, когда он наблюдал, как дорога обретает форму. Эдвард подошел к нему с дружелюбной манерой поведения, его любопытство затронуло. — Добрый день, — тепло поприветствовал Эдвард. — Кажется, вас заинтересовала наша работа. Вы местный житель или, может быть, проезжий путешественник? На лице мужчины отразилось изумление, когда к нему подошел мальчик и спросил о дорогах. Однако наряд мальчика говорил о достатке, намекая на более высокое происхождение. Мужчина, родом торговец из Мерсии, был вынужден искать убежища в Норидже из-за суровой погоды по пути в Лондон, пункт назначения, находящийся в 160 километрах от него. К его удивлению, при въезде в город он увидел шумную сцену реконструкции дороги. Зрелище было поистине примечательным, поскольку казалось, что каждый уголок города ремонтировался. Хотя некоторые дороги были явно отданы в приоритет военному и торговому использованию, его поразило пристальное внимание, уделяемое каждой магистрали, уровень заботы, который редко можно увидеть за пределами крупных транспортных узлов, таких как Париж, Лондон или Винчестер. — Ах, действительно, молодой сэр, — ответил он кивком. — Я путешественник, по происхождению торговец из Мерсии. Мое путешествие привело меня в Норидж, хотя я не ожидал такого обходного пути. Любопытство Эдварда вспыхнуло, когда он вмешался: «Сэр, что вы думаете об этих дорогах? Отличаются ли они от тех, что вы видели?» В глазах мужчины появилась понимающая улыбка. — О, абсолютно. Эти дороги не похожи ни на какие другие. Когда я ходил по торговым путям, редко можно было встретить такое внимание, уделяемое каждой улице. Эти люди здесь занимаются реконструкцией не только для богатых или армий, но для всякой души, наступившей на них. Улыбка тронула губы Эдварда, когда он впитал в себя резонирующие чувства этого человека. При очевидном взаимопонимании он попрощался и ушел со своей улыбкой. К концу сентября амбициозный проект реконструкции дороги достиг своей кульминации. При общей сумме расходов в 100 фунтов ежемесячная прибыль свелась к нулю. Тем не менее, коллективный консенсус, разделяемый как Эдвардом, так и членами совета, счел это предприятие разумной инвестицией. Перспектива многообещающей прибыли в будущем оправдывала понесенные затраты, вселяя оптимизм и предвкушение предстоящих дней. Что действительно привлекло внимание Эдварда, так это значительный прирост очков опыта после завершения реконструкции. Это стало наградой за его самоотверженные усилия. Положение дел: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 11 Титул - Наследник Норфолка Мастерство - 6 Дипломатия - 6 Интеллект - 28 Репутация - С Богатство - 2107 фунтов стерлингов. Навыки - Оценка (Ур. 3) Уровень - 8 [17/800] Запасные очки - 1 «Ну, накопление большего количества очков опыта, безусловно, полезно, так что я полагаю, что на данный момент это приемлемо», — размышлял Эдвард. Решив переключить свое внимание на собственное образование, Эдвард решил делегировать административные задачи советникам. Хотя их подход был строгим, их компетентность в соответствующих областях была неоспоримой. Этот стратегический шаг подразумевал, что даже если графство не процветает под их руководством, ему вряд ли грозит крах. Эдвард поставил перед собой личную цель: в течение двух лет он намеревался получить высшее образование, прежде чем обдумывать последующие планы. Основной мотивацией этого длительного перерыва была решимость Эдварда пройти интенсивные тренировки и развить огромную силу, гарантируя, что его не будут недооценивать. Хотя его физическое состояние значительно улучшилось и было далеко не хилым, его рост оставался ниже желаемого. Он считал, что скачок роста станет долгожданным ускорением его прогресса. Кроме того, он терпеливо ждал заявления короля Эдуарда III о своих притязаниях на французский престол, которые уходили корнями в родословную его матери как принцессы Франции. «К тому времени, когда наступит эпоха беспорядков, я подготовлюсь должным образом», — размышлял Эдвард. —---------------- 2 года спустя… — Ты звал меня? Отец? — спросил Эдвард. — Ах, да, — заметил Томас, сидя в своем кабинете и наблюдая за своим сыном. Эдвард вышел из-под грани смерти и превратился в способного молодого человека. Завершив высшее образование всего за два года, он также претерпел значительный скачок роста, достигнув роста 5 футов 6 дюймов – приличный рост для мужчины. Под руководством сира Мэнни он оттачивал свои навыки владения мечом, занимаясь Это было действительно забавное зрелище – наблюдать, как опытный рыцарь, такой как сир Мэнни, сражается с тринадцатилетним противником. — Я решил удовлетворить твою просьбу о годовой экспедиции по Англии, — заявил Томас. — Однако я не могу разрешить тебе поехать во Францию ​​из-за продолжающегося конфликта между нашими странами. Вместо этого ты можешь отправиться во Фландрию, поскольку они открыто выразили свою поддержку нашему делу в этой стычке, — добавил Томас. — Спасибо, отец. Я позабочусь о том, чтобы знания и опыт, которые я получу в этом путешествии, способствовали процветанию нашего графства, — заявил Эдвард. — Да, конечно. — ответил Томас. Голос Томаса замедлился, когда он непреднамеренно выразил свои сокровенные мысли: «Не забывай находить счастье на своем пути». — Улыбка удовлетворения заиграла на его губах, когда он осознал свою оговорку. Квест: «Получить одобрение» выполнен! Получено 20 очков и 20 опыта. Эдвард вышел из кабинета и шагнул в коридор, на его лице появилась широкая улыбка. Его годовая экспедиция получила одобрение, и хотя вариант поездки во Францию ​​был исключен из-за продолжающихся конфликтов, вместо этого ему предложили возможность исследовать Фландрию — оживленный торговый центр. За последние два года он довольно сильно вырос, как в прямом, так и в переносном смысле. Его рост теперь соответствует уровню среднего мужчины, и его статистика была намного лучше, чем у любого подростка, которого можно было найти. «Статус», — подумал он. Положение дел: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 13 Титул - Наследник Норфолка Мастерство - 11 Дипломатия - 9 Интеллект - 29 Репутация - С Богатство - £1,918 Навыки - Оценка (5 ур.), Финансовая грамотность (3 ур.), Ораторское искусство (3 ур.) Уровень - 10 [35/1000] Запасные очки - 0 Магазин - 78 очков Эдвард добился впечатляющих успехов в своих боевых способностях, и его навыки значительно развились. Однако, что действительно привлекло его внимание, так это неожиданное открытие функции Магазина, когда он достиг 10-го уровня во время боевого испытания с сиром Мэнни пару дней назад. Зайдя в магазин, он обнаружил, что он состоит из нескольких этапов, из которых на данный момент доступен только первый этап. На этом начальном этапе предлагался ряд основных предметов, таких как бумага, перья, чернила и другие предметы первой необходимости. Хотя эти предметы и не были особенно редкими, они были доступны мгновенно, а также могли храниться во встроенной системе хранения, вмещающей до пяти предметов одновременно. Первый этап Магазина был разделен на три раздела: «Основы», «Навыки» и «Информация». Раздел «Навыки», несомненно, был самым ярким моментом. Это позволило ему приобрести необходимые ему навыки, хотя цена была высокой. Это давало значительное преимущество, поскольку он мог приобретать новые навыки без необходимости длительной практики. Предметы в Магазине приобретались за очки, которые можно было заработать двумя способами: конвертировать свои деньги в очки по неэффективной ставке 1 фунт стерлингов за очко или получать очки за выполнение квестов. Его последний квест заключался в получении одобрения отца на экспедицию, за успешное завершение которого он получил 20 очков. Сейчас на его счету 78 очков. Цены на доступные на данный момент навыки составили: Алхимия: Базовая - 100 очков Стрельба из лука: Базовая – 90 очков. Кузнечное дело: Базовое — 85 очков. Виртуальная карта - 75 баллов Этикет: Базовый – 50 баллов. Лютня – 50 очков Соколиная охота – 45 очков Навыки писца — 40 очков. Кулинария - 30 баллов Торг – 25 баллов. Повышение квалификации давало варианты: улучшать навыки с помощью опыта или приобретать более квалифицированную версию за более высокую цену — выбор, но недостижимый из-за нынешнего уровня Эдварда. Тем не менее, он верил в его возможную доступность. Сокровищница магазина находилась в разделе «Информация», источник силы Эдварда. В прошлом, настоящем и будущем информацию можно было купить, хотя и по высокой цене, обещавшей соразмерную ценность. В настоящее время было доступно всего пять фрагментов таких знаний. «Стиль сияющего меча Ланселота: Часть 1 из 10» – 100 очков «Греко-римская- стратегия» – 90 баллов «Мечи Возрождения» – 75 очков. «Шахты Европы» – 70 баллов «Основная химия» – 50 баллов. Хотя эти навыки кажутся ничем не примечательными, при умелом использовании они могут оказаться смертельными в этом примитивном мире. С довольной улыбкой Эдвард с нетерпением начал готовиться к предстоящему путешествию, полный предвкушения и волнения. ---------- Барон Уаймондхемский За последние пару лет здоровье Эдварда заметно улучшилось. Когда-то он был слабым и больным ребенком, а теперь превратился в юношу, демонстрирующего зарождающееся развитие мышц – многообещающую основу, предполагающую будущую силу. Тонкие контуры намекают на скрытую силу и потенциал формирования холста. В то время как в средневековых обществах пухлое тело часто символизировало богатство и благополучие, сигнализируя о доступе к обильным ресурсам и хорошему здоровью, во время войны такое телосложение могло оказаться вредным в бою из-за своего размера. Такое тело могло привлечь болезни, и в эпоху, когда медицины было мало, выздоровление зависело от веры и удачи. — Я вполне уверен, что девочки-подростки упадут в обморок от меня, — пошутил Эдвард с улыбкой. «Времена могут быть настоящим проклятием», — размышлял он, размышляя о своем положении наследника графства в эпоху непрекращающихся войн, из-за которых у него было меньше или вообще не оставалось времени на те удовольствия, которые он искал. В дверь его комнаты постучали. — Мы готовы, милорд, — послышался хриплый голос. — Иду — объявил Эдвард. Открыв дверь, он вскинул на плечо сумку на шнурке, полную предметов первой необходимости. Спустившись по лестнице, он вошел во двор, где у лошадей стояли четверо вооруженных людей с бацинетами в руках. При его приближении они надели шлемы и выпрямились. — Готовы, сэры? – спросил Эдвард. — Да, милорд, — хором сказали они. Улыбаясь, Эдвард прыгнул в седло своей каштановой лошади, крепкой и целеустремленной. Жилистая форма лошади и выразительные глаза говорили о партнерстве и силе, ее чистокровное происхождение было очевидным. Пока Эдвард готовился, рыцари сели на лошадей и разошлись во все стороны от него. Подойдя к воротам замка, он попрощался с сестрами и отправился в путь. Первоначальный пункт назначения Эдварда лежал в баронстве Уаймондэм, расположенном в 15 километрах от Нориджа. Предполагалось, что путешествие продлится от 6 до 7 часов, при этом солнце будет скрыто облаками. Когда Эдвард отправился в путешествие к баронству Уаймондхем в сопровождении своих четырех рыцарей, он не мог не завязать с ними разговор. — Похоже, сегодня нам предстоит небольшое путешествие, — заметил Эдвард, взглянув на затянутое облаками небо. — Да, милорд. Но поездка должна быть относительно плавной, — ответил один из рыцарей, поправляя поводья своей лошади. — Надеюсь на это. Хорошо провести некоторое время вдали от замка, — сказал Эдвард с оттенком волнения в голосе. — Действительно, милорд. Не часто у вас появляется возможность так подробно исследовать наши земли, — вмешался другой рыцарь. — Верно, верно. И это будет хорошая возможность посмотреть, как поживают деревни и города, — задумчиво добавил Эдвард. Четвертый рыцарь, который вел себя относительно тихо, наконец заговорил. — Милорд, я слышал, что Уаймондхем в последнее время страдает от некоторых проблем, таких как бандитизм и тому подобных. Эдвард нахмурился, услышав эту новость. — Бандитизм? Это нехорошо. Нам придется оценить ситуацию и посмотреть, чем мы можем помочь. Первый рыцарь согласно кивнул. — Абсолютно, милорд. Важно обеспечить безопасность наших подданных. Пока они продолжали свое путешествие, Эдвард не мог не чувствовать чувство ответственности, легшее на его плечи. Он был полон решимости оказать положительное влияние во время своей экспедиции, даже если это означало бы решение таких проблем, как бандитизм. — Что ж, джентльмены, давайте извлекем из этого путешествия максимум пользы. Надеюсь, мы сможем внести некоторые улучшения в места, которые мы посещаем, — сказал Эдвард решительным тоном. Рыцари кивнули в знак согласия, их лояльность была очевидна. — Мы с вами на каждом этапе пути, милорд. 4 часа спустя, Шли часы, и группа продолжила свой путь к Уаймондхэму, когда они наткнулись на живописное озеро с настолько чистой водой, что, казалось, она отражала небо над головой. Эдвард подал знак своим товарищам остановиться, и они собрались у кромки воды. — Посмотрите на это, — заметил Эдвард, его глаза с оттенком удивления скользнули по чистой воде. Первый рыцарь, стоя на коленях, чтобы окунуть пальцы в воду, внимательно ее осмотрел. — Это настоящее открытие, милорд. Вода удивительно чистая. Эдвард кивнул в знак согласия, на его лице появилось задумчивое выражение. — В мое время такие чистые воды были редкостью. Загрязнение в результате индустриализации испортило многие озера и реки. Брови второго рыцаря в замешательстве нахмурились. — Индустриализация? Милорд, я не знаком с этим термином. Эдвард быстро покачал головой, осознав свою ошибку. — Прости меня. Это неважно. Давай сосредоточимся на текущей задаче. Третий рыцарь, оглядевшись, заговорил. — Независимо от обстоятельств, это большая честь увидеть такую ​​нетронутую красоту. Природа во всей красе. Эдвард улыбнулся, благодарный за возможность пережить этот момент. — Действительно. Давайте сделаем здесь небольшую передышку, прежде чем продолжить наше путешествие». После нескольких минут тихого созерцания у озера группа села на лошадей и снова двинулась в путь. Пока они ехали дальше, Эдвард не мог не почувствовать обновленное чувство цели. Эта экспедиция была больше, чем просто путешествием — это был шанс изменить этот мир, даже если он не смог раскрыть знания, которые он принес из будущего. Сосредоточившись на предстоящем пути, они продолжили свой путь в сторону Уаймондхема, оставив позади нетронутую красоту пейзажа на берегу озера. Когда пункт назначения приближался, Эдвард и его спутники заметили барона в сопровождении его жены и двух сыновей, ожидающих у входа в город, чтобы поприветствовать молодого лорда и его рыцарей на своей территории. Барон обладал круглым и выступающим животом, признаком достатка и процветания в высших эшелонах общества. У его жены была светлая кожа, волосы цвета воронова крыла и глубокие карие глаза, излучавшие элегантность. Несмотря на свою внешность, она выглядела не старше тридцати лет, что резко контрастировало с бароном, который, казалось, был на годы старше своего настоящего сорокалетнего возраста. Оба сына стояли рядом со своими родителями, оба примерно ровесники Эдварда, хотя один из них имел небольшое преимущество в росте над другим на несколько дюймов. Эдвард и его рыцари спешились, их ноги коснулись земли, когда барон выразил свое приветствие: «Это благословение богов, что вы удостоили нас своим присутствием на нашей скромной территории». С добродушной улыбкой Эдвард ответил: «Спасибо за ваши добрые слова, барон Норвуд. В рамках моей экспедиции я обязан посетить различные баронства в графстве моего отца». Улыбка барона казалась несколько натянутой, когда он вел Эдварда и его рыцарей к замку. По пути Эдвард не мог не наблюдать за городом, через который они прошли, его разум был полон мыслей. «Хм, инфраструктура города заметно менее развита, чем в Норидже, чего и следовало ожидать. Население также выглядит несколько недовольным. обугленные черные пятна среди обычных хижин вызывают вопросы», — размышлял Эдвард. Эдвард предпочел сохранить свои размышления, хотя с его губ невольно сорвался вздох, когда в поле зрения появился внушительный замок барона. Термин «огромный» казался недостаточным для описания масштаба сооружения. Сами ворота были буквально украшены серебряной окантовкой — экстравагантность, которая показалась Эдварду чрезмерной. Когда они вошли на территорию замка, его внимание привлекла толпа слуг, которые, казалось, были заняты приготовлениями – вероятно, к предстоящему пиру. Он заметил, что главная башня по высоте могла соперничать с Норвижской. Пока они шли по залам замка, Эдвард не мог отделаться от своей сбивающей с толку мысли: почему резиденция лорда излучает такое богатство, когда горожане, кажется, борются с трудностями? Хотя коррупция, безусловно, была широко распространенной проблемой, ее влияние не могло объяснить столь резкие контрасты. Норвуды, будучи новичками в аристократии, вряд ли обладали поколениями накопленного богатства. Это неравенство по-прежнему вызывало недоумение. «Что-то действительно кажется подозрительным», — подумал Эдвард, но решил не позволять подсознательным мыслям взять верх над рациональным мышлением. Выдвижение обвинения против барона в его собственном городе, несомненно, поставило бы под угрозу его жизнь, особенно если учесть, что его полная защита состояла всего из четырех рыцарей. «Самых высоких воинских качеств среди них всего двенадцать», — размышлял Эдвард. «Ой!» — воскликнул Эдвард, когда ему в голову пришла идея. Он перевел взгляд на барона и активировал навык оценки. Положение дел: Имя - Роджер Норвуд Возраст - 41 Титул - Барон Уаймондхем Мастерство - 4 Дипломатия - 11 Интеллект - 12 Репутация - С Богатство - £107,975 Навыки — налаживание связей (уровень 13), осмотрительность (уровень 9), ведение переговоров (уровень 7). Уровень - 15 [542/1500] Огромное богатство поразило Эдварда. Хотя это было примерно половина состояния его отца, грозного графа Томаса, важно учитывать масштаб их ответственности. Графу приходилось содержать обширную свиту и выделять средства на различные нужды, тогда как барон имел меньшую силу и меньшие финансовые обязательства. Богатство перед ним было просто ошеломляющим. В сегодняшних условиях эта сумма может равняться огромным 66,2 миллионам фунтов стерлингов, колоссальной сумме. Если использовать его до последней копейки, он сможет собрать армию численностью от десяти до двадцати тысяч солдат, силу, способную бросить вызов даже власти короля. Затем его внимание переключилось на раздел навыков, где его ждал список приобретенных навыков. Эти способности были неразрывно связаны с тонким искусством политического маневрирования в средневековую эпоху. Налаживание связей, навык, который позволял создавать союзы, устанавливать связи и собирать информацию из разных источников, достиг уровня мастерства, демонстрирующего его умение развивать отношения в сложной паутине знати. Это мастерство позволило ему ориентироваться в сложной социальной ткани того времени, используя связи и ассоциации в свою пользу. Помимо этого, осмотрительность служило свидетельством его способности тактично и тонко ориентироваться в коварных водах куртуазной политики. Этот навык позволял ему проявлять безупречную рассудительность в своих действиях и словах, сохраняя атмосферу таинственности и сдержанности. В мире, где даже малейший намек на ошибку мог подорвать репутацию, благоразумие было мощным инструментом, позволяющим избежать ловушек и сохранить репутацию. Переговоры, еще один примечательный навык, были жизненно важным преимуществом для любого дворянина, перемещающегося по извилистым коридорам власти. Мастерство Роджера в этой области красноречиво говорило о его способности заключать сделки, разрешать споры и убеждать даже самых упрямых противников. В эпоху, когда баланс сил мог измениться в результате хорошо проведенных переговоров, его умелость могла не только защитить его интересы, но и продвигать их стратегически. Размышляя о значимости этих навыков, Эдвард осознал их потенциал для гармоничной интеграции для достижения многогранных целей. Тем не менее, он признавал ограничения, присущие их применению: дипломатия, несмотря на ее эффективность, редко приносила материальные блага, сравнимые с завоеваниями. Внезапно в его сознании возникло острое напоминание. Донесения рыцарей живо отдавались в его памяти — рассказы о безудержном бандитизме, охватившем регион Уаймондхем. Эта преступная деятельность нанесла значительный ущерб простому народу, а тревожные слухи намекали на то, что бандиты были на удивление хорошо оснащены. Мозаика доказательств указывала на одну, сбивающую с толку возможность. ---------- План «Значит, сам барон - вдохновитель», — подумал Эдвард, и осознание этого факта навалилось на него как тяжелый камень. «Подлые мошенники по отмыванию денег!» — его разум взревел от негодования. Когда его расследование принесло свои плоды и был раскрыт истинный организатор бандитских нападений, внутри Эдварда бушевала буря гнева. Сама мысль о том, что кто-то будет накапливать богатство, эксплуатируя жизни своего народа, разожгла ярость, которую невозможно было сдержать. В конце концов, кто мог бы оправдать получение прибыли от страданий своих подданных? Несмотря на его сильное желание тут же лишить барона его нечестным путем богатство, Эдвард оказался в ловушке из-за отсутствия конкретных доказательств и осознания своих собственных ограничений. На него легла тяжесть ситуации, горькая правда, которую он не мог игнорировать. Его единственным проблеском надежды была возможность того, что, если ему удастся собрать необходимые доказательства, он сможет обратиться за помощью к своему отцу. С этими мыслями, крутившимися в его голове, Эдвард решил уйти в предоставленное ему жилье в стенах замка. В течение ночи Эдвард тщательно разработал план, основанный на сборе неопровержимых доказательств против коварного барона. Он осознавал, что достижение этой цели потребует сотрудничества и со стороны его рыцарей. После всего трех часов отдыха Эдвард проснулся от недолгого сна, его разум был решительным, а цель непоколебимой. Он знал, что пришло время собраться со своими рыцарями и привести свой план в действие. Собравшиеся в уединенной комнате рыцари Эдварда выжидающе смотрели на него, на их лицах отразилось любопытство. Опытный рыцарь-ветеран озвучил вопрос, который повис в воздухе: «Почему вы так срочно вызвали нас?» Эдвард встретил их взгляды с мрачным выражением лица. — Господа, выяснилось серьезное затруднительное положение. Младшие рыцари обменялись озадаченными взглядами, а нахмуренные брови ветерана выдавали его беспокойство. — Что за затруднительное положение, милорд? Взгляд Эдварда оставался твердым. — Тот самый бандитизм, о котором мы говорили ранее, который преследует эти земли, похоже, что сам барон замешан в его поддержке. Комната, казалось, замерла, когда тяжесть откровения Эдварда дошла до меня. Один из новых рыцарей не мог не воскликнуть: «Вы уверены, милорд?» Эдвард кивнул, его тон был решительным. — Да, у меня есть основания полагать, что барон замешан в этой гнусной деятельности. На лицах рыцарей был ощутим шок. — Как вы можете быть так уверены? — спросил старший и более опытный рыцарь. Эдвард продолжил рассказывать о резких различиях, которые он наблюдал между бедствующими горожанами и замком богатого барона, упуская из виду конкретные детали системы оценки богатства. Несоответствие между, казалось бы, безграничным богатством барона и страданиями его подданных рисовало убедительную картину. Когда Эдвард завершил свое объяснение, в комнате воцарилась задумчивая тишина. Последствия причастности барона к бандитизму тяжело давили на них. Рыцарь-ветеран наконец заговорил, его голос был пронизан тревогой и решимостью. — Это действительно серьезный вопрос, милорд. Но обладаем ли мы конкретными доказательствами, подтверждающими эти утверждения? Глаза Эдварда сверкнули искрой решимости. — Именно поэтому я позвал вас всех. Мы должны собрать доказательства, необходимые, чтобы разоблачить преступления барона и восстановить справедливость в наших землях. Рыцари обменялись решительными взглядами, их преданность Эдварду и долг перед королевством подпитывали их решимость. Обладая общим пониманием, они начали обрисовывать свой план — план, который потребует хитрости, стратегии и непоколебимой решимости. Прошел час, и тяжесть их плана висела в воздухе, словно начавшаяся буря. Рыцарь-ветеран выразил беспокойство, которое, несомненно, крутилось в их головах, его тон был осторожным, но лояльным. — Милорд, если я могу говорить откровенно, этот план несет в себе значительную степень риска. Глаза Эдварда встретились с его непоколебимой решимостью. — Действительно, это не лишено опасностей. Но это вполне может быть нашим единственным выходом. — Как прикажете, — согласился рыцарь-ветеран, демонстрируя преданность, выходившую за рамки слов. Комната наполнилась торжественной атмосферой, когда другие рыцари присоединились к ветерану и преклонили колени перед своим господином. Решительно кивнув, Эдвард обратился ко всем, его голос был твердым и решительным. — Ваша преданность этому делу заслуживает похвалы. Давайте действовать бдительно и убежденно. Рыцари встали, их готовность была очевидна в их непоколебимых взглядах. Эдвард попрощался с ними, и они отправились выполнять свои задачи, причем каждый шаг был важной частью сложного плана, который они сплели. В коридорах замка любопытный придворный поинтересовался их внезапным отъездом. Эдвард дал правдоподобное объяснение со спокойной уверенностью. Он объяснил, что они получили прямой приказ от графа собрать необходимые припасы в соседнем городке и перевезти их в Норидж. На вопросы придворного были встречены заверения, что их отсутствие будет кратковременным, не более 10–12 часов, и они вернутся до наступления темноты. Довольный объяснением, придворный удалился, и сердце Эдварда успокоилось. Их уловка сработала, и теперь их план пришел в действие. Вернувшись в свои покои, Эдвард получил доступ к разделу навыков, который так тщательно развивал. Приняв обдуманное решение, он обменял сумму в 25 фунтов на 25 ценных очков — скромную, но необходимую инвестицию. Теперь, когда его количество очков достигло 103, он переехал с целью приобрести навык, который мог бы стать ключом к их успеху. Среди множества навыков его внимание привлек один: «Алхимия: базовая». Понимая его потенциальную важность в своих начинаниях, Эдвард потратил 100 очков, чтобы получить этот важный навык. Когда транзакция завершилась, его охватило чувство расширения возможностей. Благодаря этому новому навыку он владел инструментами, необходимыми для преодоления сложностей алхимических искусств. Вскоре Эдвард оказался на шумной кухне замка, где персонал выполнял свои задачи с отработанной эффективностью. Он вежливо попросил кастрюлю, и она без колебаний была предоставлена ​​ему в руки. Закрепив посуду, он удалился в свою комнату, заперев за собой дверь, чтобы обеспечить свою конфиденциальность. Его мысли были вихрем планов и возможностей, пока он стоял в комнате с кастрюлей в руке. Различные рецепты, которые наполнили его голову после того, как он приобрел этот навык, — рецепты, которые содержали ключ к созданию определенных важных смесей. Эдвард полез в свою сумку на шнурке и достал кремень и сталь. Холодный металл стали соприкасался с шероховатыми краями кремня, и при каждом сильном ударе вспыхивали искры. Методично он повторял этот процесс до тех пор, пока искра не зацепила опаленный кусок ткани и не оживила его. Этот уголек взращивался, пока не превратился в устойчивый огонь, его теплота успокаивающе контрастировала с тенями, танцующими вдоль каменных стен. Он осторожно положил собранные ранее дрова в огонь, наблюдая, как они сжигают материал. К счастью, каменный пол под его ногами был непроницаем для мерцающего пламени, что давало ему некоторое облегчение от угрозы катастрофического пожара. Но сгущающийся дым принес с собой свою проблему — удушье. Он действовал быстро, его действия представляли собой симфонию цели. Когда огонь затрещал, а воздух стал тяжелым от дыма, внимание Эдварда переключилось на кастрюлю в его руке. С отработанной точностью он налил в него воду — фундамент, на котором будет построено его изобретение. Его пальцы ловко извлекли из укрытия обычные травы, и их присутствие на ладони свидетельствовало о его подготовке. К смеси присоединилось немного жабьей крови, тщательно отмеренной — важнейший элемент, обладающий неисчислимым потенциалом. Методично, шаг за шагом, он следовал инструкциям, запечатлевшимся в его памяти. Каждое движение было целенаправленным, каждое дополнение делалось с намерением достичь определенного результата. Смесь в кастрюле кипела, элементы сливались и превращались в серую жидкость, обладающую загадочной силой. Когда пламя начало угасать, его свечение уменьшалось, Эдвард осознал срочность момента. Быстро и решительно он вылил теперь уже полную серую жидкость в приготовленный им небольшой мешочек, следя за тем, чтобы ни одна капля не была потрачена зря. Этим последним действием он положил конец огню, его сияние погасло, и комната снова погрузилась во тьму. Воздух был тяжелым от остатков его действий, смеси запахов и послевкусия решимости. Сердце Эдварда билось в такт наступившей тишине, его разум был ясен и сосредоточен на пути, который лежал впереди – пути, освещенном тусклым светом справедливости, мерцающим во тьме. Создан низкосортный яд! Заработанный опыт: +47 Дайте поделке имя: ??? Когда его затея была завершена, вокруг Эдварда воцарилась атмосфера выполненного долга. Тускло освещенная комната свидетельствовала о его находчивости и решимости, и когда серая жидкость осела в мешочке, он понял, что держит в руках потенциальный инструмент перемен. — Ваймон, — сказал Эдвард. В мире, где действия говорили громче, чем слова, имя «Ваймон» имело смысл. Это было отражение баронства, в котором оно родилось, — символ одновременно проблем и потенциала, заложенного в его стенах. После выбора имени решимость Эдварда только окрепла. «Ваймон» был не просто выдумкой; это было катализатором истины и справедливости. При нажатии на название яда появилось следующее всплывающее окно: Ваймон: низкосортный яд, способный парализовать противника на небольшой период времени от 2 до 5 минут в зависимости от его силы. Можно продать по цене 150-200 фунтов за пакет. Улыбка появилась на лице Эдварда, когда он решил аккуратно спрятать сумку в складках своего коричневого пальто. Вскоре после этого по комнате раздался стук, побудивший Эдварда быстро спрятать материалы под кроватью. Он открыл окно, чтобы дать выход рассеивающемуся дыму — тонкая мера предосторожности от любопытных глаз. Приведя свою комнату в порядок, он повернулся к двери, чтобы поприветствовать своего гостя, но обнаружил своих четырех рыцарей с серьезным и решительным выражением лица. — Заходите, — пригласил Эдвард. Когда рыцари вошли, взгляд Эдварда переходил от одного к другому, его любопытство обострилось. — Итак, какие новости ты принес? — Мы говорили с жителями деревни и горожанами по всему баронству о бандитизме, — начал рыцарь-ветеран, и в его голосе было много значения. — Подтверждено, что эти бандиты обладают необычайно качественным оружием, доспехами и крепкими лошадьми. Их ресурсы значительно превышают типичные для группы бандитов. Кроме того, выявилась закономерность - после набега бандитов приезжали судебные чиновники для оценки ситуации и пообещали компенсацию пострадавшим, но эти чиновники так и не вернулись. — добавил он. Не медля ни минуты, Эдвард достал карту графства Норфолк, которую он приобрел в кабинете своего отца. Он разложил его на маленьком столе в комнате, поверхность которого теперь была украшена сложной географией страны. «Руфус, укажи места, которые пострадали от этих грабежей», — целенаправленно приказал Эдвард. Рыцарь-ветеран торжественно кивнул, пристально глядя на карту. Крепко держа перо в руке, он тщательно отметил тринадцать точек на пространстве карты. Каждая отметка представляла собой место, куда нанесли удар бандиты, оставив после себя знак хаоса. Последним добавлением стала деревня, расположенная недалеко от окраины. Глядя на карту перед собой, глаза Эдварда расширились, когда осознание поразило его, как молния. Его палец провел по узору, соединяющему отмеченные места — узору, который, казалось, совпадал с торговым путем, ведущим в столицу Лондон. Тихая тишина наполнила комнату, когда серьезность наблюдения Эдварда усилилась. Рыцари обменялись взглядами, на лицах которых была смесь шока и понимания. Руфус твердым голосом, несмотря на разоблачение, заговорил: «Это означает, что у нас осталось только две потенциальные цели». Мысли Эдварда мчались, пока он обрабатывал информацию. «Город Эттлборо и деревня Бесторп», — размышлял он вслух. Молодой рыцарь вмешался: «Но как нам удастся эффективно прикрыть обе локации?» Ответ Руфуса был быстрым и прагматичным: «Расстояние между ними всего два километра. Мы можем разделить наши силы, чтобы прикрыть обе точки. Если одна группа столкнется с атакующим бандитом, они смогут быстро вызвать подкрепление». Эдвард кивнул в знак согласия. «Именно. Руфус, Джон и Хьюз направятся в Бесторп. Я и Натан направимся в Эттлборо. Если местоположение одной из групп подвергнется нападению, отправьте гонца к другой. Мы быстро объединим силы». Когда план был составлен и роли распределены, Эдвард завершил встречу легкой улыбкой, и проблеск надежды озарил решительные лица его рыцарей. ---------- Бандиты Под покровом безлунной ночи Эдвард и его рыцари разработали стратегический план. Они выбрали одежду более темных оттенков, чтобы оставаться скрытыми в тени во время дерзкого побега из замка барона. На них давила тяжесть миссии, но их решимость горела ярко. Объединив свои знания, группа определила курс действий. Понимание Эдвардом архитектуры замка оказалось неоценимым: он знал, что в каждой солидной средневековой крепости есть потайные ходы, известные лишь немногим избранным. Помня об этом, они нацелились на внутренний маршрут внутри замка, лабиринт, который позволил бы им избежать обнаружения. Снаружи их лошади были расставлены и готовы к быстрому отбытию. Каждый рыцарь позаботился о том, чтобы его скакун был надежно привязан, что было решающим элементом их плана побега. Однако одна деталь отличала Эдварда от остальных: ему предстоит совершить побег без лошади. Чтобы преодолеть этот разрыв, Натан отважно вызвался подвезти Эдварда, обеспечив эффективность плана. В ходе перешептывания последние нити их стратегии побега были сплетены воедино. На их лицах отразилась решимость, они синхронизировали свои движения, готовые пройти по внутренним коридорам, которые уведут их из тисков замка и его зловещих тайн. Скрытно выйдя из потайного прохода замка, группа быстро оседлала своих ожидающих коней. С привычной легкостью они сели на своих лошадей — сплоченный отряд, готовый броситься в бой. Эдвард занял место позади Натана, вцепившись в своего товарища, пока они готовились к предстоящему путешествию. Их уход был тихим, отмеченным решительным топотом копыт по земле. Ночной воздух окутал их, пока они скакали вперед, каждый удар сердца отражал срочность их миссии. Путь впереди растянулся на десять километров — гонка на время, требовавшая от них непоколебимой приверженности. Темп, который они установили, был неумолимым, заставляя лошадей работать на пределе своих возможностей. Расстояние, хотя и не было непреодолимым, требовало темпа, не оставляющего места для передышки. С каждым шагом лошади неслись вперед, их дыхание сливалось с прохладным ночным ветерком. Тем не менее, быстрый темп сулил тяжелые потери для их конных товарищей, заставляя их задыхаться, пытаясь не отставать. Минуту за минутой они продвигались сквозь чернильную тьму, ведомые своей решимостью и слабым мерцанием звезд над головой. Наступила полночь, и с каждой минутой их место назначения приближалось. Путешествие проверило их характер, но их решимость осталась непоколебимой — они боролись со временем, чтобы раскрыть зловещую правду. Когда луна достигла зенита, они надеялись достичь места назначения, их сердца бились синхронно с ритмом галопа их лошадей. С каждым ударом сердца они приближались к своей цели, неизвестное скрывалось в тенях их мыслей. Впереди лежала надежда разоблачить предательство, запятнавшее баронство, — попытка, требовавшая предельного мужества и единства. Сквозь завесу тьмы они гнали своих лошадей вперед, стремясь достичь места назначения раньше преследуемых бандитов. Земля под ними, казалось, простиралась бесконечно, пейзаж окутан тайнами. Предстоящее прибытие бандитов бросало тень неуверенности, но Эдвардом и его рыцарями двигала горячая вера в то, что их действия могут изменить ход судьбы. Разделившись на две группы, они пошли разными путями, ведущими к потенциальному местонахождению их добычи. Натан и Эдвард, решительные в своей миссии, направились к городу Эттлборо. Предстоящее путешествие было коротким, всего пять минут езды, однако их лошади уже проявляли признаки напряжения, дыхание у них прерывистое от тяжелого путешествия. Когда впереди маячил город Эттлборо, его знакомый силуэт скрывался в ночи, Эдвард и Натан двинулись вперед. Достигнув окраины города, Натан и Эдвард привязали свою одинокую лошадь к крепкому дереву, убедившись, что она хорошо спрятана от случайных наблюдателей. Осознавая критический характер своей миссии, они решили перемещаться по окраинам города, ища укрытие среди зданий и растительности, которое могло бы скрыть их присутствие в случае появления бандитов. Двигаясь осторожно, их глаза осматривали окрестности, замечая спелые и обильные урожаи — свидетельство процветания города. Однако спокойствие было внезапно нарушено пронзительным криком, разорвавшим воздух, за которым вскоре последовал хор столь же душераздирающих криков. Ночь быстро осветилась золотым пламенем, возникшим на противоположном краю города, — мрачным сигналом о прибытии бандитов. В момент общего понимания Натан и Эдвард обменялись взглядами, выражавшими их невысказанное согласие. Натан быстро отпустил лошадь от привязи и срочно сел на нее, готовясь ехать в Бесторп, где его ждали товарищи-рыцари. В синхронизированной последовательности действий Эдвард проложил свой собственный курс, его шаги превратились в спринт, когда он направился к ближайшему лесу. Этот стратегический ход позволил бы ему занять выгодную позицию — скрытую позицию, которая позволяла ему одновременно наблюдать за разворачивающейся ситуацией и сохранять безопасное расстояние от мародерствующих бандитов. Всего за несколько минут на окраине города материализовались три зловещие тени. Их формы приближались и в конечном итоге исчезли в пределах ближайшего дома. Вскоре изнутри раздалась серия приглушенных криков и мучительных криков, тревожная симфония агонии, пронзившая ночь. Сердце Эдварда упало, когда он слушал преследующие звуки, его охватило всепоглощающее чувство печали. Он мог только представить себе ужас и трагедию, разворачивающиеся в этих стенах. Крики со временем стихли, сменившись болезненным воем женщины. Звуки становились все более гортанными, ее голос был свидетельством невыносимых мучений, которые она терпела. Эдварда охватило мрачное осознание. Не было никаких сомнений в судьбе, постигшей спрятавшихся мужчин, и страдания, которым теперь подвергалась женщина, были столь же очевидны. Сама суть его кипела яростью, жестоким гневом, который грозил поглотить его целиком. Тем не менее, он знал, что подчинение своим эмоциям бесполезно. Крайне важно было сосредоточиться на поставленной задаче и собрать доказательства, которые могли бы восстановить справедливость для этих измученных душ. Спустя несколько мгновений троица бандитов вышла из дома, их действия подтвердили худшие опасения Эдварда. Женщина с растрепанными светлыми волосами безвольно висела на плече одного из мужчин, ее бессознательное тело рассматривалось как не более чем безжизненный мешок. Это зрелище вызвало новую волну ярости внутри Эдварда, но он сжал кулаки, решив направить этот гнев на достижение справедливости, а не на опрометчивый акт возмездия. Сидя там среди тяжелой атмосферы меланхолии, Эдвард тяжело переживал ужасную сцену, свидетелем которой он стал. Он ждал своих рыцарей со смесью предвкушения и беспокойства, и вскоре их скачущие лошади сигнализировали о своем прибытии. Однако, достигнув окраины города, они спешились и подошли пешком со спокойной решимостью на лицах. Когда они поклонились своему господину, между ними воцарилось молчаливое понимание. План был в реализации, и они были готовы точно выполнить свою роль. Рука Эдварда потянулась к мешочку с сильнодействующим ядом «Ваймон». Сознательными движениями он окунул в смесь каждый меч, свой и своих рыцарей. Это вещество обещало переломить ход событий в их пользу — решающее преимущество, которое они не могли позволить себе упустить из виду. Их приготовления были завершены, моменты протекали в напряженном молчании. Вскоре появилась еще одна тройка злоумышленников, привлеченных в город жаждой ценностей. Их присутствие было отмечено скрытностью и целеустремленностью, но сегодня не суждено было стать днем ​​их триумфа. Когда злоумышленники с ясными намерениями приблизились к зернохранилищу на окраине города, они попали в внезапную и жестокую засаду. Из тени материализовались пять фигур в доспехах, их железные мечи тускло блестели в слабом лунном свете. Злоумышленники отреагировали смесью паники и быстрой реакции, уклонившись от первых ударов и нанеся в ответ легкие травмы. Однако фатальной ошибкой, которую они совершили, была недооценка силы яда, которым теперь было покрыто оружие рыцарей. Всего за несколько секунд они осознали серьезность своего положения. Яд «Ваймон» подействовал быстро, его парализующий эффект сделал их беззащитными и уязвимыми. Их борьба стала слабой, и через несколько мгновений рыцари приблизились и положили конец своим жизням быстрым и милосердным ударом. Не теряя ни минуты, они незаметно переместили безжизненные тела в скрывающийся за ними подлесок, их действия были эффективными и отработанными. Сняв с умерших бандитов соответствующие им доспехи, банданы и маски из черной ткани, Эдвард и его рыцари стремились создать облик, который обманул бы даже самых проницательных наблюдателей. Поскольку комплектов бандитской одежды было всего три, оставшиеся два рыцаря остались без такого прикрытия. Чтобы исправить это, Натан и Руфус отправились дальше в город, вернувшись с дополнительными телами павших нападавших. Процесс был выполнен с точностью, и вскоре все пятеро мужчин были одеты в обманчивую одежду бандитов. Их рыцарские доспехи были методично выброшены и стратегически размещены рядом с терпеливо ожидающими лошадьми. Каждый меч был с благоговением похоронен рядом с соответствующей броней, что было символическим жестом их верности своему кодексу. Вместо этого они вооружились бандитским оружием — тремя копьями и двумя мечами, явно худшего качества по сравнению с привычным снаряжением. Когда они исследовали вооружение, открылась тонкая, но важная истина: это оружие было слишком сложным для простых бандитов. Замысловатое мастерство и дизайн говорили о более высоких устремлениях, и подтверждение было пугающим. Их подозрения относительно причастности барона переросли в уверенность, и тяжесть ситуации легла на них. Глаза Эдварда встретились с глазами его рыцарей, в их взглядах отразилась общая решимость. Завершив маскировку и получив оружие бандитов, они были готовы осуществить следующий решающий этап своего плана. Столкновение с истиной приближалось, и они были готовы раскрыть тени, скрывавшие коварный замысел барона. Надежно замаскировавшись, Эдвард и его рыцари быстро нагрузили мешок зерном, подражая распорядку бандитов. Их лица были скрыты за тканевыми масками, они быстро перемещались по городу, выглядя как любой другой мародер. Пока они шли, сцены разрушений вокруг них были душераздирающими. Дома горели, тела лежали бездыханные, а невинные женщины и дети остались в цепях. Несмотря на гнев, группа продолжала настаивать, решив придерживаться своего плана. Достигнув места сбора бандитов, масштабность ситуации стала ясна. Там было от пятидесяти до шестидесяти бандитов, и к ним присоединялись еще больше. Пленников насчитывалось более сотни — женщин и детей, сильно пострадавших от рук этих преступников. Когда они добрались до места назначения, под высоким деревом собралась большая группа бандитов, а неподалеку на видном месте стоял мужчина. — Их, должно быть, около сотни, — прошептал Натан. — Больше девяноста, — добавил Джон. — Это многочисленное собрание бандитов, почти напоминающее армию маленького лорда, — заметил Хьюз. — Абсолютно, — согласился Руфус, кивнув в знак согласия. Мужчина, на вид около сорока лет, с каштановыми волосами и средним телосложением, ростом не более 5 футов 7 дюймов, заявил: «Товарищи, в этот день мы собрали обильный урожай, богатство этого города увеличилось. наша казна, что превзошло наше вчерашнее состояние. Но помните, мы должны продолжить наш марш, поскольку мы претендуем на земли этого хитрого графа Томаса, действующего под именем нашего уважаемого барона». Бандиты раздались громким хором, скандировавшим: «Да здравствует барон!» — Слава барону! И пылкий голос продолжал… ---------- Диверсия Подтверждением правоты барона стало громкое пение бандитов под ясным ночным небом. Десять минут спустя бандиты завершили грабежи и изнасилования, привезя богатую добычу из города Эттлборо, стратегически расположенного на торговом пути в Лондон. «Теперь мы выйдем молча и быстро доберёмся до нашей базы. Скоро может прибыть охрана», — заявил лидер. «Ха! Как будто они могли нас остановить», — хихикали многие бандиты, их уверенность переполняла. «Мы сольемся с ними», — прошептал Эдвард своим рыцарям. Они согласно кивнули. Среди примерно 90 бандитов только 10 ехали на лошадях, вероятно, это были высокопоставленные члены группировки. Еще 10 лошадей везли награбленное, а в дюжине клеток на колесах содержались пленные женщины и дети, которых тянули по меньшей мере 30 бандитов. Остальные бандиты в пешем порядке образовали защитный периметр, выступая в роли живого щита в случае засады. Эдвард и его рыцари незаметно присоединились к этой группе, став частью ходячей баррикады. — Эй, ты! — бандит верхом на лошади крикнул Эдварду, который был замаскирован под одного из них. — Да, сэр, — быстро ответил Эдвард. — Принеси мне воды быстрее! — приказал бандит. — Конечно, сэр, — сказал Эдвард, обращаясь к одному из своих товарищей-рыцарей за запасом воды. Он аккуратно подмешал в воду небольшое количество яда Ваймона. «Поскольку яд сильно разбавлен, то ожидаемый эффект он окажет гораздо позже, и, по моим расчетам, пройдет как минимум час, прежде чем что-то подобное произойдет», — подумал про себя Эдвард, передавая воду одному из главных бандитов. Бандит выпил воду и небрежно бросил мешочек на землю, ожидая, что Эдвард подберет его. Эдвард, подавляя гнев, молча подобрал брошенный мешочек. Он знал, что любые признаки гнева могут поставить под угрозу их миссию. С мешочком в руке он вернулся на свою позицию среди своих собратьев-рыцарей, продолжая маршировать вместе с бандитами. После изнурительного получасового перехода через густой лес группа прибыла в отдаленное место. Здесь рядом стояло несколько пещер, входы в которые были частично закрыты свисающими виноградными лозами. Небольшое озеро неподалеку служило им источником воды, а присутствие животных, приходящих из него на водопой, означало источник пищи. Награбленное добро сгружали с лошадей и складировали в самой большой из пещер, имевшей самый просторный вход. Лидер и бандиты более высокого ранга пробрались в эту пещеру, чтобы контролировать свои нечестные доходы. Тем временем пленных женщин и детей держали в другой пещере, а пехотинцы занимали еще одну соседнюю пещеру. На охрану были назначены дюжина бандитов, смены которых менялись примерно каждый час. — Эй, ты. Как тебя зовут? — спросил другой бандит, сняв маску, обнажая длинную бороду и седые волосы — признаки его возраста. — Элвин, — ответил Эдвард, сохраняя прикрытие. — Ты, должно быть, один из новобранцев, — заметил старик, внимательно изучая Эдварда. — Да, подтвердил Эдвард. Старик протянул Эдварду кусок вяленого мяса, жест, по-видимому, направленный на создание чувства долга. Эдвард принял это, зная, что этот человек, возможно, не проживет достаточно долго, чтобы потребовать ответной услуги. Вскоре после этого распространилась новость о том, что один из высокопоставленных бандитов внезапно рухнул на землю. Эдвард знал, что введенный им яд не смертелен и бандит, скорее всего, выздоровеет. Час спустя Эдвард и его люди решили, что пришло время приступить к осуществлению своего плана. Они разделились, чтобы обследовать весь бандитский лагерь и собрать важную информацию для подготовки к следующим действиям. Эдвард и Натан взяли на себя дежурство, чтобы гарантировать, что их товарищи смогут двигаться без помех. Руфус исследовал запасы и хранилища продовольствия, Джон собрал информацию о следующей цели бандитов, а Хьюз беседовал с бандитами, чтобы выяснить их мотивы присоединения к группе. Все, кроме Эдварда, использовали свои настоящие имена, считая, что это обычные имена. Эдвард, с другой стороны, сохранил свой псевдоним, понимая, что его благородно звучащее имя может вызвать подозрения относительно его истинной личности. К следующему часу они все снова собрались в пещере. — Склад еды расположен в пещере пленников. Двум бандитам поручается ходить в зернохранилище каждый раз, когда нужна еда. Это происходит дважды в день, на обед и ужин, — сообщил Руфус. — Хорошая работа, Руфус. Теперь нам придется дождаться подходящего момента. Джон, что ты узнал? — спросил Эдвард. — Следующей целью бандитов является деревня Бесторп, и именно тогда они планируют покинуть баронство. После этого они намерены соблазнить других баронов приобретенными здесь богатствами, используя в качестве примера Уаймондхэм, — пояснил Джон. — Хотя это может помочь нам выявить среди них предателей, мы не можем допустить, чтобы пострадали невинные жители деревни. Когда запланирован этот рейд на Бесторп, Джон? – спросил Эдвард. — Это назначено на неделю, сэр, — ответил Джон. — Очень хорошо. Теперь, Хьюз, ваш отчет, — подсказал Эдвард. — Милорд, я обнаружил, что эта группа возникла в Йорке под руководством Виктора Блана, — сообщил Хьюз. — Блан — французская фамилия, что говорит о том, что он не простолюдин, — прокомментировал Руфус. — Действительно, его семья прибыла вместе с норманнами в 11 веке и достигла статуса рыцарей, — продолжил Хьюз. — Но почему он организовал бандитскую группу? – спросил Эдвард. — Существуют противоречивые истории. Некоторые утверждают, что его семья накопила значительные долги, и он сбежал, чтобы спастись от них, основав эту группу ради выживания. Другие предполагают, что он не был наследником семьи и был отправлен на обучение в монахи, но дезертировал, чтобы не принимать обеты, — пояснил Хьюз. — Интересно, — подумал Эдвард. — И почему к нему присоединились другие бандиты? — спросил Эдвард. — Большинство из них либо осиротели в молодом возрасте, либо пожилые люди, потерявшие все или обремененные долгами, — ответил Хьюз. — Спасибо, Хьюз. Уже поздно, давайте отдохнем и перегруппируемся завтра, — предложил Эдвард. Все они устроились на куче сена. Это было некомфортно, но определенно лучше, чем холодная земля. На следующее утро выяснилось, что никто из них не обязан забирать еду из зернохранилища. Тем не менее, Эдвард был не из тех, кто тратит время зря. Он поручил Руфусу принести из посудных магазинов бандитов железный горшок, сталь и кремень. Затем он увел Натана и Джона с базы, гарантируя, что они будут охранять его, пока варит еще Ваймона. Следующие четыре дня Эдвард усердно продолжал свою алхимическую работу, совершенствуя свои навыки. К концу этого периода его алхимия достигла третьего уровня. На пятый день Эдварду наконец поручили добыть зерно для еды группы. Его объединили с еще одним бандитом, молодой парень не старше шестнадцати лет, похожий на Эдварда ростом, с каштановыми волосами и худощавым телосложением. Когда они вошли в зернохранилище, перед одним из них стояла мрачная задача — накормить пленников. Зрелище было душераздирающим. Некоторые умерли от голода, и каждый день в главную пещеру отправляли полдюжины женщин. Лишь одной или двум из них удалось пережить это жестокое испытание. Тех, кто пережил неделю, предназначалось продать работорговцам, которые перевезут их в чужие страны, где они надеялись на более выгодные цены. Эта суровая реальность тяжело легла на сердце Эдварда. Ему удалось убедить своего молодого партнера позаботиться о кормлении пленников, хотя то, что они делали, вряд ли можно было назвать заботой. Они бросили сырое мясо в загон, предоставив пленникам возможность самим бороться за свое выживание. Когда мальчик отправился выполнять мрачную задачу по кормлению, Эдвард воспользовался этой возможностью. Он осторожно высыпал три мешочка ваймона в часть зерен и тщательно перемешал, чтобы не вызвать подозрений. Спрятав отравленные мешочки под своей одеждой, он затем начал смешивать зараженные зерна с остальным мешком, при этом выглядя как любой другой рабочий. После этого они направились на общую кухню, где на открытом огне кипела большая кастрюля, готовя рагу для группы. Они сложили свои мешки с зерном и вернулись в свои подгруппы. Эдвард присоединился к своим собратьям-рыцарям, тонкая победоносная улыбка заиграла в уголках его губ, когда он показал рукой знак победы. ---------- Маяк надежды Теперь им оставалось только дождаться ужина, который приготовят и подадут временные повара. Среди бандитов было с десяток обладателей кулинарных навыков. Они были разделены на три группы по четыре человека с ротацией каждые два дня. Такое расположение гарантировало, что для группы всегда готовились свежие блюда. — К наступлению темноты всем обеспечен ужин, а зернохранилище остается незащищенным за пять минут до этого, так как все бандиты идут ужинать, — сказал Эдвард. — Так вот когда мы начнем? – спросил Натан. — Да, как говорится, куйте железо, пока оно горячо, — сказал Эдвард. Полчаса спустя Эдвард и его люди подошли к неохраняемому зернохранилищу и вошли в него. Вместо того чтобы пойти туда за продовольствием, они направились к клеткам, где содержались пленники. Когда они предстали перед пленниками, дети начали плакать, а женщины ругаться. Это был ужасный знак пыток, которым они подверглись. Эдвард и его товарищи остановились, глядя на это зрелище, поскольку хаос продолжался. Проявив некоторую смелость, Эдвард решил двинуться вперед и обратился к ним: «Внимание!» Крики и проклятия стихли, когда женщины обратили на него свое внимание. Эдвард продолжил: «Я Эдвард Плантагенет, сын графа Томаса». Женщины ахнули от шока, услышав последнюю строчку. — Я здесь, чтобы спасти вас всех из этого ада. Я подготовил все необходимое, чтобы вы могли сбежать из этого места, — объяснил он. — Как? — Пожалуйста скажи нам! — Спаси меня! Из клетки стало доноситься множество голосов. — Хорошо, позвольте мне объяснить. Эдвард объяснил свой план женщинам и попросил их сказать детям, чтобы они действовали согласно плану, хотя он не ожидал от детей многого. — Мы сделаем так, как вы приказали, — сказала женщина лет двадцати с лишним, в рваной одежде и с грязными светлыми волосами. Некогда мрачные и отчаявшиеся лица женщин теперь светились надеждой, и кто мог их винить? Эдвард стал их маяком света. — Итак, готовьтесь! — заявил Эдвард. Женщины начали собирать камни, выбирая самые острые, какие только могли найти. Эдвард осторожно раскрыл свой тщательно изготовленный последний мешочек «Ваймона» и осторожно положил его на землю. Женщины шагнули вперед, убедившись, что их камни покрыты сильнодействующим парализующим ядом. Пока они слушали голоса бандитов и молились перед ужином, Эдвард предпринял быстрые действия. Он отвел женщин в укромное место на краю пещеры, где они могли остаться незамеченными. Однако, прежде чем покинуть пещеру, Эдварду и его рыцарям пришлось убедить женщин оставить своих детей, поскольку они только помешали бы осуществлению плана. В конце концов женщин сосчитал примерно до 70. Когда бандиты начали есть, что означало обратный отсчет до атаки Эдварда, напряжение наполнило воздух. Через пару минут Эдвард прошептал: «Еще несколько секунд». Затем неожиданно девочка-подросток с растрепанными черными волосами, вероятно, в результате ночных пыток со стороны бандитов, бросилась на бандитов со своим камнем, крича вызывающе. Этот дерзкий поступок напугал и Эдварда, и бандитов. Бандиты попытались вооружиться, но девушка вонзила камень глубоко в один из глаз бандита. Бандит кричал в агонии, а девушка продолжала колоть его, крича: «За мою мать!» «За моего отца!» «Для моей младшей сестры!» — Она безжалостно атаковала еще несколько секунд, прежде чем разрыдалась и оставила камень глубоко в груди мужчины. Эдвард понял, что его план провалился, когда Виктор, лидер бандитов, приказал четырем мужчинам расследовать побег девушки. Сам Виктор, вооружившись палашом, двинулся вперед и быстро обезглавил девушку. Ужасающая сцена обезглавливания девочки привела в ужас многих женщин. Некоторые не могли сдержать отвращения, и их рвало, а другие молча плакали. Эдвард понимал, что у них мало времени, чтобы справиться с этим шоком. С каждой секундой четверо бандитов, расследующих инцидент, приближались. В ответ Эдвард и его рыцари потушили факелы и спрятались в тени пещеры. Когда четверо бандитов приблизились, каждый рыцарь молча устроил засаду на одного из них и быстро покончил с ними. Женщины, ставшие свидетелями этих тайных действий, начали несколько успокаиваться, но все еще дрожали от страха. Эдвард строго обратился к ним: «Если вы не соберётесь с духом сегодня, вы до конца жизни будуте сожалеть. Эти люди будут продолжать пытать вас, иметь вас и в конечном итоге продадут вас работорговцу, обращаясь с вами как с вещью». Его слова, казалось, возымели действие, поскольку женщины еще больше затихли, стараясь сохранять молчание. Нетерпение Виктора росло, пока он ждал снаружи пещеры, размышляя, почему Эдвард и его группа до сих пор не появились. Он отправил четверых своих людей расследовать обстоятельства побега девушки. По его мнению, эта девушка могла бы получить приличную сумму, вероятно, около 50-60 фунтов стерлингов, если бы им удалось одеть ее и продать иностранному работорговцу. Все больше беспокоясь, Виктор обратился к Маркусу, одному из своих доверенных лиц: «Маркус, возьми с собой еще девять человек и выясни, почему Пирс и его люди так долго задерживаются. Мы не можем позволить себе ненужных задержек». Маркус кивнул в знак подтверждения и быстро собрал свою группу из девяти человек. Вместе они отправились к пещере, чтобы выяснить причину задержки и убедиться, что все идет по их планам. Внутри пещеры Руфус заметил: «Похоже, уже на подходе еще больше людей, возможно, в два раза больше, чем мы имели дело ранее». Эдвард обратился к женщинам и попросил их помощи, хотя он осознавал, что их навыки ограничены, и это будет их последняя попытка ослабить врага перед полномасштабным лобовым штурмом. Внутри пещеры, когда бандиты отважились скрыться в тени, они встретили быструю гибель от рук Эдварда и его рыцарей. Однако неопытность женщин в искусстве боя стала очевидна, когда при попытке бесшумно устранить бандитов раздалось несколько приглушенных криков. Когда стычка в темной пещере усилилась, Эдвард не мог не подумать: «Итак, вот здесь все и начинается». Женщины, несмотря на свой прежний страх и неопытность, решили бороться за свою свободу. Эдвард построил их в агрессивный строй, а его рыцари возглавили атаку, чтобы защитить их. На противостоящей стороне Виктор, осознав предательство, собрал на бой своих бандитов. Он стоял в центре их строя, готовый противостоять неожиданной угрозе. Бандиты вошли в пещеру, вооружившись и приготовившись к бою. Чего они не ожидали, так это вида женщин, вооруженных камнями, некоторые даже демонстрировали насмешливое отношение. Осознание этого сильно поразило Виктора, и он сразу же крикнул своим людям: «Нас предали! Приготовьтесь к бою!» Две группы столкнулись в хаотичной схватке: женщины бросали камни, а бандиты размахивали оружием. К сожалению, женщины понесли тяжелые потери в ходе сражения, их число быстро сократилось примерно до 40. Напротив, бандиты, похоже, понесли меньшие потери, причем большая часть их потерь пришлась на действия Эдварда и его рыцарей. Ноги Виктора одеревенели, а движения замедлились, мысли понеслись быстрее. Его охватила паника, когда он понял, что его товарищи испытывают тот же обездвиживающий эффект. Он подумал про себя: «А? Почему мои ноги напрягаются! Что! Они теперь даже не могут пошевелиться». Виктор изо всех сил пытался осмотреться и увидел, что его товарищи-бандиты находятся в таком же состоянии, их конечности все больше не реагируют. Отчаяние охватило его, когда он попытался защитить себя. Виктору удалось ударить нападавшую женщину в шею слабеющими руками. Но вскоре силы его иссякли, и он рухнул на землю, парализованный. Пока он лежал там, сквозь хаос прорвался молодой голос, сказав: «Похоже, это сработало». Пока рыцари и женщины продолжали атаку, в голове Виктора метались сожаления и вопросы. «Где все пошло не так? Это было тогда, когда я покинул церковь? Это было тогда, когда я сформировал эту группу? Это было тогда, когда я вступил в заговор с бароном? Но в его неподвижном состоянии самоанализ был бесполезен. Последний удар меча пронзил грудь Виктора, и он закашлялся кровью. Пытаясь найти слова, ему удалось спросить: «Кто ты?» Ответ пришел тихо, предрешив его судьбу. «Эдвард Плантагенет». И на этом жизнь Виктора подошла к концу, и среди мрачных последствий их битвы осталась только победоносная, но мрачная группа во главе с Эдвардом Плантагенетом. ---------- Возрождение Бесторпа После варварской битвы в темной пещере из первоначальных 70 или около того осталось не более 30 женщин. Эдвард, спустя немалое время, решил проверить свой статус. После короткого размышления перед его глазами появился экран, отображающий его текущий статус. Положение дел: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 13 Титул - Наследник Норфолка Мастерство - 12 Дипломатия - 9 Интеллект - 29 Репутация - С+ Богатство - £1,873 Навыки - Оценка (6 уровень), Финансовая грамотность (3 уровень), Ораторское искусство (4 уровень), Алхимия (3 уровень), Лидерство (Ур. 1) Уровень - 10 [715/1000] Запасные очки - 0 Магазин – 5 очков Эдвард посмотрел на экран, наблюдая за изменениями. — «Хм… итак, мои боевые навыки немного улучшились, и, кажется, моя репутация изменилась к лучшему. О, и новый навык, Лидерство. Это весьма полезно», — подумал он, задумчиво почесывая подбородок. Он закрыл экран состояния и сосредоточил свое внимание на поверхности пещеры. Это напоминало не что иное, как реку крови с более чем сотней безжизненных тел, разбросанных по всей территории. Мрачные последствия битвы тяжелым бременем тяготили его разум. Он не мог отрицать суровую реальность, которая его окружала. Он перенесся из мирной современной эпохи в жестокую и беспощадную эпоху кровопролития — Темные века. Свидетельством этого жестокого перехода послужила ужасная сцена, представшая перед ним. Эдвард взял ситуацию на себя, проявив лидерство и сострадание. Он велел раненым отдохнуть на сене, где когда-то спали бандиты. Тем временем он призвал оставшихся в живых женщин и попросил их помочь в рытье могил для павших. Они торжественно вырыли могилы для умерших женщин и поставили кресты на местах их последнего упокоения, предлагая им меру достоинства в их трагическом конце. Однако бандитам, причинившим страдания и жестокость другим, Эдвард предназначил иную участь. Их похоронили в одной безымянной могиле, а их деяния остались в истории без памятника. Когда над деревней Бесторп рассвело, Эдвард и его группа приготовились к отбытию. Они взяли под свой контроль лошадей бандитов, позволив раненым сесть на них для более комфортного путешествия. Медленная трехчасовая поездка привела их обратно в деревню, но сцена, которая их встретила, была наполнена опустошением. Обгоревшие дома и поля лежали в руинах, не подавая никаких признаков жизни, если не считать призрачных пятен крови, портивших землю. Женщины, хотя и осознавали мрачную реальность, которая их ждала, вернулись в свою деревню с решимостью начать новую жизнь, особенно ради своих детей. К счастью, Эдвард принял мудрое решение захватить зерно, хранившееся в зернохранилище бандитов. Эти припасы теперь служили им источником существования до тех пор, пока из Норвича не были отправлены новые пайки и официальная помощь. Они установили палатки на руинах своих домов, создав временные убежища, чтобы пережить предстоящие трудные времена. Когда луна достигла вершины, Эдвард провел ночь в одной из деревенских палаток. Его рыцари отправились в деревню, чтобы высвободить сдерживаемое сексуальное напряжение, участвуя в сделках с местными женщинами. В эту средневековую эпоху, когда бедность и лишения были широко распространены, деревенские женщины также увидели возможность обеспечить столь необходимый доход. Таким образом, возникла взаимовыгодная торговля, в которой физические потребности удовлетворялись в обмен на финансовую поддержку. Хотя по современным стандартам эти меры могли считаться морально сомнительными, было важно понимать отчаянные реалии того времени. Выживание часто имело приоритет над моральными суждениями в эпоху, когда повседневная жизнь была отмечена борьбой и лишениями. Когда рассвело, Эдвард собрал всех женщин возле деревенской площади и встал на возвышении, рядом с ним стояли Руфус и Джон. Эдвард стоял перед собравшимися жителями деревни, которые теперь были только женщинами, его присутствие привлекало внимание. Он начал с того, что раскрыл суровую правду о бандитских нападениях. — Как вы все знаете, — начал он, — бандитские нападения, которые перевернули нашу жизнь, были организованы бароном Норвудом, чтобы набить свои карманы. Мне очень хотелось бы поехать в Уаймондхэм прямо сейчас, противостоять этому предателю и заставить его расплатиться за свои преступления. Но мне не хватает ни полномочий, ни сил для такой задачи. Ропот отчаяния пробежал по толпе, но голос Эдварда стал решительным. — Однако не отчаивайтесь, мои люди. Я принял быстрые меры. Я послал одного из моих рыцарей с нашей самой быстрой лошадью в Норвич. Он несет письмо от меня моему отцу, графу, с просьбой о подкреплении и продовольствии. Они прибудут через неделю, и правосудие в этом баронстве восторжествует. Его слова зажгли проблеск надежды в глазах жителей деревни. Женщина в толпе заговорила, ее голос дрожал от страха и предвкушения: «Есть ли действительно надежда на справедливость, сэр Эдвард?» Эдвард решительно встретил ее взгляд. «Да, мой друг. Мы увидим, как свершится правосудие, и барон Норвуд ответит за свои деяния». Толпа кивнула в знак согласия, их настроение воодушевилось словами Эдварда. В течение следующих пяти дней Эдвард и его группа неустанно работали над созданием небольших торговых лагерей недалеко от Бесторпа. Они хотели гарантировать, что торговцы, проходящие через этот район, не обойдут деревню полностью. У Бесторпа был обильный запас хлопковых растений, которые были разграблены бандитами, но теперь благополучно находились во владении Эдварда. Импровизированные торговые лагеря были стратегически расположены вдоль оживленных маршрутов, соблазняя проходящих торговцев перспективой торговли хлопком и другими ценными товарами. Усилия Эдварда были направлены не только на то, чтобы помочь деревне восстановиться экономически, но и на то, чтобы дать четкий сигнал о том, что Бесторп далек от поражения. Шли дни, в лагерь начали стекаться торговцы, привлеченные обещаниями торговли. Жители деревни с вновь обретенной надеждой снова занялись торговлей, продавая хлопок и закупая предметы первой необходимости. Это был шаг к восстановлению их жизни после мучительного опыта с бандитами. Лидерство и находчивость Эдварда не только спасли жителей деревни от бандитов, но и направили их на путь восстановления и процветания. Бесторп медленно, но верно возвращал себе место процветающего сообщества благодаря Эдварду Плантагенету и его эффективным действиям. Утром шестого дня, приближаясь к деревне, послышался безошибочный шум марширующих лошадей. Эдвард стоял у входа в Бесторп в окружении трех своих рыцарей и группы женщин, стоящих рядом с ними, все с нетерпением ждали прибытия подкрепления. Шли минуты, стук копыт становился все громче, пока не появилась большая сила. Впереди стояла группа из нескольких десятков тяжелобронированных кавалеристов во главе с никем иным, как сэром Натаном, верным товарищем Эдварда. Одного этого зрелища было достаточно, чтобы вызвать дрожь по спине любого наблюдателя. Приближающиеся силы представляли собой впечатляющее зрелище: они состояли из полностью бронированной пехоты и грозного кавалерийского подразделения. Хорошо продуманные планы Эдварда принесли столь необходимую поддержку страдающим землям, и эпоха крови и беззакония приближалась к концу. Марширующий отряд остановился у входа в деревню, и когда пыль улеглась, сэр Натан спешился с лошади. С демонстрацией уважения он преклонил колени перед Эдвардом и произнес свое послание решительным тоном: «Я привел отряд, состоящий из более чем четырехсот пехоты и семидесяти двух кавалеров по приказу графа Томаса Норфолка, чтобы искоренить чуму барона. Норвуд из своих земель». Эдвард, исполненный благодарности и облегчения, кивнул Натану и ответил: «Ваше прибытие — маяк надежды не только для этой страдающей деревни, но и для всего баронства, сэр Натан. Мы положим конец тирании, которая преследует эти земли слишком долго». Натан кивнул с теплой улыбкой и поднялся на ноги. Он вручил Эдварду запечатанное письмо, на котором стояла печать отца Эдварда, графа. Эдвард с радостью принял его, осторожно сломав печать и внимательно прочитав содержимое. После недолгого прочтения Эдвард осторожно положил письмо обратно в конверт. Он повернулся к Натану и передал инструкции: «Мой отец доверил нам командование этой операцией. Руфус возглавит центральный фланг, ты возьмешь на себя командование левым флангом, а Джон возглавит правый. Я останусь с Руфусом получить ценный опыт из первых рук». Натан воспользовался моментом, чтобы представить Эдварда трем администраторам, которых он привез с собой из Нориджа. Каждому из них предстояло сыграть особую роль в реабилитации Бесторпа. Одному было поручено управлять финансами деревни, другому - наблюдать за восстановлением разрушенной инфраструктуры, а последний отвечал за благосостояние граждан и амбициозную задачу по заселению деревни путем обращения за поддержкой к близлежащим общинам. Эдвард поручил всем трем администраторам оценить состояние деревни в течение дня и разработать соответствующие планы. Тем временем он направился к расположенному неподалеку лагерю, разбитому армией. В центральном лагере, где собрались военачальники, присутствовали четыре его рыцаря и двое придворных из двора его отца, готовые помочь ему в этом амбициозном предприятии. ---------- Возмездие — Итак, Руфус, какова твоя стратегия? — спросил Эдвард. Руфус ответил: «Судя по собранным мной сведениям, силы барона состоят из 100 пехотинцев и 12 кавалеристов. Мы обладаем значительным численным преимуществом, и, поскольку это будет внезапная атака, у них не будет возможности нанять наемников». Борис, управляющий отца Эдварда, вмешался: «Эта оценка кажется верной». — Тогда очень хорошо, — заявил Эдвард. — Давайте сформулируем план на основе этих идей. После более чем часового обсуждения командование разработало план боя. Они решили начать марш на следующее утро, предоставив солдатам возможность отдохнуть в деревне до этого времени. Уаймондем находился примерно в 8 километрах от деревни Бесторп, а это означало, что поездка в общей сложности займет не более 3-4 часов. Прошел еще один день, и Эдвард был занят различными делами. Он тщательно осмотрел армейскую технику и лошадей, убедившись, что все в порядке. Кроме того, он занимался оформлением документов, необходимых для утверждения пайков для многочисленных деревень, пострадавших от тирании бандитов, и все это было организовано бароном. Его усилия были направлены на облегчение страданий тех, кто столько пережил. Когда первые лучи рассвета осветили горизонт, армия собралась в строй. «Кавальерс» взяли на себя инициативу, готовые броситься в бой. Командиры, включая Эдварда, Руфуса, Натана и Джона, расположились в первых рядах строя, готовые повести свои войска в надвигающуюся битву. Однако лорд Борис, управляющий, и епископ Ян, капеллан, заняли позиции в тылу строя, предлагая свое руководство и поддержку сзади. Когда солнце взошло позади, отбрасывая длинные тени на великие равнины, армия начала решительный марш. Их цель была ясна: обрушить молот правосудия на барона и раз и навсегда положить конец его правлению тирании. Путь к правосудию был вымощен неопределенностью и опасностью, но Эдвард и его войска были решительны в своей миссии. Пока марш неуклонно продвигался вперед, внезапное всплывающее окно закрыло глаза Эдварда. Задание: победить продажного барона Норвуда! Награда: 500 опыта, репутация [+], новый титул. Провал: Репутация [-], Смерть [50%] Эдвард улыбнулся, взглянув на экран, и решил продолжить свой марш. После полуторачасового непрерывного марша армия остановилась возле спокойного озера, взяв столь необходимую передышку. Теперь они находились всего в трех километрах от Уаймондхэма, пункта назначения и места предстоящей битвы. Чтобы обеспечить их безопасность и готовность, Эдвард приказал группе из восьми человек ехать впереди на самых быстрых лошадях, которым было поручено разведать следующие пару километров. Их задача заключалась в том, чтобы собрать жизненно важную информацию и передать ее основным силам в течение следующего часа, обеспечивая таким образом заблаговременное предупреждение и предотвращая любую потенциальную засаду, которая застала бы их врасплох. В течение часа разведывательная группа подтвердила, что путь впереди свободен от врагов, что придало уверенности идущей армии. С новой решимостью они возобновили свой марш, ясно помня о пункте назначения — внушительном замке барона Норвуда. Когда армия приблизилась к окраине города Уаймондхем, земля задрожала под марширующими ногами, что предупредило городскую стражу задолго до того, как армия появилась в поле зрения. Охранники быстро передали эту информацию барону Норвуду, который вместе со своими личными рыцарями собрался на вершине укреплений, готовый противостоять, по их мнению, атаке соседнего врага. Барон Норвуд предположил, что враждебные соседние войска пытались осадить его замок, учитывая его богатство и его собственную репутацию одного из самых могущественных баронов Норфолка. Он почувствовал веселье, будучи уверенным в защите своего замка. Однако, когда он наконец увидел приближающуюся силу, его уверенность угасла, и страх охватил его сердце. Зрелище перед ним было непохоже на все, что он ожидал. Огромный поток кавалерии и пехоты простирался за горизонт, казалось, бесконечный поток солдат. Его охватила паника, когда он задавался вопросом, кого он разозлил, вызвав такой грозный ответ. Затем его взгляд упал на мальчика и знакомую фигуру, возглавляющую армию. Узнавание охватило его, и он недоверчиво пробормотал: «Эдвард Плантагенет и сэр Руфус». Мысли барона Норвуда метались, вспоминая встречу, произошедшую всего пару недель назад. Он повернулся к своему советнику и сказал: «Не более пары недель назад наследник графа и его рыцари посетили Уаймондхем в рамках тура. Я оказал им всю свою любезность, какую только мог предложить. Они пробыли в замке день. , но затем его рыцари ушли и вернулись позже тем же вечером. К утру все четверо, включая Эдварда, исчезли». Его советник кивнул, внимательно слушая, как барон продолжал излагать свои мысли: «В то время я не придал этому большого значения. Их лошади тоже ушли, за исключением лошади Эдварда. Я предположил, что они продолжили свой тур и оставили лошадь в знак благодарности или что-то в этом роде». Осознание того тяжелого положения, в котором они сейчас оказались, тяжелым бременем легло на барона Норвуда. Возвращение Эдварда Плантагенета, возглавлявшего грозные силы, было зловещим поворотом событий, которого он не ожидал. Он невольно навлек на себя гнев самых грозных противников — Плантагенетов. Городская стража у ворот была в состоянии повышенной готовности, когда приближался всадник в серебряных доспехах с письмом Эдварда Плантагенета, адресованным барону Норвуду. С должной церемонией стражники получили письмо и быстро передали его ожидающему барону, стоявшему на вершине укреплений. Когда барон Норвуд развернул письмо и просмотрел его содержание, его первой реакцией был шок. Его бормотание «Дерьмо» выдавало его растущее беспокойство. «Он знает», — пробормотал Роджер Норвуд про себя, на его лице отразилось беспокойство. — Почему он не мог просто сосредоточиться на своих владениях? Я даже платил графу самые высокие налоги среди его вассалов. Хотя мои крестьяне могут ворчать под моим правлением, почему мы, дворяне, должны беспокоиться о недовольстве таких меньших людей? Осознание Роджером Норвудом того, что Эдвард Плантагенет обнаружил его проступки, заставило его столкнуться с последствиями своих действий, и к потенциальному гневу Плантагенетов нельзя было относиться легкомысленно. Глаза барона Норвуда пробежались по заключительным строкам письма Эдварда, обрисовывая в общих чертах предложенные ему варианты. Сдаться и подвергнуться наказанию, но сохранить свою жизнь, или продолжить борьбу и быть заклейменным предателем, столкнувшись с серьезными последствиями. Когда Роджер прочитал ультиматум, его кровь закипела от смеси страха и неповиновения. Смелость молодого Плантагенета угрожать его жизни приводила в ярость. Однако он не занял свою должность неподготовленным. Городские стены Уаймондхэма были построены так, чтобы конкурировать с укреплениями самого Нориджа. Защита в этих стенах окажется серьёзным испытанием для любой осаждающей силы, даже такой большой, как армия Эдварда. Роджер Норвуд знал, что стоит перед пропастью, и выбор, который он сделает в ответ на этот ультиматум, может определить ход его будущего и судьбу его баронства. В отсутствие ответа от барона Норвуда в течение следующего часа стало ясно, что он не намерен сдаваться. «Итак, это война», — заявил Эдвард с непоколебимой решимостью. Руфус кивнул в знак согласия и ответил: «Похоже на то, милорд». С решимостью в сердце армии было приказано сформировать осадный порядок. Они начали устанавливать осадные машины, в том числе артиллерийские орудия и баллисты. Эти грозные осадные машины были предоставлены монархией графу, члену королевской династии Плантагенетов. Хотя они могли оказать ограниченное влияние на оборону крепости, одно только их присутствие могло подорвать моральный дух тех, кто находился внутри. Вперед были выдвинуты три тарана, готовые броситься на разрушение ворот замка. Эти тараны были важным преимуществом, потенциально открывавшим прямой вход в замок. Кроме того, у Плантагенетов была единственная осадная башня, но ее происхождение выделяло ее среди других. Импортированный из Восточной Римской империи, он представлял собой вершину осадной техники, способной нанести серьезный ущерб укреплениям. По мере того, как разворачивалась подготовка к осаде, Эдвард Плантагенет и его командиры знали, что предстоящая битва не будет легкой. Осада шла полным ходом, и грозные осадные машины начали беспощадную атаку. Мангонели метали снаряды, а баллисты посылали болты в стены замка. Однако крепкие укрепления замка устояли, и после получаса непрерывной бомбардировки стали появляться лишь небольшие трещины. Время от времени меткому болту или снаряду удавалось достичь защитников на стенах, еще больше истощая и без того уменьшенные силы барона Норвуда. В некоторых неудачных случаях эти снаряды пролетали мимо цели и повреждали части городской инфраструктуры, усиливая хаос и разрушения в Уаймондхеме. Безжалостное нападение на укрепления замка в сочетании с подавляющей численностью армии Эдварда по сравнению с защитниками нанесло ущерб моральному духу солдат внутри баронства. По мере того как страх и отчаяние росли, Эдвард воспользовался возможностью продолжить атаку. Он приказал развернуть осадные башни и тараны. Дюжина лучников быстро заняла осадную башню, которую затем направили к воротам замка. Из относительной безопасности башни лучники обрушили на защитников на вершине стен беспощадный град стрел. Напротив, люди барона изо всех сил пытались добраться до высокой осадной башни, высота которой составляла около 16 метров по сравнению с 10-метровой высотой ворот замка. При этом тараны действовали группами по десять-пятнадцать солдат одновременно. Под защитой деревянных щитов, поднятых над головой, они без устали били таранов в ворота замка. Становилось все более очевидным, что решение барона не строить ров вокруг своего города было критической оплошностью перед лицом столь решительного нападения. Примерно через два часа стена замка разрушилась, и осадные башни были возвращены. Более пары сотен солдат маршировали у ворот замка, еще больше стояло за пределами города. После осады число солдат барона сократилось с сотни до не более чем сорока. Паника барона усилилась, когда он увидел, как в город проникли несколько человек в кольчугах. В отчаянной попытке восстановить контроль он выкрикнул приказ: «Немедленно остановите злоумышленников!» Однако солдаты, которые уже были потрясены и деморализованы, были слишком охвачены страхом, чтобы бросить вызов приказу своего господина. Их колебание оказалось критическим моментом, поскольку Эдвард, ведя свою армию внутрь ворот вместе с Руфусом и Натаном, воспользовался возможностью, чтобы сделать решающее заявление. — Я пощажу всех солдат, если они свяжут барона и поставят его на колени передо мной, — заявил Эдвард. Это неожиданное предложение зажгло среди солдат искру надежды, и они быстро перенаправили свою враждебность на барона. Протесты и претензии Роджера Норвуда на власть остались без внимания. В их глазах их собственная жизнь имела приоритет над слепой преданностью лорду, который привел их в катастрофическую ситуацию. В течение нескольких минут барон был поставлен на колени перед Эдвардом, его авторитет пошатнулся перед лицом выживания. ---------- Регентство Барон Норвуд смотрел на молодого наследника Норфолка Эдварда Плантагенета, стиснув зубы от разочарования и страха. Он никогда не подозревал ничего необычного в этом молодом дворянине. Для него Эдвард казался просто еще одним молодым лордом, живущим за счет богатства своих предков. Однако потенциал и мастерство, которые он продемонстрировал сегодня на поле боя, превратили его в по-настоящему грозного противника. Даже закаленный в боях барон, с многолетним опытом на поле боя, был в восторге от лидерства и стратегической хватки Эдварда. Разрыв между их способностями был огромным, а стратегии Эдварда превосходили стратегии барона во всех отношениях. Это было осознание, от которого по спине барона пробежал холодок, когда он пришел к соглашению с грозным противником, с которым столкнулся. Барон Норвуд оказался в тяжелом положении. Преданный своими людьми и столкнувшийся с надвигающимся прибытием значительных сил, посланных графом для подчинения его территории, всякая надежда на помилование или прощение исчезла. Его бывшие союзники-бандиты, которым он покровительствовал, хранили молчание более недели, не предоставив обычных отчетов. Стены его некогда могущественного замка теперь казались хрупким барьером между ним и неизбежными последствиями его действий. — Похоже, вот оно, барон, — спокойно заметил Эдвард, его глаза были устремлены на некогда гордого дворянина. Барон, симулируя невиновность и отчаяние, крикнул: «Почему вы напали на меня? Чем я вас обидел?» Без колебаний Эдвард повернулся к Руфусу, жестом приказав ему представить собранные ими доказательства. Руфус быстро достал из кожаного мешочка пачку конвертов и передал их Эдварду. Эдвард выбрал одно из писем и сунул его барону. «Это окончательное доказательство ваших связей с бандитами, и у меня есть еще несколько подобных», — заявил он, размахивая пачкой компрометирующих писем. Послышался вздох барона, когда он увидел перед собой обличающие доказательства. Он не мог отрицать истину, поскольку, хотя на письмах не было его печати, на них несомненно стояла его подпись. Прежде чем барон успел сформулировать ответ, Эдвард прервал его, сообщив мрачную новость: «Мы уничтожили ваших союзников до последнего человека». Осознание своего тяжелого положения тяжелым бременем легло на Роджера Норвуда, поскольку правда о его причастности к бандитам и последствиях его действий стала неоспоримой. — А на данный момент, — твердо заявил Эдвард, — я назначен регентом этого баронства, а вы и ваша семья предстанете перед судом графа в Норидже. Барон, лишенный всяких слов, просто смиренно опустил голову. Трое солдат быстро вывели его из города и повели к ожидающему армейскому лагерю, откуда он должен был начать свое путешествие в Норидж, чтобы столкнуться с последствиями своих действий. Эдвард, не теряя времени, в сопровождении отряда своих солдат вошел в замок. Его первым приказом было отправить группу солдат для тщательного исследования помещения в поисках любой важной информации. Выполнив эту задачу, он направился в тронный зал замка. Внутри он нашел баронессу вместе с ее сыновьями, восседающими на троне. Тронный зал представлял собой величественную демонстрацию богатства, свидетельство богатства и статуса барона. В дальнем конце стояли три богато украшенных сиденья, привлекающие внимание. Центральный трон сиял полированным серебром, предназначенным для самого барона. Слева от него баронессу ждало сиденье из полированной бронзы, а справа для наследника предназначалось искусно вырезанное кресло из лучшего дерева. В настоящее время мать и ее сыновья выглядели явно потрясенными, их элегантный фасад благородства разрушен. Эдвард предположил, что известие о поражении мужа, вероятно, дошло до нее, оставив ее в состоянии отчаяния и неуверенности. — Леди, — начал Эдвард спокойным тоном, — вашего мужа обвиняют в измене графству, и в настоящее время его переправляют в город Норидж. Однако баронесса отреагировала смесью шока и гнева. — Как такое могло быть? — воскликнула она, ее голос дрожал от ярости. — Он платил самые высокие налоги среди всех дворян под властью графа, и вот как вы нам отплатили? Эдвард ответил на ее гнев спокойным опровержением. — Теперь в гневе нет смысла. Сумма, которую он заплатил в качестве налогов, составляла менее тридцатой его годового дохода, и не законную десятую его часть. У баронессы не было никакой реакции на это откровение, и вместо этого она крепко вцепилась в своих детей, ее страх за их будущее был ощутим. Эдвард подал знак солдатам, приказав им сопроводить баронессу и ее детей в то же место, что и барон. Когда солдаты приблизились к баронессе, она закричала: «Не причиняйте вреда моим детям!» — Это не вам решать, — ответил Эдвард, его поведение было непоколебимым, прежде чем позволить солдатам выполнить свой долг и увести семью. Сидя на троне в конце большого зала, Эдвард не мог не размышлять о весе власти и ответственности, которые давало это место. Хотя он и не был таким экстравагантным, как трон его отца, он все же излучал неоспоримую ауру власти. Для простолюдина мысль о обладании такой силой была почти невообразимой. Его мысли устремились к будущему, которое, казалось, было чревато испытаниями. Надвигающаяся Столетняя война была источником беспокойства. Эдвард знал, что оно должно было начаться в следующем году, и хотя в глазах общества он еще не считался взрослым, это избавляло его от непосредственного участия в боях. Однако, если бы история пошла своим чередом, его отец мог бы скончаться примерно через два года, передав контроль над графством ему, а не его старшей сестре, которая унаследовала бы его, если бы он погиб в тот роковой день. Однако, помимо политических и военных проблем, его мысли преследовала тень – бубонная чума, также известная как Черная смерть. Его название было синонимом страха из-за его ужасающих симптомов и разрушительного воздействия на население. Эдвард прекрасно осознавал, что эта смертельная болезнь может унести миллионы жизней за короткий промежуток времени. Из-за ограниченности медицинских знаний и технологий того времени предотвращение распространения чумы было непростой задачей. Его единственная надежда заключалась в дипломатии и мерах по предотвращению распространения болезни на Британские острова. Однако это была проблема на следующий день. Угроза бубонной чумы перестала прибывать на острова в течение следующих десяти лет или около того. Эдвард отмахнулся от своих размышлений и направился в кабинет барона, где он разместил солдат для расследования. Несколько мужчин стояли с коллекцией документов, обнаруженных во время обыска. Эдвард принял документы и начал рассматривать их один за другим. То, что он обнаружил в этих бумагах, глубоко изумило его. Они раскрыли сеть обмана и коррупции: хищения, уклонение от уплаты налогов, непомерное налогообложение крестьян, деятельность незаконной организации ростовщиков, заговоры против соседних дворян и, что самое ужасное, связи с пресловутой бандитской группировкой. Этот кладезь информации был просто бесценным, поскольку мог значительно подорвать авторитет барона при дворе его отца. Барон, несомненно, окажется в невыгодном положении в предстоящих разбирательствах. Эдвард не терял времени. Он поручил одному из мужчин отнести документы Руфусу и поручил ему немедленно отправить гонца, чтобы доставить их в Норидж. Солдат незамедлительно подчинился приказу и отправился на поиски командира Руфуса. Остаток своего дня Эдвард посвятил углубленному анализу информации, касающейся баронства и его торговых отношений с соседними регионами. Его выводы нарисовали мрачную картину. Богатство баронства было сосредоточено среди избранных, особенно тех, кто имел тесные связи с бароном. Эти привилегированные семьи были поразительно богатыми, в то время как большая часть населения, включая мелких лордов и рыцарей в его армии, томилась в крайней нищете. Положение крестьян было еще хуже, поскольку они изо всех сил пытались выжить, располагая скудными ресурсами. Это резкое неравенство в богатстве и условиях жизни тяжело давило на разум Эдварда, когда он размышлял о предстоящих проблемах. Эдвард понимал, что для исправления тяжелой ситуации в баронстве потребуется хорошо продуманный план. Однако он также признал, что любые серьезные инициативы потребуют одобрения двух придворных, которых двор его отца послал для наблюдения за его регентством. Эдвард вздохнул, смирился с бюрократическим процессом, который предстоял впереди, и начал кропотливую работу с документами, необходимую для представления предлагаемых им решений. ---------- Путь к процветанию От автора: Сейчас я бы начал использовать в этом романе точки зрения, поскольку *всегда* писать от третьего лица невыносимо больно. Пожалуйста, постарайтесь к этому приучиться, я постараюсь не ухудшить качество глав. Продолжим новый подход. ------ — Я бы начал реконструкцию дорог и в баронстве, — заявил Эдвард. — И зачем тебе это делать? — спросил управляющий Борис. — Крестьяне в баронстве очень бедны, и эта реконструкция может открыть возможности для немедленного получения дохода. Кроме того, мы можем соединить эти дороги с торговыми путями, чтобы получить больше прибыли, — решительно объяснил Эдвард. — Похоже, это разумный план. Действуйте, милорд, — согласился Борис. ------ [От лица Бориса] Этот молодой парень оказывается весьма исключительным. Во-первых, он разработал блестящую стратегию, как перехитрить барона. Стены замка барона были грозными, но Эдвард нашел выход. Во-вторых, он публично разоблачил предательство барона, предъявив компрометирующие письма. Этот шаг укрепил его регентство в глазах народа. Теперь, в-третьих, он запускает проект по обеспечению занятости и улучшению условий жизни крестьян. Предусмотрительность и решительные действия Эдварда действительно впечатляют. Это дает мне надежду на светлое будущее под его правлением. ------ [От лица Эдварда] Теперь, когда я контролирую баронство, мне нужно принять важное решение. Останусь ли я здесь и упрочу свое правление, прежде чем унаследовать графство, или продолжу путешествие по Англии? По правде говоря, последний вариант был выбран, чтобы удовлетворить мой фанатизм в области современной истории. Первоначально я сосредоточился на том, чтобы воочию понять, как функционировало средневековое королевство, а не на приобретении мирского опыта. У меня уже было шесть десятилетий этого в моей предыдущей жизни. — Итак, полагаю, я буду править, — сказал я со вздохом. Прошла неделя, и вскоре прибыл гонец из Нориджа. Ему разрешили войти в город после того, как стража узнала на его письме печать Плантагенета. Затем он прочитал послание вслух в зале или тронном зале, где сидел я, регент. — Суд над бароном Роджером из дома Норвуд завершился в прошлый четверг. Он был признан виновным в многочисленных преступлениях, от уклонения от уплаты налогов до государственной измены, растраты и заговора. Он был приговорен к смертной казни в предстоящий понедельник. Его семья лишена каких-либо претензий на баронство. Детей отправляют в их материнский дом, баронство Фрамлингем в Саффолке, вместе с матерью. Граф решил передать баронство со всеми его богатствами своему сыну и наследнику Эдварду Плантагенету при условии, что он откажется от своего желания совершить поездку по королевству. Улыбка тронула мои губы, когда я услышал это сообщение. — Иди и сообщи моему отцу, что я любезно принимаю его предложение. С этого момента я буду известен как барон Уаймондхем, — приказал я посланнику. Посыльный поклонился мне и быстро отправился в Норидж, пополнив запасы продовольствия на однодневное путешествие. После часового заседания суда я удалился в свою комнату и просто лег на кровать. «Статус» Статус: Имя - Эдвард Плантагенет Возраст - 13 Титул — Наследник Норфолка, барон Уаймондхем Мастерство - 12 Дипломатия - 9 Интеллект - 29 Репутация - B- Богатство - £112 870 Навыки - Оценка (6 уровень), Финансовая грамотность (4 уровень), Ораторское искусство (4 уровень), Алхимия (3 уровень), Лидерство (2 уровень). Уровень - 11 [156/1100] Запасные очки - 1 Магазин – 5 очков [Третье лицо] С улыбкой на лице он прошептал себе: «Итак, я барон Уаймондэм». Эдвард, теперь барон Уаймондхем, с чувством решимости приступил к своим новым обязанностям. Вес его титула в сочетании с его уважаемым происхождением сделал его фигурой большого уважения в королевстве. Будучи двоюродным братом короля, внуком бывшего короля Англии и правнуком бывшего короля Франции, он занимал влиятельную позицию, с которой мало кто мог соперничать среди некоролевской знати. Однако эта новообретенная сила также сопровождалась глубоким чувством ответственности. Эдвард теперь управлял более чем дюжиной деревень и городов, и от его решений зависела жизнь многих. Это была устрашающая перспектива, но он был полон решимости оказаться на высоте. Его первым делом было решить насущные проблемы баронства. Казна была переполнена богатством, но его нужно было использовать разумно для благосостояния граждан, а не расточительствовать. Эдвард разработал три основных плана: 1. Строительство инфраструктуры. Этот план включал строительство жизненно важной инфраструктуры, такой как дороги, мосты, зернохранилища, торговые города, оборонительные сооружения, небольшие больницы и канализационные системы. Эти инициативы были направлены не только на облегчение торговли внутри баронства, но и на защиту граждан от потенциальных вторжений и распространения болезней. 2. Набор в армию. Потеря значительного числа людей бывшего барона во время защиты Уаймондхэма сделала баронство уязвимым. Кроме того, солдаты, предоставленные графом для покорения баронства, теперь возвращались к своей первоначальной службе под началом своего лорда. Эдвард осознавал необходимость восстановления сил обороны баронства, чтобы обеспечить его безопасность. 3. Создание гильдий: Эдвард планировал создать гильдии в баронстве, чтобы предоставить ремесленникам и торговцам платформу для сотрудничества и законной конкуренции. Эти гильдии также служили центрами обучения молодежи различным ремеслам. Ученики должны были пройти годы обучения и образования в обмен на свой труд. Гильдии будут соблюдать строгие стандарты качества, чтобы поддерживать репутацию товаров баронства. Имея в виду эти планы, Эдвард приступил к работе. Он начал с того, что приказал дюжине солдат прийти в каждую точку баронства и объявить о трех следующих задачах, а также сделать записи для добровольцев. Когда задание может начаться, эти люди будут доставлены на место. ------ [От лица Эдварда] Ближе к вечеру следующего дня все солдаты вернулись с выражением на лицах чувства выполненного долга и передали подробные отчеты о своих действиях. На работы по строительству инфраструктуры подали заявки более трехсот энергичных мужчин, а служить в армии - около ста пятидесяти. Около восьмидесяти торговцев и ремесленников выразили заинтересованность в вступлении в гильдию. Когда я просматривал эти записи, внезапно появилось всплывающее уведомление, на мгновение привлекшее мое внимание. Квест: Сформируйте стражу. [Не менее 15 мужчин] Ограничение по времени: 2 недели Награда: 750 XP, 75 SP. Казалось, судьба предоставила возможность достичь двух важнейших целей одним махом. Без колебаний я принял задание и приступил к получению одобрения придворных на эти амбициозные начинания. Признавая потенциальную выгоду, они дали свое согласие. Уже на следующий день я принял меры, чтобы новости о справедливой заработной плате разнеслись по всему баронству. Это были установленные ставки заработной платы: - Солдаты: 10 пенсов/день (военное время) и 5 ​​пенсов/день (мирное время) - Масоны: 8 пенсов/день. - Плотники: 6 пенсов/день. - Разнорабочие: 4 пенса в день. Солдаты получали зарплату в три раза больше обычной, тогда как представители других профессий получали вдвое больше стандартной заработной платы. Одна только эта корректировка сделала перспективу трудоустройства в баронстве чрезвычайно привлекательной. На следующий день ошеломляющие пятьсот человек подали заявки на вступление в ряды военных. Однако из-за логистических ограничений мы смогли разместить только триста пятьдесят человек. Их обучение началось немедленно, с обещанием, что одиннадцать лучших из них будут набраны в качестве стражи. Это почетное положение давало им не только рыцарский статус, но и ежедневную зарплату в размере 2 шиллингов. Такая компенсация позволила им рассмотреть возможность приобретения лошади каждые две недели. Это щедрое предложение послужило для мужчин мощным стимулом неустанно стремиться к этой престижной должности и пройти тщательную подготовку, чтобы получить ее. Одновременно с этим серьезно начались строительные работы. Мы начали проекты со строительства дорог, доверив мастерам-каменщикам, нашим опытным архитекторам, разработать проект нашего грандиозного проекта. Их энтузиазм по надзору за созданием такой сложной сети дорог был ощутим. Однако с созданием гильдии придется подождать, поскольку оно зависело от завершения различных строительных проектов. Предполагалось, что эта работа займет от четырех до шести месяцев, и мы были полны решимости воплотить эти инициативы в жизнь. Прошло десять дней с начала наших амбициозных проектов, и я проснулся с первыми лучами рассвета. Выполнив свой обычный режим тренировок, я направился прямо на тренировочные полигоны в пределах отведенного армейскому району города. Сегодня знаменательный момент: день, когда одиннадцать лучших людей будут выбраны в ряды домашней стражи. В идеале метод отбора должен был включать в себя сталкивание их друг с другом после недели базовой подготовки, позволяя сильнейшему выйти победителем. Тем не менее, этот подход меня не устраивал. Казалось, что это расточительный и неэффективный способ выявления лучших кандидатов, и это неизбежно приведет к ненужной гибели людей. Такую жизнь можно было бы лучше использовать для общего улучшения баронства. Чтобы воспользоваться этой возможностью, я разработал план. Я инициировал распространение новости о грандиозном турнире по всему графству. Раньше турниры были эксклюзивным мероприятием, предназначенным только для лиц благородного происхождения. Однако я решил нарушить традицию. В этом турнире мог участвовать любой, кто подал заявку в армию баронства, независимо от благородного или простого происхождения. Такой инклюзивный подход вызвал среди населения ажиотаж и ожидание. Тренировочную площадку быстро обнесли прочным забором, а вокруг нее вырос огромный временный деревянный стадион. Ряды переносных деревянных сидений были собраны, образуя ярусно поднимающуюся конструкцию. Семь уровней с каждой стороны арены позволили наблюдать за зрелищем около тысячи зрителей. Такая структура едва продержится один день, так что это было всего лишь временное решение проблемы. Я планирую построить Колизей, как у древних римлян, чтобы противостоять этому. Чтобы обеспечить прозрачность и эффективное ведение учета, я ввел систему билетов, каждый из которых стоит скромные 2 пенса. Введение этого формата было встречено широким одобрением. К сожалению, мой отец не смог присутствовать, так как неотложные дела требовали его присутствия в Лондоне. Тем не менее турнир прошел по плану. Я занял отведенное мне место в передней части северного крыла, которое было зарезервировано для людей благородного происхождения и имело цену билета по 5 пенсов за каждого. Договоренности, которые я организовал, оказались финансово плодотворными: за один турнирный день удалось собрать значительную сумму в 10 фунтов (6 тысяч фунтов в 2023 году). Если бы мы могли поддерживать этот уровень дохода каждый день, это равнялось бы как минимум 300 фунтам стерлингов в месяц (180 тысяч фунтов стерлингов в 2023 году), что потенциально могло бы служить прибыльным источником дохода. Однако у меня не было намерения широко развивать это предприятие. Такие мероприятия сохраняли свою привлекательность, даже если организовывались нечасто. Турнир начался без дальнейших проволочек. Участникам был предоставлен выбор между двумя видами оружия: мечом или копьем. Все было готово для захватывающей демонстрации мастерства и мужества. Матчи турнира были тщательно подготовлены накануне вечером, оставив всем участникам одну простую задачу: прийти на арену и принять участие в поединках. Турнир был организован как соревнование девяти уровней, в котором за победу боролись в общей сложности 512 человек. Формат был прост: выиграй дуэль и пройди в следующий раунд. Этот жеребьевка приведет от 512 к топ-256, затем к топ-128 и так далее. Призы и признание ждали участников на разных этапах турнира. Занявшие места с 17 по 32 получат вознаграждение в размере 5 шиллингов каждый. Участники с 9 по 16 места показали бы себя еще лучше, заработав за свои усилия полфунта. Среди них трое лучших будут выбраны для службы в охране дома, что является престижной должностью с дополнительными обязанностями. Занявшие с 5 по 8 места получат более высокую иерархию внутри группы, чем предыдущие. В дополнение к своему высокому статусу они получали полтора фунта в награду за свои достижения. Четыре лучших участника также имели право на солидные призы. Обладателям второго, третьего и четвертого мест будут предоставлены собственные дома рядом с замком, что предоставит им комфортабельное жилье недалеко от центра баронства. Они также получат приз в пять фунтов каждый. Окончательный победитель турнира получит главный приз: один акр земли, почетный титул «верховного рыцаря» и солидный призовой фонд в 20 фунтов. Хотя эти награды фактически нивелировали бы доход, полученный от турнира, я искренне воспользовался этой возможностью. Это вселило бы глубокое чувство преданности в сердца как простого населения, так и сильных солдат. Для более слабых участников перспектива получения таких наград была мощным мотиватором. Владение акром земли в качестве простого человека было заветной мечтой для многих, поскольку это могло принести достаточный доход, чтобы прокормить свои семьи на десятилетия вперед. Предложение одного акра земли в награду победителю турнира казалось щедрым жестом, но на самом деле это была лишь часть огромных земель, находящихся под моим контролем. Имея в своем распоряжении более 14 000 акров земли, большая часть которых лежала неиспользованной или недостаточно использованной, расставание с одним акром не имело для меня большого значения. По большому счету, расставание с одним акром земли было незначительной жертвой. Долгосрочные выгоды, как с точки зрения лояльности, так и мотивированного населения, намного перевешивают непосредственные затраты. Это был стратегический шаг, направленный на укрепление моего правления и обеспечение процветания баронства на долгие годы. В воздухе раздался звон двух мечей, отвлекая мое внимание от размышлений. Двое молодых людей, обоим по двадцать лет, сошлись в ожесточенной дуэли. Зрители разразились аплодисментами, наблюдая за ходом конкурса. Однако я знал, что этот первоначальный энтузиазм, скорее всего, со временем утихнет, учитывая, что на турнире было запланировано более 500 матчей. Каждая дуэль могла длиться в среднем две-три минуты, а это означало, что весь турнир длился изнурительные 35 часов, включая перерывы. Именно поэтому я тщательно организовал турнир, чтобы обеспечить максимальную посещаемость в его последний день. Мероприятие было стратегически распределено: 14 часов в пятницу, еще 14 часов в субботу и последние семь часов в воскресенье. Проведя грандиозный финал в воскресенье, я стремился извлечь выгоду из того факта, что большинство людей смогут бесплатно присутствовать на нем в этот день. Когда мои мысли отошли на второй план, я увидел одного из бойцов, стоящего на коленях и сжимающего от боли раненую левую руку. Другой вышел победителем дуэли, что ознаменовало завершение их битвы. Турнир уже в самом разгаре, впереди еще много матчей. ----------