Домен Тьмы
L. Lucis

В ту ночь, когда деревню стёрли с лица земли, Айден связал себя договором с древней Тенью и сделался её доменом. С тех пор за ним гоняются королевские солдаты, по ночам выползают чудовища, а Кристалл Рассвета покрывается трещинами, сулящими возвращение войны богов. Чтобы отомстить, Айдену предстоит обуздать силу, которая мало-помалу разъедает его изнутри.

====================

Пролог

В одном из домов Люминоса окна были плотно закрыты ставнями. С улицы доносился приглушенный шум вечернего города – звон колоколов, гул толпы, тяжелые шаги марширующих стражников.

– Дедушка…

Старик не сразу ответил, он сидел в кресле у камина и медленно водил пальцами по переплету старой книги.

– Дедушка, расскажи мне еще одну сказку.

– Уже поздно, – пробормотал он, не поднимая взгляда.

Мальчик повернулся к нему и с просящим взглядом повторил:

– Расскажи мне ту сказку… когда ночь ожила.

Старик сухо усмехнулся.

– Эту историю не рассказывают детям перед сном.

– Но ты же говорил, что это всего лишь сказка.

Старик поднял глаза и посмотрел в сторону окна. За ставнями становилось все темнее.

– Люди любят называть сказками то, чего они не могут понять, – тихо произнес он.

Мальчик затаил дыхание. Старик вздохнул и заговорил.

– Раньше солнце светило ярче. Люди верили, что так будет продолжаться всегда. Они называли это благословением.

Он сделал паузу.

– Тогда правил король, которого прозвали «Светлым». Королевство процветало, люди жили счастливо и беззаботно. Ничего не предвещало беды и люди были уверенны, что завтрашний день будет таким же.

Мальчик улыбнулся и спросил.

– Значит тогда все было хорошо?

Старик покачал головой, его лицо наполнились мрачными нотками.

– Никто не готовится ко тьме, когда живет в свете.

Полено в камине тихо треснуло

– В ту ночь собаки выли до рассвета, но рассвет так и не наступил…

Голос старика стал тише.

– Ночь стала намного темнее и мрачнее. Свет фонаря с трудом мог рассеять тьму дальше вытянутой руки. Тени стали густыми, будто они были осязаемы. Воздух похолодел, а люди начали поговаривать, что тени начали двигаться сами по себе.

Мальчик крепче вцепился в края одеяла

– А потом… из глубин темноты явились они.

Старик замолчал на мгновение.

– Никто не знал что это такое. Одни говорили, что это чудовища. Другие - что это божье наказание. А кто-то шептал, что это отражение человеческих грехов и страхов.

– Они были страшными? – спросил подрагивающим голосом мальчик.

– Они были голодны. – ответил старик. – и ночь стала их охотничьими угодьями.

Он продолжил:

– Тогда люди объединились под предводительством Светлого короля. Рыцари, маги, обыкновенные крестьяне. Они храбро сражались, умирали, но несмотря ни на что, они отказывались сдаваться.

– И они сумели победить? – нетерпеливо спросил мальчик.

Старик долго молчал.

– Тьму невозможно победить. Она является неотъемлемой частью этого мира.

Старик с грустью посмотрел на мальчика и произнес:

– Они запечатали её.

–Запечатали? – удивился мальчик.

– Победа знаменует конец кошмара. А печать… – он медленно перевёл взгляд в сторону камина, – печать означает, что угроза все еще существует. Она никуда не исчезала, и однажды она явится вновь.

В комнате повисла тишина. Мальчик первый решил ее нарушить.

– Но это же всего лишь сказка, правда?

Старик посмотрел на него долгим взглядом.

– Конечно, – мягко ответил он. – Ведь если бы она ею не являлась, то…

Он не стал договаривать.

За окном показалось будто тень на стене соседнего дома дрогнула. Ночь полностью поглотила остатки света. Камин в комнате окончательно погас.

И ночь за ставнями стала намного темнее.

----------

Вейфорд

Утро в Вейдфорде начиналось раньше восхода солнца. Туман ещё стелился над полями, когда в доме на окраине деревни скрипнула дверь. Из двери вышел мальчик со светлыми волосами и ярко-голубыми глазами.

Айден первым выходил во двор – так повелось с тех пор, как он стал достаточно взрослым, чтобы держать в руках топор.

Он вдохнул прохладный воздух и потянулся. Небо медленно светлело.

– Эй, чем ты там занимаешься? – донесся голос из дома.

Айден усмехнулся.

– Я просто проверяю направления ветра, – спокойно ответил он. – Вдруг судьба сегодня будет благосклонна и принесет нам богатства?

Из двери выглянула его мать.

– Сейчас судьба принесет тебе веник, если ты сейчас же не начнешь работать. Как я, по-твоему, должна растопить печь, если у меня нет дров?

– Опять с самого утра ворчит, – пробормотал он, но все же направился к поленнице.

Сестра выскочила следом, босиком и с растрепанными волосами.

– Айден, ты снова разговариваешь сам с собой?

– Ох… моя дорогая Лили, мне просто захотелось побеседовать с кем-то, кто разделяет мои взгляды на мир.

– Ты просто странный, – фыркнула она.

Айден посмотрел на заспанные глаза своей сестры.

– Эй! Вообще-то нехорошо называть своего старшего брата странным. Вот как подрастёшь, тогда ты меня поймешь.

Лили закатила глаза.

– И вообще, где твои ботинки? Ты же можешь заболеть, – сказал Айден, бросая взгляд на босые ноги сестры. – а теперь быстро иди в дом и тепло оденься. Сейчас я принесу дрова и мама приготовит завтрак.

– Как скажешь. Но советую тебе поскорее заканчивать свои игры с топором, пока мама не вернулась, – с улыбкой произнесла она.

Айден на секунду замешкался.

– Я не играю с топором!, – ответил Айден слегка повышенным тоном. – Я оттачиваю свои движение. Вот будет у меня настоящий меч, и ты увидишь результаты моих тренировок… Все увидят.- тихо закончил он.

– Зачем тебе меч?, – удивленно спросила Лили. – мама сказала, что ты станешь торговцем.

Айден опустил взгляд в землю.

– Мама много чего говорит…

Он не стал продолжать. Мать не любит, когда он поднимает эту тему.

***

Запах варёной крупы наполнил дом ещё до того, как Айден занёс последнюю охапку дров.

На столе уже стояла глиняная миска с густой ячменной кашей. Мать добавила в неё немного козьего молока – больше для вкуса, чем для сытости. Рядом лежал разрезанный на толстые ломти ржаной хлеб и небольшой кусок сыра, аккуратно завернутый в ткань.

Лили уже сидела за столом и агрессивно дула в горячую миску.

— Осторожнее, — сказал Айден, ставя дрова у печи. — Если обожжешь язык, будешь молчать весь день.

— Это было бы благословением, — ухмыльнулась мать.

Айден уселся напротив сестры и потянулся за хлебом.

— Кто сегодня первым доедает — тот моет посуду, — объявил он.

— Тогда я есть не буду, — серьёзно сказала Лили.

— Умно. Но неэффективно.

Мать поставила перед ним миску.

— Айден.

Он поднял глаза.

— Ты говорил с Франком?

Айден вздохнул.

— Нет.

— Почему?

— Потому что он скряга. И потому что он считает, что если человек не умеет считать быстрее него, то тот бесполезен.

— Франк – торговец, — спокойно сказала мать. — Он знает цену вещам.

— Вот именно. Он знает цену всему. Даже воздуху.

Лили хихикнула.

Мать бросила на неё строгий взгляд, и та замолчала.

— Тебе скоро исполнится шестнадцать, — продолжила она. — Франк может многому тебя научить. Торговля — это стабильность. Это хлеб на столе.

Айден отломил кусок хлеба и задумчиво посмотрел на него.

— Зачем мне учиться у торговца? — сказал он наконец. — Если уж учиться, то у охотника. Или у местного мечника, который охраняет деревню. Он хотя бы знает, как держать настоящий меч.

В комнате стало тише.

— Тебе не нужен меч, — спокойно сказала мать.

— А если понадобится?

— Не понадобится

Айден поднял взгляд.

— Я хочу защищать деревню. Точно так же, как мой отец.

Ложка в руке матери замерла.

Она медленно опустила её на стол.

— Твой отец… — начала она и запнулась.

Айден заметил, как её пальцы слегка сжались.

— Твой отец бесславно умер на войне, — тихо произнесла она. — Он оставил нас. Он ушёл сражаться в чужие земли и не вернулся.

Голос её дрогнул, но она быстро взяла себя в руки.

— Я не хочу, чтобы мой сын повторил ту же судьбу.

Айден молчал. Он невольно отвел взгляд в сторону.

— Он не бросил нас, — тихо, но твёрдо сказал Айден.

Мать подняла на него взгляд.

— Он выбрал войну, — повторила она.

Айден резко отодвинул миску. Деревянная ложка звякнула о край стола.

Он посмотрел матери прямо в глаза.

— Отец был Пульсаром.

Слово прозвучало громче, чем он рассчитывал.

— Он дал клятву. Он защищал королевство. Это был его долг.

Мать молчала. Айден сжал кулак.

— Если отец смог пробудить Пульс Души… значит, и я смогу.

Тишина стала почти ощутимой.

Лили осторожно бросала взгляд то на брата, то на маму.

— Довольно!, — резко произнесла мать.

Её голос сорвался. Она отвела взгляд, но Айден успел заметить, как в её глазах блеснула влага.

— Ты не знаешь, о чём говоришь, — тихо добавила она.

Айден не ответил. Он чувствовал, как внутри него что-то горячо сжимается.

Мать поднялась из-за стола.

— Разговор окончен.

Она отвернулась к печи. И впервые за всё утро в доме стало по-настоящему холодно.

***

Айден вышел из дома, не сказав больше ни слова. Дверь за его спиной тихо скрипнула и закрылась. Воздух снаружи показался прохладнее, нежели был утром. Он прошёл по узкой тропинке между домами.

Вейдфорд просыпался медленно. Старуха Марта вытряхивала половик. Пастух гнал сонных овец к окраине.

У колодца спорили две женщины.

— Я тебе говорю, — шептала одна, оглядываясь, — тень от фонаря двигалась сама по себе.

— То был Ветер, — отмахнулась вторая.

— Не так. Она… будто отдельно от столба шла.

— Марта, тебе просто не спалось.

Айден, проходя мимо, усмехнулся. Люди в Вейдфорде любили придавать обычным вещам странный смысл. Но почему-то, уже отойдя на несколько шагов, он невольно посмотрел на фонарный столб у площади. Тень лежала ровно, всё было привычно. И всё равно внутри у Айдена оставалось странное чувство, будто что-то не так.

У дома старейшины собрались несколько мужчин. Голоса были тихими, но напряжёнными.

Айден замедлил шаг.

— Я говорю вам, их видели у восточной дороги, — произнёс один из толпы.

— Чёрные плащи. И эмблемы на груди.

— Может, просто странствующие рыцари, — неуверенно возразил другой.

— Нет, — отрезал старейшина. — Это были Ночные Клинки.

Айден остановился за деревянным забором и сделал вид, что поправляет сапог.

— И кого же они ищут в наших краях?

— Если бы я знал, — вздохнул старейшина.

Айден наклонился чуть ближе.

— Подслушивать нехорошо, молодой человек.

Он вздрогнул и выпрямился. Старейшина уже смотрел прямо на него, прищурившись.

— Я же не виноват, что вы так громко говорите, — невинно ответил Айден.

Несколько мужчин усмехнулись. Старейшина покачал головой.

— Иди сюда. Раз уж уши твои уже здесь.

Айден подошёл ближе.

— Чего ты один по деревне бродишь? Или хотел что-то спросить?

— Хотел, — спокойно ответил Айден. — Кто такие Ночные Клинки?

Мужчины переглянулись. Старейшина вздохнул.

— Это отряд, служащий напрямую короне. Их отправляют туда, где замечают следы магии.

Айден приподнял бровь.

— Магии? Вы хотите сказать, что они охотятся на магов? Их же никто не видел уже больше сотни лет.

— Если не видели — это не значит, что их нет, — ответил старик. — Маги умеют прятаться.

Айден приблизился на шаг.

— Они все Пульсары? — в голосе его невольно прозвучал интерес.

Старейшина заметил это.

— Нет. Пульсар — редкость. В отряде их немного. Большинство — обыкновенные хорошо обученные рыцари.

Он замолчал на мгновение.

— Но те немногие, у кого пробуждён Пульс Души… — старик слегка прищурился, — именно они делают отряд по-настоящему смертоносным.

Айден невольно задержал дыхание.

— Значит, они могут усиливать клинок? Направлять Пульс в удар?

— Могут, — кратко ответил старейшина.

В глазах Айдена мелькнул озорной огонёк.

— Говорят, Пульсар чувствует бой иначе. Будто слышит его заранее.

— Говорят много, — сухо сказал старик. — Но Пульс — это не сказка. Это опасная сила.

Айден не отступал.

— И если у человека есть Пульс… его обязательно забирают в такие отряды?

Старейшина внимательно посмотрел на него.

— Пульс сам по себе ничего не решает. Нужны годы обучения, дисциплина, контроль. Без контроля Пульс может погубить того, кто им пользуется.

Айден задумался, но восхищение в его взгляде не исчезало.

— Всё равно… — тихо сказал он. — Это звучит достойно.

Старик медленно покачал головой.

— Молодость всегда ищет достоинство в клинке.

Он опёрся на трость.

— Но большинство тех, кто носит чёрные плащи, — обычные люди. Просто обученные убивать.

Айден слегка нахмурился.

— И они приходят в деревни?

— Если посчитают, что там скрывается маг, — ответил старейшина.

Айден некоторое время молчал.

— А если магов почти не осталось… зачем их всё ещё ищут?

Старейшина посмотрел куда-то за его плечо.

— Потому что страх живёт дольше памяти, — тихо сказал он. — И корона предпочитает не ждать, пока беда снова постучит в дверь.

Айден кивнул.

Но в его глазах всё ещё жила мысль. Не о магии. О Пульсе.

Айден продолжил свою прогулку по деревне, но его мысли были заняты благородным отрядом Ночных клинков.

Значит среди них есть пульсары и они охотятся на магов, – подумал он про себя. Отец как-то рассказывал, что больше ста лет назад маги развязали войну. Их целью было свержение короля, но после долгой кровопролитной битвы, большинство магов истребили. Эту войну прозвали магическим восстанием.

— Кто бы мог подумать, что маги продолжают существовать и по сей день. Судьба у них явно не завидная.– хмыкнул Айден и направился в сторону леса.

----------

Судьбоносная встреча

Айден вышел из деревни ближе к полудню.

Солнце уже стояло высоко, но лес впереди казался темнее, чем обычно. Верхушки деревьев смыкались плотнее, чем на опушке, пропуская лишь редкие полосы света.

Он шёл знакомой тропой. Слишком знакомой, чтобы смотреть под ноги. И всё же сегодня он то и дело оглядывался. Это чувство снова вернулось. Словно лёгкое прикосновение к спине. Незримое. Непонятное.

Айден остановился. Ветер прошёлся по листве.

“Ничего.” — подумал он.

Он усмехнулся самому себе.

— Старейшина бы сказал, что я снова от скуки фантазирую.

Он пошёл дальше.

Чем глубже он входил в чащу, тем тише становилось вокруг. Звуки деревни давно исчезли. Остались лишь треск ветвей под ногами и далёкое стрекотание насекомых. Полянка показалась между стволами — небольшое открытое пространство, окружённое старыми дубами. Это было его место.

Айден наклонился, поднял с земли прямую крепкую палку, уже отполированную временем и его собственными руками.

Он сделал шаг назад. Первый замах. Воздух мягко свистнул. Второй — резче. Он представил, что держит настоящий меч. Не для славы. Не для героизма. Просто, чтобы быть готовым. Он повторил связку ударов, которую пытался отточить уже несколько недель. Шаг вперёд, поворот корпуса, удар сверху, затем резкий рывок назад. Палка рассекала воздух всё быстрее. Но ощущение в груди не исчезало Наоборот, словно что-то внутри него напряглось.

Айден остановился и начал вслушиваться. Лес был слишком тихим. Он сделал медленный вдох.

Шорох. Справа. Он резко обернулся.

“Ничего.”

Только густые заросли и тени под ветвями.

— Если это ты, Лили, я не поведусь, — тихо сказал он.

Ответом была тишина.

Он сделал несколько осторожных шагов в сторону кустов. Шорох повторился. Ближе. Теперь уже слева. Ладони Айдена вспотели, он крепче сжал палку. Стук сердца ускорился. Внутри появилось странное напряжение — не страх, а настороженность. Он шагнул к ближайшему дереву. Листва дрогнула. И в следующую секунду тёмная фигура вырвалась из-за ствола.

Удар пришёлся в плечо. Айден не успел даже вскрикнуть. Земля резко ушла из-под ног. Его повалили на спину. Палка выскользнула из рук. Он увидел лишь чёрный силуэт над собой — и тяжёлое дыхание. Глаза Айдена расширились. Мир будто на мгновение размылся. Он сжал правую руку в кулак и вслепую ударил перед собой. Кулак встретил твёрдую ткань плаща. Человек даже не вздрогнул, он ответил незамедлительно. Удар в грудь. Воздух выбило из лёгких. Айден захрипел, закашлялся, мысли начали путаться. Он не понимал, кто перед ним и за что его бьют. В следующую секунду его отбросили в сторону. Земля ударила в спину. Грязь и сухие листья впились в ладони. Он перевернулся на бок, хватая ртом воздух, пытаясь восстановить дыхание. Его грудь пылала. Плечо отзывалось тупой болью.

Он поднял взгляд.

Тёмная фигура отступала. Шаг, затем еще один. Спиной она упёрлась в широкий ствол дуба. И медленно сползла вниз.

Айден моргнул, пытаясь сфокусироваться.

Перед ним сидел мужчина в черном плаще, его лицо было скрыто под черным шлемом. Плащ тяжёлый, пропитанный грязью и кровью. Из-под ткани виднелись окровавленные бинты. Он был ранен, и похоже его состояние было критическим.

Айден почувствовал ком в горле. Этот человек появился словно из ниоткуда. Нет… Он ведь чувствовал его всё это время.

В голове Айдена промелькнула мысль о побеге, но он тут же её отбросил. Если тот вскочит, его догонят за секунду.

Айден медленно поднялся, стараясь не показывать страха.

— Кто вы такой? — спросил он, пытаясь сохранять спокойствие. Но он не был спокойным, он был в ужасе. Его голос дрожал и фигура в черном явно почувствовала его страх.

Человек закашлялся. Из-под шлема донёсся глухой хрип.

— Прости, малец… — голос был низким и тяжелым. — Я спутал тебя с другим.

Он снова закашлялся. Бинты на груди начали темнеть ещё сильнее. Видимо его раны раскрылись.

Айден сглотнул.

— Вы ранены… Я могу сбегать в деревню. Позвать помощь.

— Нет, — резко оборвал его мужчина. — Ты мне не поможешь. Ты только сделаешь хуже.

Айден замер.

— Хуже?.. О чём вы?

Мужчина поднял голову.

Даже через забрало Айден почувствовал этот взгляд. Холодный, пронизывающий его до глубины костей. Он ощутил, как по спине пробежал ледяной холод. Словно этот человек смотрел не на его лицо, а прямо в его душу

Незнакомец попытался подняться. Его тело дрогнуло и он рухнул обратно.

Айден оглянулся.

Рядом, у корней дуба, рос кровецвет — низкая трава с тёмно-красными прожилками на листьях. В Вейдфорде её прикладывали к ранам, чтобы ослабить боль.

Он сорвал несколько пучков. Сердце билось быстро. Он сделал шаг. Ещё один.

— Что ты делаешь?.. — голос мужчины стал глубже и настороженнее.

Айден опустился на колени. Его руки дрожали.

— Это кровецвет… он растёт вокруг нашей деревни. Если приложить к ране, боль ослабнет.

Он осторожно поднёс траву к разорванной ткани на бедре мужчины. За тканью скрывалась рваная рана, будто он в спешке вырвал стрелу из своей плоти. Кровь была тёмной, почти чёрной. Когда листья коснулись раны, мужчина едва заметно вздрогнул.

Айден замер. Медленно прижимая траву плотнее к тане он почувствовал холодный взгляд. Хоть он не видел глаз за забралом. Но был уверен — его изучают. Оценивают.

“Но… почему?” — мысленно выругался Айден.

И в этой тишине лес вдруг показался слишком тесным.

Мужчина внезапно заговорил.

— Малец… ты сильно выделяешься в этих краях.

Айден замер.

— Твои золотистые волосы. Ярко-голубые глаза… — голос стал тише. — Здесь такое редко встретишь.

Айден невольно коснулся волос. Он никогда не придавал этому значения. В Вейдфорде почти у всех были тёмные волосы, смуглая кожа от солнца, зелёные или карие глаза. У его матери тёмные волосы и у Лили — тоже. А у отца были такие же светлые волосы и яркие глаза.

Айден нахмурился. Что он пытается сказать? Ответить? Промолчать? Соврать?

Холодный взгляд из-под шлема по прежнему давил на него. Он чувствовал — этот человек знает больше, чем говорит. Если соврёт — незнакомец сразу заметит.

Айден сглотнул.

— Я пошёл в отца, — сказал он ровнее, чем ожидал от себя. — Он был не из этих мест. Он из Люминоса.

Айден сделал короткую паузу.

— Поэтому я и отличаюсь.

— Из столицы значит…— хрипло произнес незнакомец.

Из-под забрала донёсся хриплый смешок. Мужчина слегка наклонил голову.

— Вот как…

Он замолчал. Лес будто затаил дыхание.

А затем тихо произнёс:

— Значит… это твой выбор.

Айден моргнул.

— Какой выбор?

Но мужчина уже отвёл взгляд, словно сказал больше, чем собирался.

Айден нахмурился. Он не понял смысла слов незнакомца.

Тот снова заговорил.

— Как тебя зовут?

— Айден.

Пауза.

— Фамилия?

Айден покачал головой.

— У меня её нет. Просто Айден… из Вейдфорда.

Из-под шлема донесся тихий голос:

— Интересно…

Мужчина медленно поднял голову.

— Айден…

Айден напрягся.

— Беги, — неожиданно произнёс незнакомец. — Убирайся как можно дальше отсюда. Беги, пока не упадёшь без сил.

— Что?.. Почему?

Хриплый смешок прорезал тишину.

— Я провалил свою миссию. Нарушил клятву… Теперь Ночные Клинки уже здесь.

Сердце Айдена пропустило удар.

— Здесь?.. Они же охотятся на магов… Подождите… — он резко вдохнул. — Вы маг?

Смех. Громкий, надломленный. В нём слышались булькающие звуки крови.

— Маг? Я? — голос стал глухим. — Нет… Я гораздо хуже.

Лицо Айдена стало еще более мрачным. Он задумался с серьёзным лицом. Хуже мага? Что это значит? Но его мысль оборвалась.

Семья. Мама. Лили. Если Ночные Клинки уже здесь…

Айден резко вскочил.

— Мне нужно домой! Я должен их предупредить.

Он сделал шаг. Второй, но не успел он сделать третий… Воздух за его спиной дрогнул. Рука вцепилась в его запястье мертвой хваткой. Он судорожно обернулся.

Незнакомец стоял прямо позади.

— Малец… — голос стал тише. — Мне жаль тебя.

Айден попытался вырваться, но попытки были тщетными.

— Тебе следовало просто бежать.

Мужчина поднял левую руку. Воздух вокруг его ладони начал темнеть. Тени сгустились, заклубились, словно дым, вытягиваясь в тонкие извивающиеся полосы.

Из этой тьмы медленно начал формироваться клинок. Длинный, изогнутый. Тонкий, как полоса ночного неба. Без широкой гарды, он не был похож на стандартные мечи рыцарей. Рукоять плавно переходила в лезвие, будто клинок вырос из самой тьмы. Он был полностью чёрным. Он не отражал свет, а скорее поглощал его..?

— Прости, малец.

Айден не успел произнести ни звука. Он почувствовал жгучую боль освежающая разум до крика.

Он опустил взгляд.

Тёмное лезвие прошло сквозь его грудь. Кровь медленно начала стекать по чёрной как ночь стали. Весь мир на мгновение замер.

Незнакомец наклонился ближе.

— Надеюсь, ты выживешь… — тихо произнёс он. — И сохранишь этот дар для меня.

Айден попятился назад с торчащим из его груди клинком. Он не мог сделать ни единого вдоха, кровь наполнила рот. Он закашлялся, тёплая жидкость стекала по подбородку. Ноги предательский подкосились.

Он упал на бок, зрение начало тускнеть. Были видны только ноги незнакомца. Тот стоял, чуть покачиваясь. Затем шатающейся походкой, переминаясь с ноги на ногу, то исчез среди теней деревьев

Айден судорожно пытался схватить ртом воздух, но безуспешно. Каждая попытка приносила ему все больше боли. Затем он почувствовал смертельный холод в конечностях. Его мысли начали путаться.

Мама. Лили. Он должен был быть с ними. Должен был вернуться.

Он попытался подняться. Тело отказывалось его слушать. Холод начал расползаться по груди. И внезапно… Лес исчез, а затем исчезли и последние лучи света.

И наступила тьма.

----------

Пепел Вейдфорда

Здесь не было неба, не было земли. Не было даже самой идеи пространства. Айден не стоял и не лежал. Он не падал и не висел. Он просто существовал — или, возможно, уже перестал.

Вокруг не было темно. Темнота предполагает свет, который можно погасить. Здесь никогда не было света. Не было ни солнца, ни звезд. Не было горизонта, чтобы определить, где заканчивается мир. Это была пустота, настолько глубокая и густая, что она казалась материальной.

Он попытался вдохнуть, но он сразу понял, что здесь он не нуждается в воздухе. Он попытался моргнуть, но он был лишен век. Он не чувствовал собственного тела. Лишь слабое ощущение движения. Это ощущение было похоже на погружение. Как будто его сознание медленно опускали в бездонную воду, где нет поверхности, к которой можно всплыть.

Чем дольше он находился здесь, тем сильнее растворялись его мысли. Его имя, его дом, близкие ему люди. Становилось все труднее удерживать эти свои на плаву его сознания.

— Где я?.. — его голос не прозвучал. Он лишь возник как мысль.

Ответа не было.Только густая тишина, которая не отражала ни звука, ни эха. Пустота вокруг слегка дрогнула.Словно кто-то коснулся её изнутри. И в этой бесконечной пустоте, у него впервые появилось чувство тревоги.

Айден понял — он тут не один.

Но здесь не было ни шагов, ни дыхания, ни силуэта. Только присутствие. Призрачное и недоступное, незримое. И тогда пространство, если это можно было назвать пространством — начало рябить. Как поверхность чёрной воды. И в этом ряби впервые появился звук.

Он звучал внутри его сознания, словно эта пустота принадлежала ему.

— Ты всё ещё жив. — холодно произнес женский голос. Тон был спокойным, но чувство паники мальчика лишь усилилось.

— Кто это?.. — мысль прозвучала резко. — Где ты? Покажись!

Пустота вокруг чуть дрогнула, словно его тревога вызвала лёгкую рябь.

Голос ответил без спешки:

— Я ближе, чем ты думаешь.

— Тогда почему я тебя не вижу?!

— Потому что здесь нечего видеть. — игривым тоном произнёс голос.

Её тон был ровным, спокойным. Почти ленивым.

Айден попытался пошевелиться снова, но ничего не вышло.

— Где я нахожусь?! — в его мыслях прорезалась паника. — Это… это смерть?

Небольшая пауза.

— Если бы это была смерть, ты бы уже не задавал вопросов.

Тишина стала плотнее.

— Ты находишься на границе, — продолжила она. — Между тем, что ещё существует… и тем, что уже растворяется.

Айден почувствовал, как вокруг него сгущается нечто тяжёлое.

— Растворяется?..

— Бездна медленно поглощает тебя. — на этот раз голос прозвучал намного мрачнее.

Слово “Бездна” будто эхом разошлось по пустоте. Айден почувствовал, как холод касается его сознания.

— Бездна?.. — он судорожно попытался вспомнить, слышал ли он это слово раньше.

— Ты падаешь в неё, — спокойно сказала она. — И делаешь это весьма неуклюже.

— Я не падаю! — Вскрикнул он. — Я… я должен проснуться! Мне нужно вернуться!

Лёгкая насмешка коснулась её голоса.

— Люди всегда считают, что могут добиться чего угодно, если достаточно сильно этого захотят.

Пустота вокруг начала медленно закручиваться. Айден почувствовал, как его мысли становятся тяжелее.

— Ты тонешь, — продолжила она. — И если не принять меры, то ты просто исчезнешь.

— Кто ты такая?! — закричал он. — Откуда ты это знаешь?!

— Потому что это моя территория.

Её голос стал чуть ниже.

— И сейчас она почти приняла тебя.

Айден замер.

— Нет… — прошептал он. — Я не могу умереть. Не сейчас.

Тьма мягко сомкнулась вокруг него.

— Ты уже умираешь, — равнодушно сказала она. — Вопрос лишь в том, позволю ли я тебе продолжить своё существование.

Айден почувствовал, как внутри вспыхивает отчаянная злость.

— Тогда помоги мне! Я не могу здесь подохнуть, только не так! Я должен вернуться, должен… спасти их. – яростно проревел он.

Долгая пауза. Словно таинственный голос размышлял.

— Любопытно, — тихо произнесла она. — Обычно люди должны умолять, но ты смеешь требовать?

Тьма вокруг него дрогнула сильнее.

— Возможно… — её голос стал едва заметно мягче, — в тебе действительно есть что-то стоящее.

Айден изо всех сил цеплялся за мысль о доме. О своей любящей матери. О Лили – его маленькой наивной сестре.

— Я должен вернуться! — почти взмолился он. — Они в опасности!

И тогда голос произнёс:

— Ты цепляешься за огонь… Но искры уже осыпаются пеплом.

Тишина.

— Если так отчаянно хочешь жить…, — безразлично произнес голос.

— Проснись.

Мир разорвался.

Айден резко вдохнул. Воздух ворвался в лёгкие так резко, что он закашлялся и перекатился на бок. Сердце колотилось так, будто пыталось пробить грудную клетку изнутри. Судорожно хватал ртом воздух.

Лес. Запах сырой земли. Треск листвы. Он был здесь… он был жив.

Айден резко сел, а затем, не веря, схватился за грудь. Пальцы скользнули по мокрой ткани. Он опустил взгляд. Рубаха была полностью пропитана кровью… его кровью. Но… Он задрал ткань, его кожа была цела, не было ни разрыва, ни шрама. Будто его никогда не ранили.

Айден замер.

Он отчётливо помнил ту боль. Помнил, как чёрное лезвие прошло сквозь него. Помнил вкус крови во рту. Дыра должна была быть. Он коснулся груди снова, сильнее, будто ожидая нащупать рану. Но раны не было.

— Это… невозможно…

В памяти вспыхнула бездна, он вспомнил дивный женский голос и её слова… Слова о поглощении.

Он резко обернулся, словно ожидая увидеть кого-то за спиной, но там никого. Айден медленно поднялся, опираясь рукой о ствол дерева. Его ноги дрожали, одежда стала тяжёлой из-за засохшей крови. Все его лицо было покрыто грязью вперемешку с кровью и потом. Он провёл ладонью по щеке — на пальцах остались тёмные следы.

Айден поднял взгляд на облака. Солнце уже клонилось к горизонту, окрашивая лес в багряные оттенки. Тени стали больше, длиннее. Они медленно начали захватывать лес.

Сколько времени прошло? Часы? Я пролежал здесь всё это время? Сердце снова болезненно сжалось. Он вспомнил про Деревню.

— Мне нужно… домой… — хрипло произнес он.

Он сделал шаг и мир покачнулся. Айден схватился за ветку, чтобы не упасть. Тело болело — плечо, рёбра, мышцы, будто его по нему прощались каретой.

Но странно было то, что с каждым шагом боль становилась слабее, словно что-то внутри медленно сглаживало её. Он шагал вперёд, цепляясь руками за ветви, пробираясь через чащу.

Каждый вдох он давался ему с трудом, но его ноги начинали слушаться всё лучше. Кровь на рубахе уже начинала темнеть. А внутри него — глубоко, почти незаметно — оставалось ощущение того, что что-то в нем изменилось.

Айден ускорился. Он не знал, что произошло, не понимал, что это был за голос, но знал одно. Если Ночные Клинки действительно уже здесь – ему нужно готовиться к худшему.

Когда Айден вырвался из чащи леса, мир уже был другим. Он ускорил шаг, хотя слабость всё ещё грызла его изнутри. Каждый шаг отдавался тупой болью в мышцах, но боль уже не сковывала — она будто отступала перед чем-то более могущественным. И тогда он увидел это. Над горизонтом поднимались столбы дыма. Их было много, отчего его сердце еще сильнее сжалось. Чёрные, густые, они медленно расползались по небу, разрывая вечерний свет.

Айден остановился, его сердце на мгновение перестало биться.

— Нет… — в неверии прошептал он.

Он не понимал. Почему? Зачем? Если они искали незнакомца из леса, то он даже никогда не был в их деревне. Высокий человек в плаще и причудливом черном шлеме, так еще и раненый не смог бы остаться незамеченным. Он давно уже скрылся. Если Ночные Клинки пришли за ним — зачем сжигать нашу деревню? Зачем…

Не закончив мысль, он сорвался с места. Побежал вниз по склону, но ноги вновь его подвели. Он споткнулся о камень, покатился вниз, ударился плечом, вскочил и снова побежал. Дыхание Айдена было рваным, в ушах был гул. Он почти не чувствовал земли под ногами.

В его мыслях крутилось всего одно слово — быстрее, быстрее.

— БЫСТРЕЕ!! — прокричал он.

Когда он вбежал в Вейдфорд — воздух был густым от дыма. Ему стало ещё труднее дышать. Горели крыши, в то время, как огненные языки пламени вырывались из окон. Треск дерева смешивался с редкими криками — с криками отчаяния.

Айден сделал шаг вперёд и замер. На земле лежали тела… множество тел. Он узнал старые сапоги кузнеца Харда — те самые, в которых тот ходил даже по праздникам. Харда, который однажды дал Айдену подержать настоящий молот и сказал:

«Если уж машешь, то маши так, чтобы земля дрожала».

Хард лежал на боку. Его горло было перерезано. Рядом с ним лежала тётушка Мирель, та самая, что всегда ругала Айдена за то, что он бегает по её огороду, а потом всё равно давала ему яблоки «пока мать не видит». Её лицо было неузнаваемо… оно было раздавлено под тяжесть копыта.

Чуть дальше Айден узнал труп старого пастуха Орена. Он учил Айдена определять погоду по облакам. Теперь он смотрел в небо пустыми глазами, потому что они были безжалостно выколоты.

Айден почувствовал, как к горлу подступает рвота. Он чуял запах крови вперемешку с чудовищным запахом сожженных трупов. Он согнулся, сдерживая позыв, и резко отвернулся.

— Нельзя смотреть. — откашливаясь сказал он себе.

“Не сейчас.”

Он побежал дальше в сторону своего дома

—Если мама… если Лили…

Он не видел их среди мёртвых. Это значило, что они все еще живы… они должны быть. Нет! Они точно должны были где-нибудь спрятаться.

Он выскочил за угол соседнего дома — и мир снова ударил его. Что-то тяжёлое врезалось в него сбоку.

Айден рухнул в грязь. Воздух вышибло из лёгких. Чужая рука вцепилась в его волосы и вдавила лицо в землю. Колено вжалось в спину, придавив его так, что рёбра болезненно хрустнули.

— Что вы делаете?! — прохрипел он, захлёбываясь грязью. — Почему вы напали на нас?! Мы ни в чём не виноваты! Здесь нет магов!

Еще один удар. Кулак врезался в челюсть, а глазах вспыхнули искры.

— Закрой пасть, — рявкнул грубый голос.

Айден почувствовал, как его руки грубо завели за спину. Он снова ощутил жгучую боль в плече. Верёвка впилась в запястья.

— Я не знаю, кого вы ищете! — прохрипел он. — Клянусь, здесь—

Мужчина еще сильнее надавил коленом в спину.

—Ааах. — Закряхтел Айден. Из-за боли, к его глазам подступили слезы

— Если еще раз начнешь скулить, тогда я отрежу твой длинный язык! — вскрикнул незнакомый мужчина. — Пусть с тобой капитан разбирается.

Капитан... Слово отозвалось глухим ударом, его резко дёрнули вверх. Всё тело Айдена дрожало, он едва мог стоять на ногах. Его потащили вперёд. Айден спотыкался о трупы людей… людей с которыми он жил тут с момента своего рождения. Каждый шаг был пыткой. Он не хотел смотреть, но взгляд всё равно цеплялся за знакомые лица. Соседи, дети, люди, с которыми он смеялся этим утром.

Несмотря на невероятную печаль, он внимательно осматривал каждое тело. Он искал Маму с Лили, и не находил. Это было единственным, что удерживало его от того, чтобы окончательно опустить руки. Если он их не видел… Значит, они живы. Он должен был в это верить. Даже если всё остальное вокруг уже превратилось в пепел…

Айдена привели на центральную площадь деревни. Туда, где раньше стояла телега с зерном и по праздникам собирались музыканты. Теперь там было пустое пространство, очищенное от обломков — как будто для представления. Айдена толкнули вперёд. Он споткнулся и упал на колени. И тогда он увидел их — Ночных Клинков.

Воины стояли полукругом, они не выглядели как рыцари из детских сказок, и не были похожи на защитников королевства. Их доспехи были тёмными — не блестящая сталь, а матовый, почти чёрный металл, испещрённый царапинами и пятнами засохшей крови. Они носили темно-синие плащи, почти сливающиеся с дымом. На плечах виднелся символ королевства в виде золотого солнца, но вышитый не золотом, а тусклой бронзовой нитью. У некоторых доспехи были разномастными — будто собранными из разных комплектов. У кого-то на поясе висели кривые ножи, у кого-то — тяжёлые топоры, у кого-то — короткие копья с зазубренными наконечниками. Это были не парадные воины, они больше походили на палачей.

Айден поднял взгляд выше. Он обратил внимание, на то, что они не скрывали свои лица под шлемами. Айден начал внимательно изучать ночных клинков.

Кто-то брился наголо, кто-то носил спутанные волосы, кто-то — грубые косы. У большинства солдат виднелись множество шрамов. На губах у них застыли безумные улыбки. Айден обратил внимание на их глаза, он не видел в них и следа ярости, только холодный блеск удовольствия. Они наслаждались своей безнаказанностью, потешались над сломленными людьми, которые потеряли все в один миг. Один из них лениво вытирал клинок о подол мёртвой женщины. Другой, стоя рядом, что-то шептал и смеялся, наблюдая за связанными жителями.

В голове Айдена быстро пришло понимание происходящего. Они не были благородными рыцарями, у них никогда не было цели защищать невиновных. Это люди, которым дали право убивать — и они приняли его с радостью.

Айден прикупил нижнюю губу, осознавая, что за сброд стоит перед ним. Вскоре он увидел людей у колодца — это были оставшиеся вижившие, они стояли на коленях у колодца, их руки были связанны. Из целой деревни в живых осталось восемь человек и среди них…

Айден перестал дышать. Он увидел свою маму, её руки были туго связаны за спиной. Волосы растрёпаны. Со лба стекала кровь — запёкшаяся, тёмная, оставлявшая дорожку на щеке. На виске виднелась глубокая рана, от удара дубиной. Она сидела, прижимая к себе Лили.

Сестра дрожала, её маленькие пальцы вцепились в материнское платье. Лицо было заплаканным, испачканным кровью. Глаза выглядели как огромные стеклянные шары, полные ужаса.

Айден ощутил острую боль в груди. Когда он сделал шаг вперёд, его мать подняла голову. Их взгляды встретились. В её глазах было всё. Страх. Боль. И отчаянная попытка сохранять спокойное выражение лица ради её любимых детей.

— Мама… — голос Айдена сорвался.

Его резко дёрнули за верёвку.

— Ни шагу дальше. — произнес солдат, который держал Айдена на привязи

Среди выживших Айден увидел старейшину. Его лицо было избито, один глаз полностью заплыл. Но он всё ещё держался, и старался успокоить остальных. Рядом с ним находилось ещё несколько жителей. Раненые, покрытые кровью с головы до пят. Кто-то тихо стонал, а кто-то просто смотрел безжизненным взглядом в землю.

Айден снова бросил косой взгляд на Ночных Клинков. Один из них, заметил взгляд мальчика и медленно ухмыльнулся.

— А это еще кто?, — произнес он. — А я то думал, мы уже всех порешали.

Другой солдат громко хмыкнул:

— Этот пришел со стороны леса, пускай капитан решает, что с ним делать.

Айден почувствовал, как внутри него что-то надламывается. Всё, во что он верил утром, все истории о рыцарях, которые ему рассказывал отец. О священной клятве королю. Они ведь клялись служить верой и правдой, защищать слабых, сохранять мир… Всё это было ложью, перед ним стояли не рыцари. Перед ним стояли люди, которые жгли дома из прихоти, убивали ни в чем неповинных людей. Они ничем не отличались от бандитов. Нет! Они были намного хуже, они не гнушались убивать детей. Неужели Король знает об их нечеловечных поступках и просто закрывает на это глаза?

Айден обратно перевел взгляд на маму и Лили. И в этот момент что-то в нём окончательно сломалось. Юноша, который еще утром восхищался солдатами короля… Полностью разочаровался в своих суждениях. Мама была права, нет ничего достойного в войнах. Честь и верность Королю – это обыкновенный вымысел и удобная причина для совершения грешных деяний.

Лицо мальчика стало мрачным, он почувствовал холодный, растущий страх, за которым последовала неистовая ярость и ненависть. Гул в центре деревни внезапно стих. Ночные Клинков резко выпрямились. Кто-то отступил на шаг. Послышался топот копыт.

Айден, стоя на коленях, поднял голову. Сквозь дым и пламя, за грудой обугленных тел, появился всадник. Его Конь был ослепительно белым, при свете факелов он сиял, как свежий снег под утренним солнцем. Его шерсть была гладкой, без единого пятна копоти, словно пламя отказывалось касаться его. Мощная грудь, длинная выгнутая шея, сильные, мускулистые ноги. Животное двигалось уверенно и спокойно, как будто вокруг не было ни крови, ни криков. Айден никогда не видел подобных лошадей. Это был породистый боевой конь. Дорогой, воспитанный, выдрессированный. Такой, каких держат при дворцах. Он ступал медленно, точно зная, что никто не осмелится встать у него на пути. И на его спине сидел человек, который не походил на остальных.

Его доспехи не были чёрными, они были серыми — холодная, гладкая сталь без царапин, без следов ржавчины, без пятен крови. На груди выпирал аккуратный символ королевства Люменар. На плечи всадника спадал белый плащ, он мягко колыхался в дымном воздухе, и на его ткани не было ни пепла, ни грязи. На поясе, в светлых ножнах, покоился меч с рукоятью цвета слоновой кости. Гарда была простой, но изящной, без лишних украшений. Человек сидел в седле с прямой спиной. Его движения были спокойными, выверенными.

Айден пристально начал разглядывать лицо прибывшего человека. Он был красив. Светлые волосы аккуратно зачесаны назад, несколько прядей свободно спадали к вискам. Ярко-зелёные глаза холодно скользили по площади. На лице присутствовала лёгкая, ухоженная щетина, придающая ему зрелости. Ему было около тридцати. Он выглядел так, будто сошёл со страниц летописи.

Айден почувствовал, как что-то внутри него болезненно сжалось. Если бы он увидел этого человека вчера… Он бы восхитился. Он бы хотел стать таким же. Но мальчик немедленно выкинул эти мысли из головы. Он знал, что у этого человека не могло быть добрых намерений.

Всадник остановил коня. Жеребец фыркнул, выпуская облачко пара в вечерний воздух. Один из Ночных Клинков шагнул вперёд и почтительно склонил голову.

— Капитан, мы обнаружили мальчишку, судя по всему он был за пределами деревни, когда мы сюда прибыли.

Человек в серых доспехах слегка кивнул и перевёл взгляд на Айдена, после чего подал сигнал. Один из охотников дёрнул Айдена за связанные руки.

— Пошевеливайся, – раздался голос из-за спины.

Айден споткнулся. Его потащили ближе к белому коню и грубо толкнули. Он упал лицом в пепел, едва успев выставить колени. Грязь смешалась с кровью на лице.

Айден поднялся на колени и посмотрел вверх. Он встретился взглядом с капитаном Ночных Клинков. Его взгляд был настолько пронзительным, что тело мальчика невольно вздрогнуло. По его спине начал стекать пот.

И тут капитан заговорил.

— Моё имя Рейнер Крейс, — произнёс он ровным, глубоким голосом. Он не повышал тон, но его слова звучали величественно.

— Я прибыл сюда по прямому приказу Его Величества, короля Аурелиона Солвейра.

После произношения имени короля, остальные солдаты начали бить себя кулаком в грудь. А выжившее жители еще сильнее задрожали.

— Именем короны Люменара, — продолжил он, — я приказываю тебе отвечать на мои вопросы честно и без утаиваний.

Рейнер слегка наклонил голову.

— И тогда, возможно… ты сможешь выжить.

Айден сглотнул. Казалось, будто воздуха вокруг стало вдвое меньше.

Рейнер Крейс некоторое время молча смотрел на Айдена. Затем медленно произнёс:

— Мы преследуем опасного преступника. Еретика, угрожающего короне.

Его голос был ровным, почти сухим.

— Его называют Чёрным Мечником.

Несколько Ночных Клинков едва заметно переглянулись.

— Он облачён в чёрное, — продолжил капитан. — И никогда не снимает шлем причудливой формы.

Зелёные глаза впились в Айдена.

— Тебе известно что-либо об этом человеке?

Айден почувствовал, как кровь отливает от лица, его грудь сжалась.

— Я… — его дыхание стало прерывистым. — Он… он напал на меня в лесу.

Тишина на площади стала плотной. Капитан чуть прищурился.

— Напал?– удивленно спросил он

Айден кивнул.

— Он пытался меня убить.

Крейс приподнял бровь.

— Пытался? — повторил он.

Он слегка наклонился в седле.

— Ты утверждаешь, что Чёрный Мечник хотел тебя убить… и всё же ты стоишь передо мной цел и невредим.

Слова звучали мягко, но тело мальчика лишь сильнее задрожало.

— Этот человек — один из самых опасных преступников в королевстве, — продолжил капитан. — Он не оставляет свидетелей. Никогда.

Капитан вздохнул.

— Так объясни мне, мальчик… как ты сумел выжить?

Айден замер. В голове стремительно начали проноситься события этого дня. Он вспомнил, как в лесу на него набросилась тёмная фигура. Как он задыхался под чужой рукой, как в груди горела боль после удара. Вспомнил, как увидел кровь на бинтах незнакомца и, несмотря на страх, решил помочь ему. Как тот задавал странные вопросы, разглядывая его слишком пристально. Вспомнил предупреждение.

«Беги».

Тогда ему показалось, что в этих словах было нечто искреннее. Но затем… Он вспомнил чёрный клинок, возникший из самой тьмы. Вспомнил, как лезвие пронзило его грудь, как дыхание оборвалось, как мир рассыпался на его глазах. И ту бездонную пустоту, как он тонул в пучине бездны. Он вспомнил холодный, но в то же время завораживающий женский голос.

Айден резко вернулся в реальность. Нет… Об этом нельзя говорить. Он заставил себя сглотнуть и сосредоточился.

— Он был тяжело ранен, — произнёс Айден, стараясь, чтобы голос не дрожал. — У него было много открытых ран. Он едва стоял на ногах.

Он смотрел в землю.

— Я… я сумел вырваться. Он попытался снова подняться, но потом остановился. Что-то пробормотал… что уже слишком поздно, что они рядом.

Айден посмотрел на группу солдат.

— После этого он скрылся в лесу.

Тишина.

— Я… я не понимал, что происходит. Я побежал обратно в деревню.

Рейнер Крейс некоторое время молчал.

— Если ты находился в лесу, когда мы вошли в Вейдфорд…

Он впервые назвал имя деревни.

— Ты не мог не слышать крики.

Айден почувствовал, как его сердце замедляется.

— Не мог не видеть дым.

Зелёные глаза стали холоднее.

— Так почему ты явился только сейчас?

Рейнер слегка повысил тон

— Где ты был всё это время?

Айден промолчал.

— Или… возможно, Чёрный Мечник поведал тебе нечто большее?

Айден почувствовал, как всё внутри него сжимается. Он не подумал об этом. Он не помнил, сколько времени пролежал без сознания. Он не мог объяснить… голова гудела. Он открыл рот, но так и не смог найти подходящих слов Рейнер Крейс сухо усмехнулся словно, услышал неудачную шутку.

Айден почувствовал, как его тело снова напряглось. Капитан медленно опустил руку к седельной сумке и извлёк оттуда небольшую металлическую шкатулку. Серебристая, аккуратная, без украшений — простая, но явно дорогая. Он открыл её, и достал нечто необычное.

Айден невольно замер. Он никогда не видел ничего подобного. Капитан держал в руке необычной формы кристалл, он был прозрачным, тонким, почти как стекло, но в его глубине мерцал свет – Чистый, холодный синий свет. Он не просто светился — он словно мог дышать. Рейнер некоторое время рассматривал его, затем перевёл взгляд на Айдена.

— Юноша, — спокойно произнёс он, — ты знаешь, что это?

Айден молчал.

Капитан продолжил, не дожидаясь ответа:

— Чёрный Мечник весьма необычный человек. Он выходит за рамки привычного. Он не обладает Пульсом Души. Но и магом его назвать нельзя.

Зелёные глаза холодно блеснули.

— Он — иная сила. Таких, как он, в мире… не наберётся и с десяток.

Рейнер слегка повернул кристалл в пальцах.

— Этот артефакт был передан мне лично Его Величеством. Он реагирует на присутствие Чёрного Мечника… или ему подобных.

Он поднял кристалл чуть выше.

— Когда тот рядом, он начинает сиять.

Синий свет пульсировал.

— Так мы и выследили его до Вейдфорда.

Капитан медленно направил кристалл в сторону Айдена. И свет стал ярче, гораздо ярче. Синий отблеск лёг на лицо юноши. По площади прокатился глухой ропот.

Рейнер чуть приподнял бровь.

— Любопытно.

Он едва заметно улыбнулся.

— По твоим словам, он давно покинул эти земли. И всё же… артефакт продолжает реагировать.

Дыхания Айдена участилось.

— Юноша, мне кажется, ты мне кое-чего не договариваешь.

Айден почувствовал, как холод пробежал по позвоночнику.

— Я… я не знаю, — его голос дрожал. — Я впервые увидел его сегодня! Он исчез так же внезапно, как появился! Он ничего мне не говорил!

Рейнер смотрел долго на него смотрел.

— Похоже, — спокойно произнёс капитан, — ты до последнего отказываешься говорить правду.

Он закрыл шкатулку и передал её одному из солдат.

— Но я человек милосердный.

Айден вздрогнул.

— Я не причиню тебе вреда. По крайней мере… пока.

Рейнер поднял правую руку. Ночные Клинки пришли в движение. Связанных жителей вывели вперёд и поставили на колени между капитаном и Айденом.

Айден почувствовал, как мир сужается. Он посмотрел на лицо своей мамы, оно было бледным как у мертвеца. Кровь со лба запеклась, но продолжала тонкой струйкой стекать по её щеке. Лили дрожала у неё под боком. Когда их взгляды встретились, мама попыталась улыбнуться.

Айден больше не мог себя сдерживать, он рванулся вперёд. Но солдат за его спиной грубо вдавил его лицом в землю. Колено вновь упёрлось в позвоночник.

— Не смей! — закричал Айден. — Не трогай их!

Рейнер слегка склонил голову.

— Почему бы нам не избавиться от этого сброда? — спокойно произнёс он, глядя на одного из пленных мужчин. — Возможно, тогда ты станешь разговорчивее.

— Нет! — голос Айдена сорвался. — Не смей!

И вдруг раздался тонкий, дрожащий крик.

— Братик! Пожалуйста, помоги нам!

Айден замер. Лили смотрела прямо на него. В её глазах виднелся первородный страх.

Рейнер медленно перевёл взгляд на девочку.

— Ох, — произнёс он мягко. — Так это твоя родня?

Он вновь посмотрел на Айдена.

— Неужели даже ради них ты и дальше будешь упорствовать?

— Я ничего не знаю! — закричал Айден, отчаянно вырываясь. — Он пытался убить меня! Я не его союзник! Я никогда не был с ним в сговоре!

Его голос срывался.

— Делайте со мной что хотите! Но отпустите их! Они ни в чём не виноваты!

Он посмотрел на них, его глаза наполнились влагой, по его щеке начали медленно спускаться слезы. Он встретился взглядом с матерью, но она лишь медленно покачала головой. Лили всхлипывала, уткнувшись в её плечо.

Айден вдруг осознал, что он совершенно бессилен. Его руки крепко связаны, он прижат к земле. У него не хватает сил, чтобы сдвинуться с места. Перед ним стоит человек, с совершенно спокойным лицом, будто его совершенно ничего не заботит. А его жизнь и жизнь его близкий — всего лишь инструмент.

Площадь тонула в дыму, огонь трещал. Клинки враждебно смотрели на обездвиженного мальчика. И Айден впервые в жизни по-настоящему осознал, что он всего лишь жалкий мальчишка, который не способен защитить близких ему людей.

Солнце окончательно скрылось за горизонтом. Последняя полоска света погасла и площадь утонула во тьме. Теперь её разгоняли лишь факелы и редкие фонари, бросающие на землю дрожащие пятна огня. Тени начали вытягиваться, они постепенно сгущались.

Айден лежал лицом в земле. У него больше не было сил сопротивляться. Он чувствовал только холод пепла под щекой и вкус крови во рту.

— Если бы я был сильнее… — хрипло бормотал он. — Если бы у меня был Пульс… если бы… хоть какая-то сила…

Его голос дрожал.

— Плевать какая… мне нужна сила… я должен бороться… чтобы защитить их…

На мгновение тени вокруг факелов дрогнули… Будто что-то внутри них шевельнулось. Но никто не обратил внимания.

Рейнер Крейс молча наблюдал. Он поднял руку и коротко кивнул. Ночные Клинки зашевелились. Несколько солдат шагнули за спины пленных, в их руках блеснули наконечники копий.

Айден в неверии уставился на солдат.

Первый удар был быстрым, за ним последовал короткий крик, но быстро затих. Тело упало, а за ним второе… третье. Солдаты методично вонзали копья в спины людей скованных страхом.

Старейшина внезапно вскочил на ноги.

— Что вы творите?! — закричал он. — Бог Света никогда вас не простит! Вы—

Не успел он закончить, как тяжелый кулак солдата врезался ему в лицо. Послышался сухой, отвратительно чёткий хруст. Старейшину отбросило назад. Он рухнул в кровавую лужу. Кровь мгновенно залила его губы и подбородок, смешиваясь с грязью.

Айден увидел, как нос старика искривился под неестественным углом. Старейшина попытался подняться, но не смог. Один из Ночных Клинков шагнул вперёд. Солдат медленно поднял копьё над его телом.

— Нет! — закричал Айден.

Копьё резко опустилось и пробило грудь. Старейшина дёрнулся, его пальцы судорожно сжали землю. Его глаза расширились, он пытался вздохнуть. Как вдруг… его тело обмякло, а из его рта вырвался последний вздох.

— Нет! — прокричал Айден, пытаясь вырваться. Верёвка сильнее впилась в запястья.

— Остановитесь! — голос сорвался. — Пожалуйста! Я сделаю всё, что скажете! Всё!

Он смотрел на Рейнера.

— Остановись! Они ни в чём не виноваты!

Рейнер обвел Айдена холодным взглядом, но ничего не ответил. Он продолжил наблюдать.

Очередной удар копья и ещё один человек упал замертво. Площадь погрузилась в тишину. Теперь солдаты стояли уже позади его матери. Лили рыдала, не понимая происходящего. Мама попыталась крепче прижать её к себе.

Айден чувствовал, как его сердце рвётся из груди.

— Нет… — прошептал он. — Пожалуйста…

Солдаты шагнули ближе. Факельный свет задрожал. И тени на площади снова начали двигаться.

Айден уже не чувствовал верёвки на запястьях, также, как и не чувствовал колено давящее в спину. Его ребра все сильнее трещали, но и этого он не чувствовал.

— Нет… — хрипло вырывалось из его груди. — Нет, нет, нет… пожалуйста… не надо…

Голос срывался. Он кричал так, как никогда не в жизни.

Рейнер Крейс медленно спустился с коня, белый плащ мягко скользнул по пеплу. Он подошёл к матери Айдена и остановился рядом с ней. Затем он опустил взгляд на юношу. Его зелёные глаза были спокойны, слишком спокойны.

— Как долго ты собираешься наблюдать? — тихо произнёс он.

Айден почти не расслышал его слов. В ушах стоял гул.

— Яви миру свою истинную сущность.

Мимолетная пауза.

Слова повисли в воздухе. Айден не понимал чём он говорит. К кому он обращается? Разум цеплялся за фразы, но они тут же распадались. Мысли больше не складывались воедино. Мир вокруг трещал, как перегретое стекло.

Капитан слегка кивнул и солдат шагнул вперёд.

Удар.

Тело Матери дёрнулось. Кончик копья вонзился в её спину и вышел из груди. Лили отшатнулась в сторону от силы толчка. Солдат надавил сильнее, пригвождая её к земле.

Айден увидел лицо матери. Она не закричала, она смотрела на него ясными глазами. По её щекам текли слёзы. Губы дрожали. И сквозь боль — сквозь невозможную, невыносимую боль — она попыталась улыбнуться. Той самой улыбкой – той, которой встречала его по утрам.

— Пожалуйста, живи! — из последних сил прокричала женщина. Затем её лицо опустилось в лужу крови. Её тело больше не двигалось.

Айден хотел закричать, но из груди не вышло ни звука. Его мир начал трещать по швам.

Лили поднялась на колени. Она опустила взгляд на тело матери. Ее лицо начало дрожать. Потом она приоткрыла рот.

— Мамочка?—

Она собиралась закричать во все горло, но её крик не успел родиться. Раздался звук стали, покидающей ножны. Свет факелов вспыхнул на белой рукояти.

Вшух!

Внезапно на шее девочки появилась тонкая красная линия. Голова девочки упала с плеч на землю и покатилась в сторону, а обмяклое тело завалилось назад и упало рядом с бездыханным телом матери.

Тишина.

Айден не моргал. Не дышал. Он видел только две фигуры на земле. И застывшие стеклянные глаза его младшей сестры, которые смотрели прямо на него. Капитан в белом плаще смахнул кровь со своего меча и вложил его обратно в ножны.

В этот момент что-то внутри Айдена изменилось. Последний тлеющий огонёк, за который он отчаянно цеплялся, окончательно погас. На его месте появилась необузданная тьма, которая стремилась вырваться из его тела и погрузить мир в хаос.

----------

Пробуждение

Капитан Рейнер развернулся и направился к своему коню, как вдруг его тело замерло. Он медленно повернул голову в сторону обездвиженного мальчика. Солдат, который все это время удерживал мальчика, исчез без следа.

Мальчик, который еще минуту назад лежал обессиленный, медленно начал подниматься с земли. Веревка, связывающая его запястья распалась на множество рваных кусков.

Рейнер инстинктивно схватился за рукоять меча. Солдаты тут же напряглись. Двое лучников вложили стрелы на тетивы и нацелили свои луки в сторону зловещей фигуры.

Трое солдат с копьями переглянулись между собой. Один из них кивнул, и отбросил копье в сторону, обнажая меч из ножен. Двадцать солдат за его спинной последовали его примеру и тоже обнажили мечи. Двое солдат с копьями медленно начали идти в сторону юноши.

В центре площади стоял мальчик. Его лицо потеряло всякий окрас, оно было бледным и не выражало абсолютно никаких эмоций. Тень под его ногами начала дрожать, а вместе с ней и все тени вокруг затрепетали. Из тела мальчика начали струиться черные лоскуты. Его светлые волосы начали стремительно темнеть, пока они не стали полностью черными. Мальчик закрыл глаза, а когда открыл... его ярко-голубые глаза окрасились алым цветом.

Капитан, наблюдавший за резкими метаморфозами мальчика вдруг взревел.

— Лучники, пускайте стрелы.

В воздухе засвистели две стрелы, и когда они почти достигли цели. Мальчик исчез…

Внезапно по земле стремительно начала плыть тень. Солдат с копьем в неверии посмотрел на движущуюся тень. Он резко поднял копье, а ударил прямиком по тени.

Тень остановилась, солдат облегчено вздохнул. Как вдруг…

— Ааагрх, — взвыл он от боли.

Из земли вдруг выскочил темный штырь, который пробил броню солдата насквозь и оторвал его от земли. В следующие мгновение штырь испарился так же быстро, как и появился. Тело солдата упало грубо на землю.

Тогда второй копейщик кинулся в сторону темной фигуры. Но мальчик вновь исчез и вынырнул из теней за спиной солдата. Он не успел среагировать, как вдруг чужая рука хватила его за затылок и быстро опустилась. Солдат уткнулся лицом в землю, но давление на его голову продолжало расти. Как вдруг его череп не выдержал, и рука размозжила голову солдата.

Лицо Рейнера вдруг исказилось. Он прокричал оставшимся солдатам. — В атаку! Убейте это чудовище любой ценой.

Солдаты прибывали в шоке, они не сразу отреагировали на приказ их капитана. Темный силуэт, сделал шаг, и снова провалился в землю. Тень стремительно проскользнула под ногами солдат и вскочила в воздух. Двое солдат с мечами преградили путь теневой фигуре, они занесли мечи над головами, готовясь порубить на части неведанное ими ранее существо. Мальчик не шелохнулся, он стремительно вытянул правую руку в сторону. На его ладони заклубилась тьма. В следующие мгновение в его руку упал странной формы клинок. Лезвие клинка было черным как сама ночь.

Вжух!

Легким взмахом руки, клинок вспорол животы двум элитным солдатам. Из животов начали вываливаться кишки, они тут же выпустили мечи из рук. Темная фигура сделала еще один взмах, и две головы слетели с плеч.

Лицо Капитана Рейнера исказилось. Он крепко схватил рукоять цвета слоновой кости и обнажил свой меч. Он тут же отцепил ножны от пояса и отбросил их в сторону.

— Невозможно, что ты такое? — прокричал он, но ответа не последовало.

Рейнер обхватил меч двумя руками. Мышцы под его доспехами напряглись, словно сталь, покрытая живой кожей. По венам пробежал свет — едва заметный, зеленоватый отблеск, пульсирующий в такт его сердцу.

Пульс души. Он пропитал им каждую мышцу, каждое сухожилие, каждую клетку своего тела. Воздух вокруг него дрогнул. Клинок в его руке отозвался — по лезвию пробежала светящаяся линия, наконечник вспыхнул изумрудным светом, будто внутри металла зажгли огонь. Капитан рванул вперед.

Тёмная фигура двигалась рывками, скользя по земле, тени под его ногами сжимались и распускались, как живая ткань.

Клин!

Их клинки столкнулись, звон металла эхом разразился по площади.

Клинки столкнулись. Рейнер при помощи двух рук и поддержке пульса души со всей силы давил на клинок оппонента. Но тот даже не вздрогнул, мальчик держал клинок в одной руке и без труда сдерживал натиск Капитана. Именно тогда Рейнер смог рассмотреть лицо юноши.

Оно было измазано грязью, на подбородке виднелись застывшая кровь. Ярко-красные глаза, будто залитые кровью. В них не было ни ярости, ни решительности. В них была лишь пустота, Капитан ощутил нотки страха. Он будто всматривался в пучину бездны, а она всматривалась в него.

Фигура окутанная тьмой сделала шаг назад. Капитан увидел возможность и взмахнул мечом по вертикали. Фигура попыталась заблокировать удар, В момент соприкосновения лезвий клинок Рейнера вспыхнул ярче, и из точки удара вырвалась вспышка зелёного света. Удар был наполнен волной энергии, плотной и тяжёлой.

Мальчика отбросило назад, словно в грудь ударил невидимый молот. Он потерял равновесие и рухнул на спину, грязь брызнула в стороны.

Рейнер не дал ему времени прийти в себя. Он шагнул вперёд и сразу же рванулся в прыжке, занося меч над головой. Движение было чётким, отточенным годами — колени согнуты, корпус подан вперёд, клинок устремился точно в сердце цели.

— Сдохни! — рявкнул он сквозь сжатые зубы.

Меч обрушился вниз. Но за долю секунды до удара тело мальчика вновь исчезло в тенях. Клинок Рейнера с грохотом вонзился в землю, пробив утоптанную грязь почти на ладонь в глубину. В воздух взметнулся ком земли.

Инстинкты Капитана кричали об опасности. Он резко выдернул клинок из земли, оттолкнулся от земли и кувыркнулся в сторону. И в ту же секунду там, где он только что стоял, земля взорвалась. Из тени вырвались шипы, они выглядели как сгустки самой тьмы, вытянутые в острие — длинные, неровные, будто изломанные копья, пронзающие воздух.

Один. Второй. Третий. Они били вверх с невероятной скоростью, разрывая землю и разбрасывая грязь в стороны. Если бы Рейнер замешкался хоть на мгновение — его бы разорвало на части. Он встал на одно колено, перехватил меч и вытянул его перед собой.

Глаза капитана сузились. Тень под его ногами зашевелилась. За его спиной появилась фигура с пылающими алыми глазами. Она занесла чёрный клинок для удара.

Рейнер резко развернулся на пятке, клинок вспыхнул зелёным светом, и два лезвия вновь столкнулись — искры зелёного и чёрного света разлетелись в стороны. И впервые капитан почувствовал, что его руки начали дрожать.

Рейнер резко оттолкнул тёмную фигуру и разорвал дистанцию, ботинки скользнули по грязи. Он сместился в сторону, занял оборонительную стойку, корпус слегка развёрнут, клинок на уровне плеча.

Темная фигура застыла на месте, её плечи были напряжены, из-под волос сверкнули алые зрачки.

Рейнер вдохнул и перевёл взгляд на свои пальцы — они дрожали. Не от страха, а от истощения. Капитан крепче сжал рукоять и посмотрел на клинок. Свет больше не бил изнутри металла. Он нестабильно мерцал будто пламя, которому не хватает воздуха.

Каждое столкновение, каждый раз, когда их лезвия сходились, чёрный клинок словно втягивал в себя его силу..поглощал.

Рейнер медленно поднял взгляд. Ещё несколько минут назад этот мальчишка лежал в грязи, дрожа, не способный даже пошевелиться, когда убивали его родных.

Он собственными глазами видел беспомощность и отчаяние в глазах мальчика. А теперь перед ним стояла фигура, окутанная тенью, и от неё исходило тяжелое, вязкое давление. Это был уже не тот мальчик…

В его движениях не было логики. Удары приходили хаотично, без подготовки. Стойка разваливалась. Плечи открыты, корпус не защищён. Но в этом хаосе было нечто опаснее дисциплины.

Каждая атака шла с полной отдачей. Без расчёта на выносливость. Словно существо перед ним не заботилось о последствиях. Оно не искало слабые места, оно просто пыталось уничтожить всё, что видит.

Рейнер окончательно осознал. Это уже не человек — это сила, вырвавшаяся из-под контроля. И если бой затянется — он проиграет не потому, что слабее. А потому что это существо не знает усталости. И не знает страха.

Оставшиеся в живых солдаты стояли, словно были закованы в цепи. Они многое повидали — войны, казни, восстания. Но они никогда не видели, чтобы их капитан уступал кому-то в силе.

Рейнер был для них опорой. Стеной. Гарантией победы. А теперь они наблюдали поединок, в котором даже он… отчаянно пытался выжить. Никто не осмелился вмешаться. Любой шаг вперёд — и они стали бы лишь помехой. Любая могла бы задеть капитана. Они стояли, сжимая копья и мечи, и впервые дрожали не от холода, а от страха

Темная фигура снова рванулась вперёд. Чёрный клинок вспорол воздух. Рейнер парировал — и почувствовал, как силы окончательно уходят. Рука стала тяжёлой, плечо начало ныть. Зелёный свет на лезвии постепенно угасал.

«Так дальше нельзя», — подумал он.

Он резко отступил, разорвав дистанцию, и опустился на одно колено. Темная фигура остановилась, наклонив голову, словно её что-то заинтересовало.

Капитан медленно поднялся, он крепко сжал меч двумя руками, его пальцы побелели на рукояти. На мгновение он закрыл глаза. Где-то в самой глубине его души, там где бился его Пульс — вспыхнуло яростное пламя. Он вытянул из себя всё без остатка. Энергия хлынула по венам, обжигая мышцы. Лёгкие перехватило, будто он вдохнул огонь. И клинок вспыхнул.

Не мягким свечением — нет. Он загорелся ярким, чистым изумрудным светом. Словно пламя обвило лезвие. Словно сама сталь стала источником сияния. Солдаты невольно зажмурились. Темная фигура рванулась в атаку. Рейнер занёс клинок над головой, и в тот самый миг, когда чёрное лезвие почти достигло его, капитан взмахнул.

Из клинка вырвалась сверкающая дуга, освящая ночное небо. Она прорезала воздух с гулом. Темная фигура подняла чёрный клинок, пытаясь принять удар.

Бах!

Прогремел взрыв. Земля разорвалась под ногами. Грязь, пыль и обломки взметнулись в стороны. Ударная волна прошлась по площади, сбив нескольких солдат с ног. Тело тёмной фигуры отбросило на девять метров в сторону. Она кубарем покатилась по земле, оставляя за собой борозду в грязи. И замерла.

Наступила тишина. Рейнер тяжело вонзил меч в землю и опустился на одно колено. Его дыхание было рваным, пульс бился глухо, постепенно затихая. Он чувствовал необычайное чувство пустоты.

—Почти всё… Я отдал почти всё.

«Это конец», — подумал он, склонив голову. Ещё немного и он потеряет сознание. Солдаты медленно поднялись. Их взгляды были прикованы к неподвижному телу. Бурлящие тени, что прежде вихрем кружили вокруг фигуры, начали слабеть. Они дрожали, словно дым под ветром, постепенно отделясь от тела, пока окончательно не растворились в воздухе. Окутывающая пелена спала. И вот в пыли, среди разорванной земли, начал виднеться силуэт мальчика. Лицо, к которому прилипли растрепанные черные волосы. Айден неподвижно лежал на земле, на его груди появилась огромная кровоточащая рана. Солдаты замерли, они облегчено вздохнули и опустили оружие.

Капитан медленно поднял голову. И в этот краткий, хрупкий миг всем показалось…что кошмар закончился.

Хруст!

Звук был тихим — почти незаметным на фоне треска огня, но его услышали все. Солдаты обернулись в сторону источника звука

На земле лежал неподвижно лежал мальчик, как вдруг его пальцы дёрнулись. Капитан поднял голову. В его взгляде впервые промелькнул страх.

Он попытался подняться, опираясь на меч. Ноги дрогнули, сил почти не осталось. Тем временем тело лежавшее на земле… зашевелилось. Алые глаза распахнулись. Мальчик не просто поднялся — он выпрямился рывком, будто его потянули за невидимые нити. Его позвоночник изогнулся под невозможным углом. Плечи дёрнулись. Руки выгнулись, словно кости внутри переломились и заново собирались воедино.

Хруст повторился. Глухой, сухой, отвратительно громкий. Пальцы выгнулись назад, затем резко встали на место. Шея наклонилась вбок — слишком далеко, и медленно вернулась на исходную позицию

Солдаты попятились назад. Темная пелена вновь ползла по телу мальчика. Сначала тонкими линиями, затем густой дымкой. Она обвила его плечи, спину, руки. Он опустил взгляд и коснулся ладонью огромной раны на груди.

Пальцы погрузились в тень. И в этот миг он закричал не человеческим голосом.

— ААААРГХ

Это был звук, в котором ярость смешалась с болью, будто сам воздух рвался вместе с этим криком. Земля вдруг задрожала. Под ногами солдат прошла волна. Тени вокруг мальчика начали клубиться, сворачиваться в плотную спираль. Они вращались всё быстрее, собираясь в смертоносный вихрь, который устремился вверх, к чёрному небу.

— Как это возможно?..

— Что нам делать?!

— Капитан?!

Паника прорвалась в голосах солдат.

Рейнер сжал зубы и, опираясь на меч, он всё же сумел подняться на ноги. Он тяжело дышал, его спина выпрямилась.

— Боевое построение! — хрипло, но твёрдо произнёс он.

Солдаты замолчали.

— Мы единственные, у кого есть шанс остановить это существо!

Если мы отступим — оно пойдёт дальше. Оно будет уничтожать все на своем пути. Начиная с маленьких деревень, заканчивая городами… Сотни тысяч невинных душ исчезнут в плену теней… А затем бедствие достигнет Люминоса, и наше могучее королевство исчезнет в миг.

Он поднял меч, зелёное свечение едва теплилось на лезвии.

— Вспомните легенды о чудовищах, что приходят из глубин тьмы. Он указал клинком в сторону вихря. — Вот оно. И если мы отступим — тьма поглотит весь мир.

В глазах его солдат отразился страх с нотками решимости.

— Плевать, если мы все здесь поляжем, — продолжил капитан. — Мы — Ночные Клинки. Мы исполним долг ценой своих жизней.

Он поднял меч над головой.

— В атаку! — прокричал он.

Солдаты неистово закричали — не от храбрости, а чтобы заглушить собственный ужас — и ринулись вперёд.

В это время внутри вихря тело мальчик выгибалось во все стороны, словно его разрывали изнутри. Десяток теней рвались наружу, затем — сотни Они вырывались из земли, из стен, из самого воздуха — длинные, рваные полосы мрака. Они начали беспорядочно извиваться за пределами вихря, вращаясь в землю, дома, солдат.

Один воин попытался прорваться сквозь вихрь — его отбросило ударом, словно куклу, он с грохотом впечатался в стену, его внутренние органы разорвались… .

Другого зацепило по касательной — он исчез в облаке пыли. Когда пыль осела, от мужчины крупного телосложения осталась лишь одна отрубленная нога. Копья ломались, щиты вырывались из рук. Теневые лоскуты скручивались вокруг тел, швыряли их в стороны, разбивали о стены, втаптывали в землю. Пламя от горящих домов подхватывалось ветром вихря и перекидывалось всё дальше, пожирая остатки деревни. Крики смешались с грохотом рушащихся балок. Один солдат, прижимая к себе раненого товарища, в ужасе смотрел на этот кошмар.

— У нас … нет и шанса… — прошептал он.

Как вдруг за спиной солдата раздался громкий свист. Он резко обернулся с надеждой в глазах. Вдали, за завесой дыма, мелькнула знакомая фигура доблестного Капитана. К нему подбежала лошадь, Рейнер с трудом забрался в седло. И не оглядываясь, ударил пятками в бока коня. Сорвалась с места.

Солдат замер.

— Капитан?..

Ответом ему стал удаляющийся стук копыт. Он стоял, не веря, что их могучий Капитан обратился в бегство. Он не собирался останавливать чудовищное создание, вся его речь была пропитана ложью, он предал своих самых доверенных людей, обрекая их на неминуемую гибель. В следующую секунду тень под его ногами ожила. Лоскуты обвили его ногу и резко дёрнулись. Крик оборвался, последний видавший солдат исчез в темном вихре.

Вихрь продолжал вращаться, он разрастался. С каждой секундой его вращение становилось плотнее, гуще, тяжелее. Земля под ним начала трескаться — сначала тонкими линиями, едва заметными, затем широкими, чёрными разломами, расползающимися по площади как паутина. Камни сдвигались, деревянные дома разлетались в щепки. Дрожь усилилась, она расходилась по всей деревне, словно из под поверхностью земли что-то стремилось вырваться наружу.

В небе раздался глухой раскат грома, он был слишком неестественным, будто трещал не воздух, а само пространство вокруг. Молния рассекла тёмные облака, осветив на миг вращающийся вихрь теней.

И в самом центре этого вихря маленькая фигура продолжала кричать в агонии. Крик больше походил на рев дикого зверя Тело мальчика судорожно билось в конвульсиях. Тени вырывались всё яростнее, хаотичней, словно сила, прорвавшаяся наружу, не знала границ.

И тогда среди грохота, треска и раскатов прозвучал голос. Голос, который он ранее уже слышал, и тут женский голос мягко прошептал.

— Остановись!

Вихрь на долю мгновения дрогнул

— Ты должен вернуть контроль! Вспомни, кто ты такой! Что ты потерял!

В центре вращения фигура окутанная тьмой замерла. — Услышь меня, сфокусируйся на моём голосе?! — голос стал еще ближе.

Земля под вихрем начала проседать. Трещины расширялись, из них поднималась пыль и тёмные испарения. Воздух сгустился.

— Если ты продолжишь буйствовать… ты станешь причиной гибели этого мира! Барьер будет уничтожен!

В этот момент фигура внутри вихря резко вскинула голову, алые глаза сверкнули. И вдруг звуки мира начали стихать. Раскаты грома отдалились. Вихрь продолжал разрастаться, мальчик ухватился за голову, как вдруг…

Тьма сомкнулась.

----------

Контракт

Тишина вернулась раньше, чем он успел понять, что произошло. Не было больше грохота рушащихся стен, не было рёва ветра и треска огня. Даже собственный крик, который ещё секунду назад разрывал ему горло, исчез, словно его никогда и не существовало.

Айден осознал что находится в падении, он пытался ухватиться за что-то взглядом, но кругом была лишь непроглядна тьма.

Он уже бывал здесь. Тогда, когда чёрный клинок пронзил его грудь, и кровь тёплой струёй стекала по одежде, а жизнь медленно покидала тело. Тогда он впервые оказался в этом дивном пространстве – в бездонной темноте, где не существовало ни земли, ни неба, ни света.

Тогда, загадочный женский голос спас его. И вот он снова падает туда же.

Тьма вокруг не была обычной. Она казалась вязкой, живой, как густая вода в глубинах океана. Его тело медленно опускалось вниз, и чем глубже он погружался, тем труднее становилось различать собственные мысли. Темнота касалась его плеч, скользила по спине, обвивала ноги, словно мягкие, холодные нити.

Он чувствовал как его тело все стремительнее опускается вниз, словно к его ногам привязали огромный камень и скинули в море.

Айден знал, что где-то внизу, в глубине, куда не проникал даже слабый отблеск его сознания, что-то таилось. Он не видел формы, не слышал звука, но ощущал зловещее присутствие. Оно не двигалось и не пыталось приблизиться. Невидимая сущность терпеливо выжидала, когда он опустится глубже.

Айден попытался сосредоточиться. Память возвращалась обрывками, и постепенно складывалась в цельную картину. Он вспомнил вихрь, разрывающий землю. Вспомнил крики солдат. Вспомнил, как его тело двигалось с нечеловеческой скоростью, как чёрный клинок рассекал металл и плоть, как люди падали, не успевая даже поднять оружие.

Он видел всё это, но мог лишь наблюдать, как нечто, пробудившееся в нём, берёт власть над телом. Он не отдавал приказов, не выбирал цели, не принимал решений. Его руки двигались сами, его шаги были точны, его удары — безжалостны. И самое пугающее было то, что он не чувствовал раскаяния.

Эти люди пришли убивать, они уничтожили его деревню, убили его мать, обезглавили его младшую сестру. Он не чувствовал вину за их смерть. И всё же его тревожило другое — не то, что он убивал, а то, что он утратил контроль над своим телом. Он отступил в самую глубь себя, превратившись в стороннего наблюдателя, запертого в клетке собственной плоти.

В памяти всплыл капитан Рейнер. Его наглые, уверенные глаза. А следом пришло и другое воспоминание: как тот же Рейнер бросил всех и сбежал, поджав хвост.

Эта мысль вспыхнула ярче всего. Он не довёл месть до конца. Рейнер Крейс остался жив. И эта незавершённость жгла сильнее любой раны.

Темнота вокруг становилась плотнее. Его грудь сдавило, дыхание стало тяжёлым. Он чувствовал, как его сознание постепенно меркнет, как мысли становятся туманными, словно их поглощают.

И тогда он вспомнил ещё кое-что.

Голос. Тот же самый голос, который в прошлом уже вытягивал его отсюда.

В самый разгар катастрофы, когда он уже был готов стереть всё окончательно, когда земля трескалась под ногами, а вихрь разрастался .Он услышал его вновь.

«Остановись…»

Этот голос прорвался сквозь хаос. Он был холодным, но не лишённым тревоги. И он сумел прорваться туда, где всё остальное уже не имело значения.

“Кто она? Почему вмешалась?” – спрашивал он себя.

Айден сжал кулаки, хотя его руки здесь едва ощущались.

— Эй! — выкрикнул он в темноту. — Голос… женщина… кем бы ты ни была!

Тьма вокруг слегка дрогнула.

— Я знаю, ты слышишь меня! Ты неспроста помогла мне в тот раз. Чего ты от меня хочешь?

Глубина под ним заколыхалась, будто его слова нарушили древний покой.

— Я не собираюсь здесь умирать, — его голос дрогнул, но не сломался. — Пока моя месть не будет завершена.

На мгновение всё замерло. И затем голос мягко ответил.

— Значит, ты жаждешь мести?

— Да. — с легкой тревогой ответил мальчик.

— Но ты ведь уже убил всех «Ночных клинков», напавших на твою деревню.

— Нет! — прошипел мальчик. — Один сбежал, Капитан…

Голос резко прервал Айдена.

— Да-да, Рейнер Кресс все еще жив. Но не думаю что «Капитан», который обрек своих людей на гибель и трусливо сбежал перед лицом опасности, сможет жить долго и счастливо.

— Вероятнее его казнят за провал миссии и дезертирство.

Айдена окатило волной злобы.

— Я должен прикончить его собственными руками. Эта изворотливая крыса найдет способ обелить свое имя и переложит вину на других.

Тени вокруг начали легонько вибрировать.

“Неужели она смеётся?” — подумал Айден.

— Твое стремление похвально, но Кресс всего лишь незначительная пешка на шахматной доске. Пешка всего лишь следует приказам, подчиняется вышестоящим по званию. Те в свою очередь подчиняются совету, а вот совет…

Айден уже давно догадался к чему его пытаются подвести.

— Король… — тихо произнес он. — Король Аурелион Солвейр. Он ответственен за появление «Ночных клинков», именно он отдал приказ об истреблении магов. Сколько еще деревень они уничтожили? Сколько невинных душ погибло? И как долго они будут продолжать бесчинствовать, прикрываясь доблестной миссией?

— Готов ли ты выступить против короны, ради достижения своих целей? — вопросил голос.

Айдена насторожился.

— Ты жаждешь смерти Короля? – вопросил Айден.

Тени вновь задрожали, но быстро стихли, стоило голосу начать говорить.

— Тысячу лет назад Королевская семья совершила великий грех… Теперь их потомки вынуждены нести грехи на своих плечах. Однажды я поклялась уничтожить весь род Солвейн.

Айден почувствовал напряжение в голосе собеседника.

— Айден из Вейдфорда, наши цели схожи. Мы оба хотим отомстить. Я предлагаю тебе заключить контракт. Я помогу тебе избежать поглощения бездной, буду оберегать твой рассудок от пагубного влияния тьмы, научу контролировать необузданную силу внутри…

Айден еще сильнее напрягся. Он вдруг вспомнил в каком положение находится, его сущность медленно исчезала в этом темном пространстве. Он все также чувствовал на себе взгляд неизвестного создания. Казалось, если он встретится с ним лицом к лицу, то его разум попросту не выдержит, и он тут же навсегда исчезнет во тьме… Вернее будет поглощен ею.

— Поклянись мне в верности, стань моим клинком, позволь мне спасти тебя из когтей кошмара.

Айден постарался отбросить тревожные мысли и спросил:

— У тебя есть имя?

Голос затих на мгновение.

— Прошу прощения за свою грубость, мне следовало представиться в нашу первую встречу, но ты был не готов. У меня много имен, люди назвали меня бедствием, чудовищем. Кто-то называл меня повелительницей бездны.

Голос снова притих, словно предался былым воспоминаниям.

— Сэра… Мое имя Сэра.

Айден обдумывал слова Сэры, у него появилось еще больше вопросов касательно её прошлого, но он знал, что у него осталось мало времени. Он все еще продолжал тонуть, тени все сильнее обволакивали его тело. Дышать становилось все сложнее.

Айден уже принял окончательное решение… Решение, которое повлияет на его судьбу… и на судьбу всего мира.

Он собрался с мыслями и торжественно произнес.

— Я - Айден из Вейдфорда. Клянусь именем своим и кровью идти по следу твоих врагов, как ночь неотвратимо следует за закатом.

— Клянусь стать твоим клинком, разящим из тени, и нести твою волю сквозь пепел и кровь. Покуда бьётся моё сердце - я не отступлю.

— И если я нарушу клятву, пусть сама тьма станет моим судом.

Вдруг темнота вокруг вспыхнула. Это не было светом, скорее это были темные искры, но в них таилось легкое фиолетовое свечение. Тьма разошлась в стороны и из неё медленно начала формироваться фигура.

Сначала были видны очертание. Затем сформировался силуэт.

Перед Айденом возникла девушка.

Её красота была не человеческой. Она казалась слишком совершенной для этого мира, будто её черты были самой ночью. Длинные волосы, серебристые с едва уловимым фиалковым отливом, струились за её спиной, словно лёгкий дым. Они мягко колыхались, хотя в этом пространстве не было ветра.

Её лицо было бледным, но не мертвенным, а скорее фарфоровым, с тонкими, чёткими чертами. И её глаза…

Фиолетовые, глубокие, как ночное небо перед рассветом. В них словно мерцали далёкие звёзды, и этот взгляд был одновременно холодным и завораживающим.

На девушке было длинное тёмное платье, струящееся, как сама тень. Ткань казалась живой — она мягко переливалась, будто соткана из тончайших слоёв теней. По подолу проходили едва заметные узоры, напоминающие переплетённые символы или древние письмена.

Она медленно протянула к нему руку и промолвила:

— Имя мне - Сэра. Повелительница глубин, что были до света и останутся после него.

— Клянусь стать твоей опорой в пути, усеянным кровью и пеплом.

— Клянусь разделить с тобой тяготы и невзгоды, стоять за твоей спиной, когда мир обратится против тебя.

— Клянусь направлять твою руку, и оберегать твою жизнь

— Отныне наши души сплетены воедино. Ты - носитель моей воли. А я - тень, что всегда будет следовать за тобой.

— И покуда ты движешься вперёд, я буду рядом - в твоём шаге, в твоём клинке, в твоём сердце.

Слова Сэры отозвались в нём звонким эхом. Это уже не было сделкой отчаявшегося мальчика. Это стало чем-то большим. Чем-то, что связывало их крепче любой цепи. И от этого понимания по его спине прошёл холод

Айден пристально посмотрел на руку Сэры и протянул свою в ответ.

В тот же миг тьма взбунтовалась. Всё пространство задрожало, будто сопротивляясь его выбору. Холодные нити сомкнулись вокруг его груди, сжали шею, утянули ноги ниже. Дышать стало почти невозможно.

Айден вскрикнул, пытаясь вырвать руку из тянущей хватки.

— Что происходит?!

Его голос утонул в глухом гуле глубин.

Девушка не дрогнула.

— Похоже, — произнесла она ровным тоном, — кое-кому очень не понравился твой выбор.

Её взгляд скользнул вниз, туда, где темнота стала особенно густой.

Тени сжались сильнее. Его пальцы почти коснулись её ладони, и в тот же момент холодная волна прокатилась по всему телу. Дышать стало трудно. В груди запульсировала боль, словно сама глубина пыталась разорвать его на части и утянуть в недра, где он навсегда исчезнет.

Его рука задрожала. Сил почти не осталось. На мгновение он почувствовал, как пальцы начинают опускаться, как тьма медленно, но уверенно побеждает.

«Нет…» – мысленно запротестовал он.

Перед глазами вспыхнуло лицо матери. Плач сестры. Пылающая деревня.

Он стиснул зубы так сильно, что в висках зазвенело.

— Я не… — выдохнул он сквозь сжатые губы. — Я не позволю…

Он собрал остатки своей воли, вытянул руку вперёд, игнорируя удушающую хватку, игнорируя гул глубин, игнорируя страх.

И в последнюю секунду, когда пальцы уже начали скользить в холодной пустоте. Он ощутил прикосновение. Увидел чарующие фиолетовые глаза, с невероятной глубиной во взгляде. Они смотрели прямо на него.

Её кожа была удивительно мягкой. Она не была ледяной, как окружающая тьма, скорее прохладной и гладкой, словно отполированный камень под ночным небом. Она крепко сжала его руку.

Яркая вспышка разорвала тени вокруг Айдена. Все пространство начала бешено дрожать, будто весь этот мир кричал в ярости, пока тьма окончательно не исчезла.

----------

Последствия

Айден очнулся лёжа на земле. Его разбудила тишина. Она была плотной, вязкой, будто сама земля перестала дышать. Он лежал на холодной, растрескавшейся почве и какое-то время не понимал, где находится. Небо над ним светлело — тонкая полоса рассвета медленно разрезала горизонт. Солнце поднималось, но его свет был блеклым, почти болезненным.

Он попытался вдохнуть глубже тут же замер. Грудь больше не разрывалась от боли. Он резко сел и опустил взгляд вниз.

В месте на груди, где клинок Рейнера поразил его, должна была зиять рана. Он отчётливо помнил удар. Помнил, как лезвие вспыхнуло изумрудным светом. Помнил, как его тело отбросило назад.

Но раны не было. Только длинный, тёмный шрам, проходящий через грудь. Кожа в этом месте выглядела бледнее, будто свет там больше не задерживался. Он осторожно коснулся шрама пальцами, но боли не последовало.

Айден медленно поднялся на ноги. Его тело слушалось, но ощущалось странно — слишком лёгким и одновременно чужим. Он сделал шаг, потом ещё один, осторожно обходя обугленные тела. Среди них были солдаты, но были и жители. Те, кто не успел спрятаться. Те, кто верил, что их спасут.

Он шёл медленно, боясь увидеть то, чего не сможет вынести.

— Мама… — его голос прозвучал хрипло.

Ответом ему была лишь тишина.

Он искал, долго искал Под обломками, среди пепла, в развалинах домов. Он перебирал обугленные доски, отбрасывал камни, пачкая руки в саже.

Но он так их и не нашел. Тела его мамы и Лили исчезли, будто сама тьма забрала их, не оставив ему даже возможности похоронить их должным образом.

Айден тяжело вздохнул. На мгновение ему показалось, что он всё ещё спит. Что это продолжение кошмара. И тогда его взгляд упал на серебряный блеск среди чёрного пепла.

Он опустился на колени, в его руки упал кулон.

Серебряное солнце — тонкая работа, лучи расходились в стороны, переплетаясь узором. Это был мамин талисман. Она всегда носила его с собой. Говорила, что солнце защищает от тьмы.

Теперь кулон был треснувшим. Через центр солнечного круга шла тонкая, но явная трещина. Один из лучей был отколот.

Айден долго смотрел на него, прокручивая его в руках.

Когда-то он был добрым и искренним мальчиком. Смеялся. Верил. Ждал будущего. Теперь серебряное солнце в его ладони было расколото, как и он сам.

Он поднялся и случайно заметил своё отражение в обломке потемневшего металла и на мгновение замер. Он прищурился и начал вглядываться в человека по ту сторону.

Его волосы больше не сияли золотом. Они потемнели, они были полностью чёрными. А глаза… его ярко-голубые глаза стали тусклыми, глубже, холоднее. В них не осталось прежнего сияния — только тяжесть и печаль. Он провёл рукой по груди — по шраму. Он больше не был прежним.

Айден окончательно принял нового себя.

Айден всё ещё стоял посреди пепелища некогда процветающей деревни, когда воздух перед ним дрогнул. Из лёгкой дымки начала проступать фигура. Она появилась так, словно пришла не извне, а медленно вышла из самого рассветного сумрака.

Серебристые волосы до плеч мягко обрамляли её лицо, едва касаясь воротника тёмного одеяния. Ткань её платья казалась одновременно плотной и невесомой, она не колыхалась от ветра, а словно жила собственной, едва уловимой жизнью. Глубокий фиолетовый цвет её глаз был не ярким, а насыщенным, как небо перед самой ночью. В этих глазах не отражался рассвет, они отражали что-то иное, более далёкое и потаённое.

Она выглядела молодо, ненамного старше Айдена. Но в ее взгляде не было и следа юности

— Рада снова тебя видеть, Айден из Вейдфорда, — произнесла она спокойно. — Наконец-то по-настоящему.

Её голос не звучал в воздухе. Он словно возникал прямо в его сознании — мягкий, глубокий, лишённый спешки.

Айден долго смотрел на неё. Теперь, при свете рассвета, она казалась менее пугающей, чем в темном пространстве. Почти человеческой. Почти живой.

— Сэра… значит ты, — тихо произнёс он. — Не сон и не галлюцинация?

— Нет, — уголки её губ едва заметно тронула улыбка. — Я здесь настолько, насколько мне позволено быть.

Он нахмурился.

— Позволено?

— Между нашими мирами всё ещё проходит грань, — ответила она. — Я не могу полностью пересечь её. Но теперь… — она сделала шаг ближе, и её силуэт стал чуть плотнее, — теперь наши души связаны, теперь я неотъемлемая часть тебя.

Айден сжал в ладони треснувший кулон. Он чувствовал странное спокойствие, глядя на неё. И одновременно тревогу.

Она была красива. Нечеловечески красива. Но в этой красоте скрывалось что-то недосказанное. Что-то, что она не спешила ему открывать.

— Ты что-то скрываешь, — произнёс он наконец.

Сэра внимательным взглядом посмотрела на мальчика.

— Разумеется, — ответила она без колебаний.

Он не ожидал такой прямоты.

— Мы дали друг другу клятву, — продолжил он. — Ты сказала, что будешь моей тенью. Что наши души переплетены.

— И это правда.

— Тогда поведай мне, что ты скрываешь?

Сэра медленно обошла его, остановившись так, чтобы рассвет освещал её профиль. Свет проходил сквозь неё, но не полностью — её образ всё ещё был призрачным, но уже достаточно реальным.

— Всему своё время. Ты еще не готов, как-никак ты все еще человек — мягко сказала она. — И если я открою тебе всё сразу, твой разум может не выдержать.

Айден провёл рукой по шраму на груди.

— Я уже не уверен, что остался человеком.

Она посмотрела на него чуть дольше обычного.

— Ты изменился. Но ты всё ещё ты. Именно это и делает тебя ценным.

Он встретился с её взглядом.

— Ценным… для тебя?

— Для нас, — поправила она. — Ты и я теперь неразделимы. Твоя боль — моя боль. Твоя сила — моя сила. Ты мой проводник. Я твой источник.

Он опустил глаза.

Внутри него всё ещё бурлили отголоски ночи. Образы, крики, удар клинка. Тьма, вырывающаяся из-под земли.

— Когда я потерял контроль… — тихо произнёс он. — Это была ты?

Сэра покачала головой.

— Нет. Это был ты. И то, что в тебе проснулось. Я лишь открыла дверь. Ты сам переступил порог.

Его пальцы сильнее сжали кулон.

— Я видел… как убивал. Я не чувствовал вины… Я вообще ничего не чувствовал.

— Это была ярость, — ответила она. — И отчаяние. Они питают ту силу, что теперь в тебе. Но если ты не научишься управлять своими чувствами… — её голос стал серьёзнее, — ты станешь тем, чего сам боишься.

Он поднял взгляд.

— Когда ты пыталась остановить меня в сердце вихря, ты сказала что барьер рушится. Что это за барьер?

Сэра шагнула ближе. Её образ стал немного чётче, словно рассвет усиливал её присутствие.

— Между нашим миром и тем, откуда черпается твоя сила, существует печать – Древняя граница, сохраняющая равновесие между светом и тьмой.

Она посмотрела на треснувший кулон в его ладони.

— Прошлой ночью ты впустил слишком много тьмы в этот мир. Барьер дал трещину.

Айден стиснул зубы.

— Насколько всё плохо?

— Барьер все еще держится, — спокойным тоном ответила она. — Пока.

Её взгляд стал серьёзнее.

— Но трещина есть. И через неё в этот мир начнут просачиваться вещи, которые раньше не могли пройти.

Айден почувствовал, как по его спине пробежал холодок.

— Чудовища.

— Да. – Сэра кивнула. Некоторые из них давно скрывались в тенях этого мира. Спали. Ждали. Барьер сдерживал их, даже если они не осознавали этого.

Она обвела взглядом разрушенную деревню.

— Теперь ночи станут темнее. Гуще. Тени — глубже. И те, кто чувствителен к колебаниям… почувствуют разрыв.

Лицо Айдена помрачнело.

– Так, кто же я теперь? – озадачено спросил он. - Бедствие? Или я тоже стал чудовищем из тени?

Сэра молчала несколько секунд. В её глазах на мгновение мелькнул отголосок печали.

— Ты стал доменом тьмы, — сказала она спокойно.

Слова повисли в воздухе. Айден моргнул, будто не сразу понял услышанное.

— Демоном… тьмы? — переспросил он хрипло.

— Да.

Айден опешил от услащенного.

— Что это вообще значит?

— Это не проклятие и не благословение, — продолжила Сэра. — Это роль уготованная тебе высшими силами.

Она шагнула ближе. Рассвет проходил сквозь её силуэт, но фиолетовые глаза оставались чёткими и глубокими.

— Помимо нашего мира существует иной. Мир, где пребывают боги. Они не способны напрямую вмешиваться в ход событий здесь, поэтому они действуют иначе.

— Через людей, — тихо сказал Айден.

— Через избранных, — поправила она. — Через тех, чьи души способны выдержать прикосновение их силы. Боги наделяют их фрагментом своей сущности. Частицей своей воли. Эти люди становятся проводниками.

Она сделала паузу.

— Подобных людей и называют доменами.

Айден вновь опустил взгляд на шрам на груди.

— Если я стал доменом тьмы… — он медленно поднял взгляд на неё, — то кто тогда ты?

На этот раз Сэра ответила не сразу. Её взгляд стал задумчивым, словно она смотрела не на руины деревни, а куда-то гораздо дальше — за пределы рассвета, за границы этого мира.

— До этого момента, — тихо произнесла она, — я была первым и единственным доменом тьмы.

Айден замер.

— Была?

— Я была запечатана, — спокойно сказала она. — Отрезана от мира. От времени. От всего, что происходило снаружи.

Ветер прошёл по пепелищу.

— Значит… есть и другие домены? — спросил он.

— Вероятнее всего, — ответила Сэра.

— И много их?

Она едва заметно покачала головой.

— Этого мне неизвестно. Пока я была заключена, мир менялся. Боги не прекращают свои игры. Но домены все же люди, хоть и с частичкой божественной силы.

Взгляд Сэры наполнился злобой.

— Это значит, что они смертны.

Айден почувствовал, как внутри него что-то сжалось.

— Ты непременно встретишься с ними. – уверенно сказала Сэра

Её голос стал тише.

— И боюсь, их намерения будут отнюдь не добрыми.

—Но чего они от меня хотят.

— Существует множество богов, но все они меркнут перед богом света и тени. Даже боги испытывают страх. Этот страх ощущают и их домены.

Сэра задумчиво посмотрела в небо.

— Именно из-за страха они попытаются уничтожить тебя пока ты слаб.

Айден еще сильнее сжал кулон матери.

— Тогда мы будем готовы.

— Запомни, Айден, — её голос стал серьёзным. — Ты должен научиться держать свою силу под контролем.

Сэра приблизилась к нему вплотную, отчего Айден невольно отшагнул.

— Когда ты потерял контроль… твоя душа получила непоправимый урон.

— Что ты имеешь в виду? — Айден надавил рукой на шрам.

— Ты открылся тьме и позволил ей хлынуть сквозь себя, твоя сущность начала разрушаться. Человеческая душа не способно выдержать подобной нагрузки.

Сэра перевела взгляд на шрам украшающий грудь Айдена.

— Я уже говорила тебе, наши души слились воедино. Я смогла залечить трещины и сохранить твою сущность. Но теперь мы ослабли, стали уязвимы перед лицом надвигающейся угрозы.

Сэра прикоснулась к его груди. Айден не почувствовал физического прикосновения, но даже так он ощутил тепло в груди.

— Если ты вновь потеряешь себя, барьер будет разрушаться дальше. Трещина станет разломом. Разлом превратится в пропасть.

Она сделала паузу.

— И однажды барьер окончательно рухнет. Тогда тьма поработит этот мир и… наступит вечная ночь — Сэра медленно опустила голову.

Айден испытывал сложные эмоции. Он был треснувшим сосудом, который может в любой момент лопнуть.

Он попытался взять Сэру за руку, но его рука прошла сквозь её ладонь.

— Я не допущу этого. Я стану сильнее и обуздаю тьму. — с улыбкой произнес он.

Сэра подняла голову и посмотрела в его глаза. Ей показалось, словно в них вновь блеснул прежний огонек.

— Кончено станешь. — нежным голосам произнесла она и улыбнулась.

***

Люминос, столица королевства Люминар просыпалась вместе с рассветом.

Башни королевского дворца отражали первые лучи солнца, словно были высечены не из камня, а из застывшего света. Белоснежные стены, украшенные золотыми барельефами, поднимались к небу, а высокие витражные окна переливались мягкими оттенками лазури и янтаря. Воздух был пропитан величием, порядком и неизменностью.

Сердцем дворца был Тронный зал.

Огромный, сводчатый, уходящий в высоту так, что потолок терялся в сияющем полумраке. Колонны из светлого мрамора были оплетены резными узорами в форме лучей солнца и переплетающихся лоз. Пол из полированного камня отражал всё происходящее, словно гладкая поверхность озера.

В самом центре зала, над ступенями, ведущими к трону, парил гигантский кристалл.

Он не касался ни пола, ни потолка. Он зависал в воздухе, медленно вращаясь вокруг своей оси. Прозрачный, чистый, как горный лёд, внутри него струился мягкий золотистый свет. Иногда казалось, будто в глубине кристалла мерцают крошечные искры, словно нем заключено само солнце.

Это был Кристалл Рассвета. Символ равновесия. Символ печати.

Под ним, на возвышении, стоял трон из белого камня с золотыми вставками. Высокая спинка напоминала расходящиеся лучи. На троне сидела фигура в бело-золотом одеянии.

Лицо короля скрывалось в полутени. Свет витражей ложился на него так, что невозможно было различить черты его лица. В его руке покоился скипетр, увенчанный кристаллическим наконечником, мерцающим тем же светом, что и парящий над залом камень.

В зале стояла утренняя тишина. И вдруг по залу пробежался едва слышимый тонкий звук, похожий на надлом льда.

Внутри гигантского кристалла появилась тонкая линия. Она медленно поползла вниз, рассекая золотое сияние. По его идеально гладкой поверхности медленно протянулась трещина. Свет внутри кристалла дрогнул и потускнел на мгновение.

— Ваше Величество… — раздался взволнованный голос.

Один из советников, стоявших по правую сторону трона, шагнул вперёд. Его лицо побледнело.

— Кристалл… он дал трещину.

Другие придворные начали переглядываться.

— Это невозможно…

— Такого не было со времён Великого Разлома…

Свет в зале словно стал холоднее. Король не двигался. Он медленно провёл пальцами по поверхности своего скипетра, будто ощущая через него невидимую вибрацию.

Ещё одна тонкая трещина внутри кристалла слегка расширилась. И на долю секунды… в самой сердцевине кристалла мелькнула тёмная искра. Золотое сияние вспыхнуло и снова стабилизировалось. Тишина повисла тяжёлым покровом.

Где-то в глубине зала, среди советников, один из придворных чуть склонил голову. Его губы едва заметно изогнулись в омерзительную улыбку, которая исчезла так же быстро, как и появилась.

Наконец король заговорил. Его голос был спокойным. Низким. Лишённым беспокойства.

— Похоже… этот день всё же настал.

Придворные замерли. Король поднял взгляд на кристалл.

— День, когда тьма вновь решила бросить вызов свету.

В зале не осталось ни шёпотов, ни голосов. Только тихий, почти неразличимый хруст, будто внутри кристалла что-то продолжало медленно нарастать.

Рассвет окончательно осветил зал. Но впервые за долгие годы его свет не источал прежнего тепла.

И где-то далеко, за пределами столицы, в руинах уничтоженной деревни, стоял мальчик, не знавший, что его имя уже эхом разносится по невидимым струнам мира.

Первая трещина была нанесена. И там где свет казался вечным, тьма уже вершила ход беспечный.

Игра богов начнется вновь.

----------

Начало пути

Несколько дней прошло с той ночи, когда над пепелищем Вейдфорда взошел бледный рассвет.

Айден шёл по пыльной дороге, ведущей на запад, к пограничному городу Арденваль. Дорога тянулась между редкими полями и полосами старого леса, где высокие тёмные ели перемежались с серебристыми берёзами. Листья едва шевелились под слабым ветром, и в этом покое было что-то неестественное.

Он двигался молча.

На его плечах лежал чёрный плащ, снятый с одного из убитых ночных клинков. Плащ был тяжёлым, грубым, пах дымом и металлом. Капюшон отбрасывал тень на лицо, скрывая его от случайных взглядов. Под тканью, на груди, под тонкой рваной рубахой, прятался тёмный, неровный шрам, оставленный Рейнером.

На поясе у юноши висел меч, который он нашел среди тел. Вернее то, что от него осталось. Это был одноручный клинок. Когда-то, возможно, крепкий и надёжный. Простая кожаная рукоять, потемневшая от времени и чужих ладоней, ещё хранила следы прежнего владельца. Узкая гарда была исцарапана, металл местами потускнел и покрылся тёмными пятнами.

Но лезвие… Лезвие обрывалось на середине. Край был рваным, неровным, словно зуб сломанного зверя. Остаток клинка всё ещё поблёскивал на свету, но в этом блеске не было прежней целостности.

— Ты действительно считаешь, что Рейнер направился в Арденваль? — тихо спросила Сэра.

Айден уже привык к её голосу, который звучал в его голове. Сначала ему был некомфортно общаться таким образом, ведь голос буквально исходил из глубин его души.

— Это ближайший крупный город к Вейдфорду. — спокойно ответил он. — Там находится гарнизон стражи рассвета, и вероятнее другие отряды ночных клинков тоже там.

— А если мы его там не найдём?

— Это единственный ближайший крупный город. Он бы не сбежал прямиком в столицу. Расстояние слишком большое, без остановок ему туда не добраться.

Дорога уходила вглубь леса. Ветви переплетались над головой, пропуская узкие полосы света. Айден на мгновение остановился, вдохнул прохладный воздух и попытался сосредоточиться.

Он вытянул руку вперёд. Тень под его ладонью дрогнула. Он попытался нырнуть в неё так же, как тогда, в ту ночь. Позволить телу раствориться, стать тенью.

Ничего не произошло. Лишь резкая боль ударила в грудь. Шрам вспыхнул, будто к нему прижали раскалённое железо. Айден резко втянул воздух сквозь зубы и опустился на одно колено. Тень под ногами рассеялась.

— Я же говорила, — спокойно произнесла Сэра. — Ты всё ещё слаб.

— Слаб? — он усмехнулся с горечью. — Тогда что это было в деревне?

— Неконтролируемый всплеск. Контролировать тени осознанно намного сложнее.

Он поднялся, сжав зубы. На этот раз он попробовал призвать теневой шип. Из земли на мгновение вырос тонкий, ломкий силуэт, но почти сразу рассыпался в дым.

Боль усилилась.

— Твоя душа ещё не восстановилась, — сказала Сэра мягче. — Ты рвёшь её каждый раз, когда требуешь больше, чем можешь выдержать.

Айден молчал.

Он чувствовал это и без её слов. Каждый раз, когда он тянулся к тени, внутри будто что-то трескалось. Сила была рядом, он ощущал её, как глубину под тонким льдом. Но стоило сделать шаг, как лёд начинал ломаться под ногами.

— Ладно, взывать к теням я пока не могу. Но почему я не могу призвать теневой клинок?

Сэра вышла из его тени и воспарила над землей.

— Поправочка. — подняла она указательный палец вверх. Теневой клинок лишь проекция настоящего клинка. Ты хорошо запомнил его и смог повторить его форму, но это требует большой концентрации.

— Еще бы я его не запомнил, когда им меня проткнули насквозь — недовольно фыркнув произнес он.

Айден резко остановился.

— Подожди. Ты знаешь черного мечника? Я видел как тени сгущались в его руке и формировали клинок.

Сэра зависла в воздухе и внимательно на него посмотрела.

— Я его не знаю и не могла его видеть.

— Тогда что это за клинок такой? Прежде я никогда не видел подобной формы.

Сэра задумчиво опустила взгляд.

— Это… сумеречная катана. Благодаря ей меня запечатали, и с тех пор моя душа покоилась в этом клинке. Я дрейфовала все эти года во тьме, отрезанная от внешнего мира. Я даже не знаю сколько веков я пробыла в заточении. — с сухой улыбкой произнесла она.

Айден почувствовал грусть в голосе Сэры и я не его душе тоже стало неспокойно.

— Значит печать спала, когда ты слилась со мной?

Сэра улыбнулась и опустилась на землю.

— Это не совсем верно. Я более не обладаю физическим телом, скорее я сменила темную тюремную камеру без окон на более комфортабельную камеру с хорошим видом. — посмеялась она. — Я даже могу свободно передвигаться в определенном радиусе.

Айден облегченно вздохнул. Его радовало то, что Сэра находила что-то позитивное в своем плачевном положении.

— Если ты была запечатана в этой Катане, значит она должна была хорошо охраняться. Каким образом она оказалась у черного мечника?

— Судя по твоим словам он весьма необычный человек. Неудивительно, что его так рьяно разыскивают ночные клинки.

— Рейнер сказал, что он не пульсар и не маг, а нечто иное. Думаешь он тоже может быть Доменом? — вздохнув, спросил он.

Сэра посмотрела на него серьезным взглядом.

— Этого я не знаю. Но он явно замышляет что-то недоброе. Будем надеяться, что мы не повстречаемся с ним в ближайшее время.

Айден сжал кулаки. Он не знал для чего черный мечник пронзил его сумеречной катаной. Но он точно знал, что он явно знал что делает.

***

Остаток дня они медленно шли в сторону Ардернваля, пока солнце не начало садится.

Айден развел небольшой огонь и сел под дерево со сломанным мечом в руках.

Он чувствовал что его тело изменилось, также он иначе ощущал тени вокруг себя. Будто они реагировали на него. Они вызывали к нему.

Каждую ночь Айден не мог сомкнуть глаз. После слов Сэры о трещинах в барьерах, он то и дело готовился к встрече с чудовищами. Это была уже пятая ночь с момента его потери контроля, но ничего так и не произошло.

— Тебе нужно поспать, впереди тебя ждет долгий путь. — в голове Айдена возник голос. — А я пока покараулю. Все равно я не нуждаюсь во сне.

Айден сильнее начал вслушиваться, но вокруг было тихо, как и всегда.

— Тебе не кажется это странным? — спросил он, прислонившись головой к твердому дереву.

— Что именно?

— Тишина. Вокруг слишком тихо, но я чувствую что что-то не так.

— Это всего лишь затишье перед бурей, — произнесла Сэра.

Айден долго смотрел в огонь, будто пытаясь увидеть в пляшущих языках пламени будущее. Лес вокруг стоял неподвижно, тёмный и густой. Даже насекомые стихли, и ночь казалась слишком спокойной, как гладь воды перед штормом.

Сломанный меч лежал в его руке. Чёрный плащ спадал с плеч тяжёлой складкой. Шрам под рубахой едва заметно пульсировал, но усталость постепенно брала своё.

Веки медленно опускались. Он моргнул, затем снова. Огонь расплылся в размытых отблесках. Веки закрылись и открылись в последний раз.

Между стволами деревьев, там, где свет костра уже не дотягивался, тьма казалась гуще обычного. Слишком плотной. Слишком собранной.

Но, возможно, это была лишь игра теней. Айден не стал всматриваться. Его дыхание стало ровным, голова медленно склонялась набок, пока он не уснул.

Пламя костра тихо трещало, выбрасывая редкие искры. И в глубине леса что-то неотрывно наблюдало за слабым светом огня. Неподвижно, терпеливо, не издавая ни звука.

Тень у его плеч едва заметно дрогнула. Пламя на мгновение потускнело, и рядом с ним, будто отделившись от самой ночи, возникла Сэра. Её силуэт был почти прозрачным, тонким, словно сотканным из холодного сумрака.

Фиолетовые глаза неподвижно вглядывались в глубину леса.

Она просто смотрела вдаль и не отводила взгляда.

----------

Торговец

— Проснись. — Голос прозвучал тихо, но в нём не было ни капли мягкости.

Айден медленно вынырнул из сна. Сначала в его мыслях витал туман, тяжесть в голове, хруст в шее от неудобной позы. Затем он почувствовал холодный воздух рассвета. Он лежал, укутанный в тёмный плащ, упертый спиной к стволу дерева. Угли костра давно погасли. Над лесом стелился бледный предутренний свет.

— Проснись, — повторила Сэра.

Глаза Айдена распахнулись. Он резко вдохнул, рука инстинктивно метнулась к оружию. Пальцы сомкнулись на рукояти сломанного меча, и в следующую секунду он уже стоял на ногах, выпрямившись, напряжённый, как натянутая тетива.

— Что случилось?

— Кто-то приближается.

Айден замер. Он не сразу услышал шаги. Лес ещё хранил утреннюю тишину. Но затем он почувствовал вибрации в тенях.

Кто-то шёл по тропе, и каждый шаг чужака ложился на пятна утренней тени, отбрасываемые деревьями. И каждый раз, когда сапог касался земли, Айден ощущал лёгкий отклик, словно что-то внутри него отзывалось на чужое присутствие.

— Человек, — тихо произнесла Сэра. — Но будь осторожен.

Айден кивнул и опустил меч. Он спрятал обломанное лезвие под плащ, прижав его к боку, так чтобы оружие не бросалось в глаза. Он сделал шаг назад, становясь в тени деревьев, и стал ждать.

Шаги становились отчётливее. Из-за стволов показалась фигура. Мужчина лет сорока, а может, старше. Неопрятная борода, спутанные тёмные волосы до плеч. Потрёпанная куртка. Пыльные сапоги. На поясе висел топор. За плечом виднелся небольшой мешок, явно не слишком тяжёлый.

Мужчина заметил Айдена и остановился.

— Ох, не пугайся, малец, — поднял ладони незнакомец, заметив напряжённую стойку Айдена. — Я без злого умысла.

Голос у него был тёплый, немного хриплый. Такой, каким разговаривают люди, привыкшие много времени проводить на дороге.

— Редко встретишь кого-то в этом лесу в такую рань. Ты в порядке? Видок у тебя неважный.

Айден не отвечал сразу. Просто наблюдал.

— Я в порядке.

— Вот и славно. — Мужчина улыбнулся, поправляя ремень на плече. — Я уж подумал, что снова на след разбойников напоролся. Сейчас в округе неспокойно.

Он кивнул в сторону тропы.

— Слышал, одна деревня сгорела. Говорят, солдаты кого-то выискивали… а потом будто сама ночь спустилась. Чего только люди нынче не болтают.

Айден ощутил, как что-то холодное скользнуло по позвоночнику.

— Люди любят болтать.

— Это точно. — Мужчина усмехнулся. — Особенно когда им страшно.

Он сел на корягу неподалёку, будто разговор был самым естественным делом в мире.

— Я торговец. Иду к Вейдфорду. Думаю, если правда что-то случилось, людям понадобится помощь, чтобы разгрести последствия.

Он посмотрел на Айдена чуть мягче.

— Ты оттуда?

— Нет, я живу неподалеку.

— Понятно… — мужчина вздохнул. — Жаль. Хорошие земли там. Урожай всегда был щедрый.

Он ненадолго замолчал, потом спросил спокойным тоном:

— Ты один? Родители где-то впереди?

Вопрос прозвучал почти буднично. Но внутри Айдена что-то сжалось.

— Я путешествую один.

Мужчина чуть нахмурился, будто это его действительно обеспокоило.

— Мир сейчас не для одиночек, малец. Ночи стали… другими. Я сам пару раз видел странное. Тени будто двигаются сами по себе.

Он усмехнулся.

— Старею, наверное. Или сказки из детства возвращаются.

Айден внимательно слушал. Мужчина слишком пристально на него смотрел.

— А чем вы торгуете? — спросил Айден.

— Травами. Корнями. Иногда ядами, если есть спрос, — подмигнул тот. — Всё зависит от покупателя.

Он похлопал по своему мешку. Айден заметил, что мешок почти не провисал. Слишком лёгкий для торговца.

— Далеко до Вейдфорда отсюда? — продолжил мужчина.

— Пару дней пути.

— Значит, мы могли бы пойти вместе. Вдвоём всяко безопаснее.

Мужчина поднялся с коряги. И вот тогда Айден заметил висящий на поясе топор. Это был не тяжёлый колун и не грубый плотницкий инструмент. Лезвие было уже, вытянуто вперёд, с хищным изгибом, будто созданное не для дерева, а для живой плоти. Сталь была темной, без единого следа ржавчины. Кромка аккуратно заточена, тонкая, почти зеркальная по краю.

Короткая рукоять была обмотана потёртой кожей, чтобы не скользила в ладони. На ней виднелись следы частого хвата — древесина потемнела от времени и пота. Баланс оружия казался выверенным: лёгкий, одноручный, идеально подходящий для быстрых рубящих ударов вблизи

— Это боевой топор. — произнесла Сэра.

Айден не мог оторвать взгляда от топора.

— Вы часто ходите этим путём? — спросил Айден.

— Иногда.

— И всё же я вас не встречал в здешних краях. Я знаю всех торговцев, которые ходят этими дорогами.

Мужчина остановился. Он все также улыбался, но его взгляд стал холоднее.

Но глаза стали холоднее.

— Леса большие, малец.

Айден посмотрел на его сапоги. Они были старыми и потертыми.

— Зачем вам топор? Здесь редко встретишь бандитов. Торговцы обычно носят при себе год или короткие клинки, но ваш топор весьма необычный. Да и похоже вы довольно часто им пользуетесь.

Улыбка на лице мужчины начала подрагивать.

— Ты прав, я действительно не здешний. Но топор лучшее орудие для самообороны. С ножом ты все равно что голый. Разве нож может что-то противопоставить мечу?

Айден проигнорировал его вопрос.

— Знаете… — произнёс он тихо, — что-то мне подсказывает, что вы не тот, за кого себя выдаёте.

Мужчина приподнял бровь.

— Вот как?

— Да. — Айден сделал шаг вперёд, внимательно всматриваясь в него. — Торговец обычно следит за собой. Ему нужно внушать доверие. Люди покупают охотнее у того, кто выглядит опрятно.

Он кивнул в сторону спутанных волос.

— У вас же волосы в грязи. Борода неровная, будто вы подравнивали её ножом в темноте. Да и запашок у вас весьма неприятный.

Мужчина чуть прищурился, но промолчал.

Айден продолжил серьезным тоном:

— Ваши руки — в мозолях, да. Но не от верёвок и мешков. Они от хвата оружия. Видимо вам часто приходится защищаться.

Он коротко посмотрел на топор.

— Да и топор ваш уж слишком хорошо заточен.

Повисла пауза.

— Если вы и торгуете, — добавил Айден, — то явно не травами.

Улыбка мужчины окончательно исчезла с его лица.

— А ты наблюдательный.

— Учусь.

Мужчина медленно вздохнул.

— Иногда после бедствия остаётся много… бесхозного. Так что почему бы не поискать оставленные ценности, пока кто-то другой их не прикарманил?

Айден напрягся. Он посмотрел свирепым взглядом на мужчину.

— Ты всего лишь жалкий мародёр. — Айден не отвёл взгляда. — Человек, который идёт по следам чужого горя, чтобы нажиться на нём. Ты ждёшь, пока пепел остынет, а потом лезешь в руины, как падальщик.

Айден сделал шаг вперёд.

— Дальше ты ни шагу не ступишь. Я тебя не пропущу, — продолжил он уже спокойнее, но в голосе зазвенела сталь. — Разворачивайся. И уходи по-хорошему.

Мужчина внимательно посмотрел на мальчика перед собой. Потом его губы медленно растянулись в тонкую улыбку.

— Ты ведь оттуда, да? — тихо спросил он.

Айден ничего не ответил.

Мужчина хмыкнул.

— Забавно. Я думал, там не осталось никого, кто мог бы мне помешать.

Его рука легла на рукоять топора.

— Но, похоже, ошибся. — сказал он доставая топор.

Айден медленно вытащил сломанный меч из-под плаща.

Мужчина перевёл взгляд на обрубок клинка и тихо рассмеялся.

— Ха-ха-ха! Ты действительно собрался драться со мной… этим?

— Для такого мусора как ты, мне и этого хватит. — свирепо произнес Айден

Он медленно снял топор с пояса и перехватил его поудобнее. Короткое лезвие поймало утренний свет.

Они стояли напротив друг друга, их разделяло всего несколько шагов сырой земли.

Мужчина рванул первым. Топор свистнул в воздухе, описывая дугу в сторону шеи Айдена.

— В сторону! — быстро прошептала Сэра.

Айден перекатился в сторону, топор рассёк воздух там, где секунду назад была его голова. Земля взлетела комьями.

Айден вскочил, шагнул вперёд и перехватил меч обратным хватом, намереваясь вонзить его в бок противника. Но мужчина уже успел развернуться и ударил наотмашь. Айден резко остановился и отпрыгнул назад. Лезвие прошло в нескольких дюймах от его груди.

— А ты шустрый. — процедил мужчина.

Он ударил снова. Топор рубил воздух короткими, быстрыми дугами. Айден пятился, уклоняясь, едва успевая убирать плечо, шею, руку. Каждый удар был тяжёлым и слаженным.

Следующий удар Айден заметил слишком поздно. Он не увидел замаха, только почувствовал движение. Он вскинул обрубок меча, пытаясь принять удар.

Сталь столкнулась со сталью. Раздался глухой треск. Руку пронзила вибрация, пальцы разжались сами собой. Меч вылетел из ладони и отскочил в сторону. Айден повалился на землю следом.

— Не пытайся бить его в лоб. Следи за его плечами и выжидай момент для атаки. — сухо произнесла Сэра.

Мужчина хмыкнул.

— Хватит брыкаться, малыш. Обещаю… убить тебя быстро. И без лишних мучений.

Он снова занёс топор. Айден судорожно перекатился. Лезвие с грохотом вонзилось в землю.

Айден резко выбросил ногу вперёд. Пятка ударила мужчину в нос. Тот отшатнулся, кровь мгновенно выступила из ноздрей. Айден не терял времени. Он рванул к своему клинку, лежащему в грязи.

— АХ, Сукин ты сын! — прорычал мужчина, приходя в себя.

Он бросился следом. Айден на бегу протянул руку к земле и попытался созвать к теням. Он попытался ухватиться за неё, как за привычный холод. И почувствовал жжение в груди…

Под ногами мужчины тень дрогнула. Из неё вырвались тонкие, рваные лоскуты, словно обрывки ткани. Но они тут же начали распадаться, рассыпаясь дымом.

Этого хватило. Мужчина зацепился ногой, потерял равновесие и полетел вперёд. Айден подхватил свой меч и наскочил на него, вкладывая весь вес тела.

Лезвие вошло в живот. Мужчина вскрикнул, воздух вырвался из его лёгких с хрипом. Но он не упал, он тут же ударил локтем сверху прямо по спине Айдена.

Боль прострелила позвоночник. Айден отпрыгнул, но меч остался в ране. Мужчина вырвал его из себя с глухим рыком и отбросил в сторону.

Кровь уже пропитывала ткань его рубахи. Он снова замахнулся. Айден еле успел отклониться, как топор рассёк воздух возле его лица.

Он попытался подняться, но мужчина не дал ему такой возможности. В его живот прилетел удар ботинком, который выбил весь воздух из груди Айдена.

Айден рухнул на землю, задыхаясь. Мужчина, тяжело дыша, шагнул к нему, зажимая рану рукой.

— Мразь, да я отрублю все твои мелкие конечности — прорычал он сквозь зубы.

Айден, лёжа, схватил горсть влажной земли с листьями и швырнул ему в лицо. Грязь ударила в глаза. Мужчина зажмурился, инстинктивно прикрывшись рукой.

Айден вскочил и ударил кулаком прямо в рану на его животе. Тот взвыл от боли, но в следующее мгновение его пальцы впились Айдену в волосы. Он рванул его в сторону и Айден снова рухнул в грязь.

Айден лежал на земле, кашляя, жадно глотая ртом воздух, который не хотел наполнять его лёгкие.

В его сторону тяжело ковылял мужчина, зажимая кровоточащий бок. Каждый шаг давался ему с трудом.

— Вставай… — прохрипел он. — Не люблю добивать лежачих.

— Не пытайся взывать к внешним теням, — прозвучал спокойный голос Сэры в сознании Айдена. — Ты не удержишь их.

Айден с трудом поднял голову.

— Попробуй иначе, — продолжала она. — Обратись к тому, что уже внутри тебя.

С каждым шагом мужчина медленно приближался.

— Почувствуй свою внутреннюю тьму. Направь её в тело. Заставь её покрыть твои мышцы.

Айден упёрся ладонями в землю. Пальцы соскользнули по влажной грязи.

— Представь, как она течёт по твоим венам, — произнесла Сэра тише. — Но не переусердствуй. Иначе навредишь себе.

Айден закрыл глаза.

Боль в груди всё ещё пульсировала. Он потянулся внутрь себя, туда, где что-то холодное и вязкое скрывалось под поверхностью его сознания…

Его пальцы сжались в кулак.

Он почувствовал, как по телу прокатилась тёмная волна. Она исходила изнутри его тела, словно что-то откликнулось на его зов. Мышцы налились тяжестью. Айден почувствовал резкий прилив сил.

Мужчина уже нависал над ним. Топор поднялся над головой.

— Слишком поздно, малыш.

Лезвие пошло вниз. Айден раскрыл глаза и резко повернулся, выстреливая кулаком вперёд.

Удар пришёлся прямиком грудь. Раздался глухой треск. Мужчину отбросило на несколько метров, будто в него влетел бык с разбега. Он врезался спиной в огромный камень. Воздух вырвался из его лёгких хриплым стоном. Топор вылетел из руки и отскочил в сторону. Он ударился затылком о камень и сполз вниз, судорожно хватаясь за грудь.

Айден замер на мгновение. Затем его тело наполнилось болью… Жжение под рёбрами вспыхнуло снова. Ноги задрожали, он едва удержался на ногах.

— Хватит, — коротко сказала Сэра. — Успокойся.

Айден глубоко вдохнул. Боль уже не казалась такой парализующей, как прежде. Она была… терпимой.

Он медленно поднялся.

Тело всё ещё слегка потряхивало, будто мышцы не до конца понимали, что произошло.

Айден посмотрел на свой дрожащий кулак.

“Я… сделал это”

Он подошёл к мужчине, поднял с земли его топор и встал над ним. Мародёр лежал у камня, тяжело дыша. Его глаза были полны растерянности и страха.

Айден посмотрел на него сверху вниз.

— Теперь… — произнёс он тихо, — Теперь я буду задавать вопросы.

Мужчина в неверии смотрел на него. Он пытался приподняться, но тело его не слушалось. Кровь медленно стекала с затылка по шее, пропитывая воротник рубахи. Лицо стремительно бледнело.

— Ч… что ты такое?.. — хрипло выдавил он.

Айден смотрел на него сверху вниз.

— Вероятно я последний кого ты увидишь перед смертью, — тихо ответил он.

Уголок его губ дрогнул в холодной, едва заметной ухмылке.

Мужчина всхлипнул. Айден заметил, как кровь продолжает сочиться из рассечённой кожи на голове. Потеря крови делала своё дело.

Он опустил топор чуть ниже.

— Кто рассказал тебе, что Вейдфорд уничтожен?

Мужчина судорожно сглотнул.

— Я… я не знаю. Слухи… просто слухи. Нам сказали что там никого не осталось в живых. Я пошёл проверить, решил сам посмотреть, что там осталось…

— Где ты это услышал?

— В деревне… в Бринвуде… — выдавил он. — В таверне говорили. Все говорили.

Айден прищурился.

— Что именно?

— Что через Бринвуд проезжал солдат в белом плаще… конь его едва держался на ногах и сам он выглядел потрепанным. Он кричал, чтобы люди держались подальше от Вейдфорда. Сказал, что там случилось землетрясение… что вся деревня уничтожена…

Айден стиснул зубы. Белый плащ. Рейнер.

“Значит, ты был там”, — подумал он.

Он снова посмотрел на мужчину.

— Ты сказал: «нам рассказали». Кто еще знает?

Глаза мародёра забегали.

— Я… я имел в виду… в таверне. Все слышали…

Айден приставил лезвие топора к его шее.

— Нет, — спокойно сказал он. — Ты пришёл не один.

Лезвие чуть сильнее прижалось к коже. По шее потянулась тонкая красная линия.

— Сколько вас?

Мужчина задрожал.

— Ш-шесть… Нас шестеро. Я просто разведчик. Меня отправили вперёд. Проверить… обстановку…

— Где они?

— Полдня пути отсюда. Я обогнал их…, хотел первым добраться…

Айден медленно откинул голову мужчины на землю и выпрямился.

Полдня. Он не мог позволить, чтобы эти люди добрались до руин и осквернили тела погибших.

Возле него тихо возникла Сэра.

— Что ты собираешься с ним делать? — её голос был по-прежнему спокоен.

Мужчина тут же оживился.

— Я понял! — задыхаясь, выпалил он. — Я скажу им! Мы не пойдём туда! Клянусь! Мы уйдём, и ты нас больше не увидишь!

Айден посмотрел на него. Его лицо помрачнело.

— Ты говорил, что убьёшь меня быстро и безболезненно, — произнёс он тихо.

Он поднял топор.

— Позволь мне ответить взаимностью.

Мужчина вскрикнул. Рука Айдена не дрогнула. Раздался глухой звук удара и лес снова погрузился в тишину.

Айден стоял неподвижно, всё ещё сжимая рукоять топора. Его пальцы слегка дрожали, но не от страха, а от напряжения, которое ещё не успело покинуть тело. В груди слабо пульсировало жжение, но уже не такое невыносимое, как раньше.

Он опустил взгляд на безжизненное тело, затем медленно выдохнул.

— … Я сделал то, что должен был, — тихо произнёс он, больше себе, чем кому-либо.

На мгновение вокруг стало особенно тихо. И только потом, прямо у его плеча, тень едва заметно дрогнула.

Сэра склонила голову набок, с любопытством разглядывая лежащего мародёра, а затем перевела взгляд на Айдена.

В её глазах мелькнуло что-то странное – не осуждение и не одобрение. Скорее… интерес.

— Хм, — протянула она с лёгкой, почти игривой интонацией. — А ты оказался куда решительнее, чем выглядел несколько дней назад.

Айден нахмурился.

— Он пришёл грабить мёртвых.

— О, я не спорю, — мягко усмехнулась Сэра. — Его намерения были весьма… приземлёнными.

Она медленно обошла тело, словно изучая последствия, а затем остановилась перед Айденом.

— Но всё же, — добавила она, прищурившись с едва заметной озорной искрой в голосе, — раньше ты дрожал в грязи, не в силах поднять взгляд. А теперь стоишь посреди леса с топором в руке и выносишь приговор.

Сэра ухмыльнулась.

— Какая стремительная перемена, Айден из Вейдфорда.

Он стиснул челюсть.

— Это не перемена. Это необходимость.

Сэра тихо рассмеялась.

— Ах, конечно. “Необходимость”. Люди всегда любят это слово.

Она чуть приблизилась, её взгляд стал мягче, но в нём всё ещё плясали озорные искры.

— Не переживай, — добавила она почти ласково, но с лёгкой насмешкой. — Я не осуждаю тебя. Наоборот… ты начинаешь всё лучше понимать, в каком мире теперь живёшь.

Её губы тронула тонкая улыбка.

— И, признаться, наблюдать за этим куда интереснее, чем я ожидала.

----------

Затишье перед бурей

Лес становился гуще. Чем дальше Айден уходил от дороги, тем тише становилось вокруг. Ветви деревьев переплетались над головой, пропуская лишь редкие лучи полуденного света. Под ногами тихо хрустели сухие листья, влажный мох пружинил при каждом шаге.

Айден шёл медленно, внимательно оглядываясь по сторонам. В руке он держал топор, который забрал у мародёра. Небольшой одноручный топор с широким, потемневшим от времени лезвием и потертой рукоятью.

Он несколько раз провернул его в ладони, привыкая к весу.

— Не могу не отметить, — раздался рядом ленивый голос Сэры, — как быстро ты сменил своё оружие.

Она появилась у его плеча почти незаметно, будто просто вышла из тени дерева.

Айден даже не вздрогнул.

— Этот хотя бы не сломан, — ответил он.

Сэра склонила голову, рассматривая топор.

— Да, обломком меча много не навоюешь. Хотя, должна признать… — она задумчиво прищурилась, — ты довольно неплохо им управлялся.

Айден фыркнул.

— Управлялся? Я едва не умер.

— Главное это победа, детали неважны — беззаботно ответила она.

Они прошли ещё несколько шагов.

Айден вдруг остановился. Сначала он даже не понял, что именно его насторожило. Затем он почувствовал тяжелый металлический запах.

“Кровь.” – подумал он.

Айден медленно присел, коснувшись ладонью земли. Тени вокруг словно стали плотнее, они вибрировали?

— Чувствуешь? — тихо спросил он.

Сэра нахмурилась, всматриваясь в чащу.

— Да.

Айден осторожно раздвинул ветви кустарника и вышел на небольшую поляну.

Он замер. По земле были разбросаны тела. Это были мародеры, вернее то что от них осталось.

Один лежал у поваленного дерева, его грудь была разорвана. Ребра торчали в разные стороны, легкие и сердце отсутствовали. Другой валялся в нескольких шагах. От него осталось только растерзанное туловище, руки и ноги были зверски оторваны. Ещё один лежал лицом вниз, и земля вокруг него была перепахана, словно он пытался уползти, но его силой тащили обратно.

Кровь впиталась в мох тёмными пятнами.

Айден медленно прошёл вперёд. Тишина стояла такая густая, что казалось, будто сам лес затаил дыхание.

Он присел возле одного из тел и осторожно перевернул его ногой. Лицо было разодрано когтями – глубокие, рваные борозды рассекали кожу, залитую запекшейся кровью. Один глаз вывалился из глазницы и безжизненно болтался, удерживаемый лишь тонкой, почти нитевидной жилкой нерва.

Похоже… — протянула Сэра, появляясь рядом с ним, — тебе не придётся устраивать засаду.

Айден бросил на неё мрачный взгляд.

— Очень смешно.

Она невинно пожала плечами.

— Я просто констатирую факт. Ты собирался героически расправиться с шестью мародёрами…

Она обвела рукой поляну.

— Но, боюсь, кто-то уже сделал это за тебя.

Айден снова посмотрел на тела.

— Это сделали не люди.

— Конечно нет, — спокойно ответила Сэра.

Она присела рядом с одним из трупов и провела пальцами по земле, где виднелись глубокие борозды.

— Видишь?

Айден присел рядом. Он начал осматривать следы, это были следы от когтей. Глубокие, как от огромного зверя, но они были слишком длинными.

— Ночное чудовище, возможно не одно. — тихо сказала Сэра.

Айден нахмурился.

— Уже?

— Я предупреждала тебя, — ответила она. — Печать ослабла. То, что раньше пряталось в тени, начинает выходить наружу.

Айден огляделся.

— Их было шестеро, — сказал он.

— Значит, чудовище было голодным, — спокойно ответила Сэра.

Айден поморщился.

— Ты можешь хотя бы иногда говорить об этом без… сарказма?

Она посмотрела на него с лёгкой улыбкой.

— А тебе следует хотя бы иногда принимать реальность такой, какая она есть?

Айден ничего не ответил и поднялся на ноги

— Нам нужно уходить отсюда.

— Согласна, — сказала Сэра. — Если оно всё ещё рядом, я бы предпочла не становиться следующим блюдом.

— Разве они не должны бояться дневного света?

— Должны, но мы говорим о диких зверях, которые провели сотни лет в спячке. Ими движут инстинкты, они непредсказуемы и крайне опасны.

Айден поправил плащ и перехватил топор.

Они вышли обратно на лесную тропу. Некоторое время они шли молча.

Лес постепенно начал редеть. Деревья становились ниже, между ними начали появляться просветы. Сквозь листву стало видно открытое небо. Вскоре они заметили дорогу.

Айден медленно вышел из тени деревьев на дорогу. Земля под ногами стала плотнее – вытоптанная колёсами телег и копытами лошадей. Лес остался позади, впереди простиралась деревня.

Над въездом в деревню висела старая, потемневшая от времени деревянная табличка.

“Бринфорд”

Айден некоторое время молча смотрел на деревню.

После того, что он видел за последние дни… это место казалось почти нереальным.

Сэра появилась рядом с ним. Она тоже посмотрела на деревню.

— Постарайся не выглядеть как человек, который только что вышел из бойни, — сказала она.

Айден тихо выдохнул.

— Есть советы?

Она улыбнулась.

— Для начала… — она указала на его руку, — попробуй не держать топор так, будто собираешься зарубить первого встречного.

Айден посмотрел на оружие в своей руке и нехотя опустил его.

— Так лучше?

Сэра кивнула.

— Почти похож на обычного путника. — Прищурилась она. — Почти.

Айден поправил плащ и шагнул вперёд в сторону Бринфорда.

Деревня была небольшой, но оживлённой. Деревянные дома с покатыми крышами стояли вдоль главной дороги, будто теснились друг к другу. Многие из них были обнесены низкими заборами, за которыми росли огороды. Откуда-то тянуло запахом свежего хлеба. Из труб поднимался дым.

У колодца несколько женщин набирали воду, переговариваясь между собой. Двое мужчин чинили колесо у телеги. По дороге пробежали двое деревенских мальчишек, гоняясь друг за другом с деревянными палками.

На мгновение Айдену показалось, будто он снова оказался в Вейдфорде.

Будто ничего не произошло. Будто его собственная деревня не лежала сейчас в руинах.

Он медленно продвигался вперёд.

Люди бросали на него короткие взгляды — на тёмный плащ, на топор у пояса, — но никто не задерживал на нём взгляд надолго. Путники в этих местах были не редкостью.

Он проходил мимо небольшой лавки, когда услышал разговор.

— Говорю тебе, это правда, — возбужденно говорил пожилой мужчина у колодца. — Сам видел того солдата.

— Да брось ты, — ответила женщина, опуская ведро в воду. — Никогда солдат не видел?

— Этот был весь в пыли, — упрямо продолжал мужчина. — Конь под ним едва стоял. Он кричал, чтобы люди держались подальше от Вейдфорда. Говорил, что там всё разрушено.

— Землетрясение, значит? — вмешался кто-то ещё.

— Кто его знает…

Айден не замедлил шаг. Он просто прошёл мимо, будто разговор его совершенно не касался. Но пальцы на рукояти топора невольно сжались сильнее.

Сэра появилась рядом с ним.

— Похоже, слухи распространяются быстро. — тихо сказала она.

Айден коротко кивнул.

— Значит, Рейнер действительно был здесь.

— Похоже на то, — ответила Сэра.

Она оглядела улицу.

— Но если ты собираешься преследовать его и дальше, тебе стоит сначала сделать одну вещь.

Айден бросил на неё взгляд.

— Что?

Она посмотрела на его усталое лицо, затем на грязный плащ и пыльные сапоги.

— Передохнуть.

Он хмыкнул.

— Я в порядке.

Сэра мягко улыбнулась.

— Ты спал на холодной земле последние несколько ночей. Твоё тело всё ещё восстанавливается. А твоя новая сила… — она слегка прищурилась, — пока что больше калечит тебя, нежели помогает.

Айден вздохнул. Он не хотел признавать это, но она была права. Каждый раз, когда он пытался использовать тьму, грудь будто пронзали раскалённые иглы.

— К тому же, — добавила Сэра, — ты выглядишь так, словно чудом пережил бойню.

Айден тихо усмехнулся.

— Потому что так и есть.

— Именно поэтому, — сказала она. — Найди таверну, сними комнату и отдохни.

Айден оглядел улицу и почти сразу заметил вывеску.

Она покачивалась на железной цепи над входом в двухэтажное деревянное здание. На выцветшей доске была нарисована русалка с лютней в руках. Под рисунком было выведено название.

«Певчая Русалка».

Айден остановился.

— Похоже, это то, что нам нужно, — сказала Сэра.

Он некоторое время смотрел на вывеску. Мысль о кровати вдруг показалась почти роскошью. В последние дни он действительно спал только на земле – под деревьями, завернувшись в плащ.

Айден вздохнул.

— Ладно.

Он поднял руку и сильнее натянул капюшон плаща на голову, пряча лицо в тени. Сейчас ему меньше всего хотелось, чтобы кто-то начал внимательно его рассматривать. Особенно если слухи о Вейдфорде уже начали распространяться.

Он толкнул дверь.

Таверна встретила его тёплым воздухом, запахом жареного мяса и приглушенным гулом голосов.

Айден сделал шаг внутрь. Дверь тихо закрылась за его спиной.

Внутри было довольно темно. Дневной свет едва пробивался через маленькие окна, и основное освещение давали несколько масляных ламп, свисавших с потолочных балок. Воздух был насыщен запахами жареного мяса, пива, дыма и пролитого вина.

На стенах висели старые щиты, оленьи рога и выцветшие полотнища с гербами, давно потерявшими свой цвет, а в дальнем углу горел большой камин.

Несколько деревянных столов были заняты крестьянами и путниками. Кто-то пил, кто-то играл в кости, кто-то просто сидел, уставившись в кружку.

Айден медленно оглядел помещение.

За одним из столов сидела группа вооружённых людей. Шестеро мужчин, широкоплечие, загорелые, с грубыми лицами. На спинках их стульев висели мечи, у одного за поясом торчал кинжал, у другого – короткий арбалет.

Сэра тихо появилась рядом с Айденом, словно выскользнула из его собственной тени.

— Похоже, наёмники, — заметила она.

Айден лишь коротко кивнул и пошел к стойке.

Стойка была широкой и грубо вырезанной из тёмного дуба. За ней стоял огромный мужчина.

Он был седым, с густой бородой и плечами, будто вытесанными из камня. Рукава его рубахи были закатаны, открывая жилистые руки, покрытые шрамами.

За его спиной на стене висел двуручный меч. Старый, но ухоженный.

Трактирщик внимательно посмотрел на Айдена. Его взгляд на секунду задержался на плаще.

— У нас не принято сидеть в помещении с капюшоном, — спокойно сказал он.

Айден не ответил. Он просто подошёл ближе к стойке.

— Мне нужна комната.

Трактирщик несколько секунд молча смотрел на него, затем пожал плечами.

— Три медяка за ночь.

Айден достал из мешочка на поясе монеты, которыми с ним любезно поделился один невезучий мародер и положил их на стойку.

Монеты звякнули о дерево. Трактирщик шустро забрал их.

— Второй этаж. В конце коридора. Правая дверь.

Айден кивнул, но он не торопился уходить.

— Скажи… — произнёс он. — Ты знаешь что-нибудь о солдате в белом плаще?

Трактирщик прищурился.

— Хм.

Он вытер руки о тряпку.

— Вся деревня сейчас судачит о загадочном всаднике.

Айден слегка наклонился вперёд.

— И что ты слышал?

Трактирщик хмыкнул.

— Я не просто слышал. — Он постучал пальцем по стойке. — Я его лично видел.

Айден чуть напрягся.

— Он что-то говорил?

Трактирщик усмехнулся.

— Не так быстро, парниша.

Он постучал по стойке ещё раз.

— Информация стоит денег.

Айден молча достал медяк и положил его на стол.

Монета тихо звякнула. Трактирщик улыбнулся, взял монету и прокрутил на пальцах.

— Приятно иметь с вами дело,

В это время Сэра уже выскользнула из тени стойки и с любопытством рассматривала бутылки, расставленные на полках за спиной трактирщика. Она наклонилась, читая грубые надписи на стекле.

Айден даже не посмотрел на неё.

— Ну так вот, — начал трактирщик. — Пару дней назад через Бринфорд пронесся солдат. Вид у него был… мягко говоря, потрепанный.

Он налил себе кружку пива.

— Конь под ним задыхался. Сам он был весь в грязи, будто скакал без остановок.

— Я попытался расспросить его, — продолжил он. — Но он только отмахнулся. Сказал, что это дело Ночных Клинков.

Айден слегка напрягся.

— И?

— И сказал, чтобы люди держались подальше от Вейдфорда. Мол, там явилось бедствие. И что скоро всех нас может ждать катастрофа.

Трактирщик кивнул в сторону столика наёмников.

— Старейшина после этого сразу нанял этих ребят.

Айден посмотрел на группу.

Наёмники выпивали и травили байки.

— Но вот что я тебе скажу, — добавил трактирщик. — Это был не обычный солдат.

Айден медленно сжал кулак.

— Откуда такая уверенность?

Трактирщик ухмыльнулся.

— Богатый опыт.

Он кивнул на двуручный меч за своей спиной.

— В молодости я тоже много где побывал.

Он сделал глоток пива.

— И знаешь что? Такие люди сильно выделяются. Спина, взгляд, манера речи.

Он наклонился ближе.

— Это был капитан.

Айден почувствовал, как внутри что-то сжалось.

— Я даже предоставил ему лучшую комнату, — продолжил трактирщик. — За дополнительную плату, конечно.

Он усмехнулся.

— А утром он уже ускакал.

— Куда?

— В сторону Арденваля.

Айден коротко кивнул.

— Спасибо за информацию.

— Всегда рад помочь… за небольшую плату, — ответил трактирщик.

Он наклонил голову.

— Видок у тебя исхудалый, ты голоден?

Айден уже собирался уйти, но на секунду остановился.

Трактирщик заговорил быстрее:

— Есть похлёбка, жареное мясо, хлеб, немного сыра.

Айден вздохнул.

— Похлёбку. И мясо.

— Сейчас будет.

Через минуту перед ним поставили миску густой похлёбки и тарелку с жареным мясом.

Айден сел за ближайший стол.

Он ел быстро. Он хотел поскорее отправится спать.

Несколько минут никто его не трогал, но спокойствие не продлилось долго.

— Скажи-ка, малец. – раздался голос со стороны.

Айден поднял взгляд.

У его стола стоял один из наёмников. Высокий мужчина с коротко стриженными темными волосами и шрамом через переносицу.

— Почему ты носишь плащ Ночных Клинков?

Айден даже не поднял головы от еды.

— Снял с трупа. – сказал он, лениво пережевывая кусок мяса.

Сэра тем временем уже сидела на потолочной балке. Она свесила ноги вниз и с интересом наблюдала за происходящим.

Наёмник рассмеялся.

— Ха! — рассмеялся наемник.

Он сел напротив.

— Отважный ты парень. — он кивнул на плащ. — Не каждый решится обобрать труп подчинённого короля. Хотя, честно говоря, мне до этого нет дела.

Он усмехнулся.

— Я никогда не питал тёплых чувств к Клинкам. Большинство из них — просто сброд, который кошмарит мирных жителей.

Айден отложил вилку в сторону.

— Чем наёмники, которые берутся за любую работу, лишь бы платили…– Он посмотрел на мужчину. — …отличаются от тех же наёмников, которым платит король?

За столом на секунду стало тихо. Потом наёмник громко рассмеялся.

— Ха! А мне нравится этот парень.

Он протянул руку.

— Гаррет.

Он кивнул на своих людей.

— А это моя команда. Нас называют Колючий Шип.

Гаррет откинулся на спинку стула.

— Да, мы иногда беремся за грязную работу. Но сейчас мы здесь, чтобы защищать эту деревню. И будь то бандиты, наемники или еще какие твари… Мы не позволим им навредить деревне и её жителям.

Наемник прищурился.

— Так что скажи мне, парень…

Он посмотрел на Айдена изучающим взглядом.

— Кто ты такой на самом деле?

А сверху, на балке, Сэра тихо улыбалась, покачивая ногами. Ей явно было интересно, чем всё закончится.

Айден лениво наколол на нож кусок мяса и отправил его в рот.

— Как интересно, — спокойно сказал он. — Меня зовут Айден. Я собираюсь кое-кого убить, а в этой деревне я задержусь всего на одну ночь. – Он поднял взгляд. – Такой ответ тебя устроит?

Наёмник секунду смотрел на него, а затем вновь громко рассмеялся.

— Ха-ха-ха! – Он хлопнул ладонью по столу. — Я бы подумал, что это шутка… но по твоим глазам вижу, что ты серьёзен.

Он наклонился вперёд.

— Знаешь, мне нужны такие парни, как ты. — Он кивнул на топор. — Не хочешь присоединиться к нам? Платят нам неплохо.

Айден спокойно отрезал ещё один кусок мяса.

— Спасибо за предложение, но я, пожалуй, откажусь.

Наёмник некоторое время смотрел на него, затем понимающе кивнул.

— Ну ладно, парень. – сказал он поднимаясь со стула. — Только смотри мне… не создавай здесь проблем.

Он ткнул пальцем в стол.

— Если вдруг передумаешь — найди меня.

Он повернулся к своим людям.

— Ладно, народ! Скоро темнеет. Расходимся по позициям.

Наемники начали подниматься из-за стола, проверяя оружие и надевая плащи.

Айден спокойно продолжил есть.

Через несколько минут рядом снова заскрипел стул. Кто-то сел напротив.

Айден поднял взгляд.

Перед ним сидел один из наёмников. Он выглядел весьма худощаво. У него были зелёные глаза, живые и внимательные, слегка рыжеватые волосы, растрёпанные, будто он постоянно забывал привести их в порядок. На подбородке росла короткая, неровная бородка, больше похожая на несколько упрямых пучков волос, чем на настоящую бороду.

За его спиной висел охотничий лук. Рядом покачивался колчан со стрелами, а у пояса болтался короткий меч.

Парень дружелюбно улыбнулся.

— Ты не обращай внимания на нашего главу, — сказал он. — Когда он выпьет, начинает говорить всякие странности.

Айден спокойно посмотрел на него.

— Разве вы не должны идти в патруль?

Наемник пожал плечами.

— Так я и патрулирую. — развел он руками. — Заодно слежу, чтобы в таверне никто не начал драку.

Он слегка наклонился вперёд.

— Кстати, меня зовут Киран. — Он постучал пальцем по своей груди. — Но в отряде меня называют Серое Перо.

Айден медленно поднял бровь.

— Сам себе придумал эту кличку?

Киран возмущённо выпрямился.

— Эй! Вообще-то нет! — Он ткнул пальцем в сторону наёмников. — Меня так прозвали в отряде. За мои невероятные навыки стрельбы.

Он прищурился и с важным видом продолжил:

— Я могу попасть зайцу прямо в глаз с такого расстояния, что ты самого зайца не разглядишь.

Айден лениво отломил кусок хлеба.

— Впечатляет. — сухо произнес он.

Киран довольно ухмыльнулся.

— Вот именно.

Айден кивнул на его лук.

— И что ты собираешься делать с этим, когда начнется драка?

Киран усмехнулся.

— О, поверь. — Он похлопал по своему луку. — Когда дело касается стрельбы, мне нет равных.

Потом он хлопнул ладонью по рукояти короткого меча.

— А если кто-то подойдёт слишком близко… Я и в ближнем бою вполне себе ничего.

Айден некоторое время молча смотрел на него.

Тем временем Сэра уже устроилась на потолочной балке.

Она лежала на боку, лениво вытянувшись вдоль грубого дерева. Одной рукой она подперла щёку, локтем опираясь на балку, а другой медленно водила пальцем по пыли, не оставляя следов.

С её высоты отлично было видно всю таверну: столы, шумных посетителей, трактирщика за стойкой и Айдена, сидящего за столом.

На её губах играла лёгкая, чуть насмешливая улыбка.

Она наблюдала за разговором, словно за представлением. Иногда её взгляд скользил по наёмникам, иногда по Айдену, но чаще всего по рыжеволосому лучнику.

— Любопытно… — тихо пробормотала она себе под нос.

Ей определённо нравился этот парень.

Айден же спокойно доел последний кусок мяса.

— Значит, ты следишь, чтобы в таверне не было драк, — сказал он.

Киран кивнул.

— Именно.

Айден поставил миску на стол.

— Тогда тебе сегодня повезло.

Киран слегка наклонил голову.

— Почему?

Айден спокойно ответил:

— Я не планирую начинать драку.

Сэра тихо хмыкнула сверху.

Она прекрасно знала, что Айден часто говорил подобные вещи… прямо перед тем, как начинались проблемы.

В этот момент из другого конца зала раздался громкий голос.

— Киран!

Это был Гаррет.

Он уже стоял у двери вместе с остальными наемниками.

— Если ты снова нажрешься и вырубишься на посту, — рявкнул он, — клянусь, я отрежу тебе палец!

В таверне раздалось несколько смешков. Киран закатил глаза и лениво махнул рукой.

— Да понял я, понял!

Киран уже поднялся со стула, собираясь идти к двери.

Он поправил ремень с мечом, закинул лук на плечо и уже сделал пару шагов, когда вдруг обернулся к Айдену.

— Кстати, — сказал он с усмешкой, — наш глава — Гаррет Пульсар. Если вдруг услышишь, как кто-то орёт на всю деревню… скорее всего, это он.

Айден ничего не ответил.

В этот момент дверь таверны распахнулась. С улицы донёсся грубый голос.

— КИРАН!

— Да иду я! — крикнул рыжеволосый лучник. — Ладно, парень. Приятно было познакомиться.

Он направился к двери, но на ходу обернулся.

— И всё-таки подумай над предложением главы. — ухмыльнулся он. — Иногда полезно иметь рядом Серое Перо.

Дверь таверны скрипнула, когда наёмники один за другим вышли на улицу.

Он поднялся из-за стола. Стул тихо скрипнул по деревянному полу.

Айден бросил короткий взгляд на зал — на трактирщика за стойкой, на несколько занятых столов, на лестницу в дальнем углу.

Затем направился к ней.

Лестница была узкой и старой. Деревянные ступени слегка прогибались под его весом и тихо поскрипывали.

Наверху его встретил узкий коридор. Он был освещен всего одной тусклой лампой. Свет её был слабым и едва разгонял полумрак.

Стены были сложены из грубых деревянных досок, потемневших от времени и дыма. Пол был неровным, доски местами скрипели, местами чуть проваливались.

По обе стороны коридора тянулись двери. Айден медленно прошёл вперёд и толкнул дверь своей комнаты.

Комната была маленькой. Простая кровать у стены. Небольшое окно с мутным стеклом, через которое пробивался тусклый вечерний свет. Старый деревянный стол и один стул.

Айден вошёл и закрыл дверь. Сэра сразу вынырнула из тени.

Она лениво оглядела комнату, а затем без всяких церемоний рухнула на кровать, вытянувшись на ней так, будто это была её собственная комната.

Айден снял с плеч грязный плащ и бросил его на стул.

Сэра наблюдала за ним с лёгкой улыбкой.

— Эти наёмники довольно занятные, — сказала она. — Среди них даже Пульсар затесался.

Айден пожал плечами.

— Да.

Он расстегнул ремень с топором и положил оружие на стол.

— Благо они нам не враги.

Сэра перевернулась бок и посмотрела на него.

— Тебе нужно найти новую одежду.

Айден нахмурился.

— Почему?

Сэра чуть сморщила нос.

— Потому что от тебя пахнет смертью.

Айден опустил взгляд на свою одежду.

Грязные штаны. Пыльные сапоги. Рубаха, когда-то светлая, теперь была потемневшей, местами порванной и пропитанной кровью.

Он некоторое время молча смотрел на неё.

— Да… — он тяжело вздохнул. — Пожалуй, стоит.

Он сделал несколько шагов к кровати. Сэра исчезла, растворившись в воздухе.

Айден лег на кровать Она тихо скрипнула под его весом.

Наконец он закрыл глаза и полностью расслабился.

За последние дни он почти не спал. Несколько минут он просто лежал, слушая тихие звуки таверны — шаги внизу, приглушённые голоса, стук кружек.

Постепенно всё стихало. Ночь опускалась на деревню, а за окном медленно темнело небо.

И где-то над крышами Бринфорда тени начинали сгущаться.

----------